Ранобэ: Гримгар Пепла и Иллюзий

Описание: Почему мы здесь? Зачем мы это делаем?

Прежде чем Харухиро понял, что происходит, его окружила тьма. Зачем он здесь? Где он? Даже сейчас он все еще не знает. Окружающие его люди были такими же – никто не помнил ничего, кроме своего имени. И когда они вышли из тьмы, мир, что ждал их, казался чем-то похожим на видеоигру.

Для того чтобы выжить, Харухиро образует группу с остальными, изучает боевые навыки и, как солдат запасных сил, делает первые шаги в мир Гримгара. Он не знает, что ждет его там…

Эта история о приключении родилась из пепла.

Кол-во глав: 1-335

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 0

«Проснись». Казалось, будто кто-то зовет его, и мальчик открыл глаза. Темно. Может быть ночь? Однако это не непроглядная тьма; виднелся свет. Пламя, прямо над его головой. Оно освещало. Свеча. Но не одна, а множество небольших свечей, расположенных вдоль стены на небольшом расстоянии друг от друга. Казалось, что они тянутся куда-то в бесконечность. Что это за место? По какой-то причине было тяжело дышать. Он прикоснулся к стене, она оказалась жесткой и грубой. Это была не совсем стена, а камень. И, как и ожидалось от того, кто спал на камне, его спина и зад болели. Может быть, он находился в пещере? Похоже на то. Пещера? Почему он в пещере? Свечи располагались довольно высоко, но если бы он встал и поднял руки вверх, то наверно, смог бы дотянуться до свечей. Однако было настолько темно, что он мог видеть только на расстоянии вытянутой руки и почти ничего под ногами. Он чувствовал чужое присутствие недалеко от себя. Если бы он внимательно прислушался, то услышал бы слабые звуки дыхания. Другие люди? Что ему делать, если это не люди? Он не знал, но это ужасало. В любом случае, звуки были похожи на людские. — Здесь есть кто-нибудь? — неуверенно и немного испуганно спросил он. — Да, — ответ пришел незамедлительно. Мужской голос. — Я здесь, — ответил другой голос, женский. — Эм, — откликнулся еще один мужской голос. — Я так и думал, — произнес еще кто-то. — Сколько здесь человек? — Почему бы тебе не попробовать посчитать? — Важнее всего, где мы? — Кто знает… — Никто не знает? — Что за чертовщина? Он был в замешательстве. Что это за место? Почему он здесь? Зачем? Долго ли он тут находится? Мальчик крепко вцепился в грудь, как будто пытался оторвать что-то. Он не знал. Долго ли он находился тут, почему он здесь? Когда он думал об этом, казалось, что какая-то его часть близка к ответу. Но ответ быстро ускользал прежде, чем его удавалось схватить. Он не знал. Это раздражало его. Он ничего не знал. — Нельзя сидеть здесь вечно, — сказал чей-то негромкий и хриплый мужской голос. Он услышал звук гальки под ногами. Похоже, что говоривший встал. — Куда ты? — спросил женский голос. — Попробую следовать за свечами вдоль стены, — ответил он, как ни в чем не бывало. Этот парень не был напуган? Почему он не расстроен? Человек, поднявшийся на расстоянии в две свечи, был высоким. Он смог немного разглядеть голову парня, освещенную свечами. Его волосы не были черными — они были серебряными. — Я тоже пойду, — сказала одна девушка. — Пожалуй, я тоже пойду, — заявил еще один мужской голос. — П-подождите! Тогда я тоже! — сказал другой парень. — В противоположной стороне тоже есть путь, — сказал кто-то. Голос был немного высоковат, но, скорее всего, принадлежал парню. — Хотя там и нет свечей. — Если ты хочешь пойти туда, то никто не будет тебе мешать, — пренебрежительно сказал парень с серебряными волосами, идя дальше. Кажется, все последовали за Сереброволосым парнем. Если так, то мальчик тоже должен. У него не было желания оставаться одному, поэтому он поспешно поднялся на ноги. Он туго передвигался, держась одной рукой за стену. Пол не был гладким, отчасти неровным, но по нему было довольно легко идти. Спереди и позади него были люди, но он понятия не имел, кто они. По их голосам он понял, что все были очень молоды. Может быть, я здесь кого-то знаю, хотя бы одного или двух человек… подумал он. Кого-то знаю? Знакомый? Друг? Странно. Никто не пришел на ум. Нет, не так. Больше похоже на то, что как только лица, связанные со словами «знакомый» или «друг» всплывали на поверхности сознания, то сразу исчезали, прежде чем он успевал их вспомнить. Он не знал. И не только своих друзей, но даже свою семью. Он не ощущал, что потерял память. Казалось, что воспоминания ускользали от него, когда он пытался вспомнить. — …наверно, лучше просто не думать об этом, — произнес мальчик, ни к кому не обращаясь. Ответ пришел от кого-то позади. Определенно девичий голос. — Не думать о чем? — Нет, ничего. Не важно. Это… Ничего? Правда? Правда ли ничего? Что же такое «это»? Мальчик покачал головой. Похоже, в какой-то момент они остановились. Нужно продолжать идти. Лучше не думать ни о чем. У него было чувство, что чем больше он попытается вспомнить, тем больше он забудет. Ряд свечей продолжался. Он не знал, когда они закончатся. Как далеко им еще идти? Наверно, приличное расстояние. Может быть еще далеко. Он не мог сказать. Он потерял чувство времени и пространства. В версии с изображениями тут находится картинка. — Здесь что-то есть, — сказал кто-то впереди. — Оно яркое. Лампа? — Ворота, — сказал Сереброволосый, и ему кто-то ответил: — Может быть это выход! Ноги мальчика внезапно стали легче. Даже если он ничего не мог увидеть, он чувствовал, что они на верном пути. Все ускорили шаг и вскоре заметили свет. На стене висел фонарь, светивший ярче, чем любая свеча. Его свет освещал нечто действительно похожее на ворота. Сереброволосый положил на них руки и слегка потряс. Он был одет как хулиган, как раз под цвет волос. — Я их открою, — заявил Сереброволосый, и когда он навалился на ворота, те со скрипом открылись. — Воу! — одновременно воскликнули несколько человек. — Мы можем выйти отсюда? — сказала девушка прямо позади парня. Ее наряд был броским, но безвкусным. Сереброволосый сделал несколько шагов через ворота. — Ступеньки. Мы можем подняться. Ступеньки вели в узкий, пахнущий плесенью, коридор, который вел к другой каменной лестнице. Здесь не было свечей, но свет шел откуда-то сверху. Все построились в линию и, шаг за шагом, начали подниматься. Наверху были другие ворота, но на этот раз они не открывались. Сереброволосый стукнул по ним несколько раз. — Здесь есть кто-нибудь? Открывайте ворота! — прокричал он. Его голос звучал очень сердито. Безвкусная девушка, стоявшая за ним, присоединилась, прокричав во все горло: — Здесь есть кто-нибудь? Откройте ворота! — Эй! Откройте ворота! — прокричал человек за ними, парень с короткими, неряшливыми волосами. Вскоре после этого что-то произошло. Сереброволосый убрал руки с ворот и немного попятился назад. Похоже, кто-то пришел. Безвкусная девушка и Неряшливоволосый тоже замолкли. Послышался звук переключателя, и дверь открылась. — Выходите, — сказал кто-то. Каким-то образом, мальчик знал, что голос принадлежит человеку, открывшему ворота. Ступеньки вели в комнату из камня. В ней не было окон, но лампы давали яркое освещение. Наряду с лестницей, которая привела их сюда, была еще одна, ведущая на другой этаж. Комната сама по себе выглядела примитивной и пахла соответствующе; она будто бы не принадлежала нашему времени. Мужчина, открывший ворота, был странно одет. И под странно подразумевается то, что вещи на нем не были тканевыми. Они были металлическими и… это… доспехи? И вещь, надетая на голову мужчины… мальчик действительно хотел назвать это шлемом. Предмет, висевший у мужчины на поясе, не был палкой. Возможно меч? Доспехи, шлем и меч. Какое это время и век? Или это должно беспокоить его в последнюю очередь, учитывая все остальное? Когда мужчина в доспехе толкнул что-то, вмонтированное в стену, стены и пол слегка задрожали, и тяжелый звук заполонил комнату. Часть стены двинулась, медленно опускаясь. Камень опустился, и появилась прямоугольная дыра. — Выходите, — снова произнес мужчина в доспехе, указав подбородком в сторону выхода. Сереброволосый пошел первым, следом за ним Безвкусная девушка. Все остальные пошли следом, будто привязанные к ним, и вышли наружу. НАРУЖУ. В этот раз они действительно были снаружи. Это закат или рассвет? Тусклое небо бесконечно тянулось во все стороны. Они стояли на невысоком холме, и за их спинами стояла башня, тянувшаяся высоко вверх. Было ли это зданием, в котором они только что находились? Или точнее будет сказать, что они были под ним… Подсчитав присутствующих людей, в общей сумме получилось двенадцать человек: восемь парней, включая Сереброголового, Неряшливоволосого и его самого, и четыре девушки, включая Безвкусную Девушку. Все еще было темно, поэтому он не мог четко разглядеть черты каждого из них, но телосложение, прически и общие черты лица были видны. Мальчик не узнал никого из них. — Похоже на город, — произнес кто-то. У него были шелковистые волосы и стройная фигура. Он указывал на что-то за холмом. Посмотрев в ту сторону, мальчик увидел множество зданий, расположенных близко друг к другу. Город. Несомненно, выглядит как город. Наверняка город. Окружал его высокий забор — нет, не забор. Возвышающиеся, кажущиеся крепкими, стены. — Больше похоже на замок, чем на город, — сказал тощий парень в очках с черной оправой. — Замок, — мальчик прошептал сам себе. Почему его голос прозвучал как сам не свой? — Итак… что это за место? — нервно спросила миниатюрная, кажущаяся застенчивой, девушка. — Нет смысла спрашивать меня, не знаю, — ответил мальчик. — Ах, прости. Кто-нибудь знает? Где мы? Никто ничего не знал. Если все не были в сговоре, чтобы создать проблемы Застенчивой Миниатюрной девушке или, по какой-то причине, скрывали информацию, то ни у кого не было идей. — Серьезно? — сказал Неряшливоволосый, запустив руки в волосы. — Ах! — сказал другой парень, одетый в полосатую майку и хлопнул в ладоши. Вокруг него чувствовалась беспечная атмосфера. — Почему бы нам не спросить этого парня в доспехе, стоящего на страже? Все обратили внимание на двери. Именно тогда они заметили. Дверной проем становился все меньше и меньше. Камень поднимался из-под земли, закрывая проход все больше и больше. — Подождите мин…- Беспечный парень в панике ринулся к проходу, но не успел вовремя. Проход исчез, и теперь его невозможно было отличить от стены. — Стойте, как такое возможно? Кто бы это ни делал этого, хватит уже… — сказал он, положив руки на стену. Затем он начал колотить кулаками. Ничего не произошло. Вскоре, он сдался и уселся на землю. — Это не к добру, — сказала девушка с длинными волосами, заплетенными в две косы. Она произносила слова, иногда делая неправильное ударение. — Это все взаправду? — Неряшливоволосый присел и опустил голову между колен. — Серьезно? Серьезно?.. — И, вот они, как раз вовремя! — эхом раздался визгливый девичий голос. Кто это был? Тут всего 4 девушки. Безвкусная девушка, девушка с Двумя Косами, Стеснительная Миниатюрная девушка и, наконец, девушка, рост которой, наверно, даже меньше чем 145 см. Визгливый женский голос не принадлежал Безвкусной девушке, девушке с Двумя Косами или Стеснительной Миниатюрной девушке. И, скорее всего, он не принадлежал Супер -Маленькой девочке. — Все появились, да, пришли в гости, да. Куда, спросите вы? Сюда, скажу я! — Куда?! — крикнул Беспечный парень, поднявшись на ноги. — Нееее торопитесь, неее кричите, нееее падайте духом! — по какой-то причине казалось, что голос доносится из-за башни. — Ша-лалалалаан, ша-лалалаан, лалан... Напевая мелодию, другая девушка высунула голову из-за башни. Ее волосы были собраны в два хвостика, как у деревенских девушек. — Привет. Как вы? Добро пожаловать в Гримгар. Я Хиему, пожалуйста, позвольте стать вашим гидом. Рада встрече с вами. Приятно познакомиться? Кияпиии… — Меня бесит то, как она говорит, — сказал парень с короткой стрижкой. Он сжал челюсти настолько сильно, что его зубы заскрежетали. — Ваааа! — спряталась на секунду Хиему, а затем снова высунула голову. — Очень страшно. Очень пугающе. Пожалуйста, не выходите из себя. Окей? Окей? Окей? Окей? — Тогда не беси меня! — цокнул Короткостриженный парень — Понялааааа..! — Хиему вышла из-за башни и поклонилась. — Теперь Хиему будет следить за своими манерами! Внимательно следить за манерами! Так нормально? Так нормально? Кьехиии-! — Ты делаешь это нарочно! — Уупс, они догадались! Вуупс, ой, пожалуйста, не сердитесь, пожалуйста, не бейте, пожалуйста, не пинайте, Хиему не любит боль. Она хочет ласковое обращение. Можно я продолжу разговор? Можно мне сделать свою работу? — Поспеши, и закончим с этим, — проворчал Сереброволосый. В отличие от Короткостриженного парня, он не выглядел действительно разозлившимся; однако, его голос звучал устрашающе. — Что ж, — Хиему широко улыбнулась. — Я продолжу свою работу, хорошо? Небо становилось ярче с каждой минутой, и было уже светлее, чем раньше. Это были не сумерки, а утро. Ночь переходила в рассвет. — А сейчас, пожаааааалуйста, пойдемте со мной. Или я оставлю вас здесь… Хвостики Хиему раскачивались из стороны в сторону, когда она шла к ним. Дорога от башни вела к подножию холма. По краям хорошо протоптанной, черной и грязной дороги росла трава. На холме было много больших белых камней, лежащих на земле. Их было очень много и, казалось, что они лежат в определенной последовательности, будто бы кто-то намеренно их так расположил. — Эй, это ведь… — Неряшливоволосый указал на камни. — Это ведь что-то вроде надгробий? Мальчик содрогнулся. Теперь, когда Неряшливолосоый упомянул это, можно было заметить буквы на камнях. Перед некоторыми камнями лежали цветы. Могилы. Мог ли весь этот холм быть кладбищем? Хиему, шагая к началу группы, даже не повернулась, чтобы взглянуть на холм. — Хихихи, — захихикала она. — Может быть. Кто знает. Но сейчас не беспокойтесь, не стоит беспокоиться сейчас. Сейчас тут никого нет. Это великолепно, что сейчас тут никого нет, правда? Ихихихи… Короткостриженный парень снова цокнул на нее и пнул землю ногой. Он выглядел очень злым, но, похоже, он собирался следовать за Хиему, и не важно, куда она их вела. Сереброволосый уже пошел за ней, и парень в Очках, и Безвкусная девушка, и Супер -Маленькая девочка тоже пошли следом. Беспечный парень крикнул: — Ой! Ой! Я тоже, я тоже! Я тоже! — и начал бежать за Сереброволосым, правда запнулся и упал. Похоже, что не было другого выбора, кроме как пойти за ними, но куда Хиему ведет их? Где они? Мальчик вздохнул и пристально взглянул на небо: — Чт… — воскликнул он. Что это было? Оно висело на небе довольно низко, но это не могло быть солнцем. Оно слишком большое для звезды, да и уже светало. Форма была между полумесяцем и месяцем. Кстати говоря, это могла быть луна. Но если так, то это очень странно… — …Она багровая. Мальчик моргнул несколько раз и посмотрел снова. Не важно, сколько раз он смотрел, красный оттенок не исчезал. Застенчивая Миниатюрная девушка за ним начала тяжело дышать. Он обернулся и увидел, что она тоже смотрит на луну. — Чт… — девушка с Двумя Косами, кажется, тоже заметила. Она заставила себя моргнуть несколько раз и затем усмехнулась. — О, Луна, вы такая малиново-красная. Так прекрасно. Парень с Шелковыми Волосами взглянул на багровую луну, висящую на небе. Его лицо выражало изумление. — Воу, — сказал Неряшливолосый, широко открыв глаза. Огромный, но, похоже, тихий парень пробормотал восхищение вполголоса. Мальчик не знал, где он находится, откуда он, как он попал сюда. Он не помнил ничего, связанного с этим. Но одну вещь он знал наверняка. Там, откуда он пришел, луна не была багровой. Не из этого места. Багровая луна была… сверхъестественной.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1: Ничего не зная

Были районы, в которых здания, выстроившиеся вдоль улицы, были сделаны из камня, но в некоторых районах были только деревянные дома. Улицы, мощенные камнем, были полны изгибов и поворотов, по которым сложно определить, куда они вели. Грязная вода текла по узким водоканалам, расположенным по обеим сторонам широкой дороги. Тут и там чувствовалась вонь помоев, заполонявшая носы. Но после продолжительной прогулки, никто уже не обращал на это внимание. Хиему привела группу из 12 человек в город, который был виден на вершине холма. По ее словам, этот город назывался Алтаной. Группа прошла через большую толпу жителей, чего и стоило ожидать от города, хоть и было еще раннее утро. Горожане уставились на новоприбывших как на каких-то экзотических зверей. Но верно и обратное просто потому, что горожане были одеты странно. Их одежда была очень простой, без каких-либо украшений и более потрепанной в сравнении с одеждой группы. — Это место… — начал Беспечный. — В смысле, это другая страна? — Ах… — Неряшливоволосый склонил голову набок, будто бы это было ответ на все. — Другая страна. Страна? Подождите, из какой я страны? Странно, я не помню. Я даже не помню свой адрес… Почему? — Ты еще не заметил?- проворчал Сереброволосый. — Я не могу вспомнить ничего, кроме имени. Что-то из этой фразы обеспокоило мальчика. Не могу вспомнить. Хотя это отличалось от обычной амнезии. Может быть, как и он сам, Сереброволосый попытался что-то вспомнить, но воспоминания ускользнули от него, как только он был готов схватить их. — Имя? — Неряшливоволосый ударил себя в грудь. — Меня зовут Ранта… Но ррр, я не помню ничего больше. Мои воспоминания пропали? Серьезно? Его тон производил впечатление бокэ * . — Кстати говоря…- мальчик почувствовал, что начинает играть роль цуккоми. Это было ненамеренно, и он немного сожалел об этом, но все же продолжил. — Похоже, что у тебя амнезия… или что-то… наверно… — Эй. — Ранта вздохнул. — Если ты собираешься отыгрывать цуккоми, то делай это более… ну, ты знаешь. Говори более уверенно. Отыгрыш не в полную силу делает твою реакцию слабой и несмешной, тупица. В любом случае, я прощаю тебя. Твое имя? — Ты… ‘прощаешь’ меня? — и Ранта назвал его тупицей? Говоря такие странные вещи, сам Ранта звучит как больший тупица. Мальчик не хотел оставлять все так, но… имя. Как его зовут? — Меня зовут… Харухиро, наверно. Неряшливоволосый, Ранта, преувеличенно откинул голову. — Наверно? Не говори мне, что ты даже не знаешь свое собственное имя! Мы пошли по кругу, правильно? Весь этот разговор о том, что мы ничего не помним, кроме наших имен, забыл? Этот парень. Этот парень слишком надоедливый, подумал Харухиро. Он посмотрел на Сереброволосого, идущего за Хиему. Как зовут этого Сереброволосого парня? Он хотел узнать, но очень боялся спросить. Харухиро не нарочно избегал обратиться к Сереброволосому парню, но вместо этого он решил спросить парня с Шелковыми Волосами. — Что насчет тебя? Шелкововолосый улыбнулся Харухиро. Он выглядел очень спокойным, даже хладнокровным. — Я Манато. Могу я звать тебя Харухиро? Не нужно формальностей, так? — О. Да, точно, все в порядке. Могу я тоже звать тебя только по имени? — Да, я не против. Манато усмехнулся и Харухиро усмехнулся в ответ. Внешне Манато казался хорошим и надежным парнем. Того надоедливого парня звали Ранта. Как и Сереброволосого, он боялся спросить и Короткостриженного парня, который выглядел недружелюбно. У Харухиро возникло впечатление, что Безвкусная девушка была совершенно из другого мира. Хоть парень в Очках выглядел достаточно открытым, однако, почему-то было трудно спросить его. Что насчет девушки с Двумя Косами, Стеснительной Миниатюрной девушки и Супер Маленькой девушки? Стеснительная девушка была рядом с ним, и он только ждал момент, чтобы начать разговор с ней. Для начала, может быть, ему стоит попробовать спросить, как ее зовут. Но как только Харухиро открыл рот, чтобы спросить, то начал немного нервничать. Он коротко прокашлял. — Прошу прощения. — …Д-да..? — Это, эм, ничего но, эм, не то чтобы, это было так важно, и я не хотел любопытствовать или еще что-то… — Меня зовут Киккава!! — громко вклинился Беспечный, встав в странную позу. — Забудем о парнях, давайте начнем с девушек! Как насчет того, чтобы узнать друг друга прямо сейчас? Девушка с Двумя Косами наклонила голову набок: — Или как насчет ‘нет’. — Ааа… — Беспечный, Киккава был жалко побит одним ударом. Харухиро подумал, что так ему и надо, но благодаря этому, он вернул свое самообладание. — Эмм, как тебя зовут? — спросил он у Стеснительной девушки, стараясь задать вопрос коротко и ясно, насколько это возможно. — В смысле, так нам будет проще разговаривать. Думаю, проще, чем не зная. — Эмм… — взгляд Стеснительной Миниатюрной девушки упал вниз, и она с силой потянула челку, будто бы пытаясь скрыть за волосами свое лицо. Ее черты лица были довольно скромными, но что-то в них было однозначно милым. Ей определенно нечего скрывать. — Меня.. меня зовут Шихору. Это мое имя. Наверно. Простите… — Тебе не нужно извиняться. — Простите, это плохая привычка. Простите, я буду внимательнее. Шихору дрожала как новорожденный олененок. С ней все будет в порядке? Харухиро не мог не беспокоиться; она была из тех людей, которых инстинктивно хочется защитить. — Ты очень высокий, — сказал Харухиро тихому огромному парню. — Какой у тебя рост? — Рост? — Гигант моргнул и задумался. — 160. — 160!? — вскрикнул Ранта. — Имеешь в виду, что мои 170 мелкие?! — Нет, не так… — сказал гигант. — Думаю, мой рост в районе 180, наверно. О, меня зовут Могзо. Возможно. — Отдай мне 10 сантиметров прямо сейчас, Могзо! — Ранта потребовал невозможное, тыкая в него. — Если я заберу у тебя 10 сантиметров, то мой рост станет 180, а твой — 170. Тогда мы поменяемся местами! Отлично, не правда ли? — Я бы отдал, если бы мог… Харухиро некого было винить, кроме самого себя, за то, что он снова заговорил с Рантой: — Твой рост точно не 170, скорее 168. — Заткнись! Это что, плохо что ли? Судя по всему, ты того же роста, как и я! — В районе 170. — Ты такая задница! Осел, дискриминирующий других только потому, что те ниже на пару сантиметров! — Ты и вправду маленький ребенок. — Ты что-то сказал? Я не услышал тебя. Что ты сказал? — Ничего. Я ничего не говорил. — Лжец! Ты только что назвал меня лживым жестоким извращенцем! Ты не сможешь обмануть мои дьявольски хорошие уши! Ты сказал, «Иди к черту, кудрявый засранец»! — Я ничего такого не говорил, честно. — И ты назвал меня кудрявым! Никто не смеет называть меня так! Это запретное слово! — Я же сказал тебе, что не называл тебя так. Не приписывай свои слова другим людям. — Я слышал тебя! Эти дьявольски хорошие уши слышали все! Я своими ушами услышал достаточно, разговор закрыт! Наплевать. Пока что, я просто запомню это! Я никого не прощу, кто назовет меня кудрявым! Это будет караться смертью для каждого, кто скажет это. Смертью! — Кудрявый, — повернувшись сказал Сереброволосый. — Ты устраиваешь сцену. Заткнись. — Да, сэр. — Кудрявый Ранта сжался. — Прошу прощения. Я замолкаю. — Я думал, что ты не простишь любого, кто назовет тебя так, — сказал Харухиро, пожав плечами. — Идиот, — прошептал Ранта. — Я человек, который правильно выбирает время и место. Меня называют Мастер-Выбора. Я стану Королем Решений! — Да, окей. Становись кем хочешь, Король Заблуждений. — Не Король Заблуждений, а Король Решений! Когда я стану королем, я покажу тебе… — Кудрявый. — Сереброволосый остановился и снова обернулся к Ранте. — Заткнись. Ранта незамедлительно опустился на колени и поклонился: — Я прощу прощения! — Вместо Короля Решений, — сказал Харухиро, пристально взглянув на Ранту, — почему бы тебе не нацелиться на титул Короля Поклонов? — Король Поклонов?! Ни за что! Не важно, как хорош я в поклонении себе, это совсем не круто! — Кудрявый, — тон Сереброволосого стал мрачным. — Это уже третий раз. Ранта снова упал на колени и начал кланяться, доставая головой дорогу. — Я-я супер ультра извиняюсь! Пожалуйста, простите меня. Пожааааалуйста… Этот парень уже стал Королем Поклонов, подумал Харухиро, но оставил это при себе. Если он что-нибудь скажет, Ранта ответит ему, и разговор никогда не закончится. Они шли в тишине, пока Хиему не остановила их перед двухэтажным каменным зданием. Над зданием развевался флаг с красным месяцем на белом фоне. Похожий символ был на вывеске. ‘пасные илы погран ск Алт сон ун’ было написано там, но что-то выглядело не так. Приглядевшись, он заметил, что некоторые слова были стерты и некоторые буквы просто свалились. — Та-да! — Хиему указала на вывеску. — Мы наконец-то прибыли! Это самое важное место! Штаб-квартира запасных сил пограничных войск Алтаны, Кримсон Мун. — Кримсон Мун, — вздохнул Харухиро, снова взглянув на вывеску. Действительно, если вернуть недостающие буквы назад, то будет написано: Запасные силы пограничных войск Алтаны, Кримсон Мун. — Заходите! Повинуясь Хиему, они зашли в здание, которое внутри напоминало трактир. Помещение было просторным, с кучей столов и стульев, также там была стойка для обслуживания. За ней стоял мужчина со скрещенными на груди руками. Никого больше не было. — Здесь Хиему покидает вас! — Хиему поклонилась мужчине за стойкой. — Бри-чан, будьте любезны объяснить им все детали как обычно? — Хорошо, — просто ответил мужчина, названный Бри, махая Хиему рукой. Его живот раскачивался, когда он махал рукой. — Тогда прошу меня извинить, пока-пока! После того, как дверь закрылась за Хиему, напряженность в комнате возросла. Наверно, она возникла из-за того, что Бри наблюдал за ними, будто проверяя. Нет, не «наверно». Это определенно было из-за Бри. Он был странным. Очень странным. Бри наклонился вперед, поставив локти на стойку и уперев пальцами подбородок. Харухиро заметил у него ямочку на подбородке. В довершении всего — цвет волос. Зеленые. Возможно, он пользовался помадой, потому что его губы были черными. У него были длинные и густые ресницы, обрамляющие голубые глаза… великолепного небесно-голубого цвета, что делало их чрезвычайно пугающими. Его лицо было очень сильно покрыто косметикой, а его скулы выделены красным румянцем. Но как бы Харухиро на него не смотрел, он определенно был мужчиной. — Хм… очень хорошо, — сказал Бри, кивая головой. Он выпрямился и продолжил. — Добро пожаловать, котята. Меня зовут Бриттани. Я командующий офицер или «босс», как вам удобнее, запасных сил пограничных войск Алтаны, Кримсон Мун. Вы можете звать меня «командир» или Бри-чан. Что бы вы ни выбрали, говорите это любя, как дети обращаются к матери. Поняли? — Командир, — спросил Сереброволосый, встав перед стойкой и мотнув головой в сторону, — ответьте мне. Я понял, что это место зовется Алтаной. Что за пограничные войска? Что за запасные силы? Почему я здесь? Вы знаете, не так ли? — А ты дерзкий! — рассмеявшись, приятно отметил Бри. — Мне нравятся такие детишки, как ты. Как тебя зовут? — Ренджи. Мне не нравятся трансы вроде тебя. — Вот как? Харухиро не успел понять, что произошло дальше. Движения Бри были не только быстрыми, но и гладкими, как по маслу. — Ренджи. Позволь дать тебе совет, — сказал Бри, прищурившись. Теперь Харухиро понял, что произошло: Бри держал кончик ножа у подбородка Ренджи. — Те, кто называет меня трансом, долго не живут. Ты выглядишь смышлёным, так что ты должен понимать, что я сказал. Хочешь продолжить нарываться на меня? — Серьезно? — ответил Ренджи. Харухиро ахнул, когда Ренджи схватил нож голыми руками. Он сжал его достаточно крепко, чтобы удерживать на месте; под большим пальцем, куда впилось лезвие, обильно шла кровь. — Я никогда не рассчитывал прожить долго, и не в моей природе поддаваться угрозам. Если ты собираешься убить меня, то убивай, Командир Транс. — В конце концов… — Бри облизнул свои черные губы и погладил щеку Ренджи. — Я тебя ‘сделаю’. Снова и снова. Так, что ты никогда не забудешь. — Знаешь, — Ранта шепнул Харухиро. — Когда он говорит «сделаю» он определенно имеет в виду другое «сделаю», чем обычно. Скорее всего. — Как именно он собирается ‘сделать’ его? — девушка с Двумя Косами смущенно спросила Ранту. — Ну, это, я имею в виду… он собирается засунуть «это» туда, где оно не должно быть. Ну знаешь, в то место, откуда оно обычно выходит. Ты понимаешь, о чем я? Так, Харухиро? — Не впутывай меня. Ты начал этот разговор, так что на тебе вся ответственность. — Как прохладно. Ты анти-социальный или как? Уровень твоего общения ниже нуля. — Эй, эй, — Беспечный Киккава встрял между Ренджи и Бри. — Разве вы не только что встретились? Нет смысла драться из-за недопонимания. Простим все и забудем! Будьте счастливыми, и все обойдется, окей? Окей? Ради меня! — Ради тебя? — усмехнувшись, Ренджи взглянул на него. Но, тем не менее, он отпустил нож. Бри тоже опустил нож, вытерев с него кровь об одежду. — Похоже, в каждой группе есть несколько безрассудных ребят. Восемь парней, четыре девушки. Маловато девушек, но мне так даже больше нравится. Парни склонны быть лучше в бою, так что проблем нет. Манато прищурился. — Бою? — Ты слышал меня, — усмехнулся Бри. Эта усмешка показалась Харухиро грязной. — Бою. — Это место — штаб-квартира запасных сил, так что… — Манато опустил взгляд. — Получается, что мы добровольцы? — Очень хорошо! — Бри медленно похлопал. — Ты тоже выглядишь многообещающе. Верно подмечено. Вы все можете стать добровольцами. Также у вас есть право отказаться. — Мастер Выбора, — сказал Харухиро, похлопывая Ранту по спине. — Похоже твой выход. — О? Ах! Точно! Именно так! Мой.. выход? — Вы все можете выбрать, — сказал Бри, слегка лизнув свой указательный палец. — Примите мое предложение или отклоните. Мое предложение заключается в следующем: вступайте в запасные силы пограничных войск Алтаны, в Кримсон Мун. Что же, для начала вы будете стажерами, то есть будете учиться, как стать самостоятельными солдатами. — Но что, — испуганно спросила Безвкусная девушка, — члены запасных сил делают? — Конечно же сражаются. — Бри щелкнул пальцами от досады, будто бы не желая объяснять. — Здесь, на Границе, мы, люди, сталкиваемся с другими расами, и здесь много, я говорю много, существ, которых мы зовем монстрами. Работа пограничных войск заключается в убийстве этих монстров и защите границ. Но, если честно, это непростая работенка. Пограничные войска удерживают в своих руках Алтану, поддерживая ее как передовую базу. Вот тут мы, запасные силы, и появляемся. — Другими словами, — сказал парень в Очках, приподняв свои очки на переносице, — в то время как пограничные войска остаются позади и защищают город, запасные силы идут вперед и сокрушают количеством. Я прав? — Проще говоря… — сказал Бри, сложив руки вместе, затем открыв их, создавая тем самым впечатление распускающегося цветка. Наверно, этот жест должен был выглядеть круто, но на самом деле он показался весьма тревожным. — Вообще-то, мы часть постоянных пограничных войск. Защита границ заключается не только в обороне. Отправляются экспедиции для обнаружения и убийства прячущихся врагов. Однако эти мелкие операции не то, что подходит размеру постоянных войск. Перемещение таких огромных войск требует планирования, подготовки логистики, питания и т. п. Вот чем мы отличаемся. Киккава кивал головой с чрезмерным энтузиазмом на каждое слово Бри: — И чем мы отличаемся? — Запасные силы. — Бри сложил руки и покрутил пальцами. — Мы более мобильны и лучше приспосабливаемся. Мы проводим разведку, вторгаемся, бьем и убегаем. Мы ослабляем способность врага к бою. Даже если мы сотрудничаем с постоянными войсками, мы не используем ту же тактику. Мы объединяемся в небольшие группы по 3-6 человек, и каждая группа использует свою собственную сообразительность, способности сбора информации и решают, когда атаковать врага. Вот что мы, запасные силы, Кримсон Мун, делаем, и как мы работаем. — И… — Ренджи согнул пальцы правой руки. Похоже, кровотечение остановилось. — Что если мы откажемся от вашего предложения? Бри наклонил голову в сторону, и затем повел бедрами взад и вперед. Он пытался быть забавным или угрожал в такой комичной манере? Как бы то ни было, но на самом деле это пугало. — Ничего. Я уже говорил ранее, что вы можете выбирать. Если вы сделаете выбор не становиться членом запасных сил, то вы можете уйти отсюда сейчас и никогда не возвращаться. — В таком случае, наверно, я отказываюсь, — сказал Ранта. Он повел рукой по растрепанным волосам. — Я все еще не понимаю, что происходит, но по своей природе я — пацифист. — Понятно, — сказал Бри. — Тогда пока. Береги себя. — Это все? — направившийся к двери Ранта, остановился и развернулся. — Вы такой же холодный как Харухиро! Но постойте, если я сейчас уйду, то что я мне делать? — Я не несу ответственность за это, — засмеялся Бри. — Если вы не хотите стать членами Кримсон Мун, то можете идти куда хотите. Если вы решите присоединиться в качестве стажеров, я дам вам по 10 серебряников. Думаю, для начала этого хватит на жизнь. — Серебряников? — глаза Манато расширились, пока он искал что-то в карманах. — Я забыл… деньги. Харухиро тоже обыскал передние и задние карманы штанов, но достал только пустые руки. У него не было денег. — Подработка, — простонал Ранта, сминая лицо. — Нужно найти подработку. Может быть, временно… — Удачи, — сказал Бри, преувеличенно пожав плечами. — Другая доступная работа сложнее, чем быть добровольным солдатом. Даже если кто-то наймет тебя, твоя зарплата будет настолько низкой, что тебе едва будет хватать на жизнь. Также, ты станешь мальчиком-рабом своему хозяину. — Гх, — Киккава хлопнул себя по лицу. — Я не гожусь на роль мальчика-раба. Полагаю, нет выбора кроме как стать солдатом-стажером? — Я уже говорил, что присоединиться или нет, решаете вы сами, — сказал Бри, поочередно указывая пальцем на всех. Ренджи глубоко вздохнул. — Тогда понятно объясни мне, что от меня требуется. — О, Ренджи, ты меня разочаровал. Ты разве не слушал? Вы сражаетесь с врагами, используя свою смекалку, способность к сбору информации и решаете. Вот так мы работаем. — Значит, ты говоришь мне, что мы сами должны выяснить, что должны делать как стажеры? — Если коротко, то да, — кивнул Бри, аккуратно раскладывая в линию красные предметы, похожие на монеты, и маленькие кожаные мешочки на стойку до тех пор, пока не оказалось 12 наборов. Бри поднял один предмет, похожий на монету, на котором был изображен полумесяц. — Это служит опознавательным знаком и символом того, что вы являетесь стажером Кримсон Мун. Это единственное доказательство того, что вы стажеры, поэтому не потеряйте его. Ну, держаться за него все время — не очень хорошая идея. Но в любом случае, когда у вас будут средства, чтобы купить свои контракты на обслуживание за 20 серебряников, то вы станете полноправными членами Кримсон Мун со всеми сопутствующими привилегиями. — Подождите-ка, — по-бунтарски произнес Короткостриженный. — Вы заставляете нас платить за то, чтобы мы стали добровольцами? — Да. Что-то не так? — Это неприемлемо. — Ты сможешь купить еду, одежду или сделать что-либо без денег? Не жалуйся, потому что у тебя нет денег. Если тебе это не нравится, то иди и сдохни где-нибудь в поле. Ренджи усмехнулся. — Даже если жизнь — ад, она все еще стоит денег, ха? — ‘Ад’? — Бри склонил голову от незнакомого слова. — Думаю, что-то вроде того. Кстати говоря, с этого момента вам самим нужно решать, что вы будете делать или куда пойдете. Но мудрее в первую очередь купить ваши контракты Кримсон Мун. — Ладно, — сказал Ренджи, взяв монету Кримсон Мун и кожаный мешочек. — Стажеры запасных сил или что еще, я сделаю это и свалю отсюда. Короткостриженный пошел за Ренджи, взяв красную монету и кожаный мешочек. Безвкусная девушка, Манато и парень в Очках сделали то же самое. — Я тоже возьму один, спасибовамогромное — заявил Киккава, взяв монету и мешочек. Похоже, он собирался взять второй мешочек. — Эй! — ударив его руку, начал ругать Бри. Харухиро не видел других вариантов, кроме как присоединиться. Но для чего? Он не знал. Может быть, из-за денег или для выживания в этом месте? Если вступление в Кримсон Мун — это единственный способ заработать деньги, тогда он не видит других вариантов, однако в душе это ему не нравилось. Шихору, девушка с Двумя Косами и Супер Маленькая девочка колебались. Небесно-голубые глаза Бри посмотрели на Ранту и гиганта Могзо. — Что насчет вас? — У меня такое чувство, будто иду прямо в ловушку, — пробормотал себе под нос Ранта, подходя к стойке. — Было бы желанное-желание, возможная-возможность всегда найдется, где нет желанного-желания, там нет возможности … — сказала девушка с Двумя Косами, следуя за Рантой. — Эм, — Харухиро повернул к ней голову. — Не думаю, что мы говорим ‘желанное-желание или возможная-возможность’… — О, правда? — Девушка с Двумя Косами повернулась и взглянула на него, забирая красную монету и мешочек со стойки. — Юме помнит, что это звучало именно так. — Похоже тут проблема. Правильно будет ‘было бы желание, а возможность найдется’. — О, понятно. Но разве желанное-желание и возможная-возможность не звучит милее? Юме думает, что быть милее тоже важно — … Полагаю, так ты становишься милее на несколько единиц. — Именно! — девушка с Двумя Косами, которую, похоже, зовут Юме, захихикала с искренним счастьем. Пока Харухиро разговаривал с ней, Супер Маленькая девочка взяла красную монету и кожаный мешочек. Осталось только три: Могзо, Шихору и ему. По какой-то причине, Харухиро не хотел брать последним, поэтому он тут же взял монету и мешочек. Когда Харухиро проверял содержимое мешочка, Могзо медленно подошел к стойке и взял свой набор. Шихору последней взяла свой комплект. — Поздравляю, — поаплодировал Бри, улыбаясь им. — Теперь вы все стажеры Кримсон Мун. Усердно трудитесь и становитесь независимыми как можно скорее, окей? Когда вы станете полноправными членами, вы можете вернуться и поговорить со мной, если захотите что-то обсудить. Неожиданно раздался глухой звук, сопровождающийся ворчанием. Когда Харухиро оглянулся, он увидел, что Короткостриженный парень упал задницей на пол. Это случилось так быстро, что он не успел повернуться вовремя, чтобы увидеть хоть что-то, но похоже, Ренджи пнул по ногам Короткостриженного парня. Намеренная подножка? Зачем? — Вставай, — невозмутимо сказал Ренджи. — Что ты творишь?! — крикнул Короткостриженный парень, поднимаясь на ноги. Ренджи толкнул его, поставив на четвереньки. — Что не так? — сказал Ренджи. — Вставай. — Ублюдок, что ты, черт возьми, творишь? — С того момента, как ты меня увидел, ты думал, ‘он сильнее меня или же слабее?’ Я решил показать тебе. Вставай. — Черт! Ренджи ждал момента для атаки, когда Короткостриженный снова попытается подняться на ноги. Это было очевидно даже для такого наблюдателя, как Харухиро. Все, что мог сделать Короткостриженный парень, так это поставить блок. Но нет, Короткостриженный парень попробовал увернуться. Ренджи ударил его кулаком до того, как он смог уйти от атаки, затем снова пнул его. Потом Ренджи схватил его за уши, с криком поднял, и ударил коленом в грудь несколько раз. После, он взял голову Короткостриженного парня обеими руками и ударил ее своей головой в полную силу. Послышался громкий треск и Короткостриженный парень упал на одно колено. — Ты действительно твердолобый, — отметил Ренджи, потирая лоб пальцами. Кровь потекла по лбу Короткостриженного парня. — Твое имя? Короткостриженный парень все еще находился внизу, одной рукой упираясь в пол, другой — в колено. Наверно, он не мог себе позволить полностью опуститься на четвереньки. — Рон. Ты силен, ублюдок. — Ты очень крепкий. Присоединяйся ко мне, Рон. — Аа. Только на время. — Этого достаточно. Кто еще… — Ренджи начал осматриваться и остановил свой взгляд на Манато. Манато пристально взглянул на него в ответ, немного прищурившись. Ренджи сдался первым и остановился на парне в Очках. — Выглядишь так, будто умеешь сражаться. Идем со мной. Парень в Очках моргнул несколько раз и скрестил руки на груди. Он поднял свои очки вверх по переносице и резко кивнул так, будто бы отвел подбородок назад. — Хорошо. Я Адачи. Рад быть на твой стороне, Ренджи. Ренджи криво улыбнулся, затем его глаза остановились на Харухиро. Что? Я? Действительно ли такое возможно… подумал Харухиро. На удивление, его сердце было готово выпрыгнуть из груди. Просто… Ренджи не только по всем внешним признакам выглядит сильным, но он еще и доказал это, судя по тому, как легко он побил Рона. Также, он быстро думал и принимал решения. Казалось, с ним было бы тяжело работать без постоянного страха, но не было сомнений в том, что Ренджи — человек, который доведет дело до конца. Если Харухиро присоединится к группе Ренджи, все будет гораздо проще. Харухиро решил: да, он хочет присоединиться к группе Ренджи. Очень хочет. Но вскоре он был разочарован. Ренджи, центр всей группы, кивнул на кого-то другого. Харухиро пропустили. — Ты, коротышка. — А? — вскрикнула Супер Маленька девочка. Самая маленькая из всех, ее голос был хрупким. — Подойди, — Ренджи махнул рукой. ‘Чиби’-чан выглядела смущенной, но подошла к Ренджи, затем взглянула на него. Ренджи погладил ее по голове. — Ты выглядишь полезной. Идем. Чиби-чан кивнула, «…а». Ее лицо стало красным, словно вареный осьминог. Не сказать, что она была привлекательной; просто ее действия и присутствие само по себе были невероятно милыми, как у маскота * . Но полезная? Серьезно? Ренджи решил, что она полезнее, чем Харухиро. Это раздражало его и в то же время заставляло почувствовать себя жалким. — Мы уходим, — сказал Ренджи, указывая подбородком в сторону выхода. Как только Ренджи, Рон, Адачи и Чиби начали уходить, Безвкусная девушка закричала. — Стойте! Возьмите меня с собой! Ренджи коротко вздохнул. — Мне не нужны те, кто для меня бесполезен. — Я сделаю все что угодно, — сказала она, цепляясь за него. — Я Сасса. Пожалуйста, я сделаю все, что ты скажешь. Все. — Все, да? — сказал Ренджи, отпихивая ее. — Не забывай эти слова. — Не забуду. — И не трогай меня без разрешения. — Я… поняла. — Хорошо. Тогда идем. Сасса открыла дверь, и группа Ренджи вышла, оставляя Сассу позади. Когда дверь закрылась за ними, остались только семеро отвергнутых, семеро неудачников. — Гах, — нахмурился Киккава, почесывая голову. — Я тоже хотел быть в команде Ренджи. Ренджи и Рон непобедимы в бою, Адачи выглядит умным, Чиби-чан очаровательна и Сасса сладка и прекрасна. Такая хорошая группа. Но сейчас нет смысла жаловаться, поэтому я собираюсь осмотреться в городе. Пока-пока! Сказав это, Киккава ушел. На мгновение взгляды Харухиро и Шихору встретились, но она сразу же отвела взгляд. — Думаю, я тоже пойду, — сказал Манато, направляясь к выходу. — Вряд ли что-то узнаем, если будем стоять здесь. Я собираюсь осмотреться. Посмотрим, что удастся найти. Увидимся позже, ребята. — Да, увидимся, — сказал Харухиро, помахав ему на прощание. В то же время он задумался, а не пойти ли за ним. В отличие от Ренджи, с Манато проще поладить, и он казался хорошим парнем; кем-то, на кого можно положиться. Харухиро было наплевать на Ранту, но что насчет Шихору и Юме? Что они собираются делать? И Могзо до сих пор тут. О, точно. Если они все вместе пойдут за Манато… но было уже слишком поздно. Манато уже ушел. Хотя если они выйдут прямо сейчас, то может быть еще не поздно догнать его. — Ей, ребята, пойдемте за Манато. Не стоит оставаться тут… — начал Харухиро, когда дверь внезапно открылась. Манато вернулся за ними? Подумал Харухиро, но нет. Человек, вошедший в здание, оказался другим. Он выглядел гораздо старше, чем Харухиро и остальные. Его верхняя и нижняя части тела были покрыты кожаной одеждой, на голове у него было нечто похожее на шляпу с перьями; за спиной у него висел лук и колчан стрел. Его глаза были похожи на лисьи, а его рот был изогнутым. — Добрый день, Командир. В версии с изображениями тут находится картинка. — Боже-боже, — Бри повернулся к человеку. — Это же Рэгхил. Что случилось? Тебе что-то нужно от меня? — Нет, от вас — ничего, — сказал человек, названный Рэгхилом, мельком взглянув на Харухиро и остальных. — Я слышал, только что прибыла новая группа. — Слухи быстро расползаются. В этот раз у нас только 12 и здесь остались только пятеро. — Отребье, да? Лицо Ранты стало каменным. — Это что-то плохое? Отребье? — Чем это может быть еще, кроме как плохим? — сказал Рэгхил, впиваясь взглядом в Ранту, перед тем, как повернуться и пристально взглянуть на Харухиро и оставшихся трех, быстро оценивая их. — Хм. Наша группа потеряла танка * , так что ты, большой парень. Ты будешь им. Мого показал на себя. — …Я? — Да, ты. Будто кто-то тут еще большой и парень? Мы позволим тебе вступить в нашу группу и обучим тебя основам. Что касается денег, то мы одолжим тебе немного. Это великолепное предложение. Если ты не глуп, то ты примешь его. — А, окей… — Серьезно, Могзо? Ты собираешься пойти с ним? — Ранта схватил Могзо за левую руку. — Не делай этого. Очевидно же, что ему нельзя доверять… — А, точно… — Мне можно доверять! Забудь о нем, и просто пойдем со мной! — Рэгхил схватил Могзо за другую руку. — Для стажера неслыханно, получить приглашение в группу. Ты должен быть благодарным! — Ах, окей… — Не дай ему себя одурачить, Могзо! Ненадежные ублюдки, никогда честно не скажут, что им нельзя доверять! — Ах, эм..оу.. больно… Ранта отпустил. — Ой, прости, прости. — Идем! — Рэгхил дернул Могзо со всей силы и утащил его. Плечи Шихору поникли. — …Он ушел. — Осталось… — Юме начала считать их, указывая на каждого. Один, два, три: Харухиро, Ранта, Шихору. Наконец она сама. — Осталось четверо. — Как долго, — сказал Бри, подавляя зевок, — вы планируете оставаться здесь? Я занятой человек и мне нужно работать. Если вы собираетесь остаться тут, то я вышвырну вас отсюда. Ранта, похожий на собаку с поджатым хвостом, повернулся к Харухиро и остальным. — Идем? — Да, — ответил Харухиро, выглядевший беспомощным и побежденным.

↑ Два человека — бокэ и цуккоми — отличительная черта мандзая. Бокэ— дословно означает маразм или человека не от мира сего. Бокэ постоянно путается, забывает разные вещи и рассказывает глупости. Напротив, цуккоми играет роль реалиста-прагматика и пытается поправлять первого.

↑ Персонаж-талисман (маскот, от фр. mascotte — «человек, животное или объект, приносящий удачу») — практически любой узнаваемый персонаж, антропоморфный и не очень, олицетворяющий собой некий коллектив: школу, спортивную команду, сообщество, воинское подразделение, мероприятие или бренд.

↑ Танк (англ. tank) — в компьютерных или настольных ролевых играх — игрок, отвлекающий в бою внимание противника (монстра) на себя, предотвращающий нанесение урона слабозащищённым персонажам (например, магам или лучникам

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2: Потерянные и без вариантов

Покинув штаб-квартиру Кримсон Мун, он почувствовал облегчение. Но возник вопрос: «Куда ему теперь идти?» Даже если первым шагом нужно было узнать побольше об Алтане, Харухиро и остальные не знали, с чего начать. Они не знали никого, к кому можно было обратиться за помощью. Группа Ренджи, Киккава, Манато, даже Рэгхил и Могзо были вне поля зрения. Похоже, все разошлись. Харухиро, Ранта, Шихору и Юме некоторое время в недоумении стояли снаружи штаб-квартиры Кримсон Мун. Шихору первая нарушила тишину: — …Что нам делать? Почему ты спрашиваешь меня? Я тоже хочу спросить тебя об этом, хотел огрызнуться Харухиро. Но по джентльменским соображениям, так как она была девушкой, он ответил: — Хороший вопрос. Что делать… — Что… нам делать? — повторила она. — Вам, ребята…, — Ранта тяжело вздохнул. — Вам, ребята, надо быть более, ну знаете, самостоятельными или что-то типа того. Сейчас не время спрашивать ‘что делать, что делать’. — Есть идеи?- спросил Харухиро. — Я напряженно думаю над этим. Что мы должны делать, да. Юме захихикала. — Значит, у тебя тоже нет идей. Ранта почесал указательным пальцем кончик носа. — Чертовски верно, я не знаю! Честно говоря, это отстойно, не мог не подумать Харухиро. Наверно, Рэгхил был прав, наверно, они действительно ни на что не способное остатки. Четыре отребья, которые не могут принять какое-либо решение, не могут сделать что-либо самостоятельно. Они даже не решили объединиться в команду: они просто стояли перед штаб-квартирой рядом друг с другом. Из всех возможных вариантов, этот, наверно, был самым худшим. — Могзо везучий, — сказал Ранта, и внутренне, Харухиро не мог не согласиться. — Рэгхил кажется сомнительным, но он ветеран. Могзо на пути к успеху, может быть даже бездельничает, вступив в группу ветеранов, которые знаю все вокруг. Почему взяли его? Я единственный, кого нужно было взять. Серьезно, я очень полезный. Я СЕРЬЕЗНО. — Даже не знаю, — любезно ответила Юме, и Харихиро добавил: — Сомневаюсь в этом. Ранта обвиняюще указал пальцем на каждого из них. — Вы так говорите просто потому, что понятия не имеете, что я могу! Зарубите себе на носу: Я человек способностей! С самого рождения я был известен, как человек со скрытым потенциалом! — Твой потенциал не был бы скрытым, если ты был известным, — сказал Харухиро. — Это мелочи! Ты утомишь себя, постоянно заботясь обо всех деталях. — Отчасти, я утомляю себя разговором с тобой. — У тебя совсем нет выносливости, Харухиро. Бесполезен во всем. Нет, плох во всем. Плох, плох. — Говорит парень, единственное достоинство которого — кудрявые волосы. — Не называй меня кудрявым! — Я сказал достоинство. Кудрявые волосы — это сильная сторона, не так ли? — Ты так думаешь? Кудрявые волосы — это действительно хорошо? Я, на самом деле, не уверен… — Волосы Юме прямые. Юме всегда завидовала естественно вьющимся волосам. Кудрявый Ранта великолепен. — В самом деле? Мои волосы и вправду хороши? Без шуток? — Да! Вьющиеся волосы означают извилистый ум, и это очаровательно! — Очаровательно? Не знаю. Девушка называет парня очаровательным… но это не так плохо, наверно. Но ‘извилистый ум’ — звучит, будто бы я идиот… Послышались тихие всхлипывания. Харухиро обернулся и увидел, как Шихору закрывает лицо руками, и ее плечи слегка дрожали. — Стоп, — удивленно взглянул Ранта. Юме тоже посмотрела на Шихору и несколько раз моргнула. Харухиро тоже был удивлен. Шихору плакала. — Ч-что-то случилось? — спросил Харухиро. Он собирался положить руку ей на плечо, но остановился на полпути. Может быть физический контакт — плохая идея. В конце концов, она была девушкой. — …н-ничего, — икнула Шихору. — Я просто…пустяки… я просто немного забеспокоилась, вот и все… — А…- произнес Харухиро. Когда он подумал об этом, ему было нечего сказать. Даже в таких обстоятельствах трое из них подтрунивали друг над другом, не взирая на тяжесть их положения. По крайней мере, Шихору сказала о том, что она действительно чувствует в этой ситуации. — Ну-ну, — Юме ласково погладила Шихору по спине. — Хорошая девочка, хорошая девочка, все в порядке. Все будет хорошо. Как все наладится, Юме не знает, но… Ранта нахмурился: — Это совсем не успокаивает… Харухиро почесал шею сзади: — Не думаю, что оставаться здесь и ничего не делать — хорошая идея. Даже если мы перестанем говорить, это нам не поможет. Может быть, мы должны, знаете, может быть… В округе должны быть еще ветераны Кримсон Мун, такие как Рэгхил. Может быть, мы сможем найти кого-то вроде него, чтобы расспросить. — Тогда вперед! — Ранта хлопнул Харухиро по спине. — Быстрее найди кого-нибудь и разузнай все! Я оставляю это на тебя, Харухиро! — Как это свежо, заставлять других делать всю работу. — Как глоток свежего воздуха! — Ты действительно меня бесишь. — Если честно, меня не волнуют твои чувства. — Придурок. — Заткнись. Это было твое предложение, так что займись этим. Вот как это работает, — заявил Ранта. — Ну ладно, давайте разделим обязанности. Харухиро: твоя задача найти члена Кримсон Мун и получить информацию; задача Шихору — быть расстроенной, задача Юме — успокаивать ее, и, наконец, моя задача — оставаться тут и ждать твоего возвращения! — Ранта, ты действительно собираешься просто ничего не делать и оставаться тут? — ответил Харухиро. — Я более чем рад сделать что-либо, но я не хочу делать что-то невеселое. — Веселиться… это не главное. — Но веселье — в этом весь смысл! Я парень, чья цель в жизни — наслаждаться жизнью. Если моя жизнь не будет доставлять мне удовольствие, тогда это будет уже не моя жизнь. Что насчет тебя, Харухиро? Ты определенно не наслаждаешься жизнью, с твоими-то заспанными глазами. — Я выгляжу так с самого рождения! Похоже, у Ранты было припасено еще несколько реплик для него, поэтому Харухиро продолжил: — Ладно. Я пошел. Поищу членов Кримсон Мун. — Наконец-то. Почему ты не сказал это с самого начала и не уберег нас от всех проблем? У Харухиро был соблазн схватить его, но он передумал. Такие как Ранта могут заставить тебя замарать свои руки. Оно того не стоит. — Я скоро вернусь, так что оставайтесь здесь, — сказал Харухиро, обращаясь к Юме и Шихору, оставляя позади штаб-квартиру Кримсон Мун. Он до сих пор не знал, что должен делать. Со стороны солнца, вероятно, находился восток, поэтому определить остальные стороны света не составляло труда. На севере виднелась замкоподобная башня, тянущаяся в небо. Она была хорошим ориентиром, поэтому Харухиро, для начала, решил отправиться туда. Но он тут не с туристической целью, напомнил Харухиро сам себе. Была ли это хорошая идея отправиться туда? Харухиро не сомневался, что у группы Ренджи все идет хорошо. Манато, наверно, как-нибудь справлялся. Чрезмерно беспечный Киккава, скорее всего, открыто опрашивает всех в городе. Харухиро надеялся, что Рэгхил не обманул Могзо. Если так, то, наверно, у Могзо было наилучшее начало среди них всех. — …Полагаю, у меня нет выбора, кроме как найти кого-то и расспросить, — сказал Харухиро сам себе. Но кого? Может тех людей, идущих вниз по улице… но стоп. Для начала, что он спросит? Запасные силы. Верно, он должен спросить насчет Кримсон Мун. Где же ему найти члена Кримсон Мун? Он начал искать наиболее подходящего человека среди прохожих. Возраст не имел значения, но те, кто выглядят дружелюбно, больше подойдут. Почти половина прошедших мимо, пристально смотрели на него. Точнее, они пялились на него. Харухиро выглядел странно? Наверно да. Его одежда была совершенно иной. Где бы он не искал, он не мог найти кого-то подходящего. У него было ощущение, будто на него смотрят как на какого-то пришельца. Или это просто его паранойя? — Это большое препятствие. Или, может, я слишком труслив… Харухиро бродил по незнакомым улицам, выбрав основное направление в сторону башни, и старался собрать все свое мужество. Что-то в подсознании подсказывало ему, что рано или поздно его переключатель мужества внезапно перевернется. Лучше рано, чем поздно, но… Затем он пришел. Посреди безупречно чистой городской площади стояла высокая каменная башня. Окружающие ее здания, в основном, были двухэтажными, хотя тут и там виднелись и трехэтажные. Должно быть, из-за невысоких зданий, башня казалась еще выше. Но даже так, она все равно была огромной. Величественное сооружение. Она выглядела крепкой. Ее окна и ворота были украшены тонким узором. Возле ворот, на городской площади, тут и там стояли на страже люди в доспехах, держа в руках копье и щит. Наверно, в хорошо охраняемом здании живет кто-то высокопоставленный; может быть губернатор, подумал Харухиро. Пока Харухиро стоял в центре площади и во все глаза пялился перед собой, появилась стража. Их доспехи клацали от соударения металла. — Что ты тут делаешь? У тебя какие-то дела в Башне Тенбороу? — Тенбороу? Ээ, нет. Никаких дел… — Тогда проваливай. Или ты хочешь, чтобы тебя арестовали за нарушение спокойствия Его Превосходства, Графа Алтаны? — Ах, нет. Я не хочу, чтобы меня арестовали.. Да. Простите, я ухожу. Харухиро поспешно покинул площадь. Он не был уверен, но, похоже, что башня называлась Тенбороу, и была домом человека, графа этого пограничного города. У него появилось чувство, что он успешно раздобыл первый кусочек информации об этом месте. Но все, кто жил в таком заметном здании, был известен всем горожанам. — Алтана. Граф Алтаны. Его Превосходство. Башня Тенбороу. Граница… Пограничные войска. Кримсон Мун. Запасные силы… — Харухиро прошептал про себя все эти чуждые слова, продолжая свой путь на север. Постепенно, количество людей на улице увеличивалось. Магазины. Он прибыл в район, где стенды магазинов и уличные прилавки располагались один за другом по обеим сторонам дороги. В то время как некоторые стенды только готовились к открытию, больше половины из них уже были открыты. Стенд с едой, магазин одежды, киоски со всякой всячиной — здесь можно найти любые товары в больших количествах. Громкие голоса торговцев, оживленно рекламирующих свои товары, эхом разносились по всей улице. — Рынок? — произнес про себя Харухиро. Харухиро обнаружил, что направляется в сторону рынка, будто бы его кто-то манит. Уровень оживленности удивлял. Цены на товары были написаны как 1М, 3М, 12М и так далее. Харухиро легко мог прочитать ценники, но не мог понять, что они значат. Торговцы подзывали его, «Вы, сэр, почему бы вам не купить…» или «Вы, сэр, взгляните на…» Но Харухиро избегал их и поспешил дальше, проклиная себя за свою робость. Внезапно, в воздухе возник замечательный аромат. Волосы на затылке Харухиро встали дыбом. — Мясо… У него потекли слюни. Еда… Там находился стенд с жаренными шашлыками, что-то кипело в огромном кувшине на другом стенде, гора хлеба лежала на третьем. Нечто похожее на сэндвичи там, мясные булочки тут… Пар, дым, запах. Харухиро не выдержал. Его руки легли на живот, который немного впал вовнутрь. Почему он раньше этого не замечал? Он голоден. — Но…но Шихору и Юме ждут, — убеждал себя Харухиро. — Кто беспокоится о Ранте, но… неправильно оставлять их там, пока я набиваю живот. Но… старшие говорят, ‘нельзя драться на пустой желудок’. Ходить на пустой желудок тоже нельзя… не хочу идти на пустой желудок… Прошу прощения! Не в силах больше сопротивляться, Харухиро направился прямиком к стенду с шашлыками. Он отчаянно искал кожаный мешочек и достал одну серебряную монету. Сможет ли заплатить за еду? Хватит ли этого? Что если не хватит? Он пересек мост, и подошел к нужному месту. — Один шашлык, пожалуйста! — сказал Харухиро. — Что!? — глаза пузатого человека за стендом расширились. — Серебряник?! Тебе не нужно так много! Один шашлык стоит 4 медяка. Видишь, тут написано? Я не делаю скидки, но я не беру выше указанной суммы! Вот как Шашлыки Дори ведут бизнес! — 4 медяка? — Харухиро взглянул на монету. — Вы имеете в виду, я не могу купить шашлык на это? — Один серебряник стоит 100 медяков. Ты можешь купить 25 шашлыков на него. Но ты ведь не сможешь съесть так много, правда? И сейчас еще не обед, поэтому на данный момент у меня только 50 медяков для размена. — Значит медяк это… — Конечно монета бронзового цвета. — Продавец достал монету, похожую на символ стажеров Кримсон Мун, но раза в два меньше, и показал ее Харухиро. — Это медяк. Не говори мне, что не знал. Ты определенно странно одет, значит… Ты член Кримсон Мун? — Эм, не совсем. Просто стажер. Если точнее, только стал им. — Понятно. Что же, вы, члены Кримсон Мун, все немного ‘другие’, если ты понимаешь, о чем я. Получается, у тебя только серебряники, и нет ни одного медяка? — Нет, медяков совсем нет. И один серебряник стоит 100 медяков… — Другими словами, 10 серебряников, которые сейчас были у Харухиро, приравниваются к 1000 медяков. Он может купить 250 шашлыков. Но даже 1 шашлык огромен, что вполне он мог заменить 1 прием пищи. Значит 250 шашлыков — поесть 250 раз. Трехразовое питание приравнивается почти к 80-ти дням пропитания. Это довольно много. — Простите, я пока только стажер. — Значит, ты не знал о медяках, — пузатый мужчина нахмурился и затем глубоко вздохнул. — Полагаю, это значит, что тогда ты не знаешь о банке Йорозу. Почему бы тебе не сходить туда и не взглянуть? Ты можешь бесплатно обменять там деньги. Также, там ты можешь оставить деньги на хранение. — Банк Йорозу… — К югу от рынка. Выходи со стороны башни Тенбороу, пройди три улицы вниз, затем поверни налево. Он находится там. Снаружи есть вывеска, поэтому тебе не составит труда найти его.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3: Йорозу

Банк Йорозу. По крайней мере, так говорилось на вывеске снаружи каменного здания с толстыми стенами, похожего на склад. Буквы были написаны золотой краской, величественно, но в то же время слишком броско. Харухиро добрался до банка, ни разу не потерявшись, из-за чего почувствовал себя немного лучше во всей этой ситуации. Теперь единственной проблемой был пустой желудок. Он умрет от голода, если не поторопится обменять свои деньги, не вернется к Дори и быстро не съест один из тех шашлыков. Главный вход вел в коридор, и в конце каменных ступеней находился прилавок. Харухиро подошел к концу короткой очереди. Спустя некоторое время, подошел его черед, и его позвали «Следующий!». За прилавком в огромном кожаном кресле, тихо и достойно, сидела маленькая девочка. Она выглядела не старше 10 лет. Ее красно-белая одежда с золотыми бликами была ослепительна. Она носила золотой монокль и держала в руке золотую курительную трубку. Ее осанка тоже казалась величественной, как и ее внешний вид. — Хм. — Девочка закурила трубку, внимательно рассматривая Харухиро. — Никогда не видела тебя раньше. Впервые тут? — …Да, — ответил Харухиро, внезапно оробев. Что не так с этой маленькой девочкой? Он откашлялся и продолжил. — Да, впервые. — Судя по твоей внешности, ты стажер Кримсон Мун. Понятно. Только что прибыл, не так ли? — Девочка встала на кресло и похлопала по коленям. — Я Йорозу. Четвертое поколение. Я безупречно запоминаю фамилии и имена, внешность, вклады и остатки, все операции всех клиентов. Тем не менее, я также веду бумажные документы для тех, чья память не такая идеальная, как у меня. Хватит вступлений; откроем твой счет. Твое имя? — Эм…Харухиро. — Понятно. — Йорозу наклонилась вперед, открыла бухгалтерскую книгу, лежащую на прилавке, и начала что-то записывать с помощью пера. — Готово. Теперь ты можешь вести дела с банком Йорозу. Харухиро мельком взглянул на книгу и действительно, на новой странице красивым почерком было написано ‘Харухиро’. Когда он снова поднял взгляд вверх, то обнаружил лицо Йорозу прямо перед собой. Может, она и была маленькой, но ей точно было не 10 лет. Наверно, значительно старше 10 лет. Игнорируя ее рост и приглянувшись, он заметил, что у нее очень ясные черты лица. Изящные голубые глаза, словно хорошо обработанное стекло, ярко розовые губы — на самом деле, она была довольно красивой. — Что? — Йорозу сморщила губы и гневно отвернулась. — Мое лицо — не то, на что нужно глазеть, Мистер Отстутсвующие Манеры. — П-простите. — Давай-ка кое-что проясним. — Йорозу сунула трубку прямо под нос Харухиро. — Четвертая в поколении Йорозу может быть молодой, но она чистокровная Йорозу. Вырежи это у себя в черепе и не делай ошибку, недооценивая меня. Кстати, Харухиро, я хорошо запомнила тебя как грубого и невежливого. — … не могли бы вы забыть об этом, пожалуйста? — Невозможно. Йорозу — это Йорозу, поэтому она ничего не забывает. Если Йорозу что-то забудет, то должна будет уйти в отставку, и ее сменит другой Йорозу. Этот закон влияет на всех Йорозу. — Это довольно жестоко… — Харухиро оглядел комнату. Сейчас он был единственным клиентом. Других работников банка не было видно. — Вы случайно не единственный работник банка Йорозу? — Непостижимо. Я уполномоченный президент и исполнительный директор банка. Перевозку денег и товаров в различные районы, обслуживание скалдов и т. п. осуществляет огромное количество служащих, рабочих и подмастерьев, работающих здесь. Ты знаешь, чем мы занимаемся? — Эм, хранение денег, обмен денег и что-то подобное. — Не только денег. Товаров тоже. В случае денег, мы взымаем налог на хранение в размере 1% от общей суммы. В случае товаров — 2% стоимости объекта, оцениваемой нашими профессиональными оценщиками. — Один процент… — Таким образом, на каждую сотню медяков, оставленных на хранение, 1 взымается в качестве налога. — Разве это не слишком дорого? — Если ты так думаешь, — Йорозу направила на него трубку — тогда не оставляй тут на хранение свои деньги. Это меня не касается. Но позволю себе сказать, что такие солдаты запасных сил, как ты, обязательно увидят ценность наших услуг. Итак, Мистер Отсутствующие Манеры, по какому делу ты пришел сегодня? — Мистер Отсутствующие Манеры… — повторил Харухиро. Теперь его постоянно будут так называть? Он достал одну — нет, лучше взять два — серебряника из мешочка. — Я хочу обменять их на медяки. — Хм. Великолепно, мы предоставляем услуги по обмену денег без взимания налога. Два серебряника равны 200 медякам, но как ты собираешься их нести, Мистер Отсутствующие Манеры? — А, — Харухиро вспомнил бронзовые монеты, которые ему показал пузатый продавец из Шашлыка Дори. Они были очень маленькими, но 200 монет наверняка много весят. — Понятно. Разгуливать в округе с такой кучей монет очень опасно. Понятно, почему люди платят налог за хранение денег. — Именно. Я мгновенно могу рассчитать сумму вплоть до одной сотой медяка, поэтому налог за хранение одного медяка составляет одну сотую медяка. Я запоминаю это и записываю в книге на твой счет. Когда накапливается 1 медяк, то я снимаю его с твоего счета. Так что даже не пытайся провернуть такую штуку, как вклад 99 медяков, по одному за раз. — Другими словами, не пытайся обмануть систему. Хорошо, я понял, — сказал Харухиро, положив 1 серебряную монету на прилавок. — Тогда вы можете просто обменять это на медяки? — Конечно. — Йорозу ударила трубкой в колокольчик на прилавке. Из двери в задней части комнаты появился паренек, одетый в серебристую одежду. Йорозу не сказала ни слова, только что-то показала рукой. Паренек молча поклонился, затем снова исчез за дверью. Через мгновение, он снова появился, держа в руках черный поднос. На подносе лежали бронзовые монеты. Он положил их на прилавок, затем снова исчез. — Ровно 100 медяков. Можешь забирать, Мистер Отсутствующие Манеры. — Не могли бы вы перестать меня так называть? — пробормотал Харухиро, принимая монеты. Затем он положил их в кожаный мешочек. Бронзовые монеты были размером с кончик мизинца, но сотня заполнила мешок, что тот чуть не порвался. — Довольно тяжелые, учитывая размер; похоже, они не поместятся в кармане. Йорозу фыркнула. — Ты можешь оставить на хранение любую сумму, если хочешь. Хоть у тебя нет манер, но мы ценим каждого клиента. — Пока что, я в порядке. Немного неудобно, но я оставлю это у себя. — Понятно, — Йорозу еще раз затянулась. — Пожалуйста, не стесняйтесь возвращаться когда угодно, Мистер Отсутствующие Манеры. Мы работаем с 7 утра до 7 вечера, и мы открыты круглый год. Не важно, что вам нужно, не важно когда вам это нужно, Йорозу 4 поколения всегда готова выполнить ваши пожелания в нашей сфере. — ’Не важно когда’? Что насчет обеденного перерыва? — Нет такого. Я здесь с 7 до 7. Это закон для всех Йорозу. — …Тогда хорошего вам дня. Трудная работа, подумал Харухиро, выходя из банка Йорозу. Но принимая во внимание ее маленький размер, она была очень трудолюбивой. Его желудок снова заурчал. Мясо. Шашлыки ждали его, поэтому Харухиро рванул назад на рынок, к Шашлыкам Дори. Перед покупкой шашлыка, он вдохнул, заполняя легкие запахом только что пожаренного мяса. Не в состоянии больше сдерживать голод, он откусил шашлык с одной и с другой стороны. Взрыв вкуса и сочность незамедлительно ударили по нему. — ВКУСНЯТИНА! Доев первый шашлык, у него был сильный соблазн купить второй. После долгих колебаний, он наконец решил сдержаться. Когда он вернется, то он возьмет с собой Шихору и Юме, тогда все трое снова придут сюда. Что до Ранты, Харухиро было на него плевать. Чувствуя себя гораздо лучше, он покинул рынок и только сейчас вспомнил. — Черт! Сейчас не время есть шашлыки. Нужно искать информацию… Осмотревшись, он заметил улицу, на которой стоял стрелочный указатель с надписью «дорога Каен». Молодой парень, одетый в белую накидку, прошел рядом с указателем вниз по улице. Под накидкой у него была металлический доспех, а на спине у него находился щит. Что-то похожее на меч висело у него на поясе. Однако он не был похож на стражу из Тенбороу. Вообще, он мог быть членом Кримсон Мун. Харухиро положил руку на грудь и выдохнул. Собрав всю свою смелость, он крикнул: — Прошу прощения! Человек остановился и повернулся к Харухиро. — Да? — Простите, если я ошибаюсь, но вы случайно не член Кримсон Мун? — Да, но… — мужчина несколько раз моргнул, затем широко улыбнулся. — Понятно. Полагаю, ты стажер? — Эм, д-да! Только что стал им. Но я не знаю никого и ничего, и… — Как и все, в самом начале. Чувствуя себя потерянными и запутавшимся, мы шаг за шагом движемся вперед. Постоянно продвигаясь, наши пути становятся яснее. — Я думал… Я предполагал нечто подобное. Но я не уверен, что делать или куда идти дальше… — Понимаю. — Сочувственно кивнул мужчина. — Но знания, которые ты приобретешь из этого опыта, позже будут бесценными для тебя. Независимо от того, какую дорогу ты выберешь, те, кто не найдут свой собственный путь во тьме, никогда не найдут свое предназначение. — Правда? В смысле, я понял, что вы сказали. Более или менее. Действительно ли все будет хорошо? Знаете… — Меня зовут Шинохара, из Ориона. — Я Харухиро. — Харухиро, я и другие члены Ориона часто посещаем Таверну Шерри. Если что-то понадобится, ты сможешь нас там найти. — Э? О, в смысле, точно. Орион. Таверна Шерри. — Правильно. Желаю тебе удачи, Харухиро. До встречи. Шинохара ушел, оставив Харухиро после себя впечатление человека с дружелюбной улыбкой и вежливыми манерами. — Распрос…провален? — Харухиро свесил голову. Ему следовало остановить Шинохару и продолжить расспрос. Но Харухиро чувствовал, что Шинохара вежливо, но твердо откажется отвечать на вопросы. В конце концов Шинохара мог быть недружелюбным, хоть и не выглядел таким. Или может это способ Шинохары давать наставление новичкам. — Найти его в таверне? Харухиро взглянул на небо и покосился от яркого солнца. Он не был уверен, но у него было предчувствие, что таверна сейчас закрыта. Не зная, куда идти, он пошел вниз по дороге Каен. Его глаза искали кого-нибудь похожего на члена Кримсон Мун. Он прошел мимо нескольких похожих, но они выглядели подозрительными, неприступными или смотрели на него пренебрежительно. У него не хватало смелости, чтобы остановить их и расспросить. Ему больше не хотелось этим заниматься. Харухиро присел в конце улицы, рядом с клумбами и большим зданием, похожим на гостиницу. Может быть, кто-то обеспокоится и спросит его, что случилось, если он так и будет сидеть. Не то, чтобы у него были такие скрытые мотивы. Ладно, может быть и были. Совсем чуть-чуть. Но они были слишком обнадеживающими. Какие еще альтернативы у него есть? Он понятия не имел, где находится, он ничего не помнил кроме имени, у него не было и мысли, что это все означает. Вдобавок ко всему, он резко стал солдатом запасных сил. В то время как он был сбит с толку и нерешителен, все, кто хоть что-то умел, пошли своей дорогой. Остались только неудачники, которые ничего не умеют. Такие как он сам. И сейчас, по каким-то причинам, он был единственным человеком, бегающим по округе и пытающимся отыскать хоть какую-то информацию об этом месте. И даже это не выходило. Потому что я слишком труслив, чтобы приближаться к кому-либо, подумал Харухиро. Что не так с этим? Ничего. Было бы не так, если бы он не мог встать от жалости к себе. Ладно. Он съест шашлык. Он вернется на рынок и съест столько шашлыков, сколько в него влезет. И не только шашлыков. Там была куча всякой вкусной на вид еды. Он съест каждую предлагаемую еду на рынке. Когда наступит вечер, он направится в таверну Шерри. Может быть, это одно из тех мест, в которых женщины подают выпивку и составят ему компанию. Он будет есть, пить и веселиться до тех пор, пока не закончатся деньги. — Нет. — Харухиро поднялся на ноги. Хоть он и был не оптимистичен, но не похоже, что он был в полном отчаянии. Он повернулся и отправился обратно на рынок. Что нужно сейчас сделать. Может быть, ему следует вернуться к штаб-квартире Кримсон Мун. Хотя он не смог раздобыть много полезной информации, должно быть уже прошло много времени. Наверняка все голодные. Но если он собирается взять их с собой, чтобы перекусить, то для начала, им нужно будет сходить в банк Йорозу для обмена денег. Когда Харухиро подумал об этом, он решил, что информацию о Йорозу можно считать за полезную. Он встретил Шинохару. После того, как они купят еды, они могу пойти искать таверну Шерри. Ведь он не должен делать все это в одиночку. Именно. Именно так. В конце концов, они команда. Так было решено. Он направился назад, в сторону штаб-квартиры, в более приподнятом настроении, чем был до этого. Но было что-то не так. Используя Тенбороу как ориентир, он был уверен, что движется в правильном направлении. Но сколько бы он не искал штаб-квартиру, он не мог найти ее. — Я…потерялся? Он не хотел признавать, но, видимо, это так. Не похоже, что у него были другие варианты, кроме как пойти на площадь к Тенбороу. Оттуда он тщательно проследит свои шаги. Он нашел путь, по которому он шел от штаб-квартиры до площади. Так вот где дорога. Если я пойду по ней, то она приведет меня назад, подумал он. Наверно. — Или может быть была эта дорога? Или эта? Нет. Или да. Какая же из них? Черт. Не могу вспомнить… — Харухиро! Харухиро не мог представить кого-либо, кто позвал бы его тут по имени, так что он был поражен, услышав это сейчас. Этот голос будто бы принадлежал ангелу, спустившемуся с небес. Конечно, это должно быть какая-то игра света, но это не шутка; улыбка человека, бежавшего к нему с поднятой в воздух рукой, казалась лучом света. — …Манато! — Харухиро побежал к нему. — Манато! Я пытался найти путь обратно к штаб-квартире, но я не смог. Так вот что за чувство, найти святого в аду! — Ты преувеличиваешь — сказал Манато. Он оглянулся вокруг. — Харухиро, ты один? Где остальные? — Ранта, Шихору и Юме должны были оставаться у штаб-квартиры. Вот что произошло: Шихору расстроилась и заплакала, поэтому я пошел на поиски информации, пока они остались ждать. — Понятно. И после получения информации, ты пошел назад? — Ну… — Харухиро почесал шею сзади. У него был соблазн преувеличить свои достижения, но было очевидно, что нет смысла лгать. — Я не нашел ничего действительно стоящего. Только банк Йорозу и это все. — Банк Йорозу? Не слышал о нем. — Правда? Ты можешь оставить деньги на хранение, обменять деньги и нечто в этом духе. Похоже, это очень важно для членов Кримсон Мун. На рынке был киоск с вкуснейшими шашлыками… но, полагаю, это не так важно… — Я тоже проходил через рынок, но не заметил, где продаются шашлыки. Если они хороши, то я тоже хочу попробовать… — Я покажу тебе это место. Я его отлично запомнил… даже не смотря на то, что я не помню обратный путь к штаб-квартире. — Мы должны вернуться вместе, — сказал Манато обычным тоном, будто бы это было естественно. — В любом случае, я собирался вернуться назад. Харухиро не знал, что сказать. Он никогда не ожидал услышать такие слова от Манато. Конечно, Манато сказал ‘увидимся, ребята’ и ушел из штаб-квартиры, но Харухиро думал, что это была обычная формальность, и не воспринял всерьез. Он ошибся? Манато собирался вернуться к штаб-квартире с самого начала? Это немного согрело сердце Харухиро. Манато немного склонил голову набок. — Что-то не так? — Н-ничего! — Харухиро по-дружески похлопал по спине Манато. — Идем. Назад к штаб-квартире. Мне плевать на Ранту, но Шихору и Юме, наверно, потеряли нас. — Тогда идем, — Манато кивнул и они пошли. Харухиро следовал за Манато, и про себя еще раз подумал, как он рад, что он снова столкнулся с Манато. Манато вел в быстром темпе, не подавая ни малейшего признака, что не знает дорогу. Тем не менее, путь, который выбрал Манато, значительно отличался от того, который Харухиро считал правильным. Это потому что Харухиро не помнил дорогу назад.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4: Наслаждаясь жизнью в гильдии

Многое произошло после этого, и теперь Харухиро в одиночку очутился на углу улицы городского района Нишимачи. — Должно быть, это здание здесь… — сказал он себе. Нишимаши — такое место, где жили бедные и обездоленные; другими словами — трущобы. Все здания были старыми и полуразрушенными, обветшалыми, разваливающимися или уже развалившимися. Все люди, мимо которых он проходил, были бедно одеты. Честно говоря, это не то место, куда Харухиро хотел бы пойти в одиночку. Почему он принял это решение? Ему следовало поменять его, пока был шанс. Сейчас было слишком поздно, выбор уже был сделан. Харухиро решил осмотреть здание, построенное из сложной смеси дерева с камнем, но вскоре понял, что это невозможно. Даже когда он с трудом протиснулся через узкий проход, который, казалось, окружал здание, стена, сделанная из того же материала, что и здание, закрыла доступ в обе стороны за спиной. Тем не менее, проход вел вниз к очень маленькой двери. В центре этой ржавой двери располагался механизм, выглядящий как эмблема. В нем вырезано отверстие для ключа. Странно. Это действительно вход? — Прошу прощения! Когда Харухиро не получил ответа, то попытался постучать в дверь. После этого его руки заболели. Поэтому он неуверенно схватил дверную ручку, повернул, толкая и дергая. Дверь не поддавалась. Может быть, он пришел не туда. Он поворачивался назад, когда низкий голос эхом разнесся по переулку. — Скажи, зачем пришел Откуда он раздался? Харухиро не знал. Здесь никого не было кроме него и все еще плотно закрытой двери. Он не думал, что ему это показалось. Это наверняка был чей-то голос. — Эм.. Я хочу вступить в гильдию, — ответил он. — Входи, — произнес голос. В то же время со стороны двери раздался лязгающий звук. Дверь открылась? В этот раз, когда Харухиро вцепился в дверную ручку, она повернулась. Он начал толкать дверь, находя ее необычайно тяжелой, и открыл ее. За дверью был узкий проход, пахнущий старой пылью. По обе стороны располагались полки, полностью заполненые веревками, металлическими предметами, винтиками и другими предметами, незнакомыми Харухиро. Когда он нервно закрыл дверь, то обнаружил, что внутри здания было светлее, чем снаружи. Свет шел от лампы в конце прохода. Дальше путь сворачивал и становился уже. Харухиро повернул тело боком и каким-то образом добрался до конца коридора. Наконец он вошел в комнату. Освещение было тусклым, поэтому он не знал, насколько велика эта комната на самом деле. В ней стоял письменный стол, на котором, скрестив ноги, сидела женщина. Она с легкостью вертела нож, находившийся у нее в руках. Ее волосы были достаточно длинными, чтобы скрывать половину лица, но остальное тело содержало гораздо меньше закрытых областей. Вообще, ее руки, ноги и грудь были очень открытыми. — Значит, ты хочешь вступить в гильдию Воров. — Д-да, — Харухиро сглотнул. Наверно, лучше не пялиться, поэтому он отвел взгляд. — По крайней мере, так я планировал. — Судя по твоему виду, ты стажер Кримсон Мун. Второй пришедший сюда за сегодня. — Второй? — Не имеет значение. Если ты хочешь присоединиться, то ты будешь тренироваться один на один в течение недели. Я буду твоим наставником. Большая честь, не так ли? — А, я… — Харухиро покосился на женщину краем глаза. Не стоит смотреть на ее ноги или грудь, поэтому он быстро сфокусировался на ее лице. Сколько ей лет? Вероятно немало. Наверно, в районе 30. Довольно много для 16 летнего Харухиро. Но это не меняло того факта, что он была ГОРЯЧЕЙ. Ее сексапильность зашкаливала. Он продолжил. — … большая честь. Да. — Если ты считаешь это неудовлетворительным, тебя будет обучать другой человек. — Нет! Все в порядке. — Но позволь сказать тебе, — она облизала свои губы и воткнула нож в письменный стол. — Я очень требовательна. Если ты будешь не поспевать, то будешь наказан. — …Пожалуйста, будьте со мной помягче. Женщина тихо усмехнулась и поправила волосы. — Ты знаком с правилами и положениями гильдии Воров? В Алтане существуют организации, состоящие из людей, работающих по схожей профессии. Эти организации назывались гильдиями. Гильдия Кузнецов, гильдия Плотников, гильдия Каменщиков, гильдия Поваров и т. д. Кроме того, существовали гильдия Воинов, гильдия Магов, гильдия Паладинов и Жрецов, гильдия Охотников, гильдия Рыцарей Страха, и, наконец, гильдия Воров. Гильдия защищает индивидуальные права, предлагает места для изучения ремесла, и члены гильдии защищают друг друга. Те, кто хочет начать работать в Алтане по указанной профессии, должен присоединиться к соответствующей гильдии. Любой, кто попытается заняться ремеслом, не вступая в гильдию, вскоре обнаружит, что его делам нарочно мешает гильдия. И так как все знают об этих последствиях, то никто не имеет дел с людьми, работающими вне гильдий. Не разрешалось иметь две профессии, но даже так, гильдии прикладывали все усилия для стимулирования новичков. Как только они становился членом гильдии, то их обучали ремеслу. По сути, не было других вариантов обучиться навыкам и приемам, необходимых для профессии, без вступления в гильдию. Конечно, не так просто вступить в гильдию. Все члены должны подчиняться правилам и регламенту, иначе их могут наказать. Что же, исходя из того, что говорил Манато, все было именно так. Манато проинформировал Харухиро о том, что у одной гильдии Воров более специфические законы. Но, даже принимая это во внимание, Харухиро все равно хотел попасть в гильдию Воров. — Насколько я слышал, правило таково: нет никаких правил, — ответил Харухиро. — Точно, — женщина выдернула нож и начала вертеть его. — Конечно, это не означает, что у нас нет кодекса поведения. Например, мы не работаем в районе, который принадлежит другим, при этом, мы не ведем дела с коллегами. Условие для всех солдат Кримсон Мун — в одной группе может быть только один вор. И мы не крадем у коллег-воров или у других членов запасных сил. Ты постепенно выучишь этот кодекс; если, конечно, станешь Вором. — Я хочу стать… наверно. — Не важно, что ты ‘хочешь’… — женщина повернулась к Харухиро и протянула руку ладонью. — Если ты не можешь себе этого позволить. Для вступления в гильдию нужно не просто прийти и оставить заявку на вступление. Харухиро полез в карман, достал кожаный мешочек, который он насильно запихал туда, и ослабил завязки. По словам Манато, необходимо было заплатить определенную сумму, чтобы вступить в гильдию. Вступительный взнос был одинаковым для всех гильдий. Новички, вступившие в гильдию, платили за 7-дневный курс основ профессии. Харухиро начал доставать серебряные монеты из мешочка. Одна, вторая, третья… по его мнению, членский взнос был дороговат. Но у него не было другого выбора, кроме как заплатить. Невозможно стать членом Кримсон Мун без каких-либо знаний и навыков. Харухиро признавал эту необходимость, но от этого она не становилась дешевле. Четвертая, пятая, шестая, седьмая… и, наконец, восьмая. Восемь серебряных монет. 800 медяков. 4 медяка за шашлык означает, что он мог бы купить 200 шашлыков. Ему действительно надо вступать в гильдию? Да, других вариантов не было. Все слышали объяснение Манато и согласились с таким планом действий. Должно быть, в это же время все остальные тоже вступали в интересующие их гильдии. Харухиро сделал глубокий вдох и без лишних размышлений положил 8 серебряных монет на ладонь женщины. Женщина сжала руку и приятно улыбнулась. — Наш принцип работы — личная ответственность, свобода и отсутствие ограничений, так что мы заставим тебя принести клятву позже. Теперь ты член гильдии Воров. Чувствуешь облегчение? — Полагаю да? Но, так как я теперь член гильдии, какое у меня прозвище? — Твое прозвище — это то, что ты сам добиваешься как Вор. Пока что, ты просто ‘Новый Член’. Твое настоящее имя здесь больше не используем. После 7 дней тренировок, я, как твой наставник, дам тебе подходящее прозвище. Если хочешь хорошее имя, то работай усердно и схватывай быстрее. — Эм, ничего, если я буду называть вас учитель? — Ну и ну, — женщина наклонилась поближе к Харухиро и обхватила рукой его подбородок. Ее грудь… в такой близи была абсурднее больше. Харухиро был в опасной близости к тому, чтобы не свалиться в нее. — Звучит не плохо. Как мило с твоей стороны. Женщина широко улыбнулась и кончиком пальца погладила Харухиро по подбородку. — Меня зовут Барбара. Это будет великолепная неделя.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5: Место встречи

Была ли эта неделя великолепной или нет… вообще, это не то, о чем Харухиро хотел бы рассказать кому-либо. Каждый мог свободно покинуть гильдию Воров в любое время, и, если снова заплатить 8 серебряников, любой мог быть снова принят. Однако, тем, кто не был достаточно квалифицированным, чтобы быть наставником, запрещалось рассказывать другим о гильдийских техниках краж, техниках внезапных атак, техниках убийств и других секретных техниках. И конечно, не разрешалось рассказывать о том, что было изучено во время тренировочного курса. Поэтому Харухиро не мог рассказывать о них. Даже свое прозвище, полученное от наставника. Это имя было известно и употреблялось только среди Воров. Поэтому нельзя, чтобы посторонние знали о нем. Не то, чтобы сам Харухиро хотел кому-нибудь рассказывать свое прозвище. …Это потому, что в конечном итоге им стало ‘Старый Кот’. По словам Барбары, это потому, что его глаза постоянно выглядят заспанными, как у старого кота. Когда Харухиро думал над этим, то признал, что это может быть правдой. Но это не означало, что ей нужно заходить так далеко. Она могла дать ему такие прозвища, как ‘пантера’, или ‘ягуар’, или ‘волк’, или ‘ястреб’, или множество других крутых прозвищ. Что-то получше, чем ‘Старый Кот’. На данный момент Харухиро закончил свою недельную тренировку, которая включала в себя проживание и питание. Теперь он полноправный Вор. Или нет. Учитель Барбара вбила в него правила поведения и идеологию воров. Вместе с этим она обучила его самому простому навыку воровского мастерства, [Pick Lock] * , самым базовым навыкам борьбы, [Hit] * , и важности внезапного нападения. Однако Харухиро с трудом мог сказать, что он в совершенстве овладел этими навыками. Ему необходимо больше использовать их, чтобы они стали его второй натурой. Когда придет время выучить новые навыки, ему нужно вернуться в гильдию и тренироваться с учителем Барбарой. И, конечно, за это надо заплатить, наряду с тренировкой в течение нескольких дней. На данный момент, текущими навыками у Харухиро были [Pick Lock] и [Hit], но уровень мастерства каждого из них был очень низким. Он не мог сказать, что может свободно пользоваться ими. Выпускной подарок за окончание тренировки, представлял собой поношенный плащ, изношенный кинжал, чей-то набор воровских инструментов, пару старых ботинок. Сейчас он был одет во все это. Он, конечно, выглядел как вор, но он не был уверен, что двигался как вор. Тренировки учителя Барбары были суровыми. Она убедилась в том, чтобы Харухиро понял, что путь становления вором сложен и требователен. Он был неопытным юнцом, который собирался стать начинающим Вором. С ним точно все будет в порядке? ‘Старый Кот’ вздохнул и направился к месту встречи. Еще утро, поэтому рынок не был слишком людным. Только двое стояли в очереди рядом с Шашлыками Дори. Один носил кожаную броню и привязанный к поясу длинный меч. Его волосы были очень растрепанными. У другого человека были лук и колчан стрел за спиной. На талии висел кукри * . Ее волосы были сплетены в две косы. — Ранта! Юме! — Хм? — Ранта повернулся к Харухиро. — Хмм, — сказала Юме. Набивая рот шашлыком, она повернулась к Харухиро как и Ранта. Можно и не говорить, что веселое выражение Юме, и даже неряшливые волосы Ранты радовали глаз. Это была долгая и тяжелая неделя тренировок. Да, учитель Барбара была сексуальной, но она была той еще садисткой и не давала Харухиро отлынивать. Каждую ночь, прямо перед тем, как завернуться в тонкое, грязное одеяло и заснуть, на жестком полу одноместной комнаты, он представлял себе, что у всех остальных тоже сейчас адские времена. Мысли об этом не слишком ободряли его, но приносили немного комфорта. Это действительно очень ужасно, невероятно ужасно. Хватит, думал Харухиро. Достигая предела своей выносливости и больше не выдерживая, Харухиро решал сбежать несколько раз. Однако страх перед учителем Барбарой всякий раз останавливал его. — Ранта..! Юме..! — Харухиро побежал к ним, подняв руку в жесте «дай пять». — О? — Ранта дал ему пять, но по выражению Юме было ясно, что она не понимает, что происходит. Поэтому Харухиро ударил в пустоту. Был ли он чрезмерно счастлив? Немного смущаясь, он откашлялся. — Эй. Как вы? Где остальные? — Полагаю, — ответил Ранта, оглядевшись. — Здесь никого, кроме нас. — Хммм, ммм, мррф — сказала Юме, попытавшись быстро проглотить шашлык. Она начала кашлять. Харухиро посмотрел на нее. — Юме, ты в порядке? — Все хорошо. Не в то горло попало… — Плохая идея, пытаться говорить с набитым ртом. Лучше хорошенько прожуй, проглоти, а затем говори. — Юме не знает почему, но она всегда ест в спешке. — В самом деле? — Наставник Юме всегда говорил, ‘Юме, ты должна есть медленнее, насколько это возможно’. Но я не совсем уверена, что он говорил именно так. Больше похоже на ‘ЮМЕ, ЕШЬ МЕДЛЕННЕЕ’. Ранта пристально взглянул в сторону Юме, с вопросительным выражением на лице. — Ты действительно можешь пользоваться этим луком и стрелами? Как по мне, ты не похожа на Охотника. — Ты имеешь в виду, умеет ли Юме стрелять из лука? — Юме наклонила голову набок и надула щеку. — Учитель Юме сказал, что Юме не слишком хороша в этом. Сколько бы она не практиковалась, Юме не становилась лучше. — Но Охотник, не умеющий пользоваться луком, не является Охотником, так ведь? Все Охотники могут пользоваться луком, — ответил Ранта. — Но Юме хочет себе в спутники волка. Поэтому Охотник — самое то. — Волка, э? — Харухиро почесал шею сзади. Видимо, опытные Охотники могут приручить и разделить общую волю с волками. Вообще волки — не собаки. Харухиро видел привлекательность этого, и немного понимал ее чувства. — Бесполезный Охотник вдобавок к Вору, — пренебрежительно выплюнул Ранта. — Будет довольно тяжело. — Кто бы говорил, Кудрявый, — парировал Харухиро. — Не называй меня так! — М, прошу прощения, — вклинилась миниатюрная девушка, носящая черную треугольную шляпу и одежду схожего цвета, стоя прямо за Рантой. — ГАХ! — закричал Ранта от удивления, подпрыгнув и развернувшись лицом к прибывшей. У шляпы девушки были широкие края. Девушка опиралась на посох, ее голова была наклонена вниз, чтобы никто не мог видеть ее лицо. Харухиро, все же, сразу узнал ее. — Шихору? — спросил он. Девушка беззвучно кивнула. В конце концов, это была Шихору. Ранта широко открыл глаза и положил руку себе на грудь. — Ты напугала меня, подкравшись так! — Сказал Ранта. — Ты стала Магом, но ведешь себя как Вор. — Простите. Никто не замечал меня, поэтому я не знала, как привлечь внимание… — Ты не могла сказать что-то обычное? Типа, ‘эй’, ‘привет’ ‘йо’. — Простите. Я не могла сказать что-то обычное. Мне очень жаль… — Хватит извиняться за все! Ты заставляешь меня выглядеть плохим парнем! — Если выбирать между тобой и Шихору, — сказал Харухиро, встав между ними. — Ты — плохой парень. Не нужно срываться на нее. — О, и ты — хороший парень, Харухиро? Шихору может их хорошо прятать, но все что тебе от нее нужно — это ее ОГРОМНАЯ ГРУДЬ. — Что? Прячет? — взгляд Харухиро рефлекторно опустился на грудь Шихору. Шихору незамедлительно закрыла руками грудь, поэтому Харухиро не мог сказать, были ли они большими или нет, но… Стойте. Что я делаю? Он не собирался смотреть. Его лицо залилось краской. — Прости, — сказал он, свесив голову. — Все в порядке… — ответила Шихору. — Ты прячешь их! — Ранта указал пальцем на Шихору. — Ты не сможешь обмануть мои глаза! Они могут видеть через одежду! Харухиро уставился на Ранту. — Что это за навык? — Это не навык, это природный дар! — Шихору, твоя грудь такая большая, — сказала Юме, тыкая в свою грудь. — Должно быть приятно иметь большую грудь. Тело Юме плоское. Было бы хорошо, если бы тело Юме было стройным, но оно дряблое и плоское. Это печалит Юме … — …Просто…просто… — Шихору отпрянула назад, будто бы пытаясь раствориться. — Просто я толстая, вот и все. — Правда? — ответила Юме. — Шихору вовсе не выглядит толстой. — Моя одежда скрывает это, вот и все… Ранта фыркнул: — Шихору. Другие девушки, должно быть, тебя ненавидят. — …Почему? — Ты не толстая, но ты настаиваешь на этом. Девушки терпеть не могут таких, которые говорят, что они толстые, хотя это неправда. — Я не имела в виду… В смысле, я… — плечи Шихору начали дрожать. — В смысле, я на самом деле толстая… — Постой, — сказал Ранта, смущаясь. — Погоди… Нечего плакать. — Я-я не плаааачу, — заикаясь, произнесла Шихору. — Нет ты плачешь! Посмотри на эти слезы! Ты определенно плачешь! — Все в порядке, Шихору! — произнесла Юме, обнимая Шихору. — Не плачь. Юме не ненавидит Шихору. Но Юме пока действительно не знает очень хорошо Шихору … Харухиро нахмурился: — Это… это определенно не убедит ее, Юме. — Ой? Это так? Но тело Шихору такое приятное и мягкое. — Ааа, пожалуйста, не трогай… это очень смущает… — Вы двое! — резко вдохнул Ранта. Очень резко. — Вы двое — невероятны! Прямо под открытым небом! ДА, ЧЕРТ ПОДЕРИ! Давайте еще! — Похоже, все в сборе, — вмешался кто-то. Харухиро повернулся к новоприбывшему: — Манато! Манато был одет в белую мантию, с голубыми линиями. В руках у него был короткий посох. — Похоже, я пришел последним, — Манато широко улыбнулся и посмотрел на всех по очереди. — Я Жрец, Харухиро — Вор, Юме — Охотник, Шихору — Маг, и, наконец, Ранта — Воин. Похоже, наша группа готова идти. — Почему, — нахмурившись произнес Ранта, — ты обращаешься ко мне так же просто, как и к Харухиро? — Ты предпочитаешь что-то более формальное? — Обращение по имени меня бесит. Тебе следует называть меня Лорд Ранта. — Хаха… Нет. — Не говори так просто ‘нет’, и прекрати смеяться! — закричал Ранта. — Тебе не нужно звать Юме как-то иначе, кроме как ‘Юме’, — сказала Юме. — Мне будет достаточно просто ‘Шихору’ — добавила Шихору. — Спасибо Юме, Шихору, — ответил Манато. — Дааа! — сказала Юме, помахав ему рукой. Шихору, выглядевшая очень неловко, пробормотала что-то в ответ, но Харухиро не расслышал, что она сказала. — Манато, — Харухиро поднял правую руку и Манато, переложив посох в другую руку, дал ему пять. Их ладони встретились, и раздался хлопок. Харухиро легонько ударил Манато по плечу: — Рад видеть тебя, Манато. Как называлась твоя тренировка? ‘Учение Жрецов? — Да. Как прошла твоя тренировка в гильдии Воров? — спросил Манато в ответ. — Великолепно, — сразу же ответил Харухиро, но затем нахмурился и решил сказать правду. — …Честно говоря, это неправда. Она была ужасна. Мой наставник был ужасен. Сексуальная, но очень пугающая. — Настоящая красотка, хе? Должно быть классно. Моим учителем был злобный старик с взрывным голосом, от которого болели уши. — Болели уши? Манато, сколько же он на тебя кричал? В версии с изображениями тут находится картинка. — Уже не помню. Но я уже начал представлять, что родился только для того, чтобы на меня кричали. Он всегда был зол на меня. Харухиро, постоянно получавший разнос от учителя Барбары, потерял всю уверенность в себе, прежде чем он смог хоть чего-то добиться. Честно говоря, это было довольно удручающе. Но, похоже, у Манато был схожий опыт. Может быть, это одинаково для всех, кто впервые вступает в гильдию. Мысль о том, что он не один такой, позволила Харухиро почувствовать себя лучше. В конце концов, может, не нужно было так переживать. Благодаря Манато, он почти ожил. Манато был единственным, кто нашел информацию о системе гильдий и тем, кто давал им советы, в какую гильдию вступить. Если бы не Манато, куда бы они пошли? Харухиро даже не хотел думать об этом. — Полагаю, сейчас — самое лучшее время, — вздохнул Ранта. Выражение его лица было само не своим. — Вообще-то, я бы хотел сделать вам объявление. Очень важное объявление. Харухиро поднял брови. — Какое? — Что такое? — спросила Юме, моргая от удивления. Шихору нервно уставилась на Ранту. Манато смотрел на снаряжение и броню Ранты. Что-то было не так. Ранта был одет в твердую кожаную броню и использовал длинный меч, висящий на поясе. Но это было вполне похоже на Воина. — Хм — произнес Манато, прищуриваясь. — Разве Воины не должны быть одеты в кольч… — Слушайте! — Ранта так сильно выпятил грудь, что Харухиро испугался, что тот упадет. — Я говорил всем, что собираюсь стать Воином, но я изменил решение! Абсолютно очевидно, что мой нечестивый, неземной гений не будет использоваться в гильдии Воинов, поэтому я не вступил! — Чт… — начал Манато, но затем не смог произнести ни слова. Его лицо побледнело. Харухиро не мог винить его. В конце концов, согласно информации, полученной Манато, группа не может обойтись без двух классов: Жрец и Воин. Воин был бойцом авангарда, танком, который встречает врагов своей силой и яростью. Жрец был групповым целителем, поддерживающим своих товарищей во время боя. Поэтому Манато решил стать Жрецом и предложил Ранте или Харухиро стать Воином. Ранта выдвинул себя, потому что он думал, что это круто. Поэтому Харухиро решил присоединиться к гильдии Воров. — Хм? — лицо Ранты было полностью беспечным. — Что-то не так? Это шокировало вас, не так ли? Это супер-сюрприз, так ведь? — Не шокировало, — сказал Харухиро, потирая виски. — Скорее встревожило. Почему ты решил присоединиться к другой гильдии без обсуждения с нами? — Чувство. Предчувствие. Интуиция. Шестое чувство. Боги прошептали мне: ‘Ты не должен быть Воином. Это неприемлемо. Ты больше, чем это’. — Тогда, — сказал Манато, по-видимому, восстановив большую часть своего хладнокровия. Хотя его выражения лица все еще было немного взволнованным. — К какой гильдии ты присоединился? — Смотрите! — Ранта достал ожерелье с чем-то, похожим на череп — нет, вообще-то это и был череп — и указал себе на грудь. На коже была эмблема в виде черепа. — Я Рыцарь Страха! Слава Повелителю Смерти, Темному Богу Скаллхейлу! Юме приставила указательный палец к губам. — ‘Царь праха’? — Нет! — закричал Ранта, брызгая слюной. — РЫЦАРЬ СТРАХА! Разве это не крутое имя? Я куда круче обычного Воина! — Пожалуйста, — тихо произнесла Шихору, — не говори, что ты стал Рыцарем Страха только потому, что это звучит круто… — Только? — Ранта преувеличенно вздохнул. — Разве мне нужны еще другие причины? Нет, не нужны. Других причин даже нет, не зависимо от того, как упорно вы будете думать. Харухиро хотел выбить из него всю дурь. У него был соблазн. Но не сделал этого. Даже если он сделает это, то будет слишком поздно, и это никак не поможет сложившейся ситуации. — У гильдии Рыцарей Страха есть особые правила, не так ли? — вместо этого сказал Харухиро. — Как только ты вступил, то уже не сможешь уйти. Если попытаешься, то они придут за тобой. — Заповедь ‘До тех пор, пока ты не окажешься в объятиях темного бога, ты не сможешь оказаться в объятиях других богов, кроме него’. Понял? ‘Объятиях темного бога’ означает смерть, — сказал Ранта. — И что Рыцари Страха умеют? — спросил Харухиро. — Я могу вызывать демонов! — Ранта поднял сжатый кулак, а затем опустил его. — Но не сейчас. Днем, сила Бога Света, Люминоса, слишком сильна. — Значит, ты можешь призывать их только ночью. — Пока что! Он будет сильнее, как только я соберу Вайсы! — И что может делать демон? — Он шепчет мне, когда враги приближаются. И через некоторое время он будет рассказывать демонические шутки! — Что? — Что значит твое ‘что’? Рыцарь Страха идеально подходит мне! — Ты прав, — кивнул Манато, криво улыбаясь. В его тоне сочился сарказм. — Это отлично тебе подходит. — Именно! — гордо ответил Ранта, не заметив сарказма. Какой беззаботный парень, подумал Харухиро. Ранта, наверно, был доволен всем, но перспективы не очень подходили для группы в целом. Они были идиотами, слишком рассчитывая на этого парня? Харухиро свесил голову. Да, они были идиотами.

↑ Взлом

↑ Удар

↑ Охотничий нож; https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D1%83%D0%BA%D1%80%D0%B8

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6: -1/+1 Воин

На данный момент, у них не было выбора, кроме как оставить все как есть. Харухиро обдумывал покинуть гильдию Воров и вступить в гильдию Воинов, но это не практично. Он не мог заставлять всех ждать еще неделю, пока он проходит тренировочный курс. К тому же были проблемы с деньгами. В целом, каждый из них получил по 10 серебряных монет, став стажером Кримсон Мун, но 8 из них уже были потрачены на вступление в интересующие их гильдии. У них осталось всего по 2 серебряных монеты, которыми они могли свободно пользоваться. Но даже это не совсем так. Во время своих тренировок в гильдиях, им предоставляли кров и еду, однако теперь они должны покупать еду и снимать жилье на свои деньги. Если они не будут слишком тратиться на еду, тогда 10 медяков в день будет достаточно. Проживание, если они не хотели спать на улице, совсем другое дело. Он пока не провел надлежащее исследование, но похоже, снимать комнату в среднем выйдет 40-50 медяков на человека в день. Для того, чтобы сэкономить деньги, они могут пропустить проживание, но им нужно есть. Это означает как минимум 10 медяков в день. 2 серебряников. 200 медяков. 20 дней еды. Им нужно найти способ достать деньги. Перед тем, как они смогут купить свои контракты Кримсон Мун у Бри, они должны найти способ жить из дня в день. Как им достать деньги? Конечно же работая. Так Харухиро и остальные покинули Алтану через северные врата, чтобы начать работу в роли стажеров Кримсон Мун. Они не далеко ушли, как натолкнулись большого человека, одетого в поношенную, грязную кольчугу. Он сидел на траве, на обочине дороги. — …Могзо? — спросил Харухиро. Большой парень медленно поднял голову и моргнул. Он несколько раз открыл рот, но так ничего и не сказал. Харухиро и Манато переглянулись. — Хах… — Юме перевела взгляд на пушистые облака. — Могзо, разве тебя Рэгмонд не утащил в свою группу? — Не Рэгмонд, а Рэгхил, — тихо поправил ее Харухиро, затем подошел к Могзо. — Что-то не так? Ты здесь один? Могзо нахмурил брови и медленно кивнул. — Понял! — сказал Ранта, щелкнул пальцами, но никакого звука не раздалось. — Они бросили тебя, не так ли? Рэгхил попросил тебя присоединиться, но когда понял, как ты бесполезен и глуп, то он поменял свое мнение и решил тебя выкинуть! — Ранта… — начал предупреждать Харухиро, но осекся. Это было бесполезно; этому парню уже не помочь. — Мои деньги, — простонал Могзо. — Он забрал их. Он сказал передать ему все, сказал, что все объяснит… — Это ужасно, — прошептала Шихору. — Я говорил тебе, — раздраженно похвастался Ранта. — Вот почему я говорил тебе не идти с ним. Я говорил тебе, что Рэгхилу нельзя доверять. Я всегда знал, что он — куча мусора. — Кто бы говорил, — ответил Харухиро. — Заткнись, Харухиро! Почему же я мусор?! Назови мне причины! Я приказываю тебе назвать их! — В самом деле? Ладно. Во-первых-… — Хватит! Ты действительно собрался перечислять недостатки человека? Это мерзко! Только ты тут мусор! — Воу. Мусор называет меня мусором. Это супер-обидно… — Могзо, — Манато присел рядом с ним и положил руку ему на плечо. — Ты присоединился к гильдии Воинов, так ведь? Могзо был одет в кольчугу, кожаные перчатки и сапоги. У него был полуторный меч, висевший в ножах за спиной. Все это снаряжение выглядело поношенным, но внешне Могзо походил на Воина. Из-за его большого роста, у него был подходящий вид. — Да, — ответил Могзо, коротко взглянув на Манато. — Я вступил в гильдию Воинов. — Точно! — Харухиро хлопнул в ладоши. — Даже если это и была ошибка Трэшхила, нашей группе как раз не достает Воина… — Харухиро, когда ты сказал ‘Трэшхил’, то говорил о себе, не так ли? Харухиро проигнорировал комментарий Ранты и вместо этого повернулся к Юме и Шихору. — Что думаете об этом? — Думаю, было бы здорово, — сразу же ответила Шихору. — Что было бы здорово? — спросила Юме, явно не понимая. — Смотри. Нашей группе не хватает Воина, а Могзо сейчас как раз без группы. В смысле, это великолепно, не думаешь? — Оо… — торжественно ответила Юме, сфокусировав свой взгляд на Могзо. — Могзо, ты хотел бы присоединиться к группе Юме? — …Все.. нормально, если я присоединюсь? — Я, например, хотел бы, — Манато широко улыбнулся Могзо. — Если ты сам не против. Харухиро подозрительно взглянул в сторону Ранты. Если кто-то и возразит, так это он. Но вопреки всем ожиданиям… Ранта обошел Могзо и играючи захватил его голову. — Полагаю, другого выбора нет! Я позабочусь о тебе, поэтому стань для меня хорошим щитом! Будь готов умереть за меня, Могзо! — О. Так вот что ты задумал, — сказал Харухиро. — Что? Я сказал что-то странное? Нет. Совсем нет. Это обязанность Воина, стоять в авангарде и танковать, так ведь? Они должны брать на себя всю тяжесть вражеских атак. Вот почему все их тело покрыто кольчужным доспехом — для большего защитного потенциала. — Ранта абсолютно прав, — сказал Манато, приняв серьезное выражение лица, глядя на Могзо. — Говорю это, не чтобы напугать тебя, но Воинам сложнее, чем кому-либо другому. Но ты можешь рассчитывать на нашу поддержку. Если что-то произойдет, я использую свою Магию Света, чтобы вылечить тебя. Так что будь уверен. Могзо кивнул. — Сделаю все, что в моих силах. Но… — Могзо потер живот. — У меня нет денег… — Я одолжу тебе немного. Я найду способ удержаться сейчас на плаву, и как только мы начнем зарабатывать деньги, то нам не нужно будет больше об этом беспокоиться. — Давайте кое-что проясним, — Ранта улыбнулся до ушей, похлопывая Могзо по голове. — Я не одолжу тебе ни монеты. Я не возвращаю деньги, которые одолжил, поэтому я сам не даю деньги в займы. Таковы мои принципы!. — Это так? — ответил Харухиро. — Ты натуральное ничтожество. Ранта показал ему язык и поднял указательный палец. — Харухиро. — Что? — Что будет, если умножить минус на минус? Получится плюс, так ведь? — И что? — Вот кто я. — Что ты пытаешься сказать? — Медленно соображаешь, не так ли? Я стал Рыцарем Страха, не Воином, так? Затем мы нашли Могзо, который стал Воином, но остался без группы. Это идеально работает и ВСЕ БЛАГОДАРЯ МНЕ! — Вообще, я очень завидую, — сказал Манато с улыбкой. — У тебя всегда есть способ увидеть светлую сторону во всем. Это не то, что можно просто захотеть и сделать. Это действительно способность. — Именно так! В отличие от тормознутого Харухиро, я знал, что ты поймешь меня! — Без разницы — Харухиро утомился отвечать ему. Вместо этого Харухиро повернулся к Могзо и протянул руку. — Давай работать вместе, Могзо! Могзо взял руку Харухиро, и Харухиро попробовал поднять того на ноги. — Могзо, — хмыкнул Харухиро. — Ты должен мне помочь. Я не смогу в одиночку тебя поднять… — А, прости, — поднимаясь, ответил Могзо. Может быть, дальше все пойдет хорошо, подумал Харухиро.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7: Медленное начало

К югу от Алтаны располагался ряд высоких, обрывистых гор, известных как Горы Тенрю. Горы Тенрю разделяли материк Гримгара на две части. В южной части находились основные земли, в то время как северная, включающая Алтану, была известна как Граница. Или, по крайней мере, «Границей» ее называли люди. Основной материк, Алтану и граничащие территории, к северу от гор Тенрю, люди называли Королевством Аравакия. Однако, примерно 1500 лет назад, Граница не совсем была границей. В прошлом существовало несколько людских королевств, и люди были основной расой в Гримгаре. Однако все изменилось с приходом грозного, Бессмертного Короля, владеющего демонической магией. Он не только обладал военной мощью или магической силой, но и был искусным политиком. Бессмертный Король вывел новую расу — нежить, и, как их лидер, сделал больше, чем обычное завоевание. Он убедил лидеров других рас признать свою власть, сформировал с ними конфедерацию королей, и затем пошел войной на королевства людей. Люди были с легкостью побеждены и вынуждены бежать на юг от гор Тенрю. Впоследствии, другие короли избрали Бессмертного Короля императором, и так возникло Королевство Нежити. До самой смерти Бессмертного Короля, около века назад, люди были не способны даже ступить на север гор Тенрю. Но со смертью объединяющего лидера, Королевство Нежити распалось. Воспользовавшись этой возможностью, Королевство Аравакии основало Алтану в качестве крепости на севере. Так оставалось и по сей день. И, конечно же, всю эту информацию достал Манато. Земли, проходящие через горы Тенрю на юге Алтаны, обычно использовались для сельского хозяйства или разведения скота, с точечно расположенными деревнями. На севере были открытые поля и леса. — В округе, — произнесла Юме, проводя руками по высокой траве, — живут олени , лисы и другие животные. Могут появиться медведи, потому что сейчас весна. Тут есть Чимосы: маленькие, пушистые, круглые животные с крохотными глазками; у них длинные, тонкие хвосты, маленькие ушки, лапки, на которых они прыгают вокруг. Они очень хорошие малыши. Также тут есть дикие ямные крысы, большие как кошки с очень жестким мехом. — Правда? — Ранта вытянул руки в козырек и огляделся. — Потому что я не вижу нор. — Эрр… — Юме нахмурилась. — Но когда Юме рискнула выйти с учителем на тренировки на открытом воздухе, он использовал лук и стрелы, чтобы собрать добычу для нас. — Может быть, они все прячутся, — сказал Манато. Он указал на лесной район, справа от всех. — В лесных районах. Харухиро кивнул. — Наверно ты прав. Если бы я был диким животным, то я не чувствовал бы себя в безопасности на открытом пространстве, где нет деревьев или кустов, чтобы спрятаться. Ранта насмешливо фыркнул. — Видишь? Они знают, что меня надо бояться. — Значит если мы не найдем добычу, то это твоя вина. — Заткнись Харухиро! И БЛАГОДАРЯ МНЕ! Вы все обязаны великолепному мне! — Заткнись. Даже если тут есть добыча, то такие крики наверняка их испугают. — И ЭТО БЛАГОДАРЯ МОЕЙ БОЖЕСТВЕННОЙ ПЕРСОНЕ. — Бесполезно, этот тип безнадежен… — Эм. — Впервые за долгое время заговорила Шихору, которая молчала во время всего разговора. — Мы собираемся… убивать животных? Все внезапно остановились. Если подумать, то работа солдат из запасных сил — защищать от враждебных рас и сражаться с монстрами. В описании ничего не говорилось про охоту на животных и продажу их мяса или шкур. — Учитель Юме говорил ей, что важно поблагодарить животных, чьи жизни забрали. — Юме нахмурилась. — Но Юме любит животных и не хочет их убивать. Они такие милые и грустно убивать их… Ранта пренебрежительно усмехнулся. — Прибереги эту трогательную доброту для кого-то еще, Принцесса. Все живые существа когда-нибудь умирают и уходят в объятия Скалхейла. Я не испытываю симпатию к существам, которых я убиваю, чтобы выжить. — В таком случае, — внезапно Юме вложила стрелу в лук, натянула тетиву, и направила его прямо на Ранту. — Все нормально, если Юме убьет Ранту, чтобы Юме выжила. Ранта отпрыгнул назад. — Д-дура! Не говори такие тупые вещи, плоскогрудая девчонка! Ты серьезно?! Прекрати уже! Что ты получишь, убив меня?! — Юме почувствует облегчение. Также, ты назвал Юме плоскогрудой. — Т-ты первая себя так назвала! ‘Грудь Юме плоская’. — Даже если Юме так сказала, это не значит, что она хочет, чтобы кто-то другой так говорил. Особенно парень; это ранит чувства Юме. — П-прости! Мне очень жаль! — Ранта прыгнул вперед и распластался на земле. — Видишь, я извиняюсь! Виноват! Пожалуйста, прости меня! Юме не плоская! Твоя грудь большая! Огромная! Гигантская! НЕОБЪЯТНАЯ! — Ранта. — Харухиро пристально взглянул на него. — Тебе ведь на самом деле не жаль, не так ли? — Откуда ты знаешь?! Как ты можешь такое говорить?! Почему мне не жаль? У тебя есть доказательства! Юме вздохнула, а потом опустила лук и положила стрелу в обратно в колчан. — … Бессмысленная трата стрелы. Ранта с облегчением выдохнул и встал, вытирая пот с бровей. — Во всяком случае, ты бы потеряла даже больше, если бы выстрелила в меня. Но я извинился в конце концов, знаешь… Эй! Юме, хватит! Не доставать кукри! Это была шутка! Будет больно порезаться этим! Ты убьешь меня! Я действительно умру! — Уверен, это не отличается от убийства диких животных, — с усмешкой произнес Манато . — Хотя, я не уверен, но я слышал, что мы не должны рисковать уходя слишком далеко от Алтаны, чтобы найти грязных гоблинов, упырей и т. п. Созданий, которых даже стажеры смогут одолеть. — Гоблины и упыри, — Харухиро склонил голову набок. Он был уверен, что раньше слышал о них. Может быть, это просто воображение, но он представлял их как человекоподобных существ. — Это значит… — начала Шихору сильным голосом, отличающимся от того, каким она обычно говорила. — Мы собираемся искать этих грязных боблинов и опырей. — Грязных гоблинов и упырей, - тихо поправил ее Харухиро, снова войдя в роль цуккоми. Лицо Шихору стало ярко-красным и она отпрянула назад. — Без разницы, мне подойдет, — легкомысленно согласился Ранта. — Это лучше, чем убивать животных, — счастливо произнесла Юме. Могзо кивнул, хмыкнув. — Тогда идем в лес, — сказал Манато. С Манато, Жрецом, указывающим путь, Харухиро и остальные направились в ближайший лес. Лес был действительно лесом, диким и неумолимым. Из-за незнакомых широколиственных деревьев и густой листвы под ногами, невозможно было разглядеть какие-либо следы животных. Земля колебалась между твердой как скала и немного мягкой, даже немного болотистой. Трудно было почувствовать землю под ногами, из-за чего было сложно передвигаться. Шорох листьев, когда дул ветер, и пение птиц эхом разносились вокруг. — Грязные публины и тупыри, — тихо пробормотала Юме. — Может быть они набирают воду. Харухиро выполнил свою роль цуккоми. - Грязные гоблины и упыри, — поправил он. — Ты имеешь в виду что-то вроде родника или реки? Или может быть болотистую область? — Давайте попробуем найти что-то похожее, — сказал Манато. Манато, естественно, взял инициативу в свои руки. Так как это лес, то по идее, Юме должна быть экспертом в этой области. Она должна была вести их. Но без разницы. Подходил любой вариант. Проблема заключалась в том, что они не могли найти хоть какое-нибудь место с водой. Единственные живые существа, с которыми они сталкивались — были насекомые. Пение птиц окружало их, но они не заметили ни одной. Ранта громко сглотнул. — Это похоже на… Лес Смерти. — Без сомнения, во всем виноват Ранта, — Юме надула щеки и уставилась на Ранту. Наверно, она теперь ненавидела Ранту за то, что тот назвал ее плоскогрудой. — Это потому, что от Ранты болят уши, поэтому все животные убегают. — Я молчал! Я ничего не говорил все это время! — запротестовал Ранта. — Просто факт того, что ты здесь, твое существование — боль в шее. — Спасибо за комплимент! И просто факт того, что ты тут, делает тебя плоской! Юме нахмурилась от ярости. — Ер-прости. Ошибся. Просто оговорился, говоря правду. Я…- Ранта внезапно подпрыгнул в воздух. — Что за! Какого черта..! Харухиро моргнул несколько раз. Ранта поднимал свои ноги и затем опускал, будто бы пританцовывая. Что-то прицепилось к его ноге, царапаясь и раздирая ее. Что-то большое, как кошка, покрытое игольчатым мехом. — Ямная крыса. — Произнесла Юме. Она начала осматриваться. — Обычно они нападают группой. Другие должны быть где-то рядом. Шихору взвизгнула, попыталась повернуться и убежать, но врезалась в Могзо. — Быстрее! — Манато достал свой короткий посох. — Тут еще! — Что?! — Ранта все еще танцевал. — Ребята, помогите мне! Главный приоритет — спасение меня! Помогите! Кто-нибудь, помогите! — Сражайся, Рыцарь Страха! — Харухиро достал свой кинжал. Ямные крысы с невероятной скоростью носились по земле вокруг них. Харухиро не знал, сколько их. Техники сражения, выученные им в гильдии Воров, были направлены на людей или существ, похожих на людей. Он даже не знал, с чего начать в этой ситуации. Поэтому ,он прицелился и время от времени нападал на них с кинжалом. Он даже не был близок к тому, чтобы поцарапать их. Как и ожидалось. — Они слишком быстры! Могзо обеими руками сжал свой полуторный меч, с ворчанием поднял его над головой и с криком рубанул вниз… прямо на Ранту. Ранта с криком отпрыгнул, и меч Могзо ударил землю, где несколько секунд назад стоял Ранта. В том месте, куда с огромной силой угодил полуторный меч, образовалось углубление и поднялась пыль. — Могзо, ты, ублюдок! Ты пытаешься меня убить?! — Ранта наконец достал свой длинный меч. Но это все, что он сделал, потому что, как и ожидалось, он убежал. — Черт! Черт! Черт! Меня почти что убил мой товарищ! И он собирается это сделать снова! К черту все! — Могзо пытался спасти твою задницу! Ты должен благодарить его! — Харухиро был где-то с ножом. Он пытался пнуть подступающих крыс. Они с легкостью уклонялись. — Он совсем не спас меня! — Ранта махал мечом с криком [Hatred’s Cut * ]. — Мой навык Рыцаря Страха! Я не могу попасть по ним! — Хватит использовать техники впустую! — Харухиро выбрал одну ямную крысу и сосредоточился на погоне за ней. Она побежала и исчезла за деревом. — Аргх! — проворчал он раздраженно. — Марк ем парк — Шихору нарисовала символ элементаля кончиком своего посоха и произнесла заклинание. Заклинание [Magic Missle * ]. Шар света размером с кулак вылетел из кончика ее посоха… И ударил Ранту в затылок. — ГАХ! — А? — Шихору открыла глаза. Кажется, она выстрелила заклинанием с закрытыми глазами и попала не в ту цель. — П-прости! Я… — СУКА! Я убью тебя! Или же, я заставлю тебя позволить мне потрогать твою ГРУДЬ! — потирая затылок, он начал преследовать Шихору. Без колебаний, Манато подставил свой посох под ноги Ранте. Нога Ранты коснулась его и он споткнулся с ворчанием. — Что ты делаешь?! — сказал Манато, ругая Ранту и отбиваясь от ямной крысы одновременно. Насколько Харухиро мог сказать, Манато хорошо управлял коротким посохом, но этого все еще было недостаточно, чтобы хоть один удар попал. — Еще чуть-чуть! — Юме дико крутилась со своим кукри. Может быть поэтому она не могла подобраться достаточно близко к крысе, чтобы действительно ударить ее. — Наставник Юме говорил ей, что так как это просто животные, то нам надо немного побить их, и тогда они убегут! Держитесь! Могзо взмахнул своим полуторным мечом и ударил им по стволу дерева. От силы удара листья и насекомые посыпались ему на голову. Могзо, покрытый жуками и листьями, простонал. — В таком случае… — Харухиро собрал всю свою решимость и пригнулся, поставив одно колено на землю. Не убегая, не двигаясь, он ждал, когда ямная крыса подойдет к нему. Вот. Прямо перед ним. Ямная крыса. Она направлялась прямо на него. Харухиро поманил левой рукой. Подойди. Еще немного. Кусай. Я позволю тебе. Она была не больше кота, но он был очень напуган ей. Она была очень быстрой. Плохо. Но он ждал, стоя абсолютно неподвижно. Внезапно острая боль пронзила его ногу, заставив закричать. Другая ямная крыса появилась сзади и укусила его правую голень. Он как раз попытался ударить ее, когда ямная крыса спереди вцепилась своими зубами в его левую руку. — Ааа! — Харухиро! Не двигайся! — Манато побежал в его сторону. Быстрым движением он взмахнул посохом вниз. Послышался низкий глухой звук и Харухиро сразу почувствовал, что давление на правой ноге и левой руке исчезли. Крысы сбежали с ошеломительной скоростью. И в то время как Харухиро глазел на других ямных крыс, та крыса, которую ударил Манато, исчезла. — Ты в порядке, Харухиро? — Манато опустился на колени к Харухиро, осматривая его раны. — Да. Я в порядке… — засучив штанину и рукав рубашки, он обнаружил ряд небольших отверстий в коже. Следы зубов от ямных крыс, из которых шла кровь. Раны едва можно было назвать серьезными, но они до сих пор болели. — Позволь мне вылечить тебя. — Манато положил свою правую руку на лоб Харухиро. Затем средним пальцем ткнул его между бровей. Его пальцы образовали пентаграмму. — О свет, под божественной благодатью Бога Люминоса… [Cure * ]. Теплый свет вылетел из ладони Манато, и пока он мерцал, раны Харухиро начали затягиваться. Три секунды на правую ногу, три секунды на левую руку. — Воу. — Харухиро прикоснулся к местам, куда его укусили крысы. Кровь все еще была, но теперь они не болели и не чесались. И не было никаких следов раны. — Спасибо, Манато. Только тебе удалось прогнать их… — Только потому, что ты использовал себя в качестве приманки, — ответил Манато. — Я собирался использовать левую руку. Я думал, что смогу справиться в одиночку… — Все закончилось хорошо. Не важно, кто сделал это. — Все НЕ хорошо! — Ранта сидел на земле, обхватив колени и топая ногами по земле как избалованный ребенок. — Как все может быть в порядке? Нас внезапно атаковали странные существа! Даже если бы преследовали их, то не получили бы ни монеты. И посмотрите! Я тоже ранен! Вылечи меня! — А, прости, — сказал Манато, поспешив к Ранте. — Почему он должен извиняться перед Рантой? — пробормотал себе под нос Харухиро, оглядываясь вокруг. В версии с изображениями тут находится картинка. Могзо тоже сидел, вероятно, устав от махания своим полуторным мечом. Шихору делала все возможное, чтобы спрятаться за большим деревом, скорее всего из-за ошибки с заклинанием. Только Юме выглядела воодушевленной, глядя то в одну сторону, то в другую. Харухиро встретил ее взгляд, и она ярко улыбнулась ему. Он улыбнулся в ответ, даже если сейчас и было не самое подходящее время для улыбок. Или может было. Он не знал. — … Ранта прав. Мы не заработали бы ни монеты, даже если бы мы погнались за ними, — вздохнул Харухиро. — Может быть, мы еще не достаточно умелые, чтобы бродить в этом лесу. — Отлично! Я снова в норме! — вылечившись, Ранта подпрыгнул и помахал рукой. — Окей! Все за мной! Могзо моргнул. — И-идти? К-куда? — Идиот! Мы все говорили, что ищем грязных гоблинов, правильно? Скажи, что шутишь, говоря что хочешь остановиться из-за этих ямных штук или как их там! Мы не собираемся отступать только из-за этого! — Он прав, — кивнул Манато, казалось бы, глубоко задумавшись. — Все так, как и сказал Ранта. Это конечно, рискованно, но ямные крысы являются хищниками, так ведь? — Должно быть они всеядны, — ответила Юме. — Но когда их много, как сейчас, они нападают на людей. — Что ж, они действительно напали на нас, — сказал Харухиро. — Значит, они едят почти все, — Манато прищурился и почесал подбородок. — Если тут есть животные, охотящиеся здесь, тогда это означает, что тут должна быть и другая добыча. — Конечно же, — усмехнулся Ранта. — Вы только сейчас это поняли? Я знал это и раньше. Если тут есть животные, охотящиеся за пищей, то это значит, что есть и другая добыча. Харухиро покосился на Ранту. — Ты просто повторил то, что сказал Манато. — Заткнись, Заспанные Глаза! Иди и вздремни, малыш, если ты такой сонный! — Я уже говорил тебе! Я так выгляжу с самого рождения! Это не означает, что я сонный! — Харухиро, — вклинился Манато, усмехаясь. — Большую часть времени лучше игнорировать то, что говорит Ранта. — Эй! — Ранта направил палец в сторону Манато. — Не говори такие вещи! Ты постоянно играешь в хорошего парня, а на самом деле ты чернобрюхий предатель!? — Кто знает? — ответил Манато со вздохом, отказавшись схватить наживку. — Тем временем, если никто не против, почему бы нам немного не поисследовать это место? Никто не был против, поэтому, внимательно осматриваясь вокруг, они направились вглубь леса. Здесь (они бродили до заката) они нашли единственную добычу — оленя. Юме попыталась выстрелить в него, но промахнулась, и он убежал. Им на глаза попадались птицы. Также, на них снова нападали ямные крысы, но они смогли отогнать их. Вот все, что произошло. Не смешно, даже для шутки, торчать тут после наступления темноты, поэтому Харухиро и остальные вышли из леса тяжелыми шагами. — Что будем делать? — простонал Ранта. На этот раз он был менее энергичным. — Мы ничего не сделали, — вздохнул Харухиро в ответ. Глубоко внутри, он начинал чувствовать отчаяние. Будто что-то внутри него щелкнуло. — Мы возвращаемся. В Алтану. — Это что-то похожее на сказку ‘Утомительные приключения работящего мальчика’, — прошептала Юме. Харухиро снова сыграл роль цуккоми, прошептав: — Кто это? У него возникло чувство, что там было четверо ‘работящих мальчиков’, и не смог подавить еще один вздох. — Н-но, — начала говорить Шихору, свесив голову, будто бы потеряв всю свою энергию. — Забудьте. Ничего. Чей-то желудок заурчал. Могзо. — Я голоден… — Когда вернемся, — сказал Манато, оглядывая всех. — Давайте остановимся на рынке и пообедаем. К тому же, я знаю дешевое место, где мы можем переночевать. Рядом с Нишимачи есть жилье для солдат из запасных сил. Полноценные солдаты могут показать свои контракты Кримсон Мун, чтобы остаться забесплатно, но стажерам надо платить. Но это очень дешево. Одна комната для парней и одна для девушек стоят в сумме 20 медяков. Ранта усмехнулся. — Мы не заработали сегодня ни одного медяка. Мы должны просто заночевать снаружи. — Нет, это оставим в качестве крайней меры, — возразил Манато. — У них общие удобства, но в жилье есть туалеты и ванна. Наличие и отсутствие их имеет огромное значение… особенно для девушек. Шихору перехватила посох и молча кивнула несколько раз. — Это так, — тоже согласилась Юме. — Ванна и туалеты не являются вопросом жизни и смерти, — пробормотал Ранта. Однако, Харухиро чувствовал, что только Ранта будет жаловаться громче всех, если они решат остаться без этих удобств. — Я согласен с Манато, — сказал Харухиро, поднимая руку. Шихору, Юме, затем Могзо тоже подняли руки. Ранта цокнул на них, но ни капельки не протестовал. И на этом их первый день в качестве стажеров запасных сил подошел к концу.

↑ Разрез ненависти

↑ Магическая ракета

↑ Лечение

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8: Упорство

Юме пригнулась, скрывшись за толстым стволом дерева. Харухиро подошел к Юме, аккуратно шагая, чтобы не издавать шума, и тронул ее за плечо. Юме повернулась, подавив почти сорвавшийся от удивления вскрик. — Что-нибудь нашла? — тихо спросил Харухиро. Юме кивнула и сделала какое-то движение руками и пальцами. Что она пытается сказать? Но смысл было непонятным для Харухиро, поэтому он выглянул из-за дерева, чтобы взглянуть самому. Там кто-то был. Шел второй день их работы в качестве стажеров Кримсон Мун, было чуть больше полудня. Они вернулись в лес и обнаружили журчащий речку. Вот где он находился. Тощий, ростом примерно с человеческого ребенка. Его кожа желтоватого цвета была морщинистой и грязной. Лоскуты волос, напоминающие морские водоросли, росли на его голове, уши были остроконечными. Он стоял спиной к Харухиро, поэтому не было видно его лица. На нем не было одежды, но вокруг шеи висело нечто похожее на шнурок. Грязный гоблин. Он стоял на четвереньках и пил из речки, издавая прихлебывающие звуки. Харухиро глубоко вздохнул, следя за тем, чтобы не издавать много шума. Он обернулся. Остальные четверо — Манато, Шихору, Ранта и Могзо — были немного позади, выглядывая из-за деревьев. Они все смотрели на Харухиро. Харухиро кивнул. Остальные кивнули в ответ. Они наконец-то нашли. Они добьются успеха. Они должны были добиться успеха. Не было другого выбора, кроме успеха. Как ему подать сигнал, чтобы они пошли? Они не согласовали сигналы заранее. Какой сигнал подойдет? Он поднял правую руку настолько высоко, насколько смог. Он нервничал. Нервничал сильнее, чем секунду назад. Это плохо. Успокойся. Сделаем это. У нас получится. Он опустил руку и Ранта выскочил и закричал. Идиот! Не мог не подумать Харухиро. Испугавшись, грязный гоблин повернулся, чтобы посмотреть в сторону Харухиро и Юме. — О-он убегает?! — сказал Харухиро. Грязный гоблин побежал вправо. Юме выпустила в него стрелу. Она промахнулась, но стрела угодила в землю, прямо под ноги гоблину. Он вскрикнул от удивления и дрогнул. — Отлично, Юме! — сказал Харухиро, доставая кинжал из ножен, и побежал за гоблином, не смотря на то, что он назвал Ранту идиотом за нечто подобное моментом ранее. Он чувствовал, что это не похоже на поведение Вора, но что поделать. Они должны добиться успеха. Он не должен дать гоблину уйти. Грязные гоблины. Если коротко, то грязегобы. С самого рождения они ни разу не принимали ванну. Уродливые, с мелкими глазами, черными зубами, пурпурным языком и лицом как у старой ведьмы. Они ничего не носят, кроме шнурка на шее. Он был совершенно голый. И ‘это’ болталось туда-сюда. Грязегоб уставился прямо на Харухиро и вскрикнул. Он не знал, что действительно происходит, но пошел прямо на него. Серьезно? Он собирается драться? Шестеро против одного. Может быть, он не понимал свои шансы. Его рука. Прицелился в его запястье. Харухиро ударил по запястью грязегоба ножом; [Hit]. Грязегоб взвизгнул и отпрыгнул по диагонали назад, прямо в речку. Он промахнулся? Нет, темно-красная кровь текла прямо из пореза на левой руке. Нож Харухиро задел его. Грязегоб прыгнул из воды, подальше от речки, и направился прямо на Харухиро. Он идет? Он действительно идет? Не может быть. Почему этот тупица идет на меня? Пока Харухиро думал об этом, гоблин издал низкий рев. Харухиро быстро увернулся влево и как-то смог избежать атаки грязегоба. — [Hatred’s Cut]! — Ранта прыгнул на гоблина, агрессивно взмахнув своим длинным мечом. Но он не контролировал замах. Естественно, он промахнулся, поскользнулся и упал на спину. Грязегоб взревел и сломя голову бросился на Ранту, атакую сверху, пока Ранта находился на земле. Атака прошла на волосок от Ранты, когда Манато ударил гоблина по плечу своим посохом. Гоблин снова вскрикнул и отпрыгнул назад. — М-марк ем… — Шихору начала читать заклинание, рисуя символ элементаля своим посохом, но Ранта прервал ее. — ТЫ СНОВА ЗАКРЫЛА СВОИ ГЛАЗА! — прокричал он. Шихору отпрянула назад. — П-прости! — Могзо, прямо перед тобой! — резко крикнул Манато, указывая на грязегоба. — Все остальные, окружайте его! Не дайте ему уйти! Могзо хмыкнул в знак согласия и медленно побежал к гоблину, под тяжестью брони. После того, как занял свою позицию, он направил кончик своего полуторного меча на гоблина. — П-похоже нет другого выбора! — пробормотал Ранта, вставая и двигаясь направо от грязегоба. Манато остался слева, в то время как Харухиро и Юме, доставшая кукри из ножен, встали сзади гоблина. Шихору открыла глаза и издали направила посох прямо на гоблина. Грязный гоблин отчаянно осматривался, пытаясь двигаться, но обнаружил, что отрезаны все пути для отступления. Он издал пронзительный крик, желая сбежать, но не зная куда. Все шло по плану Манато. — Могзо! Сильнее угрожай ему! — Ранта достал свой длинный меч. — Дави его! Могзо издал боевой клич и начал замахиваться своим полуторным мечом на гоблина. Первый, второй, третий раз. Гоблин легко увернулся от всех ударов, но пока он отвлекался на Могзо, Ранта ткнул гоблина своим длинным мечом. Гоблин издал предсмертный крик и бросился на Ранту. — Вааа! — Ранта отступил назад и с трудом уклонился от гоблина, используя рукоять меча. Окружение было разбито. Гоблин попытался убежать через дыру, оставленную Рантой, но Манато, взмахнул своим посохом, не собираясь его отпускать. Посох Манато попал в плечо грязегоба, заставив того вскрикнуть от боли. Теперь он двинулся на Манато, издавая ужасный крик, от которого у Харухиро пробежала дрожь по спине. Казалось, даже Манато немного попятился. И почему они не должны быть напуганы? Грязный гоблин был в отчаянии. Он не хотел быть убитым. Он не хотел просто стоять и мириться с этим. Он пытался убить, убить, убить как можно больше, прежде чем убьют его. И, в конце концов, кажется, он решил забрать с собой несколько человек. — Все вы! — Ранта облизнул губы несколько раз. — Не время бояться! Убейте или будете убиты! Я собираюсь убить его и получить Вайс. — Не будь беспечным! — предупредил Манато, ударив своим посохом гоблина. В этот раз по голове. Не обращая внимания на кровотечения, он глянул на Манато и замахнулся на него своими кулаками. — Этот парень крепкий, — прошептала Юме слегка дрожащим голосом. Черт, подумал Харухиро. Даже не смотря на то, что у него из головы течет кровь, он выглядит в порядке. Могзо взмахнул своим мечом три раза подряд. Гоблин отпрянул назад, но сделав так, он придвинулся к Харухиро и Юме. — Это наш шанс, Хару! — и как только Юме сказала это, часть Харухиро удивилась… когда она стала называть его ‘Хару’? Но она права; сейчас или никогда. Когда Харухиро начал наступать на него с ножом, гоблин обернулся. Харухиро каким-то образом подавил желание отступить, и вместо этого резко взмахнул кинжалом. Один из ударов достиг цели. Он знал это, потому что его кинжал ударил что-то твердое. Правая рука грязегоба, между локтем и запястьем. Удивленный, он вытащил кинжал. Не считая тренировочных манекенов, это был первый раз, когда он действительно глубоко режет что-то при помощи оружия. От осознания этого, ему стало немного плохо. Брызнула кровь, когда грязегоб развернулся; он оглядывался, вокруг него были люди. Шестеро против одного. Они полностью окружили его, поэтому, кто угодно мог атаковать с любого направления. Но никто не двигался. У всех было неровное дыхание. Даже Могзо — хоть он и вправду носил тяжелый полуторный меч, в действительности он двигался не так много. Что с нами не так? Харухиро пытался восстановить дыхание. Почему все не прошло гладко? Был ли грязегоб сильным противником? Или они были очень слабыми? Действительно ли они способны это сделать? Нет, не способны. Рационально размышляя об этом, конечно, это невозможно. Харухиро не подходил для сражений. И не он один. Все было неправильно. Это невообразимо. Зачем ему делать все это? Не лучше ли остановиться? Что они будут делать, если остановятся? Что произойдет с ними? — Никто не говорил, что это будет легко! — крикнул Манато. — Это бой насмерть! Мы, грязегоб — мы все сражаемся за наши жизни! Исход определит, кто будет жить, а кто умрет! Никто, ни одно живое существо, не хочет умирать! — Марк ем парк! — шар света вылетел из кончика посоха Шихору, пролетев между Могзо и Рантой. Он попал прямо в лицо грязегобу. — ГАРГГГ! — завопил он. — Сейчас! — скомандовал Манато, нанося в это время удар грязегобу. С криком, Ранта взмахнул своим длинным мечом. Клинок немного вошел в правую руку грязегоба. — Гах! Я попал в кость? Могзо поднял меч над головой и со всей силы опустил его на голову грязегоба. Сила атаки разбила голову гоблина, раздробив часть черепа. Все было кончено. — Да! — Ранта вскинул кулак в воздух. Харухиро выдохнул с облегчением, затем резко вздохнул. Грязный гоблин вскочил на ноги и невероятно быстро побежал. — О нет… — сказала Юме, остолбенев. Должно быть это какая-то ошибка, подумал Харухиро. Но не было никаких сомнений. Гразегоб бежал, наверно, собираясь сбежать. Манато на мгновение тоже казался ошеломленным, но он подставил свой посох под ноги грязегобу. Харухиро поразился, когда грязегоб проворно прыгнул, чтобы избежать подножку. И он направлялся прямо на него. Он намерен проскользнуть мимо него? — Будто бы я тебе позволю! — Харухиро поставил подножку грязегобу, когда тот пытался обойти его. В этот раз гоблин не смог уклониться. Он споткнулся и кубарем упал. Мозго двинулся, собираясь нанести удар своим мечом, но его остановили. — Могзо, с дороги! — крикнул Ранта. — Я прикончу его! Харухиро неосознанно отвел взгляд. Были слышны отвратительные звуки, затем смех Ранты. — Взгляни на меня Бог Скаллхейл! Твой Рыцарь Страха заберет жизнь своими собственными руками и преподнесет часть его тела как Вайс на алтарь гильдии! Уши слишком большие… Коготь подойдет идеально… Ой, ой, ой! Харухиро посмотрел в сторону Ранты, где лежал гоблин, предположительно мертвый. Он был шокирован от увиденного. Шихору начала тяжело дышать. Кажется, она готова заплакать. — Он не умер… — тихо произнесла Юме. Она сложила руки вместе и бормотала что-то похожее на молитву. Харухиро колебался, прежде чем сыграть роль цуккоми. — Но он еще не умер… — Мы должны прикончить его, — сказал Манато, опуская посох на голову гоблину. — Иначе мы продолжим его страдания. Харухиро не хотел смотреть, но у него было ощущение, что он должен увидеть все до конца. Манато нанес грязегобу окончательный, безжалостный удар, затем подтвердил, что дыхание гоблина остановилось. Он сделал жест, похожий на гексаграмму. Он выглядел так, будто собирался произнести последние слова. Но он ничего не сказал. Наверно потому, что не хотел извиняться за что-то, что является его работой. — М-манато! — Ранта указал на него пальцем. — Ты ублюдок! Ты украл мое убийство! Я говорил тебе, что мне нужно собрать Вайс! Манато с трудом улыбнулся и почесал голову. — Извини. Не подумал. — Извинения ничего не исправят! — Даже если не исправят, я уже извинился и сказал, что не специально. — Без разницы! Я хочу повтора! НО УЖЕ ПОЗДНО! Как мы можем это сделать? НИКАК! — простонал Ранта. — Мое празднование первого Вайса… ПРОВАЛИЛОСЬ. Он упал на четвереньки и ударил землю кулаком. — Ладно, пофиг. Харухиро моргнул. — Это все? — Что сделано, то сделано, — поднимаясь, сказал Ранта. Он подошел к телу грязегоба. — Иу, очень грубо. У него на шее наша награда? Что это? Харухиро присел рядом с Рантой. Он старался не смотреть на тело, фокусируясь на шнурке. — Что это? На тонком шнурке находилось несколько вещей. Одна из них была похожа на клык зверя с отверстием. Другая вещь была грязной, но… определенно, это было что-то похожее на монету. — Серебряник? — спросил Харухиро. — Хотя и с отверстием… — Отлично! — Ранта потянулся к шнурку, но быстро отдернул руку. — Харухиро, сними его. Он слишком грязный, чтобы я к нему прикасался… — Ладно. — Харухиро разрезал шнурок кинжалом, затем снял коготь и монету. В конце концов, она была серебряной; поврежденной, но все-таки серебряной. — Удивлюсь, если мы сможем продать ее… Как можно проделать отверстие в чем-то настолько твердом? — В любом случае, — Манато положил руку на плечо Харухиро. — Считайте, это наша первая победа. — И все благодаря мне! — если бы Ранта надул свою грудь еще больше, то определенно бы упал. — Да, — холодно произнесла Юме. Ранта показал ей язык. — Значит, ты все еще злишься на меня просто из-за того, что назвал тебя плоской. Упрямая девчонка. — Упрямство не имеет никакого отношения к размеру груди Юме! — закричала Юме. — Точно! С этим ничего не поделаешь, так что забудь об этом! Скажу прямо, что упрямство приводит к маленькой груди. Так было с давних времен и будет всегда! — Грудь хороша независимо от размера! — БЕЗГРУДАЯ. БЕЗГРУДАЯ. БЕЗГРУДАЯ. БЕЗГРУДАЯ. БЕЗГРУДАЯ! Привет, Мисс Безгрудая, пока Мисс Безгрудая! БЕЗГРУДАЯ! Лицо Юме начало краснеть и ее щеки стали как у рыбы фугу * . Она взяла лук и стрелу и прицелилась в Ранту. — Юме собирается пристрелить тебя, и сейчас она чувствует, что не промахнется… — С-стой! Ты-Прости! Мне очень жаль! — Ранта покрутился несколько раз, и свалился на землю, все еще кружась. — Я остановился! Я остановился, прости меня уже! — Я не слышу ‘пожалуйста’. И вот что ты должен сказать, ‘пожалуйста, найдите великодушие в своем сердце и простите меня, Леди Юме’! — Л-леди Юме! Пожалуйста, я извиняюсь, простите меня, умоляю. Я сделаю все, что ты скажешь! — Нет, неубедительно — щеки Юме все еще были надутыми, но, неожиданно, она немного опустила лук. Она указала подбородком в сторону реки. — Прыгай туда. — Что? — Река. Прыгай туда. Прыгай и я прощу тебе то, что ты наговорил сегодня. — Д-дур- ты-это-да кто ты та… Юме снова подняла лук. — Хорошо. Тогда Юме просто пристрелит тебя. — … я буду счастлив прыгнуть туда. — Удачи, — Харухиро похлопал Ранту по плечу. — Будь осторожен, — ухмыляясь сказал Манато. — Будто бы я уже не знаю, что надо быть аккуратнее… — пробормотал Ранта. Как только он приготовился к прыжку в воду, Шихору прошептала: — Он сам напросился. Харухиро не упустил, что сказала Шихору, но Ранта уже находился в полете, поэтому вряд ли он ее слышал. — О-он наверняка простудится, — отметил Могзо.

↑ https://i.ytimg.com/vi/Ozqx8Phh6VQ/maxresdefault.jpg

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9: Тяжелое решение

На рынке Алтаны располагались несколько магазинов, продающих всякую всячину. Однако в каждом из них, наивысшей ценой за серебряную монету с отверстием были 30 медяков. Харухиро считал немного непонятным, что цена монеты срезана на 2/3 только потому, что она немного повреждена. Но совершенно неожиданно клык зверя стоил 1 серебряник. В лесных районах границы обитали три вида волков. Лесные волки, иногда называемые серыми волками; белые волки Елдритча, Белой Богини; и, наконец, враги белых волков — черные волки Черного Божества Ригела. По-видимому, клык, который они нашли у грязегоба, принадлежал черному волку. Многие верили, что клык черного волка содержит в себе волшебную силу и хорошо подходит для амулетов против нечисти. В сумме, их заработок за день составил 1 серебряник и 30 медяков. 20 медяков были уплачены за ночлег. Оставшиеся деньги они поделили на шестерых. Получилось по 18 медяков на человека. Манато придержал остаток из двух медяков, которые будут добавлены к их следующему заработку. После того, как каждый поужинал на рынке, они вернулись в затхлое жилище солдат запасных сил рядом с Нишимачи. По каким-то причинам чувствовалось, что они наконец-то вернулись домой. Вопреки тому, что солдаты запасных сил, которые показывают их контракты Кримсон Мун, могут оставаться бесплатно, это место было пустым. Общественная ванна была комнатой с отверстием, вырытым в полу и облицованным камнем, которое выступало в качестве ванны. Парни первыми пошли и вымылись, затем известили Шихору и Юме, что ванна свободна, прежде чем вернуться в свои комнаты. Харухиро очень устал, поэтому он улегся на свою соломенную подстилку на кровати и закрыл глаза. В жилище было два типа комнат: первый тип вмещал в себя четверых человек, второй — шестерых. У обоих одинаковая цена — 10 медяков за ночь, поэтому размер комнат, наверно, был одинаковым. Единственное различие в том, что в комнате для шестерых человек было шесть кроватей, поэтому в ней тесно. Не говоря уже о том, что в комнате для шестерых человек кровати были меньше обычных. Кровати комнат для четырех человек тоже были довольно маленькими, но в комнате для шестерых человек кровати были малы даже для Харухиро с его ростом в 170 см. Гигант Могзо наверняка не поместится на них. В их комнате не было другой мебели кроме двух двуярусных кроватей с соломенной подстилкой и единственной лампы на стене. Комната не была пригодна ни для чего, кроме сна. Да и вряд ли кто-нибудь решит использовать ее для чего-то еще. Завтра нужно было рано вставать, поэтому Харухиро собирался поскорее уснуть. Тихий хруст соломы послышался с койки рядом; кажется, Могзо уже уснул. На первой койке Харухиро лег на верхнем ярусе, Манато — на нижнем; на другой: Могзо лег на нижнем, а Ранта на верхнем. — …Манато? Ты еще не спишь? — прошептал Харухиро. — Да, пока еще не сплю. Что-то случилось? — Ничего, забудь… Но это не было правдой. Они заработали за сегодня всего по 18 медяков. От 10 серебряников, полученных Харухиро от Бри, 8 уплачены гильдии, и он потратил 4 медяка на шашлык. Поэтому после недельной тренировки с гильдией Воров , он остался с 1 серебряником и 96 медяками. Вчера он потратил 4 медяка на жилье, затем 10 на еду, не заработав ни единого медяка. Затем сегодня, он потратил 12 медяков и заработал 18. В итоге у него осталось 1 серебряник и 88 медяков. Однако таскать все эти монеты с собой стало неудобно, поэтому он положил на хранение 66 медяков в Банк Йорозу. Это означало, что налог на хранение уже вычтен. С Харухиро все пока было в порядке, но он волновался за Могзо. Его плату за ночлег поделили между всеми, и Манато одолжил ему денег на еду. И, наверно из-за его роста, он будет есть довольно много. Могзо уже был в долгах. Сколько еще времени пройдет, как у Харухиро не останется денег, и ему придется брать у кого-нибудь деньги в долг? Нет, в отличие от Могзо, который может одолжить у них деньги, Харухиро не уйдет в минус, пока он сможет найти кого-нибудь, кто сможет одолжить ему денег. Он просто дойдет до нуля и останется без денег. Когда это произойдет, что ему делать? Им надо найти способ повысить их заработок. Еда и ночлег за день обходятся примерно в 15 медяков. Было бы хорошо, если бы он смог сократить расход вдвое. Стойте, вдвое? Только вдвое? Жилище, которым они пользуются — затхлое и грязное. Соломенные подкладки — жесткие и неудобные, не хватает одеяла. Мелкие отверстия в земле, служившими туалетом, омерзительно пахли человеческими отходами. Стены ванной комнаты очень тонкие, поэтому, когда наступит зима, внутри будет очень холодно. Он хочет жилье получше. Но для начала, он хочет набор запасного нижнего белья. Сейчас у него только пара нижнего белья, которое он постирал в ванной и повесил на трубу, чтобы высушить за ночь. Это означало, что сейчас он без трусов. Ни ему, ни Манато или Ранте не нужно было часто бриться, но лицо Могзо начинало выглядеть очень неопрятно. Им нужно купить бритву или хотя бы маленький нож. Нужно заработать достаточно денег, чтобы купить предметы первой необходимости. У грязегоба, за которым они бежали сегодня, был коготь, который они продали за 1 серебряник. Но что если им просто повезло? Значит ли это, что сегодняшний заработок — это максимум? Или же это минимум? Даже если завтра они смогут найти и убить еще одного грязного гоблина, нет гарантии, что у него будет хотя бы поврежденный серебряник. Поврежденный серебряник стоит 30 медяков, что означает 5 медяков на каждого, если разделить на шестерых. Даже если они проведут ночь на улице, этого будет недостаточно для жизни. Когда Харухиро думал об этом, то понял, в какой они сейчас плохой ситуации. Вообще, он хотел рассказать об этом Манато, но остановился. Если он откроет рот и скажет что-то насчет этого, то будет невозможно так просто все оставить. Он хотел бы что-то с этим сделать. Сегодняшний день вообще-то не был таким ужасным, и никто не знал, что ждет их в будущем; завтрашний день может быть лучше, поэтому стоит оставить все как есть. — Ничего, — закончил Харухиро. — Понятно, — ответил Манато. — Как скажешь. — Ооотлично! — Ранта внезапно спрыгнул с кровати. — Я собираюсь прогуляться немного! Харухиро сел. — Что? Куда? — Вчера, я решил пропустить это. — Мрачная улыбка появилась на лице Ранты. — Но не сегодня! Мужчины должны делать то, что должны! — Понятия не имею, о чем ты говоришь, — сказал Харухиро. — Медленно соображаешь, не так ли? Что тут непонятного? Ванна, идиот, В-А-Н-Н-А. — В смысле, ванна? — Девушки сейчас там, не так ли? Моют свои тела и волосы… и совершенно голые. Поэтому есть только одна вещь, которую я, как мужчина, могу сделать. — Т-ты… Ты не… Ранта захихикал. — Я иду! — Ни за что! Ты не можешь это сделать! — Харухиро спустился с верхней койки и погнался за Рантой. Только в такое время Ранта двигался как лиса, быстро и ловко. Харухиро не мог догнать его, пока он не оказался уже у ванной комнаты. Она находилась в другом здании, не в главном жилище, но здания соединялись между собой. Это была пристройка, так что, наверно, стоит назвать ее баней, а не ванной комнатой. Ранта пригнулся у входа и прислонил ухо к двери. — Ранта… — начал говорить Харухиро, но был остановлен взбешенным Рантой, поднесшим палец к губам. Лицо Ранты явно говорила, что он убьет Харухиро, если тот скажет хоть слово. Запуганный Харухиро замолчал. Что ему делать? Он тихо подошел к Ранте. — Ты не можешь, — прошептал Харухиро на ухо Ранте. — Это не то, что сделал бы человек… - Я знаю — Одними губами сказал Ранта. - Меня не волнует, даже если я лишусь человечности. Пока я достигаю своих целей, меня не волнует, если я стану демоном или Асурой * . — Демон, Асура — одно и то же, ты все равно перестарался. У тебя совсем нет самоконтроля? — Самоконтроль? - Ранта пожал плечами. — Никогда не слышал такое слово. Тебе следует использовать слова, которые есть в моем словаре. Он вдруг резко выдохнул. — Что? Ранта указал на дверь. — Ты можешь услышать их голоса. Он тихо усмехнулся. Не думая, Харухиро собирался прислонить ухо к двери. Затем он остановился, вернув контроль над собой. Неправильно делать это. Он признавал, что ему интересно, но если он поддастся, то станет таким же, как Ранта. Ранта беззвучно рассмеялся. — Не время для самоконтроля, Харухиро. К тому же, ты уже поддался своим низменным инстинктам. Если нет, то почему ты силой не увел меня или крикнул им предупреждения? Ауч. Ранта точно знает, как выбить из колеи. Харухиро положил руку себе на грудь, озираясь вокруг, почти закричав от удивления. Тут был кто-то еще, в темноте, вне поля зрения. Двое. И они шли сюда. — Эй. — Новоприбывший поднял руку в приветствии. Это был Манато. За ним был гигант. Могзо. Ранта несколько раз моргнул, уставившись на них. — Ребята,вы… — Нет, я все объ… — Харухиро начал говорить, но Манато его остановил, прижав палец к губам. Как же так. Из всех людей, Манато тоже? Да, Манато тоже. Действительно ли все в порядке? Харухиро вопросительно посмотрел на Манато, который молча кивнул в ответ. Могзо тоже кивнул. Харухиро беззвучно рассмеялся. Они проиграли. Поздравляю, животные инстинкты, поздравляю. Мы поднимаем бокалы за вас. Честно говоря, ему было немного любопытно. Так как они ничего не видели, это не означает, что они на самом деле подглядывают, так ведь? Над ними было окошко, откуда шел свет и пар, которое будто бы говорило ‘пожалуйста, идите сюда и взгляните’… но оно было слишком высоко для любого из них. Может быть, если бы он встал кому-нибудь на плечи или кто-нибудь подкинул его, то он бы достал, но у него не было намерений делать нечто подобное. Нет, не совсем. Даже сама мысль об этом не приходила ему в голову. Он не был способен на такие вещи. Нет, нет, нет. Харухиро и остальные столпились у входа в баню и прислонили уши к двери. Они могли слышать голоса, но очень смутно. Сконцентрируйся. Он должен слышать лучше. Да, вот так. Сейчас он слышал их четко. — Даже если ты носишь это… — голос Юме. — Ч-ч-что? — ответила Шихору. — Оказывается, она большая, как я и думала. — …Что? Т-ты про что? — Твоя грудь. Она такая большая… и очаровательно круглая… — О-очаровательно? Случайность ли это или нет, но слова Шихору отражали мысли Харухиро. И возможно не только Харухиро. Ранта, Могзо, Манато — все, вероятно, думали об одном и том же: ‘Большая, круглая, очаровательная…’ Как она в действительности выглядит?! Он не мог даже представить… — Да, очаровательно. Могу я ее немного потрогать? — Э-это, ах, эт-мммм-чт-ооох… — Воу. Чувствую, она приятна на ощупь! — Стой-аах..няя… — ’Няя, няя’ звучишь как кошка, Шихору — Юме, пожалуйста…не.. не трогай…больше… — Они делают боньг-боньг… — П-пожалуйста не…Это с-смущает… — Было бы забавно, если бы грудь Юме была такой же упругой. Но грудь Юме делает только так… — Ах, я-я думаю грудь Юме… тоже милая… — Нет, это не так… как грудь Юме может быть милой? — Ах… она не такие толстые как моя. Она выглядит мягкой… — … но твоя не толстая. У Юме вялая грудь… — Она мягкая… Я уверена, она… Она выглядит в-вкусно. — ’Вкусно’? Шихору, не говори такие странные вещи. Юме не съедобна. — Ах..ммм… я знаю, это…это просто… такая фигура речи. — Но может просто попробовать немного лизнуть? Вот… — Ох..н-но… — Но ничего страшного, если немного укусить… может вокруг этого места? Здесь, немного вкусно… Что происходит? Что это? Харухиро отступил от двери и потряс головой. Это не хорошо. Не хорошо. Совсем не хорошо. Что Юме и Шихору там делают? Что происходит? Его воображение понеслось в разных направлениях. Подобные разговоры происходят у девушек, когда рядом нет парней? Он не знал. Как он должен знать про такие вещи? Когда Харухиро посмотрел на Ранту, Манато и Могзо, те отступили от двери. Это было слишком… возбуждающе. Загадка. Тайна, завернутая в загадку, и все это перемешалось у него в голове. Харухиро встретил взгляд Манато. Идем назад. В нашу комнату, просигналил он. Но Манато уже смотрел в другое место. Харухиро проследил за его взглядом и увидел Ранту, смотрящего в ночное небо. Нет, он смотрел не на ночное небо. Он смотрел на окно бани. Ранта, взглядом голодного волка, пялился на окно бани. Он встал в полный рост и попытался дотянуться до окошка. Ранта не доставал. Он посмотрел на остальных. Его лицо странно походило на Асуру. — Ребята, не хотите заглянуть? Серьезно? Стоит ли упускать такой шанс? Вы с уверенностью можете сказать, что потом не пожалеете об этом? Правда? — Ну… — Харухиро стиснул зубы. — Это… — Может я и пожалею, — откровенно сказал Манато. — Я не могу быть уверен, что не пожалею. Но что случится, если мы так далеко зайдем? Ранта свел брови и нахмурился. — Что ты имеешь в виду под ‘что случится’? — Подумай об этом. Даже сейчас, мы слишком… возбуждены. Будет хуже, если мы возбудимся еще сильнее. Не будет возможности повернуть назад. Поэтому мы уходим. В наши комнаты. Все четверо парней. Я тогда не смогу сдержаться. Но если мы останемся здесь и сейчас… Харухиро содрогнулся. Как и ожидалось от Манато, он действительно думал об этих вещах. Будет более, чем ужасно, если все так закончится. Если они сейчас остановятся, они вернутся наполненные удовлетворенные теплыми воспоминаниями… или что-то в этом роде. Скорее всего, удовлетворенные. Наверно удовлетворенные. Или не совсем удовлетворенные. Это был критический момент. Если они пересекут черту, то не смогут вернуться назад. Если бы он не пересек черту, все были бы уже на обратном пути. Он уже перешел черту… Если бы он только остановился тогда. Но он хотел избежать сожалений, если это возможно. — Возвращаемся. — Харухиро схватил Ранту за руку, намереваясь потащить его силой, если понадобится. Но он не ожидал, что реальная угроза придет совершенно с другого направления. Могзо медленно встал и направился к окну. Когда он был прямо под ним, он немного опустился и поставил обе руки к стене. Платформа? Он сделал из себя платформу? Он посмотрел в направлении Харухиро и остальных, затем показал большой палец. — Не беспокойтесь обо мне. Залезайте. Харухиро посмотрел на Ранту, затем взглянул на Манато. Оба выглядели так, будто их поразила молния. Невозможно, подумал Харухиро. Но решимость Могзо была как камень. Они действительно отвергнут это предложение? Нет, они не смогут. Это невозможно. Другого выбора не было. Харухиро кивнул Манато. Кто пойдет первым? Харухиро был не против пойти после, может даже последним. Единственным, кто больше всего хотел взглянуть побыстрее, был Ранта. Но Ранта плакал. Он действительно плакал. Слезы текли по его лицу, и он хлюпал носом. Не утруждаясь вытереть их, он похлопал Могзо по спине. — Черт побери, Могзо. Не заставляй меня плакать! — Эй! — сказал Харухиро, повернувшись на пятках к окну, чтобы быстро взглянуть. Однако Манато был быстрее и встал перед Харухиро. — Почему Юме слышала голос Ранты!? — послышался голос Юме из бани. — Дерьмо! — Ранта начал убегать, громко крича при этом. — Это не я! Я тут не причем! Это все Могзо! Во всем виноват Могзо! Я ничего не видел и не слышал! Могзо, с громким ворчанием, неуклюже упал назад, изнутри послышался крик Шихору. — Глупый Ранта! — Юме пнула стену изнутри. — Извращенец! Идиот! Придурок! ОТПРАВЛЯЙСЯ В АД И НИКОГДА НЕ ВОЗВРАЩААААААЙСЯ!

↑ Асуры — в индуизме божества низкого ранга, иногда называются демонами, титанами, полубогами, антибогами, гигантами.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10: Дамроу

Они сознались во всем перед Юме и Шихору, затем искренне извинились. Харухиро, Манато и Могзо. Ранта утверждал, что ничего не видел, поэтому нет необходимости поднимать шумиху из-за этого, и, таким образом, навлек на себя гнев Юме и Шихору: с этого момента они полностью игнорировали Ранту. Однако трудно сказать, что их отсутствующая командная работа из-за этого стала хуже. На самом деле, наверно, никакого эффекта не было. На следующий день, день за ним, и еще день за ним, они не заработали много. Под «не заработали много», подразумевалось близко к нулю. И под «близко к нулю», подразумевался «абсолютный ноль». Харухиро не хотел, чтобы кто-то спрашивал его о состоянии финансов, поэтому он понятия не имел, что у других. Конечно, он прекрасно знал о том, сколько денег у него еще осталось. За последние три дня, он потратил 14, 13 и 12 медяков соответственно. Это означает в сумме 39 медяков при заработанном нуле. Если 1 медяк технически принадлежит банку Йорозу, в сумме у Харухиро остались 1 серебряник и 49 медяков. Все мысли о покупке предметов первой необходимости, таких как бритва или запасное нижнее белье, исчезли. Заночевать в жилище получше? Недостижимая мечта, кажущаяся сейчас до смешного нелепой. Если он будет успешно тратить на 1 медяк меньше на еду каждый день, то через сколько времени он останется совсем без денег? Теперь для него это была самая актуальная проблема. Их заработок, равнявшийся нулю на протяжении трех дней, так сильно разочаровывал, что когда они вернулись в ночлег, то никто не проронил ни слова. Они все сразу же легли в кровати, но это не значило, что кто-нибудь сразу же уснул. Среди них не было никого с достаточно крепкими нервами, чтобы заснуть в такой ситуации. Или так думал Харухиро, пока не услышал похрапывание Ранты с соседней койки. Это парень был действительно нечто. Отбросив свое первоначальное отвращение, Харухиро был немного впечатлен. Может для него будет лучше пойти спать, чем думать о прошедшем. Сегодняшний день закончился, завтрашний день может принести что-то хорошее. Поэтому завтрашний день важнее, так как он все равно не сможет сделать с произошедшим сегодня. Что же они будут делать завтра? Возобновят охоту на монстров. Даже если они заработают 1 медяк, то будет неплохо — нет, 1 медяк не годится, совсем не годится. Он хотел бы заработать больше денег. Так много, насколько это возможно. Он был полон решимости не оставаться ни с чем. Когда он повернулся на кровати, он почувствовал движения, будто кто-то встает. — Манато? — решил сказать Харухиро. — Что такое? — Куда ты? Все еще ночь. Точнее, почти ночь. В баню? — Нет — Манато встал. — Я собираюсь прогуляться. Ничего важного, не беспокойся. Я скоро вернусь. — Собираешься куда-то ночью? Куда? — Пока еще не позднее время, — сказал Манато, сверкнув улыбкой. — Я вернусь. Это был долгий день, прогуляюсь и немного отдохну. — А, окей. — Но даже если эти слова и вырвались из его уст, Харухиро подумал, что может лучше не отпускать Манато одного. Но было уже поздно. Он уже ушел. Все еще немного беспокоясь, Харухиро завязал случайный разговор со все еще бодрствующим Могзо и затем, спустя некоторое время, все-таки заснул. Когда он проснулся, Манато уже вернулся и бодрствовал. — Утра, Харухиро, — сказал Манато. — Думаю, сегодня мы попробуем пойти в другое место. Что думаешь? По-видимому, этой ночью Манато ходил в таверну Шерри, расположенную на дороге Каен, для сбора информации у других членом Кримсон Мун. В таверне он угостил выпивкой людей, они угостили его в ответ. Казалось, даже сейчас он все еще был немного с похмелья. Но вопрос стоял не о том, что он перепил; должно быть, Манато потратил много денег. — Ты должен был взять мне с собой, — сказал Харухиро. — Харухиро, ты умеешь пить? — Не знаю. — Харухиро почесал шею сзади. — Я не помню, пил ли я когда-нибудь или нет. Манато дьявольски улыбнулся. — У меня нет неприязни к выпивке, поэтому я там был не только по делу. Может быть, часть меня хотела немного расслабиться. Позже, когда Манато предложил остальным сменить место, они с готовностью согласились. Всех уже тошнило от леса. Был город примерно в часе ходьбы отсюда, приблизительно в двух с половиной милях севернее Алтаны. На самом деле, это не совсем город, а скорее бывший город. Сейчас там никто не жил там — ни одного человека. 80% защитной стены, окружающей город, были в ужасном состоянии, и больше чем половина зданий, процентов 60-70, разрушены. Валялись обломки домов, тут и там было много заросших районов, ржавые мечи, копья и другие оружия валялись или торчали из земли. И пугающие останки лежали тут и там. Животные, не похожие ни на собак, ни на кошек, бродили по обрушившимся стенам и сломанным крышам, но сразу же исчезали, как только чувствовали приближение Харухиро и остальных. Слышались не прекращающиеся каркающие звуки. Когда они обернулись на источник этих звуков, то увидели несколько десятков ворон, сидящих на руинах большого разрушенного здания. Давным-давно, Дамроу был вторым по величине городом в Королевстве Аракавия. Гораздо крупнее Алтаны. Однако когда он подвергся нападению и был захвачен Бессмертным Королем и его конфедерацией, он стал принадлежать нежити. Теперь все было по-другому. После смерти Бессмертного Короля, гоблины, бывшие его рабами, восстали, выгнав нежить из города, и захватили его сами. Дамроу сейчас был основной территорией гоблинов. Тем не менее, расположенный в юго-восточной части города, Старый Город был районом Дамроу, которым уже давно пренебрегали гоблины. Не сказать, что там вокруг не было гоблинов. Они там были. — Только…один? Харухиро прятался за стеной, которая, казалось, разрушится, если он хоть чуть-чуть навалится на нее. Он находился в руинах дома, в котором все, что осталось от него, был фундамент. Он был Вором, поэтому разведку оставили на него; однако, у него не было навыков [Stealth Walk * ] или [Pilfer * ]. Единственное, что он умел — [Pick Lock], что не отличало его от обычного человека, кто умеет вскрывать замки. Было ли хорошо оставлять разведку на него? Грязный гоблин, которого они убили тогда в лесу, был одним из многих разновидностей гоблинов. Тот, которого здесь обнаружил Харухиро, определенно напоминал грязного гоблина, но его кожа имела желтоватый оттенок, и он не был покрыт грязью. Также, он был одет, и оружие, похожее на палицу, висело у него на талии. За спиной, по диагонали, висел небольшой мешок — гоблинский мешочек. В то время как грязные гоблины держали все свои ценности на шнурке, завязанном на шее, обычные гоблины держали их в мешочках. Все что для них имело ценность, они все время клали в мешочки. Этот гоблин, на которого смотрел Харухиро, сидел, опиравшись спиной на стену, неприветливо скрестив руки на груди. Он свесил голову и закрыл глаза. Был все еще день, похоже, что он решил немного вздремнуть. Харухиро поспешил назад к остальным, стараясь не издавать шум при движении. — Один гоблин и, похоже, спит, — сообщил он. — Хорошо. Идем. — Лицо Манато напряглось, когда он пошел дальше. — Кольчуга Могзо будет издавать много шума, как бы они ни был осторожен, поэтому Харухиро, Ранта и я пойдем вперед. Могзо, Юме и Шихору последуют за нами вблизи. Трое из нас попытаются подобраться поближе и убить его одним ударом, не разбудив его. Однако если он проснется, Юме прицелится в него луком, а Шихору — магией. Могзо, подходи и поддержи нас как можно скорее. Если дойдет до стычки, используем ту же схему, что и раньше. Все окружаем его и не даем шанса сбежать. Все незамедлительно кивнули в ответ. Они не заработали денег за последние три дня, так что даже Ранты был сейчас убийственно серьезным. Манато, Харухиро и Ранта выдвинулись. Манато вел. Они быстро дошли до руин дома; с этого момента, все станет сложнее. Руины дома были усеяны обломками, поэтому любой неверный шаг мог иметь катастрофические последствия. Подход прямо к спящему гоблину занял больше времени, чем они ожидали. Несколько раз их шаги издавали шум. Наконец, они подобрались на расстояние для удара в два или три шага. Могзо и другие удерживали позиции позади, на границе того, что раньше было домом. Манато, Харухиро и Ранта посмотрели друг на друга. Затем Ранта указал на себя. Харухиро подумал: все ли будет в порядке, если доверить Ранте это дело? Но Манато махнул рукой, подавая сигнал к началу. Ранта возобновил дыхание, которое он задерживал при подходе к гоблину. Вместо того, чтобы поднять над головой для взмаха свой длинный меч, он ткнул им в голову гоблина. Гоблин с ворчанием открыл глаза. Он сразу же заметил Харухиро и остальных и, кажется, понял, что происходит. С громким криком он потянул руку к голове Ранты, чтобы схватить его. Ранта пригнулся, когда Манато закричал «Осторожно!» и крутанул посохом, успешно ударив гоблина по рукам, а затем по голове. — Черт! — Ранта воткнул в гоблина меч, затем, провернув, вытащил его. Харухиро бессильно остался там, где стоял. Если он подойдет сейчас, он чувствовал, что просто будет мешаться Ранте и Манато. Гоблин крутился и метался, ругаясь на неизвестном языке, но окончательно перестал двигаться. Грязный гоблин оказал большее сопротивление. Было ли это потому, что они поймали этого спящим и неподготовленным? Похоже на то. — …Мы убили его? — Ранта тяжело дышал, нагнувшись вперед и приглядевшись к лицу гоблина. В сознании Харухиро пронеслась картинка, в которой гоблин вскочил и укусил Ранту за нос, но ничего такого не произошло. Манато на момент закрыл глаза и нарисовал в воздухе гексаграмму. Все закончилось. Могзо, Юме и Шихору зашли в руины дома. Ранта поставил ботинок на голову гоблина и вытащил свой меч, бормоча «Надо забрать коготь или что-то другое… Нужно что-то для Вайса, нужно что-то для Вайса…» Манато раздраженно снял с тела гоблина мешочек и открыл его. Харухиро выпучил глаза. — Серебряники! Гоблины любят собирать человеческие монеты? И не одна серебряная монета, а целых четыре. В отличие от той, которую они нашли у грязного гоблина, в этих не было отверстий. В мешочке еще были стеклообразные камни, тонкие, похожие на пальцы, кости какого-то животного. Глаза Юме превратились в точки и она вздохнула. — Воу. Это рекорд. И это только наше второе убийство… — Четыре серебряника. — Шихору моргала снова и снова, не находя слов. Могзо просто уставился с отвисшей челюстью. Манато посмотрел на небо. Затем он глубоко вздохнул и потряс головой. — Нет, еще нет. Не будет смысла, если мы не продолжим. В этот раз все было легко, но это не значит, что каждый раз будет также. Сейчас не время расслабляться. Мы должны найти следующие цели. — Манато, — Ранта похлопал Манато по спине. — Тебе надо расслабиться. Мы наконец-то получили нашу первую большую победу! И ВСЕ БЛАГОДАРЯ МНЕ! Почему бы нам немного не отпраздновать? Выражение лица Манато на миг стало суровым, но быстро сменилось на широкую улыбку. — Ты прав. Не то, чтобы я против празднования. И ты действительно постарался, Ранта. — Определенно! Потому что я невероятен! Особенно эта жестокая улыбка, которая была у меня, когда я ударил его своим мечом. Супер Рыцарь Страха! — Хах, — Харухиро отмахнулся от него. — Ты просто ткнул мечом от полной безнадежности. — Идиот! Я воткнул его, как в кусок пирога! Куда ты смотрел?! Оо, точно! Твои сонные глаза были слишком сонными, чтобы заметить! — Всегда говоришь одно и то же. Извини, но я буду вестись на это каждый раз. — Поведись! Поведись или это меня расстроит… Все рассмеялись и наслаждаясь моментом некоторое время. Затем, как сказал Манато, они серьезно вернулись к поиску их следующей цели. В районе Старого Города Дамроу дела пошли лучше. С учетом предыдущих дней, было просто страшно от того, как гладко все шло. К вечеру, они убили четырех гоблинов, включая того спящего. И с четырех гоблинских мешочков они собрали восемь серебряных, стеклянный камень, черный камень, красноватый камень, немного костей и клыков, штуку, похожую на ключ, маленький винтик, и какой-то металлический предмет. Они продали все, кроме монет, на рынке в обмен на еще 2 серебряника и 45 медяков. Заработанное поделили на шестерых — каждому досталось по 1 серебрянику и 45 медяков. Харухиро использовал 15 медяков на еду и ночлег, поэтому у него сейчас осталось 3 серебряных и 8 медяков. Харухиро решил, что если завтрашний день пройдет гладко, то он купит пару трусов и маленький нож. Однако на следующий день все пошло не так хорошо. Они обнаружили группу из 5 гоблинов, на которую хотел напасть Ранта, но остальные решили избежать их. Без элемента внезапности с их стороны, они могут выстоять против одного противника. Двое — уже рискованно, о пятерых вообще не было и речи. Харухиро подумал, что это правильное решение, но вечер наступил быстро и они не нашли ни одной пары гоблинов или одиночек. Наконец, возвращаясь в Алтану, они наткнулись на одного гоблина. В результате произошел внезапный бой. В конце дня их заработок составил один серебряник. Всего один серебряник… но размышления о термине «всего» приведут только к неприятностям. Они заработали целый серебряный, когда они думали, что они вернутся абсолютно ни с чем. Харухиро принял это. Ему нужно заработать еще немного, прежде чем он купит личные принадлежности. На свой третий день в районе Старого Города Дамроу, они решили составить основную карту мест, где они искали добычу. Что же, это была идея Манато. Для составления карты, он раздобыл маленький блокнот и кисть. Манато настоял на том, что если они будут иметь представление о планировке местности и занесут заметки о том, где они обнаружили гоблинов, то эта информация будет полезна им в дальнейшем. В любом случае, составление карты, пока они бродили в районе Старого Города, было довольно веселым. «Давайте осмотримся здесь…» или «мы здесь еще не были…» Они запоминали дороги и тропы, которые исследовали. Они начинали нервничать, когда заходили в район, не отмеченный на карте или наоборот, чувствовали себя в безопасности в уже картированных районах. В этот день они убили троих гоблинов, и после продажи лута, их заработок составил 74 медяка каждому. Однако это не то, что может поднять дух. Суммы было не достаточно, чтобы снова обрадоваться. Тем не менее, Юме и Шихору хотели пойти за покупками, поэтому Харухиро тоже пошел с ними на рынок. Он случайно нашел хлопковое белье, когда осматривался вокруг, и даже сделал все возможное, чтобы снизить цену. В итоге он заплатил 25 медяков за то, что было похоже на нижнее белье. Теперь, когда у него было запасное белье, ему нужно было что-то, в чем можно было его нести, и это закончилось покупкой рюкзака. Удивительно, но дешевый и подержанный рюкзак оказалось довольно просто отыскать, и Харухиро заплатил все-то 30 медяков за один, сделанный из крепкой ткани. У него было ощущение, что рюкзак был более выгодной сделкой, по сравнению с нижним бельем. Когда они вернулись в жилище, все немного поговорили о том, какие товары предлагают магазины, что они хотели купить потом. Чем больше они говорили, тем более оживленным становился разговор, и никто не мог заснуть. Внезапно Ранта, который буквально несколько секунд назад оживленно болтал, начал храпеть. Вскоре Могзо последовал его примеру. Харухиро тоже решил, что пора на боковую. Он устал и чувствовал себя довольно сонным, но почему-то его сознание отказывалось провалиться в мир снов. — Манато? — решил спросить он. И, как он и думал, Манато тоже еще не спал. — Да? — немедленно ответил Манато. Хоть Харухиро заговорил первым, у него не было чего-то конкретного, о чем он хотел бы поговорить. Нет, тут должно быть множество вещей, что можно сказать; однако, ни одна из них не приходила сразу в голову. Но ничего не говорить было бы странным, поэтому ему нужно что-нибудь сказать. После момента паники: — Спасибо. Слово неосознанно сорвалось с уст Харухиро, и он внезапно почувствовал себя неловко. — Почему так внезапно? — усмехнулся Манато. — Я единственный, кто должен быть благодарен. — Ты…благодарен? За что? — За всех. За тебя, кто стал моим другом. Я действительно благодарен. Хоть это и может звучать неискренне, но я действительно так думаю. — Нет, это не звучит неискренне, но… — Харухиро прикусил внутреннюю сторону щеки. — Просто мы постоянно полагаемся на тебя. Если бы не ты, мы… Мы может даже не были бы тут. — Также и для меня. Если бы не было тебя и остальных, я не знаю, что случилось бы со мной. Не важно, как много я об этом думал, по-другому я не смог бы выжить. Харухиро колебался от того, что он хотел сказать дальше, но он не был хорош в сокрытии своих мыслей, он не мог держать все в себе. — Я не хочу, чтобы ты неправильно понял, но ты смог бы подружиться с кем угодно. Ты мог бы попроситься в любую группу и тебя бы приняли. — Группы других членов Кримсон Мун? Честно, я никогда не размышлял об этом. Мне не нравится уступать остальными, и не думаю, что я не смог бы выполнять чьи-то приказы. Я не помню ничего, что я делал до появления в этом месте, поэтому я не знаю. И с этим, Харухиро внезапно вспомнил. Чувство, когда он пытался что-то вспомнить из своей прошлой жизни. Ощущение, будто только что обнаруженная мысль внезапно исчезнет, как только попытаешься ухватить ее. Он был занят всем остальным, что совсем позабыл об этом. — Я тоже, — произнес Харухиро. — Я ничего не помню. — Но у меня такое чувство… — затем Манато остановился. Похоже, он немного колебался продолжать. — Что я не был таким человеком, у кого много друзей. — Это… То, что хотел сказать Харухиро: Нет, ты ошибаешься. Но он замолчал. В конце концов, он не знал Манато до прибытия сюда. То же самое было и для Манато. Ни Харухиро, ни Манато не знали что-либо о себе. Чем больше он пытался думать об этом, тем больше запутывался. Поэтому он решил, что лучше не думать об этом вообще. Сейчас ничего из этого не важно, и не похоже, что так или иначе, он мог что-нибудь вспомнить, если бы начал думать. Не говоря уже о том, что им стоит сейчас беспокоиться о других вещах. В первую очередь — зарабатывать достаточно денег, чтобы жить изо дня в день. — Не важно, кем ты был раньше, — сказал Харухиро самым веселым голосом, на который он способен. — Никто не будет спрашивать тебя об этом. Какая разница, ведь ты наш товарищ по команде. Наш лидер. У нас были бы проблемы, если бы не ты. — Я бы не смог ничего сделать без каждого из вас. Харухиро кивнул, хотя койка Манато была под ним, и он не мог его видеть. Харухиро нужно было сказать что-то в ответ. Что-нибудь. Но пока он искал слова, Манато начал тихо посмеиваться. — Но разве это не странно? — продолжил Манато. — Я имею в виду все. Что мы делаем, бегая вокруг с мечами и магией? Это какая-то игра? — Игра, да? — Харухиро моргнул и наклонил голову набок. — Игра. Как так? Манато молчал в раздумии. — Не знаю. Но как я сказал, это похоже на игру. Или я так подумал. — Нет. Теперь, когда ты это упомянул, я тоже так думаю. Игра…. Но что за игра? Их охватило чувство дискомфорта. Будто бы ему что-то попало в горло и не проглатывалось. Но определенно лучше закрыть это внутри. Не время и не место для этого. Завтра они снова отправятся в Дамроу. Харухиро зевнул. Похоже, что он наконец-то сможет уснуть прямо сейчас.

↑ Подкрадывание

↑ Воровство

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11: Не уходи

— Ранта! Один у тебя на пути! Предупреждение от Харухиро. — Знаю! Не нужно говорить мне! Немедленный ответ Ранты. Могзо и Манато находились впереди, в то время как Юме и Шихору сражались издали. Один из трех гоблинов, с которым сражались Манато и Могзо, проскочил мимо них и направился к Юме и Шихору. Ранта был ближе всего к нему; он и Харухиро поддерживали переднюю линию, оставаясь позади и атакуя врагов со спины и по бокам. Они находились здесь для защиты двоих сзади. Ранта пошел на перехват. Даже если Ранта иногда нарушал построение, убегал и действовал по-своему, их командная работа улучшилась по прошествии 13 дней, с тех пор, как они впервые пришли в Дамроу и начали охотиться на гоблинов. И сегодня он действовал в ногу с остальными. Ранта испустил боевой клич «[Anger Thrust * ]!» и атаковал. Или нет. Ранта атаковал своим длинным мечом гоблина с помощью недавно изученного навыка, но гоблин был вне зоны атаки. Разумеется он промахнулся. — Я промахнулся?! Это невозможно для обычного гоблина! — заявил Ранта. — Конечно это обычный гоблин! — перебил его Харухиро, переглянувшись с Манато. Манато и Могзо наверняка могли справиться с двумя врагами, поэтому Харухиро, маневрируя, рванул вперед и подкрался к гоблину, атакующего Ранту своим ржавым мечом. — Черт! — выругался Ранта, наблюдая, как Харухиро отразил атаки гоблина. Хватит смотреть на меня! подумал Харухиро, пытаясь сконцентрироваться на цели. Не только Ранта изучил новые техники. Все вернулись в свои гильдии и пришли с новым навыком. Однако они были все на том же уровне, на котором они только теоретически понимали, как использовать навык; ни у кого из них пока не было уверенности на практике использовать новые техники в бою. Но если не пытаться активно использовать навыки в бою, то они никогда не достигнут практического уровня мастерства. Так как он заплатил гильдии приличную сумму, чтобы научиться новой технике, Харухиро был полон решимости использовать ее. Проще сказать, чем сделать. Гоблин как-то подозревал его и часто оборачивался назад, неуклюже размахивая мечом на Харухиро, в попытках предотвратить любые скрытые атаки. Ему трудно было найти любое окно для атаки. Если бы Ранта мог привлечь внимание гоблина… но не стоит слишком много ожидать от такого парня, как он. Ранта не был тем, кто бросался на врага с головой, и Харухиро тоже. Они оба боялись столкнуться с врагом напрямую, предпочитая атаки со спины или хотя бы сбоку. И поэтому, что Харухиро, что Ранта, кружились вокруг гоблина, пытаясь зайти ему за спину. Гоблин, конечно же, не хотел врага за спиной, поэтому тоже кружился. Вскоре никто не имел ни малейшего представления, что происходит. — Кто-нибудь, сделайте хоть что-то! — Юме достала кукри и прыгнула на гоблина. Гоблин, которого застали врасплох, на секунду остановился. И Юме резко ударила его крест-накрест с помощью кукри. — [Cross Cut * ]! Гоблин вскрикнул и быстро отступил, держась за порез от плеча до груди. Теперь он повернулся спиной к Харухиро. Сейчас! И пока он думал, его тело начало двигаться. В одно мгновение он сократил расстояние до гоблина и вонзил кинжал ему в спину; [Backstab * ]. На гоблине была только мягкая кожаная броня, поэтому кинжал Харухиро легко вошел в него на 4 дюйма. Кряхтя от усилия, он вытащил кинжал обратно и отступил, пока гоблин вертелся. Гоблин кашлял кровью и выглядел так, будто готовится к чему то. Затем он внезапно упал, задергавшись. Он все еще был жив, но уже готов. Если нет, то он бы продолжил сражаться. — А? — Харухиро взглянул на лежавшего гоблина. Тот взглянул на него. — Я… попал в нужную точку? Или нет? — Должен убить его! — Ранта прыгнул к гоблину и рубанул ему мечом по горлу. — ДАААА! Я получил Вайс! Юме свела брови. — Юме каждый раз думает, что Рыцари Страха действительно дикари. — Я не дикий! Я великодушно жестокий! Мы, Рыцари Страха, делаем подношения Богу Скалхейлу. ‘Бесчеловечные мы, бессердечные мы; мы рыцари бескровные, бесслезные, враги наши умрут от клинков’. — Оом рел ект — зачитала заклинание Шихору, рисуя посохом символ элементаля. — Вел дас! Маги использую силу магических существ, называемых элементалями. Шихору призвала прямо перед собой что-то похожее на вьющиеся черные нити водорослей — теневого элементаля. Это заклинание, [Shadow Echo * ], полетело вперед со своеобразным звуком ‘вшух!’. Шихору могла выбрать для изучения Алев, магию огня, Канон, магию льда, и даже Пфатлз, магию света. Но вместо этого, она выбрала Дас, магию тени. У Харухиро было ощущение, что возможно, так проявлялась личность Шихору. Теневой элементаль ударил в затылок гоблина, с которым сражался Манато. Однако, удар оказал эффект не только на голову; все тело гоблина начало дрожать. — Гах! Гах! — закричал гоблин странным голосом. [Shadow Echo] не было магией, которая сжигает, замораживает или бьет током. Она повреждала за счет высокочастотных волн. Как и ожидалось от Манато, он выполнил удар своим коротким посохом, затем пинком свалил гоблина на землю. — [Hatred’s Cut]! Ранта злобно напал на упавшего гоблина. Атака кого-то, кто уже упал, была «особой» способностью Ранты. Здравый смысл подсказывал, что не обязательно использовать их атакующие техники на уже ослабленных или почти приконченных врагах, но этот факт ускользал от него. Длинный меч Ранты рассек воздух и… не прикончил гоблина. Удар отразился, попав по твердой части головы гоблина. Ранта немедленно разозлился. — УБЛЮДОК!! Кем ты себя возомнил! Получи! Получи! Получи! — кричал Ранта, ударяя снова и снова. Пока Ранта донимал умирающего гоблина, Могзо все еще сражался с последним оставшимся. Они должны были прикончить его. Но не похоже, что требовалась помощь Харухиро. Гоблин атаковал с диким ревом, замахнувшись на Могзо ржавым мечом. Могзо идеально перехватил эту атаку своим полуторным мечом, заблокировав лезвием, и остановив движение гоблина. Тут у Могзо преимущество. У него хороший запас сил, и он использовал изученную технику. С ворчанием, Могзо выбил меч гоблина с помощью кругового движения, затем порезал кончиком своего меча лицо гоблина; [Spiral Slash * ]. У Могзо не было скорости, но он был очень ловким. Гоблин поморщился и отступил назад. Харухиро ободряюще крикнул: — Вперед, Могзо! И Могзо пошел. Он шагнул вперед, затем махнул по диагонали со всей силой, крича «СПАСИБО!!». Техника Могзо [Rage Cleave] * — основа основ обучения Воинов сразу после их вступления в гильдию Воинов. Она казалась легкой для освоения, если просто наблюдать и повторять движения, но этим навыком не так-то просто попасть. Причина, по которой Могзо кричал ‘спасибо’, используя [Rage Cleave] заключалась в том, что оно было сокращением от фразы “спасибо, что позволил тебя убить” используемой среди Воинов. Но за таким, казалось бы, безобидным словом таилась грозная сила. Полуторный меч Могзо разрезал гоблина от плеча до центра груди. Он крутанулся и поднял гоблина в воздух с помощью огромного меча, все еще находившегося в груди гоблина. Затем, с огромными усилиями, Могзо достал меч, откинув гоблина. Ранта побежал за гоблином, громко крича от триумфа, затем начал резать гоблина своим длинным мечом. Юме не показалось: Ранта действительно был диким. То, что он делал, было абсолютно варварским. И когда он закончил рубить тело гоблина, он использовал нож, чтобы отрезать одно из заостренных ушей. — Три Вайса за раз! — он засмеялся от ликования. — В целом выходит 11, плюс усиление моих демонических сил! Если он почувствует это, то он будет шептать что-нибудь на ухо врагам, чтобы отвлечь их! Круто! — Что ты подразумеваешь под ‘Если он почувствует это’? — вздохнул Харухиро. — Значит демон Рыцаря Страха в самом деле бесполезен. — Эй! Я слышал, Харухиро! — быстро ответил Ранта. — Открыто не оскорбляй моего Зодиака! Иначе я прикажу ему наложить на тебя проклятие! По-видимому, Ранта дал своему демону имя ‘Зодиак’. Было ли это настоящим именем? Может кличкой животного? Харухиро этого не знал, но это не имело значения. Это не меняло того факта, что демон был бесполезным. — Я все же прав. Ты даже не можешь призвать его днем, — сказал Харухиро. — Идиот! После того, как я собрал 11 Вайсов, он поднимет уровень! Теперь я смогу призвать его на рассвете или закате! — Мы возвращаемся в Алтану на закате и никто не просыпается на рассвете. — Именно. Но, — присоединилась Юме; ее щеки надулись от раздражения, но ее глаза сверкали. Сложно понять это выражение лица. — Даже если хозяин полностью безмозглый, питомец может оказаться милым. — Я не его хозяин! Демоны не питомцы! Скорее Зодиак владеет мной. В конце концов, он демон! — Так это значит, что… — сказала Шихору, тихо посмеиваясь и избегая взгляд Ранты, — Перед тем как ты сможешь использовать проклятие на Харухиро, ты проклянешь себя. — Да, думаю это так. Стой, ЧТО?! Серьезно?! Зодиак, это правда? Ответь мне, Зодиак! О, сейчас все еще день, так что он не слышит меня… — Хорошая работа, ребята, — сказал Манато, глядя на всех с улыбкой. — Никто не ранен? Вроде бы нет, но я вылечу любого. Если все в порядке, то поглядим в мешочки гоблинов. — Я! Я я я! Я сделаю это! Позвольте мне! — мгновенно вызвался Ранта. Внутри 3 гоблинских мешочков оказалось 7 серебряников, 2 камня, похоже, драгоценных, 3 клыка и кости (о которых никто не мог сказать, ценные они или нет), несколько кусков мусора, которые определенно ничего не стоили. В зависимости от того, за сколько будут проданы камни, они заработали примерно 10 серебряников, или, в худшем случае, 8 серебряников. Они покинули Алтану в 7 утра, прибыли в Дамроу около 8, а сейчас был уже полдень. Они закопали трупы гоблинов в неглубокие могилы, затем сели перекусить в районе неподалеку. У каждого был упакованный обед, состоящий из хлеба, сушеного мяса и т. п., который они принесли собой в сумках и рюкзаках. Это было приятное время для всех. — Надо сказать спасибо, — Юме отрезала несколько тонких полосок сушеного мяса и положила их на землю. Закрыв глаза и сложив руки вместе, она начала молиться. — Спасибо, Элдритч. Вот подношение за то, что продолжаешь защищать нас. — Молитва и подношение, — спросил Харухиро, кусая хлеб, — перед каждым приемом пищи — это какое-то требование в гильдии Охотников? Он купил хлеб в Булочной Таттана, снаружи Нишимачи. Хлеб был тверд как камень, но дешевый и вкусный. — Да, — Юме открыла глаза и посмотрела в сторону Харухиро. — Белая Богиня Элдритч — гигантский волк. Она враждует с Черным Богом Ригелом, тоже гигантским волком. Только благодаря защите Эдритч мы можем ежедневно охотиться и возвращаться целыми. — Другими словами, Охотники поклоняются ей, так? — Сказал Харухиро. — Богине Элдритч. Все ли хорошо, если молиться так неформально и подносить так мало? — Все в порядке, — засмеялась Юме. — Элдритч очень великодушна. Не думаю, что она разозлится на что-то подобное… Не то чтобы тут было что-то, за что можно разозлиться. — Я думаю… — Шихору держала в руках бублик или другой пончикоподобный деликатес. — Богиня Элдритч понимает чувства Юме. Или, хотя бы, я надеюсь на это… Манато сделал глоток из кожаной фляжки и кивнул в согласии. — Уверен, слова очень важны, но гораздо важнее чувства за этими словами. Когда мы, Жрецы, используем магию света, заклинание не сработает, если произнесено неправильно, но это совсем не тоже самое, что молитва Юме к Элдритч. — Юме вкладывает все свои чувства, — произнесла Юме, широко раскинув руки. — Когда Юме спит по ночам, Элдритч приходит к ней во сне. Юме просит покататься на Элдритч, и та соглашается. Юме забирается ей на спину, и Элдритч начинает быстро бежать! Это невероятно! — Итак, — нахмурившись сказал Ранта, шумно жуя полоску вяленого мяса. — В чем тут изюминка? Я полностью послушал эту глупую историю, ожидая услышать изюминку. Так где она? Если ты не приготовила хорошую изюминку, то обещаю, что ударю тебя! — Изюминка? — моргнула Юме, наклонив набок голову. — Тут нет изюминки. — Что?! — Ранта драматично свалился. — Дура! Какой толк в такой длинной истории без изюминки?! Что ты будешь делать, когда я утону в водовороте разбитых ожиданий? — Разве это плохо? — очень тихо произнесла Шихору. — Если ты просто утонешь и умрешь. — Эй! — Ранта указал на нее пальцем. — Эй! Эй! Я тебя слышал! Я слышал, что ты сказала, Шихору! Ты хочешь, чтобы я умер! — Я говорила в целом. Что плохого в том, если ты умрешь утонув? — Если ты согласна с такой смертью, это не значит, что ты сказала это вежливо! Ты ужасна! Ужаснейший человек! Ужасно гнилая злодейка в истории! — Просто игнорируй его, Шихору, — сказала Юме, обняв Шихору и ласково погладив ее по голове. — Не стоит слушать что-либо от самой низшей формы жизни. Шихору не сделала чего-то неправильного. Плохой тут только это низшее существо. Он настолько низок, что даже не может называться человеком. — Я человек! — Кудрявый человек? — сказал Харухиро, и Ранта согласился с ним. — Да, кудрявый… Затем уставился на Харухиро, когда до него дошло. — Кудрявые волосы тут не причем! — сказал Ранта, запустив руки в волосы. — На самом деле, кудрявые люди — хорошие люди! Люди без кудрей — вообще не люди, так что вот! — В таком случае, — Могзо проглотил кусок хлеба, размером с кулак. — Хорошо, что я не человек. — Юме тоже, — сказала Юме. — …Я тоже, — добавила Шихору. — Тоже, — согласился Харухиро. — Подождите, — сказал Манато. Его выражения лица было почти торжественным. — Давайте подумаем об этом логически. Разве проблема в кудрявых волосах? Я так не думаю. Нет абсолютно ничего плохого в самих кудрявых волосах. На самом деле, кудрявые волосы тут могут быть даже жертвой… — Да? — Ранта потянул волосы. — Жертвой? Мои волосы? Это значит, что я преступник?! И это из-за меня кудрявые волосы становятся плохими!? — Ранта, я просто шучу. — Черт возьми, Манато! Ты всегда улыбаешься, поэтому я не знаю, когда ты шутишь, а когда серьезен! Ты замаскированный чернобрюхий предатель! — О-о-он не такой! — Внезапно поднялась Шихору. Ее лицо было ярко-красным. Она выглядела настолько смущенной, что казалось, сейчас из ее головы пойдет пар. — Манато не чернобрюхий и не предатель! Немедленно возьми свои слова назад! Ранта вздрогнул. — Э-эй, у меня своя точка зрения, не так ли? Если ты думаешь, что я должен забрать слова, то у меня есть право высказывать свое мнение. — Возьми свои слова назад! — потребовала Шихору. — Хорошо, хорошо! Я понял. Я беру свои слова назад. Манато не чернобрюхий. Его живот белый. Я вижу его в бане каждый день, поэтому я точно знаю, что он белый. Серьезно. Белый. Для парня. Даже для девушки, он очень белый. — Белый… — Шихору немного качнулась взад и вперед. — Живот…Манато… баня… — Белее чем у девушки, да? — Манато поднял мантию жреца и затем рубашку под ней. — Мне так не кажется. Харухиро, мой живот действительно белый? — Эмм, ну… — Харухиро перевел взгляд с Шихору на Манато, затем на Шихору, затем снова на Манато. В самом деле, его живот был белым, но кожа Шихору была светлее. Но не в этом суть. Харухиро уже что-то подозревал, но теперь он знал наверняка. Шихору влюблена в Манато. Манато делает вид, что не замечает? Если так, тогда Харухиро жаль ее; однако, у него было ощущения, что это не его дело. — Раз ты это упомянул, полагаю, что он очень белый. Да, белый. И твоя кожа тоже очень гладкая. — Сказал Харухиро. — Гладкая…кожа… — казалось, она в любой момент может упасть. — Кожа…гладкая… — Шихору… ты в порядке? — Юме двинулась поддержать неустойчивую Шихору. — Очень плохо фантазировать слишком много за раз. Лучше фантазировать понемножку. Шихору? Шихору? Шихору тяжело вздохнула и облокотилась на Юме в полном оцепенении. Упс, подумал Харухиро. Похоже я перестарался… Но в этот момент, он внезапно заметил, как интересна, точнее сказать, мила, была Шихору. Ранта с отвращением усмехнулся и отвернулся. Он начал есть свой обед, создавая атмосферу незаинтересованности. Возможно ли, что Ранте нравится Шихору? И кажется, Ранту расстраивает то, что ей нравится Манато? Если так, то Ранте нужно много чего переосмыслить. Он до сих пор не сделал ничего, что помогло бы понравиться девушке. На самом деле, все, что он делал, скорее, заставляло девушек его ненавидеть. — Мы действительно стали хорошей командой, — прошептал Манато. — О? — ответил Харухиро. — Мы можем одолеть без проблем трех гоблинов одновременно, при этом никто из нас не пострадает. Это означает, что мы можем с легкостью победить их. Юме лучше владеет кукри, чем луком; на самом деле, она довольно неплоха в этом. Если мы будем тщательнее планировать, то, вероятно, сможем одолеть четырех гоблинов одновременно». — Понятно… — Харухиро подумал над этим на мгновение. Могзо и Манато могут взять на себя по одному, в то время как он, Ранта и Юме будут сдерживать двух других. Шихору может мгновенно вырубить одного своим навыком [Shadow Echo], и если они смогут быстро закончить, то он чувствовал, что точно смогут одолеть четверых. — Да, мы, наверно, сможем одолеть четверых, — согласился Харухиро. — Могзо стал незаменимым для нас. Он настолько большой, что его присутствие в бою запугивает врагов. Кроме того, он бьет мечом довольно точно, поэтому, когда он взмахивает мечом, то, как правило, попадает». — Я тоже так думаю, — сказал Харухиро. — У Могзо очень искусные навыки владения меча. Могзо проглотил еще один кусок хлеба. — П-правда? Я не знал об этом, но мне действительно нравится работа, в которой требуется точность. — Это тебе не подходит! — без всякой причины, сердито крикнул Ранта, заставив Могзо вздрогнуть. — По крайней мере, я так думаю. Харухиро мягко взглянул на Ранте. — Это хорошо. Могзо полезен, в отличие от кое-кого. — О? — быстро ответил Ранта. — Ты говоришь обо мне? Ты ведь знаешь мое прозвище ‘Меткая вихрь-машина’, не так ли? Юме, которая ободряюще похлопывала Шихору по спине, холодно взглянула на Ранту. — Юме уверена, что Ранту так никто не называл, даже ни разу. — Ранта удивителен, — торжественное выражение лица Манато указывало на то, что он не шутит. — Он всегда в наступлении, атакует всех. Он не боится неудачи, поэтому он, наверно, быстрее чем кто-либо осваивает навыки. Все мы, в том числе я, избегаем риска. Если бы не Ранта, мы бы никогда не продвинулись так. — Это так? — лицо Ранты выглядело неопределенным. — В таком случае, мое прозвище ‘Циклон-машина продвижения’? — Что случилось с ‘Меткой вихрь-машиной’? — отметил Харухиро, сыграв в цуккоми. — И Шихору… — Манато сделал паузу. Харухиро предположил, что он тщательно подбирает слова о Шихору. — Шихору хорошо понимает картину в целом. Большинство заклинаний Даса запутывают или останавливают врагов, поддерживают команду в бою. Она выбрала для изучения теневую магию, поэтому она может помочь нам в решающий момент. Так, Шихору? Шихору выглядела завороженной на мгновение, затем тихо, но решительно кивнула. Харухиро думал, что это был подходящий выбор для Шихору, а специализацию Дас гораздо легче понять, чем огненную, ледяную или электрическую магию. Может быть, это не совсем устраивало ее, но Шихору не просто так взяла и выбрала что хотела. На самом деле перед выбором она действительно очень много думала о пользе для команды. Какой же я идиот, подумал Харухиро. Я совсем не знаю ее. Манато переместил свой взгляд на Юме. — Юме храбрая. Она, наверно, мужественнее, чем кто-либо из нас. Как целитель, иногда я думаю, что ей нужно быть осторожнее, но если что-то случится, Юме не раздумывая придет на помощь. — Юме, не раздумывая? — Юме указала на себя. Ее выражение лица смягчилось. — Юме действительно не чувствует страх в боях, но Юме никогда раньше не называли храброй. Может ты прав. Простите, что плоха в обращении с луком, несмотря на то, что Юме Охотник. — У каждого есть то, в чем они слабы и что у них плохо получается, — сказал Манато скорее самому себе, чем кому-то другому. — Настанет время, когда одна из таких вещей станет фатальной ошибкой для такого человека, но мы команда. Мы прикрываем слабости друг друга. — Правда, — Юме кивнула несколько раз. — Совершенно верно. С этого момента Юме постарается изо всех си-сил, чтобы не тянуть команду вниз. Ранта усмехнулся: — Ты имела в виду ‘сил’. Не ‘сисил’, так ведь? ‘Сисилы’, звучит как особый тип груди. Юме скрестила руки на груди: — Юме задается вопросом, что такое сисилы. Наверно, они совершенно отличаются от маленькой груди Юме. Это была слишком хорошая возможность, чтобы не вмешиваться, поэтому Харухиро сказал: — Может быть это подтип. Юме посмотрела на Харухиро. Ее лицо выглядело совершенно серьезным. — Хару, ты действительно так думаешь? — Эмм…наверно. Кто знает? — Что за подтип? Сисилы. Звучит мило. — С-си… — начал говорить Могзо. Внимание всех внезапно переключилось на него. Внезапно пот появился у него на лбу, и он вытер его рукой. — Ох… Не берите в голову. Правда, забудьте. — Теперь мне любопытно, — сказала Шихору. Ее глаза не отрывались Могзо. Могзо перевел взгляд на землю и спустя некоторое время произнес: — П-простите. С его извинениями больше никто не преследовал эту тему, но… что, черт возьми, он хотел сказать? Не только Шихору было любопытно… Болтовня продлилась еще немного, пока они не закончили обедать. Затем началась дневная порция поисков гоблинов. Только после того, как они начали, Харухиро кое-что понял. Манато похвалил всех остальных, но не сказал ни слова о Харухиро. Может быть, Манато просто забыл о нем. Или может быть, его не за что было хвалить. Манато был невысокого мнения о нем? Несмотря на то, что они часто разговаривали, Манато не видел в этом ничего больше, кроме как простое общение? Это его очень расстроило. Но он не мог просто подойти сейчас к Манато и сказать ‘Эй, что насчет меня?’. Охота за комплиментами была просто очень жалкой. Забудь об этом, сказал он про себя. Манато либо просто забыл, либо направление разговора изменилось, прежде чем Манато дошел до него. Это могла быть одна из двух причин, решил Харухиро. Он почувствовал себя немного, совсем чуть-чуть, лучше. Сконцентрироваться. Ему нужно сконцентрироваться на текущей задаче. Харухиро поднял руку, просигналив команду. — Что-то есть… Сначала нужно было провести разведку, поэтому все быстро спрятались в укрытие, в то время как Харухиро, как обычно, пошел в одиночку. В редких случаях Ранта шел с ним, но, если честно, проще было идти одному, так как единственный, о ком ему следует беспокоиться, это он сам. Конечно, он изо всех сил старался не шуметь при ходьбе, но когда у него будет достаточно денег, то он хотел бы изучить навык Воров [Stealth Walk]. Наверняка есть несколько трюков, чтобы тихо передвигаться, и он хотел их изучить. Он хотел, что учитель Барбара обучила его. Гоблины были внутри разрушенного двухэтажного каменного здания. Балкона на втором этаже уже почти не существовало, а часть стен на первом этаже была разрушена. На втором этаже находился гоблин в пластинчатом доспехе с мечом, привязанным к спине. Второй гоблин сидел на полу первого этажа. Он был очень большим для гоблина. Обычные гоблины были ростом с человеческого ребенка и, чаще всего, достигают примерно 125 см. Любой гоблин который достиг 140 см считался гигантом для данного вида. Гоблин, сидевший на первом этаже, был, каким-то другим. Сложно сказать с такого расстояния, но, похоже, он был раза в два больше гоблина на втором этаже. Впервые Харухиро увидел такого гоблина. И он не мог увидеть, какое у него оружие, хотя он был одет в кольчужный доспех. Харухиро продолжил разведывать район вокруг здания, но больше не обнаружил гоблинов. Таким образом, были только гоблин в пластинчатом доспехе и великан. Харухиро вернулся к остальным. — Плохие новости, — сообщил он. — Там только два гоблина, но один из них огромный. Ростом почти с нас. Манато слегка выпучил глаза. — Хобгоблин. Разновидность гоблинов, но больше и сильнее, чем обычный гоблин. Они дикие, но не очень умные. Гоблины иногда используют их как слуг. Ранта облизнул губы. — Если у него есть слуга, то он должно быть богат. Он, безусловно, должен носить кучу ценностей. Харухиро почесал подбородок кончиком пальца. — Может ты прав. У него пластинчатый доспех и хобгоблин в кольчужном доспехе со шлемом. Шлем для нас слишком большой. Могзо громко вздохнул. Для Воинов, которые сражаются лицом к лицу с врагами, защитная экипировка очень важна. Однако, доспехи дорого стоят. О покупке новой экипировки даже не может быть и речи, поэтому был только вариант купить подержанный доспех нужного размера, который был очень редким, либо пойти к кузнецу, чтобы подогнать размер брони. Поэтому все, включая Могзо, использовали подержанную экипировку своих гильдий. — Два гоблина, — Манато опустил взгляд вниз, глубоко задумавшись. Глаза Юме смотрели немног оввысь, и она сказала: — Если только двое, то Юме думает, что мы можем справиться с ними. — Если я смогу попасть в одного моей магией, — сказала Шихору, сменив хватку на посохе. — Это будет проще простого. — Юме тоже попробует атаковать их из своего лука. Если Юме промахнется, это все равно привлечет внимание гоблинов, поэтому Юме думает, что мы справимся. Манато взглянул на товарищей по команде. Может это потому, что они ранее получили от него похвалу, но у боевой дух у всех был на высоте, и они рвались в бой. Напряжение в воздухе была плотнее чем обычно. Сам Харухиро особо не разделял это чувство, но он не хотел вводить кого-либо в уныние. — Мы собираемся пойти на это? — спросил он у Манато, и тот кивнул. — Сделаем это. План боя быстро придумали. Харухиро, Юме и Шихору пойдут первыми, атакуют с дистанции. После того, как враг поймет, что его атакуют, Могзо и Манато займут позиции впереди. Пока Могзо будет разбираться с хобгоблином, Манато нападет на гоблина в пластинчатом доспехе. Харухиро, Ранта и Юме будут атаковать по бокам, в то время как Шихору поддержит их магией издалека. Вся команда встала в круг, повернувшись лицом к лицу, и выставила руки в центр. — В бой! — тихо сказал Манато, которому остальные хором ответили: «Все или ничего!» такими же тихими голосами. Они начали этот небольшой предбоевой ритуал совсем недавно, но внутренне, Харухиро всегда находил его немного странным. — Почему слова ’В бой! Все или ничего!’ ? — вслух подумал он. Шихору наклонила голову набок. — Не знаю… Но по каким-то причинам это звучит знакомо. — У Юме такие же ощущения, — произнесла Юме. — Но Юме не знает почему. Странно. Харухиро повел Юме и Шихору к двухэтажному зданию. Манато, Могзо и Ранта шли за ними на расстоянии примерно в 7-8 метров. Лук Юме имел высокую дальность атаки, но магия Шихору — примерно 10 метров. Смогут ли они подойти к гоблинам на 10 метров и остаться незамеченными? Будет непросто, и может даже невозможно, учитывая, что у здания нет стены. Между стеной и самим зданием было примерно 15 метров открытого пространства. Как только они пересекут стену, гоблины наверняка заметят их. Харухиро приблизился к Шихору. Слабый запах чего-то сладкого попал в нос. Он прошептал ей на ухо: — Шихору, ты пользуешься духами? — …Ах? Ты о чем? — сказала Шихору. — Эмм, ни о чем. Прости. Немного далековато, но ты сможешь попасть в гоблина отсюда? — Не уверена…. но попробую Шихору прижала руку к груди и сделала глубокий вдох. Юме подняла свой лук, натянув стрелу. Гоблины не смотрели в их направлении. Юме и Шихору одновременно вышли из укрытия, и Шихору начертила символ стихии своим посохом. — Оом рел ект вел дас! Вьющийся, черный, шарообразный элементаль вылетел из кончика посоха со звуком вшух! В то же время Юме выпустила стрелу. Стрела пролетела над головой гоблина в пластинчатом доспехе, удивив его, в то время как теневой элементаль ударил хобгоблина в левую руку. Хобгоблин заворчал и все его тело задрожало. Гоблин в латном доспехе повернулся и взглянул в их сторону. — Они нас заметили! — прокричал Харухиро. — Вперед! — скомандовал Манато. Хобгоблин поднял из под ног огромную шипастую палицу, которую он ранее положил туда, и неуклюже встал. [Shadow Echo] сделало свое дело. Гоблин в пластинчатом доспехе держал что-то в руках. Что это? Какое-то оружие? Оно выглядело крепким, с чем-то вроде миниатюрного лука, закрепленного на конце. Гоблин в латном доспехе направил эту штуку прямо на Харухиро и остальных. Харухиро быстро схватил Юме и Шихору за плечи и открыл рот, чтобы предупредить их и спрятаться в укрытие. Но прежде чем он успел произнести хоть слово, стрела уже летела в них. Юме и Шихору упали назад, так как их потянул Харухиро. Он проворчал и быстро поднялся. Затем боль пронзила его. Его правая рука. Стрела. Стрела застряла в правой руке. Больно. Больно, больно. БОЛЬНО. Он нагнулся вниз, присев на корточки. Было больно, когда он двигался, больно, когда неподвижно стоял. Ему было так больно, что он едва мог дышать. Шихору испустила вздох от шока, когда увидела это. — Хару! — Юме мягко положила руку ему на спину. Харухиро застонал от боли. Не трогай меня. Пожалуйста, не трогай меня. Потому что это больно. Плохо. Он умрет? Он умрет, не так ли? Смерть. Не может быть. Он не хотел умирать. Но боль. БОЛЬ. Помогите… Кто-нибудь… Плохо. Он не хочет закончить все так. — Харухиро! Это был Манато. Манато пришел к нему. И без предупреждения, он достал стрелу и руки Харухиро. Когда стрела вышла, Харухиро почувствовал, будто огромный кусок чего-то еще выдернули из него. Кровь быстро вытекала из раны. Манато, я умираю. Ты собираешься убить меня, делая подобное… Но Манато не обратил внимание, так как быстро сформировал гексаграмму своей рукой и произнес: — O свет, под божественной благодатью Бога Люминоса… [Cure]. Свет от руки Манато начал исцелять рану Харухиро. Хоть она и залечилась, но боль полностью не исчезла. Харухиро охнул снова и снова. Она так сильно болела, что он не мог выдохнуть. Наконец, боль начала отступать. Он наконец-то смог нормально дышать. Он неуверенно притронулся к правой руке: она все еще была в крови, но уже не болела. — Манато! — это был зов Ранты. — Поспеши! Я не могу сдерживать его вечно! — С тобой все будет в порядке?! — Манато крикнул Харухиро. Харухиро кивнул, но Манато уже ушел. О, точно. Пока Манато лечил Харухиро, другие все еще сражались. Харухиро взглянул на здание и увидел Могзо, сражающегося с хобгоблином. Ранта и Юме яростно сражались с гоблином в пластинчатом доспехе. Манато собирается присоединиться к Ранте и Юме? Шихору ударила хобгоблина [Magic Missle], но она не оказала никакого эффекта. Харухиро в панике поднялся на ноги. Если Манато собирается присоединиться к Ранте и Юме, они смогут победить гоблина в пластинчатом доспехе. Но что-то нужно делать с хобгоблином. — Держись, Могзо! — ободряюще крикнул Харухиро, пока вставал хобгоблину за спину. Хобгоблин должно быть сосредоточен на Могзо, потому что не обратил ни малейшего внимания на Харухиро. Если так, то будет очень просто сделать [Backstab], но по какой-то причине он не мог подобраться ближе, чтобы использовать навык. Хобгоблин был немного выше, чем Харухиро, но не таким высоким как Могзо, хоть и гораздо шире. Шипастая палица, которой он орудовал, была деревянной, но очень тяжелой и толстой. Если она попадет в цель, то даже кольчуга Могзо не выдержит. К тому же, кольчужный доспех хобгоблина тоже был проблемой. Она покрывала не только верхнюю часть тела, но также была соединена с поножнями. А голова была защищена шлемом. Не было целей для Харухиро; все тело было покрыто броней. — СПАСИБО!! — выкрикнул Могзо [Rage Cleave], боевой клич Воинов. Внезапно возглас облегчения почти вырвался из уст Харухиро, но мгновенно исчез. Полуторный меч Могзо попал в левое плечо гоблина, но удар едва заставил его вздрогнуть, и его контратака оказалась мгновенной. Могзо едва ли смог бы отразить удар вовремя. Нет, на самом деле, Могзо не отразил атаку; удар заставил его отступить назад. Его боевая стойка была сокрушена. Плохо. Могзо так упадет. Харухиро всем телом набросился на спину хобгоблина, вонзая ему в спину кинжал. Нож издал ужасный звук, скрипя по металлу. Это не помогало. Его оружие не могло проникнуть в броню. Однако Харухиро отвлек внимание хобгоблина от Могзо, и сейчас он размахивал на него своей палицей. Он далеко отпрыгнул, уклоняясь от приближающейся атаки. Тем не менее, это все еще было плохо. Он был напуган. У него было ощущение, будто бы его внутренние органы рушатся внутри. Он чувствовал себя будто на полпути к смерти. Не в состоянии себе помочь, он попятился. — Я…не могу сделать… — прошептал он себе. — Оом рел ект вел дас! — прочитала заклинание Шихору. Теневой элементаль ударил гоблина в бок, и тот начал яростно трястись. Могзо достал свой полуторный меч и мгновенно ударил им по голове обездвиженного и трясущегося хобгоблина. Посыпались искры, когда меч соприкоснулся со шлемом и оставил на нем большую вмятину. Он пошатнулся. — Сейчас! — крикнул Харухиро, бросившись прямо на хобгоблина с ударом ногой в полете. Хобгоблин был страшным, но если они смогут повалить его на землю… Перед тем, как Харухиро смог подняться на ноги, Манато прокричал его имя. — Харухиро, сюда! Ранта…! — Что?! — Харухиро увидел, что Ранта лежал на земле. Из его шеи текла кровь. — Ему порезали шею!? Пока Манато залечивал ранение Ранты, Юме в одиночку дралась лицом к лицу с гоблином в пластинчатом доспехе. Гоблин размахивал мечом, заставляя Юме отступать. Плохо. Харухиро столкнулся с гоблином, встав между ним и Юме. — Эй, гобби! Сюда! Как Харухиро и предполагал, внимание гоблина полностью переключилось на него. Но это также означало, что он один теперь будет получать удары. Нет, тут он ничего не мог сделать. Меч, которым размахивал гоблин, был той же длины, что и длинный меч Ранты. Харухиро уклонялся от атак. Блокировал, парировал и уклонялся — это все, что он мог сделать. Этот гоблин отличался от любых других гоблинов, с которыми они сталкивались ранее. Он был быстрее, проворнее. У Харухиро было ощущение, что тот тренировался с оружием, так как он орудовал мечом довольно ловко. Защищаясь от него только кинжалом, если он сделает одно неосторожное движение…. он не знает, что произойдет. С Могзо все в порядке? Харухиро беспокоился, но не сводил глаз с гоблина в пластинчатом доспехе. — [Sweeping Slash] * ! — Юме атаковала гоблина сзади. Это была мощная резкая атака вбок с помощью кукри, но гоблин прочитал ее движения. Он развернулся и встретил ее атаку, затем контратаковал, выбив кукри из руки Юме. Гоблин в пластинчатом доспехе готовился прикончить ее последним ударом. — Я не позволю! — Харухиро бросился на гоблина, но тот тоже предугадал эти движения. Он повернулся к Харухиро и поднял меч. Не может быть! подумал Харухиро. Он подставил кинжал под атаку, но не смог остановить клинок. Меч гоблина проскользил по краю кинжала со скрежетом металла о металл. Даже перекрестная защита не смогла бы его остановить. Меч гоблина немного зашел в правую руку Харухиро, заставили его закричать. Кинжал выпал из рук Харухиро. Гоблин двинулся, готовясь к атаке. Меня сейчас зарежут, подумал Харухиро. — [Anger Thrust]! Это был Ранта. Атака гоблина прошла на волосок от Харухиро. Ранта прыгнул на него со стороны, направляя кончик меча на гоблина. Он пригнулся, избежал атаки Ранты, и без передышки контратаковал. Ранта отступил в сторону. — Дерьмо! Хватит выпендриваться, ты, богатый ублюдок! — выругался Ранта. Лицо Ранты было бледным, и он вспотел. Его рану исцелили, но это не значит, что потерянная кровь вернулась назад. Однако он спас Харухиро. Хотя Харухиро едва был живым. Его рука ужасно болела. Меч гоблина порезал глубоко. Из-за боли невозможно было двигать правой рукой, поэтому он поднял кинжал левой. — Харухиро! — Манато быстро подбежал и немедленно приготовил магию света. — O свет, под божественной благодатью Бога Люминоса… [Cure]. Харухиро стиснул зубы от боли. Пока рана залечивалась, он осмотрел район. Могзо как-то справлялся, сдерживая атаки хобгоблина, но не без трудностей. Он начал неустойчиво стоять на ногах. Шихору присела, наверно, от перерасхода магии. Невозможно ожидать от нее большей помощи. У него было ощущение, что хоть и неумело, но Ранта мог еще немного уклоняться от атак гоблина в пластинчатом доспехе. Рука Юме была где-то порезана и теперь истекала кровью. — Готово, — сказал Манато. Харухиро притронулся к руке и подтвердил, что рана залечена. Затем он взглянул на Юме. — Юме! Сюда! Манато тебя вылечит! — Крикнул Харухиро. — Юме в порядке! — ответила Юме. — Юме все еще может продолжать! — Харухиро, смени ее! Юме, сюда! — приказал Манато. Но хоть он собирался послушаться, Харухиро почувствовал нечто необычное. Он заметил, что дыхание Манато стало немного неровным. Он использовал слишком много магии? Харухиро был Вором, поэтому он не имел ни малейшего представления насчет правил магии. Имело значение, чьим суждениям он доверяет больше, своим или Манато. Конечно, он доверял Манато больше. Так что все в порядке. С ним все будет хорошо. Даже не должно быть каких-либо вопросов по этому поводу. Харухиро сменил Юме. Он хотел надавить на гоблина в пластинчатом доспехе, но его одолела нерешительность. Если напасть, то он боялся контратаки. Думал ли Ранта о том же? Гоблин был слишком опытным бойцом. Не было дыр в его защите. В какой-то момент, гоблин надел шлем. Сейчас он был в шлеме и пластинчатом доспехе. Не может быть. Даже если Харухиро попадет кинжалом по нему, тот просто отскочит от брони. Тоже самое относится и к длинному мечу Ранты. Что насчет полуторного меча Могзо? Но Могзо сейчас полностью занят хобгоблином, он не может быть в двух местах одновременно. Шах и мат, внезапно подумал Харухиро. Они были в тупике. Они не могли выиграть этот бой. Не было никакого способа победить в этом аду. Но он уже это знал. Он уже недавно понял, что они проиграли. Что будет, если они проиграют? Они умрут? Они все умрут? Харухиро взглянул на Манато, который заканчивал лечить рану Юме. Они оба подошли на сторону Харухиро. — Харухиро, помоги Могзо! — сказал Манато и Харухиро рефлекторно кивнул. Он не был уверен, что покидать их — хорошая идея. Но Могзо нужна была помощь. Харухиро занял позицию за спиной у хобгоблина. И затем это произошло. Хобгоблин издал чудовищный боевой клич и замахнулся на Могзо своей палицей. Он поднял полуторный меч для блока, но не смог остановить атаку. Хобгоблин обрушивался снова и снова на меч Могзо. Булава была сделана из дерева, но не выказывала никаких признаков поломки. Могзо, на своем пределе, схватил свой меч двумя руками, чтобы парировать удары хобгоблина: одну положил на рукоять, другую — рядом с концом меча. Атаки были ошеломляющие, и вскоре он был вынужден опуститься на колено. Кровь выступила у него на голове, там, где один из шипов булавы задел его. Хобгоблин пнул Могзо на землю и приготовился наброситься на него. Если Харухиро позволит этому произойти, то… плохо. Очень плохо. Без каких-либо размышлений, Харухиро прицепился к спине хобгоблина. Он бы хотел иметь возможность сковать руки хобгоблина, но это просто невозможно. Хобгоблин изо всех сил пытался стряхнуть Харухиро; Харухиро отчаянно цеплялся. Гоблин издал долгий яростный рев. — Отлично, Харухиро! Продолжай отвлекать его! — Крикнул Манато, залечивая Могзо. Ни за что. Харухиро не мог больше держаться. Хобгоблин ткнул его локтем по ребрам так сильно, что было не просто больно — это заставило Харухиро потерять сознание. Плохо. Если он отключится, то для него все будет кончено. Если его скинут, то он умрет. Он, несомненно, умрет. И затем случилось нечто действительно пугающее. Он понятия не имел, что на самом деле произошло, но его сбросили, и он ударился спиной о землю. Хобгоблин пнул его, до того, как Харухиро успел подняться, отбросив его. Он не мог дышать. — П-помо… — Прохрипел он. Помогите… Он не знал, кто собирался ему помочь, но помощь пришла. Манато попал [Smash * ] своим коротким посохом по голове хобгоблина. Шлем хобголина защищал от ударов, но, похоже, даже техники Манато оказалось достаточно, чтобы нанести незначительное сотрясение. — Быстрее! — Крикнул Манато. — Харухиро, поднимайся! Бежим! Все бежим! Да, подумал Харухиро и вскочил на ноги. Бежим, да. У них не было выбора, кроме как сбежать. Он повернулся, затем внезапно остановился. — Что насчет тебя?! Манато пытался дать сбежать остальным, продолжая атаковать хобгоблина. — Конечно, я иду! Быстрее, бежим! Могзо, чью рану на голове вылечили, сосредоточил свой взгляд на гоблине в пластинчатом доспехе и крикнул, «СПАСИБО!», затем атаковал [Rage Cleave]. Он промахнулся, но это заставило гоблина отшатнуться. Ранта и Юме повернулись, чтобы сбежать. Шихору тоже убегала. Гоблин в пластинчатом доспехе вскрикнул и рубанул Могзо по спине своим мечом, но благодаря кольчуге, тот не пострадал. Харухиро был прямо позади них, оглядываясь во время бега. — Манато, все ушли! — крикнул он. — Уходи! — Знаю! — ответил Манато, отпрыгивая назад и нанося два удара в грудь хобгоблину, преследующему их. Хобгоблин запнулся, Манато быстро развернулся и побежал. Гоблин в пластинчатом доспехе вложил в ножны меч, которым пользовался, вытащил другой, и быстро отправился в погоню. Они пока не представляли опасности. Харухиро сосредоточился на том, чтобы бежать вперед. В этот момент, гоблин в пластинчатом доспехе кинул что-то в них. Оно кружилось и кружилось в воздухе и, кажется, ударило Манато в спину. Стон сорвался с уст Манато и, кажется, он пошатнулся вперед. — Манато! — закричал Харухиро. Манато мгновенно ответил, пока восстанавливал равновесие. — Я в порядке! Он твердо стоял на ногах, поэтому травма, вероятно, была незначительной. Хобгоблин и гоблин в пластинчатом доспехе теперь были прямо у них на хвосте. Им надо бежать. Просто сбежать. Хорошо, что они сделали карты, потому что знание ландшафта Дамроу теперь пригодилось. Они не заблудятся, пока бегут, и могут избегать районов, часто посещаемых другими гоблинами. Харухиро и остальные продолжали бежать. Они бежали даже когда дыхание учащалось, даже когда они были истощены, и даже когда они чувствовали, что упадут замертво. Они бежали даже тогда, когда за ними уже не было видно погони. Первым остановился Манато. Нет. Нет, им нельзя останавливаться. Он внезапно упал на землю. — М-ма… — Харухиро попробовал позвать Манато по имени, но слова так и не были произнесены. Его спина. Спина Манато. Что-то торчало оттуда. Какой-то клинок. Лезвие было изогнутым. Оно выглядело как метательный нож. Все смотрели на него, но никто не сказал ни слова. Ни у кого не было слов. Что тут можно сказать? Манато тяжело дышал, пытаясь подняться на ноги. Он не смог. Единственное, что он смог сделать — перевернуться набок. — Я думаю…все…в порядке…идем… — Манато! — Харухиро упал на колени рядом с Манато. Можно ли его трогать? Или нет? Он не знал. — Манато… твоя рана… магия! Используй магию, чтобы исцелить себя… — Т-точно. — Его правая рука дернулась, чтобы прикоснуться ко лбу, затем упала обратно на землю, как будто из него выкачали все силы. — Моя магия… я не могу… использовать ее… — Не разговаривай! — крикнул Ранта. — Успокойся, не пытайся разговаривать! Что мы должны делать!? — спросил он остальных. Шихору встала рядом с Манато и упала на землю напротив Харухиро. Она протянула руку и дрожащими пальцами коснулась метательного ножа, торчащего из спины Манато. Она резко отдернула их назад. Ее лицо было совершенно бесцветным Лицо Манато тоже. Но оно было не просто белым, оно было смертельно бледным. Все тело Могзо было неподвижным и напряженным, словно камень. Прямо как огромная статуя. — Ч-чт.. — Юме взъерошила свои волосы, создав на голове беспорядок. — Что нам делать? — Что… что ты имеешь в виду… — Харухиро почувствовал, как что-то вырвали у него из груди. Что им делать? Думай! Что они могут сделать? Должно быть что-то! Они не могут просто так сидеть! Манато, скажи нам…пожалуйста… скажи нам, что делать…Манато… Но дыхание человека, которого он умолял, было неглубоким и хриплым. — С-с тобой все будет хорошо, — сказал Харухиро. — С тобой все будет хорошо, держись… Держись, ладно? Манато взглянул на Харухиро. — …Хару…хиро… — Что? Что такое, Манато? — П…Прости… — Что? Почему? За что? — Я… не могу… все… Хару…хиро.. пожалуйста… — Пожалуйста? ‘Пожалуйста’ что? Что ты хочешь, чтобы я сделал? Нет… нет, только не говори такие вещи… — Я… не могу видеть… все… тут? — Мы тут! Мы все тут! Манато, все тут, не уходи! Казалось, Манато глубоко выдохнул, будто бы вздыхая. — Нет! Не уходи! Манато! Ты не можешь уйти! Не уходи, Манато! Пожалуйста… не уходи… Он вдохнул, затем выдохнул еще раз. В этот момент его глаза, казалось, потускнели, превращаясь в стекло. Шихору положила руку ему на грудь. — Его сердце остановилось… — С-СЛР! Сделайте ему СЛР * ! — Закричал Ранта, и Харухиро признал, что это хороший момент для прозрения. В версии с изображениями тут находится картинка. Они начали делать СЛР, будто бы это решение для всего. Все одновременно говорили, что делать. Они достали нож и перевернули его на спину, сделав искусственное дыхание. Прошла минута, 10 минут, может уже больше часа как они пытались вернуть его к жизни. — Может…может мы остановимся? — Могзо выглядел так, будто вот-вот заплачет. — Бедный Манато… Мы не должны больше делать это с ним… — Тогда что ты хочешь, чтобы мы сделали?! — гневно огрызнулся Харухиро, прежде чем взять себя в руки. Он продолжил голосом потише. — …Что мы должны делать? Мы не можем просто оставить его здесь. Мы не можем оставить Манато здесь. — Магия. — Подняла взгляд Шихору. Ее глаза опухли и покраснели. — Может, есть способ спасти его с помощью магии. Магия Света может лечить. — Верно, — сказала Юме, энергично кивая. — Шихору права. Магия сработает. Она должна сработать. Мы отнесем его в гильдию Жрецов к их храму. — Храм бога Люминоса? — Ранты вытер слезы с глаз тыльной стороной ладони. — Мне тоже идти? Ты говоришь слуге Темного Бога Скалхейла идти на вражескую территорию? Могзо поднял Манато на руки. — Я возьму его. — Идем, — кивнув, сказал Харухиро. Ранта и Харухиро предложили поочередно нести Манато, но Могзо отказался. Весь путь назад, до северной части Алтаны, Могзо в одиночку нес Манато, пока они не пришли в храм Бога Люминоса. В тот момент, когда они вступили в храм, их остановила группа людей, одетых в робы того же цвета, белая с голубыми линиями по краям, как у Манато. Кто-то среди них узнал Манато. Кажется, его звали Мастер Хоннен, исходя из того, как его называли другие. Он подошел к ним. Он выглядел как монолит. Походил он больше на Воина, чем на Жреца. Первое, что он сказал, было: — Что случилось? Его голос был довольно примечательным, и это напомнило Харухиро то, что однажды говорил Манато о голосе своего наставника, что его голос был таким громким, что болели уши. Как только вернулись эти воспоминания, Харухиро не смог больше сдерживать себя. Он упал на колени перед Мастером Хонненом. — Пожалуйста! Пожалуйста, помогите Манато! Я сделаю все, что вы хотите! Пожалуйста, спасите его! — умолял Харухиро. — Глупый мальчик! — прогремел Мастер Хоннен. — Даже ярко-сияющий Бог Света, Люминос, не сможет вернуть к жизни мертвеца! Манато, ты — глупец! Такой молодой, с таким многообещающим будущим — таких редко увидишь. Мы возлагали на тебя большие надежды, бережно обучали тебя, пока ты не выбросил свою жизнь! — Ты ублюдок! — Ранта попытался схватить Мастера Хоннена. Юме остановила его. — Нет, не надо! Ранта не стал с ней драться, наверно потому, что он увидел слезы, текущие из глаз Мастера Хоннена. Шихору осела на холодный пол храма; Могзо замер на месте, все еще держа Манато на руках. — Единственное, что вы можете сделать для него, — раздался голос Мастера Хоннена, твердый как камень, хотя его слезы не прекращались. — Достойно похоронить его. Здесь, на границе, те, кто не был надлежаще захоронен, попадают под Проклятие Бессмертного Короля и становятся его слугами. В лучшем случае, превращение в зомби занимает 5 дней. Некоторые превращаются меньше чем за 3. Внезапно, по какой-то причине, Харухиро захотел засмеяться, даже не смотря на то, что сейчас было не время. — Значит, вы хотите кремировать его? — спросил Харухиро. — Да. Крематорий, где мы сжигаем тела, находится недалеко от Алтаны. После того, как тело придается пламени, оно освобождается от проклятия. Останки хоронят на вершине холма. — Еще одна вещь, — сказал Харухиро. — Если можно. — Что такое? — Это стоит денег? — Я заплачу за это, если вы не можете себе это позволить.- Нет, — вздохнул Харухиро. Это был очень глубокий вздох, наполненный гневом, несмотря на то, что злиться само по себе было бесполезно и глупо. — Мы заплатим. Это не значит, что у нас нет денег. Даже если у нас не хватает, мы что-нибудь придумаем. Манато был больше, чем просто наш друг; он был членом нашей команды, ценным товарищем. Мы очень обязаны ему.

↑ Выпад гнева

↑ Крестовой разрез

↑ Удар в спину

↑ Теневое эхо

↑ Взмах по спирали

↑ Раскол ярости

↑ Широкий разрез

↑ Сокрушительный удар

↑ Сердечно-лёгочная реанимация (СЛР) — неотложная медицинская процедура, направленная на восстановление жизнедеятельности организма и выведение его из состояния клинической смерти. Включает искусственную вентиляцию лёгких (искусственное дыхание) и компрессии грудной клетки (непрямой массаж сердца).

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12: Куда теперь?

Место, где они выкопали могилу и закопали кости Манато, завернутые в белую ткань, лучше описать как середина холма, а не вершина. Каменную плиту, которую они несли с собой, поместили на могилу. На ней красной краской было написано имя Манато и месяц. Не смотря на то, что они стажеры, он все равно члены Кримсон Мун, и могила Манато была отмечена соответствующе. Вокруг располагались другие могилы с символом багрового полумесяца, достаточно старые, что с ним слезла краска. Немалое количество членов Кримсон Мун обрело тут свой покой. На самой вершине холма находилась башня, тянувшаяся к небу. Она была отвратительной. Башня была тем местом, откуда появились Харухиро и остальные. Как давно это было? Наверно, меньше месяца назад, но казалось гораздо дольше. Это действительно башня? Ни на одной стороне не было дверей или прохода. Откуда они вышли? Харухиро не знал, и это не волновало его. Кремация обошлась в 50 медяков, могила на холме — еще 50. Все для похорон вышло в 1 серебряный. 1 серебряник за смерть человека. Не больше чем 1 серебряник. Харухиро заплатил из своих собственных денег, но все ли в порядке? У Манато было 7 серебряников и 21 медяка в запасе. Его одежда была сожжена с телом, но тут его короткий посох, рюкзак и другие личные вещи. Что с ними делать? Харухиро раздражало думать о чем-то подобном. Манато больше нет. Его на самом деле нет. И даже не на весь день. Вчера вечером они отнесли его в крематорий, и работники сказали им возвращаться к полуночи. После того, как им вернули останки Манато, они не были уверены, что делать дальше, поэтому вернулись в храм Люминоса, к жрецам. Мастер Хоннен предложил им оставить останки в храме на ночь, но они не могли так просто оставить здесь Манато. В конце концов, останки Манато поместили на полу в углу храма. Харухиро и остальные сидели вокруг них, до заката. Никто не спал. Может, они потом будут ходить сонными, но все равно никто не спал. По этой причине они казались сейчас ошеломленными? Даже сейчас, когда они все сидели перед могилой Манато, все это казалось нереальным. Шихору плакала не переставая, упираясь обеими руками в землю. Даже просто сидеть в такой ситуации, казалось, требовало огромных усилий. Юме уставилась на небо, которое было насмешливо солнечным и ясным. Наверно, наблюдала за полетом птиц. Огромный Могзо, с отсутствующим выражением лиц,а казался сморщеным. И еще был Ранта. Почему он молчит все это время? Если он не будет говорить, тогда кто? Ладно. Затем Харухиро нарушил тишину. — Это странно, — начал он, дергая траву. — В этом нет никакого смысла. Не только я думаю об этом, так ведь? Ранта посмотрел в его сторону, но ничего не сказал. Его выражение лица говорило, что он сейчас избегает умных мыслей. — Манато однажды сказал, — продолжил Харухиро, бросая траву. — Как будто мы в игре. Тогда я тоже так думал, но что за игра? Я не знаю. Это не игра. Это вообще не игра… Я не понимаю… Черт… ЧЕРТ! В конце концов Харухиро понятия не имел, что действительно хотел сказать. Который сейчас час? День уже прошел, может, уже близок закат? В Алтане, колокола звонят каждые два часа, чтобы определить время. Они звонят один раз в 6 утра, два раза в 8, три раза в 10 и так далее. Сколько ударов он слышал в последний раз? Он не помнил. Ранта намеренно медленно поднялся. — Я ухожу. — …Куда? — спросила Юме. Ранта коротко усмехнулся, не заботясь даже повернуться к ней. — Какая разница? Нет смысла сидеть тут вечно. Сейчас мы ничего не можем сделать. — Дурак! — огрызнулась Юме. Ранта не ответил на оскорбление. Это не похоже на него. Он ушел. Харухиро пошел за ним, Могзо следом, но Харухиро остановился и обернулся. Юме обняла плечи Шихору; она смотрела в их направлении, и Харухиро был слишком далеко, чтобы сказать наверняка, что она кивала или трясла головой. У него было ощущение, что она пыталась сказать, что двое из них останутся тут. С Шихору все будет в порядке? Она была в шоке, наверно, гораздо большем, чем Харухиро. В конце концов, Шихору действительно была влюблена в Манато. Похоже, Ранта собирался вернуться в Алтану, и Харухиро хотел спросить, куда тот собирается, но передумал. Не имеет значения. Колокол прозвонил 7 раз перед тем, как они достигли дороги Каен в северной части города. Было уже 8 вечера и, обычно в это время, улицы были полны людей. Ранта вошел в огромное здание. На вывеске снаружи было написано: Таверна Шерри. Харухиро узнал название места, где собираются члены Кримсон Мун и, хоть он раньше проходил мимо этого места, он никогда не заходил сюда. Манато ходил в таверну Шерри для сбора информации, но все просто скинули это на него одного. Они оставили все на Манато. И я был таким же, подумал Харухиро. Я просто следовал за ним и делал то, что он скажет. Таверна была огромной и просторной. Она была полностью освещена тусклыми лампами, подвешенными под потолком. Тут было два этажа, и половина второго на самом деле состояла из лестницы. Пока что тут не так многолюдно — меньше половины постоянных клиентов — но тут все еще было больше, чем сто человек. Помещение наполняли разговоры, громкий смех, редкие гневные крики, смешанные с живыми голосами официанток. Ранта нашел пустой стол в углу первого этажа и сел. Харухиро и Могзо проследовали его примеру и сели за тот же стол. Когда официантка наконец пришла, Ранта поднял 3 пальца и сказал: — Три пива. Он даже не спросил Харухиро или Могзо, что они хотят выпить. — На самом деле я не хочу пить, — запротестовал Харухиро. — Что же ты тогда хочешь? Молоко? — Ранта скрестил руки на груди и топнул ногой. — Это глупо. Это же таверна. ТАВЕРНА. В тавернах люди пьют алкоголь. — Н-но… — Могзо сгорбился. Его голова, казалось бы, втянулась в плечи. — Пить в такое время? — Идиот! Это потому что такое время, вот ты и пьешь, — фыркнул Ранта, потирая глаза. — Манато. Этот ублюдок приходил сюда выпить, так ведь? Но он… Ты знаешь, он… Не то, чтобы мы тут на его месте, но… — Верно, — сказал Харухиро, положив локти на сто и свесив голову. — Ты прав. Официантка вернулась с их пивом, и после того, как они заплатили ей, все трое ударились кружками и начали пить. Оно показалось очень горьким. Может, потому что их мучила жажда? Манато заказывал это же пиво, когда приходил сюда выпить? Нравился ли ему вкус? Наверно, это был алкоголь, но лицо Харухиро горячело и его сознание освобождалось. Лица Ранты и Могзо тоже были красными. Внезапно Ранта стукнул глиняной кружкой по столу. — Это ужасно. Это действительно, черт возьми, ужасно. С меня хватит. Я больше ничего не хочу делать. Я не шучу. Не то, чтобы я хотел заниматься этим с самого начала, но я неохотно пошел вместе со всеми. Вы двое тоже, не так ли? Что за Воин? Вор? Рыцарь Страха? Ж… Жрец? С меня хватит. Я бросаю все это. С сегодняшнего дня, я ухожу навсегда. — Уходишь? — Харухиро стиснул зубы. — Что ты будешь делать, когда уйдешь? — Ничего, — ответил Ранта. — В этом нет ничего плохого. Почему я должен что-то делать? Нет правил, заставляющих меня что-либо делать. И даже если бы были, мне плевать. — Речь не о том, что тебе ‘плевать’, а о том, что у нас нет выбора. Вот как мы оказались тут. — Я не знал этого! — Если не знал, тогда что ты думал?! — Откуда мне знать?! — П-пожалуйста, — Могзо встал между Харухиро и Рантой. — Вы оба. Пожалуйста, не деритесь. — Заткнись! — Ранта грубо оттолкнул Могзо. — Даже если мы будем продолжать, что нам делать?! Что нам теперь делать?! Манато больше нет! — Я знаю! И не нужно говорить мне об этом! — закричал Харухиро. — Тогда ответь мне! Когда ты был ранен в бою, Манато пришел и спас твою задницу! Что ты теперь будешь делать, когда его больше нет, а?! ОТВЕТЬ МНЕ! — Я… — На самом деле, это потому что ты был ранен много раз, Манато использовал всю свою магию, и все это произошло! — …Ранта, ты… ты действительно так считаешь? — Я не прав?! Что я сказал не так?! — Нет… ты прав. — Это потому что ты ужасен в бою! Ты постоянно получаешь ранения и тащишь нас вниз! Это все из-за тебя! — ХВАТИТ! — Проревел гневный голос. Могзо. На мгновение, вся таверна замолчала. Брови Могзо от ярости находились близко друг к другу. Харухиро опешил. Он не верил, что Могзо может так разозлиться. — Сейчас не время драться друг с другом! Успокойтесь, оба! Харухиро заерзал на стуле. — …Прости. — Ты тоже, — Ранта пожал плечами. — Ты тоже очень разозлился. Тебе тоже нужно остыть. Когда Могзо взглянул на него, Ранта отпрянул. — Прости! Теперь я буду очень аккуратен! Правда! Не нужно выходить из себя… — На самом деле, — Могзо сделал глоток пива и расслабил плечи. — Что мы теперь будем делать — это хороший вопрос. Харухиро почесал шею сзади. — Я знаю, но я не хочу думать об этом прямо сейчас. Не думаю, что могу размышлять прямо сейчас. — Скажу одно, — Ранта ударил по столу кружкой. — Я не пессимист или что-то подобное, но я думаю, что невозможно продолжать без него. Только посчитайте, сколько раз он спасал наши задницы, и ты поймешь. — Значит, — Харухиро покосился в сторону Ранты. — Мы ничего не делаем? Это просто невозможно? Что будем делать с деньгами? Еда и крыша над головой стоят денег. Мы будем искать другую работу? Ранта нахмурился, положив подбородок на ладони. — Это один из вариантов. — Это для меня. Но ты Рыцарь Страха. Твоя гильдия не позволит тебе уйти на другую работу, — рассудил Харухиро. Челюсть Ранты отвисла. — Или ты забыл? — Я не забыл! Но… но один раз Рыцарь Страха — всегда Рыцарь Страха? ЧЕРТ! Почему я стал Рыцарем Страха? Могзо испустил долгий, тяжелый вздох. — Другая работа… — Эй! — поприветствовал их чей-то голос, который Харухиро слышал раньше. Когда он посмотрел в том направлении, человек показался знакомым. Он помахал им. — Эй, эй, эй! Это же вы, ребята! Я не помню ваших имен, но давно не виделись! Как вы? Остаетесь молодыми? — Киккава… — Харухиро моргнул несколько раз. Не было ошибки, этот беспечный парень однозначно он. Это Беспечный Киккава. Но теперь он выглядел иначе, по крайней мере, его внешний вид. На нем был доспех, усиленный металлическим покрытием, на поясе раскачивался причудливый меч. По его экипировке можно было сказать, что он — Воин. — Йоу, йоу! — Киккава улыбнулся до ушей и поднял руку, чтобы дать пять Харухиро и остальным. Харухиро автоматически дал ему пять. Не спрашивая, Киккава сел между Харухиро и Могзо. — Пиво, пиво! Всем пива, окей? Пива! — Он позвал официантку и сделал заказ. — Так! Так так так! Как оно? Как у вас дела? Как вы, ребята? Много заработали? Как это место называется… Дамроу! Вы, ребята, работаете в этом районе, так? Я слышал! Я слышал! Недавно я встретил тут Манато и услышал от него! Расскажите мне! Расскажите мне! Как оно? Киккава был раздражающе радостным, как никогда. Даже слишком. Харухиро честно ответил. — …Все довольно плохо. — Однако, чересчур честно. — На самом деле, Манато… Манато немного… нет, не немного, но… — Что?! — Киккава наклонил голову назад. — Что что что?! Нет! Ни за что! Нии заа чтооо! О-о-он СОБИРАЕТСЯ ЖЕНИТЬСЯ? — Да нет же! — сказал Харухиро, ударив Киккаву по затылку, как настоящий цуккоми. Киккава вскрикнул, его глаза, казалось, вылезают из орбит, но Харухиро не жалел о том, что ударил его. — … Это не так, — сказал Ранта с кислым выражением лица. — Он умер. Его вчера убили. — Вооу… — Киккава почесал затылок, в то же время, потянул за подбородок. — Простите. Я сожалею. Правда, правда, сожалею, окей? Я не хотел вас обидеть. Просто… Никогда бы не подумал, что он умрет. Я всегда думал, что этот парень сможет сделать все, но не так как Ренджи. Или он не был другим. Я не понимаю их, таких людей, но… Эй! Наши напитки тут! Отлично! Тос- Полагаю, сейчас не время для тостов. Что же, давайте просто выпьем. Харухиро повернул шею влево, затем вправо. Он внезапно почувствовал себя крайне истощенным. — Похоже, у тебя все хорошо, Киккава. Ты нашел группу, к которой и присоединился? — Да! Почти сразу после того, как я покинул вас, ребята, я присоединился к парню из команды Токимуне. Хороший парень, но немного недалекий. Он тут? Я познакомлю вас… — Нет, не беспокойся об этом. — Понятно. Полагаю, не стоит торопиться. Манато был Жрецом, так? Костяк вашей группы? Смертность среди Жрецов сравнительно высокая. Они легкие мишени. Могзо медленно перевел взгляд на Киккаву. — Правда? — Это не очевидно? — Киккава с энтузиазмом глотнул из своей кружки. — О чем мы говорим? О, точно, Жрецы. Враги знают, что Жрецы — целители группы, поэтому есть смысл уничтожать их первыми. И Воины как я? Мы встаем между ними и врагами, чтобы защищать жрецов. Вот как обычно проходит бой. В любом случае, это основы. Могзо закрыл лицо руками. — … Я не защищал его вообще. Все что я делал, так это все время просил о помощи … Киккава потрепал Могзо по плечу, как старый друг. Хотя на самом деле им не был. — Не вини себя. Все ошибаются в чем-то. Ошибки и неудачи — вот как мы находим правильный путь. Все в порядке, все будет хорошо. — Но… — Могзо потряс головой. — Манато не вернется. — Правда, — Киккава поднял обе руки в качестве согласия. — Это так, но как я считаю, вам нужно продолжать идти вперед. Вы можете подумать, что я могу говорить такое, потому что у меня никогда не умирал товарищ, но с другой стороны, я могу такое говорить, потому что у меня не умирали товарищи. Стоп. Разве это не одно и то же? В любом случае, сейчас не оглядывайтесь назад, а продолжайте смотреть на то, что впереди. Взгляд Харухиро упал на ряд покоящихся глиняных кружек на столе. Киккава говорил, что они не должны быть подавленными? Нет никаких причин прислушиваться к словам Киккавы, но что бы подумал Манато? Манато не использовал слова, чтобы сказать им, куда смотреть. Он создавал атмосферу, где каждый естественно смотрел вперед, в будущее. — Даже если мы продолжим, — начал Ранта, наполовину бормоча. — Не имеет значения, что впереди. У нас больше нет Жреца. В нашей группе. Киккава посмотрел на них. Его лицо будто бы говорило, и что? — Что насчет поисков? Другого Жреца. Стоп. Я знаю, что вы хотите сказать. ‘нет жреца, который хотел бы присоединиться к группе стажеров’. Я прав? Кстати, я больше не стажер. Я купил свой контракт Кримсон Мун. Теперь я полноценный член. Хотите посмотреть? Хотите, чтобы я показал? — Не совсем, — вздохнул Харухиро. — Но как ты и сказал. Ни один жрец не захочет присоединиться к нашей группе. — Вообще-то… кое-кто есть… — сказал Киккава. — Что? — Я знаю многих людей, и они знаю меня. Члены Кримсон Мун, точно. Есть кое-кто. Один человек. Кого даже вы, ребята, сможете нанять. Ранта с интересом наклонился вперед. — Кто? — Но перед этим! — Киккава посмотрел на каждого из них. — Еще раз, как вас зовут? Простите! Я пытался вспомнить, но не смог. Скажите мне ваши имена еще раз?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13: Важная часть

Скоро утро. Не важно, что кто-то умер; утро всегда наступает. Около 8 утра все собрались у северных ворот Алтаны. Раздалось эхо 8-ми часового колокола, но Ранта уже кричал по все горло. — … Так все здесь! — крикнул он, прозвучав немного утомленным. — Я представляю вам нашего нового друга! Пожалуйста, похлопайте Мэри, нашему новому Жрецу! Харухиро и Могзо нерешительно похлопали, но Юме и Шихору выглядели встревоженно. Их бесцеремонно разбудили утром и вытащили наружу. Поэтому Харухиро понимал их замешательство. Было бы странно, если бы они не были такими хоть немного. Однако они даже не потрудились поприветствовать девушку, Мэри, не смотря на то, что они впервые встретились. Честно говоря, по внешнему виду, Мэри казалась холодной, почти враждебной и очень… упрямой. Даже недоступной. Поразмысливв, Харухиро хотел, чтобы они хотя бы приложили побольше усилий в этом направлении. Харухиро начал понимать, почему Киккава сказал, что даже их группа сможет нанять ее. Ранта еще раз жестом указал на Мэри. — Похлопайте Мэри! — П-приятно познакомиться, — заикаясь, произнесла Шихору с легким поклоном. Юме тоже наклонилась немного вперед. — Д-доброй пожаловать. Мэри никак им не ответила. Ее глаза сузились в щелки, и она, не моргая, посмотрела на Юме и Шихору. Харухиро тоже был объектом пристального внимания этих глаз прошлой ночью. Была одна вещь, перед которой Харухиро не мог устоять. Она красива. Не как обычно или заурядно красива. Нет; ее большие глаза, изогнутые губы, форму носа и блеск ее прямых волос нельзя назвать просто «прекрасными». Ее черты лица превосходили все в этом мире. Казалось, будто она даже не человек. Что именно в ней заставляло Харухиро думать так? Это сочетание, баланс. Ее небольшая голова, ее стиль. Один взгляд и кто угодно скажет, что она совершенно другая. У нее была своя атмосфера. Это заставляло Харухиро сильно нервничать, когда он впервые стоял перед ней. В версии с изображениями тут находится картинка. Затем он заметил. Ее взгляд был холодным. Ледяным. Харухиро ощущал, что с этим человеком будут проблемы. Она была из тех, кто сделают все что угодно, чтобы не подпустить тебя близко; красота, оцениваемая издалека. К сожалению, нынешние обстоятельства требуют нанять ее в команду. По словам Киккавы, было очень мало членов Кримсон Мун без групп, но некоторые из них Жрецы. Умелые Жрецы всегда востребованы, поэтому команды соревновались, чтобы нанять их. Более того, Харухиро и остальные пока еще стажеры, поэтому они даже не могут сравниться с группами-ветеранами, вроде группы Киккавы. Даже команда Ренджи, сформированная в то же время, уже стала известной. Другими словами, ранг группы Харухиро находился в самом низу всей организации Кримсон Мун. Они находились настолько низко, что могли ползать на животе, поэтому были не в состоянии выбирать. Даже если это Мэри или кто другой, они будут рады, что Жрец пожелает присоединиться к их команде. Мэри убрала выбившуюся прядь волос и перевела взгляд на Харухиро. — Все здесь? — Эмм… — Харухиро быстро опустил взгляд. Он не хотел, чтобы она случайно заметила, что он смотрел на нее, но не смог ничего поделать. Это нечестно. Она Жрец, ее одежда была белой с синими полосками. Мантия смотрелась на ней стильно и была довольно просторной, но все изгибы ее тела все еще были заметны. Восстановившись, Харухиро продолжил: — Да, считая тебя, всего 6. — Понятно, — сказала она. Ее лицо выражало пренебрежение. — Ладно. До тех пор, пока я получаю свою долю, меня это не волнует. Куда мы собираемся? Дамроу? — Д-да… — Харухиро посмотрел на своих товарищей. Общее настроение было плохим. Будет ли все хорошо? — … Наверно. — Наверно? — сказала Мэри. — Будь определенней. — Д-Дамроу. Мы направляемся в Старый Город Дамроу. В поисках гоблинов… на самом деле мы не знаем других существ. — Ладно. Иди вперед. Я пойду за тобой. — Эмм… — сказал Ранта, намеренно избегая смотреть прямо на Мэри. — Ты можешь говорить не так, эээ… и вести себя немного…. ну, ты знаешь… Ледяные глаза Мэри пронзили его насквозь. — Что? — Н-ничего! П-прости… просто забудь, что я говорил… — быстро ответил Ранта. Мэри пугала. Она ужасала. Она была... как и говорил Киккава. По его словам, у нее есть несколько прозвищ. «Проклятая Мэри» и «Пугающая Мэри» — вот некоторые из них. Мэри почти всегда была без группы и часто получала приглашения от групп, которые потеряли Жрецов. Мэри никогда не отказывалась, но она никогда не оставалась надолго в одной группе. Она не думала о других как о людях, ее надежность как Жреца была под вопросом. Никто ничего хорошего о ней не говорил. Конечно, она была красавицей, но у нее отсутствовал командный дух. По-видимому, как быстро она принимала предложения групп, также быстро она отказывала на предложения о свидании. Киккава знал это из личного опыта, будучи отвергнутым ею. Попытка должна быть хотя бы мужественной. Настоящий джентльмен этот Киккава, саркастично подумал Харухиро. Примерно через час они добрались до Дамроу. Никто не сказал ни слова. Неловкое, некомфортное молчание. Могзо и даже Ранта просто боялись Мэри. Юме и Шихору сомневались, были недоверчивыми и поэтому рассеянными. Они казались смущенными и злыми одновременно. Харухиро понятия не имел, как реагировать. Может быть они рассержены из-за отношения Мэри. Может, они расстроены из-за того, что появился новый Жрец сразу после смерти Манато. На самом деле, малая часть Харухиро действительно думала, что лучше немного подождать. К тому же, они не обсуждали с Юме и Шихору решение пригласить Мэри. Трое из них приняли это решение в таверне. Не стоило им этого делать. Они должны были взять передышку и все обдумать. Если бы тут был Манато, он бы не позволил так всему обернуться. Дамроу. Место, где умер Манато. Рано они вернулись сюда. Слишком рано. — Что если мы снова наткнемся на них? — Харухиро прошептал Ранте. Ранта мрачно ответил: — Тогда сразимся с ними. Я хочу отрезать ухо каждого из этих ублюдков и принести их на алтарь Скалхейлу. Я не сдамся, пока так не сделаю. — Но… — холодно начала Шихору. — Мы не сможем победить. Сейчас уж точно. Ранта огрызнулся на нее. — Мне плевать. Я все равно собираюсь драться. — А что если Ранта умрет?, — голос Юме слегка дрогнул. — Если Ранта умрет, Ранта потеряет все. Могзо энергично кивнул. — Не умирай. Я не хочу, чтобы кто-то еще умер. — Мы идем или нет? — нахмурившись, сказала Мэри. — Если да, то идем. Если нет, ладно. Как бы то ни было, решайте быстрее. Ранта показал ей язык. Затем сказал: — Быстрее думай, Харухиро. — Точно… — ответил Харухиро. Кто, в конце концов, сейчас был лидером команды? Могзо не из тех, кто может вдохновить других следовать за ним. Юме и Шихору такие же. Тогда я? Подумал Харухиро. Я не лидер. Я не могу принимать решения самостоятельно. Но Манато попросил его. В конце, он позвал меня по имени, говоря ‘пожалуйста’. Он пытался сказать мне, ‘Пожалуйста, позаботься об остальных’. Но Манато, я не могу. Он не мог этого сделать. Харухиро не такой. — И-идем, — сказал Харухиро, несмотря на все. Хоть фраза и была простой, его голос был тихим и дрожащим. Он звучал слишком жалко, даже для себя. Используя карту, которую они составили, они нашли районы, где должны были быть гоблины. Сейчас, когда Манато больше нет, биться с тремя одновременно казалось неразумным. Им не везло каждый раз, так как они встречали группы из 3-4 гоблинов. Когда настало время обеда, все были полны нетерпения, раздражения и усталости. Харухиро заработал боль в животе. Они не могут так продолжать, и не только из-за денег. Внутренне, Харухиро принял решение. У них есть Жрец. В конце концов, если не будет групп из двух, они нападут на группу из трех. Каким-то образом, это должно сработать. В последствие им представился шанс. 3 гоблина стояли вокруг костра на открытой площадке, вблизи упавшей стены. Один одет в кольчужный доспех и у него короткое копье в руках, но два других одеты в обычную одежду. У одного на поясе висел топор, у другого — короткий меч. Гоблин с копьем был больше других, и, кажется, что двое других подчиняются ему. Они казались достаточно несложными. — Сначала Юме и Шихору атакуют гоблина с копьем. Я, Ранта и Мэри займем двух других, пока Могзо и Шихору прикончат того с копьем. Если он вступит в бой, то я или Ранта придем на помощь. Если сможем прикончить гоблина с копьем, то с остальными будет все просто. — Стоп, — голос Мэри прозвучал как сталь. — Ты говоришь мне сражаться с гоблином? — А? — Харухиро дрогнул. — Разве… это плохо? Почему? — Я не сражаюсь на передовой. Я Жрец — ты уже должен это знать. — Эй! — Ранта начинал злиться, но сдержался. — Леди! Острее кинжала, глаза Мэри впились в Ранту, явно намереваясь убить его. — Леди? — Н-не ‘Леди’, но… Это не правильно! Я могу звать тебя так, как захочу! — Нет, не можешь. — …М-мэри. Тогда Мэри. — Вены Ранты выступили от ярости. — Эту штуку Жрецы носят не просто так? Это, похожее на посох. Им можно бить, так ведь? Или ты носишь ее только для украшения? Мэри встала, опустив взгляд на Ранту со своего полного роста. — Для украшения. — Ты сволочь! — Сволочь? — М-мэри. Ты… ты.. это… ДЕРЬМО. Я не знаю. Без разницы. Делай что хочешь. — Я всегда делаю, что хочу. Не нужно мне об этом говорить. — Точно, — неестественно засмеялся Ранта. — Точно. Я знал это. Черт… кем она себя возомнила… — Ты не можешь хоть немного не ругаться? Это напрягает мои уши. Несмотря на то, как это прозвучало, это определенно была не просьба. — Прости! Виноват! Если это слишком напрягает тебя, то закрой свои уши! — Почему я должна делать что-то столь раздражающее? — Ладно, ладно, — сказал Харухиро, почесав сзади шею. — Мы поняли. Мэри останется позади, в качестве поддержки. Вместе с Шихору. Шихору наш Маг, поэтому она не на передовой. Исправлено, хорошо? Мэри бросила взгляд на Харухиро, будто бы пытаясь его разрезать. — Так и нужно делать, разве нет? — Да, окей. Идем — ответил Харухиро, переполненный гневом. Почему им надо заходить так далеко, чтобы сделать ее счастливой? Она только сегодня присоединилась к команде. Действительно, у нее больше опыта, но почему она не могла просто подстроиться под остальных? Но у Харухиро не было смелости сказать ей это в лицо. Он боялся ее. Обычно, сейчас бы они все встали в круг и положили руки в центр для своего предбоевого ритуала, но в этот раз не стоило его делать. — Юме, Шихору, идем, — сказал вместо этого Харухиро. Юме и Шихору молча кивнули. Они были так расстроены, что не хотели разговаривать? Выражение их лиц говорило ему, что они не в духе. Он хотел, чтобы они это прекратили. Их настроение раздражало его. Он не мог ничего с этим поделать, но он хотел, чтобы они приложили больше усилий, чтобы понять, что он чувствует. Он знал, что если он заговорит об этом, этому не будет конца, поэтому он закопал все глубоко внутрь себя. Юме и Шихору сделали то, что им сказали, и пошли вперед. Шихору вскоре остановилась на расстоянии. Когда она это сделала, Харухиро просигналил ей атаковать. Шихору произнесла заклинание тихим, безжизненным голосом, когда она рисовала символ элементаля своим посохом. Юме вставила в лук стрелу и натянула тетиву. Теневой элементаль, вылетевший из посоха Шихору, ударил в грудь гоблина с копьем. Все его тело бесконтрольно затряслось, заставив того уронить копье. Стрела Юме промахнулась, улетев далеко от цели. — Даже не близко, — послышался тихий шепот Мэри. Но Юме это услышала. Она крепче сжала лук. — Не беспокойся об этом! — сказал Харухиро, доставая кинжал. Могзо и Ранта уже вступили в бой. Пришло время ему поторопиться. Они прикончат этих гоблинов. Они должны выиграть. Если они проиграют, то умрут. Они не могут позволить себе проиграть. Могзо переключился с гоблина с копьем на гоблина с топором и гоблина с мечом. В то же время, гоблин с копьем восстановился от атаки Шихору. Ранта двинулся на гоблина с топором, пытаясь отвести его от Могзо, но гоблин с мечом представлял больше проблем. Могзо не мог отступить. Подошел Харухиро. [Backstab] Он использовал технику в момент, когда находился за спиной гоблина с мечом, но тот повернулся в последний миг и кинжал Харухиро попал в ребра. Гоблин сделал выпад с мечом на Харухиро, крича от ярости. — Воу! — Харухиро шагнул назад, увернувшись вправо и отступив. Движения гоблина с мечом были ловкими и быстрыми, и, наверно, Могзо нелегко с ним сражаться. Но теперь, путь Могзо был открыт. Гоблин с копьем напал на него. Могзо отразил копье гоблина своим полуторным мечом. Теперь они сражались один на один. Нет, Юме пришла на помощь к Харухиро. Она держала свой кукри наклоненным и полоснула гоблина с мечом. — [Cross Cut]! — прокричала она. Гоблин с мечом пригнулся и отпрыгнул на два метра назад, избегая ее атаки. Они время от времени встречали такой тип гоблинов. Маленькие, легкие, подвижные. У них не было много наступательной силы, но навыки уклонения — на высоте; их сложно победить. С этими легковесными гоблинами тяжело иметь дело. — Оом рел ект вел дас! — Шихору использовала [Shadow Echo] и теневой элементаль полетел прямо в гоблина с копьем. Он уклонился. Однако, Могзо воспользовался этим, замахнувшись огромным мечом. Он сделал это слишком поздно и ударил только воздух. Гоблин с копьем начал серию быстрых выпадов на Могзо, у которого не было других вариантов, кроме как отступить. Это было короткое копье, но даже так, его длина больше роста гоблина. Могзо не мог подойти достаточно близко, чтобы атаковать своим оружием. Сейчас, когда Харухиро подумал об этом, это был первый раз, когда они встречают врага с копьем. Неопытный. Это единственная причина, почему у Могзо были такие трудности с противником. — Гах! — прокричал от боли Ранта, отпрыгнув назад. На его левой икре кровоточил порез. Гоблин с топором пригнулся и сделал круговое движение, целясь ниже пояса своего противника. С этим стилем боя сложно иметь дело. — Юме, я разберусь с ним! — сказал Харухиро. — Займи мест о Ранты, пока тот подлчеится! — Нет, — немедленно ответила Мэри. — Нет?! Что, почему?! — воскликнул Харухиро. — Это не та рана, которая требует немедленного лечения. Не обращай на нее внимание. — Свооолочь!!! — Ранта неистово атаковал гоблина с топором. — Сволочь! Сволочь! Сволочь! Просто потому что ты горячая не значит, что ты можешь делать что захочешь! Иди к черту! Иди к черту! ИДИ К ЧЕРТУ!!! Харухиро и Юме повсюду преследовали легковесного гоблина с мечом, но так и не смогли поймать его. — Ранта! Как твоя нога?! — КОНЕЧНО ЖЕ ОНА БОЛИТ! — Прокричал Ранта. Ранта в диагональном ударе опустил свой длинный меч на гоблина с топором. — [Hatred’s Cut]! Гоблин с топором легко увернулся. — Посмотри как она кровоточит! Как она может НЕ болеть?! ОНА, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, БОЛИТ!! Юме упала на спину, когда гоблин рубанул ей мечом по ногам. Это плохо. Юме прирежут. Харухиро бросился между Юме и гоблином, подняв кинжал, собираясь использовать свое тело как щит. Вместо того, чтобы столкнуться с Харухиро, гоблин с мечом отпрыгнул назад. Серией коротких, быстрых прыжков, он выпрыгнул из радиуса атак Харухиро. — Хватит тратить время, — тихо произнесла Мэри. Чья вина, что мы не можем быстро закончить бой? Подумал Харухиро. Если бы вместо Мэри с ними был Манато, они бы легко смогли победить этих трех гоблинов. Манато был большим танком, чем Могзо; он также был их целителем, их стратегом, их лидером. Если бы Манато был здесь, тогда в бою будто бы сотня людей была в их команде. Может, это и было преувеличением, но для Харухиро, это было совсем другое ощущение. Манато не был таким как ты, горько подумал Харухиро насчет Мэри. Жрец, который отказывается что-либо делать, кроме лечения, затем и не лечит… Разница такая огромная, что ты даже не сравнишься. Но с ними больше нет Манато. Его больше нигде нет. Они потеряли его. Что нам делать, Манато?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14: Золотая монета

— Я ТАК БОЛЬШЕ НЕ МОГУ! Ранта ударил глиняной кружкой по столу. — Ранта… — пробормотал Могзо. — Ты сломаешь ее. — Заткнись! Все под контролем! — закричал Ранта. — Что насчет тебя, а?! Разве она тебя не бесит?! Могзо пробормотал что-то невнятное. — Признай это! Эта девчонка тебя бесит! — разглагольствовал Ранта. — Что это за отношение, черт возьми?! Прошло уже несколько дней, и она даже не пытается поладить с нами! Харухиро! — Что? — ответил Харухиро. — Даже ты так думаешь! Не ври! Эй! Я с тобой разговариваю! Скажи мне, что ты действительно думаешь! — Я уже говорил тебе несколько раз — Харухиро отпил пива из своей кружки. — Я просто оставлю все как есть. Но я не могу не согласиться с тобой. — Хватит использовать предложения, сложные для понимания! Ты просто защищаешь ее, потому что она горячая! — Это никак не связано. — Ты слишком мягок с ней! Ты мягок с девушками! Даже слишком мягок! — Я не делаю это намеренно, но согласись, даже ты не можешь справиться с ней. Ты говоришь о ней за ее спиной, но ничего не можешь сказать ей в лицо. — Если бы я мог! — Ранта плюхнулся вперед, лицом на стол. — Она до жути пугает меня! Эти глаза, этот голос — чертовски пугают! От этого хочется плакать!.. Можно ли плакать? Могзо легко похлопал его по плечу. — Не плачь, Ранта… — Уйди! — Ранта хлопнул по руке Могзо. — Не пытайся утешать мужчину! Мужчина не хочет утешения! Это слишком жалко! Я мужчина! Мужицкий мужик! Я…. Харухиро вздохнул. — Просто оставь его в покое, Могзо. Он ведет себя как обычно. Этому не будет конца, если ты будешь беспокоиться о нем постоянно. С тех пор, как Мэри присоединилась к группе, у Ранты, Могзо и Харухиро вошло в привычку посещать таверну Шерри после возвращения из Старого Города Дамроу. Не то, чтобы им хотелось выпить или еще что, но если не отвлечься в конце дня, то никто не уснет и не захочет на следующий день вернуться к работе. Пиво стоило 3 медяка за кружку для тех, у кого были контракты Кримсон Мун, но стажеры платили полные 4 медяка. Харухиро каждый раз покупал 1 кружку — иногда 2 — он все еще считал, что это пустая трата денег. Их заработок был только в половину — или, точнее, близок к трети — того, что они зарабатывали с Манато. Сейчас, дни, когда в кармане у каждого останется только серебряник, были уже далеки. Харухиро знал, что надо сохранить деньги, Он знал, но… Считая деньги, оставленные на хранение в банке Йорозу, у Харухиро было чуть более 17 серебряников. Контракт Кримсон Мун стоил 20 серебряников, поэтому ему нужно еще немного, чтобы стать полноправным членом. Это не значит, что он купит его сразу же, как наберет 20 серебряников. Пока у него не будет 30 серебряников на руках, трата 20 за раз будет слишком неразумной. Было бы неплохо, если бы Коммандир Бри позволил им платить по частям. — Кримсон Мун. Солдаты запасных сил… — прошептал Харухиро, осматривая таверну. В помещение все были экипированы лучше, чем они. Харухиро был уверен, что большинство носит свою драгоценную броню в таверне, чтобы ее не украли, когда люди напьются. То же самое касалось дорого-выглядящих мечей, висевших на поясах. Не говоря уже о стильной одежде под броней. Различие между ними и группой Харухиро было слишком очевидным. — Я знаю, — Ранта неловко ссутулился вперед, пока его подбородок не опустился на край стола. — Не нужно мне это говорить, Харухиро. Это контракт, не так ли? Но не похоже, что теперь наша цель — покупка контрактов Кримсон Мун. ‘Стать полным членом или нет, мне без разницы’ — ты об этом думаешь. — Я не знаю, о чем я думаю, — сказал Харухиро. — О том, что ты приписываешь моему рту свои слова. — Как грубо. Просишь убедить тебя? — Я извиняюсь. — Не извиняйся так просто. Так мы никогда не доберемся до аргументов. Сражайся со мной дольше, болван. — Надоедливый тип. — Н-но… — тяжело вздохнул Могзо. — У меня такое чувство, что мы потеряли из виду нашу цель. Такого не было раньше. — Может быть. — Сказал Ранта. Он наклонил голову и положил щеку на стол. — Многое изменилось с тех пор, просто потому, что Манато исчез. Внезапно Харухиро почувствовал гнев. Будучи не в состоянии сопротивляться, он огрызнулся. — Не говори ‘просто потому’, будто бы это ерунда. Это не ерунда. — Да, — Ранта кивнул. — Виноват. — …Когда ты извиняешься сразу, то это не похоже на тебя. — Надоедливый тип. Харухиро хотел врезать ему, но решил, что такие как Ранта не стоят того, чтобы поднимать на них руку, или даже презирать. — Цели, да. — Харухиро еще раз оглядел таверну. Его глаза внезапно остановились на одном человеке, и внезапно все затянулось в груди. — Ренджи… Пока Харухиро и остальные занимали столик в слабо освещенном углу первого этажа, группа Ренджи сидела вокруг хорошо освещенного стола рядом с обслуживающей стойкой. Конечно, стол сам по себе не был хорош; просто группа Харухиро не могла сидеть на месте, делающем их столь заметными. Что-то связанное с рангом, важностью, иерархией… — Воу, — Ранта тоже наконец заметил группу Ренджи. — Этот Ренджи, проклятый выпендрежник. Могзо, выглядящий так, будто он получил упрек вместо Ренджи, тоже вытянул шею, чтобы посмотреть. — Вау. Оба, Ранта и Могзо, были правы в своих реакциях. Будто бы серебряные волосы недостаточно привлекали внимание, Ренджи носил меховую накидку поверх брони. Гигантский меч, лежавший на столе, выглядел впечатляюще. Это заставило Харухиро задаться вопросом, как Ренджи управляется с ним. Если он купил его, то он, должно быть, потратил немало денег. Если нет, то Харухиро был удивлен, где же он нашел его. Не только Ренджи был роскошно экипирован. Коротковолосый Рон, сидевший рядом с ним, был одет в великолепную броню, и Парень в Очках, Адачи, носил длинную черную робу, сияющую блеском дороговизны. На Сассе было мало одежды, что напомнило Харухиро учителя Барбару — поэтому он предположил, что она тоже стала Вором. Сасса, красивая с самого начала, теперь была совершенно соблазнительной. На коленях Ренджи сидела Чиби, чья роба показывала в ней Жреца, но в отличие от того, что носили Манато или Мэри, была сделана из тонкого материала с вышивкой по краям. — Они новички… так ведь? — Ранта выглядел ошеломленным. — Они прибыли в то же время, что и мы, присоединились к Кримсон Мун в то же время. Почему такая большая разница между нами и ними? По-видимому, не имело значение, кто был полным членом Кримсон Мун, кто стажером; все, кто только вступил в Кримсон Мун, были ‘новичками’. Но никто не видел в Команде Ренджи новичков. И любой, кто видел бы, был бы неприятно удивлен. Было практически невозможно догнать группу Ренджи, признался себе Харухиро. Пропасть между ними будет становиться только шире; группа Харухиро осталась на самом дне, самая мелкая рыба среди мелкой, в то время как Ренджи карабкается все выше и выше. Вскоре, все признают, что Команда Ренджи лучшая, и если они встретят команду Харухиро где-то в поле, Ренджи даже не заметит их существования. Харухиро и другие будут забыты, пока все внимание падает на Команду Ренджи. Если бы Манато не умер, все пошло бы по-другому? «Мы стали действительно хорошей командой», сказал Манато, действительно имея это в виду. Обычно, Манато приходил в таверну, поэтому он хорошо должен был знать, как дела у группы Ренджи. Падал ли духом Манато? Расстраивался? Злился? Наверно, Манато думал, ‘Ренджи продвигается все выше и выше. А что делаю я? Если бы у меня были товарищи по команде получше…’ В конце концов, Манато тоже был просто человеком, поэтому такие мысли могли у него возникнуть, даже где-то в дальнем углу сознания. Почему Ренджи не пригласил Манато к себе с самого начла? Манато более чем способен внести вклад. Если бы Манато был с Командой Ренджи, они бы были более грозными. Если бы Манато был в Команде Ренджи, тогда он точно бы был сейчас жив. — Эй! Эй! — Ранта толкнул его руку. Харухиро даже не заметил, что он смотрел на пол. Когда он поднял взгляд, то сверху на него смотрел человек с серебряными волосами. Он почти вскрикнул от удивления. — Я слышал, что Манато прикончили, — низкий и хриплый голос Ренджи трудно было забыть. — Эт… — начал было Харухиро, но остановился, не зная, что он хочет сказать. Это? То? Там? Что? Наконец. — И что тебе? Невыразительно, как и всегда, Ренджи протянул сжатый кулак и, раскрыв пальцы, что-то уронил. Харухиро не задумываясь поймал объект. Когда он посмотрел, то увидел монету. Могзо вдохнул так резко, что почти свалился со стула. Глаза Ранты расширились настолько, что были готовы вылезти из орбит; он выглядел так, будто бы хотел что-то сказать, но у него не было слов. Правая рука Харухиро, в которой он держал монету, задрожала. Конечно, это была не фальшивка. Поэтому впервые они впервые своими глазами увидели это. — Золотой? — Мои соболезнования. Возьмите, — пренебрежительно сказал Ренджи, затем повернулся, чтобы уйти. — … Не шути… не… — Харухиро резко поднялся и почувствовал, как кровь прилилась к голове. Харухиро хотел пойти за Ренджи и ударить его со всей силы. Но не смог. Он не мог так сделать. В конце концов, он догнал его и сказал: — Р-ренджи! Стой! Подожди! Ренджи наконец остановился, повернулся, чтобы рассмотреть Харухиро выражением, указывающим дискомфорт. — Что? — Это..это.. — Харухиро взглотнул. Ренджи был чертовски страшным. Для человека не нормально быть таким пугающим. — Просто… Не думаю, что могу принять это… Это… как-то неправильно. — Понятно — Ренджи вытянул руку вперед и поднял ладонь. Вот как? Харухиро думал, что Ренджи скажет что-то еще. Но он не говорил. Может и к лучшему; Харухиро глубоко вздохнул. С самым тяжелым чувством в своей жизни, он положил золотую монету обратно в руку Ренджи. Позже он пожалел об этом. Немного. Это был золотой, которое он вернул. Равный 100 серебряникам. Ренджи ушел сразу же после получения монеты, ничего больше не сказав. Когда Харухиро вернулся за стол, Ранта мгновенно набросился на него. — ХАРУХИРО, КАКОЙ ЖЕ ТЫ ИДИОТ?! — заорал на него Ранта. — Почему ты ее вернул? Хорошо было бы оставить ее! Мы могли бы поделить ее поровну между нами тремя, 33 тебе и Могзо, 34 мне! ТЫ ТОРМОЗ?! — Почему ты так просто добавил себе одну монету? — заметил Харухиро. — Потому что это я! Пустая трата! Мы могли бы купить наши контракты в одно мгновение! — Но… — Брови Могзо были сведены, и уголки рта нахмурены. — Я не думаю, что это правильно. Если бы мы купили наши контракты на деньги Ренджи, не думаю, что Манато гордился бы нами. — Откуда тебе знать! — Выплюнул Ранта. — Его больше нет! Сейчас нам надо беспокоиться о себе! ПРОКЛЯТЬЕ! Это был ЗОЛОТОЙ. И Ренджи бросил его, будто бы это мелочь. Сколько у него сейчас? У меня осталось только 3 серебряника! — Что? Только 3? — Харухиро пристально взглянул на Ранту и его неряшливые волосы. — Нет… Почему у тебя осталось так мало? Куда ты потратил все деньги? — Заткнись! На то, на се, понятно? На то и на се! Я могу пользоваться своими деньгами как захочу! — Тогда ты никогда не накопишь на контракт. — Тебе не надо было говорить эту хрень! Сейчас ты разрушил все мои надежды на покупку контракта! — Нет… — Харухиро положил локти на стол и закрыл ладонями лицо. — Мы не можем так продолжать. Мы ничего не можем сделать с Манато. Это наши проблемы. Как ты и сказал, Ранта, Манато больше нет. Ранта усмехнулся. — Я думал об этом все время. — Не делать ничего, но думать об этом, — сказал Могзо с необычной силой. — Ты не можешь просто думать об этом. Тебе нужно действовать или сделать что-то с этим. — … Мы в беспорядке, — Харухиро прикусил нижнюю губу. — И не только из-за Мэри. Юме и Шихору перестали с нами разговаривать. Такого раньше не было. Ранта положил щеки на руки и посмотрел в сторону. — Попытаться исправить отношения с ними? Не сработает. Слишком поздно. Харухиро не знал, сработает это или нет. Все что он знал — надо попытаться.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 15: Извинения

Для начала, Харухиро попробовал подойти к Юме и Шихору с простыми темами. ‘Ну, как спалось? сложно было просыпаться? Как обычно? понятно…’ Или, ‘Ну, что вы ели вчера на ужин? Что и обычно? понятно…’ Или, ‘Ну, вчера мы встретили Ренджи. Это было нелепо. Не интересно? Понятно…’ Или, ‘Ну, что вы возьмете на обед? Хлеб? Понятно…’ Или, ‘Ну, вы выглядите усталыми…’ Ну… ну… ну… Харухиро начинал звучать навязчиво, начиная свои предложения с ‘ну’. Вообще-то, его не совсем игнорировали, но его расстраивало, что все ответы были короткими. Мэри была холодной одиночкой, далекой и неприступной. Это заставило Харухиро задуматься: она вообще наслаждается жизнью? Он признавал, что он не совсем наслаждается своей собственной жизнью, но это было ничто, в сравнении с Мэри. Они вернулись из Дамроу в Алтану вечером и продали весь лут. За день они заработали 1 серебряник и 15 медяков каждый, что для их группы вполне неплохо. Но все равно это было мало. Харухиро пропустил поход в таверну этой ночью и вернулся прямо в ночлег. После того, как он закончил принимать ванну, он сел на корточки в коридоре, чтобы подождать, пока Юме не придет принимать ванну. — Эм, Юме? Юме остановилась, но не посмотрела в его сторону. Она продолжила гладить волосы куском ткани. Обычно, волосы Юме были заплетены в косы, и сейчас она выглядела совершенно другим человеком. Неловкая тишина между ними тянулась несколько секунд. — Эм, Шихору не с тобой? — наконец сказал Харухиро. — Она в комнате. — Понятно. Эмм… — Харухиро встал, почесав шею сзади. — Ты злишься? — Нет. — Правда? Но.. Кажется, будто… — Юме говорит, что она не злится. Хару сделал что-то, из-за чего она стала бы злиться? — Я… наверно. — Что же? — Потому что пригласил Мэри в нашу группу, не спросив тебя и Шихору. Я имею в виду, что мы не можем оставаться без Жреца, но может быть я решил это слишком рано. Хоть я и не единственный, кто принимал решение… — Если это был не ты, то кто? — …Киккава представил нам Мэри. Я, Ранта и Могзо приняли решение. Поэтому, полагаю, можно винить нас троих. — Это не так. — А? — Я сказала, это не так. — …Юме? — Ты дурак, Хару. — Юме сжала волосы тканью. — Вас не трое. Все не так. — Юме, постой… — Харухиро повернулся к ней, собираясь приблизиться. Но он отстранился. — Подожди… что не так? — Ты не понял? Потому что ты ничего не понимаешь о Юме и Шихору. — Но… — Харухиро опустил взгляд на пол. — Просто… В смысле, ты и Шихору никогда не пытались поговорить со мной. Как я могу понять? — Юме плохо говорит о своих чувствах. Это сложно для Юме. Шихору тоже. — Будто бы я..! — Харухиро почувствовал, что повысил голос и сознательно отпрянул. — …Будто бы я хорош. И все-таки… это стало шоком. — Если так, то это было одинаково для каждого. — То же самое… для всех нас. Полагаю, это так. — Значит, нет каждого? — Юме начала плакать. — Это не вина одного человека, что все так пошло. Не только твоя, Хару, Ранты или Могзо. Эта также вина Юме и Шихору. Юме не права? Мы все члены команды, так ведь? Считая Манато, шестеро из нас были настоящими друзьями. Юме ошибается? — …Нет, ты не ошибаешься. Она права, подумал Харухиро. Не Юме виновата, а я. Манато однажды сказал, что они стали хорошей командой. Он имел в виду себя, Харухиро, Ранту, Юме и Шихору. Шестеро из них, все вместе, стали хорошей командой. Даже если они потеряли бы кого-то одного, Манато бы не смог делать все сам. Даже если остальные вносили вклад по мелочам, вшестером, они могли бы сделать то, что Манато не мог в одиночку. Манато, конечно, понимал это, и понимал хорошо. Вот почему, не смотря на то, что Ранта был зациклен на себе, Харухиро — бездарем, Могзо — глупым, Юме — неулюжей, Шихору — трусливой, Манато ни разу не критиковал их. Пятеро из них ничего не смогут, если даже одного не станет. Манато завершал их, заполнял пробел, оставшийся, когда они терпели неудачу. Все шестеро составляли команду. Когда случалось что-то плохое, то оно случалось со всеми. Когда хорошее — тоже со всеми. Когда все усложнялось — усложнялось для всех. Никто из них не был достаточно сильным, чтобы нести все в одиночку, но они, по крайней мере, могли разделить между собой трудности и боль. Харухиро не думал делиться этим. Просто он, Ранта, Могзо, трое парней, хватались друг за друга, заливая свою печаль выпивкой каждый вечер. Что думали Юме и Шихору о том, что их покинули? Конечно, они думали, что они не нужны. Это заставляло их чувствовать невыносимую грусть и одиночество. — Юме, прости… И как только слова сорвались с его уст, Харухиро наконец-то понял, почему Манато воспользовался последним дыханием, чтобы извиниться перед ним. В тот день, Манато похвалил всех, кроме Харухиро. Ему он так ничего и не сказал, поэтому Харухиро был мрачным и подавленным. Конечно же, это было на уме Манато все время. — …Манато. Внезапно, он не смог видеть. Слезы пришли так быстро? Небольшое подобие спокойствия, которое он поддерживал, развалилось в одно мгновение. Колени Харухиро подогнулись, и он упал, уткнувшись лицом в колени. Глупый Манато. Почему ты извиняешься? Почему? Не нужно было. Я не хотел… Это не так. Сейчас не время. Манато должен был знать, что не надо было делать этого. Уверен, больше чем извинения для Харухиро, он хотел сказать что-то другое, более важное. Его последние слова не должны были быть извинениями. Но, конечно, Манато решил иначе. Манато уже сказал Харухиро: «Я не думаю, что был из тех, у кого много друзей». Но он полностью ошибался насчет этого. Полностью, совершенно ошибался. Почему? Почему он умер? Почему он должен был умереть? — Хару… — Юме присела и обняла его. Она тоже плакала. Рыдая, она нежно гладила его спину, плечи, голову. Они касались щеками, мокрыми от слез, и он слышал ее прерывистое дыхание у своего уха. Харухиро не знал, как долго он сидел так, плача и обнимая ее. Когда он, наконец, успокоился, он почувствовал пустоту; будто бы он выплакал все слезы, которые в нем были. Юме тоже перестала плакать некоторое время назад, но, не смотря на это, они по-прежнему держали друг друга. Это было странным… если бы они не могли найти причину. Сейчас они обнимали друг друга, чтобы просто обнимать друг друга. Но было прекрасное ощущение. Ее тело было мягким и теплым… Нет. Нет, нет, нет. Он не мог позволить своему сознанию зайти так далеко. Это будет неловко. Может даже больше, чем просто неловко. И, естественно, Юме не думала о чем-то подобном. Конечно, Харухиро тоже. Они были товарищами по команде. Друзьями. Просто друзьями. — Хару. — Д-да? Услышать, как она назвала его имя, было для него слишком неожиданно. Он сильно растерялся, поэтому он пискнул в ответ. Он одернул себя за то, что так запаниковал. — Юме… — продолжила она. — Да? — Юме постарается, — сказала она, сильнее обняв Харухиро. И хотя Харухиро признал, что чувствует себя хорошо, в то же время он хотел, чтобы она этого не делала. Стоп. Насчет чего она ‘постарается’? — Постараешься насчет чего? — спросил он. — С Мэри. Юме не знает, сработает ли это, но Юме изо всех сил постарается поладить с Мэри. — А, точно. Если сделаешь это, то это поможет со многим… наверно. — Юме не знает, удастся ли это. На самом деле, Юме немного волнуется. Юме думает, что Мэри, должно быть, ненавидит ее. — Правда? Не думаю, что она тебя ненавидит, но… — Однажды, когда Юме и Мэри встретились глазами, ее глаза были супер холодными. Ее глаза и выражение лица. — Не только ты так думаешь. Она всем кажется такой. — Правда? Если так, то ладно. Юме думает, что это будет непросто. — Да. Наверно, ты права. — Сможет ли Юме сделать это? Юме будет стараться изо всех сил, но Хару, может ли Юме попросить тебя об услуге? — Услуге? Меня? Какой? — Юме заметила, что в крепких объятиях она быстро расслабляется. Обними Юме сильнее и скажи ей, чтобы она старалась изо всех сил. — Это… нормально? — спросил он неопределенно. Это лишь ободряющее объятие, не более. Не то, чтобы это что-то значило; чистые ободряющие объятия, вот чем это было. Все будет в порядке. — Если ты говоришь… Он притянул ее ближе, обнимая изо всех сил, пока с ее губ не сорвался вздох. Он хотел сказать ей прекратить, так как он обнимал ее только с целью ободрения, но в то же время он чувствовал своего рода волнение, подступающее к нему, и угрожающее подавить его, заставить его взорваться. Не поддавайся! Не проиграй! Подумал он про себя. Что вообще означало проиграть? Что означало выиграть? Он понятия не имел. У него было ощущения, что если он проиграет тут, то будет плохо. Очень плохо. Он закрыл глаза. — Постарайся, Юме. Юме ничего не сказала, только лишь кивнула. Харухиро открыл глаза и замер. Шихору стояла в противоположном конце коридора. — Эмм… — Хм? — Юме посмотрела в ту же сторону. — А… — Ах.. уммм.. а… — Шихору заерзала на ногах, в панике осматриваясь. Но было то же самое, что для Харухиро и Юме. Сколько она тут стояла? Почему ни он, ни Юме не заметили ее появление? Это не то, чем кажется! Но это не сработает. Не важно, что он сейчас скажет, уже поздно. Они были пойманы в этом положении, которое прямо просило о недоразумении. Он должен был все объяснить, и объяснить прямо сейчас. Харухиро и Юме отпрыгнули друг от друга. — Это не то… — в унисон начали оба, затем одновременно посмотрели друг на друга. — Простите! Я… — Шихору начала уходить. — Я не знала! Мои чувства были притуплены, поэтому я не заметила! Я-я-я прошу прощения! — Нет, в смысле, это не то, что ты подумала! — сказал Харухиро. — Хару прав! Это не то! Юме просто попросила крепко обнять ее, вот и все! — добавила Юме. — Юме, твое объяснение не помогает! — О? Почему? — Простите! Я ухожу! — сказала Шихору, убегая настолько быстро, насколько способен человек. Юме простонала и положила щеку на руку. — Шихору и Юме делят одну комнату, поэтому Юме позже все объяснит Шихору. Все будет в порядке. — Я… оставлю это на тебя, — вздохнул Харухиро, почесав сзади шею. Он взглянул на спину Юме буквально на секунду и по какой-то причине ощутил неловкость. На самом деле, он не должен был обнимать девушку, если у него нет никаких особых чувств к этой девушке, но он все равно сделал это. Что он будет делать, если из-за этого особые чувства, которых раньше не было, теперь начнут появляться? Не, вряд ли это произойдет, уверял он себя. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 16: Целясь к вершине

Когда на следующий день они покидали жилье, Шихору внезапно пришла извиняться. — Я-Я… прошу прощения! Юме все объяснила. Потому что я подумала, что это те отношения… Простите за поспешные выводы… Хоть это извинение было хорошим для Харухиро, он хотел бы, чтобы этого не слышали Ранта и Могзо. — Отношения? — ноздри Ранты раздулись, когда он приблизил свое лицо к Харухиро. — Что это за те отношения? Отношения между кем, хммммм? Харухиро отклонился от него. — Не твое дело. — Это не правда. Скажи мне. Давай же! Поделись! — Как и сказала Шихору, это просто недоразумение. — Я хочу знать о каждой детали, и тем более о том, что это было за ‘недоразумение’. Вклинилась Юме. — Понимаешь… Харухиро, боявшийся, что она собирается снова сказать больше, чем нужно, надеялся, что его страхи не оправдаются. Но все было так, как он думал. — Вчера, — продолжила Юме, — Юме попросила Хару обнять ее посильнее, и Шихору наткнулась на нас. И… Могзо издал странный звук удивления и раскрыл глаза. — Что?! Что за черт, Харухиро! — Глаза Ранты, казалось, вот-вот вылезут из орбит. — Ты серьезно?! Ты, черт возьми, серьезно?! Когда ты добрался до второй базы?! — Что ты подразумеваешь под ‘второй базой’… — сказал Харухиро, но остановил себя. — Нет, стоп, забудь. Я говорю тебе, это не то… — Как это ‘не то’?! Ты собирался сделать это, но запаниковал и остановился, потому что Шихору наткнулась на вас! Тебе пришлось нажать на аварийный тормоз! — Но Хару плакал… — сказала Юме, начав объяснять. — Юме, — сказал Харухиро, — Тебе не нужно было это упоминать… — Плакал?! — Ранта поочередно посмотрел на Харухиро и Юме несколько раз, затем запустил руки к себе в волосы. — …Теперь понял. Теперь понятно, что случилось. Другими словами… тебя отвергли. Юме отвергла тебя, затем она почувствовала вину перед этим идиооооотом и попыталась успокоить тебя. Понятно. Теперь все очевидно. — Ты совершенно, абсолютно, полностью ошибаешься, но без разницы. Я больше не хочу это объяснять. — В любом случае… — начала говорить Юме, полностью игнорируя Ранту. Этой способности Харухиро очень завидовал. — Юме решила, что она постарается поладить с Мэри. Шихору тоже. Шихору, обняв свой посох, опустила взгляд. — … Я не думаю, что это сработает, но я сделаю все, что в моих силах. — Поладить? С Мэри? — Ранта нахмурился. — Этого не случится. Эта девчонка не намерена дружить с нами. Могзо поднял голову. — Но-но мы не можем продолжать так, как сейчас. Мы должны хотя бы попробовать убедить ее лечить нас в бою… Все, как и говорил Могзо. Проблема была больше, чем просто нежелание подружиться с остальными. Она не лечит их во время боя. В особенности, она игнорирует их, когда они просят лечение, если рана легкая, даже не смотря на то, как сильно она болит. Ну, не совсем ‘игнорирует‘, а скорее ‘сходу отказывает’. Она вылечит их только тогда, когда рана мешает двигаться или угрожает жизни. Ее отношение к товарищам по команде, которым было больно, которые страдали, было неприемлемым. Манато лечил их сразу же, не смотря на тяжесть раны. Даже если не было раны, требующей внимание, он был с ними, и возникало чувство безопасности в бою. С Мэри не было такого спокойствия. Что если один из них сильно поранится, и она внезапно откажется лечить их? Все боялись, что она бросит их в тот момент, когда будет им нужна больше всего. — Для начала… — начал Харухиро, посмотрев на каждого. За исключением Ранты. — Мы должны начать ей доверять. Мы не сможем прогрессировать без этого. Кто знает? У Мэри может быть свой взгляд на вещи. Может мы не понимаем ее, потому что не знаем, о чем она думает. Ранта усмехнулся. — Ты уверен, что это не потому, что она ужасный человек? Это какой-то беспорядок. Психологический беспорядок. Врожденный хронический синдром ужасной личности. Неизлечимый. — Но нам нужен Жрец… — В таком случае, Харухиро, стань жрецом! И тогда прощааааай навсегда, Мэри! Все просто! ЛУЧШАЯ ИДЕЯ! Черт, я хорош! Харухиро уже раздумывал над этим, но смена класса останется как последний вариант. Разведывая в одиночку, всегда располагаясь за спиной врага… он привык быть Вором и хотел улучшить свои навыки. К тому же, он кое-что вчера понял из разговора с Юме. — Ранта, — сказал Харухиро. — Что? — Я, ты и Могзо решили пригласить Мэри в нашу группу, так? — Да, и это была огромная ошибка, вот почему я говорю, что мы должны поскорее выкинуть ее. — Но она стала одной из нас, товарищем по команде, когда мы приняли ее, так? Похоже, Ранта собирался еще что-то сказать, но замолчал, опустив взгляд. Он выглядел почти виноватым. Харухиро продолжил, обхватив правое запястье левой рукой. — Мэри та, кто есть. Мы не можем внезапно дискриминировать ее за то, кто она. Если она ощущает то, что пятеро против нее, она никогда не почувствует себя комфортно рядом с нами, даже если захочет. Она ведь не машина для лечения. — Правильно, — сказала Юме, кивнув и приложив палец к подбородку. — Мэри холодно ведет себя с нами, но может мы ведем себя также и с ней. — Может- может быть… — нерешительно сказала Шихору, будто бы она была не уверена в том, что собирается сказать. — Мэри хороший человек… где-то внутри. — НИ ЗА ЧТО! — Ранта немедленно повернулся к ним спиной. — НИ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ЗА ЧТО! Это просто невозможно. Она адская, вонючая гарпия до кончиков волос. Меня не волнует, что вы, ребята, говорите, я не изменю своего решения! Мы должны избавиться от нее и идиооооот Харухиро должен стать Жрецом. — Если я стану жрецом, — сказал Харухиро, — тогда я ни за что не буду лечить тебя. Ты Рыцарь Страха. Темный Бог Скалхейл враг Бога Света Люминоса. Нехорошо лечить раны врагов. — Не подходишь! Ты не подходишь на роль Жреца! Могзо! Могзо… а, стоп, мы не можем без Воина, так что… Юме! Ты станешь жрецом! — Юме хочет волка, поэтому она не перестанет быть Охотником, — ответила Юме. — Черт! Эгоистичная девица! Шихору! Что насчет тебя? — Я… Я не думаю, что подхожу на эту роль. Если кто-то пострадает, я начну паниковать… — Бесполезно! Серьезно, вы все бесполезны! Вы ни на что не годны, все вы! Поэтому… — Ранта кашлянул. — Поэтому... лучше уж будет эта девчонка, чем никого. Молитесь, чтобы это ледяная стерва была… Но что если она действительно ледяная стерва и внезапно, она влюбится в меня и станет моей и… — Эмм… Я-я сомневаюсь, что это произойдет… — Заткнись Могзо! Могзо?! Меня только что отчитал Могзо?! Не может быыыть… В любом случае, их курс действий был решен. Они будут относиться к Мэри как одной из них, надеясь, что она тоже начнет чувствовать себя частью команды. Нужно с чего-то начинать, поэтому все согласились, что это подойдет для первого шага. Без преодоления этого первого препятствия, они не смогут продвинуться дальше. Однако, в любом случае, это будет не так уж прост. Мэри как обычно ждала их у северных ворот Алтаны. Харухиро подумал, что лучше начать с приветствия, поэтому он бодро произнес: — Доброе утро! Это обычное приветствие, так почему она посмотрела на него этим ужасно холодным взглядом? Неужели она смотрела на него свысока? Пыталась высмеять его? Будто бы ее взгляд говорил, Сгори, мусор. И развейся пеплом. Только после того, как она закончила пронзать его своими абсолютно холодными глазами, она наконец ответила. — Доброе утро, — сказала она отрывисто. — Поторопитесь. Я пойду следом. Значит, вот какая она, да, подумал Харухиро. Тем не менее, Юме и Шихору пытались наладить разговор с Мэри, пока они шли до Старого Города Дамроу. Где она жила в Алтане? Что она обычно ела на завтрак и обед? Долго ли она уже является членом Кримсон Мун? Вопросы были безобидные, но Мэри отказывалась давать какой-либо ответ. Они получали короткие ответы, такие как «Кто знает» или «Без разницы», но когда Мэри разгорячилась и ответила «Почему это имеет какое-то значение?», Юме и Шихору замолчали. Грозный враг. Ну, не совсем враг, потому что на самом деле она была их товарищем по команде. Но даже нормальный разговор с ней было невозможно поддерживать. В конце концов, Харухиро хотел улучшить их командную работу. Этим утром удача была на их стороне, когда они наткнулись на группу из трех гоблинов. Харухиро приготовился к тяжелому бою и решил напасть. Если они будут работать вместе, как одна команда, и выиграют бой, все изменится к лучшему. — Могзо, Ранта. Вы двое возьмете на себя по одному. Я и Юме возьмем третьего. Шихору и Мэри — поддерживайте Могзо и Ранту с расстояния! — скомандовал Харухиро. Несмотря на то, что он нормально попросил Мэри поддерживать их, все закончилось тем, что она просто стояла и презрительно смотрела на Шихору, которая атаковала гоблинов с помощью [Shadow Echo] и [Magic Missle]. Она сделала вид, что не замечает Ранту, дико орущего от боли, когда его левую руку слегка порезали. Когда Могзо растерялся после того, как ему поцарапали висок, она отругала его. — Ты же Воин, разве нет?! Почему ты отступаешь только из-за этого?! — Черт! Кем ты себя возомнила?! Ты просто стоишь там и ничего не делаешь! — Ранта пнул гоблина со всей силы. Он отлетел назад, но Ранта быстро приблизился к нему и проткнул его длинным мечом. — [Anger Thrust]! Гоблин издал нечленораздельный звук, когда меч Ранты четко прошел ему через горло. Он бился в конвульсиях некоторое время, затем перестал двигаться. По-видимому, техники мечей Рыцарей Страха и их боевой стиль основываются на избегании приближения к врагу. Они предпочитали бой на средней дистанции, где Рыцари Страха смогут спокойно атаковать, постоянно оставаясь вне радиуса атаки врага. Харухиро чувствовал, что Ранта был не идеальным Рыцарем Страха, но, в конце концов, это хорошо работало. Считая того, что убил Ранта, теперь осталось два гоблина. С ворчанием от напряжения, Могзо заблокировал своим клинком меч противника, затем использовал [Spiral Slash], заставив гоблина отшатнуться назад. Без колебаний, крикнув, он направил полуторный меч на гоблина. Удар расколол открытую голову гоблина и тот рухнул на землю. Остался последний. — Марк эм парк! — произнесла Шихору, нарисовав символ элементаля своим посохом. Луч света, шириной в кулак, ударил в голову последнего гоблина, заставив его взвыть. Быть пораженным [MagicMissle] примерно так же, как получить удар по голове от взрослого человека. Гоблин был ошеломлен на миг, но в это маленькое окно вмешалась Юме. — [Sweeping Slash]! Гоблин вскрикнул и отпрыгнул по диагонали, чтобы избежать атаки. Теперь он стоял спиной к Харухиро. Сейчас! Подумал Харухиро и его тело само начало двигаться. Он вдохнул и задержал дыхание, когда использовал [Backstab]. Кинжал проткнул гоблина в нужном месте, и лезвие легко проскользило через спину гоблина и вышло через живот. Харухиро точно знал, что это результат того, что его техника улучшается. Гоблин пошатнулся, будто вся его сила ушла. Харухиро воткнул лезвие кинжала глубже в гоблина, затем вытащил обратно. Гоблин упал и больше не двигался. — Мухахахах! — Ранта отрезал коготь у мертвого гоблина, громко смеясь все время. — Командная работа была отстойной, но из-за моей крутости, мы победили! Я лучший! Я полагаю, дальше будет неинтересно, если все так пошло с самого начала. Моя рука болит! Мэри! Вылечи меня сейчас же! Мэри тщательно игнорировала его и направилась к Могзо. — Сядь, — сказала она. — Да, мэм. — Могзо послушно сел на землю, прямо как ручной пес. Мэри осмотрела его лоб, затылок, а затем, когда она прикоснулась к порезу на его виске, Могзо поморщился, и Мэри ответила слишком тихим голосом, который не мог услышать Харухиро. Затем Мэри сформировала руками гексаграмму и произнесла: — O свет, под божественной благодатью Бога Люминоса… [Cure]. — Она с удовольствием лечит после окончания боя… — пробормотал про себя Харухиро, подбирая мешочки гоблинов. В них были 2 серебряника, 2 блестящих камня и несколько клыков зверей. В зависимости от стоимости камней, Харухиро предположил, что это в сумме 4 серебряника. — Эй, леди! Хватит с Могзо, иди сюда и вылечи меня! — Потребовал Ранта. — Твоя рана просто царапина. — Это не так! Смотри! Она все еще кровоточит! Она… похоже прекратила… — Как насчет того, чтобы поплевать на нее? И не зови меня ‘леди’. Это действительно действует мне на нервы. Ранта отпрянул. И он так и остался не вылеченным. Харухиро вынужден был признать, что Ранта будет кричать как младенец, даже от легких порезов, разохается от легких ссадин. Проще говоря, Манато был очень чувствителен ко всем в команде и он никогда не мог почувствовать себя в своей тарелке, если все были не в идеальном состоянии. Теперь, когда Харухиро подумал об этом… действительно ли необходимо использовать лечащую магию на каждую маленькую царапину или порез? Похоже, это было слишком. Особенно, когда Ранта вел себя как испорченный ребенок. После того, как они закопали трупы гоблинов, Харухиро подошел к Мэри. — Мы делаем что-то неправильно? — тупо спросил он. — Как у целителя, кажется, у тебя есть свой взгляд на вещи. Может… Это обычно для других групп? — Что? Харухиро вздрогнул. Этого ‘что’ было достаточно, чтобы он начал нервничать. Он хотел бы, чтобы она прекратила так делать. Каким-то образом он восстановился и продолжил. — Ничего, правда. Но… существуют разные типы Жрецов или что-то подобное? Просто… Я ничего не знаю о вас, ребята. Называйте это отсутствием опыта или чем-то еще. Мэри выглядела так, будто собиралась ответить, затем глубоко вздохнула, будто бы отвечать было невероятно скучно. — Зачем спрашивать меня, — она скрестила руки на груди и намеренно отвернулась. Вот так. Монстр ‘зачем спрашивать меня’ снова поднял свою уродливую голову. Харухиро начал раздражаться. — Ты не можешь… просто сказать мне? Я Вор, поэтому я не знаю о Жрецах. В любом случае, я никогда не узнаю, и не думаю, что это хорошая идея, не знать ничего… — Это твоя точка зрения. С моей точки зрения все в порядке. — Это не в порядке… — Харухиро оборвал себя и сделал глубокий вдох, пытаясь унять поднимающийся гнев. Он почти дал вырваться ему наружу. Ему нужно успокоиться. Но что с ней и ее отношением? Это бесило его. — Это не личный вопрос или что-то еще, — упорствовал Харухиро. — Но в сражении есть общая последовательность действий, и у всех своя роль. Я думаю, что мы должны больше обсудить как команда… — Как насчет того, чтобы прямо сказать, что тебя не устраивает, как я работаю? — ответила Мэри. — Я сразу же уйду. — Нет, это не так, просто… — Тогда нет проблем, верно? — Э…нет… нет проблем. Харухиро хотел, чтобы ему кто-нибудь сказал, есть ли способ с ней что-либо обсудить? Похоже, что не было. После, Юме и Шихору продолжили пытаться начать разговор с Мэри, но были отвергнуты при каждой попытке. К вечеру, они убили 7 гоблинов, заработав тем самым по 2 серебряник и 5 медяков на каждого. Для их группы это было не так плохо, но сравнивая с тем, как Ренджи бросил золотой, будто бы его карманы были полностью забиты ими, Харухиро стиснул зубы от того, какими жалкими они были. Мэри вскоре ушла, когда получила свою долю, оставив пятерку ужинать. Затем они пошли в таверну Шерри. — Здесь людно, — сказала Юме. — Юме не хочет выпивать, поэтому Юме будет сок. — И шумно, — согласилась Шихору. — Я не хочу алкоголь… Это было их первое посещение таверны, поэтому Юме и Шихору осматривались широко раскрытыми глазами и немного нервничали. — Вы двое, хватит глазеть на все! — наставлял Ранта, прозвучав для всего мира как обычно. — Здесь нет ничего необычного! Это обыкновенная таверна, серьезно, хватит! Однако, Юме и Шихороу, скорее всего, не слышали его слов. Когда официантка подошла, все заказали и заплатили за напитки. Харухиро отказался от алкоголя и вместо этого заказал лимонад. Он был вкусным: натурально очищенная вода с гор Тенрю, смешанная с лимоном и медом. — Значит Мэри, в конце концов, источник проблем, — начал Харухиро. — Да, — кивнула Юме. — Юме и Шихору пытались с ней заговорить весь день, и это все в пустоту. — Впустую, — немедленно поправила Шихору. — Говорится ‘все впустую’. — О? — Юме моргнула. — Юме думала, что это одно и то же. — …Не одно и то же, Юме. Правильно будет в-п-у-с-т-у-ю. — Да? Юме снова перепутала? — сказала Юме. — Похоже, Юме всегда так. — Ничего нельзя сделать, кроме ЭТОГО, — сказал Ранта, проведя рукой по горлу, будто обезглавливая себя. — ЭТО. Просто сделаем ЭТО, и покончим со всем. Если мы сделаем ЭТО с той девчонкой, тогда все станет гораздо лучше. ЭТО, уверяю вас, ребята, ЭТО. Ранта сделал этот жест, наверно потому, что считает это чем-то крутым. Если так, то он оплошал куда больше, чем Юме. — Эр… — вклинился Могзо, глядя в сторону входа в таверну. Помяни черта, и он появится, подумал Харухиро. Там была она. Мэри. Она вошла, быстро взглянув в их сторону. Она сделала вид, что не заметила их, но Харухиро был на 90% уверен, что она их заметила. В конце барной стойки были свободные места, и Мэри села туда. — Что за черт! — Ранта ударил кулаком по столу. — Что не так с ее отношением! Даже сейчас, мы все еще в одной группе! Было бы нормально просто кивнуть в нашу сторону! — Юме чувствует, — сказала Юме надувшись. Ее брови почти сомкнулись. — Это нормально для нормальных людей, но не для Мэри. Но даже Юме сейчас немного разозлилась… Однако Шихору постучала пальцем по губам. — Но мы даже не поприветствовали ее, — сказала она. — Это как горшок над котлом смеется, оба черны * … — Хммм… — Харухиро почесал шею. — Полагаю, ты права. Мы будто бы ожидали, что нас проигнорируют, поэтому даже не попытались. Да, это не хорошо. — К черту! — воскликнул Ранта. — Какого черта мы должны к ней хорошо относиться? — Тебя будут ненавидеть все девушки с таким отношением, — отметила Юме. — Заткнись! Плоские девчонки не могут говорить за всех! — Не называй Юме плоской! — Плоская, плоская, плоская, плоская, плоская-плоская-плоская! Юме гневно посмотрела на Ранту. — Ранта, — тяжело вздохнул Харухиро, — тебя будут считать низшей формой жизни независимо от того, кто говорит. — Даже если тебе нужно говорить так высокопарно и сильно, Харухиро! — ответил Ранта. — Меня не волнуют чувства девушек! Все что меня волнует: грудь, ноги, задница и руки! Шихору взглянула на Ранту как на какое-то отвратительное создание. — Меня тошнит от мысли, что кто-то вроде тебя — человек. — Т-тебе не нужно было заходить так далеко! — очевидно, Ранта понял, что он сейчас в плохом положении. — Не только грудь, ноги и руки — меня волнуют их лица! И без разницы, как хороши их тела, если у них звериное лицо! Стоп. Почему у меня такое чувство, что ты стала злее? Почему? — Кто-то разговаривает с ней, — сказал Могзо, указывая в сторону Мэри. — Воу, — Харухиро моргнул несколько раз. — Не может быть. Вообще, это не слишком неожиданно, скорее Харухиро не ожидал кое-что другое. Харухиро знал улыбающегося человека, который разговаривал с Мэри. Они виделись однажды и разговаривали. Это дружелюбное лицо. Белая одежда, покрывающая его от головы до ног; доспех под туникой и этот меч. — Это Шинохара, из Ориона, — сказал Харухиро. — Орион? — Ранта вытянул шею, чтобы лучше разглядеть. — Серьезно? Орион — это очень известный клан, так ведь? И Шинохара — лидер Ориона, наверно. Не это меня сейчас волнует. Почему он разговаривает с ней? Эй, наши напитки тут. Эй! Тост, ребята. Ура! — У-ура… — только Могзо громко ответил. Харухиро ударил свою деревянную кружку о кружки Могзо, Юме и Шихору, и глотнул лимонада. Сладкий и резкий, вкуснотище. — Эй, Хару, — Юме подергала Харухиро за рукав рубахи. — Что такое ‘клан’? Харухиро начал объяснять. — Кланом называют то, когда… Не то, чтобы Харухиро хорошо знал об этом, но, как он понимал, кланами называли группы, сформированные на основе общих идей и целей. Обычно, группы состоят из 5-6 человек, всегда включающих в себя Жреца, чья защита магией света была незаменима. Однако, были случай, когда всего 6 человек не достаточно, чтобы иметь дело с большими группами или необычайно сильными врагами. Также были места, где было слишком опасно заходить одной группе. Именно в этих случаях несколько групп объединялись и сформировывали клан. — … Есть несколько очень известных кланов, — продолжил Харухиро. — Дарк Берсеркс * , Айрон Наклз * , женский клан Вайлд Энджелс * . О, Орион тоже очень известный. — Смотри, — сказал Ранта, указывая на Шинохару. — На его плаще изображены 7 звезд, образующих справа ‘X’? Это эмблема Ориона. В помещение есть еще несколько человек, тоже носящих подобную эмблему. Ранта был прав. В разных частях таверны виднелись аналогичные плащи. Шинохара однажды сказал, что он и многие другие члены Кримсон Мун посещают таверну Шерри. Харухиро предполагал, что должен поприветствовать Шинохару, но… он не думал, что это стоит делать сейчас. Он не хотел прерывать разговор Шинохары и Мэри. Какие отношения у Шинохары с Мэри? Из своего наблюдения, Харухиро мог сказать, что в основном говорит Шинохара, в то время как Мэри время от времени дает обязательные ответы. Однако, не похоже, что ей хоть чуть-чуть надоедал Шинохара; во всяком случае, она выглядела извиняющейся. Наконец, Шинохара ушел, и, посмотрев на него немного, Мэри вернулась к своему напитку. Ранта тихо хихикнул. — Эти двое занимаются этим. ЭТИМИ ШТУЧКАМИ. — Мне так не показалось, — ответил Харухиро. — Хааааарухирооооо… Серьезно, ты слепее, чем летучая мышь. РОМАНТИКА парила в воздухе! Они занимаются этими ШТУЧКАМИ. 100%, этими ШТУЧКАМИ. — Я собираюсь поприветствовать Шинохару. — Эй! Не игнорируй меня! Ты расстраиваешь меня! Свобода, подумал Харухиро, и как только он встал со своего места, приглушенные голоса стали громче. Вскоре, причина стала понятной. — Эй, это же Сома… — сказал один. — Это Сома? — сказал другой. — Это Сома! — и еще один. — Сома. — Сома..! Сома. Это единственное имя, которое все члены Кримсон Мун начали говорить в таверне. Кто он? Без сомнения, это мужское имя, но… Вошла группа из 6 человек, состоящая из мужчин и женщин. Должно быть, лидера группы зовут Сома. Он выглядит молодым и… другим. Совсем другим. Особенно из-за доспеха. Весь его доспех был черным, идеально сидел на нем, что не видно было углов и выступов. Материал выглядел невероятно легким. Наверно, это такой размер брони, скованный из бесчисленных мелких металлических пластин. Тут и там оранжевый свет, казалось, тек изнутри, колеблясь и закипая, будто изображая дыхание. Его нижняя часть тела была покрыта необычно длинными набедренными щитками, вероятно, из того же сета, что и верхняя часть доспеха. Она была асимметричной, но, тем не менее, выглядела невероятно удивительной. Огромный меч за его спиной был изогнут, как катана, сделанный мастерски красиво и в то же время зловещим. Этот меч захватит внимание людей, даже самых далеких от сражений. Клинок на его поясе был похож на тот, что за спиной, такой же великолепный, но покороче. Честно говоря, Харухиро бы хотел взять тот большой. Черты лица человека со столь уникальным снаряжением едва ли были обычными. Его нельзя было назвать красавцем, но он был чисто побритым и элегантным. Его миндальные глаза выглядели глубоко безмятежными и в то же время угрожающими; они были наполнены бесконечным спокойствием и глубокой печалью. Невозможно тщательно изучить его глаза и не нервничать. Очевидно, мужчины и женщины, вошедшие за ним, не были обыкновенными членами Кримсон Мун. Огромный темнокожий мужчина в сверкающей зеленой броне, с приподнятыми глазами, был выше Могзо. Он выглядел довольно прочным. Однако маленькая голова заставляла выглядеть его более долговязым, чем мускулистым. За темнокожим был совсем другой человек. Небольшой мужчина с детским лицом, за исключением глаз, которые не казались невинными. Один его взгляд, безусловно, мог легко проклясть тебя. У человека рядом с ним были длинные руки, поэтому Харухиро задавался вопросом, был ли он вообще человеком. Его лицо сокрыто за жуткой маской. Сложно сказать, но у Харухиро было ощущение, что он — создание другого рода. Доспех, который мог быть как из кожи, так и из металла, покрывала его с головы до ног, а за спиной висел огромный пилообразный клинок, которое, скорее всего, очень опасный. Две женщины позади него, были… Один взгляд на них, и сердце Харухиро начало таять. Он чувствовал, что он может смотреть на них вечно. Группа Сомы состояла из 4 мужчин и 2 женщин. И обе женщины были великолепны. Одна чуть старше, стильно одета, со смуглой кожей. Она была одета во что-то похожее на платье, но ее ноги и грудь были сильно открыты. Она носила ожерелье, кольца и браслеты. Также, у нее в руках был дорогой на вид посох и короткий меч. Но даже если убрать все аксуссуары, она не становилась менее эффектной, — наверно потому, что ее красота была на одном уровне с теми украшениями. Другая женщина немного напомнила Харухиро Мэри. Не то, чтобы их лица были похожими или еще что; просто ее неземная красота заставляла усомниться, что она человек. Она выглядела моложе него, и в то же время старше. Он не мог сказать, должна ли она называться красивой женщиной или красивой девушкой. Она носила нагрудник с искусной гравировкой, но все равно была легко экипирована. Меч, висевший у нее на поясе… делал ее Воином? Определенно, женщины-Воины — большая редкость. Ее прекрасные серебряные волосы совсем отличались от волос Ренджи. Будто бы каждый волосок был сделан из плавленого серебра. У нее были сапфировые глаза. И если бы у нее была очень белая, как снег, кожа, то Харухиро назвал бы ее феей. Конечно, она не была сделана из снега; ее кожа была розоватой. Холодность Мэри была не такой яркой как она. Но она была не человеком. Ее уши. Они заострены. — Она эльф? — прошептал Ранта. — Эльф… — рефлекторно повторил Харухиро, так благоговейно, что забыл моргать, пока смотрел. Эльф. Что это? Он понятия не имел, что это значит, но в то же время знал. Эльф. Точно. Та женщина, вероятно, эльф. — Эй эй эй! Послышался чей-то голос. Этот голос. Этот слишком активный, слишком счастливый голос мог принадлежать только Киккаве. — Это ли не Харуччи, Рантан, Могчи, Юмеппи и Шихон! — крикнул он. — Как вы, ребята?! Я –ПРЕКРАСНО, спасибо! Эй, эй! Ребята, вы заметили? Какой Сома КРУТОЙ?! Никогда не думал, что увижу его во плоти! Я счастливчик! ВСЕ ТАКИИИЕ СЧАСТЛИВЧИКИ!!! Сегодня Киккава был гиперактивнее, чем в прошлый раз. Наверно, именно из-за Сомы. — Киккава… кто он? — спросил Харухиро. — Чтоооооо?! — сказал Киккава, не веря своим ушам. — Харуччи, ты никогда не слышал о Соме?! Не мооожет быыыыть! Ты должно быть шутишь? Не может быть! Сома — ты знаешь! Сома — лучший воин Кримсон Мун! Лучший из лучших! Киккава болтал без остановки. — Что же, есть некоторые споры о его настоящих боевых способностях, но никто не сомневается, что он — лучший! Я тоже впервые вижу его, но он — что-то, не так ли? Совсем другой! Гораздо круче! Если бы я был девушкой, то хотел бы его! — СОМА, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!! — изобразил он и улыбнулся. — Просто шучу. Не могу сказать, что зашел бы так далеко, но разве он не крут? Его все уважают. Надеюсь, я когда-нибудь стану кем-то вроде него… — О да! — согласился Ранта, в его глазах будто были звезды. — Черт возьми! Как ему достался такой доспех? Я хочу такой же! — … Я-я хочу… — взгляд Могзо упал на пол. — …Я хочу шлем. И, если возможно, пластинчатый доспех. Если бы он у меня был, то я был бы чуточку… Шихору прикусила нижнюю губу, когда к ней пришла мысль. — Я хочу изучить побольше заклинаний. Я хочу больше помогать всем в бою с помощью своей магии. Все, что я могу сейчас делать… — Юме… Юме тоже хочет доспех, — сказала Юме. — Юме плохо обращается с луком, поэтому она все время сражается впереди. Юме думает, что с броней может помочь… — Я хочу… — Харухиро остановился, его глаза все еще были прикованы к Соме и компании. Что же он хотел для себя? Честно говоря, в отличие от Ранты и Киккавы, Харухиро не хотел становиться как Сома. На самом деле, он даже не верил, что они смогу преодолеть пропасть между ними и Ренджи. Добиться такого же уважения и стать такими как Сома — все это пустые мечты. У них не было надежды достичь уровня Сомы, так зачем пытаться? Они будут выглядеть как идиоты, если попытаются. Значит, оставаться лежачим камнем — это нормально? Спросил его тихий голос внутри. Нет, не так. Харухиро хотел двигаться вперед. Даже если они не могут подниматься по лестнице, пропуская ступеньки как Ренджи, он хотел двигаться вверх, даже со скоростью одна ступенька за раз. Даже если это только шаг за раз, это не значит, что они не смогут продвинуться выше. Определенно, Манато подумал бы также. Он хотел двигаться вперед в своем собственном темпе, надеясь подняться сегодня выше, чем вчера, завтра — выше, чем сегодня. Но было бесполезно просто хотеть этого; им нужно действовать, чтобы это произошло. Что нужно делать? Сохранить деньги и использовать их для изучения новых навыков? Покупать лучшее снаряжение? Деньги, конечно, важны, но это не все. Манато просил его позаботиться об остальных. Означало ли это, что Харухиро должен делать то же, что и Манато? Другими словами, стать лидером? Способен ли он быть лидером? Было необходимо, чтобы кто-то занял это место. Но подходила ли ему эта роль? Он не хотел этого. Он не хотел брать на себя бремя прожектора, ответственность за руководство. Это было слишком хлопотно. Что насчет Манато? Взял ли он роль лидера, потому что хотел? Потому что ему нравилось управлять? Занимался ли он этим с удовольствием — или делал это неохотно? Может он ненавидел это, и действительно хотел выкинуть всю эту ответственность в окно, но стиснув зубы, тащил всех за собой? Харухиро так не думал, но не мог сказать наверняка. — … Нет! Но но но! — почему-то Киккава обнял плечо Ранты, и они оба смеялись над чем-то. Харухиро никогда не думал, что увидит день, когда Ранта найдет кого-то, с кем он поладит. — Я никогда не думал, что встречу Сому! Я слышал, его район там, где раньше был Ишмаель, поэтому он не часто приходит в Алтану. Я ТАКОЙ ВЕЗУЧИЙ, что это пугает! Ну, не совсем пугает, но… — Киккава! Давай подружимся с Сомой! Вместе, я и ты, СМОЖЕМ ЭТО СДЕЛАТЬ! — провозгласил Ранта. — Подружимся? СДЕЛАЕМ ЭТО! Рантан! Вперед!!! Киккава и Ранта одновременно встали со своих мест. Похоже, у них были серьезные намерения подойти и представиться Соме. Харухиро приподнявшийся со своего места, осмотрел таверну. Группа Сомы сидела за столом рядом с прилавком, и уже была окружена ордой людей. Мэри оставалась там, где была, и пила из своей собственной кружки. Шинохару нигде не было видно. Куда он ушел? Харухиро сел обратно и глотнул лимонад. Когда он поднял взгляд, то поймал взгляд Юме. Она наклонила голову набок, молча спрашивая Харухиро, что тот собирается делать. Харухиро покачал головой, безмолвно показывая ей, что ничего не собирается делать, и поднес кружку к своим губам, чтобы еще выпить. Но ничего не делать — совсем не мудро. Лидер, да? Способен ли Харухиро стать им?

↑ Русский аналог: чья бы корова мычала, а твоя промолчала

↑ Темные Берсерки

↑ Железные Кулаки

↑ Дикие Ангелы

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 17: Чем дорожим

Не имело значения, мог ли Харухиро вести всех или нет. Пока он еще жив, время не остановится для него. Он пошел спать. Как обычно, наступило утро, и затем они снова отправились в Дамроу. Они застали двух гоблинов врасплох, и внезапной атакой немедленно ранили одного. Ранта и Юме напали на раненого гоблина, пока Могзо и Харухиро взяли на себя оставшегося. Не раненый гоблин был одет в шлем, грубый кольчужный доспех и носил меч. Тем не менее, это серьезный враг, хотя, с точки зрения чистой силы, Могзо имел преимущество из-за размера. Могзо бросился на гоблина. Он мог победить в одиночку, используя грубую силу, но не сделал это. Он колебался. Но почему? Могзо трусил? Конечно, необязательно драться как Ранта, опрометчиво бросаясь на врагов, но почему Могзо все время осторожничает? Харухиро посмотрел как Могзо и гоблин столкнулись. Для гоблинов было редкостью носить шлем, но этот носил. И тогда Харухиро понял: если защищен шлемом, то слабый удар по голове не будет опасен для жизни. Без него, даже уклоняясь от лезвия, можно получить серьезную рану, и каждый подумает дважды, прежде чем действовать агрессивно. Могзо сказал вчера вечером, что он хотел бы шлем и пластинчатый доспех. Он никогда не говорил о новом мече или лезвии поострее — все, что он хотел, это защитная экипировка. Харухиро предполагал, что если он будет полностью защищен, то сможет сражаться более напористо и без колебаний. Что касается Харухиро, то он всегда находился за спинами врагов, поэтому это все, о чем он думал. Он не носил броню, поэтому быть атакованным пугало его. Один удар лезвия может убить его, поэтому он старается избегать сражений лицом к лицу. Но Могзо не мог избегать их. Его работой было брать на себя врагов, и если бы он пытался сражаться как Харухиро — ставя себя за спину врагов, то все быстро бы пошло прахом для команды. Харухиро никогда не понимал этого, потому что всегда думал только о своей позиции и роли в бою. Он никогда не думал о роли кого-то другого. Мысли о ролях других членов команды никогда не посещали его. — Могзо! — позвал Харухиро, взмахнув кинжалом на гоблина. Когда гоблин повернулся к нему, Харухиро как обычно отступил. Гоблин колебался между двумя целями буквально секунду, затем снова направился к Могзо. Но Могзо уже двинулся, с криком втыкая в гоблина свой полуторный меч. Меч вошел глубоко в живот гоблина. Однако живые существа не умирают так просто. Гоблин издал пронзительный визг и попытался довести свой меч, чтобы атаковать им Могзо. Харухиро не позволил этому случиться. Встав позади него, он сократил дистанцию и прицелился в руку гоблина с мечом. [Hit]. Этого было недостаточно, чтобы отрезать запястье гоблина, но кинжал ушел глубоко в кость. Гоблин бросил меч. Могзо провернул своим мечом, и гоблин издал ужасный крик, размахивая руками на Могзо. Харухиро схватил шлем гоблина, потянул его со всей силой, чтобы сорвать его, затем воткнул кинжал в неприкрытое горло. Даже после этого, гоблин все еще выглядел нормально, пока не перестал бороться. Манато однажды сказал, что их враги хотят жить как можно дольше. Но бой был до смерти, поэтому враги тоже сражались. Нет ничего более мрачного, и это совсем не просто. Харухиро и остальные убивали своих врагов и забирали их ценности. И они делали это, чтобы прокормиться; чтобы выжить. Юме и Ранта сражались с оставшимся гоблином при поддержке Шихору. После того, как Шихору ослабила гоблина заклинанием, Ранта добил его. Пока Харухиро собирал мешочки гоблинов после боя, Мэри положила на лоб пальцы правой руки, средний палец между бровей. Это было быстрое движение. Настолько быстрое, что Харухиро едва заметил его. Это была та же гексаграмма, которую делал Манато, после того, как они убивали своих врагов. Но Харухиро не ожидал увидеть такое от Мэри. Она не казалась человеком, который будет совершать подобный ритуал, чтобы почтить умерших врагов, но затем, Харухиро понял, что он просто не знал. Он ничего не знал о Жрецах. Он даже не думал попытаться что-нибудь узнать о них. Во время обеденного перерыва, он попробовал подойти к Могзо. — Я помогу заплатить, если собираешься купить шлем, — сказал Харухиро. — Даже какой-нибудь дешевый. Пластинчатый доспех тоже; давай попробуем найти тебе хотя бы изношенную экипировку. Если не сможем найти твой размер, то поищем, сколько стоит подогнать размер. — …Но это же… Но… не похоже, что у тебя много свободных денег… Я был бы ужасным человеком. — беспокойно произнес Могзо. — Не беспокойся об этом. До тех пор, пока он у меня есть, то некоторое время все будет в порядке, — настаивал Харухиро, указывая на кинжал. — Но если у тебя нет надлежащего снаряжения, это влияет на всю команду, так что это и для меня тоже. Металлический доспех очень дорогой, поэтому пока мы не заработаем кучу денег, платить все самому — просто невозможно. — Раз Хару упомянул об этом, Юме согласна, — сказала Юме, слегка улыбнувшись. — Юме тоже поможет с оплатой, когда Могзо купит свой доспех. Давайте все пойдем и купим очаровательный шлем! Шихору робко подняла руку. — Я тоже. У меня не так много в запасе, но я помогу. — Я уже говорил ранее, что я никому не одолжу ни одного медяка! — заявил Ранта. — Ладно. Никто и не ожидал от тебя вклада, — сказал Харухиро, коротко взглянув в сторону Мэри. Она смотрела на что-то вдали, будто бы разговор не имел никакого отношения к ней. По какой-то причине, у Харухиро было ощущения, что она кажется немного одинокой. Может быть, это просто его воображение. В следующий раз, когда у него будет шанс во время боя, он решил понаблюдать за Мэри. Общее впечатление у всех было такое — она стоит позади и опирается на посох. Она не выполняет свою работу: не лечит их, и не имеет намерения делать это. Вот во что все верили, но так ли было на самом деле? После обеда, они наткнулись на группу из 3 гоблинов, и у Харухиро не было шанса беспокоиться о Мэри во время боя. После этого, они не натыкались ни на одиночного гоблина, ни на двоих. Но как только они собирались покинуть Старый Город Дамроу, они неожиданно столкнулись с парой. Застигнутые врасплох, бой немедленно превратился в хаос; у Шихору и Мэри не было шанса занять защитные позиции позади, один из гоблинов направился прямо на Мэри. — Бесполезная девчонка! — крикнул Ранта, в то же время всем своим телом толкнул гоблина, атакующего ее. — Хватит занимать место! — Ты со мной разговариваешь? — ответила Мэри. Пока оставшийся гоблин приближался к Шихору, Мэри крутанула своим посохом и обрушила его с огромной силой. Это навык Жреца для самообороны — [Smash]. Харухиро узнал его, когда увидел; Манато тоже выучил его. В конце концов, Мэри была внимательной. Всего было 2 гоблина, поэтому бой шел хорошо. Пока Харухиро пытался встать за спину выбранному гоблину, он мельком поглядывал на Мэри. Мы ошибались, понял он. В конце концов, этот посох не только для украшения; она выучила навык [Smash], значит она использовала его как оружие. И она может не хотеть сражаться впереди, но когда дело доходило до боя, то она защищала Шихору. В довершении ко всему, ее глаза никогда не покидали Могзо, пока гоблин, с которым он сражался, не умер. Когда Могзо получил от гоблина удар головой по подбородку, в этот момент выражение лица Мэри помрачнело. Вскоре после этого, она чуть-чуть покачала головой. Она решила, что рана достаточно легкая, поэтому не нуждается в немедленном лечении. Мэри просто ‘стояла и ничего не делала’? Она ‘уклонялась от своей работы’? Нет, они ошибались. С задней линии Мэри внимательно наблюдала за сражением, и каждый раз, когда ее товарищ по команде получал удар, она решала позвать его на лечение или нет. И она может сражаться посохом, когда это необходимо. Когда сражение закончилось, Шихору подошла к Мэри и сказала: — Спасибо. За прошлое. Мэри отвернулась. — Не понимаю, о чем ты. Ей действительно нужно было так отвечать? подумал Харухиро. Если бы она просто улыбнулась и сказала бы «да не за что», Харухиро бы чувствовал, что Мэри понравится девушкам и парням. Не похоже, что это было сложно или еще что. И это облегчило бы жизнь Мэри. Почему она заходит так далеко, чтобы враждовать с людьми? После того, как они вернулись в Алтану и продали дневной лут, Мэри безмолвно собиралась уходить. Харухиро остановил ее. — Мэри, подожди. Мэри, проводя рукой по волосам, повернулась, явно раздражаясь. — У тебя ко мне какое-то дело? Формальность. Вот почему каждый раз Харухиро боялся разговаривать с ней. Иногда, по какой-то странной причине, Харухиро думал, что Мэри нравится, чтобы ее ненавидели. Но она их товарищ, не так ли? Не лучше ли, чтобы она им нравилась? Если бы у него было мужество сказать это ей, он бы сказал. Но он никак не мог бы сказать что-то подобное. Ни сейчас — ни после того, как она присоединилась к группе. Учитывая, что это Мэри, она просто уйдет. Она скажет, «Хватит-хватит. Пока», и уйдет. — Это не совсем дело, — сказал Харухиро, — но ты не хотела бы поужинать с нами? Мы могли бы пойти в таверну Шерри? — Уважительно отказываюсь. — Почему так формально? Взгляд Мэри упал на землю и ее брови немного сузились. Казалось, она сердится, но Харухиро почувствовал небольшое смущение. — На самом деле нет причины, — ответила она. — А, понятно. Прости за странный вопрос. — Все в порядке, — хмурость Мэри исчезла, но она не подняла взгляд. Она покачала головой и начала говорить, — До… Харухиро полагал, что она хотела сказать «До завтра». Он никогда не ожидал услышать это от Мэри, которая обычно покидала их в конце дня без единого слова. В конце концов, она так и не закончила предложение. Уходя с «до», она повернулась к нему спиной и быстрым шагом пошла прочь. Было что-то не так с ее походкой; будто бы она в панике убегала. Ранта усмехнулся. — Ужасная девушка. Серьезно. — Правда? — Могзо погладил щетинистый подбородок. Волосы на его лице были очень темными. — У меня чувство, что сегодня она вела себя иначе. Юме энергично кивнула в согласии. — Мэри была сегодня другой. У Юме появилось ощущение, что она немного очаровательна. Ранта покосился на нее. — Хватит использовать ‘очаровательно’ для всего. Твое определение этого слова такое широкое, что я понятия не имею, что ты пытаешься сказать. — Все в порядке, если Ранта не понимает. Юме особо не волнует, даже если Ранта поймет. — Как ты можешь говорить такие очаровательные вещи?! Пока они усмиряли Юме и Ранту, они искали на рынке шлем для Могзо. Они нашли множество изношенных металлических шлемов, выставленных в оружейном магазине, и купили недорогой «барбют * ». Барбюты выковали из цельного листа железа, что делало процесс их создания относительно простым. Они сделаны в форме большого пальца ноги, с отверстием в виде ‘Т’ для глаз, носа и рта. На первый взгляд, казалось, что он будет легко соскальзывать, но осмотр мягкого кожаного покрытия внутри показало, что они ошибались. Шлем идеально подходил большой голове Могзо, но он был поцарапан и помят. Поэтому Ранта начал торговаться, пока им не сбросили цену с 42 серебряников до 18. Харухиро заплатил 4 серебряника, Юме и Шихору по 3, и Могзо — оставшиеся 8. Когда они ели у прилавка с едой, Ранта выпятил грудь и показал на себя. — Это как если бы я заплатил 24 серебряника, так что вы, ребята, должны поблагодарить меня! Юме и Шихору прищурившись, уставились на него, и Харухиро был слегка озадачен таким хвастовством, но пришлось признать, что он прав. Если бы Ранта так бесстыдно не торговался, они не смогли бы опустить цену так низко. 24 серебряника было преувеличением, но благодаря Ранте, они, наверно, сохранили на 10 серебряников больше, чем можно было ожидать. — Спасибо, Ранта, — сказал Харухиро, намеренно сделав серьезное лицо. Ранта выпучил глаза от удивления. Он перевел взгляд прямо на землю. — …П-пока вы это понимаете, ребята. Мои изумительные способности…Ценового бартера? Вычисление цены? Без разницы. Вы, ребята, постоянно недооцениваете мои способности, поэтому в следующий раз будьте более уважительны, ладно? Серьезно. Я сейчас прошу вас об услуге. Не то, чтобы я ожидаю чего-то… Они планировали поискать магазины с пластинчатым доспехам после ужина, но было уже поздно, когда они закончили есть, поэтому они отправились прямо в таверну. Мэри нигде не было видно, и Харухиро подумал, что, скорее всего, она сегодня не придет, потому что он пригласил ее ранее. — Серьезно, эта девчонка совсем не очаровательна. То же самое относится к Юме, — сказал Ранта. Похоже, он злился, что Мэри не поблагодарила его после того, как он спас ее в последнем бою. — Она даже не говорит ‘привет’, не говорит ‘спасибо’, не говорит ‘простите’. Это все про нее. Все, что у нее есть — это внешний вид и больше ничего. Она — горячая штучка высшего класса. Не такая горячая, как та эльфийка и группы Сомы… — Н-но… — Могзо еще не снял свой новый шлем. Похоже, он не собирался его снимать. Должно быть, трудно пить в нем. — В последний раз, когда она меня лечила, она сказала мне ‘прости’. Мэри. — Хватит врать, Могзо. — Ответил Ранта. — Она не такой человек. — Я не вру. Когда я в тот раз поранил голову, она прикоснулась к порезу и попросила прощения, если сделала мне больно. — Это правда… — сейчас Харухиро вспомнил. Он не слышал, но Мэри определенно что-то сказала Могзо. — Значит, вот что она сказала в тот раз. Она извинялась… — Она защищала меня во время последнего боя, — Шихору кивнула. — Она не дружелюбна, но я не думаю, что у нее ледяное сердце или она плохой человек. — Мэри супер очаровательна! — объявила Юме. — Я наблюдал сегодня за Мэри и… — Харухиро объяснил остальным все, что он заметил во время последнего боя. По ее мнению, похоже, Мэри полностью и тщательно выполняла свою работу. Просто она никогда никому не говорила, о чем она думает, и это делало ее грубой. У нее проблема с отношением, и это вносит некоторые недоразумения. — Думаю, если попробуем понять, почему она делает все по-своему, — продолжил Харухиро. — Мы определенно сможем сработаться с ней. Но вопрос в том, достаточно ли этого, чтобы остановиться на достигнутом? — Что в этом плохого? — Усмехнулся Ранта и сделал большой глоток пива. — Пока эта стерва делает свою работу, то в чем проблема? И я не убежден, что она даже правильно делает свою работу! — Но ты думаешь, что это большая проблема, — ответил Харухиро. — Почему тебя волнует то, что я думаю? Вы, ребята, всегда игнорируете мое мнение. — Хватит ныть. — Я не ною, просто говорю, как есть. Эта стерва — аутсайдер, но я не отличаюсь. Действительно ли Ранта чувствует себя так? Харухиро никогда не замечал. Не только Мэри; Харухиро никогда не пытался понять Ранту. Думая об этом, Ранта был как маленький ребенок. Ему не нравилось бессердечное лечение; но в этом случае, он должен быть более осторожным в том, что говорить другим. Какое бы лечение он не получил, он сам был виноват. Однако, сказать ему исправить это, как сказать ему поменять себя, что проще сказать, чем сделать. Не то, чтобы у Ранты не было положительных качеств. У него тоже были свои хорошие черты. — Прости, Ранта, — извинился Харухиро. — Моя оплошность. Буду внимательнее с этого момента. — И-именно! Б-будь внимательнее, идиот! — Не перегибай палку. — Ничего плохо в том, чтобы называть идиота идиотом, идиооооооот! — Ранта… — Харухиро почесал шею. Он даже больше не злился. Ранта был маленьким ребенком. Своевольным маленьким ребенком. Вместо того, чтобы реагировать на все, лучше просто что-то сказать и оставить его. И Харухиро вспомнил, что Манато делал то же самое. Харухиро вздохнул и оглядел таверну, заметив кого-то в накидке с символом Ориона. Это был Шинохара. Он направлялся вверх по лестнице на второй этаж. — Эм, пойду скажу ‘привет’ Шинохаре. — Чтооооо?! — запротестовал Ранта. — Ты самостоятельно планируешь вступить в Орион?! Я не позволю тебе! Я тоже пойду! — Я ничего подобного не планирую. Но, если хочешь пойти со мной… — Тогда я тоже, — сказал Могзо. — И Юме тоже! — заявила Юме. — Эмм… тогда, я тоже, — сказала Шихору. — Оставаться одной… Небольшая часть Харухиро задавалась вопросом, действительно ли все нормально, если пойдут все? Но, тем не менее, впятером они поднялись по лестнице на второй этаж. Шинохара заметил его и встал со своего места, прежде чем у Харухиро было возможность что-то сказать. — Что же, давно не виделись, Харухиро. Это твои товарищи по команде? Воу. Они только однажды виделись с Шинохарой, но он помнил его. Харухиро был впечатлен. Он заметил, что вокруг них стоят только члены клана Орион. Их должно быть 20, нет, 30. Тут было больше мужчин, но каждая третья — женщина. Все носили белые плащи Ориона. — Д-добрый вечер, — заикаясь произнес Харухиро. — Эмм… — Давай, давай, сюда, — пригласил Шинохара. — Хаяши, не мог бы ты захватить несколько стульев для них? — Конечно. — Тот, кого назвали Хаяши, был короткостриженным парнем с узковатыми глазами. Он принес несколько стульев от стола, за которым сидел. — Вот. Шинохара снова сел и пригласил Харухиро и остальных присесть. Харухиро заметил, что другие члены клана Орион были невероятно воспитанными. Вместо того чтобы глазеть на новоприбывших, другие члены Ориона тихо болтали и смеялись между собой, и даже не смотря на то, что Харухиро и остальные ничего не заказали, напитки стояли перед ними. Могзо, Юме, Шихору и даже Ранта. Все были тише мыши; все были в восторге от Ориона. — Итак, как идут дела, Харухиро? — спросил Шинохара. — Вижу, вы еще не купили пока свои контракты Кримсон Мун, но вы, хотя бы, привыкли к жизни здесь? — Да, но как вы узнали, что я еще не купил свой контракт? — Всем интересно, как дела у новичков. Вы работаете в районе Старого Города Дамроу, верно? Кажется, за вашей спиной, кто-то издевается над вашей группой, называя‘Убийцами гоблинов’ — А. Ну, мы действительно не ходим ни на кого, кроме гоблинов… Шинохара помолчал несколько секунд, затем выпрямился на месте. — Сожалею о вашем друге. — …Спасибо, — взгляд Харухиро упал на стол, и он крепко сцепил руки. Значит, Шинохара знает даже об этом. Но, может быть, это не редкость, что слухи быстро распространяются. В самом начале, Алтана казалась огромным городом , но на самом деле, она была довольно плотным районом, в котором мало свободного места . Маленький мир Кримсон Мун был лишь каплей в море. Харухиро показалось, что до тех пор, пока информацию намеренно не скрывают, она будет распространяться в одно мгновение. Харухиро продолжил: — …Я не знаю, что еще сказать, кроме как, что нам тоже жаль. Он был хорошим человеком. — Я могу прозвучать показушником, — сказал Шинохара, — но я знаю, каково это, когда теряешь друзей. Раньше я тоже потерял товарищей. — Это… так? Я не знаю, что… — Не забуду это чувство, — произнес Шинохара спокойным голосом, но в его глазах была очень глубокая печаль, когда он смотрел на Харухиро и остальных. — Несмотря на то, что вы двигаетесь дальше, неся с собой боль, вырежьте ее из своего сердца и держитесь своих дорогих товарищей, которые сейчас с вами. Дорожите временем, проведенным с ними, потому что как только оно пройдет, то вы никогда не сможете его вернуть. Всегда будут сожаления, но постарайтесь не погрязнуть в них… Руки Харухиро и остальных автоматически прикоснулись к груди, когда они слушали слова Шинохары. Дорожите товарищами, которые сейчас с вами… Если бы только они бережнее относились к Манато, если бы только они ценили его больше, пока он был жив. Если бы только они попытались понять его… но они сейчас не могли это сделать. Но именно поэтому, они дорожат временем, проведенным друг с другом, о котором они не будут жалеть. Харухиро не знал, когда умрет. То же касалось Могзо, Ранты, Юме и Шихору. И Мэри тоже. Если кто-то умрет, Харухиро не хотел сожалеть, что не сказал или не сделал больше. Он не хочет, чтобы кто-то другой тоже жалел. — Шинохара, могу я кое-что у вас спросить? — сказал Харухиро. — Конечно, если я могу чем-то помочь. — Это насчет Мэри. Я видел, вы разговаривали с ней вчера, и я уверен, вы уже знаете, что она сейчас в нашей группе. — Да. Что насчет нее? — Не могли бы вы рассказать нам, что вы о ней знаете? Может быть я спрашиваю не того человека, но даже если я попытаюсь спросить саму Мэри, уверен, она не расскажет мне. Шинохара постучал пальцем по столу. — Я считаю что… Хаяши лучше подходит для ответа. Они были в одной группе. — …Правда? — Взгляд Харухиро переместился на стол рядом с ними, где Хаяши пил из своей кружки.Их глаза встретились. Хаяши ответил на взгляд Харухиро и кивнул.

↑ Барбют (англ. Barbute итал. Barbotto) — итальянский пехотный шлем XV века, в значительной мере закрывающий лицо за счёт развитых нащёчников. http://bsmith.ru/files/u1/barbute.jpg

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 18: Ее причины

«…Мэри и я были друзьями и находились в одной группе, пока еще были стажерами Кримсон Мун. Я и Мичики были Воинами, Мутсуми — Маг, Огг — Вор, и Мэри — наш Жрец. С самого начала все шло относительно хорошо для нас. Как и вы, ребята, мы начали охотиться на гоблинов в районе Старого Города Дамроу. Мы копили деньги и спустя 10 дней купили наши контракты Кримсон Мун. Затем мы обновили наше снаряжение, выучили новые навыки и пошли на кобольдов в Шахты Сирен, находящихся прмерно в 5 милях к северу от Алтаны. Даже тогда, у нас были легкие времена, у нас никогда не было проблем с боями. В то время, я никогда не понимал, как это было необычно. Не будет преувеличением сказать, что Мэри была той, кто вносила стабильность в наши бои. С одной стороны, она все та же: настоящая красавица, но это никогда не вскруживало ей голову. В то время, она всегда улыбалась и была жизнерадостной. Она всегда смеялась. Вместе с ней, у нас не было плохого настроения. Она не просто запомнила заклинания магии света. Она выучила навыки для самообороны, чтобы сражаться плечом к плечу со мной и Мичики. И конечно, она никогда не пренебрегала своими обязанностями целителя группы. Она немедленно нас лечила, даже если это была всего лишь царапина. Сражаясь со мной и Мичики впереди, леча всех, когда нас ранили, поддерживая Мутсуми и Огга, когда у них были проблемы… будто бы в ней были 3 человека. В нашей группе было всего 5 человек, но ощущалось, что все 7. Бои были простыми. Даже слишком простыми. В действительности, мы не были слишком внимательны. Много людей прибыли в то же время, что и мы, и некоторые группы были далеко впереди нас. Но чем больше мы сражались, тем увереннее мы становились. В то же время, мы не знали страха. Мы никогда не сталкивались с чем-то, что вызовало у нас даже подобие страха, полагаю, этого можно было ожидать. Сейчас я это знаю. Но Мэри… уверен, тогда для нее все было по-другому. Должно быть, она боялась за нас все время, когда мы получали ранения, и поэтому она сразу же лечила нас. Может быть, она боялась, что даже маленькое ранение может привести к смерти, поэтому она мешала этому как могла. Полагаю, она думала так все это время. Она знала, что мы выигрываем наши бои почти на пределе. Остальные не понимали этого. Мы стали высокомерными. Самоуверенными. Другие группы тоже работали в Шахтах Сирен, и мы не хотели, чтобы они нас опережали. Поэтому, уверенные, что мы лучше них, мы спускались все глубже. Глубже и глубже в шахты. Там, на пятом страте, это и произошло. И это что-то, что я никогда не забуду. Вы уже, наверно, знаете, что кобольды — волосатые гуманоиды, но с собачьими головами. Как правило, они ниже обычного человека, но на нижних уровнях шахты, часто встречаются кобольды выше 170 см, и они невероятно сильны. Хоть они, в основном, не так умны, как люди, их общество весьма иерархично, и у них есть технологии по работе с металлом. Также они продвинулись в магии. Кобольды специализируются на движении в группах, и, по меньшей мере, часть их общества состоит из дерзких бойцов, не боящихся ничего. Мы привыкли косить кобольдов этого типа, пока спускались вниз на пятый страт. Честно говоря, мы верили, что мы сильнее и лучше них. Но это не значит, что мы были беспечны. Пока мы не ослабляем нашу защиту, то мы способны на большее, чем обычные кобольды. Его звали Дезпатч * за его черно-белые пятна шерсти и за то, как он убил множество бойцов Кримсон Мун. Мы слышали, что он и несколько его подручных всегда рыщут в шахтах, и если мы встретим их, мы должны убегать без колебаний. Его обнаружили не далеко от входа в шахту, поэтому нужно быть осторожным даже на верхних стратах. Мы знали о Дезпатче, но до тех пор, мы никогда не видели даже край его тени, даже его силуэт. Мы не видели смысла быть осторожными. Когда мы увидели приближающуюся огромную фигуру Дезпатча, мы были не настолько дерзкие, чтобы подумать, что мы можем сразиться и победить его. Но мы были на пятом страте. Выход был на несколько уровней выше, и не было никакой возможности легко сбежать. Мы подумали, что у нас нет другого выбора, кроме как сразиться. Мы решились на план боя, где Мичики и я по очереди возьмем на себя Дезпатча, пока Мэри, Огг и Мутсуми позаботятся о подручных. Поначалу все шло гладко. По слухам, Дезпатч был силен и жесток, но нам с Мичики казалось, что мы сможем победить его. Мэри и другие постоянно отгоняли подручных от остальных. И если кого-то ранили, то Мэри сразу же лечила его. Затем все подручные были побеждены. Мы подумали, что сможем сделать это. Мы сможем победить Дезпатча. Мы нанесли ему множество ранений, в то время как сами были в полном порядке. Если быть точнее, мы были ранены, но нас могли вылечить, чтобы улучшить форму. Наша незрелость и глупость привели нас к непониманию ситуации. Если бы мы воспользовались возможностью сбежать в тот момент, оставить Дезпатча позади без раздумий, мы, может быть, смогли бы уйти. Но мы не сделали этого. Мы усилили атаку на Дезпатча, окрашивая его черно-белую шерсть кровью. Однако, не важно, сколько я, Мичики и Огг резали его, не важно, сколько Мэри била его, не важно, сколько магии Мутсуми бросала в него, он все равно не падал. Его движения стали вялыми, но его выносливость была безграничной. Вместо того чтобы ослабить его, боль от ран только разозлила его. Дезпатч был полностью в порядке, мы — только наполовину. Огг был первым. Он получил удар от когтей Дезпатча, которые разорвали ему лицо. Пока Мэри лечила его, левую руку Мичики глубоко порезали. Пока Мэри лечила Мичики, я получил тяжелый удар и потерял сознание. Не думаю, что я был в отключке больше 30 секунд, но в это время был убит Огг, Мутсуми тяжело ранена, пока Мэри отчаянно пыталась спасти ее жизнь. Мичики был снова ранен, пытаясь самостоятельно сдержать Дезпатча. Когда я очнулся, то лихорадочно набросился на Дезпатча, чтобы дать Мичики отступить. На последнем вздохе, Мутсуми произнесла заклинание, которое, похоже, заставило Дезпатча пошатнуться. Вот что я видел, или то, во что хотел верить, но скоро он очнулся и добрался до меня. - Мэри, Мичики, скорее! — снова и снова кричал я, не понимая проблемы, пока Мэри не крикнула: - Хаяши, прости! Прости! Моя магия, она… Понимаете, магия это не то, что вы можете использовать сколько угодно. Маги и Жрецы обладают духовной силой призывать богов или элементалей, из которых берет начало любая магическая энергия. Я думал, что я много чего понимал, но оказалось, что в действительности я ничего не понимал. Даже если я позволю Мэри или Мутсуми помедитировать, чтобы восстановить духовную силу, я не знал, сколько они потратили — какой у них в целом запас, или достаточно ли им на данный момент. Мутсуми и Мэри никогда не объясняли эти вещи. Все что я знал — Мутсуми читает заклинание, когда нам оно нужно, Мэри вылечит нас, когда нужно. У меня и мыслей не было, как это тяжело для них. Но думаю, Мэри уже израсходовала большую часть своей энергии во время битвы с подручными. Это был долгий бой, и она достигла своего предела. Мичики спас Мэри и меня. Мичики сказал нам бежать и тогда, собрав последние силы, повернулся к Дезпатчу и начал использовать один навык за другим на кобольда. Мэри, она отказывалась уходить и бросалась к Дезпатчу, но я остановил ее и потащил наружу. Мне нет оправданий. Я оставил Мичики умирать. Он был уже смертельно ранен и хотел использовать свою жизнь, чтобы дать нам шанс уйти. Как его друг, я хотел исполнить его последнее желание. Я не знаю, как мы смогли добраться до поверхности с пятого страта. Это заняло половину дня, и было время, когда мы думали, что нам конец. Мы вернулись назад, но мы потеряли себя. Три наших друга, наших дорогих товарища, ушли навсегда всего за мгновение. Особенно страдала от последствий Мэри. Она была Жрецом, целителем, который должен спасать жизни, но она позволила троим людям умереть, и при этом сама спаслась. С того дня, я никогда не видел ее улыбки. Иногда, я даже не думаю, что у меня есть право улыбаться. После этого, Шинохара нашел нас, и мы присоединились к Ориону, но вскоре Мэри покинула клан. Думаю, вступление в Орион принесло ей больше боли. Закончила Мэри тем, что перескакивала из группы в группу, никогда не оставаясь надолго; ее репутация распространялась, но не как о том человеке, которого я знал. Я беспокоился и пытался поговорить с ней, но все, что она говорила, что она в порядке, в порядке, все хорошо. В версии с изображениями тут находится картинка. Это как говорить со стеной. Думаю, каждый раз видя меня, у нее разбивалось сердце. Для нее, я был доказательством, символом ее потерянного прошлого. Но ей нужно будущее, и не со мной. Для нее, я как призрак Мичики, Мутсуми и Огга. Со мной у нее нет будущего.Ей нужно снова найти себя. Если она не сможет, она только все больше углубится в бездну, и когда она будет очень глубоко, настолько глубоко, что больше не сможет двигаться, это добьет ее».

↑ Пятно смерти

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 19: Завтра тотчас же придет

Перед тем как встретиться с Мэри в 8 утра — точнее, перед тем, как уснуть прошлой ночью — Харухиро и остальные ломали голову над тем, что им делать, что им сказать ей. Но никто ничего не придумал. Затем, когда они добрались до Старого Города Дамроу, они сфокусировались на работе, и у них не было времени беспокоиться о чем-то другом. Решающий момент для всех, казалось, ушел, до тех пор, пока вечером они не вернулись в Алтану. Харухиро набрался решимости подойти к Мэри. — Мэри, есть кое-что, о чем я бы хотел поговорить с тобой, — искренне сказал Харухиро, когда они вышли из магазина, в котором продали сегодняшний лут. — Понятно, — ответила Мэри, обняв себя. — Тогда не тяни с этим. Никто не мог сегодня вести себя нормально рядом с ней, потому что все были заняты прошлой ночью тем, как пойдут их отношения с Мэри. Они услышали историю Мэри от Хаяши, и Мэри не знала этого; но она не могла не заметить изменившегося к ней отношения, и она должна была догадаться, что что-то не так. Наверно, она думала, что они хотят выкинуть ее из группы. Наверно, она проигрывала в сознании сценарий, в котором Харухиро говорит, «Прости, Мэри, но не могла бы ты покинуть нашу группу?» И не дожидаясь продолжения, она немедленно ответила: — Ладно, — и собиралась покинуть их. Она избавила себя от объявления, или так показалось Харухиро. Вероятно, раньше это происходило множество раз, с другими группами. Это очень расстраивает, когда все для нее так заканчивается. — Мэри… — сказал Харухиро, произнося ее имя как друг, как будто она — одна из них. Он встретился с ее взглядом, будто бы говоря, Это не то, что ты думаешь. Брови Мэри слегка нахмурились. Не только Харухиро смотрел на нее: Могзо, Юме, Шихору и Ранта остановили на ней взгляд. Она заметила это и обеспокоенно напряглась. Нет, это не то, что ты думаешь… про себя повторил Харухиро. — Мэри, — сказал Харухиро, в этот раз погромче. — Раньше, у нас в группе был Жрец. Его звали Манато, и он умер… или, лучше сказать, мы позволили ему умереть. Можно сказать, что он был почти перфекционистом, и мы слишком сильно зависели от него. Когда мы получали ранения в бою, он лечил нас, даже если это была царапина. Манато был нашим лидером. Целителем, которому мы доверяли. Он и Могзо всегда сражались впереди, поэтому его можно назвать еще и танком. Будто бы в нем было 3 человека. Он действительно был удивительным человеком, но в то время, мы не понимали этого. Он был обычным парнем, как и мы. Я не думаю, что Манато было легко, но он никогда не показывал этого, и никто из нас даже не пытался представить себе, как ему на самом деле тяжело. Даже сейчас, я не думаю, что могу представить… но он мертв. Его больше нет. Мэри, безусловно, увидит схожесть между собой и Манато. Должно быть, она даже думает, что Харухиро рассказывает ей это потому, что они узнали историю ее прошлого. Харухиро обсуждал это время от времени. Услышав историю Хаяши, у него появилось четкое представление, что случилось с Мэри, и отчасти он мог понять, почему она была такой как сейчас. Но должен ли он говорить Мэри, что он знает? Что-то подсказывало ему, что не стоит делать этого. Произошло ‘А’, затем ‘Б’. Харухиро знал, что люди не такие простые и прямолинейные создания, поэтому он не делал вид, что видит сердце Мэри. Никто не собирается быть настолько легкомысленным, чтобы утверждать, что они знают о ней все. Поэтому, только одну вещь он мог ей сказать самостоятельно. — Честно говоря, когда Манато не стало, я думал, что все кончено, — начал Харухиро. — Я думал, что невозможно продолжать без него. Но даже если он умер, мы все еще живы. Мы должны жить дальше, и мы не можем жить, просто оставаясь на месте. Мы остались стажерами Кримсон Мун — только так мы можем прокормить себя. — Затем мы пригласили тебя в нашу группу. Группа не может без Жреца, вот почему. Других причин не было. Я, Ранта, Юме и Шихору, мы были отребьем с самого начала. Могзо был другим. Его нанял Рэгхил, но затем выбросил, как только забрал его деньги. Только Манато собрал нас вместе, сброд, которым мы были, и мы стали товарищами по команде, друзьями. — Вот что было в самом начале. Но с тех пор, мы действительно стали настоящей командой. Иногда все идет не так хорошо, иногда мы злимся, иногда деремся, но, в конце концов, мы все еще друзья. Обстоятельства, которые собрали нас вместе, не имеют значения. Какая разница, здесь и сейчас, все они — мои дорогие друзья и товарищи. Включая тебя, Мэри. Мэри не сказала ни слова. Неподвижно, она долго и упорно смотрела на Харухиро, только время от времени моргала. — Для меня тоже, — Шихору тихо подняла руку. — Я тоже считаю тебя своим другом. — Согласна, — Юме широко улыбнулась. — Мэри супер очаровательна! — К-конечно, я согласен, — Могзо все еще был в шлеме. — Конечно, я тоже считаю тебя своим другом. То что ты с нами — успокаивает. Ранта проворчал:. — Я…я… ты знаешь. Я поднимаю много шума, когда мне больно. Над этим мне нужно поработать… наверно. Но, мммм… да, я так думаю. Мы друзья? — Завтра ад замерзнет, — сказал Харухиро, глядя на безоблачное небо. — Ранта признал, что он не идеален. Ад, небеса и земля замерзнут. — Эй! Я признавал все время, что есть вещи, которые мне надо совершенствовать! Мои таланты самосовершенствования зашкаливают! Ты знаешь меня так долго, и ты до сих пор не знал этого? — Если ты так говоришь, то ладно. — Эй! Харухиро! Не оставляй все так! Ты печалишь меня! — Думаю, это хорошая идея — поставить себе цель на будущее, — продолжил Харухиро. — Даже если это временная цель. Он покосился на Мэри. Она до сих пор выглядела без изменений, по-прежнему пристально смотря на него. Он надеялся, что она не намерена отвергать их предложение дружбы. Это будет хорошее начало для нее. — … Все становятся запутанным в последнее время, — сказал Харухиро. — Я даже не думаю, что мы работаем, как сумасшедшие, чтобы накопить достаточно денег для покупки наших контрактов Кримсон Мун. Мы просто ходим день ото дня, без какой-то реальной цели. Давайте остановимся и выберем направление, в котором хотим продвигаться дальше. — Наша цель стать МИЛЛИАРДЕРАМИ! Затем МИРОВОЕ ГОСПОДСТВО!!! Харухиро мысленно проигнорировал Ранту и обратил свои мысли на остальных. Все, кроме раздражающе громкого Ранты и мертвенно безмолвной Мэри, согласились. — Меня не волнует ничего, кроме денег и силы, — заявил Ранта. — И, полагаю, стать популярным среди девушек. Но девушки приходят с деньгами и силой, поэтому… — он сделал паузу. — Думаю, твоя мысль о цели — вполне хороша для начала, прежде чем сделать первый шаг к мировому господству… наверно… — сказал он с неохотой. Юме тяжело вздохнула. — Разговор Ранты был слишком многословным и монотоннее, чем монолог. Они снова начинают, подумал Харухиро и повернулся к Мэри. — Мэри, что думаешь? Мэри, избегая его взгляд, кажется, слегка кивнула. Он принял это как знак того, что она согласилась. — Ты поужинаешь с нами сегодня вечером? — спросил он. — Нет, спасибо, — затем она тихо добавила, — …в любом случае, пока что нет. — Хорошо. Что ты ожидал? Сказал Харухиро самому себе. Все не может магическим образом мгновенно исправиться. Но, конечно, он был нетерпеливым. Никто не знал, когда их время подойдет к концу. Они уже потеряли часть драгоценного времени, чтобы просто сделать первый шаг вперед. И кто знает, может их конец уже близок, преследуя их все время? Но один шаг — все же шаг. Для Харухиро и остальных, слабейший из слабейших, один маленький шаг за раз был их путем вперед. И если его уши не обманули, то перед тем, как Мэри повернулась и ушла, она прошептала «Увидимся завтра». Действительно. Завтра тотчас же придет.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 20: Не совсем триумф Убийц Гоблинов

Они проснулись с 6-ти часовым колоколом, позавтракали и пошли, приготовившись ко дню. В 8 утра, у северных ворот Алтаны, они встретили Мэри, и затем направились в Старый Город Дамроу. Карта, которую они составляли для этого района, была все еще не завершена, поэтому они искали гоблинов. С их нынешним уровнем, они могут победить группу из трех гоблинов без каких-либо проблем, но, по крайней мере, не без риска. Исключением был легкий и подвижный ‘уклоняющийся’ гоблин. С этими им надо быть осторожнее. Также, время от времени, они сталкивались с гоблинами, у которых было оружие дальнего боя; обычно грубые короткие луки. Но у этих стрел не было ни скорости, ни проникающей силы, и поэтому о них не стоило сильно беспокоиться. Им нужно быть осторожными с арбалетами. Точный выстрел из арбалета означал мгновенную смерть. Тяжело бронированные гоблины тоже представляли проблемы, потому что некоторые из них очень сильны. Недооценивать их будет большой ошибкой. Верхним пределом для их группы были 4 гоблина. Даже так, они старались избегать группы из 4, пока их боевые условия не будет благоприятными. Группы из 5 тем более не рассматривались, и когда гоблины появлялись в группах из 6 и более, значит это территория семьи гоблинов — или территория клана, или еще что. Эти районы полны больших групп, и пытаться напасть на такую группу будет приравнено к попытке засунуть голову в пасть спящему льву. Гоблины, которые бродили по округе в одиночку, как правило, плохо одеты и плохо вооружены, но иногда они прятали ценные вещи в своих мешочках. Наверно, никто не думает красть у бедных, поэтому они защищали свои ценности, притворяясь бедными. И раз в день, каждый день, они приходили сюда. Гоблинов можно разделить на две основные категории: те, кто остаются на месте, и те, кто кочуют. Они принадлежали к последнему типу. Их можно было найти здесь очень часто. Когда Харухиро и остальные наблюдали за ними с расстояния, они очень хотели принять меры. Но они не могли. Еще не время. Им нужно быть терпеливее. Не то, чтобы их что-то останавливало. На данный момент, только группа Харухиро работала в районе Старого Города Дамроу. Так как другие группы не могут их опередить, они могут собрать свои силы, чтобы пойти в наступление. И, наконец, хотя это было не каждый день — когда они возвращались в Алтану, они направлялись в таверну Шерри. У них не было какой-то конкретной цели, но они пили и болтали. Мэри никогда много не говорила, но она в тысячу раз лучше, чем надоедливый Ранта. Каждый раз, когда они были у Шерри, один или двое членов Кримсон Мун высмеивали их «Эй, убийцы гоблинов», или «Как дела, убийцы гоблинов» или «Повеселились в Дамроу, убийцы гоблинов?» Ранта всегда отвечал им ‘заткнитесь!’ но Харухиро знал, что он каждый раз расстраивается, и насмешки не заканчивались. На самом деле, это прозвище не сильно беспокоило Харухиро; оно не было необычным и хорошо звучало. Убийцы гоблинов. Неплохо. Не так уж плохо. Они станут лучшими убийцами гоблинов во всем Кримсон Мун. Гоблины день ото дня, гоблины день ото дня, снова гоблины день ото дня. Гоблины, гоблины, гоблины, гоблиныгоблиныгоблины. Поначалу, все гоблины выглядели одинаково, но спустя некоторое время, Харухиро начал отмечать их индивидуальные особенности. Он заметил, что в основном тех, кого они встречали, были мужского пола, особей женского пола было сложно найти. По словам Мэри, большинство женщин были приняты гоблинами высокого ранга, живущих в новых частях Дамроу, в качестве жен. — Эх, я тоже хочу себе гарем как этот… — У меня плохое предчувствие насчет женщин гоблинов, если они будут у тебя в гареме, Ранта, — сказал Харухиро. — Глупый Харухиро! — рявкнул Ранта. — Ты не знаешь? Даже гоблины находят меня неотразимо неотразимым! Не оскорбляй Ранту, Блуждающего Неотразимого Короля! — Странно… для Неотразимого Короля, все официантки в таверне полностью игнорируют тебя, когда ты флиртуешь с ними, — отметила Юме. — Эр… Эм.. Ну, даже непобедимые генералы могут время от времени проигрывать сражения… — О, вижу, даже Неотразимому Королю можно сопротивляться… хоть Ранта неотразимо-неотразимый из Неотразимых Королей, — размышляла Юме. — Хватит с этим ‘неотразимо-неотразимым’! Ты говоришь это, потому что ты не понимаешь какой я неотразимый, потому что ты глупая козявка. Люди, которые понимают — они понимают! — Ранта гневно повернулся к Мэри. — Мэри! Если бы у тебя не было выбора, кроме как выбрать одного из нас троих, кого бы ты выбрала? КОНЕЧНО ЖЕ МЕНЯ! — Я бы выбрала Могзо, — тихо ответила Мэри. — Что-! — пискнул Ранта. — М-меня? — Могзо уставился с явным неверием, больше удивляясь, чем смущаясь. — А? — Харухиро непонимающе переводил взгляд с Могзо на Мэри несколько раз. Выражение Юме казалось, отображало, что она в глубокой задумчивости, пока Шихору постоянно моргая, смотрела на Мэри. — Эй! Эй-эй-эй-эй-эй! — Ранта прикусил бы язык, если бы издал ‘эй’ еще быстрее. — Что?! Почему?! Могзо лучше меня? Не может быть! Невозможно! — Он большой и обаятельный, — сказала Мэри, спокойно и собрано как никогда. — Размер?! Размер не имеет значения! Не может быть, чтобы имел…. чееееерт… Я проиграл чертовому Могзо! Что за дерьмо! — Очень плохо для тебя, Неотразимый Король, — сказала Юме. — Хватит повторять это и называть меня Неотразимым, Крохотная Грудь! Харухиро был в шоке, что тоже проиграл Могзо. Значит, Мэри не из тех, кого волнует только внешность. Может потому, что она каждый день видела свое красивое лицо в зеркале, поэтому она не ищет красоту того же уровня в других. Но не то чтобы Харухиро или Ранты выглядели хорошо, поэтому, наверно, это не решающий фактор. Внешность и интеллект Харухиро были посредственным настолько, насколько это возможно, но ему не хватало уверенности в себе, когда он начинал сражаться с гоблинами. Он сражался с ними день ото дня. Осторожно, не так дерзко, говорил он сам себе. Он не был как Ренджи или Манато, или даже Мэри, кто обладали… тем, что у него нет. Раньше, когда Манато был все еще жив, он позволял Харухиро играть роль ноши и таскал его на спине. Сейчас, будто бы Харухиро был малышом, прозванным Убийцей Гоблинов, на шатких ногах пытался ходить самостоятельно. Для самого посредственного парня, как Харухиро, самоуверенность означала провал. Черт, он не мог быть даже самоуверенным. По крайней мере, ему нужно быть все время на ногах. Что касается денег, в лучшие дни они зарабатывали около 10 серебряников, что означает по 2 каждому. Кажется, у Мэри есть где-то постоянное жилье, но Харухиро и другие все еще жили в дешевой гостинице для членов Кримсон Мун. Он тратил каждый день на еду 20 медяков, и все оставшееся, он тратил для себя или группы. Было еще две вещи, которые требовали денежных вложений: навыки и экипировка. Харухиро купил себе подержанный жилет, защитный пояс и защиту для предплечий и голеней. Все это было изготовлено из твердой кожи, легкой и гибкой, не сковывающей движение. Высокий защитный потенциал кожаной экипировки давал ему больше психологический выгоду, чем реальную физическую защиту, но немного спокойствия во время боя тоже было важно. Что касается кинжала, то он не собирался приобретать новый. Он уже привык к ощущению своего старого, если бы он отнес его на перековку, то точильщик ножей мог бы поставить на него новое лезвие. Любые дополнительные деньги лучше потратить на помощь с экипировкой Могзо. Могзо пытался собрать по кусочку те вещи, которые он больше всего хотел: пластинчатый доспех. На самом деле, хороший пластинчатый доспех должен быть сделан специально под владельца, но попросить кузнеца сделать броню на заказ будет стоить больше 10 золотых. Конечно, эта была невозможная сумма, поэтому Могзо купил уже подержанную броню и отдал ее кузнецу, чтобы подогнать размер. И даже это стоило несколько десятков серебряников. Теперь у него был нагрудник, защита для спины, наплечники, наручни и наколенники, закрывающие верх голеней. Все это он носил поверх своей кольчуги. Что касается шлема, то он все еще использовал барбют. Его оружие, все тот же полуторный меч, который ему дала гильдия, был уже в плохом состоянии; его необходимо вскоре заменить. Ранта купил себе кольчугу и, по какой-то причине, носил поверх нее кожаную броню. Наверно, Ранта думал, что это круто, потому что на ней была эмблема Скалхейла. Он тоже купил себе шлем, похожий на перевернутое ведро, который, по-видимому, ему понравился, но был странным для всех — он носил его только во время боя. Также, он наткнулся на длинный меч, который ему приглянулся, и импульсивно купил его, оставшись совсем без денег. Глупо. Невероятно глупо, подумал Харухиро. Юме приобрела закаленный кожаный доспех на верхнюю и нижнюю часть тела, и Харухиро вынужден был признать, что ей идет. Кроме того, она приобрела себе плащ с капюшоном, который сделал ее больше похожей на Охотника. Роба мага и шляпа, которые Шихору получила в своей гильдии, были настолько изношенными, дырки были тут и там, поэтому она купила новые. Ее посох остался тем же, так как на теневую магию, в отличие от других школ магий, не влияет качество посоха. На самом деле, теневой магии не нужен посох. Шихору обучилась новому заклинанию [Phantom Sleep * ]. Харухиро попросил учителя Барбару обучить его [Stealth Walk] и [Swat * ], Могзо изучил [War Cry * ], и Ранта взял [Juke Stab * ] и [Propel Leap * ]. Юме выучила [Sharp Sight * ], которое позволяло ей лучше целиться луком, избегать атак со стремительной точностью, как ямные крысы. Мэри уже была на голову и плечи выше каждого из них по способностям и опыту. Не будет ошибкой сказать, что их боевой потенциал как группы увеличился, но насколько? Они нашли группу из 5 гоблинов в том, что когда-то было кузницей, в западной части Старого Города Дамроу. Здание было полуразрушенным, и крыша полностью сломана, но осталась часть печи, наковальни и других инструментов. Харухиро и остальные приходили в этом место много раз до этого; иногда на перерыв, в другие разы на обед. До этого момента, они никогда не видели здесь гоблинов. Кажется, между гоблинами, живущими в новой части Дамроу и гоблинами, околачивающимися в Старом Городе был огромный социальный разрыв. В боях за превосходство, которые велись между гоблинами высшего класса, те, кто проигрывали, не рассматривались как часть группы, и их изгоняли. Другими словами, Старый Город был местом, где прятались изгнанные гоблины. Эти 5 гоблинов, которые заняли брошенную кузницу, должно быть новоприбывшие, только что изгнанные. Первое, что делают новоприбывшие — ищут место для жизни и, если их группа достаточно большая, занимают территорию и окружающие районы. Харухиро полагал, что они, должно быть, используют руины здания как базу. Харухиро закончил разведку района и вернулся к остальным, которые ждали немного позади. — Давайте попробуем, — предложил Харухиро. — Там пятеро. На одном кольчужный доспех, и он вооружен арбалетом. Другие одеты в кожаные доспехи. У одного копье, у другого короткий меч и баклер * , два оставшихся — топор и меч. Думаю, гоблин с арбалетом, наверно, их лидер. Это будет жестокий бой, но это хороший шанс испытать себя… — Интересно… — Ранта облизал губы и положил руку на свой огромный шлем, лежащий рядом. — Мы должны попробовать. Еще чуть-чуть и у меня будет почти 41 Вайса. Когда я сделаю это, то смогу призывать Зодиака после полудня… — сказал он, тихо захихикав. Юме холодно взглянула на него. — Зодиак будет вообще что-нибудь делать для нас? Прямо сейчас, супер-редко нашептывает что-то нашим противникам, чтобы отвлечь их, но это все. Супер-редко. — Это удивит их, не так ли?! Когда он поднимет свой уровень, то он может схватить врага за руку или ногу! Он будет сковывать их движения… когда захочет! Шихору устало улыбнулась, будто бы устав слышать одно и то же снова и снова. — …Своенравный, как никогда. — И эхх… еще кое-что. Да. Он делает это только вечером. До вечера, он, эмм… что мы говорили ранее. Атаки шепотом и он предупреждает нас о врагах рядом и эммм… Шутки демона. Когда он захочет. Мэри усмехнулась. — Верно, своенравный. — Заткнись! — Ранта надел шлем, переключая его в режим ведра. — Вы, ребята, ничего не знаете о Зодиаке! И без разницы, если вы не знаете, потому что только я понимаю его! Одинокая жизнь Рыцаря Страха. Или это жизнь одинока… — Я-я попробую взять как можно больше за раз, — сказал Могзо, энергично кивая. — Двоих точно. И если нужно, я использую [War Cry], чтобы запугать их. Шихору перехватила посох и коротко кивнула. — Я использую магию и погружу одного из них в сон с самого начала. — Хорошо, — кивая сказал Харухиро. — Тогда усыпи гоблина с арбалетом, Шихору. Попадание по нему за один выстрел или промах, могут иметь огромное значение. — Поняла, — ответила Шихору. — Предоставь это мне. Заговорила Юме: — Юме атакует сначала луком и стрелами, затем приблизится. — Я постараюсь занять позицию за гоблинами и убить кого-нибудь, — сказал Харухиро. — И Мэри… Когда Харухиро встретил ее взгляд, она кивнула. Он обнаружил, что она спокойнее, чем раньше, но она также отвечала нормальным ответом, что бы ее ни спрашивали, и она хорошо выполняла свою работу. Она не участвовала в бою, как ее описывал Хаяши, но смена стиля, наверно, произошла после такого катастрофического конца ее старой группы. Ее отношение к Харухиро и остальным все еще оставляло желать лучшего, но он верил, что они могут ей доверять ей как Жрецу. Если она только улыбнется им, может один раз в несколько дней, он большего и просить не может. — Сделаем это, — Харухиро посмотрел на каждого и вытянул правую руку для их предбоевого ритуала. Ранта, Могзо, Юме и Шихору сделали то же самое, положив свои руки на руку Харухиро. наконец, Мэри добавила свою руку поверх всех. Они были недалеко от заброшенной кузницы, поэтому Харухиро понизил голос и прошептал, «В бой!» на что все тихо ответили, «Все или ничего!» Харухиро повел за собой Юме и Шихору, пока Ранта, Мэри и Могзо шли за ними. Харухиро пригнулся и согнул колени, не издавая ни единого звука при ходьбе [Stealth Walk]. Юме и Шихору не были Ворами, поэтому они не могли повторить технику, даже если бы попытались, но они ставили ноги туда, где ступал Харухиро. Снижение шума было значительным. Они передвигались в тени обрушенного здания прямо к укрытию, скользя вдоль разрушенного забора, и спрятались за большой грудой обломков. Они подобрались на расстояния действия [Phantom Sleep], примерно около 20 метров. Только 2 стены кузницы по-прежнему стояли, и даже они были полны дыр. От оставшейся части здания остались только обломки, так что с их позиции, они могли видеть четырех гоблинов, четыре потенциальные цели. Харухиро рукой подал знак Юме и Шихору, которые высунулись из укрытия. Юме приготовила лук и, закрыв глаза, сделал глубокий вдох. Когда она открыла глаза, навык [Sharp Sight] был активирован. Как понимал Харухиро, [Sharp Sight] — навык, повышающий остроту зрения с использованием особого движения глаз и особого восприятия. В то же время, Шихору уже нарисовала символ элементаля своим посохом, тихо произнеся, «Оом рел ект кром дас». Теневой элементаль, черный туманный шар, вылетел из кончика посоха. Это заклинание не было таким же быстрым как [Shadow Echo], поэтому от него было легко увернуться, если увидеть его приближение. Все будет хорошо, сказал себе Харухиро. Оно попадет. И оно попало. Теневой элементаль ударил гоблина с арбалетом прямо в лицо и проник в его тело через уши, нос и рот. Гоблин немедленно начал раскачиваться. Гоблин с копьем, сидевший напротив стены заметил это, и прыгнул на ноги, как раз тогда Юме выстрелила. Стрела попала гоблину в плечо, повалив его на спину. — Могзо, Ранта! — крикнул Харухиро. Могзо и Ранта ворвались в руины кузницы, выкрикивая боевой клич во все горло. Гоблин с арбалетом теперь лежал на земле и крепко уснул. Этот сон был глубже, чем обычный, но он проснется, если, скажем, хорошенько его пнуть. Они должны прикончить его прежде, чем кто-то это сделает. Харухиро и Юме пошли следом за Могзо и Рантой. Могзо крикнул “СПАСИБО”, используя [Rage Cleave] на гоблина с топором, оглушив его и заставив споткнуться. Ранта атаковал гоблина с мечом при помощи [Anger Thrust], но промахнулся. Затем, Могзо бросился от гоблина с топором, который еще не восстановился, на гоблина с баклером. Гоблин с баклером приподнял свой щит, чтобы заблокировать атаку Могзо, пока отступал. Не мешкая, Могзо повернулся в сторону гоблина с топором, и взмахнул мечом. Как он и говорил, он захватил двух гоблинов одновременно. Ранта сражался против гоблина с мечом, Юме бросилась на гоблина с копьем, в которого она ранее попала. Харухиро быстро взглянул на Шихору и Мэри. Мэри держала свой посох наготове, наблюдая за боем с невероятной серьезностью на лице, что даже пугало. Если какой-нибудь гоблин попытается приблизиться к Шихору, Харухиро знал, что Мэри защитит ее. Как Маг, Шихору была почти без брони, но если она знала, что Мэри защитит ее в критической ситуации, она могла уверенно сражаться. Но Харухиро не собирался доводить до того, чтобы Мэри пришлось вмешиваться. — Прикончите их! — Харухиро подтвердил позиции всех товарищей и гоблинов, пытаясь решить, на каком гоблине сфокусироваться… Его. Гоблина с топором. Харухиро пригнулся и двинулся, словно скользя по земле. Он не использовал технику [Stealth Walk], но что-то близкое к ней. Вскоре, он оказался прямо за спиной гоблина с топором. В этот момент. Харухиро увидел линию света. Будто бы увеличенная фотография костистой спины гоблина. Это был не совсем свет, просто что-то описываемое как свет; бесцветная линия, которая вела в единственную точку на спине гоблина с топором. Он понятия не имел, что это была за линия света. Она появлялась не каждый раз, или даже не часто, но в последнее время, он видит ее время от времен. Она исчезла так же быстро, как появилась, но когда она появится, он знал. Не зная почему, не зная как, он знал что делать. Он повел кинжал по линии света туда, где она заканчивалась. Его лезвие скользило по плоти своей цели как горячий нож по маслу. Он знал, что это точное место, чтобы нанести удар, но раньше чем его мозг смог принять информацию и сказать телу двигаться, его клинок уже проткнул гоблина с топором, будто бы что-то направляло его острие. Гоблин с топором издал короткий стон и умер, прежде чем упасть на землю. Гоблин с баклером отошел назад, наверно, нервничая после того, как увидел, что его партнера мгновенно убили. Он сделал меньше чем полшага назад, но, конечно, Могзо воспользовался этим. Он со всей силой обрушил свой меч на баклер гоблина, лишая его руки; затем он двинулся на раненого гоблина. Раненый гоблин немедленно атаковал своим мечом, но Могзо даже не попытался уклониться. Он просто позволил своему пластинчатому доспеху отразить удар, а затем сделал ответный выпад и сбил гоблина с ног. Он высоко поднял меч и взмахнул, опустив его на голову гоблина так сильно, что сломал череп. Осталось трое. — [Propel Leap]! Ранта высунул язык и отпрыгнул назад со всей силы. [Propel Leap] был особым навыком движения, позволяющим мгновенно разорвать дистанцию между собой и врагом. Гоблин преследовал Ранту, будто бы его засасывали в пылесос, чего и хотел Ранта. Он широко ухмыльнулся и немного отступил назад, внезапно направляя меч вперед, крича «[Juke Stab]!» Все движения гоблина были направлены полностью вперед, делая невозможным уклониться от атаки Ранты. Меч Ранты вошел прямо в горло и вышел позади шеи. Смеясь, он пнул гоблина со своего лезвия, покрутив мечом и положив его обратно. Звук дикого смеха Ранты однако, был наполовину заглушен заклинанием Шихору. — Оом рел ект вел дас! [Shadow Echo]. Теневой элементаль вылетел из кончика ее посоха и ударил гоблина с копьем прямо в грудь. Юме приблизилась к гоблину, чье тело бесконтрольно дрожало из-за ультразвуковых волн [Shadow Echo]. Юме выбила копье при помощи кукри, затем сразу же махнула по основанию шеи. Ее клинок глубоко вошел, поэтому гоблин не смог атаковать в ответ, только кричать от ярости. К тому времени, как его голос умолк, его ждал конец в виде Могзо. Могзо решительно вмешался, в результате чего, его меч обрушился на гоблина с копьем. “СПАСИБО!”— и закончил все за один удар. — Мы можем сделать это, — кивая вздохнул Харухиро. — Мы определенно можем сделать это. — Как раз вовремя, — ответил Ранта, направляясь ко все еще спящему гоблину с арбалетом. Он поднял меч и ухмыльнулся. Харухиро подумал, что возможно, наступит день, когда эта улыбка станет похожей на те, что у жестоких и хладнокровных злодеев, как и хотел Ранта; но не сегодня. — Но без разницы, — продолжил Ранта. — Это конец. Не только для этого гоблина, но для них тоже.

↑ Призрачный сон

↑ Тяжелый удар

↑ Боевой клич

↑ Дешевый удар

↑ Заманивающий прыжок

↑ Острое зрение

↑ Баклер — маленький, 20-40 см в диаметре, чаще всего металлический круглый щит. Был рассчитан, главным образом, в качестве вспомогательного оружия с мечом или шпагой.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 21: Тонкая грань между невиновностью

Всегда проще сказать, чем сделать. Харухиро рефлекторно сглотнул. Он набрался решимости и отправился на разведку того места, только чтобы удивиться. — Не может быть… — прошептал он. Он никогда не представлял, что такое возможно. — Тут их так много… На балконе второго этажа каменного двухэтажного здания, важно развалился гоблин в пластинчатом доспехе. На первом этаже находился большой хобгоблин, по-прежнему полностью одетый в кольчужный доспех и шлем. Харухиро ожидал, что тут будет только эти двое, но вокруг здания околачивались еще двое. Они оба носили шлемы и кольчужные доспехи, со щитами в одной руке и копьем в другой. Еще короткий меч висел у них на поясе. Они наверняка были часовыми. Бронированный гоблин на втором этаже не просто сидел на полу. Он сидел в хорошем кресле, согнув одну ногу, а вторую вытянув вперед. Где он достал это кресло? Не уверен, что оно был тут раньше. Планировал ли бронированный гоблин нанять себе подручных и расширить свою власть? Естественно, нельзя узнать, если только не спросить самого гоблина, но вряд ли разговор был вообще возможен, но в любом случае, это плохой знак. Харухиро вернулся к своим товаищам и сообщил об увиденном. — Значит… здесь не двое, как мы думали, а четверо. И, это только предположение, но я думаю, их число будет увеличиваться. — 4 гоблина. — Мэри закрыла глаза, сводя брови от раздумий. — Хмм… — Юме надула щеки, пока Шихору со вздохом опустила взгляд. Могзо постукивал свой шлем. — Что с вами не так, ребята? — усмехнулся Ранта. — Не пугайтесь так. Мы ничего не можем сделать с их количеством. Хватит вести себя так жалко, вассалы Лорда Ранты! — С каких пор мы стали твоими… — начал Харухиро, затем хорошенько подумал. — Без разницы, забудь. — Не останавливайся на полпути, — подначивал его Ранта. — Ну же! Когда цуккоми вернется? Так мы не сможем быть соперниками! Невозможно, чтобы такой поденщик как ты забрал у Лорда Ранты смысл жизни! Харухиро проигнорировал его и вместо этого посмотрел на Могзо, Юме, Шихору и Мэри. — Если мы примем мое предположение, то позже их будет больше, поэтому нам надо принять решение. Не нужно принимать решение прямо сейчас — мы можем подождать подольше — но должны ли мы попробовать или сдаться? Не думаю, что хочу сдаваться. Сейчас мы определенно сможем одолеть четверых. Мэри пристально посмотрела на него, ее глаза поймали его взгляд. — У тебя есть основания для этого? — Сейчас у Могзо защита стала лучше, и теперь он постоянно не беспокоится о защите самого себя, у него стал больше наступательный потенциал. Шихору всегда может полностью вывести одного гоблина из боя, лук Юме стал более надежным. С моим навыком [Swat], я тоже смогу одолеть одного. И теперь у нас есть ты, Мэри. — Эй! Что насчет меня? — запротестовал Ранта. — Почему ты не упомянул меня? А?! — Ты не… — Мэри повернула лицо и опустила взгляд на землю. — Ты не должен полагаться на меня. Я… Я Жрец, который позволил умереть товарищам по команде. — И мы команда, которая позволила умереть нашему Жрецу. Не думаю, что мы хотим, чтобы когда-нибудь это произошло вновь. Никогда. То же самое с тобой, так ведь? Я верю в тебя, Мэри. Мэри не ответила. Она закусила губу, стараясь… что-то сдержать. Юме и Шихору положили руки ей на плечи. — Я скажу это прямо здесь и сейчас, — сказал Ранта, ткнув пальцем себе в грудь. — Я не собираюсь умирать, даже если меня убьют. Я человек, не знакомый со смертью, поэтому не стоит заниматься такой хренью, как беспокоиться обо мне. Когда Мэри подняла взгляд, ее глаза немного прищурились, уголки рта слегка поднялись. Это… действительно была… улыбка? Харухиро не мог сказать наверняка, это было очень скромно, но он хотел верить в это. Она исчезла также быстро, как и появилась, и Харухиро пожалел, что не рассмотрел получше. — Поняла, — сказала Мэри, кивнув. — Я не позволю своим товарищам снова умереть. Я защищу всех, поэтому не волнуйтесь. — Отлично. — Когда Харухиро вытянул правую руку, все сделали то же; они положили свои руки поверх его для своего ритуала ‘В бой! Все или ничего!’ Сразу после этого, Мэри наклонила голову и отметила: — Я всегда считала это немного странным. Почему вы, ребята, говорите ‘В бой. Все или ничего’? Все посмотрели на нее с улыбкой, и они начали готовиться к предстоящему бою, повторяя свою стратегию снова. Да, сегодня был день, к которому они все планировали, к которому готовились. Так как количество их врагов возросло, им нужно добавить некоторые изменения, но не нужно составлять новый план с нуля. Их главным приоритетом было прорваться через часовых и одолеть гоблина в пластинчатом доспехе и хобгоблина. С точки зрения силы, часовые были легкой помехой. В любом случае, они вступят в бой и быстро прикончат часовых, затем перейдут к реальным целям. Все долго обсуждали, как им победить гоблина в пластинчатом доспехе и хобгоблина, и это была кульминация их собрания, всего их планирования. Они могут это сделать. Несомненно, они победят. Как обычно, Харухиро показывал путь, с Юме и Шихору поблизости, пока Могзо, Ранта и Мэри следовали за ними на расстоянии. Для начала нужно подобраться на расстояние атаки заклинания Шихору — [Phantom Sleep]; минимум 20 метров. На расстоянии примерно в 35 метров, была стена, которая скроет их присутствие, но за ней было только открытое пространство до самого здания. Однако, после многочисленных обходов вокруг здания и его окружения, они обнаружили, что если они пойдут вокруг по основному пути к другой стороне, то смогут приблизиться к зданию на 3 метра, оставаясь незамеченными. Именно там троица остановилась, встав за большую кучу обломков. Здесь. Отсюда они начнут свою атаку. Когда Харухиро подал сигнал, Юме приготовила лук и активировала [Sharp Sight], пока Шихору перехватила посох и глубоко вздохнула. Наконец. Гоблин в пластинчатом доспехе и хобгоблин сегодня встретят свой конец. Они были теми, кто убил Манато. Харухиро и остальные старались не поддаться мести, потому что ненависть помешает трезво мыслить. Те двое не были теми, кого они ненавидели; обычные враги. Сильные враги. Препятствие, которое они должны преодолеть. Харухиро высунул голову из-за обломков, и… У него перехватило дыхание. Паникуя, он быстро спрятался. Гоблин в пластинчатом доспехе смотрел прямо на него. — Нас заметили… — прошептал он. Но как? Гоблин как-то почувствовал их присутствие? Может они были замечены совершенно случайно; может гоблин в пластинчатом доспехе просто решил посмотреть в ту сторону и заметил, как Харухиро выглянул из укрытия. Он не знал, но это не имело значения. Он рискнул еще раз быстро взглянуть и снова быстро спрятался, в этот раз тяжело дыша. Гоблин в пластинчатом доспехе держал в руках арбалет и целился прямо в них. — … что нам теперь делать? — сказала Юме, опуская лук. Лицо Шихору побледнело; она затряслась даже за укрытием. Ранта и остальные, удерживающие позиции позади, поняли ситуацию? Наверно нет. Они прятались в тени за стеной здания и, скорее всего, не видели оттуда всю ситуацию. Что будем делать? Что нам делать? Отступать? Нет, они не могут. Гоблин в пластинчатом доспехе крикнул что-то. Приказ. Он предназначался хобгоблину или часовым. Скоро их атакуют. Отступать — не вариант. Они столкнутся с ними, но проблема в арбалете. Если в одного из них попадут из арбалета, то это будет смертельно. — Предоставь это Юме, — внезапно сказала она. — Что?! — Прежде чем Харухиро смог остановить ее, она уже подняла свой лук и выпрыгнула из укрытия. Гоблин в пластинчатом доспехе выстрелил в нее, но она свернулась и покатилась вперед с огромной скоростью. Ямные крысы. Вспоминая лес, тех ямных крыс — их навык, который они использовали, двигаясь и защищая себя одновременно. Юме скопировала эти движения, чтобы уклониться от выстрела арбалета? Похоже на то. Харухиро потряс Шихору за плечо. — Используй магию! — Т-точно! — Шихору вышла из-за обломков, поизнося заклинание и рисуя символ элементаля своим посохом. — Оом рел ект кром дас! Вьющаяся черная тень элементаля полетела к гоблину в пластинчатом доспехе. Внизу хобгоблин уже поднял свою палицу, но все еще не двигался; однако 2 часовых уже направились к Харухиро и остальным. Это не имело значения. Если они смогут погрузить бронированного гоблина в сон, то они смогут… — Воа! — воскникнул Харухиро. Бронированный гоблин спрыгнул со второго этажа на первый. Теневой элементаль пролетел сквозь воздух там, где только что был гоблин, вьющаяся форма обесцветилась, затем поностью растворилась. Они оплошали. Сильно оплошали. Это плохо! Они потерпели неудачу. Нет! Мы все еще можем сделать это. Они могут восстановиться, вернуть себе инициативу. Не паникуй! Харухиро достал свой кинжал. — Атакуем! — крикнул он. — Шихору, возвращайся на позицию Мэри! — Хорошо! Ранта и Могзо вышли из-за стены, и Юме снова использовала движения как у ямной крысы, чтобы избежать атаки копья. Другой гоблин-часовой шел прямо на Харухиро. Что насчет гоблина в пластинчатом доспехе и хобгоблина? Черт. У него нет времени подтверждать их позиции. Копье! Копье гоблина-часового шло прямо в его правую руку; Харухиро отразил его с помощью кинжала. Навык [Swat] из боевых техник Воров не был сильно-бьющей атакой. Скорее, он заставляет противника потерять равновесие и упасть на землю, и это позволяет нанести критические раны. Однако гоблин-часовой был очень силен и не важно, сколько раз Харухиро использовал навык на копье гоблина-часового, тот все еще приближался. Это был не заурядный, средний гоблин. — Я возьму их обоих! — крикнул Могзо. Могзо собирался взять на себя сразу гоблина в пластинчатом доспехе и хобгоблина? Не может быть. Невозможно. Но гоблин в пластинчатом доспехе или хобгоблин, только одного сможет взять на себя Могзо. Вот почему их планом было вырубить с самого начала гоблина в пластинчатом доспехе. На этом моменте, их план уже пошел коту под хвост. План, который провалился с самого начала. Не лучше ли сейчас отступить? Но было уже слишком поздно, и нет смысла сейчас сожалеть об этом. — Это..! — Харухиро использовал [Swat], когда отступил. И снова отступил. И опять. Похоже, Ранта и Юме взяли на себя другого гоблина-часового. Шихору снова использовала [Phantom Sleep], но в этот раз она прицелилась в хобгоблина. Заклинание попало в хобгоблина и тот начал засыпать, но перед тем, как он полностью уснул, гоблин в пластинчатом доспехе ударил его по спине плоской стороной меча, разбудив его. Он знает о наших заклинаниях, подумал Харухиро. Будто бы гоблин в пластинчатом доспехе мог видеть все их карты. — Юме! — сердито крикнул Ранта. — Мы никогда не убьем его, если ты продолжишь бегать вокруг него! Хватит, бей его уже, дура! — Заткнись! — крикнула она в ответ. — Юме не хочет слышать это от тебя! Юме снова попробовала уклониться перекатом ямной крысы, но в этот раз она была немного медленной. Или, может быть, гоблин-часовой предвидел, что она хочет сделать. Юме ахнула, когда копье стража коснулось ее плеча. Но не просто коснулось, разрезало. — Черт! Юме, что за черт! — Ранта прыгнул, атакуя гоблина, по диагонали взмахнув своим длинным мечом. — [Hatred’s Cut]! Гоблин-часовой блокировал удар баклером, кряхтя от нагрузки. Он поменял хват на копье, отводя назад для колющей контратаки. Укол, взмах, укол. Ранта, после того как едва уклонился от потока атак, встал в стойку и крикнул. — [Propel Leap]! Иди сюда! — дразнил Ранта, но остановился. — Что?! Почему он не идет ко мне?! — Потому что он видит твои трюки! — Выплюнул Харухиро, делая [Swat] снова и снова. Тем временем, Мэри читала заклинание. — О свет, под божественной благодатью бога Люминоса… [Heal * ]! Мгновенно, Юме окутал теплый свет. В отличие от [Cure], для [Heal] не нужно, чтобы Жрец держал свои руки близко к ране. Это можно использовать для лечения раненых людей с расстояния, и это очень эффективно при травмах на любом участке тела. [Heal] было заклинанием, которое Манато не выучил. Юме была правшой и рана на плече должна быть серьезной, поэтому Мэри решила вылечить ее сразу же. С этим, Юме, наверно, может присоединиться к бою очень скоро. Но теперь у Могзо были проблемы. Он как-то избегал взмахов палицы хобгоблина, но он получал удар за ударом от меча гоблина в пластинчатом доспехе. Даже если бы был только один часовой, они должны были быстро расправиться с ним и прийти на помощь к Могзо. Неужели нет способа? Хоть какого-нибудь? Конечно, Харухиро не мог просто сидеть сложа руки и думать. Он был вынужден использовать [Swat] снова и снова, отражая атаки гоблина-часового. Его дыхание становилось прерывистее и его руки слабели. Если он оплошает, то это конец. Он чувствовал, как будто он находился на грани паники. Не сдавайся. Держись. Нужно держаться… но даже если он говорит это себе, что он собирается делать? — Хару! — Кто-то крикнул его имя. Не полное имя, а прозвище. Тот, кто никогда раньше его так не называл. Мэри. Голос принадлежал Мэри. Он не мог позволить себе такую роскошь, как посмотреть в ее сторону, но она позвала его по имени. Он догадался, что она хочет, чтобы он подошел. Поэтому, все еще делая [Swat], он постепенно пробился к Мэри и Шихору, ведя за собой гоблина. Когда он подумал, что был достаточно близко, то остановился. Когда Мэри крикнула «Меняемся!», Харухиро отскочил в сторону, пока Мэри подходила. Она остановила копье гоблина своим посохом — но нет, она не просто остановила. — [Counter Strike * ]! На долю секунды показалось, будто их оружие отскочило друг от друга, но потом Мэри при помощи всего импульс отскока ударила своим посохом прямо в грудь гоблина-часового. Он резко захрипел и попятился. Сейчас! Сейчас или никогда. Предполагая намерение Харухиро, Мэри продолжила атаковать часового. Часовой встал в защитную стойку, не давая Мэри прорваться, но она сделала достаточно: Харухиро был как раз за спиной гоблина. Ну же, ну же! Появляйся! Харухиро всеми силами желал, чтобы появилась направляющая бесцветная линия света. Но она не появлялась. Там ничего не было. Но даже не смотря на то, что она не появлялась, все еще не было безнадежным. Харухиро со всей силы воткнул кинжал в спину гоблина-часового, но из-за брони, кинжал не зашел слишком глубоко. Гоблин вскрикнул, но Харухиро немедленно обхватил второй рукой шею гоблина, пока доставал кинжал — но только наполовину. Затем он снова воткнул клинок обратно. Снова и снова, снова и снова он наносил удар гоблину, пока тот вопил и дико дергался в его объятиях. Он продолжал до тех пор, пока не почувствовал, как полный вес гоблина рухнул на него. — Спасибо, Мэри! — поднялся Харухиро, наконец бросив на землю безжизненное и неподвижное тело гоблина. Он огляделся и увидел, что Юме и Ранта все еще сражаются с оставшимся стражем. Могзо кряхтел от напряжения, пока блокировал своим полуторным мечом палицу хобгоблина. — Могзо! — Харухиро бросился к нему, но он не успел вовремя. Гоблин в пластинчатом доспехе прыгнул на Могзо, и ударил его по голове клинком. Посыпались искры, в том месте, где соприкоснулись меч и барбют. Не важно, насколько хорош был шлем, никто не сможет быть в порядке после такого удара. Могзо пошатнулся, но дико взмахнул своим мечом, заставив тем самым обоих гоблинов отступить. Дыхание Могзо становилось тяжелее. Вроде бы он не истекал кровью, но Харухиро был уверен, что если снять его броню, то все его тело будет покрыто синяками. Харухиро не сомневался, что Могзо было тяжело. Но даже так, он продолжал размахивать своим мечом на гоблинов. — Я в порядке! — крикнул он между взмахами. Его голос был нехарактерно возбужден. — Это- это ничего! Казалось, что-то изменилось в нем. Все по-прежнему плохо. Не важно, что сказал Могзо, но он не мог сдерживать их в одиночку. Должен ли Харухиро помочь? Он был экипирован только кинжалом. Это будет нелегко, даже невозможно, проткнуть латный доспех или нанести смертельный удар огромному телу хобгоблина. — Ранта, помоги Могзо! — заорал Харухиро. — Я займу твое место! — Ха! Главный герой наконец-то прибыл! — сострил Ранта, сократив дистанцию между собой и гоблином в пластинчатом доспехе в три прыжка. — [Anger Thrust]! Гоблин в латном доспехе с легкостью парировал атаку Ранты, но, по крайней мере, Ранта отвлек его внимание от Могзо. — Эй! Что за..! — гоблин осыпал Ранту шквалом атак, и внезапно тот перешел в оборону, не в силах ответить. Держись, Ранта. И не умри… С помощью Ранты, часть давления будет снято с Могзо, но это не меняет того, что если они вскоре не разберутся с оставшимся часовым, все начнет быстро ухудшаться. Гоблин-часовой все еще крепко держал свой маленький щит, и все его жизненно-важные точки были защищены доспехом. Юме не была танком, поэтому Харухиро непросто будет занять позицию за спиной гоблина. Но пока Харухиро предполагал этот вариант, гоблин-часовой повернулся к нему и поднял копье для броска. Целится в меня?! Не может быть! Харуиро попытался увернуться, но был недостаточно быстрым. Копье ранило его со стороны ребер и затем вошло в землю. Стон боли сорвался с его уст, заставив его упасть на землю. Когда он положил руку на рану, она пропиталась кровью. Она чертовски сильно болела — но не была серьезной раной. — Хару! — Мэри выкрикнула его имя, беспокоясь. Он знал, что это глупо, но ее беспокойство сделало его немного счастливее. — Я в порядке! — ответил он. — Мы должны разобраться с часовым! — Я иду! — сказала Шихору, побежав к гоблину-часовому. Стоп, что она собирается делать?! подумал Харухиро. По-видимому, Мэри подумала о том же. — Что ты..! — крикнула она, прежде чем последовать за ней. Гоблин-часовой, доставший меч с пояса, заметил появление Шихору уже тогда, когда она закончила свой символ элементаля. — Оом рел ект вел дас! — крикнула она. Вшух! Вьющийся черный шар вылетел из кончика посоха. Но в этот момент, Харухиро понял кое-что: хоть элементаль [Shadow Echo] не такой медленный, как [Phantom Sleep], он не такой быстрый, чтобы от него невозможно было увернуться. Чтобы исправить это, заклинатель может приблизиться к врагу, тем самым усложнив уклонение. Другими словами, Шихору рискнула сократить дистанцию между собой и часовым, чтобы попасть наверняка. И ее ставка сыграла. Гоблин-часовой издал звук удушья, когда тень ударила его в лицо, затем все его тело начало бесконтрольно дрожать. Юме шагнула вперед, уже взмахнув кукри. — [Cross Cut]! Навык [Cross Cut], наполовину режущий, наполовину разбивающий, полностью лишил гоблина баклера и оставил глубокую рану справа. Даже после того, как гоблин-часовой оправится от [Shadow Echo], он не сможет хорошо сражаться мечом. Юме сделала то, что им нужно прямо сейчас; она давила атакой. Не останавливаясь, чтобы перевести дыхание, она продолжала атаковать часового. Это облегчило задачу Харухиро — встать за спину гоблину. Линия света не появлялась, поэтому он сделал то же, что и раньше. Гоблин-часовой взвыл, пока Харухиро втыкал кинжал в спину гоблина. Харухиро схватил другой рукой гоблина за подбородок, как и раньше, и продолжал. Когда первый часовой перестал сопротивляться, Харухиро ничего особенного не почувствовал. Но в этот раз, тошнота поднималась из его живота. Убивать так образом — жестоко. Слишком жестоко. Несмотря на тошноту, он не останавливался. Если бы мы поменяли местами, может быть, ты бы убил меня также. 'Прости, но это обоюдно. Когда второй гоблин-часовой перестал двигаться, Харухиро чувствовал себя ужасно истощенным, его рана болела. Но сейчас не время жаловаться на подобное. Наконец-то. Время наконец-то пришло. Он собрал все свои силы из глубины живота и вложил их в голос. — Еще немного! — крикнул он со всей силы. — Я докажу вам, что мы зашли так далеко не впустую! Но когда он это сказал, Харухиро точно не знал, что имел в виду. Доказать кому? В конце концов, Манато не было с ними. «Зашли так далеко?» Но зашли ли они так далеко, или он хотел в это верить? Он хотел сказать что-то крутое, более вдохновляющее. Он хотел стать тем, что говорит крутые и вдохновляющие вещи. Он не хотел, чтобы для них все сегодня закончилось. Он определенно не хотел делать все эти штуки солдат Кримсон Мун, но он хотел завтрашний день. Он хотел жить. Он не хотел умирать. В конце концов, он не хотел умирать. Манато, это было также и для тебя? Ты не был полностью удовлетворен всем. Ты тоже; ты хотел быть больше, чем ты есть, сделать больше. Харухиро и остальные, они были счастливчиками, что выжили так долго. Мы не собираемся умирать. Мы будем жить, и двигаться вперед. Мы достигнем завтрашнего дня своими голыми руками. Ради этого завтра, они должны здесь выиграть. Они должны убить этих двух гоблинов. — Сосредоточьтесь на хобгоблине! — крикнул Харухиро и побежал за него. Юме атаковала сбоку, пока Могзо совершил два диких удара, кряхтя от усилия. Хобгоблин отразил первую атаку палицой, но вторая попала ему в левое плечо. Хоть его меч и не был способен прорезать кольчужный доспех, сила удара заставила хобгоблина взреветь от боли. Он держал булаву двумя руками, но теперь, он уже не мог. — Продолжайте атаковать! — сказал Харухиро, но как только он произнес это, гоблин в пластинчатом доспехе прорвался через Ранту и приблизился к Могзо. Он поставил одну ногу вниз и занес свой меч для удара по диагонали. Нет, не может быть… подумал Харухиро. Движения почте как у [Rage Cleave] Могзо, не считая того, что это делает гоблин. Могзо заблокировал удар своим полуторным мечом. Гоблин в пластинчатом доспехе продолжал атаковать его, но с такой позиции, у него не получалось. Он крутанул меч гоблина в пластинчатом доспехе своим мечом, и тем же движением атаковал навыком [Spiral Slash]. Гоблин в пластинчатом доспехе немедленно отпрыгнул назад и, обернувшись, пошел на Ранту. Ранта, полностью удивившийся этому, получил удар по своему шлему-ведру, который заставил его пошатнуться. Быстрее, чем стрела, гоблин в пластинчатом доспехе ткнул, рубанул вверх, затем вниз своим мечом. Ранта вскрикнул. Он не мог ничего сделать, кроме как отступать. Шквал атак был таким быстрым, что он не мог даже использовать [Propel Leap]. Это плохо. Ранта достигнет своего предела. — Оом рел ект вел дас! Шихору спасла его, используя [Shadow Echo]; вьющийся теневой элементаль ударил гоблина в пластинчатом доспехе в плечо. Это ненадолго сковало движения гоблина, но он быстро оправился. Однако этого было достаточно, чтобы дать Ранте отступить и передохнуть. — Черт! Никто не просил тебя помогать! — сердито Ранта сплюнул. — Наш козырь! — Харухиро прижал руку к ране на боку. Ему было сложно игнорировать боль и в результате паники, ему было сложно думать. Он взглянул на Шихору и увидел, что она выглядит изможденной. Она, должно быть, истощена. Она истратила очень много энергии, дважды использовав [Phantom Sleep] в самом начале боя, а теперь дважды [Shadow Echo]. Сколько она сможет выполнить? [Phantom Sleep] не был очень эффективен против врагов, которые были бдительны, [Shadow Echo] не казался достаточно эффективным, чтобы быть решающим фактором в бою. Это означало, что у них осталось только одно. Их последний туз в рукаве. Им нужно закончить все здесь и сейчас. Прежде чем бой продлится еще, они должны прикончить хобгоблин. Харухиро закричал: — Могзо, используй это! Могзо хмыкнул с пониманием, твердо поставил обе ноги на землю и испустил долгий, пронзающий уши вой, от которого у Харухиро волосы по всему телу встали дыбом. Это был [War Cry]. Он неизменно сокрушал решимость любых врагов поблизости, которые не ожидали этого; на самом деле не удивляя их, а внушая страх. Именно это и произошло с хобгоблином. Все его тело напряглось, будто парализованное страхом. Он скоро придет в себя, но окно в 1 секунду, даже на долю секунды было достаточным для Харухиро и остальных. Юме полоснула талию хобгоблина с помощью навыка [Sweeping Slash]. Могзо сделал шаг назад. — СПА… — начал он, затем шагнул, но в этот раз он вложил весь свой вес в один ужасающий удар. — …СИБООООО! С тошнотворным хрустом, полуторный меч Могзо вошел глубоко в плечо хобгоблина, сломав ключицу. Он издал наполовину булькающий, наполовину стонущий звук и мгновенно опустился на колено. Он немедленно попытался встать. Харухиро не поддавался беспечности. Пока хобгоблин жив, он не может быть беспечным. — Получи! — закричал Харухиро, совершая пинок в прыжке. Нога попала по затылку хобгоблина. Это еще раз вывело хобгоблина из колеи, позволив Могзо обрушивать удар за ударом. Это было непросто. Когда время пришло, смерть наступила так легко, но все же отбирать жизнь было непросто. Это был медленный, ужасный процесс, и Харухиро был участником этого процесса. Поэтому он не имел права отворачиваться, даже если это было жестоко и кроваво. Когда хобгоблин наконец перестал двигаться, Могзо опустился на четвереньки, его броня поднималась и опускалась, когда он прерывисто дышал. Это определенно была не только истощение; вероятно, он весь был покрыт синяками. — Б-быстрее! — крикнул Ранта. — Быстрее, помогите мне! Харухиро посмотрел в сторону Ранты и увидел, что Ранта с трудом держится на ногах, спотыкается, пытаясь парировать атаки гоблина в пластинчатом доспехе. Ранта был на пределе. Нет, наверно, уже перешел свой предел. — Отлично, Ранта! Ты удивителен! — позвал Харухиро. — О да! — согласился Ранта. — Ты только сейчас это понял!? Харухиро и Юме заняли позиции слева и справа от гоблина в пластинчатом доспехе, намереваясь взять его в клещи. Гоблин в пластинчатом доспехе, однако, еще раз взмахнул клинком в сторону Ранты, затем побежал. Бежал, бежал, продолжал бежать. Он собирается сбежать? Нет, не собирался. Он направлялся прямо к Шихору. Шихору охнула, ее глаза расширились, когда она выставила перед собой посох. Не может быть… невозможно, чтобы легко-запугиваемая Шихору отбила атаку. Но это ей было не нужно. — Уходи! — скоммандовала Мэри, вставая перед Шихору. Наклонив спину, она держала параллельно себе свой посох. Это был защитный навык Жреца: [Guard Stance * ]. Гоблин в пластинчатом доспехе замахнулся на нее своим мечом и Мэри выглядела так, будто она собирается парировать или блокировать. Но у нее не было возможности сделать это. Гоблин махнул мечом так низко, что ударил землю, но с достаточной силой, чтобы от удара полетела грязь. Мэри закрыла глаза, чтобы грязь не попала в них. Это произошло буквально за секунду. За секунду гоблин отпрыгнул и бросил что-то другой рукой. Нож. Метательный нож. Мэри пошатнулась, держась одной рукой за живот. Ее ударили. Метательный нож вошел глубоко. — Мэри! — закричал Харухиро. Не может быть… Не может быть, чтобы это произошло. Манато. Мэри умрет как Манато. Не может быть. Не думая, Харухиро рванул к гоблину. Он не знал, что делает, не знал, что собирается делать. Прежде чем он осознал, что делает, он подобрался достаточно близко к гоблину, чтобы быть почти лицом к лицу с ним. Меч шел прямо на него сверху слева. Он намеренно атаковал по диагонали, чтобы Харухиро не смог увернуться. Что он будет делать? Он продолжал бежать. Добраться до него быстрее, чем меч доберется до него. Может, я умру, подумал он. Но он не умер. Харухиро толкнул гоблина в пластинчатом доспехе. Он пока не умер. Его лицо больно врезалось в шлем, но Харухиро это не волновало. Он боролся с ним на земле. Бронированный гоблин сказал что-то, но это было не на человеческом языке, поэтому Харухиро не понял. Его меч. Он должен сосредоточиться на его оружии. Харухиро отчаянно схватил правую руку гоблина своей левой; гоблин ударил его в челюсть свободной рукой, один раз, снова и снова. У Харухиро закружилась голова, и он почувствовал, как его сознание собирается улететь прочь. Не улетай! Не улетай! Не улетай, ты же не птица! говорил он себе. Харухиро сменил хват на кинжале. Гоблин в пластинчатом доспехе закричал что-то похожее на «Остановись! Остановись!» Да, точно… будто бы я остановлюсь. Будто бы это вообще возможно. Подумал Харухиро. Шлем гоблина полностью защищал его голову, кроме глаз. Вот куда целился Харухиро, намереваясь выколоть его глаза своим клинком, но гоблин схватил кинжал Харухиро свободной рукой, остановив его недалеко от цели. Обе их руки дрожали на кинжале. Чуть-чуть… еще чуть-чуть и его кинжал достигнет щели. Но даже так, это было большое расстояние. — Ублюдок! Черт, черт, черт! Почему ты, черт возьми, такой сильный?! — Харухиро проклинал его снова и снова. — Харухиро! — голос принадлежал Могзо, и за ним последовал стук шагов. Могзо бежал к нему. Не глядя для подтверждения, Харухиро спрыгнул с гоблина в пластинчатом доспехе. Могзо издал яростный боевой клич и поднял полуторный меч так высоко над головой, что его тело прогнулось назад. Затем он резко опустил меч вниз; так же резко, как разгибается пружина, сжатая слишком сильно. Полученный звук столкновения был настолько тяжелым, что дошел до живота Харухиро, и Харухиро еще раз удивился силе Могзо. Его полуторный меч отсек голову гоблина в латном доспехе от тела. Конечно, он был целиком и полностью мертвым. — Мы… сделали это? — слабо прошептал Ранта. Юме шлепнулась на землю. — Похоже… на то… — Не могу поверить в это, — произнесла Шихору. Могзо снова поднял меч, издавая победный клич в небо, но он тоже не мог поверить, что они на самом деле сделали это, поэтому крик был не столь свирепый, как это могло быть. — … простите, что прерываю, — сказала Мэри, поднимая руку, — Но могу ли я вылечить сначала себя? А то это, ах, больно. — Почему ты извиняешься? — улыбнулся Харухиро, прижимая руку к боку и с трудом держась, чтобы не застонать. Может лучше не трогать рану, но даже когда он убрал руку, она все еще ныла от боли. Из-за этого было сложно стоять, поэтому, наконец, он позволил себе присесть.- Мэри… — начал он. — Не обязательно сейчас, но… Моя рана адски болит. Прости, но не могла бы ты тоже меня вылечить?

↑ Исцеление

↑ Ответный удар

↑ Защитная стойка

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 22: Наши тебе подношения

Я всегда задавался вопросом, что я должен сказать, когда придет время… По каким-то причинам, ощущалось, что они вместе уже долгое время, хотя оно было не таким уж и долгим. Нет, не долгим. На самом деле, можно сказать, коротким. Слишком коротким. Чувствую, будто знал тебя… но на самом деле, я не слишком хорошо знал тебя. Однажды Харухиро подумал, что Манато хороший, к нему легко подойти, и он умный. Он был тем, кто что-то делал, лидером, который вел за собой. Возможно, безупречный человек. Но только поэтому Харухиро не замечал его недостатков. Или может потому, что он скрывал их; но если бы их время, проведенное вместе, было подольше, наверно, Харухиро бы увидел в нем другую сторону. Он хотел знать. Харухиро хотел узнать его настоящего. Он хотел еще немного времени. Если бы у них было побольше часов, тогда он уверен, было бы больше опыта. Может, они бы злились друг на друга, или даже подрались бы. Может быть, даже возненавидели друг друга. Или может их дружба вместо этого усилилась бы. Однажды, внезапно, Шихору могла бы признаться в своих чувствах. И что тогда? Харухиро не хотел верить, что чувства живых не достигают умерших. Он не хотел думать, что все, что он сейчас говорит, бессмысленно. Но чем больше он думал об этом, тем крепче становился узел в его груди. Когда она закрыл глаза, он увидел образ друга из прошлых дней. Он был неподвижен; был поглощен беспощадным — милостивым? — пламенем. Представляется только пепел и кости. Только эта картина пришла в голову. Для Харухиро уже было понятно, что Манато лежит под тенью этого надгробия, стоящего на фоне заходящего солнца. — Мы стали членами Кримсон Мун, — наконец сказал Харухиро. Над надгробием, где был изображен месяц и выгравировано имя, он поднял эмблему, напоминающую серебряную монету. Ранта, Могзо, Юме и Шихору, тоже показали свои эмблемы Кримсон Мун тому, кого больше с ними не было. Мэри стояла неподалеку, опустив взгляд и прижав руки к груди. — На самом деле, накопление денег не заняло много времени, — продолжил Харухиро, сильнее сжав свою эмблему. — Но у нас были кое-какие дополнительная дела, которые мы решили сделать в первую очередь. Ранта усмехнулся. — Вообще-то, меня не волнует. Это вы, ребята, решили это. — Глупый Ранта, — сказала Юме и ущипнула его за руку. — Почему тебе всегда надо быть махалом, в такое время? Это заставляет людей ненавидеть тебя. — Потому что я удивителен. Я — Рыцарь Страха, и меня не волнует, что думают люди. — Мм, Юме, — Шихору легонько подергала Юме за плащ. — Нахал, а не махал… нет смысла называть его махалом… — Правда? — ошеломленно ответила Юме, — Юме всегда слышалось махал… — Эмм… — прервал их Могзо и посмотрел на Шихору. — Не могли бы мы продолжить… ты знаешь? Шихору шагнула вперед по направлению к надгробию и присела. Она полезла в карман и достала монетовидную эмблему. Она поколебалась, затем поднесла эмблему к выгравированному месяцу, будто бы желая вставить ее туда. — Стой, Шихору, не сюда, — быстро сказал Харухиро. Шихору повернула голову, ее лицо покраснело. — П-простите! Эм, я подумала, что это хорошее место, но… — Ну, в смысле, все в порядке… но, наверно, он не будет держаться. Форма совершенно другая… — …А, т-точно. Ты прав. П-простите. Я не просто толстая, я еще иногда и пустоголовая… Что если вот так? — Шихору положила эмблему на землю, рядом с надгробием. — … Манато, — сказала Шихору. — Это твой контракт. Мы выкупили его на те деньги, которые ты оставил, и все немного вложились. Мэри тоже вложилась. Пожалуйста… прими его. Если бы Манато услышал, вероятно, он бы засмеялся и сказал, «Ребята, вам не нужно было этого делать». Вероятно, он бы сказал, «Это пустая трата денег, вам лучше использовать их для покупки оружия или доспехов. Деньги не нужны там, где я сейчас, но нужны, там где вы». Может быть, это прозвучало бы круто и собрано, как у него обычно получалось. Но не зависимо от того, что бы он им сказал, они бы не слушали. В конце концов, мы даже не можем услышать тебя сейчас, Манато. Если ты хочешь, чтобы мы услышали тебя, то скажи что-нибудь что мы можем услышать… Позволь услышать твой голос снова… Но Харухиро знал, что это невозможно. И если они умрут, что с ними станет? Они попадут в нечто вроде рая? Они встретят там Манато? Он не знал. Невозможно было узнать. Если они умрут… но Харухиро не хотел заходить так далеко, чтобы снова поговорить с Манато. Граница между жизнью и смертью была широкой, глубокой и быстрой рекой. Однажды перейдя реку, не важно, что потом случится, пути назад не будет. Это был билет в один конец. В версии с изображениями тут находится картинка. Больше не было слез. Но Харухиро чувствовал, что задержится тут еще немного, поэтому он сел на траву и прижал колени к груди. Шихору положила руку на надгробие, ее плечи дрожали. Юме присела рядом с Шихору, обняла ее, нежно гладя по голове. Ранта, обе руки которого были на бедрах, смотрел на небо. Могзо глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Мэри держала волосы против ветра, ее взгляд был устремлен вдаль. — Мы действительно стали хорошей командой, — прошептал Харухиро; прошептал другу, который никогда не вернется к ним, прошептал, смотря в сторону города. Колокола прозвонили 6 часов вечера. Прямо на горизонте висел полумесяц багрового цвета. Именно… почему луна здесь красная? … «Здесь»? Он повернулся в сторону башни. Башня, устремленная ввысь, казалось, смотрела на них сверху вниз. Башня. Эта башня. В ней было что-то странное. Харухиро чувствовал, что будто что-то забыл. Они прибыли сюда и вступили в Кримсон Мун, но что было до этого? Где они были и что они делали? Он не знал. Он не мог вспомнить. И не только Харухиро; это было одинаково для всех. Прежде чем они поняли это, они оказались тут. Где находится это место? Он вспомнил тьму. Тьма? Но он не мог быть уверенным. Где это было? Башня. Башня. Нужно что-то сделать с этой башней. Но что? Он не знал. Чем больше он думал об этом, тем больше запутывался. Всякий раз, когда он пытался ухватить воспоминание, оно исчезало. Манато… Что мы тут делаем? Для какой цели? Без сомнения, его наполняло одиночество. Даже сейчас, казалось, ответы не придут.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 23: Пролог

Прозвонил колокол, ознаменовав наступление 6 часов вечера. Когда эхо от седьмого звона растворилось в городе, вечер опустился на Алтану. Это был последний звон дня, потому что колокола звонят только с 6 утра до 6 вечера. Множество рабочих считали колокол очень полезным, так как их рабочий день начинается рано утром и заканчивается с ужином и выпивкой, многие другие использовали его как сигнал для закрытия магазина. В то же время, для продовольственных прилавков он отмечал горячее время, и в тавернах возвещал о притоке посетителей. Для таверны Шерри время с 6 часов и до самой ночи было лучшим для бизнеса; приходило множество членов Кримсон Мун, в поисках поднятия настроения перед следующим рабочим днем. Однако сегодня, народу в таверне было больше, чем обычно. Присутствовали не только члены Кримсон Мун; пожилые ремесленники, молодые подмастерья, дородные торговцы, очаровательные продавщицы, и даже солдаты из постоянной войск виднелись тут и там. Куда бы ни смотрел Харухиро, везде было полно людей, и даже просторный второй этаж был забит. И, естественно, все стулья были заняты, поэтому многие стояли — не только на первом и втором этаже, но и на ступеньках. Сегодня все ринулись в таверну Шерри, услышав кое-какой слух. Обычно, хорошо-известные члены Кримсон Мун упоминаются по клану, к которому они принадлежат. Мужчина из клана такого-то или женщина из клана такого-то. Хоть люди и были основной расой в Алтане и прилегающем районе, еще одна раса отважилась захватить человеческую территорию, тем более были еще и другие недружелюбные расы и монстры. Часто, они опирались на численное преимущество, чтобы убить всех людей, с которыми столкнутся. Таким образом, кланы родились из необходимости, и если цель заключается в достижении определенных военных целей, то лучше присоединиться к одному из них. На самом деле, правильнее будет сказать, что обязательно нужно присоединиться; необходимая мера. Вопреки этому, была группа, сражающаяся вне клана все время. Четверо из них были членами Кримсон Мун, одна была эльфом. Один из членов Кримсон Мун, Пинго, был Некромантом, и если считать Зенмаи, человекоподобное существо, которое создал Пинго, то их группа состояла из шести человек. Они считались лучшими из лучших, и их репутация в Алтане, всегда предшествовала им. Они были единственными членами Кримсон Мун, которых пригласил к себе на обед Граф Алтаны, Герран Ведой. И они даже отказались приходить. — Сома, сейчас самое время, как думаешь? По настоянию сладострастной женщины, Сома поднялся с места. Это само по себе вызвало тишину в только что шумной таверне. Конечно, этого и следовало ожидать. В конце концов, все были здесь, чтобы послушать объявление, которое он собирался сделать. Какой смысл, если они не смогут его услышать? В любом случае, сегодня был исторический день. Сегодня был день, в который Сома, вопреки всем ожиданиям, собирался создать клан. Слухи гласили, что он собирался набрать рекрутов. Но были ли слухи правдивыми? Может быть, они были ничем, кроме как безосновательным перешептыванием. Многие так и думали, но Сома действительно показался в таверне, и он был всего в нескольких шагах от объявления всем собравшимся. — Шима, — сказал Сома. — Да, — роскошная женщина улыбнулась ему и слегка кивнула. Сома повернулся к мужчине с дредами. — Кемури. — Тут, — ответил мужчина с дредами, названный Кемури, лениво сгибая шею налево и направо. Сома встретил взгляд мужчины, похожего на ребенка. — Пинго. — Ммм… — взгляд Пинго был устремлен в землю и он издал долгий вздох. — Я не люблю такие вещи. — Понятно. — Уголки рта Сомы немного упали, прежде чем он повернулся к существу с грозной маской. — Зенмаи. Умышленно медленно, Зенмаи один раз кивнул. Глаза Сомы перешли к последнему члену группы, эльфу. — Лилия. — Да, Сома, — Лилия ответила на его взгляд своими пронзительными сапфировыми глазами. Сома, добравшись до себя, глубоко вздохнул и беззвучно произнес последнее имя. — Нино. Ее больше не было с ними. Она была их Жрецом, и когда они ее потеряли, Кемури сменил класс с Воина на Паладина; Шима покинула гильдию Воров, отправилась в убежище эльфов в Лесу Теней, и стала Шаманом; Лилия присоединилась к ним примерно в то же время. С самой смерти Нино, Сома искал способ вернуть ее, но так ничего и не нашел. Он подозревал, что где-то в упокоении Бессмертного Короля должны быть улики, глубоко в том месте, где раньше было Королевство Ишмаель, но никто точно этого не знал. Средство, чтобы вернуть мертвых не могло существовать в этом мире. Этот мир. Что это за мир? Откуда они все пришли и как попали сюда? Как нелепый мир, где сияет багровая луна, где монстры составляют обычную часть жизни, звери ходят, где им вздумается, может быть реальным? Однажды, Кемури тихо прокомментировал это, «Это будто бы какая-то видео-игра…» и Сома ответил, «Да, точно». Или они тогда так думали, но спустя какое-то время, они уже забыли, о чем говорили. Что это за вещь, ‘видео-игра’? Чувство беспокойства постепенно угасло, а иногда почти забывалось, но никогда полностью не оставляло Сому. Даже сейчас, оно оставалось высечено в его сердце. Что если этот мир — не настоящий, но некая сложная мимикрия? Своего рода двойник? Предполагая то, что Сома и остальные пришли из реального мира, что же тогда случилось с Нино, которая умерла в этом мире? Возможно ли то, что Нино просто вернулась в реальный мир? Быть может, она все еще жива? Это было возможно, да, но не более. Тем не менее, до тех пор, пока существует такая возможность… до тех пор, пока она не равняется нулю… Сома открыл глаза. — Мы решили сформировать клан. — Эти слова сами по себе вызвали переполох в таверне. — Наша цель — вторгнуться в бывшее Королевство Ишмаель, обитель нежити. Хоть он и не пытался говорить громко, его слова разнеслись по всей комнате. Его одинокий голос был глубоким и угрожающим; легко запугиваемые монстры поджали бы свои хвосты между ног. Монстры, которые могли стоять перед Сомой, наверняка были сильнейшими. — Мы получили информацию о том, что Бессмертный Король подает признаки возвращения бессмертия. Мы собираемся проверить информацию, и если Бессмертный Король действительно вернулся, мы еще раз уничтожим его без колебаний. Конечно, мы не ожидаем, что все будет просто, но мы найдем способ. Нам нужна сила. Сила в количестве. Сила куда большая нас шестерых. В таверне все члены Кримсон Мун начали одновременно разговаривать, в то время обычные жители зааплодировали и засвистели. Громовой рев хлопков, подбадривания и крики угрожали разорвать воздух. Но все, что сказал Сома, было наполовину ложью. Естественно, он собирался раскрыть свои мотивы надежным людям, но в свое время. — Пожалуйста, одолжите нам свою силу! — произнес Сома. — Те, кто хочет стать одним из нас, пожалуйста, присоединяйтесь к нам! — Скажите название! Как называется ваш клан?! — прокричал кто-то. Сома кивнул. — С этого момента, мы будем известны как Дэйбрейкерс * ! Те, кто доблестен, мудр, благороден сердцем, достоин и решителен, присоединяйтесь к нам! Не бойтесь смерти; бросьте ей вызов! Мы приветствуем всех, кто осмелится искать жизнь! В диком вихре азарта, разгоревшегося в таверне, Сома внутренне прошептал: — Нино… Я разгадаю тайны этого мира и затем, наверно, придет день, когда мы снова встретимся… Харухиро не мог знать, как пересекутся их судьбы, и что ждет их в конце. В версии с изображениями тут находится картинка.

↑ Воины света

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие автора

Dragon Quest, Wizardry, Final Fantasy, Megami Tensei, Metal Max, Romancing Saga, Breath of Fire, Live a Live, Chrono Trigger, Arc the Lad, Tactics Ogre, Gensou Suikoden, Tales of Phantasia, Wild Arms, Final Fantasy Tactics, Star Ocean, Mary’s Atelier (серия Atelier), SaGa Frontier, Xenogears, и многие другие ролевые игры для домашних консолей всегда были моими спасителями. Я никогда не был хорош в шутерах, спортивных играх, файтингах или каких-либо других экшенах, поэтому я никогда не уходил в них, но ролевые игры были чем-то, что привлекало мое внимание. И хотя аспект одиночной игры в виде медленного, но верного продвижения моего персонажа не был единственным, что мне нравилось, я думаю, что это один из важнейших аспектов жанра. Даже по сей день, я не тот человек, у которого очень много друзей. Может даже лучше сказать, что у меня есть только несколько. Конечно, это далеко от того, чтобы совсем не иметь друзей, но я не из тех, кто держится в толпе или волнуется о чем-то с другими людьми. Это то, что я хотел бы делать, но я в этом не слишком хорош. Первые игры DragonQuest и FinalFantasy появились у меня, когда я был еще ребенком. Все играли в них, и мои одноклассники каждый день спрашивали друг друга «Как далеко вы, ребята, прошли?» или «Какой у вас сейчас уровень?» Я никогда толком не участвовал в этих разговорах. Что я делал, так это жертвовал своими часами сна, чтобы играть, чтобы добраться дальше других. Когда кто-то хвастался «Я добрался до этого места», я про себя говорил «Ты дошел только до туда? Это ерунда. Я прошел дальше тебя» и тайно улыбался. Другими словами, я был крайне анти-социальным придурком. Но для таких людей, становиться героями истории, отправляться в великое приключение со всем хорошим и плохим, чтобы стать сильным и спасти мир… ролевые игры действительно спасали меня. Затем, для одиночных затворнических игроков как мы, настал поворотный момент: Онлайновые РПГ. Diablo, Ultima Online, EverQuest, Dark Age of' Camelot… Все они были американскими играми, но в Японии тоже были Dark Eyes и Life Strom. Через интернет, мы могли создать команду с кем угодно и откуда угодно, и играть вместе. Конечно, идея присоединиться к кому-то для ролевой игры уже использовалась в настольных РПГ, но для таких как я, кто плохо сходился с другими людьми, преграда была слишком высокой. Но с онлайновыми играми, не нужно встречаться с людьми. Я могу играть с людьми даже за пределами Японии, если я знаю несколько английских фраз. Я был полностью загипнотизирован. Конечно, игровая среда интернета была не столько высоко развита, как сегодня. Не было оптоволоконных соединений, не было ADSL… у всех были модемы, так что всякий раз, когда я играл, никакие телефонные звонки не могли пройти. «Неограниченное время разговоров» было с поздней ночи и до раннего утра, когда ты звонил нескольким людям и разговаривал сколько угодно, за определенную плату. Я использовал каждую секунду этого времени, чтобы играть онлайн. Были даже времена, когда я продолжал играть после «Неограниченного времени разговоров», и мой телефонный счет за месяц становился феноменально огромным. В это время, онлайн РПГ были моей реальностью. Другое время, как еда и сон, я использовал, чтобы думать об играх. Во мне закипала кровь, сердце стучало от мира онлайновых РПГ каждую ночь, и я возвращался к обыденной жизни реального мира утром. Я жил в мире игр, и игры сохраняли меня живым. Иногда меня спрашивают, почему я стал автором, и я должен признать, что по большей части это были игры. Если бы я никогда не познакомился с ролевыми играми, я определенно никогда бы не стал автором. В частности, если бы не было того периода жизни, когда я был поглощен онлайновыми РПГ, моей дебютной работы Bara no Maria (Kadokawa Sneaker Bunko) не было бы. То же самое относится и к этой новелле. Кроме того, если бы я не прочел работу Мизуно Рю Lodoss Shima no Senki (Летопись войн острова Лодосс) и Матсуямы Бенни Tonari Awase Hai to Seishun, даже если бы я стал автором, я, наверно, не был бы в состоянии написать этот тип новеллы. На название Hai to Gensou no Grimgal меня вдохновило Tonari Awase Hai to Seishun, и название раннего проекта Bara no Maria было Bara no Maria Senki. Я зашел так далеко, ведомый моим воображением — или, наверно, дикой фантазией — от ролевых игр, включающих в себя онлайн РПГ и лайт новеллы, основанные на них. Это был очень долгий путь через огромное множество РПГ, и больше у меня нет страсти к играм. Но даже в этом случае, меня всегда возбуждает, когда я сталкиваюсь с играми, которые возвращают старые воспоминания. Я написал этот роман, размышляя о моем времени с ролевыми играми, и я без сомнения верю, что впереди, на другой стороне, ждет неизвестный мир. Если у меня по-прежнему будет возможность, я буду продолжать писать романы, которые вернут меня обратно в те времена. Я хотел бы поблагодарить от всей души моего редактора К-сана за возможность написать этот роман, Ширай Эйри за прозрачные, просторные, современные, милые, крутые и замечательные иллюстрации, художника, который превратил эту новеллу в совершенную книгу, издателя, всех дистрибьюторов и людей, вовлеченных в процесс распространения, а также всех читателей, которые держат в руках эту книгу. С любовью и надеждой, что мы снова встретимся, на сегодня я кладу свою ручку. – Дзюмондзи Ао

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1: Другой уровень

Это произошло тогда, когда Харухиро и остальные гуляли, закончив продавать свой дневной лут, и делили их заработок, небрежно обсуждая, что они будут делать дальше. Громкий, неистовый лязг эхом разнесся по рынку Алтаны. — Это же… — Харухиро свел брови. — Шестичасовой колокол? Но он прозвучал 7 раз, и очень безумно… — Что?! Что?! Что происходит?! — неряшливые волосы Ранты колыхались вперед и назад, когда он вертел головой по сторонам. — Мм? — Юме быстро заморгала, потянув свои волосы, заплетенные в две косы. — Что происходит? Шихору придвинулась поближе к Юме. — Звучит как… чрезвычайное положение? Могзо суетливо поскреб шлем сзади, выражая тревогу. — Не может быть… — Мэри слегка наклонилась вперед, ее глаза сузились в щелки. — Нападение врага? — А? — Харухиро наклонил голову. Он понимал значение этих слов, но он понятия не имел, что она имеет в виду. — Нападение врага? Чей-то крик пронзил воздух, доносясь откуда-то. Он звучал далеко. Ноздри Ранты раздулись. — Эй! Эй! Эй! — крикнул он. — Ваа! Ваа! Ваа! Почему он ведет себя так впечатлительно? Потому что он идиот? — Мэри, что ты подразумеваешь под ‘врагом’? — спросил Харухиро. Ответ оказался коротким: — Наверно орки. Орки? удивился он незнакомому слову. — Бежим! — закричал кто-то. — Орки! — послышался другой крик. — Это орки! — Здесь орки! — К нам вторглись! — О? — Юме положила указательный палец на подбородок. — Я не знала, что орги могут вторгаться. Цуккоми-Харухиро ответил: — Нет, не орги, ОРКИ! Все люди на рынке внезапно превратились в плотный поток тел, который в одно мгновение поглотил Харухиро и остальных. Волна паники покупателей охватила его, и он обнаружил, что невозможно двигаться против огромной силы, толкающей его в спину. — Какого..! — Ранта попытался бороться с толпой, но он тоже понял, что сопротивляться бесполезно. — Какого черта! — Воа! — казалось, глаза Могзо бешено закрутились в глазницах. Так как Могзо был большим, ему сильно доставалось от локтей и колен. — М-моя шляпа! — закричала Шихору. Ее шляпа мага слетела с головы. Харухиро вытянул руку и довольно ловко ухватил ее. Затем все пошло наперекосяк. Толкаемый народом за ним, он быстро оказался отделен от остальных. — Хару! — крикнула Юме. — ХАРУ! — послышался голос Мэри. Сейчас он мог видеть только край головы Могзо, да и то чуть-чуть. Но пытаться вернуться назад было невозможно. — Р-ребята! — Харухиро отчаянно махнул рукой, но эта идея оказалась плохой. Он потерял из виду даже Могзо. — Берегите себя! Хоть он и сказал им это, Харухиро понял, что ему самому нужно быть аккуратнее, чем остальным. Если он неосторожно попытается пробиться через толпу, то его затопчут. Он даже может умереть. Умереть таким образом… нет, точно нет. На данный момент у него нет другого выбора, кроме как подчиниться толпе и мчаться вперед. Нападение… или так сказала Мэри. Нападение врага? Орки. Что за орки? Харухиро почувствовал, что раньше где-то слышал это слово. Не важно, чем были эти орки, но это наверняка не обычный случай для Алтаны. Вторжение. Значит, их атаковали? Алтана подверглась нападению орков или что? И все просто убегают? Но куда? Это город; у всех тут свой дом. Алтана окружена высокой, толстой защитной стеной, что означает, что тут безопасно. Наверно. Скорее всего. Или так думал Харухиро. Самое безопасное место здесь, даже под атакой. Означает ли это… возможно ли… … что все действительно плохо? Столы торговцев, выстроившиеся вдоль улицы, оказались перевернуты, товары разбросаны и потеряны под волной ног. Какая растрата, подумал Харухиро. У некоторых киосков были разбиты рамы, а другие и вовсе снесены. Наверно, их владельцы очень разозлятся… Стоп, сейчас не время думать о таких вещах! Вопль раздался со стороны, куда все направлялись: — Они здесь! Враги здесь! Бежим! БЕЖИМ! Другой путь! Бежим! Внезапно, волна людей начала двигаться в противоположном направлении. Но резко развернуться было невозможно; люди спереди развернулись, в то время как люди сзади продолжали двигаться вперед. И Харухиро был настолько неудачлив, что оказался как раз в центре этого изменения. Он оказался зажатым, неспособным двигаться. — Не могу… не могу дышать! Хватит толкаться! — прохрипел он. Его собирались давить до смерти. Умереть так… вы должно быть шутите! Каким-то образом, Харухиро проталкивался и уклонялся через массу людей, пока не добрался до стоящего торгового киоска. Он пролез под черный занавес, который служил входом. — Аргх, воняет… — его нос восстал от зловония. И не только запах был странным; объекты, выстроившиеся на прилавке и полках, были странными: набитые чучела животных, останки животных, кости, клыки, перья и даже аксессуары, сделанные из вышеупомянутого. — Сюда… Внезапный голос заставил Харухиро подпрыгнуть на месте и вскрикнуть. Когда он посмотрел, то увидел морщинистую старушку, одетую в черное, манящую его из-за прилавка. Для Харухиро было очевидно, что она очень подозрительна. — Иди сюда! — старушка скомандовала с упреком, когда Харухиро не смог сразу ответить. Харухиро робко побрел вперед. — Эмм, это ваш магазин, мэм? — Как грубо! Я не старая мэм! Зови меня юной мисс! — Эм… мисс… — начал поправлять себя Харухиро. Старушка улыбнулась. — Продолжай… — Но вы не… в смысле, вы не выглядите… — Эй, если собираешься играть цуккоми, то не делай это в пол силы! Это потому что боке — женщина — чертовски подозрительна, подумал Харухиро, но ничего не сказал. Старушка пожала плечами. — Я Мадам Бааба. — Мэм — это сокращение от мадам! — ответил Харухиро. Старушка хмыкнула: — Это больше похоже на цуккоми. — … Спасибо. Наверно. — Не будь со мной саркастичным, парень! — она остановилась. — Неважно. Давай начнем сначала. Меня зовут Мадам Бааба, заклинатель, и, как видишь, владелец этого магического магазина. Ты член запасных сил? — Да, что насчет этого? — ответил Харухиро, изо всех сил стараясь выглянуть наружу и не дышать через нос. Занавеска закрывала вид на то, что происходит снаружи. Однако, Харухиро мог слышать значительный шум, исходивший оттуда. Нападение все еще продолжалось, или похоже на то. — Вторжение? Серьезно? — прошептал он про себя. — Орки? О, да. Это происходило однажды, — заметила Мадам Бааба. — Должно быть ты новичок, не так ли? — Наверно, — сказал Харухиро. — Я не так долго работаю в Кримсон Мун. — Так и думала. Ты девственник? — Что?! — Глупый мальчик. Я не говорю о том, делал ли ты это или нет с девушкой! Под девственниками, солдаты запасных сил подразумевают тех, кто еще не убил орка. Не говори мне… что ты двойной девственник?! — Одиночный, двойной, тройной, КАКАЯ РАЗНИЦА?! — Ни грамма амбиций! — Мадам Бааба указала на него пальцем. — Ты мужчина, не так ли? Юноша, правильно? Ты хочешь убить орка и спать с девушками, так ведь? Что собираешься делать без стимула?! — И что? Такое большое дело?! — Идиот! — крикнула Мадам Бааба, сплюнув. Казалось, она собирается накричать на него, но занавеска внезапно открылась. Харухиро моргнул, удивляясь вошедшему. Это оказался не кто-то, это скорее что-то. Не человек. В конце концов, у него была зеленая кожа. Он был огромен. Не в рост, а в ширь. Грудь-бочка, нос, выглядящий так, словно его разбили; заостренные уши, клыки, похожие на кабаньи, торчащие из уголков широкого рта и кроваво-красные волосы. Он носил доспехи и держал саблю. Как только Харухиро подумал, что это такое, Мадам Бааба прокричала: — ООООООРК! — она держала в руках что-то похожее на трость. — Он в моем магазине! Мальчик-солдат, твой шанс потерять свою девственность! Схвати его! — Я-я?! — запнулся Харухиро, пока пытался достать свой кинжал; он не мог ухватиться за него. — Н-ни за что! Я один, и мой класс — Вор! — И что?! Я старушка! Выпрями спину, Вор! — ругала его Мадам Бааба, грубо толкнув Харухиро в спину. — В-воа! — он чуть не упал прямо на лицо. Она довольно сильная для старушки. Орк подходил ближе, и Харухиро обнаружил, что у него серьезные проблемы. Он сделал выпад, замахнулся и ударил мечом, крича на языке, который Харухиро не мог понять. — Какого...! Ни за что! — он отразил удар и увернулся от атак, но вскоре уперся спиной в прилавок. — Что ты делаешь?! — Мадам Бааба завизжала на него. — Вы меня спрашиваете?! — Харухиро перебросился через прилавок и попытался оббежать его. — ОШУУ БАГДА!!! — погнавшись, прокричал орк, прыгая туда и сюда. Выхода нет. Харухиро умрет. Его убьют. Он дико крикнул, хватая разные предметы в пределах досягаемости и бросая в орка. Но даже если он попадал, орк вел себя так, будто бы ничего не чувствовал. Ни за что! Ни за что, ни за что, НИ ЗА ЧТО! Не хватало слов, чтобы выразить, как все плохо. Харухиро выпрыгнул из магазина через занавеску. — Он… не преследует меня? — прошептал про себя Харухиро. Но не успели эти слова сорваться с его уст, как Мадам Бааба крикнула: — Мальчик-солдат! Как ты мог оставить старушку умирать?! О, как бесчеловечно! — И что вы от меня ожидаете…? — пробормотал Харухиро. Вдали он увидел очертания других орков. В конце концов, решил он, это вторжение, конечно тут будет больше одного орка. Куча. Плохо. Очень плохо. Невероятно плохо. Он должен бежать. Спрятаться где-то, может быть, пока не придут люди, которые могут справиться с орками. Не похоже, чтобы Мадам Бааба была другом или кем-то еще. Она была совершенно чужой. Он не обязан ей помогать. И не похоже, что он мог бы помочь, даже если бы хотел. — У меня нет выбора… Он сделал глубокий вдох… и рывком снова открыл занавес магазина. Черт! Что я делаю?! Не должен ли он убежать? Он все еще хотел. Его желание убежать было почти непреодолимым. Но если он бросит ее, даже если она незнакомка, он знал, что никогда не будет спать спокойно. Поэтому у него не было выбора. И не просто потому, что это будет преследовать его всю жизнь, а потому, что эта единственная вещь, которую мог бы сделать порядочный человек. Орк опустил меч на Мадам Баабу. Она заблокировала его тростью, и от такой силы она, кряхтя, почти опустилась на колени, а ее лицо стало ярко-красным от усилия оставаться на ногах. Хорошо, что трость оказалась такой крепкой, но хоть она и остановила атаку орка, это было близко. Не время восхищаться; положение становится более отчаянным. Харухиро выхватил кинжал и нацелился на спину орка. — [Backstab] * ! Однако лезвие соскользнуло и отразилось от доспеха орка. Он повернулся к Харухиро и прокричал: — ГАШУУ ХА! — Мальчик-солдат! — глаза Мадам Баабы заблестели. — Кажется, я влюбилась! — Серьезно, не нужно! — сорвался Харухиро, повернувшись спиной к орку. — Сюда! Или… забудьте! К сожалению, внимание орка теперь переключилось с Мадам Баабы на Харухиро. Нужно было остановить себя… подумал Харухиро. Нужно было бежать, пока был шанс… Но теперь поздно сожалеть об этом. — ХАШУУ ХАШУУ ХАШУУ! — кричал орк, погнавшись за Харухиро из магазина. Харухиро бежал, пока его дыхание не потяжелело и стало неровным. Его доспех был легким, и он бежал как мог, и все же орк, носящий тяжелый доспех, с легкостью преследовал его. Он не мог увеличить дистанцию между ними. — Страшно… — пробормотал он, свернув на маленькую улочку. Пытаясь ускользнуть от орка, он втиснулся между узкими рядами стендов, стоящих у него на пути. Но орк находился прямо позади него, клацая броней, преследуя Харухиро шаг за шагом. Харухиро хотел сдаться. Он хотел сказать орку. Простите, но не могли бы мы пересечь финишную черту прямо сейчас? Вас это устраивает? Он решил назвать следующий поворот финишной чертой. Харухиро потерпит до туда, и затем… наверно, уже не сможет продолжать. Он был на пределе, как морально, так и физически. Прости, но время отступать. Харухиро свернул за угол, наполовину споткнувшись о поворот, когда низкий, хриплый голос скомандовал: — Пригнись! Он рефлекторно подчинился и почувствовал, как что-то пронеслось над его головой. Меч. За углом кто-то ждал. Владелец хриплого голоса. Он взмахнул мечом по горизонтали, пролетевшим над головой Харухиро в паре сантиметров, и попал в орка. Орк издал удивленный булькающий звук, и Харухиро обернулся как раз в тот момент, когда голова орка слетела с плеч. Сереброволосый мужчина, убивший орка, повернулся спиной к Харухиро. Ренджи. Ренджи вступил в Кримсон Мун в тот же день, что и Харухиро, но выглядел совсем иначе. Поверх его стильного доспеха надет плащ с мехом по краям, в его руках был впечатляющий меч. С того момента, когда просто взглянул на него, Харухиро знал, что Ренджи был другим, но даже так, сложно поверить, что разница так велика. Всего один удар. Ренджи убил орка с одного удара. Разница слишком колоссальна. — Ты в порядке? — спросил Ренджи, на что Харухиро мог только механически кивнуть. Не круто. Совсем не круто. Почему я такой жалкий? Внезапно смутившись, Харухиро поспешил подняться на ноги, думая, что он хотя бы должен сказать ‘спасибо’, но не смог ничего сказать. — Ренджи, ты снова бесишь их! — раздался новый голос, принадлежавший человеку в великолепном доспехе с короткой стрижкой. Он указывал на другую сторону улицы. Это был Рон. Когда Харухиро посмотрел туда, куда тот указывает, он увидел как три орка идут прямо на них. — Джиру ми грам фел канон! — произнес Адача, Маг в очках с черной оправой, начертив символ элементаля кончиком своего посоха. Харухиро понятия не имел, какой это тип магии. Синеватый элементаль полетел к одному из орков и закрутился вокруг ног. Орк не споткнулся и не упал, но он больше не мог нормально идти. Двое других даже не моргнули в сторону своего выведенного из стоя товарища. Она продолжали подходить. Внезапно, длинная нога высунулась со стороны аллеи и попала по колену орка. Орк не мог уклониться, время удара было идеально рассчитано. Харухиро не был уверен, но это похоже на технику Воров, [Knees Shatter] * . Орк полетел вперед, тяжело закряхтев. Человек, который уложил его, был одет в яркие и броские цвета. Сасса, да… — Отлично! — сказал Рон, пока продвигался вперед к последнему. Рон не был маленьким по любым меркам; тем не менее, он все же выглядел ниже орка. Но не смотря на рост, серия атак Рона откинула орка назад. Тем временем орк, которого вырубила Сасса, начал подниматься на ноги, чтобы присоединиться к товарищам, хоть и казалось, что ему очень больно. Сасса не позволила ему это. Она встала прямо перед ним, блокируя путь. Ниже на метр, она казалась карликом, в сравнении его громадным телом. Девушка, одетая как Жрец и носившая короткий посох, тоже была в гуще событий, но она натолкнулась на Харухиро, словно маленький ребенок, пытающийся изо всех сил играть во взрослого. Что Чиби пытается сделать? Чиби пробормотала что-то и направила свой посох орка. Орк заорал на нее и взмахнул своим мечом в сторону ее посоха. — Чт..! — голос Харухиро застрял в горле. Выпад орка промахнулся, когда Чиби ударила не просто кончиком посоха, а взмахом по дуге. — Ях! — пискнула она. Используя импульс взмаха, она оказалась у орка за спиной и ударила его по пояснице. Это не прикончило орка, но привлекло его внимание. Орк остановился, и Чиби прыгнула назад, туда, где ждал Ренджи. Он погладил ее по голове своей большой рукой и сказал: — Отличная работа, Чиби. Чиби издала воркующий звук, ее лицо покраснело. В следующий миг, Ренджи воткнул лезвие своего тяжелого меча в плечо орка. Не имело значения, что орк носил доспех, выглядящий надежным, в конце концов это же Ренджи. Он выдернул меч и в то же время пнул орка в грудь с такой силой, что тот отлетел. Машущий орк, пытающийся удержаться от падения, был ничем для Ренджи. Он легко убил его, воткнув меч в основание горло и провернув. Вой раздался от орка, с которым сражался Рон; он был вынужден встать на колени под неустанными атаками Рона, и у него не будет никаких проблем, чтобы прикончить орка. С пронзительным криком, Рон обрушил невероятно быстрый град ударов на голову орка, и не останавливался, пока череп орка не открылся. Силный… и шумный, отметил Харухиро. В то время как Харухиро в страхе наблюдал за Роном, Ренджи двигался. Прямо сейчас, он подобрался к орку, которого ранее Адачи обездвижил магией, и то, как Ренджи маневрировал, напомнило Харухиро учителя Барбару из Гильдии Воров. Его движения были почти как у нее, скрытными и бесшумными. Харухиро поневоле оказался зачарован. Не говоря уже о том, как Ренджи держал свой меч. Он выглядел очень тяжелым, и когда Ренджи взмахивал и вращал им, казалось, что это продолжение его собственной руки. Он разрезал шею первого орка вместе с позвоночником, словно это не более чем лист бумаги. Харухиро считал это самым захватывающим. Как мог Ренджи резать что-то такое твердое, как кость, будто бы это ничто? — Это последний, — сказал Рон, постукивая себя мечом по плечу. Харухиро не двигался, он настолько изумился, и, может, поэтому он заметил то, что никто не смог. Может из-за того, что его глаза не смотрели только на одно место, и хоть он не пытался смотреть абсолютно на все, его взгляд на всю сцену был шире, чем у остальных. Что-то двигалось. На верху здания. Крыша. — Ренджи, над тобой! — крикнул Харухиро. Ренджи сразу же отпрыгнул назад. Если бы он промедлил хоть мгновение, то его бы разрезали. Что-то налетело на Ренджи с вершины здания. Судя по всему, это орк; однако, его волосы были белыми, с оттенком серебра. Как ни странно, у Ренджи тоже серебряные волосы. Это какой-то закон вселенной, подумал Харухиро. Серебряные волосы означают чертов психопат. Как и Ренджи, орк наверняка был чертовым психопатом. И не только размер. Его покрывал эбонитовый черный доспех, и плащ, накинутый на плечи, был в полоску как шкура тигра — или, наверно, это действительно была шкура тигра. Он был настолько броским, что ты не мог сказать ничего, кроме как гребаный чертов психопат. Каждый сантиметр его лица был в татуировках. Чертов психопат. Его взгляд. Чертовски безумный. Глаза желтого цвета. Свирепые и чертовски безумные. Его выражение лица было крайне собранным и спокойным, поэтому, наверно, он очень умен. Чертов психопат. И наконец, меч в его руках. Фиолетовый оттенок, заострен с одной стороны, толстый и длинный, лезвие острое как бритва, зазубрины на конце. Безумный, безумный до максимума. В добавок ко всему, когда этот безумный орк повернулся к Ренджи, больше 10 орков появилось на крышах окружающих зданий. Это казалось настолько безумным, что наверно эта одна из тех ситуация, в которых рвут в клочья. Орки начала спускаться с крыш, но остановились, когда одетый в тигриную шкуру босс-орк поднял левую руку. Он открыл рот и начал говорить: — Я… Что? Харухиро растерялся. Он только что сказал, ‘Я’? — … Ишх Догранн. Ты, что? Он говорил. Конечно, его речь была немного ломаной, но он разговаривал на языке людей. Уголки рта Ренджи слегка приподнялись. Он улыбался. Кажется, он всегда улыбался, но не было ли немного странно улыбаться в такой момент? — Меня зовут Ренджи. Собираешься драться со мной, Ишх Догранн? — ОНН ГАШУУ РАДДО! — остальные орки опустили свое оружие, когда скомандовал их босс, Ишх Догранн. Это значит, что он хочет сразиться один на один? — Никто не мешает, — низким голосом Ренджи отдал приказ своей группе. Неужели он действительно собирается сделать это? Драться один на один? Ренджи действительно серьезен? Похоже на то. Они схлестнулись. Харухиро не увидел, кто двинулся первым. Клинки встречались друг с другом, издавая серии громких звуков; летели искры, когда они скрещивали лезвия и наклонялись вперед, чтобы пересилить друг друга. Но они не просто давили, они также искусно переносили вес своих тел, из-за чего они могли пользоваться коленями. Если бы Харухиро стоял коленями к коленям с этими двумя, его бы нокаутировали с первого удара. Каждый из них хотел нарушить равновесие другого, но оба оставались на ногах. Они разделились на мгновение. Ишх Догранн целился в ногу Ренджи, но Ренджи прыгнул, чтобы избежать попадания, и ответил взмахом меча в сторону головы Ишх Догранна. Босс-орк блокировал его запястьем перчатки, резко пригнулся и… это был тигриный плащ. Он подбросил свой плащ в Ренджи. Такие движения полностью застали Харухиро врасплох, но не Ренджи. Он не паниковал, не издавал ни звука, он просто схватил плащ в воздухе и вонзил меч в орка. Ишх Догранн ,наверно, собирался застать Ренджи врасплох и заставить открыться. Когда план провалился, орк немного отступил и пригнулся в низкую стойку. — Хорошо. Человек. Ты хороший. Воин. — Конечно, — коротко ответил Ренджи, сокращая дистанцию между ними. Их клинки снова встретились. Хотя в этот раз Ренджи нападал. Руки Харухиро сжались в кулаки. Ренджи сможет. Он может выиграть. Убей его! Прикончи его! Или в это верил Харухиро. Или так казалось. Ренджи доминировал, сохраняя преимущество. Но в мгновение ока, меч Ишх Догранна глубоко порезал левую руку Ренджи. Что? Харухиро понятия не имел, как это произошло. Ренджи отодвинулся от орка, сгибая руку. Кровь обильно текла из ужасной раны рядом с локтем. Остальные из команды Ренджи ахнули и выкрикнули беспокойство, в то время как окружавшие их орки оживились. Ренджи опустил левую руку, продолжая сжимать меч правой. Кажется, он собирается продолжать одной рукой — не то, чтобы рана на его левой руке оставляла ему выбор. Наверно, эта рука сейчас бесполезна. Но меч Ренджи огромный и тяжелый. Он наверняка находился в невыгодном положении. Он сделал глубокий вдох… и улыбнулся. Несмотря на все это, он все еще улыбался. — Не плохо, — сказал он боссу-орку. Эта улыбка отличалась от той, что была раньше. Сейчас не просто приподнялись уголки его рта; его улыбка растянулась по всему лицу. Это заставило Харухиро содрогнуться. Страшно… этот Ренджи вселяет ужас, подумал он, и не в первый раз. Ренджи был таким с самого начала. Ренджи снова пошел в нападение. Ишх Догранн все еще держал клинок двумя руками, парируя однорукие атаки Ренджи. Удары Ренджи стали слабее, чем раньше, и если они столкнутся прямо сейчас, он проиграет силе босса-орка. Действительно, казалось, что орк близок к тому, чтобы выбить меч у Ренджи из рук, а Ренджи едва в состоянии держать меч в руках. Это оставляло его верхнюю часть тела, от груди до головы, полностью открытыми для атаки Чиби издала пронзительный визг, когда Ишх Догранн ударил задней частью бронированного кулака Ренджи по лицу. Перчатка, которую он носил, была сделана в основном из металла и пластины полностью покрывали его костяшки. Удар сломал нос Ренджи; удар такой силой заставил кровь политься буквально за секунду. Ренджи, все еще улыбаясь, снова пошел в атаку. Его атаки каждый раз блокировались или отражались, даже когда босс-орк обрушивал на него град контратак. Спустя некоторое время, Ренджи стал покрыт ранами. Хоть на нем был доспех, но не похоже, что он полностью защищал его с ног до головы. Ишх Догранн целился своими атаками в открытые области с хирургической точностью. Даже хуже: пугающий меч босса-орка способен полностью сорвать маленькие кусочки доспеха. — ОШУУ! ОШУУ! ОШУУ! — взволнованно скандировали орки-подчиненные, топча ногами землю. Ренджи продолжал атаковать, но Харухиро больше не мог стоять и смотреть. Только сила воли помогала Ренджи продолжать. Если так, то Ренджи, наверно, знал это, что если он перейдет в оборону, его мгновенно одолеют. У него не было другого выбора, кроме как нападать. — Рон! — Харухиро больше не мог молчать. — Вы не собираетесь помочь ему?! Вы собираетесь просто стоять?! Адачи! Чиби! Сасса! Ренджи умрет! — Если мы сделаем это… — сказала Сасса с бледным и вспотевшим лицом. Она заставила себя иронически улыбнуться. — Ренджи убьет нас после этого. Чиби что-то произнесла, а ее выражение лица было настолько яростным, будто бы она хотела написать свои чувства на лице. Харухиро на самом деле не думал, что она намекает на что-то, но он не был уверен. Ренджи атаковал снова и снова. Ишх Догранн отражал все с легкостью. Сцена не изменилась. Похоже, орк собирается выбить меч из рук Ренджи. Ренджи едва удерживает его в руках, в результате чего верхняя часть тела подвергается атаке. Это плохо. Ничего не менялось. Ренджи проиграет. Ишх Догрангг снова ударил Ренджи в лицо… только в этот раз, Ренджи ему не позволил. Ренджи сжал свой меч обеими руками и высоко поднял его. Босс-орк быстро отступил назад, чтобы увернуться от идущего удара. Но это невозможно. Этого не могло произойти. Левая рука Ренджи должна быть полностью бесполезной… но прямо на глазах Харухиро, он стоял, держа меч твердой двуручной хваткой. Ренджи испустил дикий, душераздирающий крик. Харухиро не думал, что Ишх Догранн отпрянет от этого, но на долю секунды, орк застыл на месте. Ренджи взмахнул мечом по диагонали, и его лезвие глубоко порезало плечо босса-орка. Затем он отпустил клинок и одним ударом кулака сбил Ишх Догранна с ног. Ренджи неустанно продолжал колотить босса-орка, но его гнев не был диким и бесцельным. Это методичное бешенство. Спорядком и тщательной точностью. В версии с изображениями тут находится картинка. Ишх Догранн больше не двигался. Тишина накрыла весь район, единственным звуком, раздававшимся на улице, были систематические удары Ренджи. Все оставались неподвижными, за исключением Ренджи. Он сцепил обе руки вместе, поднял их над головой и разбил ими то, что осталось от лица босса-орка. Ренджи глубоко вздохнул и согнул шею влево и вправо. — Неплохо. Совсем не плохо, Ишх Догранн. Я обязательно запомню твое имя. Рон фыркнул. — Ты сплошная неприятность, Ренджи. На очках Адачи появился блик света, когда он посмотрел на орков на крышах. Кажется, Сасса все еще неустойчиво стояла на ногах. Чиби поспешно рванула к Ренджи, но тот отмахнулся от нее, и поднял меч Ишха Догранна. Он направил его на орков. — Что? Хотите попробовать? Тогда спускайтесь! Я прикончу всех вас. Разве он не перегибает палку? подумал Харухиро. Но конечно, Харухиро ничего не мог с этим поделать. Если бы он не был все еще наполовину оцепеневшим, он, может быть, заметил бы, что это хорошая идея — пафосно говорить в такой ситуации. Один из орков махнул рукой. Некоторые издали фыркающие звуки, но замолчали, когда посмотрели на орка, валявшегося внизу. Затем они все ушли. — Я… — Харухиро с трудом взял себя в руки и удержался от того, чтобы осесть на землю. — Я спасен. Все это произошло прямо перед его глазами, но он все еще не мог в это поверить. Он посмотрел на Ренджи, отвел взгляд, затем снова посмотрел на него. Ренджи до смешного силен и почти невероятен. Сравнивая свою группу с группой Ренджи, слов «неполноценные» и «завидовать» будет достаточно. Ренджи силен. Слишком силен. Харухиро вздохнул и посмотрел себе на руки. Они были пусты. Он осмотрел район, но ее там не оказалось. Шляпа Шихору. Когда он потерял ее? Это не большое дело, но он все еще не мог вспомнить. Она потерялась. — … Что мне делать? — прошептал он про себя.

↑ Удар в спину

↑ Ломание колен

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2: Неумелый исполнитель

— …И вот примерно это произошло! Харухиро все еще не мог прийти в себя от произошедшего, даже когда он позже поведал всю историю своим товарищам. Ранта, Могзо, Шихору и Мэри сидели в углу задней части таверны Шерри, но там были не только они. Люди, пившие рядом, тоже слушали. Внимание заставляло Харухиро немного смущаться. Он прочистил горло и продолжил: — В любом случае, Команда Ренджи удивительна. И Ренджи сам по себе удивителен. Орк Ишх Догранн казался тоже очень сильным, и в середине боя я думал, что Ренджи проиграет. Но он не проиграл. Точнее, не совсем. Будто бы он притворился, чтобы одурачить орка. Даже я был полностью уверен, что он не может использовать левую руку — как и Ишх Догранн. — Ва! — Ранта запутался и растрепал свои уже неряшливые волосы. — Значит, ты говоришь, что его невыгодное положение было его тузом в рукаве? И он держал его в рукаве, пока не оказался в максимально невыгодном положении?! К черту! Гребаный показушник! Да пошел он! Я тоже так могу! Я могу выполнить это на все 100%! Юме холодно взглянула на него: — Значит, ты не против умереть, если облажаешься? — Я не облажаюсь! Я ни за что не облажаюсь! Это известный факт! Шихору, которой в конечном итоге пришлось покупать новую шляпу, тоже выглядела презрительной. — Почему ты так уверен? — Что? Эм.. Потому… — Ранта мгновенно замолчал. В конце концов, кажется, он ничего не смог придумать. Вместо этого он сказал: — Тупица! Мне не нужны какие-то дерьмовые причины! Я просто знаю! УВЕРЕННОСТЬ В СЕБЕ! Это все уверенность в себе! Мэри слегка вздохнула и поднесла к губам керамическую кружку. — Думаю, это правда. — Видите?! Мэри согласилась со мной! Вы, ребята, все дилетанты, а она — ветеран, поэтому она права, а вы — нет! Дилетанты! — Но чрезмерная уверенность в себе может стать губительной, — тихо добавила она, целенаправленно посмотрев на Ранту. — Ээ, — кажется, Ранта потерял дар речи, чтобы ответить. Мэри говорила правду. Она знает это лучше остальных. Трое из ее первоначальной группы так умерли. Из-за того, что поначалу все шло хорошо, они переоценили свои способности, и это привело к катастрофе. — Н-но все же, — произнес Могзо. Как обычно, его шлем лежал на столе рядом с ним. — Команда Ренджи действительно нечто. Мы все прибыли сюда одновременно, но они намного выше нас… После того, как Харухиро закончил ‘Легенду о Ренджи’, другие клиенты, окружавшие их стол, чтобы послушать, добродушно рассмеялись и похлопали Харухиро по плечу. — Работайте усерднее и доберетесь до них, Убийцы Гоблинов! — сказали они и пошли по своим делам. Ранта высунул язык и крикнул: — Отвалите. Не записывайте нас в лузеры! — Не беспокойся об этом, — сказала Юме, подперев подбородок обеими руками. — Юме думает, что мы прекрасно идем нашими темпами. — Ты имела в виду своим темпом, Юме, — Харухиро слегка поправил ее, кивая в согласии. — И я согласен. В смысле, сейчас, когда я сам увидел действия Ренджи, он, будто бы, сделан из другого теста. Мы не можем просто подражать ему, даже если попытаемся, и, честно говоря, не думаю, что мы даже должны обращать на него внимание… — Чтобы заставить себя… — начала Шихору, но быстро замолчала. Ее взгляд упал на пол, как будто она очень старалась удержать себя от высказывания того, что хотела. Наверно, она вспоминала их драгоценного потерянного друга. — И если, в конечном итоге, мы попадем в ситуацию, где у нас не будет ни шанса, мы потеряем все, — отметил Харухиро. — У вас, ребята, нет амбиций! — Ранта указал на Юме, Харухиро, Шихору. — Вы знаете, как жалко вы сейчас звучите?! Без боли нет воли! Кто не рискует, тот не пьет шампанское! Если вы хотите высокую награду, тогда вы должны решиться и рискнуть всем! Харухиро почувствовал нарастающий гнев: — Я думаю, лучше минимизировать риски и максимизировать награду настолько, насколько возможно. На самом деле, это то, что мы делали все это время. — Все это время, ха, — презрительно усмехнулся Ранта. — Я скажу прямо здесь и сейчас: вот почему мы на самом дне! Вы не понимаете этого? Ребята, оглянитесь! — И что мы должны увидеть? — скептически сказал Харухиро, но, тем не менее, оглядел таверну. Когда он сделал это, он понял точку зрения Ранты. Из всех остальных членов Кримсон Мун, собравшихся в Шерри, их внешний вид был самым жалким из всех. Но Харухиро чувствовал, что они ничего не могут поделать с тем, как они выглядят. Большая часть их доспехов и оружия была уже потрепанной, и они все еще жили в жилище без замков, они носили все свои ценности с собой. Без разницы, где они находились, в таверне Шерри или Дамроу; они носили ту же одежду, где бы они ни были. Наверняка, это делало их внешний вид неряшливым и грязным. — Ребята, вы когда-нибудь думали об этом раньше? — нетерпеливо сказал Ранта, стуча пальцем по столу. — Что если Ренджи совершенно на ином уровне? Он начал тогда же, когда и мы! Не пытайтесь говорить чушь, типа ‘мы ничего не можем поделать с тем, этим, сем’. Мы сейчас в совершенно другом положении! Могзо опустил голову и посмотрел на Ранту: — Что ты имеешь в виду? Ранта продолжил: — Из того, что я услышал, прибыла новая группа. Мы больше не новоприбывшие. До нашей группы было еще три. На самом деле, они еще даже не купили свои контракты Кримсон Мун, но они мыслят как-то по-другому. Сейчас, наша группа состояла из 12 человек, но следующая группа гораздо больше. Они все еще тренируются в своих гильдиях, но это скоро закончится. Они сформируют группы и, может быть, даже начнут работать в Дамроу. — И что? — ответила Юме, надувшись. — Если они придут, то ладно. Если мы жадные и хотим прибрать себе весь район, что мы будем делать, если мы попадем в беду? И Юме считает, что с большим количеством других групп поблизости, мы сможем скооперироваться и одолевать большие группы гобби. Харухиро понимал мнение Юме, но Харухиро чувствовал, что он не так рад приветствовать новоприбывших, как она. Не считая Мэри, группа Харухиро была наименее опытной из всех членов Кримсон Мун. Они не смогут помочь, если будут слабыми и неэффективными. Но об этом Ранта и говорил. Хархуро понял, что они сейчас на самом дне, и когда они были только новичками, может они не могли ничего с этим поделать. Но их положение очень скоро изменится. Они больше не будут новоприбывшими. Если они расслабятся, то их превзойдут новые группы. Разве это… не жалко? — Я не думаю, что это хорошая мысль быть слишком нетерпеливыми, — сказала Мэри, будто бы читая мысли Харухиро. Может быть она права. Даже если они рванутся вперед, они не смогут сделать многое. Может некоторые люди могут пропустить ступеньки или прыгнуть через целые пролеты, но не Харухиро. Идти на риск можно, если ошибка позволит им отступить и оставить за собой пыль, но ошибка может означать смерть. Лучше продвигаться шаг за шагом, медленно и осторожно. Но… тихий голосок прошептал внутри Харухиро. Ты уверен, что вы вообще продвигаетесь? Ты уверен, что вы по-прежнему движетесь вперед? Или вы все бегаете по кругу в том же месте? — Что если, — рискнул Харухиро, намеренно удерживая взгляд на столе, чтобы не встретить чей-либо взгляд, — и это просто гипотетическое ‘если’… но что если мы попробуем пойти в другое место, а не в Дамроу? Мы не можем охотиться на гоблинов вечно, так ведь? Не думаю, что плохо сходить куда-то еще, наверно. Конечно, мы не обязаны идти, но, похоже, мы застрянем в болоте, если постоянно будем находиться в Дамроу. И если это все будет однообразным, мы можем стать неосторожными или что-то такое. Я думаю, может, нам нужно что-то свежее и захватывающее. Но, я имею в виду, это просто идея… — Харухироооо, — сказал Ранта, улыбнувшись до ушей. — Однажды и ты можешь предложить хорошую идею. Но только однажды! И конечно, я полностью за! — В таком случае, — ответила Юме не пропуская удар, — Юме против. — Тогда я тоже, — сказала Шихору. Ясно, что отказ Юме и Шихору основывался на отвращении к Ранте. Могзо не ответил сразу, но его выражение лица отражало глубокую задумчивость. Что насчет Мэри? Что она думает? Харухиро ничего не мог понять по ее выражению лица или движениям. — На самом деле я ничего не предлагаю, — сказал Харухиро, почесав шею сзади. — Это просто гипотетически. Что-то, о чем можно задуматься, наверно. Но мы исследовали Старый Город Дамроу вдоль и поперек, и я думаю, что это хорошая идея, подумать о том, что будем делать дальше. — Делать дальше? — Юме покрутила свои косы, потянув их то вправо, то влево. — Если все хорошо сегодня, разве этого недостаточно? Что плохого в том, чтобы находиться в одном и том же месте каждый день? Мы не вступаем в действительно опасные бои в последнее время, и мы не жалуемся на деньги. Юме устраивает текущее положение дел. — Это потому, что у тебя нет желания двигаться вверх по жизни! — Ранта показал ей язык. — Может ты даже не человек, потому что если бы ты была им, то ты стремилась бы расти. Ты как свинья в стойле! — Поросята очень милые! — ответила Юме. — Но как только поросята вырастают и становятся большими старыми свиньями, они перестают быть милыми, поэтому Юме предпочитает быть поросенком и не расти! — Что? — сказал Ранта. — Почему мы внезапно разговариваем о поросятах? Что поросята могут вообще сделать?! Я понятия не имею, о чем ты говоришь! — Потому что Ранта глупый. Это не вина Юме, — сухо ответила Юме. — Хватит все время обвинять других людей! И я не глупый, это ты тупая! — Идиот! Тормоз! Придурок! — Отвали! — Не могли бы вы оба остановиться, пожалуйста? — сказал Могзо, но слишком тихо, что его слова имели какой-то эффект. Харухиро глотнул лимонада из деревянной кружки. Он слишком спешит продвинуться дальше? Он не мог полностью отбросить чувство, что нужно увеличить темп, но он не считал, что может догнать команду Ренджи. В конце концов, они совершенно на другом уровне. Тем не менее, нормально ли для них оставлять все как есть? Он мог понять, куда клонила Юме, но что если их действительно обойдут следующие группы? Харухиро это определенно не нравилось. Может быть, он расстроится, если это произойдет. Наверно даже… очень расстроится. Какова их главная цель? Из всех практических целей, по крайней мере, некоторое время, это было выживание. Жить изо дня в день и поддерживать хотя бы минимальный уровень жизни. Теперь у них есть контракты Кримсон Мун, поэтому они остаются на ночлег бесплатно. Он был ветхим, но спасал от ветра и дождя. А поскольку жилье было не более, чем просто место для сна, деньги, которые они сберегли, не ища жилье в другом месте, стоили того. Дешевая еда была доступной, если они будут внимательны в выборе правильных мест, поэтому минимальные расходы на продукты питания были вполне возможны. Но оставаться в ветхом жилище и экономить на еде было тяжело. Было бы неплохо, если бы они смогли арендовать комнату с замком на месяц, или хотя бы на неделю. В последнее время у них стало немало личных вещей, так что они постоянно таскали их с собой, куда бы они ни пошли. Если они продолжать работать в Дамроу, они определенно будут способны позволить себе жилье получше… на один день. Они не сильно рискуют, и они не напрягают себя. Что если они решат принять новый вызов, и эта встреча закончится катастрофой? Может быть, они умрут. Не ‘может быть’. Встреча с катастрофой означает, что они наверняка умрут, и не меньше. Как Манато. Харухиро не хотел, чтобы кто-нибудь умирал. Он не хотел снова совершать эту ошибку еще раз, поэтому к рассматриваемому вопросу нужно подойти серьезно. Что подняло вопрос — если на карту ставится жизнь, то что плохого в том, чтобы просто делать то, что они делали раньше? Однако, когда Харухиро думал об этом, он понял, что после того, как они купили контракты Кримсон Мун, они возвращаются в Дамроу день за днем, не чтобы заработать деньги на новые умения, заклинания или покупку оружия и доспехов. Уже нет. Они делают это без какой-либо реальной цели. Энтузиазм каждого был намного выше, когда они стремились достичь реальной цели. Было чувство срочности — нужно постоянно подталкивать себя, чтобы стать лучше. Все знали, что если они не станут сильнее, они никогда не выполнят желание — отомстить за Манато. Но те дни прошли. Работа закончена, миссия выполнена. Или так чувствовал Харухиро. Мог ли он сказать, что-то где-то между тогда и сейчас, что они не стали слабее? Что им не стало комфортно, и они остановились на достигнутом? Не то, чтобы держаться на плаву, как они сейчас — это плохо. Это означает простоту и легкую жизни. Но Харухиро не мог отделаться от мысли, что это когда-нибудь вернется и хорошенько аукнется им. Когда никто не предложил других вариантов, дискуссия закончилась без какого-либо вывода. — Эм, мы можем оставить это на завтра? — робко предложила Шихору. Харухиро и остальные встали, пожелали Мэри спокойной ночи и отправились к ночлегу. На полпути Харухиро остановился. — Ребята, вы идите, — сказал он остальным. — Мне нужно, эм… — Тебе нужно? — Юме моргнула. — Нужно что? Что-то не так? — Эмм… туалет! Точно, туалет! Не думаю, что смогу терпеть всю дорогу, поэтому… Ранта слегка фыркнул: — Тогда просто сходи за куст или что. Здесь их много. Мы тебя подождем. Почему, с раздражением подумал Харухиро, когда мне меньше всего нужно, Ранта думает быть вежливым? Наверно, он делал это не нарочно, но это без конца раздражало Харухиро. — Ни за что я не собираюсь мочиться в общественных местах, — ответил Харухиро. — Я найду магазин или еще что, и использую их уборную. — Конечно, Мистер Высококлассный Актер, — усмехнулся Ранта. — Без разницы. Харухиро позволил надоедливому Ранте вернуться к его ненадоедливым товарищам, в то время как он возвращался в Шерри. У него было ощущение, что он видел Мэри, возвращающуюся в таверну после того, как они покинули ее ранее, и быстрый взгляд на вход подтвердил это. Мэри сидела одна в дальнем конце бара. Он подошел к ней и показал на место рядом: — Мэри. Можно я присяду? Мэри выглядела немного удивленной, но кивнула. — Конечно. Разве вы все не ушли? — Я думал то же о тебе, — ответил Харухиро с легкой улыбкой, пока устраивался на стул рядом с ней. — Ты действительно пьешь? Что-то алкогольное? Будто бы немного смущаясь, Мэри опустила взгляд и пододвинула керамическую кружку поближе к себе. — Я была в настроении для еще одной кружки медовухи. — Медовуха — это медовый ликер? Тогда, думаю, тоже возьму одну. Причина, по которой Харухиро вернулся, заключалась в том, чтобы поговорить с Мэри на определенную тему, но ему было сложно начать. Хоть эта тема достаточно сложная, чтобы поднимать ее в присутствии всех, по другим причинам эту тему сложно поднимать, когда даже все ушли. Официантка вернулась с медовухой. Она оказалась не медового цвета, а скорее красноватого. Должно быть, добавили другие ингредиенты. Харухиро сделал глоток и обнаружил, что напиток сладкий с кислым оттенком. — Он немного приправлен малиновым сиропом, — сообщила ему Мэри. — А, понятно. Я подумал, что он по вкусу больше фруктовый. Он хорош. — Что-то случилось? — Эмм… Ничтожество, Харухиро ругал себя. Его неспособность начать разговор ничтожна. Я — отстой. Я полный отстой. — Мэри, ты была во многих группах, так ведь? Я хотел спросить… Харухиро подумал, что увидит изменившееся выражение лица Мэри, и сразу понял, что все испортил. Теперь Мэри — член команды, но это не значило, что она оставила позади свое прошлое, или что она вернулась к веселой себе, которой была раньше. Понятно, что она не хотела напоминаний о событиях прошлого, и Харухиро пожалел об этом. Но Мэри слегка качнула головой и сказала: — Все в порядке. Не беспокойся об этом. — Правда? Я не хотел бы, чтобы тебе было некомфортно, потому что — ну, я не хотел бы, знаешь — в смысле, я тот, кто поднял эту тему… — нервничая пробормотал Харухиро. — Что ты хотел спросить меня? Может быть, он читал слишком многое, но лицо Мэри, казалось, затвердело. Однако если остановиться сейчас, наверно, будет хуже. — Мне просто интересно, — осторожно сказал Харухиро, — что ты думаешь о нашей группе. Насколько мы хороши. Стоп, точнее, не ‘мы’. Только я. — Насколько ты хорош в чем, Хару? — Эмм... Немного странно для меня, говорить о себе так, но я, знаешь, действительно ли что-то вроде лидера? — Что-то вроде? Ты не лидер? — Эм, может быть? Я веду себя так и делаю всякие лидерские штуки, но… Мэри закрыла глаза, на мгновение задумавшись, и затем сказала: — По моему опыту, лидеры делятся на две основные категории. — Категории? — Диктаторы и Исполнители. Я сама придумала им названия, поэтому не воспринимай это слишком серьезно. Харухиро кивнул. — Диктаторы — это кто-то сильные, так? Кто-то, кто ведет, таща людей за собой силой? Или что-то вроде? — Именно. У большинства из них жестокая и бескомпромиссная личность, и у них есть возможность заставить остальных подчиняться. Другие в группе действуют согласно воле лидера и только его — если они не подчиняются, тогда их накажут или выбросят из группы. Члены, которые полностью не довольны личностью лидера, долго не задерживаются. Ренджи из этой категории, понял Харухиро. Никто не посмеет его ослушаться. — А Исполнители — это наоборот? — спросил Харухиро. — Более дипломатичны? — Верно. Они харизматичны и красноречивы, очень хорошо принимают во внимание мнения других. Им необязательно быть очень сильными или умелыми в бою. Вообще, они могут быть совершенно бесполезны в бою. На первый взгляд, это кажется странным, что такие люди могут вести, но именно они могут уладить споры и собрать всех вместе как команду. — Точно. Диктаторы и Исполнители. Понял. И… к какой категории отношусь я? Определенно, он не в категории Диктатор; в этом он точно уверен. Оставался Исполнитель? Но на самом деле он не внушает почтения, и не особо красноречивый. Он не считал себя харизматичным, и даже если он обладает каким-то количеством силы воли, этого не достаточно, чтобы вдохновить остальных на подчинение. Но хоть Харухиро знал, что он проигрывает во многих областях, он хотел бы стать Исполнителем. К какой категории относился Манато? Независимо от того, сколько бы он об этом думал, Манато определено был сильнейшим бойцом в их группе. Однако он не тащил никого за собой. Все просто и естественно подчинялись ему и следовали за ним. — Есть ли что-то между Диктатором и Исполнителем? — спросил Харухиро. — Конечно, — ответила Мэри. — Я обобщила это только сейчас. Нет четкого разделения между ними. Есть архетип Диктатор, но есть лидеры, которые совмещают черты Диктатора и Исполнителя. Иногда это зависит от ситуации. — Другими словами, все люди разные. И ты можешь быть где-то угодно в этом диапазоне. — Да. Прости, я знаю, что мой ответ не очень полезный, — добавила Мэри. — Нет, он полезный, — успокоил ее Харухиро. — Если бы я должен был выбрать одну из категорий, я бы сказал, что я, наверно, Исполнитель. Правильно? — Думаю да. — Хмм, — Харухиро перевел взгляд к потолку. — Думаю, как Исполнитель, может, мне нужно быть более настойчивым. И говорить что-то вроде ‘Я хочу сделать это, я хочу сделать то, будет лучше, если мы это сделаем’ или что-то в этом духе. Не выходит ли так, что в команде только Ранта говорит то, что думает? Большинство из нас, включая и меня — мы будто бы пассивно плывем по течению. — Чувствуешь себя немного потерянным? — Ну, не то, чтобы я не чувствую себя потерянным… — Харухиро одернул себя. — А, видишь? Я продолжаю ходить вокруг да около. Уголки рта Мэри немного поднялись. Внезапно, Харухиро еще раз вспомнил, какой прекрасной была Мэри. И они тут только вдвоем, сами по себе… нет, если он будет думать о таких вещах сейчас, он запутается и все станет неловко. Действительно ли в порядке, что он сейчас здесь? Он не мог не подумать об этом, не смотря на то, как это выглядело, Мэри здесь с ним не комфортно. — … чувствуешь, что тебе не рады? — спросила Мэри. — А, я так сказал? — Я подумала, что ты сказал что-то вроде этого. Наверно, показалось, — сказала Мэри. Харухиро заставил себя улыбнуться. Неосторожный. Он думал вслух и Мэри почти услышала это. Я должен лучше держать себя в руках, подумал он. Я не могу так облажаться. Он лидер группы, поэтому он должен соответствовать роли. Но не то, чтобы он был лидером, потому что хотел этого. Он был лидером, потому что не было выбора. — Насчет разговора ранее… — начала Мэри. Тогда Харухиро понял это. Мэри определенно была внимательна к нему. Он заставляет ее беспокоиться за себя. — Т-точно, — Харухиро силой вернул обычное выражение лица. — Ранее? Что ты имеешь в виду? — Насчет работать где-то помимо Дамроу. — А. Юме и Шихору были против только потому, что Ранта был за. Поэтому обсуждение остановилось. Глупый Ранты. — Если вы предлагаете этот вариант не из-за торопливости, то я думаю, что его стоит рассмотреть, — сказала Мэри. По правде говоря, Харухиро признал то, что часть его немного спешит продвинуться. Он хотел быть честным с Мэри, но он также не хотел выглядеть слабаком, особенно в ее глазах. Но может уже поздно для этого. — Понятно. Но если мы пойдем в другое место, то куда? Казалось, будто бы у нее уже был подготовленный ответ. — Шахты Сирен, — просто, без колебаний, произнесла Мэри. Ее выражение лица было абсолютно пустым. — Но там же… — начал Харухиро. Но он замолчал. Не то ли это место, где умерли предыдущие товарищи Мэри? Там она сражалась с Дезпатчем и его кобольдами-приспешниками, и потеряла троих товарищей. Он вспомнил Воина Мичики, Вора Огга и Мага Мутсуми. Что стало с ними? Достать их тела было невозможно. И из-за того, что их тела не сожгли, они попали под проклятие Бессмертного Короля. Не лучше ли избегать этого места? Или, наверно, действительно логично отправиться туда? Харухиро понятия не имел, с чего начать размышления. Он закончил тем, что спросил Мэри насчет кобольдов, прежде чем наступила ночь, и они разошлись. Я действительно… отстой в этих вещах, подумал про себя Харухиро. Во всяком случае, это решение не нужно принять прямо сейчас, поэтому он решил хорошенько его обдумать, когда его голова немного остудится. Так планировалось, но все обернулось иначе. На следующий день они вернулись в Старый Город Дамроу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3: Сопротивляясь инерции

— Воу! Воу-воу-воу! Какого черта?! — проворчал Ранта сквозь свой шлем-ведро, плотно прижавшись спиной к разрушенной стене. И не только Ранта. Харухиро и другие уселись за стены, пытаясь спрятаться. — Есть мысли, что происходит? — повернулся Харухиро в его сторону и поглядел на Мэри. Мэри покачала головой. — Даже я понятия не имею. — Здесь так много гобби, — прошептала Юме. Могзо буркнул в согласие. Он весь дрожал, стараясь сделать себя как можно меньше. Щихору закрыла глаза и, кажется, молилась, плотно прижимая посох к груди. — …Мы не можем, мы не можем… мы никак не можем… Шихору права. Если есть фраза, характеризующая их текущую ситуацию, то это «мы не можем». Они как обычно были в том же Старом Городе Дамроу, но сегодня не было разрозненных, редких групп гоблинов. С того момента, как они пришли сюда, чувствовалось что-то другое — нет, даже до того, как они пришли, чувствовалось что-то. Место заполнено гоблинами. Их было очень много, и даже казалось, что они организованы в отряды. Может быть, они даже отправляли постоянные патрули. — Патрули… — пробормотал Харухиро, стиснув зубы. Как такое возможно? Его догадка верна? Гоблины, бродившие тут, выглядели иначе, чем те, на которых Харухиро и остальные охотились каждый день. Для начала, их снаряжение было лучше. И в то время как обычные гоблины всегда выглядели ленивыми и скучающими, эти казались осторожными и активными. Харухиро предположил, что они, должно быть, из Нового Города Дамроу. Гоблины изгнанные из Нового Города часто приходят в Старый Город, но те гоблины всегда выглядели… угрюмыми. Даже подавленными. Даже воздух вокруг хобгоблина и его хозяина в пластинчатом доспехе был немного мрачным. Но сейчас, бродящие тут гоблины оживленнее и в приподнятом настроении. Они выглядели так, будто у них есть цель. Харухиро не удивился бы, если они тут по какому-то приказу. — Хмф, — фыркнул Ранта. Он снова начал, пытаясь вести себя круто или что-то такое. В конце концов, он не был крутым. — Похоже, мы перестарались. Здесь мы привлекли к себе слишком много внимания… Никто не удосужился ответить ему, включая Харухиро. У него нет сил, чтобы тратить их на такие глупые вещи. Но слишком опасно продолжать здесь работать. Хоть они и проделали весь путь сюда, сейчас они столкнулись с удручающим решением вернуться в Алтану ни с чем. В действительности у них нет других вариантов. С тем, что сейчас есть, казалось, нет другого выбора, кроме как возвращаться. Если только… когда он подумал об этом, Харухиро обнаружил, что он может увидеть в этом повороте событий возможность для смены места. Может это решение будет навязано или отброшено, но это все еще мог быть хороший шанс. — Эй, ребята, — начал Харухиро. — Что думаете насчет того, чтобы пойти проверить Шахты Сирен? Они немного не по пути, но в том же направлении. Мы можем просто сделать крюк вокруг Дамроу и отправиться на северо-запад. Ранта был в восторге. Юме, Шихору, Могзо и Мэри не были против, поэтому они отправились. Шахты Сирен… Они располагались в 4 км к северо-западу от Дамроу, но так как Харухиро и остальные там никогда не были, им потребовалось почти 2 часа для того, чтобы найти наиболее короткий путь. Они выглядели так же, как и любые другие горы. Давным-давно, когда люди Королевства Аравакии все еще контролировали Границу, они вложили много ресурсов в строительство шахты. Впоследствии, когда Бессмертный Король и его союз вытеснили людей из этой области, Бошуу, фракция кобольдов, заняла это место. В настоящее время, Шахты Сирен полностью оккупированы кобольдами. Группа Харухиро смогла увидеть путь к шахтам от подножия горы. Квадратный проход, похожий на туннель, по бокам укреплен деревянными балками. Харухиро и остальные следовали за небольшой речкой, протекающей параллельно горной тропе, когда они заметили прогуливающегося медведя. Харухиро сомневался, что тот нападет; дикие животные должны быть осторожными с точки зрения трусости. Однако, никто не хотел испытывать свою удачу, поэтому они держались от него подальше. Они по-прежнему продолжали путь в гору, следуя звериной тропе в лесную область. Пройдя немного, они заметили двух мохнатых, человекоподобных создания с собачьими головами. Каждый был одет в изношенный кольчужный доспех, и вооружен ржавым мечом. Никто не ожидал столкнуться с неприятностями. Наверняка, даже эти два существа, которые появились из тени дерева очень расслабленными. Ясно, что они не ожидали встретить здесь кого-нибудь. Существа и группа Харухиро уставились друг на друга. Каждая из сторон застыла на добрых две-три секунды. — Кобольды! — крикнула Мэри. Харухиро бессознательно испустил удивленный вскрик и попятился назад. — Могзо, идем! — сказал Ранта, замахиваясь мечом в сторону кобольда справа. — Т-точно! — Могзо, чья реакция немного запаздывала за Рантой, приблизился к кобольду слева. Харухиро стукнул себя в грудь Покойся! Нет. Стоп. Не покойся, а успокойся! Успокойся! Черт. В конце концов, он не успокоился. — Шихору, Мэри, оставайтесь позади! — приказал Харухиро. — Юме, пойдем поможем Ранте и Могзо! Юме ответила что-то, что Харухиро не смог разобрать, но пошла за ним, и они встали на позиции впереди. Тем временем, Ранта яростно рубил кобольда, сопровождая каждый взмах меча криком. Могзо буркнул от усилия, пока поднимал и размахивал свой полуторный меч, но он даже и близко не попадал по кобольду. — Юме, к Могзо! — сказал Харухиро. — Поняла! Харухиро сосредоточился на спине кобольда, с которым сражался Ранта. Его план заключался в том, чтобы быстро прикончить одного кобольда и затем всем вместе прикончить второго. — Какого..? — пробормотал Харухиро. Что происходит? Были ли кобольды трудными врагами? Сильными и быстрыми? По какой-то причине, Харухиро не мог встать ему за спину. Его глаза не могли уследить за ним, осложняя предугадывания движений. — Черт! — крикнул Ранта. — Харухиро, что ты делаешь?! Ранта был полностью занят кобольдом, но он не наступал. Во всяком случае, его постоянно оттесняли. В основном кобольд нападал, в то время как Ранта защищался, не в силах контратаковать. Что насчет Могзо и Юме? Черт, он не мог проверить. Харухиро не мог позволить себе такую роскошь, как смотреть по сторонам. Ему нужно сосредоточиться на кобольде перед ним и придумать, что делать. — Ранта! Хватит ходить по кругу! — крикнул Харухиро. — Заткнись! У меня свои проблемы с этим! — Но если он продолжит двигаться вокруг, я не смогу…! — Будто бы меня это волнует! Воу! Внезапно, кобольд сделал большой шаг и скрестил клинки с Рантой. Каждый из них перестал двигаться. Сейчас или никогда. — [Backstab]! Казалось, кинжал Харухиро собирался аккуратно проскользнуть в спину кобольда, но это не так. Его отбили в сторону. Как? Что случилось? Это был кобольд, который отпрыгнул в сторону и использовал свой хвост, чтобы хлопнуть по кинжалу. Это было откровенно подло. — Ты чертовски бесполезен, Харухиро! — прокричал Ранта. Ранта погнался за кобольдом. Кобольд двигался короткими прыжками, проносясь то влево, то вправо, и затем проворно бросился на Ранту. Движения кобольда очень раздражали. И Харухиро, расположившийся прямо у него за спиной, находил его хвост очень проблемным. Хвост двигался не переставая, заставляя Харухиро не спускать с него глаз. — Почему это так сложно… — подумал он. Наверно, это никак не связано с тем, насколько они сильны или слабы. Проблема в том, что Харухиро и остальные ничего не знали о кобольдах. Как кобольды предпочитают атаковать? Как они защищаются? Как он должен реагировать, если кобольд сделает то или это? Как отреагирует кобольд, если на него напасть? Никто понятия не имел. — Если бы это были гоблины, мы бы..! — крикнул кто-то. Точно… Харухиро впервые что-то понял. Он целился в спину кобольда так, будто бы это была спина гоблина. В боях, он думал только о гоблинах. Когда он смотрел на спину кобольда, мысленно он видел спину гоблина. Тело гоблина. Действия гоблина, движения и менталитет. Все его восприятие окрасилось в гоблинов, и казалось, что он заметил, что не в состоянии отделаться от этого мышления. Мы просто слишком привыкли к гоблинам, вот и все… признал он. — [Smash] * ! — неожиданно Мэри ворвалась бой. Она опустила посох на плечо кобольда, с которым сражались Могзо и Юме. Кобольд взвизгнул и одним сильным прыжком отпрыгнул далеко назад. Он наполовину лаял, наполовину выл на них. — Это всего лишь низшие кобольды! Они не должны быть трудными противниками! — сказала Мэри, с тяжелым стуком ткнув своим посохом землю. — Если вы успокоитесь, то вы обязательно победите! Воу. Мэри. Такая крутая… Но сейчас нет времени стоять и восхищаться ей! Харухиро переглянулся с Рантой. Он с тревогой подумал, что он и Ранта могут понимают друг друга без слов, но они, в конце концов, члены одной команды. Казалось, что когда они сражались бок о бок, то они как будто точно знают, о чем думает другой. Смотри за ним внимательнее… сказал он себе. Сосредоточься! Противником был кобольд, а не гоблин. Пока еще неизвестный, но только потому, что им не хватало информации. Это не означает, что Харухиро и остальные не могут с ними справиться. Как и сказала Мэри: они не были сильными противниками. — Оом рел ект вел дас! — Шихору прочитала заклинание [Shadow Echo] * и вшух! Вьющийся черный теневой элементаль полетел прямо в кобольда, который приближался к Юме и Могзо. Кобольд упал на колени, все его тело бесконтрольно затряслось. В версии с изображениями тут находится картинка. — Могзо, сейчас! — крикнула Юме. Могзо бросился к обездвиженному кобольду. Харухиро решил, что он мог оставить остальное на них и сосредоточился на своем. Ранта нападал, крича при каждом ударе. В отличие от прошлого раза, он больше не беспорядочно махал своим длинным мечом, а пристально следил за своим противником. Когда кобольд прыгнул вправо, Ранта последовал за ним. Когда он прыгнул влево, это же сделал и Ранта. Он не мог сразу же следовать движениям существа, но он больше не позволял кобольду преобладать над ним. При этом он не застрял в обороне; теперь он иногда атаковал. Поэтому, все внимание кобольда было сосредоточено исключительно на Ранте. Теперь Харухиро мог идеально встать кобольду за спину. Не отвлекайся на хвост! сказал он себе. Это просто хвост, ну же! Гоблины по строению тела схожи с людьми, но кобольды больше похожи на диких животных. У них мускулистые ноги, они могли прыгать так, будто бы у них на ногах пружины. Харухиро чувствовал, что они быстрее гоблинов в 1,5 или 2 раза. Но время, необходимое им для того, чтобы начать двигаться — другими словами, скорость их реакции и рефлексы — были примерно как у гоблинов. Тело кобольда не такое гибкое, как у гоблинов. Когда он присмотрелся, Харухиро заметил, что когда кобольд пригибается, его верхняя часть тела на самом деле держится довольно прямо и одеревенело. Также, кобольды держат свои мечи по-другому. Гоблины пользуются всем телом для взмахов меча, но кобольды используют только руки. Они полагаются на гибкость рук, из-за чего выглядит так, будто их плечевые суставы стеснены в движении. Их рост около 150 см, поэтому они немного выше гоблинов, но что касается силы, которую они вкладывали в свои удары, гоблины, наверно, сильнее. Однако в то время как гоблины вкладывают весь вес тела в свои выпады, атаки кобольдов быстрее и компактные. Если они будут сражаться с кобольдами так же, как с гоблинами, они навсегда останутся в обороне. Но только потому, что они другие, не означает, что кобольды были непобедимыми противниками. Группа Харухиро могла взять на себя 5 гоблинов за раз. Два кобольда были ничем. Мы определенно можем сделать это. Мы обязательно победим. И это говорило не о самоуверенности. Это вывод, достигнутый текущими наблюдениями и прошлым опытом. Ранее он сосредоточил все свое внимание, просто наблюдая за Рантой и кобольдом. Теперь он мог видеть всех, и у него имелось общее представление о том, как они двигаются и что они делают. Будто бы его поле зрения расширилось. Это удивительно… подумал Харухиро. Удивительно, что может произойти, когда ты успокоишься и поверишь в свою победу. — СПАСИБО! — Могзо вложил всю свою силу в диагональный взмах [Rage Cleave] * и мгновенно порезал кобольда. Невозможно, чтобы выживший кобольд не задрожал после того, как его приятеля так прикончили… предсказал Харухиро. Он оказался прав. На несколько мгновений, оставшийся кобольд перестал обращать внимание себе за спину. Харухиро сделал вдох, задержал дыхание и протаранил спину кобольда. Но он не просто толкнул кобольда. [Backstab]. Он воткнул свой кинжал через открытую часть кольчужного доспеха глубоко в тело кобольда. Кобольд издал наполовину крик, наполовину тявкающий звук. Харухиро немедленно отпрыгнул. — Отлично! — вмешался Ранта. Его длинный меч уже пришел в движение. — [Anger Thrust] * ! Ранта воткнул свой меч в основание горла кобольда. Он прикончил его. Кобольд тут же потерял сознание и затем тихо упал. Харухиро снова начал дышать. — …Мы победили. — И ВСЕ ЭТО БЛАГОДАРЯ МНЕ! — и Ранта поднял свой меч и крутанул его для показухи. — Это не так, — сказала Юме с отвращением. — Это все благодаря Мэри. Когда она сказала, что мы должны успокоиться, что мы обязательно победим… Это было изумительно! По моей спине прошла дрожь, и будто бы внутри меня зажегся огонь. — П-перестань, — сказала Мэри, уткнувшись взглядом в землю. Ее лицо покраснело от смущения. — Простите, я сказала лишнее. Это не совсем мое место… — Не говори так! — сказала Шихору с необычайной силой. — Это не… Не думаю, что у тебя есть причины извиняться. — С-согласен, — Могзо тихо кивнул. — Я почувствовал себя храбрее, услышав это. — Вы, ребята, просто жалкие! — выплюнул Ранта. Как Ранта постоянно мог вести себя так высокопарно? Харухиро не имел ни малейшего представления… Может быть потому, что Ранта был идиотом. Ранта не унимался: — Вы, ребята, говорите, что пока кто-то не произнес волшебное слово, Могзо был цыпленком и Юме не могла двигать своей задницей? К черту! Харухиро игнорировал его, двигаясь к телу кобольда. Он присел на одно колено. — Доспехи и оружие выглядят бесполезными, но какой-то стержень в носу … Похоже, он сделан из звериных клыков или чего-то подобного. Мэри присела рядом с Харухиро, после того, как сделала гексаграмму Жреца, показывающую уважение к мертвым. — Это талисман, — объяснила она. — Все кобольды носят как минимум по одному такому. — Правда? — ответил Харухиро. — Не похоже, чтобы они стоили много. — Кобольды, живущие на первом страте шахт — низший эшелон общества кобольдов. Они одеваются в лохмотья и с трудом зарабатывают достаточно на пропитание. Мы, члены Кримсон Мун, называем их ‘низшими кобольдами’. — Что насчет не низших кобольдов? Их талисманы ценнее? — Да. Они сделаны из драгоценных камней и металлов. Но иногда низшие кобольды берут человеческие деньги, такие как медяки или серебряники, и используют их как талисманы. — Понятно. Это как лотерея. Иногда можно найти низшего кобольда с серебряником или чем-то… Мэри сказала совсем немного. Это была не просто информация… сам факт того, что она разговаривала с ним, делал Харухиро счастливее. — Без разницы. Давайте просто возьмем их и пойдем, — фыркнул Ранта. Он вырвал талисман из носа трупа кобольда, из-за чего Харухиро посмотрел на него с неудовольствием. — Что? Какие-то проблемы? — … Нет. Даже если от победы они получили заслуженный приз с тел побежденного врага, Харухиро хотел, чтобы Ранты был немного… Затем, Харухиро кое-что понял: для кобольдов, они являлись захватчиками. То, что они делали сейчас, было сродни убийству. После этого факта, никакие деньги не компенсируют этого. Не важно, что они соберут лут с трупов с осторожностью или вырвут с кусками тела, результат окажется тем же. Это не меняло того, что они делали. Но смотря сейчас на Ранту, Харухиро понял, насколько он стал морально равнодушен к этому. Понимание этого тяжело было вынести. Ранта, возможно, никогда не задумывался об этом, но Харухиро решил быть не таким, даже рискуя стать лицемером. Поэтому Харухиро достал талисман — серьгу, сделанную из рога животного или чего-то такого — мягко, стараясь не повредить телу кобольда. Он не стремился изменить то, как он все делал. Не имело значение, был ли это враг или животное. Мертвые заслуживают хоть немного уважения. Харухиро снова поднялся. — Идем. В Шахты Сирен.

↑ Сокрушительный удар

↑ Теневое эхо

↑ Раскол ярости

↑ Выпад гнева

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4: Стиль черной дыры

В конце концов она называлась шахтой. Естественно, тут будут проходы, похожие на туннели, ведущие в гору, и конечно, туннели будут темными. Или так предполагал Харухиро, только чтобы ошибиться. Цветы цвели на протяжении всей дороги туннеля; не обычные цветы, а такие, которые излучают изумрудный свет. По словам Мэри, их называли «сияющие цветы», и они были под стать эту названию. При ближайшем рассмотрении, они больше походили на мох; какими бы они ни были, именно благодаря им в шахте было не совсем темно. Освещение не яркое, но позволяет не ориентироваться. — Как думаете, ребята, мы можем… — Ранта набрал немного растений и с задумчивым видом положил их в рот, затем выплюнул. — ТЬФУ! Паршивый вкус! Горький и дерьмовый. — Хватит дурачиться, — вздохнул Харухиро. — Что? — ответил Ранта, вытирая рот. — Я просто хотел попробовать их. — Почему у тебя появилась такая идея? — Без понятия. Было скучно, поэтому я решил поднять настроение. Пожалуйста. — Ты никак не поднял его, — раздраженно сказал Харухиро. — С настроением все в порядке, и даже если нет, то, наверно, это твоя вина! — ЧТО? Не говори эту глупую чушь. Почему это моя вина? Хватит винить других за все! — Хару, лучше не беспокойся, — сказала Юме, подергав Харухиро за рукав. — Ничего не пробьет его толстый череп, поэтому не трать время впустую. Харухиро кивнул: — Да. Ты права. — Эй! — крикнул Ранта. — Не..! ЭЙ! — Лучше быть тише, — тихо сказала Мэри, взглянув на Ранту. — Сейчас мы на вражеской территории. Ранта свел брови и скривил губы: — Лучше быть тише, — передразнил он, хихикая. — Действительно, тише. Заткнитесь к черту. Я не хочу слышать ни единого слова, поняли? — Маленький придурок, — пробормотала под нос Шихору. — Что ты сказала?! — потребовал Ранта. Вена вздулась на его виске. — Хватит, Ранта, — сказал Харухиро ненамеренно грубым тоном. — Мы здесь не для того, чтобы валять дурака. Если что-то случится, одного из нас могут убить. Ранта отвернулся, наверно, от стыда, и ответил: — Не нужно мне этого говорить, уже знаю. — Знаешь? — с вызовом произнес Харухиро. — Действительно знаешь? Харухиро был взбешен. Все в порядке? он ничего не мог поделать. Действительно ли стоит оставлять Ранту в группе? Ради команды, не должны ли они выкинуть Ранту раньше, а не позже? Не то, чтобы он не мог драться или не вносил вклад, но он, казалось бы, бесил каждого по любому поводу. Он вызывал напряженность и выводил команду из себя. Разве его недостатки не перевешивают его достоинства? Не приносит ли он больше вреда, чем пользы? Теперь, наверно, самое время подумать над этим. Однако, если он начнет об этом задумываться, то необходимо будет принять решение. Пока они спускались вниз по туннелю, они наткнулись на троих низших кобольдов. Кобольды казались испуганными, но защищали свою территорию. После того, как Могзо и Ранта разобрались с двумя, третий сбежал. Обычно, кобольды передвигаются на двух лапах, но когда они убегают, они используют безоружную лапу как третью ногу. Хоть это и выглядело странно, их способ бегства действительно делал их быстрее, поэтому преследовать убежавшего кобольда было сложно и утомительно. У них будут большие проблемы, если нападут остальные кобольды. К счастью, они смогли догнать его и прикончить без каких-либо последствий. Харухиро мысленно отметил скорость бега кобольдов для следующего раза; должно быть, пройдет немало времени, но хорошо, если они станут так же опытно убивать кобольдов как гоблинов. Им просто нужно больше опыта. — Шахты Сирен протянулись более чем на десять стратов в глубину, — голос Мэри эхом отразился от стен и казалось, будто отзывается в его груди. — Здесь, на первом страте, рудные месторождения давно выработаны, и тут остались только сияющие цветы. Низшие из низших кобольдов обитают здесь. Шахты вели на нижние страты, но они больше не доступны из-за обвала. Единственный способ попасть на второй страт — использовать спусковые колодцы. — Спусковые колодцы? — спросила Шихору. Мэри кивнула: — Так мы, члены Кримсон Мун, их называем. Это вертикальные шахты между стратами. С третьего страта и ниже, шахты оборудованы открытыми подъемниками, но по большей части, мы использовали спусковые колодцы между стратами. Могзо вдохнул через нос: — Это потому что лифты хорошо охраняются? — Да. Кобольды делятся на три типа: низшие кобольды, обычные кобольды, и огромные старшие кобольды. Только старшим позволено свободно пользоваться лифтами. Обычные кобольды могут использовать лифты только по приказу или с разрешения старших. — У Юме такое чувство, что эти старые ребята думают, что они пуп земли, — отметила Юме. Юме есть Юме, Харухиро предположил, что ей немного жаль обычных кобольдов. Выражение лица Мэри немного смягчилось, когда она объясняла: — Старшие — это элитный класс, в то время как кобольды — рабочий класс. Низшие кобольды даже не полноценные члены общества. Низкоранговые кобольды-рабочие живут на втором страте и ниже. Вот где начнутся сложности. — Значит отсюда, да…- Харухиро облизнул внезапно засохшие губы. Они остановились, когда они обнаружили огромное, почти круглое отверстие. Значит, это спусковой колодец. Вертикальная дыра, диаметром около 30 метров с четырьмя прикрепленными веревочными лестницами. Харухиро сглотнул, желая и не желая спуститься. Но пока Харухиро колебался, Ранта уже спускался по лестнице. — Ранта, подожди… — позвал его Харухиро. — Что? — Ранта взглянул на него. — Почему колеблетесь? Мы зашли так далеко, поэтому сейчас нет смысла останавливаться. Это даже не вопрос, поэтому поторопитесь! Если вы не прекратите вести себя как дети, то я оставлю вас позади. — Или, может быть, мы просто оставим тебя внизу, — ответил Харухиро. — Я, черт возьми, убью тебя, если ты так сделаешь. Я не шучу. И так все и было. Харухиро и остальные схватили веревочные лестницы и начали спускаться. Внешне второй страт казался значительно менее обычным, чем первый. С одной стороны, все еще заметно, что раньше это была шахта, но на стенах виднелось многочисленных впадин и вырезов. Харухиро предположил, что это, наверно, жилища кобольдов-рабочих. Его предположение быстро подтвердилось, когда они заглянули в одну из впадин и обнаружили внутри спящего кобольда. — Мы облажаемся, если разбудим их? — прошептал Харухиро. — Похоже, их тут полно… Прежде чем кто-либо смог ответить, вдали эхом раздался звук рычащих собак. Кобольды сражались между собой? Похоже на то. Вскоре рев затих, но не прошло много времени, как рев раздался с другого направления. — Юме не думала, что они будут настолько шумными, — совсем беззаботно сказала Юме. — Д-должны ли мы сейчас пойти назад? — Шихору прижалась к Юме, все ее тело дрожало. — Все в порядке, — спокойно сказала Мэри. — Здесь всегда громко, поэтому пока не произойдет ничего необычного, они не проснутся. Даже если мы немного пошумим, они вряд ли отправят группу в погоню. Могзо вздохнул с облегчением. — Это относится только к второму страту, — поправилась она с легкой улыбкой. — Мы должны остерегаться старших, начиная с третьего уровня. И затем Дезпатча. И не только у Харухиро, даже у Ранты лицо затвердело от этого имени. Кобольд с пятнистым черно-белым мехом, огромный и более жестокий, чем любой старший, бродит по шахте со своим окружением. Имя произошло от его меха, и от того, что он убил множество членов Кримсон Мун, включая бывших товарищей Мэри. И для Мэри, это имя должно быть синонимом мести. Кто бы ни убил это существо, о нем начнут говорить в городе. Но так как этих разговоров пока не было, он, скорее всего, все еще жив. — Говорят, что его замечали даже на первом страте, — продолжила Мэри, ее тон был спокойным, как и всегда. Харухиро подумал, что ее спокойствие немного странное, будто бы она заставляла себя быть бесстрастной. — Но сообщения сомнительны, поэтому не думаю, что на данный мы должны слишком беспокоиться. Однако за пределами этого страта мы никогда не должны забывать о Дезпатче. Если мы не начнем убегать сразу же, как его заметим… — Ты имеешь в виду это? — Ранта широко ухмыльнулся, проводя пальцем себе по шее. — Прекрати! — Юме ударила Ранту в плечо. — Ау! За что?! — Почему ты не можешь вести себя хоть немного разумнее? — спросила она. — Что? Разве я не веду? Ты не найдешь никого безмерно разумного чем я! — Попробуй сказать это после того, как перестанешь кривляться, — огрызнулась Юме. — Юме, если так, то ты могла бы просто сказать, что откровенно не выносишь его, — вклинился цуккоми-Харухиро, но так он наоборот подстегнул их ссору. Он прочистил горло и посмотрел на Мэри. Она выглядела как обычно, но Харухиро задавался вопросом, все ли с ней хорошо. Он чувствовал, что она из тех людей, кто держит эмоции внутри себя. — В любом случае, — продолжил Харухиро, — Ранта, пока у тебя не будет сказать чего-то дельного, то просто молчи. — Тогда как насчет того, чтобы я сделал предложение. Давайте прикончим этих ребят, — сказал Ранта, указывая подбородком на спящих кобольдов-рабочих. — Они не проснутся, пока не услышат много шума, так? Значит, давайте просто убьем их во сне. Это будет просто — чик, чик, чик, затем мы соберем весь лут и уйдем. Харухиро моментально потерял дар речи. Наконец, он ответил: — У тебя вообще нет чувства морали. — Мораль — ничто для меня. Я Рыцарь Страха — прислужник Скаллхейла. Мы считаем, что все равны перед смертью. Вайсы, которые мы в собираем, противоположны самому понятию морали и всему тому, что ты считаешь хорошим. Самому понятию. Это важно, поэтому я скажу снова: САМОМУ ПОНЯТИЮ. Хоть все равны перед объятиями Смерти, связывая себя ЭТИМ бредом, мы становимся дураками. Не можешь принять это, не так ли? Ибо если и есть что-то, что мы можем себе позволить, так это наши желания, базовые инстинкты, примитивные позывы и тому подобное. Именно этого беспристрастная Смерть и ждет. Понятно? — Нет, — сказал Харухиро, — и я даже не хочу пытаться. — Харухиро… тебе надо больше тренироваться. В смысле, твои мозги. Ты не можешь быть нашим лидером с твоим текущим уровнем навыка понимания. Просто небольшой совет от всего сердца, потому что я хороший человек. Воу. Что? Что я должен с этим делать? Я очень-очень-очень хочу выбить из него дурь. Ранта просто принял учения Рыцарей Страха? Нет, это не может все объяснять. Ранта должен был присоединиться к гильдии Воинов, но передумал, и вместо этого стал Рыцарем Страха. Он сделал это после того, как предложил стать Воином, полностью осознавая, что группа не может без Воина, и заранее ни с кем не проконсультировавшись. Все потому что он думал, что Рыцари Страха — «крутые». Единственное объяснение — Ранта был эгоистичен с самого начала. Эгоистичность была частью его природы; его личностью, его врожденным качеством. Это никак нельзя исправить или изменить. Ранта всегда будет таким. Смогут ли они так продолжать? Честно говоря, Харухиро не был в этом полностью уверен. Если он не будет уверен, что Ранта может измениться к лучшему, тогда все кончено. Это тоже для блага Ранты. Сейчас не время и место для такого решения, но… Но даже так, «Прости Ранта, ты должен уйти» — не то, что Харухиро мог сказать прямо сейчас. Выкинуть Ранта здесь, в шахтах — это опустит Харухиро до его уровня. — Предложение отклоняется, — вместо этого ответил он. — Не нужно даже выставлять это на голосование, так? Остальные энергично закивали. Все, кроме Ранты. — Без разницы, — усмехнулся Ранта. — Я уже понял. — Тогда не предлагай это сразу же, — сказал Харухиро. — Я делаю вам одолжение, ребята, думая о таких вещах, о которых вы никогда не думаете. Вы просто не понимаете мою отцовскую заботу о каждом из вас. — Каким же родителем ты себя считаешь? — возразил Харухиро. Это никогда не закончится, если он продолжит отвечать. Действительно, он не должен был отвечать с самого начала. Они продолжили. Здесь должны быть разбросаны пять спусковых колодца, ведущих на третий страт, и они решили обследовать все, в надежде найти один из них. Внезапно, они наткнулись на группу из 4-х низкоранговых кобольдов-рабочих, несущих на плечах лопаты и кирки. Должно быть, они оказались у них на пути с работы. — Четверо?! Слишком много! — Харухиро немедленно подбежал к одному, только чтобы заблокировать своим кинжалом взмах лопаты. Он контратаковал той же лопатой один, два… четыре быстрых удара. Харухиро прицелился в инструмент, отбивая каждый идущий укол воровской боевой техникой [Swat] * . Защищаясь таким способом, он быстро изнашивал свое оружие, поэтому он пытался избежать этого, если возможно, но другого выхода не было. Как дела у остальных? Могзо, Ранта и Юме взяли на себя по кобольду, и спустя несколько секунд, ни одна из сторон не имела преимущества. — Оом рел ект вел дас! — вшух! Заклинание Шихору [Shadow Echo] ударило в противника Могзо. Тело кобольда-рабочего затряслось, и он ослабил защиту на несколько мгновений. Могзо не упустил шанс. — СПАСИБО! — крикнул он, выпустив навык [Rage Cleave], также известный как «атака спасибо-за-то-что-позволил-убить-себя». Харухиро никогда не обращал внимание на личные совершенствования других, но глядя на Могзо, сейчас он без сомнения мог сказать, что [Rage Cleave] стал более точным и смертоносным чем раньше. Могзо уложил кобольда с одного удара и сразу же направился к Юме. Как только Харухиро подумал, Хорошо. Мы можем сделать это, что-то влетело в его спину. — Какого..! Харухиро, ты ублюдок! — разозлился на него Ранта. — Ранта! Обращай внимание на окружение! — ответил Харухиро. — Смотрите, кто заговорил! — Ладно! Прости! — Так лучше! Все, что говорил Ранта, бесило его. Харухиро извинился первым. Стоило ли ожидать извинений в ответ? — СПАСИБО! — Могзо прикончил второго. С этим, Юме и Могзо теперь свободны и могут помочь, но Ранта крикнул: — Я в порядке! Я прикончу этого самостоятельно! Спасите задницу этого идиооота Харухиро!» — Идиооот? Что это должно значить?! Действительно, какого черта. Я больше не могу это терпеть. Я не могу верить ему. Он худший, самый худший! Кровь в его венах кипела, готовая в любой момент взорваться, он разозлился. Но Могзо и Юме почти подошли, поэтому ему нужно сосредоточиться на своей работе. Кобольд повернулся к ним, дав Харухиро шанс проскользнуть ему за спину. Сейчас! — [Backstab]! Но это плохо. Кончик кинжала попал в кость. Харухиро прикусил губу от недовольства и отскочил назад. Даже если это не было фатально, кобольд не мог игнорировать рану и колебался между Харухиро и Юме с Могзо; в результате его окружили. Могзо сделал свой ход. — СПАСИБО! Три кобольда, три [Rage Cleave] за раз. Харухиро смотрел, как меч Могзо яростно разорвал правое плечо кобольда. — Могзо, ты удивительный! — крикнула Юме, и Харухиро согласился. Могзо действительно невероятен. Некоторые, наверно, смотрят на Могзо и видят только мускулы и никакого изящества. Некоторые могут даже сказать, что он недалекий и медленный, но Могзо был серьезным и надежным. Удерживая своего противника мечом и доспехом, он также ищет окно или пытается заблокировать меч, прежде чем использовать [Spiral Slash] * , чтобы отбросить врага, нарушить его равновесие. Затем прикончить его с помощью [Rage Cleave]. У него не слишком разнообразный боевой стиль, но поэтому он не задумываясь использовал все те же техники снова и снова, и они стали весьма изысканными. Из всех в команде, Могзо отполировал свои навыки в наибольшей степени. — [Propel Leap] * ! — Ранта приготовился, прежде чем отпрыгнуть назад, привлекая оставшегося впереди кобольда, как пылесос. Оттуда, Ранта выставил вперед свой длинный меч. — [Juke Stab] * ! Кобольд повернул свое тело, избегая атаки. Ранта отпрыгнул назад еще раз: — [Propel Leap]! На мгновение показалось, что кобольда снова засосет вперед, но это не так. Конечно это не так. Невозможно, чтобы это сработало дважды. — Чертов ублюдок! Попробуй-ка это! — Ранта сделал огромный прыжок вперед и взмахнул мечом по диагонали. — [Hatred’s Cut] * ! Звук металла о металл прозвенел в воздухе, когда кобольд отразил своей киркой меч Ранты. Ранта отошел на два-три шага назад: — Не плохо, для тощей шавки, — усмехнулся он. — Отлично. Я принимаю тебя как своего соперника! Кобольд оскалился на него и зарычал низким тоном. — О? — устало прошептала Шихору. — Соперник, да… — Чувствуешь себя крутым, а?! — закричал Ранта на кобольда. Почему он чувствует себя крутым? собирался спросить Харухиро, но так и не открыл рот. Глупо даже думать об этом. — Но..! Я прикончу тебя следующим движением! — Ранта прыгнул. — [Hatred’s Cut]! Кобольд уклонился и контратаковал. Ранта ответил ему [Propel Leap], чтобы уклониться, затем [Juke Stab]. Он разрезал только воздух. [Hatred’s Cut], [Propel Leap], [Anger Thrust], [Propel Leap], [Anger Thrust], затем снова [Propel Leap]. После, еще [Anger Thrust], [Propel Leap], затем [Anger Thrust] и [Propel Leap]. [Hatred’s Cut], [Propel Leap]. [Hatred’s Cut], [Propel Leap]. [Propel Leap], [Propel Leap], [Propel Leap], [Propel Leap], [Propel Leap], [Propel Leap]. Неудивительно, что дыхание Ранты стало неровным. Использование навыков, требующих много движений, так много раз подряд измотает кого угодно. — Наверно, лучше помочь ему… — заметила Мэри, посмотрев на Харухиро. Ранта взглянул на нее глазами, залитыми кровью: — Даже не думай об этом! Это мой соперник! Моя добыча! МОЯ! Я сказал, что убью его, значит убью! Вы, ребята, передохните — чайку попейте или еще что-нибудь! Почему Ранта не способен воспринимать все серьезнее? Харухиро не имел ни малейшего понятия, и он чувствовал, что даже если бы он медитировал 500 лет, то все равно бы не узнал. — Правда? — сказал Харухиро. — Никто не принес с собой чай! — Это образное выражение! — сказал Ранта. — [Hatred’s Cut]! Атака наконец задела кобольда, заставив его отступить. Ранта бросился за ним, свирепо крича, и поднял над головой меч. Он дико рубанул кобольда, хаотично используя свой меч больше как молот — но кобольд-рабочий тоже был на пределе своих возможностей. Он больше не мог блокировать идущие атаки. Ранта прикончил его неистовым ударом по голове. — УМРИ! — закричал Ранта, вонзая меч в тело кобольда, затем хорошенько провернул его, прежде чем достать. Он вытер пот и издал долгий вздох, выражая полное удовлетворение, как будто бы это был конец дня, и работа уже выполнена. Но Харухиро испытывал отвращение. Очень сильное отвращение. Что делать? Что он собирается делать? Но это не то, что он мог сделать на данный момент. — Берем лут и идем, — вместо этого сказал Харухиро. — Это все? Какого черта?! — запротестовал Ранта. — Что насчет ‘Хорошая работа, Ранта’ или ‘Отличная работа, Ранта’ или ‘Ты изумителен и невероятен, Ранта’?! — Эм. Нет. — Идио… Харухиро оставил Ранту вести себя как идиот, если он хочет, пока Харухиро собирал талисманы с кобольдов-рабочих. В отличие от низших кобольдов, в носах и ушах кобольдов-рабочих были кольца, украшенные драгоценными камнями. Они выглядели более ценными для продажи на рынке. Игнорируя совершенно ненужное перенапряжение Ранты, он был воодушевлен тем, что они справились с четырьмя низкоранговыми кобольдами-рабочими за раз без особого труда. Харухиро и остальные продвигались дальше, ища колодец, ведущий на следующий страт. Понадобилось еще полчаса, чтобы найти хоть один колодец, и когда они нашли его, то сразу же столкнулись с 4 кобольдами-рабочими. После того, как группа разобралась с ними, перед ними встал вопрос — что делать дальше? — О чем тут думать? Конечно, надо спускаться ниже, — в момент, когда Ранта закончил высказывать свое мнение, остальные пятеро решали иначе. — Давайте закончим на сегодня и пойдем назад, — сказал Харухиро, обращаясь ко всем остальным. — Это место новое для нас, и я не думаю, что это хорошая идея, считать, что мы можем справиться со всем на пути. Кроме того, нам все еще нужно вернуться на поверхность. Пойдем назад, обдумаем все, что мы узнали об этом месте, и придем сюда завтра. Только Ранта был против возвращения в Алтану, но Харухиро это не волновало. Потому что сейчас огромная проблема, подумал он, выяснить то, что нам с тобой делать.

↑ Тяжелый удар

↑ Взмах по спирали

↑ Заманивающий прыжок

↑ Дешевый удар

↑ Разрез ненависти

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5: Контейнер

Они вернулись в Алтану перед закатом и продали весь дневной лут в магазине рядом с рынком. Талисманы, которые они собрали с 5 низших кобольдов и 7 низкоранговых кобольдов-рабочих, стоили чуть больше 7 серебряных. — Это немного грустно, — вздохнула Юме с покорным выражением лица, смотря на 7 серебряных и кучу медяков. — Это не грустно, — сказал Ранта, сильно нахмурившись. — Это чертовски ничтожно! Серьезно, какого черта?! — Полагаю, я тоже ожидал немного побольше, — сказал Могзо, с трудом посмеявшись. — Да… — Шихору опустила голову. — Это меньше, чем то, что мы получали, сражаясь с гоблинами… — А… — Харухиро хотел сказать что-нибудь, чтобы все расслабились, но он не мог думать позитивно. — Мы сражались только с обычными кобольдами, — Мэри немедленно компенсировала отсутствие слов Харухиро своим холодным и спокойным голосом. — Мы сможем заработать больше денег, когда начнем сражаться со старшими кобольдами. Харухиро, немного растерявшись, энергично кивнул: — Д-да, точно. И не похоже, что бои были трудными. В самом начале, бои всегда немного неуклюжие, но позже мы будем разбираться с кобольдами быстрее и не получать раны, наверно. Сражаясь с низкоуровневыми кобольдами, мы не сможем много заработать на них, так ведь? — Лучше бы ты оказался прав, — усмехнулся Ранта. — Если завтра не будет лучше, приготовься, Харухиро! — Что это должно означать? — потребовал Харухиро. — Это означает то, что если все получится не так, как ты думал, то ты отдашь мне свою долю. — Почему я должен делать нечто подобное? — Что? Это же твоя идея пойти в Шахты Сирен, не так ли? — Но ты согласился, верно? — Это не моя идея. Все что я сделал, так это дал свое одобрение. Тормоз, который предложил эту идею, несет больше ответственности. Так было квинтилион лет! — Как скажешь, — сказал Харухиро, сдавшись. — Чертовски мудро, как я и сказал! — ответил Ранта. Это было именно так. Неспособность Харухиро ответить Ранте заставила его приуныть, несмотря на то, что не было никаких причин чувствовать себя так. Может быть он просто устал — но даже так, это все вина Ранты. Даже пока все вместе ужинали у стенда (который, хоть и был дешевым, но имел хорошую репутацию), Ранта произносил глупости каждый раз, когда открывал рот. Это впервые — именно когда Харухиро был не в настроении разговаривать — когда Ранта безостановочно его провоцировал. Просто Ранты был таким. Ладно. Если он собирается быть таким, то Харухиро просто будет полностью игнорировать его. — Эй, Харухиро, — начал Ранта. — … — Эй, Харухиро. — … — Ээй, — сказал Ранта, растягивая слова, — Харухиро. — … — Эй, эй, эй. Харухиро. — … — ТУПОЙ ИДИОТ! Держа во рту недоеденный шампур с курицей, Ранта начал странный танец вокруг него: — Эй эй эй! Хой хой хой! Эээй эээй, хооой хооой! Йооо! Эй эй эй! Хой хой хой! Черт. Ранта отплясывал ногами и безумно крутил бедрами, но почему его верхняя часть тела оставалась на месте? Это было невероятно отвратительно, но необычно смешно в одно и то же время. Харухиро отвернулся. Он полагал, что все стараются не смотреть в сторону Ранты, но затем… смех. Он прозвучал сдержанно, но Харухиро определенно слышал легкое хихиканье. Не от одного человека, а от нескольких. Внезапно, Юме разразилась смехом. — Вуху! — ликование Ранты было очевидным. — Хой хой хой! Не в силах больше сдерживаться, Шихору тоже начала смеяться. Ранта начал серьезно пошатываться. — Хой хой хой! Хо хо хо хой! Хой хой хой! Следующим сдался Могзо, и остались только Харухиро и Мэри. Харухиро посмотрел на нее и увидел, что ее взгляд был устремлен в землю, а плечи начали дрожать. Ранта подошел поближе к ней и затанцевал еще безумнее, чем раньше, обрушивая на нее всю силу своего «Хой Хой» Танца. Мэри! Нет! Но, похоже, она исчерпала свой самоконтроль. Ее лицо было направлено на прилавок — эта поза говорила Харухиро, что она держалась только на силе воли. — Хой хой хоооооой! Хой хой! Хой хой хооооой! Хой хой хой! Хой хой! Хой хой хооой! Хой хой хой! Хой хой хооооой! Мэри боролась, чтобы подавить смех. Держись Мэри! Не сдавайся, сопротивляйся! Сопротивляйся ему! Как до этого дошло? Почему даже Харухиро сражается до последнего? Внезапно, его желание смеяться пропало, а затем полностью исчезло. Харухиро быстро маневрируя оказался за Рантой и ударил пяткой ему под коленку. Ранта, прервав на середине свой хой, развернулся к Харухиро, пока тот возвращался на свое место у прилавка. — Какого черта ты делаешь, тормоз! — воскликнул Ранта. — Я почти заставил ее! — Хватит плеваться на меня, это отвратительно, — спокойно ответил Харухиро. Ранта ответил плевком в него. — Эй! Прекрати! — Ты прекрати, идиот! — он продолжил плеваться. Плевательные атаки Ранты были беспорядочными и превратили сцену в полнейшую катастрофу, в то время как остальные со своей едой стали жертвами. Настроение с веселого перешло в злое из-за неадекватного поведения Ранты. Поэтому все были в дурном настроении, когда они возвращались в жилище. — Оооотлично! — произнес Ранта, когда они добрались до своих комнат. — Девушки принимают ванну первыми, поэтому сегодня мы идем подглядывать! Как Ранта мог думать об этом в такое время? Харухиро поражался его отсутствию хороших манер. Не желая тратить на него больше энергии, Харухиро развернулся спиной к слишком возбужденному Ранте. — Харухиро, в чем проблема? Ты идешь или что? — спросил Ранта. — Бесполезно слишком много думать о том, что случится, если нас снова поймают, поэтому не думай об этом, идиот! Эй, Могзо! Ты идешь? — Н-нет, спасибо, — ответил Могзо после секундного колебания. — Что?! — разозлился Ранта. — Ну же! Я не смогу использовать тебя как подставку, если ты не пойдешь! — Я… не подставка, — ответил Могзо. — Тогда стань ею! Ты будешь величайшей подставкой! — Я не хочу становиться ею… — То, что ты хочешь, не имеет ничего общего с этим! Просто сделай, как я говорю! Доверься мне! Я не доставлю тебе проблем, ладно?! — Я-я останусь здесь. Для Могзо это был довольно суровый отказ. Ранта отступил, если только чуть-чуть. — Ладно! Я возьму на себя всю эту огромную ответственность. Только не плакайся мне, если будешь жалеть об этом позже, потому что я не буду тебе сочувствовать! Понял?! — Окей, — ответил Могзо. — Правда?! Просто окей?! Правда правда ПРАВДА?! — упорствовал Ранта. — Я сказал, окей, — ответил Могзо. — Это не окей! Могзо! Если ты не будешь моей подставкой, тогда вся моя стратегия провалится — нет, она будет бесполезна! Поэтому ИДЕМ! Меня не волнует, что ты говоришь, я беру тебя с собой! — Ранта попытался потащить Могзо, но не смог сдвинуть его ни на сантиметр. — Ты слишком тяжелый! Ну же, почему ты сопротивляешься?! Черт, сколько же ты весишь, толстяк?! — Да, наверно, я очень толстый… — признал Могзо. — Ты не толстый, — не задумываясь вклинился Харухиро. — Ты не толстый, Могзо, — повторил он. — Не то, чтобы у тебя толстый живот или что-то. Просто у тебя много мышц. — А, понял, — Ранта ударил рукой по койке Харухиро. — Наконец решил, что ты тоже хочешь? Что мне с тобой делать, а? Без разницы, идем. Ну же, поторопись и вставай! Как Ранта так мог так интерпретировать защиту Могзо, Харухиро не знал. Был ли здесь хоть кто-то, кого Ранта мог бы склонить на свою сторону? Харухиро было не до шуток. После того, как они закончили принимать ванну, парни вернулись в комнату. Харухиро погасил свет, добрался до своей койки в темноте, и не мог уснуть, все еще думая. Суть всех его мыслей сводилась к следующему: должны ли они оставить Ранту в группе или выкинуть его? Что касается Харухиро, он понимал, что иногда он не хотел снова видеть лицо Ранты. Это стало бы огромным облегчением, если бы Ранта ушел и никогда не возвращался. Но не только для Харухиро. Он не был уверен насчет Могзо и Мэри, но Ранта всегда доводил Юме и Шихору. Они не из тех людей, кто будет плохо говорить о других, но даже так было понятно, что они ненавидят его. Ранта просто невыносим. Харухиро не мог принять решение, основываясь только на своих эмоциях. Он должен учитывать и практические факторы; другими словами, боеспособность Ранты. Если они выкинут Ранту из группы, как это повлияет на их команду в бою? Размышление об этих вещах и значит быть лидером? задумался Харухиро. На данный момент, Ранта действует как второй танк, за Могзо. Он достаточно хорошо бронирован, экипирован в кольчугу под кожаным доспехом и шлем-ведро. Но боевой стиль Рыцарей Страха не основывался на ближнем бою. Это своеобразный стиль средней дистанции, куда не достают противники, делая все возможное, чтобы избежать близких дистанций со скрещиванием клинков. Вместо того, чтобы участвовать в прямых атаках, их техники превращают сражение в кошки-мышки. Строго говоря, Рыцари Страха действительно должны быть атакующими, а не танками. А учитывая личность Ранты, наверно, стиль Рыцарей Страха больше подходил ему, чем стиль Воинов. Просить Юме танковать в ее легком доспехе было невозможно, и Харухиро тоже для этого не подходил. Мэри и Шихору даже не обсуждались, ведь они — Жрец и Маг. Остался только Ранта. Если они выкинут Ранту, они потеряют второго танка и некому будет его заменить, не повреждая их боеспособность. Их боеспособность ухудшится, если они выкинут Ранту, и никто не займет его место как второй танк. Если так, то надо просто найти того, кто заменить его. В отличие от целителей, бойцов было много. Харухиро чувствовал, что им не сложно будет найти замену. Если они спросят Киккаву с его обширными связями, он, наверно, поможет найти кого-нибудь. В конце концов, они так наняли Мэри. Хоть поначалу с ней было тяжело работать, но они начали понемногу лучше понимать друг друга. Экстраверт Киккава становился каждому хорошим другом, и он мог лучше судить о личности, чем казалось. Харухиро хотелось думать, что есть множество свободных Воинов, лучших чем Ранта. Наверно. Может быть. Безусловно, этот вариант стоит рассматривать. Могзо громко храпел, быстро заснув. Ранта, обычно, засыпает первым, но не зависимо от того, как сильно Харухиро вслушивался, он не мог услышать специфичное дыхание, характерное для спящего Ранты. — Ранта, — Харухиро решил попробовать позвать его. Ранта ответил: — Да? — Эм.., — Харухиро колебался. — Чего тебе? — нетерпеливо спросил Ранта. — Я хочу поговорить с тобой кое о чем. — О чем? — Не здесь. Не хочу разбудить Могзо. Как насчет выйти на улицу? — Ладно. Как только они вышли из комнаты, Харухиро задался вопросом, почему он делает что-то подобное. У него есть о чем поговорить с Рантой? Он был уверен, что не хочет говорить с этим парнем, но по какой-то причине чувствовал это необходимым. Не важно, каким было решение, одно ясно: будет ужасно обсуждать все за спиной у Ранты, только сказав ему потом, без предупреждения, что его работа окончена и группа больше не нуждается в нем. Харухиро не чувствовал, что Ранта заслуживает нечто подобное, не важно как плохо он о нем думал. Или может Харухиро просто не хотел чувствоваться себя трусом, вонзающим нож в спину. Нет, забудем слово ‘может’. Конечно он не хотел становиться таким. Просто, этослишком… Но почему? Почему он должен организовать заговор или схему и, шутки в сторону, замарать свои руки кровью, просто чтобы избавиться от Ранты? — Ранта… Харухиро присел напротив здания, прислонившись к стене. Ранта сделал то же самое. — Да? — Эм… что ты думаешь? О нашей группе, — спросил Харухиро. — Это наша группа, — сразу же ответил Ранта. — Вот и все. — Что ты под этим подразумеваешь? Что значит ‘вот и все’? — Слушай, у тебя проблемы со мной? Думаю, ты знаешь, что я всегда делаю свою часть. — Разве? — Можешь сказать, что не делаю? Я сегодня сам сражался против одного кобольда, разве нет? Вот и доказательство. — Если бы все окружили его, мы прикончили бы его быстрее, чем ты в одиночку, — указал на это Харухиро. — Ты можешь проворачивать это постоянно? — возразил Ранта. — Конечно нет. Если в бою я полностью могу удерживать одного врага, вы можете … как это называется? В определенной мере свободно действовать? Выполнять боевые тактики? Без разницы, какую-нибудь крутую ерунду. Ранта есть Ранта, он думает о таких вещах, когда они сражаются. Но это ничего не меняет. Харухиро прижал ладонь к лицу: — Как в середине боя я должен узнать, о чем ты думаешь, если ты не скажешь мне? — Ты говоришь мне, что хочешь, чтобы я объяснял каждое свое действие и спрашивал твое мнение, прежде чем сделаю? — Я никогда не говорил подобного. Но есть вещи, которые не понять, пока ты не скажешь, поэтому я с тобой сейчас разговариваю. Тебя легко понять неправильно, и от этого становится хуже. — Ты ведь не считаешь, что это просто непонимание, не так ли? — Ранта взял камешек, лежащий рядом, и бросил его. — Вы, ребята, просто судите и предполагаете о том, о чем я думаю, основываясь на впечатлении обо мне. — Даже если это было бы правдой, впечатление о тебе формируется на основе того, что ты делаешь и что говоришь. — Значит, ты считаешь, что это моя вина. — Если не твоя, то чья? Моя? Юме? Шихору? Могзо? Мэри? Харухиро почувствовал, что в нем разрастается гнев. Нужно оставаться спокойным. Нужно сохранить голову холодной. Он не хотел, чтобы это переросло в драку. Он вздохнул и сказал: — Мы работаем как одна команда. Поэтому важно быть на определенном уровне… сотрудничества между всеми. — И что? Ты говоришь, что я не сотрудничаю? — сказал с вызовом Ранта. — Ты говоришь, что ты сотрудничаешь? — Нет. — Тогда, ты не сотрудничаешь. — Слушай, Харухиро, все в чем-то хороши, а в чем-то — нет. Поэтому у меня свои недостатки, но что насчет вас, ребята? Все ожидают, чтобы я был идеален? Я чертов грешник и вы, ребята, святые, да. — …я никогда такого не говорил. — Итак. Назови мои ошибки. Ты думаешь, я эгоист? — Да. И надоедливый. — Иди к черту. — И у тебя грязный рот. И ты быстро обвиняешь всех остальных. — Что!? Все это — мои недостатки? Коллективная ответственность, тупица! Коллективная ответственность. Вот почему это называется ‘командой’. — Это то, что сказал бы шестилетний. Это даже не логический аргумент. — Что НЕ логичного в этом? Это чертовски логично. Безумно логично, — ответил Ранта. — Я не собираюсь снова касаться этого. — Ладно. Что насчет тебя, Мистер я-все-время-идеальный-Харухиро? Почему бы тебе тогда не заткнуться, и мы поговорим о твоих недостатках? — Моих? — Харухиро закрыл рот. Недостатки. Недочеты. Какие были у него? Не то, чтобы у него их не было; у него их было много, так много, что все его достоинства были погребены под ними. Но… — Почему я должен их перечислять тебе? — О, теперь я понял. Постоянно ‘плохой плохой плохой Ранта’, но когда дело доходит до тебя, тебе нечего сказать. Я всеее понял. — Понял что? О чем ты вообще? — Ты, черт возьми, знаешь, о чем я! Вам, ребята, легко винить меня во всех НАШИХ проблемах, поэтому вы делаете это постоянно. И что? Вы чувствуешь себя от этого лучше? Как настоящая команда? Это ваша идея построения солидарности? — Стой, мы… — Ты говоришь, что это НЕ правда? Чертов лжец. — …не то, чтобы мы вместе прячемся за твоей спиной и виним тебя во всем, — сказал Харухиро. — Почему? Почему бы вам этого не делать? Не нужно говорить эту чушь, потому что все уже решили. Вы, ребята, уже решили, что я ваш козел отпущения. — У тебя паранойя. — Ты действительно так думаешь? — голос Ранты сочился сарказмом. — Ладно. Благодаря мне, вы, ребята, можете просто игнорировать ваши собственные ошибки. Но позволь сказать вот что: я когда-нибудь, КОГДА-НИБУДЬ, заикался о том, что вы обращаетесь со мной как с козлом отпущения? Я говорю это сейчас, потому что ты первым начал, Харухиро. Если бы ты не вытащил меня сюда, я бы и дальше помалкивал об этом. Мне наплевать на детские игры, что надо ладить с остальными детишками в классе. Если вы хотите меня ненавидеть, ненавидьте сколько угодно. Я буду играть роль плохого парня, без разницы. Конечно. Ладно. Но мы ‘команда’ и я делаю свою часть. Потому что это называется ‘командная работа’. Харухиро открыл рот, чтобы ответить, но не смог найти слов. Он привел сюда Ранту с намерением попросить его покинуть группу. Его рассуждения убедили его, что так будет лучше для команды. Честно говоря, он не был уверен, что способен выкинуть Ранту, но он просто хотел оговориться об этом. Дать Ранте шанс улучшить свое поведение и позволить ему узнать, что они не могут быть одной командой, если он не сможет. Во всяком случае, так планировалось. Может быть, его рассуждения были односторонними. Действительно ли они используют Ранту как козла отпущения? Ему с трудом в это верилось. Ранта также разделял ответственность в том, что все постоянно винят его. Он мог винить только себя, что остальные выделяют его недостатки. Мы не ошибаемся. Только Ранта полностью, совершенно, абсолютно неправ. Если это правда, тогда лучше избавиться от Ранты сейчас, чем потом. Лично, это было на плечах Харухиро. Он мог потом объяснить все это остальным, и они бы поняли, так ведь? Проблема заключалась в том, что он не мог сказать наверняка, что он не будет жалеть об этом позже. И если будут какие-либо сожаления, они будут давить на Харухиро все сильнее. Он единственный, на кого давят факторы, он единственный, кто выносил решение, и он единственный, кто выкинет Ранту. В конце концов, груз ответственности был слишком тяжелым для него. Почему? Почему я один должен иметь с этим дело? — Я пойду спать, — объявил Ранта, поднявшись на ноги и возвращаясь в свою комнату. Харухиро, не шевелясь, остался там же, где и был. Внутри у него была тяжесть, и его желудок очень сильно болел. Я не хочу больше этого делать, подумал он про себя. Я не хочу больше думать об этом. Хватит, хватит. Я не подхожу на роль лидера. Я не могу. Я не могу взять на себя ответственность. Манато… помоги мне… Он хорошо понимал, что Манато больше нет, но это не волновало его. Не было никого, кого бы он мог спросить. — Лидерство действительно такое одинокое…? Быть лидером — это не его. Будто бы пытаться наполнить дырявый контейнер. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6: Выбирая длинный путь

Люди — загадочные создания. После пробуждения, отойдя от ночного сна, казалось, что все раздражения, сомнения и печаль от ночи будто бы и не существовали. Ранта выглядел вполне нормально, не отличаясь от обычного себя. Все уже знали, что сегодня планировалось вернуться в Шахты Сирен, и это решение они приняли также из-за того, что хотели повысить их заработок. Они вошли в горы, с легкостью очищая первый страт от низших кобольдов и кобольдов-рабочих, и начали спускаться ко второму страту. Они дошли до сюда еще вчера, поэтому сегодняшняя их цель состояла в том, чтобы добраться до третьего страта. Харухиро не был уверен, что все полностью поняли, как сражаться с кобольдами, но было очевидно, что они стали предугадывать и следовать за движениями врагов лучше, чем вчера. Легко. Мы разбираемся с этим без проблем, подумал Харухиро. Но оптимистов часто ожидает горькое разочарование. Колодец на следующий страт появился вдалеке. Рядом с ним… — Это кобольд? — Харухиро задал вопрос вслух. Когда в поле зрения возникало что-то похожее на врага, все ждали, пока Харухиро в одиночку сходит на разведку. Когда он подобрался поближе, он не поверил своим глазам. Он был огромен. Это старший кобольд? Рост обычных кобольдов составляет около 150 см, и он слышал, что старшие кобольды на 10 см выше. Только 160 см? Не выше? Очень большой кобольд и с ним трое подчиненных. Подчиненные были хорошо защищены: пластинчатый доспех, шлемы, круглые щиты и мечи. Они выглядели больше обычных кобольдов, которых раньше видел Харухиро, но даже так, огромный кобольд был раза в два выше, чем 2 метра. Помимо необычного роста… — Черное и белое… — негромко прошептал Харухиро. Черный мех вперемешку с белыми пятнами. Пятнами… Пульс Харухиро участился. Черт! Не похоже, что он уже заметил его, но если заметит… Не смешно… Это какая-то шутка, но совсем несмешная. Черт, черт, черт… Этот меч. Какого черта?! Этот меч около 120 см в длину с невероятно широким лезвием… он похож на разделочный нож, размером с человека. Наверно, эта штука одним взмахом может разрезать человека пополам. Должно быть меч невероятно тяжелый, но кобольд носил его как легкое перышко. Наверняка он невероятно силен. Прошлая группа Мэри сражалась с этим существом? Просто безумие, только и мог подумать Харухиро. Мы умрем. Наверняка мы все умрем. Сильнейшими врагами, с которыми они когда-либо сражались, были гоблин в пластинчатом доспехе и хобгоблин, но это совершенно иной уровень. Даже не из той же лиги. Черт. Он силен. Невероятно, безумно силен. Харухиро вернулся к остальным. Хоть он не видел свое лицо, он знал, что оно наверняка белое как лист бумаги. — Это Дезпатч. Он здесь, — сообщил Харухиро. Шихору ахнула, и Могзо резко выдохнул. Наверно, Мэри ожидала что-то подобное, поэтому она просто нахмурила брови и слегка кивнула. — Дезбатч… — прошептала Юме. — Дезпатч, — автоматически поправил Харухиро. Привычная рутина немного успокоила его. Он посмотрел на Ранту. — Идем! Нет другого выбора, кроме как прикончить его, — Ранта тихо рассмеялся. Наверно, он пытался быть крутым с этой улыбкой, но он всего лишь был полным идиотом. Что ж, Харухиро ожидал этого от него. — Окей Ранта, — ответил Харухиро. — Иди вперед. Мы подождем здесь. Удачи! — Значит вот ты какой, да? — сказал Ранта. — Чертов трус. — Точно, — Харухиро согласился. — Итак. Ты идешь или нет? Что это будет? Скорее решай. — Похоже нет другого выбора… — Ранта почесал подбородок большим пальцем. — …кроме как разобраться с ним позже. Счастливчик Дезпатч, проживет на несколько дней дольше… — Да-да, тот еще счастливчик. — Иди и скажи это ему, Харухиро. Только что он с трудом избежал от смерти от моих рук, — скомандовал Ранта. — Иди и скажи ему об этом сам. У меня есть дела поважнее. Никто кроме Харухиро не навлек на себя выходки Ранты. Даже Юме, которая всегда быстро укоряла его, молчала на протяжении всего разговора. Наверно, это показывало то, как она устала от него. Затем Харухиро понял: оставаясь единственным, кто развлекался так с Рантой, когда все остальные остаются в стороне, может показаться, что они ведут себя как лучшие друзья. Подумав об этом, он почувствовал отвращение. Было пять спусковых колодца, которые соединяли второй и третий страты, поэтому не прошло много времени, как они нашли другой. В непосредственной близости от колодца не наблюдалось никаких признаков присутствия кобольдов или еще кого. Когда они заглянули в него, казалось, что на дне тоже ничего нет. Хотя их взгляд с верхушки был слишком ограниченным. — Я пойду первым, — сказал Харухиро. — Если все чисто, я дам вам знать, и вы можете спускаться. — Что если ты попадешь в неприятности? — моргая спросила Юме. — Эм, я закричу, затем вы придете и спасете меня. Юме широко улыбнулась: — Поняла. Почувствовав небольшой подъем духа, Харухиро улыбнулся и сказал: — Я пошел. Веревочные лестницы, свисающие с края спускового колодца, выглядели потрепанными и часто используемыми, но они все еще удерживали вес Харухиро, когда он начал спускаться. Будучи Вором, он легко сохранял равновесие при спуске и быстро добрался до дна. Когда он обернулся, кобольды ждали его. — Э… добрый день, — коротко поприветствовал он. Кобольды зарычали на него. — Нет времени на любезности, да? Харухиро отпрыгнул, когда один из кобольдов прыгнул к нему. Он был большим — не таким большим как Дезпатч, но все же большим. Старший? Значит, это старший кобольд… Он был экипирован кольчужным доспехом и саблей. Двое подчиненных экипированы в той же манере. — Ребята! Внизу! Враг! Плохо! Торопитесь! Помогите! — Харухиро мог произнести только односложные фразы. Харухиро кружил вокруг старшего кобольда и его подчиненных, пытаясь сохранять дистанцию с ними. Однако он не мог убежать далеко от колодца… пока не придут остальные. У него очень ограниченная область, но их трое…. Если бы был один, то он мог бы как-нибудь спастись, бегая по кругу, но с тремя это практически невозможно. Когда он пытался бежать прямо, перед ним возникал кобольд. Когда он повернулся назад — кобольд. В другую сторону — кобольд. Кобольд, кобольд, кобольд. Это был чертов фестиваль кобольдов. Кряхтя, Харухиро уклонился от атаки старшего, когда меч кобольда порезал его щеку. Он лишь едва почувствовал боль, но этот порез заставил его запаниковать. Он потерял врагов из виду и понятия не имел, пришли ли его товарищи или нет. В панике и беспомощный, он просто бежал в другую сторону всякий раз, когда кобольд появлялся в его поле зрения. Остаться в этой зоне под спусковым колодцем не удалось. Он не мог позволить себе такую роскошь; такой роскоши просто не было. Он услышал крик Ранты и задался вопросом, до этого момента думал ли он о Ранте как о ком-то надежном? Нет. Никогда. Ни разу в жизни. Ранта первым спустился по веревочной лестнице и немедленно вступил в бой со старшим, хотя было бы лучше, если бы он сначала помог Харухиро. Но Ранта никогда не думает, прежде чем действовать. Он просто идет к ближайшему большому врагу, который попадает в его поле зрения. Его действия лишены мотивации защиты друзей или помощи члену команды, попавшему в переделку. Но так как он никогда не задумывается об этом так глубоко, у него есть своего рода способность атаковать сразу же и без колебаний. Может быть это одновременно что-то хорошее и плохое. Харухиро услышал боевой клич Могзо и крик Юме: — Хару! — Оом рел ект вел дас! — послышался голос Шихору. — Хару! — голос Мэри. Все спустились по лестнице и теперь с ним. Постепенно он снова успокоился. Ранта сначала вступил в бой со старшим, но сейчас уже как-то поменялся местами с Могзо. Теперь он и Юме взяли на себя по одному, Кобольда А и Кобольда Б. — Хару, что насчет твоей раны?! — спросила Мэри. Харухиро осторожно коснулся щеки и, хотя его ужалила боль, все было хорошо до тех пор, пока он не трогал ее. — Я в порядке! Вылечишь меня после! — ответил он, направляясь поддержать Юме. Он оббежал Кобольда Б, стремясь к его спине, оценивая пока сложившуюся ситуацию. У меня не способности или квалификации, но на данный момент, я лидер. Учитывая обстоятельства, Ранта довольно хорошо справляется. Он использовал [Propel Leap] и [Juke Stab], чтобы оставаться вне зоны атаки противника, ожидая своего шанса напасть, а затем ударить с помощью [Hatred’s Cut] или [Anger Thrust]. Как обычно, Харухиро думал, что все эти движения по кругу лишние и необязательные, но может быть это скорее особенность стиля боя Рыцарей Страха, чем самого Ранты. Тем не менее, тот факт, что этот Рыцарь Страха — Ранта, раздражал его. Могзо и его противник, похоже, были равны. Он не попал ни одним тяжелым ударом по старшему кобольду, в то время как старший попал по нему раз или два. Стоп, нет, это не совсем так… Могзо позволил старшему кобольду пройти через свою защиту. Он носил пластинчатый доспех, поэтому удар тут или там может оставить только царапины на доспехе, но не навредить ему. Могзо блокировал тяжелые удары своим полуторным мечом, позволяя пластинчатому доспеху поглотить все остальное. — Хобгоблин был сильнее! — внезапно крикнул Могзо, агрессивно шагнув и заблокировав клинок противника. Он сразу же ударил по мечу кобольда, затем отвел меч назад. С криком он обрушил [Spiral Slash] прямо ему в лицо. Атака Могзо поранила щеку кобольда точно так же, как и Харухиро, поэтому тот в панике отскочил. Могзо двинулся, сокращая дистанцию еще раз. Наблюдая за Могзо, у Харухиро пробежали мурашки по спине. Аура стабильности Могзо великолепно представала в бою… но что насчет способности Ранты полностью сдерживать одного врага? Действительно, Ранта выглядел менее издерганным, чем во вчерашнем бою. Это благодаря опыту? Вчера Ранта безумно настаивал на бое в одиночку с оставшимся кобольдом. Может быть из-за того, что он сражался с ним лицом к лицу, он нашел для себя лучший способ справляться кобольдом. Мы не узнаем, пока не попробуем… Это ли? Встречать все с осторожностью, не достигать ничего, что находится вне их зоны досягаемости, и ставить безопасность на первое место означает то, что продвижение невозможно. Даже если они продвигаются, темп ужасно медленный. Без кого-то, кто может оспорить лидерство Харухиро, улучшение будет до боли трудным. В конце концов, нужен ли нам Ранта? Харухиро не был убежден, и, может быть, он не хотел убеждаться. Но Манато признал важность Ранты, даже если Ранта ему не нравился как человек. Значит, решение должно быть основано не только на личных симпатиях и антипатиях? Но Ранта никогда не бодался с Манато так же, как он делает это с Харухиро. Когда Манато был убит, Ранта, по-своему, расстроился, как и все остальные. В чем разница между мной и Манато? задумался Харухиро. Естественно, различий много. В боевых способностях и сообразительности Манато явно превосходил его. Но Манато сохранял своего рода мир с Рантой, в то время как Харухиро просто не мог поладить с ним. В чем разница? Наверно, можно просто свалить вину на его способности и сообразительность и оставить все это. Совершенно неожиданно проявилась линия. Эта нечеткая линия света, туманно и слабо светящаяся, соединила точку на кинжале Харухиро с точкой на спине кобольда. Она оказалась не прямой или даже кривой, а скорее извилистой. Харухиро знал, что делать: следовать по предлагаемому пути. Он хотел видеть линию каждый раз, но это слишком немыслимое желание. Она появлялась один раз из ста, или даже реже. Когда Харухиро вступал в бой с врагом, в первую очередь он вставал ему за спину. Затем, маневрировал так, чтобы оставаться у него за спиной, проверяя каждую секунду — или даже чаще — возможность нанести удар. Он повторял процесс более тысячи раз, потому что другого способа он не знал. Он не мог сражаться с врагом лицом к лицу. Те первые бои с ямными крысами и грязными гоблинами сильно углубили в нем мысль, что он не может честно противостоять врагам на равных. Поэтому, хоть это подло и коварно, он нападал сзади, там, где противник хуже защищен. Он признавал, что немного жалок, раз пользуется такими методами, но он не считал их ужасными. Бой были на смерть, и каждая из сторон сражалась как могла. Более отчаянно, менее торжественно; из-за того, что это было не так просто, любые методы разрешены… Или так однажды сказал Манато. Когда Харухиро увидел линию, он успокоил дыхание. Когда оно становилось частым и прерывистым, наконец появившаяся линия исчезала. Она исчезала, если он попытается согнуть колени, чтобы присесть, или если он напряжет запястья, локти или плечи. У него даже нет времени думать о том, что этот шанс будет упущен. Он должен сразу начать двигаться — нет, скорее не совсем так… Когда линия появилась, Харухиро чувствовал, что его тело реагирует неосознанно. Невозможно атаковать, если оно будет действовать иначе. Удар попал точно в цель. Тело Харухиро двигалось гладко, как по маслу, и его кинжал проскользил в спину кобольда без сопротивления. Наверно, сказать, что Харухиро сознательно следовал пути линии, было бы неточным, так как он заметил только тогда, когда уже был в пути. Кобольд издал булькающий звук, затем упал на землю, когда его тело издало последний вздох. — Чт..?! –Юме восхищенно моргнула несколько раз. — Юме, иди к следующему! — сказал Харухиро. Юме кивнула несколько раз: — Прости! Юме просто удивилась, вот и все! — Оом рел ект вел дас! — произнесла Шихору, создавая [Shadow Echo]. Вшух! Черный, похожий на морские водоросли, теневой элементаль полетел в старшего кобольда. Он заметил и попытался увернуться, но оказался недостаточно быстрым. Заклинание задело его правое плечо, и, хоть кольчужный доспех защищал от заклинаний, [Shadow Echo] не работал как электричество или огонь. Заклинание вызывало конвульсии, а не наносило урон. Правое плечо старшего кобольда начало трястись, не давая ему двигаться долю секунды. — СПАСИБО! — пришел [Rage Cleave] Могзо. Старший кобольд блокировал его мечом, но его стойка нарушилась. Могзо надавил вниз своим полуторным мечом, оттесняя оружие кобольда в сторону, затем сделал взмах в другую сторону и нацелился в сторону головы старшего кобольда. Кобольд собрался совершить ответную атаку, но прежде чем он смог двинуться, Могзо пнул его в спину и затем опустил свой меч, сокрушив кобольду череп. — ДА! — Харухиро вскинул кулак вверх. Остался еще один кобольд-рабочий. Ранта все еще пытался использовать [Proper Leap], чтобы отступить и попытаться утащить кобольда за собой, но, как и ожидалось, кобольд ничего этого не сделал. Он отказался делать шаг вперед, поэтому Ранта прыгнул снова, бросая в него [Hatred’s Cut]. Кобольд снова прочитал его, словно открытую книгу, и легко увернулся вправо. Эффективно уклонившись от Ранты, кобольд получил преимущество от своей позиции для контратаки. Он замахнулся на Ранту, заставляя его с ворчанием броситься на землю. Атака кобольда чуть не задела его. — Ранта! — Харухиро начал бежать на помощь. — Не подходи! — закричал Ранта, встав на одно колено, отражая атаки кобольда. — Я все еще могу справиться с ним! Я убью его своими собственными силами! Я, черт возьми, прикончу его и заберу свой Вайс! — Почему нельзя быть гибким?! — возразил Харухиро. — Одним выстрелом двух зайцев! [Proper Leap]! — Ранта отпрыгнул назад, оставаясь все еще на одном колене. — Воу! Это новый [Proper Leap]! Я, черт возьми, только что сделал свой собственный оригинальный навык!!!! — Он ничем не отличается от старого навыка… — холодно произнесла Юме. — Да, — согласилась Шихору. — Правда, — и Мэри тоже. Могзо издал сухой смешок. — Грязный ублюдочный подонок! — Ранта ругался на кобольда, отчаянно атакуя его снова и снова. Просто оставим его, решил Харухиро. Или до тех пор, пока он будет не на грани смерти.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7: Предоставь это учителю

Талисман старшего кобольда оказался довольно дорогим. Серьга, стержень для носа, или случайное ожерелье — любой камень, инкрустированный в них, гарантированно приносил 5 серебряников. Бывали даже случаи, когда один камень продавался более чем за 40 серебряников. В то время как второй страт являлся убежищем низкоранговых кобольдов-рабочих, третий страт населен высокоранговыми кобольдами-рабочими. Старших надсмотрщиков называли «старшими рабочими». Старшие рабочие по телосложению похожи на кобольдов-рабочих, которыми они управляли на втором и третьем стратах, но в отличие от рабочих, они носили боевую экипировку. Эти старшие рабочие и подчиненные им кобольды были главными целями группы Харухиро. Сложность в бою зависела от компетенции старших рабочих. Впечатляли не боевые искусства старших рабочих, а их способность командовать подчиненными. Парадоксально, что битвы, когда старший рабочий предпочитал стоять в авангарде и сражаться вместе со всеми, были простыми. С другой стороны, когда они сталкивались с теми старшими рабочими, которые оставались позади и отдавали приказы, битвы становились труднее. Люди такие же. В основном, люди, как правило, полностью сосредотачиваются на противнике перед собой, и не трудно понять, почему. Атаковать другого врага, игнорируя при этом того, кто перед тобой — верная смерть. Никто не был настолько глуп, поэтому с практической точки зрения, первым приоритетом в бою являлось немедленное уничтожение угрозы. Но иногда приоритеты меняются. Например, когда товарищ в беде, ты можешь рискнуть, подставляя себя под атаку, в надежде помочь ему. Иногда были времена, когда это приказ, а не выбор. Харухиро никого не заставлял идти на такой риск, но старшие рабочие были другими. Они кричали и сигналили подчиненным игнорировать Могзо и Ранту и вместо этого атаковать Мэри и Шихору. Из-за храбрости ли, покорности или робости перед альфа-самцами, подчиненные слушались, не заботясь о сохранении своей собственной жизни. Если бы они действительно могли пройти мимо Могзо и Ранты, то это принесло бы команде большие неприятности. Класс Шихору, Маг, не имел способностей для ближнего боя и нуждался в защите. Их боевой строй рухнет и битва обернется катастрофой. С другой стороны, если они смогут вывести старшего рабочего из строя, подчиненные вряд ли станут угрозой. Когда Харухиро заметил это, все, что им оставалось — придумать стратегию, чтобы как можно быстрее вывести из строя старшего рабочего, чтобы оставить других кобольдов беспомощными. На данный момент, в каждом бою всегда был один старший рабочий и 2-3 подчиненных. С таким предсказуемым составом группы, они имели преимущество и становились лучше в охоте на кобольдов. В таком случае, поход на четвертый и пятый страт не казался такой уж плохой идеей, и когда следующая лестница оказалась в их поле зрения, все были очень мотивированы. Они работали на третьем страте 10 дней и скопили немного денег, поэтому они решили вернуться в свои гильдии для изучения новых навыков. Все горели желанием расширить свои боевые способности и хотели больший вклад в боях, что даст им чувство достижения чего-либо. Харухиро вернулся к учителю Барбаре в гильдию Воров и заплатил 4 серебряника, чтобы изучить воровскую технику [Widow Maker] * . — Мы можем начать, Старый Кот? — ухмыльнулась учитель Барбара. Тренировочной зоной стала комната в комплексе гильдии Воров в Нишимачи, которая называлась “Комната, убивающая ядом”. Это было страшное и пугающее название, но большая часть комнат в том здании назывались схожим образом. “Комната, убивающая ядом”, сама по себе представляла собой просторное помещение без окон. Люстра со свечами, которая раскачивалась под потолком, излучала немного света, но даже человек с острым зрением не мог назвать эту комнату хорошо освещенной. Если бы не свечи, то комната будет темной даже днем. Вся атмосфера заставляла Харухиро чувствовать себя некомфортно. Учитель Барбара была в своей обычной откровенной одежде, но сегодня, нижнюю половину ее лица закрывал черный шарф. Длинные волосы скрывали большую часть лица, в том числе один глаз, делая ее внешний вид довольно пугающим. — Эм… да, мэм, — вежливо ответил Харухиро. — Ты действительно возмужал, не так ли? Или ты работал только над укреплением себя внизу? — Нет, мэм. Я даже не пытался… Харухиро не смог закончить фразу, потому что учитель Барбара неожиданно оказалась за ним. Прежде чем он начал поворачиваться, учитель Барбара взяла его в захват… или что-то такое. Она скрутила его руки, но также она обвила своей правой ногой его ногу, полностью обездвижив его. И ее нож оказался прямо напротив его глотки. — Техника [Widow Maker] представляет собой метод, когда ты мгновенно захватываешь цель со спины, а затем наносишь врагу смертельные раны. Если бы я хотела, твое горло уже было бы перерезано. Если у тебя нет ножа, ты можешь просто сломать шею. И когда ты захочешь обездвижить, но не убить… — учитель Барбара передвинула кончик ножа с его шеи вниз, на его промежность. — Ты можешь ударить сюда. В частности, это эффективно против мужчин. — Ээ… хорошо, — сказал Харухиро. — Да, мэм. Эм… не могли бы вы… отпустить меня? Потому что, знаете… — Хмм? О, да… Ты никогда не был так близок с женщинами раньше, не так ли? К тебе никогда так не прижимались? — учитель Барбара тихо усмехнулась. — Эмм… — Харухиро попытался вырваться, но учитель Барбара крепко держала его. — Ваа! Н-не могли бы вы о-отодвинуться от уха?! — Что-то не так? Я просто дышу как обычно, — ответила она. — П-просто… это, эм, мое слабое место… — Понятно. В таком случае… — А? — Харухиро не имел ни малейшего представления, что произошло дальше. Внезапно, он прокрутился в воздухе, прежде чем упал спиной на твердый пол, выбив воздух из легких. Учитель Барбара смотрела на него сверху. — Если ты сможешь скомбинировать [Widow Maker] с другими техниками, они очень помогут тебе манипулировать противниками, — продолжила она. — Но для начала, я познакомлю тебя поближе с эффектами данной техники… и мы будем продолжать до тех пор, пока ты не станешь плеваться кровью. — ..Эм, и я не умру? Мэм. — Нет смысла беспокоиться об этом, не так ли? Ты даже не поймешь, что умер. Но для уверенности, я прослежу, чтобы тебя кремировали, и тогда проклятие Бессмертного Короля не превратит тебя в зомби. Что он будет делать, если он умрет? Никто другой не знал этого, но даже с их первой встречи, учитель Барбара была такой. Хотя, надо отдать ей должное, она всегда останавливалась в близости от того, чтобы действительно его убить, и Харухиро имел четкое представление, как использовать боевые техники, которые она преподавала ему. Может быть, он просто должен довериться и оставить ей свою тренировку. Может. Наверно. Действительно ли все в порядке? Правда? В течение следующих трех часов, учитель Барбара использовала на Харухиро [Widow Maker] во всех вариациях, пока он не свалился и не смог подняться. — Что такое? Сейчас не время лениться, Старый Кот. — Простите, мэм. — Если ты не можешь стоять, тогда предлагаю сделать перерыв, — сказала учитель Барбара и села на живот Харухиро. Харухиро издал наполовину булькающий, наполовину задыхающийся звук. — Терпи. Твоя тренировка не останавливается, даже когда ты отдыхаешь. Укрепляем эти мышцы живота. И, может быть, мы сможем даже что-то сделать с теми паховыми мышцами, хмм? — Я умру, я определенно умру… — Но это терпимо, не так ли? Не так много людей умерли от моих тренировок. — Люди действительно умирали? — Шучу. Зачем мне хотеть убивать драгоценные источники доходов? Теперь, повышаем уровень. — Угххх… — застонал Харухиро, когда она подняла ногу, увеличив нагрузку. Он уже использовал все свои силы, чтобы напрячь мышцы живота. Если бы он не смог, то он просто сломался бы под этим весом. — А теперь удваиваем, — сказала она и подняла оставшуюся ногу. Сейчас весь вес ее тела оказался на животе Харухиро. Это и есть перерыв? Если она так шутит, то это совсем не смешно. — Давай немного поболтаем, — приятно предложила учитель Барбара. — Н-не могу, — прохрипел Харухиро. — Глупый мальчик. Не дерзи. Она требовала невозможного. Как обычно. И если бы Харухиро не подчинился, то все стало бы хуже. — А-ах… поговорим… о чем, мэм? — согласился он. — Ты можешь рассказать мне историю. — У меня… н-не очень их много, мэм. И-историй. — Как скучно. Видишь, вот поэтому ты никогда не сможешь переспать с девушкой. — Н-наверно… да. — У тебя в группе есть же девушки, так? Сколько? — Т-три, — прохрипел Харухиро. — Тебе нужно застолбить себе одну из них. Конечно, если застолбишь всех трех, то будешь альфа-самцом. — Н-нет, мэм… это с-слишком… — Подобная драма между членами группы доставит слишком много хлопот? — решила учитель Барбара. — Я-я… не знаю, мэм. У меня… н-нет опыта в этих делах… — Даже если это немного утомительно, немного опыта совершенно необходимо. Это навевает воспоминания, когда я была такой как ты… Тайно встречалась с лидером группы, в то время как игралась с нашим парнем-магом и лидером другой группы. Что ж, наша группа быстро распалась, после этого и всяких разных случаев… — …У-учитель Барбара… когда вы сказали ‘распалась’.. в-вы имели в виду, что именно вы развалили ее, т-так? — Ах, весна юности. Ты тоже ее чувствуешь? — Это… звучит как… безумная слепая страсть, мэм, — сказал Харухиро. — Не говори такие вещи, — отчитала учитель Барбара. Харухиро охнул, больше не в силах терпеть, когда она подняла обе ноги и пошевелила задом в области его талии. Но если он попробует перевернуться, чтобы сбросить ее, он не знает, что она с ним сделает, поэтому у него не было выбора, кроме как оставаться неподвижным и держаться. Он признавал, что у учителя Барбары было удивительное чувство равновесия. — Нет времени кроме как сейчас, — продолжила она. — Сколько тебе? Шестнадцать? И тебя окружают шестнадцатилетние парни и девушки. Тони или плыви. Как только пройдет время, ты никогда не сможешь вернуть его. Никогда. Если ты сейчас не сделаешь шаг, то девушку, которая тебе нравится, уведет кто-нибудь другой. В основном, другие парни хотят ту же девушку, что хочешь ты, и тогда она уйдет. И когда ты поймешь это, ты увидишь их целующимися, и будет слишком поздно. — Н-но, мэм… нет девушки, которая бы мне нравилась, — ответил Харухиро. — Правда? Ты уверен? — А? — Старый Кот. У тебя, кажется, всегда есть тенденция играть безопасно. Ты просто сдерживаешься, потому что ты не хочешь вызвать трения между членами группы, не так ли? — Э-то… ах… — По моему опыту, парни влюбляются в девушек, которые находятся рядом с ними. Парни устроены так от природы — влюбляться в девушек, окружающих их. Окружающие его девушки. Юме, Шихору и Мэри. Он не ненавидит никого из них. Иногда он думает, что пустоголовость Юме делает ее милой, и они однажды обнимали друг друга. Конечно, это произошло в довольно уникальных условиях, но ощущения сохранились. Точнее, он не забыл их. Но если бы его спросили, есть ли у него к ней чувства, он сказал бы, что, наверно, нет. Наверно. Шихору… что ж, ее грудь действительно очень большая. Что. Почему это первая вещь, которая приходит в голову? Он какой-то варваром? Примитивный пещерный человек? Он был хуже. Куда хуже. Кроме того, есть еще это… Шихору нравился Манато. Или так казалось. Нет, забудем «казалось». В этом нет никаких сомнений. Не было даже возможности, чтобы он… нет, просто нет. Без вопросов. В версии с изображениями тут находится картинка. Тогда Мэри? Мэри… стильная и красивая. У Харухиро, совершенно обычного человека, нет ни единого шанса сблизиться с такой, как она. Она была членом команды, так что в некоторой степени они близки, но Харухиро действительно не думал, что между ними что-то есть. Не так давно, во время разговора об их предпочтениях, Мэри сказала, что предпочитает таких как Могзо. Значит ли это, что ей нравятся не только хорошо выглядящие парни? Но даже если это Могзо, тогда у Харухиро были нулевые шансы, не так ли? Как шансы выжить у снежка в аду. Но не похоже, что у него были чувства к Мэри. Наверно. Он просто… хотел, чтобы она больше улыбалась. Это глубоко тронет его, если он сможет увидеть ее прекрасную улыбку. Это было бы более чем замечательно. Но у него нет какого-либо романтического интереса к ней. Он не думал об этом. — Эмм… Учитель Барбара? — Да, Старый Кот? — Можно кое-что у вас спросить? — Конечно. О девушках, да? — Не совсем… — Жалкий парень. Пытаешься сменить тему, так? — Нет, мэм. Я бы не посмел. Я даже не думал об этом. Это не так. Правда. Харухиро рассказал ей о линии, появляющейся во время боя. Нижняя половина лица учителя Барбары была закрыта шарфом, поэтому сложно увидеть ее выражение лица, но Харухиро почувствовал, что она внимательно слушает. Она поставила ногу на пол, когда он говорил, чтобы убрать с него часть веса. — Понятно, — сказала она. — Это не плохой знак. — Знак? — Но не заблуждайся. Это не что-то особенное. — Заблуждаться? Я даже ничего об этом не знаю… — Медленный, не так ли? Старый кот во всех смыслах. — Медленный? Не думаю, что я медленный, мэм… — Нет, ты медленный. Но. По некоторым причинам, твои инстинкты неплохи. Эта линия, которую ты видишь — чувствуешь, наверно, так будет лучше сказать — появляется один или два раза у тех, кто накопил достаточно опыта. — Но она появлялась ни раз и не два, мэм. Не могу сказать, что вижу ее постоянно, несколько раз за день, но… — Да, такое может быть. Разница, в основном, зависит от человека. — Что насчет вас, учитель Барбара? Она пожала плечами: — Иногда она появляется, иногда нет. Не похоже, что мы можем заставить ее появиться, просто сильно сконцентрировавшись или что-то еще. — Но когда вы видите ее, вы тоже можете идеально сделать [Backstab]? — Это не то, на что ты можешь рассчитывать, нет? — …Конечно. Она слишком непредсказуема. Почти всегда она появляется случайно. — Именно. Работай над улучшением своих боевых техник. И наращивай мышцы. Харухиро охнул еще раз, когда учитель Барбара снова подняла ноги. Он не мог видеть ее лицо, но наверно, под шарфом она улыбалась как сумасшедшая. — У тебя все еще есть пути для отправления. Тебе нужно нарастить выносливость и силу, переспав один или два раза с девушкой, после убийства 5-6 орков. Потому что на самом деле ты не старый кот. — М-меня устраивает быть старым котом, мэм… — Не наглей, парень! — АРГХ… Учитель Барбара ударила его в пах, почти заставив его упасть в обморок. — Вуупс. Немного переборщила в этот раз…Харухиро чувтвовал, что если он продолжит тренироваться здесь, то рано или поздно, он станет стерильным.

↑ Вдоводел

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8: Схватив недосягаемое

После безопасного — или, скорее, небезопасного — изучения техники [Widow Maker], Харухиро и остальные продолжили свою рутину в Шахтах Сирен. Ранта изучил заклинание Рыцарей Страха [Dark Terror] * , которое вселяет ужас Темного Бога Скалхейла во врагов, и нарушает их рациональное мышление. Учитывая, как оно действует, техника кажется полезной… если Ранта будет в состоянии правильно ее использовать. Могзо вернулся с двойной техникой [Forward Thrust] * и [Reverse Thrust] * . [Forward Thrust] — одноручное протыкание с довольно большим вылетом, в то время как [Reverse Thrust] — протыкание, используемое во время отступления. Это менее причудливая версия приманивающего и запутывающего навыков [Proper Leap] и [Juke Stab]. Шихору изучила заклинание [Shadow Bind] * . Теневой элементаль размещается на земле, обездвиживая врагов, наступивших на него. Однако у него есть ограничение: только один элементаль можно поместить за раз, сильные противники могут выбраться из ловушки, и ловушка действует только 25 секунд. Но, как и [Phantom Sleep], боевые навыки врагов никак не влияют на длительность заклинания. Это скорее заклинание поддержки, чем атакующий навык, но это заклинание соответствует личности Шихору. Юме вернулась с [Star Pierce] * . Она так много практиковала навык метания ножей с разными видами оружия, что она стала довольно хороша в этом. Она даже купила себе небольшой набор метательных ножей — ну, не совсем сама, как она сказала: — Юме не знала, какой нож выбрать, поэтому наставник Юме пошел вместе с Юме за покупками, и сказал Юме, что лучше этот, этот или этот. И он купил Юме один из них, что сделало Юме оооооочень счастливой! Конечно, Юме купила несколько на свои собственные деньги… Похоже, наставнику Юме из Гильдии Охотников она нравится, и Харухиро не мог винить его за это. Мэри вернулась с заклинанием света [Light of Judgement] * , атакующим заклинанием, которое использует силу Бога Света Люминоса, чтобы наказать врагов. Дальность атаки была короткой, урон слабым, но оно заставляло тело целей онеметь и двигаться медленнее на некоторое время. Наверно, Мэри не собиралась напрямую участвовать в бою с этой техникой, а поддерживать Могзо и других членов группы на передовой. С всеми новыми навыками, боеспособность команды улучшилась. Сила нового заклинания Шихору [Shadow Bind] являлась особо важным дополнением. — Шихору, это удивительно! Ты остановила старшего на месте! — прокричал Харухиро. Они находились на третьем страте Шахт Сирен, когда столкнулись с группой кобольдов под руководством сурового старшего рабочего, который предпочитал стоять позади и отдавать приказы, а не сражаться на передовой. Заклинание Шихору [Shadow Bind] заставило его остаться на месте. Хоть и сковали только его движение, он мог продолжать отдавать приказы подчиненным, но, кажется, старший запаниковал. — Сейчас! Прикончим подчиненных! — прокричал Харухиро. Однако Ранте, которому не нужно было говорить или обращать внимание на то, что ему сказали, выдвинул левую руку, надвигаясь на Подчиненного А. — Идет Рыцарь Страха! За Скалхейла! Дрожите от страха, неверующие! [Dark Terror]! Пурпурный туман окутал Подчиненного А, входя в его тело через нос и рот. Кобольд издал короткий вой и дико прыгнул на Ранту. — Чт…! — Ранта незамедлительно заблокировал лезвие кобольда своим длинным мечом, но кобольд не остановился. Он начал серию атак в пустоту без какого-либо здравого смысла. — Какого…! Почему…?! Какого черта…?! — прокричал он, отражая атаки. — Так не должно быть! — … похоже, что он потерял возможность правильно рассуждать — заметил Харухиро. В конце концов, Ранта — это Ранта. Харухиро был дураком, ожидая от него большего. Оставалось еще двое подчиненных; Могзо взял на себя Подчиненного Б, пока Юме направлялась к подчиненному В, но Мэри приблизилась к ним обоим. — О свет, под божественной под благодатью Бога Люминоса… [Light of Judgement]! Подчиненного Б, который ждал Могзо, окутал свет. Все его тело насильно охватил спазм. Могзо немедленно приблизился со своим убийственным [Rage Cleave], прокричав «СПАСИБО!» Подчиненный Б умер, и Могзо немедленно отправился на помощь Юме. Это очень похоже на надежного Могзо: не использовать новый навык, если того не требует ситуация. — Полагаю, нет другого выбора — пробормотал Харухиро, отправляясь на помощь Ранте. Он встал на позицию за спину Подчиненного А, когда того внезапно окутало что-то. Навык [Dark Terror] Ранты не пугал врага, а вместо этого заставлял делать контратаку «все или ничего». Ранта эпично облажался с этим ранее, но на самом деле это принесло пользу Харухиро. Подчиненный А полностью сосредоточился на убийстве Ранты, поэтому вообще не замечал Харухиро. Он занял позицию за спиной и… [Backstab]? Нет, может попробовать [Widow Maker]? Харухиро ухватился за Подчиненного А и сковал его руки в одно мгновение. Он стал в этом лучше, но он все еще не достаточно опытен в сковывании ног врага. Но простое блокирование рук противника, значительно повышают успешность техники. Он воткнул кинжал в основание шеи кобольда, разрезав горло, и отпрыгнул. Подчиненный А еще не умер, но, хоть и маловероятно, оставаясь на месте, можно нарваться на контратаку. Но не только поэтому Харухиро отпрыгнул. — ПОЛУУУУУУУЧИИИИИИИ! — прокричал Ранта, прыгнув вперед и воткнув свой меч в умирающего кобольда. Затем он прикончил его, снова ударив его в сердце со всей силой. — ДААА! Я ПОЛУЧИЛ ВАЙС! Я ПОЛУЧИЛ ВАЙС! — Ранта издал ликующий крик. — Это безрассудство! Ты мог попасть по мне! — закричал Харухиро. — Если умрешь, для меня будет еще один Вайс! ДА!!! Придурок. Но Харухиро уже это знал. Все что ему нужно помнить, так это то, что придурок остается придурком, и тогда он не будет видеть так много красного. Но его вывели из себя. Он был на грани чертового «срыва». Может, он должен сдаться и сбросить это. — ЯАХ! — крикнула Юме, быстро используя [Sweeping Slash] * вслед за [Cross Cut] * . Комбинация атак поставила Подчиненного В на одну ногу. — СПАСИБО! — [Rage Cleave] Могзо пришел без колебаний, прикончив кобольда на месте. — Все! На старшего рабочего! — прокричал Харухиро. Очевидность заявления заставила его немного смутиться. Но призыв команды к действию в такие моменты оказывал эффект на каждого и улучшал командную работу. И сейчас не время чувствовать смущение. Старший кобольд-рабочий больше не был обездвижен, и команда двинулась, чтобы отправить его в небытие. Конечно, старший рабочий тоже отчаянный и будет сопротивляться со всей силой. Как лучше иметь дело с таким противником? Харухиро и остальные нашли ответ через опыт. Четверо из них окружают его, и вместо того, чтобы атаковать случайно, они ждут, когда кобольд сам нападет. Затем, человек, которого атакуют, защищается, пока остальные трое контратакуют. Они повторяют этот процесс, пока не прикончат врага. В результате они прикончили старшего кобольда без ранений. Движения Ранты были под вопросом, как и всегда, но Харухиро решил, что все в порядке, пока победа полностью односторонняя. — Вы не устали от этого страта? — спросил Ранта. — Эти враги слишком простые. Время двигаться дальше, повышать уровень. — Начинается… — вздохнул Харухиро. Харухиро до сих пор не был полностью уверен, после того, как они победили старшего рабочего и двух подчиненных, но когда они добрались до спускового колодца, ведущего на четвертый страт, Харухиро всерьез задумался о таком варианте. Все хорошо сражались сегодня, и он хотел не терять темп. С другой стороны, он не хотел, чтобы сегодняшний успех сделал их слишком самоуверенными. Очень легко увлечься в такой момент. — Хммм — спусковой колодец был прямо перед глазами, и Харухиро был в глубоких раздумьях. Его собственные чувства говорили 50 на 50, спускаться или нет. — Когда ты прекратишь быть нерешительным?! — потребовал Ранта. И Харухиро пришлось признать в этот раз, только в этот раз, что в словах Ранты был смысл. Это было уж слишком нерешительно, даже для Харухиро. Что другие думают о таком лидере? Лица Шихору и Могзо были встревоженными. Юме безучастно смотрела на него. Мэри наградила его задумчивым лицом. Только Ранта был зол. Плохо. Когда приходит время для решения, ему нужно решать. Поэтому он так и сделал. — Сделаем это завтра, — объявил Харухиро. — ЧТО?! — сразу же запротестовал Ранта. Харухиро предвидел его сопротивление, но это все еще раздражало его. — Ничего плохого в том, чтобы вернуться завтра, так ведь? — ответил он. — Мы мысленно подготовимся, и все будет хорошо. — Я уже мысленно готов!! — Только ты! Что насчет всех остальных?! — Значит, это моя вина, что только я готов, а остальные — чертовы цыплята!? — выплюнул Ранта. Воу. Черт подери, это выбесило его. Он собирается взорваться от ярости. Харухиро закрыл глаза и заставил себя глубоко вздохнуть. Злость ни к чему хорошему не приведет. Ему нужно контролировать себя. Да, самоконтроль. Но почему? Почему он должен заходить так далеко, чтобы контролировать себя на счет Ранты? Это вина Ранты. Это все чертов Ранта. Когда Харухиро открыл глаза, он не смотрел на Ранту. Его самоконтроль сломается, если он прямо сейчас хоть немного увидит лицо Ранты. — Мы собираемся сегодня быть на третьем страте и спуститься на четвертый страт завтра. Ранта не согласен со мной. Кто-нибудь еще? Все согласились с Харухиро. Он ожидал, что Ранта продолжит протестовать, но, к его удивлению, Ранта только пожал плечами и отступил. Харухиро не понимал его. О чем думает Ранта? По пути назад, они без повреждений и ранений прикончили еще одного старшего рабочего и четырех кобольдов-рабочих на третьем страте, и вернулись в Алтану целыми и невредимыми. Их заработок за сегодня оказался довольно хорошим. После того, как они поужинали, они отправились выпить в таверну Шерри. Когда Киккава присоединился, разговор стал оживленнее. Киккава и Ранта были птицами с одинаковыми перьями, сидя плечом к плечу и вместе шумя. У них подходящие друг другу личности, подумал Харухиро. И чем больше он думал об этом, тем больше Харухиро понимал, что у него больше всех трудности с Рантой. Это потому, что у них не подходящие личности? Харухиро ушел со всеми остальными, но затем, когда они прошли немного, он снова вернулся в таверну в одиночку, после того, как принес случайные оправданий остальным. Мэри в одиночестве сидела в конце барной стойки на первом этаже. Она заметила приближение Харухиро и перевела на него взгляд. На мгновение, он почувствовал тревогу, что он будет делать, если она скажет ему уходить… Может, он и есть чертов цыпленок, как и сказал Ранта. Конечно, он не был храбрым. К счастью, его страхи не оправдались. Мэри слегка улыбнулась ему и спросила: — Что случилось? — А, ничего, правда. Просто… не против, если я присяду? — Не против. Харухиро сел рядом с ней. Он заметил, что она снова заказала кружку медовухи, поэтому он заказал то же самое. В последнее время он ел и пил что хотел. Он не беспокоился о деньгах, и частично рассматривал переезд из потертого жилища запасных сил. — Мэри, где ты живешь? Емм… — он запаниковал, ничего не намекая своими словами. — Нет! Нет, в смысле… Я не имел в виду, что хочу знать, где ты живешь. Я просто подумал, что наверно сейчас время переселиться в другое жилище и… и я, эмм, подумал куда, знаешь… просто спросил… для справки… — Я снимаю комнату в заурядном жилище на Дороге Каен, — спокойно ответила Мэри. — Это место только для женщин, и я живу там с самого начала. — О. Понято… — Харухиро почувствовал себя идиотом, устраивая эту сцену. Если бы здесь поблизости была нора, то он зарылся бы туда. Или нет. Он почувствовал, как капельки пота начали стекать со лба и, стараясь выглядеть как обычно, он вытер их рукой. — Хм. Должно быть хорошо. Могу представить, как неудобно, когда парни живут по соседству. — Если вы решили переехать, наверно, я могу представить Юме и Шихору владельцу, — предложила Мэри. — Да, наверно, они оценят это. Но не то чтобы мы пока решили переехать или еще что-то. На самом деле, мы пока даже не говорили об этом. Всех устраивает жить даже в таком месте, даже если иногда там неудобно. Сейчас мы привыкли к этому. — Жилище запасных сил… — Мэри закрыла глаза и глотнула из своей кружки. — Навевает воспоминания. Харухиро был уверен, что Мэри мысленно все еще в тех временах, когда она и ее товарищи жили в жилище. Теперь этих товарищей больше нет. — Но в последнее время в жилище уже довольно людно, — ответил Харухиро засмеявшись. Он не собирался смеяться и не знал, зачем он это сделал. — Сейчас там новоприбывшие, хотя наши комнаты находятся далеко. Поэтому я не говорил с ними больше, чем обычные приветствия. — Какие они? — спросила Мэри. — Не такие как Ренджи, — ответил Харухиро, — Но и не такие жалкие как мы. — Не думаю, что есть причина принижать себя так. — О. Это прозвучало так? — Немного. — Да. Наверно так. — Харухиро чувствовал, будто держится руками за голову, но вместо этого он взъерошивал волосы. — Не хорошо. Я хотел стать более уверенным в себе, но… наверно, я не такой человек. — Чванливый, самоуверенный Хару? — лицо Мэри смягчилось. — Ты прав. Это не ты. — Да, я не такой. Но я снова начинаю с «думаю, может быть, наверно». Это тоже не хорошо. — Ты уверен, что не накручиваешь все это? Принимаешь все слишком серьезно? — Слишком серьезно? Накручиваю? Я? Не может быть, — отказал Харухиро. — Ранта тоже. Ты воспринимаешь его слишком серьезно, и поэтому ты постоянно ругаешься с ним, — заметила Мэри. — Аа… Понятно. Скорее всего так, да. Я должен найти способ, чтобы каждый раз отпускать то, что он говорит. — Это потому что ты хочешь найти идеальное решение, что довольно сложно. Думаю, лучше быть с ним наполовину серьезным. Сохрани серьезность до момента, когда она действительно нужна. — Наполовину серьезным… Харухиро не думал, что он из тех, кто воспринимает все серьезно, но когда дошло до вопросов, связанных с лидерством, он оказался в мучительных размышлениях и противоречиях в каждом маленьком решении. Это правда, что он делал все возможное, чтобы серьезно все обдумывать, но наверно это потому, что он не был настоящим лидером. Если бы он подходил для этой роли, если бы он имел то, благодаря чему он мог вести остальных, тогда он бы не думал так глубоко над всем. В довершении, он обнаружил, что эти длительные периоды размышлений происходят каждый раз: если бы был кто-то, кто мог занять его место, он бы отдал его. Даже во время этого разговора с Мэри, его охватило чувство, что она лучше подходит на роль лидера группы, чем он, и был соблазн спросить ее насчет этого. Но он не стал. Он не мог заставить себя сделать что-то ничтожное. — Мэри, я хотел спросить тебя кое-что… — Что же? — О Шахтах Сирен. — Ты имеешь в виду… — Мэри выглядела так, будто собиралась что-то сказать, но сомкнула губы. Начиная с завтрашнего дня, они спустятся на четвертый страт, затем на пятый, также как предыдущая группа Мэри. Если они собираются двигаться в этом направлении, наверняка настанет тот день, когда они обнаружат место, где умерли бывшие товарищи Мэри. Мэри придется снова вступить в этом место. Харухиро по собственному опыту знал, как это трудно. Это жестоко и бессердечно. Злость поднималась из глубин его живота каждый раз, когда он возвращался на то место, чтобы обнаружить гоблина в пластинчатом доспехе и хобгоблина. Он нес с собой злость и печаль. Они никогда не вернутся на то место, где погиб Манато, всегда обходя его, даже после того как они завершили свои дела. Если бы он мог, то незамедлительно забыл бы об этом. — Я просто думал, с тобой все будет в порядке, если ты работаешь с нами в Шахтах. Ты не должна заставлять себя так сильно, не так ли? В смысле, не похоже, но… — Это... не просто, — сказала Мэри сквозь зубы. — Нахождение там не приносит никаких хороших чувств. Ни сейчас, и, наверно, никогда. — Я думал так… — Но… это то, что я должна сделать, — сказала она, качая головой. — Нет, это то, что я хочу сделать. Если не сделаю, то никогда не смогу двигаться дальше. Я никогда не смогу сделать это в одиночку, и если для этого мне придется одолжить силу других… тогда я хочу одолжить твою силу. Твою и всех остальных. Потому что ты и остальные считаете меня своим товарищем и другом. По какой-то причине, Харухиро глубоко тронули эти слова. Нет, не по какой-то причине. Все потому, что он был очень счастлив. Мэри действительно рассчитывает на них. Она считает Харухиро и остальных своими друзьями, и верит, что они могут помочь. И она действительно вслух сказала об этом Харухиро. Это сделало его счастливее, чем когда-либо. — Прости, что перекладываю на всех вас такую ношу, — добавила Мэри. Так мило, что Мэри сказала это, что Харухиро захотел обнять ее — не то, чтобы он даже рассматривал что-то настолько сумасшедшее. Он не мог сделать этого, и он не думал, что Мэри хотела этого. Но в этот момент, она была невероятно милой, что Харухиро хотел защитить ее… хоть и его способности были действительно под вопросом. — Это не ноша, — убедил ее Харухиро с улыбкой. Он хотел показать ей, что стоит довериться ему, но это не походило бы на него. По крайней мере, он хотел, чтобы она не сомневалась в этом. Он продолжил: — Это совсем не ноша. Мы одолжим тебе всю силу, которая у нас есть. Ну, мы сделаем все, что можем, и если мы не сможем, то не сможем, но — Я не выхожу за рамки крутости, не так ли? — Думаю, ты хорош такой, как есть, Хару. — Правда? Ты действительно так думаешь? Похоже, Мэри очень тихо, почти смущенно, прошептала: — Спасибо. Воу. В этот момент, он почувствовал, что если он продолжит, то влюбится в нее. Не считая того, что это невозможно. В конце концов, он не в ее вкусе.

↑ Темный ужас

↑ Выпад вперед

↑ Обратный выпад

↑ Связывающая тень

↑ Звездное пронзание

↑ Свет наказания

↑ Широкий разрез

↑ Крестовой разрез

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9: Давайте завидовать

Харухиро не был настоящим лидером. Ему не хватало характера и способностей, и это сложно исправить. Но после разговора с Мэри прошлым вечером, Харухиро возобновил свою решимость сделать все, что в его силах. Он сомневался, что когда-нибудь может стать хорошим лидером, но, тем не менее, он решил сделать это своей целью. Сейчас они находились на четвертом страте Шахт Сирен, как вчера и обещал Харухиро. — Эй, ребята, смотрите сюда! Смотрите! Смотрите! — позвала Юме, перегнувшись через забор и указывая на животное за ним. — Разве он не прекрасен? — Какого… нет, черт возьми! — быстро опровергнул ее Ранта, и на этот раз Харухиро пришлось согласиться. Создания за оградой на первый взгляд выглядели как свиньи, но при этом напоминали крыс. Они были чем-то вроде побритых крыс размером со свинью. Никто не знал, как кобольды их называют, но солдаты запасных сил называли их «свинокрысы». Самое подходящее имя, согласился Харухиро. Район содержал несколько огороженных загонов для выращивания в них свинокрысов. Но это не все. — Юме думает, они абсолютно прекрасны. Они более чем очаровательны! — сказала Юме, подбегая к очередному загону. — Или... может и нет. Не важно. Они совсем не милые… — Что это? — вместо того, чтобы приблизиться к барьеру, Шихору наклонилась вперед, чтобы взглянуть, но сразу же отпрянула в ужасе. — Фюю, противно. Мерзко… Могзо кивнул и проворчал в согласии. — Они… — Харухиро быстро взглянул на созданий, которые не были свинокрысами и пожелал, чтобы он никогда их не видел. — Совершенно ужасны. У меня такое чувство, что таких уродских существ лучше никогда не видеть. Уголки рта Мэри слегка дернулись: — Думаю… я знаю, что ты имеешь в виду. Создания без ног, рук или хвостов. Их тела были пухлыми и длинными. Похоже, будто кто-то взял свинью, обрезал все конечности и хвост, затем растянул. По-видимому, они назывались «свиночерви». Имя им дали солдаты запасных сил, и у них был неожиданно ужасающий внешний вид. — Хмм — Ранта протянул руку со своим мечом, пытаясь ткнуть одного. — Эй, — Харухиро схватил его. — Ранта, нет. — Что? Заткнись, Харухиро. Просто пытаюсь увидеть, что произойдет. Не то, чтобы я был серьезен или еще что. — Как можно «пытаться» и «не быть серьезным»? — потребовал Харухиро и сразу же пожалел о своих словах. Все что ему нужно — не замечать, отпустить момент, но он снова воспринял Ранту слишком серьезно. — Для меня это возможно, — ответил Ранта. — О. Ладно. — Запредельно возможно. Понял?! — Да, да, понял, — сказал Харухиро. — Тогда повтори для меня! — предложил Ранта. — Это запредельно возможно для тебя, — повторил Харухиро. — Не используй мои собственные слова! Харухиро проигнорировал разозлившегося Ранту и вместо этого посмотрел на стадо свиночервей. Как они морщили свои тела и ползали по земле было словно из кошмара. — Не говорите мне, что кобольды это едят… — пробормотал Харухиро. Говорили, что четвертый страт Шахт Сирен — это сельскохозяйственный сектор. Их непосредственное окружение больше походило на животноводство, чем земледелие, но и черные грибы и огреферны — даже сияющие цветы создавали свой собственный свет — все растения, которым не требуется солнечный свет, выращивались здесь. Кобольды были живыми существами. Если они не будут есть, то умрут. За исключением низших кобольдов, они редко осмеливались выходить из горы, поэтому они как-то должны обеспечивать себя. В результате этого, после того как все минералы выкопали, освободившийся четвертый страт сделали фермой. — Пригнитесь! — внезапно сказала Мэри, указывая на землю. Харухиро, Шихору, Могзо и Ранта немедленно упали, но Юме осталась стоять. — Хм? Что происх… — Просто сделай это! — Харухиро схватил ее за руку, собираясь силой заставить ее пригнуться, но все закончилось тем, что она упала назад. — Ау! — закричала Юме. — П-прости! Но — стой, шш! — прошептал Харухиро, прислонив указательный палец к губам. Он больше ничего не сказал, но Юме кивнула, видимо, поняв сообщение. Харухиро и остальные неподвижно сидели за оградой добрых три минуты, прежде чем Ранта высунулся. — Ушли… наверно, — сообщил он. — Наверно? — Харухиро медленно высунул половину головы из-за забора и тщательно осмотрелся. Вдали виднелся старший кобольд, но он стоял спиной к ним и уходил. — Он все еще там. Подождем еще немного. Когда Харухиро минуту спустя посмотрел снова, появился другой старший кобольд и шел в их сторону. — Проблема! — прошипел он. — Эй, эй, эй, — вздохнул Ранта. — Сколько еще мы будем прятаться? Давайте просто прикончим его! Лицо Хархуиро стало задумчивым на мгновение, но затем он посмотрел на Мэри и встретил ее взгляд. Она покачала головой. — Не надо, — посоветовала она. — Это не похоже на верхний страт. Если мы не сможем мгновенно убить его, звук боя станет искрой, ведущей к аду. Ранта усмехнулся: — Ладно. Тогда прикончим его за один удар. — Проще сказать, чем сделать, — раздражаясь ответил Харухиро. — Может… это возможно, — внезапно сказала Шихору. — С помощью моей магии. — А, — глаза Харухиро округлились. — Точно. [Phantom Sleep] * . — Да, — сказала Шихору. — Но… у нас будут серьезные проблемы, если я промахнусь. Может лучше не рисковать… — Вы, ребята, — лицо Ранты приняло выражение ‘Я скажу что-то, что выбесит всех’. — Всегда думаете негативно, будто бы боитесь выпить воду, потому что она может быть отравлена или что. Вы поняли, о чем я? Да? Харухиро хотел бы, что если Ранта собирается провести аналогию, он мог приложить больше усилий, чтобы хотя бы придумать что-то более подходящее ситуации. И с этим молчаливым опровержением, Харухиро пропустил момент конфронтации. Как лидеру группы, жизненно важно приобрести навык «отпустить». — Шихору, — вместо этого сказал Харухиро. — Если ты не уверена, то нам не нужно это делать. Но если у тебя появилась идея, думаю, мы можем попробовать, если ты веришь, что сможешь. Редко когда робкая Шихору высказывает мнение, и Харухиро хотел поощрить это, поэтому поддержал ее. Взгляд Шихору оставался на земле несколько секунд, прежде чем она подняла голову и сказала: — … Я хочу попробовать. Никто не был против. Они подобрались на расстояние примерно в 20 метров, максимально возможное расстояние для [Phantom Sleep], прежде чем Шихору подняла голову и посох над забором, и произнесла: — Оом рел экт дас! В версии с изображениями тут находится картинка. Теневой элементаль, вылетевший из кончика ее посоха не такой быстрый как элементаль [Shadow Echo], но он незаметный. Он летел беззвучно и ударил старшего прямо в лицо. Элементаль проник в тело кобольда через нос, уши и рот. Кобольд начал раскачиваться, и мгновенно упал. — Отлично! — Харухиро дал сигнал и все как один атаковали спящего старшего кобольда. Не время думать о нечестности тактики — они должны прикончить его по-быстрому. Сделал это Ранта. Почему Ранта всегда быстрее действует в подобных ситуациях? — Простейший Вайс! — дьявольски засмеялся Ранта. — Эй, поторопитесь и заберите его ценности! — С каких пор ты стал отдавать приказы? — не задумываясь сказал Харухиро. Плохо. Отпустить. Просто отпустить. В отличие от старших третьего страта, старшие кобольды четвертого страта экипированы железными доспехами и кнутами с железными наконечниками, висящими на поясе. Талисман старшего был в форме серебряной серьги голубоватого цвета, и выглядел довольно дорогим. — Легкая победа, но Юме жаль коби. Отлично сработано, Шихору, — похвалила Юме. — Ты сделала ему пиу-пиу своей магией. — С-согласен, — добавил Могзо. — Шихору заслуживает все деньги с него. — Я-я… эмм… — застеснявшись от похвалы, Шихору отпрянула назад. — Они правы, — сказал Харухиро, повернувшись к Шихору и показав ей поднятый большой палец. — Ты была идеальна. Правда. Сейчас мы можем использовать этот метод, чтобы разобраться с одним врагом, если мы сможем подкрасться к нему. — Не забудь, что я убил его, — встрял Ранта. Точно, подумал Харухиро. Отпустить. — Тело, — сказала Мэри, делая гексаграмму Жрецов. — Мы не должны оставлять его на виду. — Да, — сказал Харухиро, посмотрев на окружающие их загоны. — Давайте переместим его в загон прямо сейчас. После того, как они достали ценности с тела старшего кобольда, Харухиро и Могзо отнесли его в загон свинокрысов. Харухиро хотел, чтобы Ранта тоже помог, но подумал, что это не стоит того. И затем произошло нечто действительно ужасающее. — Какого… — начал Харухиро. Свинокрысы окружили тело, издавая своими носами бу-хи бу-хи и затем… Не может быть… Они ведь не собираются его съесть… так ведь? Неверно. Они неистово пожирали его, с жадностью борясь друг с другом … — Полагаю, это называется ‘пищевой цепью’, — прошептала Юме. Но в действительности проблема в этом? Харухиро чувствовал, что она не совсем понимает суть дела. Шихору, выглядящая ослабшей, присела, опираясь на свой посох. Мэри закрыла одной рукой рот, будто бы подавляя рвотный позыв; у Могзо было ошарашенное лицо. — Так, так. Как удобно, — сказал Ранта со странной ухмылкой на лице, глядя на картину как сторонний наблюдатель. Несмотря на то, что он им не был. — Мы можем убивать, убивать и еще раз убивать всех, кого захотим, затем скидывать тела свинокрысам для зачистки. Немного противно, что кобольды потом съедят свинокрысов, но не то чтобы мы каннибалы, ну да ладно. Я уверен, это когда-нибудь случится, — закончил он со слабым смехом. — Тогда почему твои ноги трясутся? — спросил Харухиро. На что Ранта ответил с угрожающим жестом: — Ч-ч-что?!. Но лицо Ранты было бледным. Харухиро не был ни капельки напуган. Ранта продолжил: — М-мои ноги не трясутся! Я-я совсем не трясусь! Э-это потому что ты трясешься, поэтому кажется, что я трясусь, ‘кей! — Что за ‘кей’? — безобидно спросил Харухиро. — Заткнись! ‘Кей’ это… ‘Кей’ означает… ээ.. ‘К’ — значит Киллер! — Не нужно заставлять себя, если чувствуешь себя паршиво, Ранта — предложил Харухиро. — Иииидиот! Я в порядке! Это ничто! На самом деле, мне это нравится! Потому что Рыцари Страха любят гротеск и эротику! — Гротеск — ладно. Кажется, эротики тут нигде нет. — Но я хочу, чтобы она была! Потому что я мужественный мачо! Прежде чем у них появилось больше времени глубже обдумать этот метод избавления от тел, раздался внезапный шум от свинокрысов, почувствовавших внезапную угрозу от четырех старших кобольдов, бегущих сюда. Харухиро и остальные были вынуждены спрятаться снова, но в этот раз оставаться здесь будет опасно. Они должны уйти отсюда. Ограда загонов свинокрысов и свиночервей была высокой и с легкостью скрывала их из поля зрения; однако, количество старших кобольдов в загонах вновь внезапно увеличилось. Черные грибы, огреферны и сияющие цветы росли без ограды. Тут они могли ясно увидеть низкоранговых и обычных кобольдов-рабочих. Харухиро и остальных вынудили прорваться с одного конца четвертого страта назад к центру, где они спрятались в углу пустого загона. — Думаешь, этот страт — слишком для нас? — прислонившийся к ограде Харухиро, спросил Мэри. Мэри выглядела очень задумчивой, прежде чем сказать: — Условия здесь не самые хорошие. Моя команда тоже… — она оборвала себя. Ее лицо выглядело неспокойным. — Без разницы. Не нужно постоянно беспокоиться о таких вещах, — сказал Ранта. Он продолжил: — Разве мы выглядим мелко? Не я. Я великодушен. Большой, широкий и дикий. Не стесняйся влюбись в меня прямо сейчас в любой момент. — Эм, нет, спасибо, — мгновенно ответила Мэри. Ранта нарочно опустил себя для моментального отказа, его глупость действительно заставила Мэри слегка улыбнуться. Харухиро внезапно почувствовал тяжесть в груди. Что? Возможно ли, что сейчас он почувствовал зависть? Завидовать Ранте? Не может быть… Харухиро прочистил горло, взяв себя в руки: — Тогда что насчет условий на пятом страте? — Сравнивая с этим? Наверно, лучше… — осторожно ответила Мэри. — Ах... — Юме кивнула. — Если так, тогда… — нервно предложила Шихору. — Мы должны спуститься? Могзо твердо кивнул. — Тогда решено, — Ранта широко улыбнулся.

↑ Призрачный сон

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10: Не должен быть крутым

Жарко… это первое, что приходило на ум, после спуска через колодец с четвертого на пятый страт. В то время как на четвертом страте было прохладно, на пятом — категорически нет. Температура была очень высокой и причина была прямо перед глазами. Кузницы, большие и маленькие, стояли в туннеле в ряд. Пятый страт представлял собой завод, где плавили добываемую руду. Не все кузницы использовались, но одну оккупировали кобольды, выглядящие занятыми. Другие кобольды-рабочие бродили вокруг, похоже, что у них перерыв. Некоторые районы просто кишели кобольдами, в то время как некоторые пустовали. В это время появились старший и его подручные. Для солдат запасных сил здесь имелись хорошие места для охоты, в одно из них Мэри вела их. Им оказался тупик в конце страта, но путь был огромным, идущим по кругу, поэтому это не совсем тупик. Место находилось на приличном расстоянии от других кузниц, но не так далеко от зоны перерыва кобольдов-рабочих или находившихся на посту старших, которые за всеми наблюдали. Кобольды должны войти в эту зону, если они захотят отправиться на свою смену, так что подходящих кобольдов можно легко заметить. Именно здесь Харухиро и остальные лежали в засаде… не считая того, что ни один кобольд не пришел. Ранта, становившийся нетерпеливым, раздраженно проворчал. Юме вздохнула от усталости: — Если ты не можешь быть терпеливым, тогда почему бы не попытаться вздремнуть? — Если я усну, — возразил Ранта, — вы, ребята, решите, что здесь скучно и оставите меня позади. — Черт. Сорвалось. — Чертовски верно, Мисс Стиральная Доска. Я знаю, о чем ты думаешь, даже прежде чем ты сама подумаешь об этом. Я вижу сквозь тебя! — Не зови так Юме! — сказала Юме. — Я буду звать тебя как захочу, дура! Плоская плоская плоская плоская! Лицо Юме стало неистовым. — Ю-юме… — сказала Шихору, нежно погладив Юме по спине. — Не думаю, что у тебя маленькая грудь. — У Шихору большая грудь, поэтому Юме не чувствует себя лучше! — О… Я… прости… но я просто толстая…. прости… — Юме тоже, — виновато сказала Юме. — Забудь, что сказала Юме. Это не твоя вина, что у тебя большая грудь, и это не значит, что Юме специально сделала грудь меньше. И время от времени Юме использует лук, потому что Юме — Охотник, поэтому иногда она думает, что большая грудь мешала бы… — Эм… наверно это так, — нерешительно согласилась Шихору. — Наверно Юме — прирожденный Охотник, — сказала Юме. — Что за странные рассуждения? — с вызовом сказал Ранта. Харухиро обнаружил, что в этот раз чуть-чуть согласен с Рантой, но, наверно, лучше не встревать в разговор. Это был один из моментов «отпустить». Отпустить… Просто отпустить… У него возникло ощущение, что он набрался опыта в навыке «отпустить» с намерением повысить его и подобраться ближе к достижению цели. Пятый страт был шумным местом, но место для охоты, в котором они находились, оказалось относительно тихим. Эхом доносился шум из туннеля добычи. Они услышали приближающиеся шаги. Скорее всего кобольды. Харухиро поднял руку и указал пальцем направление. Затем он поднял большой палец и сразу же опустил его. Это был знак «враг приближается, приготовьтесь», который они придумали после того, как начали спускаться в шахты. Юме приготовила лук и натянула стрелу, закрыла глаза и несколько раз глубоко вдохнула. Шихору и Мэри приготовили свои посохи. Могзо достал свой полуторный меч, Ранта сделал то же со своим длинным мечом, и Харухиро достал свой кинжал. Кобольд показался в поле зрения. Старший кобольд. Юме открыла глаза; они характерно двигались, указывая на то, что она активировала [Sharp Sight] * , навык, позволяющий отслеживать движение с высокой точностью. Она выстрелила. Старший закричал, когда ее стрела попала ему в лицо. Старший упал, извиваясь от боли, но за ним появился другой. Тоже старший. Двое старших: Старший А был ранен, в то время как с другим было все в порядке. — Могзо, атакуй нераненого! — приказал Харухиро, и Могзо подчинился приказу. — УМРИИИИИИ! — Ранта уже двинулся на Старшего А. Юме бросила лук и достала кукри. Шихору произнесла «Оом рел ект вел дас!», заклинание [Shadow Echo]. Черный, похожий на морские водоросли, теневой элементаль вылетел из кончика ее посоха. Старший Б парировал атаки Могзо с помощью меча с широким клинком, но в этот момент теневой элементаль ударил его прямо в живот. Он начал неконтролируемо трястись. Могзо с криком надавил на меч Старшего Б, затем поднял свой меч над и опустил его на голову старшего кобольда. Кобольд отклонил тело в последнюю секунду, и меч Могзо только ранил голову старшего, вместо того, чтобы ее разломить. Тем временем Ранта, крича от ярости, проткнул длинным мечом грудь Старшего А. Как раз тогда, когда Харухиро и Юме собирались помочь Могзо, Старший Б отвернулся. — Не дайте ему уйти! — прокричала Мэри. Юме взяла кукри в левую руку, а правой рукой достала метательный нож и кинула его в старшего. Ее навык [Star Pierce] ударил Старшего Б прямо в плечо, но тот продолжал бежать. Могзо был прямо позади него, тяжелая броня клацала с каждым шагом, но поднятый меч не доставал. — Я разберусь с ним! — Харухиро ускорил свой шаг, обогнав Юме и Могзо. Спина Старшего Б оказалась прямо перед ним, и так как он был полностью поглощен побегом, он никак не пытался защитить себя. Потому что он ранен и с трудом держится на ногах. В любом случае, Харухиро нужно поймать его. — [Widow Maker]! Харухиро запрыгнул ему на спину, перерезал ему горло одним движением и отпрыгнул назад. Старший немного подергался, затем свалился на землю. Харухиро вздохнул с облегчением: — Я сделал это… — Забрал мой Вайс! — прокричал Ранта диким тоном. Похоже, Кобольд А тоже мертв. — По какой-то причине… — Харухиро обнаружил, что открыл рот и ничего не мог с этим поделать. Это был не самый чистый бой, но и не самый плохой. Они не напрягали своего Жреца, Мэри, все внесли вклад своими специальностями и смогли все быстро закончить. Почти командная работа. — По какой-то причине, думаю, все прошло хорошо, — продолжил Харухиро. — Вы так не думаете. ребята? — С-согласен, — сказал Могзо, его барбют двинулся вверх-вниз в кивающем движении. — Я тоже так думаю. — Да, — сказала Юме, раздувая ноздри, поглаживая левой рукой по правому плечу. — Стрела Юме и метательный нож были удивительными. Юме жаль старших, но она рада за себя. Шихору улыбнулась. — Как будто мы вошли в один ритм. Будто бы мы знали, кто и что собирается делать, и именно так все и сработало. — Да, — Мэри сверкнула легкой улыбкой. — Думаю, хорошо сработано. — И ВСЕ БЛАГОДАРЯ МНЕ!!! — произнес Ранта. — ВСЕ БЛАГОДАРЯ МНЕ И ЭТО ВСЕ МОЕ! Харухиро полагал, что сложно ожидать от Ранты чего-то другого. Ну, ему нужно просто отпустить… но он не смог. — Что это значит? — с вызовом спросил Харухиро. — Это должно быть каким-то крутым предложением? — Нет, стоп… Я имел в виду МИР! Не совсем! Я имел в виду, что мир — мой! — О. Тогда рад за тебя. — На самом деле ты не рад! Ты так и сказал! — обвинил Ранта. — Неа. Думаю, что рад, — сказал Харухиро. — Это великолепно. Поздравляю. — Спасибо! — Ранта пнул землю. — И почему из всех людей я должен говорить тебе спасибо?! Если бы это был тот же шаблон, что и обычно, Харухиро бы разозлился, но ему действительно было смешно, и он смеялся. Все находились в хорошем настроении, пока они собирали лут. Внезапно, Харухиро почувствовал что-то странное… что-то не так. Он быстро осмотрелся. — Что не… — начала Мэри, но прежде чем закончила, она увидела то же, что и Харухиро… Голова высунувшаяся оттуда, где туннель почти не виден. Кобольд. Наверняка. Когда кобольд понял, что Харухиро и Мэри его обнаружили, то скрылся из виду. — Эй… отлично, — сказал Ранта, пока доставал талисман с трупа Старшего А. — Похоже, за него можно получить хорошие деньги. — Стой, — сказал Харухиро, подняв руку, чтобы заткнуть Ранту. — Мэри, мысли? — Что? — Ранта вытянул шею, чтобы осмотреться. — Что происходит? — Что случилось? — спросила Юме, одним коленом на теле Старшего Б. Шихору, пригнувшаяся рядом с Юме, повернулась к Харухиро и моргнула в замешательстве. — Хм? Что… Могзо проворчал и наклонился пониже. Мэри положила палец на подбородок. — Мысли, говоришь… Долгий, ушераздирающий собачий вой разорвал воздух. Но воющий не был собакой. Кобольд. Рабочий или старший, Харухиро не мог сказать, но должно быть это тот кобольд, заметивший их. — Э-эй… — Ранта сглотнул, положив руку на рот. — Какого… этот звук не к добру… Глаза Мэри округлились, в них отражалась паника. — Плохо. Это… В то же время другой громкий рев раздался в ответ от нескольких кобольдов. Вой стал одним непрерывным потоком. Первый кобольд начал его, другой ответил, затем еще один, и еще, и еще. — Б-бежим! — немедленно решил Харухиро. Юме схватила Шихору за руку и подняла ее на ноги. — Давай Шихору, поднимайся! Бежать. Им нужно бежать. Бежать как угорелым. Но куда? На долю секунды, у Харухиро не было идей. Успокойся! Затем он вспомнил, но уже не важно. Путь по туннелю в конце тупика был по кругу. Неважно, в какую сторону они пойдут. Но после этого, куда дальше? Пятый страт похож на лабиринт с кучей проходов. Смогут ли они вернуться к колодцу, ведущему на четвертый страт и не заблудиться? Его чувство направления не было ужасным, но и не самым лучшим. Все будет хорошо… По какой-то причине, он чувствовал, что с ними все будет хорошо, но он не был полностью уверен. Это так похоже на него, качаться взад и вперед. — За мной! — сказала Мэри, перейдя в бег. О. Точно. Мэри была здесь раньше. Все, что им нужно, так это следовать за ней. — В-все, идем! — сказал Харухиро, хоть даже никому это не нужно было говорить. Он следовал за Мэри, на бегу оборачиваясь назад, чтобы убедиться, что все остальные с ним, и остро осознал, какой же он неудачник. Хоть он и лидер, он первым поджал хвост. В этот момент, он забыл обо всех своих товарищах. Полное ничтожество. За гранью стыда. Юме и Шихору полностью охватила паника. Он должен успокоить их. Успокоить?! В такое время? Как?! — Все в порядке! Так что просто… — Харухиро немедленно проглотил свои слова. И это в порядке? заговорил в нем цуккоми. Он не был в порядке. Если бы он не был так занят, он бы посмеялся, насколько он не в порядке. Наверно он сходит с ума. Он не мог хорошо бежать с повернутой назад головой, поэтому он снова перевел взгляд вперед. Все тряслось. Его поле зрения качалось. Трясло и качалось так сильно, что он хотел спросить, почему в мире все так сильно трясется. Его сердцебиение громко отдавалось в ушах. О. Может быть поэтому. Такое чувство, что его сердце собирается выпрыгнуть изо рта. Они покинули тупик и спустились немного ниже, пробежали сторожевой пост, затем зону для перерыва. Каждая из них была пустой, когда они ранее проходили через них, но не сейчас. Зона перерыва наполнилась кобольдами-рабочими, которые мгновенно бросились прямо к ним. — Черт! Черт, черт, черт! — ругательства невольно скатились с его языка. «Черт!» и «Что нам делать?!» поочередно бесчинствовали у него в голове. Темп Мэри замедлился, поэтому Харухиро последовал ее примеру. О. Вот почему. Группа кобольдов встала прямо у них на пути; они прибегут прямо к ним, если продолжат бежать. Но они попадут в тупик, если повернут назад. Единственный вариант — пробиться через них. Хоть и не с Мэри впереди. — М-могзо! — Харухиро повернулся и закричал. — В-впереди! Убери их! Используй [War Cry] * ! — Т-точно, — ответил Могзо, в его голосе угадывалась отчаяние, пока его бронированное тело с грохотом пронеслось вперед мимо Харухиро и Мэри. 14 кобольдов, может и больше, встретили Могзо с факелами, намереваясь убить его. Внезапно Могзо остановился, когда в него полетело множество горящих палок. Даже не дрогнув, Могза твердо уперся ногами в землю и издал рев; навык Воинов [War Cry]. В версии с изображениями тут находится картинка. Благодаря особому способу изменения высоты своего голоса, оглушительный выкрик [War Cry] немедленно напугал врагов. Не готовые к [War Cry] остановятся, будь то люди, монстры или другие формы жизни. Он заставил нескольких кобольдов впереди подпрыгнуть, в то время как других просто парализовало от испуга. Некоторые из них даже отпрянули назад, схватившись руками за голову. — СЕЙЧАС! — закричал Могзо грубым и мужественным голосом. Харухиро бежал так, будто от этого зависит его жизнь, крича: — Все разом! Ранта кричал, пока бежал. Мэри рядом с Харухиро. Что насчет Юме и Шихору? Харухиро обернулся. Обе были на месте. — Б-бежим! Вперед! Вперед, вперед, вперед! — крикнул он. Это единственное, что он мог сказать? Ничтожный. Харухиро и Мэри быстро догнали Могзо. Могзо не был быстрым бегуном по природе и доспех замедлял его еще больше. Клацание пластинчатого доспеха эхом разносилось по туннелю. Должен ли я оббежать его и бежать впереди? подумал Харухиро. Нет, плохая идея. Больше кобольдов появилось у них на пути. Еще больше. Сколько их? Он понятия не имел. — Я не могу использовать его снова! Не так скоро! — нервно сказал Могзо, бежав изо всех сил. Значит [War Cry] не из тех навыков, который можно использовать постоянно. Что им делать? — Н-нам надо прорваться через них! — сказал Харухиро. Тихий голос внутри него спросил, Прорваться? Тупо прорваться? Правда? Но лучших вариантов нет, так ведь? Все, что он сейчас хотел, так это взять все разочарование от нерешительности и скинуть на кого-нибудь, но сейчас было не время и не место. — АРГХ! — прокричал Могзо. Кобольды протаранили их собой, крича боевые кличи. Трое из них, затем четвертый кинулись на них, образовав кучу. Могзо свалился на землю, неоднократно перекатившись, но в момент переката он как-то встал на ноги. Могзо тоже выглядел растерянно, будто бы не понимал, что произошло. — Продолжай, Могзо! — прокричал Харухиро. Могзо мгновенно восстановился и продолжил бежать с серией криков. Харухиро не понимал, что он кричит, но без разницы. — Направо! — сказала Мэри. Ранта внезапно закричал, аккомпанируя визгу Шихору. Харухиро обернулся и увидел кобольда, ухватившегося за подол робы Шихору. Юме отрубила руку кобольда с помощью кукри, тем самым предотвратив падение Шихору на землю. Тем временем Могзо размахивал своим мечом во всю ширь, пока бежал, оттесняя кобольдов впереди. Мэри тоже била своим посохом кобольдов, подходивших на расстояние удара. И я ничего не делаю… подумал Харухиро. Просто бежать. Он ничего не мог делать, кроме как бежать. Как это произошло? Почему все так обернулось? Все шло хорошо. Очень хорошо. Все хорошо себя чувствовали, настроение было легким, мораль на высоте. Наверно… они стали самоуверенными, потому что все шло гладко? Нет, до этого не дошло. Хоть они и были на грани этого. В шаге от того, чтобы пересечь эту черту. Тогда они были беззаботными? Невнимательными? Харухиро не мог отрицать этого. Они не заметили подглядывающего кобольда, пока стало не слишком поздно. Слишком поздно? Правда? Тогда было ли что-то, что Харухиро мог сделать, но провалился? Он не мог сказать наверняка, что не мог сделать абсолютно ничего, чтобы предотвратить это. Они стали слишком беспечными. Ничего хорошего не происходит под влиянием момента. Они так же потеряли Манато, когда все думали, что смогут справиться. И теперь опять повторили ту же ошибку. Харухиро не усвоил урок Манато, за который тот заплатил жизнью. — Что я делаю… Он жалок. Худший из худших, и это непоправимо. Но виня себя за ошибки, ситуацию не исправишь. Но он также не думал, что может что-то сделать, чтобы вернуть все в норму. Невозможно. Они не смогут уйти. Это все. Конец. Кобольдов слишком много. Даже чересчур. Если они пойдут вперед — кобольды. Обернутся — кобольды. Направо — кобольды. Налево — кобольды. Туннели наполнены кобольдами. Где они? Харухиро понятия не имел. Он просто следовал за Мэри. Могзо значительно замедлился, но если Харухиро пойдет впереди него, то он будет вести. Он не мог. Он не мог идти впереди. Невозможно, чтобы он шел в авангарде. Дыхание Могзо становилось неровным. Должно быть, он устал, но он не прекращал махать мечом, пока бежал. Нет, он заставлял себя, как если бы это был вопрос жизни и смерти. Могзо старался изо всех сил ради них. Прости, беззвучно извинился Харухиро, желая закричать. Могзо… Прости. Я бесполезное ничтожество… Но даже если он такой, он все еще мог что-то сделать. Даже на мгновение, он мог позволить Могзо отдохнуть, иначе он не сможет выбраться. И без Могзо остальные тоже не смогут выбраться. — Могзо, отойди! Я займу твое место! — крикнул Харухиро. Он боялся. Так боялся, что хотел закричать. Но не важно, что случится. С диким криком Харухиро рванул вперед, перед Могзо, и немедленно был атакован кобольдом, бежавшим на него. Кобольды, кобольды, какого черта, кобольды, Могзо, какого черта, до нелепого безумно страшно, черт, черт, черт, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, черт, я умру, я умру, я умру… Было больно, поэтому он, наверно, был избит и изранен везде, где можно, но понятия не имел, куда ему попали. Кроме того, он понятия не имел, как он отбросил кобольдов назад настолько, что они смогли прорваться. Он действовал на чистых… инстинктах? Или что-то похожее. Стоп. Я вообще двигаюсь? Без понятия. В этот момент, все, что он только знал: старший кобольд стоял прямо перед ним, поднял меч и готов разрубить открытую голову Харухиро. Для Харухиро все выглядело так, будто время остановилось и наступила тишина. Он не слышал ни звука… Странная тишина. Харухиро увидел себя, сидящим на стуле в комнате, знакомой и не знакомой в одно и то же время. Что я делаю в этом месте? Затем он оказался в другом месте, окруженный людьми, выглядящими знакомыми и незнакомыми в одно и то же время. Он смеялся. Сейчас он находился в каком-то автомобиле, собираясь куда-то. Другие ехали в той же машине. Кто? Они выглядели знакомыми, но он не узнал их. Кто они? Он сидел на корточках перед большой, похожей на коробку, штукой с ярким, мерцающим светом. Перед ним стояла девочка с прической каре. Чоко… Так Харухиро назвал Девочку с Каре. Чоко. Кто она? Он не знал. Но Чоко… по какой-то причине, он чувствовал, что знал ее. Кто она? Где они встретились? Они встречались где-то? Он увидел это место. Где оно? Чоко. Эй, Чоко… Кто ты? Ты знаешь меня? Где мы? Когда мы? Когда и… где, я знал тебя… Но Харухиро не знал. Он не мог вспомнить — нет, будто бы его знания исчезли за мгновение, когда он вспомнил их. Лицо Чоко… ее внешность… он не мог вспомнить, как она выглядит. Чоко. Но он вспомнил ее имя. Это единственное, что не исчезло; оно осталось с ним. Но это не важно, потому что он умрет. Движения кобольда казались медленнее, чем обычно, но они выглядели не так, как раньше. Все двигалось, но Харухиро не мог двигаться. Он не мог уклониться от меча старшего и не носил защитный шлем как Могзо. Ничто не спасет его, если удар меча попадет по голове. Скорее всего, он умрет. О, что это? Что-то похожее на промелькнувшую перед глазами жизнь? Значит, в конце концов, он умрет. Чоко, я умру. Хотел бы я встретить тебя. Я не знаю ничего, кроме твоего имени, но я хотел бы встретиться с тобой… Теперь это невозможно. Тем не менее, он хотел хотя бы попытаться. Уклониться! Сделать что-нибудь! Что-нибудь! Но Харухиро не думал, что у него есть хоть малейший шанс избежать атаки. Приближение клинка кобольда ускорилось. Он опускался. Харухиро поднял руку. Ему нужно сделать что-нибудь, чтобы заблокировать. Его рука не сделает это вовремя. — [Anger Thrust]! Харухиро с наполовину поднятой рукой, подумал, что если бы Ранта не прыгнул и не воткнул свой меч в основание горла кобольда, то голову Харухиро разрезали бы пополам. — Хаха! Дорогу Лорду Ранте! — произнес он. Харухиро понятия не имел, как Ранта мог так двигаться, раскручивая свое тело, размахивая длинным мечом, а затем, внезапно, изменил направление вращения. — [Propel Leap]! — Какого… — Харухиро потерял дар речи. Это оказалось атака задницей. Он использовал [Propel Leap], чтобы запустить себя назад, отлетая прямо в кобольда, стоявшего позади него; но вместо того, чтобы протаранить его своим телом, Ранта послал его в полет своей задницей. — ДА! Я чертовский крут! — с удовольствием произнес Ранта. — СПАСИБО! — [Rage Cleave] Могзо пришел быстрее, чем сердце ударило еще раз, прикончив кобольда. Мэри отправляла в полет одного за другим при помощи навыка [Smash]. Юме отбивалась от кобольдов сзади своим кукри, пока посох Шихору опускался на отступающих. — Харухиро! — крикнул Ранта, используя свой шлем, чтобы выдержать раскаленное клеймо кобольда, затем вонзил меч ему в живот. — Ты слабее ребенка, будь осторожнее! У нас будут проблемы, если ты умрешь! — Я знаю! — ответил Харухиро. Ему не нужно говорить это. Не от Ранты… единственного человека, от которого он не хотел это слышать. Но он заслужил это. Харухиро полностью сдался. Он был почти в отчаянии. Он бесполезен, как сейчас. Лидер, да? Он слишком некомпетентен. Он слаб, как и сказал Ранта. Для него невозможно спокойно принимать решения. Но даже так, он сделает это. Он не мог позволить морально победить себя. Врагом были не кобольды. Вряд ли. Настоящим врагом была его собственная беспомощность. — Мэри! Сколько еще до спускового колодца?! — позвал Харухиро. — Еще немного! — пришел ответ от нее. — Хорошо! Держитесь, мы почти на месте! — крикнул Харухиро. — Держитесь ближе к стенам! Прислоняйтесь к ним спинами, если все станет плохо! Лучше быть окруженными с трех сторон, чем с четырех! Ранта, вперед! Мы рассчитываем на тебя! Могзо, защищай тыл! Юме и Мэри — по бокам! Шихору, не делай ничего опрометчивого! Мы выберемся отсюда, шаг за шагом, вперед! Никто не оставался не раненым. У всех были ранения, но никто не потерял надежду. Харухиро был близок к отчаянию, но теперь он в порядке. Сейчас, когда он получше взглянул, кобольды, окружавшие их, не были организованны. Не так плохо, как 10-20 слоев кобольдов. Их там много, да, но ими никто не командует. Их движения казались неорганизованными, разрозненными, они быстро отступали от любой контратаки группы Харухиро. Может потому, что у них преимущество в количестве, но они не сражаются всерьез. Конечно, не то, чтобы они относились к ним несерьезно, но вместо того, чтобы окружить их, надавить и прикончить их, кобольды преследуют их; играют с ними. С другой стороны, Харухиро и остальные сражаются серьезно и отчаянно, убивая кобольдов на своем пути без колебаний. Кобольды не хотели умирать, поэтому они быстро отступали. Поэтому Харухиро и остальные только слабо окружены. Они все еще в состоянии двигаться и бежать. Не нужно избегать страха действительно страшных вещей, но не нужно бояться больше, чем необходимо. Переоценка угрозы и паника приведут к тому, что они не смогут делать то, что обычно. — Это спусковой колодец! — крикнул Харухиро. — Шихору, ты первая. Дальше Мэри! Затем Юме, я, Ранта и Могзо! С Рантой впереди, Юме, Мэри и Харухиро пробили себе оставшийся путь к колодцу. Этот колодец был маленьким, только с одной лестницей. Шихору забралась, но затем остановилась и задрожала. Харухиро знал, что кричать на нее — плохо. От этого ей станет только хуже. — Все в порядке! — сказал он. — Успокойся! Не нужно торопиться! Когда последнее слово сошло с его губ, туманная линия появилась, соединяясь с только что появившимся кобольдом, и заходила ему за спину. Тело Харухиро пришло в движение, и, как по маслу, его кинжал легко проскользил в спину кобольда. Мэри забралась по лестнице, за ней последовала Юме. — Иди, Харухиро! — Ранта снял свой шлем-ведро, прицелился и бросил его в кобольда с криком. — [Propel Leap]! [Hatred’s Cut]! [Propel Leap] отправил его назад; он ударил кобольда позади своей атакой задницей и [Hatred’s Cut] ударил кобольда спереди. Это был довольно убедительный показатель храбрости. Громкий крик эхом разнесся вокруг. [War Cry] Могзо запугал кобольдов вокруг спускового колодца. Сейчас или никогда. Харухиро начал подниматься по лестнице; он действительно хорош в подобных вещах. — Ранта, ты следующий! Давай! — Харухиро крикнул вниз. — Нет! Могзо, ты первый! — сказал Ранта, хлопнув Могзо по спине плоской частью меча. — Ты медленнее, поэтому вперед! Могзо сделал то, что сказал Ранта. Наверно не потому, что он согласился с аргументом, а скорее его застали врасплох. Могзо приближался, поэтому Харухиро не останавливался. У не было выбора, кроме как тоже продолжать подниматься. — Ранта! Торопись! — снова сказал Харухиро. — Точно! Харухиро услышал ответ, но Ранта не поднимался. Вместо Ранты, кобольды начали забираться по лестнице. Могзо пинками скидывал их вниз, но другие занимали их места. — Могзо, сначала поднимись! — приказал Харухиро, когда обнаружил четвертый страт и пытался помочь вытянуть Могзо. Но… тяжело. Он был слишком тяжелый. — АРГХ! — Мы идем! — Мэри, Юме и Шихору схватили Могзо. И каким-то образом, они смогли вытащить его. С Могзо все в порядке, но Ранта… Что насчет Ранты? Ранта… Ранта не поднимался по лестнице. Только кобольд за кобольдом. И они все приходили и приходили. — РАНТА! — крикнул Харухиро. Нет ответа, но затем, сквозь дикие ревы кобольдов, ему показалось, что он услышал приглушенный голос Ранты: — Идите! Я прямо за вами! — Прямо за… — Харухиро недоверчиво повторил. — Могзо! Позаботься о прибывающих! Могзо прокричал, сбивая своим полуторным мечом кобольдов, прибывающих с лестницы. Он разбил лицо кобольду своим взмахом, заставив того свалиться вниз. Они свалились вниз как большой ком, из-за чего кобольды снизу лаяли и визжали. Перспектива встретить такую участь заставляла их колебаться прежде чем подниматься самим. — … лестница! — Шихору схватила лестницу. Точно. Если они поднимут лестницу… — Хорошо! — Харухиро поспешил помочь Шихору, и вместе они начали поднимать лестницу. На полпути он остановился и сказал. — Но… Юме положила руки на край колодца и наклонилась: — Ранта! — крикнула она. — Только сейчас… — сказала Шихору. Харухиро кивнул и продолжил поднимать лестницу наверх. Шихору права. После того как кобольды снизу сдадутся, то они могут спуститься снова. Если все останется так как сейчас, даже Ранта не сможет подобраться к этому колодцу. Ранта… Смог ли он сбежать? Как-нибудь убежать? Честно говоря, Харухиро сомневался в этом. Казалось, будто у Ранты всегда с собой дьявольская удача, но даже в этот раз она не помогла бы. — Тупица! — Харухиро обрушился на землю. — Ранта, какого черта! ‘Ты первый’… пытаешься вести себя круто! Это не ты! Ты не должен быть крутым… Никто не сказал ни слова. Кобольды все еще находились на дне колодца. Черт… Что теперь? Что нужно делать? Харухиро и остальные были в порядке. Никто не остался без ранений, но никто сильно не пострадал. Не считая Ранты. Если бы не Ранта, не было бы вопросов о том, чтобы сразу же уходить из шахт. Если бы Ранта все еще был с ними. Но даже без Ранты, наверно, они должны убираться отсюда. Оставить Ранту позади… Должны ли они пойти за ним? Спуститься вниз по другому колодцу на поиски? Конечно, это опасно. Они не знали, жив ли он. Может, уже мертв. Если он мертв, тогда в их поисках нет смысла. О чем я думаю? Почему я допускаю смерть Ранты? Но реальность такова, что это возможно. Харухиро не думал, что один человек, преследуемый множеством кобольдов, может уйти далеко. Если бы Харухиро был внизу, он знал, что не смог бы. Он просто бы сдался. Что насчет Ранта? Может Ранта не сдастся… — Хару… — Мэри позвала его, выведя из размышлений. Черт. Он действительно ушел в глубокие раздумья. — Эмм… Да? — ответил он. — Кобольды! — крикнула она. — Не может быть…! Но это правда. Харухиро посмотрел в направлении, куда указывала Мэри, и увидел кобольдов, бегущих прямо на них; старший вел, рабочие позади. — Их целая тонна! — крикнула Юме, выглядя так, будто сейчас заплачет. Могзо пробормотал что-то невнятное. Шихору трясла своей головой, будто бы говоря «нет, нет, нет». Затем она сказала: — М-мы должны б-бежать! Сознание Харухиро было пустым долю секунды. Но только долю. Нет времени сомневаться. Он вскочил на ноги. — Все, бежим!

↑ Острое зрение

↑ Боевой клич

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11: Положитесь на меня

Разве я не удивителен? Чертовски верно. Я такой крутой. Я даже круче Иисуса. Стоп, кто такой Иисус? Эм, Темный Бог? Скалхейл? Без разницы, не важно. Я все еще крут. Потому что я еще не умер. Ранта тяжело вздохнул. Даже гениальный Лорд Ранта мог откусить слишком большой кусок, чем может проглотить. Может даже это… конец? Все… выглядит так. Примерно. Будто бы это КОНЕЦ. Может быть. Не то чтобы его не посещали эти мысли. Он начал принижать себя. Точнее, не совсем. Окей, может быть. Совсем чуть-чуть. Но важнее то, что он все еще жив. Это чудо. Ранта смог то, что не смог бы никто другой. Ничего плохого в том, чтобы хвастаться этим. Он чувствовал, что хвалит себя. Все разумные существа должны хвалить Лорда Ранту. — … Не так ли, Зодиак? — спросил Ранта, повернувшись к пурпурно-черному демону, парившему перед его лицом. Демон был слугой Темного Бога Скалхейла, призванный заклинанием Рыцаря Страха [Dark Invention] * . Появление демона изменялось в зависимости от числа Вайсов, накопленных Рыцарем Страха, и демон Ранты напоминал безголовое человеческое тело, с двумя ямками в районе груди в качестве глаз, прямо над большой щелью в качестве рта. — Нет, нет нет нет нет, не совсем, нет нет… — зашипел демон. Рот зодиака колыхал, когда он разговаривал, и его голос звучал как множество детей, шепчущих одновременно. Пока Ранта не привык к этому, то это казалось довольно тревожным — и даже сейчас, спустя время, от этого голоса у него все еще бежали мурашки. — Ладно. Все же лучше, что ты здесь, чем оставаться одному… — Слабак, слабак, слабак … слабак дурак… слабак слабак слабак … дурак дурак … дурак дурак дурак дурак — Эй. Ты изменил в конце на «дурак». — Дурак, дурак, дурак … Ииииииихихихи… дурак … хихихи… дурак дурак дурак… — Хватит уже. — Ранта поднял руку, чтобы хорошенько ударить демона, но прежде чем он это сделал, Зодиак взлетел наверх. — Ииииииихихихи … ихихихи … ихихихи … дурак дурак дурак… ииихихихи … — Черт возьми, почему? Зодиак… — Ранта прижал колени к груди и притворился плачущим. Но Зодиак никак не отреагировал, поэтому Ранта сдался и вместо этого сказал. — Без разницы. Не могу поверить, что я добрался до четвертого страта… Да, теперь Ранта находился уже не на кузнечном пятом страте; он вернулся на четвертый страт, сельскохозяйственный сектор. Как, черт возьми, он смог это сделать, оставалось за гранью понимания… даже он понятия не имел. Он позволил Могзо подняться по лестнице первым и затем бежал, бежал, бежал, пока случайно не добрался до следующего спускового колодца. Он помнил, что скинул нескольких кобольдов, карабкающихся по лестнице, но некоторые кобольды с пятого страта все еще преследовали его. К счастью, на четвертом страте, ворота в один из загонов оставались открытыми. Когда Ранта пробрался через них, свинокрысы внутри запаниковали и рванули к выходу, застав преследователей врасплох. План не был идеален, но Ранта подумал, что это лучше, чем ничего. После этого, он прошел через загоны свинокрысов и свиночервей и постепенно сбрасывал преследующих кобольдов со следа до тех пор, пока последний не исчез из виду. И сейчас он оказался здесь. В загоне свиночервей, окруженный свиночервями. Только Ранта, Зодиак и куча существ. — Стоп… что если… Он поманил одного свиночервя. Нет ответа. Тогда он похлопал его рукой. Все еще нет ответа. — Хорошо. Отлично. Если так, тогда… он попытался уколоть его через толстую кожу. Свиночервь посмотрел на Ранту черными, обвисшими глазами, которые были наполовину зарыты в теле, и носом издал на него звук, похожий на гуфуу-гуфуу. — Н-не злись… Гуфуу! Гуфуу! — Ваа… стой, хватит уже! Не… трись о мое лицо! Иуу… Буфуу… Буфуу… буфуу! — Нет, не… лижи… противно… Что за черт с твоим языком? Ощущения как от наждачной бумаги… Фуу… гуфуу… гууфуу… фуу… фуу… Свиночервь начал прижиматься к нему. Ранта попытался отодвинуться подальше, но не смог. Он очень силен. Он не мог уйти. Внезапно, свиночервь обвился вокруг него, и когда Ранта наклонился и повернулся, чтобы отбросить его, тот вцепился еще крепче. Но когда он попытался встать, свиночервь устроился на нем. — Серьезно…? Этой штуке комфортно на мне… какого черта… — Дурак дурак дурак … киихихихи… дурак дурак дурак … киихихихи … дурак! — Хватит смеяться надо мной, Зодиак! — Умри! Умри сейчас, умри прямо сейчас! Пусть тебя заберет Скалхейл! Заберет заберет заберет! — Не говори такие страшные вещи… — Слабак… слабак слабак слабак … ииихихихихи… дурак дурак дурак дурак дурак! — Все еще дурак под конец, ха… Он не один. У него есть Зодиак и свиночервь, которому он нравится… Но ему очень одиноко. И помощь не шла. — Эта штука воняет… противно… Бесполезно пытаться отрицать это, поэтому он мог сказать так: свиночервь вонял как куча дерьма с мочой. Находиться в загоне свиночервей ужасно, за гранью отвращения, но если он уйдет, он рискует попасться патрулям старших. Если будет бой один на один со старшим, Ранта уверен, что сможет победить. Он может победить. Он достаточно силен. Но в то же время он устал. Он не хотел тратить свои силы. Если он полностью выложится, его с легкостью прикончит один, может два старших, но он чувствовал, будто бы сейчас отдыхает. Даже бесстрашным, смелым Рыцарям Страха нужен перерыв. План заключался в том, чтобы отдохнуть, восстановить силы и затем идти. — Должен выбраться отсюда самостоятельно… Могзо. Юме. Шихору. Мэри… Харухиро. Лица каждого внезапно появились в сознании. Нет… они не шли. Вернее он не мог заставить себя поверить в то, что они шли за ним. Ранта издал короткий, невеселый смешок: — … Потому что я уже знаю. Вы, ребята, ненавидите меня. Я всегда это знал. Но почему? Почему все ненавидят меня? Никто не мог вспомнить прошлое, поэтому он не понимал причину. Может потому, что он просто не мог целовать зад и притворяться. Его тошнило даже от мысли быть хорошим с людьми или быть внимательным к ним. И говорить что-то, что он считает неправдой…. он не сделает это, даже если ему будут угрожать выбиванием зубов. И даже если бы он думал, что это правда, все еще бывали времена, когда он оставлял свои мысли невысказанными. Он предположил, что его поведение бесило некоторых людей. Он никогда не понимал этого; только сейчас эта мысль пришла к нему в голову. Иначе бы он заметил. Но не смотря на то, что он знал, он не мог остановиться. Почему он должен пытаться остановиться? В конце концов, он просто был самим собой. Заходить далеко и быть хорошим парнем, просто чтобы обмануть людей, чтобы он понравился им… об этом не может быть и речи. Он не хотел, чтобы люди любили его из-за поддельной личности. Все в порядке с тем, что он никому не нравился. Если люди хотят ненавидеть его, ладно. Ненавистники будут ненавидеть. Те, кто поймут его, смогут принять его, или так думал Ранта. Всего несколько людей понимали его… его что? Ценность? Что-то такое. Люди, которые примут его, и отдадут ему должное — то, которое он заслуживает — они должны быть. Так что ладно. Те, кто не понимают его, могут продолжать не понимать. Но даже так, не были ли они все товарищами? Ранта тоже часть команды. По своему, он постоянно вносил вклад в команду, и он собирался продолжать. Он верил, что рано или поздно другие поймут его. Они поймут ценность Лорда Ранты. И когда к ним придет понимание, их отношение к нему изменится. Ранта понял, что они все еще не дошли до этого момента. Не достаточно времени прошло. Потом он пошел и сделал это… «вы, ребята, идите вперед, положитесь на меня». — Но это… Да. Любой сделает это, когда появится шанс. Это в порядке вещей для мужчины. Нет другого выбора, кроме как сделать это. Мужчина, который не сделает это, не может считаться мужчиной. Даже если они были бы девушками, они должны были сделать это. Если бы Ранты был девушкой, он знал, что, наверно, сделал бы это. Он хотел того… чтобы шанс пришел немного позже. После того, как его товарищи поймут, какой он был удивительный. Было бы так круто, если бы шанс сделать ЭТО пришел бы только после того, как они полностью и безоговорочно поняли бы, насколько он незаменим для команды. Харухиро, этот идиооот, выплакал бы все глаза. Могзо бы зарыдал. И девушки, каждая из них, влюбилась бы в него. «Мы не можем оставить нашего дорогого Лорда Ранту позади!» — сказали бы они. «Ребята, мы должны спасти его!» — сказали бы они. Наверняка так бы и было. Но для этого слишком рано. Время еще не пришло. — Это значит, что я тороплю события…? Или я ошибаюсь? глубоко вздохнув, подумал про себя Ранта. Но нет, он не рассчитывал, что остальные придут. Никто не придет, чтобы спасти его. Он должен сам найти способ выбраться. — Умри! Киихихихихихи! Умри, слабак! Умри умри умри! Киихихихихи… слабак слабак слабак! Плохое отношение демона резало сердце Ранты. Его наставник сказал однажды: — Демон — отражение призывателя. Он похож на Рыцаря Страха, который призывает его. «Ты, должно быть, шутишь!» — вот что хотел закричать Ранта, но его наставник, Сидни Аггуро, был чертовски пугающим. Его наставника сейчас не было здесь, но Ранта был уверен, что если он когда-либо усомнится в словах наставника, его убьют на месте. Вот каким он был пугающим. — Что, полагаю, означает, что у меня все еще осталось что-то, чтобы сейчас злиться на него, — пробормотал Ранта, улыбнувшись. Я смогу сделать это, я в порядке, сказал Ранта сам себе. Ты увидишь, Харухиро. Я сам смогу выбраться. И после того, как ты удивишься, ты можешь упасть на колени передо мной…

↑ Темный замысел

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12: Критический момент

Они достигли третьего страта и как раз собирались вздохнуть с облегчением, когда появился старший с двумя подручными, застав их врасплох. Бой быстро стал хаотичным. Харухиро ворчал, пока делал [Swat], [Swat], [Swat] и успешно отражал последовательные атаки Кобольда А. Большего он не мог. Вот что случалось, когда он дрался с врагом лицом к лицу. И из-за того, что он сосредоточился на оружии кобольда, движении его рук, он не имел ни малейшего представления, что происходит с остальными. С ними все в порядке? Как они? Он беспокоился, но не мог уделить время этим мыслям. Время. Он должен выиграть время, хоть немного, отвлекая одного врага на себя. Текущий уровень навыков Могзо позволит ему в одиночку взять на себя старшего. Юме не боялась сражаться, поэтому она сама встала против Кобольда Б. Также, у него в поддержке Мэри и Шихору. И если Харухиро мог полностью занять Кобольда А, есть хороший шанс, что все будет в порядке. Наверно, он не сможет убить его самостоятельно, но, по крайней мере, он может занять его. Кобольд А взвыл и внезапно повернулся спиной к нему. Черт! Увидев, как движется его хвост, Харухиро понял, что у него проблемы. Кобольд А крутанулся, размахивая мечом на вытянутой руке. Харухиро понял, что никак не сможет отразить этот выпад, но его тело по рефлексу сделало [Swat]. Всякий раз, когда его атаковали, он делал [Swat]. Он злоупотреблял этой техникой, из-за чего сформировалась плохая привычка. Все обернулось именно так, как он опасался. — Аргх! — воскликнул Харухиро, когда меч кобольда ударил по его кинжалу и вывел его из равновесия. Яростно лая, Кобольд А усилил атаку. У Харухиро не было времени, чтобы заблокировать атаку, вместо этого он уклонился. Мысли об избегании лишних движений никогда даже не приходила ему на ум; вместо этого, он вложил все силы в то, чтобы повернуть тело. Он знал, что его движения совершенно неэффективны, и он хотел успокоиться, чтобы нормально сражаться. Но он не мог. Он запаниковал. Харухиро охнул, когда меч кобольда немного задел его левую руку, чуть выше локтя. Все хорошо… просто царапина… говорил он себе. Но количество крови, вытекающей из раны, было ошеломляющим. И болело. Какого черта?!Кобольд, дай мне отдохнуть, а? Я по хорошему прошу тебя! Почему он сразу не спросил? Харухиро понятия не имел. Даже если бы Харухиро вежливо попросил, наверно, кобольд не стал бы слушать. Скорее всего, Кобольд А ответил бы: «Не держи меня за идиота». Он пролаял на него и снова повернулся спиной. Он готовился к той же атаке. Иди и попробуй! тут же подумал Харухиро. Он увидел как раз вовремя. После того, как видишь технику однажды, не стоит ее снова бояться. Харухиро отскочил назад, набрав дистанцию между собой и кобольдом, чтобы он не достал до него. Или он так думал. Но кобольд внезапно сделал заднее сальто, приближаясь прямо к нему. — Какого…! — Харухиро выпучил глаза от удивления. Вместо атаки своим оружием, Кобольд А пнул его в грудь, отправив тем самым в полет. Харухиро тяжело приземлился на спину, а кобольд все еще шел прямо на него. Черт! Ему конец. — [Light Of Judgement]! Луч ослепительного света выстрелил прямо в Кобольда А. Заклинание Мэри. Кобольд поспешно отклонился назад, чтобы увернуться. Пока Харухиро вставал на ноги, Мэри проскользила изящно и гладко. Она подняла посох и описала им дугу. — [Smash]! Оружие Мэри с сокрушительной силой попало кобольду в бок. Это была блестящая, прекрасная комбинация навыков [Light Of Judgement] и [Smash]. Не могу просто стоять и восхищаться этим! подумал Харухиро. Кобольд А качался на ногах. Харухиро проворно обошел его и, используя [Widow Maker], он воткнул свой кинжал в его подбородок. Пока он быстро отпрыгнул, его глаза встретились со взглядом Мэри буквально на секунду. — Спасибо, — сказал он, прежде чем перевести внимание на сцену вокруг. Могзо доминировал в бою со старшим рабочим, но Юме, изо всех сил сражающаяся с оставшимся кобольдом-рабочим, кажется, тоже была ранена. Ей немедленно нужна помощь. Шихору выполнила [Shadow Bing] на старшего, сковав его движения, позволив Могзо напасть со всей силы и прикончить его. После этого, все пошли на Кобольда Б и легко убили его. Ситуация успокоилась, и они, наконец-то, смогли передохнуть. Они поспешно собрали талисманы с тел кобольдов, и Мэри вылечила их. — Похоже, мы справились даже без Ранты, — сказала Юме с легкой улыбкой, хоть на ее лице читалось истощение. Как и Харухиро, ее тоже ранили в прошлом бою. Для него, это «справились» было почти то же, что сказать «мы сделали это, оставив кожу у них в зубах». — Но… это было близко, наверно, — сказала Шихору, опустив взгляд на землю. — Может… Юме, Харухиро, вы просто не очень хорошие бойцы передней линии. А… но не то, чтобы я пытаюсь критиковать или что… — Я знаю, — Харухиро улыбнулся Шихору, хоть его улыбка оказалась более горькой, чем он хотел. — Я согласен. Я и Юме не подходим для прямых столкновений с врагом, не зависимо от того, как бы мы ни старались. По крайней мере, для меня, когда все идет плохо, мной манипулируют противники. И если все идет хорошо, это потому, что у меня с трудом получается избегать этого. Или так мне кажется. И поэтому, из-за большего числа движений, бой становится запутанным и все становится сложнее для тебя и Мэри. Думаю, от этого станет сложнее следить за всем, что происходит. — Но в то же время, все идет иначе, когда Ранта занимает свое место, — отметила Мэри. Хоть Мэри, наверно, собиралась поддержать аргументы Харухиро этим замечанием, что-то заставило Харухиро неопределенно наклонить голову набок. — Да, это так. Но думаю, Ранта намеренно пытался удержать на себе все внимание одного противника. Когда ранее, мы предлагали ему помощь, он всегда злился на нас. Конечно, иногда это глупо, но если мы просто позволяли ему делать это, он всегда сдерживал одного врага. Я просто понял, насколько велика разница. И он также… Харухиро не хотел признавать это, но было бы нечестно, если бы он это не сделал. И это правда, так что он чувствовал себя обязанным. Он сделал глубокий вдох и сказал: — На самом деле, он стал гораздо сильнее. В сражениях он стал лучше, чем раньше. Я не знаю, может это потому, что он использует свои навыки так много, но он стал хорошо комбинировать свои техники с нашими. Без сомнения, он действительно стал помогать. Может даже больше, чем я, подумал Харухиро и уже хотел сказать это, но быстро остановил себя. Нет смысла принижать себя сейчас. — М-может мы пойдем… — начал Могзо, затем замолчал. — Все знают, что Юме ненавидит Ранту, — сказала Юме, надув одну щеку и приклеив взгляд к потолку. — Всякий раз, когда Ранта называет Юме плоскогрудой, это ранит чувства Юме, неважно сколько бы Юме не просила его прекратить, он не прекращал. Поэтому даже если люди будут говорить Юме причины, чтобы любить этого человека, Юме не будет. — Да, — Харухиро кивнул, давая ей продолжить. — Но даже так, — взгляд Юме опустился на пол, щеки сдулись. — Но даже если Юме не переносит Ранту на дух, команде тяжело без него. Несмотря на то, что он — один человек. Когда Юме думает о том, что должно быть и Ранта… он потерял Харухиро, Могзо, Шихору, Мэри, Юме… пятерых из нас. Представьте себе, как тяжело ему потерять нас всех за раз. — Юме… — прошептала Шихору, обняв ее за плечи. — Когда Юме думает об этом… — кажется, Юме была близка к тому, чтобы заплакать. — Если бы Юме оказалась в такой ситуации, одна, в таком опасном месте, Юме было бы очень одиноко и грустно, поэтому бы она не смогла ничего сделать. Юме задумывается, каково Ранте… — Во-первых, он… — начал Харухиро, затем захлопнул рот и сделал глубокий вдох через нос. Целиком и полностью паршиво думать сейчас серьезно. Он чувствовал себя так, будто свисает с уступа горы Сумасшествия, но он должен каким-то образом оставаться хладнокровным, рассуждать логически. Мог ли он это сделать? Мог ли он оказаться на высоте положения? Честно говоря, он не узнает, пока не попробует. И даже если он попытается, может быть, он все еще не узнает. Он был холоден и спокоен сейчас? Как он узнает, так ли это? Может, спросив кого-нибудь? Повернуться и спросить: «Эй, ребята, я выгляжу собранным и спокойным для вас?» Ни за что, черт возьми. Все смотрели на него, ожидая услышать, что он скажет дальше. Все ждали его решения. У него не было выбора, кроме как решить. — Мы не можем быть уверенными в том, что жив ли все еще Ранта или нет, — сказал Харухиро. — Но я хочу верить, что он жив. И я хочу пойти и убедиться в этом. Если мы не верим, тогда нет смысла что-либо делать. Да, Ранта все еще жив. И если он жив, я хочу пойти за ним. Он не заставлял кого-либо делать выбор, и он не мог просто отбросить все и уходить от ответственности. Это была реальность. — Сначала мы спустимся вниз, на четвертый страт, затем посмотрим, сможем ли мы вернуться на пятый. Но я не хочу сильно рисковать. Ранта остался, дав нам шанс уйти. Мы будем игнорировать все, что он пытался сделать для нас, если будем убиты, спасая его. Я ужасный человек, не мог не подумать Харухиро. Он ничего не сказал вслух, но если бы это был любой другой товарищ, кроме Ранты, он, наверно, принял бы то же решение, но с обратными приоритетами и меньшей осторожностью. Ранта… может быть это благодаря тебе я смог избежать такого опрометчивого решения. — Наша собственная безопасность в приоритете. Мы не будем заставлять себя, и если ситуация будет выглядеть слишком опасной, мы развернемся и направимся на поверхность. Если это произойдет, после, мы можем просчитать наш следующий шаг. Кто-нибудь против моего предложения? Он ни капельки не верил в то, что кто-то может поднять руку. И никто не поднял. Но Харухиро был тем, кто принял решение; остальные просто согласились. Он мог бы подумать о грузе ответственности, тяжести всех страхов и сомнений, внезапно опустившихся на его плечи, это будет давить на него; но не в этом дело. Как ни странно, по какой-то причине, он чувствовал облегчение Решение принято. Сейчас им нужно сделать это. И у них даже есть шанс справиться с этим. — Хорошо, — сказал Харухиро. — Идем. Ранта, жди нас.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13: Комбо

Он не мог вечно оставаться в загоне свиночервей … один свиночервь влюбился в него, и это было ему противно. — Слушай, не думаю, что что-нибудь получится, — сказал Ранта свиночервю, который лип к нему. — Мне жаль… на самом деле нет. Мне вообще чертовски не жаль… Эй! Хватит преследовать меня! Хватит, или я пожарю тебя и съем! Он протестовал впустую, пока свиночервь издавал на него звуки буу-хии буу-хии, пытаясь подобраться ближе. — Глупый влюбленный свиночервь! Увидимся! — Ранта стряхнул свиночервя и перепрыгнул через ограду. Единственным существом, следовавшим за ним, был демон, Зодиак. — Слабак дурак! Хихихихи… дурак дурак дурак! Кихихихи… слабак слабак слабак слабак! — Заткнись, Зодиак! — ТЫ заткнись! Хихихихи… заткнись НАВСЕГДА! — Ты говоришь мне умереть?! Это то, что ты хочешь сказать? — Киихихихихихи — Возьми свои слова назад, сейчас же! Но нет, подождите как… Прежде чем Ранта мог закончить мысль, Зодиак вдруг приблизился, поднеся колеблющийся рот близко к уху Ранты и прошептав: — Он здесь… он здесь… хихихи… тот, кто заткнет тебя… он здесь… — Что?! Запаниковав, Ранта поспешно осмотрелся. Он был там: старший кобольд, один из старших рабочих, державший кнут с металлическим наконечником и шипами на плети. К счастью, он не смотрел в сторону Ранты, но он определенно шел к нему. Ранта колебался долю секунду, прежде чем запрыгнуть назад в загон со свиночервем, которого он отверг. В загоне свиночервей его не заметят ближайшие кобольды. Рядом находился загон свинокрысов, но ранее, он и остальные сбросили туда тело старшего, которого они убили. После наблюдения за жадным поеданием тела, Ранта решил воздержаться от захода в подобный загон. Он предпочитал не быть съеденным. На него сразу же запрыгнул свиночервь — нет, не совсем «запрыгнул»; один свиночервь проскользил и просто обвился вокруг него. Вскоре, другой сделал точно так же, и теперь его обвил не один свиночервь, а два. Они лизали его лицо с таким энтузиазмом, что от их языков из наждачной бумаги стало больно. Наверно он истекает кровью, так сильно болит. Черт… — Полагаю, я неотразим, — сказал он себе. — Нееееотразим! Нееееотразим! Хихихи… нееееотразим … Хихихи … нееееотразим! — Зодиак, ты ублюдок… — Ранта поклялся от всего сердца, что однажды, он выбьет всю дурь из этого маленького засранца. Но не сейчас. Зодиак не похож на свиночервей, которые прижимались к Ранте, но также демон не был лучшим другом Рыцаря Страха. Специальные способности демонов зависят от количества Вайсов, собранные Рыцарем Страха. 0-10 Вайсов — первый ранг, и демон будет предупреждать о том, что враги рядом. Если захочет. 11-40 — второй ранг, и демон будет отвлекать врагов, что-нибудь шепча им на ухо. Если захочет. Третий ранг дается за сбор 41 и более Вайсов, демон будет ставить врагам подножку или иным образом мешать их движению. Но только если захочет, конечно же. Однако, его можно вызвать только после заката, когда силы Люминоса ослабевают; Бог Света и Бог Скалхейл родились врагами. На первом ранге Рыцари Страха не могут вызвать своего демона днем. На уровнях выше второго, эффективность демона днем на один ранг ниже, чем его текущий ранг. На данный момент, у Ранты был третий ранг, и хоть в шахтах сложно определить время, он предполагал, что еще не вечер, потому что Зодиак выполнял только две способности… если Зодиак захочет. — Мой наставник говорил мне, что чем больше Вайсов я соберу, — пробормотал он. — То мой демон станет сильнее, станет послушнее, но… — Правда? Он правда такое сказал? Киихихихи… он правда так сказал? Хиихихихи… — Да, сказал. — Тебя обманули! Обманули! Киихихихи… обманули, обманули, обманули! Хиихихихи… — Хватит говорить подобные вещи. Это сглазит меня. — Сглазит! Сглазит! Сглазит! Иихихихихи… сегодня ты станешь прахом! Хиихихихи… — Иди к черту, Зодиак. Вот почему я не люблю призывать тебя. Тем не менее, были времена — примерно как тогда, когда Зодиак предупредил его о старшем — когда демон был полезен. И… потому что оставшись одним, он чувствовал себя немного одиноко. Нет, нет, нет, Ранта потряс головой. — Я не одинок. К черту. Ни за что. Я даже не знаю такого слова. — Лжец! Лжец лжец лжец! Киихихихи… большой толстый лжец! Хихихи… хихи… грязный лжец! — Я не большой или толстый или грязный или лжец! Он не мог не злиться на демона, но благодаря тому, что Зодиак рядом, тут хотя бы не скучно. Рантакивнул, чтобы убедить себя. — Ясно, что это важная составная часть вещей. Составная часть. Боже, я знаю чертовски крутые слова. Не «фактор», СОСТАВНАЯ ЧАСТЬ. Звучит круто, потому что только я говорю так. Так что это означает, что я невероятно крут. Понял, Зодиак? Состав… Зодиак! Эй! Зодиак, ответь что-нибудь обидное! — … — Эй, почему ты ничего не говоришь? Скажи что-нибудь! — …… — Зодиак! Эй! Зодиак! — ………. — Зодиааааак!... Зодиак? — ………… — Чт-что происходит? Зодиак, что не так? Что случилось? Ты в порядке? — ……………. — З-зодиак?! — Ааахахаха... обманул тебя! Киихихихи… обманууууууууууул тебяяяяяяяяя! — Ублюдок! В качестве наказания Ранта попытался ударить демон, но промахнулся, когда Зодиак отлетел за пределы досягаемости удара. — Ты не знаешь как ударить демона… несмотря на то, что ты тупой Рыцарь Страха… Киихихихихи… — И-идиот! Конечно я могу! Но ты мой демон, так? Кем я буду, если ударю собственного демона?! — Правда? Правда? Хихи! Ты прааааавда это имел в виду? — Конечно! Сказал бы я что-то несерьезное? — …. иди к черту сто миллионов раз! — Что?! — Кииихихихи… хихихи… киихихихи… хихи… киихихихи… Черт. Это превратилось в какую-то ссору влюбленных из чертовой мыльной оперы. Раньше это казалось забавным, но не сейчас. — … не могу просто прятаться. Это не похоже на меня. Но не вижу другого выбора… наверно? Но даже если он останется здесь, он не думал, что помощь придет. Они не придут. Ни за что не придут… Нет, не было никаких оснований ждать, что кто-то придет. Почему я все еще надеюсь, что они придут? Ничтожество. Я мужик или кто? — Если увижу остальных снова, тогда разберусь с этим, — сказал Ранта сам себе, когда решил рискнуть вылезти из загона. Двигаться — как раз в его стиле. Ему стало лучше. Он оттолкнул свиночервя в сторону и выпрыгнул из загона. Нужно еще пройти долгий путь, прежде чем он полностью сбежит, поэтому он аккуратно передвигался между загонами, а не бежал на полной скорости. — Легко. Совсем просто. Этот район, наполненный темными грибами, огрефернами и полями сияющих цветов, был опасен; он был полностью открытым и там толпилось множество кобольдов-рабочих. Время от времени только старший и, может, обычный кобольд или несколько патрулировали вокруг загонов со свиночервями и свиинокрысами, поэтому наверняка здесь безопаснее. Ограда загонов была высокой, поэтому если Ранта пригнется пониже, то сможет оставаться незаметным. Но возможно он слишком осторожен. — В любом случае, я, наверно, выпрыгну без проблем… — усмехнулся он. Осмелев, Ранта прыгнул между двумя загонами и, когда приземлялся, внезапно привлек внимание кобольда-рабочего. Кобольд вскрикнул, и Ранта тоже собирался закричать, прежде чем обнаружил, что нет времени на разговоры. Он двинулся, чтобы вступить в бой, но не похоже, что он успеет даже достать длинный меч. Что ему делать…? Внезапно, к нему пришло озарение. Он видел, как Харухиро недавно использовал новый навык, [Widow Maker], кажется, так он назывался. Может быть, он сможет использовать его. Ранта понятия не имел, как это навык на самом деле исполняется, но он видел достаточно, чтобы скопировать Харухиро, чтобы это сработало. — Эй! Не двигайся! — потребовал Ранта, пока двигался, чтобы заблокировать руки кобольда. Естественно, кобольд сопротивлялся и был чертовски силен. Но Ранта отчаянно пытался победить. Он схватил руки кобольда своими руками, и попытался обхватить своими ногами ноги кобольда, но это не сработало так, как он себе представлял. Они оба свалились из-за запутавшихся конечностей. Пока они катались по полу, Ранта ударился несколько раз головой. Локоть непрерывно бил его по ребрам, и это оказалось больнее, чем он думал. Это навык [Widow Maker] выглядит простым, но на самом деле это не так. Даже если он временно удерживал руки кобольда, не похоже, что он мог сделать что-то еще. — Попробую… задушить его! Он отпустил руки кобольда, и обхватил своими руками его горло, надавив со всей силой. По мере того, как кобольд начал задыхаться, он брыкался более дико, чем раньше, пытаясь сбросить Ранту. Ранта кричал, держась изо всех сил. Кобольд стаскивал и царапал его лицо, тыкая пальцами в рот и порвав уголок его открытых губ. — АРГХ!!! — в ответ Ранта прикусил палец кобольда и обхватил шею еще сильнее. Затем, наконец-то, тело кобольда-рабочего обмякло. — Я сделал…?! Нет, еще нет! Он отказывался поверить в то, что тот мертв, и душил его добрых 5-10 секунд, не снижая давление. Теперь все… Он проверил, дышит ли кобольд. Он не дышал. Он мертв. Ранта оттолкнул от себя тело кобольда и попытался подняться на ноги, но не смог. Такое чувство, будто всю его силу высосали из тела. Зодиак плыл и парил вокруг Ранты, смотря на него сверху вниз. — Киихихихи… что ты делаешь? Новичок! Новичок, новичок, сморчок! Хихихихи… — Сморчок? Какого черта…? Очень близко. Слишком близко для комфорта… или нет? Не, не так уж опасно… Он был совершенно в порядке. — Да, давай покинем это место… Ранта кувыркнулся на четвереньки и встал обратно на ноги. Как избавиться от тела? Но прежде, он снял талисман. От полученного лута ему стало немного лучше, пока он толкал тело к загону с свинокрысами и ворчал от напряжения. — Готово! Звук лая раздался в воздухе. Кобольд. Нет, не один, а несколько кобольдов издалека бросились прямо к нему. — Вперед, Рыцарь Страха! Ииихихихи… Дерись дерись дерись! Киихихихи… — Нет, черт возьми! Я не смогу победить их всех! — Слабак дурак! Дурак дурак дурак! Иииихихихи… — Иди к черту, Зодиак! Ранта повернулся на пятках и побежал, куда вело его тело. Может тяжесть тела была только в его воображении, но его разорванные губы определенно болели. Сильно. Как сильно кобольд порвал их? Черт. Теперь всю оставшуюся жизнь его будут называть Парень с Заячьей Губой. Это испортит его взгляд убийцы. Не время думать об этом! сказал ему внутренний голос. Когда Ранта оглянулся, он увидел, что кобольды почти догоняют его. Конечно, он хотел сказать что-нибудь умно-крутое, но ему хватило насмешек Зодиака. В его текущем положении, он не знал, сможет ли более едко ответить демону. Молча и не оглядываясь, он бежал изо всех сил.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14: Этот парень

— Похоже, что здесь какая-то суматоха, — сказал Харухиро, указывая вдаль. Остальные повернули свои головы. — Хмм… — Юме поднесла руки к глазам, сделав из них бинокль. — Плохо вижу из-за оград, но похоже, что чья-то голова поднимается там вверх и вниз… — Ты можешь слышать их вой, — добавила Мэри, напрягая свои уши. — Их много. — Может… — сказала Шихору, она сжала посох. — Потому что… Могзо кивнул: — Р-ранта…? Харухиро и остальные находились на сельскохозяйственном четвертом страте, спустившись с третьего. Они приближались к колодцу на пятый, когда Харухиро заметил необычную активность. — Ты имеешь в виду, что он каким-то образом в одиночку смог подняться с пятого страта? — удивился Харухиро. Слишком редок, чтобы умереть, подумал Харухиро, и хоть он не считал это величайшим достижением в мире, это все еще довольно внушительно. В конце концов, способность Ранты к выживанию выше, чем у любого обычного человека. Настойчивая активность, которой не обладал Харухиро и остальные. Они обменялись взглядами. Харухиро сказал: — Идем! Все направились прямо к суматохе кобольдов. Они позаботились о том, чтобы передвигаться осторожно, не торопясь; нет смысла делать что-то, если их поймают или начнут преследовать. Однако заходить в район с таким огромным количеством кобольдов казалось невозможным. Харухиро заставил остальных отступить, когда он подошел к концу загона и медленно высунул голову, чтобы взглянуть. — Воу… Кобольды были в бешенстве, как стая муравьев под огнем, безумно бегая вокруг; туда-сюда, снова туда. Иногда они даже прыгали через ограду в загоны, затем выпрыгивали, все время лая словно бешеные псы. Харухиро иногда замечал кобольдов, к счастью никто из них не смотрел в его сторону. Наконец, он удалился и сказал остальным: — … мы не сможем подобраться ближе. Другой итог был невозможен. Если они пойдут дальше, кобольды обнаружат их. Конечно, был вариант позволить им себя обнаружить, и попытаться выманить кобольдов подальше от этой области, чтобы дать Ранте убежать и скрыться. Но нет гарантий, что они смогут вывести всех кобольдов за собой. К тому же, в отличие от их пятерки, Ранте должно быть гораздо проще убегать, прятаться и адаптироваться к окружению. И даже если их пятерка позволит погнаться за собой, нет гарантий, что они смогут безопасно уйти. На самом деле, может лучше допустить худшее и избавить себя от неоправданного оптимизма. Нет, лучше оставаться незамеченными, но с другой стороны, Харухиро не мог придумать другого способа помочь Ранте. Приоритеты. Какой был порядок приоритетов? Что сейчас важнее, что я должен сделать? Зачем они пришли? Первое… чтобы пятеро из них остались в порядке. Спасение Ранты было вторым. Отдать приказ о смене приоритетов — не вариант. Это просто неприемлемо. Если бы на месте Ранты оказались бы Юме, Шихору или даже Мэри, приказ о приоритетах не изменился бы. Харухиро не мог позволить себе этого, даже если бы это был не Ранта. Вот что означало быть лидером. — Уходим отсюда, — сказал Харухиро, твердо кивнув. — Не сомневаюсь, что Ранта неподалеку, но если кобольды тоже найдут нас, они еще больше взбесятся, и ситуация станет хуже. Как по мне, кобольды не выглядят слишком настойчивыми; если мы пустим все на самотек, они сдадутся и уйдут. У них тоже есть своя работа. Думаю, в конечном итоге все успокоится. И тогда мы продолжим искать Ранту. — Но… что если Ранта… — сомневаясь, начала Шихору. — Что если, до того как мы придем… они найдут его и… простите… я… — Если это произойдет… — Юме закусила губу, нахмурившись. — Если это произойдет, мы будем искать его тело… или то, что от него осталось… — Юме права, — сказала Мэри, ее лицо было совершенно белым. Могзо долго и тяжело выдохнул. — Я должен принять такое решение, — Харухиро плотно сжал кулаки. — Что бы ни случилось, ответственность только на мне. — Нееет! — запротестовала Юме, резко мотая головой. — Не только на тебе, Хару… она на каждом и… — Нет, — твердо сказал Харухиро. К счастью, его голос не задрожал. Он не хотел позволить кому-нибудь увидеть его жалкую, слабую сторону, особенно в этот момент. В другое время — ладно, но не в такое время. Не сейчас. Харухиро продолжит: — Если все согласны с тем, что я сказал, тогда я возьму на себя всю ответственность. Я не знаю, правильно ли я все сказал, но… мы не можем зависеть друг от друга, чтобы продолжать поддерживать себя. Думаю, каждой группе нужно что-то; кто-то вроде позвоночника, опоры для поддержки, — он потряс головой. — Нет. Я знаю это наверняка. Проблема в том, есть ли у меня то, что нужно, чтобы я стал им… Не знаю, но я хочу попробовать. Я сделаю все возможное. Позвольте мне попробовать. Внезапно Юме хлопнула ему по спине. — Теперь ты стал парнем, Хару. — Эмм… но я всегда бы им. Парнем. — Черт, Юме не это имела в виду, — сказал Юме. — Эмм... Юме имеет в виду… Юме имеет в виду… Юме не знает, что Юме имеет в виду, такое чувство, что ты стал им. Харухиро почувствовал, что в груди что-то внезапно сжалось. — Эмм.. Спасибо? Наверно… Его эмоциональное состояние было под угрозой, услышать такое от девушки… то, что она сказала, могло иметь другой смысл. Хотя теперь Харухиро воспринял это как то, что Юме одобрила его лидерство. — Харухиро, — Шихору по какой-то причине опустила голову. — Спасибо… и спасибо за все, что будет дальше, тоже. — Спасибо, Шихору, — ответил Харухиро. — Стоп, почему ты благодаришь меня? — Чувствую это правильным, — сказала Шихору. — Понятно. Могзо тоже, на мгновение, показал поднятый большой палец, и Харухиро потерялся для ответа. Наконец он ответил ему тем же жестом. Мэри ничего не сказала, но вместо этого протянула ему открытую ладонь. Взволновавшись, Харухиро зацепился рукой за плащ, и ему потребовалось немного времени, прежде чем он смог освободить ее и пожать руку Мэри… которую он нашел шелково-мягкой. Воу. Я веду себя как настоящий идиот, подумал Харухиро. Харухиро снова посмотрел туда, где, скорее всего, находился Ранта. Активность кобольдов не изменилась, поэтому поход туда можно приравнять к самоубийству. — Давайте уйдем настолько далеко, насколько можно, чтобы видеть это место, — сказал Харухиро. Он повернулся к остальным и добавил. — Ранта в порядке. Если только это могло бы его убить, тогда бы он давно был бы мертв. Конечно, все это пустые, обнадеживающие убеждения. Все уже знали это, но его товарищи все равно ответили ему кивками, чему Харухиро был очень благодарен. Будет паршиво, если ты вернешься, чтобы преследовать нас в виде призрака, подумал Харухиро. Когда они покидали район, на задворках сознания Харухиро прошептал, Поэтому не умирай, Ранта.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 15: Восхождение павшего Рыцаря Страха

Простонав от боли, Ранта обнял свой длинный меч напротив себя правой рукой и сжал раненую левой рукой. — Оуууу… — это слово сорвалось с его губ, когда он пытался пошевелить левой рукой. Нет! Ему нужно оставаться безмолвным. Он спрятался, как обычно, в загоне свиночервей… если точнее, он спрятался в куче свиночервей. А если еще точнее, свиночерви прятали его. Они находились в углу загона, а Ранта прямо между ними пытался дышать тихо. Он был один. Совершенно один. Даже Зодиака больше с ним не было, потому что лимит времени для заклинания Рыцаря Страха [Dark Intention] истек. Демонов можно призывать только на 30 минут, прежде чем они вернутся к ногам Бога Скалхейла, и у Ранты не осталось духовной силы, чтобы призвать его снова. Насмешки демона действительно оставили его удрученным. Даже кто-то удивительный, как Лорд Ранта, будет на грани смерти, пытаясь совершить такой изящный и элегантный побег от, как ему казалось, миллиона и 4 кобольдов. Его ранили повсюду; рана на левой руке оказалась настолько глубокой, что он не мог ей двигать. Она настолько болела, что Ранта больше не чувствовал боль от остальных многочисленных ран. Он даже не хотел смотреть на них или думать о том, сколько крови он потерял. Вся его рука тяжелела и, с каждым биением сердца, кровь покидала его сильным потоком. Он не заметил, как стал дышать тяжелее. — Я заплачу ~★… — сказал он себе мило звучащим голосом, каким только мог, но даже это не смогло принести ему хоть немного утешения. Горячие девушки. Танцующие голыми. ПОЖАЛУЙСТА. Он хотел супер-горячих девушек, танцующих для него голыми. Нет, нет… полностью голыми не подойдет. Лучше пусть на них будет что-то надето. Может только трусики или еще что. Ммм… Мэри. Не, Мэри была настолько красива, что его воображение не смогло создать хоть что-то. Нет, если кто-то, то Шихору. Потому что ее грудь была огромной. Да. Гигантской. Юме тоже неплоха. Ее грудь небольшая, но это ладно. Во всяком случае, ее невзрачность больше в его вкусе. Да. Хмм… но почему-то, он не был доволен. Это… слишком реально. Они — его товарищами, и они всегда были вместе день ото дня. Были. Теперь нет. Мысли об этом немного расстраивали его. Но без разницы, я в порядке… Они не идут. Конечно, они не идут. Естественно они не идут. У них нет причины, и он не ожидал этого… так? Он сам оказался здесь по собственной воле. Сможет он это сделать? Некоторое время назад, он был совершенно уверен в том, что сможет. Он никогда не сомневался, что может. В конце концов, он заставил себя поверить в это. Но теперь… он не знал. Его рука болела. Сильно болела. В таком случае, он не сможет ей пользоваться. И не только. Бег и любые другие физические нагрузки отдаются болью в ранах, заставляя его громко стонать и становиться заметным. Все его попытки заблокировать боль провалились. Не могу. Не могу больше. Для меня это невозможно… НЕТ! Ранта хотел избавиться от этих мыслей слабаков. Вместо того чтобы думать о тех вещах, которые он не может, лучше сосредоточиться на том, что он может. Почему для него все так обернулось? Потому что он хотел выглядеть крутым. «Ты первый», сказал он Могзо. Сейчас он хотел, чтобы он этого не говорил. Он действительно хотел. Почему он пошел и сделал что-то такое? Может потому что он хотел хоть раз попытаться? Потому что эту крутую фразу он хотел использовать хотя бы раз? Вот почему? Нет. Все не так. Я просто хотел, чтобы меня приняли. Самопожертвование или эта фраза заставят других думать о том, что он крутой. Да, немного это. Я это я. Другие это другие. Мне наплевать, что другие думают обо мне, но это было ложью. Конечно, он хотел, чтобы другие думали о нем хорошо, если это возможно. Он хотел нравиться людям. Он хотел, чтобы другие заботились о нем. И не то, чтобы он не знал, как понравиться другим. Определенно делая так. Верно? Ведя себя как хороший парень. Делая такие вещи для других, быть внимательным к людям и все. Даже говорить правильные вещи в нужное время, если он достаточно умен. Хех. Это Манато. Не я. Ранта не был Манато даже близко. И слишком поздно начинать пытаться. Никто не думал о нем хорошо, никому он не нравился. И, конечно, никто о нем не беспокоился. В версии с изображениями тут находится картинка. Но он был счастлив хотя бы этому. «Могзо, ты первый». Если другие смогут выбраться благодаря этому, тогда, может, они будут благодарны ему. Может они скажут: «Спасибо, Ранта, что спас нас». Боже, в тот момент, он был чертовски крут. Этого достаточно. Приятно думать о хороших вещах в конце. Ранта спас своих товарищей, и сейчас он собирается умереть здесь. — Будете ли вы хоть иногда вспоминать обо мне, ребята? — прошептал Ранта, и в это время свиночерви, окружавшие его, начали визжать и энергично прижиматься к его лицу. — Эй! Нет! Я не вас имел в виду! Я имел в виду мою команду, не вас, фрики! Когда он настроил себя на сентиментальный лад, свиночерви все испортили. Может это хорошо. Но если он собирается здесь умереть, на самом деле он не хотел умереть от объятий свиночервей. Он хотел умереть круто. Например в бою. — Да. Он оттолкнул свиночервей в сторону и выпрыгнул из загона через ограду. Немного ранее — он не был уверен, насколько ранее — район, наполненный кобольдами, теперь оказался пуст. Сейчас здесь совершенно тихо. — … они сдались? Трусы, Ранта широко улыбнулся. Может быть, он сделал так, что они, в конце концов, ушли отсюда. Он попытался взмахнуть длинным мечом только правой рукой, и хоть движение отдавалось в левую руку, боль оказалась терпимой. — Ни за что не умру так просто, сейчас, когда думаю об этом… Мысль пришла к нему в голову, когда он шел вдоль загона, напевая мелодию. Они действительно бросили меня здесь? Да, его команда — слабаки, но, в принципе, не плохие люди. Наверно, они ненавидели его, но все они товарищи, и товарищи не бросают друг друга так просто, так ведь? У Ранты было ощущение, что настоящие товарищи не сделают такого для друг друга, как бы сильно ни не хотели. Может, просто может, они ищут его. Об этом не может быть и речи. — Надеюсь, вы, ребята, не все еще здесь… — вздохнул Ранта. Потому что вы, ребята, слабаки. Вы бы не рискнули жизнями ради меня. Такие вещи делают только мужественные мужики, такие как я. Если в конечном итоге кто-то из них умрет, потому что они пошли за ним… — Черт, не смешно, — холодок пробежал по спине Ранты во время этих мыслей. Он встряхнул себя. Ни за что. Ни за что, черт возьми. Он не хотел, чтобы это произошло. Ни за что. Хватит этой ерунды. Если остальные смогут обнаружить его голос издалека, где они наверно сейчас, он сказал бы им не думать о нем и убираться из шахт как можно скорее. Может не совсем в Алтану, но хотя бы подождать рядом с выходом. — Угх, — проворчал Ранта, когда резкая боль пронзила его раненую руку, когда он снова прислонился к ограде. Все в порядке. С ним все в порядке. Пара кобольдов появилась за поворотом. Они не смотрели в его сторону, но это лишь вопрос времени, прежде чем они обнаружат его. У него нет выбора, кроме как первым захватить инициативу. Решение принято, Ранта начал ускоряться. Он не мог бежать из-за руки, поэтому он шаркал ногами по земле и появился перед кобольдами. Они повернулись прямо к нему, и в этот момент Ранта прыгнул, используя [Anger Thrust]. Но это был не тот старый [Anger Thrust], какой он обычно делает. Этот [Anger Thrust] версия 2: [Silent Anger Thrust] * . Длинный меч Ранты проткнул кобольду горло прямо по центрe. Он затрясся, но из-за повреждения голосовых связок, он не издал ни звука. Затем Ранта низко взмахнул своим мечом, взмах прошел под ногами другого кобольда. Когда он упал, Ранта сильно ударил ногами его голову, внезапно обездвижив его. Он присел, его рука невыносимо болела. Он решительно терпел ее, однако, боль стала менее интенсивной. После того, как он закончил сбор талисманов с их тел, он сильно кивнул самому себе.- Я убью их всех, по одному за раз.

↑ Тихий выпад гнева

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 16: Решимость и желание

Харухиро заметил, что все успокоилось. Его уши, а не глаза, сказали ему об этом. Он и остальные спрятались внутри загона, без свинокрысов и свиночервей. Они находились далеко от того места, где предположительно был Ранта. Но ранее возмущение, направленное на Ранту, было явным. Уже нет. Либо кобольды поймали Ранту, либо ушли. Что из этого? Если последнее, то сейчас он может оказаться даже на третьем страте… такая возможность только сейчас пришла Харухиро в голову, а также факт того, что он облажался, не подумав об этой возможности раньше. Кто-то поумнее смог бы представить такой сценарий возможным и выбрать его более вероятным. К сожалению, Харухиро не думал, что наделен таким умом. Он только мог стараться изо всех сил делать все возможное. Давайте двигаться. Нам нужно найти его, подумал он и собирался сказать это вслух, но зажал рот, чтобы замолчать. — Все в порядке, Хару, — Мэри положила руку на его плечо. — Просто делай все по-своему. — Именно! — сказала Юме, потрепав его по голове. — Будь собой, потому что это ты. Харухиро понятия не имел, что она сказала, но наверно это потому, что сказанное ею, в любом случае, ничего не значило, и, воу, ее прикосновение смущало, так что без разницы. С ворчанием, Могзо поднялся на ноги. Шихору сделала несколько глубоких вдохов. Они пошли, направившись туда, где предположительно был Ранта. Харухиро оказался прав: сейчас несколько кобольдов остались в этом районе — и под несколько он имел в виду абсолютный ноль. Ни одного. Было слишком тихо. Пока они шли от загона к загону, у Харухиро появилось плохое предчувствие. Не должно быть так тихо, независимо от ситуации. Может… Ранту все-таки схватили. Ранта! Харухиро хотел попробовать крикнуть его имя. Но не стал. Это будет странно. И не только: говорить что-то громко, наверно, плохая идея. Глядя на лица других, у Харухиро появилась представление, о чем они, скорее всего, думают. Наверняка никто не представлял ничего хорошего. — Мы пока не можем быть уверенными, — прошептал Харухиро, только потом поняв, что сказанное вряд ли вдохнет уверенность. Вместо этого ему нужно было сказать что-то вроде «Ранта наверняка в порядке». Делай по-своему, сказали ему, и в то же время это сделало его дйествительно счастливым, что его товарищи поддерживают его, он также знал, что он должен работать над своими недостатками. Но реальные люди не могут измениться по щелчку выключателя. Долгий вой разрезал воздух. Мэри встала на месте: — Это…? — Нас заметили? — поспешно огляделась Юме. — Нет, — сказала Шихору, распахнув глаза и слегка покачав головой. — Не нас. — Тогда… Ранта? — Могзо схватил свой меч и встал в защитную стойку. Но где? Слева от них. Вой первого кобольда затих, но вой других раздался с того направления. Хотя не похоже, что их много. Или так полагал Харухиро. Шум был более вялым, чем раньше. Что делать? — Идем! — Харухиро побежал. Правильное ли это решение? Наверняка он ведет их в опасную ситуацию… Что если его предположения ошибочны? Если все окажется плохо, то они могут повернуть назад. Точно. Да. Не то, чтобы у них не было точки невозврата. Или так он говорил себе. Но почему он всегда говорит себе, что есть запасной выход? Его собственная нерешительность раздражала. Он хотел быть уверенным лидером, но может быть это не про него. Если он действительно не сможет сделать это, тогда он может только выглядеть уверенным. Просто подделать. Он должен выглядеть крутым и мужественным, и все почувствуют себя не так плохо. Они были там: трое или четверо — нет, пятеро кобольдов-рабочих и один старший преследовали одинокого убегающего человека. Их было немного, но они окружили свою цель. Человек в доспехе размахивал по дуге длинным мечом в своей правой руке, пытаясь отогнать кобольдов. Ему не удавалось. Человек отпрыгнул назад, чтобы разорвать дистанцию между собой и кобольдами, но они сократили разрыв. — Ранта! — крикнул Харухиро. Когда Ранта посмотрел на них, его лицо было таким, будто он увидел приведение. Это я должен говорить, подумал Харухиро, что было ошибкой, так как Ранта ничего не сказал. И что это тогда за лицо? Может не «говорить»… стоп. Сейчас не время думать об этом. Шокированный их появлением, Ранта остановился, когда кобольд-рабочий прыгнул на него. — Аргх! — проворчал Ранта, когда кобольд уронил его на землю. — Мы идем! — крикнул Харухиро. Оставшиеся четверо кобольдов сосредоточились на Ранте и его кобольде, не обращая внимания на Харухиро и остальных. Может сработать. — Все, атакуем как один! — приказал Харухиро, и когда слова слетели с его губ, появилась линия. Туманная, почти невидимая линия света вела от кончика кинжала Харухиро до одного кобольда-рабочего, затем переходила и заканчивалась на старшем кобольде. Воу, довольно длинная… мысленно пробормотал Харухиро. Ему не нужно думать; его тело двинулось самостоятельно, будто бы его контролировал кто-то посторонний. Сначала он ударил кинжалом в спину кобольда-рабочего, затем старшего. Харухиро не мог описать ощущение, что его клинок пронзает жизненно-важные точки обоих кобольдов. Будто бы внезапно в его груди что-то затягивается и приходит мгновенное осознание, что кобольды умерли. В то время как цели Харухиро упали, Могзо прикончил другого своим [Rage Cleave]. Мэри ударила рабочего своим посохом, и последовало заклинание Шихору [Shadow Echo]. Юме усилила атаку с помощью комбинации [Sweeping Slash] и [Cross Cut]. Затем Могзо прикончил его, снова используя [Rage Cleave]. — Черт! — закричал Ранта, оттесняемый атаками кобольда. Харухиро не ответил, но подобрался к кобольду сзади. Он схватил его со спины, повалил на землю, воткнул кинжал в горло кобольда; техника [Widow maker]. — Я вылечу тебя, — сказала Мэри, помогая Ранте подняться на ноги, и немедленно произнесла заклинание светлой магии для исцеления. Ранта покосился в сторону Харухиро, опустив плечи: — Не кричи мое имя так внезапно! Ты почти убил меня от неожиданности, идиот! Несмотря на браваду, выглядел он хуже некуда. Мэри сосредоточилась на лечении глубоких ран на левой руке, но его лицо тоже было разорванным. Харухиро сложно было злиться, видя Ранту в таком состоянии. — Прости, — искренне ответил он. Ранта отвернулся. — Ээй… — Юме подошла с другой стороны и получше взглянула на лицо Ранты. Ее глаза распахнулись от удивления. — Ранта… ты плачешь? — Нет, не плачу! — неистово огрызнулся Ранта. — Но твои глаза слезятся… — Потому что мне больно! — настаивал Ранта. — Не нужно вести себя так, будто бы кто-то дергает тебя за трусы… — сказала Юме. — Ты жив, и все мы снова можем видеть друг друга. — Я действительно надеялся, что смогу! Нет! В смысле… — растерявшись, Ранта быстро поправился. — В смысле, я не имел в виду, что снова хотел увидеть вас, ребята! В смысле, я подумал, что никогда не увижу ваши лица снова, и в моей груди все… моей груди… — Что там? — нажимала Юме. — Все сжалось, будто бы сердце разрывается? — З-заткнись! — быстро ответил Ранта. — Не хочу слышать это от кого-то, у кого грудь как стиральная доска! — Не называй Юме стиральной доской! — закричала Юме. — Я буду звать тебя так, как захочу! Если я захочу называть тебя стиральной доской квинтиллион раз, то я буду! Стиральная доска! Стиральная доска! Стиральная доска! Стиральная доска! — Сиди смирно! — скомандовала Мэри, схватив Ранту за подбородок. — И замолчи. Или тебя перестать лечить? Лицо Мэри было непроницаемым, ее тон жестким — и это делало ее более пугающей. — А-а, н-нет… — Ранта выпрямил спину. — Прости. — Теперь ты ее разозлил… — дразнила Юме, взглянув на Ранту, но не более. Ранта смертельно боялся Мэри, и он оставался совершенно неподвижным. — Я так… рада, — сказала Шихору, опустившись на пол. Могзо тяжело вздохнул. — Я тоже. Мы пока не должны ослаблять нашу бдительность, подумал Харухиро. Не такое время… В данной ситуации они оставались начеку. Их худший враг — ошибки, которые они совершат, когда ослабят бдительность. Харухиро осмотрел район. Там! Он был прав; двое, может трое кобольдов, выпрыгнули из загона вдалеке. Если там только они, команда справится с ними без проблем, но нет гарантии, что не придут другие. — Мэри, как Ранта? — спросил Харухиро. — Он будет в порядке, — сказала она. — Окей, мы уходим. Ранта, поднимайся. Можешь бежать? — Конечно я могу! С кем ты, по-твоему, разговариваешь, идиот? Кого ты зовешь идиотом? Ты должен благодарить меня за то, что спас твою задницу! подумал Харухиро, но не сказал. Юме однажды сказала, что тут ничего не поделать, Ранта есть Ранта, и он всегда будет Рантой, потому что он — Ранта. Харухиро сосредоточился на том, как сильно он был согласен с ней в данный момент, и отпустил. Долгий, высокий вой заполнил их уши. Этот вой был сигналом тревоги кобольдов, и это именно то, чего Харухиро ожидал. Хорошо, что они уже приготовились убегать, хотя это не меняло того факта, что их преследуют. Снова. Конечно, эта ситуация все еще пугающая, но переоценивать ее гораздо опаснее. — Мы собираемся на третий страт! — решил Харухиро. — Прости Мэри, но не могла бы ты вести? Я не так хорошо знаю дорогу, как ты! Веди нас к ближайшему колодцу! — Да! — ответила Мэри. — Ранта, оставайся с Могзо и следи за нашими спинами! — Ладно! — крикнул Ранта. — Но меня все еще бесит получать от тебя приказы! — Хватит постоянно паясничать! — предупредила Юме, сказав то, что думал Харухиро. Благодаря ей, Харухиро не так сильно разозлился, как обычно. С Мэри впереди, их путь был четким и определенным. Харухиро неосознанно понял это. Может, у нее всегда было желание вернуться сюда, и поэтому она воссоздала в своем сознании местность и пути через шахты. Она как-то сказала, что хочет двигаться дальше, освободиться от этого места. У нее что-то осталось здесь, какие-то незаконченные дела? Что-то, что она надеялась сделать, но никогда не упоминала? Для Харухиро, это была месть. Другими словами… Они обнаружили спусковой колодец. Девушки пошли первым, затем Ранта, Могзо и, наконец, Харухиро поднялся последним. — Почему мы не остаемся сражаться? — запротестовал Ранта, несмотря на все то, что произошло ранее. Харухиро, насколько он мог доверять товарищам по команде, не хотел ненужных рисков. Когда они достигли третьего страта, признаки погони кобольдов исчезли. Все устали, поэтому они искали какую-нибудь относительно скрытую зону без сияющих цветов, где они смогли бы отдохнуть. Или, по крайней мере, таков был план. Темно. Так темно, что они ничего не видели; будто бы их внезапно окружил туман тьмы. Харухиро внезапно остановился. — Стойте. Ребята, слышите это? Этот звук… — Звук? — повторила Шихору, вытянув шею. Он прислушался. Топ, топ… Он слышал их. Топ, топ, топ… Топ, топ… Слабый звук. Но что-то двигалось. Не кобольды. Не похоже на кобольдов… — Подождите, — сказал Ранта, затем куда-то побежал. Мгновение спустя он вернулся с букетом сияющих цветов в руке, и начал разбрасывать их, по два в горсти, по кругу во тьму, окружавшую их. На кусочках света от сияющих цветов появились… следы. — П-п-п… — Могзо задрожал. — П-призраки… Юме взвизгнула и отпрыгнула назад, врезавшись в Ранту и прижавшись к нему. Когда она поняла, кто это, она быстро отпрыгнула. — Не пытайся выкинуть какую-нибудь глупость! — сказала ему Юме. — Ты первая меня схватила! — ответил Ранта. — Думаете, это могут быть… — Шихору сильнее сжала посох, ее дыхание потяжелело. — С-скелеты? — Да, — ответила Мэри, шагнув вперед. Когда Мэри стукнула землю посохом, звук шуух раздался в воздухе. — Когда трансформация только начинается, Проклятие Бессмертного Короля вдыхает ложную жизнь в трупы, — объяснила Мэри. — Они становятся скелетами, когда их плоть начинает гнить и опадает. — Не может быть… — Харухиро остановился, не находя слов. Скелеты — люди — освещенные слабым светом сияющих цветов, были…. они были… Трое. Каждый из них полностью одет в доспехом и экипирован оружием, но их плоть, точнее их белые и бледно-желтые кости, высовывались из под снаряжения. На одном был пластинчатый доспех, он высоко держал меч. Другой, одетый как Харухиро, держал кинжал в защитной стойке. Последний носил робу мага вместе с посохом. — Давно не виделись, ребята… — сказала Мэри. Какое у нее выражение лица? Сейчас она стояла перед ним, поэтому Харухиро не мог видеть ее лица. Ее голос был тверд как камень, как будто она просто приветствовала своих старых друзей спустя долгое время. Наверняка Мэри долго готовилась к этому моменту. Она потеряла своих друзей здесь, в Шахтах Сирен. Никто не говорил о том, что нужно вернуться за их телами. Даже если бы она хотела провести достойные похороны, чтобы выразить свое уважение умершим товарищам, в той ситуации это было невозможно. У нее не было выбора, кроме как оставить тела позади. Но здесь, на границе Гримгара, не кремированные тела после трех-пяти дней после смерти попадают под Проклятие Бессмертного Короля, превращаясь в нежить. Мэри знала, какая ужасная судьба ждет ее бывших товарищей. — Мичики. Огг. Мутсуми, — Мэри тихо прошептала их имена. — Мне очень жаль… — Приготовьтесь! — крикнул Харухиро, когда увидел как маг-скелет, Мутсуми, подняла свой посох. Куча костей не может говорить. У костей нет даже голоса, но, так или иначе, они услышали ее голос. — Дерем… хел… ен… Этот звук больше походил на порыв ветра, чем на слова. Это одна из самых пугающих вещей, которые он когда-либо слышал. — Все, уклоняемся! — крикнула Мэри и отпрыгнула в сторону. Харухиро и остальные последовали ее примеру спустя долю секунды, отпрыгнув влево и вправо. Маг-скелет продолжала произносить: — Ван… алев… Ветер. Их отбросило назад порывом ветра, но не обычным. В нем был жар огня. — Воу! — Харухиро поднял руки, чтобы защитить лицо. Ветер чувствовался настолько горячим, что обжигал. Раскаленный. Жар бросал вызов вере. Если бы он открыл свои глаза, он уверен, что они бы расплавились. Наверно. Может нет. — Я собираюсь использовать на них заклинание [Purify] * , чтобы очистить их от этого чертового проклятия! — крикнула Мэри. В отличие от обычного поведения, она агрессивно двинулась впереди группы. — Мне нужно подобраться ближе! Ничто не остановит ее, подумал Харухиро. Бесполезно говорить ей вернуться назад, просто потому, что там опасно. Сейчас нужно просто позволить ей действовать по-своему. Все, что они могут, так это поддержать ее. — Могзо, возьми на себя воина! Ранта, вор на тебе! — приказал Харухиро. Могзо с криком приблизился к скелету-воину, Мичики, и взмахнул мечом. — Понял! — крикнул Ранта, прыгая к скелету-вору, Оггу. — Юме! — Харухиро перевел взгляд в сторону Юме. Наверно, в первую очередь, Мэри собирается использовать заклинание [Purify] на Мутсуми. Он и Юме должны помочь, или она не сможет подготовить заклинание. — Точно! — Юме кивнула. Возможно, это бесполезно, учитывая, что их противник скелет, но Харухиро закричал по все горло и атаковал Мутсуми напрямую. Юме сделала то же самое. Мутсуми двинулась так, будто собирается произнести другое заклинание, но вместо этого уклонилась. Заклинание, произнесенное ранее [Sirocco] * , принадлежит к огненной магии. Магия огня основана на нападении и фокусируется на уничтожении, поэтому если хоть одно заклинание Мутсуми попадет, то будут проблемы. — Дерем… хел… ен… — произнесла Мутсуми, рисуя в воздухе символ элементаля кончиком посоха. Снова. Дерем хел ен, звучит как то же заклинание, что и ранее. — Бежим! — крикнул Харухиро. Он уклонился влево, Юме — вправо, убегая подальше. — … Риг… алей… Что? Огонь. Пламя. Действительно, настоящее пламя. Пылающий занавес прямо перед Мутсуми. — Это [Wall of Fire] * ! — с удивлением крикнула Шихору. Она подняла свой собственный посох и произнесла «Оом рел ект нем дас!» Заклинание Шихору [Shadow Bind]. Теневой элементаль расположился на земле, прямо там, куда собирался наступить Огг. Скелет-вор шагнул и оказался не в состоянии двигаться. — Отлично, Шихоруууу! — сказал Ранта, растягивая последний слог, и помчался на застрявшего Огга. Ранта начал шквал атак. Однако Огг был того же класса, что и Харухиро. Он просто использовал [Swat], чтобы снова и снова отражать меч Ранты. Если бы атаки были тяжелыми, как [Rage Cleave] Могзо, то эта техника не сработала бы, но так как это Ранта, то даже Харухиро, наверно, смог бы отразить его атаки. Не похоже, что Ранта самостоятельно сможет прикончить Огга. Недалеко от них, Могзо кряхтел, скрестив клинки с Мичики. Они давили друг на друга с ужасающей силой. Могзо собирался крутануть свой меч и использовать [Spiral Slash], но Мичики тоже был воином и знал те же техники. Не так просто свалить его. Это означало, что в текущей ситуации у Могзо тяжелый бой. — Ч-что нам теперь делать? — спросила Юме, остановившись перед стеной огня. Мутсуми находилась с другой стороны, но они не видели ее за пламенем. — Не увере…. Воу! — Харухиро отпрянул назад, пытаясь уклониться от луча света, выпущенного из-за стены. Он ударил его прямо в лицо. На секунду он действительно подумал, что умер. Но нет. Ему будто бы со всей силой ударили в челюсть, и хоть она сильно болела, он не был серьезно ранен. Это… [Magic Missle]? — Ааа! — крикнула Юме. В нее тоже попали заклинанием. [Magic Missle] лучи света летели отовсюду. Харухиро попятился от стены огня, не в силах делать что-то либо, кроме уклонения от заклинаний. Он даже не знал, что можно комбинировать эти заклинания подобным образом. Внезапно, Могзо закричал. Могзо побежден? первая мысль, пришедшая на ум Харухиро. Нет, оказалось, что Могзо едва смог избежать удара. Мичики. И эта техника. Харухиро лишь мельком увидел ее, но выглядело так, будто Мичики выполнил сальто вперед, в то же время опуская свой меч вниз. Должно быть это навык воина, но Харухиро не понимал, как воины могут делать такие акробатические техники. Могзо тут же начал контратаковать, но Мичики быстро отскочил назад, и они в очередной раз зашли в тупик. Мичики. Очень силен. Он ловчее, и его техники лучше, чем у Могзо, хотя по силе они были примерно равны. Если бой останется один на один, Могзо наверняка окажется в невыгодном положении. Его уже начали оттеснять назад. Если Могзо падет, то никто не сможет прикончить Мичики. Конечно, у них преимущество в количестве, но это ничего не значит, если их противники смогут прикончить их одного за другим. Им нужно поддержать Могзо. В тот момент, когда Харухиро пришел к этому выводу, Шихору выстрелила другим заклинанием. — Оом рел ект вел дас! — произнесла она. [Shadow Echo]. Черный, похожий на морские водоросли, элементаль ударил Мичики в плечо. Но этого оказалось недостаточно. Заклинание должно было заставить Мичики затрястись, но не похоже, что произошло хоть что-то. Может потому, что [Shadow Echo] менее эффективно против скелетов. — Шихору, используй [Shadow Bind]! — сказал Харухиро. В это же время Ранта крикнул: — Заклинание спадает! Харухиро посмотрел и увидел, что Ранта оказался прав. Огг снова двигался свободно, бегая вокруг Ранты, будто бы играясь с ним. Продолжительность [Shadow Bind] — 25 секунд. Время уже вышло? Нет, Харухиро чувствовал, что прошло меньше. Он действительно не был экспертом в магии, но насколько он знал, магия работает на некоторых противников лучше, чем на других. В зависимости от духовной силы заклинателя, и других факторов, заклинание может быть менее эффективным. — С-сейчас! Оом рел ект нем дас! — Шихору снова бросила [Shadow Bind] в то же место, куда должен был наступить Огг. Хотя в этот раз он видел ее насквозь. Он перешагнул то место на земле, где был установлен теневой элементаль, и усилил нападение на Ранту. Пока все это происходило, лучи [Magic Missle] не прекращали пальбу из-за стены огня. Харухиро был вынужден продолжать уклоняться от них. Что нам делать? — Мутсуми! — Мэри выкрикнула имя друга. — Стой, Мэри! — в недоумении крикнул Харухиро. — Что ты… Что она собирается делать? О чем, черт возьми, она думает? Мэри прыгнула прямо в стену огня. Не может быть! Она же сгорит до хрустящей корочки. Она умрет, делая такие сумасшедшие вещи. Харухиро хотел остановить ее, но не было возможности добраться до нее вовремя. Она исчезла за стеной пламени. — О свет, под божественной благодатью Бога Люминоса… [Purify]! Харухиро услышал голос Мэри, и, мгновение спустя, пламя начало угасать, а затем полностью исчезло. Мэри пригнулась. У ее ног по земле магический посох катался возле робы мага, шляпы и… горки пепла. Голос Харухиро застрял в горле. У него не было слов. — Все в порядке, — сказала Мэри, поднимаясь на ноги. В порядке? подумал про себя Харухиро. Что тут в порядке? Ничего. Сейчас ничего не в порядке. Ее волосы опалены, ее лицо и другие места стали красными от ожогов. Но не только. Мутсуми, ее товарищ по команде, может даже подруга, и своими собственными руками, Мэри… она… Как все может быть в порядке? Как кто-то может такое сказать? Но любые утешения будут позже. — Юме, Шихору, идите к Могзо! — сказал Харухиро. — Поняла! — ответила Юме. — О-окей! — сказала Шихору. Оставив этих двоих на помощь Могзо, Харухиро сосредоточился занять позицию позади Огга. Но Огг тоже был вором; он проворно двигался, держа Ранту под контролем и не давая Харухиро встать позади. Он опытнее меня, понял Харухиро. Не смотря на то, что он скелет, двигательные навыки Огга оказались изумительными. Скелеты должны сохранять те же способности, которые у них были до превращения в нежить. Харухиро проиграет, может даже слишком просто, если они сразятся лицом к лицу. Не хотелось бы поступать так с тобой, Огг, так как ты, все-таки, старый друг Мэри. Да, я слабее тебя, но прости, приятель, я сражаюсь не в одиночку! — Ранта! — крикнул Харухиро. — Вперед! — резко сказал Ранта. Ранта и Харухиро поменялись местами. Как ни странно, время от времени эти двое находились на одной волне. Как и в этот раз. Инстинкты Ранты хороши. Огг запутался на мгновение, пока пытался отыскать Ранту снова. Найдя окно, Харухиро атаковал Огга. Огг отразил атаку с помощью [Swat], затем контратаковал, и в этот раз настала очередь Харухиро использовать [Swat]. Когда Огг атаковал, Харухиро использовал [Swat]. Когда Харухиро атаковал, Огг использовал [Swat]. Примерно на четвертый раз обмена [Swat], Огг сделал то, от чего кровь в жилах Харухиро застыла. Понемногу, Огг изменил свой навык [Swat], поэтому, когда в четвертый раз они столкнулись, Огг был в опасной близости к тому, чтобы выбить из рук оружие Харухиро. Я был прав, подумал Харухиро. Я не смогу победить его. Но ему и не нужно. Внезапно, Харухиро шагнул вперед и сделал выпад с кинжалом. [Swat], в лучшем случае, был защитной техникой, блокирующей атаку противника. Чтобы использовать его, ты должен полностью сосредоточиться на движениях врага хотя бы на мгновение. Техника становится почти твоей второй натурой, когда ты привыкаешь к ней, и это становится чем-то вроде привычки. Другими словами, ты начинаешь пользоваться ей автоматически, хорошо это или плохо. Огг сейчас использовал ее против внезапной атаки Харухиро. — Получи! — Ранта пришел со спины, вовремя взмахнув по диагонали своим мечом. Его длинный меч соприкоснулся с правой ногой Огга. Честно говоря, холодок пробежал по спине Харухиро. Он и Ранта ничего не скоординировали заранее, но все же… Ранта, ты точно знал, о чем я думал. Это заставило Харухиро почувствовать себя немного грязным. — Огг! — позвала Мэри. С одной пострадавшей ногой, скелет Огга больше не мог стоять. Мэри подошла к нему. — О свет, под божественной благодатью Бога Люминоса… [Purify]! Харухиро не был уверен, хорошо это или плохо, что он стал свидетелем того, что сейчас развернулось перед ним. Ослепительный свет охватил Огга, и чуть позже, его тело — точнее, его кости — медленно превратились их в пыль. Это зрелище заставило сердце Харухиро сжаться, и на его глаза почти появились слезы. Возможно, для Огга это стало облегчением, освободиться от проклятия благодаря своему товарищу. Но если для Харухиро это было непросто, то для Мэри должно быть невыносимо грустно. Мэри опустилась рядом с кучкой пепла, которая когда-то была Оггом и зачерпнула горсть. Не важно, как сильно она сжимала кулак, пепел продолжал падать через зазоры между пальцами. Не поднимая головы, она кивнула. — Теперь только Мичики, — сказала она. — Эй! — Ранта указал кончиком меча на Мэри. Харухиро понятия не имел, зачем он это делает. Ранта продолжил. — Теперь у тебя есть мы! Не забывай об этом! О. Харухиро понял, что Ранта пытался сказать, но у него возникло ощущение, можно было сказать это мягче, более подходящим способом. И зачем ему нужно указывать своим мечом на нее? Харухиро не продолжил эти мысли, потому что Мэри посмотрела на Ранту. — Ты прав, — сказала она с легкой улыбкой. — Харухиро! — крикнула Шихору. — Давайте покончим с этим! — ответил Харухиро, повернувшись к Мичики. Могзо непрерывно отступал от атак Мичики, пока Юме и Шихору пытались поддерживать его, но все впустую. Даже если бы Шихору попыталась сделать [Shadow Bind], это могло иметь неприятные последствия, если бы в него попал Могзо. — Теперь время для меня! — Ранта атаковал Мичики сбоку. Мичики с легкостью блокировал, но это дало истощенному Могзо шанс перевести дыхание. Харухиро нацелился на спину Мичики. Воин скелет был ловким, но не таким ловким как Огг. Ранта атаковал всем, чем мог. Могзо обладал определенным изяществом, когда сражался в тандеме с командой; он очень умело координировался с остальными. Они могут сделать это. Сейчас! Харухиро прыгнул на спину Мичики. Так как Мичики скелет, то бесполезно бить его, поэтому Харухиро направился к горлу. Он схватил череп Мичики одной рукой и схватил за шею другой, наклонив в другое направление. Могзо раздробил своим полуторным мечом правую руку Мичики, заставив того бросить оружие. — О свет, под божественной благодатью Бога Люминоса, — начала Мэри. Она сложила свои пальцы в форме пятиугольника на лбу, и нажала средним пальцем между бровями, чтобы завершить шестиугольник; символ Бога Люминоса. Затем она бросила свою ладонь к Мичики. — [Purify]! Не смотря на яркость, этот свет был печальным. Мичики начал рассыпаться на глазах Харухиро. Это было странно, как ничего кроме пепла не осталось от его тела. Но то же и с Манато. То же будет со всеми, когда они умрут. Вот что, в конечном счете, означает смерть. Свет исчез, и Харухиро упал на землю. Он ничего не мог сказать, не мог думать. Мэри присела перед остатками Мичики. Могзо и Ранта все еще стояли на ногах, как и Юме. Шихору держала свою шляпу в руке, тяжело дыша. — Готово, — просто сказал Ранта. — Да, — Mary зачерпнула горсть пепла Мичики и закрыла глаза. — С этим, все закончено раз и навсегда. Я сделала то, что должна. И я смогла сделать это благодаря вам всем. Спасибо. В версии с изображениями тут находится картинка. — Он был силен, Мичики. — вздохнул Могзо. — Мне тоже нужно стать сильнее. Шихору решительно кивнула. — Я хочу больше атакующих заклинаний. Я изучу атакующую магию … Я должна. Ранта фыркнул и выдвинул подбородок, выражая задумчивость: — Может, я изучу секретные убийственные техники, которые идеально мне подходят. Он снова начал говорить глупые вещи. Эту было легко отпустить. — Юме хочет в спутника волка, — сказала Юме. — Щенки волка стоят 1 золотой, но нужно время, чтобы он вырос… — Что ты планируешь делать до этого? — рискнул поинтересоваться Харухиро. — Ммм… — Юме наклонила голову. — Он останется со мной, иначе мы не сблизимся. Думаю, мне придется носить его в кармане. — Он там поместится? — спросила Мэри. Юме вывернула карманы рубашки. — Хмм, не знаю… может быть, они все-таки маленькие. Или может я куплю сумку для щенка… Ранта, как обычно, испортил настроение, встряв: — Это слишком большой багаж, чтобы таскать его с собой. — Юме сама собирается таскать его, так почему это волнует Ранту? — сказала Юме. — И Юме никогда, никогда, НИКОГДА, не позволит Ранта притронуться к нему. — Почему нет? — спросил Ранта. — Моя ласка не навредит ему. На самом деле, от этого он точно станет сильнее! — Нет, не станет! — сказала Юме. — Да, станет! — Н.Е.Т! — Да! — Ни в коем случае! — Да, черт возьми, тупица! — Знаешь, — Харухиро встрял с кривой улыбкой. — Как говорят «цыплят по осени считают». Он вздохнул и оставил это: — Но без разницы. Стать сильнее, да? Сильнее. Что для него это означает? Конечно, у него на уме есть несколько навыков, которым он хотел бы научиться, но он не думал, что они внезапно сделают его сильнее. Работа над улучшением [Backstab] и [Widow Maker] тоже имеет свои пределы. В любом случае, повышение своих боевых способностей важно для себя, но если он станет лидером получше, в результате этого повысится уровень всей группы в целом. Он чувствовал, что такие достижения не были перед глазами. Но все в порядке; в конце концов Харухиро лучше подходит для ролей второго плана. — Мэри… — начал Харухиро. — Да? — ответила она. — Все ли в порядке? В смысле, не оставить что-то на память или что. Что-то взять с собой. — А.. — сказала она, быстро моргая, будто бы пойманная врасплох вопросом. — Я не думала об этом. Ты прав. Думаю, я сделаю это. Когда мы вернемся в Алтану, я дам знать Хаяши… — Да, — кивнул Харухиро. — Правильно. Уверен, ему станет легче от этой новости. — Я надеюсь… Мэри начала смотреть на остатки снаряжения Мичики. Харухиро подмывало попросить ее вылечить их, но он остановил себя. Наверно, лучше не беспокоить ее, пока она находится с последними воспоминаниями о своих дорогих друзьях, Мичики, Оггом и Мутсуми. — Тяжелый был день, — прошептала Шихору. — Согласна, — сказала Юме, медленно покрутив плечами. — Мы еще не выбрались, — напомнил им Харухиро, стараясь, чтобы это не прозвучало как упрек. — Лучше не ослаблять нашу защиту, пока не вернемся в Алтану… не то, чтобы я думал, что мы попадем в еще большие неприятности. — Мы можем, — Ранта неприятно хихикнул. — Кто знает… Харухиро хотел бы, чтобы Ранта промолчал об этом. Потому что когда он говорит о таких вещах, проблемы всегда находят их. Холодок внезапно прошел по спине Харухиро. Он повернулся и посмотрел назад. — Де…- начал Харухиро. — А? — Ранта повернулся. — Воу... — Плохо… — сказал Могзо. — Э? — Юме выглядела ошарашено. Шихору коротко охнула. — Не может быть… — прошептала Мэри. Почему сейчас? Из всего времени, почему именно сейчас? Не то, чтобы для этого вообще было хорошее время. — Б-бежим! — Харухиро не знал, что еще сказать. Он приближался. Он здесь. Что? Ну же, не делай этого. Какого черта… Черный мех с белыми пятнами, настолько огромный, что сложно поверить, что это кобольд, держащий в руках огромный, толстый меч, напоминающий мясной тесак… Дезпатч. Монстр-кобольд на бегу дышал тяжелым фырканием. Слюна потоком текла с его подбородка, а его кроваво-красные глаза светились, когда он приближался. С Дезпатчем было трое старших кобольдов, каждый из которых экипирован пластинчатым доспехом со шлемом, мечом и круглым щитом. Невозможно победить их. Но могут ли они поджать хвост и убежать? Нет. Если они повернутся спинами, их порежут, одного за другим. Харухиро не хотел делать этого, но он не видел других альтернатив. И если дать бой — их единственный вариант, тогда они не могут позволить себе проиграть морально еще до начала. Они должны выиграть, и чтобы выиграть, они должны… — Могзо, прости, задержи Дезпатча! Остальные — на старших! — сказал Харухиро. В своем паническом состоянии, Харухиро не услышал их ответ. Он ничего не мог с этим поделать. Ничего не изменится, если они не прикончат приспешников так быстро, насколько это возможно. После того, как прикончат старших кобольдов, начнется настоящий бой. — Оом рел ект нем дас! — Шихору создала [Shadow Bind], остановив старшего на месте. Благодаря этому, Харухиро смог немного расслабиться. — Ранта, возьми на себя одного! Юме и я возьмем другого! — сказал Харухиро. Оба выкрикнули свое согласие. — Я тоже помогу! — Мэри держала свой посох наготове, вплотную следуя за Харухиро и Юме. Харухиро хотел остановить ее, но решил, что не стоит. До тех пор, пока приспешники живы, может и лучше, что Мэри тоже активно сражается. После того, как они позаботятся о старших, она снова сможет отступить назад. Да, так лучше. — СПАСИБО!!! — Могзо обрушил [Rage Cleave] со всей силой. Дезпатч, держащий свой мясной тесак, будто бы сделанный фольги, с легкостью отразил атаку Могзо и сразу же контратаковал. Сила удара была чудовищной. Затем Дезпатч продолжил дождем ударов, и Могзо с трудом удавалось блокировать их. Если хоть один из ударов пройдет сквозь его защиту, для Могзо это будет фатально, в броне он или нет. Это до чертиков пугало Харухиро, но Могзо, должно быть, еще больше напуган. Хотя он не мог думать о Могзо прямо сейчас; ему нужно найти способ перекрыть страх Могзо. Но мог ли он что-то сделать с этим? Нет, без вопросов. Прямо сейчас у него другая работа … Двое старших приспешников игнорировали Дезпатча и Могзо, их внимание было полностью сосредоточено на Харухиро и остальных членах группы. — [Hatred’s Cut]! — Ранта прыгнул на Приспешник В, и тот отшатнулся. — Я иду! — сказал Харухиро, оставив Юме позади и рванув прямо в Приспешнику Б. Однако у него не было намерения действительно атаковать его. Приспешник Б взмахнул своим мечом в его сторону несколько раз, Харухиро использовал [Swat] для отражения снова и снова. Тем временем, пока Приспешник Б сосредоточил свое внимание на Харухиро, Юме и Мэри атаковали его с обеих сторон. — [Cross Cut]! — [Smash]! Приспешник Б заблокировал одну атаку своим мечом, а другую — своим щитом, но, тем не менее, потерял равновесие. Сейчас! подумал Харухиро. Он ловко зашел за спину Приспешника Б и использовал [Widow Maker]. Запрыгнув ему на спину, он поднял забрало шлема, воткнул кинжал в правый глаз старшего, провернул его, затем достал кинжал, прежде чем отпрыгнуть прочь. Он еще не умер, поэтому Мэри снова ударила его своим посохом, пока Юме опрокинула его на землю. Он больше не поднимался. Осталось двое. У них были варианты: прикончить Приспешника А, который все еще находился под заклинанием Шихору [Shadow Bind], либо помочь Ранте с Приспешником В. Харухиро без колебаний двинулся к приспешнику А, и Юме с Мэри последовали за ним. Он не может двигаться, поэтому бой должен быть простым. Юме и Мэри были прямо позади него, когда Харухиро зашел Приспешнику А за спину и казнил его с помощью [Widow Maker]. Троица убила его тем же способом, что и Приспешника Б, затем они направились к Приспешнику В. Как дела у Могзо? Наверняка ему труднее всех. Каждый удар мясной тесак Дезпатча опускал Могзо на колено. Он как-то находил способ подниматься на ноги между атаками, но Харухиро знал, что самостоятельно он не сможет продержаться очень долго. — Я сам прикончу этого! — крикнул Ранта. Харухиро дрогнул на мгновение, прежде чем ответить: — Спасибо! Он доверял своим товарищам. Он верил в Ранту. — Мэри, назад! — приказал он, пока он и Юме двинулись к Дезпатчу с обеих сторон. Вопрос заключался даже не в том, смогут ли они помочь, а в том, смогут ли что-либо сделать Дезпатчу? Почему он чувствует себя настолько запуганным? Дезпатч стоял спиной к Харухиро, и даже не думал оборачиваться. Не смотря на это, Харухиро не имел ни малейшего представления, как он должен атаковать его. Ему казалось, что он не сможет сделать хоть что-то эффективное против такого монстра. Не важно. Эффективно или нет, он должен попытаться. Сейчас ничего другого не остается. Они должны сделать хоть что-то. Для начала он попробовал [Backstab]… или, по крайней мере, он собирался. Следующее, что он видел: он оказался на земле, кувыркнувшись через голову. А? Его пнул Дезпатч, когда он подбирался для атаки? Он с трудом вспоминал что-то подобное, но не был полностью уверенным. Он был ранен? Он попытался подняться. Все его тело ныло, голова немного кружилась, но в остальном он чувствовал себя в порядке. Наверно. Он не мог сказать наверняка. — Получи это, это и это! — Ранта атаковал с молниеносной скоростью, выбивая меч и щит из рук Приспешника В. С криком, он протаранил кобольда своим плечом, повалив того на землю. Это не что иное, как проявление грубой силы, но это работало. Ранта использовал свой меч, чтобы сбить шлем с головы Приспешника В и глубоко воткнуть его в горло кобольда. — Хаха! Еще один Вайс для меня! — заявил он. Харухиро не мог поверить, что Ранта думает о сборе Вайсов в такое время. Но хоть можно много говорить о проблемах его характера, Харухиро пришлось признать, что Ранта был очень надежным. — Остался только Дезпатч! — Харухиро крикнул так громко, насколько мог, пытаясь поднять боевой дух. Но часть его знала, что это бесполезно. Харухиро услышал пронзительный крик Дезпатча, Вро-га-хаа! Вро-га-хаа! Вро-га-хаа! и в этот момент Могзо оказался полностью ошеломлен. Конечно, Харухиро, Юме и Ранта, все хотели прийти на помощь Могзо, но что-то сдерживало их. Напряжение в воздухе… или еще что. Действительно ли была такая неопределенная, непонятная причина? Нет. Так двигался Дезпатч; динамично и быстро. Он набросился так, будто к его ногам прикреплены пружины, все это время ловко орудуя мясным тесаком. И он никогда не останавливался, поэтому сложно было найти окно для атаки. Должна быть какая-то последовательность или привычка в его действиях, которой они могут воспользоваться. Харухиро и остальные должны найти ее. Но ни у кого не было времени, чтобы тщательно проанализировать и изучить его движения. — Оом рел ект вел дас! — [Shadow Echo] Шихору пришло неожиданно вовремя, но этого недостаточно. Дезпатч с ревом взмахнул своим мечом и аккуратно разрезал напополам похожего на водоросли теневого элементаля, заставив того исчезнуть. Тогда. Тогда появилось очень маленькое окно, но Могзо им воспользовался. Впервые, с начала боя, он пошел в нападение. Он еле дышал и был весь изранен, но Могзо должен знать, что его разрежут, если он ошибется. У него не было выбора, кроме как рискнуть и воспользоваться этим шансом. Могзо вывел решение, и Харухиро подумал, что это хорошо. Других выводов не было. Но как только этот вывод пришел к нему в голову… Гро-ха! крикнул Дезпатч и заблокировал полуторный меч Могзо не своим клинком, а левой рукой. Какого…! Как такое вообще возможно?! подумал Харухиро. Он был полностью шокирован; наверно, Могзо даже больше. Удивленные или нет, это не изменило того, что последовало дальше. Дезпатч опустил свой меч на левое плечо Могзо. Клинок прорывался через пластинчатый доспех, кольчугу все ниже и ниже. — МОГЗОООО! — Ранта кинулся на Дезпатча. Черт! Ранта не готов сражаться с таким противником, как Дезпатч. Огромный кобольд взмахнул своим мечом в сторону Ранты с достаточной силой, чтобы размазать его в лепешку и разрезать напополам. Каким-то образом, Ранта вовремя пригнулся, чтобы уклониться от выпада. Хороший ход. И благодаря вмешательству Ранты, Могзо смог откатиться подальше от Дезпатча. Однако выглядел он неважно и истекал кровью. — Мэри, вылечи Могзо! — Харухиро не нужно было говорить; Мэри уже делала это. Она создала лечащее заклинание прямо на него, но нужно время, чтобы оно сработало. Они должны выиграть для нее больше времени. В какой-то момент Юме достала свой лук и пустила стрелу в Дезпатча. С такого близкого расстояния невозможно промахнуться. Стрела вонзилась в бок кобольда-босса. Дезпатч взревел и обратил внимание на Юме. — У тебя нет времени озираться! — закричал Ранта, снова атаковав. Дезпатч с легкостью блокировал длинный меч Ранты, затем грозно пошел на Юме. Юме, конечно же, побежала от него. — Ваа! Страшно страшно страшно..! — закричала Юме, откинув лук и используя свой навык переката ямных крыс, чтобы уйти. Харухиро погнался за Дезпатчем, но не мог догнать его. И не только сейчас; Харухиро не мог встать в позицию с самого начала. — Черт! — проворчал Харухиро. — О Тьма, О Бог Порчи… — Ранта начал читать заклинание. [Dark Invitation] Пурпурно-черное, безголовое тело появилось из ниоткуда. У него глаза как две ямки и щелка в качестве рта. Демон. Зодиак. — Вперед, Зодиак! — скомандовал Ранта. — Не хочу! Не хочу! Не хочу! Не хочу! Киихихихи… Хиихихихи! — Я знал это… — вздохнул Ранта. Харухиро даже не мог выразить, насколько тот был отвратителен. Такой идиотский, ленивый… у него просто не было слов. Юме закричала, когда Дезпатч ударил ее. Удар был тяжелым, и отправил ее в полет. — Глупый демон! Иди сюда! — Ранта схватил Зодиака рукой и потянул к себе. Харухиро не знал, что демонов можно так хватать. Затем Ранта развернулся к Дезпатчу и со всей силой кинул в него Зодиака. — Иди к черту! Иди к черту! ИДИИИИИ К ЧЕЕЕЕЕЕРТУУУУ! — завизжал демон. Демон смачно ударил Дезпатча прямо в лицо. Не считая того, что это не совсем «удар», а скорее «пощечина». Дезпатч сразу же стянул с себя демон и швырнул его прочь, но этот момент невнимательности дал Ранте шанс подобраться поближе и использовать [Anger Thrust]. Атака была нацелена прямо в горло босса-кобольда, но Дезпатч наклонился так, что длинный меч Ранты только срезал пару сантиметров его меха со стороны горла и немного порезал кожу. Хоть кровь и не лилась повсюду, но Дезпатч был немного ранен. Да! подумал Харухиро. Они наконец-то нанесли ему удар. Дезпатч не оказался неуязвимым, и теперь это все-таки не проигрышный бой. Они могут сделать это. Он был противником, с которым они могут сражаться, если будут делать все как всегда. У Харухиро возникло ощущение, что они могут даже выиграть. Это ощущение исчезло в следующее мгновение. Дезпатч издал ужасный вопль. Цвет его глаз изменился; до этого момента, свет из его глаз был другим. Внезапно, меньше чем за долю секунды, Ранта неподвижно лежал на земле. Что произошло? Харухиро не увидел. Все, что он видел, так это тело Ранты на земле в луже крови, и Дезпатча, поднявшего меч высоко над головой для завершающей атаки. Однако что-то прицепилось к его руке с мечом… пурпурно-черный силуэт. Харухиро не мог поверить своим глазам. — Зодиак?! — пробормотал Харухиро. — Киихихихи… Иихихихи… Хиихихихихихи! — хихикал демон. Дезпатч наполовину проворчал, наполовину усмехнулся, будто бы говоря «ты у меня на пути», схватил демон, как орел свою добычу, и обрушил его на землю. С шипящим звуком, демон превратился в поднимающийся дым и исчез. Благодаря вмешательству Зодиака, жизнь Ранты спасена. Когда Дезпатч снова поднял свой меч и повернулся, чтобы прикончить Ранту, Могзо прыгнул и заблокировал мясной тесак кобольда, когда Дезпатч опускал его. Что бы случилось, если бы Зодиак не остановил тогда Дезпатча? Могзо наверняка не успел бы вовремя. Зодиак только что спас Ранте жизнь. Шихору помогла Юме подняться, но она прижимала руку к животу от боли. Могзо, хоть даже Дезпатч медленно отгонял его назад, убедился, что отвел кобольда от Ранты. — Чем больше его ранят, тем Дезпатч становится сильнее! — сказала Мэри, пока бежала прямо к Ранте. — Хару! Я почти на пределе! Я могу создать только два заклинания, может три, если постараюсь, но это все! Харухиро, затаив дыхание, стиснул челюсти. Могзо. Даже если Мэри вылечит его раны, она не может восстановить выносливость, и он уже выказывает признаки усталости. Дезпатч. Чем больше его ранят, тем он сильнее? Это значит, что чем больше ударов они ему нанесут, тем сложнее станет бой. Какого черта? Как они должны сражаться с чем-то подобным? Они не могли. Им нужно бежать. Это единственный для них вариант. Но действительно ли они могут сбежать? Если бы этот вариант был в самом начале, они смогли бы сбежать. Нет, Дезпатч и трое приспешников. Расклад был другим. Теперь только он. Вопрос в том, смогут ли они безопасно сбежать? Дезпатч был быстрым. Если кобольд решит гнаться за ними, они не смогут убежать. Если их атакуют со спины, когда они будут убегать, то их прикончат. Их прирежут за долю секунды. Доля секунды на человека. Две доли — два человека. Три… и так далее. Не вариант. Харухиро надеялся, что они все вместе смогут сбежать, но реальность не допускала этого. Если все они побегут, часть из них наверняка убьют. Если повезет, может быть, несколько из них останутся в живых. Если не повезет, они все умрут. Один. По крайней мере, один из них должен остаться позади. Один из них должен сдерживать Дезпатча. Это будет бой насмерть. Кто бы ни остался, он умрет. Один умрет, остальные пятеро будут жить. В настоящее время это их единственный вариант. Харухиро понимал это. Другого не дано. Даже когда он спорил сам с собой, Дезпатч мог в любой момент убить Могзо. Если Могзо падет, тогда все будет кончено и для остальных. Если Могзо умрет, остальные последуют за ним. Это худший из возможных результатов. Этого нужно избежать любой ценой. Позволить Дезпатчу убить одного из них, чтобы оставить пятерых в живых. Тогда кого? Кто останется позади? И должен ли именно Харухиро просить об этом? Должен ли он сказать остальным «остальные бегут, поэтому задержите его кто-нибудь, пока мы это делаем?» Должен ли он просить одного из них умереть ради них? Может кого-то вроде… вроде… Могзо. Ранта, пока его лечили, сел с ворчанием. Харухиро закрыл глаза: — Ребята, простите…. Простите, что такой жалкий лидер… Но делать что-то невозможное, вроде этого, невозможно. Харухиро прыгнул на спину Дезпатчу, когда кобольд почти сбил Могзо на землю. Маневр не выбил дух из босса-кобольда, но Харухиро смог зацепиться за него с неожиданной легкостью. Его решение принято, он больше не должен бояться. Или, во всяком случае, он так чувствовал. Будь что будет… Дезпатч крутился, пытаясь сбросить Харухиро. Не позволю! Он ни за что не мог позволить скинуть себя. Харухиро вцепился со всей силой, атакуя Дезпатча снова и снова по голове рукоятью своего кинжала. Пока он продолжал колотить кобольда, он закричал: — Могзо, Ранта, Мэри, Юме, Шихору..! Пока он отвлекся…! БЕГИТЕ! — Н-н-но! — Харухиро подумал, что это говорил Могзо, но он не был уверен. — Все будет в порядке! — сказал Харухиро, но вся его концентрация находилась в избивании кинжалом. Бить, бить, бить. Бить непрерывно. Дезпатч был кобольдом, а значит, его тело сложено иначе, чем у людей. У кобольда шире обзор, чем у людей, и Дезпатч воспользовался этим преимуществом, чтобы ударить Харухиро. Хоть он не мог дотянутся мечом, Дезпатч все еще мог ударить спину и голову Харухиро своим локтем. Черт. Харухиро хотел взвыть от боли, но чувствовал, что все его силы покинут тело, прежде чем он сможет сделать это. Но сила не покинула его. — Не заставляйте меня терять жизнь впустую! — вместо этого закричал Харухиро. — Меня уже побили! Ничто не спасет меня! Меня уже прикончили, поэтому ИДИТЕ! Пожалуйста, бегите! ПОЖАЛУЙСТА! — Идем! — крикнул Ранта. А. Ранта. Хорошо. Это хорошо. Это делает Ранту тем, кто он есть. Им нужен кто-то вроде него, иначе у команды будут реальные проблемы. Он мог убедить остальных идти. Только Ранта мог сделать это. Я рассчитываю на тебя, Ранта… Краем глаза, Харухиро увидел Юме, повернувшую голову, чтобы взглянуть на него, но ее тело было направлено в другую сторону. Она тоже собиралась идти, что успокоило его немного. Если Юме пошла, тогда Шихору тоже. Юме. Он вспомнил, как ему было хорошо, когда Юме потрепала его по голову. Шихору… он надеялся, что она не отправится вслед за Манато. — Хару! — позвала Мэри. Иди. Просто беги… Ему потихоньку начала нравится Мэри, поэтому он хотел, что она выжила и продолжала жить. Поэтому иди, убирайся отсюда… Он мог слышать крик Могзо издалека. Да, хорошо, подумал Харухиро. Беги, Могзо. Ты силен и станешь сильнее. Стань сильнее… Могзо был ядром команды. Мы ничто без него. Не считая того, что больше не было «нас». Харухиро больше не часть команды. Они просто оставили его. Для больше ничего нет. Он принял решение, потому что не было другого выбора. Он не мог просить кого-либо умереть ради них. Лучше он сам умрет, чем попросит кого другого. Это тяжело для остальных; никто не чувствовал себя хорошо оставшись в живых, потому что Харухиро пожертвовал собой. Он не хотел, чтобы они так думали, но, наверно, так и будет. Он надеялся, что, в конце концов, они смогут это пережить. Если нет, тогда это до глупости безумное действие не стоило того. Мичики. Огг. Мутсуми… Если он умрет здесь, Харухиро станет как они? Если так, он надеется, что Мэри вернется и сделает [Purify]. Пожалуйста, преврати меня в пепел… Кстати, сможет ли команда найти ему замену? От этих мыслей Харухиро почувствовал себя безнадежно одиноким и подавленным. Это лучше, чем если бы он не думал обо всем этом, потому что он был на пределе. Он чувствовал, что его тело в любой момент могло отлететь в воздух. Черт. Его скинули. Наконец Дезпатч скинул его. Харухиро ударился о землю, и Дезпатч повернулся, чтобы побежать за остальными. Он не собирался убивать Харухиро? Дезпатч позволит Харухиро уйти, и Харухиро избежит смерти, пока кобольд преследует его товарищей? Нет. Нет, нет, нет, НЕТ! Как долго Харухиро сражался? Как далеко остальные смогли уйти? Его внутренние часы говорили ему, что прошло уже достаточно времени, но может только так чувствовалось. Может время совсем не прошло. Он не знал. — Эй! Сюда! — крикнул Харухиро. Харухиро поднялся на ноги, но Дезпатч не смотрел в его сторону. Не позволить ему уйти, не позволить ему уйти! Именно тогда, мгновенно — хвала богу — появилась линия. Это не туманная, нечеткая линия, которую он обычно видит, эта оказалась резкой, четкой и яркой. Харухиро почувствовал что движется. Так медленно, подумал он про себя. Почему я двигаюсь так медленно? Но не только его движения; Дезпатч тоже двигался, будто бы воздух был из патоки. Может это хорошо. Проще подобраться к нему. Теперь он близко. Сюда! Харухиро прыгнул вперед, прямо на Дезпатча. Там, в точке на спине кобольда, жизненно важный орган или что-то подобное. Кинжал Харухиро гладко, без сопротивления, проскользил и ударил в жизненно важную точку. В версии с изображениями тут находится картинка. Харухиро ни капельки не сомневался. Все кончено. Дезпатч наклонился вперед и упал на землю. На секунду, голова Харухиро уткнулась в пятнистый, грязный мех, когда они вместе упали вперед, но он быстро откатился в сторону. Он хотел что-то сказать, но все, что вырвалось из его горла, так это звук, похожий на ворчание. Он почувствовал, что его голова и горло покрыты кровью. Он весь был ранен. Его посетила внезапная мысль. Что если меня оставят позади в таком состоянии? Черт, плохо. Но он не думал, что может двигаться прямо сейчас. — Э-эй! Ребята! Ребята, вернитесь! — наконец он смог крикнуть, без сомнения веря, что они вернутся за ним. И они вернулись.

↑ Очищение

↑ Сирокко (итал. Scirocco — восточный ветер) — удушающий, обжигающий, очень пыльный ветер южного, юго-восточного или восточного направления, порой достигающий штормовой силы

↑ Стена огня

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 17: Ложь вчера, сегодня и завтра

— Эээээй! Харучи! Я слышал об этом! Ты убил Дезпатча! Ты НЕВЕРОЯТЕН!!! Я тааааак ЗАВИДУЮ! Я суууупер ЗАВИДУЮ!! Они пили у Шерри, когда Киккава подошел к столу, громкий и шумный как обычно. Это все из-за того, что Ранта открыл свой большой рот. Новости распространялись быстро, и теперь все знали, что Харухиро и его команда убили Дезпатча. Хотя это было хорошо для Харухиро. Он знал, что убийство Дезпатча — 100% удача, но мертвый есть мертвый, и это ощущалось куда лучше, чем постоянно осмеивание «Убийцами Гоблинов». — Юме так рада, — Юме упала на стол со вздохом. — Юме думала, что нас прикончат раз десять… — Д-да… я тоже, — согласился Могзо, выглядевший сонным. — Это было близко. Шихору укоризненно посмотрела на Харухиро: — И кое-кто чуть сам не погиб… — А… это… понимаешь… — Харухиро почесал шею сзади, и коротко кашлянул. — Да. Я сожалею о своем решении. Простите. — О… — взгляд Шихору упал на пол, ее лицо выглядело застенчивым. — Я-я просто пошутила. Я не говорю, что это твоя ошибка или что еще. Правда… — Ммм… — сказала Юме с задумчивым видом. — Если бы Хару не остался позади, чтобы отвлечь Дезбатча, нас наверняка бы перетерли бы в порошок. — Юме, говорится «стерли в порошок», — поправил Харухиро, отыграв цуккоми. — Хо… да? — спросила Юме. — И Дезпатч, а не Дезбатч… — Для Юме это звучит одинаково, — нахмурилась Юме. — Н-но! — Могзо указал на мясной меч-тесак, который он вертел в руках. — В конце концов все отлично получилось. Как говорят, хорошо то, что хорошо кончается… — Ты прав, Могзо, — согласилась Юме. — И у тебя новый меч! Шихору кивнула: — Твой старый полуторный меч действительно очень сильно износился. — Да, ты права, — сказал Могзо, сияя от восторга. — Ребята, как вы думаете, как мне его назвать? Я пытался что-нибудь придумать, но ничего не приходит на ум… Предложение Юме “Мясной меч-тесак #1” Шихору робко, но незамедлительно отклонила. Наверняка Могзо хотел назвать его как-нибудь круто и впечатляюще. Хотя каково его определение понятия «круто»? Что-то вроде «Вечное пламя палача» пришло на ум Харухиро, но он не стал предлагать это вслух. Звучало ужасно даже для его ушей. Итак… имя… имя… Ранта был с Киккавой, рассказывавшим «Легенду о Героических Воинах, Убийцах Дезпатча» другим членам Кримсон Мун. Киккава рассказывал ее так, будто бы сам тоже находился там, и Харухиро не был уверен, это забавляло или раздражало его. Мэри сказала ранее, что хочет поговорить с Хаяши, поэтому она была с ним на втором этаже. Харухиро надеялся, что после этого она сможет примириться с собой. Он сделал очередной глоток пива и нахмурился от горького вкуса. Он действительно был рад, что никто не погиб. Но, не смотря на облегчение, что все выбрались живыми, глубоко в сердце он не мог быть полностью рад этому. Действительно ли он выполнил все безупречно? Был ли способ лучше, мог ли он принять решение получше? В то же время, он верил, что он выбрал лучший вариант. Если бы они попали в ту же ситуацию снова, Харухиро подумал, что принял бы то же решение. Но было ли оно лучшим? Может было что-то, что он мог бы сделать, прежде чем их загнали в угол. Что-то, чтобы команда не попала в такую ситуацию с самого начала? Самокритика заполонила его голову и оттенила радость того, что все выжили. Но никому не было до этого дела. Почему? Почему только он не мог быть счастлив? Потому что он был лидером. Остальные отличались. Вот почему. Была пропасть между ним и его товарищами. Пропасть, которую невозможно заполнить? Ни сейчас, ни когда-либо? Внезапно, Харухиро почувствовал руку на плече. — Ты в порядке? — спросила Мэри. Она оказалась так близко, и от этого он почти подпрыгнул. — А… — замялся Харухиро, прежде чем спросить. — Ты поговорила с Хаяши? — Да. Только что, — ответила он. — Что-то не так? — Эмм… почему ты спрашиваешь? — сказал Харухиро. — Ты выглядишь отстраненно, — объяснила Мэри. — Правда? Ээ, н-нет, я в порядке. Ничего, правда, — уверял Харухиро. Мэри слегка улыбнулась. — Ты ужасный лжец, Хару. — Наверно… — сказал Харухиро, подвинув свой стул, чтобы дать ей место. Юме, Шихору и Могзо все еще горячо обсуждали имя для меча. Честно говоря, Харухиро очень хотел обсудить с Мэри свои сомнения. Если бы это было несколько дней назад, он, наверно, так и сделал бы. Но не сейчас. Уже нет. Он должен быть более самостоятельным, чем раньше. Он был лидером. Даже если у него нет способностей, и он не подходил для этой роли, он по-прежнему лидер. Если он не будет держать себя в руках, все его товарищи погибнут. — Правда, я в порядке, — сказал Харухиро, в этот раз с улыбкой. — Это ложь, но также и правда. Мэри легко потрепала его по плечу еще раз. Она почти сразу же убрала руку, но для Харухиро этой награды было достаточно. Слабая, может быть простая награда, но он не критиковал себя за свои ощущения. Это нормально наслаждаться вещами, которыми надо наслаждаться, потому что никто не знал, когда эти счастливые времена закончатся. Должно быть скоро, насколько все знали. — Эй! Харухиро! Ранта и Киккава, сцепившие руки, позвали его. — Остальные тоже! Идите сюда! Здесь Кемури из Дэйбрейкерс, и он хочет купить выпивку убийцам Дезпатча! — У тебя не будет снова такого СУПЕР-ШАНСА, Харучи! — заявил Киккава. — СУПЕР-ДУПЕР ШАНС! — Что за СУПЕР-ДУПЕР? — Харухиро вздохнул, пожав плечами. Затем моргнул несколько раз, когда переварил информацию. — Стой, ты имеешь в виду Дэйбрейкерс Сомы? — Воу, — Юме выпучила глаза. — Невероятно… — сказала Шихору, пытаясь уменьшиться настолько, насколько возможно. Могзо поднялся и опустился несколько раз, не в силах решить, что нужно делать. — Ч-ч-что нам делать… — Это редкая возможность, — сказала Мэри, холодно и собранно, как всегда. — Мы должны позволить ему это сделать. Харухиро сразу же кивнул, немного удивившись самому себе. Если бы он был вчерашним Харухиро, он бы колебался. Сегодня он уже не тот человек. Это заставило его задуматься, какие изменения принесет ему завтра. Не умерев сегодня, означало, что он может увидеть, каким человеком он станет завтра. И кто знает, может это будет чем-то великолепным. — Ребята, идем. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие автора

Время от времени, меня спрашивали, какой мой идеал игры. Я играл раньше во многие РПГ, поэтому, естественно, я скажу, что это будет РПГ. Лично для меня, это игры, больше всего выделявшиеся для меня, были: Dragon Quest III и V, Final Fantasy II, IV и VII, Romancing Saga. Что касается ММОРПГ, скажу, что Ultima Online или Everquest. Но хоть каждая из ММО и традиционных РПГ все еще разрабатываются, и даже когда появляются некоторые новые тайтлы, некоторые скажут, что они только совершенствуются, но не развиваются. Для ММО, World of Warcraft остается действующим чемпионом, в то время как остальные игры совершенствуются или следуют установленной формуле. Складывается ощущение, что эта формула уже совершенна или уже достигла своего апогея. Когда я впервые играл в Dragon Quest, Final Fantasy и ранние ММО, я чувствовал, будто мои чувства унесены новыми мирами, открывшиеся перед глазами. Мое незначительное «я» хотело уйти из моего маленького, пустякового мира в обширный новый. Я не хотел покидать этот мир, где все, что я видел и слышал, было в новинку. Честно говоря, на некоторое время я даже отрезал себя от реального мира. Я задумался, какие новые игры смогут заставить почувствовать это вновь? Они будут рассчитывать на то, что принесли продвинутые технологии? Или из сочетания устоявшихся формул может родиться что-то новое? Или это будет игра, которую никто ранее не мог представить, появившаяся из ниоткуда, как комета в небе? Не важно, как сильно я думаю об этом, я действительно не знаю. Может ни одна игра снова не расширит мой мир как тогда. Но, к счастью для меня, есть новеллы. Я знаю, что такой человек как я, может написать, но из-за того что я не гений, да и неопытен, ни одна из моих попыток не идет гладко. Это как прощупывать путь по одному шагу — или половиной шага — за раз. Я всегда очень напуган, когда пытаюсь писать новеллу. Я всегда спрашиваю себя, смогу ли я это сделать? Откусываю ли я больше, чем могу проглотить? Так или иначе, я пишу в моменте полного отчаяния. Только после того, как она завершена, я оглядываюсь назад и вижу дорогу, которую я прошел, и впервые понимаю, что такая дорога только что пройдена. У меня заканчивается бумага. Я хочу поблагодарить своего редактора, К-сана, Ширай Эйри, дизайнеров из KOMEWORKS, всех, вовлеченных в создание и распространение этой книги, а также читателей, держащих книгу в руках. С огромной благодарностью и любовью, я кладу свою ручку на сегодня, и надеюсь увидеть вас снова. - Дзюмондзи Ао

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Бонус: Высший эльф

Ее зовут Лилия. Лилия Старм. Она — высший эльф из благородного дома Старм, дома Семи Мечей. Кроме того, она наследница дома по основной ветви, хоть она никогда не думала о своей родословной как о чем-то благородном. В лучшем случае, она только знала, что Дом Старм когда-то был великим, но сейчас она думала, что это лишь тень от былой славы. И не только Дом Старм устарел, все эльфийское общество осталось в далеком прошлом. Они стали слабыми, неэффективным и находились в состоянии упадка. Лилия была блудным ребенком, восславляемым как аватар Священного Клинка Варяг. С детства от ее будущего многое ждали, но она не могла понять, какое будущее возможно. Так что, хоть она знала, что дорога будет наполнена поворотами и опасностями, она решила, что покинуть Кагемори — верное решение. Она сама наберется опыта во внешнем мире и расширит свои знания. Только в этом, ни в чем другом, заключалась причина, почему она оставила дом позади. — Сома. Когда она назвала его имя, мужчина остановил свои манипуляции со столовыми приборами, известными как «палочки» и встретил ее взгляд. Его лицо оставалось неизменным. У него отсутствовали эмоции, от чего было сложно понять, о чем он думает. Но она знала, что не только из-за этого его сложно понять. Она также могла увидеть его угрюмое настроение. По большей части, Сома — человек утонченный, который вырезал из дерева палочки, которыми он сейчас пользовался. Помимо нее, компания Сома состояла из темнокожего Паладина Кемури; Некроманта Пинго, который, на первый взгляд, выглядел как ребенок; Земаи, искусственной конструкции, получившей жизнь с помощью Пинго; бывшего Вора, ставшего Шаманом, Шимы, которая долго не оставалась на одном месте и предпочитала спать под звездами. Кемури был из тех, кто спит где угодно столько, сколько ему нравится, когда он в настроении. В то время как Пинго был его полной противоположностью, и почти не спал. Постоянным спутником Пинго был Земаи, который совершенно лишен потребности во сне. Шима, элегантная, ухоженная женщина, не возражала спать на траве. Лилия, родившаяся и выросшая в эльфийском городе Арнотт, поначалу не знала, что думать об этом, но теперь полностью привыкла. В настоящее время, они находились под звездами, сидя вокруг костра, каждый по-своему, кушая и отдыхая. Лилия тщательно расчесывала серебристые волосы, в то время как Сома ел. Будь сушеное мясо или фрукты, Сома поднимал их с помощью палочек, поднося ко рту по одному кусочку за раз. Казалось, он предпочитал есть именно так, что было нормально для нее. — Ты держишь палочки левой рукой. На ее замечание, Сома опустил взгляд, и его глаза чуть-чуть выпучились. — Ты права. Может потому что еда неаппетитная, — ответил он. — Наверно ты прав, — согласилась Лилия. — Интересно почему, — сказал Сома, слегка наклонив голову в замешательства, когда он перенес палочки для еды в правую руку. Он не имел ни малейшего понятия, почему он использовал левую руку, так как он был правшой. И если он не знал, тогда как Лилия могла знать? — Кроме того, — добавила Лилия и указала на место, чуть ниже своих губ. — У тебя что-то на лице. На мгновение, лицо Сомы, кажется, закричало «Это невозможно!» Он поднял руку, чтобы вытереть точку несколько раз. — Нет, я не… — сказал он. — Знаю, — сказала Лилия с пустым выражением лица. — Это была шутка. — Ха, — Шима рассмеялась, опиравшись на один локоть и прикрывая рукой зевок. Пинго, сидящий на коленях Зенмаи и смотревший на звезды, незаметно хихикнул. Кемури храпел, быстро заснув. Сома опустил свой взгляд, уголки его рта слегка опустились, что могло значить, что он нахмурился. Лицо Лилии смягчилось. Сома поспешно сел прямо и снова расслабил свое выражение лица. Складывалось впечатление, что он довольно интересный человек. Три дня назад, Лилия и остальные вошли в бывшее Королевство Ишмаель, владение нежити. Земля зла и кошмара, где нежить добровольно отдала себя, чтобы разобрать, а затем переделать, чтобы стать безудержно сильнее и еще отвратительнее. Даже известная компания Сомы, не могла позволить себе быть здесь беспечными, хоть они и были беспечными днем ранее. Сома, как обычно, использовал свои навыки самурайского класса для катаны на приближающихся врагов. Нежить не могла подойти, не будучи тут же разрубленной. Его техника и ловкость не меньше захватывали дух. Тем не менее, Лилия, гордая танцовщица мечей, которая беспрерывно тренировалась, чтобы не опозорить свою репутацию непревзойденного вундеркинда, почувствовала что-то неладное. Сома был сам не свой. Его лезвие было менее стремительным, ноги тяжелее, действия медленнее. Лилии показалось, что он дерется с вывихнутой лодыжкой. Тем не менее, если он получил травму, то проще попросить Кемури исцелить его. Хотя Шима, изменившая свой класс с Вора на Шаман, бывшая очень старательной женщиной, едва взглянула на него. Природный талант сыграл свою роль, но она тренировалась, даже когда спала, и за короткий промежуток времени освоила скрытые приемы эльфов и оправдана перед главой Шести Заклинаний. Она не первый человек, ставший Шаманом, но только она получила признание надменных Шести Заклинаний. И она способна мгновенно исцелять любые раны. Когда бой закончился, Лилия подошла прямо к Соме: — Твоя неуклюжесть и отсутствие изящества неподобающи. Если ты получил травму или плохо себя чувствуешь, наверно, логично будет, чтобы Шима осмотрела тебя. Сома задумался на мгновение, прежде чем ответить: — Я тоже что-то заметил… Он стянул наколенники, и проблема сразу стала очевидной. Его ботинки оказались не на тех ногах. Проще говоря, левый ботинок на правой ноге, в то время как правый ботинок на левой ноге. — Так вот почему, — сказал Сома. Конечно, именно поэтому. Но что заставило сделать его такую ошибку? Когда Лилия спросила, Сома слегка наклонил голову и пробормотал «Без понятия», и Лилия задалась вопросом, должна ли она не заметить эту редкую оплошность. Тем не менее, Сома, как правило, часто ошибался различными способами. Сома довольно странный человек, подумала Лилия. Он утонченный и умный, и, без преувеличения, его фехтование на вершине мастерства. Он не был ни беспечным, ни рассеянным. Лилия обычно говорила, что он очень надежный, но не то, чтобы она когда-либо полагалась на других. Лидерство Сомы не имело недостатков; он великолепно рассуждал и имел чувство ответственности, как будто бы родился с ним. Он был из тех, кого можно бросить раздетым одного, и тот найдет способ выжить. Но все-таки чего-то не хватало. Лилия находилась в его компании некоторое время, но она не знала, чего именно. Время от времени, он делал что-то неожиданное, что полностью заставало ее врасплох. Он был не как эльф, отсюда у нее незначительный интерес к нему. Именно, незначительный интерес, не больше, не меньше. Вскоре Сома лег на землю. Кемури быстро заснул, и Шима тоже приготовилась лечь. Пинго и Зенмаи оставались караулить всю ночь, хотя никто и не просил их об этом. Лилия тоже почувствовала, что засыпает. Подготовка не требовалась; ее ранец служил ей подушкой, а плащ — одеялом. Тем не менее, она не уснула сразу. Лежа с закрытыми глазами, она начала погружаться в мысли. Она как игнорировала их, так и позволяла взять верх, ожидая, когда ее сознание отдалится. Время от времени она поглядывала из-под полузакрытых глаз на силуэт Сомы за костром. Он лежал лицом вверх, руки заложены под голову, одна нога согнута. Он заснул? Она не могла сказать. Если что-то случится, Пинго забьет тревогу, и, без сомнений, Сома сразу же встанет. Скорее всего, у него был чуткий сон. Сома повернулся, тихо застонав «Нн…». Теперь он находился лицом к ней. Слегка вздрогнув, она тут же снова закрыла глаза. Лилия смотрела на него ненамеренно, и он вряд ли ошибочно посчитает иначе. Но Сома оставался неподвижным, наверно, все еще спал. Лилия тихо вздохнула и снова слегка приоткрыла глаза. Она встретила взгляд Сомы. Он смотрел прямо на нее. Лилия почувствовала, как напряглась. Должна ли она объясниться? Нет, она не сделала ничего неправильного. Именно Сома смотрел на нее, и они просто случайно встретились взглядами. Она не должна ему никаких объяснений. Не было никакой необходимости в подобном. Только Сома виноват… или, наверно, не виноват, но… часть ответственности на нем. И он должен взять на себя ответственность за это. Для нее будет неприятно, если он не возьмет. Но прежде, зрительный контакт. Она должна разорвать с ним зрительный контакт. Она больше не могла вынести этот взгляд. Это довольно… смущающе смотреть так в чужие глаза. Но почему она не в состоянии отвести взгляд? Прежде чем она смогла найти ответ, Сома закрыл глаза и отвернулся, чтобы снова лечь лицом вверх. Лилия поняла это чуть позже. Сома не смотрел на нее. Он даже не просыпался. Он не смотрел на полу спящую нее; он просто открыл глаза во время сна и, по совпадению, повернулся к ней лицом. Не более. Не более, но он снова начал бормотать что-то. «Н… Нн…» Лилия подумала, что это звучит так, будто он произносит чье-то имя. Наверно, это просто ее воображение. Не в силах больше это выносить, она свернулась в клубок, и почувствовала резкую боль в груди. Что это за чувство в ее сердце? В чем причина? Она не знала. Она не имела ни малейшего понятия. — Я не знаю, — прошептала она. Лилия надеялась прийти к пониманию окружающего мира: чтобы получить знания, понимание и эмоциональную силу, чтобы оставаться невозмутимой, спокойной. Она пока что не говорила никому, но Лилия была убеждена, что эльфийская раса, идущая сейчас по пути упадка, должна вернуть былую славу. Она здесь только ради этой цели. Конечно, она признавала, что у нее есть интерес к Соме. Тем не менее, это всего лишь незначительный интерес. Не более.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1: Я сам, природный талант и горечь

— Ранта! Не отделяйся от нас! — предупредил Харухиро, пока кружил позади старшего кобольда, с которым сражался Могзо, и искал окно для атаки. Не то, чтобы его сложно было найти. Там! Снова! Защита старшего кобольда полна дыр. Его с легкостью можно прикончить. Харухиро смотрел, как хвост старшего махал из стороны в сторону, но сейчас он понял последовательность его движений. Если Могзо атакует по варианту А, тогда кобольд отреагирует по варианту Б, затем В. Если не В, тогда, наверняка, Г. Харухиро мог предугадывать его движения. Он был уверен, что сможет быстро прикончить кобольда с помощью [Backstab] * или [Widow Maker] * . Но он не приближался. Он не хотел убивать его. Его цель не простое убийство. Он хотел, чтобы появилась линия. Эта туманная, нечеткая линия, мерцающая как огонь. Он хотел увидеть ее. Учитель Барбара из Гильдии Воров однажды сказала ему: «Эта линия, которую ты видишь — чувствуешь, наверно, так будет лучше сказать — появляется один или два раза у тех, кто накопил достаточно опыта». Она также сказала: «Не похоже, что мы можем заставить ее появиться, просто сильно сконцентрировавшись или что-то еще». И хотя она сказала ему: «Это не плохой знак», она также предупредила его: «Но не заблуждайся. Это не что-то особенное». Она появляется один раз или два у тех, кто накопил достаточно опыта. Но у Харухиро она появлялась ни один или два раза. И она появилась перед ним ярко и отчетливо, когда она убил Дезпатча. Если бы линия не появилась, тогда Харухиро никак не смог бы убить босса-кобольда. Дезпатч оставил Харухиро позади и отправился за остальными; может быть, даже убил бы их. Сколько бы еще умерло? Линия спасла Харухиро — спасла их всех. Но она появлялась случайно. Она просто внезапно появлялась перед ним. И если в этом дело, то это чистое везение; Харухиро просто повезло. Если бы не удача, тогда все могли бы умереть. Харухиро не хотел верить в то, что их спасла только удача. На самом деле он не понимал своих рассуждений, но он знал наверняка, что хотел видеть линию. Он хотел иметь возможность видеть ее по своему собственному желанию. Если бы он мог заставить появляться ее каждый раз, когда захочет, то он станет… непобедимым? Не то, чтобы у него были амбиции стать богоподобным или еще что, но он хотел стать сильнее. Он хотел силу, чтобы иметь возможность переломить ход боя, когда это нужно. — СПАСИБО! — пришел завершающий удар Могзо. Линия… ну же, появляйся! Ну же! Появляйся, линия! умолял Харухиро. Но меч Могзо опустился по диагонали; в одном сокрушительном ударе техники [Rage Cleave] * находилась ужасающая физическая сила Могзо. Меч Могзо вошел на полметра в плечо старшего, разбив кольчужный доспех, будто бы его вовсе не существовало. Сила Могзо невероятна. Хотя это не только из-за мышц, но также из-за нового меча: Чоппер * . Все предлагали имя для нового меча Могзо, но, в конце концов, все приняли предложение Ранты — Чоппер. Меч был около 120 см в длину, но клинок невероятно толстый. И хотя у него была гарда * , тем не менее, он выглядел как огромный мясной тесак. Раньше этим мечом владел Дезпатч, но Могзо тоже эффективно использовал его. С ворчанием он пнул старшего рабочего, затем опустил клинок ему на голову, разбив череп словно яйцо. — СЛЕДУЮЩИЙ! — крикнул Могзо. Черт. Удивителен и крут, подумал Харухиро. — Хару! — позвала Мэри, пока он восхищался силой Могзо. — Эм… д-да? — ответил Харухиро. — Какого черта ты творишь!? — ругнулся Ранта. Ранта был последним человеком, от которого он хотел это услышать, но он признал, что сейчас витал где-то в облаках. В последнее время они охотились на старших кобольдов на третьем страте жилого типа в Шахтах Сирен. Большинство талисманов старших приносили высокий доход от продажи на рынке, и после того, как они уничтожили Дезпатча, третий страт стал относительно безопаснее для охоты. Заработок был очень стабильным. Но не сказать, что опасность была нулевой. Они все еще находятся на территории врага, и они заплатят высокую цену, если позволят себе стать самонадеянными. Могзо прикончил старшего рабочего, оставив только двух кобольдов-рабочих. Ранта сражался с Кобольдом А, пока Мэри и Юме объединились против Кобольда Б. Но затем появился другой старший, ведущих трех поросят — эм, рабочих, и двинулся на них. Прямо в тот момент, когда они подумали, что бой будет простым, потому что с основной проблемой разобрались, мир взял и нарушил все их планы. — Шестеро! — когда Харухиро закончил считать, Могзо прокричал «СПАСИБО!» и обрушил меч на противника Мэри и Юме, Кобольда Б. — А, теперь пятеро! — исправился Харухиро. — Получи! — Ранта скрестил клинки с Кобольдом А и сильно толкнул его. Это его новый навык Рыцарей Страха, [Expel Frenzy] * , когда он давит мечом, чтобы оттеснить противника, который находится вблизи, прежде чем отпрыгнуть назад и разорвать дистанцию между ними. Эта техника не должна быть броской, но у Ранты есть свой способ преувеличивать все то, что он делал. Хотя Харухиро признавал, что у [Expel Frenzy] есть потенциал для комбинирования с другими техниками. — [Anger Thrust] * ! Ранта находился вне радиуса поражения техники, но он шагнул вперед и воткнул свой меч в основание горла Кобольда А. Это мгновенная смерть для кобольда, и Харухиро неохотно признал, что на долю секунды Ранта выглядел круто. Не только его боевые техники впечатляли; на Ранте был новый шлем. Ведроподобный шлем, который у него был, оказался слишком сильно поврежден и не подлежал ремонту, поэтому он купил новый шлем-бацинет * , с полностью опущенным забралом. Он был подержанный, но окрашенный в черный, и Ранта сказал что-то идиотское о том, что этот шлем сделает его похожим на крутого Рыцарая Страха. Ну, сейчас Харухиро пришлось согласиться с этим, потому что на долю секунды Ранта выглядел как настоящий Рыцарь Страха. — Эм… осталось четверо! — слегка растерянно прокричал Харухиро, когда снова начал отдавать приказы. В конце концов, он лидер. — Могзо, на тебе старший! Ранта, прикончи одного из рабочих, и побыстрее! Я и Юме возьмем двух оставшихся! Могзо с криком вступил в бой со старшим. Когда они скрестили клинки, Могзо использовал [Spiral Slash] * и атаковал, оттесняя старшего рабочего назад. — [Hatred’s Cut]! — Ранта прыгнул на Кобольда В. Его первоначальную атаку отразили, но Ранта продолжал давить, выпуская шквал атак. Юме напала на Кобольда Г в лоб, и когда он контратаковал взмахом своей лопаты, она сделала низкий кувырок, чтобы уклониться; ее новый навык, [Fox Vault]. На самом деле предполагалось, что эта техника основанна на кукри, хотя Харухиро не понимал почему; оружие никогда прямо не использовалось. Юме снова подобралась к удивленному Кобольду Г и наказала его с помощью комбинации [Sweeping Slash] * и [Cross Cut] * , заставив его отступить. — Воу! — крикнул Харухиро, хотя он и не пытался издавать звук или еще что. На самом деле, сражаться с противником в одиночку не было сильной стороной класса Вор. Кобольд Д несколько раз взмахнул лопатой в сторону Харухиро, пока Харухиро отражал атаки с помощью [Swat] * . Лопаты использовались для добычи полезных ископаемых, но сделаны полностью из металла, поэтому они эффективны и как оружие. [Swat] в своей основе — защитный навык, но если появляется возможность, то Харухиро может использовать его для создания окна в защите противника. Сейчас он это и сделал, когда Кобольд Д опустил свою лопату по широкой дуге. Харухиро уклонился, вместо отражения с помощью [Swat]. Кобольд Д заметил опасность и быстро вернул оружие назад. Он атаковал снова, но в этот раз взмахами поменьше, рассчитывая больше на скорость, чем на силу. Сейчас! подумал Харухиро и отразил лопату Кобольда Д с помощью [Swat]. Хотя это не обычный [Swat]. Харухиро вложил силу в технику, чтобы откинуть лопату кобольда подальше в сторону. Теперь кобольд полностью открыт. Харухиро шагнул к нему, используя левую руку и правое предплечье, чтобы захватить правую руку Кобольда Д. Кобольд Д вскрикнул, когда его локоть обездвижили, а тем временем Харухиро сделал подножку и опрокинул кобольда на землю. Это новая техника, которой его обучила, или, точнее, которую в него вдолбила учитель Барбара: [Arrest] * . И хотя он чувствовал себя хорошо, что прекрасно исполнил ее, на самом деле эта техника не слишком броская. Пока Кобольд Д находился на земле, Харухиро ударил того ногой по челюсти. Голова кобольда похожа на собачью; их укус мощный, но их кости хрупкие. Строение их челюсти делало их очень уязвимыми, особенно для атак сбоку. Кобольд Д теперь без сознания, или близок к этому. — Оом рел ект прам дас! — крикнула Шихору. Темный, прозрачный, похожий на морские водоросли, теневой элементаль выстрелил из кончика посоха Шихору, полетев по узкой спирали. — Юме, берегись! — предупредила Шихору. Вскрикнув, Юме пригнулась, когда теневой элементаль пролетел прямо над ее головой. Он ударил Кобольда Г прямо в лицо и начал просачиваться в его тело через уши, рот и нос. Движения Кобольда Г остановились, его тело задеревенело. Новая техника Шихору, [Shadow Complex] * , заклинание, которое буквально проникает в голову врагов, чтобы сбить их с толку. Она взяла именно это заклинание, потому что хотела более атакующие способности и, конечно, в отличие от [Phantom Sleep] * , оно работает даже на готовых к атаке и волевых врагов. Выбор заклинания очень подходил Шихору, и был очень полезен в бою. Даже Юме наблюдала, как Кобольд Г внезапно отбросил лопату, выглядя совершенно растерянным. Юме яростно атаковала его при помощи кукри, сопровождая каждый взмах криком. Когда Кобольд Г пришел в чувства, было уже поздно. Юме порезала его тело так сильно, что он не мог контратаковать. — АРГХ! — Ранта прикончил Кобольда В с помощью комбинации [Expel Frenzy] — [Anger Thrust], которую выучил недавно. Могзо проворчал неподалеку, и Харухиро задумался, был ли старший трудным противником. Нет, не в этом дело, понял Харухиро. Казалось, старший нашел окно и опустил меч на левую руку Могзо. Но только потому, что Могзо нарочно позволил ему. Теперь Могзо экипирован в стальной фолдз * , который защищает его талию, и стальные наручи на обе руки. Оба были поношенными, но их переделал оружейник. Также, Могзо изучил новую технику, дополняющую его тяжелый доспех. Меч старшего рабочего с тяжелым лязгом опустился на руку Могзо, но отскочил назад. Это не обычное отражение; это техника [Steel guard] * . Харухиро не принадлежал Гильдии Воинов, поэтому на самом деле не знал деталей техники, но она чем-то вроде особого способа усиления доспеха с помощью энергии, поэтому все вражеские атаки отражались. И если защиты недостаточно, то на всю команду можно наложить заклинание Мэри [Light of protection] * , которое повышает физические способности, сопротивление и ускоряет способность тела к самовосстановлению. Наверно, заклинание как-то связывается с Богом Света Люминосом, когда его шестиугольный символ парил над левым запястьем каждого во время действия заклинания. По словам Мэри, его можно использовать на шестерых человек, и действовать оно будет 30 минут. Харухиро чувствовал эффективность заклинания, так как его тело стало заметно легче, что значительно повышало его боевые способности. И может благодаря [Light of protection], Могзо тоже быстро двинулся, чтобы прикончить старшего. — СПАСИБО!!! — крикнул Могзо. Конечно, Могзо будет использовать [Rage Cleve]. Это не просто его стандартное завершающее движение, оно было мощной, стабильной и, прежде всего, великолепной техникой. Меч Могзо обрушился на плечо уже выведенного из равновесия кобольда. Почти так же он убил первого старшего рабочего. Вид и стиль Могзо были элегантными и, в отличие от Ранты, он никогда не прибегал к странным и дешевым трюкам, просто чтобы выглядеть круто. Он был простым человеком в хорошем смысле этого слова. Он придерживался базовых техник, но использовал их так часто, что позволило ему по-своему настроить их, создать уникальный стиль. Может Харухиро немного переоценивал их, но нет никаких сомнений в том, что [Rage Cleave] в исполнении Могзо из средней, заурядной техники стал разрушительным, смертельным ударом. Конечно, эффективность [Rage Cleave] должна зависеть от таких вещей, как физическая сила пользователя, профессионализм, качество оружия и других факторов. Но что делало его таким эффективным для Могзо, так это выбор времени. Всякий раз, когда возникало окно, Могзо использовал его. Точный выбор времени для использования [Rage Cleave] заставлял Харухиро хотеть стоя аплодировать каждый раз, когда он его видит. На самом деле он хотел аплодировать Могзо даже сейчас… должен ли он это делать? Как Харухиро и предполагал, Ранта атаковал Кобольда Г сзади. Юме уже бежала к нему, но атака Ранты прикончила кобольда. — Хахаха! ДАААААА! Получил свой Вайс! — объявил Ранта. — Глупый Ранта! — крикнула Юме. — Юме могла справиться в одиночку! — Что такое? Ты собиралась убить его собственными руками? Мисс Стиральная Доска, ищущая кровь, как дикий зверь!? Ха! Ты тоже хочешь посвятить себя Богу Скалхейлу? — предложил Ранта. — Ни за что! — ответила Юме. — Юме — Охотник, который любит Белую Богиню Елдритч. Юме просто подумала, что если она сражается с бедным коби один в один, Юме также увидит его конец! И не зови Юме плоской! — Юме, правильно будет один на один… — Харухиро не мог не поправить ее, но, как и ожидал, его полностью проигнорировали. — Плоскогрудая — это плоскогрудая! Если ты хочешь, что я перестал тебя так называть, то увеличь ее! — ответил Ранта. — Юме не знает, как увеличить грудь! — серьезно сказала Юме. — Делай так! — Ранта повернулся к Юме и сделал своего рода массажа, лаская себя в районе груди. — Сексуальный маньяк! — запротестовала Шихору, впившись острым взглядом в Ранту, в то время как Мэри вздохнула и пробормотала: — Как презренно. — Я лучший! — крикнул Ранта, вены на его висках вздулись. — Лучший сексуальный маньяк! Презренно лучший! Ну же! Ничего, что вы сказали, не беспокоит меня! Я стану королем презренных сексуальных маньяков! — Хм… — Юме задумалась и скопировала Ранту… или, точнее, она ласкала свою грудь. — Она действительно станет больше? Потому что я не чувствую, что она увеличивается! Или увеличивать ее сложнее, чем кажется? Могзо поперхнулся, когда Шихору быстро схватила руки Юме и сказала: — Ю-юме… это не то, что можно делать перед другими людьми! В версии с изображениями тут находится картинка. — О, значит это сработает, только если я буду делать это одна? — спросила Юме. — Эм, нет… Не думаю, что в этом дело… — ответила Шихору. Ранта усмехнулся: — Какая разница? Продолжай их массировать! Они такие маленькие, что никто ничего там не увидит! — Придурок Ранта! — закричала Юме. — Я не придурок! Я Самый Презренный Король Сексуальных Маньяков! Это мой новоприобретенный титул, и не забудь его, иначе пожалеешь! А теперь склонись перед моей извращенностью! — Хватит говорить это так, будто это что-то хорошее, — сказал Харухиро и начал обыскивать личные вещи кобольдов. Ничего из их экипировки не продать, поэтому он ограничился их талисманами. Когда он присел рядом с телом и осторожно доставал серьгу-талисман из одного кобольда-рабочего, Ранта внезапно подскочил к нему и вырвал из носа мертвого кобольда золотое кольцо. Харухиро испытывал глубокое отвращение к издевательствам Ранты над телами. Были и другие вещи, которые ему не нравились в Ранте. На самом деле, ему почти все не нравилось в этом парне. — Что? — Ранта взглянул на Харухиро. — Хочешь что-то сказать? — Не совсем, — ответил Харухиро. — Тогда позволь сказать тебе кое-что. — Что? — Харухиро, — Ранта использовал свой большой палец, чтобы подбросить золотое кольцо в воздух и поймать его ладонью. — Не надумывай многого. — Многого? — спросил Харухиро. — Что это должно значить? — Ты думаешь, что ты стал каким-то героем, так ведь? — обвинил Ранта. — Героем? — ответил Харухиро. Только глупый Ранта мог придумать нечто дурацкое — была инстинктивная реакция Харухиро. Но слова застряли в его груди, и он не ответил сразу же. Герой, да? Харухиро никогда не тешил себя мыслью, чтобы стать таким. Совсем нет. Даже тенью этой мысли. Но… — Твои движения в этом бою, — тихо продолжил Ранта, чтобы никто его не услышал. Странно, Ранта не из внимательных. — Были действительно странными. — Не может быть. Они были обычными, — отрицал Харухиро. — Нет. Ты вел себя странно, — сказал Ранта. — Как будто ты на шаг медленнее, чем обычно. Или не медленнее… ты пытался сделать это, не так ли? Убийство одним ударом. Харухиро не ответил, но его плечи немного вздрогнули. Он пытался сохранять нейтральное выражение лица, но он чувствовал, что его прошиб пот. Потому что Ранта прав. Как такой парень мог заметить? — Ты не настоящий герой, Харухиро, — продолжил Ранта. — Понял? Знай свои пределы. Он с сочувствием похлопал Харухиро по плечу. Харухиро хотел ударить его в ответ, но не стал. Что бы ни сказал Харухиро, для Ранты это не имело значения. Ранта, ты когда-нибудь поймешь? Нет, он не поймет. Ранта не поймет, что вообще чувствовал Харухиро. Харухиро почти умер. В обмен на жизни своих товарищей, он почти отдал свою собственную. Но все живы, они даже убили Дезпатча, и все было замечательно. Как говорится, хорошо то, что хорошо кончается. Но все кончилось хорошо потому, что им повезло. Харухиро не смог бы этого сделать, если бы не появилась линия. Он предполагал, что, может быть, в этот раз он должен удовлетвориться подарком судьбы и не задумываться так глубоко. Но что насчет следующего раза? Что если они столкнутся с подобной ситуацией снова? Должен ли он оставить это все на волю случая? Нет, это не вариант. Тогда что ему делать? Тут два варианта. Первый — рассчитывать на то, что они будут избегать попадания в опасные ситуации. И, конечно, Харухиро намеревался стараться изо всех сил. Второй — превратить случайность в уверенность. Все, что ему нужно сделать, так это заставить себя видеть линию постоянно. Но это не так-то просто. Учитель Барбара говорила ему: «Иногда она появляется, иногда не появляется. Это не то, что ты можешь увидеть, сильно сосредоточившись или еще что». Эта техника ненадежная и рассчитывать на нее будет ошибкой. И Харухиро понимал мудрость ее слов. Однако он не мог сопротивляться такой возможности. Если бы он мог заставить появляться линию по своей воле, то это бы значило, что он прирожденный воин. Талантливый. Разве не было бы хорошо? подумал он про себя. — Хару? — спросила Мэри. Харухиро даже не заметил, как она присела рядом с ним. — Эмм… что-то не так? — спросил он. — Я хотела спросить тебя то же, — сказала Мэри с легкой улыбкой. — У тебя что-то на уме? — Нет… не совсем, — соврал Харухиро. Если бы они не были на третьем страте Шахт Сирен, и если бы никого не было вокруг, тогда, может быть, он бы поделился с ней. Или же нет, независимо от того, кто и где был. — Я в порядке, — он попытался заверить ее. — В самом деле… как скажешь, — совершенно не убежденно сказала Мэри. И Харухиро узнал по выражению ее лица, что она не верит ему. Один взгляд на ее лицо заставил его почувствовать, что он сделал ей что-то ужасное, и в его груди возникла тупая боль. Это… совершенно несправедливо.

↑ Удар в спину

↑ Вдоводел

↑ Раскол ярости

↑ Нож мясника

↑ Часть эфеса клинкового холодного оружия, защищающая руку от оружия противника

↑ Изгнание безумия

↑ Выпад гнева

↑ https://ru.wikipedia.org/wiki/Бацинет

↑ Взмах по спирали

↑ Широкий разрез

↑ Крестовой разрез

↑ Тяжелый удар

↑ Задержание

↑ Теневой комплекс

↑ Призрачный сон

↑ Стальная юбка для доспеха, защищающая талию и бедра. https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/4/4a/Faulds.jpg

↑ Стальная защита

↑ Свет защиты

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2: Совпадение

После возвращения в Алтану, продав лут, разделив заработок и поужинав, они направились обратно в уже знакомое жилище солдат запасных сил, приняли ванну и вернулись в свою комнату. Харухиро был готов лечь спать. Не считая того, что он чувствовал, что не уснет прямо сейчас. Лампа, висящая на стене, уже потухла. Кроме двух двуярусных кроватей с соломой, лампа была единственной мебелью в этой пустой комнате. Харухиро хотел попрощаться с жилищем и найти место получше. Не то, чтобы финансово они не могли себе это позволить, но по каким-то причинам, он не мог решиться. Харухиро перевернулся на бок, лежа на верхней койке. Могзо лежал на нижней койке с другой стороны, в то время как Ранта занимал верхнюю. Койка под Харухиро пустовала. Комната предназначалась для четырех человек, но на данный момент здесь проживали только трое. Поначалу их было четверо. Харухиро начал шептать имя их погибшего товарища, но остановился. Он начал спускаться. — Харухиро? — спросил Могзо с другой койки. — Ты в порядке? Ранта тихонько похрапывал. — Э-э… — он не нашел хороший ответ, так как пропустил вопрос. — Не так? Нет, все нормально. Не совсем… Как только слова сошли с его уст, он понял, что мог бы просто сказать что-то вроде «Я в баню», и пожалел, что не подумал чуть дольше. — Ты уходишь? — нажимал Могзо. — А, нет. Просто… схожу прогуляться. Подышу свежим воздухом, — ответил Харухиро. Он просто сказал первое пришедшее на ум, сделав свое поведение совершенно неубедительным. Но Могзо не стал развивать тему. — О, тогда ладно, — сказал Могзо. — Да. Долгий был день, правда? Выглядишь усталым, так что отдохни, ладно? — Точно. Спокойной ночи, Харухиро. Харухиро покинул комнату и подумал, действительно ли стоит пойти прогуляться и подышать воздухом, но в конце концов он решил, что не пойдет. Сейчас он не хотел уходить. Если бы Могзо решил поболтать с ним или еще что, он, наверно, не сразу покинул бы комнату. Часть Харухиро хотела, чтобы он воспользовался возможностью поговорить с Могзо. Но он не смог. Почему? Харухиро подумал, что он точно знал, но в то же время не мог полностью понять этого. Он просто… не мог довериться Могзо, даже зная, что он — действительно достойный человек. Харухиро был уверен, что Могзо никому не разболтает то, о чем они говорили. Но способность молчать не являлась основной причиной. Харухиро забрел в коридор первого этажа и присел на корточки, прислонившись спиной к стене. Древняя на вид лампа давала свет, поэтому тут было не так темно, но все же коридор нельзя назвать хорошо освещенным. Не то, чтобы он мог поговорить об этом, даже если бы был кто-то другой. Ранта даже не рассматривался. У него такое чувство, что если бы он поговорил с Юме, то разговор перешел бы во что-то странное. И Шихору… подумав об этом сейчас, он понял, что ни разу серьезно с ней не разговаривал. Он даже представить себе не мог, как этот разговор выглядел бы. Что насчет Мэри? Она, безусловно, слушала его. Но он чувствовал, что довериться ей — не хорошо это. Отчасти потому, что он не хотел во многом на нее полагаться; он хотел, чтобы она думала, что он крутой, а не какой-то слабак, но также была и другая причина. Из-за того, что Мэри присоединилась в их группу позже, Харухиро чувствовал, что иногда Мэри чувствовала себя так, будто бы перед ними в долгу, и все время искала возможность внести свой вклад, чтобы отплатить им. Харухиро не хотел, чтобы она думала, что он пользуется этими чувствами. Но может он просто надумывает. Он даже не понимал, почему он чувствует себя таким растерянным. Ранее, им повезло избежать самых опасных для жизни ситуаций. Если бы все это время с ними не было бы удачи, они были бы уже мертвы. Им очень не повезло, что Дезпатч появился сразу после боя с бывшими товарищами Мэри, и Харухиро очень повезло убить его. Удача и неудача всегда находятся в равновесии. Может быть, он был просто недоволен. Он постоянно думал о команде; отчаянно и от всей души он всегда взвешивал свои решения и всегда думал о пользе для товарищей. Что насчет остальных? Они просто наслаждались жизнью, не беспокоясь ни о чем. Им нужно заботиться только об изучении новых навыков, покупке лучшего снаряжения и становиться сильнее. И хоть они стали сильнее, они все еще на самом дне, настолько глубоко, насколько могут опуститься солдаты запасных сил. Только потому, что они убили Дезпатча, и Кемури из Дэйбрейкерс купил им выпивку, не означает, что они добрались до вершины или еще что. Потому что не их боевые способности или навыки позволили победить Дезпатча, а чистая удача. И это то, что Харухиро никогда не должен забывать. Почему никто другой не понимает нечто простое? Только Харухиро. Только Харухиро понял, что это слепая удача спасла их. Нормально ли просто оставить все как есть? Самоуверенность опасна и ведет к ужасным вещам. Остальные должны понимать это, но они… — Аа, к черту! — проворчал он, взъерошив руками волосы. На самом деле это обостряющееся мышление пошло по кругу. Если всем это нравится, тогда и для него все нормально. Как только он начал подниматься, он услышал какой-то шум, идущий с конца коридора. Звук шагов. Кто-то шел со стороны входа. Он едва мог разглядеть фигуры в тусклом свете лампы. Два человека, обе девушки, но не похоже, что это Юме и Шихору. Может быть новоприбывшие? Он слышал, что здесь жила новая группа новичков запасных сил. Он почти столкнулся с двумя-тремя парнями в бане, но он впервые увидел девушек. Может сейчас самое лучшее время вернуться в свою комнату. Однако Харухиро не сдвинулся с места. Что если это девушки? Он хотя бы должен проверить, симпатичные они или нет, и если ему повезет, может они станут друзьями и смогут познакомиться друг с другом… поближе. Он не мог отрицать, что у него имелся некий скрытый мотив, но также он не признавал его. Ну, без разницы. Он оставался на корточках у стены, не глядя в сторону девушек, а намеренно сосредоточив взгляд на стене перед собой, поэтому он не выглядел так, будто просто пялится в никуда или еще что. Вот что он собирался делать. Я веду себя глупо? подумал он. Девушки, должно быть, подумают, что он чудак или еще что. Он мог сказать по звуку их шагов, что они приближались к нему с осторожностью. Все в порядке, я безвредный, сказал про себя Харухиро. Подойдите поближе, я не собираюсь делать что-либо, поэтому не стоит беспокоиться… Но если он не собирается делать ничего, тогда он должен был уйти прежде, чем они подошли. От этого события становятся страннее, но ведь это не что-то неслыханное, так ведь? Такое происходит время от времени, так? Да. Две девушки проходили мимо него — прошли мимо него — когда одна из них внезапно остановилась. Почему она остановилась? Что происходит? Они заметили, что он здесь? Харухиро посмотрел на них. Он оказался прав; девушка с прической каре уставилась на него круглыми глазами. На самом деле, ее глаза выглядели так, будто они выйдут из орбит в любой момент. Он заметил темные круги под глазами. Надутые губки и неприветливая атмосфера вокруг нее создавали у Харухиро впечатление, что она из тех, к кому трудно подойти. Тем не менее, Харухиро оказался очарован. И почему она пялится на него так пристально? — Чоко? — прошептала другая девушка, положив руку на плечо девушки с каре. Она была высокой с короткими волосами. — Что случилось? — Эм… — ответил Харухиро вместо девушки с каре. — ‘Чоко’? Чоко… это имя… — Да? — ответила девушка с каре, наклонив голову набок. … Он сидел на корточках напротив большого, светящегося объекта, похожего на коробку. Кто-то стоял рядом с ним. Девушка с каре. Чоко. Так ее звали… А? Что это сейчас было? Он не мог вспомнить. Он не знал. Но… Чоко. Чоко. Он знал это имя. Только имя? Нет, больше. Он вспомнил те глаза и темные круги под ними. Эти надутые губки. Он вспомнил ее короткие волосы в прическе каре. Он знал ее. В версии с изображениями тут находится картинка. — Эм… понимаешь… — начал он, но не знал, что сказать. Что он мог сказать? Может ему спросить «Ты меня знаешь?» или что-то такое? Хотя если бы она узнала его, то она что-нибудь уже сказала бы. Но это не похоже на то, как двое людей встречаются после долгой разлуки. Она смотрела на него, как если бы что-то в нем привлекло ее внимание. Также и он смотрел на нее. Если в этом дело, тогда… Другая девушка встала между ними. — Так как ты здесь, то это значит, что ты член Кримсон Мун, так? Тебе нужно что-то от Чоко? — Нет, — ответил Харухиро. — Не то, чтобы… — Тогда мы уходим, — заявила другая девушка. — А, окей, — сказал Харухиро. — Идем, Чоко, — сказала девушка. Чоко ответила: — Окей. Обе быстро ушли, но прежде чем исчезнуть из поля зрения, Чоко обернулась и посмотрела на Харухиро. Их глаза встретились. Но Чоко быстро повернулась назад. Должно быть, Харухиро доставил ей дискомфорт, может немного удивил ее. Наверно, даже очень удивил ее. — Чоко… — прошептал Харухиро. И если бы Чоко услышала его, то, наверно, она бы почувствовала бы себя неуютно. Может ли она быть тем человеком? — Не, — сказал Харухиро сам себе. — Это наверняка совпадение.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3: Разговор о несбыточных мечтах

— ПРОСЫПААААААААААААЙСЯЯЯЯЯЯЯЯ! — Аргх! Какого черта? Что случилось?! Несчастный случай!? Пожар!? Ураган!? Землетрясение!? … локоть? Чтобы разбудить его, чертов придурок Ранта ударил его локтем в грудь, попав в солнечное сплетение. — Ранта, какого черта!? — разозлился Харухиро. — Хватит делать всякую ерунду и оставь меня в покое! С меня хватит твоих глупых выходок! — Не нужно так злиться! — сказал Ранта. — Ты спал как убитый, и я понятия не имел, когда ты поднимешь свою задницу с кровати, поэтому оказал тебе услугу и вежливо разбудил тебя! — Я не мог уснуть прошлой ночью, поэтому лег поздно! — проревел Харухиро. — Что не так с тем, что я спал?? — Значит, ты признаешь, что ты неправ! — Каким боком я это признаю!? — Ты неправ в том, что спал как спящая красавица, в то время как я прошел через кучу неприятностей, чтобы пораньше добыть информацию, чтобы рассказать тебе! — Эм… Ранта… — нерешительно вклинился Могзо. — Заткнись, Могзо! — крикнул Ранта. — Это между мной и Харухиро! Оставайся в стороне! Ни один из нас не сможет продолжать жить дальше, пока проблема не будет решена, поэтому вот что решит, кто из нас настоящий мужик! Понял, Харухиро!? Мы закончим это здесь и сейчас! — Закончим что!? — спросил Харухиро. — Что ты подразумеваешь под ‘что’!? Это, идиот! ЭТО! Другими словами… кстати, о чем мы? — Будто бы я знаю! Харухиро издал глубокий вздох и сел на койку. Над его головой был тот же потолок жилища, что и всегда, и потому, что он спит на верхней койке, кровать скрипнула, когда он двигался. — Итак, — Харухиро неохотно повернулся к Ранте. — Какую информацию ты достал? — Эту! — Ранта дьявольски улыбнулся. Выражение лица Ранты без конца раздражало Харухиро. Как, черт возьми, Ранта может бесить кого-либо просто ухмыляясь, Харухиро понятия не имел, но это бесило его. Должно быть это еще один «особый» талант Ранты; талант низшей формы жизни. — Так как ты решил поспать, — продолжил Ранта. — И Могзо сказал что-то тупое насчет того, чтобы подождать, пока ты проснешься, я очень проголодался, поэтому я самостоятельно пошел в булочную. Б-У-Л-О-Ч-Н-У-Ю. Понял? Дешевая, но хорошая, прямо за Нишимачи. Булочная Таттан. Так получилось, что там оказалась парочка людей из Кримсон Муна, и они говорили об этом. Поэтому я спросил, о чем они разговаривают, и… постой! Все имеет последовательность, порядок, прогресс. Как свидание с девушкой, да? Воу, воу, Харухиро… это слииииишком рано для тебя. Нет смысла выходить из себя, потому что ты все еще девственник, так ведь? Но не я! Я — Король Траха. Трах — мое второе имя. Опытный во всех позах. Понял? Величие моей мужественности заставит всех тигриц танцевать для меня танец в диком экстазе… — И… сколько еще ты собираешься заставлять меня слушать эту бессмысленную ерунду? — небрежно спросил Харухиро. — Я не говорю ерунду! Все, что выходит из моего рта — сущая правда! Факты! — воскликнул Ранта. — Ладно. И что за информация? — Для начала спустись оттуда. Мне не нравится, когда ты смотришь на меня сверху, будто бы ты выше и сильнее. Ты до нелепого тупой. Койка не была высокой. Верхняя койка высотой Ранте до плеча, когда он стоит. И Харухиро даже не стоял: он просто сидел на своей койке. Отчасти он чувствовал себя не хорошо, из-за того что смотрит на Ранту сверху, и дело не только в высоте, но в то же время это чувство не было плохим. — Я останусь здесь, — сказал Харухиро. — Ты хочешь умереть или что!? Хочешь, чтобы я тебя убил!? — крикнул Ранта. — Ты заноза в заднице. — Что? Ты что-то мне сказал? — Да, сказал. Я сказал, что ты как паразит. Нет, прости. Не «как». Я сказал, что ты паразит. — Идиот! Я не паразит, а рабочая пчела! — Значит, все в порядке с тем, что ты насекомое? — Постой, что? Не желая продолжать этот надоедливый и бессмысленный обмен репликами, Харухиро слез со своей койки и сел на нижнюю. — Просто перейди уже к сути и скажи мне, что это за информация, — потребовал Харухиро. — Хватит шутить со мной! Я не какой-то старый придурок! Это заставило Могзо усмехнуться, от чего у Ранты появилась улыбка до ушей. — В отличие от Харухиро, Могзо знает, откуда я! — сказал Ранта. — Могзо оценит хорошую шутку! Харухиро — отстой. Он не понимает ничего, потому что у него нет ни капельки чувства юмора! Харухиро почувствовал, что мысли становятся все темнее и темнее, но стремился оставить свою голову ясной и сдержать гнев. — Информация, Ранта, — снова напомнил он. — Эй, не вини меня за свои недостатки, Харухиииииро… — Ранта. Информация. — Воу. Опять. Настойчивый, так? — Черт возьми! — Харухиро схватил Ранту за горло и начал душить его. — Выплюнь уже! С меня хватит твоих увиливаний! — Х-хватит!? С-стой… Н-не могу… дышать… ты пытаешься… убить меня!? Л-ладно! Я с-скажу тебе… директива… Кримсон Мун… — Директива Кримсон Мун? — повторил Харухиро, обменявшись взглядом с Могзо. Могзо, или точнее его живот, ответил громким урчанием, и его лицо покраснело от смущения. — П-прости… Я немного проголодался… — объяснил Могзо. — Не нужно извиняться, Могзо, — сказал Харухиро. — С этим ты ничего не можешь поделать. А, там есть немного хлеба. Почему бы тебе не взять немного? — Это МОЙ хлеб! — закричал Ранта. — Я сам купил его в дешевом, но хорошем Таттане прямо за Нишимачи! Я купил его, он МОЙ, и я НЕ делюсь!!! Так как Ранта такой эгоистичный обжора, Харухиро и Могзо решили пойти вместе в город, чтобы где-нибудь позавтракать. Не желая быть покинутым, Ранта пошел с ними, демонстративно поедая купленный им хлеб, пока они шли, и пафосно объяснял им директиву Кримсон Мун. По-видимому, директива представляла собой набор приказов для членов Кримсон Мун, отдаваемых филиалом Алтаны. И хотя они назывались «набором приказов», но соблюдение не было принудительным. Однако, те, кто был способен выполнить выдаваемую миссию, но отказывался без хорошей причины, теряли уважение среди своих коллег из Кримсон Мун. В основном это означало, что если директива разумная, ожидается, что все возьмутся за нее без серьезных жалоб. И еще был другой стимул принять участие в миссии. Денежное вознаграждение. Часть оплаты выдавалась авансом, когда они подписывались, и остальная часть выдавалась после успешного завершения миссии. Если кто-то принял аванс, но не работал, применялся денежный штраф. Если решалось, что человек вел себя вредоносно, то его вызывали в Штаб-квартиру Кримсон Мун. Отказ от вызова приводил к объявлению награды за его голову. Награда за голову также являлась директивой и распространялась на преступников и нечестных торговцев. Некоторые члены Кримсон Мун действительно любили вознаграждения такого рода и зарабатывали ими на жизнь. Их метко назвали Охотниками за головами. Вознаграждение за принятие директивы не оплачивалась деньгами, а скорее тонкими бронзовыми монетами, что-то вроде сертификата для оплаты. Монеты можно обменять на наличные у Йорозу или в любом другом финансовом учреждении, связанном с основными войсками или Кримсон Мун. Харухиро и Могзо решили остановиться на завтрак у палатки с едой на Аллее Разнорабочих, который специализировался на блюдах из лапши под названием сорруз. Палатки с едой в этом районе с раннего утра оказались полны рабочих, и в это время здесь гораздо оживленнее, чем на рынке в северном секторе Алтаны. Сорруз представлял собой блюдо из желтой пшеничной лапши с жареным мясом в соленом бульоне. Харухиро не думал, что это окажется вкусным, когда попробовал впервые, но это напоминало ему что-то слабо знакомое, поэтому все закончилось тем, что он время от времени приходил сюда. «Время от времени» вскоре стало привычкой, и затем он обнаружил пристрастие к этому блюду. Харухиро и Могзо дули на горячий бульон, когда ели, энергично прихлебывая лапшу. Даже жуя свой хлеб, Ранта не мог просто стоять и смотреть, как они ели, и в конечном итоге он сам тоже заказал миску лапши. — Боже, это потрясающе! Таааааак хорошо! Сорруз — лучший! — заявил Ранта. — Хватит устраивать сцену. Из твоего хлюпающего носа сопли упали в твою чашку, — предупредил Харухиро. — Я ничего не могу с этим поделать! Они бегут как сумасшедшие! Харухиро! Ты просто не понимаешь, как хорош сорруз! — Сорруз действительно хорош, — согласился Могзо, разбираясь уже со второй заказанной чашкой. Или нет… — Могзо, это, случаем, не третья чашка? — спросил Харухиро. — Н-ну… да, — признал Могзо. — Он так хорош, что я ничего не могу поделать… — Чертов Могзо! — заявил Ранта. — Отлично, ты достойный противник! Но я не проиграю! Он повернулся к повару среднего возраста: — Эй, мистер! Еще один сорруз! — Сейчас будет! — подтвердил повар. — Хех, — проворчал Харухиро, пока подносил лапшу ко рту деревянной вилкой. Да, он хорош, но он не мог полностью набить им желудок ранним утром. Его живот не выдержит. — Но знаешь, Могзо, — продолжил Ранта. — Не можем ли мы сделать сами что-то такое же хорошее, если попробуем? — Эмм… — Могзо колебался. — Э-э … д-да, полагаю, что мы можем… наверно? Но бульон… — Не, мы наверняка можем, — настаивал Ранта. — Для супа надо просто набросать всего в горшок и сварить, пока он не будет готовым и вкусным. Да, нет проблем! — Я… не думаю, что это просто… — Правда? Он не кажется сложным… в любом случае, что в этом супе? — Эмм… давай посмотрим, — озвучил Могзо. — Скорее всего, куриный бульон и немного свиного сала и мяса. Овощи, такие как лук и морковь… — Воу, — впечатлено ответил Ранта. — Ты настоящий профессионал в этом, Могзо. Я даже и не предполагал. Харухиро хотел сказать, что знание ингредиентов не значит, что они могут скопировать вкус, но решил отпустить. Да, ему ничего не нужно говорить. Могзо поднял чашку ко рту и глотнул бульона. — Да, и чеснок тоже. Если бы они добавили немного имбиря, то он сделал бы вкус более отчетливым…. — Воу, воу, воу! Могзо, ты можешь сделать это! Как только мы накопим достаточно денег, давай откроем еще одну палатку сорруза! — предложил Ранта. Могзо добродушно рассмеялся и ответил: — Но я солдат Кримсон Мун. — Не будь тупым! Это не имеет значения! Если мы сможем зарабатывать достаточно денег, то не важно, чем мы будем заниматься! Кто сказал, что мы должны заниматься этим рубиловом всю нашу жизнь? Однажды мы можем уйти в отставку и начать вторую карьеру! Понимаешь, что это значит? Это значит… гм… вторая карьера! — Ты не можешь дать определение фразы той же самой фразой, — вздохнул Харухиро. — Заткнись, Харухиро! — резко ответил Ранта. — Я серьезно! У меня сейчас супер важный разговор с Могзо, поэтому заткнись и свали отсюда! Он повернулся обратно к Могзо: — Ну что, Могзо, как насчет этого? Ты и я! Мы назовем его: ‘Палатка сорруза: Ранта и Могзо’. Мы можем поделить прибыль, 70% мне, а 30% — тебе — но ладно, ладно, 50 на 50. Мы начнем работать над рецептом прямо сейчас, так что потом все уже будет готов! Что скажешь? — Магазин, да… — лицо Могзо выглядело задумчивым, будто бы он не думал, что это плохая мысль. — Было бы неплохо. Выглядит приятнее, чем сражения. Я подумаю над этим. — Точно! Ты сделал это! Думай позитивно, Могзо! — сказал Ранта. — Давай разбогатеем! Безумно разбогатеем! Мы даже сможем создать сеть! 10 магазинов в Алтане и затем 1700 магазинов по всему Гримгару! Если это ты и я, то мы сможем! Наверняка! Ранта практически на вдохе выпил весь свой суп, затем глубоко выдохнул с удовлетворением. Затем он продолжил: — В любом случае, насчет этой штуки с директивой. Вы, ребята, готовы выслушать это!? Готовы услышать то, что я скажу!? Готовы!? Правда!? Вы действительно готовы!? Потому что как только вы услышите, я не приму ответ «нет», понятно!? — Ранта, ты уже за гранью громкости и раздражительности, так что скажи уже, — сказал Харухиро. — Харухирооооооо… ты так говоришь, потому что ты в сотню раз громче и раздражительнее меня! Нет, постой! В тысячу раз! Десять тысяч раз! Нет, пять миллиардов раз раздражительнее! Просто признай это, кретин! — Да, конечно. — Скажи «да, конечно» сто раз! — Да, конечно сто раз. — Эй! Хватит держать меня за идиота! Я вижу, чего ты добиваешься! Потому что я могу перехитрить тебя в любой день! Склонись перед Лордом Рантой! — По крайней мере Могзо смешно от этого… — вздохнул Харухиро. — П-прости… Я просто подумал, что только сейчас это довольно забавно… — сказал Могзо. — Могзооооо! ‘Только сейчас’? Что ты имеешь в виду под ‘только сейчас’? Я всегда забавный! Я всегда потрясающий! Я — Рантамен, Король Комедиантов! Если ты усомнишься в моем комедийном гении хотя бы один раз из ста, будущий деловой партнер или нет, я надеру тебе задницу! — Не думаю, что один из сотни так уж редок, — съязвил Харухиро. — Эй! Харухиро! — крикнул Ранта. — Зачем ты кричишь? — спросил Харухиро. — Это вроде как раздражает. — Я имел в виду один из ста тысяч! Не сотни! Понял!? — Да, хорошо, — сказал Харухиро. — Теперь расскажи о директиве. Мы все еще не добрались до этой темы. — И ЧЬЯ ЖЕ ЭТО ВИНА!? — закричал Ранта. — ТВОЯ!!! — Почему ты злишься? Именно я должен злиться из-за тебя. — Потому что моя очередь злиться! — Без разницы. Просто расскажи нам о директиве. — Хахаха! Подождите, пока не услышите то, что я скажу, вам, ребята, это перевернет все с ног на голову! — внезапно Ранта встал, скрутил руки вокруг друг друга и сделал пальцами… змею? Или что-то похожее. — Это, ребята! ЭТО! — Я не понимаю. Тебе следует сказать мне больше, чем это. — Это двухголовая змея! Понял!? — Ранта поздоровался головой змеи на правой руке с головой змеи на левой руке. — Нападение, чтобы вернуть Крепость Капоморти * и Цитадель Стилбоун * ! Кодовое имя — операция Двухголовый Змей! По-видимому, директива нацелена на скрытие чего-то насчет операции. Запись на фронт Стилбоун уже завершена, но, в любом случае, это означает, что она для очень опытных воинов. Если мы запишемся, то мы станем частью сил, идущих на Капоморти. Вознаграждение — 20 серебряников авансом и 80 серебряников после успешного завершения миссии. Это целый золотой! ЦЕЛЫЙ ЗОЛОТОЙ! На одного человека! Удивительно, не так ли?! Глаза Могзо широко распахнулись, и челюсть отвисла. — Золотой… — задышал Харухиро. Для него это немало. Внезапно, Харухиро вспомнил время, когда они только потеряли Манато. Ренджи дал им золотой, сказав: «Мои соболезнования. Возьмите». Также он вспомнил, как его удивило то, что Ренджи так просто разбрасывается такой огромной суммой. — Если Крепость Капоморти, — Ранта снова сел и показал точку на столе. — Здесь… или лучше здесь? Может здесь, вместо… — Действительно ли так важно где? — спросил Харухиро. — Окей, без разницы. Она в 6 км к северу от Алтаны и оккупирована орками. 6 км ничто, верно? Супер близко. Поэтому, конечно, Алтана несколько раз нападала и выгоняла оттуда орков. Но не важно, сколько бы раз мы ни атаковали и выигрывали, мы никогда не могли долго удерживать ее. Орки всегда возвращали ее. Вы знаете почему? — А… — Могзо скрестил руки на груди и слегка наклонил голову. — Не хватало… терпения? Или что-то такое? — Конечно… НЕТ! Ни за что! Правильный ответ… здесь. — Ранта показал указательным пальцем другой руки на другую точку вблизи края стола. — Цитадель Стилбоун. Она примерно в 40 км к западу от Капоморти, со стороны Великой реки Фунрю. Если вы отправитесь вверх по течению, вы увидите вход в руины Королевства Нананка. Вы, ребята, знаете, что это значит? Наверно нет. Королевство Нананка. Сейчас это территория орков. Все королевство захвачено орками. Они используют корабли для перевозок по реке. Товары, солдат — все что угодно. Капоморти очень маленькая крепость, но когда ее атакуют, орки сразу же отправляют сообщение вверх по реке. Затем Стилбоун отправляет обратно подкрепление. Брови Харухиро нахмурились от мыслей: — Но это 40 км… — У орков есть особы тип войск, под названием ‘драгун’, — сказал Ранта, приняв странную позу. Она выглядела как какое-то животное… осьминог, наверно? — Но они не драконы или еще что, а просто огромные ящероподобные звери, называемые драконами-лошадьми и, по-видимому, они бегают до нелепого быстро. На максимальной скорости, они за час преодолевают расстояние между Стилбоун и Капоморти. — Понято… — Могзо ударил правым кулаком в левую ладонь. — Вот почему в этот раз мы атакуем оба места одновременно. — Именно! Я знал, что у тебя есть мозги, чтобы быть моим деловым партнером! — Ранты щелкнул пальцами, или попытался, так как звука не получилось. Он попытался несколько раз, но в итоге сдался. — Глупая сухая кожа. Харухиро вздохнул. — Винишь сухую кожу, да? — Что ты имеешь против меня, говоря, что моя кожа плоха!? Ты моя злая мачеха или что!? — Ээ… что? — Перестань притворятся! Ты хочешь подраться со мной!? — Разве нападение на Стилбоун и Капоморти одновременно не то же самое, что открыто объявить оркам войну? — вместо этого спросил Харухиро. — О, так теперь ты игнорируешь меня. Разве ты не знал? Мы, люди, уже в состоянии войны с орками и нежитью. Уже давным-давно. — Да, я так и подумал, но мне казалось, что это были просто стычки тут и там. Ничего больше, — отметил Харухиро. — Мы атакуем друг друга, когда появляется любой шанс, если ты это подразумеваешь под стычками. Орки недавно атаковали Алтану, не так ли? — сказал Ранта. — О, точно… Ишх Догранн? Думаю, так его звали. Тип, которого убил Ренджи. — Да. Вероятно, эта операция частично как ответ на ту атаку. По крайней мере, первоначально планировалось. Но в этот раз, это не просто обычный тычок, чтобы разозлить их. Войска Алтаны серьезно настроены взять и удержать крепость. Они уже провалили удержание несколько раз, поэтому, полагаю, они решили прекратить повторять ту же ошибку. Ранта высокомерно рассмеялся, как если бы он был каким-нибудь мастером-стратегом, обученным в постоянных войсках Алтаны. Чем больше Ранта объяснял, тем больше это казалось объявлением войны для Харухиро. — Похоже на опасный шаг. Не только Кримсон Мун будет атаковать крепость, так? — спросил Харухиро. — Ха. Конечно, основные войска тоже будут там. Они — основные силы; мы, члены запасных сил, просто поддерживаем их. Ты туго соображаешь, Харухиро, или как? Используй голову хоть немного. Хватит постоянно выглядеть сонным и проснись, Харугиря. — Хватит смеяться над моим внешним видом, или я прикончу тебя ударом в спину. И что за, черт возьми, Харугиря? — Ты просто не понимаешь моих шуток, Харугелий. — Ранта, клянусь, я… — Эм… — встрял Могзо. — Сколько? В смысле… сколько людей участвует в операции? — Сколько? — Ранта почесал подбородок. — Давай посмотрим… около пяти или шести сотен со стороны постоянных войск, плюс сто или сто пятьдесят со стороны Кримсон Мун для Капоморти. Похоже, серьезное сражение будет в Стилбоуне, так как из того, что я слышал, Дейбрейкерс Сомы, Ред Девилс, Дарк Берсеркерс, Айрон Наклз Таймана Макса и Орион Шинохары будут там. Безумно, не так ли? Выглядит почти так, будто мелкие сошки вроде нас не нужны, потому что мы будем просто мешаться у них на пути и умрем. Харухиро мог предположить, почему Ранта так просто добавил последнюю часть информации, не смотря на то, что она совершенно лишняя. Ранта думал, что трудный бой будет в Стилбоуне, в то время как Капоморти с легкостью возьмут. Наверно, он думал, что Капоморти сдастся, как только войска Алтаны и Кримсон Мун подойдут к вратам. — В любом случае! — Ранта снова скрутил руки вместе, заставив головы змей сцепиться. — Целый золотой! Тогда решено! Мы сделаем это! Давайте пойдем и запишемся прямо сейчас! Только три дня до окончания, поэтому надо ковать железо, пока горячо или что-то в этом роде. Без разницы! Идем в штаб-квартиру! — П-постой… — Могзо опередил Харухиро. — Разве мы не должны хотя бы спросить остальных? — Чтоооооо!? ЗАЧЕМ!? Кого они волнуют? Об этом? Разговор будет таким: «Мы сделаем это?», «Да, сделаем это», «Окей, идем» и все согласятся, так что не беспокойся! Они просто девчонки! — Нет, ты не можешь так просто предполагать это, — сказал Харухиро, почесав шею сзади. — Соберемся сегодня ночью и поговорим об этом. К тому же, у нас все еще куча времени до истечения срока. Ранта нахмурился и громко выдохнул через нос: — Лаааадно. Без разницы. В следующий раз, когда он скажет что-то необдуманное вроде этого, я отвечу ему ударом по лицу, решил Харухиро.

↑ (итал.) мертвая голова

↑ стальная кость

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4: Не спешить

Поработав днем в Шахтах Сирен, продав лут на рынке и поужинав, все побрели в Таверну Шерри. — Я буду пиво, мужественный напиток для мужиков! — объявил Ранта. — Т-тогда, эм, я тоже… — последовал его примеру Могзо. — Мне медовуху, — сказал Харухиро. — Тоже, — сказала Мэри. — Юме возьмет лимонад! Он так весело пузырится! — захихикала Юме. — Тогда я тоже возьму, — сказала Шихору. Их заказ прибыл мгновенно, и Ранта поднял свою кружку, хоть никто и не просил его произносить тост: — Все здесь? Вы готовы, ребята? Отлично! Ура!!! Каждый по-своему ответил «ура», вместе ударившись своими кружками с напитком, и выпили. Ранта и Могзо глотнули свое пиво; Могзо — просто потому, что у него была жажда, а Ранта — потому что он не хотел уступать Могзо. Похлебывая свою сладкую, с кисловатым оттенком, медовуху, Харухиро не понимал, почему Ранта должен быть таким противным. Почему этот парень всегда должен превращать все в соревнование? — Ха! Я выиграл! — крикнул Ранта, ударив свою пустую керамическую кружку о стол. Ему лучше быть готовым заплатить за нее, если она сломается. — Выкуси, Могзо! Я выиграл, а ты проиграл! Вахахахахаха! — О… окей, — согласился Могзо. Не в силах выпить все содержимое своей собственной кружки, он поставил ее обратно на стол. — Это очень удивительно, Ранта, выпить все в один заход. — Чертовски верно! Я МУЖИК! Ты так и сказал, Могзо! Вот почему ты будешь моим будущим партнером по бизнесу, предприятию, партнер-предприниматель! Юме моргнула, не понимаю: — Предпроминатель? — Пред-при-ни-ма-тель, Юме, — вставил Харухиро. — Что вообще за предпроминатель? Шихору издала странный наполовину смешок, наполовину кашель, и когда Харухиро посмотрел на нее, ее лицо стало ярко красным, и она закрыла рот обеими руками, устремив взгляд на пол. — Что-то не так, Шихору? — спросил Харухиро. — Нет… ничего… ничего особенного… — ответила Шихору. — Шихору, — ухмыльнулся ей Ранта очень раздражающим образом. — Прямо сейчас ты представила что-то странное, не так ли? — С-странное? — повторила Шихору. — Что ты имеешь в виду? — Ты меня спрашиваешь? — усмехнулся Ранта. — Это ты наполнена вагоном дикого бреда. — В-вагоном..? Это не… — Да, полным вагоном. Поэтому не спрашивай меня, так как я и близко не завален диким бредом, как ты… — Я не завалена! — запротестовала Шихору. — Хватит нести бред, Ранта! — Юме обняла Шихору, защищая ее. — Шихору не дикий вагон и она не наполнена бредом! — Эм… не думаю, что он именно так сказал… — шепотом отметила Мэри. — А? Ты имеешь в виду, что Юме снова произнесла неправильно!? — спросила Юме. Ранта усмехнулся ей: — Ты во всем ошибаешься! Моя голова начинает болеть, слушая тебя, поэтому хватит болтать, окей? Просто заткнись! — Не-е! Юме не хочет! — крикнула Юме. — У тебя нет права говорить «нет»! — ответил Ранта. — Юме имеет право высказывать мнение Юме! — Кто говорит о твоем мнении!? — Ты, глупый Ранта! — Я говорил о праве говорить «нет»! Праве. Говорить. «Нет». Поняла!? ПРАВЕ говорить «нет»! — Юме знает это! — Нет, ты не знаешь! Ты даже не слышала, что я сказал! Ты глухая как дверной звонок или что!? — Ранта… — встрял Харухиро. — Это не дверной звонок. Ты тупой как дверной косяк или что? — О… — хотя Ранта заметил свою ошибку, он не собирался отступать из-за чего-то столь незначительного. Он недовольно пожал плечами и вместо этого сказал. — Иииииии опять. Снова ОН, Лорд Лидер Группы, бросается на людей из-за какой-то крохотной ошибки! И ведет себя как «Я-Мистер-Самый-Умный»! Тебе плевать на личность, Харухиро! — Кто бы говорил, — провокационно сказал Харухиро. — Если не хочешь слышать это от меня, тогда хватит заставлять меня это говорить. Следи за своим языком, идиот! — Эй, Могзо, — вместо этого Харухиро повернулся к Могзо. — Просто небольшой совет. Тебе определенно лучше не делать этот кусок мусора своим будущим деловым партнером. Твой магазин сорруза никогда не появится. — Хаха… — сухо посмеялся Могзо с непростым выражением лица. — Магазин сорруза? — спросила Мэри, слегка наклонив голову. Харухиро начал кратко объяснять разговор между Рантой и Могзо перед палаткой сорруза. — И Ранта предложил Могзо, когда они накопят достаточно денег, уйти из Кримсон Мун и открыть магазин сорруза, — закончил он. — Хм… — Юме немного подумала. — Сорруз — это суп с лапшой, похожий на рамен, так? — Рамен… — повторил Харухиро и буквально на мгновение, соленый, почти знакомый вкус, появился в его сознании. Ранта скрестил руки на груди: — Рамен… — Рамен… — Шихору прикоснулась пальцем к губам. Могзо немного наклонился над столом. — Рамен… — Что… — начала Мэри, с неспокойным выражением лица. — Что это? Этот «рамен»? — О, это… — глаза Юме метались из стороны в сторону. — Рамен, это… эмм… это хорошо. Это, ахх… это. Штука. А? О чем Юме только что говорила? Харухиро почесал свою голову. — Я забыл… — Рамен. Мы говорили о рамене, — твердо сказал Могзо с необычайной силой. — Мы… мы, наверно, все знаем его. Да, сорруз очень похож на рамен. Когда я впервые попробовал его, у меня возникло ощущения, что будто бы мне знаком этот вкус. Вкус, как у рамена. Тогда я не мог вспомнить его, но смог сейчас. Я люблю рамен. Ранта… — Да? — пораженно сказал Ранта. — Что? — Давай… давай сделаем это, — ответил Могзо. — Откроем магазин. — О? — Но я не хочу, чтобы это был сорруз, — продолжил Могзо. — Я хочу сделать магазин с раменом. Пока я буду копить деньги, я продолжу экспериментировать со вкусом. И как только мы получим правильный, то сделаем это. Давай откроем магазин. — Магазин рамена… — улыбка растянулась на лице Ранты, и на этот раз, она была не из тех надоедливых, ехидных ухмылок. Он положил руку на плечо Могзо, туго сжав его. — Да! Ты можешь стать поваром, и я стану заниматься финансами и остальным! Я обеспечу огромный успех! — Точно! — согласился Могзо. Харухиро хотел сказать, что, конечно, хорошо и прекрасно, что Могзо будет поваром, но Ранта нацелился на финансы только потому, что он не хотел сам вкладывать деньги в предприятие. Но Могзо выглядел таким взволнованным от этой идеи, что Харухиро не хотел бросать тень на его чувства, говоря что-то негативное. В конце концов, ему не нужно быть занудой. К тому же, эти планы все еще в далеком будущем, настолько далеком, что, наверно, сейчас не стоит серьезно задумываться об этом. Никто даже не знает, как все обернется через год, подумывал сказать Харухиро, но оставил все при себе. Он не собирался говорить им бросать мечтать или что-то холодное и бесчувственное. К тому же, он не считал, что для них плохо мечтать о будущем. На самом деле, Харухиро просто немного завидовал их способности мечтать, потому что он не мог думать дальше, чем завтра, или, в лучшем случае, на три дня вперед. Даже если бы он захотел, он бы не смог… потому что было очень важное решение, которое нужно принять в ближайшие три дня. — Ребята… — сказал Харухиро. — Есть кое-что, о чем бы мы хотели поговорить, и пока все здесь… Он рассказал им детали о директиве Кримсон Мун, и когда он закончил, Ранта вскочил со своего стула и вскинул кулак в воздух. — КОНЕЧНО мы сделаем это! — объявил Ранта. — Не нужно даже и думать об этом! Мы получим золотой за участие! СОТНЮ серебряников! Мы сделаем это! Мы не можем не сделать это! Мы сделаем это! — Хмм… — взгляд Шихору был устремлен на пол. Очевидно, ее совсем не взбудоражила эта перспектива. Да, это все-таки Шихору. Тогда что насчет Мэри? Что она думает? Ее взгляд тоже был направлен вниз, и она положила палец на подбородок, находясь в глубоком размышлении, но она не указывала, за какой вариант она голосует. Может это означает, что она просто последует за большинством голосов. Наверняка она просто пытается учитывать мнение остальных. Харухиро предугадал, что она поведет себя так. — Для Юме, — сказала Юме, слегка надув щеки и блуждая взглядом по потолку. — Любой вариант подойдет. — Правда? — недоверчиво спросил Харухиро. — Хм? Что ты имеешь в виду? — растерянно спросила Юме. — Не, забудь… — сказал Харухиро. Он предполагал, что Юме будет категорически против участия, потому что это все-таки Ранта. Вот как обычно работало голосование Юме, но, похоже, не в этот раз. Но почему? Харухиро хотел спросить ее, но он почувствовал, что как лидеру, будет слишком по-детски делать что-то такое, что усугубит враждебность Ранты и Юме между собой. Он ничего не мог исправить в личности Ранты. В конце концов, Ранта был их товарищем, и постоянно ладить с остальными не всегда возможно. Но стоп, тогда это означает, что Харухиро проголосовал против, Ранта — за, Шихору — что-то вроде нет, Мэри и Юме не определились. Тогда остался только… Могзо заговорил с неожиданно важным лицом: — Я думаю… Внезапно, у Харухиро возникло плохое предчувствие насчет того, что сейчас скажет Могзо… и он оказался прав. — Я хочу попробовать, — закончил Могзо. — Могзооооооо!!! — Ранта потянул руку к Могзо. — Дай пять! — Ч-что? — Могзо моргнул. — Ну же! Просто подними руку и дай мне пять! — А… окей. — Могзо нерешительно протянул свою руку и коснулся ей ладони Ранты. — Именно! ДАААА! — сказал Ранта, затем ударил предплечьем, потом локтем предплечье и локоть Могзо, наконец, чуть ли не обнимая его. — Да, черт возьми! Ты мужик, Могзо! МУЖИК! Мой будущий деловой партнер жжет! Мы также танки на передней линии и братья по оружию! Мы как близнецы! Ты думаешь также, верно, Могзо!? — Эм… ум… наверно? Хаха… окей? — ответил Могзо. — Хахаха! Потрясающе! Эй, Харухиро! — Что теперь? — вздохнул Харухиро. — Большинство выиграло! — Ранта обнял Могзо за плечи. Он посмотрел на Харухиро как хищник, преследующий свою жертву, и облизнул свои губы. — Решено! — Э-э… — начал Харухиро. Воу… воу воу воу! Притормози… Погоди-ка секундочку. Черт, не хорошо. В любом случае, все пойдет коту под хвост… Если Могзо был «за», тогда он и Ранта составляли два голоса «за». Харухиро и Шихору (скорее всего) — два «против». Голоса Мэри и Юме на данный момент неизвестны. Харухиро уверен, что если дойдет до решения, кто победит, он сможет увести Юме на свою сторону. Однако он не был уверен на сто процентов. Большие никого. Удивление от того, что Могзо занял сторону Ранты, пошатнуло уверенность Харухиро в своих предположениях. — Хм… — задумался Харухиро, затем посмотрел на выражения лиц Юме и Мэри. Он не мог различить, о чем они думали. За какой вариант они голосуют? Обе «за»? Обе «против»? Он больше не понимал. — Давайте решим завтра, — внезапно заявил Харухиро. — ЧТОООООООО!? — Ранта уставился на него выпученными глазами. — Ты долбаный тормоз или как!? Какого черта!? Почему завтра, кретин!? Мы можем решить сегодня, так зачем откладывать!? — Что за спешка? — сказал Харухиро. — Все в порядке. У нас все еще есть куча времени до окончания регистрации. Давайте возьмем день на размышления. Затем проголосуем снова. — Думаю, это будет разумно, — Мэри подняла руку в поддержку Харухиро. Боже, Мэри — богиня, подумал Харухиро. В такие времена Мэри казалась сияющим, блестящим светом с небес. На самом деле она всегда так выглядела… — Хорошая мысль, — сказала Юме, шлепнувшись на стол. Она пила лимонад, но создавалось впечатление, будто бы она пьяна. — Я согласна с Мэри. Лучше завтра. — С-согласна, — Шихору энергично кивнула один раз. — Я тоже думаю, что это хорошая мысль. Могзо не возражал: — Да, не нужно спешить. — Вы, ребята… — Ранта не мог найти слов, чтобы закончить предложение, но это было нормально для Харухиро. Кажется, сейчас он собирался остаться еще. Он издал небольшой вздох и оглядел таверну. Все завсегдатаи сидели здесь, что означало, что члены Кримсон Мун смешались с горожанами. И среди них должно быть множество групп, кто уже откликнулся на директиву и решил принять участие в операции Двухголовый Змей. Может, поспрашивав их, он сможет собрать больше информации. — Ненавижу собирать информацию… — вздохнул Харухиро.Просто он не был хорош в поисках подхода к людям, и он не знал, как с ними разговаривать. Но он также знал, что сейчас не время позволять своей робости брать над собой верх.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5: Просто ощущение

Я знаю, вот почему я делал все возможное..? Что-то в этом роде… В поисках информации о директиве, Харухиро подходил к нескольким ветеранам Кримсон Мун, которых он часто видел в таверне, и пытался спросить у них. К сожалению сегодня тут не оказалось никого из авторитетных членов Ориона, клана Шинохары. Сам Шинохара был добрым, с хорошими манерами, и члены его клана, как правило, были такими же. Харухиро знал, что пока он следит за своими собственными манерами, любой член клана Орион скажет ему все, что им известно. Кроме членов Ориона, Харухиро достаточно хорошо знал только одного человека, чтобы свободно расспросить — слишком беспечный Киккава, который прибыл в Гримгар в то же время, что и он. Харухиро часто разговаривал с Киккавой в Шерри, но, как назло, сегодня его тоже не было. Харухиро задался вопросом, куда тот ушел. Киккава вступил в группу ветеранов под предводительством некоего Токимуне, поэтому он оказался на голову выше на самом старте. Теперь он посещал районы, которые находились за пределами способностей команды Харухиро. На самом деле, Харухиро вспомнил, как Киккава говорил что-то насчет места под названием «Блуждающая Бездна», где-то на Равнине Казахая. Это было его текущее место деятельности. Харухиро сполз по стене коридора первого этажа жилища запасных сил. Могзо и Ранта находились в своей комнате и крепко спали. Всякий раз, когда они пили, оба, как правило, громко храпели. Наверно, это одна из многих причин, почему он вышел. Он поговорил с несколькими членами Кримсон Мун, которые уже согласились с директивой для участия в операции Двухголовый Змей, и все как один выражали мнение, что взятие Крепости Капоморти будет простым. Когда Харухиро спрашивал их, почему они так оптимистичны, они отвечали, потому что в прошлом Алтана уже несколько раз захватывала крепость. И они сказали ему, что Алтана созрела для захвата. Имелась только угроза подкрепления из Цитадели Стилбоун, которое помешало им в прошлом. Даже если бы они оставили крепость орков в покое, орки не попытались бы организовать крупномасштабное нападение на Алтану из Капоморти. Такой инцидент, как рейд Ишх Догранна, не свергнет такой город-крепость как Алтана. Даже если, по какой-то слабой вероятности, огромная армия орков станет использовать Капоморти в качестве перевалочного пункта для атаки, во всей Алтане закроют ворота, спрячутся и переждут осаду. Город хорошо снабжен, и придет подкрепление из основных земель Аравакии. Оркам это прекрасно известно, поэтому они не посылают войска серьезно атаковать Алтану. Крепость Капоморти является скорее наблюдательным пунктом орков, используемым для наблюдения за королевством людей. И, как обычный наблюдательный пост, в нем находятся орки и охраняют его. Если Алтана собирается серьезно напасть на нее, та с легкостью падет. По-видимому, все вышеперечисленное было известно, и никто из членов Кримсон Мун не сомневался в том, что нападение на Капоморти увенчается успехом. Они снова захватят крепость так же, как они делали это раньше. Единственным неопределенным фактором в общей стратегии была Цитадель Стилбоун. Алтана никогда раньше не пыталась захватить ее, поэтому никто не мог предсказать исход. Но, конечно, все были уверены в своих шансах на победу. Основные войска Алтаны направили огромную часть своих ресурсов на нападение на Стилбоун, и большая часть кланов запасных сил, включая Дэйбрейкерс Сомы, тоже помогали. Нападение должно увенчаться успехом. Все члены Кримсон Мун, к которым подходил Харухиро, так думали, поэтому никто не сомневался в победе. Тогда стоит ли принять участие? подумал Харухиро. Один золотой, целых сто серебряников в качестве вознаграждения — немалая сумма. В последнее время группа Харухиро работает в Шахтах Сирен, и талисман старшего кобольда они продают не менее чем за пять серебряников. В очень хорошие дни, они могут заработать по тридцать серебряников на каждого, после разделения их заработка, но в среднем, каждый из них получает в карман меньше чем десять серебряников в день. Но в то время как их заработок стал больше, чем раньше, их расходы тоже становятся выше. Они едят лучше, они постоянно посещают таверну Шерри, чтобы выпить, и они тратят деньги на всякие другие вещи. Было небольшое объявление, но, по-видимому, вдобавок к одному золотому — после суммирования аванса и последней части обычного вознаграждения — существовала надбавка в тридцать серебряников за каждый день участия в сражении. Именно поэтому Харухиро предположил, что верхи ожидают, что взятие крепости займет больше, чем один день. Один золотой за один день. Это большая сумма. Даже огромная. Она очень искушала его. Предполагается, что бой будет простым, и сумма денег, которую они получат, так и манит. Тогда почему Харухиро все не решается записаться? После того, как они вышли из таверны, Харухиро подумывал вернуться, чтобы немного поговорить с Мэри. У нее имелась привычка оставаться на несколько напитков после того, как Харухиро и остальные уходили спать. Поэтому, если бы он пошел назад, у него был бы шанс поговорить с ней наедине. Но он не пошел. Почему? Он не мог отдать палец на отсечение, но в последнее время он чувствовал, будто между ними какая-то стена. Он понятия не имел, когда эта стена появилась, но она была там постоянно, не только когда они находились в таверне. И не только с Мэри. Стена была между ним и всеми остальными, отделяя Харухиро от всех своих товарищей. Может это просто ощущение, может он просто надумывает. Они — команда. Как может быть так, чтобы он оказался на одной стороне, а они — на другой? Но реальность такова, что пропасть была. Сейчас все самоуверенны; они нашли уверенность в себе. Харухиро тоже соглашался с тем, что они стали сильнее. Они могут справиться с чем угодно на третьем страте Шахт Сирен. Когда опасность ушла вместе с Дезпатчем, никто не чувствовал, что не может с чем-либо справиться в бою. Как команда, они достаточно сильны, чтобы взять на себя группу из семи до восьми кобольдов за раз, если столкнутся с ними. Конечно, в зависимости от того, сколько среди них старших, но один старший мог приравниваться к двум или трем обычным кобольдам. Сражаться с тремя старшими примерно также, как драться с группой из пяти кобольдов-рабочих. Если им действительно придется, они наверняка смогу справиться — но не то, чтобы Харухиро когда-нибудь хотел подвергать свою команду такой рискованной ситуации. И в этом была суть. Он не хотел браться за ненужные риски. Жизни его товарищей — самое главное для него. Только это постоянно находилось у него на уме. Он не хотел смертей. Он хотел свести потери к минимуму. Если бы он мог, он бы хотел оставить счетчик смертей на нуле. Да, ноль был идеалом. Что бы ни случилось, он не хотел, чтобы хоть кто-то умирал. Но страх всегда был с ним. Возможность того, что ноль может стать единицей или больше, ужасала его во время всех их боев. Но никто из остальных не чувствовал себя так. Только Харухиро. Даже бои, в которых он знал, что они победят, пугали его. Они могут переоценить свои способности в бою, проиграть и умереть. Может они самонадеянно пойдут в бой, сделают что-то странное и заплатят своими жизнями. Может кто-то сделает маленькую ошибку, и это обернется потерей чьей-нибудь жизни. Харухиро не мог сказать, что вероятность всего вышеперечисленного не существовала. — О чем я думаю… — прошептал про себя Харухиро, держа голову на руках. Значит ли это… что я не доверяю своим товарищам? Или он просто не доверяет самому себе? Все ли в порядке с тем, что кто-то вроде него — лидер? Может ли группа с таким лидером, как он, выжить? Или он снова надумывает? Не похоже, что они где-то сильно облажались, с тех пор, как он стал лидером… просто была возможность провала, которую он боялся. Возможность того, что если они облажаются, то кто-нибудь станет калекой или даже умрет. Какого черта. Такая возможность остальным не приходит в голову? Если так, не значит ли это, что они воспринимают все слишком легко? Или может они стали слишком оптимистичны. Нет, Харухиро знал, по крайней мере, один факт: никто из них не был лидером. Они могут оставаться спокойными потому, что никто из них не несет бремя ответственности. Харухиро глубоко вздохнул. Этот ход мыслей начал его раздражать, хотя, он чувствовал, что в последнее время он часто появляется. Я просто должен меньше беспокоиться, подумал он. И не задумываться об этом слишком глубоко. Позволить большинству решить, откликнутся ли они на директиву или нет. Если команда хочет участвовать, тогда так и будет. — Но… — Харухиро сказал это вслух, тряхнув голову. Это неправильно. Он не может просто игнорировать свой долг лидера… Внезапно, Харухиро услышал, как кто-то неподалеку тихонько охнул в сопровождении звуков шагов. Шаги остановились, и Харухиро понял, что его присевший силуэт посреди коридора должно быть удивил кого-то идущего. Может они подумали, что он какой-то чудак, сидящий в засаде, или еще кто. Когда Харухиро поднял взгляд, он увидел нервничающую девушку с прической каре, стоящую на подкошенных ногах. — Эм… — Харухиро убрал обе руки с головы, после чего девушка продолжила идти к нему. Ее походка не была напуганной или робкой, но все еще настороженно медленной. Харухиро понял, что она, наверно, хочет пройти мимо него без единого слова. Конечно, это она и собирается сделать. Что она делает в этом месте? Уже поздно, поэтому все уже спят, и Харухиро не имел ни малейшего понятия, что кто-то может все еще бодрствовать. Хотя он признал, что малая часть его надеялась, что он наткнется на нее снова. Ладно, может большая его часть. Они сталкивались раньше, поэтому они могут сделать это снова. Он бы солгал, если бы сказал себе, что не думал об этом. Хотя в такое ночное время он сомневался, что это произойдет. Он не должен был увидеть ее здесь. И предполагалось, что она пройдет мимо него без слов. Но нет. Она остановилась. После того, что Харухиро считал моментом колебания, она вдруг слегка наклонила голову. — Эй, — сказала она бесцеремонно, надменным тоном. В зависимости от личности человека, этот тон был прямым, что можно подумать, что она нарывается на драку. Хотя Харухиро не был возмущен. Она выбрала остановиться и поприветствовать его, даже не смотря на то, что она, в конце концов, могла просто пройти мимо него без слов. Хоть он и смотрел на нее, она избегала его взгляд. Казалось, что рассудок говорил ей немедленно уходить, но другая ее часть хотела остаться, поэтому сейчас она пыталась решить между этими вариантами. Серьезно, просто уйти? подумал Харухирою. Он хотел, чтобы она ушла, но в то же время хотел завязать с ней разговор, даже не смотря на то, что понятия не имел, о чем им говорить. Он не мог придумать ничего, что бы сказать. Ничего напоминающего «слово» не пришло в его голову. — Хех… хехех… — пока слова не приходили, он решил вместо этого усмехнуться, что вызвало вздох у девушки. Она начала уходить. — Постой. — Что? — ответила она, останавливаясь. — Эмм, ничего… — сказал Харухиро. Воу. Что он теперь будет делать? Он попросил ее остановиться, даже не подумав, и теперь его сознание стало пустым. Совершенно белым. Нет, это ложь. Не белым, а скорее голубым. — Аа, что… ты имеешь в виду под «что»? Просто «что»? Да… ничего… полагаю… — пробормотал Харухиро. — Понятно, — ответила она. — Да, — ответил он. — Пока. — Подожди… — Что? — спросила она снова. — А? — спросил он. — ЧТО? — А… что? Что «что»..? Эмм… В смысле… — сказал он. Дерьмо. Теперь она наверняка не могла не подумать, что он какой-то чудак под наркотиками или еще чем. Может он должен извиниться? Сейчас хорошее время для извинений? Это будет слишком странным? Может слишком внезапным? Дерьмо. Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Девушка немного прыснула, но быстро прикрыла рот рукавом. Она… смеялась? — Чудак, — сказала она, нижняя половина ее лица по-прежнему скрывалась за рукавом. — Я? Аа… может быть, — ответил Харухиро. — Чудак. И фрик, — уточнила она. — Ни за что! — запротестовал Харухиро. — Да. — Ты серьезно? Ни за что… — Тогда что ты здесь делаешь? — спросила она, бросив взгляд влево и вправо. — Я, ах.. ем… Я не делаю ничего странного. Я просто… думаю о всяком. Как обычный человек, — объяснил Харухиро. Не смотря на то, что он не сказали ничего смешного, девушка выглядела так, будто собирается снова засмеяться, но старается изо всех сил сдерживать себя. — Что ты здесь делаешь, Чоко? — Мы теперь друзья или что? — сказала Чоко. — Думай о своих делах. — П-прости, я просто… Но вопрос вырвался так естественно, что чувствовалось, будто бы друг просто спрашивает друга. Харухиро не думал говорить ничего такого, чтобы сделать ситуацию еще более неудобной, чем сейчас. Но, честно говоря, он чувствовал что-то знакомое в ней. Чоко прищурилась на него: — Значит, твое хобби сближаться с каждой встреченной девушкой? Ты не похож на таких парней… — Ни за что, — отрицал Харухиро. — Что видишь, то и есть. Я не гоняюсь за девушками, поэтому, полагаю, мы не друзья. — Все в порядке. — Что? — Если бы мы были друзьями, — произнесла Чоко. — В самом деле… — с сомнением ответил Харухиро. — Да. У меня такое чувство, что… забудь. — Что за чувство? Я хочу знать, — нажимал Харухиро. — Я не могу сказать. — Правда? Тогда ладно. — Ладно, — согласилась Чоко. — Нет, не ладно! Скажи мне, даже если ты не хочешь мне говорить! — сказал Харухиро. — Болван, — ответила Чоко. Глаза Харухиро распахнулись, и он почувствовал, что пульс участился. Что это сейчас было? Болван. Слова Чоко… он слышал их раньше. Или у него возникло ощущение, что слышал. Он чувствовал, что это не обычное, повседневное слово. Или, по крайней мере, это не то слово, которое он слышал раньше. Нет, это не так. Он слышал его раньше. — Чоко… — начал Харухиро. — Что? — Ты не помнишь, так ведь? Твою жизнь до прихода сюда. — Нет, не помню. — Я тоже, — сказал он. — Я не помню свою семью или своих друзей. — Тоже. — Тогда… для примера, я могу думать, что я встретил остальных из своей группы впервые после прибытия сюда, но это может оказаться не правдой, так? — Значит, ты говоришь, что ты мог знать их раньше? — спросила Чоко. — Я говорю, что есть такая возможность, — поправил Харухиро. — Да, верно. Тогда, может быть мы знаем… — ее взгляд упал на него буквально на мгновение, прежде чем она посмотрела в другую сторону. — … друг друга. Харухиро сделал глубокий вдох, прежде чем сказать: — Это… возможно. — Но… — начала Чоко. — Да, я знаю… — согласился Харухиро. — Это ничего не значит, если мы не можем вспомнить. — Постой, ты не можешь просто… — остановился Харухиро. Он собирался сказать. Ты не можешь просто отбросить это так, но понял, что она права. Не имело значения, что произошло между ними или какие у них отношения были в прошлом, если они не могут вспомнить. Они могут быть друзьями, семьей, даже парочкой, но если они не могут вспомнить, то сейчас они друг другу никто. — Кстати, не помню, чтобы когда-то я спрашивала твое имя, — сказала Чоко. — Имя? — повторил Харухиро. Он почувствовал, будто кто-то ударил его желудок. Она даже не помнит мое имя… Затем он понял, что конечно же она не помнит. Они только что встретились. Может все-таки это совпадение… Это простое совпадение, что он знал другую девушку по имени Чоко, прежде чем прибыл в Гримгар. Чоко, стоящую перед ним, должно быть зовут также, но это другой человек. То, что он вспомнил, что слышал слово «Болван» раньше — тоже просто ощущение. Только его воображение. — Меня зовут Харухиро, — наконец ответил он. — Харухиро… — повторила Чоко, слегка сдвинув брови. Снова ее взгляд метнулся на Харухиро, затем снова ушел прочь. — Хм. Как насчет того, что я просто звала тебя «Хиро»? Харухиро не ответил сразу же. Странно. Это очень странно. Он чувствовал, что наверно заплачет, и он понятия не имел, почему. Юме и Мэри звали его «Хару», и так все обычно сокращали его имя. Но он чувствовал, что его звали «Хиро». Кто-то. Много раз. — Конечно, — наконец согласился Харухиро. — Ладно. — Ладно, — сказала Чоко. Она наклонилась к нему, изучая его поближе. — Ты в порядке? — А? — Харухиро потер глаза пальцем. — Я в порядке. Что? Чоко, похоже, не верила ему. Харухиро поднялся и потянулся. — Я должен немного поспать, — наконец сказал он. — Уже довольно поздно. Так или иначе, что ты тут делаешь? — Гуляю, — ответила она. — Не можешь уснуть? — Да. Такое происходит. Иногда. Тогда, возможно, мы будем видеться здесь снова. Иногда. Не имело значения, что никто из них не мог вспомнить свое прошлое. Что важнее, так это то, что происходит сейчас. Чоко, стоящая сейчас перед ним, была немного угрюмой, недружелюбной, и труднодоступной. У нее большие глаза, как у маленьких животных, наполненные осторожностью и избегающие взгляд других людей. Однако, когда их взгляды встретились, его пульс учащался. Она в его в вкусе. Наверно. Или, по крайней мере, он был заинтересован. Разве этого недостаточно для причины? — Чоко, ты Вор? — спросил Харухиро. Чоко колебалась секунду, прежде чем спросить: — Как ты узнал? — По твоей одежде. Я тоже Вор. — Да, ты немного похож. — А? Что это должно значить? — Ты выглядишь как слабак, — уточнила она. — Ну, наверно это правда, — нерешительно ответил Харухиро. — Я не силен, так что поэтому я вступил в Гильдию Воров. Постой, ты думаешь, что Воры — слабаки? Тогда почему ты вступила? — Нет какой-то особой причины. — Ты просто оказалась перед комплексом Гильдии Воров? — это был риторический вопрос. В любом случае, Чоко ответила: — Что-то в этом роде. — Какое у тебя прозвище? — Прозвище? Ты имеешь в виду то, которым Воры называют друг друга? — Да. Мы оба члены Гильдии Воров, так что… Чоко замолчала на мгновение. — Я, как бы, не хочу тебе говорить. — Ну, не то, чтобы мне тоже нравится свое, — признался Харухиро. — Мой учитель просто дал мне его, даже не спросив моего мнения, так что… — сказала Чоко. — Окей, тогда как насчет того, чтобы сказать друг другу одновременно? — Одновременно? — Да. Я буду считать до трех, и мы оба скажем его одновременно. — Ладно, — согласилась она. Харухиро начал отсчет: — Один, два, ТРИ. — Нахальная Кошка, — сказала Чоко. — Старый Кот, — сказал Харухиро. Они уставились друг на друга. — Пффф, — Чоко первая нарушила тишину небольшим смешком. — Ч-что? — спросил Харухиро. — Да ладно… «Старый Кот»? Ты серьезно? — Да, знаю. Мне сказали, что это потому, что из-за глаз я постоянно выгляжу сонным, поэтому я похож на старика, — объяснил Харухиро. — Ну да, мое, наверно, тоже из-за того, как я смотрю на людей… — сказала Чоко. — Как ты смотришь? У меня такое чувство, что это скорее из-за твоего рта, чем глаз. — Может быть. — Значит, мы оба — кошки, — заметил Харухиро. — Безумное совпадение, — сказала Чоко. — Да, я знаю, — согласился Харухиро. Действительно ли это просто совпадение? Конечно да. Что же еще? — Твой наставник случайно не Учитель Барбара? — Кто? Никогда не слышала о ней. — Тогда нет. Учитель Барбара — член Гильдии Воров. Также, она наставник. — Женщина? — Тогда твой наставник — мужчина? — предположил Харухиро. — Да. Он страшный, — сказала Чоко. — Учитель Барбара тоже пугающая, не смотря на то, что она женщина. — Тогда почему ты просто не уйдешь? — Из того, что я слышал, в других гильдиях тоже тяжело. — Нет легких путей, да. — Похоже на то. — Я ненавижу эту штуку «работай своей задницей», — отметила Чоко. — Я тоже думаю, что простая жизнь — лучшая жизнь, — сказал Харухиро. — Иначе слишком много забот? — Да. Я всегда думаю «Это слиииишком проблемно, и я не хочу сразу разбираться со всем этим». — Тоже. — Понятно. — Хиро, — сказала Чоко. — Да? — ответил Харухиро — Твоя группа тоже собирается принять участие в директиве? — Директива… Вопрос совершенно застал врасплох Харухиро. Такое чувство, будто его ударили тупым предметом прямо в грудь. — Тоже? — спросил Харухиро. — Ты имеешь в виду, что твоя группа собирается сражаться в Капоморти? В нападении? — Это не моя идея, и я на самом деле не хочу делать этого. Звучит действительно опасно, — вздохнула Чоко. От ее дыхания покачнулась ее челка. — Но да, мы записались.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6: Решающий голос

— Отлично, правило большинства. Это было следующей ночью. После обычного дня работы, они еще раз собрались за столом в задней части таверны Шерри. Напитки уже заказаны и доставлены к столу, но никто пока что не прикоснулся к своим кружкам. Харухиро по очереди взглянул на своих товарищей. Ранта откинулся назад на стуле; руки скрещены на груди, напыщенный взгляд на лице. Выражение лица Могзо было торжественным, но его нервозность была очевидна. Взгляд Шихору приклеился к полу, в то время как Юме, казалось бы, безмолвно просила «Мы уже можем с этим покончить?». Мэри как всегда была холодна и собрана. Харухиро сделал глубокий вдох: — Вопрос в том, подпишемся ли мы на участие в операции Двухголовый Змей, или нет. Тот кто «за», поднимите руку. — Я! Я «ЗА»! — обе руки Ранты взмыли вверх. Могзо последовал чуть более сдержанно. Юме слегка подняла свою руку, затем опустила ее, затем снова подняла и снова опустила. Мэри оставалась неподвижной, будто бы застыв на месте. Когда Харухиро начал поднимать свою руку, Шихору последовала его примеру, как он и думал. Она перевела взгляд со своей руки, на руку Харухиро, затем обратно на свою руку. — Хо… — Юме странно выдохнула. — Хм… — глаза Мэри округлились от изумления. — Ха? — Могзо моргнул несколько раз и наклонил голову набок. — Какого… — Ранта вскочил со своего стула, переводя взгляд с одной поднятой руки на другую, подсчитывая голоса. — Один, два, три, четыре… ПЯТЬ!? — Э-э, Ранта… — вздохнул Харухиро. — Ты не можешь считать обе свои руки. — Что!? Я не считал! — отрицал Ранта. — Ни за что, я не такой тормоз! О, постой… упс. Да, я так и сделал. Значит, эм… четыре. Это все еще большинство. — Да. Думаю, тогда решено, — сказал Харухиро. — Мы подпишемся на участие. — А… — Ранта начал говорить. — Что? Большинство победило, так в чем проблема? — спросил Харухиро. В версии с изображениями тут находится картинка. — Эм… нет проблем… постой, черт возьми, есть проблема! Харухиро, какого черта!? Теперь ты хочешь участвовать? Почему ты внезапно променял мнение!? — Поменял мнение, Ранта, — поправил Харухиро. — Правильно говорить поменял мнение. — Без разницы! Заткнись, Харухиро! Всем плевать на это! — возмущался Ранта. — Невозможно, чтобы такой бесхребетный цыпленок как ты мог сказать «да», так что ты задумал? Объясни, Харухиро! Нет, постой! Я понял! Я знаю, что ты коварен! Ты понял, что ты потеряешь голос, если скажешь «нет», поэтому ты решил не идти против всех, и сменил голос на «да»! Я прав, не так ли? Потому что ты всегда так делаешь! Ранта хлопнул Харухиро по спине несколько раз, да так сильно, что звук отдавался эхом. Какого черта. Хватит уже этой ерунды… молча злился Харухиро, пока его гнев постепенно возрастал. Почему Ранта постоянно делает такие раздражающие вещи? Потому что Ранта есть Ранта, вот почему. — Хватит делать предположения обо мне, — ответил Харухиро, отбросив руку Ранты прочь. — Я не думал обо всем этом. К тому же, если бы я не проголосовал, тогда ты бы не получил свое большинство. — Хватит придираться к мелким деталям! — ответил Ранта. — Ты что, увеличивающее стекло или что? — Увеличительные стекла не могу голосовать. — ВИДИШЬ, О ЧЕМ Я!? Мелкие детали!!! — И ты такой наглый, что ты смотришь на все слишком широко, — сказал Харухиро. — Я Король Широты! Я Вассал Короля Широты! Широко-рукий, широко-мозглый и широко-душный! — заявил Ранта. — Правильно будет «великодушный», Ранта, — холодно указала Мэри. — Эмм… — прохрипел Ранта, замолчав на мгновение, прежде чем восстановиться. — Харухиро, ты все еще не ответил на мой вопрос! Почему ты согласился!? РАЗЖУЙ НАМ ВСЮ ЭТУ ХРЕНЬ ПО МЕЛОЧАМ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! — У тебя такой грязный рот, Ранта, — нахмурилась Юме. — Вся его сущность грязная, — добавила Шихору, относясь к Ранте как если бы он был чем-то,что вылезло из канализационной трубы. Вся сущность? Воу. Это довольно сурово. Но Харухиро сомневался, что это заденет Ранту, так что… может лучше не обращаться внимание. Хотя он восхищался толстокожестью Ранты. Если бы любому другому парню девушка бы сказала такое … она сильно бы задела его чувства. — На самом деле, я тоже хочу знать, — сказал Могзо, глотнув пива. — Харухиро, почему? Я думал, ты против участия, потому что ты беспокоишься, что нас могут убить. В смысле, это естественно, что ты колеблешься, потому что ты лидер… — Ха! Очень паршивый лидер! — усмехнулся Ранта, глотнул пива, и затем засмеялся. — Н-ни за что! Харухиро старается ради нас! — запротестовал Могзо. — Точно! — согласилась Юме. — Как сказал Могзо, Хару чертовски хорошо справляется! — Я тоже так думаю, — сказала Шихору. — Тоже, — сказала Мэри. — Какого черта!? — воскликнул Ранта. — Сегодня день Давайте-Бомбардировать-Ранту или что? Что же, это не сработает, так что отвалите! Харухиро прикрыл рукой рот, пытаясь сдержать нарастающий восторг. Черт… черт возьми… Он никогда не думал, что остальные так высоко его ценят. Не считая Ранты. Но вся сущность Ранты была исключением. Сейчас не время восторгаться, поэтому Харухиро прочистил горло и сказал: — Для этого много причин… Во-первых, он беспокоился о Чоко. Он никогда не видел группу Чоко в действии, но он был уверен, что они не «звездами», до нелепого сильными новичками, как группа Ренджи. Если бы они ими были, тогда они бы уже сделали себе репутацию, и Харухиро бы услышал сплетни. Поэтому группа Чоко не особо сильна, и они, даже менее опытные, чем команда Харухиро, подписались на битву с орками у Капоморти. Это слишком безрассудно. Харухиро был уверен, что это выше их головы. Харухиро знал, что он не обязательно сможет защитить Чоко, даже если его команда примет участие. В конце концов, они не в одной группе, но если бы они находились хотя бы поблизости, тогда, может быть, имелся бы шанс, что он сможет помочь ей, если она встрянет. Но он не мог сказать это остальным. Конечно, он не мог сказать своим товарищам, что по этой причине он проголосовал «за». К тому же, возможность помочь Чоко — просто бонус. Харухиро принял решение, основываясь на том, что будет лучше для команды. — В первую очередь, — продолжил Харухиро. — Деньги. Оплата в один золотой за участие — это очень много. И если мы будем сражаться в течение двух дней, то за это получим тридцать серебряников сверху. Также, предлагаются другие бонусы, верно, Ранта? — Да, — Ранта пожал плечами, как будто бы для него это все ерунда. Наверно, он пытался вести себя безразлично, чтобы выглядеть крутым, но, как обычно, он облажался. — Существуют бонусы за офицеров орков. Командир гарнизона, его подчиненные и так далее. — Не то, чтобы нам нужно заставлять себя охотиться за этими целями, — сказал Харухиро, положив руку на поверхность стола. — Но такова суть, понятно? — Ха? — Юме нахмурилась и наклонила голову набок. — Что за суть? — Нам заплатят сотню серебряников просто за регистрацию, — объяснил Харухиро. — Не имеет значения, насколько полезны мы будем в бою. Мы получим сотню серебряников просто за то, что будем там. Мы не должны заставлять себя вступать в трудные бои, если посчитаем, что это выше головы. — Ты бесхребетный трус, Харухиро! — закричал Ранта, выражая отвращение. — Ты уже убегаешь, поджав хвост между ног! — Говори что хочешь, — ответил Харухиро. — Мне плевать. — Ты цыплячий помет, Харухиро! — Окей, ладно. — Ты огромная вагина! — Да, да. — И твоя палка ничтожно мелкая! — Какое это имеет отношение к остальному!? — прокричал Харухиро. — Но Хару не использует палку… — сказала Юме, надув щеку с одной стороны, и слегка наклонила голову. — Эм, Юме… не думаю, что он имел в виду эту палку, — прошептала Шихору. Харухиро было немного любопытно узнать, как Шихору собирается объяснять это Юме, но, вместо этого, он прервал их: — В любом случае… Он поменял решение из-за того, что он провел много времени в размышлениях. В конце концов, он пришел к выводу, что новость о том, что группа Чоко участвует в операции Двухголовый змей, не более чем возможность для него переосмыслить свою позицию. Это никак не повлияло на его конечное решение, которое он принял после длительных и интенсивных внутренних дискуссий. — Сохранность каждого до конца битвы важнее, чем совершение броских поступков и показухи, — продолжил Харухиро. — Или, по крайней мере, я так думаю. Но это не простая работа, где мы можем уйти, никогда не подвергаясь риску. Мы получили много опыта, стали сильнее, пока искали возможность выжить. Говорят, что новички не считаются настоящими воинами, пока не убьют орка. Рано или поздно настанет время, когда нам придется сражаться с орками. В таком случае, ребята, не лучше ли сделать это во время крупномасштабной операции, где нам помогут другие члены Кримсон Мун? Все факторы выглядят действительно благоприятно. — А…, — понимая сказала Шихору. — О, — глаза Юме округлились от внезапного объяснения. Могзо смотрел на него, не спуская взгляд, в то время как Мэри тихо, но внимательно слушала. Внезапно Ранта начал по-злодейски посмеиваться, что вскоре переросло в полноценный смех. — Харухро! Ты чертовски жалок! Ты самая бесхребетная девчонка, что я когда-либо встречал! Как ты можешь уживаться с самим собой, а? — Я всегда задумывался о том же насчет такого ничтожного кретина, как ты, — ответил Харухиро. — Кретин? Почему я кретин? — спросил Ранта. — Ты трус — я просто говорю, как есть. В этот момент Харухиро решил, что если появится линия, когда он будет стоять позади Ранты, то он сделает [Backstab], чтобы выбить все дерьмо из этого маленького засранца. А пока что терпение. Да. Терпение, терпение, терпение. Хорошо. Чем больше он отвечает Ранте, тем более тот становится упрямым, поэтому лучше оставить это. — К тому же, даже если это и была слепая удача, наша группа убила Дезпатча, — вместо этого сказал Харухиро. — И теперь нам подвернулась возможность Капоморти, поэтому… может это и притянуто за уши, но чувствуется, что так и должно быть. — ВОУ! — Могзо подпрыгнул от удивления. Харухиро тоже удивился, увидев как кто-то такой большой, как Могзо, делает такие внезапные движения. — Теперь я понял! Морти означает «смерть» в некоторых языках или что-то такое, верно? Смерть и смерть! Никогда не думал об этом раньше! — Воу… — Юме кивнула. — Юме тоже никогда так не думала! Дезпатч и Каппиморти имеют общую штуку со смертью! Хотя «Пятно смерти» всегда заставляло Юме думать о пятне на верфи … — Не «Каппиморти», Юме, а Капоморти, — автоматически поправил ее Харухиро, как будто бы это стало его естественной ролью. — Но, по крайней мере, ты права насчет части со смертью… Юме, на самом деле ты против участия в операции Двухголовый Змей? — Хмм… — задумалась Юме. — Ну, я полагаю, если все идут, то Юме тоже пойдет. Для Юме нормально попробовать что-то в этом роде. — Понятно, — сказал Харухиро. — Что насчет тебя, Мэри? Харухиро мог поклясться, что Мэри сейчас почти улыбнулась. — Все в порядке с тем, что это решение большинства, — ответила Мэри. — Я буду стараться изо всех сил, чтобы защитить всех. — Я-я тоже! — сказал Могзо, ударив себя кулаком в грудь. — Не совсем так, как Мэри, но если я правильно сделаю свою работу, тогда я тоже смогу защитить всех! Я отдам всего себя! Ради каждого! — Отлично, — Ранта широко улыбнулся. — Все «за», поэтому мы сделаем это, верно? Иногда Харухиро думал, что он завидует способности Ранты, доведенной до максимума, бесить людей лишь своей тупой улыбкой. Хотя только иногда. Хорошо, может никогда. Харухиро поднес керамическую кружку с медовухой к губам, глотнул и сказал: — Тогда решено.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7: Поздней ночью

Казалось, время пролетело, после того, как все было сказано и сделано. Они посетили штаб-квартиру Кримсон Мун и подписались на участие в операции Двухголовый Змей. Затем они продолжили свою повседневную рутину, хоть и с большей долей беспокойства. Прежде, чем они поняли это, остался день до начала нападения. Всем участникам поручили собраться ранним утром — если точнее, одновременная атака на Крепость Капоморти и Цитадель Стилбоун начнется на рассвете, поэтому им приказали собраться в три ночи за северными воротами Алтаны. Колокол звонил только один раз каждые два часа после шести вечера, и не похоже, что хоть у кого-то из них были собственные часы. Конечно, часы продавались на рынке, но только кузнецы дварфов могли изготовить такие вещи. Они были настолько дорогими, что глаза Харухиро почти вышли из орбит, когда он увидел ценник. К счастью для них, на входе в жилище солдат запасных сил висели настенные часы, по которым они могли следить за временем. Цель состояла в том, чтобы проснуться в два часа ночи, или что-то такое. Ну, как только один просыпается, он может разбудить остальных, поэтому Харухиро подумал, что это как-нибудь сработает. Для того, чтобы подготовиться к завтрашнему раннему старту, они все легли спать сразу после захода солнца — точнее, они забрались на свои койки и храбро пытались уснуть. — К черту, я сдаюсь! — громко объявил Ранта, пока он ворочался на своей койке в темной комнате. Ранта всегда ворочается во сне, но в этот раз Харухиро присоединился к нему. — Я не могу заставить себя уснуть так рано, — продолжил Ранта. — Д-да, — согласился Могзо. — Я люблю поспать, но это слишком рано, даже для меня. — Тогда идем! — громко ответил Ранта. — Устроим НАЛЕТ! — Налет на что? — сказал Харухиро. — И перестань не говори так громко. Только потому, что ты не можешь уснуть, не значит, что остальные не пытаются. — Эм, Ранта, куда ты планируешь пойти? — озадаченно спросил Могзо. — Конечно же в комнату девчонок! — радостно ответил Ранта. — Да? — недоверчиво ответил Могзо. Харухиро вздохнул: — Не будь тупицей, Ранта. Что мы там будем делать, даже если пойдем? — Мы можем сделать ЭТО, — сделал упор Ранта. — «Это»? — спросил Харухиро. — Конечно, это! — ответил Ранта. — Что «это»? — Ээээ… — Ранта остановился. — Э-э? — Да. — Да? — настаивал Харухиро. — Хм. — «Хм» что? — Что «что»? — сказал Ранта. — Не спрашивай меня, — сказал Харухиро. — Ты начал это. Хватит говорить ерунду, когда ты понятия не имеешь, что хочешь сказать. — Я думаю об этом прямо сейчас, — настаивал Ранта. — Я упорно думаю! Гм… гм… МОГЗО, ДУМАЙ! — Я-я-я? — заикался Могзо. –Эм… гм… — Держись, Могзо! Ты можешь! — подбадривал Ранта. — Еще чуть-чуть! — Арм-реслинг? — наконец выдал Могзо. — Что!? Не будь идиотом! — выплюнул Ранта. — Никто не пойдет в комнату к девчонкам для арм-реслинга! Ты извращенец или что? Мы собираемся сделать ЭТО! Ради, э… СИСЕК! — Эээ…. — сказал Харухиро. — Что, Харухиро!? — воскликнул Ранта. — Что это за «эээ»? Тебе нравятся сиськи, так ведь? Ты мужик, так ведь? ВСЕМ МУЖИКАМ НРАВЯТСЯ СИСЬКИ! — Откуда ты знаешь, что мне нравится, а что нет? — с вызовом ответил Харухиро. — Ахаха… значит, ты говоришь, что ненавидишь их? — ответил Ранта. — Значит, если бы тебе сунули их прямо в лицо, то ты бы просто отвернулся!? Даже если это огромный пятый размер!? — Хм… не думаю, что я бы просто отвернулся, — признал Харухиро. — Что насчет тебя, Могзо? Тебе нравятся сиськи, верно? — спросил Ранта. — Н-ну… н-наверно..? Как и любому парню… — ответил Могзо. — Забудь, Могзо, — посоветовал Харухиро. — Мы не должны присоединяться к глупому разговору Ранты. — Эй! — крикнул Ранта. — Вы, ребята, признали это, так что решено! Самцы приматов внутри нас зовут, так что вперед! — Ты все еще не сказал нам, что мы будем делать, когда придем, — отметил Харухиро. — Конечно же, мы будем ласкать! — заявил Ранта. — ЛАСКАТЬ И ТРОГАТЬ И ЛАСКАТЬ ЕЩЕ БОЛЬШЕ! — Это изнасилование, Ранта, — холодно произнес Харухиро. — Н-нет! Никто не говорит, что мы зайдем так далеко! — запротестовал Ранта. — Это как массаж! Мы просто «помассируем» их сиськи! Это не проблема! Мы в полной безопасности! — Ты все еще не достоин статуса «человек». — Окей, да, — признал Ранта. — Именно. — Но знаешь, — продолжил Ранта более серьезным тоном. — Нет смысла, если этого не хотят. Она должна сказать «Ранта, пожалуйста, потрогай меня здесь», иначе это странно. Девушки должны хотеть, чтобы ты сделал это, понимаешь? — Ранта… — начал Харухиро. — Что это вдруг с тобой? — Идиот! Я всегда был джентльменом в таких случаях! — сказал Ранта. — Кроме того, вы знаете правду? Даже Юме и Шихору хотят в своей жизни рыцаря в сияющих доспехах. Они все-таки девушки! — А… — Могзо кивнул, будто бы он соглашался с точкой зрения Ранты. Харухиро повернулся на бок: — И этого хотят все девушки? — Да, черт возьми! — сказал Ранта. — Девушки не могут сопротивляться романтике, даже если попытаются. Особенно, секрет романтики там, где находятся силы природы и слишком оберегающие отцы и вещи, которые пытаются сломить их. Да, гм… окей, плохой пример. Забудьте. Но серьезно, в головах девушек ничего кроме романтики, потому что они девушки. Юме и Шихору думают об этом даже сейчас. Они разговаривают об этом. Прямо сейчас Шихору говорит «Он в моем вкусе» и Юме говорит «Мне он нравится». Я знаю это. — Сильно сомневаюсь в этом. — Серьезно, Харухиро, ты совсем не понимаешь девушек. Девушки — странные создания, которым не нужно есть, пока у них есть любовь. Если он случайно споткнутся и вляпаются, то не просто вляпаются, а вляпаются в любовь. Если они вляпаются семь раз, то на восьмой раз они вляпаются в любовь. Вот что делают девушки. Итак, Харухиро. Что насчет тебя? — А? Что насчет меня? — спросил Харухиро. — Кто из девушек тебе нравится? — Что? Вопрос полностью застал Харухиро врасплох. Лица Юме и Шихору внезапно появились перед глазами. Кто появилась первой? Он не знал. Они менялись местами друг с другом, исчезая и появляясь вновь. — Кто, да… — Как насчет того, чтобы предположил за тебя? — предложил Ранта. — Это Юме, не так ли? — А? Почему ты говоришь это? — Я прав, не так ли? Если только по внешности, тогда это Мэри, но она не из твоей лиги. У Шихору высокая ценность из-за сисек, и, я думаю, ее лицо вроде милое, но у нее паршивая личность, и у нее иммунитет к обычным подкатам. Как я понимаю, для такого парня с нулевой самооценкой, который нерешительный до ужаса, такая пустоголовая, как Юме — твой единственный шанс. — И быть осторожным плохо… — сказал Харухиро. — А что в этом хорошего? — перебил Ранта. — Это чертовски раздражает, и так ты не наберешь очков с девушками. Хватит быть слабым и попытайся сказать что-то уверенно хотя бы раз. — Знаешь, Ранта, ты тоже непопулярен у девушек, — сказал Харухиро. — Не смотря на то, что это совершенно другие причины. И, кроме того, предположение Ранты полностью неверно. Харухиро хотел сказать Ранте, что тот совершенно неправ, но он не обязан вежливо поправлять недостатки мышления Ранты. К тому же, допрос сам по себе спорный. Харухиро попросту не хотел смотреть на девушек в своей группе в романтическом ключе. По крайней мере, до сих пор… или он так думал. Наверно. — Ха! — усмехнулся Ранта. — Я источаю шарм джентльмена. Ты не видишь его, потому что ты не сможешь сходить на свидание с девушкой, даже чтобы спасти свою жизнь. Без разницы, я потерял к тебе интерес, Харухиро. Могзо! Кто тебе нравится? — А… — Могзо колебался. — В частности никто..? — Не может быть, — сказал Ранта. — Должен быть кто-то. Когда парней перемешивают с девушками, должен быть кто-то. Мужчины сортируют, отделяют и выбирают доступных женщин по основному инстинкту. — Говоря так, ты выставляешь нас дикими зверями, — сказал Могзо. — Мы живые существа, не так ли? — ответил Ранта. — Нужно быть дикими, пока мы еще молодые. Что бы мы делали, если бы не были, а? Именно! Поэтому, Могзо, кого бы ты выбрал? — Ранта… — предупреждающим тоном сказал Харухиро. — Что? — сказал Ранта. — Чего тебе, Харухиро? Я просто говорю, как есть. Парни гоняются за девушками, потому что это наша природа. И это правда. — Но Ранта… — начал Могзо. — Не думаю, что все именно так. — Тогда о чем ты думаешь, а? — с вызовом сказал Ранта. — Вперед, попробуй. Скажи, о чем ты думаешь. — Э-это как… что-то вроде страсти, начинающейся с восхищения… — сказал Могзо. — О? Продолжай, — попросил Ранта. — И я про себя думаю «Она такая красивая»… — Ага! — оборвал Ранта. — Это Мэри, не так ли!? Это ее ты преследуешь, не так ли!? — Ч-что!? — воскликнул Могзо. — Р-ранта… как ты узнал!? Но это не похоже на преследование или еще что… — Конечно, я знаю! — сказал Ранта. — Только Мэри среди всех трех действительно горячая! Харухиро покачал головой. — Ты своим ртом делаешь хоть что-нибудь, кроме оскорбления других? Ты самый грубый парень в мире. — Ты совершенно неправ, Харухиро, — ответил Ранта. — Я парень, который просто говорит то, что есть. Ничего кроме правды не выходит из моего рта. Одного взгляда на Юме и Шихору достаточно, чтобы сказать, что они не относятся к категории «Горячие». Но может быть твои заспанные глаза просто не могут увидеть этого! — Эта шутка мертва, Ранта, — сказал Харухиро. — Ты произнес ее несколько раз, так что прекрати уже. — Да, без разницы, — отмахнулся от него Ранта. — Но Могзо, отлично! Меньшего я и не ожидал от своего делового партнера! — Хех… — Могзо нерешительно улыбнулся. — Н-но… я действительно так думаю. Я думаю, что она красивая. — И ты знаешь, — продолжил Ранта. — Мэри говорила это ранее. Она сказала, что предпочтет тебя из нас троих. — А, да. Действительно, после этого я… я начал обращать внимание… я стал замечать, знаешь? — ответил Могзо. — Обращать внимание? — пробормотал себе под нос Харухиро. Могзо начал замечать свои… ну, «желания» не совсем правильное слово, но, тем не менее, признание Могзо удивило Харухиро. Ранта от души засмеялся, и Харухиро мог сказать, что тот станет более возбужденным за секунду. — Могзо, ты потрясающий! — сказал Ранта. — Тебе надо пойти за ней! Преследуй, преследуй, преследуй до тех пор, пока не получишь ее! Ты должен преследовать ее! — А… но я не думаю, что я такой человек, — признал Могзо. — Могзо, — сказал Ранта. — Ты мой деловой партнер, поэтому я дам тебе несколько советов, ладно? Люди живут долго, но жизнь на самом деле слишком коротка. Ты должен действовать, пока можешь, иначе, в конечном итоге, ты пожалеешь об этом. Вот почему ты должен пригласить ее на свидание! — Н-ни за что! — сказал шокированный Могзо. — Я не могу сделать это! — Все нормально! Просто сделай это! — уверял его Ранта. — Спроси ее завтра! — Говорю тебе, не думаю, что смогу… — возразил Могзо. — Ты не можешь, потому что думаешь, что не можешь! Если ты поверишь, что сможешь, тогда ты сможешь! Вот как все работает, верно, Харухиро!? — Ааа… — ответил Харухиро. — Не знаю… Наверно да? И не впутывай меня во все это так внезапно. — Кретин! — выплюнул Ранта. — Ты не поддерживаешь Могзо? Друзья поддерживают друг друга! Ты его друг, не так ли? — Поддержка? — повторил Харухиро. — Я бы не стал не поддерживать его… — Ты не хочешь, чтобы он был счастлив!? — продолжил Ранта. — Нет, хочу. — Тогда вот почему будет лучше, если он пригласит ее на свидание! Он пригласит ее! Исполни танец «Ты-пойдешь-со-мной-на-свидание»! — Что это за чушь? — сказал Харухиро. — Танец «Ты-пойдешь-со-мной-на-свидание»? — Традиционный танец, который ты делаешь, когда просишь кого-то! — объяснил Ранта. — Его танцуют с давних времен! Почему? Потому что я решил это прямо сейчас! Могзо, танцуй! — Если я буду, то я не смогу уснуть, — сказал Могзо. — О. Точно, — признал Ранта. — На самом деле я не хочу видеть, как ты пытаешься сбежать от действий. Я просто это хотел сказать. Потому что я — первосортный. — Скорее третьесортный, — увернулся Харухиро. — Не хочу слышать это от пятисортного человека, — ответил Ранта. — Тогда что насчет тебя, Ранта? — вместо этого сказал Харухиро. — Ты спросил меня и Могзо, но ты никогда не говорил нам, кого ты предпочитаешь. — Да… — согласился Могзо. — Расскажи нам, Ранта. — Я? Вы, ребята, говорите обо мне? — сказал Ранта. — Вы, ребята, действительно хотите узнать? — Не знаю, действительно ли я хочу узнать, — признал Харухиро. — Называй нездоровым любопытством. — Д-думаю, что хочу узнать, — сказал Могзо. — Ребята, вы правда-правда хотите узнать? — спросил Ранта. — На самом деле, я все-таки не хочу знать, — ответил Харухиро. — Я действительно хочу узнать, — в этот раз Могзо сказал убежденно. — Что же… — сказал Ранта. — Если вы, ребята, так сильно хотите узнать, то, наверно… Хоть он и не мог видеть в темной комнате, Харухиро почувствовал, что Ранта только что повернулся на койке. На самом деле, Ранта сделал это очевидным, что отвернулся от них. Он сделал это намеренно? Да, именно так. — Будто бы я расскажу вам, придурки! — наконец сказал он. — Какого черта, Ранта? — воскликнул Харухиро. — Что это значит, Ранта, — обвинил Могзо. В ответ Ранта рассмеялся: — Никто не заставит Лорда Ранту выдать его секреты так просто! Но теперь у меня есть оба ваших! — Нечестно! — сказал Харухиро. — Да! Это совершенно нечестно, если ты нам не расскажешь, — вмешался Могзо. — Если вы, ребята, действительно хотите узнать, тогда идите сюда и заставьте меня рассказать! — сказал Ранта. — Но вы ни за что не сможете! — Да, мы сможем, — мрачно сказал Харухиро. — Я выкручу твои руки, если потребуется! — заявил Могзо. — Воу, воу, воу! — закричал Ранта. — Могзо… ОУ, ЭТО БОЛЬНО! Ребята, постойте… АРГХХХХХХХХХХ!!!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8: Мясной щит

Небо было все еще темным, но в окрестностях за северными воротами Алтаны было оживленно и шумно. Дивизия, подписавшаяся на нападение на Крепость Капоморти, называлась Бригада Лазурного Змея. Солдаты из основных войск состояли из пятисот Воинов, сотни Паладинов, сотни Охотников, и около семидесяти Жрецов. Их вел бригадный генерал Рен Вотерс. Тридцать семь групп Кримсон Мун назначили в Бригадру Лазурного Змея в качестве отдельного отряда, в общей сложности сто тридцать семь запасников под командованием Бри, сокращенно от Бриттани. Другие тоже присутствовали, включая горожан, пришедших посмотреть на бригады как любопытные зрители, а также предприимчивых торговцев, пытающихся продать свои товары. Тут, должно быть, собралась тысяча человек; не удивительно, что район был наполнен криками и шумом. С другой стороны, силы, направленные на Цитадель Стилбоун, назывались Бригадой Рубинового Змея, состояли из тысячи Воинов, трехсот Паладинов, двухсот Рыцарей Страха, трехсот сильных всадников, а корпус целителей состоял из пятисот Жрецов. Основные войска Бригады Рубинового Змея состояли из восемнадцати сотен сильных людей, под руководством самого генерала Грэхема Ласенторы. Плюс пятьдесят пять групп Кримсон Мун, больше трехсот очень подвижных запасников, с костяком из Дэйбрейкерс Сомы, и со всей этой силой нужно считаться. Оборону Алтаны оставили на членов основных войск под командованием бригадного генерала Яна Латти. Харухиро слышал о Латти и Ласенторе, но не знал их лично. Генерал Вотерс все время стоял рядом с северными воротами. Мужественный и красиво одетый в сияющий белый доспех, он выглядел старомодно и педантично. Хоть он не казался Харухиро плохим человеком, он, кажется, относился к запасникам снисходительно, что делало его немного высокомерным. Узор на его доспехе был в форме шестиугольного символа Люминоса, Бога Света, что означало, что он Паладин. Звания Бригады Лазурного Змея было легко понять даже тем, кто не знаком с военным делом; Паладины и Жрецы стояли вблизи генерала Вотерса, за ними следовали Воины, и, наконец, Охотники. Члены Кримсон Мун толпились задней части строя. Их построение было беспорядочным и неорганизованным, в отличие от ровных рядов основных войск. Даже офицеры иногда орали на них, чтобы те встали должным образом. Кроме того, запасники кучковались по группам, и все бродили без цели, сидели и стояли как хотели. Трусливая часть Харухиро задавалась вопросом, что в такое время их поведение совсем обыкновенное, будто бы все в порядке, но никто не казался обеспокоенным. Запасники отделены от командной дивизии по своим намерениям и целям, поэтому их, в основном, оставляли в покое. Солдаты основных войск, должно быть, смотрели на них и думали «Мы отличаемся от этой кучки идиотов, стоящих позади нас, поэтому нам наплевать». Не то, чтобы Харухиро имел друзей среди основных войск, но прожив в Алтане до этого момента, он чувствовал разделение между основными войсками и запасниками. И к тому же, Кримсон Мун наполнен чужаками и аутсайдерами, которым нельзя доверять. На самом деле, их не любили даже местные. Исключение составляли люди вроде Сомы, чей послужной список и репутация возвышали их над остальными. Проблема заключалась в том, что запасников, вроде него, отправили в Бригаду Рубинового Змея, что, естественно, оставило Бригаду Лазурного Змея с отребьем. Эти мысли заставили Харухиро, чья группа находилась на самом дне, захотеть заползти под камень и спрятаться. Однако среди них был клан, заслуживающий, по крайней мере, взгляда. Вайлд Энжелс, под руководством Кадзико, выделялся, словно большой палец среди всех присутствующих мусорных запасников. Вайлд Энжелс — исключительно женский клан, и все они одеты в белые плащи с белыми перьями, прикрепленными к головным уборам, таким как шлемы, кепки, банданы или повязки. Мало того, что они все были женщинами, они даже не позволяли мужчинам подойти близко к ним. Если парень пытался подойти, ему громко угрожали, до тех пор, пока он не был вынужден отступить. Все члены Вайлд Энежелс пугали. Особенно высокая, ужасающая красавица Кадзико, экипированная длинным мечом, похожим на катану. Ее глаза. Харухиро мог поклясться, что один взгляд этих глаз мог убить. Здесь находилась еще одна группа, у которой была та же давящая атмосфера. Команда Ренджи. Ренджи и его группа прибыли в то же время, что и Харухиро, но величие Ренджи среди рядов запасников было словно приглушенный грохот, и, взглянув на него, Харухиро обнаружил, что его полное обмундирование так сияет, что на него невозможно долго смотреть. Поперек спины Ренджи находился меч, ранее принадлежавший орку, Ишх Догранну. Предыдущий меч Ренджи перешел к Рону, который сидел рядом. Ренджи бесстрастно смотрел на сцену перед собой, словно лорд смотрит на своих подданных, в то время как Рон открыто пялился на Ренджи. Ренджи полностью затмевал присутствие бритоголового Рона, но взгляд кого-то, с такой вопиющей жаждой насилия, не был тем, что каждый мог с легкостью игнорировать. Однако Ренджи выглядел совершенно невозмутимым. За ними находилась очень «взрослая» Сасса, которая, по-видимому, повысила свою сексуальность до краев. Парень в очках с черной оправой, Адачи, выглядел так, будто бы он был гением, который может потрясти мир своим открытием. Рядом с Роном находилась маленькая очаровашка Чиби. Просто находясь в Команде Ренджи, она должна обладать какой-нибудь умопомрачительной секретной способностью маскота, скрытой в ней. Вот именно такую силу присутствие Ренджи испускало на остальных в округе. Похоже, на него даже обратила внимание нерушимая Кадзико, которая открыто смотрела на него некоторое время. Если Ренджи и заметил, то тщательно игнорировал ее. Ради будущего, Харухиро надеялся, что эти двое не станут искрами к пожару, но, может быть, он просто слишком беспокоился. Нет, он наверняка слишком сильно беспокоился. И Вайлд Энжелс, и команда Ренджи словно боги, или богини, по сравнению с Харухиро. Они даже не из того же теста, что люди. В версии с изображениями тут находится картинка. Внезапно Харухиро заметил Чоко. Он кивнул ей в знак приветствия, что заставило ее внезапно опустить взгляд на землю. Группа Харухиро располагалась за основными войсками, в самом конце построения запасников. Порядок выстроился по опыту и способностям, поэтому Харухиро предполагал, что им уместнее находиться в самом конце. Не считая группы Чоко, располагавшейся впереди них. Нормально ли это для него? Да, вполне. Если взглянуть, группу Чоко вел красивый, беззаботный Воин, чья внешность, наверно, делала его популярным у девушек. Его группа встала вокруг него, где все болтали с ним, поэтому, наверно, можно безошибочно назвать его лидером. Девушка с короткими волосами, которая была с Чоко в тот день, когда они впервые столкнулись с Харухиро в жилище, тоже была здесь. По ее одежде понятно, что она Маг. Также у них был парень, одетый в робу Жреца, и двое парней, одетых как Воины. Один из Воинов был очень высоким, угрюмым, и выглядел недружелюбно; другой казался слегка придурковатым. Придурковатый Воин делал очевидные подкаты к Чоко, которая казалась крайне раздраженной от этих предложений. Прекрати уже. Ты бесишь меня, первое, что пришло на ум Харухиро, но он также знал, что не имеет прав злиться. Этот парень в команде Чоко ее товарищ, в то время как Харухиро разговаривал с ней всего лишь два раза. Рядом с ним тяжело дышал Могзо. Может быть появилось возбуждение от предстоящего боя? Или просто нервы? То, как он снял свой шлем и поместил за спину, заставило Харухиро предположить последнее. Он похлопал — скорее потолкал — Могзо по спине. — Что такое, Могзо? — спросил Харухиро. — Нервничаешь? — Да, немного, — признался Могзо, затем поправился. — Ладно, сильно. — Я не виню тебя, это впервые для всех, — сказал Харухиро. — Ты вовсе не выглядишь нервным, — указал Могзо. — Полагаю, я очень хорошо прячу это, — ответил Харухиро. Не смотря на то, что он не полностью спокоен, на самом деле Харухиро не нервничал. Он плохо спал, поэтому сейчас он скорее сонный. Юме странно захихикала и заявила: — Хару всегда крепкогрудый! — А… Понятия не имею, что это значит, — сказал Харухиро. — Хмм… думаю, она имела в виду крепкими нервами, — сказала Шихору, стараясь объяснить. — Крепкими «нервами»? — повторила Юме, склонив голову набок. — О, — затем сказал Харухиро, добавляя. — Крепкогрудый означает совсем другое, Юме. По крайней мере, это лучше, чем широкодушный Ранты… — Оооо… — Юме понимающе кивнула, затем подняла руку, направив ладонь к Харухиро. — Широко! Харухиро потянулся к ней своей ладонью, хлопнул по ней и спросил: — Широко? — Грудый! — воскликнула Юме, подставляя другую руку. — Грудый? — тем не менее Харухиро повторил реплику, дав пять другой рукой. Теперь их обе руки в воздухе, и обе ладони соприкасались друг с другом. Какого черта тут происходит...? подумал Харухиро. Затем Юме крепко сжала обе его руки и сказала: — Широкогрудый! — Ах… верно, — ответил Харухиро. — Ладно? — Это приветствие широкогрудым! — объяснила Юме. — Да? — На самом деле, Юме тоже не понимает это, — сказала она. — Это просто инстинкт. — Инстинкт… — повторил Харухиро. По какой-то причине, Харухиро вдруг обнаружил, что снова смотрит в сторону Чоко. Кстати, или совсем некстати, она тоже смотрела на него. Когда их взгляды встретились, Чоко опустила взгляд на землю, как раньше. У Харухиро появилось плохое предчувствие насчет этого… — Эмм, Юме? — сказал он. — Не могла бы ты теперь отпустить мои руки? — О. Точно, — сказала Юме, будто она забыла. — Эм, Хару? Эй, Хару? — Д-да? — Юме только сейчас заметила, но почему твои руки такие теплые? — Без понятия… Харухиро тронул свою левую ладонь пальцами правой руки. Юме оказалась права, она довольно теплая. Но разве это ненормально? Хотя он не знал, потому что не похоже, чтобы он замечал такие вещи. Могзо вернулся к нервному состоянию и начал снимать и надевать шлем. Похоже нервозность Могзо не так просто рассеять. Все же, Харухиро чувствовал, что плохо просто оставить его в таком состоянии, и собирался сказать что-нибудь подбадривающее, но Мэри опередила его. — Могзо, — позвала она. — Хмпф? — наполовину вскрикнул Могзо. Хмпф? Что за «хмпф»? Выражение лица Могзо походило на то, как сухопутное животное натыкается на глубоководную рыбу в первый раз. Мэри положила руку ему на плечо и сказала: — Глубоко дыши, Могзо. — Г-г-глубоко дышать? — спросил Могзо, но не смотря на то, что он сказал, он медленно вдохнул, затем выдохнул. — Хорошо, — сказала Мэри. — Теперь хорошо и легко… — Т-точно, — Могзо вдохнул и выдохнул еще раз. — Еще раз, спокойнее. Могзо сделал так, и когда он выдохнул в последний раз, он произнес: — Думаю, теперь я чувствую себя лучше. — Обычно, дыхание происходит неосознанно, — начала объяснять Мэри. — Поэтому если ты сознательно сосредоточишься на нем, то оно также даст тебе возможность взять контроль над эмоциями. Всякий раз, когда я не могу успокоиться, я просто останавливаюсь и делаю несколько глубоких вдохов. — С-спасибо, Мэри, — сказал Могзо. — Я чувствую себя словно пучок нервов… — Наверняка это потому… — начал говорить Харухиро, но осекся. На секунду, Харухиро посчитал, что лучше промолчать. Хотя, в конце концов, он решил сказать. Сейчас лучшая возможность, и он долго ждал, чтобы сказать. Невозможность произнести это начала беспокоить его. — Наверно, это потому, что вся команда так сильно рассчитывает на тебя, — продолжил Харухиро. — наверно, это нечестно, что мы так сильно давим на тебя. — А-а… но это… я не… — заикался Могзо. — Но, честно говоря, я не думаю, что в скором времени мы прекратим полагаться на тебя, — признался Харухиро. — Конечно, ты наш Воин, и наш танк в авангарде, но не только. Потому что ты ясно демонстрируешь, что ты — тот, на кого мы можем безошибочно положиться. Поэтому больше уверенности в себе! Из всех нас, ты впечатляешь больше всего. Здесь нет никого, кто и близко бы стоял рядом с тобой, и мы все знаем это. — Брехня! — Ранта вскочил на ноги, как разъяренная обезьяна. — Я — тот, кто впечатляет больше всех, придурок! Забудь Могзо! Если Могзо двадцать пятого уровня, тогда я — тридцатого! — Не слишком ли это скромно для тебя? — сухо спросил Харухиро. — ЧТО!? — воскликнул Ранта. — Э-ээ… в таком случае… если Могзо двадцать пятого уровня, тогда я — пятидесятого! — Поднимаешь себя, вместо опускания Могзо, да, — указал Харухиро. — Да, черт возьми! Я БОГ среди смертных! — громком заявил Ранта. — Все вокруг смеются над тобой, — холодно прокомментировала Шихору с невеселой улыбкой. — Что!? — воскликнул Ранта. — Гм… серьезно..? — Юме думает, что Могзо удивителен! — сказала Юме. — Если бы у нас не было Могзо, мы попали бы в неприятности. Он как наш мясной щит * ! Уголки рта Мэри слегка дрогнули, когда она повторила: — Мясной щит? — А? — Юме заморгала. — Он не может быть мясным щитом? Юме считает это слово очаровательным, так что это был комплимент! — Э-эмммм, я… но… — Могзо потряс своей головой, после этого внезапно кивнув. — Это делает меня счастливее. Если бы я мог, я бы стал мясным щитом. — Великолепно! — Ранта обнял Могзо за плечи. — Это, мой партнер — в смысле, мясной щит — для тебя! — Э-э… в твоем случае, я бы хотел быть твоим деловым партнером… — признался Могзо. — О. Правда? — спросил Ранта. Ранее вмешательство Ранты без спросы разозлило бы Харухиро, но сейчас Могзо выглядел спокойнее, поэтому Харухиро решил забыть об этом. Это к лучшему, потому что он не преувеличивал, когда говорил, что Могзо был осью, на которую крепилась вся группа. Команда попросту не смогла бы функционировать без него. Пока Могзо с ними, команда может потерять кого-то как, например, Харухиро, и все будет нормально. Вот каким важным было присутствие Могзо. — Ладно, ладно, — командир Бри громко похлопал в ладоши. –Все, внимааааааание, пожалуйста! Соберитесь вокруг меня и слушайте! Я собираюсь объяснить план атаки, так что быстрее, быстрее! Соберитесь!

↑ в видео-играх другое название "танка", основная цель которого держать на себе врагов и поглощать от них урон

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9: Брифинг для котят

— … вот так все будет. У Бри был немного раздвоенный подбородок. Нет, не «немного», не «чуть-чуть», а огромный, бешеный раздвоенный подбородок, торчащий из нижней части лица. Его губы были черными благодаря черной помаде, и хотя он не был ужасным человеком, эта помада заставляла выглядеть его именно так. Его брови были толстыми и густыми, и Харухиро задумался, были ли они натуральными или приклеенными. Его розовые щеки, очевидно, нарисованы румянцем. На самом деле, все его лицо покрыто толстым слоем косметики. Оставляя в стороне его лицо, сегодня он экипирован в полный пластинчатый доспех и мечом на его поясе. Его движения, как обычно, были вызывающими, что само по себе пугало. На его доспехе тоже была шестиугольная эмблема, что, наверно, делало его Паладином, как и генерала Вотерса. Бри одарил всех подошедших жутким взглядом своих голубых глаз и покрутил своими бедрами с тонким намеком. — … И такой вот расклад в ближайшем районе вокруг Крепости Капоморти, — закончил Бри. — В общей сложности, крепость окружена разбросанными лагерями орков, сосредоточенными вокруг наблюдательных постов. В каждом из этих лагерей от двух до пяти стражей. Уверен, большинство из вас уже это знают, но некоторые нет, поэтому я только хочу быть уверенным, что мы все на той же странице. — То, что мы называем «Крепостью Капоморти», на самом деле включает в себя главную крепость плюс наблюдательные посты и все лагеря. Пока все понятно? Есть вопросы? Нет? Нет вопросов? Хорошо. В любом случае, мне не хочется отвечать на них. Тогда к главной крепости. Бри раскрыл карту на земле, и поднял над ней лампу, чтобы осветить. На ней был нарисован район главной Крепости Капоморти. В версии с изображениями тут находится картинка. — Далее высота стен, окружающих крепость, — продолжил Бри. — Главные врата, высотой около семи с половиной метров, находятся на южной стене. Восточные и западные стены ниже — около трех метров. Напротив главных врат расположена северная стена и задние врата, чуть меньше пяти метров. Только внутри северной стены находятся лестничные пролеты, ведущие на крышу. Эти лестницы — единственный путь на первый этаж, потому что других выходов нет. Внешняя лестница здесь. Бри использовал кончик ножен, чтобы показать точку на карте, которой соответствовал район крыши. — Как вы видите, внешняя стена построена таким образом, чтобы соединяться с главной крепостью, и продолжается до юго-восточного угла. Однако внешняя лестница на крышу расположена на восточной стороне этого продолжения. Другими словами, даже если мы прорвемся через главные врата, нам придется сражаться весь путь по часовой стрелке, чтобы добраться до лестницы. После этого, нам придется сражаться на подъеме по лестнице, пробивая себе путь на крышу, а затем сражаться по пути на первый этаж, внутрь главной крепости. — Все знают, почему крепость построена таким выбешивающим, раздражающим способом, правда? Конечно же для обороны! Как только ты достигаешь первого этажа, появляются лестницы к сторожевым башням, расположенным на северо-западном, юго-западном и северо-восточном углах крепости. Ах да, в основном, эта информация для вас, новички, но там есть три баснословно высоких башни. Вот почему их называют сторожевыми башнями. Хозяин крепости, Хранитель, обустроился на одной из трех башен. Теперь у всех есть мысленная картина этого места? Харухиро смотрел на карту и слегка качнул головой вверх, и вниз. На это место они собираются напасть. Он все еще с трудом верил в это. — Далее взглянем на стратегию нападения, — Бри переместил меч в одну руку и начал с легкостью крутить и вертеть им. Он выглядел тяжелым, но Бри управлялся с ним, будто с перышком. — Наше нападение начнется с первыми лучами солнца, но не беспокойтесь! Все будет хорошооо. Мы отделены от основных войск, поэтому наша роль заключается в создании диверсии. Мы первыми двинемся в атаку на восточные и западные стены. После того, как мы отвлечем врага настолько, чтобы их силы напали на нас, основные войска ударят по южной стене и прорвутся через главные врата. Разделяй и властвуй! Двадцать групп останутся со мной, чтобы атаковать восточную стену. Мы будем Полком Зеленой Бури, из-за моих невероятных зеленых волос. Оставшиеся пятнадцать групп нападут на западную стену под командованием Кадзико. Как насчет того, чтобы назвать вас Полк Дикой Орлицы? Неплохое название, верно? Кадзико подняла одну бровь и ответила: — Да, неплохо. — Я уже разделил группы в их полки, — сказал Бри. — Я назову только членов Полка Зеленой Бури, так что внимание! Все готовы? Начинаем… Ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты, ты ,ты и… Ренджи. — Что, — сказал Ренджи. Это был не вопрос. — Ты со мной, — сказал Бри. — Очень плохо, а, Кадзико? — Что ты мелешь, а? — спросила Кадзико, уставившись на Бри. — Ты хочешь умереть, Бриттани? — Нее, если ты убьешь меня, то у меня ничего не выйдет с какими-нибудь красавчиками, так ведь? – Бри бросил пламенный, похотливый взгляд на Ренджи. — Правда, паренек Ренджи? Ренджи даже не моргнул. Он только встретил взгляд Бри пустым, бесстрастным выражением лица, которое, само по себе, было впечатляющим. От взгляда глаз Бри даже у Харухиро, который не имел ничего общего в этом обмене взглядов, пробежали мурашки. Бри был просто ужасающим. — Черт, — вздохнул Бри с жуткой улыбкой, наводящей страх, посмотрел прямо на Харухиро и сказал. — И ты. — А-а, — заикнулся Харухиро. — Да, мэм… в смысле, сэр. — Наконец… — Бри указал на лидера группы Чоко. — Вы, ребята. Итого двадцать. Остальные с Кадзико, понятно? Все согласились, и никто не выразил недовольства. Даже если бы им не нравилось то, куда их распределили, ни у кого не было смелости сказать это Бри. Он был невероятно пугающим. — Кадзико, у тебя есть часы, верно? — спросил Бри. — Да, — Кадзико подняла карманные часы, висящие под грудью, чтобы Бри посмотрел. — Боже, — сказал Бри, глядя так, будто собирается прокомментировать предмет, напоминающий карманные часы, который он держал в руках, но немного подумав, вместо этого он сказал: — Кто-то где-то сильно потратился. Нет, нет, нет, так не пойдет. Ты заставляешь мои часы выглядеть как рухлядь. Кадзико фыркнула: — Потому что твои действительно кусок дерьма. — Давай кое-что проясним, — ответил Бри. — Мои дорогие, потому что они старые, ладно? Они иногда случайно перестают работать, но БЕЗ РАЗНИЦЫ! Пока у нас есть часы, мы можем скоординироваться. Позже, я дам тебе знать, когда начнется атака. Пока что, поговорим о плане нападения. Как только начнется операция, мы продвинемся вперед к внешним стенам, уничтожая все лагеря орков на своем пути. Какая группа натыкается на орков, быстро убивают их всех. Если нет, орки из других лагерей придут на подмогу, тогда вас окружат, и вас будут большие проблемы. Это первый этап. Могзо энергично кивнул. Ему нужно немного расслабиться и сохранить силу до тех пор, когда она действительно будет нужна, подумал Харухиро. — Второй этап начнется после того, как мы доберемся до стен. Мы собираемся атаковать, но враги наверняка будут обрушивать на нас дождь из стрел постоянно. По словам разведчиков нашего корпуса Воров, около двухсот орков располагаются на стенах. Это не так много, так что не нужно мочить штаны! Опять же, если в вас попадет стрела в неудачное место, в большинстве случаев это означает мгновенную смерть. Вот почему мы приготовили щиты! Подбородок Бри кивнул в сторону места на дороге, где находилась куча плоских досок, которые походили на дешевые щиты. — Прежде чем идти, убедитесь, что взяли по одному, — продолжил Бри. — Щиты одноразовые, поэтому не нужно их возвращать! — Какой ты щедрый! — с усмешкой крикнул Ранты, но Бри тщательно игнорировал его. — Мы не можем воспользоваться какими-нибудь вратами, поэтому, как только мы доберемся до основания стен, мы заберемся на них с помощью осадных лестниц. Конечно, мы приготовили лестницы, но нам нужны люди, которые будут нести их до стен для нас. Задача носильщиков лестниц состоит в том, чтобы доставить лестницу в нужное место, собрать ее и затем поставить к стене. У нас есть четыре лестницы на каждый полк. Кадзико выберет носильщиков лестниц для своего полка сама. Что касается моего полка, славными носильщиками лестниц станут… У Харухиро появилось плохое предчувствие. Он всегда оказывался неправ, когда у него возникало хорошее предчувствие, но плохое предчувствие всегда сбывалось. В этот раз ему снова достался джекпот. Бри указал на Харухиро и затем на лидера группы Чоко. — Вы будете заниматься лестницами, — приказал Бри. — Чтоооооооооооооооо!? — Ранта выразил недовольство так сильно, что Харухиро подумал, что у того отвалится челюсть. — Какого черта!? Почему именно мы должны заниматься этой отстойной работой? Мы должны носить щиты, и теперь еще и лестницы!? Слишком много багажа! Ранта… подумал Харухиро. У тебя определенно есть смелость. Но прежде, чем Харухиро сказал это вслух, Бри выхватил свой меч и приставил его кончик к горлу Ранты. — Я командир, — сказал Бри. — Если ты не согласен с моим приказом, тогда иди домой. Конечно, я буду вынужден просить тебя вернуть аванс. — Н-ни за что!! В-в смысле, не то, чтобы я не хочу… я не могу… — взгляд Ранты упал на землю, когда он издал короткий смешок. — Я уже все потратил. Харухиро чуть не упал от удивления. — УЖЕ!? — Заткнись, Харухиро! — крикнул Ранта. — Это мои деньги, поэтому я делаю все, что хочу! Как я их трачу — не твое дело! — Да, но… — В таком случае, — Бри слегка поднял меч, тем самым упираясь в подбородок Ранты. — Молчи и подчиняйся приказам. В тот момент, когда ты ослушаешься, будет назначена награда за твою голову. — Н-н-награда!? — повторил Ранта. — Ааа, это звучит как что-то плохое… Шихору покачала головой. — Не «как бы». Взгляд Мэри стал стеклянным. — Это однозначно, неопровержимо, бесспорно плохо. — Знаешь, — Бри убрал меч и взмахнул им. — Работа носильщиков лестниц очень важна для успешного штурма. Им нужно избегать боев, добраться до основания стены целыми, и когда они будут там БАМ! Поставят лестницы как можно быстрее. Это крутая роль для крутых ребят. — Крутых ребят, — повторил Ранта, будто бы пробуя на вкус слово. Затем его рот изогнулся в непристойную улыбку. — Нууууу… полагаю, в таком случае, я должен сделать это. Если это важная работа, тогда никто другой недостаточно крут для нее, верно? — Мы тоже сделаем свою часть, — указал придурковатый Воин из группы Чоко. — Заткнись! — ответил ему Ранта злым взглядом. — Вы, ребята — это вы, я — это я. Кроме того, вы, ребята, новички, которые прибыли после нас, так что у вас нет права красть славу у ваших старших товарищей, осьминожьи шары!! — Я не осьминожий шар! — запротестовал другой. — Тогда кальмароголовый! — воскликнул Ранта. — Без разницы, — вздохнул Воин. — Меня это больше не волнует. — ХАХАХАХАХА! Я ВЫИГРАЛ, ТЫ ПРОИРАЛ, — злорадствовал Ранта. Коротковолосая девушка в группе Чоко посмотрела на Ранту так, будто бы она заметила таракана в своей комнате, и сказала: — Мешок с дерьмом. Харухиро зарылся лицом в руки: — Не думаю, что может быть более стыдное, чем это… В любом случае, их записали на транспортировку четырех лестниц, значит, это они и сделают. Как более опытная команда, Харухиро из-за беспокойства хотел бы взять три и оставить команде Чоко одну, но это просто невозможно. Каждой группе по две — самый подходящий вариант, учитывая, что лестницы два метра в длину. Что еще важнее, каждая состояла из двух половинок. В собранном состоянии их длина станет четырех метров. Это означает, что на самом деле им нужно нести восемь лестниц до основания стен. Харухиро, Ранта и Могзо возьмут по одной, в то время как три девушки возьмут оставшуюся. В группе Чоко четверо парней и две девушки, поэтому он предположил, что четверо парней возьмут по одной. Учитывая, что каждый несет щит, у Харухиро появилось ощущение, что им досталась наиболее трудоемкая роль из всех. Они даже не смогут добраться до стены, до того, как кто-нибудь свалится от усталости. — И сейчас, — Бри покачал своими бедрами и сделал выпад задом. — Задача основных войск — проникнуть в крепость и подавить сопротивление внутри, но, на всякий случай, я пройдусь по численности вражеских солдат. — Как я сказал ранее, мы оцениваем вражеский гарнизон в двести орков. Большинство из них принадлежит к клану Зесшу. Члены этого клана красят свои волосы в черный и набивают красные татуировки на лицах. Все они экипированы на схожий манер: сабли под названием Гхари, луки и стрелы, щиты, покрытые мехом, красные пластинчатые доспехи. Только потому, что они стоят на страже внешних стен, не значит, что они слабаки, так что не заблуждайтесь. Орки в пределах крепости из разных кланов, поэтому они не большая единая группа. Предположительно. Кажется, что сложнейшая часть их работы — донести лестницы до стен. Роль запасников заключалась в диверсии. Если они действительно донесут лестницы и поднимутся на стену, наверно, враг отступит, а не просто отвлечется, как они того и хотят. В таком случае, тогда именно носильщики лестниц играют важнейшую роль. Носильщики лестниц должны избегать боя, поэтому такие слабейшие команды, как Харухиро и Чоко, и взяли на эту роль; но если они ошибутся, весь план провалится. — Хранитель, Зоран Зесшу — глава клана Зесшу. Дорогуша Зоран такой огромный, что вы узнаете его сразу, как увидите. Его волосы черные с золотым, и скажу, что у него пара мечей. Также его окружают храбрые стражи, около двадцати орков, и они довольно противные клиенты. О, среди них есть еще несколько орков-шаманов. Они легко экипированы и не носят тяжелых доспехов или шлемов, поэтому вы с легкостью их узнаете. Уверен, некоторые из вас никогда раньше не дрались с шаманами, поэтому будьте начеку. — Орки-шаманы обладают способностью к психическому контролю, а также контролируют рой насекомых. Также, их магия отличается от нашей: им не нужно произносить слова или делать жесты, чтобы создать заклинание, поэтому их атаки полностью застают вас врасплох. Они могут очень сильно усложнить бой, поэтому если вы столкнетесь с одним, убедитесь, что ваш основной приоритет — прикончить его в первую очередь. И, эммм, что еще? ... О, точно, дымовой сигнал. — Дым может убить, знаете… — бесцеремонно прокомментировала Юме. — Да, — ответил Бри. — Кого-то прирежут, и повсюду кровь, кровь, кровь, никто больше не дышит, СМЕРТЬ!? Ладно, кто это сделал!? КТО УБИЛ… никто ничего не говорил насчет убийства! Черт, ты ввязала меня в свой разговор об убийстве! Меня!? Нелепо! Что будешь делать, чтобы исправить это, А!? — А… — Юме колебалась. — Вы злитесь на Юме? Наверно? — Я НЕ злюсь! — ответил Бри. — Разве я похож на какого-то шестилетнего пацана, закатывающего тебе истерику!? — О боже… — ответила Юме. — Юме извиняется, Кэп Бри! Но Юме выслушает все ваши проблемы, правда! — Сейчас не время говорить о проблемах! — сказал Бри. — Я хочу, чтобы ты просто ВНИМАТЕЛЬНО слушала? Но, полагаю, тебе не нужно, если ты не хочешь… — Если не внимательно, тогда как? — спросила Юме. — Теперь Юме любопытно… — Просто прекрати! — воскликнул Бри. — Заткнись и дай мне продолжить! Это не значит, что ты мне не нравишься, это не так, но ты отвлекаешь меня, поэтому ЦЫЦ, ТИХО, ШШШШШ! — Да сэр… — Итак. Дымовой сигнал, — продолжил Бри. — Всякий раз, когда на Капоморти нападают, орки отправляют дымовой сигнал, чтобы предупредить Цитадель Стилбоун. Уверен, они пошлют сигнал как и всегда, но в этот раз у Стилбоуна будут свои проблемы. Даже если Капоморти запросит подкрепление, они не придут. Не удивляйтесь сигналу и не прекращайте двигаться вперед. — Хмм… Думаю все? Я закончил с кучей пессимистических и угрюмых разговоров, но если мы сильно не облажаемся, операцию ждет успех. Есть награды за головы Хранителя и нескольких известных шаманов, и даже такие запасники, как вы, можем получить их. Это НЕ сложная битва. Поэтому дети без опыта — не беспокойтесь. Все будет хорошо. Харухиро был уверен, что Бри посмотрел прямо на его группу. Он не мог полностью расслабиться, но он чувствовал, что это будет не так сложно, как он раньше думал. Наверно, самая трудная часть заключалась в переносе лестниц и щитов на расстояние в пять — пять с половиной километров до стен крепости. — ОДНАКО, — драматично сказал Бри угрожающим тоном. — Мы имеем дело с орками. Именно они изгнали нежить после ухода Бессмертного Короля, и они гордятся своим превосходством в силе здесь, на границе. Будете беспечными, и это не закончится слабой контратакой, которую вы сможете легко перенести. Вы умрете, понятно? Харухиро сглотнул. Успокоить кого-то, затем дать пощечину. Харухиро предполагал, что это такой способ Бри действовать, но это оказалось очень эффективным. Как только он расслабился и стал самоуверенным по поводу всего, Бри откинул его в сторону, и теперь он чувствовал себя в физическом и психологическом равновесии. Бри облизал свои черные губы своим розовым языком и сказал: — Тогда идем, мои котята, призываем боевой дух и вперед.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10: "Выпускной"

Уже почти рассвет. Никто не двигался, никто не издавал звука — все даже пытались меньше дышать. В глубокой неподвижности и тишине идиот Ранта зажал руками рот и наклонился вперед, затем назад. Чихнет? Какого черта? Он пытается чихнуть? Он, черт побери, шутит! О чем он думает!? Вот дерьмо. Ранта собирался чихнуть… он действительно собирается сделать это. Дерьмо. Дерьмо, дерьмо — просто шутит. Каким-то образом он как смог сдержаться. Харухиро тихо вздохнул от облегчения. Они в безопасности. В то мгновение, когда он об этом подумал, Ранта чихнул: — АПЧХИ! Все-таки он не смог сдержаться. Все повернули к нему головы. Вместо того чтобы извиниться перед всеми членами Кримсон Мун, смотрящих на него, он сделал жест, будто бы говорящий «Хватит раздувать из мухи слона!». Идиот не боялся ничего. У него кожа толще кирпичной стены. Харухиро высунул свою голову из-за насыпи мусора, похожей на гору, слева от кучи лесозаготовок. Сделанные орками палатки были разбросаны повсюду, одна или две, а иногда даже три под каждым наблюдательным постом. В некоторых постах кто-то был, в то время как другие пустовали. Нет никаких признаков движения. Звук чиха Ранты не привлек внимания орков, Харухиро успокоился, увидев это. Солнце еще не взошло, но уже стало светло. Члены полка Зеленой Бури Бри, атакующие восточную стену, скрывались за бревнами, одеждой и валунами на месте бывшего лагеря орков. Эти лагеря остались от предыдущих атак Алтаны на Крепость Капоморти. На лагеря напали, и орков, находившихся там, убили, но когда люди не смогли удержать крепость, лагеря снаружи перестроили в других местах. Из-за этого на местности остался беспорядок из кучи мусора, который теперь использовался в качестве укрытия. Но, не смотря на то, что все скрыты, Харухиро был обеспокоен тем, что их могут обнаружить в любой момент. Может это просто нервы. Игра в прятки выматывала нервы. Неужели мы не можем просто начать и двигаться дальше? хотел он. Скорее это было предпочтительнее того, чем они сейчас занимались. Крепость и три сторожевые башни образовали что-то вроде угла и издали выглядели как плохое предзнаменование. Стены крепости сделаны из камня, скреплены вместе неким черным раствором, который заполнил все трещины и расщелины. Какой-то узор был нарисован на них красным — слово или, может, буква. Также там находились шипы как из металла, так из дерева, сделанные скорее для защиты, чем для украшения. Западная и восточная стены были четыре метра в высоту. Это не невозможная высота, но все же высоко, чтобы забраться без лестниц. Лагеря орков завалены тушами животных. Некоторые выпотрошены, а некоторые… нет. И, наконец, головы животных помещены на шипах или насажены на палки, выстроенные в ряд. Так вот почему место и называлось Крепость Капоморти. Это крепость мертвых голов. Харухиро надеялся, что его голова в итоге не окажется там. Не, не стоит беспокоиться об этом… верно? Внимание Харухиро вернулось обратно к лестнице, которую он нес подмышкой. Она была тяжелая, но скорее не вес раздражал в ней, а то, что это чертова штуковина громоздкая и ее неудобно тащить. Квадратная дощечка, которую он будет использовать как щит от стрел орков, была перекинута за спину на веревке. Эта штука тоже громоздкая и ее неудобно тащить. Внезапно Бри поднялся. Он посмотрел на карманные часы, кивнул и поднял руку. У Харухиро остановилось дыхание. Скоро начнется. Затем Бри резким движением опустил руку. — В атаку! — приказал он. Боевые кличи сразу же заполонили воздух, и Харухиро не мог точно сказать — они от их полка или от Дикой Орлицы. — Вперед, вперед, вперед! Уничтожьте лагеря орков! — под команды Бри, поток запасников вывалился из укрытия за мусором и по приказу двинулся к лагерям. — И-идем! Мы тоже должны… — голос Харухиро прозвучал более высоко, чем ожидалось. Он поднял лестницу на руки и последовал за всеми остальными в хвосте построения полка Зеленой Бури. — О свет, под божественной благодатью Бога Люминоса, — произнесла Мэри. — [Light of Protection]! Шестиугольный символ появился над его левым запястьем, и он внезапно почувствовал, что его тело стало легче. Что с остальными? Они были все еще с ним. Он хотел пуститься на полный ход, но на самом деле не мог это сделать. Лестница была громоздкой и замедляла его. О, и он очень сильно нервничал. Он понятия не имел, что он делает. С Чоко пока все в порядке? Где она? Стоп, сейчас не время думать об этом. Все вокруг них были удивительными. Они рубили орков, находившихся в лагерях, одного за другим, сжигали палатки с помощью огненной магии Алев, уничтожали наблюдательные посты. Лагеря систематически уничтожались перед глазами. Как далеко продвинулась линия фронта? Харухиро не мог увидеть, поэтому он понятия не имел. Он не думал, что они уже добрались до восточной стены, но может быть все-таки им стоит ускориться? Хотя не то, чтобы вообще можно было идти быстрее. — Появился дымовой сигнал! — объявила Мэри. Харухиро повернулся к ней и увидел, что она указывает на что-то в стороне крепости. Густой столб дыма исходил из сторожевой башни, расположенной в углу между двумя другими. Сигнал вызова подкрепление. Хотя в этот раз на Цитадель Стилбоун тоже напали, поэтому подкрепление не должно прибыть. — Вон там тоже идет дым! — крикнула Юме. Юме права. Несколько столбов дыма поднимались вдалеке на западе. Что это значит? Может это один из многих связующих постов со Стилбоун. Цитадель находилась в сорока километрах отсюда, поэтому дым со стороны Капоморти не мог виднеться оттуда. Стоп… разве это не два столба дыма поднимаются от связующих пунктов? задумался Харухиро. Внезапно в его голове щелкнуло. Дымовой сигнал используют не только Капоморти. Если Стилбоун тоже атаковали, то они тоже подадут сигнал. На оба места нападают, поэтому каждое из них пытается связаться с другим. Это значит, что орки Капоморти теперь знают, что они не могут рассчитывать на подкрепление Стилбоун. Если бы они думали, что подкрепление придет, они, наверно, попытались бы закрыться в крепости и ждать до прихода помощи. Но если они узнали, что не могут ждать подкрепления, как они изменят свою стратегию? Будут ли они отчаянно сражаться до смерти, пытаясь сопротивляться до самого конца? Что ж, Харухиро подумал, что такое вполне возможно. Их не беспокоили звания и еще что. Им стоит волноваться только о своей работе, а именно о лестницах. Пока остальные запасники разбираются с лагерями, они побегут с лестницами к стене. Похоже, большинство лагерей в округе уже уничтожено. Группа Чоко была позади них и двигалась медленнее, чем его команда. Да… мы можем сделать это! подумал он на долю секунды, прежде чем отвергнуть все это. Все никогда не бывает простым. Он даже не закончил мысль, когда появилось двое орков, каким-то образом проскользнувшиеся мимо других групп, и двинулись прямо на него. Нет, не на него. Они шли на группу Чоко. — Осторожнее! Двое орков идут к вам! — крикнул Харухро, пытаясь их предупредить. Группа Чоко остановилась — стоп, что!? Почему они остановились? Похоже, члены группы Чоко тоже не имели ни малейшего понятия. — Эй! — крикнул один. — Дерьмо! — сказал одновременно другой. — Лестницы!! — крикнул третий. Плохо. Очень плохо. Все в группе Чоко запаниковали, и все они бегали как обезглавленные цыплята. Они не могли объединиться и защищаться от нападавших орков. — Мы не можем позволить себе потерять половину лестниц! — крикнул Харухиро. — Мы должны помочь им! Бросаем пока щиты и лестницы, и позаботимся об орках! — В-верно! — Могзо положил свою лестницу на землю и закрепил щит за спину. Шихору подняла щит, который бросила Юме, и поставила его на свой. Мэри кивнула Харухиро и положила свою лестницу к ногам. — Сейчас мы сделаем это без магии! — сказал Харухиро, ринувшись вперед. Для начала он решил оценить силу орков. Слишком рано использовать магию: у них все еще впереди долгий бой… наверно. Команда Харухиро аккуратно проскользнула между орками и разрозненной группой Чоко. Могзо прямо атаковал Орка А, в то время как Ранта остановил свой взгляд на бежавшем Орке Б. Орки были экипированы в тяжелю кольчугу, шлем, покрывающий все, кроме лица, прочно выглядящие мечи. У Орка А желтые волосы, вылезающие из-под шлема, в то время как у Орка Б — красные. У обоих зеленая кожа. Харухиро подмигнул Юме, затем занял позицию за спиной Орка Б. Орки были огромными, но не столь в высоту, сколь в ширину. Они выше, чем Харухиро, но не такие высокие, как Могзо. Их тела были широкими и толстыми. Наверно, два человека, вставших бок о бок, поместятся под кожу орков. Все обдумав, у Харухиро сложилось впечатление, что они, наверно, одного размера с Могзо, а рост Могзо — 180 см. И это, наверно, средние орки. Не удивительно, что говорилось, что орки — большие гуманоиды, оккупировавшие Гримгар. И они были столь же сильны, когда только появились. Конечно, Ранту оттесняли назад, и он несколько раз использовал [Propel Leap], чтобы отступить. Естественно, орк погнался за ним, в свою очередь, заставив Юме и Харухиро преследовать его. Они не могли занять хорошие позиции сбоку и сзади орка. Могзо тоже было тяжело. На самом деле, его несколько раз ударили, и только доспех защищал его он ран. Если доспех мог считаться за стратегию защиты, Харухиро сказал бы, что у Могзо и Орка А слегка неравные силы, с легким преимуществом орка. Разница была в чистой силе орка и его массе. Мышцы орков сильнее, чем у людей. Не только его руки, но и ноги тоже. Не смотря на то, что мышцы добавляют им вес, они могут дольше бежать на больших расстояниях, и они способны прыгать выше. И только потому, что они выглядят большими и громоздкими, не значит, что они медленные и неповоротливые. В конце концов, ловкость тоже зависит от массы мышц. У орков широкие рты с выпирающими оттуда клыками, и их носы выглядят так, будто кто-то разбил им лицо. Для людей они НЕ привлекательны. На самом деле, они довольно отвратительные. Но они не кажутся глупыми. Например, они достаточно умны, чтобы построить наблюдательные посты и сделать палатки. Туши и головы животных, нанизанные на столбы, заставляют их выглядеть дикарями, но они достаточно хитры, чтобы стать серьезными противниками королевству людей. И вполне возможно, что они намеренно сделали свои лагеря ужасными и варварскими, чтобы напугать людей. Орки физически превосходят людей, по уровню интеллекта примерно на одном уровне. Если так, тогда в простом бою орк, наверно, выиграет у человека. — Не позволяйте запугать себя! — крикнула Мэри. — Мы можем победить их, если привыкнем к борьбе с ними! Она права. Или, по крайней мере, Харухиро не мог позволить себе думать иначе. Если он не поверит, что выиграет, тогда он проиграет, даже если победа возможна. — Мэри права! — воскликнул Харухиро. — Мы не привыкли к борьбе с орками, вот и все! Вы сильнее любого орка! Могзо, ты справишься! Ты сильнее любого орка! С ворчанием от усилий, Могзо перешел в наступление. Или, скорее, он использовал навык [Steel Guard]. Он намеренно пропустил атаку Орка А по наплечнику, и пока орк оправлялся после отдачи от своего удара, Могзо атаковал своим огромным мясным тесаком, Чоппером. Орку удалось поставить блок, но взмах Могзо был достаточно сильным, чтобы пробить его. Орк Б увидел шатающегося союзника, и его движения замедлились на долю секунды. В этот момент, взгляды Харухиро и Ранты встретились. — Не нужно мне говорить! — крикнул Ранта. Когда Орк Б шагнул вперед, в этот раз Ранта не использовал [Propel Leap], чтобы отступить. Движения Орка Б были медленнее, он больше колебался, чем ранее. С криком, Ранта прыгнул вперед и встретил орка лицом к лицу. Он давил на орка с помощью [Expel Frenzy], и затем последовал [Anger Thrust]. Для Харухиро комбинация выглядела осуществленной, но орк наклонил тело в сторону и увернулся. Хотя это было близко. Наверно, слишком близко для комфорта орка: атака Ранты промахнулась на волосок. — Я знаю! — сказал Ранта. — Я непобедим! — С каких пор!? — ответил Харухиро. Наконец Харухиро занял позицию прямо позади орка. Линия не появилась, поэтому он использовал [Widow Maker]. Прежде чем Харухиро прицелился в спину орка, тот почувствовал надвигающуюся атаку и уклонился. Хорошо, что Харухиро не был один. Юме бросилась с комбинацией [Sweeping Slash]-[Cross Cut]. Орк с громким лязгом отразил кукри Юме и перешел в контратаку. Юме вскрикнула и быстро сделал перекат, используя навык уклонения ямных крыс. Орк Б пытался преследовать ее, но своим толстым черепом не понимал того факта, что он против команды. Ранта снова двинулся вперед, высоко подняв длинный меч, и закричал во все горло. По его движению казалось, что он собирается толкнуть орка. Пока он отвлекся на Ранту, Юме поднялась на ноги, и Харухиро снова двинулся за орка. Орк Б теперь почувствовал давление и запаниковал. Еще одна серия атак… все, что им нужно, это еще одна серия атак, чтобы победить его. У них появился шанс. — СПАСИБО! — Могзо обрушил свой меч на плечо Орка А с помощью [Rage Cleave]. Орк не упал, но теперь он потерял равновесие и с трудом двигался. Он больше не мог владеть мечом. Его поражение было вопросом времени. Тем временем Орк Б растерялся. Харухиро встал прямо позади него, поэтому он не видел выражение его лица, но он мог сказать это по его движениям. Харухиро незаметно сократил дистанцию между ними и протаранил его при помощи [Backstab]. Даже без линии Харухиро достойно исполнил работу, воткнув кинжал между чешуйками доспеха в плоть орка. Он не думал, что рана смертельна, но этого достаточно. Как только Харухиро отпрыгнул назад, Юме полоснула орка, один, два, три раза. Ее кукри был короче длинного меча, но клинок шире. Не смотря на то, что атаки не проходили через доспех орка, повреждение от силы ударов причинялись значительные. Орк Б шатался, почти падая. — [Hatred’s Cut]! Атака Ранты неожиданно пришла вне зоны видимости Орка Б, и тот не смог вовремя заблокировать ее. Меч Ранты ударил орка по плечу, но отскочил от доспехов. Это было намеренно? Харухиро подумал, что Ранта не пытался пробиться через прочную тяжелую кольчугу, а плавно взмахнул мечом, целясь в открытое лицо орка. Что произошло дальше… Ранта бы ни за что это не спланировал, ему просто повезло, верно? Длинный меч Ранты разрезал ремешок шлема на подбородке орка, и тем же движением подцепил шлем противника и скинул его с головы. — Получай! — крикнул Ранта. Ранта носил темный шлем-бацинет, и его забрало было опущено, поэтому лица не было видно, но Харухиро мог поклясться, что Ранта сейчас показывал орку язык. Он поднял свой меч и затем порезал — на самом деле, скорее просто ударил — орка снова и снова. Орк упал под градом ударов, но Ранта не останавливался. К этому времени Могзо прикончил Орка А с помощью [Rage Cleave]. Орк Б вскоре тоже перестал двигаться. Только тогда Ранта наконец прекратил. Вся команда Чоко отпрянула от них в потрясении. Хотя на этот раз Харухиро не критиковал дикость Ранты. Должно быть, на это ужасно смотреть, но тут Ранта не был неправ. Хоть это и жестоко, нельзя останавливаться, пока враг не умрет. Живые существа цепляются за жизнь. Когда приходит смерть, она наступает быстро. Но пока живые существа цепляются за жизнь, они яростно и отчаянно дерутся, атакуя и контратакуя сквозь раны и боль. — Ахахаха! — засмеялся Ранта. — Я получил свой Вайс и выпустился из девственников! ПОЗДРАВЛЕНИЯ МНЕ! Это правда. Никто не пострадал, Мэри и Шихору не были вынуждены использовать магию. — Мы удивительны! — Юме прыгала от радости. — Воу! — засмеялся Ранта. — Для мелкого первого размера, они неплохо трясутся, когда ты… АЙ! Хватит бить меня! — Тогда хватит говорить вещи, за которые Юме тебя бьет! — ответила Юме. Могзо вскинул кулак вверх и кивнул всем. Ответ Шихору был более сдержанный, но она не могла не улыбаться. Мэри выглядела так, словно почувствовала облегчение. Харухиро тоже ощущал необъяснимое чувство. Оно начиналось от кончиков пальцев ног и шло оттуда, наполняя его грудь и проходя до самой головы до тех пор, пока оно полностью не опьянило его. Такое хорошее ощущение, что он хотел не терять его некоторое время. — Это было невероятно… — прошептал лидер группы Чоко. — Что и ожидалось от ветеранов, — сказал придурковатый Воин в такой манере, что слушатели могли неверно понять его. Хотя для Харухиро оно звучало без сарказма. — М-мы спасены, — Жрец упал на колени, все еще выглядя напуганным. — Воу… — коротковолосая подруга Чоко стояла в ступоре. Сама Чоко смотрела на Харухиро с приоткрытым ртом и изумленным выражением лица, словно на своего друга. Я могу привыкнуть к этому, подумал Харухиро. Затем высокий Воин разрушил настроение. — Без разницы, — пожал он плечами. — Все убивают орков повсюду. Это не большое дело. — Эй! — Ранта указал на Воина своим окровавленным длинным мечом. — Не будь чертовым занудой, когда люди пытаются почувствовать себя хорошо! Что насчет тебя, Занудный тип!? — Нет! И что за Занудный тип? — ответил Воин. — Какого черта я должен знать!? — ответил Ранта. — Ты же сказал это! — Заткнись! Заткнись, черт подери! Только потому, что ты высокий, не значит… — начал Ранта. — Ранта, хватит! — Харухиро пошел назад в область, где они бросили свои лестницы и щиты. Сейчас не время выяснять отношения с Воином, явно не умеющим общаться. — Мы должны донести лестницы до стены! Харухиро быстро перекинул свой щит за спину и поднял свою часть лестницы. Некоторые из запасников уже у стены. Команда Харухиро бежала так быстро, насколько могла, и группа Чоко следовала чуть позади. Все лагеря орков, мимо которых они бежали, были уничтожены, их бывшие обитатели теперь стали трупами. Внезапно Харухиро показалось, что Юме кричит что-то вроде «Трелы, трелы», прежде чем понял, что она на самом деле кричит «Стрелы! Стрелы!» Орки выстроились в ряд на верхушке внешней стены, приготовив луки и стрелы. Нет, не просто приготовили, а уже стреляли из них. — Черт! Щиты! Все поднимите щиты! — приказал Харухиро. С неба полился дождь из стрел. Харухиро держал щит как зонтик, из-за чего сложнее было нести лестницу. Хотя другого выбора не было. Хоть стрел и не так много, но они падали. Попадание одной из них означало смерть. — Поторопитесь с лестницами! — запасники, уже стоявшие возле стен, сердито крикнули на них. — Мы идем! — воскликнул Ранта, готовясь ринуться к стене, чтобы поставить свою лестницу. Харухиро схватил его, прежде чем он двинулся, сказав: — Сначала мы должны собрать их! — О, верно! — понял Ранта. — Мэри, Юме, Шихору! — позвал Харухиро. — Прикройте нас щитами! Троица сомкнула щиты, пока Харухиро, Ранта и Могзо под укрытием работали над лестницами. Чтобы собрать лестницы, они должны соединить стыки вместе, затем быстро закрепить их гвоздями. Руки Харухиро тряслись от напряжения. Каждый раз, когда стрела ударялась о скрещенные щиты, Шихору слегка вскрикивала. Харухиро не мог успокоить руки, чтобы нормально забить гвоздь. — Вот, позволь мне, — внезапно сказал ему Могзо. Он взял молоток из рук Харухиро и стал уверенно забивать гвозди. Он проверил соединение, потянув и надавив на них, затем кивнул: — Готово! Идем! Обе лестницы теперь собраны, и сейчас их длина составляла чуть больше четырех метров. Один человек не мог нести ее в одиночку, поэтому Харухиро и Ранта взяли одну, а Юме и Могзо — другую. У орков нарастало отчаяние. Чем ближе они подходили к стенам, тем сильнее становился дождь из стрел и тяжелее бил. Стрелы шлепались об их щиты с невероятной точностью. Мы… отчаянно подумал Харухиро. Мы стали мишенью!? — Дерьмо! — крикнул он. — Дерьмо, дерьмо, дерьмо! В версии с изображениями тут находится картинка. Ранта и Юме, даже Могзо, тоже сейчас кричали. — Еще чуть-чуть и мы сделаем это! — кто-то, Харухиро не был уверен, кто именно, начал подбадривать. Кто-то сказал: — Все в порядке! Пока у нас щиты, мы в порядке! Не останавливаться. Не останавливаться ни в коем случае. Если он остановится даже на долю секунды, Харухиро знал, что не сможет продолжить. У них есть только одна попытка поставить лестницу к стене. У них нет другого выбора, кроме как поставить лестницу с первой попытки. Он ускорились, крича не пойми что, заплетаясь ногами и подгоняя себя бежать как можно быстрее. Наконец, они поставили лестницы к внешней стене. Полк Зеленой Бури весь как один издал дикий боевой клич. Воздух завибрировал, земля затряслась. Это прозвучало почти как победный клич, и Харухиро почувствовал себя более радостным, чем после победы над двумя орками. Мы сделали это! У нас получилось!Посмотрите на нас, мы удивительны! его голова закружилась от осознания всего этого. — С дороги! — Ренджи оттолкнул Харухиро и начал подниматься по лестнице. У него не было щита, не смотря на то, что он находился прямо в поле зрения орков с луками. Хотя безумно храбрый Ренджи не выказывал страха. — Ренджи, стой! — голос Бри раздался из хаоса битвы. — Мы не должны спешить на стены! Воздух снова завибрировал, земля опять затряслась. Но в этот раз не из-за них. Это доносится со стороны западной стены, со стороны полка Дикой Орлицы? Нет, голоса не человеческие. Орки издали свой боевой клич. Их голоса звучали как один, сотрясая землю и небеса. Это доносилось со стороны… — Главные врата!?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11: Воины Границы

Его звали Энтони Джастин. Он был достойным и честным Воином первой бригады Пограничных Войск, полк Воинов. Он не заурядный боец, а очень опытный и обладает мастерством. Энтони вел полк Воинов в атаку на главные врата крепости Капоморти в качестве капитана, поставив честь своего имени на выполнение своей части в операции Двухголовый Змей. И он, и его воины постоянно продвигались вперед с самого начала нападения. Естественно, наиболее подходящая позиция для навыков Воина и его телосложения — в авангарде. Таким образом, он вел прямо к внешней стене своих отважных людей во главе основных войск. Однако глубоко в сердце кое-что сильно возмущало его во всей этой ситуации: личность по имени Рен Вотерс. Бригадный генерал Рен Вотерс был трусливым стариком, который не мог и муху обидеть. В нем нет ничего от Паладина. Он родился на материке и был бесхребетным слабаком. Настоящий Паладин будет стоять во главе войск, будет рисковать своей собственной жизнью, чтобы защищать своих однополчан. На самом деле, у Паладинов, родившихся на границе, по крайней мере есть смелость, но эта грязная насмешка над Паладином, Вотерс, был другим. Он окружил себя сотней других Паладинов и несколькими Жрецами, чтобы защитить себя, встал в тылу основных войск, и после всего этого пытался выглядеть авторитетным настолько, насколько это возможно. Он был идиотом. Позорный, трусливый придурок, хуже мусора. Он был членом известного Дома Вотерсов, но не обладал ни одним из семейных качеств. Он должен просто умереть. Умереть и гнить в аду. Не смотря на то, что генерал Грэхем Ласентора был недоступен, потому что вел нападение на Цитадель Стилбоун, бригадный генерал Ян Латти должен был повести грозных, бесподобных солдат основных войск в атаку на Крепость Капоморти. Латти родился и вырос на границе и имел репутацию лучшего Воина. Вотерс должен был оставаться в Алтане, скрываясь за укреплениями города, словно недавно вылупившийся цыпленок. Все это время люди Энтони уничтожали наблюдательные посты и лагеря орков, храбро выдерживая потоки стрел, пока добирались до стен. И даже сейчас они пытались пробиться через главные врата с таранами, в то время как Вотерс абсолютно ничему не способствовал. Все, что он сделал, так это крикнул приказ «Вперед!» в самом начале, вот и все. Даже шестилетний пацан смог бы сделать это. Пограничные войска Алтаны состоят, в основном, из местных солдат. Они прочные и выносливые, гордятся своими родными корнями, и они презирают бесхребетных, трусливых солдат материка. Солдаты с материка говорят высокопарно и всегда скоры на хвастовство, но они не могут совладать с мечом, чтобы спасти свои жизни. Они были так ничтожны, что заслуживали все презрение и желчь, направленную на них. На самом деле, когда объявили, что Рен Вотерс назначен командиром фронта Капоморти, мораль людей упала. Назначение на Капоморти — это как посыпать соль на рану. Все знали, что Стилбоун был главной целью, и никто не хотел оставаться на атаку Капоморти, где победа обеспечена. Как солдаты, они сделают свою работу и захватят крепость… но когда они победят, это станет еще одним пером на кепке Рена Вотерса. И победа была единственным ожидаемым результатом. К черту Рена Вотерса. Пусть он горит в аду. Это все сила влияния семьи; тут ничего не нужно объяснять, потому что Вотерс наверняка получил свою должность не по заслугам! Вотерс ничего не сделал, чтобы подняться по карьерной лестнице, его просто повысили. Вот так все работало. Генералу Грэхему Ласенторе, неофициальному символу Пограничных Войск, будет в этом году сорок шесть лет. Он все еще молод, но ходили серьезные слухи, что за его военной службой также следили с материка. Ему предлагали должность высшего генерала не меньше трех раз, но он всегда отказывался. Однако все верили, что в конечном итоге его просто собираются переправить на материк. Также ходили слухи, что Рен Вотерс собирался занять должность Ласенторы, когда тот уйдет. Три бригадных генерала служили Ласенторе. Бригадный генерал Ян Латти, дерьмоголовый Рен Вотерс и бригадный генерал Джоруд Хорн, который постоянно находился на стророне Ласенторы. Логично было бы, чтобы преемником Ласенторы стал Хорн, но реальность такова, что дружба Ласенторы и Хорна очень близка. Если Ласентора отправится на материк, то есть большая вероятность, что Хорн отправиться за ним. В таком случае, следующим в очереди будет Ян Латти. Навыки и способности у него, без сомнения, на голову и плечи выше Вотерса, но дерьмоголовый Вотерс должно быть уже использовал силу и влияние семьи, чтобы титул генерала достался ему. Это определенно возможно. С другой стороны, дерьмоголовый остается дерьмоголовым, поэтому он хотел вернуться на цивилизованный материк. Хорошо. Поспеши. Дерьмоголовый должен вернуться в мир дерьмоголовых, которому он принадлежит. Энтони никогда не видел материк, лежащий с другой стороны от гор Тенрю. Хотя он представлял себе, что эти земли наполнены десятками, даже сотнями людских городов. Его сельскохозяйственные земли растянуты так далеко, насколько могли видеть глаза, где домашний скот неторопливо бродит в открытых полях. Дикие племена на юге остались непокоренными и непобежденными авторитетом Королевства Аравакии, но они не являлись серьезной угрозой. Конфликты случались нечасто, и смерть солдат королевства в битве была большой редкостью. На самом деле дикие племена слишком сильно заняты битвами между собой. Иногда Королевство Аравакии вмешивалось, чтобы урегулировать споры племен. Это как если бы Аравакия была сострадательным отцом, а дикие племена — ссорящимися сыновьями. Промышленность хорошо развита, люди любили искусство и развлечения, и они наслаждались благосклонностью Бога Света, Люминоса. Общество наполнено счастьем и благополучием. Алтана и материк имеют общую валюту (деньги чеканили на материке), но то, что стоило один золотой на границе, стоило как десять серебряников на материке. Материк настолько высокоразвит, что абсолютно все доступно на рынках. Даже бедняки могут с легкостью приобрести еду и одежду попрошайничеством, и даже самые жалкие нищие материка живут лучше, чем солдаты на границе. Дерьмоголовые. Они все, черт возьми, дерьмоголовые. Кто-нибудь из дерьмоголовых с материка думает о том, что делает возможным их дальнейшую дерьмоголовую жизнь? Кровь таких солдат, как Энтони, здесь, на границе, вот что. Если бы Алтана пала, то это все лишь вопрос времени, прежде чем будут обнаружены туннели земляных драконов, проходящие под Горами Тенрю. Толпы орков и нежити вторгнутся через них. Не смотря на то, что полноценного вторжения никогда не было, такая угроза всегда остается. Материк построил свое богатство и процветание на трупах таких людей, как Энтони. Это как построить фундамент замка на зыбучих песках. Так что неважно, как могут быть велики и прекрасны истории об этом месте, неважно, какой там рай, материк остается воняющей кучей дерьма. Честно говоря, Энтони предпочел бы вторгнуться на материк и разграбить их богатства, чем сражаться здесь с орками и нежитью. В конце концов, у него было на это право. Он защищал их богатство, выполняя свой долг. И потому что он делал свою работу, они могут продолжать накапливать богатство. Они обязаны своим процветанием Энтони и другим солдатам, находящими здесь, и это не преувеличение, когда Энтони сказал, что богатство всех жителей материка принадлежит им. Но, конечно, Энтони не сделает ничего подобного. Это не только непрактично, но у него есть солдатская гордость. Столько, сколько он любил вино, женщин и изобилие еды, он знал, что дом настоящего мужчины — поле боя. Настоящие мужчины сражаются здесь, на границе. — Умри, Рен Вотерс! — крикнул Энтони, издавая свой боевой клич. Люди у тарана откликнулись как один, объединив свою мощь, пока усмехались и отвечали криками «Провались в ад, Рен Вотерс!» или «Умри, дерьмоголовый Вотерс!» Если Вотерс услышит их со своей позиции в тылу, то потом возникнут проблемы. Но Энтони было на это наплевать. Они сделают свою работу, потому что это их солдатский долг. На кону их воинская гордость. — Три, два, один, ВЗЯЛИ! — крикнул Энтони, махнув мечом. — Три… Оглушительный рев гнева расколол воздух. Чертовы орки! Они прыгали со стен прямо в самое пекло. Южная стена в высоту больше 7,5 метров. Это НЕ незначительное расстояние до земли. Но орки бесстрашны; они без колебаний прыгали со стен, давя солдат, к несчастью оказавшихся вблизи от приземления орков. Эти дерьмоголовые солдаты материка постоянно недооценивают орков и другие вражеские расы, но Энтони родился и вырос на границе. У него не имелось такой плохой привычки. Он опасался смелости и дерзости орков; они не равны как по физической силе, так и по стойкости. Десять — нет, скорее двадцать — человек впереди построения, кто не ожидал атаки сверху, внезапно повалились вниз. На самом деле, не вниз, а назад; их отправили в полет прямо на своих товарищей вглубь построения. Это произошло в одно мгновение. Люди у тарана были мертвы, пока они стояли с отвисшей челюстью от неожиданного угла атаки. Они все были ветеранами, и не склонны к беспечности, но все же с легкостью погибли. Энтони отказывался снова дать оркам возможность удивить их. Главные врата все еще были закрыты, поэтому орки, которые спрыгнули вниз, не отступали. У них нет выбора, кроме как идти вперед. Они — отряд самоубийц, в котором погибнут все до последнего орка. Орки, буквально, смертельно отчаялись. Если подумать, Алтана напала, потому что победа была гарантирована. Их ждет успех, потому что провал просто немыслим. Все знали этот факт. Но орки никогда не думали, что умрут таким образом. Их воля к борьбе совершенно иная и довольно высока. — Спокойно, люди! Спокойно! — приказал Энтони. Он вступил в бой с орком поблизости, скрестив клинки и ожидая возможности использовать [Spiral Slash]. Однако орк видел его насквозь. Он наклонился, не сдаваясь ни на сантиметр, затем отпрыгнул из радиуса атаки. — Окружить их! Нас больше, поэтому окружаем их сейчас же! — прокричал Энтони. В то время как его люди сразу же подчинялись приказам, большинство других колебались, глядя в недоумении. Они встали в ступор от нерешительности, не способные двигаться, даже если захотят. Стрелы снова появились сверху. Неразбериха в рядах углубилась и распространилась. — Сейчас мы должны отступать! — крикнул солдат.- Не будь дураком! — сердито воскликнул Энтони, в то же время отбиваясь от удара орка. — На кону наша воинская гордость! Это вина дерьмоголового Рена Вотерса, но у нас нет выбора, кроме как прикрывать его извиняющуюся задницу! Подъем, Воины Границы! За мной! За мной! Мы прорвемся через эти врата!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12: После

Что-то явно было не так у южной стены, рядом с главными вратами. Что случилось? У Харухиро было плохое предчувствие насчет этого. На самом деле, у него только и было плохое предчувствие. Конечно, это означало проблемы… Тем не менее, нападение полка Зеленой Бури на восточную стену продолжалось. Орки сражались консервативно, сосредоточившись на обороне. Если в ближайшее время они не очистят стену, дождь из стрел, опускающийся на них, не закончится никогда. — Сначала мы возьмем под контроль парапет! — Бри поднял меч, указывая на вершину стены. Он не нес щит. Они как-то смогли доставить все четыре лестницы до места, и никто из команды Харухиро и группы Чоко не пострадал. Харухиро стоял близко к стене, подняв над головой щит, чтобы укрыться от потока стрел. Он не мог видеть то, что происходило над ним, поэтому он понятия не имел, что там происходит. Но он предполагал, что Ренджи первым забрался туда и устроил ад. Благодаря этому, количество стрел заметно сокращалось. Как только Харухиро глубоко вздохнул от облегчения, кто-то грубо схватил его за загривок и закричал. — Эй! Хватит прятаться, Парупиро! Мы тоже идем! Ранта. Всегда этот глупый Ранта. От его хватки было больно, поэтому Харухиро отбросил руку Ранты, чтобы тот отпустил. — Меня не так зовут, — огрызнулся Харухиро. — И куда идем? — Наверх, на стену, куда еще? — крикнул Ранта. — Нет, постой… — «Постой, постой», иди к черту! — ответил Ранта. — ВПЕРЕД! В этот раз, в попытке потащить его на лестницу, Ранта схватил Харухиро за ухо. Харухиро хотел, чтобы этот парень прекратил свои выходки и почувствовал, что действительно разозлился. Он сделал Ранте подножку. — Какого...!? — Ранта сразу же поднялся на ноги, несмотря на то, что ударился о землю. — Ублюдок! — Воу! — воскликнул Харухиро, когда Ранта сжал свою руку в кулак и поднял ее. — Ты действительно собираешься начать кулачный бой в такое время!? — Время не имеет значения! — закричал Ранта. — Конечно имеет! О чем ты, черт возьми, думаешь!? — Я не тот, кто подчиняется законам здравого смысла! На самом деле, я устрою революцию логическому мышлению! — И пока ты делаешь свою революционную бессмыслицу, все уже на стене! — отметил Харухиро. — ЧТО!? — крикнул Ранта. — Серьезно!? Даже команда Чоко построилась рядом с лестницей, готовая начать подъем. Харухиро воспринял это как знак того, что им, наверно, тоже следует пойти туда. — П-пойдем тоже! — сказал Могзо, его слова, наконец, подтолкнули Харухиро к действию. — Ладно! Я и Могзо идем первыми! — приказал Харухиро. — Остальные за нами! — Хватит быть придурком! — выплюнул Ранта, подрезав Харухиро и начав карабкаться по лестнице. — Сначала я! — Ладно, без разницы! — крикнул ему вдогонку Харухиро. Он снова повесил свой щит за спину и последовал наверх за Рантой, Юме находилась сразу позади него. Могзо и Мэри воспользовались другой лестницей, а Шихору была позади них. Стрелы орков перестали появляться некоторое время назад. На вершине стены орки и люди смешались в хаотический беспорядок, но, похоже, Зеленая Буря побеждала. На парапете рядом с ними больше не оставалось орков. Харухиро смог увидеть лестницу, ведущую вниз за стену, недалеко от северо-восточного угла. Орки собрались рядом с ним, сражаясь с людьми, чтобы не пропустить их на лестницу, в то время как люди, сплотившиеся вокруг Ренджи и его команды, беспощадно нападали. — Вперед, Ренджи!! — крикнул Ранта. Не то, чтобы от крика ободрения Ранты была какая-нибудь разница, но в следующее мгновение, Ренджи быстро прикончил орка с одного удара и злобно пнул другого, отправив того в полет. От этого линия обороны орков полностью сломалась, сопровождаясь громовым «Ура!» от всех запасников. — Сейчас! Бежим к лестнице! — скомандовал Бри. Ренджи и Рон первыми добрались туда. Орки столпились плечом к плечу, отчаянно пытаясь предотвратить спуск людей. Как, черт побери, эти двое разберутся с этим? задумался Харухиро. По-видимому, протаранив их. — Ну же! Толкай! — крикнул Рон. Не может быть… этот парень совсем сумасшедший? Остальная часть команды Ренджи и другие запасники немедленно подчинились, проталкивая всем своим весом Ренджи и Рона. Все толкали изо всех сил. Какого черта… их толкают прямо на смерть. И между орками и запасниками, Ренджи и Рон превратятся в блины, потому что орки тоже толкают со всей силой. Ренджи и остальные запасники толкали сверху, в то время как орки толкали снизу. Преимущество было на стороне людей, тем более что Ренджи перехватил инициативу и сразу бросился туда. Орки падали как домино. Но что насчет Ренджи и Рона? Там! Они все еще стоят, топча и пиная орка за орком вниз по лестнице, даже когда они начали свой спуск. — Черт возьми! — сказал Ранта. — Ренджи невероятен! Харухиро признал, что он разделяет это мнение. Ренджи невероятен. Харухиро с трудом мог поверить, что они прибыли в одно и то же время. Харухиро и его команда не могли даже сравниться с ним, и если бы попытались, то почувствовали бы себя еще большими неудачниками. Отчасти Харухиро почувствовал немного гордости, когда он подумал, что они прибыли вместе. Все будут гордиться, что они в той же группе, что и Ренджи. Или, может быть, нет. Это тоже по-своему жалко. Но Ренджи… он удивительный. Он такой крутой. Харухиро уже точно знал, как невероятен Ренджи, но это не мешало ему снова подумать об этом сейчас. Ренджи сделан из другого теста. Пропасть между ним и остальными такая широкая, что Харухиро мог только посмеяться. — Не уходите слишком далеко! — предупредил Бри с вершины парапета. — Основные войска еще не прорвались! Внезапно залп стрел полетел в Бри с одной из сторожевых башен главной крепости. Бри своим мечом почти лениво отразил летящие в него стрелы, даже не посмотрев в ту сторону. Но в то время как Бри оставался невредимым, другим запасникам повезло меньше. Некоторые упали на колени, получив рану. — Мы не можем оставаться здесь! — сказал Харухиро достаточно громко, чтобы члены группы Чоко, стоящие с широкими глазами и отвисшей челюстью, услышали. — Наверно внизу безопаснее! Идем! — Не нужно говорить мне, идиот! Ранта. Всегда глупый Ранта. Он всегда отвечает ненужной чушью. На самом деле, все его существование было ненужным. Нет, нет.. успокойся, оставь это… Тренировка выносливости, вот что представлял собой Ранта. Ужасную, адскую, чудовищную тренировку выносливости. Сторожевые башни созданы для обороны. Там были узкие окна, похожие на щели, из которых стреляли орки-лучники. Запасники не видели орков, поэтому им сложно было даже решить, когда они стреляют. Как только Харухиро и остальные направились к лестнице, в них полетели стрелы. Орки намеренно целились в любого, кто пытался подобраться к лестнице. — Щиты! — Харухиро быстро достал щит из-за спины и поднял его перед собой. Однако никто не последовал его примеру. — Ребята, где ваши щиты!? — Эм… — Юме колебалась. — Юме подумала, что нам они больше не нужны, поэтому Юме оставила его под стеной. Он такой тяжелый! — Я тоже, — призналась Шихору. — Д-да, я тоже, — сказал Могзо. — Тоже, — сказал Ранта. — Я тоже, — сказал Мэри. — Даже ты, Мэри? — раздраженно вздохнул Харухиро. Оглядевшись, Харухиро заметил, что он в меньшинстве. Все в группе Чоко и почти все остальные запасники больше не несли с собой щит. Может быть потому, что Харухиро был скопидом * , поэтому он инстинктивно взял его с собой. Но одного щита будет недостаточно… Внезапно, у него появилась идея. — Используем те, что бросили орки! — сказал Харухиро. Полк Зеленой Бури убил не так много орков в гарнизоне, но немало тел орков валялись вокруг. Трупы лежали вместе с экипировкой: доспех, мечи и щиты. Покрытые мехом щиты, сделанные кланом Зесшу. — Возьмем все, что можем! — заявил Ранта, когда поднимал щит орка. Запасники вокруг них последовали примеру. Все держали щиты между собой и сторожевыми башнями, пока они бежали к лестнице. Стрелы попадали в щит Харухиро одна за другой, но ни одна не попала прямо в него; щит выполнял свою работу. Они проделали часть пути вниз по лестнице, прежде чем были вынуждены остановиться, не в силах продвинуться дальше. Чтобы попасть внутрь крепости, они должны подняться по другой лестнице, внешней, ведущей на крышу. Внешняя лестница находилась в верхней половине юго-восточного угла крепости, что означало, что те, кто пройдет через основной вход, вынуждены будут обойти всю крепость, прежде чем смогут добраться до лестницы. Но она расположена близко к месту нападения полка Зеленой Бури. Ренджи и его команда уже направлялись туда, но орки вылезали из крепости отовсюду. Их огромная численность почти полностью остановила продвижение даже команды Ренджи. — Чем дальше, тем лучше! — сказал Бри, отражая стрелу за стрелой своим клинком. — Держитесь, и остальные точно скоро придут! Это действительно правда? задумался Харухиро. — О-хо! Тут проблемы! — крикнул Бри. Харухиро моргнул от удивления. Огромная группа орков неслась к ним со стороны задних врат, с севера. Основные войска атаковали со стороны южных врат, в то время как полк Дикой Орлицы напал на западную стену, но орки, занимающие северную стену, оставались нетронутыми. Известие о том, что люди прорвались через восточную стену, добрались до них, и теперь они отправили подкрепление своим собратьям. — Черт! Команда Ренджи будет зажата между ними! — крикнул кто-то. — Все, кто может, атакуйте подкрепление! — быстро приказал Бри, и группы Кримсон Мун мгновенно отреагировали, поспешив навстречу оркам с северной стены. Или, по крайней мере, попытались. Но двигаться в разгаре боя не так просто. Даже если они хотят встретить подкрепление орков, идущее с северной стены, большая часть полка оказалась зажата между лестницей на стену и внешней лестницей на крышу крепости, и не могли переместиться, даже если бы хотели. — Мы тоже идем! — сказал лидер группы Чоко, бросившись вниз по лестнице со стены. Другие члены группы с недоуменными лицами растерянно последовали за ним. — Нет, стойте..! — крикнул Харухиро. Он не знал, охватил ли группу Чоко азарт или что, но это было слишком безрассудно. Больше двадцати орков шли со стороны северных врат. Группа новичков, таких как они, не сможет справиться с орками. Харухиро хотел бы, чтобы они использовали свои мозги и посчитали свои шансы. Хотя слишком поздно, они уже ушли. — Мы просто будем стоять здесь!? — спросил Ранта насмешливым тоном. Харухиро колебался несколько секунд. Черт! Он не мог просто позволить Чоко нестись к смерти. — Вперед! — решил Харухиро. Харухиро прыгнул на землю, и у него даже не оказалось времени восстановить равновесие, прежде чем его атаковал орк. Жестокость орков немыслима. За долю секунды несколько запасников вокруг них упали без чувств. Наверняка мертвы. В следующий момент, орки прорвались через фронтовые линии. Трое орков направились прямо к группе Чоко. Лидер и двое воинов взяли на себя по орку, но было ясно, что они из разных лиг. Придурковатый Воин почти сразу встал в оборону, в то время как другого Воина свалили на спину, прежде чем он смог что-либо сделать. Лидера тоже оттеснял его противник, и это только вопрос времени, прежде чем его прикончат. Затем их Жрец бросился вперед и попытался ударить одного из орков своим коротким посохом. Харухиро уже знал, что атака будет безрезультатной. Разница в силе слишком велика. Чоко и другая девушка, Маг, с трудом держались против другого орка, пытаясь скрыться. О чем, черт возьми, они думают!? Они будто бы кричат оркам «пожалуйста, прикончите нас первыми». Конечно, орки не упустили это окно. Один из них двинулся, чтобы исполнить их очевидное желание умереть. Харухиро хотел им помочь, но он находился слишком далеко. — Оом рел ект прам дас! Шихору. Она вмешалась, когда Харухиро не мог. Черный, похожий на морские водоросли, теневой элементаль вылетел из кончика ее посоха по спирали. Он попал прямо в лицо орка, который чуть не превратил Чоко и ее подругу в два кровавых пятна. Затем элементаль сжался и начал просачиваться в нос и рот орка. Эффект оказался мгновенным, когда лицо орка внезапно стало пустым. Некоторым заклинаниям, таким как [Phantom Sleep], легко сопротивляться, если цель начеку и уже готова, но [Shadow Complex] немного сильнее. Орк был полностью пойман врасплох заклинанием Шихору, поэтому оно оказалось еще более эффективным. [Shadow Complex] в первую очередь вводит жертву в ступор, затем все ее тело начинает трястись, и, наконец, она теряет способность мыслить рационально. — [Anger Thrust]! — Ранта прыгнул вперед, атаковав орка до того как тот дошел до третьей стадии. Кончик его меча целился в основание горла орка. Харухиро сам хотел совершить решающий удар, но Ранта опередил его. Это раздражало, но он отмахнулся от этого. Вместо этого, он встал позади орка, который оттеснял придурковатого Воина к стене, откуда Воин не сможет никуда сбежать. Ранее он сбросил щит. Конечно, в этот раз линия снова не появилась. Эти орки отличались от тех, которые находились в лагерях снаружи. Эти экипированы в красный кольчато-пластинчатый доспех, на котором не было сзади щелей. Он был слишком толст, чтобы кинжал смог через него пройти. Вместо [Backstab], он двинулся, чтобы взять орка в захват. Затем, обхватив своими руками горло орка со спины, он воткнул свой клинок в щель между шлемом и нагрудником. Вскоре его кинжал прошел через трахею и артерии орка, после чего Харухиро спрыгнул с него. Затем придурковатый Воин опустил свой длинный меч на уже полумертвого орка. Этот парень довольно высок, и у него есть время поднять свой меч высоко над головой, поэтому в его атаке была такая сила. Орк упал, но Воин не прекращал бить его, пока тот полностью не перестал двигаться. — С-спасибо… — сказал он Харухиро, совершенно измотанно и задыхаясь. Вместо ответа, Харухиро оценил ситуацию вокруг него. Другой орк снова направился на Чоко. — Чоко! За тобой! — крикнул он. Чоко отпрыгнула в сторону, и взмах орка промазал на пару сантиметров. Он взревел от ярости или досады, повернулся к Харухиро и бросился к нему. Харухиро знал, что он не сможет прикончить орка в прямом бою. Это просто невозможно. Поэтому он собрался с мыслями и встал в защиту, сосредоточившись исключительно на движениях орка. В руках тот держал саблю. Харухиро помнил, что это оружие называлось Гхари. Меч начал опускать слева сверху. Харухиро отразил его с помощью [Swat], используя запястья, чтобы перенаправить удар. Следующая атака справа сверху; [Swat]. [Swat], [Swat], [Swat]. Атаки орка были сильными и быстрыми. Если он облажается хоть немного, бой будет окончен. Если орк решит изменить время атаки, чтобы проверить защиту Харухиро с помощью неожиданной атаки, тогда он точно сможет ввести Харухиро в заблуждение. Но он оказался слишком нетерпелив для этого. Хорошо. Он высоко поднял меч, собираясь пробиться через защиту Харухиро следующим ударом. В этот раз [Swat] не сработает. Орк вложил слишком много силы в атаку. Вместо того чтобы отразить, он позволил Гхари орка проскользить по тупой задней части его кинжала. Это больше похоже на мягкое парирование, чем на тяжелое отражение. В том же движении, он схватил руку орка — комбинация [Swat] переходящий в [Arrest]. Учитель Барбара вбила в него это движение за два дня. Он практиковал это движение против нее, что практически означало реальный бой в течение двух дней. Однако рука орка не согнулась, чтобы позволить ему закончить технику. Она оказалась слишком жилистой, слишком толстой. Поэтому через долю секунды Харухиро решил заблокировать его локоть на месте, а затем поставил ему подножку. Орк среагировал мгновенно. Вместо того чтобы позволить Харухиро уронить себя, он сам упал, используя дополнительный импульс, чтобы перейти в перекат, затем плавно вскочил на ноги. И в тот же миг… — СПАСИБО! Могзо прыгнул прямо к нему со своим фатальным [Rage Cleave], идущим сверху. Он целился по макушке орка. У орка не было времени для восстановления. Удар расколок шлем орка и голову под ним пополам, до самого центра. Боже, Могзо… — С-спасибо… — прошептала Чоко, уставившись на него широкими глазами, положив руки на груди. Она смотрела на него в наполовину ошеломленном состоянии. — Нет проб… У Харухиро не было шанса закончить свой ответ. Он быстро схватил Чоко за руку и притянул к себе. Приближался другой орк. Могзо снова вмешался, перехватив орка, словно по маслу. Катастрофа пока что предотвращена, но совершенно непреднамеренно Харухиро теперь обнимал Чоко. Он быстро отпустил ее, шагнув назад. — П-прости… — сказала он. — Хиро, не нужно извиняться, — ответила Чоко. — Ты только что спас меня. — Да, но… — начал Харухиро.. — Эм, может быть после! Может быть после? подумал про себя Харухиро. Что он будет делать после? Он понятия не имел, но прямо сейчас он был слишком занят, чтобы раздумывать об этом. — ХАХА! — громко засмеялся Ранта. — У Могзо уже два орка на счету! Это для тебя, мой деловой партнер! Ранта решительно использовал [Propel Leap], чтобы привлечь внимание одного из орков на себя. Могзо яростно и неустанно атаковал. Шихору сосредоточилась на орках подальше, не позволяя им приближаться с помощью своей магии. Мэри оставалась поблизости к Шихору, охраняя ее на тот случай, если подойдут орки. Шихору находилась в надежных руках Мэри. Харухиро взглянул на Юме. Все, что им нужно, так это сражаться, как обычно: поддерживать Могзо и Ранту, и пытаться прикончить врагов как можно быстрее. — ХАРУХИИИИИИРО! — Ранта отпрыгнул назад, используя [Propel Leap]. — Что между тобой и той девчонкой!? — У тебя действительно есть время спрашивать меня об этом!? — ответил Харухиро. — У меня есть все время… ВОУ! — вскрикнул Ранта, когда его снова атаковали. — Да, конечно! — усмехнулся Харухиро. — Заткнись, тупой Харухиро! — Ранта издал горловой крик на орка, с которым он сражался. — [Expel Frenzy]! В тот момент, когда он скрестил клинки с орком, он попытался оттеснить его и отпрыгнуть назад, но он не смог набрать достаточное расстояние между собой и противником. Тем временем, Могзо уже сражался против двух орков одновременно. Когда Харухиро проверял в последний раз, там был только один орк. Юме пыталась отвлечь внимание одного орка от Могзо, но это было слишком проблематично. По крайней мере, у Харухиро был навык [Swat]: он лучше чем Юме подходил для того, чтобы взять на себя одного орка. Взглянув в сторону Шихору, он увидел Мэри, взмахнувшую своим посохом в сторону приближающегося орка, пытаясь отогнать его. У этих двоих тоже были проблемы. Их превосходят. Не паниковать, не паниковать, не паниковать! сказал он себе. Они сражались не в одиночку. Другие члены Кримсон Мун тоже здесь. Им не нужно убивать орков, только сдерживать их. Но с орками это не так просто, как звучит. Харухиро пытался взять себя в руки, чтобы успокоиться. Черт, он был в ужасе. Мэри и Шихору. В первую очередь он должен позаботиться о них. Они в приоритете. Нет, стоп, не так. В первую очередь, он должен… Пронзительный боевой клич разрезал воздух. Какого черта? Чей это голос?! Он не принадлежал оркам, это точно. Человек. Женщина. — Они здесь! — Бри прыгнул в воздух со своей позиции на вершине парапета. Движение орков со стороны северной стены заметно замедлилось. Нет, не просто замедлилось, они просто в замешательстве. Что-то доносилось позади них, хор бешеных криков. — Подкрепление здесь! — Бри послал воздушный поцелуй в сторону новоприбывших. — Полк Дикой Орлицы! КАДЗИКО, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!

↑ человек, одержимый бережливостью, накопительством

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13: Наша ошибка

После этого все события развивались в одну сторону. Орки с северной стены оказались зажаты между полком Зеленой Бури и полком Дикой Орлицы, их численность неуклонно снижалась. Сколько времени потребуется запасникам, чтобы избавиться от всех орков? Харухиро не знал, но это не заняло много времени. Максимум одна или две минуты. Двадцать с небольшим орков, наверно, даже не знали, кто по ним ударил, прежде чем умереть. Они были врагами, поэтому Харухиро не чувствовал к ним жалости, но все же… это ужасная бойня. Он думал, что привык к зловонию крови и трупов, но ничто не могло приготовить его к подавляющему смраду сцены прямо перед ним. Кадзико и ее Вайлд Энжелс пронеслись мимо группы Харухиро. Белые перья, украшавшие их шарфы, шлемы, шляпы и банданы, были забрызганы кровью. — Черт, они выглядят ГОРЯЧИМИ! — воскликнул Ранта. — Бриттани! — сердитый крик Кадзико раздался над битвой. — Что происходит у главных врат!? Командир Бри, все еще стоящий на вершине парапета восточной стены, покачал головой. — Они все еще не прорвались! Я не вижу их здесь, но, похоже, что у них тяжелые времена! — Тогда мы сами захватим крепость! — Кадзико подняла обе руки, чтобы привлечь внимание запасников. — Слушайте все! Войска получат сотню золотых за голову Хранителя, Зорана Зесшу! Пятьдесят за голову орка-шамана Аваила, убившего нескольких солдат основных войск и запасников Кримсон Мун! — Что? Сотня!? — крикнул кто-то. — Десять тысяч серебряников!? — недоверчиво крикнул другой. — Не может быть! Сотня золотых!? — крикнул третий. — ПЯТЬДЕСЯТ золотых!? — еще один. — Сто пятьдесят золотых!? Серьезно!? — крикнул кто-то еще. Когда они услышали о невероятной сумме награды, большинство запасников в обоих полках замерли на месте, будто бы их облили холодной водой. И тут же, когда все отвлеклись, поток новых стрел со сторожевых башен снова опустился на них. В некоторых запасников попали, и они свалились. Придурковатый Воин из группы Чоко был среди них, получив стрелу в плечо. Их Жрец начал немедленно лечить его. — Щ-щиты! — Харухиро торопливо подобрал с земли щит орка. Однако другие запасники больше не беспокоились о стрелах орков. Сейчас они сосредоточились на чем-то совершенно другом. Добраться до внешней лестницы. Ворваться в крепость. Убить Хранителя. Убить шамана. Пятьдесят золотых. Сотня золотых. Сто пятьдесят золотых. Никто не мог думать сейчас о чем-то другом. Даже Харухиро соблазнился обещанием такой большой награды. Он даже не мог представить такой большой суммы. Оглушительный боевой клич, который Харухиро слышал раньше над шумом боя. Он принадлежал Рону. — Мы ворвемся в крепость первыми! Никто не победит нас! Во время боя на лестнице, на некоторое время у восточной стены до сих пор был тупик, но внезапно линия обороны врага разрушилась и запасники прорвались. Невозможно было отличить членов полка Зеленой Бури и Дикой Орлицы: все, как один, устремились вперед к внешней лестнице. Поток стрел обрушился из окон сторожевой башни, но этого было недостаточно, чтобы остановить волну запасников. Отдельные запасники исчезли в потоке, и никто не мог оставаться на месте. Харухиро тоже оказался подхвачен и унесен потоком. Он знал только то, что его товарищи по-прежнему с ним. — Я иду к главным вратам, чтобы посмотреть, что там происходит! — крикнул Бри. — Кадзико, ты командуешь тут! — Битва закончится к тому времени, когда ты вернешься! — откликнулась Кадзико. — Не увлекайтесь! — предупредил Бри. — Сейчас все вы большие дети, так что ведите себя соответствующе! — Скажи это бесполезным основным войскам! — сказала Кадзико. — Я сама заберу награду! — Без разницы! — сказал с раздражением Бри. — Просто не пытайся откусить больше, чем можешь прожевать! Бри исчез. Харухиро понятия не имел, куда он пошел — наверно прямо к главным вратам. Это не имеет значения. Он не беспокоился. Бри мог идти куда угодно, а Харухиро направлялся к внешней лестнице. На самом деле, он уже был там, но весь район вокруг входа был настолько заполнен людьми, что он не думал, что сможет как-то пройти. Он все еще двигался вперед, пока люди спереди неуклонно поднимались по лестнице. На самом деле, подъем по лестнице проходил довольно быстро. Прежде чем он это понял, Харухиро оказался на крыше крепости. Воу! Какого черта!? Стрелы. По углам крепости находились три сторожевые башни, и стрелы летели со всех трех. Каскад стрел орков. Ливень этих чертовых штук. Харухиро с трудом удалось поднять щит вовремя. Несколько стрел попали в его щит, прежде чем он смог преодолеть расстояние до входа в крепость. Он держал щит , пока поток запасников за ним толкал его внутрь. Что насчет других? Могзо? Здесь. Ранта? Все еще здесь. Юме, Шихору, Мэри: здесь, здесь, здесь. Он даже подумал, что где-то заметил Чоко. Проход в крепость был так забит, что он понятия не имел, что происходит. Вместо того, чтобы попытаться сражаться с ним, он позволил потоку толкать себя. Быстро по коридору, вниз по лестнице, с третьего этажа на второй, затем на первый. Потолок крепости располагался очень высоко, и на полу было просторно. Будто бы это одна огромная комната без стен. Лестницы были поставлены по четырем углам, и Харухиро предположил, что сейчас они спускаются по юго-восточной. Он вспомнил, что лестницы на первом этаже — единственный путь к сторожевым башням. Таким образом, он предположил, что он может добраться до сторожевых башен по северо-западной, юго-западной и северо-восточной лестницам. Также здесь находились четыре двери, каждая их которых вела на внутренние стены сторожевых башен, и все они были выбиты. Это означало, что внутри сторожевых башен уже идут поиски? Харухиро вспомнил, что по пути через коридор и на спуске по лестнице, он наступил на несколько трупов орков. Однако ситуация на первом этаже крепости совершенно отличалась. Казалось, что до прихода Харухиро здесь была жестокая битва. Повсюду валялись тела более десятка орков, перемешанные с телами запасников. Некоторые запасники сидели в стороне, пока их лечили товарищи, а остальные… их не лечили. Другими словами — мертвы. — Ах… теперь посмотрим, кто сорвет джекпот, — сказала Кадзико. Похоже, Вайлд Энжелс занялись северо-западной башней, команда Ренджи — юго-западной башней. Остальные запасники поняли это и отправились в оставшуюся северо-восточную башню. — В какую мы пойдем!? — спросил Ранта, подняв забрало шлема и осмотрев каждую из трех башен. — Я голосую за северо-восточную! Мы не выиграем у Кадзико и Ренджи! — Нет, — сказал Харухиро. Он должен принять решение. Поэтому он решил, прежде чем появятся колебания, и он начнет рассматривать варианты глубже; это скорее инстинкты, чем знание. — Мы последуем за Ренджи, — объявил Харухиро. — Ты придурок!? — крикнул Ранта. — Если мы последуем за ним, то у нас не будет шанса получить награду! — Это имеет значение? У нас с самого начала не было шанса! — ответила Юме. — Глупая девчонка! — сказал Ранта. — Где твоя уверенность в себе? Шихору язвительно улыбнулась. — Человек, который заявляет, что у нас не будет шансов, если мы последуем за Ренджи, не имеет права говорить об уверенности в себе. — Да, хорошо, — сказал Ранта. — Наверно. Без разницы! Тогда пойдем и украдем его убийство! Могзо заставил себя засмеяться, в то время как Мэри холодно посмотрела на Ранту. — Трус. Ранта самодовольно ухмыльнулся. — Потрясающе! Для такого Рыцаря Страха, как я, это высший комплимент, который я получал! Вахахаха! О Тьма, О Бог порчи… [Dark Invention] * ! Черновато-пурпурное облако поднялось чуть выше головы Ранты. Облако начало вращаться как ураган, затем стало принимать форму. Он напоминал безголовое туловище человека с двумя дырками для глаз по центру груди, и широкой щелью в качестве рта. Демон, призываемый магией Рыцарей Страха. — Киихихихихи! Хиихихихи! Кихикихи! РАНТА УМРЕТ! — О, это не «УМРИ РАНТА» для разнообразия? Ты предсказываешь, что я сейчас умру, Зодиак!? — Иихихи… УБИТЬ РАНТУ… — Теперь ты говоришь, что меня убьют!? — Зодиак, лапу! — Юме потянула свою руку к демону, будто он собака. — УМРИ, ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ СВИНЬЯ, — сказал Зодиак, не смотря на то, что он послушно тронул протянутую руку Юме. — Воу! Хороший мальчик, Зодиак! Хороший мальчик! — сказала Юме. — Хотя некрасиво называть Юме свиньей… — Кихихи… ПРОСТИ… — Зодиак, какого черта!? — сказал Ранта. — Ты правда извиняешься? Зодиак ответил Ранте безучастным взглядом. Презирают даже свои прислужники, подумал Харухиро, пока размышлял, что будет делать группа Чоко. Наконец, он смог сказать им: — Я знаю, что это не мое дело, но ребята, не перестарайтесь! Он не знал, последуют ли они его совету или нет, но, похоже, что они не планировали сейчас уходить с первого этажа. Несколько других групп тоже остановились здесь. Этаж уже был очищен, поэтому тут безопасно. Да, для Чоко лучше остаться здесь. На самом деле, может и группе Харухиро стоит остаться. Почему они не остаются? Может потому, что они уже убили орка. Теперь они не девственники, и, может, от этого они чувствуют себя увереннее, чем обычно. Мораль была на высоте, и каждый хотел сделать что-то хорошее. Или может не в этом дело. По крайней мере Харухиро так не думал. Но обычный Харухиро остался бы здесь до завершения битвы. Так почему в этот раз он быстро принял решение? Может быть, он думал, что пока он остается поближе к Ренджи, то там не будет опасно? Да, наверно это одна из причин. Команда Ренджи сильна. Пока они остаются в тени Ренджи, они не подвергнутся опасности быть убитыми… скорее всего. Но не то, чтобы Харухиро собирался прятаться за Ренджи все время. Они помогут в бою, если будет возможность. Исходя из этого, наверняка будет что-то, что они смогут, скорее как слуги. Может быть, это было странно для Харухиро так думать, но часть его хотела помочь Ренджи. Даже если они не смогут сыграть решающую роль, находиться там не будет совершенно бесполезно. В конце концов, Харухиро хотел быть более полезным для Ренджи, чем любая другая группа вокруг, не смотря на то, что был риск попасть в неприятности. Если бы был только Харухиро, тогда бы он назвал бы себя идиотом и посмеялся над собой за такие мысли. Но он не один. Его товарищи были с ним. В одиночку Могзо очень сильный Воин. Ранта раздражает почти всем, но его уникальный способ использовать навыки делает его грозным бойцом. И что с того, что Юме легкомысленная? Это позволяет ей воспринимать все оптимистично. Личность Шихору непримечательна во всех отношениях, но она дальновидна и глубоко заботится о своих товарищах. И Мэри всегда здесь, когда она им нужна. Манато… мы хорошая команда. Мне жаль, что ты не здесь и не видишь, как далеко мы зашли. С этой командой, вместе с его товарищами, Харухиро хотел стремиться выше. Не нужно спешить или быть нетерпеливым, но Харухиро знал, что они должны подняться настолько высоко, насколько возможно. — Впереееееед! — Ранта бежал во главе их группы, когда они преследовали группу Ренджи. Не желая соревноваться с Ренджи, несколько запасников отправились в юго-западную сторожевую башню. Они поднимались по винтовой лестнице. — У Юме скоро закружится голова! — захихикала Юме. Харухиро мог слышать невероятно громкий шум, идущий сверху; звуки битвы. — Джекпот!? — поинтересовался Харухиро. Как только они добрались до конца лестницы, они столкнулись с группой из пяти запасников прижавшихся друг к другу. — Что вы делаете, ребята? — сердито спросил Ранта. — Мы не можем пойти дальше, даже если захотим, — сказал им кто-то, одетый как Воин. — Это слишком опасно! — Чертовы идиоты! Вы идете в бой, потому что это опасно! — Ранта взял демона в руку и толкнул вперед. — Зодиак! Иди туда и расскажи нам, что происходит! — Я не хочу! Я не хочу, не хочу, не хочу! Киихишишишии! — Какого черта, Зодиак!? Почему!? — закричал Ранта. Харухиро цокнул на Ранту: — Забудь об этом. Я посмотрю! Тебе не нужно жертвовать бедным Зодиаком… — Заткнись, Харухиро! Он мой демон, и я буду делать с ним все, что захочу! — Т-т-т-твой? Нахаха, тупоголовый! УМРИ! Ихихихи… — Если я умру, ты тоже исчезнешь! Этого ты хочешь!? ДА!? — Иииихихихи! УМРИ, РАНТА! Я хочу! Хочу, хочу, хочу! Хихихихиии! — Какого… Харухиро оттолкнул Ранту в сторону, прежде чем тот смог что-то сказать. Другие группы Кримсон Мун ушли с их пути, и он высунул голову из-за ступеньки, чтобы посмотреть. — Воу… — прошептал он в недоумении. «Опасно» совсем не подходит, чтобы описать ситуацию. Круглая комната на вершине башни имела довольно высокий потолок, и там было очень просторно, как и ожидал Харухиро. Он насчитал десять орков, разбросанных по комнате, и в центре дикой активности он увидел Рона и Ренджи. Похоже, что бой идет в их пользу, но верно обратное для Чиби, Сассы и Адачи. Их постоянно оттесняли к стене. Чиби яростно размахивала своим посохом по кругу, по-видимому, пытаясь защитить Сассу и Адачи. Группа Ренджи была единственными людьми в комнате, и им удалось прикончить пока только одного орка. Харухиро спустился обратно по лестнице. — Ситуация плохая, — сообщил он. — Ренджи и Рон в порядке, но Чиби и другие… Они должны пойти туда и помочь, но это возможно? Команда Харухиро спасет команду Ренджи, когда даже Ренджи не мог? Это наверно какая-то шутка. Но Ренджи в очень плохой ситуации. Пятеро против десяти. Команда Ренджи, возможно, супер-люди, но даже они не могут справиться с этим. Не против таких врагов, как орки. Если группа Харухиро пойдет, они хотя бы сравняются численно. В первую очередь они должны помочь группе Чиби. Ренджи и Рон сейчас могут справиться самостоятельно. И если группа Харухиро освободит других членов группы Ренджи, тогда для Ренджи и Рона бой тоже станет проще. — Могзо, иди впереди и сразу направо! — приказал Харухиро. — Защити группу Чиби! Я и Ранта будем сразу позади тебя! Юме, Шихору, Мэри — действуйте по своему усмотрению, исходя из ситуации! Могзо бросился с боевым кличем. — К черту это! Будто бы нянчимся с детьми! — сказал Ранта, следуя за ним. — Почему бы тебе не сказать это в лицо Ренджи? — ответил Харухиро. — Ни за что! Ты что, придурок!? — Смотрите, кто заговорил! Вперед! — приказал Харухиро. Могзо, Ранта и Харухиро поднялись по лестнице наверх. Внезапно появилась туманная, нечеткая линия. Харухиро уже двигался, когда его мозг только обнаружил ее появление. Его тело рысцой следовало по пути линии, как будто его тело скользило по поверхности пола. Абсолютно все замолкло. Время не остановилось, но, казалось, что все движется медленнее, чем обычно. Сейчас он был прямо позади орка. [Backstab]. И хотя на орке был толстый кольчато-пластинчатый доспех, кинжал Харухиро плавно прошел через него. Он почувствовал, как попал куда-то. Жизненно важная точка. Когда Харухиро вытащил кинжал, орк беззвучно упал. — Что это было..? — прошептала Сасса, выражая неверие. Харухиро покачал головой; он не мог объяснить это должным образом, даже если бы попытался. — СПАСИБО! — Могзо с помощью [Rage Cleave] отправил в полет одного из орков, который атаковал Чиби. — Эй! Зодиак! Тащи свою задницу сюда и помоги мне! — потребовал Ранта. — Фиихихихихи… Ииихихихихи… Я не хочу! Слабак дурак! Слабак дурак! УМРИ, РАНТА… — Черт! Здесь недостаточно места! — пожаловался Ранта. Боевой стиль Ранты основан на избегании прямых столкновений; он бегал по кругу, пока не находил шанса атаковать. Обычно, это работало очень хорошо, потому что все внимание одного из врагов полностью сосредотачивалось на нем. Юме, Шихору и Мэри теперь поднялись по лестнице. — Ренджи! — крикнул Харухиро, используя [Swat], чтобы отразить удар другого орка, дав Сассе возможность перейти в нападение. Он заметил, что Вор команды Ренджи очень хорош в навыке [Swat]. Харухиро превосходил ее по силе, но Сасса была подвижнее и проворнее. Она двигалась ритмично. — Чиби и остальные в порядке! — крикнул он Ренджи. На мгновение взгляд Ренджи переместился прямо на Харухиро. Он сверкнул Харухиро легкой улыбкой. Воу. Ренджи такой крутой… Он размахивал мечом Ишх Догранна со всей силой, но с изяществом танцора. Что это за техника Воина? Техника ли это вообще? Он ударил по двум оркам, и прикончил обоих, одного за другим. Рон тоже прикончил одного, используя грубую силу, но Ренджи уже разобрался с третьим. Он снес голову с плеч у следующего. В версии с изображениями тут находится картинка. — Джиру ми грам фел канон! — Адачи прочел заклинание [Blood Freeze] * и заморозил ноги приближающихся орков, но не смотря на это орк продолжал двигаться. Затем он не колеблясь произнес еще одно. — Джиру ми грам тера канон! Заклинание [Ice Comet] * . Ледяной элементаль мгновенно заморозил влагу в воздухе по пути к орку, тем самым создав шар твердого льда, который попал орку прямо в лицо. Должно быть это больно, потому что орк опустился на колено. Сасса уже пришла в движение. Как только она прошла орка, она вонзила в его горло кинжал. Харухиро даже не знал, что [Backstab] можно использовать таким образом. Это великолепная комбинация Мага и Вора. Однако команда Харухиро не собиралась отставать. — Оом рел ект нем дас! — произнесла Шихору. [Shadow Bind] * заблокировал орка на месте. Мэри не сдерживалась, когда била посохом орка, и, пока орк все еще был ошеломлен, Юме последовала с жестоким взмахом, заставив его кубарем упасть. Теперь очередь Могзо. Вместо [Rage Cleave], он бросился вперед, выставив меч, и воткнул его в горло орка. Одноручная атака [Speeding Thrust] * . Конечно же, орк упал и больше не поднимался. Харухиро осмотрелся. Орки? Никого. Все мертвы. — Черт! — Рон махнул окровавленным мечом в сторону Харухиро и остальных. — Нам не нужна ваша помощь! — Ты неблагодарный… — начал Ранта, но один ледяной взгляд Рона, и он немедленно отпрянул назад. — П-прости… забудь. — Слабак… — прошептала Мэри. — Слабак слабак слабак! Кихихихихи… слабак дурак! Иихихи… дурак дурак дурак! — «Дурак» предпочтительнее, — сказала Шихору. Оуч. Не то, чтобы Харухиро был не согласен. — Спасибо, — сказал низкий, слегка хриплый голос. Черт, даже голос Ренджи крутой. Не смотря на это, чувство меланхолии повисло в воздухе. Харухиро никогда не ожидал услышать «спасибо» от такого удивительного голоса, и, честно говоря, это глубоко тронуло его. Пряча свое внутренне потрясение под маской спокойствия, Харухиро пожал плечами. — Я задолжал тебе, — сказал Харухиро. — Теперь мы квиты, — ответил Ренджи. — Полагаю да. Затем Ренджи повернулся к Могзо и сказал: — Ты довольно полезен. — А? — Могзо посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что Ренджи говорит о нем, прежде чем наконец-то указать на себя. — Я!? Н-н-не может быть… В с-смысле, я не… Харухиро беспокоился о выборе Ренджи слова «полезный», и он задумался, был ли это комплимент. Однако, и Ренджи и Могзо — Воины. Воины знают других Воинов лучше, или так говорили… или так Харухиро подумал, что слышал это где-то раньше. Хотя нет сомнений в том, что один Воин лучше может судить о другом. К тому же, можно без преувеличения сказать, что на данный момент Ренджи был одним из самых уважаемых членов Кримсон Мун. Конечно, быть признанным Ренджи в некотором роде комплимент. И Могзо заслужил это. Он был лучшим в команде Харухиро. — В любом случае, — Адачи поправил очки на носу. Теперь он снова был спокоен, в его голосе чувствовался сарказм. — Похоже, что мы выбрали неверную башню. Как насчет того, чтобы отсидеться здесь до конца битвы, Ренджи? Ренджи не ответил. Вместо этого, он повернулся и направился к лестнице. Внезапный крик разнесся по башне. — Какого..!? Нижний этаж! Харухиро не знал, чей это был голос, но это не от его группы. Харухиро наклонил голову набок. — Нижний этаж? Ренджи пустился бежать. — Харухиро! — Ранта хлопнул Харухиро по спине. — Мы тоже идем! Что происходит? Харухиро чувствовал, как внезапно его сердцебиение участилось. Странно. Оно билось сильнее и быстрее. Нижний этаж… Что насчет этого? Он и другие спускались по винтовой лестнице. Ниже и ниже и ниже. Он почувствовал духоту, все звуки затихли. Странно. Что происходит? Почему его все его чувства притупились так внезапно? Он не знал. Причина? Чем больше он не понимал, тем больше это запутывало его. Он почувствовал неуверенность в ногах. Они продолжали спускаться, этаж за этажом. Наконец, они добрались до нижнего этажа. Они мертвы. Запасники. Так много трупов. Тел Кримсон Мун. Пол был завален трупами. Орки тоже тут были. Но почему? Район ранее зачистили, так откуда пришли орки? И не один или два, а большая группа. Среди них один был больше остальных. Он экипирован в яркий, броский алый кольчато-пластинчатый доспех с головы до ног. Волосы окрашены в черный с желтым цвета и вылезали из под шлема. В каждой руке меч. Он выглядел сильным. Сильным и смертельно опасным. Достаточно сильным, чтобы носить два меча, будто те сделаны из фольги. Зоран Зесшу. В этот нет сомнений. Орк идеально подходил под описание Бри. Зоран, глава клана Зесшу, за голову которого назначена сотня золотых. Хранитель крепости. Зоран с чудовищной силой взмахнул своими мечами в сторону лидера группы Чоко. Похоже, он пытался заблокировать атаку Зорана своим собственным мечом, но он не смог даже поднять свое оружие вовремя. Харухиро подумал, что услышал, как парень охнул от удивления, когда Зоран воткнул в него оба клинка сверху. В следующее мгновение, его голова слетела с плеч. Это был решающий удар без усилий. Какого черта… Что насчет остальных из группы? Другой Воин, Жрец, Маг? Их нигде не видно. Затем, Харухиро заметил их. Все они находились на земле в кровавой куче. Мертвы. Их третий Воин, выглядящий угрюмым, все еще стоял на ногах, сражаясь с другим орком, который почти оттеснил его к стене. За ним была Чоко. Воин пытался защитить ее. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что его превосходят. Чоко через пару секунд окажется открытой. Орк был силен. Сильнее, чем те, с кем они дрались. Даже их оружие и доспехи были другими. Различие такое огромное, что из-за этого экипировка других орков казалась игрушками. Должно быть, они личная стража Хранителя. Также рядом с Зораном находилось несколько орков, не носящих доспехи. На их поясах висели огромные объекты, похожие на фляги. Должно быть они маги — шаманы. Команда Ренджи уже двинулась на них. Однако орков было больше десяти; наверно, около двадцати. Нижний этаж также был огромным и просторным. Нелогично просторным. Что случилось с угрюмым Воином и Чоко? Воин скрестил клинки со своим противником, но в следующий момент, он оказался на земле, после того, как орк ударил его коленом в живот. Черт. Это плохо. Действительно плохо. Черт, черт, черт. Чоко обхватила кинжал обеими руками и подняла его в защитную позицию, указывая кончиком на орка. Ее руки тряслись, и тело было на грани падения. В таком случае, ей конец. — ЧОКО! — закричал Харухиро, бросившись прямо к ней. Харухиро подумал, что в этот момент она повернулась, чтобы посмотреть на него. Или, по крайней мере, начала. Но орк тяжело и быстро опустил свой меч на плечо Чоко, вонзая клинок все глубже и глубже. Затем он отбросил ее, пнув от себя, и повернулся прямо к Харухиро. — Нет! Один, два, три раза меч орка шел на него. Он мог думать только о Чоко. Не может быть. Чоко… Почему? Почему это произошло? Нет… Харухиро держался руками за голову. Он слышал, что он говорит что-то, но он не знал, что именно. Он больше ничего не знал. В версии с изображениями тут находится картинка.

↑ Темный замысел

↑ Заморозка крови

↑ Ледяная комета

↑ Связывающая тень

↑ Ускоренный выпад

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14: Слова, оставшиеся невысказанными

Торговый автомат находился в одной, может быть, в двух минутах от его дома. Чуть дальше по дороге был удобный магазин, но если бы он пошел туда, он, наверно, наткнулся бы на знакомых, независимо от времени. Ему это не нравилось, поэтому он нашел убежище — не то, чтобы он скрывался или еще что — рядом с торговым автоматом. Он не часто хотел убежать, сбежать или еще что, но время от времени, когда у него возникало подобное чувство, или когда он просто хотел уйти, он покидал свой дом и шел к торговому автомату, чтобы убить время. Наверно, это была его привычка со времен начальной школы. Может с пятого класса? Наверно. Дома он делил комнату со своим старшим братом, поэтому он не мог побыть один, когда этого хотел. Всякий раз, когда он пытался выгнать своего брата из комнаты, когда он хотел побыть один, его брат все говорил ему прекращать жаловаться и иногда угрожал пнуть его или еще что. Но это не меняло того, что хотел Харухиро. Поэтому он начал уходить к торговому автомату. Иногда он покупал напиток, иногда нет. Иногда он выпивал напиток, иногда нет. Он прохлаждался там некоторое время и шел домой, когда хотел вернуться домой. Поведение повторялось время от времени, до одного летнего дня, когда он был в шестом классе. Он укрывался у торгового автомата, как обычно, когда кто-то подошел. Он предпочел бы спрятаться, но тут негде прятаться, и тогда он сделал вид, что они не знакомы. Но он так не сделал, потому что она жила по соседству. Чоко. У Чоко всегда были короткие волосы в прическе каре, что делало ее похожей на каппу * . Он знал ее с самого детства, и не помнил ни одного раза, когда у нее была другая прическа. На самом деле, когда бы он ни вспоминал слово «каппа», Чоко внезапно приходила на ум. Она была не из открытых, дружелюбных людей, и даже сейчас Харухиро понятия не имел, что о ней думать. Даже в школе, она была немного отдаленной и держалась в стороне. Ну, только немного, потому что не похоже, что у нее не было друзей. Однако, вместо того, чтобы подружиться с кем-то поближе, она просто входила в группу. Харухиро не понимал, почему, но он интересовался ей еще до школы. Может потому, что она... отличалась от других детей. На самом деле, он не осознавал эту часть, как этот подсознательный интерес граничил с тем, что она ему по-настоящему нравится. Даже с самого рождения, Чоко оказалась первой девочкой, которая ему понравилась, и его чувства с тех пор не изменились. Еще до школы они были вместе, и в начальной школе несколько раз были в одном классе. Они жили близко друг к другу, и часто болтали о том о сем. Харухиро полагал, что это делает их близкими друзьями, но он никогда не говорил ничего о том, она ему нравится. Не то чтобы он вообще посмел. Когда они были в третьем классе, ходили слухи, что Чоко нравится парень, по имени Кавабе. Однажды, когда Харухиро и Чоко шли вместе домой, он невзначай спросил ее, правдив ли этот слух, и после несколько мгновений раздумья, она ответила ему «да». Чувства Харухиро невозможно было даже описать словом «травма». Кавабе был худым пареньком, который не занимался спортом, но учился играть на фортепиано и выглядел так, будто пришел из утонченной семьи. И, по-видимому, он во вкусе Чоко. Правда. Действительно правда. Она действительно серьезна? Не может быть… Кавабе был полной противоположностью Харухиро, обладая тем, чего не было у Харухиро, но он и Харухиро были довольно дружными, чтобы время от времени играть вместе. Кавабе был достойным парнем, о котором никто не говорил ничего плохого, и располагался довольно высоко в списке друзей Харухиро. На самом деле, он скорее нравился Харухиро. Значит, он нравится Чоко. О. Кавабе хороший парень. Точно. Нужно помочь ей, даже если я не знаю как. Да. Или так подумал Харухиро и начал предпринимать шаги в этом направлении. Чоко хотела, чтобы он передал Кавабе записку? Семья Кавабе была довольной строгой, поэтому у него не было сотового телефона. Но если Чоко напишет ему записку, Харухиро уверен, что Кавабе прочтет ее. И он наверняка ответит ей, потому что он был хорошим парнем. Харухиро спросил Чоко, хочет ли она это сделать, но она отказалась, сказав, что все в порядке, и она не собирается делать ничего подобного. Когда Харухиро слабо отреагировал, она сказала, что он ей просто нравится. Просто нравится..? Ну, не то, чтобы Харухиро не пытался. Он пытался. Пытался сделать так, чтобы Чоко и Кавабе поговорили друг с другом, устраивал так, чтобы они оказались одни и т. д. Когда он думал об этом сейчас, все это выглядело глупо, но тогда все казалось серьезным. Кавабе был хорошим парнем, и Чоко… ну, Харухиро она нравилась. Во всяком случае, сейчас летний день шестого класса, когда Чоко подошла к торговому автомату. Харухиро спросил ее, что она делает, но она сказала ему только «Ничего. Просто так». Потом она сказала, что было жарко, поэтому она захотела газировки, но дома в холодильнике ее не оказалось, так что она пошла к торговому автомату. После этого они болтали минут десять — пятнадцать, и с этого дня они, время от времени, натыкались друг на друга у торгового автомата. Чоко нравилась газировка, но во время зимы, она покупала кукурузный суп в банке. Когда она пила газировку, она комментировала это так: «Ой, мое горло болит», и когда она пила кукурузный суп, она вскрикивала: «Ваа, горячо», и дула на него, чтобы тот остыл. Да, такая Чоко ему нравилась. Однако это не было чем-то наигранным, а скорее… естественным, чем-то самой собой разумеющимся. Да, ему это нравилось в ней, и это продолжалось долгое-долгое время. С ее стороны, Чоко была из тех, кто, естественно, привлекает парней. Это не видно на поверхности, но у нее временами были истории, в которых упоминалось, каким хорошим был парень А или Б, и никто другой, кроме него. Она осознавала, что ей нравится человек, только после того, как она признавалась самой себе, что он ей действительно нравится. Поэтому ее отчаянная любовь к человеку росла, когда она думала о том, как сильно он ей нравится. Харухиро спрашивал, хочет ли она встречаться с этим человеком, и Чоко отвечала, что она не хочет встречаться с ним, да и ей он не нравится так уж сильно. Нет, не так уж сильно… И не то, чтобы Харухиро сам не хотел встречаться с ней, если бы мог, но Чоко всегда влюблялась в других парней, и Харухиро неосознанно спрашивал, кто ей сейчас нравится. Не смотря на то, что ему на самом деле было не слишком интересно знать, она всегда отвечала ему искренне, что заставляло его прикладывать усилия, чтобы свести этих двоих или хотя бы помочь им узнать друг друга поближе, даже если он на самом деле никогда не намеревался. Чоко, конечно же, никогда не просила его об этом; Харухиро делал все это по своей воле. Он очень часто задавался вопросом, почему он делает это, и не мог найти ответа. Наверно потому, что он идиот. Он думал, что это единственное объяснение. Чоко всегда была бесстрастной и не слишком эмоциональной, но когда говорила о парнях, которые ей нравились, она внезапно оживлялась. В конце их разговора, ее щеки слегка розовели, заставляя Харухиро поверить, что она наслаждалась разговором, из-за чего он становился счастливее. Они были друзьями долгое время, но даже так, он всегда пытался придумать, как сделать ее счастливее. Он даже сам не понимал, почему. Чоко была настоящей загадкой. Она не любила читать книги, она никогда не слушала музыку, не смотрела телевизор, и даже если у нее появлялось хобби, она вскоре теряла к нему интерес и бросала его. Когда он спрашивал ее, есть ли что-то, чем ей нравится заниматься, она быстро отвечала «нет, ничего». Харухиро не мог найти ничего, что бы ей понравилось, и это заставляло его стараться еще сильнее, чтобы он смог увидеть ее улыбку, но что бы он ни делал или ни говорил, ничего не работало. Этой ночью он снова бродил у торгового автомата, глядя в пустоту, когда пришла Чоко. У него было ощущение, что Чоко придет… но всякий раз, когда раньше у него возникало такое ощущение, она никогда не приходила. Хотя этой ночью, она пришла, и он подумал про себя, ДА! От этого он хотел принять победную позу прямо здесь и сейчас, но сдержался, заставляя себя успокоиться. — Привет, — небрежно поприветствовал он. Чоко помахала ему рукой. — Привет. Ее ответное приветствие было прелестным, и он снова вспомнил, что она ему нравится. Хотя на данный момент Чоко влюбилась в одноклассника, парня с редким именем, Хидемаса. Хидемаса был достойным парнем и выглядел хорошо, что заставляло Харухиро задуматься, что Чоко нравятся красавчики. Хидемаса не был очень популярным у девушек, но с точки зрения парня, он был из тех людей, которых ты признаешь крутыми, даже если не хочешь, из-за чего задумываешься, почему девушки не видят в нем это. Нет, на самом деле одна, две, несколько девушек тайно были в него влюблены. Чоко права, что ей нравится такой человек. И Харухиро не мог винить ее. На самом деле, он поддерживал ее и желал ее добра. В конце концов, Харухиро просто не мог выиграть у такого, как Хидемаса. В долгосрочной перспективе, кажется, Чоко будет счастлива с таким парнем. Чоко купила газировку. Что-то вроде фруктовой. Она открыла крышку и немного глотнула из банки. Затем она поморщилась, когда небольшой вздох сорвался с ее губ. — Ой. Мое горло болит, — сказала Чоко — Правда? — спросил Харухиро. — Да, болит. — Если оно болит, тогда зачем ты ее пьешь? — Потому что мне хочется. — Ладно. — Я слышала, что газировка не слишком полезна, — сказала Чоко. — Да, — подтвердил Харухиро. — Вот почему звезды спорта не пьют ее. Газировку. — Я не занимаюсь спортом. — Тогда, наверно, все нормально, что ты пьешь газировку. — Я не пью ее так часто, — заметила Чоко. — Я вижу, что ты пьешь ее постоянно, — сказал Харухиро. — Я пью ее, только когда я здесь. — О. Затем Чоко скучающим тоном рассказала, как она недавно ходила в караоке с Хидемасой. Казалось, караоке не интересовало ее. Харухиро тоже выглядел так, что он не столь заинтересован тем, что слушает, но на самом деле он внимательно слушал, как Чоко говорила, какие песни выбирал Хидемаса. Это все были песни популярных певцов, потому что все знали мелодии, и они им нравились. По-видимому, таким человеком был Хидемаса, как сказала Чоко. И когда Чоко устала после караоке, Хидемаса спросил ее, все ли с ней хорошо. Этот Хидемаса… действительно классный парень. — Видишь ли, — внезапно сказала Чоко. — Я не очень хорошо обращаю внимание на то, что чувствуют другие люди, поэтому я думаю, что парни, которые могут сделать это, очень хороши. — Значит, это как искать в других то, чего у тебя нет? — спросил Харухиро. — Хиро, ты тоже думаешь, что я бесчувственная? — Я никогда не говорил этого. Не похоже, что ты встречаешься с кем-то, чтобы доставить людям дискомфорт. — Наверно да, — согласилась Чоко. — Да, ты не такая. — Ты тоже, Хиро. — Правда? Ты думаешь, я чуткий человек? — спросил Харухиро. — Для меня? — Да. Мы знаем друг друга уже давно. — Хиро, у тебя нет никого? — внезапно спросила Чоко. — Никого? — Кто бы тебе нравился. Ну, девушки. Харухиро понятия не имел, как ответить, и пока он думал об этом, его сердце сильно стучало в его груди. Даже сейчас, когда он думал, что это шанс сказать ей, часть его говорила Шанс? Какой шанс? Это совсем не шанс! Он думал, что ему нравится Чоко, но что если он ошибается? Он не ошибался, но мог. Он не знал, как это объяснить. Или может быть то, что он чувствовал, было больше, чем просто симпатия. Может, превосходит простую симпатию. Наверно, что ему нравится, а что нет, вряд ли имеет значение, пока Чоко счастлива. Он чувствовал себя идиотом, думая об этом, но он действительно так чувствовал… или так думал. Может быть. Это из-за расстояния, которое они всегда держали между собой, что он может говорить с ней так, как сейчас. Как только у нее появится парень, может быть, их разговоры тоже закончатся. Что ж, он будет решать проблемы по мере поступления. В любом случае, это никак не связано. Хоть это было больно, Харухиро всегда смотрел со стороны на чувства Чоко к другим парням. Он привык к этому. Но, да, она ему нравилась. — Нет, никто. Если был бы кто-то, я бы тебе сказал, — ответил Харухиро. — Ну, так или иначе, на самом деле меня это не волнует, — сказала Чоко. — Это грубо. Я всегда слушаю истории о твоей влюбленности. — Болван, — неразборчиво прошептала она. — А? Ты что-то сказала? — спросил Харухиро. — Да, сказала, — ответила Чоко. — Прости, я не услышал… Харухиро понятия не имел, что это было, но предположил, что Чоко заметила. Без сомнения она поняла, что она ему нравится. Она должна была понять. Может быть. Поняла ли она? Внезапно, она присела рядом с ним. Ее плечи находились близко, почти касались его. Ее взгляд зафиксировался на земле перед ней. — Если ты когда-нибудь в кого-нибудь влюбишься, — начала Чоко. — Э-э… — Скажи мне, ладно? — Я думал, тебе это неинтересно. — Да, но все равно скажи мне. — Ладно, скажу. Теперь Чоко перевела взгляд на него, уголки ее губ изогнулись в крошечную улыбку, а ее глаза слегка прищурились. — Хиро, ты не соврешь, правда? — спросила Чоко. — Могу, в зависимости от ситуации, — сказал Харухиро. — Но наверняка не тебе, Чоко. — Я знаю, что не соврешь. Тем не менее, он соврал ей совсем недавно. И наверняка она это знала. Потому что, Чоко, я всегда любил тебя. Я влюблен в тебя и только в тебя уже очень-очень давно. Он не мог сказать ей этого. Он не сможет сказать ей этого никогда…

↑ Японская разновидность водяных.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 15: Черта между жизнью и смертью

Харухиро вспомнил все это… или у него возникло такое ощущение. Внезапно он вспомнил множество вещей… или он так подумал. Но его память исчезла также быстро, как и вернулась. Без сомнения, он смог ухватить воспоминания на мгновение, но снова их упустил. Секунду назад, он помнил все. Или он так думал, но не был уверен. Но сейчас он не помнил ничего. Почему он не мог быть уверен? Почему он не знал? Он знал несколько мгновений назад. Только это ощущение осталось. Глубоко в нем что-то осталось. Чувство, как что-то только что было здесь, но теперь исчезло, будто это вырезали, и на этом месте осталась дыра. Если он проверит пустоту, он мог как-то предположить, чего не хватало. Чоко. Вернувшиеся воспоминания о Чоко снова исчезли. У него возникло ощущение, что воспоминания как-то связаны с Чоко. Наверняка Харухиро знал ее. Они были знакомы, может даже были друзьями. Но это все, что он знал. Он ничего не мог вспомнить о ней. Ничего не осталось, даже малейшей зацепки, какие у них были отношения. — Харухиро! — Ранта потряс его. — Эй! Хватить витать где-то! — Я-я не… — прохрипел Харухиро. Разве нет? В самом деле? Нет, Ранта прав. Он витал где-то. Хранитель Зоран Зесшу, его личная стража и орки-шаманы спустились на первый этаж крепости и начали резню. Почти все запасники, кто там был, мертвы. Чоко. Да, Чоко тоже. Она мертва, и ее группа тоже. Они все мертвы. Лидер-Воин, Жрец, девушка с короткими волосами и сама Чоко. Что насчет придурковатого Воина? Он валялся рядом со стеной и был ранен, если не мертв. Наверно, тяжело ранен. Всех их убили орки. Чоко убили. Ее смерть застала Харухиро врасплох, и его полностью шокировал этот поворот событий, но он не печалился или злился, и ему не было больно, хотя должно было быть. Это скорее сильное недовольство тем, как все повернулось. Все ли в порядке с тем, как все обернулось? подумал он про себя. Он чувствовал некий глубокий ужас от этого. В конце концов, они оба запасники Кримсон Мун, и она младше него в организации. Они говорили недавно… наверно, они знали друг друга до того, как прийти в этот мир. И сейчас она мертва. Харухиро чувствовал, что было что-то совершенно не так с его реакцией на ее смерть. Он должен был чувствовать больше… больше… ну, больше, чем то, что он чувствовал сейчас. Но он не чувствовал. Это не естественная реакция. Его ужасало то, что он не чувствовал ничего от ее смерти. Пока он не знал, почему это ужасало. Они должны были знать друг друга, но он понятия не имел, какие у них были отношения. Может они были просто знакомые и разговаривали один раз или что-то в этом роде. Сейчас не время об этом думать. Ранта прав; нужно немедленно обратить внимание на их текущую ситуацию. Оставшиеся запасники, включая команду Ренджи, яростно сражались в группе против Зорана, и даже у самого Ренджи не было преимущества против лидера орков. Нет, забудем о преимуществе; Ренджи только и мог избегать сильных атак Зорана. Ренджи блокировал и отчаянно уклонятся, не в силах контратаковать. Он весь в крови. Это не смертельные раны, но ему попали в голову, и она обильно кровоточила. Рон издал громкий боевой клич, вступая в бой, но Ренджи крикнул: — Не подходи! Ты только мешаешься! Уходи! Наверняка это не мужская гордость для битвы один на один, понял Харухиро. Просто будет слишком опасно, если кто подойдет. Зоран обладает чистой силой в его руках, его широких плечах и сильной, накаченной груди… даже его движения превосходили Ишх Догранна, последнего орка, с которым сражался Ренджи, когда в Алтану вторглись. Один удар. Этого хватит. Один удар Зорана означает мгновенную смерть. Даже члены личной стражи Зорана отошли от него на приличное расстояние, как будто бы они боялись, что случайно попадут под шквал атак. Значит, это был бой Ренджи и Зорана один на один, пока другие запасники, включая оставшуюся группу Ренджи, возьмут на себя других орков и шаманов. И они проиграют. Запасников сильно превосходили. Рон скрестил клинки с орком, но для Харухиро было очевидно, что ему тяжело. Чиби, Сасса и Адачи отступали, пока их спины не оказались почти вплотную к стене. Харухиро задумался, сколько оставшихся запасников сможет самостоятельно сражаться с орками. Наверно немного. Даже сейчас они сражались в проигрышном бою, и вряд ли все поменяется. — Шаман! — крикнула Шихору. Один из шаманов приближался к месту рядом с лестницей, где находились Харухиро и его группа. Могзо прыгнул первым, чтобы встретиться с шаманом лицом к лицу. Шаман остановился, затем поднял предмет, похожий на фляжку, со своего пояса. Он вытащил пробку и оттуда начало что-то вылетать. Насекомые. Туча насекомых. — Какого…!? — охнул Могзо. Рой насекомых полетел прямо ему в лицо. Могзо носил шлем, но жуки были мелкими и пролезали через щели. Могзо испустил вопль агонии и выглядел так, будто сейчас упадет. Черт! Без Могзо у них будут проблемы. — Могзо! Оставайся на ногах! — воскликнул Харухиро. — Ты не можешь упасть! Ты не можешь останавливаться! — АААААААРГХ! — закричал Могзо, раскачиваясь и дико размахивая мечом вокруг. — Черт побери! — Ранта отпрыгнул от лестницы и бросился прямо на шамана. Однако в середине пути все его тело внезапно одеревенело, и он перестал двигаться. Ранта испустил странный вопль и больше ничего. — Какого..!? — воскликнул Харухиро. Должно быть это орк-шаман. Он натравил насекомых на Могзо и сейчас направил ладонь в сторону Ранты. — Эти психические способности подразумевал Бри!? — задумался Харухиро. Юме схватила свой лук и выстрелила в шамана. Когда он отпрыгнул в сторону, чтобы увернуться, Ранта снова мог свободно двигаться. Но в то время как это была хорошая новость, стрела Юме также чуть не попала прямо в лицо Рона, когда пролетела мимо шамана. — Какого черта!? — вскрикнул Рон. — П-прости! — извинилась Юме. — Юме, ты не можешь использовать здесь лук! — сказал Харухиро. — Сражение слишком хаотичное! — Эмм… — затем Юме подумала секунду. — Ладно, поняла! — Оом рел ект прам дас! — Шихору выстрелила заклинанием [Shadow Complex] из своего посоха. Элементаль полетел по узкой спирали прямо в шамана, ударил его в лицо и начал просачиваться в него через нос и рот. Этого достаточно? Шаман качнулся на ногах на секунду, затем энергично потряс головой и все. — Он сопротивляется заклинанию! — сказала Шихору, стиснув зубы. — Тогда я убью его! — крикнул Ранта. — [Hatred’s Cut]! Движения Ранты были быстрыми, но шаман ожидал атаку. Он отпрыгнул назад без особых усилий, и в то же время Орк А из личной стражи Зорана, шагнул вперед, чтобы занять его место. Орк А с оглушительным лязгом заблокировал атаку Ранты своим мечом. Они почти скрестили клинки, прежде чем Ранта вскрикнул и отпрыгнул назад, пытаясь набрать дистанцию между ними с помощью [Expel Frenzy]. Орк А погнался без колебаний, не позволяя Ранте уйти далеко. Он немедленно атаковал и сокрушил защиту Ранты. Черт! У Ранты сейчас огромные проблемы. Они должны поддержать его, иначе его прикончат. Но действительно ли я могу сделать это? прошептал про себя Харухиро. У него не было выбора, кроме как попробовать. Как только Харухиро решил вступить в бой, другой орк поспешил и встал перед ним. Орк Б тоже из личной стражи, и пугающая атмосфера вокруг него просто невероятна. Харухиро бросило в холодный пот. Я действительно должен? спрашивала часть его. Серьезно? Орк Б непрерывно атаковал, пока Харухиро отражал все с помощью [Swat]. Атаки орка были сильными, у Харухиро закружилась голова и его руки онемели. Он был напуган. Напуган до мозга костей. Ни за что… он просто не мог сражаться с этим орком. Он слишком силен. Харухиро умрет. — [Smash] * ! Атака Мэри оказалась как нельзя кстати, но, в конечном счете, неэффективной. Орк мгновенно поднял щит, чтобы заблокировать. Он повернул голову к Мэри, пока тело было все еще направлено на Харухиро. Может быть Мэри не совсем ошиблась. Сейчас! Харухиро набросился на орка. Наверно Орк Б собирался отбить Харухиро щитом, но он уклонился от щита и, имитируя то, что Сасса сделала ранее, поднял кинжал и прицелился орку в шею. Он был близок. Очень близок. Он охнул, когда насекомые напали на него, прежде чем он смог завершить свою атаку. Он закрыл рот и глаза, затем упал на землю. Какого черта!? Жуки… жуки повсюду. Жуки, жуки, жуки. Откуда они идут? Когда шаман успел напасть? Жуки. На нем жуки… — Хару, назад! — крикнула Мэри. Хоть он и хотел отступить, он понятия не имел куда. Теперь они у него во рту. Насекомые. Они заставили его рефлекторно выплюнуть, но как только он открыл рот, еще больше насекомых забралось туда. Он также не мог открыл глаза. Что произошло? Он больше не имел ни малейшего представления. Дерьмо. Он в глубоко дерьме. Он умрет. Даже сейчас Орк Б наверняка движется, чтобы прикончить его. В следующий момент его могут зарубить. Умрет. — Сюда, Хару! Голос Юме. Она схватила его за запястье, потянув куда-то. Воды, первое, что пришло ему в голову. Воды. Он нащупал фляжку, открыл ее и вылил содержимое себе на лицо, затем прополоскал рот, выплевывая жуков. Он мог снова видеть. Он мог дышать, не вдыхая насекомых. — Теперь я в порядке! — сказал он Юме. Хотя он не был в порядке. Ничего не было в порядке. Все шло к чертям. Ранта был разбит Орком А. Его могут прикончить в любой момент. Не смотря на то, что его атаковали насекомые, Могзо как-то отвлекал внимание Орка Б от Харухиро. Мэри пыталась защищать Шихору от атак Орка В, и наверняка она не продержится долго. Он должен что-нибудь сделать. Команда Ренджи тоже боролась изо всех сил. Ренджи постоянно отступал, пытаясь парировать атаки Зорана. Другие четверо членов его группы объединились, защищаясь и пытаясь прикрывать друг друга. Остальные запасники все еще живы? Уничтожены. Только это слово пришло на ум Харухиро. Другие целиком и полностью уничтожены. Не может быть. Это какая-то шутка… — Юме, помоги Мэри! — приказал Харухиро, направляясь помочь Ранте. Проблема заключалась в том, как он собирается помочь? Он не мог встать позади Орка А, не подставляя свою спину другому орку. Внезапно он заметил меч, лежащий на земле. Он не знал, чей он, но это его не волновало. Он поднял его и в отчаянии швырнул в Орка А. Орк А с легкостью заблокировал его щитом, но это отвлекло его ненадолго. Это дало Ранте небольшую отсрочку. — Черт! — крикнул Ранта. — Что за хрень! Серьезно, какого черта! — Что случилось с Зодиаком!? — сказал Харухиро. — Исчез! Прибили одним ударом! — ответил Ранта. — Глупый слабый демон! [Anger Thrust]! Харухиро отдал Ранте должное за то, что у него есть мужество снова нападать в этих обстоятельствах. Однако Орк А был готов, и с легкостью отбил меч Ранты вбок. Контратака задела голову Ранты. — АРГХ! — безмолвно закричал Ранта, пошатнувшись от удара. Он носил шлем, но такой удар все еще разрушителен для головы. — Я не позволю тебе! — Харухиро толкнул Орка А не заботясь о своей безопасности — или, точнее, выглядело так, что он собирался толкнуть его. Орк схватил приманку и теперь полностью перевел внимание на Харухиро. Он атаковал, и Харухиро отражал его удары с помощью [Swat], [Swat], [Swat]. — Вставай, Ранта! — крикнул Харухиро. — Не нужно мне этого говорить! — крикнул в ответ Ранта. — [Hundred Cuts of Repentance] * ! Это хоть настоящий навык? Ранта снова выделывается. Он обрушил дождь безостановочных ударов на Орка А, которые тот заблокировал. Но, по крайней мере, теперь орк защищается. Сейчас самое время усилить атаку. Несмотря на отчаяние, несмотря на то, что это только один орк, они должны уменьшить количество врагов. Харухиро должен встать позади Орка А, чтобы сделать [Backstab]. Он прикончит его с одного удара. Он должен. В тот момент, когда он об этом подумал… внезапный крик Юме донесся до его ушей. Ее отправил в полет Орк В. Широкая струя крови бежала у нее от плеча к груди. Орк В начал преследовать Юме, чтобы прикончить, но Мэри встала у него на пути. Она взмахнула своим посохом по широкой дуге в сторону орка, но он поймал эту атаку щитом и отбросил ее в сторону. — Нет! — Харуиро бросился прямо в Орку В, но он не мог предотвратить этого. Однако Юме еще не сдалась. Она достала метательный нож, прошептала «[Star Pierce] * !», направив его на орка. Орк В шагнул в сторону и нож пролетел мимо него, не нанеся вреда, но выиграл им немного времени. Благодаря этому, Харухиро добрался вовремя. С этого момента он не мог больше беспокоиться о своей безопасности. Он собирался всем телом толкнуть орка, и не важно, что произойдет с ним потом. Он собирался сделать это, но что-то в углу его поля зрения привлекло внимание. Что-то слева от него. Харухиро не собирался смотреть, но обрадовался, что посмотрел. Орк-шаман сделал глубокий вдох и приготовился выдохнуть. Что он сделает? Он открыл рот и… Огонь! Харухиро бросился на землю и еле уклонился от потока огня, который шаман выпустил изо рта. Горячо! Горячо, горячо, горячо! Его плащ загорелся. Но его это не беспокоило, он должен добраться до Юме. Но все было кончено. Орк В стоял над ней, наполовину взмахнув завершающим ударом. Юме конец. Умрет. Или нет. Еще не конец. У них есть Могзо. По какой-то счастливой случайности, у команды Харухиро есть Могзо. Могзо всем телом влетел в Орка В и отбросил его от Юме. Но орк-шаман снова вернулся. Он выплюнул поток яростного огня, который, казалось, полностью охватил Могзо. Однако Могзо не остановился. Он взмахнул своим мечом с ужасающей решительностью, и шаман, испугавшись силы воли Могзо, быстро отошел назад. — Отступаем! — закричал Харухиро, понимая, что это их единственный шанс. — Отступаем! Это не та битва, в которой они могут выиграть. Если они попытаются бороться, то все умрут. Если они продолжат пытаться сражаться, вся команда погибнет. Это не его собственное нежелание умирать. Он меньше боялся своей смерти, чем смерти своих товарищей. Он не хотел, чтобы другие умерли здесь. Он отказывался позволять им здесь умереть. — В сторожевую башню! Отступаем, сейчас же! — снова сказал он.Но смогут ли они успешно отступить?

↑ Сокрушительный удар

↑ Сотня разрезов раскаяния

↑ Звездное пронзание

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 16: Последний бой

Длинный вопрос, короткий ответ — да, они смогли. Харухиро помнил, как скинул свой горящий плащ, бросив его в ближайшего орка, поднял Юме на ноги и заставил ее бежать. После этого, он настолько сосредоточился на побеге, что все события были как в тумане, и он не помнил их четко. В конечном счете, они проскользнули на одну из лестниц, ведущих к сторожевой башне. Другая группа пряталась там, не намереваясь вступать в бой на первом этаже. Харухиро не помнил, как они поменяли место или выгнали группу, но вот здесь остановилась команда Харухиро, чтобы передохнуть. Мэри вылечила серьезно раненную Юме и теперь работала над Могзо. Его доспех и шлем не изменились, но он принял на себя огненный залп орка-шамана, и теперь сильно обгорел. Он в порядке? Харухиро так не думал. — Спасибо, Могзо, — Юме села рядом с Воином. — Если бы ты не пришел, Юме бы убили. — О, э-э… — Могзо колебался. — Мы друзья, верно? Мы присматриваем друг за другом. — Да, — ответила Юме.- Ты прав. Ранта нетипично тихо сидел на лестнице, упираясь коленями к груди. Ни Мэри, ни Шихору не сказали ни слова. Даже Харухиро не хотел говорить. Черт. Тишина была удушающей. Чудо, что все остались в живых. Если бы кто-нибудь совершил одну ошибку — нет. Они уже совершили кучу ошибок. Дело даже не в том, чтобы облажаться или сделать все идеально, в конце концов, все дошло до слепой удачи. В версии с изображениями тут находится картинка. Если бы им не повезло, один из них умер бы. И если бы одного человека прикончили, тогда второй или третий последовали бы за ним, и тогда вся команды исчезла бы в мгновение ока. Это чистая удача; лишь фортуна их спасла. Было ли отступление правильным решением? Если бы одного из них прикончили, пока они убегали, тогда большинство из них, если не вся команда, последовали бы за ним. Единственная причина, по которой этого не произошло — их удача. Харухиро рад, что это сработало, но он также знал, что это не было блестящим решением, которое он принял в нужный момент. Им просто повезло. — Что теперь? — прошептал Ранта. Хороший вопрос, подумал Харухиро. Что им теперь делать? Возвращение назад даже не рассматривалось. Их меньше; это не тот бой, в котором они могут выиграть. Если даже команда Ренджи боролась изо всех сил, тогда для них это невозможно. Наверняка борьба неравная — команда Ренджи выглядела так, что рано или поздно ее победят. Может, они уже мертвы. Харухиро посмотрел наверх. Когда он увидел взгляды своих товарищей, сосредоточенные на нем, только тогда он понял, что его глаза были приклеены к полу все это время. Почему все смотрят на него? А, да… потому что он лидер. Все ожидают от него инструкций, решения. Что им теперь делать? Не смотря на то, что они безмолвно задавали ему этот вопрос, он не знал. Он не мог принять решение, и он хотел, чтобы они перестали пытаться спихнуть ответственность на него. У него нет качеств, чтобы быть лидером. Ответственность — слишком тяжелое бремя для него. Я не могу. Я не могу. Слишком много смертей. Все мертвы, и он боялся. Хватит. Прекратите уже. Он боялся, что его друзья тоже умрут. Она уже мертва. Чоко. И товарищи Харухиро тоже последуют за ней. Даже команда Ренджи умрет. Все умрут, прямо как Чоко. Он хотел сказать остальным, «Все, с меня хватит. Я не могу принять решение, поэтому хватит смотреть на меня». Он больше не хотел быть лидером. Он не мог им быть; он понятия не имел, что делать. Он хотел сказать остальным делать все, что они хотят. Черт возьми, просто делайте, что хотите. Не смотрите на меня в поисках ответа и не ожидайте от меня ничего. Он не мог взять на себя бремя, он не мог вести. Давайте просто все умрем. Ситуация безнадежная, и тут ничего не остается, кроме как умереть. Таково его решение, и если у кого-то проблемы с этим, тогда пусть станет лидером вместо него. Они могут придумать что-то другое. Они могут сказать ему, что делать дальше. Но он держал все это в себе. Он ни за что не мог сказать что-то подобное вслух, потому что если бы он так сделал, их группа бы развалилась. Он мог представить, что это происходит у него на глазах. Он должен сдержать себя ради них. Нет, это не так. Он бы соврал, если бы сказал, что он делает это для других. В конце концов, это ради себя. Даже в такой отчаянной ситуации Харухиро хотел не терять лицо, хотел вести себя круто. Он не хотел разочаровывать товарищей. Может он и не великий лидер, и может быть он никогда не станет таким, но он не хотел, чтобы другие видели его полнейшим ничтожеством. Не важно, как все закончится, Харухиро хотел быть частью этой команды до самого конца. Когда это действительно имело значение, таким человеком он становился? Он не Манато, но это? Нет, это слишком жалко. Есть предел его ничтожности. Если бы он действительно сказал то, что у него на уме, это не что иное, как стать совсем некрутым. — Я собираюсь разведать ситуацию, — вместо этого объявил он. — Оставайтесь здесь. На данный момент все расположились наверху лестницы. Даже отсюда они могли слышать звуки битвы, но никто не знал, что там действительно происходит. Никто и не хотел знать. Вот почему они прятались здесь. Вот почему никто не хотел покидать это место, пришел к выводу Харухиро. Но лучше делать что-то, чем терпеть жадные взгляды остальных, требующих ответа. Может быть это слишком сурово, называть их «жадными», но, по крайней мере, так чувствовалось. Их взгляды пугали. Он спустился по лестнице, достиг первого этажа и высунул голову. — Ренджи… — прошептал он сквозь зубы. Команда Ренджи все еще упорно сражалась. Рон и Чиби были покрыты кровью, пытаясь защитить Сассу и Адачи от натиска орка. Ренджи все еще героически сражался с Зораном один на один. Зоран, кажется, цел и невредим, в то время как Ренджи покрыт кучей ран, что Харухиро не знал, как описать их. Тем не менее, Ренджи все еще стоял на ногах, уклоняясь от атак Зорана и двигаясь без остановок. Ренджи эпичен. По-другому никак это не описать. Тут было пять или шесть других запасников, все еще сражающихся в бою, но орки вряд ли от этого страдали. Как ситуация стала такой плохой? Все должны были спуститься с крыши на первый этаж через лестницу, и затем рассредоточились для поисков в сторожевых башнях. Зорана тогда не было. Хранитель и его подручные прятались где-то? На первом этаже есть другие комнаты, кроме проходов в сторожевые башни, но их осмотрели и зачистили. Тогда Зорана не было на первом этаже. Может, тут скрыт подуровень? Зоран спрятался там, ждал и подгадал время, пока запасники не разбегутся по башням, затем вылез. В любом случае, Харухиро предполагал что-то такое. Личная стража Зорана состояла из двадцати орков, включая трех шаманов. Они — элита, примерно в два-три раза сильнее обычного орка. Команда Ренджи состояла из пяти членов, тут были еще шесть — уже пять, других запасников, и шестеро из группы Харухиро. Орков не только больше, но также их боевые способности наверняка превосходят их. Вот что называется безнадежной ситуацией? Сначала погибнет группа тех запасников. Потом орки уничтожат одного или двух членов команды Ренджи, и бой будет безнадежно проигран. Хотя, что можно сказать о текущей ситуации? По численности, шестнадцать человек — это не вся их сила. Кадзико и ее Вайлд Энжелс все еще ищут в одной из башен. Их восемнадцать; по крайней мере, пятнадцать, если вдруг они потеряли кого-нибудь. Сама Кадзико — сильный боец. Если они вступят в бой, ситуация мгновенно изменится. Что насчет Бри? Он сказал, что собирается проверить ситуацию у главных врат. Стратегия призывала запасников отвлекать внимание, пока основные войска прорываются через главные врата и берут крепость. Может быть, это заняло у них чуть больше времени, но основные войска рано или поздно придут. Скорее всего. Когда войска придут, перевес в бою наверняка будет на их стороне. Тогда Харухиро и остальные должны ждать? Если они будут прятаться на лестнице в башню, пока не прибудет подкрепление… нет. Невозможно узнать, когда подкрепление доберется сюда. Если команду Ренджи уничтожат до этого, тогда всех их прикончат. Орки будут искать в крепости выживших людей и уничтожать их. Не смотря на то, что они прячутся на вершине башни, их рано или поздно найдут. Они не могут ждать основные войска, но Кадзико… может, стоит рискнуть и дождаться ее. Они могут оставаться там, где сейчас, до прихода Кадзико. Сможет ли группа Ренджи продержаться до этого момента? Честно говоря, Харухиро хотел бы сказать «да». Но он не хотел подвергать своих товарищей опасности. Команда Харухиро останется прятаться, команда Ренджи останется в живых и Кадзико придет. Тогда все обернется в их пользу. Это идеальный сценарий, но нет гарантий, что все пойдет именно так. Часть Харухиро хотела помочь Ренджи. Для команды Ренджи, Харухиро и его группа, должно быть, бесполезное отребье, но это не меняет того факта, что они прибыли сюда в одно и то же время. И команда Ренджи теперь стояла у обрыва. Харухиро охватил ужас от значимости момента для решения, и решение «ничего не делать сейчас» не устраивает его. Если он не сможет принять меры, он никогда не будет спать спокойно. Еще один момент надо принимать во внимание: команде Ренджи нужно выжить, пока не прибудет Кадзико. Харухиро не знал, насколько хороши Вайлд Энжелс, но если они потеряют Ренджи и его команду, пять запасников, то прибытие Кадзико в лучшем выровняется численность. В зависимости от того, сколько человек она потеряла, орки все еще будут иметь численное преимущество. Зоран сам по себе очень силен, чтобы предполагать, что Вайл Энжелс Кадзико смогут выиграть у орков в одиночку. И если Кадзико проиграет, тогда команда Харухиро тоже окажется под угрозой смерти. Сколько он стоял здесь в раздумьях? Харухиро не знал, но он знал то, что у них больше нет времени медлить. Он не знал много чего, но он знал, что должен поспешить и принять решение. Если они будут сидеть на месте и ничего не делать, они, скорее всего, умрут. На самом деле, они все уже одной ногой в могиле. Подумав об этом, все стало ясно. Чоко… Вскоре я смогу снова тебя увидеть. Мы сможем поговорить и вспомнить все, что мы забыли. Харухиро вернулся туда, где ждали его товарищи. Простите, ребята. Я знаю, что ужасно просить вас, но нам нужно вернуться туда, вот что Харухиро хотел сказать, но не сказал. Мы должны помочь Ренджи. Мы пойдем против шаманов. Другие орки представляют меньшую угрозу. Но он снова не подал голос. — Наверно, Аваил, шаман орков, внизу, — вместо этого сказал Харухиро. — Его голова стоит пятьдесят золотых. Зоран, скорее всего, слишком тяжел для нас, но мы наверняка сможем забрать награду за Аваила. Это пятьдесят золотых. Сделаем это. Он врал своим товарищам, врал себе. Но по какой-то причине, он не чувствовал угрызений совести. — ДААААА! — воскликнул Ранта. — ПЯТЬДЕСЯТ ЗОЛОТЫХ! ОТЛИЧНООООО! Ранта был простодушным с самого их прибытия. Он бросился вниз по лестнице, его глаза сверкали так, будто он получил джекпот. Харухиро похлопал Могзо по спине. — Мы рассчитываем на тебя, Могзо. Я знаю, что ты не подведешь. — Точно! — быстро и уверенно ответил Могзо, чем даже удивил Харухиро. Он последовал вниз за Рантой. Затем Харухиро кивнул Мэри, Юме и Шихору. Это достаточно хорошо, верно? Да, это хорошо. Когда они достигли основания лестницы, Харухиро заметил шамана. Они по очереди прикончат всех шаманов. Харухиро указал на Шамана А. — Сначала его! — приказал он. Команда Харухиро атаковала все как один. Они игнорировали Зорана и его личную стражу. Шаман А заметил, как Харухиро и остальные подходят, и начал открывать крышку своей фляги, но было уже поздно. — [Anger Thrust]! — крикнул Ранта. Ранта воткнул свой длинный меч в основание горла шамана, что означало мгновенную смерть. Это хорошее начало, но Харухиро не позволил маленькой победе повлиять на него. Оставаться спокойным, убить шаманов одного за другим… Орки из личной стражи заметили их присутствие и начали копошиться, но Могзо прыгнул им навстречу, проревев горловой боевой клич. Харухиро заметил другого шамана. — Дальше его! — как только Харухиро указал на Шамана Б, стражи Зорана пошли прикрывать его. Орки поняли, что сейчас делает группа Харухиро. Но это не важно. Они пробьют себе путь, не отвлекаясь от их настоящей цели. Могзо шел впереди, прорубая путь для них. Харухиро блокировал идущие атаки с помощью [Swat]. Шихору использовала [Shadow Bind], чтобы обездвижить ближайших орков, пока Мэри сыпала ударами своего посоха, заставляя орков укрываться щитами и отступать. Юме делала то же, бросая ножи направо и налево, сопровождая это шипением, словно кошка. Харухиро задумался, что это, но без разницы. Ранта первым добрался до открывшегося Шамана Б. С такого расстояния он может использовать этот навык… — [Propel Leap]! Как только Ранта добрался до Шамана Б, он повернул свое тело так, что он оказался спиной к орку. Со точки зрения Шамана Б это выглядело так, будто бы атакующий человек приблизился к нему, затем внезапно и неожиданно развернулся назад. Прежде чем шаман понял все, задница Ранты влетела прямо в него, и Шаман Б в шоке отпрянул. Атака задницей Ранты вывела шамана из равновесия, казалось бы, сейчас упадет. Сейчас! подумал Харухиро и метнулся на полной скорости прямо к падающему шаману. Он пронесся чуть мимо него, сменил хват на кинжале и вонзил клинок сбоку в шею шамана. Это измененная техника [Backstab], позаимствованная у Сассы. Шаман Б мгновенно упал. — Двое побеждены! — крикнул Харухиро. Будто бы объявление внезапно добавили сил команде Ренджи и другим запасникам, потому что люди заново начали нападение на орков. Это все импульс. Импульс и мораль. Но сейчас не время поддаваться волнению и вести себя беспечно, подумал Харухиро скорее про себя, чем про кого другого. Но если не сейчас, то когда? — Мы можем сделать это! — подбодрил Харухиро. Он не знал, должен ли он вести себя более сдержанно, но он не хотел жалеть, став слишком осторожным. Ситуация требовала этого, но сейчас не время колебаться. Ситуация снова может измениться в любой момент, и тогда будет слишком поздно. Не время бояться принимать неверное решение. — Мы можем победить их! — снова крикнул он. — Сражайтесь! Знакомый пронзительный боевой клич заполонил комнату. После того, как импульс сместился, произошли хорошие вещи… она была здесь, владелица пугающего голоса. Кадзико и ее Вайлд Энжелс. Они спускались с лестницы из сторожевой башни, и Кадзико вела их. Двое из личной стражи Зорана были разрезаны — разрезаны на куски — мгновенно. Когда Харухиро увидел это, он больше не сомневался, что они могут победить. Если они продержатся, они одержат полную победу. И в этот момент Харухиро верил в это без капли сомнения. Последний шаман, должно быть Аваил, выпустил струю пламени прямо на Вайлд Энжелс, которые все еще спускались по лестнице. Но это не просто огонь… он выстрелил в них что-то еще. Веревки? Нет, они двигались, ползали. Змеи. Живые змеи. И не одна или две, а множество. Они яростно скользили по земле к ногам Вайлд Энжелс. Крики, доносившиеся со стороны женского клана, превратились в истерику. Затем Зоран Зесшу внезапно отошел от Ренджи и направился на Вайлд Энжелс, безумно размахивая двумя мечами. Четверо, пятеро человек умерли за мгновение. — Не паникуйте! — скомандовала Кадзико, двинувшаяся остановить Зорана. Они схлестнулись. Меч Кадзико встретился с двумя мечами Зорана, и посыпался дождь искр. Кадзико отпрянула, но не потому, что хотела, а из-за силы Зорана. — Черт! — ругнулась Кадзико. — Мы не можем больше нести потери! Все, кроме Мако, Кикуно и Азусы — отступайте! Те, кого она не назвала, сделали то, что им сказали. Ренджи начал преследовать Зорана, и казалась, что его атака попадет, но внезапно Хранитель ее отбил. Зоран играл с ним. Босс-орк игрался с таким человеком, как Ренджи. Но Ренджи был ранен и устал. Он не мог не устать. Нужно хотя бы что-то сделать с его ранами. Однако Чиби занята лечением Рона. Если Харухиро правильно помнил, у магии света хорошая дальность. Жрецы могут использовать лечащую магию на расстоянии. И помимо Чиби у них есть Жрец. — Мэри! — сказал Харухиро. — Вылечи Ренджи! — Сначала ему нужно остановиться! — пришел ответ Мэри. — У лечащих заклинаний ограниченная область действия! — Ограниченная область!? — повторил Харухиро. А, да… Лечащие заклинания магии света освещают область, когда их произносят, и они работают только если человек останется там на некоторое время. Пока Ренджи сражался с Зораном, он не мог оставаться на месте. — Но кроме Ренджи никто не собирается этого делать! — сказал Харухиро. Они должны дать Ренджи шанс передохнуть хотя бы на несколько секунд. — Я пойду! Я смогу! Голос не принадлежал Ранте. Это был Могзо. Не колеблясь, не сомневаясь, Могзо жестоко столкнулся с Зораном. Его взмахи были мощны и быстры: каждый удар тяжел и силен. Они почти на уровне атак Дезпатча. Зоран перешел в защиту. Ренджи снова пошел в нападение — стойте! Это рушило весь смысл того, что сделал Могзо. Харухиро схватил Ренджи за руку. — Нет! — крикнул Харухиро. — Ты должен вылечиться! — Отпусти, — сказал Ренджи. — Забудь! — ответил Харухиро. — Мэри, сейчас! — Поняла! — Мэри на бегу нарисовала в воздухе шестиугольный символ и прислонила ладонь к Ренджи. — О свет, под божественной благодатью Бога Люминоса… [Cure]! После того, как начался эффект заклинания Бога Света, Ренджи перестал сопротивляться. Харухиро не знал, смирился ли он с лечением или нет, но он больше не пытался двигаться. Мэри сначала вылечила раны на голове и плечах Ренджи, затем нажала рукой на глубокие порезы на его груди и ребрах. Но не важно, сколько Мэри лечила его, на нем было так много ран и поэтому казалось, что она никогда не закончит. Дыхание Ренджи было тяжелым, его лицо выглядело пепельным. Он потерял слишком много крови. Ранта был занят одним из подручных Зорана, Юме — другим. Еще один приближался к Шихору, и Харухиро остановил его с помощью [Swat] как раз вовремя. — Этого хватит, — сказал Ренджи, убив орка, атаковавшего Шихору, одним диким ударом меча Ишх Догранна. Затем побежал прямо к Зорану. — С дороги, пустоголовый! — сказал он Могзо. — Зоран — мой противник! — Ни за что! — сказал Могзо. — Не пытайся прикончить его в одиночку! Могзо сместился влево, оставляя открытое место справа. Ренджи плавно двинулся, заполняя промежуток. Теперь двое против одного. — И я не пустоголовый! — крикнул он. Могзо бесконечно размахивал своим мечом во все направления. Он полностью перешел в нападение. Он никогда не останавливался, даже для передышки. Ренджи заставил меч Ишх Догранна затанцевать в своих руках. Для Харухиро, они были объединением мощности и утонченности; мощность Могзо и утонченность Ренджи. Могзо сражался силой, Ренджи — техникой. Между ними двумя даже Зоран, владеющий двумя клинками, был занят отражением атак. Сцена перед его глазами была такой невероятной, что Харухиро с трудом верил в это. — Именно так! — ответил Ренджи. — Ты не пустоголовый! Покажи мне все, что у тебя есть, Могзо! Он был другим человеком… или, наверно, Могзо всегда был таким. Его всегда называли пустоголовым или тупым. Они не могли вспомнить, кем они были или откуда они пришли, до того как они попали в Гримгар, но последствия постоянных насмешек остались с ним. Вот почему Могзо никогда не был уверен в себе. Но затем он присоединился к Харухиро и остальным. Они боролись и сражались вместе, и Могзо стал выдающимся человеком. Могзо был ядром их команды. Если что-то случится с Харухиро, тогда Мэри может сыграть роль лидера, и команда сможет двигаться дальше. Но без Могзо у них будут проблемы. Он был незаменим, и все это знали. Могзо самый надежный из них, и он знал, что на него рассчитывает команда. Теперь он вспомнил это, и его самоуверенность вернулась с удвоенной силой. Наконец-то, он сражался на весь свой потенциал. И это не только в бою, его вновь обретенная уверенность тоже послужит всем остальном. Ренджи ошибался. Могзо на самом деле принадлежал команде Ренджи. Но тогда Ренджи недооценил его и прошел мимо. Вместо этого Могзо присоединился к команде Харухиро. Харухиро чувствовал, что за это он должен сказать спасибо Ренджи, что тот дал шанс встретиться с Могзо и все пошло именно так. — Позволять только парням драться — не в моем стиле! — сказала Кадзико и атаковала Зорана со спины. Зоран увернулся и отпрыгнул назад. Босс-орк бежал. Этот Зоран Зесшу действительно убегал от них. — Разделим награду поровну! — крикнула Кадзико. — Отвали! — потребовал Ренджи. В ответ Кадзико погналась за Зораном. Ренджи и Могзо следовали неподалеку. — АААААААААГХ! — закричал Ранта. Аваил. Шаман орков выпустил поток огня в Ранту, который не смог увернуться, и в одно мгновение его охватило пламенем. Аваил был ловким и быстрым, используя тактику «ударь и беги», чтобы избегать нападения. У Ранты и остальных будут трудности, если они попытаются прикончить шамана. — Мэри! К Ранте! — сказал Харухиро. — Знаю! — ответила Мэри. — Юме, прикрой Шихору! — дальше сказал он. — Ваа! — пришел ответ от Юме. — Ваа? Что это значит!? — спросил Харухиро, понятия не имея, что она говорила. Это не важно, потому что Юме подвинулась и встала поближе к Шихору. Может быть, она имела в виду «даа»… — Оом рел ект прам дас! — произнесла Шихору. Заклинание Шихору [Shadow Complex] попало в цель, и тот должен был растеряться, но это как ведро воды на чертов лесной пожар. Тут больше десятка из личной стражи Зорана, не считая самого Зорана и Аваила. У них есть только пятерка из команды Ренджи, шестерка из группы Харухиро, четверка оставшихся Вайлд Энжелс и трое других помятых запасников. Постойте… это означает, что они выиграли? Нет, у них есть численное преимущество, но это едва ли означает победу. Аваил окатил другого запасника потоком огня. Парень загорелся и упал. Дерьмо, кто-то должен его вылечить. На самом деле, его одежда напоминает класс Жреца. Не смотря на то, что она в огне. В таком случае, он сам сможет позаботиться о себе. Даже если он не в состоянии. Потому что ни Чиби, ни Мэри не желали лечить его. — Мы идем за Аваилом! — объявил Харухиро. Могзо, Ренджи и Кадзико очень заняты Зораном. Рон прикрывает Сассу, Чиби и Адачи и не может сдвинуться с места. — Мако, Кикуно, Азуса! — позвал Харухиро, вспомнив имена оставшихся членов Вайлд Энжелс. — Аваил в приоритете! Каждый из них сражался с одним из личных стражей Зорана, но один только что прикончил своего противника. Она была Воином, почти такой же большой, как Кадзико. Аваил наверняка ждал этого момента. Орк-шаман переместился прямо к ней и открыл фляжку на поясе. Оттуда вылетели насекомые. Прежде чем женщина среагировала, рой насекомых оказался на ней. Она закричала. Она пыталась сбросить с себя жуков. Это рефлексы, и Харухиро не мог винить ее, но все же это неправильная реакция. Вместо этого ей нужно было набрать дистанцию между собой и Аваилом. На этот раз, шаман не убегал. Вместо этого, он нарочно приближался к ней, собираясь сделать… что-то. Но может быть это его шанс, и пока Харухиро думал об этом, то уже двигался. Аваил держал в руках короткую булаву. Сначала он ударил женщину в колено, затем ударил ее по голове. Ее шлем предотвратил смерть, но она все же упала. Затем Аваил развернулся. Дерьмо! Шаман заметил приближение Харухиро. — Гашу граша! — прошипел шаман, размахивая булавой на Харухиро. Булава не была огромной, поэтому Харухиро мог отразить ее кинжалом, но он уже рефлекторно пригнулся, прежде чем понял, что делает. Аваил убежал, прежде чем Харухиро успел выпрямиться. — Он быстрый! — охнул Харухиро. Когда он отправился за шаманом, Харухиро задумался, правильное ли это решение. Правильное или нет, он понятия не имел, но он знал, что позволять Аваилу бегать вокруг и делать, что он захочет — нехорошо. Шаман очень опасен. Он мог легко уменьшить их число до тех пор, пока у орков снова не появится преимущество. Харухиро был напуган. Сможет ли кто-то вроде него справиться в одиночку с Аваилом? Он не думал, что Аваил из тех противников, с кем любой можно справиться с одиночку. — Воу! — Харухиро поспешно снова бросился на землю, потому что Аваил внезапно развернулся к нему, и Харухиро подумал, что шаман собирается снова атаковать его. Инстинкты Харухиро не обманули. Струя пламени проревела над его головой. Если бы он среагировал на полсекунды медленнее, в него бы попали и спалили заживо. Аваил снова побежал, и Харухиро заставил себя пуститься в погоню; хотя в этот раз он держал чуть большую дистанцию между ними. Это не сработает, подумал про себя Харухиро. Он не мог поймать Аваила, и даже если бы мог, проблема была в том, что ему тогда делать. Он беспокоился о своих товарищах, но он знал, что не может отвести взгляд с Аваила даже на мгновение. В то же время, Аваил иногда поглядывал на Харухиро. Потом вдруг Харухиро потерял его из виду. Шаман исчез. Харухиро застыл на месте. — Осшу! — рявкнул один из подчиненных Зорана, напав на Харухиро. Харухиро увернулся и попятился назад, но другой орк несся на него со спины. В ту секунду, когда орк вошел в радиус атаки, Харухиро резко дернулся вбок, позволив второму орку столкнуться с первым. Когда двое орков отлетели друг от друга, Харухиро проскользнул мимо. Он осматривал комнату, пока бежал. Как он мог внезапно потерять Аваила из виду? Это невозможно. Первый этаж — открытое пространство, поэтому он рано или поздно найдет шамана, если продолжит осматриваться. Но как бы сильно Харухиро ни искал, шамана нигде не было. Аваил просто исчез. Теперь, когда он подумал об этом, кажется, Аваил всегда исчезал и снова появлялся. Но конечно это невозможно. На самом деле, Аваил просто бегал за спинами других орков и затем появлялся снова, когда внимание всех переключалось на что-то другое. Харухиро тоже хотел, чтобы Аваил думал, что Харухиро переключил внимание на что-то другое. Для Аваила, Харухиро потерял интерес и забыл о нем. Тогда шаман нападет. Поэтому, когда Аваил появился снова и начал двигаться прямо на Рона, Сассу и других, Харухиро сделал вид, что не заметил. Или может он направлялся к двум оставшимся членам Вайлд Энжелс? Постойте, или прямо к Ренджи, Могзо и Кадзико? Черт, движения шамана сложно предугадать. Вот как Аваил приближается, чтобы внезапно атаковать? В таком случае, Харухиро сымитировал его. Так как он был Вором, Харухиро украл технику движения Аваила. Затем он понял, кто следующая цель Аваила. Это Адачи. Маг Команды Ренджи использовал водные и ледяные заклинания Канон, чтобы мешать оркам и ранить их. Аваил собирался подобраться на расстояние атаки и отправить огненное заклинание в Адачи, но прежде чем шаман смог, Харухиро напал на него с помощью [Backstab]. — Какого..!? Прямо перед тем, как кинжал Харухиро добрался до своей цели, Аваил развернулся. Кинжал Харухиро вонзился в левое плечо шамана. Атака Харухиро провалилась, но вместо контратаки, Аваил побежал. Похоже, орк-шаман из тех, кто не вступает в бой, пока не получит полное преимущество. Наверняка он был щепетильным. Да, трусливым, но в то же время разумным. Хитрым. С этим, Аваил наверняка понял Харухиро. Шаман знал, что Харухиро украл его стратегию и теперь использовал против него. Одно и то же не сработает дважды. Он не мог позволить Аваилу снова уйти. Если он позволит, шаман постоянно будет настороже и больше не откроется Харухиро. — [Modified Propel Leap] * ! Аваил вскрикнул от удивления. В тот момент он не имел ни малейшего представления, что произошло. Орк-шаман никогда не мог бы представить, что какой-то человек сбоку отправит его в полет и атакует задницей. Получив атаку задницей от Ранты, шаман споткнулся. Да что за чертовщина с подгадыванием момента у Ранты? Он был идеален. Очень хорош. Так же хорош, как и порочен. Теперь, когда у них было преимущество в бою, Харухиро был уверен, что сможет прикончить орка, не смотря на то, что линия не появилась. Перестраховавшись, Харухиро использовал [Widow maker] вместо [Backstab]. Он прыгнул на спину Аваила, полностью сковав шамана, затем одним быстрым движением воткнул кинжал под подбородок шамана, прежде чем отпрыгнуть. — НЕЕЕЕЕЕТ! — простонал Ранта. Этот парень идиот? Да, идиот. Ранта поднял свой длинный меч, затем по диагонали опустил его на шею Аваила, но разрезал ее только наполовину. Затем Ранта пнул орка прочь со своего меча и снова взмахнул мечом. Затем третий раз, пока Аваил не перестал двигаться. — ДА! — воскликнул Ранта. — Я получил пятьдесят золотых! И Вайс! Ранта — это Ранта, и всегда останется Рантой. На самом деле это достойно восхищения. Или нет. Определенно нет. — Теперь только Зоран! — сказал Харухиро. Осталось несколько подручных Зорана, но Зоран Зесшу в приоритете. Когда опасность постоянной поддержки Аваила исчезла, теперь трое на одного. Они могут победить. — МОГ…! — как только Харухиро позвал Могзо, Зоран подпрыгнул в воздух. Босс-орк сделал сальто вперед, избегая взмах меча Кадзико со спины, и пролетел Могзо и Ренджи, атаковавших спереди. — Какого..!? — воскликнул Ренджи. — Черт! — ругнулась Кадзико. — А? — сказал Могзо. Зоран издал оглушительный рев и затем крутанулся. Он добавил несколько полных оборотов для переднего сальто перед приземлением. Затем он начал крутить по горизонтали, как волчок. Он был быстрым, а вращение невероятно мощным. Ренджи и Могзо могли только отступать, и даже так, они отступали недостаточно быстро. Оба их меча попали под вращение клинков Зорана, и Могзо с Ренджи отправились в полет. Затем орк без колебаний усилил нападение на Могзо. Когда Ренджи приблизился, чтобы помочь Могзо, Зоран мгновенно повернулся к нему, используя один мощный удар, чтобы отправить Ренджи назад. Затем орк снова взмахнул обоими клинками в сторону Могзо. Кадзико издала еще один пронзительный клич, когда напала на Зорана со спины. Зоран развернулся и заставил ее отступить взмахами своих двойных клинков. Затем он переключил внимание на Могзо еще раз, преследуя человека упорно и методично. Когда Ренджи попытался помешать, Зоран быстро сделал свою комбинацию прыжок-вращение и снова сосредоточился на Могзо. Почему? Почему Зоран так упорно сосредоточился только на нем? Могзо едва блокировал атаки босса-орка своим мечом; его пластинчатый доспех был разбит в клочья, и его шлем помят и сломан. Будто бы Зоран шаг за шагом уничтожал Могзо. Харухиро хотел помочь, но не знал как. Осмелевшие от дикого нападения Зорана, другие орки начали кричать «Ошу! Ошу!», затем снова атаковав людей. Один из них направился на Харухиро, и даже когда Харухиро защитился с помощью [Swat], он знал, что он проиграет. Орк слишком силен, и его атаки почти выбили кинжал из рук. — ПАРУПИРООО!- крикнул Ранта. Помощь Ранты прибыла как раз вовремя, чтобы спасти Харухиро из действительно плохой ситуации. Но какого черта он зовет меня так!? Хотя Ранта спас его. — Аргх! — вскрикнула Кадзико, когда клинок Зоран сбил шлем с ее головы. Все ее лицо покрыто кровью. — Уберите ее отсюда! — со злостью крикнул Ренджи, и один из трех оставшихся членов Вайлд Энжелс подошел и утащил Кадзико прочь. Им конец. Бой проигран. Харухиро действительно думал, что они смогут победить, когда прибыли Кадзико и Вайлд Энжелс, но он ошибся. Зоран Зесшу не Ишх Догранн. Он просто слишком силен. Он не орк, а чертов монстр. Но Харухиро также заметил что-то… что-то не так с Зораном, но он не мог это правильно описать. Равновесие. Да, это оно. Равновесие. Что насчет него? Тело Зорана, правая и левая сторона. Всякий раз, когда Харухиро смотрел, Зоран всегда поворачивался налево. Исключение составляла вращающаяся атака — там он вращался направо. Почему? Харухиро не отдал бы палец на отсечение, но это волновало его. — ПАРУПИРО, ХВАТИТ ВИТАТЬ В ОБЛАКАХ! — крикнул Ранта. Хотя Харухиро не витал в облаках. И он не Парупиро. Ранта должно быть думает, что он замечтался, но разум Харухиро усердно работал. У него было ощущение, что он дошел до чего-то важного. У Зорана два клинка, но… мог ли Зоран быть левшой? Что заставило его задуматься об этом? Из-за жесткости в некоторых движениях Зорана. Он обращался с мечом в левой руке плавнее, чем мечом в правой. На самом деле орк никогда не взмахивал мечом в правой руке вверх и вниз. Все, что он делал, так это выпад вперед, и это выглядело так, будто мышцы на всей руке постоянно напрягались… будто бы они перенапрягались, чтобы поддержать что-то. Например, старая рана в плече или на его правом боку. Если бы не они, Зоран бы так не двигался. Не то, чтобы он делал это намеренно, но плоть и кости естественно реагируют на раны, вроде этой. Ренджи и Могзо сражались с Зораном слишком близко, и они, наверно, не заметили. Харухиро смотрел издалека, поэтому он заметил это легкое несоответствие. Так что теперь? — Ранта! — сказал Харухиро. — Что!? — ответил Ранта. — Хочешь сотню золотых!? — ДА, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! Зачем вообще спрашивать!? — Тогда ты должен привлечь внимание Зорана! — сказал Харухиро. — Только ты сможешь это сделать! — Ха! Наконец-то ты понял, как использовать весь мой потенциал! — воскликнул Ранта. — Говори, что мне делать! Харухиро быстро объяснил. Задача у Ранты опасная, но не сложная. Для Рыцаря Страха вроде Ранты, речь шла не об успехе или провале, а только попытке. Это просто. Проблема в том, чтобы сообщить план Ренджи и Могзо. — Могзо! Ренджи! — позвал Харухиро. — У Зорана привычка начинать с левой стороны! Он слаб с правой стороны! Может старая рана или еще что! Ранта нападет на него в лоб! Вы двое атакуйте со спины! Поняли ли они то, о чем он говорил? И даже если они поняли, смогут ли они это сделать? Нельзя быть в этом уверенным. Харухиро взглянул в сторону Мэри. Она и Юме прикрывали Шихору, отбиваясь от атак подручных Зорана. Шихору бросила в орка [Shadow Bind]. Чоко… Я хотел бы, чтобы ты все еще была жива. Но ее силуэт безжизненно лежал на земле. После того как ты умерла, все закончилось. И значит, пора с этим кончать. Настало время довести дело до конца. — Ранта, ты готов!? — спросил Харухиро. — Готов на сотню золотых! — пришел ответ Ранты. — Так держать! — Харухиро побежал прямо к Зорану, даже когда орк обрушивал шквал диких ударов на Могзо и Ренджи. Зоран резок. Харухиро занял позицию позади Зорана, но Зоран увидел его приближение издалека. Но все в порядке, потому что… — Эй, свинорылый! — дразнил Ранта, выпрыгнув прямо перед Зораном. — Меня более чем достаточно, для такого слабака, как ты! Ты слышишь меня, свинорылый!? Дерись со мной, большая, жирная свинка! Ранта, приняв драматическую позу, указал кончиком своего длинного меча в лицо Зорана. Да, он отвлек Зорана, как Харухиро и хотел, но черт, Ранта был груб. Даже если орки не говорят на том же языке, он решил, что Зоран знал, что над ним насмехаются — и это мгновенно выбесило орка. Зоран сделал переднее сальто и снова начал крутиться, постоянно крича от ярости. — [Propel Leap]! Вместо того чтобы отступить, Ранта сначала отпрыгнул назад, пытаясь избежать вращающихся клинков Зорана, но этого оказалось недостаточно. Когда он приземлился, он все еще находился в пределах досягаемости атаки Зорана. — ГАРРРРРРРРРРРРРРРР! — проревел Зоран. — Идиот! — усмехнулся Ранта. — Я вижу тебя насквозь, свино… [Propel Leap]! Похоже, Ранта отбросил свою удачу и теперь отчаянно пытался отступить, но каждый раз, когда он использовал [Propel Leap], чтобы набрать дистанцию между собой и орком, Зоран мгновенно сокращал разрыв. Именно это и планировал Харухиро. В бою, Могзо и Ренджи более умелые, чем Ранта. Если бы Ранта сражался против Зорана один на один, Ранта наверняка бы проиграл. Тем не менее, они не все делали лучше Ранты. Есть кое-что, в чем Ранта их превосходил. Когда Зоран впервые сделал комбинацию прыжок-вращение, Ренджи и Могзо могли только защищаться своими мечами. И не только в первый раз техника застает их врасплох, но каждый после этого раз. Ни Могзо, ни Ренджи не были настолько тупыми, чтобы позволить себе попасться во второй раз, но, не смотря на то, что они знали, что техника приближается, они могли только ставить блок. Атака была слишком быстрой и радиус слишком большим, чтобы два Воина должным образом избежали ее. Но Ранта мог и уклонялся от нее. Частично это из-за навыка [Propel Leap], потому что он позволяет классу Рыцарей Страха оторваться от противника, когда Воины не могут. Другими словами, Рыцарь Страха вроде Ранты лучше подходит для противостояния этой технике, чем Воины, вроде Могзо и Ренджи. — ГАРРРР! ГАРРРРРР! — преследовал Зоран. — [Propel Leap]! [Propel Leap!] — отступал Ранта. Босс-орк был в бешенстве. Он никак не мог поймать Ранту, что безумно злило его. Благодаря этому, теперь Харухиро преследовал Зорана позади. Также там были Ренджи и Могзо. — Помните, он предпочитает начинать слева! — сказал Харухиро. Если они собираются напасть, то нужно делать это справа или сзади. Зоран непрерывно контратакует слева, поэтому если они нападут на него справа или сзади, куда Зоран достает медленнее, у них будет время. Не так много, но все же. — Хахаха! — засмеялся Ранта. — Ты не сможешь убить меня, если не сможешь поймать! Едва его слова сорвались с его уст, как Зоран взревел и снова атаковал комбинацией прыжок-вращение. И снова Ранта использовал [Propel Leap], чтобы уклониться. Однако в тот момент, когда Зоран начал вращаться, Ренджи атаковал его справа. Единственный безмолвный, быстрый, резкий и дикий удар. Он подошел быстро и беззвучно, затем рубанул по Зорану своим мечом. И Зоран отреагировал… как Харухиро и предполагал. Орк крутанулся влево, взмахнув мечом в левой руке назад по дуге, и блокировал удар Ренджи как раз вовремя. Но это было близко. На долю секунды медленнее, и Ренджи бы попал по нему. Хотя атака не удалась, в этот раз меч Зорана отскочил в сторону. Но у орка было два меча. Он взмахнул другим мечом в сторону живота Ренджи. Ренджи поставил все на эту единственную атаку, рассчитывая попасть. Он не оставил себе возможности защищаться, если атака провалится, и теперь он оказался полностью открыт. Зоран прикончит его. — Уф..! — проревел Ренджи, когда меч Зорана попал по его доспеху. Он не прошел через стальные пластины, но это был чистый удар. Ренджи упал. Черт! Его план провалился. Харухиро остановился на месте, но Могзо продолжил. — СПАСИБО! [Rage Cleave] или нет, это слишком безрассудно. Могзо вложил все свою силу в технику, подняв свой меч высоко над головой и рубанув вниз по диагонали. Но в этот раз Зоран не был застигнут врасплох. Орк был готов и ждал. Зоран не блокировал; орк был быстрее, поэтому он первым атаковал. Он ударил Могзо в левое плечо, затем по правой руке, затем по предплечью, затем по правому бедру, и, наконец, по голове. Меч Зорана врезался в голову Могзо слева. Харухиро даже не знал, что пластинчатый доспех и шлем смогут выдержать такое избиение. Ни один из ударов Зорана не прошел через доспех, но это не означало, что Могзо в порядке. Его пластинчатый доспех был помят и до неузнаваемости деформирован. Могзо никак не мог быть в порядке, но он все еще стоял. Он даже не опустился на колено и не согнулся. Он все еще твердо стоял во весь рост. А, точно… техника [Steel Guard]. Она позволяет Воинам укрепить свой доспех и защиту на двадцать минут, чтобы любая вражеская атака отскакивала. Но для Харухиро ни одна из атак Зорана не отскочила. Могзо получал удар за ударом. Насколько его хватит? Хоть Могзо и был крепким, никто не смог бы стоять так бесконечно. Это означает, что Харухиро мог сделать только одно. Он двинулся без промедления. Харухиро был Вором. Он трус, который всегда встает за спину врагам, и этот раз не исключение. Внимание Зорана полностью сосредоточено на Могзо. Орку должно быть интересно, почему человек, которого он колотит, упорно отказывается падать. «Странно, неожиданно, необъяснимо» — подумает Зоран. Может быть, орк даже начнет беспокоиться. Харухиро приблизился к Зорану, целясь в спину. Что насчет линии? Не слишком повезло. Не имеет значения. Харухиро знал, где его цель. Зоран носил ярко-алый пластинчатый доспех и шлем, но между шлемом и доспехом есть небольшой зазор. Наверно он достаточно широк, чтобы кинжал прошел через него. Зоран высокий, поэтому Харухиро сменил хват на оружии. Он поднял его, прицелился в пространство между шеей Зорана и верхней части спины. Его кинжал прошел через отверстие и воткнулся в плоть. В это мгновение все тело Зорана напряглось. Харухиро достал кинжал и собирался воткнуть еще раз, но Зоран крутанулся влево и атаковал, заставив Харухиро отпрыгнуть. — СПАСИБО! Как только Харухиро ударился о землю, пришел Могзо с навыком [Rage Cleave], попав боссу-орку прямо между шеей и плечом. Зоран злобно пнул Могзо прочь, затем начал уходить от них. Я не позволю тебе сбежать! Харухиро схватил правую ногу Зорана. Зоран немедленно ударил пяткой голову Харухиро, и на мгновение Харухиро провалился во тьму. Когда он очнулся, Кадзико снова вступила в бой. Рон тоже был неподалеку. Адачи атаковал Зорана магией Канон, пока Чиби била орка посохом. Ранта тоже атаковал, и Шихору выстрелила [Shadow Echo] в Зорана. Юме отчаянно била своим кукри, пока Мэри атаковала своим посохом. В версии с изображениями тут находится картинка. У Харухиро все еще кружилась голова, поэтому он не был уверен, что происходит, но похоже, что все сражаются с Зораном и выбивают из него дурь. Он вроде как понимал причину. Зоран был страшно напуган, и все хотели его смерти. Да, Зоран был в ужасе. Босс-орк теперь оказался на земле и больше не защищался. Он все еще живой? Харухиро понятия не имел. Что насчет орков из личной стражи? Осталось несколько, но большинство из них мертвы и никто из оставшихся в живых не пытался помочь своему боссу. Теперь у запасников явное численное преимущество. Весь клан Вайлд Энжелся, запасники, державшиеся подальше от боя до этого момента — все они вновь появились. Они окружили оставшихся орков и вскоре прикончат их. Харухиро потрогал голову. Крови не было. Но когда его ударили, его нос и подбородок врезались в пол, и у него текла кровь. Кроме того было немножко трудно дышать, так что может быть ему сломали нос? — Достаточно, — сказал Ренджи, поднимаясь на ноги. Он оттолкнул Кадзико, своих товарищей и товарищей Харухиро в сторону, пока приближался к Зорану. Ранта, казалось, из-за чего-то рассердился, и отказался двигаться. Ренджи ударил его кулаком в лицо. Он поднял меч Ишх Дограна высоко над головой. Никто не пытался его остановить. Ренджи опустил его, аккуратно прикончив Зорана. — Вот. Готово, — заявил Ренджи. В комнате наступила тишина. — Осторожно! — крикнул кто-то. Несколько оставшихся в комнате орков прокричали что-то на своем языке и попытались атаковать Вайлд Энжелся. Их отбросили назад. — Хару! — подбежала Мэри. — Ты в порядке? Харухиро кивнул. Он хотел что-нибудь сказать, но его голос не работал как надо. — СОТНЯ ЗОЛОТЫХ! — Ранта подпрыгнул. — ДА! — Именно Ренджи убил его! — запротестовала Сасса, на что Кадзико крикнула: — Мы поделим их поровну! Харухиро не беспокоило, что они будут делать с деньгами. Ну, может быть, немного беспокоило, потому что это значительная сумма. Он мог использовать ее, чтобы выучить новые навыки, или переехать в личный жилье, или купить оружие и доспех, и многое другое. Может сначала доспех. Его экипировка сильно износилась, поэтому ее нужно починить или заменить. Угх… он не мог думать прямо сейчас. Все оставшиеся орки теперь мертвы, и Шихору плакала от радости, что все закончилось. Юме обняла ее за плечи и, поглаживая по голове, прошептала: — Все в порядке, все хорошо… Я тоже рада, что все закончилось. — Ты можешь стоять? — спросила его Мэри. Да. Стоп, нет. Ложь невольно забурлила на его губах, потому что если он скажет «нет», может быть Мэри будет бережна с ним и посочувствует ему… но он решил иначе. — Да, я в порядке, — сказал Харухиро, вставая на ноги. — Хотя забудь обо мне, я больше беспокоюсь о… Почему Могзо просто стоит там? Все праздновали победу, спорили о деньгах, лечились или еще что, но Могзо просто стоял. Что-то не так. Обе его руки бездвижно висели, и он больше не держал свой меч. На самом деле Харухиро был впечатлен, что он все еще в состоянии стоять. Просто стоять на ногах самостоятельно в таком состоянии — впечатляющий подвиг. Его шлем не просто был деформированным мусором, он покосился в сторону. Кровь сочилась отовсюду и стекала на землю. Затем медленно, очень медленно, он начал падать. Он падал так, будто опору, удерживающую что-то тяжелое, внезапно убрали. Мэри затаила дыхание. Харухиро позвал его по имени: — Могзо..? В версии с изображениями тут находится картинка.

↑ Измененный заманивающий прыжок

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие автора

К счастью, мне удалось воплотить в жизнь желание писать новеллы. По какой-то причине на меня посыпалось множество предложений о работе от различных людей, благодаря чему я получил возможность зарабатывать писательством. Конечно, написание книги занимает много времени, но если сильно захочется, я могу выделить достаточно времени на себя. Я продолжаю писать книги главным образом потому, что мне это нравится. Иногда я делаю перерыв на день-два и, вместо того чтобы начать играть во все купленные игры, придумываю идеи, которые могут пригодиться для написания новеллы. На самом деле моя работа почти не отличается от развлечения. У меня никогда не было широкого круга друзей, поэтому «развлечение» для такого как я — это соло-игры. Примерно те же чувства возникают и во время работы, получается, работа для меня — тоже развлечение. Конечно, опыт написания книг не всегда положителен, процесс не всегда доставляет удовольствие. Порой это болезненный тяжелый труд. Приходится прилагать усилия, как это бывает во время геймплея, когда не можешь что-то пройти. Справившись с препятствием, закончив игру, невольно испытываешь радость и облегчение — это просто невероятно! То же самое и новеллами. Когда ты с успехом справляешься со всеми трудностями и заканчиваешь книгу, естественно, чувствуешь удовлетворение. Я наполовину (нет, даже больше чем наполовину) живу играючи. Мне частенько приходится сталкиваться с трудностями в процессе написания книги, и до сих пор я каким-то образом справляюсь, поэтому в целом настроен оптимистично, ведь уверен, что смогу все преодолеть. Мои ошибки не сравнимы с ошибками на поле боя, меня ведь в результате не убьют, поэтому верю, что у меня всегда есть шанс исправиться. Каким-то образом. С некоторых пор я больше не погружаюсь в игры так, как делал это раньше. Наверное, на все есть своя причина. Для меня игры были (по крайней мере, какое-то время) единственным развлечением. Сейчас их место занимает писательство. Так что теперь на видео-игры времени совсем не осталось. Наверняка видео-игры еще не раз помогут мне получить захватывающий опыт, они остаются единственным источником подобных чувств. Вот поэтому я регулярно мониторю новости и разыскиваю подходящие проекты. Зачастую я покупаю что-нибудь, немного играю, затем слегка разочаровываюсь, если игра не оправдала моих ожиданий. Тем не менее никогда не перестану верить в новые проекты. Уверен, что не перестану до самой смерти. У меня заканчивается бумага. Благодарю от всего сердца моего редактора К, Ширай Эйри, дизайнера из «Komeworks» и всех остальных, кто принимал участие в создании и распространении этой книги, а также всех тех, кто держит ее в руках — я крепко люблю вас. На этом откладываю ручку. Надеюсь, мы встретимся вновь. Дзюмондзи Ао

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 0

Теперь все орки мертвы, и Шихору плакала от радости, что все закончилось. Юмэ обняла ее за плечи и, поглаживая по голове, прошептала: — Все в порядке, все хорошо…Юмэ рада, что мы пережили это. — Ты можешь стоять? — спросила Мэри у Харухиро. Да. Стоп, нет. Ложь застыла на его губах, потому что, если он скажет «нет», Мэри, может, будет ласкова и посочувствует ему… Но он решил иначе. — Да, я в порядке, — сказал Харухиро, вставая на ноги. — Хотя забудь обо мне, я больше беспокоюсь о… Почему Могузо просто стоит там? Все праздновали победу, спорили о награде, лечились, занимались прочими делами, но Могузо просто стоял. Что-то не так. Он бросил свой меч, его руки безжизненно повисли. На самом деле Харухиро был впечатлен тем, что мечник все еще мог стоять. Даже просто находиться на ногах в таком состоянии — уже подвиг. Его шлем превратился в деформированную жестянку и покосился на бок. Кровь сочилась из ран мечника, стекала по доспеху, пропитывая землю. И вот парень покачнулся и медленно, очень медленно, начал падать... Казалось, будто опору, удерживающую его корпус, просто выдернули. Мэри затаила дыхание. Харухиро позвал друга по имени: — Могузо? Услышав свое имя, Могузо медленно встал на ноги. — Какого черта? — выдохнул с облегчением Харухиро, приложив руку к груди. Могузо действительно заставил его поволноваться. На секунду вор запаниковал. Он подумал, что случилось что-то ужасное, и был рад, что ошибся. — Не пугай меня так, Могузо, — с упреком попросил Харухиро. — А, прости, прости, — неловко улыбнулся мечник, почесывая затылок. Все лицо Могузо было залито его собственной кровью, да так, что Харухиро с трудом различал эмоции боевого товарища. Но тот, кажется, был в порядке. — Я рад, что с тобой все хорошо, — прошептал Харухиро. Он закрыл глаза и спрятал лицо в ладонях, давя в себе нестерпимое желание разрыдаться. — Я просто рад, что ты жив. Харухиро и подумать не мог, что ему придется пережить, если случится худшее. Если бы хоть что-то из представленного им сбылось, это было бы просто ужасно. Нет, гораздо хуже. Невообразимо ужасно. Нет. Этому не бывать. — Я рад… — теперь Харухиро на самом деле плакал. Его ладони были мокрыми от слез, которые он больше не сдерживал. Еще никогда в своей жизни вор не чувствовал себя настолько свободным и счастливым. Ему действительно казалось, что возможность закончить работу и вернуться домой целыми и невредимыми — просто сон. И все случившееся в прошлом тоже казалось сном. Наверное, вещим. Наваждением ушедшей ночи, где что-то пошло не так. Странно. Почему ему это приснилось? Нет, это неважно, ведь все в порядке. Конечно, Могузо ранен и истекает кровью, но он жив. И только это имеет значение. — Все в порядке… Харухиро услышал свой собственный шепот во тьме. Он убрал руки от лица. В темноте вор различил бедную обстановку комнаты общежития. Он спал? Должно быть, так. Это значит… Он не хотел думать об этом. Тем не менее, какая-то часть его подсознания желала знать правду наверняка. Чтобы убедиться в собственных мыслях, парень сел на кровати. Все та же комната, которую они обжили с друзьями, где стояли две двухъярусные кровати. Ранта занимал верхнюю койку прямо напротив него. Он спал, тихо посапывая. Койка под Рантой была… пуста. Теперь на ней никто не спал. Потому что Могузо больше нет. Ведь он ушел и никогда не вернется. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1: Невыносимая тяжесть бытия

Смерть человека не может быть пустяком И за последние дни Харухиро даже представить себе не мог, что ему вновь придется пережить чью-то гибель. Конечно, вор осознавал «вероятность» того, что в любой момент кто-нибудь из его группы может погибнуть. По этой причине безопасность товарищей для Харухиро всегда стояла на первом месте. Это было важнее чего-либо еще. Вор боялся их смерти, и этот страх глубоко засел в его сердце. Но его представление о сущности смерти, об утрате, было, очевидно, оторванным от реальности. И, прежде чем он понял сущность этих вещей, смерть вновь явилась к ним, а затем, уходя, оставила только боль, отличную от той, которую Харухиро чувствовал после гибели Манато. Группе Харухиро пришлось отнести тело Могузо назад в Алтану, а затем, — в крематорий, расположенный за пределами города, чтобы сжечь тело друга. Завершив погребальный обряд, они предали прах земле, там, где возвышалась башня без входов и выходов. Харухиро достаточно ясно помнил все события того дня, однако произошедшее тогда казалось таким нереальным! Он помнил, что команда Ренджи пыталась помочь им пройти через все это, и похороны Могузо прошли более или менее гладко. Даже проще, чем это можно было ожидать. Но после погребения группа Харухиро испытала самые настоящие трудности. Их товарищ, их друг мертв: он превратился в пепел и кости, навеки уснул на вершине холма, и больше ничто не потревожит его покой. Харухиро и остальные навсегда потеряли Могузо. И хотя мечник ушел от них безвозвратно, с ними остались следы его жизни, его присутствия. Остались его оружие и броня. Тот самый поврежденный пластинчатый доспех, помятый шлем и Чоппер * , который он получил от Пятен Смерти. Эти вещи нельзя сжечь или похоронить вместе с Могузо, хотя ребята подумывали об этом. Но снаряжение было выковано из металла и не подлежало физическому уничтожению с помощью огня. Не могло быть и речи о том, чтобы просто избавиться от вещей Могузо, но группе Харухиро было негде хранить память о своем друге. Наконец Шихору предложила: — Может быть, нам удастся сдать его вещи куда-нибудь на хранение? Так они отправились в Банк Йорозу, но и тут ребят поджидала жестокая реальность. — Конечно, в Банке Йорозу берут на хранение не только деньги, — подтвердила им Йорозу в четвертом поколении. На ней было броское красно-белое одеяние, украшенное золотом, которое чуть поблескивало на ярком свету. Йорозу некоторое время разглядывала группу Харухиро через монокль в стальной оправе. Затем она постучала по прилавку золотой курительной трубкой и продолжила: — Что касается платы за хранение, то, в отличие от денежных вкладов, за которые мы берем 1% от общей суммы, за снаряжение необходимо уплатить 20% от рыночной стоимости вещей. Оценку мы проводим сами, но в вашем случае в оценке нет никакой необходимости: броня ничего не стоит. — Ч-что? — заикаясь переспросил Харухиро. — Почему? — Вы действительно нуждаетесь в моих объяснениях, мистер «Отсутствующие Манеры»? — вздохнула Йорозу. Это ужасное прозвище Харухиро получил от нее при первой встрече, и Йорозу продолжала использовать его раз за разом. — Пластинчатый доспех и шлем сильно повреждены, поэтому они ничего не стоят, — пояснила она. — Даже если вы отнесете их кузнецу-броннику, я сомневаюсь, что он сможет починить снаряжение. Как насчет того, чтобы поискать мастера, который купит их в качестве сырья? — Эй, следи за своим поганым языком! — рявкнул Ранта и рванул к прилавку, чтобы схватить маленькую девочку, что сидела перед ними с бесстрастным выражением лица. И хотя Харухиро успел перехватить Ранту, не позволяя тому наделать глупостей, в действительности вор испытывал те же чувства, что и его товарищ. Значит, просто сырье… Йорозу посмела назвать вещи их почившего драгоценного друга «сырьем». У всей группы Харухиро не осталось ничего, кроме воспоминаний о Могузо, и эта служащая посмела обращаться с ними как с мусором. Нет, это не мусор. Да как смеет эта Йорозу говорить с таким апломбом о вещах, которые ей непонятны?! Она ошибается. Она просто ни черта не знает. Глаза Йорозу сузились до щелок, но девочка лишь покровительственно пожала плечами. — Понятно. Значит, это принадлежало вашему бывшему товарищу. Хотя я и понимаю вашу ситуацию, есть правила, которые даже Йорозу в четвертом поколении не может обойти. Причины не имеют значения, мы не можем брать на хранение вещи, выходящие за рамки установленных правил. Место для хранения —тоже ресурс, и мы не можем позволить себе брать предметы, у которых нет ценности. Если они настолько дороги вам, что не можете от них избавиться, предлагаю найти способ хранить их у себя. Так вот что значит «потерять дар речи». «Если эти ничего не стоящие вещи так важны вам, разбирайтесь с этой проблемой сами», — вот что сказала служащая банка на самом деле. Но хуже всего то, что она права. Йорозу не обязана заниматься вещами Могузо, это прямая обязанность его группы. — Тогда… что насчет меча? — тихо спросила Шихору. Йорозу кивнула. — Да, вы можете оставить его на хранение. Но это недешево обойдется. Меч ведь когда-то принадлежал Пятнам Смерти, верно? После коротких переговоров их навестил оценщик, который взглянул на меч и, как и предупреждала Йорозу, назвал запредельную рыночную стоимость — двадцать пять золотых. Одна пятая от этой суммы равнялась пятидесяти серебряникам. У группы Харухиро были деньги, чтобы заплатить даже такую цену, и все же стоимость банковских услуг просто ошеломляла. Сам Харухиро колебался некоторое время, не решаясь дать свое согласие. — Может, ребята подумают и решат все потом? Юмэ не видит разницы, — предложила охотница. Она была права. Можно отложить вопрос о хранении на будущее, но тогда придется носить с собой этот гигантский меч, и это просто неудобно для всей группы, так что они в любом случае вернутся и согласятся на грабительские условия банка. И все же можно было повременить. У Харухиро и ребят есть завтра, послезавтра, в крайнем случае, следующий за послезавтра день… К тому же, ко всем прочим проблемам добавилась еще одна, которую озвучила Йорозу: — У меня есть еще один вопрос, который меня несколько волнует: что вы будете делать с суммой, оставшейся на банковском счете покойного? — Оставшейся суммой? — переспросил Харухиро. — У покойного был счет у нас. При стандартной ситуации только владелец счета может вывести средства, но, в случае смерти, возможен перевод на счет другого клиента, когда все необходимые для перевода условия будут соблюдены. — Если… если так, то… — замялся лидер группы. — Если быть точной, вы обязаны предоставить официальное свидетельство о смерти и доказательство родства, полученные от губернатора и подтвержденные в штаб-квартире Багровой Луны, — объяснила Йорозу. — Как только мы подтвердим подлинность этих документов, банк переведет вам остаток со счета покойного. — Свидетельство о смерти? Доказательство родства? — машинально повторил вор. — Пока мы не получим необходимые доказательства, банк не может разглашать никакую информацию о денежных средствах на счете покойного. Сколько оставил Могузо? Харухиро знал, что мечник тратил деньги лишь на улучшение брони, которую он собирал по частям, а еще на еду. У почившего друга был немалый аппетит, и вор сомневался, что у Могузо осталась сколько-нибудь весомая сумма. Но все же оставлять вклад невостребованным — не лучший вариант, если они хотят уладить это дело. Когда умер Манато, группа будто отстранилась от вопросов наследства, никто не взялся за малоприятные обязанности, связанные с имуществом погибшего жреца, поэтому Харухиро понятия не имел, как вообще стоило поступить с тем, что принадлежало Манато. Но в этот раз вор хотел поступить правильно. Он обязан распорядиться имуществом Могузо как следует. Конечно, Харухиро задавался вопросом, что думают об этой проблеме другие члены группы, однако на следующий день вору все равно пришлось идти в штаб-квартиру Багровой Луны одному. Ранта не желал вылезать из постели, а когда Харухиро спросил Юмэ и Шихору, те не дали ему прямого ответа. Мэри не жила с ними, поэтому у вора не было возможности спросить ее мнения. Войдя в штаб-квартиру, Харухиро собирался подойти к Бриттани (или просто Бри), чтобы спросить того о свидетельстве родства, но командир Багровой Луны сам позвал парня. — А, это ты! — воскликнул Бри. — Ты пришел как раз вовремя! Это насчет награды… эмм-хмм, денег. Что собираешься делать? Мне сказали, что ты даже не пытался договориться, как поделить золото с другими добровольцами. Ты ведь знаешь, что и Ренджи, и Кадзико могут быть той еще занозой в заднице… А, впрочем, я отклонился от темы, речь ведь о тебе. Если не потребуешь свою долю, то потеряешь большие деньги. — Э-э-э… — неопределенно промычал Харухиро. — Какую долю ? Группа вора уже успела получить оставшуюся плату за участие в осаде крепости Мертвых Голов, причем сразу же после возвращения в Алтану. Им выдали на руки тонкую медную пластину, военный жетон стоимостью в восемьдесят серебряников для каждого члена группы. — А, постойте! — внезапно вспомнил Харухиро — Вы имеете в виду награду за головы Зорана и Аваила? — Да. Что же еще? — Бри облизал свои черные губы и подмигнул Харухиро. Вору тот час же захотелось, чтобы командир прекратил эти «шалости», поскольку сам Харухиро был просто не в настроении терпеть подобные намеки. Бри продолжал: — Голова Зорана стоит сотню золотых, Аваила — пятьдесят. Вместе — сто пятьдесят золотых. Согласно тому, что я слышал, ваша группа почти в одиночку разобралась с Аваилом. — Да…Точно. Сейчас, когда вы это упомянули, мне кажется, что так все и было. — Просто чтоб ты знал: в таких ситуациях большинство добровольцев ратует за равный дележ. Чтобы получить то, что вам причитается, вы должны требовать свою долю. Ты будешь глупцом, если не воспользуешься этим шансом. — Правда? Думаю, все так и есть. Правда, я не слишком хорош в финансовых вопросах... — Что!? Ты не хочешь получить награду за свой богически-невероятный подвиг? Ты не рад этому?! — Рад? Отчего-то Харухиро захотелось горько смеяться. Нет, все что угодно, лишь бы не засмеяться в лицо этому Бри, пока он разглагольствует. Смеяться нельзя. В действительности, единственное, что хотелось сделать Харухиро, так это назвать Бри тупицей и разбить ему лицо. Вместо этого парень опустил взгляд в пол и в ярости сжал кулаки. — Нет, не думаю, что я очень рад, — с трудом ответил вор. — Неудивительно, — заметил Бри с тяжелым вздохом. Разглядывая пол, Харухиро не мог видеть выражение лица Бри, но парню и не хотелось знать, что и о чем думает командир Багровой Луны. — В любом случае, у вас есть право требовать награду. Сейчас у меня на руках вся сумма, и Кадзико, перекинувшись парой слов с Ренджи, сказала, что ваша доля составит шестьдесят золотых. — Шестьдесят!? — не удержался и воскликнул Харухиро. Он не мог поверить собственным ушам. Его словно резко разбудили, выдернув из сна… Да если бы он мог проснуться и знать, что все, что происходило с ним сих пор — один сплошной кошмар! — Шестьдесят… «золотых»? — Верно, — подтвердил Бри. — Если тебе будет от этого легче, можешь перевести их в серебряники. Это шесть тысяч. Если поделить их на шестерых, прости, в смысле, на пятерых, то каждый получит по двенадцать золотых. — Двенадцать… Конечно, оговорка Бри возмутила и даже разгневала Харухиро, но его разум все равно был занят тем, что пытался осознать неприлично огромную сумму, которую получит его группа в награду. И все равно вор не чувствовал радости. Ни капельки. — Полагаю, раз такова наша награда, мы обязаны взять ее, — решился Харухиро. — Только… — Только что? — Эм, ничего. Мы возьмем ее. Спасибо. Лучше, когда в карманах звенят деньги, чем когда в них пусто. Деньги сгодятся для многих вещей. Да. На самом деле, я здесь для… — …свидетельства о смерти и доказательства родства, верно? — закончил за него Бри. — Да. — Оформление бумаг займет некоторое время. — Сколько? — Все зависит от расторопности клерков. Придется ждать не меньше десяти дней. Может, семь, если повезет, но никак не раньше. Что? На твоем лице написано, будто ты ждал, что все пройдет в мгновение ока. — В самом деле, я немного надеялся на это… — Так просто ничего не делается, — оборвал его Бри. — Вот если бы ты был ему родственником, тогда бы мог бы пойти в учреждение и решить этот вопрос самостоятельно, но товарищество в группе не делает вас одной семьей. Конечно, все было бы куда проще, если бы покойный был женат. И снова Бри затронул какую-то запретную тему, сказал о невозможном. Брак… Еще одна вещь, которую Могузо никогда не узнает, и Харухиро не мог спокойно думать об этом. Могузо никогда не женится, потому что он мертв. Гибель мечника до сих пор казалась ложью. И Харухиро с трудом осознавал даже то, что нес вместе в другими неподвижное тело Могузо, чтобы сжечь его в крематории. Вор был свидетелем того, как пламя пожирало Могузо, обращая его существование в пепел и кости. И даже в это Харухиро не мог поверить. Вернее, он не хотел мириться с очевидным фактом. — Так он не был, да? То есть, я хочу сказать, не был женат? — уточнил Бри. — Нет, не был, — согласился Харухиро. — Тогда Багровая Луна выступит гарантом и подтвердит его личность как неженатого солдата без кровных родственников. Но мне понадобятся подписи других членов группы. — Одного меня недостаточно? — Нет. Вся ваша группа должна подписаться в качестве свидетелей. Закон есть закон. — Это означает… — Харухиро догадывался, к чему ведет командир. — Тебе придется прийти сюда еще раз вместе со своими ребятами, — заключил Бри. Харухиро вышел из штаб-квартиры подавленным, не зная, что теперь делать. Только в одном вор был уверен: Ранта, Юмэ и Шихору все еще в общежитии… Но что насчет Мэри? Если подумать, он не знает, где живет жрица, ведь они встречались каждый раз в одном и том же месте, то есть, у Северных ворот Алтаны. И никто из группы не знал, что каждый из них делает до вечера. А после смерти Могузо Харухиро не мог вспомнить, договаривались ли они вообще о встрече. Вор помнил, что в день смерти Могузо, после того, как пламя поглотило тело мечника, они долго не расходились, а Мэри осталась на ночь вместе с Юмэ и Шихору. Каждый отсиживался дома до самого полудня, а когда они собрались вместе, речь зашла о том, как правильно распорядиться вещами покойного. Затем вся группа отправились в банк Йорозу. Вечером ребята разошлись с Мэри в разные стороны. Никто из них не упомянул, когда они встретятся. Как они собираются позвать Мэри? Юмэ и Шихору могут знать, где живет жрица, наверное, следует спросить у них. Может, будет лучше вернуться в общежитие и взять девушек с собой, чтобы пойти за Мэри вместе? Или, может, он должен поручить однокомандницам это дело? Ключевым моментом во всех вариантах был поиск дома, где жила жрица, с которой нужно было как-то связаться. Ко всему прочему у Харухиро был жетон стоимостью в шестьдесят золотых. Эти деньги нужно было разделить между пятью людьми. На пятерых. На пять? Нет, это какая-то ошибка, их было шестеро. И пластину нельзя разделить, ее надо обналичить. Харухиро вспомнил, что банк Йорозу конвертирует любую валюту. Ах да, может, его группе стоило все узнать в штаб-квартире Багровой Луны, прежде чем пойти к Йорозу? Но именно банковская служащая объяснила им, как важны документы, которые они собирались взять в штаб-квартире добровольцев Алтаны, поэтому… Да, все вышло именно так, как вышло. Харухиро глубоко вздохнул и побрел обратно в общежитие Багровой Луны. Он чувствовал себя беспомощным. Его мотивация куда-то испарилась. — Заноза в заднице… — пробормотал он себе под нос. Внезапно у парня появилось непреодолимое желание остановиться, присесть прямо посреди дороги, обхватив голову руками, и остаться так навсегда. Ненароком Харухиро вспомнилась Чоко. Он совершенно забыл о ней, и мысль об этом заставила его почувствовать себя ужасно. Должно быть, он плохой человек, раз так просто забыл о ней. Ведь Чоко тоже мертва. Скорее всего, вся ее группа полностью перебита орками. Что случилось с ее телом? Похоронили ли ее как надо? Командование основных войск должно было проконтролировать операцию, невозможно, что солдаты побросали мертвецов прямо на поле боя, в крепости, верно? Их должны были похоронить. Провести обряд. Сжечь до такой степени, чтобы от них остались лишь пепел да кости. Кто-то должен был, в конце концов, предать их прах земле на том холме… А что потом? Потом ничего. Тела погибших нужно сжечь, чтобы они не попали под проклятие Короля Нежити. Харухиро пробрала дрожь, когда он подумал, что Чоко может вернуться в качестве зомби. Нет! Невозможно! С ней этого не случится. Правда, мертвецы ничего не знают о судьбе собственных тел. Забота об их теле — долг живых. «Позаботился ли я обо всем этом?» — спросил у себя Харухиро. — «Сделал ли я все, что должно?» Могузо… Мог ли вор сделать хоть что-то значимое для погибшего друга? Хоть что-то… Есть ли хотя бы одна вещь, которую Могузо хотел бы получить от него, пока был жив? Или что-то, чего мечник не хотел бы ни в коем случае? Сделал ли он, Харухиро, все как надо? Бесполезно задавать вопросы, зная, что никто не ответит. Могузо больше нет. Чоко тоже мертва. Они оба погибли. Все случившееся похоже на ложь, но это не так. Просто правда оказалась жестокой. — Мы не должны были подписываться на штурм орочьей крепости. Ни за что… — прошептал Харухиро. Его группа не должна была участвовать в кампании Багровой Луны. И группа Чоко тоже. Их ожидало слишком опасное приключение, не рассчитанное для таких новичков, как они. — Чья это идея? Кто предложил ее? Ранта. Идиот-Ранта предложил присоединиться к Багровой Луне. — Но… именно я принял окончательное решение. Если бы Харухиро не проголосовал «за», тогда, может быть, Ранта не получил бы преимущество в голосах, и они не согласились бы на эту миссию. Нет, никаких «если». Без голоса Харухиро они бы точно не пошли на эту глупость. Если бы вор не услышал, что группа Чоко примет участие в этой битве, он бы проголосовал «против». Кроме того, Харухиро должен был убедить Чоко и ее ребят бросить эту глупую затею, и неважно, что этот вопрос — не его ума дело. Он должен был отстоять свою позицию, что выступать против орков — слишком опасно, даже безрассудно. Он должен был остановить девушку, даже если это означало уход Чоко из группы, даже если остальные в команде начнут сопротивляться ее решению. Харухиро должен был убедить ее не сражаться вместе с добровольцами Багровой Луны. И должен был остановить свою группу, и плевать, как сильно будет возмущаться Ранта. Будучи лидером, вор должен был твердо стоять на своей позиции, мол, нет значит нет. Это слишком опасно, риск слишком велик. Но Харухиро убедил себя, что потери будут минимальны, и проголосовал «за». Но теперь бесполезно посыпать голову пеплом. Когда все обернулось трагедией, вору было легко понять, какие действия и решения привели всю группу Харухиро к тому несчастью, что они пережили. Нет, он никого не винил. Это просто бессмысленно. Чувство вины не воскресит Могузо. Харухиро перевел взгляд на небеса, задумавшись о том, который сейчас час. Может быть, уже три часа дня? В безоблачном небе ярко светило солнце. К черту все! «Сегодня действительно хороший день, Могузо». — Нет пути назад, — подытожил Харухиро. — У нас нет другого выхода, кроме как жить дальше. Тогда казалось, что небесная высь имеет до нелепого чистый и прекрасный голубой оттенок. Харухиро поднял ладонь «козырьком», чтобы спрятать глаза от яркого солнца, и позволил себе остановить взгляд на этих дивных чистых небесах.

↑ Чоппер — меч с утолщенным у края лезвием неправильной формы и рукоятью без перекрестья, обычно грубой работы, фальшион. Это и имя меча. Могузо назвал свой чоппер Чоппером, не заморачиваясь, как подсказал Ранта.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2: Бессилие

Юмэ была совершенно без сил. Почему? Девушка не знала. Бессилие поглощало мысли, и в голове охотницы царила пугающая пустота. Всегда жизнерадостная девушка сегодня чувствовала себя совершенно разбитой, и ее слабые попытки подняться с постели не увенчались успехом: для этого требовалось приложить слишком много усилий. Поэтому охотница предпочла остаться в кровати, в общежитии новобранцев Багровой Луны. Время от времени она ворочалась, перекатываясь с одного бока на другой, но так как Юмэ чувствовала себя смертельно уставшей, даже эти простые движения давались ей нелегко. А еще Юмэ нужно было встать по нужде. Она сдерживала свои позывы уже долгое время, думая, как подняться и быстро сделать все необходимое, ведь, в конце концов, встать все равно придется. И все же рыжая охотница тянула с этим моментом, поскольку бессилие не позволяло ей сделать хоть что-нибудь. — Юмэ? — позвала ее Шихору. Как бы ей ни хотелось ответить, охотница понимала, что у нее нет сил даже для простой вежливости, это требовало слишком много энергии, ведь нужно напрячь голосовые связки, чтобы сказать пару слов. Наконец Юмэ удалось вопросительно промычать: — М-м-м? — Ты не голодна? — спросила Шихору. — М-м-м… Юмэ вспомнила о голоде. Должно быть, она хочет есть: если охотнице дадут что-нибудь, она будет жевать и проглотит пищу, а, значит, она еще способна есть. Но Юмэ просто не хотелось этого. В любом случае, она неплохо чувствовала себя совсем без еды, возможно, поесть — не главная ее потребность… — М-м-м. — Юмэ, нехорошо морить себя голодом… — М-м-м. — Юмэ? — М-м-м? — Ты меня слушаешь? — М-м-м… «Так не пойдет!» — промелькнуло в голове ослабшей девушки. Она должна ответить хоть что-то. Но сколько бы охотница не размышляла о том, что нужно сказать, слова упорно застревали горле. Конечно, она не хотела напрягать Шихору, просто у Юмэ не было сил и мотивации сделать хоть что-то для подруги. Это было не просто физическое, но и моральное истощение. — Ты должна собраться! — внезапно потребовала маг Тени полушепотом. Юмэ не смогла понять, хотела ли волшебница, чтобы ее услышали, ведь Шихору попросила об этом тихим голосом, очень быстро. Нет, охотница догадывалась, что ее подруга раздражена происходящим. Может быть, просто в бешенстве. Шихору вообще впервые говорила с ней таким тоном, и Юмэ не могла припомнить ни одного случая, чтобы такая тихоня вообще грубила ей. Юмэ повернулась к Шихору, которая устроилась на кровати, прямо напротив охотницы. Маг сидела, опустив голову, а взгляд Шихору сверлил пол. — Прости… — извинилась Юмэ. Шихору быстро покачала головой, и, не поднимая глаз, сказала: — Ты тоже меня прости. — Тебе не за что извиняться, — возразила Юмэ. — Но я… — Ты не сделала ничего плохого. — Нет, сделала… — настойчивым тоном подтвердила маг Тени. — Не сделала. — Думаю, что сделала. — Ох… — Юмэ ничего не оставалось, кроме как капитулировать из этой короткой словесной битвы. — Что мы… будем делать теперь? — прошептала Шихору. — М-м-м… Юмэ пыталась поразмыслить над этим, но мозг отказывался работать как надо. Шестеренки внутри прекратили вертеться, гоня вперед мысль, и теперь бесперебойный механизм встал. Охотница напряглась, пытаясь сдвинуть с места неповоротливую махину собственного разума, отчаянно разыскивая в закаулках сознания подходящие для ситуации слова. — Эм... Шихору? — собравшись с духом, позвала Юмэ. — Да? — Юмэ очень плоха в таких вещах. Юмэ ненавидит страдание и печальные мысли… Но все это не любят, верно? — Да, наверное, ты права… — Но, знаешь, если бы, например, был огромный ливень… — Продолжай... Юмэ попыталась развить мысль дальше: — И ливень такой супер-сильный, что никак нельзя выйти на улицу... Ты останешься дома, верно? И будешь надеяться, что однажды этот дождь кончится. — Полагаю да, я бы подождала, когда он кончится. — Но ведь кто-то должен его остановить! Но, похоже... Похоже, никто не сможет ничего с ним сделать. — Совсем ничего? — с сомнением переспросила волшебница. — Э-м-м, в смысле, Юмэ не думает, что все так случилось из-за чьей-то ошибки. Просто это случилось. Юмэ кажется, что это похоже на одну большую неправду. Юмэ никогда не думала, что такое вообще может быть. — Я… Я тоже... — Почему Юмэ даже не могла догадаться об этом? — спросила охотница. — Нет, такое бывает, и Юмэ должна была подумать, что так может быть… Этот бесконечный дождь случился с ними не впервые. Так уже было, и девушка с рыжими косами просто не думала, что им придется пережить это снова. Что их друг погибнет. Что Могузо умрет. — Юмэ такая дура, — заключила охотница и перевернулась на живот. Ее тело отяжелело, теряя с каждой минутой силы... — Юмэ была слишком глупа. Это произошло потому, что Юмэ — конченая дура. В этот раз Шихору не ответила. Внезапно Юмэ поняла, что ее клонит в сон, правда, девушка знала, что забыться в грезах ей не удастся. Охотница перевернулась на спину. Казалось, что от этого простого действия ее тело стало значительно тяжелее, еще более слабым и бессильным. Юмэ не хотелось шевелиться. Оставаясь неподвижной, она все больше чувствовала себя безнадежно скованной непосильной усталостью.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3: Без всякой меры

— Эй, папаша! Еще одну миску сорруза! — потребовал с набитым ртом Ранта, капая супом и роняя лапшу при каждом слове. Сказав это, он ткнул в сторону торговца указательным пальцем. Единственное место в Алтане, где можно заказать сорруз — маленькая лавка в южном районе города, и там частенько обедали работяги всех мастей. Что такое «сорруз»? Солоноватый суп, чей главный ингредиент — тонко нарезанная пшеничная лапша желтоватого цвета с добавлением кусочков тушеного мяса. Далеко не каждый может распробовать это блюдо с первого раза, так что всех людей на земле можно поделить на тех, кто любит сорруз, и тех, кто на дух его не переносит. Да только чем больше ешь сорруз, тем больше он тебе нравится. Заказав одну миску, ты обречен есть сорруз всю свою жизнь. Необъяснимая тяга к лапшичному супу со временем становится полноценной зависимостью. И уже хочется заказывать миску раз в десять дней, потом — в пять, а там…стоп, раз в три дня?! Высокая башня из пустых мисок опасно покачивалась над прилавком, угрожая свалиться прямо на голову Ранте. Точнее, пустых плошек было семь, а темный рыцарь старательно доедал восьмую. Прожорливый парень заказал девятую, и новая порция лапшичного супа уже поджидала своей очереди. Свежеприготовленный сорруз был обжигающе горячим. Нет, он был дьявольски горячим, и это не преувеличение. Но Ранте не хотелось ждать, пока суп остынет, и уж тем более он не собирался дуть на лапшу, чтобы она стала терпимо-горячей. Именно поэтому торопливый гость лавки умудрился обжечь рот до самого горла, так что внутри все напоминало тушеное мясо сорруза, и, честно говоря, Ранта больше не чувствовал вкуса того адского варева, что глотал без передышки. Ко всему прочему, его желудок откровенно бунтовал, не вынося гигантских порций сорруза. Живот Ранты раздуло, да так, что казалось, будто парень вот-вот разродится. И хоть каждая новая порция означала для Ранты нестерпимую пытку, он продолжал есть. Еще глоток — и с восьмой миской было покончено. — Восьмая готова! — провозгласил Ранта, и перед ним поставили девятую миску лапшичного супа. Пар от дымящейся плошки ел глаза, вышибая предательские слезы. Обычно прекрасный запах и вкус (результат сочетания лука, моркови, куриного бульона и жирной свинины) могли заставить кого угодно сглотнуть, предвкушая чудесное пиршество, но не Ранту. Он агонизировал от подступающей к горлу лапши и изжоги в желудке. — Парень, ты в порядке? — повар, он же владелец заведения, выглянул из-за прилавка, чтобы проверить, жив ли его посетитель. Ранта кивнул, вытирая лоб тыльной стороной ладони. По его лицу струился пот, сопли текли из носа, а губы были жирными от супа. Любой посчитал бы это зрелище отвратительным, но темному рыцарю было плевать. — Я иду! — Ранта вцепился в девятую миску и принялся чавкать лапшой, игнорируя рвотные позывы. Скрючившись, он поспешно зажал рот ладонями, отказываясь распрощаться со своим обедом. Нет, его не вывернет. Этого не случится! Он собирается лопать и лопать, чтобы потом опять лопать эту чертову лапшу! «Давай сделаем это! Откроем свою лавку», — лицо Могузо, его друга, его боевого товарища, появилось перед его мысленным взором, будто они снова строили планы, как когда-то в прошлом. Теперь Ранта никогда больше не увидит это широкое доброе лицо. «Но я не хочу, чтобы это был сорруз, я хочу сделать раменную. Давай пока копить деньги, продолжим экспериментировать с готовкой, и, когда добьемся нужного вкуса, давай попробуем. Давай откроем свою лавку». — Да, давай сделаем это, — пробормотал Ранта, хоть и знал, что теперь Могузо его не услышит. Теперь все, что оставалось Ранте, так это есть. Хлебать чертов сорруз, опустошая миски глоток за глотком. А потом заказывать еще и снова есть. Просто надо есть лапшичный суп, который так любил Могузо. Продолжать лопать, пока хватает сил. До тех пор, пока поперек горла не встанет. Пока он не возненавидит сорруз. Жрать, жрать и только жрать. — Ух…— пыхтел Ранта, но продолжал хлебать ненавистный суп, потому что… Потому что… Потому что Могузо никогда больше не сможет его поесть. «Верно, партнер? Неважно, как сильно ты голоден, тебе не поесть. Поэтому Лорд Ранта будет набивать желудок вместо тебя». Но какой смысл так себя насиловать? Да если бы Ранта знал, ему все равно было бы плевать! Он просто чувствовал, что поступает правильно, и эта внутренняя правда заставляла его поглощать сорруз снова и снова. — Папаша, еще одну! — Слушай, парень…— владелец лавки попытался протестовать, но от него отмахнулись. — Все в порядке! — оборвал его Ранта. — Просто поспеши и принеси еще одну! — Х-хорошо… — Миска номер девять! — объявил пожиратель сорруза. Решив прикончить ее в один заход, он начал есть быстрее. Вернее, ему хотелось так думать, но как бы прожорливый рыцарь ни старался, порция лапши не уменьшалась... Ранта не мог сделать ни глотка. Он даже не мог дышать — так отчаянно сопротивлялось предательское брюхо. Без шуток: Ранта действительно мог задохнуться. Вдруг темный рыцарь понял, что вокруг стало довольно-таки шумно, и когда Ранта поднял глаза, то увидел, что его окружила группа разнорабочих и солдат Багровой Луны. Какого черта? Почему они пялятся на него? — Ого… он собирается сожрать десятую миску, — пробормотал кто-то из них. Из толпы послышалось: — Боже… Третий неизвестный ахнул: — Да как… Да как это вообще возможно? Ему ответили: — Его вырвет прежде, чем он доест! Никому не удержать в себе десять мисок… Ранта презрительно рассмеялся, как вдруг почувствовал, что лапша лезет у него из носа, целая макаронина. Парень хотел было смахнуть ее, но передумал: Могузо никогда бы не сделал так. Поэтому он достал лапшу из ноздри, засунул обратно в рот и проглотил. — Значит так, идиоты, просто смотрите, — обратился к толпе Ранта. — Десять мисок — НИЧТО! Я могу съесть в два раза больше, это не проблема! Сказано — сделано! Ранта опрокинул в себя девятую миску, осушив ее за раз. Прибыла десятая. Борец с соррузом понял, что ему становится дурно: голова кружилась, а тело стало ватным, но Ранте было по-прежнему наплевать на все это. Он поднялся из-за прилавка и с боевым кличем поднес миску к губам, чтобы выпить ее кипящее содержимое. Лапша, мясо, овощи — не важно. Все пошло прямо в глотку. Толпа обезумела. Все вокруг пытались подбодрить его, восхищались им, хвалили его. Взбудораженный неожиданной славой, Ранта прикончил десятую миску меньше, чем за минуту. — Выкусите! — рявкнул он. — Папаша! Неси еще одну! — Уже на подходе! — Вооооу! — гул восхищения пронесся по всему заведению. — Он сделал это! — воскликнул кто-то. — Продолжай! Вперед, вперед, вперед!! — подгонял Ранту кто-то другой — Идите все к черту! — разъярился темный рыцарь и показал всем средний палец. — Меня зовут Ранта! Повторяйте! — РАНТА! РАНТА! РАНТА! — скандировала толпа — Папаша, живей! — крикнул владельцу лавки Ранта. — Вот! — Ха-ха-ха! Миска номер одиннадцать! — рассмеялся герой сорруза, взяв новую порцию. На секунду парень задумался, зачем он это делает. Плевать. Ему все равно. Набивать брюхо, так набивать на совесть! «Надеюсь, ты смотришь на это, партнер». Ведь это все, что можно сделать для Могузо. —Уф! — внезапно Ранта поперхнулся, и лапша вылетела из его ноздри. Толпа взорвалась смехом. Но, вместо того, чтобы разораться от злости, Ранта лишь рассмеялся. Громче, чем кто-либо из праздных зевак. Он сделал их всех. Ведь он может есть, пока не лопнет. «Однажды я открою свою лавку. Не с соррузом, а с раменом, как ты и хотел. Конечно, она будет называться «Раменная: Ранта и Могузо». Нет. «Могузо и Ранта».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4: Нет никого хуже меня

— Мне кажется, тебе хватит. Похоже, кто-то пытается заговорить с ней. «Кто он? Это мужчина. Он сидит рядом со мной. Не знаю его. Не могу разглядеть выражение его лица». Девушка попыталась всмотреться в черты незнакомца, но тщетно: весь мир казался размытым до ужаса. «Да кто же он? Почему этот человек уселся рядом? Не понимаю». — Повтори…Кто ты? — Да ла-а-дно? — протянул он. — И ты еще спрашиваешь, кто я? — …и почему ты сидишь здесь? — Теперь ты спрашиваешь «почему»? Мы пришли сюда вместе. — Ты пришел сюда вместе… с кем? — С тобой. С тобой, Мэри. — Зачем? — Да… Похоже, кто-то крепко перепил. — Кто перепил? — Ну ты, конечно же. — Это так? Мэри глубоко вздохнула и потянулась за своей чаркой. Жрица попыталась отпить из нее, но там ничего не было. «Что это за место? Трактир?» — Мэри огляделась в поисках ответа. — «А. Это бар». Тесное, незнакомое помещение, где нет ничего, кроме стульев. Она не бывала здесь прежде. Мэри отодвинула пустую чарку в сторону, и, подняв глаза, поняла, что сидит прямо перед служащим, быть может, барменом. Девушка попыталась заказать еще выпивки, но незнакомец, осаждавший жрицу, перехватил ее запястье. — Завязывай! — Отвяжись! — огрызнулась Мэри. — Да если б мог! Ты хоть знаешь, сколько уже выпила? — Неважно. Какая разница? — Не пори чушь! — грубо возразил незнакомец. В его тоне слышались нотки раздражения и усталости. «Почему он злится? Почему я вообще говорю с ним? Я ведь даже не знаю, кто это. Нелепость». — … ладно, делай что хочешь. Пошатываясь, Мэри встала со своего стула. Мужчина хотел было придержать ее, чтобы нетрезвая жрица не упала, но та стряхнула его руку. — Не трогай меня! — Ты сейчас ноги протянешь. — И что? — не поняла Мэри. — У тебя какие-то претензии… к падающим людям? — Такие вещи напрягут любого, — с апломбом заявил незнакомец. — Не надо нести... — Что нести? — Эту чушь. Мнение… Твое мнение... — попыталась объяснить Мэри, путаясь в словах. — Будто мне не плевать... «О чем я? Что хотела сказать? И что успела сказать? Без разницы. Уже неважно». Мэри покинула бар. Когда сознание девушки чуть прояснилось, она обнаружила, что ее занесло куда-то вглубь Алтаны. Мэри не узнавала ни улиц, ни домов. Она не понимала, куда свернула, как умудрилась заблудиться. — Что за? «И мой посох пропал. Куда я его дела? Потеряла?», — но жрица не могла даже представить, где. — Эй, ты в порядке?! «Кто же это? Тот самый приставучий незнакомец. Что ему надо? Зачем он тащится за мной?» — Какого черта тебе нужно? — Ба! — воскликнул он. — Вот так ты разговариваешь с тем, кто оплатил твой счет?! — Мой счет? О чем ты? — Твой счет в баре. Ты ведь ни черта не заплатила? Мне пришлось залезть в свой кошелек, так и знай, Мэри. — Ты знаешь мое имя? Откуда? — Сама сказала. — Я… Ты заплатил… Мэри все равно не понимала сути происходящего, и с каждой минутой все глубже увязала в абсурдной беседе с этим незнакомым мужчиной. Но кое-что было ясно: она должна денег этому господину, поэтому жрица запустила руку в карман, шаря там в поисках монет. Если она расплатится с ним, быть может, этот человек удовлетворится, перестанет забрасывать ее претензиями и пойдет прочь. Но жрица едва стояла на ногах, а дрожащие пальцы не могли ухватить ни единой монеты. В конце концов, Мэри потеряла равновесие и упала бы прямо в грязь, если бы незнакомец не подхватил девушку. — Ты прекращай это. Мне твои деньги не нужны. — Отпусти… — Нет. — Да убери же свои руки! Мэри пыталась вырваться из крепких объятий незнакомца, но лапища мужчины безжалостно сомкнулись на ее хрупком теле. Почувствовав сопротивление, этот человек лишь усилил хватку, стараясь прижаться щекой к лицу девушки. Но Мэри удалось вонзить куда-то свой подбородок, причинив своему противнику боль, отчего незнакомец мгновенно рассвирепел. — Слушай, ты! — возмутилась она, не прекращая отчаянно сопротивляться. — Заткнись тупая сука! Ты что, серьезно веришь, что я отпущу тебя? Нет, не сейчас! После всего, что ты натворила… Хорош прикидываться! Ты сама хотела этого! — Что вам надо? Что я хотела?! — Ты была не в духе, поэтому навязалась мне. Хотела чуть развеяться. Что? Скажешь, что все не так? Да любой дурак поймет, что к чему! — Развеяться? — не скрывая омерзения, переспросила жрица. «О чем болтает этот тип ? Ничего не понимаю. «Развеяться»? Я не могу «развеяться». Да как я вообще могу? Что тут творится? Что хочет сказать этот придурок?» Холод сковал сердце Мэри. — Так... О чем мы говорили? О чем именно? — А?! Ты назвала свое имя, а потом… Ну это… Что еще… Ладно, ты не очень красноречива, как и я… — Отлично… Кое-что прояснилось, и в глубине души жрица почувствовала облегчение. Выболтать кому-то, что тревожит ее, было бы просто ужасно… А так… Она ничего не сказала этому человеку. И неважно, что она очень пьяна. Чудовищно пьяна. Почти мертвецки. Мэри действительно перебрала, как ни крути. «Ситуация патовая. Я в опасности. Нужно убираться отсюда. Без раздумий», — четко осознала жрица. — М-м-пф! — промычала Мэри и изо всех сил боднула лбом подбородок мужчины. Он, не ожидая атаки, завопил от боли, но жертву все же не выпустил: — Тва-а-арь! Ну все, теперь пощады не жди! — А-А-А-А-А-А! — заголосила Мэри, когда поняла, что ее ноги оторвались от земли. Незнакомец поднял ее, и теперь жрица билась в его руках, стараясь выбраться, но мужчина был неумолим. Да что он хочет? Утащить куда-то? Мэри не узнавала темных улиц, по которым ее волокли, и все же девушка успела понять, что ее несут в узкий переулок. Осознав всю меру опасности, жертва попыталась позвать кого-нибудь на помощь, но неизвестный зажал ей рот. Тогда Мэри укусила его пальцы. Мужчина вскрикнул и бросил девушку на землю. Удар пришелся на корпус и голову. — Оу-у-у…— простонала она от боли. Все плыло перед глазами. Но у нее нет времени жалеть себя, ей нужно бежать! Мэри попыталась приподняться и отползти от неизвестного обидчика, но мужчина вновь схватил ее и опрокинул на спину. Он навис над Мэри, прижимаясь к ней всем телом, а его рука снова легла ей на губы, заткнув рот. Этот подонок собирается... Здесь? Серьезно? В этом месте? «Ни за что! Иди к черту!» — и Мэри зарядила коленом в пах насильника. — «Отвали!» — яростные мысли метались в голове жрицы. — У-у-у… Проклятая девка! Чертова маленькая... Кулак влетел ей прямо в лицо, в глазах потемнело, и Мэри потеряла сознание. Когда жрица пришла в себя, с нее стянули половину одежды. «Быть может, это оно», — подумала Мэри. — «Мое наказание. Моя кара». Ведь она позволила Могузо умереть. Она снова потеряла друга, он погиб по ее вине. Она — жрец, а значит, обязана защищать своих боевых товарищей. Это ее долг. Единственная задача. Это все, что требовалось от Мэри, и она не справилась с возложенной на нее миссией. Жрица могла сколь угодно успокаивать свою совесть, говорить себе, будто она, Мэри, старалась изо всех сил. Но миссия провалена. Мэри фатально ошиблась. «Оберег Света». Это магия Люменеса, способная повысить физические возможности союзников, регенерацию и защиту от смертельных ударов. Каждый жрец, освоивший хоть сколько-нибудь свое ремесло, считает это заклинание «базовым», одним из самых необходимых. И главная особенность этого навыка — его нужно возобновлять в бою, как только печать растает. Минутное промедление означает чью-то смерть. Так что долг любого служителя культа Люменеса — поддерживать любой ценой «Оберег Света», накладывая печать каждые тридцать минут, не допуская задержек. Это правило глубоко вошло в душу каждого, кто служит Владыке Жизни. Его нельзя забыть, нельзя пренебречь им. И все же Мэри забыла. — Хватит дергаться! Не сопротивляйся! Безжалостная улыбка красовалась на губах незнакомца, пока он стаскивал одежду с беспомощной жрицы. Мэри слышала, как лопаются швы и рвется ткань ее платья. — Не напрягайся. К тому же, мало похоже, что это твой первый раз. Расслабься и получай удовольствие! — По-моему, ей не нравится, — вдруг заметил чей-то знакомый голос. Насильник обернулся. — А? — Извини, но я не буду с тобой мягок. — Чт… — Хья! Поверженный враг рухнул прямо на Мэри, но неизвестный спаситель тут же поднял его тело и отбросил назад, высвобождая девушку. — Э? Что тут происходит? Ей помогли, но почему? Кто же это? — Ты как? Сможешь подняться? Мэри промолчала. Тогда добрый незнакомец вздохнул и с досадой поскреб затылок. — Слушай… Я не опасен, честно. Без всякого там. Слушай, с твоей одеждой и со всем… остальным… Все в порядке? — тон человека был грубоватым, но в нем слышалось беспокойство. Чего скрывать, случайный прохожий действительно оказался неравнодушным малым и вытащил ее, Мэри. Отрицать, что он сделал это по доброй воле — просто невозможно. И, если подумать, что могло бы случиться, если бы он не пришел вовремя… Да, жрица могла в красках представить свое безрадостное будущее. Недавняя жертва с трудом поднялась и принялась стряхивать грязь с измятого платья. Обидчик жрицы умудрился порвать ей рукава, а еще хорошенько протащить по земле. И хоть Мэри не обнаружила серьезных повреждений, она была определенно не в порядке. — Прости. И спасибо тебе. — Не волнуйся об этом. Рад видеть тебя в добром здравии. Переулок был плохо освещен, и Мэри не могла разглядеть черты говорящего. Но что-то в нем казалось знакомым. Может быть, голос? Жрица догадывалась, что слышала его где-то прежде. А еще высокая фигура парня напоминала ей о чем-то. Да где же они встречались? — М-м-м… — смущенно промычал спаситель и сделал полшага назад. — Не думаю, что кто-то должен знать об этом. Лучше вообще не болтать о том, что случилось. Да, точно, лучше держать рот на замке. Он знает ее! Мэри понимала это, поскольку парень не знал, как заговорить с ней, и был явно не в своей тарелке от сложившейся ситуации. — Кто ты? — Я? А, в смысле…Меня зовут Кузаку. Хотя… Не думаю, что мое имя тебе хоть о чем-то говорит. Кузаку был прав. Его имя ни о чем ей не говорило. Когда Мэри подошла ближе, чтобы хотя бы вспомнить его лицо, Кузаку немедленно отступил, скрываясь от ее пытливого взгляда. Похоже, он просто боялся ее, не позволяя девушке сократить расстояние между ними. Быть может, это была своеобразная забота: случайный спаситель не хотел пугать жрицу, которая только что пережила не самый приятный момент в своей жизни. Мэри бросила взгляд на распластанное тело неудачливого насильника. Ей было сложно понять, что именно сделал Кузаку, как вырубил агрессивного мужчину. В любом случае, этот подонок больше не угрожал девушке. И все же Мэри страстно захотелось хотя бы пнуть его бесчувственное тело. Но жрица сдержалась. Мэри и Кузаку покинули переулок, направляясь к главной улице. Новый знакомый жрицы продолжал держать дистанцию, сторонясь девушки. Лунный свет упал на его лицо, и Мэри смогла угадать в его чертах новобранца из недавнего приключения. — Мы были в полку Зеленой Бури у крепости Мертвых Голов… — А! Так ты помнишь? — Но ты… — Почти сыграл в ящик, да, — Кузаку опустил взгляд. — Но я выжил. Кто-то вылечил меня. Когда очнулся, то понял, что остался один. — Понимаю... — М-м-м… — Да? — Прости. Надо было раньше вмешаться. Я ведь следил за вами. Ну, когда ты встретила этого...Не сдержал любопытства. А потом сама знаешь, что случилось. — Там… откуда мы вышли с этим человеком…Я сильно пила? — Да нет. В смысле, я тоже пропустил стаканчик-другой. — Кузаку, — Мэри сдержанно поклонилась ему, — позволь мне поблагодарить тебя и снова попросить прощения за доставленные неудобства. Мне очень жаль… И огромное спасибо. Кузаку молча принял ее слова, некоторое время размышляя над ними. — Без проблем... — пробормотал он после долгих раздумий. — Прощай, — коротко ответствовала жрица. Выпрямившись, Мэри зашагала прочь, оставив за спиной Кузаку. Ее все еще тошнило, и от алкоголя все было как в тумане. Сколько она выпила? Теперь и не вспомнить. Много. Наверняка, чудовищно много. Еще никогда выпивка не отшибала ей память. Мэри сознательно пошла на это безумство. Что-то внутри нее жаждало саморазрушения, и жрица пошла на поводу этой страсти. Ей хотелось уничтожить себя. Но выпивка не дала ей забвения. Не стало лучше, хотя казалось, что это отличный способ избежать внутренней боли. Эта лживая мысль заставила Мэри заказывать еще и еще. А потом не позволила оттолкнуть незнакомца, который подсел к ней, чтобы расслабиться с почти невменяемой девушкой. Но вмешался Кузаку. Он просто проигнорировал тот факт, что они незнакомы, что он ничего не должен жрице. Если бы парень оказался равнодушным, насильник смог бы завершить свое черное дело. От этой мысли между лопатками Мэри пробежала ледяная дрожь. Дрожь страха и отвращения. Ведь никто не касался ее тела, и она сама никого не касалась. Но теперь ей известно, что значит быть «облапанной». Как это, когда чужие руки грубо шарят везде, забираясь в самые немыслимые уголки тела. Это омерзительно. Нет ничего ужаснее. — У-у-у… Спазм схватил горло Мэри, заставив ее остановиться. Ее тошнило. Но желудок был пуст, и рвотные позывы бестолку сотрясали ее грудь и тело. От боли и судорог девушка упала на колени. Слишком больно! Больно так, что хочется умереть. Упасть замертво прямо здесь, сейчас. Но как бы Мэри ни хотелось прекратить свои страдания, это было лицемерием, ведь кое-кто действительно погиб по ее вине. И это не единичный случай. Дважды! Да как такой бесполезный жрец все еще топчет землю? Пренебречь защитой боевых товарищей, дорогих людей, да еще дважды? А потом еще думать о смерти, мечтать о ней, звать, просить, искать милосердия? — Нет никого хуже меня, — с отчаянием пробормотала Мэри.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5: Плачевное состояние

Который час? Харухиро понимал, что сейчас в Алтане царит глубокая ночь, но точного времени не знал. Они с Шихору потратили немало часов, дожидаясь Мэри. Сейчас ребята находились в северной части города, прямо на дороге Цветов. Кто и когда дал такое странное название этому месту? Харухиро даже не догадывался. Быть может, когда-то здесь благоухали цветочные сады, или зеленели луга, пока город не пожрал их, разрастаясь. Наверное, истина была где-то рядом. Дорога Цветов тянулась от городского рынка, по обе стороны ее располагались постоялые дворы. Здесь неизвестные богачи открыли множество гостиниц, которые нашли бы спрос даже у самого разборчивого посетителя, ищущего, где бы остановиться. Если идти вдоль дороги, повернувшись спиной к рынку, можно наткнуться на множество гостеприимных заведений, готовых дать ночлег уставшим путникам. Эти величественные, богато убранные шедевры архитектуры были жемчужиной окрестностей. Но стоит пройти дальше, и можно увидеть, как пышное великолепие гостиниц сменяется жилищами поскромнее, а затем случайный гость Алтаны мог обнаружить, что находится среди бедных кварталов, чьи ветхие дома были лишены всякого уюта, а то и лачуг, практически непригодных для жизни. Именно Харухиро и Шихору пришлось столкнуться с нищетой, скрытой за великолепными фасадами. Парень с девушкой свернули с дороги Цветов и оказались перед неухоженным на вид домом. Это было жилище Мэри, и ребята надеялись дождаться ее здесь. Поначалу вор старался держаться прямо, но вскоре устало ссутулился и прислонился к стене. Шихору замерла на своем месте, и казалось, что девушка совсем не подает признаков жизни. Воцарилась гнетущая тишина. Никто из них не мог вспомнить, когда они в последний раз перекинулись хотя бы словом. Да когда же это было? Харухиро чувствовал, что это молчание тянется уже целую вечность. Все просто: ни он, ни Шихору не могли считать себя приятными людьми, способными заполнить любую паузу в беседе беззаботной болтовней. И вор, и маг были крайне замкнутыми личностями, и ни один из них, ввиду собственной природы, не мог преодолеть себя и вдруг весело защебетать. Харухиро сгорбился сильнее и, подперев голову, начал размышлять. Выходит, его характер несовместим с Шихору. Кто-то из них должен сделать первый шаг, чтобы лед в отношениях треснул, но ни лидер, ни волшебница даже не пытались пойти навстречу другу другу. Из-за проклятой застенчивости эти двое просто молчали. Это так напрягало. Харухиро отчаянно хотелось, чтобы эта тихоня хоть что-нибудь сказала, пусть и совсем незначительное. Хоть что-нибудь. Если Шихору удастся, вор с радостью поддержит любую беседу: тогда они смогут разговориться. Может, и девушка думает об этой проблеме? Но тогда почему молчит? Или все это время Шихору ждала, что он, Харухиро, начнет разговор первым? «Хорошо. Я все осознал. Была ни была. В конце концов, Шихору это тоже нужно. Чуть-чуть поболтать никому не повредит», — решил парень. — Эм-м…Шихору? — Д-да? — Все хорошо? — Да... Я в порядке. — Ох, ну, ладно. — Угу. Вот и все. Разговор оборвался, так и не начавшись. И сколько бы Харухиро ни напрягался, мучительно изобретая новый повод, у вора ничего не выходило. «Что это было, черт возьми?! Она не дала мне и шанса! Шихору, мы должны оба стараться, чтобы завязать беседу. Давай же! Общение — важная штука! Ведь правда?» — мысленно заклинал лидер, молясь всем мыслимым и немыслимым богам Дружеского Разговора. Как сложились обстоятельства, что судьба-злодейка подбросила в его компанию Шихору? В принципе, к этому привело сразу несколько вещей. Во-первых, необходимость встретиться с Мэри, чтобы получить ее подпись для доказательства родства с Могузо. К тому же, у Харухиро были кое-какие деньги для жрицы, которые выдали группе в качестве награды после штурма орочьей крепости. И сейчас обязанности, связанные с дележкой денег и оформлением документов, свалились на плечи вора. Он остался один на один с этой ответственностью, ведь Ранта обожрался соррузом и был временно в отключке (обездвиженный Ранта? Должно быть, рак на горе свистнул!). Юмэ тоже вышла из строя, смертельно устав, хотя лидер и не понимал, что с ней случилось. Шихору же выглядела в меру здоровой и почти не опечаленной, и ко всем этим качествам добавлялось еще одно, самое ценное: она знала, где живет Мэри. И это было во-вторых. Вот так Харухиро в сопровождении девушки отправился разыскивать жрицу. Взять Шихору было разумно еще и потому, что Мэри остановилась в гостинице, рассчитанной только для женщин, и мужчинам туда вход заказан. Естественно, вору не улыбалось ломиться в такое специфическое место. Так что лидер группы был на самом деле рад, что волшебница составила ему компанию. Нельзя сказать, что Харухиро невзлюбил Шихору. Но превозносить ее общество — обманывать самого себя. Все-таки парень предпочел бы остаться наедине с кем-нибудь другим. Просто эти двое не могли составить тот самый тандем, великую комбинацию, которая одним лишь существованием давала участникам бодрость духа. Откровенно говоря, Харухиро и Шихору просто не подходили друг другу. Тотально несовместимые люди — вот в чем причина всех неудобств, которые испытывали парень и девушка. Пожалуй, маг Тени испытывала те же чувства, что и Харухиро. И пусть вор пытался залатать пропасть, которую невидимые силы учинили между этими двумя, все было тщетно без инициативы Шихору. А девушка не слишком-то старалась разрядить атмосферу неловкости и напряжения. Когда Шихору и Харухиро добрались до гостиницы Мэри, то обнаружили, что жрицы дома нет. Тогда они решили поискать ее в таверне «Шерри». Ее не было и там. Пришлось возвращаться в гостиницу. Пока вор и волшебница без всякой пользы бродили туда и сюда, Шихору демонстративно молчала. А когда лидер пытался задать ей какой-либо вопрос, отвечала односложно и нехотя. И так всю дорогу. Чего добивалась эта тихоня? —Эх... — тяжко вздохнула маг Тени, не скрывая своего раздражения, и Харухиро понял, что девушка не в духе. Неужели она разделяет его чувства? Понимает, что молчание слишком тягостно? Вдруг Шихору заговорила, и Харухиро мог побиться об заклад, что одна из причин — нервное напряжение, которое маг Тени больше не могла контролировать. — Я… — начала она чуть слышным голосом. Вор поднял на нее взгляд, всем видом показывая, что слушает девушку. Шихору для храбрости обняла себя за плечи: ее слегка трясло. — Я… Понимаешь… Я думала, если я скажу это… вы все посчитаете меня… ужасным человеком Но мне кажется, я не страдаю. В версии с изображениями тут находится картинка. — Не «страдаешь»? — не понял Харухиро. — Мне не так плохо… как остальным. Я не… не так шокирована... как вы все, наверное… — Это… — Это ужасно, верно? Я уверена, ты считаешь такое отношение ужасным… Я тоже так думаю. Мне кажется, что… Меня не шокирует сама смерть Могузо… Я больше шокирована тем, что совсем не печалюсь об этом… Это удручает. Такие вещи заставляют меня думать, будто я плохой человек... — Это не… «Это неправда», — хотел сказать вор, но замолк на полуслове. Могузо умер, а Шихору ничего не чувствует по этому поводу. Невозможно! Они же друзья, боевые товарищи, в конце-то концов! Они с ребятами прошли огонь и воду! Могузо был частью их крепкой команды! Для них мечник был дорогим другом! Центром, вокруг которого вертелась повседневная жизнь других членов группы. Тогда почему Шихору все равно? Что значит «не шокирует»? Судя по всему, Шихору сама не знала, как справиться с собственными чувствами. Ее природе естественно сопереживать, испытывать печаль, горе от утраты, да так, что сердце рвется из груди… И теперь девушка в растерянности, что этих чувств нет. И винит себя, неспособная простить себе отчуждение и холод, сковавший душу волшебницы. Ей больно от своего равнодушия. И тогда Харухиро понял Шихору. Все дело в Манато. Скорее всего, смерть Манато оставила в душе Шихору необратимые изменения. Она любила жреца. А потом объект ее любви взял и неожиданно погиб. Тогда Шихору приняла его смерть тяжелее, чем кто-либо другой. Разумеется, маг Тени грустила из-за смерти Могузо, но эта печаль была гораздо слабее горя от утраты Манато. Волшебница просто привыкла к боли. Нельзя сказать, что Шихору с радостью приняла этот опыт, но ничего не попишешь, он стал частью ее естества. Шихору пришлось облачиться в броню равнодушия, чтобы горе не сломило ее, чтобы девушка могла жить дальше. Но пока человек жив, он неизменно идет дорогой страданий. Они сыпятся на него градом. Каждый обречен переживать утрату раз за разом, снова и снова. И если поддаваться этим ударам судьбы, падать на колени, всякий раз чувствуя себя раздавленным и обессиленным, то однажды не встанешь. Эта тягостная ноша становится неподъемной, и жить с ней практически невозможно. Харухиро был честен с собой: он больше не чувствовал той сильной боли, что сковала его сердце в момент смерти Могузо. Это не значит, что сейчас вор оправился и мог просто жить дальше, позабыв о своей утрате. Нет. Лидер надеялся, что вся его группа постарается заглушить боль от потери и пойдет вместе с ним вперед, к светлому будущему. Если они пренебрегут этим шансом, растратят бестолку дар собственной жизни, это станет оскорблением для покойного Могузо. Это запятнает его память. Сказать просто, но сделать… Если бы только смерть их товарища могла сплотить их и подтолкнуть ребят Харухиро к тому, чтобы ценить жизнь, пользуясь каждым мгновением… Сам вор цеплялся за жизнь. И пусть в чьих-либо глазах парень выглядел эгоистичным упрямцем, жадным до возможностей, которые преподносит ему судьба, вор отчаянно жаждал жизни. Шихору, наверное, тоже. Смерть Манато сделала ее сильнее. И сейчас она пользуется этой внутренней силой, подпитывая собственную жажду жизни. — Не думаю, что ты плохой человек. Твои мысли не ужасны. На самом деле, я очень рад, что ты пошла со мной, что ты сейчас рядом. Вот что я думаю на самом деле. Шихору разомкнула губы, будто собралась ответить лидеру, но вдруг передумала и, как обычно, опустила взгляд. Ее плечи слегка подрагивали. Наверное, девушка пыталась сдержать слезы. Маг Тени всхлипнула. — Я тоже... очень рада, что ты здесь, Харухиро. Вот что… думаю об этом я, на самом деле. — О, это… Спасибо. Все в порядке. Это нормально, что ты не убита горем из-за Могузо… В смысле, ты же не рада его смерти, так? Сказав это, Харухиро спрятал лицо в ладонях. Он чувствовал стыд. А потом неловкость и вину за этот стыд. Честно говоря, вора постоянно жгла вина, всякий раз, когда парень ел что-нибудь вкусное, утолял жажду или сладко спал. Харухиро казалось, что он должен извиниться перед Могузо за саму возможность наслаждаться этими вещами. Но любые извинения, как и сожаления, пусты. Они ни к чему не приводят. Однажды эта боль, похожая на уколы тысячи иголок, оставит его сердце. Вор привыкнет к боли. Потому что жаждет жить. И он привыкнет к боли, чтобы жить дальше. — Мэри определенно опаздывает. Интересно, куда же она ушла... — задумчиво пробормотал Харухиро, предлагая Шихору вступить в беседу.. — Мне кажется, я мало ее... знаю. Поэтому не могу предположить…— откликнулась волшебница. — Мы все мало ее знаем. Но, в отличие от тебя, я — парень, Мэри вряд ли откроется мне. — Не думай, что раз мы обе — девушки, то это позволит нам подружиться.… — Серьезно? — Я… ну, моя личность, она… Если бы я была более жизнерадостной, как Юмэ, тогда бы все было по-другому, но… — Не-а. Дело не в том, чтобы быть просто жизнерадостной. Ну, Юмэ… думаю, она может сойтись с кем угодно. Кроме Ранты. — Ранта — исключение из правил. — Да он просто идиот! Серьезно?! Обожраться? Какого черта? Тьфу! — … он ел сорруз, верно ? — А? — Это просто предположение, но… наверное, он пытался есть и за Могузо… — А-а-а…— протянул вор. Харухиро вяло крутил прядь волос, обдумывая слова Шихору: «Понятно. Вот оно что». Лидер просто проигнорировал эту очевидную вещь. Просто закрыл глаза на это. Выходит, Ранта по-своему пытался отдать дань уважения погибшему другу… Из груди Харухиро вырвался нервный смешок. Сердце вора дрогнуло. — Да... Ты не плохой человек, Шихору. Удивительно, насколько хорошо ты нас понимаешь. Волшебница покачала головой. Она присела на корточки, видимо, устав. — Мэри… — с трудом выдавила из себя маг Тени. — Думаю, Мэри труднее всего. Она ведь...жрец… а значит... Харухиро кивнул. Это он понял без всяких подсказок. Мэри пришлось тяжелее всего, ведь она снова увидела, как гибнет ее товарищ. Это случилось дважды. Не так давно она пережила смерть сразу нескольких близких людей. Жрица чувствовала вину, которая топила девушку в трясине прошлого, не позволяя ей выбраться из этой пучины. Но после того, как группа Харухиро приняла ее, душа Мэри чуть оттаяла, ожила, и недоверчивая, вечно холодная девушка научилась изредка улыбаться. А потом горе вновь настигло слугу Люменеса. Она снова пережила кошмар чужой неотвратимой смерти. И вина Мэри была тяжелее других именно потому, что она была жрецом, чья прямая обязанность — спасать жизни на поле боя. От ее действий зависит, выживет ли группа. Она отвечает за сохранность каждого товарища, и, когда девушка не справилась со своей миссией, вина легла на ее плечи тяжким бременем. Возможно, Мэри считала, что гибель Могузо — ее и только ее вина. Может быть, такие мысли слишком самонадеянны, как и беспокойство вора. Но тревога за Мэри лишь нарастала. — Как бы она не наделала глупостей… — пробормотал Харухиро. Сказав так, он ощутил острое беспокойство. И когда лидер услышал шаги и увидел белый силуэт вдалеке, он испытал невероятное облегчение. — Мэри! — Зачем вы... Только и сказала девушка, прежде чем развернуться и зашагать прочь. — Что? Эй, Мэри, не убегай! — Х-Харухиро, мы должны догнать ее! — Точно! Харухиро возблагодарил небеса за то, что Мэри шагала не слишком быстро. На самом деле, она едва брела, покачиваясь из стороны в сторону, будто с трудом удерживала равновесие. Вор быстро настиг ее и остановил, схватив за плечо. Но Мэри тотчас смахнула его руку, оттолкнув. Но сбежать жрица не пыталась. Впрочем, в таком состоянии она бы и не смогла далеко уйти, это понимали и Харухиро, и Шихору. Мэри резко отвернулась от лидера и волшебницы, встала к ним спиной, но вдруг покачнулась и рухнула на землю. — Что вам… Что вам надо? — Ничего особенного… Но… Мэри, ты пьяна? — Какие-то проблемы? — А, не совсем, но… — … оставьте меня в покое. Просто уйдите. — Мы… не можем оставить тебя одну, — робко возразила Шихору, присев на корточки рядом с Мэри. — … Мы… определенно не можем так поступить с тобой. — И почему же? — Мы волнуемся за тебя… Узнав, что с тобой… мы просто не можем бросить тебя в таком состоянии, сделать вид, что ничего не происходит. — Я не хочу… Чтобы меня... Чтобы кто-то знал меня такой… не здесь. Зачем пришли? — Мы… мы хотели навестить тебя. — Я… не хочу этого. — Но ты нужна нам. — … Не надо! Ничего не надо! Я не хочу этого! Речь жрицы оставалась четкой, хотя она совершенно не стояла на ногах, и было понятно, что она напилась. Естественно, девушка не хотела, чтобы хоть кто-то видел ее плачевное состояние. Да и кто бы хотел на ее месте? Харухиро было больно наблюдать отчаяние Мэри. Наверное, она права, им с Шихору не стоило приходить. Но сейчас уже поздно. Они слишком многое видели, и этого теперь не забыть. — Мэри? — Что тебе? — Не могла бы ты встретиться с нами завтра утром перед Северными воротами в восемь утра? Конечно, если ты будешь в силах… Если захочешь… Сама. Харухиро немного подождал ее ответа, но Мэри как всегда промолчала, не давая ни ложной надежды, ни пустых обещаний. Вместо этого жрица кое-как встала и побрела к дому. Шихору хотела догнать Мэри, но Харухиро остановил волшебницу, крикнув в удаляющуюся спину жрицы: — Мы не закончили! Ты можешь ничего не менять, ничего не делать! Сколько хочешь! Но у нашей группы нет выбора! Мы пойдем дальше! Но Мэри вновь промолчала, продолжая идти вперед, домой, в гостиницу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6: В подвешенном состоянии

Утром того же дня Харухиро и остальные поджидали Мэри у Северных ворот ровно до тех пор, пока башенные часы не пробили десять утра. Жрица не пришла. На следующий день они прождали не меньше двух часов, но Мэри так и не явилась. Тогда Ранта предложил ребятам план по штурму гостиницы, где обитала своенравная девушка, но Харухиро и Шихору поумерили его пыл, поскольку наотрез отказались от этой идеи. Юмэ не приняла никакую из сторон, поскольку все еще ходила бледной тенью, правда, с каждым днем ей становилось все лучше. На третий день встреча состоялась. Харухиро и остальные подошли к Северным воротам прежде, чем колокол отбил восемь часов, и увидели… — Ох… — выдохнул с облегчением Ранта. Шихору шумно втянула воздух. — Ура-а-а! — радостно запищала Юмэ. Слабая улыбка тронула губы Харухиро, но парень поспешно прикрыл ее ладонью. Тупая боль сжимала его сердце всякий раз, когда он пытался улыбаться. Девушка в одеяниях жреца стояла перед Северными воротами, опираясь на короткий посох. Она сосредоточенно смотрела куда-то вниз, будто под ногами было что-то интересное. Всегда сильная Мэри сегодня казалась какой-то маленькой и даже хрупкой, хотя ничего в ее росте и фигуре не изменилось за эти несколько дней. — Мэри! — окликнул жрицу Харухиро. Та подняла голову и встретилась с лидером взглядом. Сделав так, она снова опустила глаза. Возможно, девушка добавила к этому и легкий кивок — ответ на приветствие вора. Как бы то ни было, это хороший знак. Мэри пришла. И только это важно. Никто не заставлял жрицу. Харухиро не умолял ее, не тащил волоком. Мэри пришла по собственной воле. Лидер и его ребята приблизились к жрице. Шихору первой оказалась возле Мэри и безмолвно взяла ее за руку. Та не стала сопротивляться этому жесту дружбы. Слуга Люменеса ничем не показала, что ей неприятно участие волшебницы. Юмэ как всегда сделала больше: она бросилась жрице на шею и стиснула ее в крепких объятиях. —Ум-м-м?! Пылкость охотницы застала Мэри врасплох. Она казалась шокированной. Харухиро не мог винить лекаря за это, поскольку был поражен не меньше девушки. — Прости, Мэри, — Юмэ еще крепче обняла жрицу, зарывшись лицом в ее волосы, а затем начала тереться щекой о лицо Мэри, ластясь, будто котенок. — Правда-правда, прости. — А? З-за что простить? — заикаясь, выдавила из себя слуга Люменеса. — Прости, что оставили тебя одну! Рядом с Юмэ всегда есть Шихору, но Мэри обычно сама по себе. Сейчас тоже! Прости! Юмэ больше не оставит тебя одну, поэтому, пожалуйста, прости ее! С этого момента Юмэ всегда будет с тобой! — горячо пообещала охотница. В версии с изображениями тут находится картинка. — Я…я…— с отчаянием подбирала слова жрица, не зная, что от нее ждут. Взгляд Мэри перескакивал с одного лица на другое, не останавливаясь ни на ком. Харухиро предположил, что она, должно быть, смутилась, но, похоже, догадка была ошибочной. Краска бросилась в лицо Мэри, и огненный румянец покрыл ее щеки. Ее спина окаменела, как и строгое лицо, и казалось, что девушка старается сдержать какую-то эмоцию. Маску ледяного спокойствия разрушали скрытые за ней чувства, которые рвались наружу, откликаясь на доброту Юмэ. Но что это за чувства? Может ли быть, что она сдерживает слезы? — Я…— Мэри вновь попыталась что-то сказать им. — Теперь все в порядке. Говори, что угодно. Но Юмэ останется при своем мнении. Юмэ больше не оставит Мэри одну! Поэтому Юмэ собирается начать жить в том же месте, где и Мэри. Это решено. Шихору тоже будет. Харухиро бросил вопросительный взгляд на мага Тени. — Это так? — Думаю… да? — с испугом подтвердила волшебница. В расширенных зрачках Шихору было и недоумение, и неуверенность, а губы сложились в натянутую, слишком вежливую улыбку. — Думаю… прошлой ночью… мы обсуждали это. Хотя я смутно помню детали... — Смутно, да… — машинально кивнул Харухиро. — О? — Ранта почесал свой нос большим пальцем. — Не стоит препираться! Я тоже собираюсь поселиться там! — Нельзя, — оборвала темного рыцаря Мэри и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, послала наглому парню взгляд, полный холодного гнева. — В этой гостинице принимают только женщин! — Ч-что?! Разве мы… к тому же, ты сказала это не слишком уверенно! Это означает, что они могут сделать исключение, верно?! В любом случае, я — гранд-персона, поэтому, конечно же, для меня сделают исключение, верно?! — Единственное исключение — маленькие дети. Ты сможешь получить там место, только если спросишь своих родителей. — Отлично! Ладно, Мэри, с этого дня я буду твоим сыном! Думаю, сложно будет сойти за твоего настоящего сына, так что я буду приемным! Поняла?! И нет никаких проблем, верно?! — Уверен, проблем лишь стало больше… — ехидно вставил Харухиро. — Заткнись, Парупиро! Никто не спрашивает твоего мнения! Ладно, Мэри, с этого дня ты моя мать! Я очень надеюсь на тебя, мамаша! Мэри, чью спину продолжала гладить Юмэ, тяжело вздохнула: — Похоже, мне следует уйти... — Нет-нет-нет! — запротестовала охотница и стиснула жрицу еще сильнее. — Не уходи, Мэри! Тебе не следует слушать Дуранту! Плевать, что бормочет этот глупый пустоголовый кретин! — Кого, черт подери, ты назвала кретином, плоскогрудая неудачница?! — Не называй Юмэ плоской! — Но если ты и правда плоская, я тут при чем?! — Грудь Юмэ гора-а-а-а-аздо больше, чем у Ранты! Отныне и навсегда! — Черт, я вообще-то парень! И мы тут не соревнуемся, у кого грудь больше! — Ладно, если не это, тогда что ты хочешь померить?! — Ха-а?! Ну, в смысле… — Ранта посмотрел на свою промежность, прежде чем бросить красноречивый взгляд лидеру группы. — Верно? — Эй, не впутывай меня! — М-м-м? — Юмэ издала странный звук и склонила голову на бок. — Прошу прощения… — Мэри заерзала в крепких объятиях рыжей девушки.— Я обещаю, что никуда не уйду, поэтому, пожалуйста, не могла бы ты выпустить меня? — А-а-а?! Я делаю больно? Прости-прости… Иногда Юмэ забывает про свою силу. Понимаешь, руки Юмэ очень сильные, и Юмэ говорила с Шихору о том, что скоро она тоже сможет утащить шесть котомок сразу. Потом Шихору сказала... понимаешь, она сказала, что может быть, когда грудные мышцы Юмэ увеличатся из-за нагрузок, то ее грудь тоже станет больше! —Юмэ! Хватит об этом…— попыталась успокоить подругу маг Тени. — А-а-а? Почему? — удивилась беззаботная девушка. — Мы не должны говорить об этом перед парнями…— открыла ей тайну Шихору. — Правда? — Ха! — хмыкнул Ранта. — У тебя и правда нет никакой утонченности, так ведь, Юмэ?! — Вот не похоже, что только у Юмэ нет учености. У Ранты тоже ее нет, так ведь?! — Нет, черт, почему нет?! К тому же, я говорил об «утонченности», не «учености»! У-тон-чен-ность! Что ж, по крайней мере, ребята чуть оживились. Такая мысль пришла в голову Харухиро, пока он почесывал шею пониже затылка. И правда, перепирательства Юмэ и Ранты чуть развеяли мрачную атмосферу, которая царила в их группе. Когда все обиды были высказаны и отношения выяснены, у Харухиро состоялась деловая беседа с Мэри, после которой вся группа отправилась в штаб-квартиру Багровой Луны, чтобы оформить необходимые бумаги. Закончив с ними, ребята посетили банк Йорозу и обменяли военный жетон на деньги. Они получили шестьдесят золотых наличными и сразу же поделили их между собой. Кроме того, ребята договорились хранить Чоппер Могузо в банке, раз уж им удалось посетить это место. — Теперь давайте поговорим о наших планах...— предложил Харухиро как можно беззаботнее. Хватит страданий с его команды! Ребята слишком уж часто сталкиваются с мрачной действительностью, они не должны пасть духом окончательно. — Я уже размышлял об этом. Как насчет того, чтобы вновь охотиться в Дамроу? Юмэ вытянула губы трубочкой, издала оглушительное «О-о-о-о!», и заметила: — Давно это было. — Хех, — Ранта скрестил руки и нахмурился. — Против нынешнего меня гоблины так себе противники. — Хочешь сказать, что не справишься с ними... — Хм? Ты что-то сказала, Шихору? — Ничего… не беспокойся… нет лекарства от глупости… — Эй! Я вообще-то все слышу! — Дамроу… — Мэри опустила взгляд. — Все-таки мы «убийцы гоблинов». Это наша первая работа, — напомнил всем Харухиро. Вор попытался обратить сказанное в шутку, но мрачное лицо жрицы не просветлело. «Пока не время для шуток. Потребуется время. Да, не будем торопить события, просто будем двигаться к цели постепенно, шаг за шагом. Спешка до добра не доведет», — подумал лидер, наблюдая за ребятами. — В последний раз мы охотились в Шахтах Сирен и привыкли сражаться с кобольдами, но, в конце концов, мы можем спуститься лишь до третьего уровня. А это опасно. Там мы слишком расслабленны, слишком самодовольны, хотя мало что знаем. А Старый Город Дамроу мы изучили как свои пять пальцев. Если мы будем аккуратно выбирать район и не станем изматывать себя, думаю, все пройдет успешно. — Опять ударился в пессимизм, Харухиро? — пожал плечами Ранта. — Хороший план, правда? По крайней мере, затея не кажется провальной. — Чья бы корова мычала… — Кем ты, черт возьми, меня считаешь, Шихору? Знаешь ли, я всегда был честным и справедливым человеком! Черное — так черное, белое — так белое. Я говорю то, что думаю! Делаю то, что хочу! Другими словами я — лучший из людей! — Разумеется, — поддакнул вор, лишь бы отвязаться от темного рыцаря. — Харухиро! Нет, Парупиро! Шила в мешке не утаишь! — Я бы предпочел засунуть в мешок тебя, — парировал лидер. — Давай! Рискни! Только попробуй подумать об этом! Если считаешь, что можешь засунуть в мешок великого Ранту, тогда вперед, придурок! — Нет, спасибо. Сплошная головная боль, — отмахнулся Харухиро. Вместо того, чтобы поразить своего лидера очередной искрометной фразой, Ранта принялся скакать вокруг него, всем видом демонстрируя, что так просто его в мешок не упрячешь. Быть может, неугомонный парень хотел взбесить Харухиро и рассмешить девушек, но никто не смеялся. И все же Ранта не желал сдаваться, продолжая стоять на ушах, испытывая терпение друзей. Через некоторое время он поменял тактику, и теперь к его прыжкам добавились ужимки, отчего Ранта стал напоминать укушенную оводом обезьяну, но даже за это представление он не получил ни одного смешка в награду. Даже вежливого. На самом деле, выходки Ранты давно надоели ребятами. Их мрачное молчание могло бы сломить любого, но придурковатому рыцарю было плевать на это. — Ха-а… — выдохнула Юмэ и раздраженно покачала рыжей головкой. Мэри наградила Ранту скорбным взглядом. Шихору задрожала от отвращения: — … ужасно. Ранта выглядел счастливым. Наверное, он был мазохистом, раз наслаждался отвращением, которое вызывали у других его мерзкие выходки. Впрочем, сегодня Шихору уже отыгралась на нем, выплеснув на парня свое раздражение. Скорее всего, волшебница смотрит на эту ситуацию под особым углом, не стоит винить ее за желание уколоть излишне наглого парня побольнее. Харухиро, сделав вид, что Ранты не существует, обратился к девушкам. — Еще предложения? — Юмэ думает, что все будет норма-а-ально. — Я тоже думаю, что это хорошая идея, — согласилась маг Тени тихим голосом. — И я, — Мэри приложила руку к сердцу и чуть слышно вздохнула, — … думаю, так и должно быть. Все изменится. И пусть ребята потеряли своего дорогого товарища, этой ошибки они не повторят. «Никто не заменит Могузо. Нет никого подобного ему. Нигде на этой земле», — скорбные мысли наполняли все существо Харухиро. Каждый из них ощущал бездну в своей душе... Это была сосущая пустота внутри. Причина чудовищной пропасти между ними. И ничем не залатать брешь в груди, никак не преодолеть это безмерное одиночество, что разделяет их, толкая в ад собственных мыслей. «Тогда… что же… что же им делать?» Харухиро не знал ответа на этот вопрос. Но если ответа нет, это не значит, что они должны сдаться и прекратить свое путешествие. Каждый из них обязан искать способ исцелить свою душу, и, возможно, цель их походов — поиск этого средства. Харухиро одобрительно кивнул своей группе, отдавая приказ: — Идем.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7: Былая слава утрачена

«Справиться! Сделать хоть что-то! В этом составе группы, в этом бою, не важно, каким образом, но мы должны справиться», — мысленно заклинал своих ребят Харухиро. Конечно, он и не рассчитывал, что все пройдет как по маслу. Бои с гоблинами никогда не бывали простыми. Но все же вор не ожидал, что все обернется кошмаром... —Уф! Ранта! Не отступай! Харухиро пытался поразмыслить над ситуацией, пока парировал атаки «Гоблина А» с помощью «Скользящего удара». Его противник был облачен в кожаный шлем, кольчужный доспех, вооружен коротким мечом и крошечным щитом, и, не обладая чудовищной силой орка, наносил вору слабые удары. С таким врагом не трудно сражаться, но дьявол, как известно, кроется в деталях. И этой деталью, которая «складывала» тактику группы словно карточный домик, был, конечно же, Ранта. — Эй, я не отступаю! Ранта проорал «Заманивающий прыжок!» и резво отскочил от зеленокожего. «Гоблин Б», заметив бегство темного рыцаря, пустился за ним в погоню. Не мешкая, Ранта встретил врага острием своего полуторника. — Попробуй-ка это на вкус! Ложный выпад! Гоблин лишь чудом спасся от атаки: тяжелое вооружение мешало низкорослому монстру реагировать на удары быстро. Но даже если бы человек сумел достать его, лезвие клинка прошло бы между горлом и наплечником, не причинив «Гоблину Б» особого вреда. Так не убить и даже не покалечить. Используя замешательство противника, «Гоблин Б» без колебаний пошел на прорыв, намереваясь убить вопящего мальчишку, но Ранта вовремя отразил удар. — Отторжение! Меч выскочил из зеленых лап монстра. Победа была близка. Тогда рыцарь Тьмы приготовился снести ему голову: —Так тебе! Попался! Удар нена... Со всей возможной яростью и энергией Ранта рванул вперед и, вложив в колющий удар всю массу своего подвижного тела, вонзил меч в наплечник «Гоблина Б». Но этого не хватило, чтобы противник упал замертво. Все дело в броне зеленокожего. В крепком доспехе врага, который не позволил клинку коснуться самого гоблина. Яростный выпад оставил лишь вмятину. — Ты слишком агрессивен! — крикнул Харухиро, блокируя меч «Гоблина А». — Заткнись! — отмахнулся от него Ранта, прежде чем обрушить на «Гоблина Б» шквал ударов, подкрепляя каждый из них крепкой бранью: — Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Получай! Получай! Получай! Получай! Получай! — разорялся темный рыцарь. Хоть «Гоблин Б» и отступал под натиском вопящего парня, лидер группы заметил, что противник Ранты все же парирует практически все атаки, не позволяя ни одной из них достичь цели. «Грубая сила тут бесполезна. Ты понимаешь это, Ранта?» — промелькнуло в голове Харухиро. — Ах ты ублюдок! — орал на гоблина рыцарь Тьмы. «Потому что ты не Могузо». Харухиро почти сказал это вслух, но вовремя одумался. Будучи лидером, он не имеет права обвинять товарища в том, что тот не способен заменить мечника. Потому что Ранта старается изо всех сил, хоть и по-своему. Он пытается взять на себя роль танка, и без понуканий и уговоров сам рванул на передовую, как только начался бой. В отличие от Могузо, Ранта не способен удерживать защитную стойку, постоянно обмениваясь с противником ударами. Боевой стиль рыцарей Тьмы рассчитан для другой тактики: здесь упор делается на подвижность воина и его способность изматывать врага ложными и непредсказуемыми атаками. Искусство этого боевого класса предполагает «бег по кругу», и без заманивания жертвы в ловушку ни один темный рыцарь не покажет свою реальную силу. «Ранта не справится с ролью Могузо», — мысленно подытожил Харухиро. Ведь Ранта не был танком изначально. И теперь лидеру группы вместе с остальными ребятами нужно менять собственные тактические решения, но как это сделать? Как разработать новую тактику? — Ох…— вор судорожно втянул воздух. Долгие размышления сделали парня невнимательным, и он чуть не пропустил атаку врага. Он попытался парировать «Скользящим ударом» очередную атаку «бессмертного Гоблина А», но рука, сжимающая нож, соскользнула и не остановила меч зеленокожего. «Гоблин А» сейчас прорвет мою оборону. Это плохо»…— успел подумать вор, ожидая неизбежной кары за свою ошибку. — Получай! Мэри. Это была Мэри: она вырвалась вперед и обрушила короткий посох на «Гоблина А». Тот отлетел, хоть и прикрывался от ударов щитом. — Чем ты занят?! — набросилась жрица на Харухиро. — П-прости, Мэри! — Сосредоточься! Мысленно соглашаясь с ней, вор вновь атаковал свою цель. Точнее, ему хотелось прикончить неуступчивого противника, и когда «Гоблин А» контратаковал, Харухиро скомбинировал «Скользящий удар» и «Захват», тем самым стремясь обездвижить зеленокожего, но это не сработало. «Гоблины чертовски маленькие. Я никогда не использовал «Захват» против них. Да что с ними не так? Черт! Я смог убить орка и благополучно «расстаться с девственностью», но не способен зарезать какого-то жалкого гоблина, сражаясь один на один! Я слишком слаб. Я осознаю это. Я слишком хорошо изучил свои слабости», — печальные мысли не оставляли Харухиро даже в разгар боя. — Оом рел ект нем дас! Шихору применила «Теневые путы», из ее посоха вылетел теневой элементаль и прилип к земле рядом с правой лапой «Гоблина В», с которым Юмэ скрестила клинки. «Отлично, Шихору»,— обрадовался Харухиро. «Гоблин В» запаниковал и, переместив вес на левую ногу, попытался вытащить правую, но призванное существо держало его крепко, не позволяя вырваться. — А-а-а-а!!! Юмэ набросилась на «Гоблина В» и, применив комбинацию из «Сметающего удара» и «Крестового разреза», слегка покромсала зеленокожего. Однако тело врага было защищено кольчужным доспехом, а зажатый в лапе топорик принял на себя атаки охотницы, поэтому старания Юмэ ничего не дали: смертельных ран гоблин так и не получил. Но кукри, который полосовал его плечи, руки и туловище, заставлял того шипеть от боли. «Гоблин В» с неистовством размахивал топориком, отчаянно сопротивляясь прекрасной убийце. Юмэ отпрянула. Если она пропустит хоть один удар топора, ее кожаная броня не выдержит, и девушке придется несладко. —Юмэ! — предупреждающе крикнул лидер. Она бросила быстрый взгляд в сторону Харухиро и мгновенно поняла, зачем ее зовут. «Юмэ идет сюда», — подумал вор с облегчением. Парируя атаку «Гоблина А» при помощи все того же «Скользящего удара», Харухиро бросился в сторону. Его противник хотел было погнаться за ним, но юркая охотница перехватила зеленокожего. Правую ногу «Гоблина В» все еще опутывал теневой элементаль, и пленник был так занят, сражаясь с ним, что не сразу заметил приближение Харухиро. А когда почувствовал опасность и обернулся, было уже слишком поздно. Возможно, гоблину помешал элементаль, и поэтому он не мог отскочить и уклониться от внезапной атаки Харухиро. Убить со спины неподвижную цель — проще простого. Харухиро подкрался к «Гоблину В» и прыгнул. Заломив руки жертвы, вор полоснул кинжалом по незащищенному горлу противника. Отпустив гоблина, Харухиро проворно отскочил назад, позволяя бездыханному телу упасть на колени, а затем распластаться на земле. Правая нога убитого задралась кверху, поскольку теневой элементаль не желал расставаться с пойманной добычей. — Отлично! Один уже мертв! Юмэ все еще сражалась с «Гоблином А», пока Ранта мучился с «Гоблином Б». Харухиро мог выбрать в качестве следующей цели и того, и другого. «Пойти на А или на Б»? — судорожно размышлял парень. «Гоблин Б защищен приличным на вид доспехом, и связываться с ним — себе дороже. Начну, пожалуй, с «Гоблина А», — решил для себя вор. Харухиро сорвался с места, как вдруг почувствовал, будто что-то толкнуло его в левый бок. Ощущение не из приятных — казалось, кто-то угостил его увесистым тумаком. — Уф-ф? — вздох недоумения и боли вырвался из груди раненого. В левом боку торчала стрела. «Что… это?» — только и подумал вор. — Почему… Откуда?! Харухиро чувствовал скорее удивление, чем боль. По крайней мере, бок не ныл, рана была неглубокой. Лидер группы огляделся, лихорадочно соображая, кто пустил стрелу: «Судя по траектории — там. Слева, чуть позади. Похоже, враг прятался за разрушенной стеной, которая была слишком маленьким укрытием для человека, а вот для гоблина...» — У них подкрепление! — крикнул вор остальным. — Хару, лечение! — позвала его Мэри, и девушка уже сорвалась с места, но Харухиро остановил ее: — Нет! Харухиро помотал головой и рванул к укрытию врага. — Мэри, Шихору в… — приказ застрял в его горле. Вполне возможно, враг только и ждет момента, чтобы выстрелить в Шихору, пока Мэри будет лечить его. Может, истинной целью была сама жрица. Если подстрелят ее, случится что-то ужасное. — Кх-х! — захрипел Харухиро, пропуская воздух сквозь зубы. «Из-за бега бок сильно болит. Но пока терпимо. Я еще могу двигаться!» — подумал упрямый парень. На что надеялся раненый вор, решив ловить лучника в одиночку? Чего он добивался? Этого Харухиро и сам не знал. Однако смутно догадывался, что попросить об исцелении — не лучшая идея, по крайней мере, сейчас. Будь он хитрым гоблином, обязательно бы воспользовался этой возможностью для убийства. Добровольцы Алтаны считают зеленокожих недалекими, но они не так глупы, как думается. Не останавливаясь ни на минуту, не снижая заданного темпа, Харухиро обогнул препятствие в виде полуразрушенной стены, чтобы обнаружить... — Его здесь нет!? — воскликнул обескураженный боец. Наградой за глупость была стрела, и только чудо позволило услышать свист рассекаемого воздуха и вовремя пригнуться. Примерно в семи или восьми метрах от себя Харухиро заметил «Гоблина Г», который был вооружен коротким луком. Низкорослый враг забился под гору кирпича между разрушенных зданий. Наверное, зеленокожий лучник знал, что вор по глупости своей ринется искать его, поэтому сменил позицию. «Они точно разумны...», — сделал выводы лидер группы.. — Я не позволю тебе скрыться! — зачем-то завопил вор. «Гоблин Г» молча наложил стрелу на тетиву и натянул ее, и, хоть Харухиро не мог знать, куда полетит снаряд, он все же догадывался, куда целится его противник. И если вражеский лучник окажется быстрее, то Старый Кот сможет увернуться в самый последний момент. Он просто обязан уклониться. Но тут вор почувствовал сильное головокружение. Ритм сердца неуловимо изменился: теперь оно колотилось как бешеное, будто мечтало выскочить из груди. «Гоблин Г» выпустил стрелу. Харухиро услышал ее приближение, мозг дал команду уклониться, но вдруг движения парня замедлились, стали неловкими, а само тело — ватным. Такого предательства от собственных реакций Харухиро не ожидал. Стрела воткнулась прямо в грудь, рядом с левым плечом, и даже такой слабый толчок повалил лидера группы на спину. «Ай! Отлично! Вторая стрела за сегодня!» — безрадостно подумал Харухиро. — Стрела отравлена! — попытался предупредить он остальных, но вскоре дело приняло по-настоящему скверный оборот, так что стало не до геройских выкриков. Зеленокожий лучник бросил свое грозное оружие, резонно решив не стрелять в распластанную жертву: вместо этого он вытащил из ножен короткий меч и подлетел к подстреленному человеку, чтобы добить его. «Что мне делать? Отбить «Скользящим ударом»? Не с моим плечом. Не выйдет», — меланхолично размышлял вор, наблюдая, как ходячая смерть неумолимо приближается к нему «Гоблин Г» навалился на Харухиро, стремясь достать коротким клинком до лица безоружного парня. Вор потерял свой кинжал, и у него не было времени шарить вокруг в поисках чего-нибудь стоящего, чтобы хотя бы парировать атаку врага. Но за те пары секунд, что остались у вора перед возможной смертью, как назло ничего не находилось. Оставалось последнее — защищаться руками, используя ладони как естественный щит. Разозленный гоблин яростно кромсал его подставленные руки, втыкая короткий клинок раз за разом, пытаясь достать острием до горла и глазниц распластанного вора. Харухиро был в отчаянии: при яростных атаках гоблина и чудовищной боли думать совсем не получалось. Единственная мысль раскаленной иглой впилась в его измученный болью и ядом мозг: я облажался. Скорее всего, ему не следовало тащиться сюда в одиночку. Наверное, надо было попросить Юмэ. Как бы то ни было, он наделал глупостей, и вот результат. «И все, да? Глупо. Вот она, плата за ошибку. Но умереть от рук гоблина… Нет! Ни за что! Еще ничего не кончено! Я еще могу… Точно!». «Гоблин Г» продолжал резать его, всаживая короткий меч как можно глубже. Кость правой руки приняла основной удар, не позволяя противнику добраться до вен и артерий. Как там говорилось? Позволь врагу разрезать твою плоть, а сам сломай его кости. А он позволил гоблину рассечь свою плоть, чтобы отбиваться лучевой костью! Что за ирония?! — Оом рел ект вел дас! «А? Магия? Шихору? Да, это она», — промелькнуло в голове Харухиро, пока он отчаянно защищался от атак яростного врага, решившего отсечь ему пальцы. Маг прицелилась и без колебаний почти в упор выстрелила в «Гоблина Г» «Теневым Эхом». Вшух! — и гоблин забился в конвульсиях: черный, похожий на водоросли, элементаль впился в правую часть озлобленной морды зеленокожего. Но Шихору была не одна. — Ха-а! Мэри выступила вперед, наградив «Гоблина Г» прицельным ударом короткого посоха. Зеленокожий враг не удержался на ногах, но все же сумел быстро подняться и пуститься наутек. Прихватив свой лук, он попытался скрыться среди руин. Волшебница нацелила свой магический посох в спину удирающего гоблина и прошептала заклинание: — Оом рел ект вел дас! Шихору запустила в сторону «Гоблина Г» теневого элементаля, но в самый последний момент юркий враг уклонился. Зеленокожего спасла местность, которая представляла собой одни руины. В Старом Городе Дамроу было множество кварталов, которые не пощадили время и нашествия вражеских армий, и большую часть окрестностей покрывали обломки разрушенных зданий, горы кирпича и камня от обвалившихся стен. Идеальное место, чтобы прятаться и расставлять ловушки. Как группу Харухиро занесло сюда? Здесь было попросту опасно! «Почему мы выбрали именно Дамроу? Это наша первая ошибка», — размышлял лидер, пока у него оставались силы. — Уф… ух… уф… уф… «Какое тяжелое дыхание. Чье оно? Мое? Ха-ха», — горькие мысли заполняли разум раненого. Это был он! Поверженный собственной глупостью Харухиро! Тот самый Харухиро, которого опрокинул на спину какой-то гоблин! «Я вижу небо. И лицо Мэри. Стрелу уже достали.… Ох…До чего же больно!» — жалел себя парень. — Я начну с детоксикации! — объявила жрица, накладывая на него руки. Вор кивнул: «Интересно, справится ли она? Хорошо бы не умереть, если получится», — отстраненно подумал Харухиро, будто речь шла о ком-то другом, а не о нем самом. — О свет, под божественной благодатью Люменеса… Очищение! «Детоксикация… Наверное, очищение крови от яда. Интересно, как это выходит? Не знаю. Юмэ, Ранта… с ними все в порядке? «Что с Гоблином Г?» — терзался Харухиро даже на грани обморока. — Хару! Соберись! О свет, под божественной благодатью Люминеса…Лечебное касание! «Соб… Собра… Собраться. Да. Понял. Я понял, Мэри. Точно. Как неловко. Полный отстой. Я не могу умереть здесь. Нельзя. Я не умру. Если ты умрешь, то это конец. Не только для меня. Для моих друзей тоже. Для всех нас», — мысли путались в голове, и лидер группы не мог пошевелить даже пальцем. Лишь только надеяться на магию жрицы. «Лучше… Становится лучше… Что ни говори, но магия невероятна!» — с удивлением осознал он. — Как там дела!? — заорал Ранта, но нельзя было определить, где шастает раздражающе громкий рыцарь Тьмы. — Все отлично-о-о-о! — ответила Юмэ, обходя руины. Ее голос звучал где-то неподалеку. «Эти двое… Что они делают?» — слабые мысли в случайном порядке вспыхивали в голове вора. Шихору стояла рядом с Мэри, которая все еще колдовала над ранами лидера. Его взгляд бесцельно блуждал, пока не остановился на волшебнице: — Шихору, что насчет врагов? — Только один сбежал, мы все еще…— тихо отчиталась девушка. — Понятно, — прервал ее вор. Значит, они с горем пополам справились. Ранта, Юмэ и Шихору превзошли самих себя, стараясь выполнить эту работу. Харухиро прикрыл глаза и виновато улыбнулся: — Какого черта я делаю? — ни к кому не обращаясь, спросил он вслух. И мгновенно пожалел об этом. Ни Шихору, ни Мэри ничего не ответили ему, и это вежливое молчание разожгло внутри Харухиро пламя стыда. Наконец с лечением было покончено, и вор смог сфокусировать зрение и приподняться на локтях. Слова благодарности, адресованные Мэри, почти слетели с губ лидера, как откуда ни возьмись появился Ранта и набросился на него: — Ты чертов кретин! Какого дьявола ты творишь, падая так замертво!? Тебя уделал гоблин! Сколько ты будешь тупить!? Да ты хуже слизняка, чертов Харухиро! — Мне нечего сказать в свое оправдание. «Есть ли необходимость так наезжать на меня? Впрочем, я это заслужил. В этот раз я действительно облажался. Но хуже всего то, что облажался именно сегодня», — устало размышлял лидер. Сегодня он и его ребята начали жизнь с чистого листа. Это знаковый день, в течение которого любые ошибки недопустимы. Поэтому-то Харухиро и остальные выбрали Старый Город Дамроу. Место, за расчистку которого они получили титул «убийц гоблинов». Возможно это была всего лишь издевка, состоящая на 90% из насмешек и на 10% из восхищения. Добровольцы Багровой Луны называли их так, поскольку группа Харухиро слишком часто посещала Старый Город Дамроу. Вероятно, именно это послужило причиной укрепления дозорных команд зеленокожих, ведь гоблины забеспокоились, что кто-то сокращает их популяцию. Озверевшие монстры стали серьезным противником и для других добровольцев Алтаны, так что многие переключились на Шахты Сирен. Несмотря на то, что наемники всех мастей обходили Дамроу стороной, ребята Харухиро надеялись на хороший улов, ведь они отлично знали руины заброшенного города. Возможно, отсутствие танка никак не скажется на эффективности группы. Пусть они и потеряли самого важного бойца — Могузо. Слишком наивные рассуждения? Может, и так. Возможно, вполне логичные выводы. Честно говоря, Харухиро не знал наверняка, глупость или случай повернули ситуацию не в пользу его команды. А теперь вор не мог поразмыслить над этой проблемой спокойно. — Что нам делать со сбежавшим гобби!? — с отчаянием крикнула Юмэ, которая обыскивала руины где-то вдалеке. Ранта обернулся к ней и крикнул в ответ: — Забудь уже о нем! Он куда-то свалил! Он не вернется! — Не слишком ли ты беспечен? — съязвила маг Тени. — А-а!? Ты что-то сказала, Шихору!? — Я сказала, ты слишком беспечен. Разве ты не слышал? — Что ты имеешь в виду? Ты говоришь, что я легкомысленный? — Можно сказать и так, — прошелестела девушка. — Не слишком ли дерзко ты себя ведешь? А кишка не тонка пойти против меня? — … не угрожай людям. — Я никому не угрожаю. Ты нагрубила мне, я разозлился, вот и все. — Звучит как оправдание, — холодно заметила волшебница. — Какого черта я должен оправдываться? Хватит нести чушь! Даже мое великодушие имеет пределы! Тебе лучше прекра...— распалялся темный рыцарь. — Э-э-э-э-э-э-э-эй! Юмэ быстрой тенью шмыгнула к ним и с глухим звуком отвесила Ранте оплеуху. — Ай! Юмэ! Ах ты дрянь! Хрена ли ты творишь!? — Юмэ понятия не имеет, что такое «хернли»! Не болтай о странном! — Странная тут ты! Только ты, поняла?! — Заткнись, придурок! — охотница прижала волшебницу к груди, будто собираясь защитить подругу от злобного страшного мира. — Сейчас ты обижал Шихору! Что с тобой сделать, раз ты просто подонок! Юмэ пристрелит тебя, придурок! — гневно пообещала девушка с рыжими косами. — Я-я не обижал ее! Мы просто обменивались мнениями! — сдал позиции Ранта. — ...как удобно, — ядовито заметила Шихору. Ранта взглянул на волшебницу и цокнул языком: — Если тебя что-то не устраивает — выкладывай! Это действует мне на нервы! Мэри собралась их прервать и сообщить что-то, но вместо этого перевела взгляд вниз, на свое левое запястье. Там парила яркая гексаграмма. Доказательство, что «Оберег Света» все еще действует. «Если подумать, Мэри частенько проверяет печать. И, кстати, у нее теперь короткий посох. Что случилось со старым? Нет, не время думать об этом, верно? Но что, в таком случае, мне делать? Я как в тумане. Не думаю, что в крови остался яд, да и Мэри залечила мои раны… Тогда почему»? — размышлял Харухиро, наблюдая за жрицей. Убедившись, что силы начали возвращаться к нему, и он, по крайней мере, не умирает, лидер рискнул обратить на себя внимание: — Эм-м, — вор тряхнул головой и моргнул несколько раз. — Я… я прошу прощения за свою ошибку. Сейчас...для начала… точно! Не думаю, что гоблин, которого мы видели, обычный. И я говорю это не потому, что он побил меня. Кажется, я не встречал раньше зеленокожих, чье поведение было сложным, разумным... Зачем я это говорю… ах да! Точно! Думаю, нужно уходить отсюда. Нас могут подстрелить из лука. И этот гоблин может привести подмогу. Ранта скорчил кислую рожу, выпятив подбородок: — Тогда вставай уже! — Ты в порядке? — спросила Мэри и подала руку, чтобы помочь Харухиро подняться. —Ага, — кивнул вор. Оказавшись на ногах, он почувствовал себя странно. Тело ломило от усталости, а слабость сковала движения. — М-м? — вопросительно промычала Юмэ, наклоняясь к нему и заглядывая в лицо. — Ва-а-а!? Ты выглядишь ужасно, Хару! — воскликнула охотница. Шихору посмотрела на него и коротко подтвердила: — Это правда. — Все потому, что он потерял много крови, — объяснила Мэри, придерживая Харухиро. Видимо, жрица боялась, что в любой момент вор может растянуться на земле. — Его раны исцелила магия, но сила Люменеса не восстанавливает кровь. Мы не можем продолжать... — Эй-ей-ей, э-э-э-й! — очнулся Ранта. Он не принимал участия в беседе, поскольку обыскивал трупы гоблинов, но слова Мэри заставили парня напрячься. Его лицо исказилось, на лбу вздулись вены, и казалось, что темный рыцарь вот-вот лопнет от возмущения. — Вот только не надо нести чушь, что мы собираемся тащиться обратно в Алтану! Мы ни хрена не заработали! Разве не так? Если мы вернемся, то останемся в минусе! В минусе! — Но ведь у нас куча денег! — запротестовала охотница — За-а-а-а-аткнись, Юмэ! Деньги — такая штука, которой вечно не хватает! Неважно, как полны твои карманы. — ...потому что ты тратишь деньги на бесполезные вещи, — ехидно заметила маг Тени. —Шихору-у-у-у-у! Не тебе с такой огромной грудью говорить о бесполезности чего-то! Я пожамкаю их! — Что-о?! — побелела от гнева волшебница и судорожно прикрыла руками грудь. — Подонок! — Ха-ха-ха! Мне плевать! — Ранта, ты и вправду…— со вздохом начал было Харухиро. «Почему-то болит голова. Любой шум бесит. Все, что я хочу, так это вернуться домой… Это нормально? Скорее всего, нет»...— устало подумал вор, но сказал другое. — … простите. Дайте отдохнуть. Чуть-чуть. Не здесь. Подальше отсюда… Думаю, я буду в порядке после небольшого перерыва. Давайте отдохнем, а потом решим, что делать, ладно? — Думаю, такой план сойдет. Но! — Ранта ткнул в сторону Харухиро указательным пальцем. — Скажу вот что: вся эта хрень произошла по твоей вине. Хорошенько запомни это. Хоть ты паршивый, но все-таки наш лидер.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8: Неизменчивый мир

Время, потраченное на обыск четырех убитых гоблинов, ничего не дало: Харухиро не стало лучше, поэтому у группы не было выбора, кроме как вернуться в Алтану. Перво-наперво они вновь зашли в штаб-квартиру Багровой Луны, чтобы разобраться с формальностями и получить свидетельство о смерти Могузо, а также доказательство родства. Хотя Юмэ и Шихору утешали лидера, говоря, что и это дело требует внимания, Харухиро сожалел, что по его вине охота закончилась. Вор просто не мог избавиться от гнетущего чувства вины. Впрочем, бесполезно терзаться, сделанного не воротишь. И сегодня лишь удача помогла Харухиро избежать неминуемой смерти. Последний бой дал лидеру пищу для раздумий, и, если он сделает правильные выводы, плодами этих размышлений можно воспользоваться в будущем. Вернее, придется воспользоваться. Закончив с делами, они зашли в таверну «Шерри», чтобы обсудить текущее положение группы. Но разговор не заладился с самого начала. Обмен мнениями перерос в скандал, и командовал парадом, конечно же, Ранта. —… вот об этом я и говорил, причем с самого начала! Я поступаю, как хочу, и не могу танчить всегда, это вообще не моё! Что такое «танк»? Пушечное мясо, боец, который прется напролом, а потом стоит как вкопанный! Похоже, вы ни черта не знаете! Так вот, вы все должны следовать за мной, согласовывать действия… Что? Я не прав? А? Нечего возразить? Пока этот… этот… х-хидиот Харухиро что-то бормочет под нос, я горбачусь на поле боя! А? Это были приказы? Ну так я и кружил вокруг гоблинов, собирая тычки! — Кажется, я понял твою точку зрения…— вяло поддержал его Харухиро. — Слава Владыке, он что-то понял! Достижение! Прогресс! С этим закончили, да? — Нет! Еще нет! — запротестовала Юмэ, резко вскочив со своего места и ударив ладонями по столу. — Чтобы вся группа слушалась Ранту... Ты совсем идиот?! Это вообще как? — Хорош спорить! — осадил ее темный рыцарь. — Не Ранте решать, спорить или не спорить! — надулась охотница. — Вы только и делаете, что ноете. Мол, действия не согласованы… Я вот считаю, что наш потенциал ни черта не раскрыт! — в глазах кудрявого рыцаря зажглись огоньки энтузиазма. — Юмэ так не думает! Юмэ думает, что Ранта должен уйти! — Если я свалю, вы вляпаетесь по самые уши! Гарантированно! Поэтому сейчас я — опора для всей группы! — Даже мысль об этом нелепа…— ядовито заметила маг Тени. — А-а? Наконец Шихору подала голос! Наша тихоня все это время прятала за шикарной грудью удивительно черное сердце! А теперь показала зубы, чертова демоница! — Я не скрываю там «черное сердце», и они большие, потому что я толстая…— с раздражением возразила волшебница. — Тогда продемонстрируй! Я сам решу, что ты там прячешь! — Обойдешься… — Пф-ф. Жадная стерва. Скучная ты. Ску-учная, — дразнил ее Ранта. — Зато тебе всегда весело. Только и умеешь, что валять дурака, потому что ни о чем другом думать… — Знаю! Ладно, уела. И что? Ты хотела обидеть меня? Да мне плевать, у меня сердце из камня! Валяй, обзывайся. Все равно планировать будете с опорой на мои умения. С этого дня! И точка! Я тут главный. Понятно? И вы обязаны понимать меня, изучить там… Короче, подстраивайтесь. И тогда все пойдет как по маслу! — Слушать тебя? И это поможет? Что-то сомневаюсь…— съязвила волшебница. — Юмэ согласна с Шихору! А ты, Мэри? — обратилась охотница к молчаливой жрице. Но та не следила за спором ребят, и вопрос Юмэ застал ее врасплох. — А? М-м-м, я…— замялась девушка. — Мэри, Ранта ведь не хочет ни с кем «согласовываться», так? Он ведь Ранта! — как могла, пояснила охотница. — Это…— растерялась Мэри, не понимая, что от нее хотят. — Пф-ф, — презрительно фыркнул Ранта, подперев кулаком щеку.. — Говори, что хочешь! Но! Только благодаря мне мы как-то тянем битвы. Просто задумайтесь, почему! Да кто, кроме меня, может стоять на передовой и делать, что ему вздумается? Не согласны? Окей. Валяйте, выкладывайте свой план. ДРУГОЙ ПЛАН. Даже самый тупой, выкладывайте! Ну что, есть идеи, Харухиро? — Другой план, — по-идиотски повторил лидер. Обхватив глиняную кружку пальцами, вор всматривался вглубь мутного напитка. Это была медовуха, и парень не сделал ни глотка с самого начала разговора. — … ну. Точно. Другой план. В смысле… если Ранта возьмет на себя роль танка... Выбора нет, придется смириться с этим. Ранта ведь прав. Но и ему нужно соответствовать тактике, вести себя как танк. Если не переключиться в защиту, ничего не выйдет… Либо выйдет не так, как надо. Прямо сейчас мне кажется… — Эй! Не мямли! — оборвал его рассуждения Ранта, ковыряя мизинцем в носу. — Лидер-мямля — это просто смешно. Чертовски смешно. Да и днем ты был как чёрти что… — Да, я виноват. И я много раз извинялся за свое поведение. — Хо-о. Огрызаешься? Парупиро, ты понимаешь, что значит «огрызаться»? Ты просто сливаешь свой негатив. В последнее время ты только это и делаешь. И будто так и надо. Тебе плевать. — Неправда… — Серьезно? Не похоже, если судить по тому, что ты творишь. — Заткнись! — Юмэ надула щеки. — Будто бы ты ведешь себя по-другому! Нехорошо сыпать сон на раму! Ты совсем не думаешь о чувствах людей! — Дура! Если взялась умничать, то говори «сыпать соль на рану»! — разозлился Ранта. — А-а-а…— недоверчиво протянула охотница, не понимая, где же ошиблась. — Да вообще, что за «сыпать сон на раму»?! Это невозможно! — Но… Если попробовать… Вдруг выйдет? Да! Нужно только попробовать! — Давай! Пробуй! Вот прямо сейчас! Здесь! Получится — упаду пред тобой на колени! Спляшу в чем мать родила! А потом снова паду тебе в ноги, так что давай! Рискни! Юмэ что-то промычала в ответ. Ее лицо стало пунцовым, и казалось, что в любую минуту из ушей охотницы повалит дым. «Другой план, хм...» — погрузился в размышления Харухиро. Вор поднес кружку к губам, собираясь хлебнуть медовухи, но вдруг замер, пораженный очевидной мыслью: «Другой план. Точно! Правда, ничего не приходит в голову. Другой план? Как и сказал Ранта, никаких идей. Но я лидер, а значит, должен что-то придумать». Но роли внутри группы уже давно устоялись, и никто из товарищей Харухиро не пойдет на смену класса, и все же, учитывая текущую ситуацию, перемены неизбежны. Пока Могузо был с ними, команде не приходилось мудрить с планом, прорабатывая каждую деталь. Смерть Манато заставила Харухиро и остальных быть чуть осторожнее, и тогда они впервые задумались о том, чтобы распределить обязанности поровну. Тогда же определились ключевые роли для каждого из ребят. Удачные походы закрепили эффективные тактические решения, выявили ошибки, ведь боевой опыт лучше впитывается шкурой, а не головой. Безусловные рефлексы всегда полезнее неустойчивой мысли. Но даже это им не помогло. Если подумать, Могузо был необычным танком. Он брал на себя как атаку, так и защиту. Мечник инициировал бой, отвлекал внимание врагов, блокировал их, принимал основной удар на себя, чтобы затем контратаковать и добивать по необходимости. Только эти качества уже делали Могузо величайшим защитником, а ко всему прочему он был способным воином. На его могучих плечах держалась вся атака и оборона группы. И Могузо был лучшим в своем деле. Величайшим. Он был просто незаменим.

Именно поэтому Харухиро и остальные излишне полагались на боевые качества мечника, добавляя ему работы день ото дня. Бремя ответственности, которое свалилось на крепкого парня, оказалось неподъемным, и однажды Могузо не стало. И все же этот добрый человек никогда не жаловался, а терпеливо исполнял свою роль, заботясь о команде. Он видел в этом собственный путь развития. — Могузо…— горькое имя само сорвалось с уст Харухиро, пока он думал о погибшем друге. Услышав лидера, остальные затаили дыхание. — Он был удивительным человеком. С самого начала. Он всегда был особенным. Но не врожденные качества сделали его таким. Талант тоже нужен, не спорю, но дело не в нем. Могузо был стойким. Он всегда принимал бой. Конечно, любой испугается, встретив врага лицом к лицу, любой захочет убежать, но Могузо не мог поступить так. Он защищал нас. Вот почему. Он брал всех нас под свою защиту и так становился сильнее. Я слишком полагался на его выносливость. Я думал, что она бесконечна, — горькие слова рвались наружу, и Харухиро не мог остановиться. Он говорил то, что думал. «Я должен был заметить! Пока не было поздно! Но я был слеп. Я был слеп, поэтому Могузо больше нет с нами. Ранта прав. Такой лидер просто смешон. Жалок до ужаса», — запоздалое раскаяние теснило грудь вора. — Из-за того, что мы свалили все обязанности, все наши ожидания на Могузо, его больше нет. Если бы я понял это раньше! Я бы мог протянуть ему руку, взять часть его ноши, и тогда бы он не умер. Сейчас поздно сожалеть об этом. Теперь обязанности Могузо — наша забота, и мы разделим это бремя пополам. Но мы должны стать лучше. Изучить новые способности, стать сильнее в бою. Наших умений пока недостаточно. — Я тоже так думаю… — Шихору закусила губу и кивнула в знак согласия. — Я так и не выучила сильную магию… — Угу… — подала голос охотница. После речи Харухиро она поникла, ссутулилась, уронила голову на руки и уперлась подбородком о поверхность стола. — Юмэ тоже будет учиться. Это сложно, но Юмэ будет стараться. А еще Юмэ хочет себе волчика… — Ха! — выплюнул Ранта, скрестив руки на груди. — Н-ну, раз уж зашел разговор... В смысле, люди много чего не умеют, поэтому учатся. Боевые техники темных рыцарей зависят от мобильности, то есть, надо быстро бегать и часто махать мечом. Застыну истуканом — от меня будет мало толку. А еще я не могу покинуть гильдию и стать воином. Однажды присягнув на верность Скалхейлу, остаешься его слугой до самого гроба. — Смена класса, хм… — пробормотал лидер. Его взгляд упал на Юмэ. — М-м? Юмэ надо сменить класс? — Нет…— поспешно уверил охотницу Харухиро. «Юмэ невероятно сильная. По чистой силе она не уступает нам, парням. И очень храбрая. Она охотник, но лучше управляется с кукри, чем с луком, и, орудуя ножом, наносит множество точных ударов. Если она покинет гильдию охотников, то вполне сможет стать воином… Нет, нельзя. Юмэ останется охотником, потому что мечтает завести волка. Плохая идея — губить ее мечты. Несправедливо просить ее сменить класс, взять на себя роль Могузо. Да и толкать девушку на передовую… Это как-то… За пределами добра и зла», — и вор решил, что Юмэ не стоит что-то менять в своей тактике. Но тогда… Кто вместо нее? «Нет. Мы должны что-то поменять. Но кто станет воином? Кто откажется от своей гильдии? Уж точно не Шихору… И не Мэри, потому что без магии Люменеса мы сильно рискуем. Ранта не может сменить класс. В таком случае…» — Я? — прошептал Харухиро, убеждаясь в своей догадке. Он был шокирован этой мыслью: «Да чтобы я надел тяжелые доспехи, взял Чоппер, размахивал двуручником как… Что-то не верится», — это просто не укладывалось в голове вора. В конце концов, Харухиро прекрасно знал, насколько он хрупок и слаб. Не с его конституцией брать на себя роль танка. Как ни крути, у него это выйдет из рук вон плохо. «Я слишком слаб…» — шепнул лидеру внутренний голос. «Чоко не должна была умереть! Нет, забудь об этом! Ничего не вернуть назад! Надо сосредоточиться на текущих проблемах…» — Харухиро приказал себе собраться. И главный вопрос на повестке дня — кто же возьмет на себя роль танка? Без крепкого и выносливого воина его группе просто не выжить в бою. Танк и целитель — ключевые фигуры в любой команде. И если у них нет на примете одинокого воина или жреца, то нужно ими стать. Если кому-то и суждено взвалить на себя эту роль, так это Ранте. Он выносливее остальных, поскольку защищен довольно-таки крепкой броней и умеет биться на передовой. Возможно, если он изменит свой стиль, подстроится под ситуацию, наберется опыта, то все получится. Все будет хорошо. Но так ли это? Когда Манато не стало, они нашли нового целителя. Мэри. Но замену Могузо так просто не сыскать. Значит… Танком придется стать лидеру группы. Нельзя сказать, что вор не ожидал от себя такой инициативы. Эта мысль маячила где-то на краю сознания парня, и тот не желал перевести ее в волевое решение. Харухиро сознательно не хотел думать об этой перспективе. Он гнал эту мысль прочь, но… Лидер бросил короткий взгляд на Ранту, Юмэ, Шихору, а затем на Мэри. Их лица были хмурыми, и каждый напряженно думал о чем-то. Если подать им идею, что он, Харухиро, способен заменить Могузо, то ребята смогут хотя бы хорошенько обдумать этот вариант и помочь ему с выбором. Но почему-то Харухиро не мог вымолвить ни слова. Он не хотел делиться с товарищами этой задумкой, не хотел, чтобы они подтолкнули его к неизбежному и неприятному решению. — Эм-м, я… — пока вор мучился вопросом, как вызваться на роль танка, Мэри подняла правую руку, привлекая к себе внимание. — Можно сказать? Я хочу поговорить о том, что случилось… Я должна кое-что рассказать… — решилась девушка. Харухиро переглянулся с Рантой, Юмэ и Шихору. «Что она скажет?» — лидер почувствовал, как сжалось его сердце. Плохой знак. Жди беды. А раз Мэри — жрица, возможно, она хочет поговорить об операции «Двухглавый змей». О том, как погиб Могузо. Быть может, девушка чувствует вину за это… Возможно, она посвятит товарищей в свои мысли. — Х-хорошо, — дрожащим голосом согласился Харухиро. — Конечно. О чем ты... — Я все еще не могу оправиться. Пережить случившееся, — твердо сказала Мэри. Ее прекрасное лицо оставалось неподвижным, пока девушка говорила, шевелились только губы: — Эффект «Оберега Света» не вечен. Он рассеивается спустя определенное время. Если не наложить печать снова, магия исчезнет. В битве я забыла об этом. В яростных сражения грань между жизнью и смертью столь тонка, что почти незаметна. И тогда свойства «Оберега Света» получают колоссальное значение. Если бы заклинание не рассеялось, Могузо бы не умер. Наверняка. Получается, он погиб из-за моей глупости. Это я убила его, — жрица говорила это без всякой жалости к себе. — Что за чушь? — не выдержал Ранта и ударил кулаком по столу. — Что это за бред?! Твоя глупость? Нет, погоди, не только твоя! И я… Могузо был моим бизнес-партнером, мы сражались плечом к плечу…. Но я был слаб, слишком слаб! — Это другое, — тихо возразила Мэри, чуть качая головой. — «Оберег Света» — основа основ, каждый жрец знает о времени действия печати. Бесполезно оправдываться, мой поступок иначе, чем глупостью, не назовешь. И моя ошибка стоила Могузо жизни. А до этого еще трое товарищей погибли из-за моей слабости. Я поклялась, что не допущу новых смертей. Но я вновь потеряла товарища. Я бесполезна как жрица. И это все, что я могу сказать вам. — Мэри… — в глаза Юмэ стояли слезы. — Это… это не так! Это неправда! Полезна-бесполезна — не важно! Я думаю… — Я понимаю… — Шихору поднялась из-за стола, обхватила рукой предплечье, а потом заговорила: — Я понимаю, что чувствует Мэри... Наверное то, что скажу, покажется неуместным… Но я всегда думала, что бесполезна. Задавалась вопросами, подхожу ли я группе? Не слишком ли слаба? Хорошо ли использую заклинания? —Эй! — воскликнул Ранта с ухмылкой. — Просто забей! Что за разговоры о полезности? Мы вообще-то сборище неудачников! Так что какая к черту разница? Не думайте об этом. Или ты про свою роль? Меня все устраивает. До сих пор все шло нормально, так? — Ранта прав. Харухиро перевел взгляд на Мэри, но та предпочла рассматривать стол, избегая любого внимания. Ее лицо казалось неживым, отстраненным, будто мыслями жрица была где-то не здесь, а очень далеко. — Полезность не важна. Мэри все-таки наш товарищ, и этого вполне достаточно, — подытожил лидер группы. — Спасибо. Робкая улыбка чуть тронула уголки губ Мэри. И пусть девушка не испытывала ничего, кроме благодарности, она все же улыбнулась им. — Мне нужно время… Я поняла это после охоты в Дамроу. Сейчас я для вас обуза, вы не сможете развиваться вместе со мной. Потому что мне страшно. Я не могу контролировать эти чувства. Я слаба, ни в чем не уверена, но у нас не так много времени… Послушайте, дайте мне десять дней… нет, семь дней. — Хорошо, — Ранта пожал плечами и облокотился на стол. — Я тоже хочу кое-чему научиться. Ладно. Думаю, всем хватит десяти дней, чтобы стать сильнее. А сильнейший рыцарь Тьмы Ранта станет вконец богоподобным! Да любой при виде меня завопит от страха! Уха-ха, — натужно рассмеялся кудрявый парень. — Юмэ попросит наставника научить ее новым штукам. Деньги у Юмэ есть, — кивнула охотница. — Я тоже хочу попробовать что-нибудь новое, не теневую магию… — высказалась Шихору. — Понятно. Харухиро прикрыл глаза. Значит, им нужно время. Обстоятельства гонят его команду вперед, ведь каждый из них слаб и ничтожен, а мир жесток и беспощаден. В версии с изображениями тут находится картинка. Он открыл глаза. Ничего не изменилось. Жестокая реальность не уступила его желанию. Неизменчивый, неподатливый мир отказывался признавать их волю. Значит, Харухиро и остальным придется измениться самим, принимая этот жестокий мир как данность. — Через десять дней встретимся у Северных ворот. В восемь утра, — отдал приказ лидер.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9: Сошествие ангелов

Почти любому известно, что значит «быть не в своей тарелке». Именно это чувствовали Юмэ и Шихору в тот день. Неподалеку от дороги Цветов располагалась харчевня под названием «Малайка». Над входом не висело таблички с надписью, просто хозяйку заведения звали Малайкой, и однажды ее именем стали называть и само место. В девяноста процентах случаев, а порой и на все сто, в «Малайку» наведывались женщины. Нельзя сказать, что мужчин здесь не принимали, однако среди них было мало храбрецов, готовых пропустить стаканчик-другой в женской обители. Именно для слабого пола «Малайка» была раем на земле, где любая из дам чувствовала себя комфортно. В Алтане таких мест — по пальцам пересчитать. Шихору вообще не знала ни одной харчевни, похожей на эту. К тому же, здесь за небольшую плату подавали вкусные блюда, что, если присовокупить к этому возможность поесть чисто в женской компании, делало «Малайку» лучшим выбором для девушки-добровольца и не только. Именно наемницы были основными клиентами «Малайки», поскольку предпочитали обедать вне дома. Кроме них приходили женщины, трудившиеся в многочисленных гостиницах у дороги Цветов. Из-за того, что многие клиентки обожали эту харчевню, здесь всегда было людно. Шихору успела заскочить в харчевню до того, как посетительницы заняли все столики, и найти место для себя и Юмэ. И все же без близкого соседства не обошлось: к ним подсели еще две девушки, с которыми пришлось делить большой угловой стол, прижимаясь к друг дружке коленями. Охотница и ее подруга успели расправиться с принесенным заказом наполовину, когда в «Малайку» хлынула толпа, да так, что яблоку негде упасть. — У Шихору есть какие-нибудь успехи? — вернулась к прерванному разговору Юмэ. — Ага… Но за четыре дня я выучила только одно заклинание… Все-таки, очень непривычная магия… наверное. До этого я не использовала ничего, кроме магии Дарс… — Магия «Дарс?» — Да, для покорения магии… — А? Поколение? — М-м-м…Нет. По-ко-ре-ние. — А-а-а. Покорение. Понятно. Покорение? Что такое «по-ко-ре-ни-е»? — Для чародеев источником силы являются элементали — магические существа. Всего их четыре типа… — Шихору начала загибать пальцы. — Альв, Канон, Фальц, Дарс… — Альп, Гатон, Палец, Дарс? Хм-м... Как сло-ожно. — В любом случае… Всего существует четыре типа элементалей. Магия — это знания, которые касаются обуздания этих существ. Когда ты успешно используешь их силу, произнося заклинание… то лучше… чувствуешь элементаля. Это и есть «покорение» магии. Каждому элементалю нужен… особый подход. Эти существа… похожи… и все-таки различаются... — Тогда покорение — это когда ты используешь все четыре? — Почти. К примеру… подходы к магии Дарс и Альв различаются. Я… Из-за того, что я постоянно пользуюсь магией Дарс, мне удалось стать чуточку опытнее…в этом. Но другой тип магии нужно изучать заново... Примерно так… — Поня-ятно. Как-то сложновато. Но Юмэ тоже так делает! В гильдии охотников у нас много всяких штук. Лук, кукри и... м-м-м… навыки охотников? Вроде все. А? Вышло три. Но Юмэ считает, что навыки охотников — самые классные! — А выращивание волков — тоже навык охотника? — Ага! Но, знаешь, Юмэ недавно подумала и решила не делать этого, хотя у Юмэ есть деньги. Если Юмэ хочет волчика, его надо брать щенком и выращивать. Юмэ надо правильно ухаживать за ним. Но заботиться, как надо, у Юмэ не получится. — Постоянно присматривать за волчонком будет сложно. Пока... — согласилась маг Тени. — Юмэ знает. Юмэ думала об этом. Но так жаль, что волчика не завести! — Да, выращивать животных не такое уж простое дело... — Похоже на то. Юмэ смогла бы? Наверное, да. Кроме того, волк сильно привяжется к Юмэ, волк никогда-никогда не предаст хозяина. Будет рисковать жизнью, защищая Юмэ. — Такую преданность да людям... — М-м? Шихору хочет выращивать человека вместо волка? — удивилась охотница. — Эм-м… нет, не в этом смысле… Шихору замолчала и принялась сгребать содержимое тарелки деревянной вилкой. Юмэ, потеряв интерес к разговору, тоже замолкла и равнодушно уставилась куда-то в сторону. Случайная беседа двух подруг оборвалась в одно мгновение. Разглядывая охотницу, Шихору задалась вопросом: «Может, это я странная?» Тревога когтистой лапой сжала сердце волшебницы. А вдруг она настолько странная, что больше не может испытывать никаких чувств, романтических порывов к кому-либо? Ей не полюбить никого и никогда. Или нет? Шихору почувствовала отвращение к самой себе. Магу вдруг страстно захотелось быть хоть чуточку похожей на жизнерадостную Юмэ. Наверное, быть такой, как подруга, очень здорово. Нет. Быть такой, как Юмэ — это кошмар. Тогда бы Шихору стала нравиться парням, и это ненужное внимание обернулось бы для девушки новыми страданиями. Нет. Уж лучше никакой любви, чем такая. — Эй! Привет! — окликнул их кто-то. Шихору и Юмэ немного испугало то, что они кому-то понадобились. Волшебница первой узнала обладательницу голоса, хотя не помнила ни имени, ни лица девушки — лишь роскошную фигурку и белое боа, накинутое на шею. Кроме того, голову наемницы украшала бандана с белыми перьями. — Меня зовут Кикуно… вы меня не помните? Тогда понятно, почему не здороваетесь. Ладно, главное, что я вас знаю. Мы ведь вместе сражались у крепости Мертвых Голов. — А-а! — Юмэ наставила на Кикуно указательный палец. — Ты же из «Дряхлых Ангелов»! — Она из «Диких Ангелов»… Юмэ, не тычь в людей пальцем, это невежливо. — одернула подругу волшебница. — Ой! П-прошу прощения! Теперь Юмэ будет внимательнее. — Ничего. Меня такие вещи не тревожат, но есть люди с паршивым характером, которые не будут терпеть подобное. Не будем об этом. О, Кадзико! — обрадовалась наемница. Кикуно повернула голову и помахала кому-то рукой, и Кадзико направилась к ним. Невероятно, та самая Кадзико! Собственной персоной! — Уо-о, — странный звук вырвался из груди Юмэ. Шихору напряглась, не смея отвести взгляда от высокой воительницы, которая с неумолимостью судьбы приближалась к ним, меряя харчевню большими шагами. — Освободите-ка место, — коротко приказала Кикуно соседкам Юмэ и Шихору. Невольные свидетельницы разговора все еще жались друг к дружке по ту сторону стола. Услышав просьбу, они поспешно ретировались, уступая место Кикуно и пугающей красотке, что направлялась к ним. Кадзико страшила своей красотой, которая казалась отталкивающе бесподобной. Эта жуткая красота смущала всякого, кто просто смотрел на нее. И для охотницы, и для мага сидеть напротив живой легенды было по-своему страшно. Шихору едва держала себя в руках: ей очень хотелось сбежать куда подальше, но девушка не могла так рисковать. Попробуй сделать ноги — и тебя прикончат одним взмахом меча. Даже беспечная Юмэ ощущала ауру опасности, которая исходила от Кадзико: охотница притихла, став на время удивительно покладистой и молчаливой. — Давненько не виделись… Впрочем, не так уж и давненько, — поприветствовала их Кадзико и улыбнулась. Юмэ и Шихору показалось, будто к их сердцам поднесли ледяное лезвие. — Я глава «Диких Ангелов». А вы… Юмэ... и Шихору, так? Будто марионетка, которую дернули за веревочку, Шихору молча кивнула. Дрожь сотрясала тело волшебницы. — М-м? — промычала Юмэ и склонила голову набок. — Откуда вам знать, как нас зовут? — Я всегда узнаю имена интересующих меня девушек, — в словах Кадзико было что-то пугающее. — Кстати. Тот мечник. У парня была выдержка что надо. Соболезную вашей утрате. — Могузо… он был сильным, — пробормотала Юмэ и грустно повесила голову. — Точно! — мгновенно подхватила Кадзико. Ее взгляд устремился куда-то вдаль. — А ведь у вас почти нет опыта. Практически новички. Зато хороший потенциал. Если бы ваш парень выжил, он стал бы знаменитым воином. Ничуть не хуже того щеголя, с которым вы бились бок о бок. — Вы про Ренджи…— догадалась Шихору. Маг Тени стиснула зубы, приказывая себе успокоиться. А ведь Кадзико не тот человек, что разбрасывается похвалой налево-направо. Волшебница осознавала это. Так вот, что думает о них один из сильнейших бойцов Алтаны, командир «Диких Ангелов». Вот она, честная оценка без всяких прикрас. И словам этой страшной женщины стоило доверять. Она говорит, что Могузо был силен, и это правда. Он мог стать еще сильнее, крепче, могущественнее... — Что ж, это обычное дело, — Кадзико слегка пожала плечами. — Способные люди умирают до своего расцвета, и так сплошь и рядом. Точнее, талантливым людям проще умереть. Слабаки и трусы редко становятся мишенью. Поэтому они и выживают, а лучшие люди уходят. И я такая же живучая слабачка, как и все. Слова лидера шокировали Кикуно, и та опустила взгляд. — Кадзико не такая…— пробормотала она. — Нет. Не надо переоценивать меня. Конечно, сейчас я не могу назвать себя бездарностью, и, все же, в бою уступлю Соме и Кемури. Правда, могу победить Дакки Красного Дьявола, Макса Таймана * и Шинохару. Только я не была сильной с самого начала. Мой поход в качестве добровольца пришелся на несчастливые, смутные времена. Но врожденная красота позволяла мне обвести вокруг пальца любого мужлана, что по глупости своей рвался защищать меня на поле боя. Используя силу этих тупиц, я смогла выжить. Конечно, мои поступки просто отвратительны. Однако факт остается фактом: если использовать тупых, грубых, никчемных вонючих рубак, поднимаешься все выше и выше, и каждый твой шаг делает тебя сильнее. Не могу сказать, что я слаба без чужой помощи, у меня есть сильные качества. Каждый человек в чем-то силен. Этого добра достаточно, причем, у кого угодно. Но самая важная способность — избегать смерти. Не умирать. Выжить любой ценой — вот что важно. Чтобы избежать смерти, вы должны стать сильнее. Юмэ? Шихору? — обратилась к девушкам Кадзико, завершая свою речь. — Д-да…— машинально согласилась волшебница. — М-м-м? — Юмэ неловко улыбнулась, не понимая, к чему ведет лидер «Диких Ангелов». — Вы потеряли своего мечника. А ведь он был важной частью вашей группы. Его смерть снизила вашу боевую мощь до критического уровня. Теперь вам не выжить. Шихору попыталась сглотнуть, но во рту все пересохло, а в горле будто ком застрял. Заметив состояние волшебницы, Юмэ бросила испуганный взгляд подруге. Улыбка охотницы померкла. — Вы особенные, и это заметно, — строгое выражение лица Кадзико чуть смягчилось. — Зоран Зесшу — противник не из легких. Орки — сильная раса, но этот монстр превосходил по силе даже своих собратьев, такое не часто встретишь. Победить его в схватке один на один, наверное, могут только Сома и Кемури. Лично я считаю, что вас могли перебить в полном составе, и никто бы не удивился этому. Но, вопреки всему, вы оказались живучими ребятами. И это впечатляет. Впрочем, боюсь, что вашей группе нанесли тяжелый удар, от которого вам не оправиться. Без танка вы не сможете нормально сражаться. Это большой риск, который приведет к новой смерти. Сначала умрет один, затем второй, потом третий. Так все и начинается. Если бы тот парень выжил, ваша команда смогла бы достичь многого в будущем. К тому же, если говорить о войнах, которые пришлись на ваше поколение, то вы, ребята, поймали удачу за хвост, ваше время считается золотым. Впрочем, Фортуна отвернулась от вас, и если вы, Юмэ, Шихору, будете цепляться за прошлое, останетесь в своей группе, вас ждет жестокая, мучительная смерть. — Ты предлагаешь… уйти из группы? — спросила Шихору дрожащим голосом, на что сразу же получила одобрительный кивок Кадзико. Та пояснила: — Именно. Присоединяйтесь к «Диким Ангелам». Я не давлю на вас, не требую немедленного решения, но лучше вам поторопиться. Мы можем включить вас в группу хоть завтра. — Все члены клана — женщины, — добавила Кикуно, дружелюбно улыбаясь. Ее радушие казалось чем-то необычным, даже неожиданным. — Нет ни одного ублюдка-мужика. Никто не будет вас использовать. Мы сплочены, каждый ангел усердно трудится, развивая свои способности, не забывая наслаждаться жизнью. Хоть мужчины под запретом, но это не значит, что вам нельзя с ними общаться. Но все же без них лучше. Как бы они ни скрывали свою истинную личину, все равно они одинаковые. Вы для них — всего лишь вещь, способ удовлетворить грязные страстишки. — Кикуно, не горячись, — одернула подчиненную лидер «Диких Ангелов». — А, прости, Кадзико. Просто… — Да, это правда. Мужчины у нас под запретом, но это касается лишь вступления в клан. Это правило не ограничивает личную жизнь. Но помните: никому из мужчин не позволено обижать моих подруг. Он может попытаться сбежать, прятаться, но я найду его, и кара обрушится на голову мерзавца. И тогда эти тупицы усвоят, что не стоит приставать к любой из «Диких Ангелов». Если кто-то захочет познакомиться с нами поближе, то у него должны быть серьезные намерения. Иначе побоями до полусмерти он не отделается. — А что, если… — робко возразила Кикуно. — Если есть, что сказать, то говори прямо и смотри мне в глаза, Кикуно. — Н-нет, ничего особенного. Смерть. Жестокая, мучительная смерть. Юмэ и Шихору погибнут в бою. Осознав это, волшебница опустила голову и крепко зажмурилась. «Манато… Могузо…» Она вспомнила. Воскресила в памяти лица погибших друзей. И она, Шихору, закончит так же? Нет, этого еще не случилось. И Кадзико пригласила их вступить в клан «Диких Ангелов». Это может спасти и ее, и Юмэ. Да, это выход из патовой ситуации. Без сомнения. Теперь группа Харухиро растеряла свой защитный потенциал, их боевая мощь снизилась практически вдвое. Шихору учит новые заклинания, а Юмэ — охотничьи уловки, но этого мало. Им не компенсировать этими фокусами боевой потенциал Могузо. Если бы не стойкость мечника, орки вырезали бы их в считанные минуты. Шихору, будучи бойцом поддержки, имела хороший обзор и лучше всех видела карту сражения. Она знала наверняка, как много делает Могузо, и волшебница не могла представить ни одной стычки без мощной фигуры мечника на передовой. Без Могузо маг Тени чувствовала себя беззащитной, практически голой и беспомощной, выброшенной на погибель в самую гущу боя. Паника одолевала девушку, и она думала лишь о том, чтобы сбежать. Скорее всего, Юмэ и остальные испытывали тот же страх и отчаяние, понимали, что без Могузо бесполезно драться. Поэтому Харухиро и его группа с таким остервенением цеплялись за любую соломинку. Если они останутся в прежнем составе, то им придется идти тернистой дорогой. Прямиком к неминуемой смерти. Но если Шихору и Юмэ присоединятся к «Диким Ангелам», то сойдут с этого опасного и бессмысленного пути. Маг открыла глаза, чтобы узнать, что написано на лице подруги. Скорее всего, та напугана не меньше волшебницы и откажется от предложения чужого клана. «Простите, но Юмэ не хочет», — вот что она скажет. Тогда Шихору последует ее примеру и откажется вместе с ней. Так думала маг Тени. Но Юмэ… Юмэ не возмутилась и не отказалась тотчас. Вместо этого она удивленно вскинула брови и выпятила губы. Охотница крепко задумалась, сомневаясь в правильности своих мыслей. Дело в том, что Юмэ тоже была не в восторге от предложения Кадзико, и девушка явно колебалась, не находя быстрого решения. — Эм-м…— с опаской начала Шихору, чуть склонив голову. Ей казалось, что она извиняется. Но перед кем? За что? — Можем ли мы подумать об этом… еще? Пожалуйста…— попросила маг Тени.

↑ Тайман (タイマン） — термин, который используют японские хулиганы. Означает драку один на один

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10: Выживший

— Ох… Харухиро лежал на верхней койке. Стоило ему повернуться на бок, как тело заломило от невыносимой боли. — Так и умереть можно… — пробормотал он. «Нет, нет, нет. Нельзя бросать такие слова на ветер. Просто пришлось к случаю. Но ведь и правда все болит». — Учитель Барбара — просто демон. Хотя я и раньше об этом догадывался... Харухиро выучил новый прием — «Натиск» * , специальное умение Воров для боя один на один. Хотя навык и отличался громким названием, но по сути представлял собой хаотичную атаку. В момент, когда противник готовится контратаковать, Вор нападает и без передышки наносит удар за ударом. Защита и уклонение в расчет не принимаются. Ничего, кроме атаки, атаки и еще раз атаки не требуется. Конечно, из этого не следует, что нужно размахивать ножом наобум. Для эффективного использования клинка нужно, по возможности, не делать пауз между атаками. Не использовать защиту и уклонение, а вместо этого осыпать противника ударами, чтобы тем самым снизить вероятность вражеской контратаки. Но если вдруг противник перейдет из защиты в нападение, то Вор обречен. Это верное поражение. Как говорится, бей первым, пока не побили тебя. Вот такой рисковый навык. Сейчас Харухиро растянулся на двухъярусной кровати в мрачной комнате общежития добровольцев. Каждая клеточка его тела ныла от боли, и даже повернуться на бок было до невыносимого трудно. На расстоянии вытянутой руки лежал недавно купленный кинжал — новенький, довольно-таки качественный клинок. По другую руку — «Сап», или дубинка около тридцати сантиметров в длину, обтянутая кожей. Ее конец был утяжелен, но при этом сама дубинка оставалась гибкой. К рукояти крепился шнурок для лучшего хвата. И новый кинжал, и сап подходили для изучения «Натиска». Используя тактику и оружие в каждой руке, а также новую способность, Харухиро хотел раскрыть свой атакующий потенциал. Естественно, парень не умел одинаково хорошо биться и правой, и левой. Он вообще был правшой, и сражаться не ведущей рукой было действительно тяжко. Но сочетать атаки левой и правой рукой оказалось куда сложнее. — В любом случае, привыкай к этому, — посоветовала Харухиро учитель Барбара. — Чтобы освоиться, крепко сжимай оружие даже во сне. Харухиро в который раз взялся за сап и кинжал. Все-таки невозможно постоянно держать в руках что либо, но теперь придется браться за оружие куда чаще, используя для практики любую возможность. За шесть дней непрерывных суровых тренировок вор хорошо усвоил, что такое «Натиск». Первые два дня учитель Барбара отрабатывала этот прием на его шкуре, затем еще двое суток Харухиро пытался повторить за ней, работая в поте лица без сна и отдыха. Последние два дня ушли на тренировочный бой. И, несмотря на все усилия, вору так и не удалось добраться до наставницы, зато она регулярно угощала его бесчисленными ударами деревянного ножа. Харухиро неоднократно терял сознание, но Барбара звала жрецов, те приводили его в чувство и отправляли в бой снова. Поэтому серьезных ран у Харухиро так и не получил. Обо всем прочем позаботились служители культа Люменеса. И все же каждая клеточка его тела отзывалась болью, а затем наливалась тяжестью, да так, что не пошевелиться. — Похоже, Ранта не вернется… Ни Юмэ, ни Шихору в общежитии не было: волшебница осваивала новую магию, а ее подруга — навыки охотника. Похоже, Ранта тоже не бездельничал. Конечно, темный рыцарь мог под каким-либо предлогом пойти развлекаться, но это вряд ли. Завтра Харухиро планировал изучить новый навык, а для этого надо было вернуться в воровскую гильдию. Но хотеть — это одно, а сделать — совсем другое. Получится ли у него в текущем состоянии? Парень особо не верил, что ему удастся добиться какого-то прогресса. — Впрочем, стоит ли сейчас ломать голову? Тело казалось непослушным, тяжелым, а еще Харухиро чувствовал голод. Прежде чем заснуть, он подумал, что, наверное, лучше хоть чем-нибудь подкрепиться. Парень рывком поднялся с постели, вложил кинжал в ножны и закрепил сап на поясе. Соскочив с кровати, Харухиро молниеносно вытянул кинжал, перехватил сап и встал в боевую стойку. — Слишком медленно… «Это никуда не годится», — устало подумал вор. Харухиро опять убрал кинжал и сап, а затем снова извлек их, стараясь сделать это быстрее. Он пробовал провернуть это раз за разом, но получалось не так, как нужно. — Ох… Думаю, на сегодня все. Я слишком тороплюсь… — Тебе не хватает боевого духа! — снова и снова ругала его учитель Барбара. — Твердости, смелости и силы духа! «Но я и сам понимаю это. Я хотел бы измениться, но даже если бы получилось, я не смогу вмиг стать совершенно другим человеком. Но я хочу быть другим. Хочу, наверное, измениться в… лучшую сторону? Всегда быть жизнерадостным, например. Надеюсь, что однажды смогу вести людей за собой. Смогу действовать осторожно и в то же время решительно. Таким лидером я хочу стать». — Я ведь Старый Кот… У Чоко было прозвище «Нахальная кошка». Мысль об этом выбила почву из-под ног, ему захотелось сейчас же присесть. Но какой смысл в его слабости? Чоко уже нет. Вполне возможно, их отношения могли однажды наладиться, стать лучше, но теперь надежда на это мертва. Бессмысленно ворошить прошлое, однако Харухиро все равно вспоминал о девушке. — Хватит, хватит… Харухиро убрал сап и кинжал. «Еда… еда. Надо поесть. Если я съем что-то вкусное, мне наверняка полегчает». Вдруг вор понял, что в коридоре кто-то есть. «Ранта? Нет. Если бы он вернулся, то, скорее всего, сразу зашел бы в комнату. Шихору или Юмэ? Они бы позвали меня, а не топтались снаружи. Думаю, Мэри поступила бы так же. Тогда кто же это? Что-то жутковато. Наверное, лучше лишний раз подстраховаться, чтобы не жалеть потом. Может быть, это грабитель. А может и нет», — перебирал варианты парень. Применив «Тихую поступь», он подкрался к двери: «И что теперь?» Решение созрело мгновенно. Сжав в правой руке кинжал, Харухиро левой распахнул дверь. За ней оказался очень высокий парень. Не думая долго, Харухиро зарядил локтем незнакомцу в живот. — Ах…— задохнулся от боли незваный гость. Харухиро хотел было зайти парню за спину и приставить кинжал к его шее у затылка, однако... — А? Ты выжил? — невольно вырвалось из груди вора. — Уфф-фуф…— отдувался парень, прижав ладонь к животу. Нежданный посетитель скорчил гримасу от боли, однако в его чертах Харухиро узнал воина из группы Чоко. Нет, ошибки быть не могло. Это призрак? Исключено. Парень не походил на призрака, хотя Харухиро был уверен, что тот погиб у крепости Мертвых голов вместе со своей группой. Всех в отряде Чоко вырезали. Видимо, Харухиро все-таки ошибался. — Уж извини... Да, я выжил, — гость подтвердил догадки вора. — Нет… это не плохо, но… М-м-м, а остальные… — Все, кроме меня. Высокий парень тяжело вздохнул: — Правда, я подумал, что сейчас и меня прикончат. — П-просто ты стоял тут. Это показалось мне подозрительным. — Только поэтому? — Только поэтому! — Впредь я буду гора-а-аздо осторожнее. — Да, думаю, так будет лучше. Ладно, тогда я пойду. — А? — очнулся высокий парень. — Э-э? — не понял его Харухиро. — Есть разговор… — Ко мне? — Здесь кроме нас никого нет. — Да, но… О чем? О чем ты хотел поговорить? — Ну… о чем же… — высокий парень поскреб затылок. — Хм-м…хотел... посоветоваться? — Что? — Нельзя? — Да нет, просто… Со стороны разговор напоминал беседу между старшим и младшим товарищами, но Харухиро было практически нечего сказать этому странному воину. Да и не хотелось вору говорить с ним. И в то же время он жалел высокого парня. И было почему. Группа Чоко состояла из шести добровольцев, а это значит, что парень потерял в один миг пятерых товарищей. Он остался один на всем белом свете. Но как теперь с ним быть? Харухиро не знал. Этот наемник хотел обсудить что-то с Харухиро, и не похоже, что он искал себе компанию, чтобы повеселиться. — Ладно, поговорим за едой. — Пойдет. — Хорошо. Я угощаю. Что-то в лице незваного гостя изменилось: он понял, что Харухиро относится к нему покровительственно, и это задело его. Наверное, высокий парень не нуждался в сочувствии и жалости. Ларьки со съестным выставляли в рабочем квартале, расположенном неподалеку от общежития добровольцев, поэтому двое парней решили поискать подходящее место там. Неподалеку торговали соррузом, но вряд ли Харухиро сможет есть сорруз снова. На улицах продавали всевозможные блюда, приготовленные из овощей и мяса, которое жарили тут же на вертеле. Глаза разбегались от этого изобилия — хотелось всего и сразу. Харухиро предложил высокому парню взять немного мяса с вертела, и тот согласился. Некоторое время они молча ели, позабыв об отложенной беседе. — Взять бы еще.... Нет, стоп! Ты вроде как хотел что-то обсудить? — спохватился вор. — А, точно! Но разговор по-прежнему не клеился. Харухиро не начинал сам, поскольку парень из группы Чоко казался ему неприветливым. Нельзя сказать, что тот пребывал в дурном настроении, но в его взгляде читалась обида на весь мир. Рост собеседника Харухиро составлял примерно сто девяносто сантиметров, но воин сутулился, поэтому вор не сразу понял, насколько парень высок. Наконец случайный знакомец заговорил: — Да, есть кое-что. В смысле, обсудить. — М? — Точнее, у меня есть просьба. — Ко мне? Просьба? Какая? — Но об этом очень сложно просить. — Поэтому ты тянул время… — Точно. — Просто скажи уже! Какой же ты проблемный… — Кузаку. — Это имя? — Да. Меня так зовут. А тебя, приятель, зовут Харухиро, так? — Ну… да, верно. «Пытается говорить на равных? Ну да ладно. Не имеет значения», — отмахнулся вор. Кузаку, конечно, помладше его будет, точнее, младший товарищ, но что касается опыта добровольцев, то год или два ничего не меняют. В конце концов, если судить чисто по внешности, Харухиро выглядит не таким взрослым, как рослый воин. К тому же, вор не любил формальностей, поэтому решил закрыть глаза на грубость Кузаку. — Можно просто Харухиро. Итак, что за просьба? — Это насчет группы. — Хм. Чьей? — О вашей… нет, о твоей. — И? — Сейчас я один. — А, вон оно что... — Я подумал, что, наверное, у меня нет другого выбора, кроме как присоединиться к какой-нибудь группе. Мне ведь нужно как-то жить. — Если ты ничего не зарабатываешь, то да, другого выхода у тебя нет. — Однако, есть еще… кое-что. Скорее всего, это неправильно. — Что же? — Это как-то легкомысленно. Я лишился пятерых товарищей, из-за чего остался один. Наверное... я не могу присоединиться к незнакомым людям. Как-то так. — Должно быть, ты не можешь разобраться в собственных чувствах? — Хм-м… Можно и так сказать. Да. Похоже на то, и в то же время непохоже... Ох… — Кузаку выпятил подбородок, размял челюсть и высунул на мгновение язык. Проделав все это, он заговорил снова. — Все затекло. Устал говорить. Давненько не болтал. Так долго. Знакомое чувство кольнуло Харухиро. «Нет. Не выйдет. Сомневаюсь, что я смогу поладить с Кузаку. Почему же? Что-то не дает мне покоя… Точно!» — и перед глазами вора возникла картина из прошлого. Тогда Кузаку стоял спиной к стене, скрестив клинки с орком. Он пытался уберечь Чоко. И все же не смог защитить ее. Орк сильно ранил Кузаку, а Чоко убили. «Судьбе Кузаку не позавидуешь. Но почему он не защитил Чоко? Теперь он жив, а она — мертва. Как такое возможно?» На самом деле Харухиро не хотелось так думать о Кузаку. Но он думал. Харухиро злился на высокого парня. И это смутное недовольство было причиной неприязни вора: как Кузаку смеет жить, когда Чоко мертва? Скорее всего, этот человек сделал все возможное и невозможное, чтобы отвратить беду. Вероятно, Кузаку сожалеет о том, что выжил, о смерти товарищей. Больше, чем кто-либо другой. Он попал в безвыходную ситуацию, и нельзя винить Кузаку за то, что он выбрался из нее. — Чем ты занимался? В смысле, до сегодняшнего дня? — Осваивал навыки. Были деньги на это. Можно сказать, я получил наследство, — Кузаку задумчиво подергал ухо. Его губы изогнулись в слабой улыбке. — Думал о всяком… после случившегося. — И теперь ты хочешь вступить в мою группу? — Если в двух словах, то типа того. — Ты воин? — Нет, паладин. — В моей группе умер воин, Могузо, и теперь нам не хватает танка. Ты хотел стать танком вместо него? — Настолько далеко я не думал, — фыркнул Кузако. — Не знаю, выйдет ли у меня… Вы ведь все-таки постарше, поопытнее. Я могу не вписаться. — Нам просто нужен танк. Честно говоря… Тренировки с учителем Барбарой научили Харухиро принимать решение за один вдох. «Нам все еще нужен новый танк, верно? Ведь для вступления в группу нет ограничений, не важно, кого искать: воина или паладина», — размышлял вор. Харухиро вздохнул и покачал головой, отбрасывая эти мысли: — Но… это ведь только мое мнение, пока рано говорить об этом. К несчастью, ребята еще не пришли в себя. В любом случае, я не могу принять это решение в одиночку. Боюсь, сейчас я не могу дать тебе положительного ответа. Извини. — А, вон оно что... — Кузаку слегка кивнул. — Понятно. Даже если Харухиро примет Кузаку, это не значило, что вор избавился от мучительной боли, что поселилась в его груди. Если говорить начистоту, Харухиро предпочитал никогда больше не видеть Кузаку. Но Могузо больше нет. И его смерть — самый жестокий и беспощадный удар, который когда-либо обрушивался на группу вора.

↑ [Assault]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11: Эгоист

— Уха-ха-ха-ха! Впервые за долгое время Ранта был в приподнятом настроении, ведь ему наконец удалось выбраться на солнышко и погреться в его лучах. Стоит сказать, что прошло немало дней с тех самых пор, как он отправился на тренировку. Гильдия темных рыцарей располагалась в подземельях, прямо под хаотично разбросанными трущобами Западного района Алтаны. Ранта больше недели жил в этом месте, чтобы освоить два навыка. Целых девять дней он не покидал стен гильдии, похожей на холодную и сырую темницу. Она напоминала ему тюрьму еще по одной причине: даже если бы ему хотелось сбежать куда подальше от братства темных рыцарей, ничего бы не вышло. Покинуть гильдию нельзя. Только вперед ногами. Либо ты служишь, либо ты мертв. И точка. Ранта с наслаждением грелся на солнышке, подставляя тело ласковым лучам, бормотал и охал: — Черт, и так постоянно! Лорды действительно пугают… В гильдии темных рыцарей статус Лорда получило всего несколько человек. Точное число — неизвестно, но Ранта где-то слышал, что их, вроде бы, семь. Почему «вроде бы»? Лорды скрывают лица под масками и не называют своих имен. Они почти одинаковые, легко перепутать, различны только голос и телосложение. Но Ранте казалось, что он способен отличить одного Лорда от другого, всех семерых. Несмотря на все обстоятельства, эту особую касту кое-что объединяло: каждый из Лордов нагонял ужас. Они не знали милосердия и жалости. Ранта вообще не считал их за людей. Но если выбираешь служение Скалхейлу, то рано или поздно становишься похожим на Лордов. — Но все-таки они очень крутые! Я бы тоже сгодился для этого! Лорд Ранта! Хи-хи-хи… Ранта обхватил пальцами кадык, прочистил горло и захрипел, подражая голосу Лордов. — Зовите меня Лордом! Вы, ничтожные рабы, теперь слуги Владыки Скалхейла! А я буду обучать вас, отбросов, служить ему верно и с усердием! Мне не нужно имя, и вам тоже! Охо-о! Круто! Я ведь сейчас был крутым? Я очень крутой! Определенно! Внезапно кто-то отвесил ему подзатыльник. Ранта обернулся, но за спиной никого не было. «Что это? Показалось? Или не показалось…» — подумал он. Когда темный рыцарь повернул голову, почесывая ушибленное место, за его спиной проплыла фигура Лорда в черных одеждах, похожая на длинную расплывчатую тень. — П-прямо сейчас я кое-что слышал... — нервно пробормотал Ранта. — Что за глупый раб! Лорд в кроваво-красной маске, полностью скрывающей лицо, разминулся с парнем, остановился и бросил ему через плечо: — Хочешь в объятия Владыки Скалхейла? — Н-нет! В-все в порядке! — Что в порядке? — Эм-м-м, ну, я просто сказал, что хочу жить ради Скалхейла, в смысле, работать и работать, не покладая рук! Я имею в виду, что буду куда полезнее! П-поэтому я надеюсь, что в-в-вы забудете о моих словах... Ранта подскочил и пал ниц перед Лордом, усердно кланяясь и касаясь лбом земли. — Простите меня! Простите, пожалуйста, я виноват… Пожалуйста, я смогу оправдать ожидания Владыки Скалхейла! Я приложу все усилия, посвящу себя служению Владыке! Я буду работать от души, не покладая рук! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста-а! Только… только не забирайте жи… — Что за отброс… Сказав лишь это, Лорд исчез. Ранта поднялся на ноги. — Фу-ух, — выдохнул он, вытирая лицо, по которому струился холодный пот. — П-пронесло. Однако… Случаем, это не первый раз, когда я встретил Лорда снаружи? Наверное, Лорды тоже хотят вот так просто выходить на улицу. Вот как! Похоже, они тоже не любят свои подземелья! А раз они носят эту одежду и маски, вряд ли их кто-то узнает. Можно даже случайно наткнуться на кого-то из них в таверне. Кажется, тот Лорд — женщина. Там точно была грудь. Не слышал, чтоб среди Лордов затесалась женщина. Никто об этом не знает, верно? По правде говоря... наверняка у нее чертовски красивое лицо. Супер-пугающая красотка. В таком случае… хе-хе-хе… Блуждая по Западному району, Ранта фантазировал о том, как станет Лордом, как у него случится с пугающей красоткой любовь и как они будут предаваться страсти день ото дня. Во время «заточения» в гильдии Ранту пытались обучить самоконтролю, но, выбравшись на волю, парень быстро растерял эти навыки. К своему удивлению, юный рыцарь понял, что хочет сейчас же взять от жизни все. Любой ценой. — Я ведь здоровый парень. Ничего не попишешь! Точно! Он остановился перед широко раскинувшимся Небесным переулком и поглядел на небо. Солнце медленно клонилось к закату, и его лучи больше не согревали парня, как днем. — Я буду жить на полную катушку. Ради тебя, партнер. Лучше, конечно, если бы ты все-таки выжил. Но нет, не выйдет, и я ничего не могу с этим поделать. Но теперь начинается легенда о сильнейшем мне! Эй, чего уставились? Смотрите вперед, черт возьми! Идиоты... Ранта быстро вытер глаза, шмыгнув носом. Подперев бока руками, он громко рассмеялся, наслаждаясь собственным величием и раздуваясь от гордости. Это придало ему сил. Настроение улучшилось, да так, что парню хотелось горы свернуть. Ранта невозмутимо шагнул в Небесный переулок. Почему-то именно сегодня ему не хотелось идти в «Шерри». Вместо этого он решил расслабиться в компании красоток, которые сами будут подливать ему выпивку. И Ранта принялся искать такое заведение. Если повезет, то с одной-двумя девицами получится остаться на всю ночь. До самого конца. — Если мне сейчас… Вперед! «До самого конца, до самого конца!», — заклинал Ранта, пока вышагивал по переулку, высматривая подходящее место. У одного из презентабельных публичных домов толпились солдаты регулярных войск. Чуть поодаль — добровольцы, которые оккупировали похожее заведение. Они явно не ладили, и Ранта смекнул, что выбирать нужно с умом и осторожно. Сам парень искал молоденькую девицу с точеной фигуркой и прекрасной грудью, в качестве собеседника, конечно же. Желательно, чтобы у нее был легкий нрав и тяга к экспериментам: так она без труда согласится остаться наедине и поможет воплотить ему даже самые смелые эротические фантазии. «Хорошо бы найти сразу несколько девушек, да еще в одном заведении», — мечтал Ранта. Темный рыцарь еще некоторое время шатался то там, то сям, думая попытать счастья в каком-нибудь из публичных домов Небесного переулка. В конце концов, он остановился перед одним заведением. «Клуб-кабаре «Райское блаженство». Здание казалось немного обшарпанным, но этот недостаток компенсировала умопомрачительная красота девиц, зазывающих посетителей с балкона второго этажа. Мужчины внизу пожирали красоток глазами, подманивали их, и, конечно же, Ранта присоединился к разгоряченной толпе. — Хи-хи-хи… время для МАКСИМАЛЬНОГО возбуждения! От нахлынувших чувств Ранте казалось, что у него кровь кипит в жилах. Он не выдержал и ломанулся в «Райское блаженство», но... Но кто-то остановил его, схватив за плечо. — Эй, Кудрявый. — Ох? Кто-то спустил его с небес на землю. Ранта хотел было рассчитаться с чертовым идиотом, послав ему три тысячи ударов и семь тысяч пинков, чтобы отвадить грубияна хватать кого попало за плечи, но увидев знакомое лицо, резко передумал. Вместо этого рыцарь ужаса подскочил и рухнул на колени. Второй раз за день. Но Ранта не чувствовал стыда: перед ним была серьезная угроза. — П-п-п-прошу прощения! А? Я что-то натворил? Наверняка! А если не сделал что-то важное, то сделаю! В любом случае, я правда-правда извиняюсь! — За что ты извиняешься? — Понятия не имею, за что я извиняюсь! А? Я ошибся? Мне не нужно извиняться по всей форме? Точно! Почему ты здесь, Ренджи? Нет, не «ты», почему Вы здесь, Ренджи? Может ли быть, что Вы, Ренджи, тоже решили заглянуть в «Райское блаженство»? Или же Вы постоянный клиент «Райского блаженства»? — «Райское блаженство»? Ренджи бросил взгляд на балкон второго этажа, и девицы, стоявшие там, зашумели: «Ой! Ах!». Но произошло еще кое-что, это заметил и Ранта. «Это» вообще нельзя было пропустить! Одна из девиц, взбудораженная присутствием Ренджи, без стыда распахнула платье, демонстрируя грудь, и чувственно облизала губы. Разрушительная сила такого приветствия могла сломить любого. И хоть эта красавица зашла так далеко, чтобы сереброволосый воин обратил на нее внимание, тот даже бровью не повел. — Нет, — холодно обрубил Ренджи, не скрывая раздражения. «В самом деле, он — сногсшибателен» — мелькнуло в голове Ранты. — Я никогда не был в этом заведении. — В-вы не были? А? Но, в таком случае, что…— удивился темный рыцарь. — Просто заметил тебя и решил поздороваться. — Что? Т-тогда почему Вы решили… — Захотел потолковать кое о чем.

— С-со мной!? — не поверил своим ушам Ранта. — Да, — Ренджи слегка дотронулся до пепельных волос и вздохнул. — Но здесь шумновато. — О «Райском блаженстве»? — Нет. О твоих словах и делах. — Вот оно что… Ранта нервно рассмеялся, поднимаясь с земли, затем воровато втянул носом воздух, проверяя, нормально ли пахнет. «Стоп. Ренджи ведь не девушка, а парень. Вместо этого нужно вести себя как мужицкий мужик. Забудь об этом! Черт, я нервничаю в миллион раз сильнее, чем девушка!» — Т-т-т-т-т-так о чем п-п-п-п-п-поговорим? — Сюда. Ренджи указал подбородком в сторону и пошел, не оборачиваясь. — Да! — с готовностью отозвался Ранта и рванул за Ренджи. Следуя за ним, Ранта покинул Небесный переулок и оказался у скромного бара. Несмотря на тесноту помещения, внутри было очень опрятно. За стойкой выстроились в ряд бутылки и бочонки с вином. Бар пустовал. Скорее всего, было еще слишком рано для посетителей. Однако к ночи здесь соберутся завсегдатаи, чтобы со спокойной душой отдохнуть за стаканчиком чего-нибудь горячительного. У Ранты не осталось и тени сомнения, куда затащил его Ренджи. — Х-хорошее место. Х-ха-ха… — Бренди, пожалуйста. Два стакана. Ренджи сделал заказ, даже не спросив, что хочет Ранта. Им тут же налили. В стаканах из тонкого стекла плескалась янтарная жидкость. — Вздрогнем! — произнес Ранта и сделал маленький глоток и тут же задохнулся: бренди немилосердно жгло горло, и все же он смог вытерпеть это. — Э-эта штука…— прохрипел темный рыцарь. Ренджи чуть выдохнул, а затем опрокинул содержимое стакана прямо в глотку. «Вау… какой он крутой…» — подумал Ранта. — Что нового? — А? Ну-у…просто, как бы… ничего. Ты и так знаешь, что с нами произошло. — Могузо погиб, да. — Ну, все это… — Я ошибался в нем. Ошибался как никогда. Слова Ренджи были туманны. Ошибался в Могузо? Интересно, что это значит? Что мечник был куда сильнее, чем предполагал крутой парень? Или же что смерть Могузо — огромная потеря? В любом случае, Ренджи признал Могузо. «Партнер… Ренджи признал тебя», — обратился к погибшему товарищу Ранта. Впрочем, этому вояке следовало восхищаться Могузо куда раньше, и теперь поздно уважать мертвеца. — Но, знаешь, его уже нет. С этим ничего не поделаешь, поэтому бессмысленно говорить об этом. Мы — это мы. Как-то так я и чувствую…— попытался объяснить Ранта. — Как дела у Харухиро? — вдруг спросил Ренджи. — Как… да никак! Ну, он как всегда не решается что-нибудь сделать. Ведь не такой характер должен быть у лидера. — Наверное. — А у Вас, Ренджи, подходящий для лидера характер. — Кончай уже с этим «Вы». — Ладно. Ренджи,— сказал Ранта, слегка пригубив бренди. — Пожалуй, я как-нибудь привыкну к этому. Но разговаривать с тобой так... немного необычно. Почему ты один, а не со своей группой? — Вне работы каждый сам по себе. — Скажи, а ты хотел бы однажды оставить...своих? — Наверное. — И меня тянет к этому. Постоянно, да. Наверное, и я хочу быть сам по себе. — А ты почему? — Так ведь я сам по себе крутой, разве нет? Не буду один. И с таким классом в дураках не останусь, но я все-таки нужен нашим. — Присоединяйся ко мне. Ранта машинально кивнул. «Стоп. Что?» — спохватился он. —«Что-что он сказал? Подчиняйся мне? Нет. Вроде что-то другое. Поклоняйся мне? Нет, не это… Присоединяйся ко мне? И что, Ренджи действительно сказал это?» — А-а? — Сейчас у вас в группе пять человек. Одного не хватает. — Да… «Оберег Света» накладывают только на шестерых… — Вор выше головы не прыгнет. Считай, это часть его кодекса. Охотница не пользуется луком, вашему магу не хватает огневой мощи. Жрица вообще бесполезна. Поэтому Могузо мертв. — Это… Сказанное о Мэри мгновенно взбесило Ранту. Но почему он должен отстаивать жрицу? Потому что они в одной команде? «Товарищи делят и радость, и горе» — так думал Ранта. Это была его принципиальная позиция. Поэтому он мысленно извинился перед ребятами за то, что ответит Ренджи: — Ну-у, наверное. У нее неплохие навыки, но Мэри все же допустила ошибку. Серьезную ошибку. — Наша Коротышка полезнее, хотя по виду не скажешь. — Серьезно? Не шутишь? Я удивлен. В смысле… на вид она совсем другая. Но раз она опекает всю твою группу, должно быть, у тебя крутая жрица. — Ранта. Кажется, Ренджи впервые обратился к нему по имени. Не «Кудрявый». Ранта. — Ты полезный. Я видел тебя у крепости Мертвых Голов, знаю, на что ты способен, поэтому и приметил. Но Харухиро не может раскрыть твой потенциал. Значит, Ренджи все-таки заметил это. Ранта знал, что из себя представляет группа Ренджи. Эти ребята были ему под стать, правда, Ренджи был крут сам по себе. И хоть никто из них не мог тягаться с лидером, который хладнокровно бросался в гущу сражения, косил ряды врагов, словно одержимый, тот же Рон был практически равен ему. Он был следующим в иерархии и так же крут, но немного по-другому, нежели Ренджи. Так что, если Ранта перейдет под руководство этого безумно популярного парня, он выживет, это как пить дать. Да ему вообще повезло! Уникальная возможность! А если учесть, как мало опыта у него, Ранты (как и у остальных в группе Харухиро), в это сказочное предложение вообще не верилось. Чтобы он… да в такую команду... Если все пройдет как по маслу… тогда он, Ранта, будет сражаться куда решительнее. Ему больше не придется беспокоиться за товарищей, оглядываться на них, он сможет сосредоточиться на уловках и эффективнее водить противника за нос. Таково истинное мастерство темного рыцаря. А что сейчас? Он должен учитывать то и это, беспокоиться о том и о сем. Куча ограничений. Вот если бы Могузо не погиб... Если бы его друг выжил, Ранта, само собой, практиковал бы стиль боя темных рыцарей. Но в данный момент это просто невозможно. Ему приходилось думать о безопасности группы, поэтому он брал на себя функции танка. Такая роль не шла ему, она просто не подходила его природе, но у Ранты не было выбора, ведь он не мог не заботиться о товарищах. Ранта пытался по-своему разобраться с этой проблемой, но решение так и не созрело. Может случиться так, что он не спасет ребят, даже пожертвовав жизнью. «Серьезно? И ничего нельзя сделать?» — Я эгоист, — признался Ренджи, налил в стакан новую порцию бренди, выпил залпом и продолжил. — Я уважаю полезных мне людей. Другие не стоят даже внимания. В конце концов, я думаю, что мы с тобой похожи. Другие люди только служат нашим целям, другие живут только для того, чтобы однажды сдохнуть. — Хорошо сказано! Это и меня касается! Я тоже эгоист, ведь делаю все по-своему. — Этого достаточно. — Надеюсь, я стану сильнее. — Станешь, если присоединишься ко мне. — Если я буду под твоим началом, то да. — Точно. Ренджи не лгал. По крайней мере, серьезно верил в то, что он, Ранта, подает какие-то надежды, поэтому и пытался переманить в свою группу. Да ладно? В команду Ренджи? Ранте хотелось смеяться в голос. Немыслимо! Наконец-то удача повернулась к нему лицом! Тогда… что же делать? Нет, не должно быть никаких «что же делать». Тут и думать нечего! Наверное... В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12: Из прошлого в настоящее, из настоящего в будущее

— Нет… Сколько времени прошло с того момента, как колокол отбил восемь часов? Пять минут? Десять? У Харухиро не было такой дорогостоящей вещи, как карманные часы, поэтому вор не знал точно. — Они все не идут… — Похоже на то… — согласилась Мэри, которая все это время стояла рядом с лидером. Периодически жрица нервно втыкала посох в рыхлую землю. Харухиро пришел к Северным воротам загодя, наверное, где-то в половине восьмого. Вчера Ранта вернулся в общежитие поздней ночью. Когда же вор попытался растолкать товарища утром, тот отмахнулся от него, мол, иди первым. Шихору и Юмэ Харухиро звать не стал, поскольку подумал, что в этом нет никакой необходимости. Сам лидер проснулся достаточно рано и быстро заскучал торчать в общежитии, поэтому скоро выдвинулся к месту встречи. Мэри появилась у Северных ворот чуть позже Харухиро, минут на десять. Естественно, заметив жрицу, тот почувствовал невероятное облегчение. «Слава богу!» — возблагодарил он ее от всей души. За время тренировок Мэри выучила навык «Таинство» * . Это заклинание по праву считалось вершиной исцеляющей магии, способное затянуть даже глубокие раны. Можно сказать, что для освоения «Таинства» нужно быть жрецом не ниже среднего уровня. Но, судя по всему, Мэри могла использовать заклинание не больше двух раз в день. Впрочем, «Таинство», все равно, без сомнения, пригодится группе Харухиро. Возможно, именно оно спасет кого-нибудь из товарищей, окажись он на грани жизни и смерти. Ко всему прочему, добавив такое умение в свой арсенал, Мэри станет куда уверенней в бою. На всякий случай помимо «Натиска» наставница Барбара научила Харухиро навыку «Дробление колен» * . Как и следовало из названия, это техника нанесения ударов по коленям противника, которую, в основном, комбинируют со «Скользящим ударом». После него в связке идут «Арест» или «Дробление колен». Так как теперь у Харухиро было два варианта тактических действий, у него появился атакующий потенциал. Можно использовать «Скользящий удар», если замечаешь, что враг собирается контратаковать. «Натиск» — чтобы прикончить противника. Вот так Харухиро представлял свою тактику на поле боя. «Ну, наверное, у меня не получится выполнить каждый прием мастерски, но это не беда, ведь каждый в нашей группе старается улучшить свои навыки, значит, однажды и я смогу это сделать», — так размышлял лидер. Пожалуй, в такой ситуации он и его ребята… Нет, все вместе они наверняка преодолеют любые трудности. Харухиро был настроен позитивно. По крайней мере, он хотел быть позитивным. Пусть он и неопытен, но все-таки старается быть настоящим лидером. Если командир не поднимет голову, не двинется вперед на шаг, на полшага, никто не последует за ним. Другими словами, если лидер не стремится вперед, у него просто не будет последователей. Умеет ли он хоть что-нибудь или нет — без разницы. Лидеру должно пытаться. Делать хоть что-нибудь, как-нибудь. Стоять на месте — бессмысленно. Если не положить начало, цели никогда не достичь. А если выпадает шанс, за него надо цепляться из-за всех сил. Идти вперед, шаг за шагом. Но даже так… — Что-то они запаздывают…— с беспокойством заметил Харухиро. — Да… Но… — рассеянно подтвердила Мэри. — М-м-м… — Может, легли спать поздно… — Наверное… — Может быть, сильно устали, пока изучали навыки... — Угу. Такое возможно… — Если так, то ладно… — Ага, я так и подумал. Ну, я тоже… Не могу сказать, что не устал. Нет, как раз очень устал… наставница Барбара сурова, да… Ха-ха… Харухиро выдавил из себя смешок, и он сразу же потонул в воцарившемся молчании. Вор пожалел, что вообще рассмеялся. «Это ужасно! Тут явно что-то не так, но что? Почему мы так...молчим? Почему ребята не идут? Опаздывать в такой важный день?.. Да как это вообще случилось? Странно. Нет, вряд ли они опаздывают. Я уже думал об этом. Они специально? Или же… может, я все же ошибаюсь?» Или все-таки его группа просто задерживается? — Нет… Ха-ха-ха… Харухиро отчаянно хотелось, чтобы тревога, заполнившая все его существо, оказалась беспричинной, пустой. И он смеялся, стараясь пережить это чувство. Если же догадки обернутся правдой… Ему хотелось просто сбежать от этой мысли. Но бежать некуда и невозможно. Если он сорвется с места, это будет странным поступком, не больше. — Они все не идут… — сказала очевидное Мэри. — Да… Что же делать? Похоже, жрица волновалась не меньше него самого. Почему? Какого черта? Ранта ведь знал, что они встречаются у ворот, но даже и не думал просыпаться. Но это Ранта, что с него возьмешь? Однако Шихору и Юмэ тоже не явились. Юмэ не слишком пунктуальна, но Шихору очень порядочная, она бы не заставила его ждать, ведь не имела привычки опаздывать на встречу. Нонсенс! Такое с Харухиро происходило впервые. Значит ли это, что с ними что-то произошло, вот они и не пришли? Тогда это «что-то» было спонтанным. Харухиро решил, что, если дела обстоят так, он спросит девушек об этом. — Ах! — вдруг тихо вскрикнула Мэри. Она смотрела куда-то на другой стороне улицы. Харухиро тоже бросил туда взгляд, думая: «Наверное, там Шихору, Юмэ или Ранта. Наконец-то!» Но вор ошибся. К ним навстречу шел высокий сутулый парень, облаченный в пластинчатый нагрудник и наручи, подержанные на вид. На его броне красовалась выгравированная гексаграмма Люминеса. — Привет. Когда парень поравнялся с Мэри и Харухиро, он внезапно кивнул, приветствуя их. Харухиро ничего не ответил, лишь нахмурился. Судя по всему, утро у вора не задалось. — Кузаку… — Что? Мэри опустила взгляд, и, кажется, волновалась… Ее лицо… залилось румянцем? Что? Да что здесь происходит? — А… — Кузаку поднял массивную руку и почесал мизинцем бровь. — А-а. Это все из-за того случая? — Ничего не говори! — выпалила жрица. — А? А?! – Харухиро не выдержал и вмешался в разговор – Ч-что? Стоп, в смысле, что-то произошло?! — Нет, ничего! — сильно смутившись, пробормотала Мэри. — Нет-нет, — лицо Кузако приняло неопределенное выражение, будто он пытался уйти от ответа. Что-то произошло… Между этими двумя, определенно, что-то есть… В версии с изображениями тут находится картинка. Но что? Для начала, какие у них отношения? Они знакомы? Но, поскольку Кузаку для них всех — младший товарищ, в это не так просто поверить. Впрочем, Харухиро не был уверен в своих предположениях на все сто. В ту ночь, когда Мэри напилась в одиночку, она могла повстречать Кузаку случайно… И тогда между ними что-то произошло… Но что? И что…теперь будет? Мэри упорно буравила взглядом землю, нервно сжимая руками короткий посох. Кузаку, вероятно, было тоже неловко, но он старался держаться так, будто ничего особенно не произошло. Мол, ничего такого. Обычное дело… Обычное дело? Будто завоевал кое-кого, провернул одну авантюру… Закрутил роман? Закрутил роман… Что это? Или небольшую интрижку… Харухиро задыхался от гнева, отчаянно моргая, будто что-то попало ему в глаз. «Так! И что такого? Как поступать Мэри — решает она сама, так ведь? Я не имею права судить или как-то ограничивать ее, верно? Кузаку, конечно, высок, да еще ходит постоянно хмурым, но его черты грубыми не назовешь. Если хорошенько приглядеться, то он довольно-таки привлекательный. Наверное. Какая разница?! Хорошее лицо у этого ублюдка или плохое?! Я не могу судить об этом! И не собираюсь! К черту!» — разошелся лидер, молчаливо переживая бурю внутри себя. «Ладно. Я спокоен. Уже все в порядке. Я совершенно спокоен». — Харухиро показалось, что его мысли смерзлись в камень, словно вода в заледеневшем озере. — И? Что тебе нужно? Просто случайно проходил мимо? Что-то не похоже, — спросил вор Кузаку. — Нет, не случайно. Есть одно дело, — откликнулся тот. — И? Зачем же? — Сегодня ты меня немного пугаешь… — Вот как? Сомневаюсь. Так что? Ответишь на вопрос? — В смысле... я пришел спросить еще раз, — решился Кузаку. — А? — Насчет группы. Нельзя ли мне присоединиться? — Слушай… — Ты уже говорил, что не можешь решать такие вопросы в одиночку. Значит, если спросишь у остальных, то примешь решение. Вот я и подумал, что нужно подойти, когда вы соберетесь. «Вот же упрямый…» — с досадой подумал о надоедливом парне Харухиро. «Я же вроде ему отказал? Разве я не четко дал понять, что «нет»? Он ведь ответил: «А, вон оно что!» Вот я и подумал, что что он все понял и сдался». Злость и раздражение мгновенно захватили вора: «Нет! Нельзя себе такого позволять! Нельзя. Я же лидер. И что? Не знаю, но я должен держать себя в руках, что бы ни произошло» — твердил Харухиро его внутренний голос, призывая сдержаться. — Да, говорил. Верно. Говорил, но эти вещи несколько отличаются. — Что-что отличается? — А? Ну, в смысле… то и это отличаются. — Что за «то» и «это»? — Э-это, ну… «Черт. Голова совсем не работает! Он ни черта не понимает! Почему все так обернулось? Может, все дело в том, что я расстроен? Или слишком много думаю? Или потому, что не получается отказать?» — Эй, Харухиро, — Кузаку на мгновение взглянул на Мэри. – Ты говорил с товарищами? Обо мне? Если говорил, то, может, они уже дали свое согласие? Похоже, что не говорил. — Нет, не говорил… — Я… — Мэри прочистила горло и слегка повысила тон. — Я, п-пожалуй, п-против… наверное. Лицо Харухиро невольно расплылось в широкой улыбке. — Вот видишь! — «Видишь» что? — спросил кто-то за спиной вора. — А? Что … — Харухиро отскочил в сторону. — А-ай! Ранта? — Эй, не нужно так нервничать! А то ведешь себя как чудак. Ранта! Когда он успел тут оказаться? Просто вырос из-под земли. Нет, пришел не только Ранта, но и Шихору с Юмэ. Будто свалились с неба. Внезапно. — Что-о? — Ранта, ковыряясь в ухе, прищурился и бросил удивленный взгляд Кузаку. — А ты кто такой? Погоди! Лицо, вроде как, знакомое...М-м-м? Младший по званию? А? Разве ты не умер у Мертвых Голов? Ты зомби? — Я дышу, так почему мне быть мертвым? — Ох. Какой нахальный новичок. Чего тебе, а? Если хочешь сразиться, то я принимаю вызов. — Нет. Какой мне резон? Нет смысла. —Хо-о! Понятно. Я все понял! Эй, раз у тебя рост чутка выше моего, то решил смотреть на меня свысока? — Чутка? — переспросил Кузаку. — Думаю, не «чутка», — изумилась Юмэ, пытаясь сравнить рост Ранты и хмурого незнакомого парня. — Тут разница — сантиметров двадцать, это ведь много? — Дура! Ерундовая разница! Разуй глаза, идиотка! — Думаю, мой рост примерно сто девяносто два сантиметра, — уточнил Кузаку. Шихору издала смешок. — Разве рост Ранты не метр семьдесят? Разница не меньше двадцати сантиметров… — Ничего подобного! Я выше ста семидесяти сантиметров! Нет, еще выше! Весь метр восемьдесят! Ладно, придурок-переросток, зачем ты сюда явился? — Ну, в смысле, ранее… Харухиро по очереди оглядел лица Ранты, Шихору и Юмэ, всех троих, и они старательно отводили взгляд, когда замечали его немой вопрос. «Что-то произошло. Уж очень подозрительно…» — так показалось вору. — Почему… почему вы опоздали? Мы ведь договаривались встретиться перед Северными воротами в восемь часов утра. С Рантой все понятно, но что с вами? Юмэ? Шихору? — А, это, — неожиданно без колебаний признался Ранта. – Что касается меня, то Ренджи позвал меня вступить в его группу. — Ох… — Харухиро будто лишился чувств. — А? — Юмэ и Шихору тоже. — Тоже? — Нас позвали в «Дикие Ангелы». Пригласила Кадзико. — Как… Черт, черт, черт! Силы оставили Харухиро. Он покачнулся и упал. Да, кажется, потерял равновесие. Точнее, свалился замертво. В бездну. — Х-хару! Мэри кое-как схватила его, удерживая и не давая упасть. Должно быть, Харухиро только что пережил сильный шок. Нет, он был поражен до глубины души. В версии с изображениями тут находится картинка. «О чем я только думал? О проблемах моей группы. Все это время. Ради них я старался. Скажите, и ради чего? Сколько бы я ни прикладывал усилий, все попусту, так? В конце концов, мы сборище неудачников. Нравится мне это или нет, но Ранта, Шихору и Юмэ оказались кому-то нужны. Даже Ранта! Даже чертов придурок Ранта! К тому же, Ренджи позвал его», — такие мысли говорили об одном: Харухиро понимал, что он хуже Ранты. Неудачник. Но… и Мэри тоже? Но Мэри — жрица. Наверное, ее в любой момент могут куда-то пригласить, и она примет предложение, ведь спрос на вора и жреца сильно различается. Получается, Харухиро ждет тоскливое будущее. Нет, никакого будущего, одна кромешная тьма. И он, погруженный в нее навеки вечные. — А… — Кузаку внимательно изучил Ранту и девушек и нахмурился. — Похоже, моя просьба бессмысленна. «Именно. Совершенно согласен. Без шансов!». — Прости… Спасибо, Мэри, — Харухиро отошел от жрицы. — Ха-а-а-а… — глубоко вздохнул он. Итак. И что теперь делать ему, лидеру распавшейся группы? На этот случай плана не было. С самого начала Харухиро не подходил на роль добровольца, скорее, у него куда больше таланта стать ремесленником. Пошел бы в подмастерья... Но и тут непросто: вряд ли бы ему хватило умений, чтобы торговать. Но если вкладывать в любое дело силы и время, он мог бы чего-то добиться, так? И ремесленники не расстаются с жизнью, совершая ошибки. Никаких забот и хлопот, если подумать. Гораздо меньше трудностей. — Хм. Хочешь присоединиться? — Ранта оценивающе осмотрел Кузаку с головы до ног. – Ты паладин? Понятно. — Хо-о, — Юмэ, видимо, чтобы проверить кое-что, похлопала Кузаку по рукам и плечам. — Какие крепкие! А чем вообще занимаются паладины? — Ну-у, размахивают мечом? — нерешительно ответил тот. — А, ну еще используют магию света, чтобы лечить небольшие ранения. Но сам я ничего подобного не умею. А еще я могу использовать щит. — Ой, сколечко всего! — Сколечко? А… не знаю. Не думаю, что много, — возразил Кузаку. — Ты… танк? — робко спросила Шихору. Хмурый парень, помедлив, чуть кивнул. — Что-то в этом роде... — Как неопределенно! Кх! — плюнул на землю Ранта. — Если хочешь вступить в группу, то говори все как есть! Как мы должны решить, а? — А? — моргая, Мэри переводила взгляд с одного товарища на другого. Туман в голове Харухиро так и не развеялся, но сказанное Рантой показалось вору странным. Он просто не понимал, что несет рыцарь Тьмы. — М? — Ранта бросил лидеру взгляд, полный недоумения. — Чего? У тебя о-очень странный вид, аж мерзко. — Нет, почему… в смысле… кто бы говорил! — Я буду называть тебя мерзким, пока ты выглядишь мерзко. Если не хочешь, чтобы тебя называли мерзким, то перестань вести себя так. — Мерзкий или нет – это субъективно, так что… не в этом дело! — А в чем? — А? Ну, потому что… тебя пригласил Ренджи? Шихору и Юмэ — Кадзико. Из-за этого вы опоздали. Другими словами… — Прости! — сходу извинилась Юмэ. «Точно… так и думал» — невольно промелькнуло в голове Харухиро. А что тут еще скажешь? «Смотри! Видишь? В конце концов, все так и обернулось. Раз они настолько невозмутимы, то уже все решили. Иначе почему они ведут себя как ни в чем не бывало?» — Юмэ очень жаль. Когда сама Кадзико уговаривала Юме вступить, Юмэ сильно задумалась. — Да, верно, — Харухиро натянуто улыбнулся. — Это ведь Кадзико. Она знаменитая. — Да… она очень радушная, — добавила Шихору, поежившись. — И очень заботливая. Мы говорили о разном. Она предлагала хорошие условия… — И мне. «Ты стал полезным» — вот что сказал Ренджи! И он назвал меня по имени, а не «кудрявым»! Ранта… — темный рыцарь понизил голос, наверное, пытаясь копировать Ренджи, да еще скорчил странное лицо, но выходило не похоже. — «Ты полезный!» Вот так! А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Он сразу все понял! Весь мой блестящий талант… — Вот как, — Харухиро закрыл глаза. — Точно. Ага. Я не использовал твой потенциал. Верно… — Ага. Ренджи сказал то же самое. «Харухиро не использует твой потенциал». — Понятно… Вор стиснул зубы. Если этот парень, сумевший собрать сильнейшую группу и проложить дорогу к славе, так сказал, значит, все так и есть. Харухиро просто не годится на роль лидера, впрочем, он и сам хорошо это понимал. Да, так и есть. — В общем, я за это время о всяком передумал, но... — Ранта толкнул Харухиро в плечо. Точнее, хлопнул по нему. – Скажи спасибо, Парупиро! — Уф… Ха? Спасибо? Кому? — А-а? Естественно мне, Ранте! Я ведь остался в группе? Ты должен быть благодарен и глубоко тронут, проливая почти три литра слез! — А… — Юмэ и Шихору тоже остаются, — Юмэ потерла щеки ладошками. — Мы вместе хорошо подумали об этом, посовещались и все обсудили. Честно говоря, Юмэ колебалась. Но если Юмэ уйдет, у остальных, наверное, будут проблемы! Юмэ испугалась! И Юмэ не могла решиться до сегодняшнего утра. — Я тоже… в одиночку ничего не могла решить, — Шихору комкала поля своей шляпы. — Я вдруг почувствовала себя жалкой. Подумала, что, если уйду, заметит ли кто… так мне казалось. Есть ли от меня польза… какой толк от меня, если я не помогаю группе? Наверное … вступив в команду сильных людей, я могла бы вести легкую жизнь… — Поэтому Юмэ и Шихору решили, — Юмэ крепко сжала кулаки. — Мы останемся в группе, где были Манато и Могузо, где сейчас Хару и остальные! Юмэ и Шихору страшно! И тревожно! Но, если бы мы убежали, Юмэ думает, что мы бы потом пожалели. К тому же… Юмэ не хочет, чтобы все разошлись. — Э-эй, ты чего? — Ранта внезапно покраснел. — То есть ты не хочешь расставаться? Даже… — Конечно! Но Ранта — довесок. — Это кто тут довесок, а? Сейчас я схвачу тебя за задницу, дура! — Извращенец! Ранта не достоин быть даже довеском! Хуже мусора! Юмэ и Ранта сцепились как и всегда. Харухиро взглянул на Мэри. Та стояла будто в трансе, на лице застыло недоумение. Наверное, Харухиро выглядел ничуть не лучше. — Эм-м… И тогда Шихору низко поклонилась им, от всего сердца, да так, что ее шляпа соскользнула на землю. Смутившись, Шихору подняла шляпу и склонила голову снова. — Простите… За то, что сомневались! Я не хотела врать. Но если промолчать, правда однажды всплывет, и наверняка возникнет недопонимание… это плохо, подумала я. Поэтому даже о моей слабости… я должна сказать все как есть, если хочу двигаться дальше! Вот что я подумала… — Пф, — Ранта хмыкнул и скрестил руки, повернувшись к ним боком. — Если подвернется случай стать сильнее, естественно за него ухватятся, так? И чего тут извиняться? Харухиро недоуменно наклонил голову: он не понимал, что несет темный рыцарь. — Так почему ты упустил такую возможность? Ведь если подумать, ты мог присоединиться к группе Ренджи! — Чтобы стать сильнее! Разве не ясно? — Ничего не понимаю… — Что тут непонятного, придурок? Слушай! Если бы я принял предложение, тогда бы мне приказывали и говорили, куда идти. Но это бессмысленно. Для меня это никакой не прогресс. Круто только тогда, когда ты сам становишься сильнее день ото дня. Именно поэтому я стану сильнее! Сильнее и круче! Понял? — Отчасти… — Отчасти?! Ладно, мне без разницы, кто там будет! Ренджи это, Денджи или Бенджи. Я самостоятельно стану сильнее. Короче! Другими словами, я сделаю вас сильнее в два, в три раза! И чтобы не опозориться передо мной, старайтесь изо всех сил! Это ваша задача! Отвечайте «есть»! Ну же! Есть! — Сесть, м-м-м, сесть? — Юмэ надула щеки и скривила губы. – И что потом? — То самое! Чего тут непонятного? — Эм-м-м, — Кузаку указал на себя. — Что насчет меня? — Будто бы я знаю! — Ранта всплеснул руками, словно опрокинул мусорное ведро. — Мне нет дела до бесполезных здоровяков! — Паладин — Юмэ вытаращила глаза. — М-м-м… — Просто это неожиданно… так что… — Шихору не смотрела в сторону Кузаку. Должно быть, Ранте не нравился Кузаку из-за разницы в росте. Юмэ и Шихору просто не знали, что сказать. Похоже, Мэри против этой затеи, хотя ее что-то связывает с Кузаку. Что до самого Харухиро, то вору не хотелось усложнять ситуацию после разрешенного конфликта. — Кузаку, прости, но все-таки… — Прошу. Кузаку склонился в поклоне. Опершись ладонями о колени, он согнул свое громоздкое тело под углом в девяносто градусов. Впечатляющий жест. — Прошу. Это не каприз. Я серьезен! Примите меня! — О, само собой, — Ранта усмехнулся. — Чтобы выжить, надо ведь зарабатывать деньги. Одному с этим не справиться. У нас нет танка. Вообще никакого. Поэтому ты решил вступить? Метишь на это место? — Нет же… — Так что же? — Я подумал, что, вступив в группу, смогу стать похожим на вас, — Кузаку поднял лицо и посмотрел Харухиро прямо в глаза. – У Мертвых Голов я наблюдал за вами. Честно говоря, я совсем не думал, что вы сильны. Да и выглядели вы ненадежно. Но, несмотря на это, вы спасли нас в тот раз, на передовой. Я тогда находился на грани жизни и смерти, поэтому смутно помню, что произошло, но я все слышал. Ваши голоса. «Они крутые», — подумал я. Вряд ли я что-то понимал, но, думаю, вы сражались. Круто сражались. Я думал, что так и умру. Хотел сделать хоть что-нибудь. Почему, почему я был таким беспечным?! Если бы я был куда серьезнее, все бы вышло иначе. Так я думал. Слушая ваши голоса. Я должен был умереть. Но я проснулся живым. Все мои товарищи погибли, остался только я. Харухиро не мог отвести взгляд. «Черт!» «Он так серьезен!» Он открыл свою душу, показал чувства как есть, сложил их у ног ребят. И теперь Харухиро не мог отнестись к ним с пренебрежением. Если придется отказать, нужно найти достаточно вескую причину. Вор понял, что ему нужно хорошенько подумать. В версии с изображениями тут находится картинка. А есть ли причина? Есть ли хоть один аргумент, почему его группа может отвергнуть Кузаку? Может, неприязнь Харухиро или недавняя смерть Могузо? Но убедит ли это такого упрямого парня? Правильно ли это? Или Харухиро хочет убедить себя в правильности такого решения? — Крутой, да? Ранта обеими руками вцепился в свои кудри и, взъерошив волосы, улыбнулся. Похоже, его тронула речь Кузаку. Темный рыцарь выглядел гордым. — Хм. Говоришь об очевидных вещах, чтобы умаслить нас? Что ж, ты не безнадежен, раз понял мою крутость. — Нет. Не конкретно твою, а вашу. Всех вас. — Не отрицай это! Признай! Очевидно, что так лучше для нас обоих! — Ты подходишь на роль танка… — застенчиво заметила Шихору. — Думаю, я «за». — Точно! — Юмэ скрестила руки на груди и закивала, соглашаясь. — Если Ранта будет танком, все выйдет не так. Наверняка. Харухиро мельком поймал эмоцию, отразившуюся на лице Мэри. — Мэри? Та нахмурила брови, упрямо сжав губы, но затем ответила: — Если это ради группы, то я согласна. Отчасти. — Но! — Ранта ткнул пальцев в сторону Кузаку. — Только на время! Если на испытательном сроке ты не достигнешь нашего уровня, или не поладишь с нами, или не сможешь понять наши высококлассные шутки, или не будешь нас уважать, или не будешь нас поддерживать деньгами, или обнаружится какая-нибудь проблема, и ты не решишь ее, то мы сразу же выгоним тебя! Усек? — Не решай за всех…— возразил лидер. — Заткнись. Харухиро! До тех пор, пока ты не возьмешь себя в руки, я буду принимать решения! С этого момента, если ты не перестанешь трястись над каждой проблемой, я буду говорить все, что думаю. В лоб! Готовься! — Ни за что! — Юмэ вцепилась в Харухиро. — Хару собран! Если делать все то, что хочет Ранта, то получится отвратительно и ужасно! Юмэ отказывается от такой странной затеи! Шихору подняла руку: — И я. Мэри тоже кивнула, соглашаясь с девушками. — Эй, какого черта! — завопил Ранта, брызгая слюной. — Я пытаюсь привести в чувство этого ленивого тупого ублюдка Харухиро! — Да понимаю я, — Харухиро почесал подбородок. — Понимаю. — В-вот как? Если понимаешь, то ладно… — Но, думаю, проблема в том, как ты это сказал. Ну, если учесть твой проблемный характер, то ничего не поделаешь. — Заткнись! Умолкни! Серьезно! Я не шучу! — Кузаку. Харухиро обратился напрямую к паладину, игнорируя шумного товарища. Кузаку все еще стоял, склонившись перед ними, стараясь смотреть в глаза лидера группы. «Неожиданно честный парень. Больше и сказать нечего. Все и так понятно. Возможно, нам удастся поладить. Если мы будем одной командой, то, естественно, поглядим. Но что у него с Мэри? Нет, хватит! Не стоит лезть в ее личные дела» — промелькнуло в голове вора. — Хоть я не поддерживаю Ранту об испытательном сроке, но, думаю, это не такая уж плохая идея. Так как ты паладин, возьмешь на себя роль танка, но это тяжелое бремя. Очень тяжелое. Пожалуй, однажды оно станет невыносимым. Устраивает? — Да, устраивает. Вполне. — Понял. Тогда, добро пожаловать! Харухиро протянул Кузаку правую руку, и тот, распрямившись, пожал ее. Ладонь паладина показалась лидеру большой и костлявой, но ее прикосновение было мягким. Кузаку сжимал ладонь вора неуверенно, осторожно, будто чувствовал себя неловко. Мало похоже на танка. Все ли сложится хорошо? Харухиро хотел было отнять руку, но Кузаку почему-то не собирался прерывать рукопожатие. — Эм-м. Может, отпустишь руку? — А! Виноват! — Нет, просто… — Отлично! — и Ранта ткнул пальцем в направление севера. — Пора отправляться! Кстати, а куда мы собрались? У меня идея! Так как сегодня мы начали новую счастливую жизнь, нам нужно выбрать подходящее место! Что-то новенькое! Свежая кровь — свежие силы для охоты. Юмэ удивленно склонила голову набок: — Свежая бровь для пехоты? — Ю-юмэ… — Шихору потянула охотницу за руку. — М? Что не так, Шихору? — К-как бы это сказать… — Так куда мы пойдем? — послышался усталый голос Кузаку. — Аха-ха! — рассмеялся Ранта. — Услышьте и удивитесь! В Загадочную Нору!

↑ [Sacrament]

↑ [Shatter]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13: Только вперед! Не останавливаться!

Конечно, у группы Харухиро не было иного выбора, кроме как сменить место охоты, то есть отправиться в неизведанные земли. Пока же их маленький отряд путешествовал по пограничным территориям Гримгара, цепляясь к знакомым местам словно насекомое к ветке. У них не было крыльев, чтобы взлететь и отправиться куда глаза глядят. Но, к счастью, они все еще могли шагать на своих двоих, и только это уже позволяло им двигаться вперед. Если просто идти, куда глаза глядят, перед ребятами откроются невероятные горизонты. Бескрайние просторы Гримгара, чьи земли раскинулись под бесконечным небом. При виде этой картины невольно кажется, что можно пойти куда угодно, хоть на край света. Одна только мысль, что ему и его отряду придется вернуться в старый город Дамроу или в шахты Сирен, вгоняла Харухиро в депрессию. Впрочем, выбор был невелик, точнее, его совсем не было. Но если искать место, способное гарантировать его товарищам стабильный и достойный заработок, то это, конечно же, третий уровень Шахт Сирен. Без сомнений. Харухиро искренне считал, что это так. «Мой кругозор ограничен», — частенько думал про себя вор. Поскольку парень не догадался поискать информацию о других местах Гримгара, в самый неподходящий момент он зашел в тупик, выбирая, где же охотиться его группе. — «Я такой...посредственный...» — сильное недовольство собой кольнуло Харухиро. Будучи и вором, и добровольцем Багровой Луны, он все же оставался простым смертным. Обычным человеком. То есть посредственным. К тому же он не отличался гибкостью ума и мог смотреть на вещи только с общепринятой точки зрения, не способный выйти за рамки собственного разума. По правде говоря, Харухиро уже смирился с ролью посредственного лидера, и не ожидал от себя многого: ему не преодолеть барьеры в собственном разуме. Даже пытаться бесполезно. И вот когда Харухиро совсем отчаялся, безумная идея Ранты оказалась как никогда кстати. И все же не стоит лезть на рожон, как любит делать сам темный рыцарь, но, если к его советам подойти с осторожностью, может выйти толк. Все равно Харухиро до таких мыслей не додуматься. — Отли-и-ично! Ветреные Пустоши! Да-а!! И, естественно, все пойдет как по маслу, если придурковатый рыцарь перестанет орать во всю глотку, да так, чтоб его голос разносился по всей равнине. — Яху-у-у-у-у-у! Приве-е-е-ет! Ветреные Пустоши! Уха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Круто! Эй, выше нос! Гья-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — Можно спросить? — Кузаку бросил взгляд Харухиро, попутно указывая пальцем на Ранту. — Он всегда такой? — Кто знает… — Вот как… — А? — Ранта круто развернулся к ним. — Что? Сейчас кто-то оскорбил меня? — Никто тебя не оскорблял, — равнодушно ответил Кузаку. — Ты вел себя странно. Только и всего. — Гу-ха-ха-ха-ха-ха! Похоже на похвалу! Такой редкий случай надо отпраздновать! К всеобщему удивлению, Ранта был в полном восторге. Этот парень выглядел по-настоящему счастливым. Скорее всего, причиной стал открывшийся ребятам пейзаж бескрайней равнины, ведь при виде него в груди невольно просыпается чувство безграничной свободы. Покоренные открывшимися видами, Мэри, Юмэ и Шихору уже некоторое время шли молча, не в силах вымолвить ни слова, а только глазели по сторонам.

В шести километрах к северу от Алтаны находилась крепость Мертвых Голов. Если пойти чуть дальше на север, через редкий лес, то можно выйти на широкую, до самого горизонта, равнину. Настолько бескрайнюю, что не описать словами. И, естественно, поскольку местность была открытой, здесь всегда хозяйничал сильный ветер. Скорее всего, именно это обстоятельство дало равнине название «Ветреная Пустошь». Несмотря на то, что эти места называли «пустошью», нельзя сказать, что они полностью вымерли и здесь ничего не росло. Просто природа здесь выглядела совсем нетронутой. Тут и там попадались деревья, хотя земля под ногами казалась плоской как блин. Впрочем, описать это место как совершенно ровное, без возвышенностей, например, холмов, — не совсем верно. Только холмы здесь уж слишком малы. Недостаточно приметные, в отличие от деревьев, чьи широкие стволы едва поднимали крону над высокой травой. Да есть ли конец у этой равнины? Где вообще заканчивается Ветреная Пустошь? — М-м, — Ранта приставил ладони к глазам козырьком, чтобы оглядеться, а затем задумчиво склонил голову. — Нет здесь ничего! Даже животных. Хотя места тут завались. — А ведь верно… Харухиро прищурился, всматриваясь вдаль. Никого. Ни одной живой души. Ни одного силуэта дикого зверя или птицы. Очень странно. — Может, они прячутся? Нет… В таком месте прятаться негде…— пробормотал лидер. — А! — встав на цыпочки, Юмэ указала пальцем куда-то вдаль. — Там что-то есть! — Э? — Харухиро проследил за кончиком пальца Юмэ. — Где? — Неужели это… — пробормотала Шихору. — Там? — похоже, Мэри тоже что-то заметила. — М? — Кузаку скорчил недовольную рожу. — Не очень-то у меня со зрением. — Что? Где? — вмиг расшумелся Ранта. — Где же, где?! Почему только я ничего не вижу?! Вам ничего там не мерещится? Может, оптический обман? Я ни черта не вижу, вот совсем ничего...О-о-о-о-о-о-о-о! Там?! — О… Наконец Харухиро заметил одинокую фигуру вдали. Кто-то возвышался над морем трав. Или что-то возвышалось. Точно определить, кто или что — невозможно, поскольку между фигурой и группой вора было значительное расстояние. — Это… — Оно живое? — глаза Ранты превратились в щелки, так сильно он старался разглядеть, что происходит вдалеке. — Хм-м. Если оно движется, значит думает. А раз думает, так значит живое. Верно? — Похоже, оно идет куда-то, — в этот раз Юмэ продемонстрировала свои превосходные охотничьи навыки. Тренируясь стрелять из лука, девушка невольно выработала зоркость, и теперь видела гораздо дальше и лучше, чем остальные. — Движется… Точнее, шагает? — Шагает? — Шихору прижалась к посоху всем телом. — Значит, у него две ноги? — Он кажется очень высоким, — пробормотала Мэри. Харухиро показалось, что идущая куда-то долговязая фигура имеет до невероятного высокий рост. По крайней мере, некто не походил на животное, передвигающееся на четырех лапах. — Но все же… Трава. Главной проблемой, мешающей ребятам разглядеть, кто там шагает вдалеке, были высокие заросли травы. Целое море. Море? Группа Харухиро сама утопала в море травы, где высота деревьев, кустов и длинных гибких стеблей была примерно одинаковой. Целый лес, не так ли? При таком окружении невольно кажется, что стоишь где-то на возвышенности. И там, вдалеке, шагал кто-то исполинских размеров, спускался с холма, покрытого редкими деревьями. Харухиро в ужасе распахнул глаза: — Т-такой огромный?! Да что это такое? — Уа! — Ранта вдруг резко подскочил. — С-серьезно? Нет, если приглядеться, эта штука действительно гигантская! — Человек… — Юмэ сказала только это. — Он похож на человека. У него человеческое тело, как у Юмэ. Но что он тут делает... — Нет, — Кузаку горько усмехнулся. — Вряд ли человек... — Великан, — тихо произнесла Мэри. — Я слышала об этом… Что в Ветреных пустошах обитает великан. — Э-э-э-э-э-э-э-э-э-эй! — Ранта внезапно сложил руки рупором и поднес их ко рту, призывая неизвестное существо. «Эй! Да какого черта ты творишь?» Прежде чем Харухиро успел сказать хоть что-то тупому рыцарю Тьмы, Мэри стукнула того коротким посохом по затылку. — У-о-о… Эй, какого хрена, Мэри?! — Не будь идиотом. — А? Это кто тут идиот! В смысле, идиот тот, кто считает древние правила глупостью! — Зачем ты привлек внимание великана? — Потому что это пустая трата времени! Ни в жизнь, пока с вами я! Если эта тварь враждебна, так мы просто побьем его! — Хо-о, — Юмэ отступила назад. — П-почему-то великан остановился… наверное? — Бежим! — выдал Ранта и бросился наутек. Поступок темного рыцаря ошеломил Кузаку. — Вот так поворот! — Такой уж он, — вздохнула Шихору. — Б-бежим! — отдал команду Харухиро и замахал руками, подгоняя остальных. Спина Ранты все удалялась, становясь меньше: он наращивал расстояние. «Быстро же он бегает». Так как Харухиро пропустил вперед Юмэ, Шихору, Кузаку и Мэри, он оказался позади всех. Лидер попытался оглянуться на бегу, чтобы проверить, что делает странное существо. «Великан все еще гонится за нами? Или он отстал?» Не отличаясь остротой зрения, Харухиро не мог узнать этого наверняка. Но его не покидало нехорошее чувство, что сейчас нужно удирать во все лопатки. На запад. На запад. Прямо на запад. Там, примерно в тридцати пяти километрах отсюда, раскинулся опорный наблюдательный пункт пограничной армии * . Именно его использовали для проведения операции «Двухголовый Змей» несколько дней назад. Там стоял полк Красной Змеи, готовясь захватить крепость Стальной Кости. Наблюдательный пункт служил чем-то вроде базы: в нем проживали не только воины пограничной армии, но и простые граждане, что делало временное пристанище вояк самым настоящим городом. Именно здесь, где-то неподалеку, был вход в Загадочную Нору. Через некоторое время лидер группы понял, что великан отстал от них, поэтому нет никакого резона так мчаться, и Харухиро окликнул ребят. Когда вор перестал оглядываться и посмотрел вперед, он случайно встретился взглядом с Мэри. — Кстати, Мэри. Посох. — выдал вор, тяжело дыша. — А? — Что с ним? У тебя же был другой, да? — А, ну… Мэри отвела взгляд. Харухиро показалось, что она посмотрела в сторону Кузаку. — Ну-у, я его потеряла… — Вот… как… — В любом случае, я хотела себе новый. Тот посох совсем не подходил для сражений. — А-а. А с этим проще атаковать? — Наверное. Думаю, да. У нового форма проще. Гораздо удобнее. — Значит, все к лучшему, да? — К лучшему. — Вот как. Хорошо, что к лучшему. Ха-ха… Похоже на отговорку. Но что же все-таки случилось между ней и Кузаку? Харухиро, конечно, примерно представлял, что, но думать об этом не хотел. Интересно, как далеко умчалась его группа за каких-то пятнадцать-двадцать минут? Юмэ сообщила, что она все еще видит вдалеке великана, но остальные не смогли подтвердить ее слова. Посчитав, что опасность миновала, юные наемники перешли на шаг. Но вскоре им пришлось снизить темп еще больше: высокая трава, растущая в этой части равнины, не позволяла бежать дальше, будь у кого такое желание. Продраться через такую чащу можно, а вот нестись сквозь нее — нет. Несмотря на то, что равнина казалась абсолютно гладкой, на деле поверхность земли была неравномерной: где-то мягкая почва, где-то голый камень — идти по такой местности трудно и долго, неудивительно, что ребята вскоре устали. Наверное, где-то неподалеку были дороги, ведущие к стоянке пограничной армии, однако группе Харухиро не удалось их найти. Маловероятно, что они сбились с пути, и все же каждый из них ощущал легкое беспокойство. Немного погодя им стали попадаться стада неизвестных животных, которые силуэтами маячили вдалеке. Раньше наемники думали, что эти земли вымерли, вероятно, из-за великана. Большая часть обитателей равнины оказалась травоядной, но они наверняка были потенциальным кормом для плотоядных животных. Мысль об этом немного пугала ребят, впрочем, они полагались в этом вопросе на Юмэ, которая, будучи охотником, успела немного изучить фауну Гримгара, так что информация об этом месте у них была. Среди травоядных существ равнины, конечно, попадались агрессивные экземпляры, но пока у группы не было ни единой причины беспокоиться о собственной безопасности. Расстояние до базы составляло около тридцати пяти километров. Если группа Харухиро будет двигаться со скоростью четыре километра в час, им потребуется чуть меньше девяти часов, чтобы добраться до нее. Им не хотелось идти до самого вечера, а потом тащиться в темноте, почти на ощупь, поэтому ребята подготовили все необходимое, чтобы разбить лагерь в пути, поскольку знали, что, покинув Алтану днем, не смогут дойти до наблюдательного пункта за одни сутки. На закате они разбили лагерь, поужинали и, укутавшись в шерстяные одеяла, легли спать. Они могли бы развести костер и еще немного поболтать перед сном, но найти на равнине хотя бы немного материала, пригодного для розжига, было проблематично, поэтому группа Харухиро отказалась от этой затеи. Солнце село, и ночная мгла окутала Ветреные Пустоши тонкой вуалью. На небе взошла багровая луна, разгоняя тьму. И все же ее слабый свет не мог избавить Харухиро и остальных от тревожно-гнетущего предчувствия. Ветер утих еще вечером, и к ночи его порывы мягко обдували добровольцев Алтаны. Кто-то кричал, ревел и стонал в царящей тишине. Какое-то животное. Но когда над равниной зазвучал протяжный вой, Шихору робко окликнула Юмэ: — Что это… было? — спросила она. — М-м-м… думаю, рогатая гиена. Похоже, они с волком родня. Обычно гиены сбиваются в стаи, чтобы охотиться ночью. Так мне рассказывал мастер. — Они… будут охотиться на нас? — Не знаю. Но учитель говорил, что обычно они не нападают на людей. — Обычно… — Ну, нельзя сказать наверняка. Это зависит от их настроения. Так говорил мастер. — Нельзя сказать наверняка… — Эй ты… — сонно пробормотал Ранта. — Прекращай страху нагонять. Шихору вся трясется от ужаса. Да, трусишка? Боишься? — Вот бы рогатые гиены охотились только за Рантой… — А? Что ты сказала, трусишка? — Ничего… Может, помолчишь и дашь спокойно поспать? — Да-да-да-да. По-нял. Все равно глаза слипаются. У-а-а… Ранта зевнул во всю глотку и тут же захрапел. У этого парня по-настоящему стальные нервы. Спать без задних ног, да в такое время… Харухиро даже стало чуточку завидно. Мэри молчала. Кузаку тоже. Они спят? Или глаз не могут сомкнуть, как и он, Харухиро? Шихору некоторое время ворочалась с боку на бок, но, в конце концов, уснула. «С-с-с...» — лидер слышал, как тихо посапывает Юмэ. Пусть и царила глубокая ночь, у Харухиро сна не было ни в одном глазу. Периодически где-то далеко выли рогатые гиены, и вору порой казалось, что вой все громче, все ближе, словно эти твари подбираются к нему. По этой причине он не мог заснуть и знал, что ему это вряд ли удастся. «Ребят даже шум не разбудит. От этого лишь с-страшнее и с-страшнее. Да ладно...» — мрачно размышлял Харухиро, неподвижно лежавший на твердой земле. Но вот рогатые гиены успокоились, вой оборвался. А потом где-то рядом послышалось низкое и мощное «А-у-у-у-о», и эхо разнесло его по округе. Снова вой. Зов хищника. Неизвестно почему, но вор был уверен, что этот страшный звук издал кто-то из семейства кошачьих, крупное и плотоядное животное. Казалось, что эта огромная кошка бродит где-то поблизости. Харухиро весь трясся, пока напряженно ждал новое «А-у-у-о». И невидимая тварь не заставила себя упрашивать. — А! — вырвалось из груди парня. «Жутко! Жутко, жутко, жутко, жутко, жутко! Оно приближается, приближается! Еще ближе, еще! Серьезно, серьезно, серьезно! Оно голодное? Охотится? Хочет съесть нас?» — метались мысли в его голове. «Все так? Может, разбудить ребят? Но что, если эта тварь кинется на меня, стоит мне дернуться? Только этого и ждет, а? Прямо сейчас! Что это? Я только что видел ее?» Паника Харухиро набирала обороты: «Не знаю. Что? Что же мне делать? Пожалуй, лучше не двигаться. Страшно! Нет-нет-нет! Наверняка это существо крадется, запугивает меня, тем самым играя с добычей» — Харухиро страсть как захотелось достать кинжал и сап. «Может, все-таки надо подняться? Но если тварь здесь, то опасно так делать. А если подскочить? Нет, сначала надо бы осмотреться. Не двигай головой, только переведи взгляд. Не вижу, где она. Темно! Слишком темно! Никого… Похоже, здесь никого! Но я ведь ничего не различаю в темноте, откуда мне знать? Надо прислушаться. Откуда идет вой… И тогда узнаю, где тварь, пойму хоть что-то… А-а-а-а, только храп Ранты! Заткнись уже, хватит! А ты давай, завывай! Где твой вой? Давай же! Ну?! Ну! Вот он!» И Харухиро действительно услышал стенания невидимого зверя: «А-у-у-о…» «Тихий. Так далеко? Похоже на то. Но еще рано расслабляться… да. Наверное» Лидер решил подождать еще чуть-чуть, чтобы убедиться, что хищник убрался куда подальше, но, сколько бы Харухиро ни ждал, вой не повторился. Самообладание отказало парню, он резко сел, а вместе с ним поднялась и Мэри. — Сейчас, эм-м, что это было? Кто это… — А-ага. Тоже слышала? Вой. — С-слышала. Было жутко… — Точно. Я т-тоже… Кстати, все, похоже, крепко спят… — Я все никак не могла уснуть… — И-и я тоже… Хотя Мэри и Харухиро ничего не видели в кромешной тьме, все равно у них возникло ощущение, будто они улыбаются друг другу. И когда они уж было успокоились, думая, что неизвестный хищник исчез, снова раздался вой рогатой гиены. Харухиро и Мэри вздрогнули, застигнутые врасплох. — Хару, как думаешь, мы в безопасности? «Кто знает…» — именно это собирался ответить жрице вор, но вовремя осекся. — Ага. В безопасности. — Хорошо… — Не хочешь немного вздремнуть? Мне пока совсем не хочется спать. Ах да! Неплохо бы поставить посменный караул, как думаешь? Ну, что-то в этом роде. — Было бы неплохо. — Что ж, если я захочу спать, то разбужу Ранту или еще кого. — Можешь будить меня, я не против. — Угу. Если что, разбужу. — Тогда спокойной ночи. — Спокойной. А, Мэри! — Что? — Слушай… — но Харухиро покачал головой и только шумно вздохнул. — Прости. Забыл, что хотел сказать. — Ладно… Спокойной ночи. — Ага. Мэри улеглась обратно, а Харухиро остался сидеть на своем месте. Когда он поднял глаза, чтобы поглядеть на багровую луну, ему почему-то вспомнился Могузо. Мысли о погибшем друге навевали печальные мысли, а в груди возникло острое чувство одиночества. Но сильнее всего было удивление. «Лишь это? Но это жизнь, ничего не поделаешь». Когда небо на востоке стало светлеть, вдруг проснулся Кузаку. — Эй! Почему ты не спишь? — Просто не спалось. А, ну и караулю еще. — Лучше ложись, поспи, ладно? Если что, посторожу я. Вор послушался Кузаку и прилег. Харухиро вдруг показалось, что веки налились свинцом, и он тут же забылся глубоким тяжелым сном. Когда же он проснулся, ребята были уже на ногах. Они быстро перекусили и, не задерживаясь, отправились в путь. По дороге Харухиро рассказал остальным о вчерашнем инциденте с хищниками, но товарищи восприняли его историю только как шутку. А Мэри осталась в стороне и не подтвердила слова Харухиро. В это утро они добрались до просторного низкого плато. Небольшая возвышенность сменялась котловиной с каменной грядой по краям, так что местность чем-то походила на глубокую сковороду. И на дне этой «сковороды» было заброшенное поле. Если приглядеться, то любой желающий мог заметить, что в каменной гряде, по краям «сковороды», то тут, то там крепились небольшие башенки, скорее всего, дозорные. Кроме того, на дне плато било несколько источников, был выкопан ров и поставлена изгородь. А еще город. Там был город! На самом деле, неказистый городишко на десять-двадцать крупных домов, сгруппированных вокруг главной и единственной улицы, где можно было заметить немногочисленные фигуры жителей. Нет, такое место городом не назовешь. — Хэ-э… — Ранта почесал большим пальцем нос. — Наконец-то! Вот мы и добрались! Вот он какой «опорный наблюдательный пункт». Возможно, так темный рыцарь пытался пустить пыль в глаза, хватаясь перед остальными своей осведомленностью, но, по сути, в его словах не было ничего особенного. Ребята просто проигнорировали комментарий Ранты и молча направились на «дно сковороды», спускаясь вниз по склону. — Э-хей! — завопил Ранта, когда, обернувшись, обнаружил, что товарищи ушли без него. Издали ров базы выглядел широким и глубоким. Похоже, вода стекала туда прямо из источников. На вершине вала из утрамбованной земли жители возвели прочную на вид изгородь. Ее высота была не меньше двух метров, забраться на такую непросто. Единственный вход вел на узкий мост, перекинутый через ров. Он упирался в ворота по другую сторону. Перед мостом, рядом со рвом, ютилось множество палаток, довольно-таки вместительных. Бросалось в глаза, что их владельцы прочно прибили их к земле кольями. Вполне возможно, в них жили наемники Алтаны. Ворота охраняли солдаты пограничной армии: двое внизу, но в башнях, расположенных по обе стороны — не меньше десятка. Некоторые из них направили арбалеты в сторону группы Харухиро. Не слишком-то радушный прием! Но, заметив на юных искателях приключений значки Багровой Луны, все же пропустили. Прямо за воротами начиналась улица, по обе стороны которой высились массивные постройки: конюшни и бараки. Дорога вела к главной площади, по краям которой тянулись маленькие крепости. Среди прочих строений выделялось большое здание, похожее видом на штаб-квартиру регулярной армии. Скорее всего, так и было, поскольку вокруг него возвели несколько построек поменьше, скорее всего, казармы. Где-то кричали мужчины: казалось, так они подбадривают себя при каждом ударе. Наверное, где-то проходила тренировка. Периодически ребятам попадались патрули. Группы солдат охраняли строения или прохаживались вдоль улицы, не обращая никакого внимания на незнакомых наемников. Изредка кто-нибудь из них бросал на Харухиро и остальных презрительные взгляды. Но стоило юным добровольцам забрести в переулок между бараками, как их встретил совершенно другой мир. Здешняя атмосфера напоминала кипучую жизнь в Небесном переулке Алтаны: по дороге чинно расхаживали женщины, в местной кузне кипела работа, частенько встречались тележки торговцев, которые держали тут лавки. Кроме того, маленький отряд обнаружил в переулке гостиницу, видом намного лучше, чем бараки и казармы солдат пограничной армии. На первый взгляд, и мужчины, и женщины, которые попадались Харухиро и его товарищам, были сплошь наемниками. Кто-то из них шел по своим делам, кто-то сидел целыми днями на стульях рядом с торговцами, ел, пил и бездельничал, а кто-то оживленно спорил с хозяевами лавок. Похоже, это место служило рынком, а кроме того здесь можно было найти развлечения и ночлег. Тележки торговцев были забиты оружием и украшениями, что напомнило Харухиро об Алтане. Но еды и мелочей для повседневной жизни оказалось не много, словно на них не было почти никакого спроса. А вот клеток с животными — предостаточно, причем многих из странных существ ребята видели впервые. Расспросив владельцев, они узнали, что для путешествий по равнине на рынке можно приобрести лошадей, ездовых драконов, больших оленей, а также тягловых животных, способных везти на себе тяжелые грузы. При желании можно взять лошадь в аренду, и торговец, рассказавший об этом, посоветовал подумать над столь щедрым предложением. Остальные владельцы клеток, завидя Харухиро и ребят, узнали в них наемников, оживились и принялись наперебой хвалить свой товар. Гуляя по рынку, Харухиро и его товарищи успели проголодаться, поэтому решили пообедать у какой-нибудь тележки с провизией. Они взяли пережаренный шашлык и кислый сок, разбавленный водой, который, впрочем, оказался неплох. — А здесь недурно, — вдруг заметил Ранта. Харухиро нехотя согласился с ним. — Кстати, — лицо охотницы прям-таки сияло от счастья. — Юмэ от кого-то слышала, что здесь есть общественная баня. — Это важно, — Мэри энергично закивала. — Угу, — Шихору серьезно посмотрела на жрицу. — Если не мыться хотя бы день, то… честно говоря, я не очень хорошо себя чувствую… — Для девушек — так и есть, наверное, — задумчиво заметил Кузаку. — Ха-а! Женские проблемы! — Ранта презрительно рассмеялся. — Я могу спокойно прожить без ванны хоть десять дней, хоть месяц! Ты ведь не умрешь, если не помоешься! — Юмэ не любит, когда от нее плохо пахнет! — Да ладно, Юмэ? Хочешь сказать, что, не помывшись день, ты будешь вонять? Ну-ка, ну-ка! Дай-ка понюхаю! — Ни за что, идиот! — М-м? То есть ты уже воняешь? — Нет! Юмэ еще не воняет! — Именно поэтому я, как незаинтересованная сторона, проверю и вынесу свой вердикт! Откуда тебе самой знать, воняешь ты или нет? Внезапно Мэри наклонилась к затылку охотницы и, принюхавшись, сказала: — Не пахнет. — Ай! — видимо, почувствовав щекотку от дыхания жрицы, Юмэ вскрикнула. — А… — Мэри отошла подальше от девушки. — Прошу прощения. — Н-н-не нужно извиняться, — почему-то Юмэ смутилась. — Просто уж очень неожиданно. Но хорошо, что Мэри ничего не почувствовала. — Не обращаете на меня внимания и продолжаете развлекаться! — выдал Ранта, довольно потирая ладони. — Нет! Возьмите меня! Я тоже хочу! Я обязан присоединиться! Наполнив желудки, Харухиро и его товарищи начала собираться для похода в Загадочную Нору. Однако, к своему стыду, ребята скоро поняли, что не знают, где именно она находится. Ранта попытался расспросить наемников, но те резко отмахнулись от него. Видимо, если они не встретят кого-нибудь из знакомцев или не угостят знатоков этих мест выпивкой, вряд ли им ответят любезностью. — Эх, хорошо бы встретить кого-то знакомого! — протянул Харухиро, оглядываясь по сторонам. — А! И, как по волшебству, в толпе замаячило знакомое лицо. — О! — Ранта тоже заметил кое-кого и приветственно замахал ему рукой. — Э-эй! Господин Шинохара! Здравствуйте! Как поживаете? На другой стороне улицы шла группа людей в белых плащах. Процессию возглавлял мужчина с добрым лицом, который и обернулся на зов темного рыцаря. Он дружелюбно улыбнулся Харухиро и остальным, узнав их. Шинохара был лидером довольно-таки известного клана «Орион», но, несмотря на свой статус, оставался человеком простым, с мягким характером. И группа наемников, которые подчинялись ему, производила такое же впечатление добрых людей с прекрасными манерами. Они, конечно, нахмурились, услышав заносчивое приветствие Ранты, но ничего не сказали, а сам Шинохара ничуть не разозлился. — Привет! Раз вы здесь, значит, тоже решили отправиться в Загадочную Нору? — Верно! Именно так! Ранта еще раз поприветствовал лидера «Ориона» странным жестом, приплясывая от радости. «Как же мне стыдно за этого идиота…» — с раздражением подумал Харухиро. — Значит, господин Шинохара пойдет в Загадочную Нору вместе с нами? Ох, вот так совпадение! — Нет. Мы здесь с другой целью. У нас есть дело на Горе Скорби. — Гора Скорби… — машинально пробормотал Харухиро. Он никогда прежде не слыхал об этом месте, но само название его звучало жутко. Да что там на этой «Горе Скорби»? Отправится ли туда группа Харухиро? Хоть когда-нибудь? — О! — Шинохара заметил Кузаку. — Тебя я вижу впервые. Я Шинохара из «Ориона». Рад познакомиться. — Ага, — паладин кивнул. — Взаимно. Я Кузаку. — Вот как, — мягко произнес Шинохара, прикрыл глаза и тихо вздохнул. — Если не ошибаюсь, вы были в полку Зеленой Змеи, во время операции «Двухголовый Змей». Полк Зеленой Змеи, где было много солдат пограничной армии, сумел обойтись небольшими потерями — шесть человек, не больше. Гораздо больше погибших среди добровольцев — не меньше двадцати трех человек. — Мне нет прощения, — вдруг сказала Мэри, бросив на Шинохару скорбный взгляд. — Я снова совершила непоправимую ошибку, не справилась с обязанностями жреца. Из-за меня еще один человек погиб. — Мэри… Парень с короткими волосами и узкими глазами шагнул было вперед, но передумал. Хаяши. Он раньше состоял с Мэри в одной группе. — Но ты ведь здесь, — Шинохара положил руку на плечо Мэри. — Не сдалась, не застыла, а продолжаешь идти вперед, навстречу будущему. У тебя ведь хорошие товарищи, Мэри… — Да… Мэри, стыдясь, склонила голову. Ее спина слегка подрагивала. Харухиро вдруг понял, что очень хочет обнять ее, утешить, но тут же смутился от таких мыслей. «Нет! Нет-нет-нет! Или же? Нет, нельзя! Да и не думаю, что у меня есть на это право», — одернул себя вор. Ведь между Харухиро и Мэри ничего нет. — Эм-м, господин Шинохара, — прежде чем обратиться к лидеру «Ориона», Харухиро прочистил горло. — Спасибо вам. За все. В том числе, за захват цитадели Стальной Кости. Я не знаю деталей, но мне известно, что вы победили. — К счастью, это была полная победа. На мгновение губы Шинохары сложились в ироничную улыбку. Но только на мгновение. И вновь его лицо приняло привычное дружелюбное выражение. Харухиро решил, что ему просто показалось. — Полк Красной Змеи потерял немало солдат регулярной армии, а вот добровольцы Багровой Луны остались целыми. «Воины Зари» Сомы внесли большой вклад, который трудно переоценить, поэтому «Орион» получил легкую победу. — Ва-а! Сома! — Ранта, приплясывая от нетерпения, схватился за свои кудри. — Сома и в самом деле очень крутой! «Воины Зари»! У-у-у! Шинохара едва сдержал улыбку. И хоть его собеседником был вечно раздражающий всех Ранта, со стороны казалось, будто лидер одного из крупнейших кланов относится к придурковатому рыцарю с теплом, видя в нем невинного ребенка. — Говорят, Сома остановился здесь, так что вы сможете с ним случайно встретиться. — О-о-о-о, правда? Ва-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — радостно завопил Ранта. — Эй, серьезно, заткнись… — Харухиро тяжело вздохнул и снова обратился к собеседнику. — Точно! Господин Шинохара, мы бы хотели кое-что спросить у вас об этом месте. — Что именно? Я с радостью расскажу все, что знаю. — Ну… Харухиро почесал щеку и невольно посмотрел на остальных членов клана «Орион». Все они, и мужчины, и женщины, ответили ему спокойным, доброжелательным взглядом. Словно они были для его группы старыми добрыми товарищами, старшими братьями и сестрами. И на них можно положиться. Так казалось Харухиро. А в его отряде… Ладно, если забыть на минуту о Ранте, которого хлебом не корми, дай только опозориться, то сам Харухиро, Шихору, Юмэ, новичок Кузаку, и даже Мэри — всего лишь зеленые новобранцы. По сравнению с воинами «Ориона», конечно. Каждый из группы Харухиро буквально излучает «незрелость», слишком уж они «свежие», не битые жизнью. И ничего хорошего в этом нет. Поскольку такое качество не вызывает ничего, кроме жалости. Правда, Харухиро и его товарищи, направляясь в Загадочную Нору, сумели разыскать опорный пункт пограничной армии, но на это у них ушло слишком много сил. И теперь, ко всему прочему, они расспрашивают Шинохару, как найти путь в Загадочную Нору. Поскольку вообще ничего не знают. Зеленые юнцы. «Правильно ли мы поступаем?» — задумался на секунду Харухиро. Но, как говорится, лучше спросить раз, чем блуждать всю жизнь. Ведь ни он, ни ребята не хотят попусту тратить время. — О Загадочной Норе. Как нам до нее добраться?

↑ 寂し野前哨基地

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14: Первое впечатление от Загадочной Норы

Загадочная Нора Кто же назвал ее так? Что это вообще за место? Загадочная Нора... Представьте, что в землях Ветреной Пустоши обитал гигантский крот, который, разумеется, по своей природе был склонен рыть тоннели А так как крот гигантский, то и тоннели тоже гигантские. Предположим, что этот крот решил прорыть огромные тоннели прямиком возле базы пограничной армии, в пяти километрах к северу. Вход в «нору» не был вертикальным, а шел под наклоном. И, похоже, огромный крот прорыл свой тоннель уж очень давно, поскольку скат успел обрасти густой травой. Никто из наемников доподлинно не знал, куда ведут эти тоннели, насколько они длинные и разветвленные. Известно лишь, что коридоры там запутаны, словно в лабиринте, и до абсурда громадные, что кажется, будто им нет конца. Вот одна из причин, почему это место называют «Загадочной Норой». Согласно одной из теорий, тоннели являются частью огромной норы, в которой живут странные и даже пугающие охотников за удачей существа, которых не увидишь нигде. Словно в Загадочной Норе был свой мир, связанный с другими мирами. Не исключено, что там обитают стаи чудовищ, всевозможные прайды монстров, побежденных когда-то людьми во время битвы на границе Гримгара. Потерпев поражение, твари нашли укрытие в Загадочной Норе и, живя там поколениями, сумели сильно измениться, если не эволюционировать. Естественно, Загадочная Нора — совсем не гигантские тоннели, вырытые кротом-исполином. Нет, такое предположение — всего лишь аллегория. И все же как такое место возникло в Гримгаре? Судя по всему, оно — творение природы и не более того. Может быть, на факт его существования повлияли животные, обитающие в Загадочной Норе, а может, она сама была когда-то сталактитовой пещерой или лавовым гротом, разрушенным в результате какой-то катастрофы, например, разлома горных пород и земляных плит, обвала какого-нибудь ущелья. Не исключено, что все факторы сошлись, и теперь в Загадочной Норе есть и ущелье, и лавовый грот, и еще множество подобных диковин. Неудивительно, что именно эта теория стала популярной среди наемников. Загадочная Нора — сокровищница тайн. Добровольцы и солдаты удачи уже многие годы стараются составить полную карту ее подземелий, но пока это им не слишком удается. Ведь Загадочная Нора фантастически огромна. Кроме того, эти охотничьи угодья считаются опасными даже для опытных наемников и искателей приключений, привыкших рисковать своей жизнью. Тем не менее, поток желающих попасть туда никогда не иссякал. И по сей день немало добровольцев, охваченных духом авантюризма, стремятся исследовать закоулки подземелий Загадочной Норы. И все же для солдат Багровой Луны этот риск оправдан. — Похоже, мы пришли… — Ранта шумно сглотнул. — Наконец-то! Вот она, Загадочная Нора! Для такого, как Ранта, фраза прозвучала как-то блекло и скромно. Впрочем, ничего удивительного: уж слишком тихо было у входа в тоннель. На самом деле, Харухиро и остальные думали, что их встретят опасные существа всех размеров и мастей, и когда этого не произошло, их постигло разочарование. Конечно, когда видишь тоннель, чья ширина превышает сотню метров, невольно выдашь «Ничего себе!», но общее впечатление от масштабов Загадочной Норы портили курицы, которые лениво расхаживали по склону. Нет, это были совсем не курицы. Слишком уж толстые. Пухлые. Огромные. Гораздо выше обычного человека. Даже не родственники домашней птицы. Скорее, это были монстры, внешне похожие на куриц. Но только внешне. И эти псевдокурицы облюбовали склоны Загадочной Норы, расхаживая там и тут, словно чувствовали себя хозяевами этого места. — Да что же это... — невольно вырвалось у Харухиро. Он был в полном замешательстве. — Похоже на… — Кузаку прищурился. — Пастбище. — Какая милая цыпа! — улыбнулась Юмэ, разглядывая существ с умилением. Ее лицо сияло от счастья. — Но… немного жутковатая, — Шихору содрогнулась. — Угу, — кивнула Мэри. — Настолько огромные, что верится с трудом. Нет, поверить в существование таких тварей вполне возможно, ведь они разгуливали прямо на глазах добровольцев Алтаны. Но и удивление Мэри, в общем-то, тоже понятно. К примеру, если муху, комара или другое насекомое увеличить раз в десять, да так, что человеческому глазу будут видны все мелкие детали, то зрелище покажется нереальным, даже безумным. То же самое и с курицей, однако это ощущение нереальности происходящего — не из приятных. Наверное, именно об этом говорила жрица. — Ну, а что ты хочешь от ЗН? — заявил Ранта с таким видом, будто ему все известно. — На входе будет очень просто, но чем дальше — тем сложнее. Вы этого не знали? Мы еще снаружи, поэтому никаких сложностей. — Ладно, но что за «ЗН» … — А? Ты идиот что ли, Парупиро? Типичное сокращение «Загадочной Норы». Я думал, ты поймешь. Где твой разум? — Странно неразумному парню говорить такое… — Идиот, что ли? Знай, на всем белом свете не найти человека, разумнее меня! Ни одного, слышишь?! Я — Король разумности! — Ты даже не понимаешь значение слова «разумно». — Да все я понимаю! Это ведь обратное слову «абсурдно»? — Ладно, хватит… — Именно! Твоя болтовня — пустая трата времени! Так, атакуем — нацепив шлем, Ранта вприпрыжку помчался вперед. Харухиро несколько раз моргнул, не веря своим глазам. — Э? Ха? Какого, ты… — Вау, — Кузаку надел цельный шлем и опустил забрало. — Он что, серьезно собрался драться? — Хм? — Юмэ задумчиво прижала палец к губам, а затем склонила голову набок. — Поверить не могу… — напряглась Шихору, предчувствуя беду. — Остановись же, дурак! — не выдержала Мэри. Но было уже поздно. — Подско-ок * ! Ранта принял низкую стойку прежде чем с яростью броситься на псевдокурицу. Острие его полуторного меча точно вошло в плоть чудища… По крайней мере, так показалось остальным. — Ко-о! Однако в самый последний момент псевдокурица подпрыгнула и взлетела, шурша оперением крыльев. — А? Темный рыцарь понял, что так и не достал жертву и, вскинув голову, еще некоторое время пялился на гигантскую птицу, сумевшую одурачить его. Да, именно пялился. — Так ты еще и летаешь? С оглушительным клекотом огромная псевдокурица яростно замахала крыльями и поднялась примерно на три метра над землей. Судя по всему, взлететь выше она не могла, так что, устав работать крыльями, начала снижаться. — А-ха-ха! А здесь куда веселее, чем я думал! Ранта настиг монстрокурицу у самой земли и попытался вонзить в нее меч, но, вместо того, чтобы взмахнуть крылом и подняться чуть выше, птица дернула лапой, загребая воздух. Будто хотела пнуть кого-то. И в тот момент Ранта со всего разбегу влетел в монстра: его клинок глубоко вошел в лапу псевдокурицы, разбрызгивая кровь во все стороны. И все же Ранта не сумел отрубить ей лапу. Наверное, потому, что кожа и сухожилия у птицы были уж слишком жесткие. — Не вышло? — удивился рыцарь Скалхейла. Из груди птицы вырвался еще один оглушительный клекот, и она, оттолкнувшись от земли, атаковала Ранту когтистой лапой. В полете. И удар этой лапы был по-чудовищному сильным. — Кх-х…— задохнулся Ранта, парируя пинок птицы полуторным мечом, но силы были неравны: в конце концов удар псевдокурицы смел его оборону, отбросив назад. — Сейчас я танк! — Кузаку вклинился между огромной птицей и Рантой, принимая атаки монстра на себя. С диким отчаянным воплем псевдокурица подпрыгнула на правой ноге и что есть силы зарядила паладину левой. Затем правой. И снова левой. И, наконец, вращаясь вокруг собственной оси, принялась угощать Кузаку такими пинками, что бедняга не успевал защищаться от ее атак. — О! О-о… Круто! Ай! — невольно вскрикнул танк, когда очередной удар пришелся на его щит. И хоть паладин был подготовлен к обороне, он почти не мог выстоять против атак бешеной птицы. Спина Кузаку дрогнула и невольно согнулась. Если монстрокурица выведет его из защитной стойки, будет не до смеха. — Отлично, Кузаку! Как раз то, что нужно! — подбодрил паладина Ранта. Пока Кузаку героически принимал на себя удары, ушлый рыцарь Тьмы потихоньку заходил птице за спину, выискивая ее слепое пятно. — Хару! — лидер группы почувствовал, что Мэри смотрит на него. «Понял! Указания! Я должен дать им какие-то указания… Но почему все обернулось именно так? Черт! Ранта! Все из-за него! Зачем вообще убивать гигантскую курицу? Конечно, не исключено, что у нее вполне съедобное мясо, но, если разделать ее, получится слишком много, столько нам не унести. Нет! Не время думать об этом!» Харухиро осмотрелся, пытаясь понять обстановку. Другие псевдокурицы, конечно, наблюдали за боем людей и сородича, но вмешиваться, похоже, не собирались. «Бессердечные! Но это хорошо: нас не окружат. Или пока не окружат. Все-таки осторожность никогда не помешает», — прикинул лидер группы. — Кузаку, держись! Я, Ранта и Юмэ — окружаем птицу! Мэри, иди к Шихору! Прибережем магию на потом! — приказал Харухиро товарищам. Достав кинжал и сап, вор вступил в бой. За ним последовал Ранта, пытаясь добраться до псевдокурицы со спины. — Что хочешь делай, а я за себя сам решу! О Тьма, о Владыка Порока! Аура Ужаса * ! Ранта применил заклинание Владыки Скалхейла: темно-пурпурный туман окутал его гибкое тело. Действительно: аура ужаса. Похоже на магию усиления, но раз так, то почему темный рыцарь не наложил его на себя сразу? — Уф…— пыхтел Кузаку. Он все еще держался и умудрялся не прогибаться под атаками монстроподобной курицы. Правда, паладин двигался слишком хаотично, непоследовательно. Может, потому, что с таким ростом ему трудно удерживать равновесие из-за сбитого центра тяжести? Парень работал мечом и щитом несинхронно, почти бессистемно, будто оружие только мешало его рукам. Ко всему прочему, в защите Кузаку было немало дыр. «И это танк… Он точно не пострадает?» — мельком подумал Харухиро. И все же Кузаку как-то справлялся со своей задачей. Благодаря нему Ранта сумел подобраться к птице со спины и рубануть ее что есть мочи: — Удар ненависти! Монстроподобная курица опять взлетела, уклоняясь от атаки темного рыцаря. И снова не слишком высоко, метра на три, не больше. Ранта оплошал совсем чуть-чуть: еще немного, и он бы достал гигантскую птицу. В тот же миг Юмэ, не мешкая, выпустила стрелу. Несмотря на то, что Юмэ — охотница, ее навык стрельбы из лука желал оставлять лучшего, уж слишком часто она промахивалась. Но в этот раз девушка попала. Стрела глубоко вошла в грудь птицы. — Есть! — обрадовалась Юмэ. Но монстроподобная курица и не думала умирать. Она даже не вздрогнула, когда стрела пронзила ее. Из-за толстого слоя жира ни одна из стрел не могла толком ей навредить. — Стреляй в морду, в морду! — заорал Ранта и, размахивая мечом, погнался за пернатой жертвой, которая как раз начала снижаться. Кузаку, тяжело шагая, двинулся за темным рыцарем. Но в этот раз псевдокурица предпочла уклониться от боя и, приземлившись, пустилась наутек, вопя на всю округу. — С-сбежала… — разочарованно пробормотал Харухиро, при этом думая: «Безнадежно. Ее не поймать, слишком уж быстрая. До ужаса быстрая» — Эй-эй! А ну-ка стой! — кричал Ранта, гоняясь за птицей, но безуспешно: добыча неслась во весь дух, только увеличивая между ними расстояние. Кузаку, осознав бессмысленность этой погони, застыл столбом. Юмэ вложила в лук новую стрелу. — Джес, иин, сарк, фрам, дарт! — закончила заклинание Шихору и направила посох на птицу. Это были новые чары, которые волшебница выучила совсем недавно. Не привычное заклинание Тени, то есть «дарс», а самая настоящая «Молния» * , относившаяся к магическому искусству «фальц». Короткая вспышка. Затем воздух наполнил звук рвущейся бумаги, но усиленный многократно, в десятки, сотни раз. И… грохот. На небе сверкнула молния и обрушилась на землю прямо перед удирающей птицей. То есть Шихору не попала в подвижную цель. — Унья! — Юмэ тут же выпустила стрелу, но та даже не задела монстрокурицу. — Че-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ерт! — простонал Ранта, продолжая загонять гигантскую дичь. «Этого идиота даже смерть не остановит», — устало подумал Харухиро. — Кстати, это ведь он все начал, и даже не предупредил! — сказал вор вслух. — Ох… — Кузаку устало повесил голову, а потом потряс ею, чтобы взбодриться. — Меня аж всего пробрало, до ледяного пота! Я не могу радоваться битве как он… — Думаю, проблема не только в этом, просто… — забормотал Харухиро. Кузаку поднял забрало и оглянулся на лидера: — М? — Нет, просто… Харухиро хотелось сказать многое. Очень многое. Все, что было у него на уме. Но каким бы тупицей ни был Ранта, оставлять его на произвол судьбы, один на один с птицей — не лучшее решение. — Эй! Ранта! Хватит уже, возвращайся! Бесполезно же! — Ну-ка заткнись, Парупирон! — зло заорал Ранта, не прекращая погони. Но вскоре, как и ожидалось, темный рыцарь понял свою ошибку. А может, просто выбился из сил, что вероятнее. И тогда Ранта оставил злосчастную птицу в покое. — Простите… — Шихору вся съежилась, извиняясь за свою неудавшуюся атаку — Я не смогла попасть по цели… Извините, но я все еще не привыкла к магии Фальц… — Ну, — Юмэ сильно нахмурилась. — Юмэ все-таки попала раз, но без толку. Мэри вдруг ужасно помрачнела, будто бы у нее на глазах только что кто-то умер. — Я не активировала… Оберег Света… Похоже, у нее на этом весь белый свет клином сошелся. Травма на всю жизнь. Дело дрянь… — Ну, Мэри, ничего же плохого не… — Харухиро засуетился, пытаясь утешить девушку, но тут к группе ребят, ругаясь, на чем свет стоит, присоединилась ходячая причина всех их бед. Просто корень зла и по совместительству Ранта. — Еще бы чуть-чуть, и я бы догнал ее! Но кое-кто, черт возьми, вмешался! Не лезь не в свое дело! — разорялся темный рыцарь, наседая на Харухиро. — Ты…— тот аж задохнулся от наглости Ранты. «Я вмешался лишь из-за тебя, придурок! Только потому, что ты полез куда не следует! С меня хватит твоего существования! Ты каждый раз делаешь что вздумается! Я не шучу! Если ты сдохнешь, мне будет плевать! Я даже вздохну с облегчением, серьезно!» Множество яростных мыслей крутилось в голове Харухиро. Вора буквально распирало от злости, но он понимал, что даже если скажет хоть что-нибудь, Ранта все равно не изменится. Будет так: Харухиро обвинит темного рыцаря в чем-нибудь, тот скажет что-нибудь в ответ, и незаметно для них самих начнется долгая утомительная перебранка. И все же Харухиро, будучи лидером, был просто обязан остановить Ранту. — Больше псевдокуриц не трогаем. То есть без причины. Запрещаю, — вынес свой вердикт вор. — Чего это так дерзко? Эй! Да кем ты, черт подери, себя возомнил?! — Запрещаю. — Нет! Погоди! Я хочу все-таки услышать, кем ты себя возомнил! Отвечай! — Запрещаю. — Хорош талдычит мне одно и то же! Ты попугай что ли? Попугай? Почему ты ведешь себя как попугай? В таком случае с этого момента я буду называть тебя попугаем. Держись наготове! Харухиро изо всех сил попытался погасить в себе жажду крови и не избить настырного идиота до полусмерти. Пока вор проявлял чудеса самообладания, его способность «Игнорирование» выросла на один или два уровня. — Как ты это терпишь… — изумился Кузаку. — Потому что это обычное поведение Ранты… — горько улыбнулась Шихору. Юмэ выпятила нижнюю губу и серьезно поглядела на паладина, всем видом выражая фразу «все не так»: — Нет. Ранта отвратительный. Но только отвратительный, ничего больше. — Послушайте! Подойдите все сюда! — позвала ребят Мэри, подняв руку. — Я активирую Оберег Света. В этот раз я точно прослежу, чтобы его действие не прекратилось… Все тут же окружили жрицу, и только Ранта почему-то замешкался. — Ну и что с этим делать? Вот же морока! Да ладно… и что тут можно сделать? Серьезно? Серьезно… От этих бормотаний Харухиро отчаянно захотелось заорать темному рыцарю что-то вроде «Хватит уже, давай сюда быстрее!», но вор сдержался. — А! — М? — Ранта повернул голову на звук — О?!! Что-то загрохотало, будто где-то вдалеке случилось ужасное землетрясение, и обвалились скалы. Кто-то приближался к ним. Несся на группу Харухиро с огромной скоростью. Монстрокурица. Та самая, с окровавленной лапой и стрелой, торчащей из груди. Не замедляя бег, птица подпрыгнула, и оглушительный клекот разнесся по всей округе. Когтистая лапа со всей силы врезалась Ранте в грудь, опрокинув парня на спину. — Гха? — задохнулся тот. «Получил по заслугам», — невольно позлорадоствовал Харухиро. — О свет, под божественной благодатью Люменеса… Оберег Света! После того, как Мэри завершила заклинание, сияющая гексаграмма Люменеса появилась над левым запястьем у каждого из ребят. Кроме Ранты. — Значит, она и не думала удирать! — Харухиро приготовил кинжал и сап для боя. — У нас нет выбора! Кузаку! — Да! — Кузаку перехватил щит, выставив его перед собой, и ринулся к гигантской птице. Охотница вложила стрелу в лук: — Может, Юмэ лучше использовать кукри? — Сойдет и лук! — заверил ее Харухиро, хотя, на самом деле, ему отчаянно хотелось завопить: «Откуда мне знать?!» Но эту мысль уже вытеснила друга: «А действительно, нужен ли лук? Черт его знает» Шихору сумела вновь завершить заклинание и послать молнию в птицу, но и в этот раз мимо. После чудовищной по силе атаки врага Ранта так и не поднялся. Он все еще лежал на спине, сумев лишь слегка оторвать от земли голову, чтобы найти взглядом Мэри, всем видом упрашивая жрицу вылечить его. Черт! Юмэ промахнулась, как и Шихору. Кузаку, принимая на щит удары когтистых лап монстра, не мог ничего толком сделать. А само крылатое чудище постоянно скакало и взлетало чуть что: подобраться к нему ох как непросто! «Как же я устал от этого», — мрачно подумал Харухиро.

↑ [Leap out]

↑ [Dread Aura]

↑ [Lightning]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 15: Горечь

Теперь задача ясна. Во-первых, нужно как-то контролировать Ранту, держать силком, если придется. Дай этому засранцу волю, и он наворотит таких дел, что у Харухиро (поскольку он лидер группы) не будет иного выбора, кроме как расхлебывать последствия. А если не сможет, значит плохо справляется с обязанностями командира. В общем, нацепить бы на Ранту ошейник, словно на бешеного пса, да научить командам как следует. Миссия сложная, но куда деваться? Во-вторых, Кузаку. Еще одна ходячая проблема. — Ну, сказать по правде, танком я еще не бывал, — признался паладин. — Кроме меня у нас в группе было еще два воина. Они и танчили. Я был только на подхвате. Стоял в сторонке. Практически. Сегодня мне пришлось выйти на передовую, но это не значит, что я к такому привык. Честно говоря, мне было страшно. Немного. Да… Со страхом ничего не поделаешь. Но если танк не будет стойко переносить трудности, остальные едва ли смогут что-то предпринять. Пока Кузаку, будучи паладином, способен делать лишь одно: ограждать товарищей от вражеских атак, используя щит. Этот прием вроде бы называется «Блок». Так пусть сосредоточится на блокировании и только на нем. Кстати, «Блок» используется не только для парирования вражеских атак. Если поймать момент и, подпустив врага поближе, хорошенько толкнуть его, противник может потерять равновесие, а то и замешкаться со следующей атакой. Разумеется, при условии, что все пройдет гладко. Кроме того, можно после блока перейти в контратаку, от защиты к нападению. По словам Кузаку, в старой группе он не был танком и даже щита в руках не держал. И, поскольку юный паладин выучил «Блок» совсем недавно, он не мог с легкостью использовать этот прием в настоящем сражении. Не может защищать других, пусть защищает себя — так рассудил Харухиро, поскольку считал, что для паладина как для воина с щитом «Блок» — основа основ. Умение орудовать щитом — важнейший навык, вокруг которого выстраивается вся тактика паладина. «Ладно, пока Кузаку не до атак. Ему нужно сосредоточиться на «Блоке» — решил лидер-вор. — У! Кх! М! Кузаку в смятении прятался за щитом, принимая на себя удары дубиной. И ею размахивал невысокий, носатый… человек. С абсолютно круглыми глазищами. Нет, не человек, скорее существо, фигурой напоминающее человека. Ребята из группы Харухиро окрестили этих монстров «дуболомами» главным образом потому, что те были вооружены дубинами. И да, монстр был не один. Кроме «Дуболома А», который осаждал Кузаку, были и другие ему подобные. — Эй! Да что ж вы такие… неугомонные! — ругнулся Ранта и рубанул по «Дуболому Б». Но промахнулся. Хоть враг и уступал обычному человеку в росте, но был невероятно юрким. — И сильные! Очень! Тем временем Харухиро непрерывно блокировал «Скользящим ударом» атаки «Дуболома В». «Из чего эти дубины? Дерево? Или еще что? Такие прочные… И тяжелые!» — размышлял вор, не прекращая отступать. Монстры, напавшие на группу Харухиро, едва достигали роста в сто двадцать сантиметров, но при этом чудовища умудрялись размахивать почти метровой дубиной, что говорило о невероятной силе дуболомов. Каждый из чудищ был одет в рубище — кусок грубой холстины, прихваченный шнурком у пояса, едва прикрывал их тела. Обувь дуболомы не носили. И, похоже, эти монстры были не так уж умны, по крайней мере, с людьми не сравнить, зато им хватало природной хитрости, чтобы атаковать врагов непредсказуемо. Кое-как убив монстроцыпленка у входа в Загадочную Нору, группа Харухиро сумела лишь слегка продвинуться вглубь пещеры. Но откуда ни возьмись выскочили коротышки с дубинами и напали на маленький отряд. Скорее всего, они зашли с тыла, выбравшись из бокового туннеля. Выждали момент, когда группа наемников зайдет чуть вперед, чтобы атаковать со спины. — Юмэ жаль! Юмэ не попасть в них стрелой! Слишком уж маленькие! — предупредив товарищей, охотница убрала лук и достала кукри. — Скорей же, дура! — Заткнись, Дуранта! — Что ты ска… — Джесс, инн, салк, фрам, дарт! — Шихору сотворила заклинание «Молния». Хорошенько прицелившись, девушка направила магический снаряд в «Дуболома А», с которым бился Кузаку. Разряд прошил воздух. Монстр вскрикнул. Волшебница попала. Впрочем, молния ударила не прямиком по «Дуболому А», но обрушилась на дубину коротышки. Монстр тут же выпустил оружие из рук и отскочил назад. — Возмездие * ! Кузаку без промедления шагнул вперед и наискось взмахнул мечом. Траектория движения напоминала завершающий удар Могузо, который покойный сопровождал извечным «Спасибо!». Правда, Кузаку был вооружен не только мечом, но и щитом, прикрывающим половину его тела, поэтому он мог атаковать с расстояния куда более близкого. Но Кузаку не хватало размаха, поэтому сама атака вышла слабее. К тому же эта техника ориентирована скорее на защиту, чем на нападение, так что удар оказался уж слишком медленным. Поэтому «Дуболом А» успел отпрыгнуть и избежать «Возмездия»: коротышка просто перекатился и снова взялся за дубину. Поднявшись, он не мешкая снова напал на Кузаку. — Черт! — расстроился Кузаку. Будет плохо, если он падет духом. — Не суетись! Действуй как раньше! — крикнул Харухиро паладину, пытаясь его подбодрить. Попутно вор старательно парировал атаки дуболома. «Я полностью освоил «Скользящий удар» и теперь могу размышлять во время сражения. Зазеваюсь — и дорого заплачу за это», — закончив увещивать себя, Харухиро принялся за «бешеного пса», то есть за Ранту. — Ранта! Да чем ты занят? Разделайся уже с ним! Только болтать и умеешь! После этих слов в Ранте как будто что-то надломилось, и парень сник. «То, что нужно», — подумал вор. — Получи-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и! — заорал рыцарь Тьмы и пошел в наступление. Как и в прошлый раз, он использовал «Подскок», чтобы наискось подлететь к «Дуболому Б» и атаковать монстра. Тот попытался парировать атаку шумного наемника, но не успел. — Сдохни, сдохни, сдохни, сдохни, сдохни, сдохни! — разорялся Ранта, напирая на «Дуболома Б». Юмэ, вооруженная кукри, бросилась на помощь Кузаку, пока Шихору размышляла, кого атаковать дальше. Мэри же была занята гексаграммой, которая парила над ее запястьем. Жрица частенько поглядывала на нее, следя за тем, чтобы заклинание «Оберег Света» не развеялось. Хорошо, конечно, что она следит за сохранностью печати, но девушка делала это уж слишком часто. «Придется серьезно поговорить с ней на эту тему», – мелькнуло в голове Харухиро. — Еще чуть-чуть, и я тоже смогу... Парируя «Скользящим ударом» атаки «Дуболома В», вор стал предугадывать его действия. Серия ударов выглядела так: два справа, затем один слева, потом снова два справа, и в финале атака слева. «Когда он проведет серию «справа-справа-слева», то все повторится по кругу. Итак, пробуем!» «Дуболом В» взмахнул дубинкой, атакуя Харухиро справа, на что вор ответил ему «Скользящим Ударом». Дубина опять обрушилась на наемника справа, и тот снова блокировал ее «Скользящим Ударом». Слева — «Скользящий Удар». «Следующий удар будет справа! Сейчас!» — понял Харухиро. — Дробление колен! Вор сделал неуловимое движение, поддавшись вперед всем телом, и пнул по колену «Дуболома В». На самом деле, такой удар колена не раздробит, впрочем, этого и не требуется. Боль шокировала «Дуболома В», и он на мгновение замер. Этой заминки вполне хватило вору. — Тебе конец! Харухиро решился применить «Натиск», чтобы прикончить противника. С кинжалом в правой руке и сапом в левой парень рванул к «Дуболому В» и принялся осыпать его градом отчаянных ударов. Монстр впал в ужас, Харухиро это видел, но если дуболом опять примется размахивать дубиной, вор, скорее всего, не сумеет отбить его атаки. «Пропущу хоть один удар в полную силу, и мне конец. Я точно-точно пожалею об этом. Получу смертельную рану. Страшно. Очень страшно. Но я должен преодолеть страх. Даже если меня серьезно ранят, я выкарабкаюсь. Или, по крайней мере, заберу тебя с собой», — мысленно обратился к врагу вор. Яростно атакуя, Харухиро сумел повалить «Дуболома В» на спину и выбить из его рук дубину. Потеряв оружие, монстр попытался сбежать, прикрыл голову ладонями, чтобы защитить череп от ножа наемника. Перекатившись на живот, дуболом попытался уползти на четвереньках, но вор налетел на него, продолжая кромсать и колоть безоружного врага. Вскоре борьба закончилась. Харухиро застыл над неподвижным «Дуболомом В», не сводя с него глаз. Вор часто и тяжело дышал. Выровнять дыхание никак не получалось. Кроме того, он весь взмок. Пот заливал глаза. Харухиро тряхнул головой, и с его волос во все стороны полетели брызги. — П-пока враг не ослаб… лучше «Натиск» не использовать… ведь это... Очень рискованно. К тому же Харухиро попросту выдохся. Если он попадет в безвыходную ситуацию, то это умение окажется незаменимым, как последнее средство, когда уже просто нет выбора. Но «Натиск» вовсе не преимущество, скорее, безысходность. Не сравнить с фантомной сияющей линией, которая неизменно направляла руку Харухиро. Впрочем, на этот раз вор одолел врага, полагаясь не на случай или сияющую нить, а только на собственные силы. Благодаря собственному упорству и решению «все или ничего». — Такой мир… не слишком-то мил... А тем временем Ранта с дикими воплями кромсал шею «Дуболома Б». И хоть голова монстра еще не слетела с плеч, темный рыцарь разрубил череп монстра практически напополам. Кузаку и Юмэ теснили «Дуболома А», и победа над ним была лишь вопросом времени. «Итак, дела идут неплохо, более или менее…» — хотел было произнести вор, но... Но мир действительно не слишком-то мил. — Мэри! Шихору! Сзади! — А… Обернувшись, Мэри взмахнула коротким посохом, направив его в сторону. К девушкам приближались… какие-то мохнатые существа, ростом ниже дуболомов. Неизвестные монстры тут же бросились врассыпную, чтобы, судя по всему, напасть на девушек. Но кто они, черт возьми?! Обезьяны? Не похоже. Тело напоминает человеческое, и ходят они больше как люди, а не как обезьяны. К тому же у них не было хвоста. При этом все их тело заросло густой шерстью до самой мордочки. Нет, трудно назвать их человекоподобными, у людей не бывает столько волос, как у них шерсти. Может, они йети? Пусть будут йети. — Трое! Ранта! У нас гости! Я, ты и Мэри возьмем на себя по одному! — Окей! — Хорошо! — Кузаку, Юмэ! Разберитесь с вашими противниками и поскорее! Пока Харухиро выкрикивал ребятам команды, он успел выбрать себе в качестве цели «Йети А». Определившись с противником, вор бросился в бой. «Все тело свинцовое. Нет, «Натиск» использовать не стоит. В реальном бою я слишком устаю. В два раза быстрее, чем при тренировке. Похоже, навык бесполезен. А я ведь заплатил один золотой и двадцать серебряников, чтобы наставница выучила меня ему!» Но безрадостные мысли нисколько не замедлили вора: он добрался до «Йети А» и вступил в бой. Поскольку тварь с яростью размахивала длинными руками, на которых красовались длинные, необыкновенно твердые и острые когти, Харухиро пришлось вновь использовать «Скользящий удар». Обезьяноподобные существа на первый взгляд казались куда слабее дуболомов, зато были гораздо, гораздо быстрее. Нет! До невероятного быстрыми и ловкими! Гибкость их мохнатых тел просто впечатляла. Так противник Харухиро подпрыгнул на месте и, оттолкнувшись длинными руками, буквально взлетел над землей на два или три метра. — У них мощный прыжок! Осторожно! — предупредил ребят лидер. — Твои «осторожно»… — огрызнулся Ранта и, не закончив, отпрыгнул от «Йети Б». Используя «Отскок» и «Подскок» он постоянно наращивал расстояние, в то время как тварь гналась за ним по пятам. Со стороны казалось, что темный рыцарь и йети соревнуются в прыжках. А в этот момент Мэри безуспешно отбивалась коротким посохом от «Йети В», и, похоже, девушка сильно уступала противнику. — Оом, рел, ект, нем, дарс! — произнесла Шихору и выпустила из посоха элементаля. Теневой элементаль со скоростью пушечного ядра пролетел по воздуху и шлепнулся на землю, прилипнув к ней. Прямиком у ног Мэри и «Йети В». Теневые путы! «Отлично! Как и ожидалось от Шихору» — обрадовался лидер. К счастью, «Йети В» угодил в расставленную ловушку. Теневые путы обхватили лапу монстра, да так, что он не мог пошевелиться. — Сокрушительный удар * — короткий посох Мэри описал дугу и со всего размаха врезался в тело «Йети В». Удар был сильным и наверняка болезненным для мохнатой твари. Но Мэри не остановилась: жрица атаковала йети снова и снова. Обезьяноподобный монстр взревел от боли, а девушка все продолжала осыпать его ударами. Главное оружие йети — невероятная ловкость и острые когти. Будучи обездвиженным, это существо перестает быть грозным противником. «А мне-то как остановить?..» — успел подумать вор, прежде чем встретить «Скользящим ударом» очередную атаку когтями. «Я слишком долго обороняюсь, да?» — еще одна отчаянная мысль, которая сопутствовала очередному блоку и парированию. Вор подключил сап, но, заметив дубинку, «Йети А» огромным прыжком отступил назад. «А он довольно-таки осторожный» — понял Харухиро. — Отлично! — воскликнула Юмэ. Охотница и паладин наконец-то расправились с «Дуболомом А». Расклад изменился в пользу ребят: теперь шестеро против троих. Когда Мэри прикончит «Йети В», то станет шестеро против двоих. «Все идет хорошо. Нет! Глупости! Ничего подобного, да?» — Че-е-ерт! — завопил Ранта и несколько раз применил «Отскок» «Опять?!» — только и подумал вор. Подкрепление? Из бокового туннеля к группе Харухиро кто-то стремительно приближался. Новые монстры! Абсолютно черные! На этот раз существа были чернее угля и походили на тощих детей. Их глаза казались драгоценными камнями и ужасали своим блеском. Черные «самоцветные» человечки вооружились ножами и… судя по всему, не спешили помогать йети. Вместо этого самоцветные монстры окружили «Йети Б», который был увлечен погоней за Рантой, а затем напали на мохнатую тварь и в один миг искромсали ее ножами. Прикончив йети, они принялись за самого Ранту. Что ж, вполне очевидно: самоцветные человечки и йети — враги. Но при этом принцип «Враг моего врага — мой друг» для них ничего не значил, и люди казались самоцветным монстрам такой же угрозой, как и другие обитатели Загадочной Норы. Заметив отряд самоцветных человечков, «Йети А» пустился наутек, позабыв о Харухиро, с которым до этого бился. Вор, конечно, избежал битвы с мохнатым чудищем и мог больше не опасаться его когтей, но, кажется, парень угодил в куда более опасную ситуацию. Очень опасную, так ведь? — Э-э-э-эй! С-с-с-спасите меня! Эй вы! А ну-ка быстро помогите мне, идиоты! — орал Ранта, пока носился по пещере, пытаясь скрыться от преследователей, которых, кстати сказать, было много. Ужасно много. Харухиро попытался сосчитать их всех. — Один, два, три… «Восемь. Нет, девять. Нет-нет, их десять». — Врагов все прибывает! Вор тут же серьезно задумался: а не принести ли Ранту в жертву озверевшим тварям, а самому спастись, прихватив ребят? «Нет. Наверное. Само собой, нет! Но что нам делать?» — Ранта! Отступаем! Всем к выходу! Часть врагов отстанет, и мы сумеем сбежать! Шихору! — Да! — откликнулась девушка и тут же принялась формировать заклинание. — Джесс, инн, сарк, карт, фрам, дарт! Это не «Молния». Заклинание похоже, и все же не оно. Вспышка. Оглушительный грохот. Молния обрушилась на землю. Точнее, пучок молний. К сожалению, он не угодил в самое сердце отряда самоцветных человечков, преследующих Ранту, и все же троих врагов снаряд сбил с ног. Уцелевшие монстры поспешно отскочили, спасая собственные шкуры, и так удалось выиграть немного времени для Ранты, чтобы тот смог унести ноги. — Ува-а! Отлично, Шихору-у-у! Пальни-ка в них еще раз! — радостно крикнул темный рыцарь. — Простите… — Шихору пошатнулась и оперлась на посох. – Моя магия...Пока не помедитирую и не восстановлю часть сил… не смогу… снова. — Как же та-ак! Юмэ натянула тетиву и выпустила стрелу… но не попала по самоцветному человечку. Вместо этого стрела просвистела над головой Ранты. — А-а-а?! О-осторожнее, Юмэ! — Унья! Сложно целиться на ходу! — Ранта! Сюда! — крикнул Кузаку. Паладин поднял руку с мечом и помахал Ранте. Тот бросился к Кузаку, спасаясь бегством от камнеглазых человечков. И Кузаку преградил путь толпе монстров. — Ха-ха! — рассмеялся темный рыцарь. — Неужели танк оказался полезным! Впере-е-е-е-ед! Кузаку, прикрывшись щитом, бросился на самоцветных человечков. От удара щита двое или трое монстров отлетели в сторону и повалились навзничь. Но паладин и сам не устоял: ударная волна сбила его с ног. Заметив, что противники и танк повержены, Ранта прекратил удирать и, повернув голову, завопил: — Ура-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Я перебью вас, мелюзга! Умрите-е! Внезапно Ранта перешел в контратаку. Самоцветные человечки на миг растерялись, но потом... «Что за ерунда?! Их слишком много!» — Харухиро и сам запаниковал, что не помешало ему зайти за спину одного из каменоглазых человечков, чтобы всадить в нее нож. У дуболомов, йети и самоцветных детей была примерно одинаковая физиология, которая сильно напоминала человеческую: отыскать жизненно важные органы и уязвимые точки у таких противников не трудно, поэтому использовать «Удар в спину» было идеальным решением. «Ну, честно говоря, пока не попробуешь — не узнаешь. Вот тут почки и печень. Если всадить нож в любой из органов, монстра пронзит нестерпимая боль. Откроется сильное кровотечение. А если повредить диафрагму, враг начнет задыхаться. Если не умрет сразу, то наступит шоковое состояние, при котором невозможно двигаться и, конечно, не выжить. Вот так» Харухиро вонзил в спину самоцветного человечка нож, и монстр упал замертво. Убив одного, вор стал озираться, чтобы найти для себя новую цель. Не тут-то было! Ранта, удирая от агатовокожих преследователей, развернулся и понесся в сторону лидера, вопя на всю округу: — Идиот! Сделай же что-нибудь, чертов кретин! Самоцветные человечки загоняли Ранту, буквально наступая ему на пятки, когда тот проскочил мимо лидера. Но, заметив Харухиро, победившего их сородича, человечки потеряли интерес к жертве и переключились на вора. Только два или три существа остались преследовать темного рыцаря. — Ха?! Серьезно? — Э-эуй! Кузаку наконец поднялся на ноги и принял на щит атаку одного из черных человечков: тот пошел на паладина с ножом. К несчастью, монстры, которых Кузаку повалил на землю ранее, уже встали и включились в сражение. Пострадавшие от молнии Шихору твари тоже оправились, готовые дать отпор наемникам Алтаны. — Выстрел в упор! Юмэ подбежала к одному из самоцветных человечков, прицелилась и выпустила стрелу ему в лицо. Расстояние было ничтожным (два шага, не больше), с такого не промахнешься. Так намного проще, что ни говори. Тем не менее, Юмэ, хоть и попала в монстра, всего лишь прострелила ему щеку насквозь. Противник не вышел из строя, так что охотнице ничего не оставалось, кроме как сложить лук и достать кукри. — Дело плохо… — пробормотал Харухиро, отбиваясь от врагов «Скользящим ударом». Противников было двое, так что у вора не было и шанса остановиться, оглядеться и оценить обстановку. Вот если бы против него вышел один… Безумие! С каждой минутой группа Харухиро все больше теряла контроль над ситуацией. Переломить схватку в свою пользу никак не получалось. Вору отчаянно хотелось завопить «Помогите!», но он понимал, что никто не придет на зов, не поможет ему и ребятам. «Мне это ясно. Нет у нас выбора, придется самим разбираться. Нужно найти выход. Если не найдем — погибнем в полном составе. Обратимся в кости и пепел. Исчезнем. Исчезнем бесследно. И не только мы. Наши товарищи. Манато, Могузо, Чоко и другие в отряде Кузаку. Память об их жизни безвозвратно исчезнет». — Не шутите так!

↑ Punishment

↑ [Smash]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 16: Перепутье

Серьезно, не шутите так! Спасая собственные жизни, ребята из группы Харухиро поспешили назад, в городок наемников. Когда маленький отряд добрался до места, они сразу же зашли на улицу торговцев, продающих палатки, и купили там две подешевле: одну для парней, другую для девушек. Ранта всю дорогу нес чушь о том, что было бы неплохо купить одну огромную палатку на всех и спать в ней, прижавшись друг к другу. Но его бредни не стали даже слушать. После ужина девушки отправились в общественную баню. Парни же, узнав стоимость купания, какое-то время сомневались, но затем решили повременить и отказать себе в этом удовольствии. «В принципе, подождем денек. Если будем вонять, то сходим в баню завтра. Это самый логичный выбор» — решили они. К ночи ребята установили палатки недалеко от наблюдательного пункта, за пределами городка, и легли спать пораньше. Дешевая палатка оказалась тесноватым убежищем для троицы парней. Вернее, она была рассчитана отсилы на двух наемников с комплекцией Ранты и Харухиро, но Кузаку был слишком высоким и широким, чтобы свободно уместиться третьим. Нет, он в одиночку занимал столько же места, сколько лидер и темный рыцарь. И вот как такой компанией заснуть в тесноте, да еще не сходив в баню? Почти прилипая друг к дружке? Да вы издеваетесь! «Может, все же сходить помыться? Или, может, палатку поменять? Интересно, тот жадный торговец примет ее назад? Почему мы не купили палатку побольше? Ведь деньги у нас есть! Просто мы привыкли к бедности. Эх, вот и поскупились по привычке…» — мысленно сожалел Харухиро. Улегшись в палатке, Ранта мгновенно засопел. Так сразу? Да в своем ли он уме? Они даже не обсудили прошедший день, не разобрали ошибки… Харухиро как лидер группы собирался поговорить с ребятами насчет трудностей, с которыми они столкнулись в Загадочной Норе, еще во время ужина, но товарищи настолько устали, чтобы были просто не в настроении обсуждать что-либо. Честно сказать, Харухиро и сам устал и не хотел устраивать разбор полетов. Но так нельзя. Недопустимо! — Кузаку, не спишь? — Да, типа того. — Тоже? — Тоже. — Так попробуй уснуть. — Довольно сурово… — Понимаешь, почему сурово? — А! Угу. Просто так? — Так не пойдет… Дело не только в Кузаку, но и в самом Харухиро, покуда он остается никудышным лидером. Если он свалит все неудачи группы на одного только паладина, то станет ничем не лучше Ранты. Вообще-то проблем у ребят хватает, и все они, перекликаясь друг с другом, ведут к большим, даже смертельным ошибкам. Фатальным. — Понимаю, что так не пойдет, — Кузаку попытался перевернуться на другой бок, однако вскоре отказался от этой затеи, осознав, что в палатке слишком уж тесно. — Но помимо всего прочего мне понравилось. Было весело. — Э? — Ведь я все делал всерьез. Раньше, наверное, такого не было. Интересно, стоит ли оно того? Похоже на то. — Вот как. — Вот бы никто не погибал. Никогда больше. — Угу. — Ведь это зависит от меня. Теперь. — Поэтому так тяжело. В смысле, быть танком. — Как и лидером, верно? Харухиро ничего не ответил. «И все же Кузаку неплохой парень. Но пока что я не очень хорошо его понимаю», — подумал вор. Природа наградила Кузаку мощным телосложением, наделив его руки силой. Но при таких данных парень умудрялся быть жутко неповоротливым. Он уступал Могузо во всем: не такой искусный, неаккуратный и совсем не выглядит настойчивым. Ему явно не хватало внутреннего стержня. Поэтому паладин и не казался Харухиро надежным танком. Нет, так нельзя! «Да что же я делаю? Зачем я снова сравниваю его с Могузо? Ведь Кузаку — не Могузо!» — сокрушался лидер группы. Конечно, Харухиро мог бы подсказать паладину пару приемов и тактик… Например, поменьше открываться в бою, принимать стойку пониже… На самом деле, он мог бы дать новоиспеченному танку множество советов, но готов ли тот слушать разглагольствования вора? Ведь, скорее всего, Кузаку себе на уме, и у него есть собственное представление, как должен действовать хороший танк. Да и если бы кто-то, не относящийся к воровской гильдии, принялся учить Харухиро, как ему следует действовать, парень подумал бы: «Да что ты понимаешь в моем ремесле?» Поскольку Кузаку стал их товарищем совсем недавно, его реакцию трудно предсказать. Что будет воспринято спокойно, а что все усложнит — Харухиро даже не догадывался. Это как пробираться на ощупь по абсолютной темноте. «Как же проблематично …» «Хочется спать», — подумал вор и вскоре провалился во тьму. Проснувшись, Харухиро почувствовал себя отдохнувшим, однако настроение оставалось по-прежнему паршивым. Большинство наемников Алтаны оставляло свои палатки без присмотра, поэтому группа Харухиро решила последовать их примеру: если не хранить в них ценные вещи, никто не позарится на убогую палатку и не попытается ее украсть. Позавтракав в торговом переулке городка, они отправились в Загадочную нору с новыми силами. Вчера ребята Харухиро немного поспрашивали местных и узнали, что здешних монстрокуриц называют «меруруками», дуболомов — «дуэргарами», йети — «буками», самоцветные человечков — «спригганами». Последние три вида обитают во всех уголках Загадочной норы, и наемники окрестили их «Тройкой Псевдолюдей» Между собой дуэргары, буки и спригганы не ладят, так что нередко при встрече стремятся поубивать друг дружку. И все равно эти монстры считают человека главным врагом. Однако эти создания не нападают на искателей приключений в открытую, по крайней мере, на сильные группы. Другими словами, Тройка приняла маленький отряд Харухиро за слабаков. Из всей Тройки только спригганы представляют хоть какую-нибудь ценность: их самоцветные глаза можно продать за неплохие деньги. А если учесть, что самоцветные человечки ходят толпами, любую группу наемников ожидает неплохой улов. И все же добровольцы Багровой Луны по какой-то причине предпочитали не возиться с этими обитателями Загадочной норы. Известно, что монстры из Тройки Псевдолюдей частенько охотятся друг на друга, и все вместе — на меруруков и других подобных им существ, чтобы добыть себе пропитание. Кроме того известно, что дуэргары, буки и спригганы были слабейшими существами местных подземелий, и большинство охотников не воспринимало их как реальную угрозу, только как помеху под ногами. И в то же время именно эти существа являются первым испытанием для каждого добровольца-новичка, планирующего подзаработать в Загадочной норе. — И все же!.. — Харухиро, отражая «Скользящим ударом» дубинку «Дуэргара А», мельком осмотрел поле боя, проверяя, как обстоят дела у товарищей. Кузаку сосредоточился на парировании щитом атак «Дуэргара Б», Ранта кружил, подбираясь к «Дуэргару В». Юмэ, вооруженная кукри, налетела на «Дуэргара Г», пока Мэри разбиралась с «Дуэргаром Д». Ситуация сильно напоминала бой накануне, когда группа Харухиро наткнулась на дуболомов — первое испытание для вора и его товарищей. И пройти его ох как не просто. — Ранта, да прикончи ты его! И побыстрее! Если никто не защитит Шихору, то… — Заткнись! Знаю я! Не нужно мне об этом говорить! Поехали! Моя убийственная атака! Непобедимый град ударо-о-о-о-о-ов! Ранта прекратил кружить и с громким воплем понесся на ««Дуэргара В», но тот отскочил назад, разрывая дистанцию. «В отличие от Ранты, его противник собран. Или все дело в том, что Ранта слишком туп?» — подумал Харухиро. В тот момент Кузаку все еще бился с «Дуэргаром Б», при этом паладин не мог атаковать монстра, поскольку даже не пытался выйти из защитной стойки. Вряд ли он сможет быстро расправиться с собственным противником. «Хоть ты не можешь прикончить одним ударом одного или двух монстров, как это делал Могузо, мог бы хотя бы врагов на себя отвлечь. Могузо толпу собирал, у него же как-то получалось, так почему?..» — мелькнуло в голове лидера. Мэри и «Дуэргар Д» были равны по силам, а вот у Юмэ с «Дуэргаром Г» шла долгая тяжелая схватка. «Мне кажется, или «Дуэргар Г» немного больше остальных? Нет, не кажется. Определенно больше. А значит и сильнее. Заметь я это в начале боя, то послал бы на него Ранту и Кузаку, а не Юмэ», — понял свою ошибку Харухиро. Пока остальные сражались, Шихору могла использовать магию, но медлила: в любой момент из соседних туннелей могло прийти вражеское подкрепление, и если явятся буки со спригганами и, вместо того, чтобы колотить друг друга, объединятся против людей, группе Харухиро придется худо. «Я иду. Если я ничего не сделаю…» — обрывочные мысли теснились в голове вора. Ни грозной атаки, ни надежной защиты в лице надежного Могузо больше нет. Ранта время от времени показывает взрывную мощь, но ему не хватает стабильности, значит, надеяться на этого парня нельзя. Шихору пытается стать огневой поддержкой ... Но пока что у нее не хватает опыта. К тому же необходимо защищать ее, чтобы у волшебницы было время создать могущественное заклинание и разбить им вражеские силы. И Харухиро не должен забывать про себя: ему мало быть тактиком группы, мало руководить, он сам должен демонстрировать неплохой боевой потенциал. Харухиро отразил дубинку «Дуэргара А» «Скользящим ударом», а затем пошел в контрнаступление, решив, что применит к противнику «Дробление колен». Так и вышло. Затем вор мгновенно обошел сбоку шокированного от боли монстра и, крепко сжимая в правой руке кинжал, воткнул его в горло «Дуэргара А». Комбинацию Харухиро завершил ударом сапа по затылку, тем самым добив врага окончательно. После этого парень ринулся к волшебнице. — Шихору! Пока я буду защищать тебя, используй магию! — Да! — отозвалась та и тут же принялась формировать заклинание. — Оом, рел, экт, нем, дарс! Из посоха девушки вылетел теневой элементаль и прилип к земле прямо под ноги «Дуэргара Г» — стоит ему попятится, как он угодит в ловушку. — Крестовой удар! Под натиском Юмэ «Дуэргар Г» отшатнулся назад, его правая нога запуталась в щупальцах элементаля. В тот момент точность Шихору просто изумляла. Оказавшись в ловушке, «Дуэргар Г» не мог сдвинуться с места, Юмэ тут же пошла в контрнаступление, но неудачно: ее кукри блокировали дубиной. Вот же упрямый монстр!. — Джес, иин, сарк, фрам, дарт! — Шихору наколдовала «Молнию», и та обрушилась на обездвиженного «Дуэргара Г». Пока точность выпускаемых молний была далека от совершенства, но по неподвижным целям волшебница не промахивалась. Получив электрический разряд, тело «Дуэргара Г» затряслось. Если бы его ногу не удерживал теневой элементаль, то удар молнии отбросил бы монстра к стене. Конечно, дуболом таких размеров вряд ли умрет от короткого разряда, но сознание точно потеряет. Улучив минуту, Юмэ тут же накинулась на «Дуэргара Г», изрезав его кукри. Теперь ему точно не выжить. Осталось трое. — Да что же это такое! — в сердцах воскликнул Харухиро. Из соседнего туннеля повыскакивали человекоподобные обезьяны — буки. Глядя на них, вор кое-что понял: «Ситуация повторяется, вчера было также. Значит, следующими будут спригганы? По крайней мере, лучше подготовиться и встретить их. Глаза спригганов можно продать. И мы получим за них хорошие деньги!» Вот так, вдохновляя и утешая самого себя, вор решил, что сначала неплохо бы расправиться с оставшимися тремя дуэргарами и тремя… нет, четырьмя буками! «Ох! Всего семеро. Слишком много. Может, стоит сбежать?» — Выпад гнева! Ранта прикончил «Дуэргара В». — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! — Шихору завершила новое заклинание, но это была… не «Молния». Нет, это была ее более сильная версия — «Буря». Волшебница нацелилась на группу приближающихся бук. Раздался оглушительный грохот и треск, и двое бук отлетели в сторону. Двое обезьяноподобных существ получили почти прямое попадание, поэтому вряд ли поднимутся скоро. Из противников остались: сражавшийся с Кузаку «Дуэргар Б», с Мэри — «Дуэргар Д» и два новоприбывших «Бука А» и «Бука Б». С четырьмя-то они справятся. «Нет, проблема не в том, справимся мы или нет. Вопрос в том, насколько быстро. Вот что важно!». — Юмэ! Поменяйся с Мэри! — Нья-я! — Ранта, разделайся с обезьяной! — Гуа-ха-ха-ха! Без тебя справлюсь! —Хорошо бы так и было! Мэри, иди к Шихору! Шихору, если сумеешь, помедитируй! — Есть! — П-поняла! Юмэ тут же заняла место Мэри, а жрица бросилась прикрывать Шихору. Ранта накинулся вновь на «Буку А», Харухиро же достался «Бука Б». На мгновение вора охватило странное тревожное чувство. Нет, это был страх, с которым лидер ничего не мог поделать. Пусть Харухиро и понимал, что во время боя не стоит сожалеть о чем-либо, и все равно его неотступно терзали мысли о Могузо: «Вот если бы он был с нами!» Но сначала группу покинул Манато, и его место заняла Мэри, а потом вслед за погибшим жрецом из жизни ушел Могузо. Впрочем, нельзя сказать, что группа Харухиро совсем не изменилась за это время. Связь между Харухиро, Рантой, Юмэ, Шихору и Мэри достигла таких пределов, что они могли без слов понимать друг друга, лишь коротко обмениваясь взглядами. Они схватывали все налету. Любые намерения товарищей. Кроме того, каждый из ребят стал сам по себе сильнее. Конечно, самоуверенность до добра не доведет, и все же каждый из них должен верить в свои силы. Харухиро и остальные должны найти золотую середину: не малодушничать, не скромничать, не принижать себя, и в то же время реалистично смотреть на вещи, происходящие на поле боя. Пусть это и сложно, но группа Харухиро обязана выучить этот урок. «Мы сможем!» — подбодрил себя вор. Если подумать, без добротных защиты и снаряжения ни дуэргары, ни буки им не противники. Всего-то и нужно, что избегать численного превосходства этих мелких монстров. То есть крушить их ряды как можно быстрее. «Наверняка справимся!» — решил вор и обратился к темному рыцарю: — Пари, Ранта? — Отлично! Не нужно и говорить, что это за пари. Кто быстрее расправится с букой, верно? — Подскок! Проскочив наискось от тела монстра, Ранта одним прыжком зашел сбоку к «Буке А», чтобы смахнуть голову врага. Полуторник снес чуть ли не половину черепа буки, мгновенно решив исход боя. — Му-ха-ха! Я победил, Парупиро! С этого момента ты мой раб! — Не было такого условия! Харухиро хотел было атаковать «Буку Б», но тут же вынужденно перешел в защиту. Еще немного, и обезьяньи когти вспороли бы тело вора. И в тот же миг Ранта успел подобраться достаточно близко, чтобы ударить противника Харухиро в спину. — Получи! В этот раз клинок со всего размаху вошел в череп обезьяноподобного монстра, оставив глубокую рубленую рану. Бука обмяк и осел. — Га-ха! Я сильнейший! Я величайший! Харухиро слабак! Фу-у! — завопил Ранта. Его слова очень задели Харухиро: парень разозлился и даже цокнул языком, едва вынося насмешки. Как бы то ни было, все шло по плану. И даже неугомонный рыцарь Тьмы оказался полезным малым, стоило направить его навыки в нужное русло. — Хару! — послышался крик Мэри. — Понял! Из другого туннеля доносился топот маленьких ног. Это была шумная толпа спригганов. Что ж, вполне ожидаемо! Что нисколько не решало главную проблему: их количество. — Пятеро… Шестеро? Шихору! — Только один раз! — Окей! Подгадай момент! — Хорошо! — Ранта, они снова идут! Скоро твой выход! — Ага! Конечно, я ведь звезда этого шоу! Харухиро быстро проверил, как идут дела у Кузаку и Юмэ: охотница с криком расправилась с «Дуэргаром Д», а паладин все еще угрюмо оборонялся, принимая на щит атаки «Дуэргара Б». «Нет, я, конечно, сказал ему сосредоточиться на защите, но, кажется, он воспринял совет буквально. Серьезно?» — не поверил своим глазам лидер маленького отряда. — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! Шихору создала «Бурю» и отправила заклинание в толпу спригганов, но прежде чем пучок молний охватил монстров, те успели разойтись, так что молния угодила лишь в одного из них, отбросив его легкое тело прочь. — Прошу прощения! — запаниковала волшебница. — Не бери в голову! — закончив успокаивать Шихору, лидер пересчитал противников: «Пятеро. Пятеро? Черт! Если бы Кузаку наконец прикончил своего дуэргара, мы бы точно выстояли. А сейчас? Бежать? Хм... нет! Не до размышлений! Спригганы наступают!» — Всем защищать Шихору! Я перебью их по одиночке! «Правильно ли я поступил? Это верная тактика? Или ужасная ошибка? Понятия не имею! Но теперь мне не отказаться! Шанс упущен!» — решился Харухиро. — Обязанность мужчин — защищать женщин! Ранта! Покажи, что мужчина! — крикнул темному рыцарю лидер. — Само собой, идиот! Я обо всем позабочусь! Ранта, Мэри, Юмэ — все держали оружие наготове, прикрывая собой Шихору. Спригганы стремительно приближались, но, когда наткнулись на боевое построение маленького отряда, не смогли пробить в нем брешь. Харухиро протиснулся сквозь темные тельца монстров, и, выбрав себе жертву, зашел ей за спину: «Вот этот! Он атакует Мэри». Вместо «Удара в спину» Харухиро выбрал «Паука»: он схватил сприггана со спины и точными уколами пронзил человечку почки, а потом сразу уже перерезал горло от уха до уха. Увидев гибель товарища, черные человечки толпой кинулись на Харухиро. — Опас… — Отлично отыграл приманку, Пиропиро! Воспользовавшись шансом, Ранта рубанул одного из спригганов по спине, но рана вышла неглубокой, поэтому и не смертельной. Но спригганы заметили темного рыцаря, и часть толпы переключилась на него. В итоге вору досталось сразу двое противников, которых он мысленно окрестил «Спригган А» и «Спригган Б», и по одному Ранте и Юмэ — «В» и «Г». Осознав, что часть врагов перешла его товарищам, Харухиро почувствовал облегчение, но тут же собрался: бой с двумя монстрами будет не из легких. — И я! — крикнула Мэри и ткнула кончиком короткого посоха «Сприггана Б», отвлекая его от лидера. Избежав укола, черный человечек обернулся к жрице и атаковал ее. Так Мэри забрала у Харухиро одного из противников. Теперь-то значительно легче: у вора остался лишь «Спригган А». В целом, план Харухиро вырезать спригганов по одиночке с треском провалился, и теперь почти у каждого в его отряде был поединок один-на-один. Ситуация, конечно, сложилась не идеально, но оставалась терпимой. Правда, теперь нельзя рассчитывать на магию Шихору, поскольку девушка исчерпала все запасы сил, призывая на врагов молнии, но ее магия не понадобится, если кто-нибудь из отряда сумеет прикончить хотя бы одного сприггана. Тогда Харухиро и ребята получат некоторое преимущество. Отбивая нож «Сприггана А» «Скользящим ударом», Харухиро невольно подумал о Кузаку: «Говорить с ним бесполезно. Он новичок, совсем недавно вступил в нашу группу. Ему просто не хватает опыта». Если подумать, группа Харухиро изначально считалась слабой, а их командная работа была просто ужасной. Конечно, теперь ребята более или менее справляются, но это теперь. Раньше способности каждого из отряда были хуже некуда. Припомнив эти обстоятельства, Харухиро понял, что у него нет никакого права винить Кузаку: «Никто и не выговаривает ему. Но Кузаку все равно придется стараться изо всех сил, чтобы помочь команде». Сам паладин все еще возился с доставшимся ему дуэргаром, и даже казалось, что дуболом не уступает Кузаку в силе. «Да сделай же хоть что-нибудь! Разве ты не понимаешь, что у нас гонка со временем?!» — отчаялся Харухиро. — А! Еще идут? Отвлекшись на секунду, вор чуть было не пропустил атаку «Сприггана А»: парень едва сумел парировать клинком нож черного человечка. Впрочем, Харухиро можно понять: он услышал, как к разбитым наголову спригганам спешит подкрепление. Они вышли из другого туннеля, и на этот раз спригганов было так много, что Харухиро не успел сосчитать их. «От трех до пяти, да? Шихору больше не может призвать «Бурю». Плохо. Чертовски плохо!» —подумал Харухиро и закричал остальным: — Мы не справимся! Делать нечего, надо уносить ноги. — Ребята! — Э-э-э-э-э-эй! Удар ненависти! — Ранта зарубил «Сприггана В», а потом ринулся на толпу черных человечков, только что вышедших из туннеля. — Ха? Эй, что ты… Кх! — подавился своим криком Харухиро: он едва успел блокировать «Скользящим ударом» атаку своего противника. Поступок Ранты настолько его поразил, что лидер на секунду застыл столбом. — Ранта?! — Не тормози, Харухиро! Ранта сделал вид, что нападает на сбившихся в кучу спригганов, но в последний момент передумал и отступил от врагов с помощью «Отскока». Разъяренные монстры погнались за обнаглевшим рыцарем Тьмы. — Сбежим, и опять вляпаемся! Я выиграю чутка времени! Разберитесь с ними! — Это… Харухиро в очередной раз отбил атаку «Сприггана А» и невольно стиснул зубы от бессильной ярости. Наверное, оказавшись в безвыходной ситуации, люди неизбежно полагаются на внутренний стержень, на так называемую «силу духа» и смелость. И все же эти вещи не гарантируют, что ты выйдешь из схватки победителем. Нельзя потерпеть поражение и свято верить, что в следующий раз все обязательно получится. — Оом, рел, ект, нем, дарс! Шихору выстрелила сгустком тени из посоха: элементаль прилип к земле прямо у ног новоприбывших спригганов. Один из черных человечков вляпался в него, что не помешало остальным монстрам погнаться за Рантой. Темный рыцарь принялся водить их за собой по всем закоулкам подземелья, и пока виртуозно справлялся с этой задачей. Но как долго он сможет отвлекать противника? Рано или поздно Ранта выдохнется и станет для группы обузой, и тогда маленькому отряду Харухиро не сбежать. Выхода нет: нужно отступать сейчас же! Как только подвернется случай, мчаться со всех ног! — Уха-ха-ха! — вдруг по каменным туннелям прокатился смех. Чужой смех. Кто же пришел сюда? Оглядев поле боя, Харухиро заметил группу наемников в тяжелой броне: воины невозмутимо шагали вглубь Загадочной норы. Расстояние между ними и ребятами Харухиро не превышало пятнадцати метров… «Почему они просто смотрят?! Просто бродят неподалеку?!» — внутренне возмутился вор. Наверное, потому что они могут себе это позволить? — О-о... Какие усердные! — Ва-ха-ха! Действительно стараются! — Сложновато для их уровня.... — Ну, все ведь через это прошли? — Нет, они вроде бы с самого начала нас не трогали. — Ага-ага. И носа не казали. — И вправду! Наемники хвастались не напрасно: спригганы действительно будто не замечали группу тяжеловооруженных людей. Четверо мужчин и две женщины. Два воина, паладин, маг, жрец и вор. Одного мельком брошенного взгляда достаточно, чтобы понять разницу между группой Харухиро и этими наемниками. Эти добровольцы сильные. Очень сильные, раз Тройка Псевдолюдей игнорирует их существование и даже не пытается атаковать. Что ж, эти наемники могут разгуливать по туннелям Загадочной норы без опаски. — Лучше бы помогли! — проворчала Юмэ. Охотница права: ребят Харухиро уже загнали в угол, хотя они дрались с остервенением. Разве можно остаться в стороне, наблюдая эту картину? Если бы Харухиро оказался на месте этих наемников и увидел, что кто-то попал в беду, он хотя бы крикнул несчастным «Вы в порядке? Вам помочь?» или что-то в этом роде. Любой, в ком осталась хотя бы капля человечности, поступил бы так же. Это ведь совершенно естественно, так? Тогда почему тяжеловооруженные наемники предпочли осмеять маленький отряд вместо того, чтобы предложить им помощь? Да все ли в порядке у них с головой? Звери они, что ли? Смеялись и болтали точно на прогулке, пока ребята Харухиро… В общем, незнакомые наемники оставили о себе не самое лучшее впечатление. Впрочем, может, они только на вид обычные добровольцы, а на самом деле бесчувственные и жестокие… проходимцы, одним словом? Жизнь так тяжела… «Не доверяй никому, кроме своих товарищей. Глупо ждать от каждого встречного помощи. Не за чем надеяться на доброту незнакомцев. Придется самим справляться. Если хотим выжить, то мы обязаны проложить себе дорогу собственными силами», — мрачно размышлял вор. — Мы справимся! — крикнул ребятам лидер. Терять голову от ярости чревато, особенно в бою, и все же Харухиро чувствовал, будто кипит от гнева. Он с невиданной яростью отбил «Скользящим ударом» нож «Сприггана А» и перешел в контратаку. Будто что-то внутри вора щелкнуло, и вечно вялый парень превратился в берсерка. На самом деле Харухиро это сделал сознательно, выпустив, наконец, затаенные чувства: — Натиск! С кинжалом в одной руке и сапом в другой вор ринулся на сприггана и принялся осыпать его ударами, и четвертая атака из серии обескуражила противника. Черный человечек застыл с недоуменным видом. «Сейчас!» — скомандовал сам себе Харухиро и, проскользнув мимо монстра, ударил его сапом по затылку. Тот потерял равновесие, его тело зашаталось и накренилось. Тогда-то вор и прикончил монстра, вонзив в его шею клинок. — Мэри! — завопил вор во все горло, пока мчался навстречу жрице. Та поняла его без слов и тут же подсекла ноги «Сприггану Б», ударив по ним коротким посохом. Черный человечек повалился на землю. «Спина!» — успел было подумать Харухиро, и вот он висит на спине черного человечка. Тот не успел толком подняться, а уже был почти обездвижен. Размахивая ножом, спригган пытался скинуть вора со спины, но сумел лишь изрезать Харухиро руку. Парень не остался в долгу: он вонзил нож в черное горло сприггана. Лезвие вошло по самую рукоятку, в местечко под подбородком. Харухиро рывком вынул клинок из смертельной раны. Монстр успели лишь прохрипеть «Га!» и в ту же секунду умер. Это был знаменитый прием воровской гильдии — «Паук». — Хару! Твоя рана! — в ужасе закричала Мэри. — Лучше потом! Сейчас нужно… Харухиро был одержим. Он знал, что стоит выйти из боевой горячки и отвлечься на лечение, как он растеряет все силы и больше не сможет убивать спригганов. Эта ярость, это безумие несли вора вперед, укрепляли его руку, отчего он действовал эффективнее, чем когда-либо. Парню казалось, что теперь-то его таланты раскрылись, что он вышел на совершенно новый уровень. — Возмездие! Наконец-то Кузаку подгадал момент и вонзил свой полуторный меч в «Дуэргара Б», пронзив темя монстра. «Отлично. Отлично, отлично, отлично!» — как заведенный повторял про себя вор. Он бросил взгляд на Юмэ, и та, похоже, поняла, что он от нее хочет. — Уна-а-а-а! Комбо! Юмэ со всей доступной ей силой набросилась на «Сприггана Г» и пробила его оборону с помощью комбинации из «Крестового» и «Сметающего» ударов. Черный человечек попятился, стараясь уклониться от атаки острого лезвия кукри. Впрочем, охотница так и не смогла добраться до врага, зато умудрилась сбить его равновесие. Рискованный шаг, но охотница могла уже не волноваться об этом. Потому что Харухиро вновь увидел… сияющую линию. Едва различимый путь, но все же… «Давно не виделись!» — поприветствовал линию Харухиро словно старого друга. Харухиро не думал вести клинок по этому пути, скорее, его тело само пришло в движение, подчиняясь законам призрачной траектории. В конце пути кинжал вора мягко вошел в плоть врага, не встретив никакого существенного сопротивления. Харухиро прикончил «Сприггана Г» одним метким ударом в спину. «Все идет как по маслу. Мы справляемся. Мы сможем!» — решил про себя юный лидер группы. — Юмэ! И Кузаку! Идем! Ранте на… «О-оу!». — Вдруг голова Харухиро закружилась, а ноги стали ватными и непослушными. «Идем? Куда идем? Что… что мы сможем? Справимся? С чем справимся? Расправимся? С кем? Нет, это с нами расправятся», — отстраненно подумал вор. А тем временем из бокового туннеля справа к ним спешила новая группа монстров — дуэргары. Из левого тоннеля — буки. Конечно, спригганы, дуэргары и буки не ладят меж собой… Может, натравить их друг на дружку? Эта идея медленно дрейфовала в сознании Харухиро, но парень совершенно не представлял, как можно реализовать подобный план. «Сколько ни думай, лучший вариант — бежать. Если бежать, то придется оставить Ранту. Что же нам делать? Не могу ни на что решиться...» — вяло подумал Харухиро, но затем собрался и крикнул товарищам: — Мэри, Шихору! Бегите! Юмэ, ты тоже! Кузаку! Харухиро коротко взглянул на Кузаку: тот поднял забрало и ответил ему внимательным взглядом. Паладин некоторое время просто тяжело дышал, но потом сообразил, что хотел от него вор и просто кивнул, соглашаясь без слов. Как и Харухиро, он собирался пожертвовать собой, чтобы дать остальным шанс сбежать. «Все-таки это конец. Здесь все и закончится. Не то, чтобы я хотел показаться крутым, просто само так вышло» — отстраненно подумал Харухиро. Он не стал ждать ответа от Мэри, Шихору и Юмэ, а просто ринулся в толпу бук. Кузаку же ломанулся в сторону дуэргаров. Все случилось именно так, и никак иначе. От страха хотелось кричать во всю глотку. Врагов было так много, что Харухиро практически обезумел от ужаса. «Сколько же вас? И это только буки! Нет, не сосчитать! Да и хватит! Действительно, может, хватит уже? Какого черта?! Похоже, я здесь умру. Безусловно, умру. Если атакую в лоб, меня прикончат в одно мгновение! Нет, нельзя! Я должен выиграть хоть немного времени!.. Точно!» Пусть Харухиро было до невыносимого страшно, да так, что кожу разом пронзили миллионы мурашек, он все равно стоял на месте и ждал, когда толпа бук хлынет и сметет его. Казалось, он ждал вечно, только и делал, что ждал… Пока между ним и монстрами не осталась пара шагов. Еще чуть-чуть, и обезьяноподобные монстры бросятся на него... В самый последний момент Харухиро круто развернулся и побежал. Сначала вору думалось, что он сумеет повернуться ровно на сто восемьдесят градусов, но вышло всего сто… Впрочем, Харухиро быстро забыл об этом, удирая от преследователей со всех ног. Буки купились на живую приманку и с дикими воплями понеслись вслед за вором. Вряд ли Харухиро сумеет избавиться от «хвоста» и сбежать… «Выиграть бы одну-две секунды…» — успел подумать вор, как вдруг... — Нья! Юмэ! Это была Юмэ! Но почему она здесь? Охотница выпустила стрелу, и та, просвистев у самого лица Харухиро, вонзилась в тело ближайшего буки. Или вору просто показалось? Он не рискнул обернуться, чтобы узнать ответ на этот вопрос — Харухиро мерещилось, что стоит посмотреть назад, как монстры тут же настигнут его. — Юмэ, почему… — Юмэ подумала, что если мы сбежим… Не закончив фразу, девушка выпустила еще одну стрелу, а затем бросилась догонять Харухиро. Юмэ прокричала ему чуть ли не плача: — Юмэ не могла оставить вас, а сама сбежать! Просто не могла! Может и так. Но… это значит, что осталась не только Юмэ. Товарищи Харухиро здесь, все вместе. Мэри и Шихору бегут к Кузаку: паладина уже окружили плотным кольцом дуэргары, угощая его ударами массивных дубин со всех сторон. Паладин пока стоял на ногах и терпеливо сносил побои, отмахиваясь от монстров мечом и щитом. Ранта же бегал по подземелью кругами, водя за собой толпу спригганов, но как скоро он выбьется из сил? Их перебьют. Всю группу Харухиро просто уничтожат. Да, так оно и будет. Их просто сотрут с лица земли. «Мы все умрем здесь. Прости, Могузо. Не знаю, за что извиняюсь, но все же... Прости. Ничего не поделаешь, похоже, скоро мы последуем за тобой. Черт. Черт! Черт!» — Ни за что! — в отчаянье закричал Харухиро. И какой в этом толк? Разве что-то изменилось? — Я не хочу умирать! Они беспомощны. Харухиро и его ребята абсолютно беспомощны, хотя они сопротивляются смерти из последних сил. Сражаются без всякого смысла. Поэтому не имеет никакого значения его жажда жизни. Как бы Харухиро ни цеплялся за свою любовь к жизни, он все равно умрет. Погибнет здесь, в Загадочной норе. И если вора и его товарищей не найдут добровольцы Багровой Луны и не кремируют их тела вовремя, они станут зомби. Со временем их плоть сгниет, обнажив кости. Зомби-скелеты! Хуже не придумаешь! — А-а! Один из обезьяноподобных монстров хлестнул Юмэ по ногам когтями. Девушка захромала и стала заметно отставать, пока не осталась позади. «Сделать… что-нибудь сделать… Точно! Надо снова войти в раж! Нет! Бесполезно! Как бы мы ни сопротивлялись, все равно погибнем! И все же… нужно сделать все, что в наших силах!» — с этой мыслью Харухиро приободрился и ринулся на врагов: — Нати-и-и-иск! «Плевать, что я умру! Мне и так не выжить! Буки? Сколько их тут? Восемь? Девять? Не меньше десяти? Да какая мне разница?!» — Харухиро преградил путь озверевшим монстрам, которые уже явно присматривались к Юмэ. И толпа почти смела его. Он кромсал шкуры бук кинжалом, бил сапом, награждая всех подряд хаотичными яростными ударами: удар, выпад, удар, разрез, удар, выпад. На секунду Харухиро удалось ошеломить группу косматых псевдолюдей, но, очухавшись, те мгновенно перешли в контратаку. За несколько минут боя буки так изранили Харухиро, что на нем не осталось живого места. Но в пылу сражения вор даже не заметил этого: он продолжал осыпать мохнатых чудищ ударами. «Замедлюсь — и мне конец! Но что… я так и останусь здесь до самой смерти?!» Неподалеку кричала и плакала Юмэ, она все еще отбивалась от монстров, выпуская одну за другой стрелы. Вдруг Харухиро понял, что ослеп на правый глаз. Видимо, задели когтями, отчего поле зрение уменьшилось вполовину. Кроме того вор больше не мог размахивать сапом: левая рука совершенно не слушалась и не желала сгибаться. Воздух раздирал легкие, и каждый вдох причинял боль. Вскоре Харухиро понял, что больше не может нормально дышать. Неожиданно ноги Юмэ подкосились, и девушка рухнула на колени. Охотница неловко взмахнула луком, будто думала отбиваться им. А тем временем один из обезьяноподобных монстров зашел за спину Юмэ. «Не позволю!» — где-то глубоко внутри Харухиро сорвался на крик, и в ту же секунду вор прыгнул на буку. Его ослепила вспышка боли, захватившей все тело, и в тот же момент Харухиро оказался на земле. Юмэ нависла над ним, пытаясь прикрыть его собой. «Она хочет... защитить меня? Н-не нужно! Даже слова не сказать… Это конец?!» Значит, здесь они и погибнут? Юмэ закричала: один из монстров полоснул ее когтями, задев голову. «Хватит! Она же девушка! Так почему?..» — хотел было завопить Харухиро, но ему не хватило сил. Его дух был сломлен, а сам вор не мог даже пошевелиться. В глазах темнело, он был почти без сознания. И все же из последних сил Харухиро бросился вперед, обнял Юмэ и потянул ее на себя. «Хару….» — охотница позвала его по имени. Вор потянул ее вниз, на землю, и с трудом перевернулся, чтобы прикрыть собой Юмэ. «Я сделал все, что мог» — только и успел подумать Харухиро, как резкая боль оглушила его: — Ха-а… Что? Что только что произошло? Вдруг буки прекратили осыпать Харухиро ударами. Вернее, они больше не могли колотить его, потому что… Они просто истекли кровью. У каждого из монстров вдруг открылась смертельная рана, и вся группа обезьяноподобных чудищ повалилась замертво. Они погибли разом. Мгновенно. Расскажи кто-нибудь о таком Харухиро, и он бы не поверил этому человеку, но вор видел это собственными глазами. Тела поверженных бук погребли Харухиро и Юмэ, образовав огромную меховую кучу. Тяжесть мертвых тел была почти невыносимой, но вора и охотницу так шокировало происходящее, что оба на миг позабыли о боли. Что это? Как это случилось? Уму непостижимо! — Фугью? — издала неопределенный звук Юмэ у самого уха Харухиро. Ее лицо почти касалось его лица, настолько они были близки. — Вы в порядке? — раздался мужской голос. Но чей? Кто это? Неужели это… — Вы п-помогли... нам? — Нья? — Подождите, — коротко приказал незнакомец. Когда неизвестный спаситель немного разобрал гору из мертвых тел бук, Харухиро смог разглядеть его фигуру. «Быть того не может...» — пронеслось в голове вора. Он просто не осмелился поверить в реальность происходящего. Наконец незнакомец разгреб гору трупов и достал оттуда сначала Юмэ, а потом Харухиро. Пока мужчина работал, вор с удивлением осознавал, что ни спасение, ни помощь незнакомого воина ему не снятся. Это не иллюзия. Не видение. Трудно поверить, конечно, но сомнений быть не может. Ведь Харухиро видел перед собой парня в невероятно крутых черных латах, сделанных из прочного, но легкого металла. Сквозь броню пробилось магическое сияние оранжевого оттенка. Даже несимметричная латная юбка, которая прикрывала нижнюю часть тела, прибавляла воину достоинства. И без того геройский образ подчеркивала парочка катан: длинная крепилась к спине, покороче — у бедра. При этом лицо незнакомца полностью соответствовало его «крутому» образу: такого красавцем не назовешь, но что-то в его чертах казалось невероятно притягательным. Чего стоили одни только глаза! Миндалевидные, печальные. Взгляд таких глаз мог ужасать, и в то же время он был полон спокойствия и мудрости. Определенно: воин, пришедший на помощь Харухиро был не просто крутым парнем, он был чертовски опасным крутым парнем. Сильнейший среди наемников. Первый среди лидеров. Знаменитейший доброволец Багровый Луны. — Господин… Сома? — это имя непроизвольно сорвалось с губ Харухиро, хотя парень понимал, что в вопросе нет никакого смысла. — М? — Сома несколько раз удивленно моргнул. — Слышал обо мне? — Да, немало, но… остальные... Вор нервно оглянулся, чтобы осмотреть поле боя. И тут Харухиро понял, что для его группы все самое худшее позади. Дуэргары, облепившие Кузаку, были повержены длинноруким мужчиной в маске, облаченным в странную броню с ног до головы. Ему помогала сереброволосая невероятно прекрасная и величественная эльфийка с сапфировыми глазами и белоснежной кожей. На помощь Ранте пришел высокий темнокожий мужчина с дредами. Нижние веки воина казались приспущенными. Это был паладин Кемури. Да, тот самый господин Кемури, который поздравил группу Харухиро в таверне «Шерри», когда они, зеленые новички, каким-то чудом прикончили Пятна Смерти. Тогда темнокожий паладин угостил их выпивкой за свой счет и даже поднял тост за их удачу. Еще в тот вечер он показался Харухиро немногословным, а при его могучем телосложении вообще угрожающим. Взгляд его глаз из-под тяжелых век откровенно пугал, и все же вор думал, что Кемури, без сомнений, добрый малый. Также Харухиро краем уха слышал, что эльфийку зовут Лилия. А еще до молодого вора доходили слухи, что длиннорукий мужчина — отнюдь не человек. Это мысль укрепилась в Харухиро, когда он заметил возле воина некроманта Пинго. Тот ростом и видом напоминал ребенка, но его глаза казались жуткими. Честно говоря, Харухиро не до конца понимал, что значит быть «некромантом», но про себя решил, что этот мальчик создает человекоподобных существ. Но как «создает»? Большой вопрос. Вор пока не представлял, каким образом действует это колдовство. Как бы то ни было, и Харухиро, и его товарищи пережили этот бой и оказались в относительной безопасности. И, судя по всему, большинство из маленького отряда отделалось легким испугом: Ранта, Кузаку, Мэри и Шихору практически не пострадали, а вот Харухиро и Юмэ… «Слава богу!» — с облегчением выдохнул лидер. — Шима, помоги им. На просьбу Сомы откликнулась невероятно обворожительная… нет, скорее до безумия соблазнительная девушка. — Ну и ну! Что за кошмарные раны! Повезло же вам выжить! — ужаснулась она. — А, да, простите…— машинально принялся виниться Харухиро. — За что ты извиняешься? Дурачок! — захихикала Шима. От ее смеха у Харухиро голова пошла кругом: он вдруг почувствовал практически непреодолимое влечение к этой Шиме. Пока парень сопротивлялся ее женским чарам, целительница махом вылечила его. Вор успел только заметить, что ее магия отличается от той, что используют служители культа Люменеса. Но что это было — Харухиро не знал. Затем Шима принялась за Юмэ, а Мэри слегка подлатала Ранту и Кузаку. Сама жрица и оберегаемая ею Шихору почти не пострадали. Потом Шима позаботилась о Мэри, пока та лечила волшебницу. — Спасибо вам! — Ранта встал перед Сомой на колени. — Правда-правда! Вы нам очень помогли! Вы спасли нас! Нас бы точно убили! Уничтожили! Полностью! Спасибо вам! Эй, Харухиро, Юмэ, Шихору, Мэри! И ты, Кузаку! Ну-ка поклонились! Быстро! Вы идиоты, что ли? У вас мозгов нет? Придурки! Нас почти убили! А? — Ерунда, — отмахнулся от темного рыцаря Сома. Едва он закончил, как Ранта вскочил на ноги со скоростью света и сделал вид, что это не он шоркал коленями землю. — Вот как? Падать ниц ведь совсем не обязательно! Слышал, Харухиро! Разве я не говорил? Прямо сейчас? Не нужно падать ниц, идиот! — И сам только что валялся в ногах. — Не в этом дело! Да и ты меня заставил! Отвратительный человек! Какой же ты мерзкий, серьезно! Особенно бесчеловечны эти вечно сонные глаза! Да ты постоянно угнетаешь меня! — Ты и вправду просто отброс. Кончай виться ужом! — Странный ребенок, — усмехнулась Шима. — Ух! — Ранта схватился за грудь и чуть не свалился замертво. — Ох! Похоже… я только что по самые уши и безвозвратно… влюбился. — Какой стыд… — Шихору вся съежилась от омерзения. — Вот бы исчезнуть... — добавила Юмэ, огорченно вскинув брови. — Эм-м, — Мэри со стыдом опустила голову. — Спасибо огромное. Как целитель я крупно облажалась, поэтому … Кузаку, обняв колено, сидел на земле, виновато склонив голову. — Не-а, — толстые губы Кемури изогнулись в слабой улыбке. — Вряд ли ты могла что-то исправить. Проблема не в целителе. — Уху-ху-ху, — некромант Пинго жутко рассмеялся. — Раз на них напали, тут и говорить не о чем... Уху-ху-ху... Человекоподобное существо рядом с ним прорычало низким голосом «О-ор!», словно соглашалось с хозяином. — Я того же мнения, — от Лилии прямо веяло холодом, пока красавица говорила. — Для вас, кого Тройка даже не считает угрозой, прийти сюда равносильно самоубийству. Во взгляде этих прекрасных глаз сквозило столько презрения, а тон, с каким эльфийка говорила эти жестокий слова, был настолько резким, что любому из группы Харухиро было просто страшно ей что-нибудь ответить. Ничего, кроме «Нам правда очень жаль». Но лучше вообще ничего не говорить в свое оправдание, а просто исчезнуть. — Верно, — кивнул Сома. — Цените свою жизнь. — Да. Простите. Больше такого не... — поспешно согласился Харухиро. — Так тоже нельзя. — Что? — Если слишком цепляешься за свою жизнь, проведешь ее без всякой цели. Жизнь нужно использовать. — Использовать… жизнь. — Как именно ее использовать — решать вам самим. Это и значит жить. — Началось... — Шима вновь очаровательно захихикала. — Лучше не принимать слова Сомы за чистую монету. Завтра он забудет о них, и если вновь спросить у него об этом, скажет что-то совершенно другое. — Разве? — с серьезным видом спросил Шиму ее лидер. — Ага, — та спокойно кивнула. — Все парни вроде тебя такие. Сома опустил взгляд и тихонько вздохнул: — Вот как… Он что… слегка приуныл? Харухиро обменялся непонимающими взглядами со своими ребятами. Просто каждый из них думал, что Сома… другой человек… верно? Вор перевел взгляд на мертвые тела бук: большинство из них были разрублены. Катаной. Одним ударом. Сома в одиночку расправился с десятью буками, убив их в один миг. Такое никому не под силу, разве что сильнейшему наемнику, легендарному воину… Этот Сома силен, но кроме того наверняка умен и очень крут. На его фоне любой почувствует себя человеком второго сорта, будто перед ним какой-нибудь аристократ. К такому так просто не подойти… Примерно об этом размышлял Харухиро и его товарищи. Однако… — Вы настолько зеленые, что даже Тройка не считает вас за угрозу, — тут Лилия указала вглубь Загадочной норы. — Стоило лишь пробежать чуть дальше, и вы бы спаслись. Через четыреста метров вы бы вошли в муравейник муриан, и Тройка отстала бы от вас. Только глупец бросится исследовать Загадочную нору, не зная таких элементарных вещей. Для вашего же блага советую: возвращайтесь туда, откуда пришли, и молча размышляйте о собственной никчемности. Каждое слово эльфийки резало по живому без ножа. Но наемница не просто критиковала новобранцев, а дала им подробную инструкцию, как следовало действовать. Лилия оказалась немного жуткой личностью, и все же доброй. — Эй, — Кемури вскользь оглядел ребят Харухиро. — Это вы? Вы прикончили Пятна Смерти? — Да-да! Точно! — Ранта был так рад, что чуть ли не приплясывал на месте. — Вы помните нас! Какая честь! Правда-правда! Я тот, кто прикончил Пятна Смерти! — Ты имел в виду «мы», верно? После того, как Кемури поправил самодовольного рыцаря, тот с готовностью рухнул на колени и принялся усердно кланяться: — Ха-ха! Именно так! Не я, а «мы»! Прошу прщения! — Одного не хватает. Как его, Монро? Где он? — Могузо, — твердо произнес Харухиро и опустил глаза. — Он погиб. Точнее, мы позволили ему погибнуть. У крепости Мертвых Голов… — Полк Зеленой змеи? — Кемури приложил ладонь ко лбу. — Ну, таковы уж танки. Лучше сам помрешь, чем товарищей подведешь. — Правда? — вдруг спросила Шима. Кемури лишь слегка пожал плечами. — А почему нет? — Хэ-э. Как круто! — протянула целительница. — И так глупо… — пробормотал Пинго. — Танки совсем глупые… ху-ху-ху… — Танки глупые? Я ведь тоже танк. Значит, и я глупый, — нахмурился Сома. — С этим не поспоришь, — подтвердила эльфийка. Как она холодна! Не девушка, а просто ледышка! — Это обычное дело, но… — в этот раз в улыбке Шимы сквозили тоска и одиночество. — Такие жертвы не забываются. Мысли о них не отпускают, а возвращаются, раз за разом. Даже если похоронить эти воспоминания глубоко в душе, они будут всплывать в сознании. Снова и снова. И будут все также вызывать боль и слезы. Что значат эти мелодичные слова Шимы? Харухиро в точности не знал, но понимал, что теперь не забудет их. Никогда. Как не сможет забыть Манато и Могузо. Как Мэри не забудет своих почивших товарищей, а Кузаку — своих. Их служба наемниками Алтаны связана с горькими воспоминаниями, но почему они все еще здесь? Почему не бросили это ремесло? Чтобы выжить? Скорее всего. Упрямство? Не без этого. Их опьянил азарт, связанный с риском для жизни? Может быть, но это далеко не главное. Харухиро и остальные просто не хотели забывать о жизни своих товарищей. И Манато, и Могузо пожертвовали своими жизнями, истратили каждый свою, и поэтому погибли. Харухиро и его ребята не хотели мириться с мыслью, что жизнь погибших друзей была пуста, не хотели забывать об их жертве. И не хотели отказываться от памяти о тех днях, когда Манато и Могузо были живы. Харухиро и его группа просто хотят узнать, что ждет их впереди, чем закончится путь, который они избрали вместе с Манато и Могузо, когда те были еще с ними. — Необязательно хоронить воспоминания, верно? Когда Харухиро спросил об этом Шиму, та слегка наклонила голову, будто задумалась над ответом. Харухиро не совсем понимал, как ему выразить все, что он чувствовал в тот момент, и все же он просто не мог промолчать. — Какими бы печальными ни были воспоминания, не лучше ли крепко держаться за них? — Верно. Неожиданно Сома присел напротив Харухиро и посмотрел тому в глаза. Вор с трудом сохранял спокойствие, стараясь не отводить взгляд, пока лидер «Воинов Зари» изучал его. — Вы пойдете с нами ? — Что? Пойдете? Куда? Что значит «с нами»? Домой? К Соме? Нет. Наверняка подразумевалось что-то другое. — Эм-м… «с нами» это… — Воины Зари. — А-а-а. Понятно! Вот оно что! Ха-ха-ха… э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э? Харухиро почему-то казалось, что его ребята начнут вопить и прыгать от радости… Но никто из них не издал ни звука. И это больше всего поразило юного лидера... — Что… почему… но… так внезапно… почему вы это сказали… э? Э-это шутка? — Шутка? — Сома, совсем не меняясь в лице, немного отшатнулся. — Неожиданно. «Что неожиданно, так это твое предложение!» — воскликнул внутренний цуккоми Харухиро, но парень промолчал: из-за ступора он не мог толком говорить. Устав наблюдать за ними, Лилия покачала головой и раздраженно вздохнула. — Сома, да о чем ты говоришь? — Я непонятно выразился? Я хотел пригласить их к «Воинам Зари». — Это я поняла. Ты надо мной издеваешься? — Почему это я издеваюсь? Я уважаю тебя, Лилия. — П-просто… — белоснежное лицо Лилию слегка покраснело. — Мне показалось… То есть я хотела сказать другое… — Нельзя? Сома посмотрел по очереди на Лилию, Шиму, Кемури, Пинго и на человекоподобное существо. Затем свесил голову и опустил взгляд. — Значит, нельзя... Он… расстроился? Совсем расстроился. Похоже на то. — Р-разве я сказала «нельзя»? — Лилия чуть прикусила губу. — Это не так, просто… — У нас нет лишних камней-приемников, — удивленная Шима поспешила на помощь эльфийке. — Ты ведь это прекрасно понимаешь, да? Сома лишь нахмурился, слегка наклонив голову набок. — И что? — Как «что»? — Когда они закончатся, нужно найти еще. Всего-то. Не стоит суетиться. — Но… ладно, как скажешь. — Идиот, — вставил Пинго, оперевшись на спину человекоподобного существа. — Идиот. Безнадежный идиот. Но я знаю об этом не первый день. Уху-ху-ху… Кемури лишь коротко усмехнулся и похлопал Сому по плечу. — Точно! Будет так, как ты прикажешь. Можно. Делай то, что считаешь нужным, Сома. Сома положил ладонь поверх руки паладина. — Спасибо, Кемури. — Нет, — Кемури, почему-то, смутился. — Не за что благодарить… — Итак, — Сома снова перевел взгляд на Харухиро. В глазах этого знаменитого воина не было и тени печали. — Наша цель — проникнуть в старое королевство Ишмаил, в самое сердце владений нежити. Сейчас мы заняты поиском пути, и не думаю, что управимся быстро. Времени займет порядочно. Времени и сил. Поэтому нам нужна любая помощь, которую мы может только найти. Не важно, что вы неопытны. Мы принимаем всех. Мы объединим силы — вашу и нашу. Если не страшитесь смерти, если готовы противостоять ей и всеми силами бороться до последнего, то я вас приветствую. «Это перепутье» — вдруг понял Харухиро. Перепутье на дороге жизни. Харухиро не хотелось торопиться: нужно было хорошенько обдумать свой выбор, обсудить с товарищами, достигнуть компромисса, а только потом дать свой ответ Соме… Но у него нет на это времени. Харухиро и его группа встретились с Сомой случайно, эти легендарные наемники совершили чудо, спасли их всех… А потом пригласили в «Воины Зари». Нет, другого такого шанса не будет. От этого выбора зависит многое: если Харухиро и его ребята не воспользуются этой возможностью, их просто перебьют в полном составе. Это вопрос жизни и смерти, и потому все зависит… От решения Харухиро. «Хорошо ли решать в одиночку? Будут ли меня обвинять, если все пойдет не по плану? Кто знает? Не пожалею ли я потом? Нет, нельзя колебаться!» — решился юный лидер и поднялся на ноги. — Позвольте нам присоединиться. К «Воинам Зари». Пожалуйста, прошу вас. Услышав это, Мэри, Юмэ и Шихору охнули от удивления. Ранта издал нечленораздельные звуки и встал в победную позу. Кузаку промычал что-то вроде: «Э-э-э...» «Я сделал это. Решил за всех, единолично» — Что ж, добро пожаловать, — уголки губ Сомы чуть приподнялись в подобии улыбки. Он повернулся к Пинго, протянул руку и приказал: — Камень-приемник! Пинго пошарил в складках одеяния и достал откуда-то черный плоский камень. Он отдал его Соме, а тот вложил камень в руку Харухиро. — Этот реликт называется «камнем-приемником». Ты знаешь, что такое «реликт»? — Нет… Не знаю. — В общем, — начала объяснять Шима. — Реликты — это обобщенное название предметов, которые невозможно создать с помощью наших современных технологий. Это изобретения давно ушедших времен. В основном «реликтами» считаются оружие, полезные предметы и тому подобное. Попробуй приложить к уху. — А, хорошо. Когда Харухиро поднес камень к уху, Сома взял другой камень, похожий по форме, но белого цвета, и поднес его ко рту. — Это Сома. «Это Сома» — повторил камень. — Уэ? Он немного задрожал… Я дважды услышал это… Э-э-э? Что это? — В руках Сомы камень-передатчик, — Шима поднесла к уху другой черный камень. — Как бы далеко вы ни находились, этот реликт передаст голос камню-приемнику. Ну, там есть что-то вроде каналов. Когда камень-приемник принимает голос от камня-передатчика, он начинает дрожать с характерным звуком. Еще можно сделать так, чтобы приемник светился. Шима указала на нижнюю часть своего камня-приемника. Когда Сома нажал большим пальцем на ребро камня-передатчика, указанное Шимой место засветилось зеленым. — У нас новые друзья. «У нас новые друзья» — покорно повторил черный камень. — Представьтесь. «Представьтесь» Сказав это, Сома протянул Харухиро передатчик. Значит ли это, что Харухиро нужно что-то сказать в камень? — Кхм-м-м, эм, — прокашлял вор. — Позвольте представиться: меня зовут Харухиро. Рад познакомиться. Этого… хватит? — Ага, — Сома поднес передатчик ко рту. — Харухиро и его друзья присоединились к нам. Всего шестеро. Конец сообщения. До связи. — Берегите его, уху-ху-ху… — Пинго посмотрел на Харухиро своими темными глазами, и от этого взгляда парня прошила дрожь. — Мы можем дать только один камень-передатчик. Так что… если окажешься на грани жизни и смерти, просто сломай его. Перед смертью… обязательно избавьтесь от него. Не знаю, когда Соме снова взбредет в голову позвать вас или сообщить какую-нибудь ерунду… вроде того, что было сейчас… Всегда носи камень с собой… не пропускай вызовы, мусор. — Д-да. — Для начала выживите, — устало подытожил Кемури. — Точно, — согласилась с ним Шима и скрестила руки на груди, тем самым подчеркнув и без того выпирающий роскошный бюст. — Это в первую очередь. — Мы не возлагаем на вас никаких надежд, — сказала Лилия все тем же ледяным тоном. — Постарайтесь по возможности сделать все, чтобы выжить. Иначе мы бестолку потратили на вас бесценный реликт. И да, ваша ценность намного меньше, чем у этого камня. — Если выйдете из зоны, где охотится Тройки Псевдолюдей, и пройдете через муравейник муриан, окажетесь неподалеку от Устрела, — Сома указал подбородком вглубь тоннеля. — Если расправитесь с этим монстром, продвинетесь дальше. — Устрел? — До встречи. Едва Сома договорил, его как ветром сдуло. Кемури, Шима, Лилия и Пинго последовали за ним, даже не попрощавшись — просто махнули рукой. Вскоре отряд Сомы скрылся из виду. «Нам просто привиделось это, так? Или нет? Нет. Нам не показалось. Здесь действительно был Сома». Ладонь Харухиро крепко сжимала камень-передатчик — плоский и черный, но это только на первый взгляд. На самом деле на реликте было множество выемок и щелей, а материал реликта был ближе к металлу, чем к камню. Загадочный предмет, что ни говори. Харухиро оглядел каждого из своего маленького отряда: все стояли с обескураженными лицами. Даже Ранта. — Ха-ха…— из груди Харухиро вырвался смешок. Фальшивый. Даже слишком. Вор почесал в затылке, стараясь скрыть неловкость: — Похоже, мы присоединились к «Воинам Зари».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 17: Беги

Встреча с Сомой и его товарищами стала для группы Харухиро судьбоносной. «Что ни говори, а такой шанс упускать нельзя», — подумал вор и бесстрашно ухватился за подвернувшуюся возможность двумя руками. Ведь это был подарок от Госпожи Фортуны. А раз так, то хватит плестись в хвосте, нужно бежать вперед со всех ног. — Га-а! Ку-у! А-а! — вопил Кузаку, отчаянно отмахиваясь щитом от атак муриана. Что такое «муриан»? Существо, сильно напоминающее муравья, только вот туловище у таких «букашек» гораздо длиннее человеческого тела. Муриане отличались от муравьев фиолетовым, почти «виноградным», окрасом и головой куда меньшего размера. У этого вида монстров были три пары задних и одна пара передних лапок. В общем, муриан можно назвать муравьиным потомством, оставленным в гнездах бесчисленных туннелей Загадочной норы. — То! Зу-а! Ора-а! — грозно гаркнул на противника Ранта: он сцепился с так называемым «Солдатом» — мурианом, который нападал на всякого, кто представлял опасность для муравейника и его кладки. Передние лапы «Солдата» напоминали острейшие парные клинки. Кузаку же сражался с мурианом-самураем — так его прозвали ребята, поскольку это гигантское насекомое отличалось невероятной свирепостью и нападало на любых вражеских существ без разбору. А кроме того муриан-самурай превосходно владел двумя мечами-шпорами, расположенными на концах лапок. Расклад вышел такой: Харухиро и Юмэ взяли себе по одному муриану-солдату, пока Мэри защищала Шихору в тылу. — Джес, иин, сарк, фрам, дарт! Волшебница наколдовала «Молнию», и та с треском обрушилась на «Солдата В», с которым сражалась Юмэ. По неизвестной причине именно магия молнии была невероятно эффективной против муриан: «Солдат В» отлетел в сторону, его хитиновое тело задрожало, а затем гигантское насекомое просто рухнуло на землю. Юмэ убрала кукри, приготовила лук и вложила в него стрелу. Девушка выстрелила в «Солдата Г», который только-только выполз из муравейника, тем самым отвлекая монстра.

Но вот Харухиро пришлось несладко: муриане совершенно не похожи на людей в плане анатомии, и поэтому вору было трудно найти уязвимую точку для удара. Тогда лидер группы сосредоточился на защите с помощью «Скользящего удара», попутно пытаясь оценить обстановку на поле боя. — Кузаку! Ранта! Они идут! — Хоть ты это сказал, но… — все это время Кузаку оборонялся от атак муриана-самурая, используя против его черных шпор-мечей «Блок». Строго говоря, шпоры-мечи были отнюдь не металлическими, скорее, сделаны из материала, внешне напоминающего камень. Несмотря на это клинки муриана-самурая были удивительно остры и обладали разрушительной силой. Но кроме того хитиновый монстр отлично управлялся с ними, ведь был мастером меча буквально с рождения, от природы. Именно поэтому «Самурай» был невероятно проблемным противником. — Получи-и! Ложный выпад! — Ранта с помощью «Заманивающего прыжка» атаковал «Солдата А», и когда тот поплелся за темным рыцарем, нанес ему сокрушительный удар. Полуторный меч глубоко вошел в голову гигантского насекомого, но муриан не умер. Впрочем, Ранте удалось повредить ему глаза и пробить панцирь на голове, так что далеко монстру не уйти. Темный рыцарь набросился на гигантское насекомое и принялся безостановочно осыпать его ударами, пока «Солдат А» не перестал шевелить лапками. — Юмэ! К Кузаку! — отбиваясь от атак противника «Скользящим ударом», Харухиро отдал товарищам приказ. Охотница тут же ответила ему «Поняла!» и поспешила на помощь паладину. Ранта же переключился на «Солдата Г», который явился на помощь поверженным мурианам. Тогда Шихору вновь призвала молнию и направила снаряд на «Солдата Г»: ударив цель, молния по цепи перешла на «Солдата Д», поразив сразу двух противников. Впрочем, муравьев-монстров было так много, что, убей ребята парочку, ничего бы не изменилось. Врагов все прибывало и прибывало. К Харухиро подбежала Мэри и крикнула: — Хару! Меняемся! — Рассчитываю на тебя! — Харухиро оставил на откуп Мэри «Солдата Б», а сам ринулся навстречу новым противникам. Юмэ, достав кукри, напала на «Самурая», с которым все еще безуспешно дрался Кузаку, но даже так не удалось переломить исход боя: самурай-муриан уверенно оборонялся, парируя атаки охотницы и паладина. «Серьезный противник… Как и ожидалось. Честно говоря, хотелось бы, чтобы Кузаку прекратил быть поддержкой и начал атаковать без нашей помощи. Вот бы он не просто пытался сражаться, а действительно бился в полную силу. Нет, для танка такой стиль боя не пойдет. Это вообще нормально?» — сокрушался вор. «Хватит жаловаться! Сейчас не до того!» — одернул себя Харухиро и вновь отбил «Скользящим ударом» атаку «Солдата Е». «Нет! Ты не пройдешь!» — мысленно обратился к настырному муриану Харухиро. — Подскок! — Ранта рванул наискосок, тем самым не просто обойдя «Солдата Г» сбоку, но и срубив ему голову на ходу. — Ува-ха-ха-ха! Я великолепен! — Ранта! Дальше! — Знаю! Из муравейника выполз «Солдата Ж», и Ранта настиг его с помощью «Подскока». Но меч темного рыцаря лишь несколько раз ударился о твердый хитиновый панцирь монстра, не причинив муриану никакого вреда. «Забылся, и вот результат. Ладно, пока все идет хорошо… Проблема в том, что идет подкрепление… Вернее, может быть подкрепление. Но когда его не бывало? Да, а вот и оно! «Солдат З», — обдумывал положение собственной группы лидер. — Джес, иин, сарк, фрам, дарт! Потеряв терпение, Шихору атаковала «Молнией» «Самурая». В отличие от солдат-стражей муравейника, этот тип монстров с одной молнии не протягивает ноги. Зато электричество отлично оглушает таких, как они. Получив разряд, «Самурай» отшатнулся от Кузаку на несколько шагов. Тогда-то охотница и паладин набросились на хитинового монстра. — Идиот! — не выдержал Ранта и заорал на Кузаку. Харухиро понимал его чувства, ведь именно из-за новичка самурай-муриан все еще был жив. Юмэ, воспользовавшись шоком агрессивного насекомого, атаковала его, сосредоточившись на ударах по голове. Кузаку же сильно отставал, и на фоне юркой охотницы выглядел неуклюжим чурбаном. Он неумело размахивал длинным мечом и атаковал настолько предсказуемо, что самурай-муриан с легкостью блокировал почти каждый удар паладина. «Что делать с «Солдатом З»? Отправить против него Кузаку? Или Юмэ? Нет, не стоит оставлять «Самурая» Юмэ, она может не справиться. Тогда оставить его Кузаку, а Юмэ поручить битву с «Солдатом З»? А-а-а-а-а!!! На что же решиться?! Нужно сделать выбор! Любой! Я должен быть уверен в себе. Нет, не просто уверен. Я должен быстрее думать, быстрее решать и мгновенно действовать…» — подгонял себя Харухиро, наблюдая за сражением товарищей краем глаза. Уже который день они охотились в Загадочной норе, но не в ареале обитания Тройки Псевдолюдей, нет. Группа Харухиро направилась прямиком в так называемый «муравейник муриан». Спустя пару-тройку дней ребята потеряли счет убитым монстрам. Конечно, эти гигантские фиолетовые муравьи не нападали на всех без разбору, в отличие от монстров Тройки, но среди муравьиного царства были достаточно агрессивные особи, например «самураи», которые кидались на все, что движется. Если такая особь завязывает бой, к ней на помощь тут же спешат «солдаты» — стражи муравьиных кладок. Поодиночке муриане-солдаты не представляют собой серьезную угрозу, но могут призвать на помощь себе подобных. Что касается ценностей, то наемники могут поживится оружием самураев-муриан, которое можно отнести в город и сбыть за хорошие деньги. Ребята Харухиро доподлинно не знали, зачем торговцам шпоры муравьев, но, похоже, материал, из которых они сделаны, идет на изготовление сплавов высокого качества. Кроме того торговцев интересуют зеленовато-золотистые вкрапления на панцирях некоторых муравьиных солдат. Кроме муриан-самураев и муриан-солдат еще существует королева, откладывающая яйца, и ответственный за размножение самец. Оба никогда не покидают пределы муравейника. Еще возле муравьиного жилища то тут, то там снуют муриане-рабочие, вечно занятые постройкой гнезда. Сами по себе они безвредны, а их останки не имеют никакой ценности на рынке. Иными словами нет никакого резона их убивать. Не сказать, что в муравейнике муриан группа Харухиро зарабатывала большие деньги, но ребята пока не терпели убытки. И если рассматривать это место как площадку, где можно набраться опыта и растить собственные силы, то плюсы охоты на муриан становятся совсем очевидными. Во-первых, здесь нет недостатка в добыче. Во-вторых, с мурианами проще справиться, чем с монстрами Тройки Псевдолюдей: муравьев не так много, в отличие от орды бук, спригганов и дуэргаров, а самый грозный страж муравейника — это «Самурай», хотя он и встречается достаточно редко. Еще один плюс этого места: монстры Тройки и носа не кажут на территории гигантских муравьев, впрочем, муриане во владения Тройки тоже не лезут. Другими словами, если в бою станет слишком опасно, Харухиро и его ребята могут просто отступить до границы между муравейником муриан и ареалом обитания Тройки. Таким образом, маленький отряд наемников Багровой Луны нашел для себя зону безопасности. — ...Эй! Есть разговор! Все поняли?! А?! В конце тяжелого дня Харухиро и остальные ужинали в торговом переулке городка наемников. Порядочно набравшись, Ранта начал бушевать прямо у тележки торговца, где ребята купили еду и спиртное. — Како-ого черта ты сидишь с таким лицом, будто к тебе это не относится? Эй, идиот! Да, ты! Именно ты! — темный рыцарь ткнул пальцем в сторону Кузаку. — А? — паладин совершенно не слушал шумного и слегка подвыпившего парня, а вместо этого глазел по сторонам, изредка прихлебывая то пойло, которое разливали местным наемникам. — Это ты мне? — А как ты думаешь, а?! Да, тебе! К кому же еще, кретин? — Ладно. — Именно так! Это все ты! Проблема в тебе! — Не кричи так громко, — спокойно попросила Мэри. — Ага, — разминая плечи, согласилась Юмэ. — Ранта такой шумный, что на нервы действует! Это раздражает всех вокруг! — И не только вокруг ... — вздохнула Шихору. — Меня тоже раздражает. — Шихору-у-у-у-у-у! Ру-ру-ру-ру-у-у-у-у-у! Вот как помацаю твои!.. — Джесс, иин, сарк… — Эй-эй, постой! Ты чего р-рисуешь знак элементаля?! Это что, заклинание?! — Конечно! Для самозащиты! Джес, иин, сарк, фрам… — Эй, стой, я понял! Все я понял, хорошо?! Видишь, я больше не кричу! В смысле, не то, чтобы мне не хотелось ссориться… ты понимаешь, да? — Таким бы тоном, да с самого начала! — вставил замечание Харухиро и задумчиво поскреб затылок. — Хэ-э, — Ранта почесал большим пальцем под носом. — В общем... Нужно что-то делать! Кузаку! Это я о тебе. — Что это значит? — Кузаку обернулся и посмотрел на Ранту. — Во-первых, мне не нравится твое отношение. Какого черта ты выглядишь обиженным?! — начал перечислять грехи паладина тот. — Ничего я не обижен. — Это вот так ты не «обижен»? Думаешь, стал бы я к тебе цепляться, умей ты хоть что-нибудь, а? — То, что я неумелый, я знаю… — Знаешь? И что с того? Нет навыков, значит можно сидеть и обижаться? — Просто… — Кузаку стыдливо опустил голову, взявшись пальцами за подбородок. — Просто это огорчает. — То есть у тебя ни черта не получается, и ты решил разобидеться? Ты идиот? Да точно идиот! — «Идиот-идиот»! Просто заткнись уже! — отмахнулся от настырного темного рыцаря Кузаку. — О-о? Огрызаешься? Да и так по-взрослому? Ты в своем уме? Ты идиот и кретин? Ведь так и есть, разве нет? Понятно. Все с тобой понятно. — Ах ты… — Ох! Чего уставился? Чего он так нахально уставился на меня?! Эй, если у тебя есть глаза, то разуй их и взгляни на себя! Ты ведь танк! Танк, который забил на свои обязанности! Нет, ты не просто дермовый танк… Ты… мусор! — Говорю же! Я понимаю, что не справляюсь! — Если понимаешь, то почему дуешься? Что? Это? «Гу-гу-гу, я все еще ребенок, который только научился ходить, ничего не могу, ничего не умею, но буду стараться, очень стараться, поэтому не обижайте меня!», так ведь? — Я не говорил такого... — А говорить и не нужно! По тебе все и так видно! — Ах ты чертов… Кузаку не выдержал издевательств и бросился на Ранту. Точнее, он попытался его поймать, но Ранта вывернулся и ударил нижней частью ладони в подбородок Кузаку. Высокая как каланча фигура паладина накренилась, и парень рухнул на землю. Он успел выставить ладони и смягчить падение, но в итоге оказался перед темным рыцарем на четвереньках. — Чертов… ублюдок… — выдавил из себя паладин. — Не чертыхайся, мелюзга! — выплюнул Ранта. — Эй, Ранта… — Заткнись, Харухиро! Раз ты такой неженка, что не можешь сказать этому кретину правду, это сделаю я! — Ранта чуть наклонился и ткнул указательным пальцев в лоб Кузаку. — Слушай, дерьмовый танк! Будешь ты стараться или нет, мне плевать! Мне важен только результат! Усилия без результата никому не нужны! Дерьмо! Знаешь, сколько дней мы уже сражаемся с мурианами, а? Шесть дней, шесть! ШЕСТЬ ДНЕЙ! А танк все еще трясет коленками при виде врага! Что ты есть, что тебя нет — одно и то же! Лучше бы тебя вообще не было! Ты ведь танк! Бери на себя хотя бы двух врагов! Попытайся пересилить страх! Если не можешь, то лучше сдохни! Понял, дерьмовый танк? — как на духу выпалил темный рыцарь. После такой тирады Кузаку не оставалось ничего, кроме как опустить голову. Он уставился на землю под своими руками и даже не пытался скинуть палец Ранты и встать на ноги. Если подумать, то Харухиро должен был остановить вспыльчивого рыцаря Тьмы, не дать ему закончить обвинения. Вообще-то, Ранту мог прервать не только Харухиро, но и остальные, ведь Юмэ с Шихору постоянно вступали в словесные перепалки с этим ужасным рыжим парнем, иногда его отчитывала Мэри… Но никто не встал на защиту Кузаку. Никто не вымолвил ни слова. Никто ничего не возразил на «Лучше бы тебя не было», «Сдохни!» и «Дерьмовый танк!», хотя Харухиро и, вероятно, остальные, так не думали. Никто, кроме Ранты. Однако и сам лидер был недоволен Кузаку. «Способности — это одно, но хоть природа и наградила Кузаку невероятно высоким ростом и крепким телосложением, танк из него никакой. Нельзя сказать, что он небрежно относится к своим обязанностям и сражается нехотя. Думаю, Кузаку старается изо всех сил. По-своему. Но лишь старается, а не действует. Конечно, я говорил ему сосредоточиться на «Блоке», но, может, ему стоит хоть иногда менять тактику? Пока же он просто защищается от атак врагов и считает это за миссию. Может, иногда ему не хватает свободы в действиях, но Кузаку сам не слишком-то инициативный. Ни в отношении врагов, ни в отношении друзей. Такое ощущение, что он просто есть, просто существует. И даже самое незначительное происшествие кажется ему серьезным препятствием. Честно говоря, я вообще не чувствую, что мы сражаемся вместе, плечо к плечу», — размышлял о новеньком Харухиро. Впрочем, не стоит забывать, что Кузаку совсем недавно вступил в группу вора, и у него, как у новичка, недостаточно боевого опыта. Понять, в каком он положении, совсем не трудно. Именно поэтому стоит относиться к Кузаку со всевозможным терпением, ведь рано или поздно он станет хорошим танком. Харухиро мог бы утешить новичка, высказав ему эти соображения, но лидер стеснялся столь откровенной беседы: он слишком мало знал этого угрюмого и нелюдимого парня. Ему не могли помочь и девушки, поскольку Кузаку ни с кем не сближался. Но раз Харухиро и остальные не осмелились озвучить Кузаку свои мысли, это сделал Ранта, высказавшись за всю группу. Той же ночью Кузаку покинул тесную палатку парней со словами «Мне нужно проветриться!». Только Харухиро заметил его уход: Ранта уже дрых без задних ног. Харухиро не спалось, поэтому вор решил тоже выйти и прогуляться. Отойдя немного от выстроившихся вдоль рва палаток, вор заметил силуэт на краю небольшой рощи. Парень машинально скрылся за ближайшей палаткой, стараясь подобраться поближе к незнакомой фигуре. Конечно, у Харухиро не было ни одной причины, чтобы прятаться, просто так получилось. На небе сияла багровая луна, и ее свет лился на человека в роще. Это был Кузаку. Он сидел на земле, опершись спиной о ствол дерева. Напротив него стояла Мэри и, кажется, что-то говорила ему. «А расстояние между ними приличное!» — перво-наперво заметил Харухиро. Жрица, конечно, стояла рядом с паладином, и все же их будто разделяла невидимая черта. Осознав это, Харухиро почувствовал невероятное облегчение. «Это ревность?» — спросил себя он. Но есть ли у него причины ревновать? Ведь Мэри для него всего лишь боевой товарищ, целитель его группы. По крайней мере, сейчас. Она красивая, тут и спорить не о чем, и если придется ему выбирать между категориями «нравится»-«не нравится», то да, конечно, она ему «нравится»! Ну, к примеру, хоть это и невозможно, но он бы с удовольствием согласился встречаться с Мэри. Нет, этому не бывать! Разве это возможно? Харухиро не раз думал о том, что близкие отношения между парнями и девушками негативно скажутся на командной работе. Такие связи приносят одни лишь проблемы… Что нисколько бы не помешало вору встречаться с Мэри. И все же… Нет, этого быть не может! Исключено! «И вправду, этому не бывать», — горько заключил Харухиро. — «Нет смысла и мечтать» Ни Кузаку, ни Мэри так и не заметили присутствие лидера. «Уйти бы отсюда да поскорее. Подслушивать не очень-то вежливо. Впрочем, их голоса очень тихие, так что я итак не пойму, о чем они говорят» Но все-таки, что же связывает Кузаку и Мэри? В каких они отношениях? Может ли быть такое, что эти двое тайно встречаются? Впрочем, вполне очевидно, что сейчас они просто беседуют, стараясь держать приличную дистанцию. Но ничто не мешает им начать… Начать что? Что-то. Ага. То самое. Выходит, все не так уж и плохо. Нельзя сказать, что группа Харухиро сторонится Кузаку, просто он сам наверняка чувствует себя не в своей тарелке. Если он сблизится с Мэри, то ему, наверное, станет легче. «И все-таки, о чем они говорят? Меня это беспокоит. Впрочем, ничего не поделаешь. От меня здесь ничего не зависит». Тихо вздохнув, Харухиро вернулся к палатке. «Смогу ли я сегодня уснуть?..»

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 18: Способ продвижения

«Понятия не имею, что приключилось с Кузаку, но он явно изменился», — думал Харухиро, наблюдая за паладином. — Получай! Блокируя щитом черные клинки «Самурая», Кузаку выпрямил правую руку, взмахнул длинным мечом и обрушил его на «Солдата А». И действительно: тот трусливый паладин, который, съежившись, пытался прятаться за щитом, несмотря на свой высокий рост, канул в лету. Паладин, неспособный защитить хоть кого-то. — Вот тебе! На! Правда, теперь Кузаку больше не прикрывал тело щитом, и в его обороне хватало брешей, поэтому муриан-самурай смог до него добраться: удар черного клинка выбил из шлема громкий звон. Порой, когда «Солдат А» удачно контратаковал, Кузаку приходилось пятиться. Однако танк успешно держал удар, и ни муриан-самурай, ни муриан-солдат не могли избавиться от такого настырного противника. Конечно, Кузаку не назвать мастером своего дела, скорее он действовал безрассудно, даже слишком. И все же паладин, стиснув от напряжения зубы, продолжал отбиваться сразу от двух врагов, отвлекая их на себя. — Уха-ха-ха-а! Попробуй-ка меня достать! Что ж, Ранта действовал как обычно: все также нападал на врагов, насмешками и уловками, «Заманивающим прыжком» и «Подскоком», выводил из себя, пока те не бросались за парнем в погоню. Так он убил «Ложным выпадом» «Солдата Б» и тут же переключился на «Солдата В». — Давайте! В том же темпе! И тогда «Несравненный Я» станет ярче звезд на вашем фоне! — кричал товарищам темный рыцарь. — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! — читала заклинание Шихору. Это была «Буря», усиленная версия «Молнии». Выпущенный снаряд одним ударом уничтожил подкрепление из трех солдат-муриан, выползших из муравейника. На смену им явились еще двое. Тем не менее, Шихору удалось хотя бы сократить их число, иначе пришлось бы сражаться с пятью мурианами сразу. — Отлично, Шихору! — крикнул волшебнице лидер. Сам же Харухиро в это время отбивался от «Солдата Г», перехватывая сапом в правой руке и кинжалом в левой атаки острых лезвий, отводя их «Скользящим ударом». Поскольку врагом вора было насекомое, «Арест» или «Дробление колен» к нему не применить. Прошлой ночью Харухиро не спалось, и тогда он придумал новую тактику, подходящую для борьбы с мурианами. «А как тебе это?» — Харухиро смело шагнул к муриану-солдату: тот разомкнул челюсти, чтобы вцепиться в ногу парня — все сложилось именно так, как и представлял вор. Дождавшись, когда гигантский муравей попытается укусить его, Харухиро ударил «Солдата Г» сапом, угодив прямо по челюсти. Затем вор всадил клинок под нее и одним резким движением снес голову монстру. У самураев-муриан твердые сочленения лапок, хитин на голове толстый и крепкий, не то что у солдат. Выходит, муравьиные рядовые достаточно хрупкие ребята. — А-а-а! Юмэ набросилась на «Солдата Д», полоснув по его лапкам кукри, а затем ударила по голове рукояткой. Монстр зашатался, пытаясь удержаться на лапках, и тогда на него посыпался град ударов — Юмэ даже и не думала останавливаться. В конце концов, от головы муриана осталось одно мокрое место. Харухиро бросил взгляд на Юмэ, та посмотрела на него в ответ, и они оба бросились на еще живых противников. Охотница — к «Солдату Ж», лидер — к «Солдату Е». Мэри проверила запястье левой руки: «Оберег Света» еще действовал. — Ух! Уф! — пыхтел Кузаку, но продолжал сдерживать «Солдата А» и муриана-самурая. Тем временем Ранта теснил «Солдата В» и, похоже, мог прикончить его в ближайшее время. Харухиро отводил атаки «Солдата Е» «Скользящим ударом»: убить его не составит труда, вор отлично понимал, что битва будет недолгой... — А?! — удивленно завопил Кузаку. Поначалу Харухиро показалось, что с паладином случилось несчастье… Но произошло кое-что другое. Муриан-самурай… удирал со всех ног. — Эй… Что все это... — блокируя щитом лезвие лапки «Солдата А», Кузаку обернулся к лидеру. «Что все это значит?» — спросил себя Харухиро. Самураи отличаются крайней агрессивностью, обычно сражаются, пока не умрут, а тут… Бегство. Такое на памяти вора происходило впервые. Просто непостижимо! Но странные события только начинались. Самурай ведь не подавал никаких сигналов? Вроде нет, но солдаты тоже куда-то заторопились. — Чего? Не убежи-ишь! — Ранта погнался за «Солдатом В», чтобы добить его. «Очень… странно...» — мелькнуло в голове Харухиро. — Постой, Ранта! Не беги! — Ха?! — Здесь творится какая-то чертовщина! Что-то не так! — А именно? — Знал бы — сказал. Не могу понять, в чем причина… Но тут явно опасно. И дело тут не только в интуиции. Муриане почти во всем похожи на муравьев, по крайней мере у них роевое сознание: один действует как целая группа и наоборот. Похоже, ни один из муриан не имеет индивидуальности, зато каждый четко осознает свою роль в муравейнике, чего не скажешь о существах, чье сознание не является групповым. Муриане легко и без раздумий жертвуют собой, если того требуют интересы роя. Хотя, возможно, все дело в том, что у насекомых отсутствует инстинкт самосохранения. И тут вдруг муриане спасаются бегством… «Нет, вряд ли это план «Самурая». Думаю, у муриан не хватит интеллекта для сложной тактики. Скорее, они бегут массово, не один, не двое… Это инстинкт, природа, с которой не поспоришь. Но почему они бегут? Чтобы найти… безопасное место. От кого они бегут, черт возьми?!» — размышлял Харухиро, осматривая ближайшие туннели. Вор заглянул даже в тот, где скрылись муриане-солдаты и «Самурай». Норы Тройки Псевдолюдей отличаются от туннелей муравейника: они уже метров на десять и ниже метров на пять. Кроме того, эти норы часто петляют, так что обзор ограничен и невозможно узнать, что там в конце. Туннель среднего размера рассчитан на двух муриан, но там могут пройти и люди. — Прячемся! — скомандовал Харухиро. Лидер почувствовал, что сама атмосфера, царящая в подземелье, изменилась. Это уловил и Ранта: он не стал оспаривать приказ. Ребята спрятались в одном из туннелей муриан. — … как думаете, что это? — испуганно прошептала Шихору. — Не знаю, — честно ответил вор и покачал головой. — Хм-м… — тихо промычала Юмэ: она была сбоку от лидера. — Эй вы, потише! — прикрикнул на товарищей Ранта. — Сам-то чего такой громкий? — вставил свое замечание паладин. — О-о? Ку-у-у-уузаку-у-у-у-у. Ты там случаем не забылся? Слишком уж нахально ведешь себя в обществе Великого Меня, не так ли? Для бесполезного-то танка? — Это тут причем? В такой-то ситуации... — Верно, — поддержала Кузаку Мэри. Группа Харухиро засела в одном из туннелей муриан, прижавшись спинами к его стенкам. Ближе всех к выходу — Харухиро, рядом с ним Юмэ, затем Шихору, потом Ранта, Мэри и Кузаку. Мэри опять с Кузаку? «О чем же они говорили той ночью? Да какая мне разница? Точно! Меня эти дела совершенно не касаются!» — решил Харухиро и глубоко вздохнул. — Ребята, оставайтесь здесь. Я пойду на разведку. — Все будет хорошо? Разве не опасненько, если Хару отправится в одиночку? — встревожилась Юмэ. — В одиночку лучше. Я же вор. Это ведь моя специальность. В прорытых мурианами туннелях было темно. Харухиро бесшумно крался к выходу, пока не достиг цели. Пригнувшись, вор осторожно высунул голову наружу, выглядывая врага. Муравейник муриан, в отличие от места обитания «Тройки», походил, скорее, на пещеру, чем на ущелье, поскольку наверху было подобие потолка, через щели в котором пробивался свет, более или менее рассеивающий мрак внизу. Пока что убежище гигантских муравьев пустовало. Но это временно. И здесь было тихо. Чересчур тихо. Вернее, существо, которое явилось проведать муравейник, передвигалось практически бесшумно, да так, что вор не сразу заметил угрозу. Поначалу Харухиро лишь ощущал смутную угрозу, и это беспокоило его. «А? Там… что-то есть? Похоже на то. Да, здесь точно кто-то бродит… пожалуй? Нет, никаких «пожалуй». Точно! Нечто… черное… Нет, это не черное тело, скорее темное одеяние, плащ… Человек, что ли?» У неизвестного существа были голова, руки и ноги, и оно явно шагало. Вышло из глубины пещеры. Только шаги совершенно беззвучны. И потому вокруг царит зловещая тишина. В руках существо сжимало какой-то длинный предмет. Копье? Нет, не копье, если судить по наконечнику. Острие неизвестного оружия напоминало лезвие меча. Нет, тесака! Широкий и острый кухонный нож гигантских размеров, годный для разделки мяса. Скорее всего, существо было вооружено чем-то вроде нагинаты. Сам нежданный гость имел исполинский рост, не меньше двух метров, хоть до трех и не дотягивал. Скорее, два с половиной или около того. На широких плечах уместилась необычайно маленькая голова, так что фигура существа напоминала перевернутый треугольник. Ссутулившись, «оно» разгуливало по подземелью, держа нагинату как трость. Харухиро видел, что нагината касается каменного пола, но ожидаемого звона почему-то не было. Опасен. Это существо — монстр, и очень опасный, хотя на первый взгляд и не скажешь. Он может бесшумно подкрасться со спины и убить одним ударом. Невероятно опасный тип. В версии с изображениями тут находится картинка. Устрел… Это имя само собой вспыхнуло в голове вора. Сома упоминал о нем: «Если покинете зону обитания Тройки Псевдолюдей и пройдете через муравейник муриан, окажетесь неподалеку от Устрела. Расправитесь с ним — продвинетесь дальше» Значит, Устрел. Сома специально не стал делиться подробностями, да так и не принято. Харухиро и его товарищи — добровольцы Багровой Луны, пусть и слабейшие из наемников. Когда их впервые привели в штаб-квартиру добровольцев в Алтане, Бри предупредил ребят: «Сами ищите информацию и сражайтесь с врагом, своими силами и методами. Так принято среди солдат Багровой Луны». Сома, признав в группе Харухиро наемников Алтаны, решил принять их в клан «Воины Зари», и теперь им лучше оправдать его надежды и самим разузнать, как справиться с врагом. «Устрел… Да, это он, никаких сомнений! Устрел… Нужно убить его!» — решил Харухиро. Пока вор размышлял, высокий монстр бесшумно плыл по коридору подземелья, медленно-медленно приближаясь. «Может, вернуться к своим? Прямо сейчас? У меня такое чувство, что стоит дернуться — и он меня заметит. Нет, невозможно! Он слишком далеко! Все будет в порядке. Как же он меня пугает!» — размышлял Харухиро, прикрывая нос и рот ладонью, надеясь,что так монстр не услышит шум его дыхания. «Наверное, я чересчур осторожен. Успокойся! Нужно собраться! Страшно! Не могу пошевелиться!» Пока вор паниковал, Устрел заметно сократил расстояние между ними. «Не ожидал от него такого… Устрел быстрее, чем кажется. Что? Между нами пятнадцать метров? Уже? Десять? Он совсем близко! Он что… обнаружил меня?» — пришел в ужас вор. Харухиро по-прежнему сидел в извилистом муравьином туннеле, опустившись на одно колено и выглядывая из-за стены. «Хоть сквозь потолок пробивается свет, не слишком-то светло. Меня не должно быть видно… наверное. И Устрел шагает с постоянной скоростью, не торопится, значит, не заметил меня… пожалуй». Вор хотел было спрятаться в туннеле, откинувшись назад, но не смог пошевелить даже пальцем. «Бесполезно! Не выходит! Нужно вернуться к ребятам! Бежать глубже в туннель! Плохо! Все очень плохо! Устрел близко! Все ближе и ближе! Осталось пять метров? Четыре? Три? А-а-а!! Остановился?» Устрел бесшумно повернул направо и пошел прочь. «Нет, рано радоваться! Нельзя расслабляться! Пусть отойдет. Еще немного! Может, пора? Не знаю!» — продолжал паниковать Харухиро. Лишь когда фигура Устрела растворилась во мраке, вор смог вернуться к товарищам. — … это был Устрел, — с трудом выдавил из себя лидер. — Опасный тип? — спросил Ранта. Странный вопрос от человека, который привык без лишних разговоров бросаться вперед. Неужели повзрослел? Харухиро лишь кивнул, отвечая на вопрос товарища. — Да, очень. Темный, огромный, держит в руках нечто похожее на нагинату. — Сома говорил, что, прикончив Устрела, сумеем продвинуться дальше. — Угу. — Значит, этот Устрел не один, их несколько, ведь мы могли попасть в муравейник другими путями, — подытожил темный рыцарь. — … к тому же, — Шихору шумно втянула воздух, а затем медленно выдохнула. — Не только мы, люди, боимся Устрела, но и монстры тоже... — Что будем делать? — необычайно твердым голосом спросила Юмэ. — О Тьма, о Владыка Порока! Призыв демона! Стоило Ранте закончить заклинание, как перед ним из пустоты материализовалось нечто, подобное дымно-пурпурному облаку. Клубы дыма начали принимать очертания, пока не сложились в совершенно круглое туловище без головы. Где-то на уровне груди существа располагались похожие на черные дыры глаза, прямо под ними — трещина рта, кривого и тонкого. Это был фамилиар Ранты, призванный магией темных рыцарей. Демон по кличке Зодиак. — Ки-хи… Ки-хи-хи-хи-хи… Ты призвал меня, вот я и явился… Ки-хи-хи… Ничего, если я сгину? — Куда собрался! Ой… — завопил Ранта, но вовремя опомнился и поспешно закрыл болтливый рот ладонью. — Эй, Зодиак, сегодня не до шуток! Нам предстоит вступить в величайшую схватку — не на жизнь, а на смерть! — И-хи-хи-хи… Вот как… Наконец-то… Пришло время умирать… Ранта умрет… И-хи-хи... — В-вот не надо предсказаниями сыпать! Я-я не боюсь! — Нападаем? — с сомнением спросил Кузаку. — Чтобы мы ни решили... — начала говорить Мэри. В ее тоне чувствовалось напряжение. Жрица бросила быстрый взгляд на левое запястье: гексаграмма еле светилась, затем печать дрогнула и растаяла в воздухе. Мэри поспешно начертала новый знак: — О свет, под божественной благодатью Люменеса… Оберег Света! У каждого из ребят над левым запястьем вспыхнула новая гексаграмма. — Для меня все по-прежнему, — вздохнула Мэри. — Может, Устрел уже убрался куда подальше? — предположил лидер. Харухиро прикрыл глаза и начал размышлять: «Интересно, мы готовы? Понятия не имею! Мы все равно ничего не знаем о нашем враге. Странно… Почему я даже не допускаю мысли, что мы просто можем сбежать куда подальше, поджав хвост?» — Поглядим, что выйдет. Если Устрел явится, мы сразимся с ним. Будем сражаться и отступать, пока не достигнем безопасной зоны. Если поймем, что противник слишком силен, просто сбежим. Возможно, вам сразу же захочется сделать ноги, но решать, когда отступаем, буду я. Приказы не обсуждаются. Договорились? — Какой важный… Ничего не поделаешь. Понял, — раздраженно цокнул языком Ранта. — Ки-хи-хи-хи… Очень послушный Ранта… Умри… Ки-хи-хи-хи-хи-хи… Это к смерти... —П-понятно, — даже в темноте было видно, что Юмэ кивнула. — Я… сконцентрируюсь на атаках магией… Мэри защитит меня... — Да. Предоставь это мне, — согласилась жрица. — Сделаю все, что смогу, — Кузаку опустил забрало шлема. — Я смогу защитить вас. — Конечно! Ведь ты наш танк. Вроде бы... Харухиро тут же пожалел, что сказал это не слишком уверенно. Однако паладин не обиделся, а лишь слегка усмехнулся. — Ага. Именно. Работа для танка, как никак. — Устрела трудно заметить, будьте осторожны. Харухиро вскинул голову, потом повернулся и побрел к концу туннеля. Едва вор выглянул из-за угла, как его пробрала крупная дрожь. «Он зде...» — хотел было крикнуть он, но вовремя опомнился. Он здесь! Устрел! Харухиро весь трясся от ужаса и поэтому не мог точно определить, как далеко отошел монстр. Пять? Десять метров? Устрел стоял неподвижно, будто ждал кого-то. Внезапно к лидеру присоединился Ранта: он тоже высунулся из-за угла. — Ого! — воскликнул темный рыцарь. — Эй, идиот! — одернул его Харухиро. — Вперед!.. — выпалил Кузаку и выпрыгнул из туннеля. Устрел мгновенно заметил их и поплыл навстречу. Невероятно! Просто невероятно! Это уже слишком! Молниеносный выпад нагинаты — Кузаку попытался принять удар, применив «Блок», но тщетно: паладин с грохотом отлетел в сторону, чудом не потеряв щит. Ранта начал было читать заклинание, но понял, что не успеет, и вместо этого выставил свой полуторный меч, готовясь защищаться, а не атаковать. Острие нагинаты с невероятной скоростью уже неслось к нему. Темному рыцарю удалось парировать атаку Устрела, однако сила удара сбила его с ног. «Нет-нет-нет-нет! Устрел опасен! Как к нему подступиться? Может, сбежать? Но Кузаку и Ранта здесь, их нельзя оставить!» — лихорадочно соображал Харухиро. А тем временем Устрел повернулся к вору и двинулся на него. Защититься «Скользящим ударом»? Не выйдет. И снова нагината. Выпад. Издав нечленораздельный вопль, Харухиро отпрыгнул и перекатился в сторону: ему чудом удалось увернуться. Устрел одним быстрым движением вернул нагинату в прежнее положение, крутанул в руках и опустил грозное оружие на вора. «Это конец! Я точно умру!» — Харухиро не мог даже кричать. Он на четвереньках бросился наутек. Лезвие нагинаты с грохотом обрушилось на каменный пол и застряло в нем. «Н-н-н-не может быть! Я у-у-у-умру! Точно умру! Что он?! Что он такое?!» — Ирья-я! — спрятавшаяся в туннеле Юмэ выпустила стрелу. Охотница попала: оперение торчало в правой части груди монстра. Устрел совершенно бесшумно повернулся к девушке, заметив не только Юмэ, но и стоящих позади нее Мэри и Шихору. «Плохи наши дела!» — успел подумать лидер. Пусть охотница и спасла ему жизнь, но ценой собственной и подруг безопасности. Чертовски неудачное стечение обстоятельств! Но тут Ранта с диким воплем рванул к Устрелу. Нет, это не крик отчаяния, а способ отвлечь монстра от сокомандниц. Но тот, даже не обернувшись, зарядил в грудь парня древком нагинаты. «Гх!» — задохнулся Ранта и чуть не распластался на земле, благо Зодиак вовремя поддержал хозяина. — Д-д-дурак...Ихи-хи... — Ну-у-у-у же! — заорал Кузаку и пару раз ударил мечом по щиту, привлекая внимание Устрела, но высокая черная фигура даже не сдвинулась с места, полностью игнорируя паладина.Тогда Кузаку пошел на таран, выставив перед собой щит. Паладин просчитался: Устрел лишь делал вид, что планирует напасть на девушек и игнорирует остальных противников. Одним молниеносным движением он повернулся к танку и уколол его нагинатой. Кузаку хотел было принять атаку на щит, но лезвие копья прошло мимо него и впилось в левую руку. Устрел отрубил ее? Сломал? Кузаку выронил щит, плашмя упал на землю и завопил от боли. — Хия-я-я! — Юмэ наложила стрелу на тетиву лука, но не стала стрелять, а попятилась, пытаясь скрыться в туннеле. Мэри и Шихору спрятались раньше охотницы. Если Харухиро и остальные парни не смогут переломить ход сражения, нужно отступать и прятаться в туннеле муриан. Ладно, они спрячутся, поскольку могут зайти туда, практически не нагибаясь, но что насчет Устрела? Его рост — не больше двух с половиной метров, он определенно сможет забраться вслед за ними. Но дальше туннель муриан разветвляется на ходы, которые прорыла Тройка Псевдолюдей, и они-то как раз узкие, так что группа Харухиро сможет использовать их как укрытие, спасаясь от лап Устрела. В общем, прятаться только в туннелях муриан — не вариант. Но что же тогда делать? Для начала… обеспечить отход девушек. Да, это в приоритете. Нужно обеспечить им защиту, пока они уходят. Именно лидер должен позаботиться об этом. Харухиро. Он обязан сделать все возможное. Вор убрал сап и безмолвно, в отличие от Кузаку и Ранты, бросился на Устрела. Харухиро чувствовал необычайную легкость в ногах, поле зрение сузилось до одной темной фигуры впереди. Устрел даже не обернулся к нему. Но девушки уже успели добраться до туннеля муриан. Однако стоило вору приблизиться для атаки, как Устрел выбросил вперед древко нагинаты. Как и ожидалось. «Я уже видел это!» — мельком подумал Харухиро, прежде чем отразить удар в самый последний момент. Ничего удивительного: выпады Устрела отточены, а движения Харухиро слишком медленные, и все же парню удалось вцепиться в спину монстра. — Юмэ! Уходите! Сейчас же! — А-а? — Юмэ встала как вкопанная. — Быстрее! — крикнула ей Мэри. — У-у-у! — заныла охотница. — Кх! — поперхнулась воздухом Шихору. Она первой выскочила из туннеля муриан и бесстрашно рванула вперед. Когда девушка поравнялась с Устрелом, тот взмахнул нагинатой, готовясь пронзить ее. «Думаешь, я тебе позволю?» — Харухиро прыгнул на монстра, застав его врасплох, и, перехватив кинжал, ударил врага в висок, но лезвие со звоном отскочило. Почему? Шлем? Капюшон черного одеяния, похожего на плащ, слетел, и под ним показалась голова Устрела. На ней был… шлем? В форме черепа, отлитый из металла. Или это кости его черепа? Так просто не разберешь. — Уа-а-а! А-а! А-а-а-а! — завопил Харухиро и начал отчаянно колотить кинжалом по шлему Устрела. Неизвестно, чувствовал ли монстр боль, но, похоже, ему это совсем не понравилось. Он резко дернулся, пытаясь стряхнуть с себя легкое тело вора, а затем зарядил ему локтем. Немыслимой силы удар! И боль от него просто невыносима! В тот самый миг Шихору, Мэри и Юмэ бросились бежать, проскочив перед самым носом монстра. — Су-у-у-у-у-у-у-у-у! — послышался странный свистящий звук. Что это? Звук издает Устрел? Это его голос? Дыхание? Неизвестно. Устрел вытянул левую конечность, чтобы схватить Харухиро за голову и сбросить надоедливого человека со спины. «Если ничего не придумаю, он просто раздавит меня! А девушки? Сбежали? Пора!» Харухиро спрыгнул со спины Устрела, и тот мгновенно развернулся, взмахнул нагинатой... — Кх! — задохнулся от боли вор, распластавшись на земле. Да кто может избежать удара древком? — Выпад гнева-а-а! — заорал Ранта и кинулся к Устрелу. Если бы не темный рыцарь, Устрел бы наверняка разрубил Харухиро напополам. Но Ранта и сам не преуспел: чудовище отразило выпад меча одной левой. — Чт…— только и успел выпалить Ранта, когда Устрел взмахнул нагинатой в правой конечности, направляя лезвие на потерявшего равновесие темного рыцаря. «А-а!! Плохо! Ранта умрет! Устрел проткнет его!» — мысленно завопил лидер. — Гихи… — послышался сдавленный смешок. Зодиак. Это был Зодиак! В самый последний момент он отбросил Ранту в сторону и принял удар на себя. Лезвие нагинаты рассекло демона на две половинки! — У… Хи… Ранта… Умри… — Если спасаешь кого… — Ранта принялся осыпать Устрела ударами. — Не болтай такого! Какого черта, Зодиак?! Какого черта?! Да когда я еще тебя призову?.. Уора-а-а-а-а-а! — Не делай глупостей, Ранта! — крикнул Харухиро и вскочил на ноги. — Отходим к безопасной зоне! — Заманивающий прыжо-о-о-ок! — темный рыцарь отскочил невероятно далеко, но Устрел… решил не заглатывать наживку и не гоняться за раздражающим мальчишкой. Вместо этого высокая темная фигура поплыла… нет, не к Харухиро или девушкам, а к поверженному Кузаку, который все еще лежал на земле. — Э-эй! — заорал Харухиро, пытаясь отвлечь грозного противника, и бросился вперед. Вор понимал, что не успеет, что не спасет паладина… — Джесс, иин, сарк, фрам, дарт! Вдруг на Устрела обрушилась молния. Заклинание Шихору! Тело монстра содрогнулось, а его темное одеяние задымилось сразу в нескольких местах… Он ранен? Или ему плевать? Нет, на серьезные ранения не похоже. Получив разряд молнии, Устрел обернулся к девушкам. Чертовски плохо! Они опять отвлекли на себя монстра и тем самым спасли Кузаку от неминуемой гибели, однако… — Ранта! Да займись же им! — отчаянно крикнул лидер. — Заметано! — Поднимайся, Кузаку! Харухиро бросился к паладину и тут же заметил, в каком плачевном состоянии была левая рука танка. Сломана, определенно сломана! Обмякла и повисла от плеча до кисти. Однако Кузаку как-то держался и оставался в сознании. Поднявшись сам, он кивнул лидеру: — Я в порядке… Идти могу. Прости, можешь понести щит? Если можешь. — Щит? — Когда мне вылечат руку… Чтобы я опять им воспользовался. Без щита я бесполезен. — Хорошо! Но учти! Будет мешаться — выкину! — Харухиро поднял щит и заторопился в укрытие. Что с Кузаку? Не отстает? Тяжело ему, наверное, но что тут сделаешь? А в это время Юмэ и остальные девушки бежали что есть силы, пытаясь сбросить Устрела с хвоста. Ранта то и дело вставал на его пути, стараясь отвлечь монстра от сокомандниц, но тот даже не оборачивался — просто блокировал уколы полуторного меча левой конечностью или древком нагинаты. — Че-е-е-е-е-е-ерт! Кто он, черт возьми, такой?! — в отчаянии завопил темный рыцарь. — Устрел, наверное?.. Выкрикнув эту бессмыслицу во время бега, Харухиро вдруг понял, что им срочно нужна новая тактика. «Что, черт возьми, можно еще придумать? Интересно, девушки смогли сбежать? Сомневаюсь. Но им удалось скрыться из вида. Бесполезно! Скорее всего, их рано или поздно поймают, если только мы не задержим Устрела… Надо его задержать!» — Юмэ! Мэри! Шихору! Когда доберетесь до безопасной зоны, спрячьтесь в норах Тройки! Ответа не последовало. Да и как они ответят, когда бегут со всех ног? Кузаку ковылял позади Харухиро, сильно отставая. Ничего удивительного! А тем временем Устрел догонял девушек, то и дело выбрасывая вперед древко нагинаты. Юмэ, бежавшая позади всех, то и дело взвизгивала, когда широкое лезвие рассекало воздух рядом с ней. Если Устрел доберется до охотницы, будет не до смеха. Вдруг потолок пещеры кончился и стало гораздо светлее: девушки добрались до безопасной зоны. Конечно, у этого места нет четких границ. Чуть подальше простирались владения Тройки Псевдолюдей, вдоль главной дороги то и дело попадались входы в другие туннели и пещеры. Вдруг Устрел подскочил к девушкам и сделал молниеносный выпад нагинатой. — Уа… — Юмэ с криком отпрыгнула в сторону, но лезвие копья полоснуло по ее боку. — Юмэ-э-э-э! Подскок! — заорал Ранта и атаковал спину Устрела. Тот обернулся и небрежно взмахнул нагинатой. Наконечник разрезал воздух наискось, однако достиг цели. — Кх! Ранта рухнул на землю и тут же подскочил, словно мяч. От удара шлем слетел с его головы. Не мешкая, Устрел вновь замахнулся нагинатой. — Заманивающий!.. — крик рыцаря оборвался. Ранта не успел применить навык: он застыл на корточках, словно лягушка, и, когда острое лезвие нагинаты практически рассекло его тело, с трудом отпрыгнул назад. Мэри, придерживая Юмэ, увела ее вглубь туннеля. Шихору забежала следом. «Отлично! Хорошо сработано, Ранта!» — обрадовался Харухиро. Добраться до туннеля, где прятались девушки, было довольно-таки проблематично, поэтому вор вместе с Кузаку направились к убежищу на другой стороне пещеры. — Ранта, ты тоже! Идем! — Прыг-скок! Лучше «прыг» без «скок»! Используя «Заманивающий прыжок», Ранте каким-то чудом удавалось уклоняться от смертоносной нагинаты Устрела. Харухиро резонно решил, что если вмешается сейчас, то только будет путаться под ногами, не больше. Такие трюки никому не исполнить, разве что Ранте. Правда, лидер мог отвлечь Устрела на себя, тем самым обменяв свою жизнь на жизнь Ранты, но это просто бессмысленно. — Ты сможешь! Если не ты, то кто?! — заорал Харухиро рыцарю, стараясь его подбодрить. — Идиот! Естественно! Только я и смогу! Хватит нести очевидную чушь! Подско-о-ок! Ранта принял низкую стойку и рванул вперед, стараясь максимально быстро проскочить мимо Устрела слева. Монстр тут же развернулся и кинулся за раздражающим парнем. Но темный рыцарь снова бросился в сторону. — Подскок, подскок, подскок, подско-о-ок! Скок, скок, скок, подскок! Как и ожидалось, Ранта удирал длинными прыжками, не останавливаясь ни на секунду. Он выиграл время для Харухиро и Кузаку: те скрылись в туннеле Тройки. Ходы, прорытые псевдолюдьми, обычно были чуть больше метра в высоту, а шириной, пожалуй, не превышали семидесяти сантиметров. Даже худому Харухиро пришлось передвигаться по туннелю ползком, а для Устрела это место уж слишком узко. Вор и паладин успели проползти примерно пять метров и никого не встретить. Ни дуэргаров, ни бук, ни спригганов. Похоже, человекоподобные монстры забились в щели и теперь носа наружу не казали. Это они Устрела почуяли? А как там Ранта? Смог ли сбежать? Харухиро слышал тяжелое дыхание Кузаку, а порой и тихие стоны. Похоже, он едва терпит боль в левой руке. Хорошо бы найти Мэри и вылечить паладина! Но, кажется, их туннели не имеют связи, так что вряд ли они встретятся. — Кузаку, подожди здесь! — Угу. — Скоро вернусь. Харухиро бросил щит и пополз назад, чтобы посмотреть, что происходит на главной дороге Загадочной Норы. Устрел! Там стоял Устрел! Он поджидал их, преградив основной путь наружу. Огромная неподвижная фигура. Казалось, что существо простояло так множество лет, ожидая чего-то. Ранта? Его нигде не было. Но и его безжизненного тела тоже. Значит, как-то сбежал. Скрылся в одном из туннелей? «Я видел, как девушки спрятались в норе псевдолюдей. Видел собственным глазами. Они в том туннеле напротив!» — вспомнил Харухиро. Но высокая черная фигура монстра преграждала путь туда. Похоже, Устрел и не собирался лезть в туннели Тройки, отлично понимая, что застрянет там. Но упускать добычу ему тоже не хотелось. Монстр ждал, когда ребята потеряют терпение и вылезут из укрытия: так он их точно поймает и перебьет. А что если просто остаться и тянуть время? Вдруг Устрелу надоест ждать, и он уйдет куда-нибудь? Кроме того, есть шанс, что мимо пройдут другие наемники. Одно дело человекоподобная мелочь, но совсем другое — Устрел! Такого монстра нельзя игнорировать. Правда, сторонней помощи придется ждать долго: большинство групп уже скрылось в глубинах Загадочной норы и вернется нескоро. Обычно наемники всей толпой возвращаются к вечеру, а сейчас только утро. Но главная проблема заключается в том, что Харухиро практически один, и любой из возможных вариантов не обсудить с группой. И даже если лидер сможет что-нибудь придумать, он не сумеет поделиться своим планом с остальными. Ну, с Кузаку разве что. Харухиро вернулся к паладину: тот все еще шумно и тяжело дышал, скорее всего из-за чудовищной боли от полученной раны. — Кузаку, сможешь пробежаться еще раз? — Ага… Если нет… то умру... наверное… — Ты в порядке? — Угу, — кивнул Кузаку и опять шумно выдохнул. — В порядке. Бежим. — Ладно, вперед! Они поползли к выходу. Выглянув наружу, Харухиро указал товарищу на туннель, где прятались девушки. — Беги туда, понял? Там Мэри. Беги изо всех сил! — А ты? — Я буду приманкой. Выйду и выманю Устрела, только тогда беги. — Разве это не опасно? — Опасно. Но выбора нет. Если не вылечить тебя, ты скоро не сможешь двигаться. — Похоже на то… — Щит оставь здесь. Идем! — Э, уже? — Важные решения нельзя откладывать. Чем дольше медлишь, тем страшнее становится. Харухиро собрался с духом. Несколько минут он колебался, думая, стоит ли доставать кинжал и сап или же нет. «Пойду без оружия, Устрел поймет, что его дурят. Но с пустыми руками куда проще бежать. Хватит колебаться! Вперед!»— скомандовал себе он. Харухиро выскочил из временного убежища, но монстр не заметил его, поскольку стоял лицом ко входу Загадочной Норы. Тогда вор «Тихой Поступью» прокрался к врагу, стараясь идти вдоль стены, пока не добрался до выхода из подземелья. «Рано или поздно он меня заметит», — мелькнуло в голове парня. Но когда же? Когда? И тут монстр обернулся и засек его. Высокая черная фигура стремительно и бесшумно двинулась навстречу Харухиро. Быстро! Очень быстро! Харухиро пустился наутек, но что-то словно тащило его назад, к Устрелу. Он буквально чувствовал это спинным мозгом. «Это страх? Предчувствие угрозы?» — спросил сам себя юный лидер, убегая вдоль стены. Устрел гнался за ним по пятам. «Где же Кузаку? Вот он! Медленный! Почему он такой медленный?! Я не могу бегать от Устрела вечно! Что? Все еще не добрался? Ну же! Постарайся! Еще чуть-чуть! Самую малость! Зашел!» Убедившись, что паладин в безопасности, Харухиро нырнул в ближайший туннель Тройки. — Уо! — Устрел ткнул нагинатой в камень укрытия. Харухиро в панике пополз вперед. Высокий монстр с трудом нагнулся и заглянул в убежище вора. «Он же… он же не пролезет сюда, так?» — Харухиро на миг замешкался, чтобы убедиться в этом. Устрел застыл на своем месте как вкопанный. «Он же не собирается преследовать меня? Или он хочет запереть меня в туннеле?» — в панике подумал парень.

— Эй! Эй… Эй! Кто здесь? Эй! — Ранта? Его голос доносился из глубины туннеля. Вскоре навстречу Харухиро выполз и сам темный рыцарь. — Харухиро? Ты один? — Да, только я. Как ты сюда забрался? — Не сюда. Я залез в другую нору, и она чудесным образом привела сюда. — Чудесным, говоришь… Если сейчас встретимся с Тройкой, думаю, нам конец… И Харухиро, и Ранте пришлось присесть, чтобы не биться головой о потолок тесного туннеля, но даже так они то и дело задевали макушкой его своды. В таком положении не посражаешься. — Ты совсем идиот? Ты хоть одного видел? Да и с чего, если здесь Устрел?! — Да. Только внутрь туннеля ему не пробраться… Нужно как-то встретиться с девушками и перегруппироваться. Пока только Кузаку добрался до них. — Проскочил, что ли? — Ранта закусил губу. — Я кое-что придумал. Конечно, следовать плану тупоголового рыцаря не хотелось, но у Харухиро просто не было выбора. Выход из этой ситуации есть, но только как назло ничего не приходило в голову. Харухиро вместе с Рантой забрался подальше в туннель, пока они не потеряли из виду Устрела. Затем рыцарь пополз вперед, а лидер остался ждать. Прошло не больше пяти минут, как послышался крик Ранты: — Сюда-а-а! Тактика простая: Ранта выбирается из убежища, отвлекает на себя Устрела, а в это время Харухиро бежит что есть мочи к туннелю, где спрятались остальные. То есть темный рыцарь в очередной раз решил стать приманкой. Харухиро выбрался из норы. Устрела нигде не было. Похоже, он клюнул на уловки Ранты и погнался за ним. Этот парень хорош! Вертелся у самого носа монстра, а не пустился наутек сразу, чтобы дразнить чудовище с безопасного расстояния. Наоборот! Ранта ждал до самого конца, а затем с помощью «Заманивающего Прыжка» оставлял Устрела ни с чем. «Отлично, Ранта! Но не время восхищаться!» — одернул себя Харухиро, направляясь к туннелю на другой стороне подземелья. «Далеко до наших! Не успею! Ладно, сойдет и ближайший к ним!». — А-а? Чего это он? — удивленно вскрикнул Ранта. Что произошло? Оглядываясь на ходу, Харухиро успел заметить, что Устрел прекратил гнаться за назойливым рыцарем Тьмы. Ранта тоже притормозил, и теперь стоял на месте и размахивал руками, изо всех сил подзывая к себе монстра: — Что такое? Иди сюда-а-а! Испугался что ли? — Су-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у! «Что это за звук? Голос? Дыхание? Я слышал подобное совсем недавно. Но теперь он громче. Гораздо громче!» — размышлял лидер, не переставая бежать. Похоже, Ранта тоже почуял что-то неладное и помчался прочь. Устрел же шагнул вперед и вытянул правую руку. Нет, не просто «вытянул», она «вытянулась», став длиннее раза в два! То же произошло и с левой конечностью. Чудовищно длинные руки перехватили нагинату, замахиваясь для удара. — Кх! — прохрипел Ранта. Останься конечности Устрела прежней длины — и рыцарь Тьмы легко бы избежал атаки. Но все случилось иначе: лезвие нагинаты вонзилось в его левую руку. — Ран…— крик застрял в горле лидера. Решение пришло мгновенно, почти рефлекторно: — Выходите! Все выходите! Ранте нужна помощь! «Есть ли у нас шансы? Да или нет? Не знаю. Но есть надежда… пожалуй. Руки Устрела. Они стали гораздо длиннее. До ужаса длинными! Но как бы мы ни боялись, нам нужно проскочить!» — лихорадочно соображал вор. Харухиро бросился вперед и скоро поравнялся с распластанным на полу Рантой. Тот истекал кровью. Не останавливаясь, вор двинулся дальше. Устрел! Его сила ужасает! Чудовище взмахнуло нагинатой — косой горизонтальный удар. «Убьет одним махом! Но иного пути уже нет!» — решился вор. Сейчас! Харухиро прыгнул вперед, уклоняясь от лезвия нагинаты, и перекувыркнулся через голову. «Жив или мертв? Нет, кажется, жив!» Парень успел проскочить как раз перед тем, как копье со всего размаху вонзилось в землю. И в следующее мгновение Харухиро был уже у ног высокой жуткой фигуры. Монстр был непропорционален: ноги монстра оказались короткими и тонкими, чего не скажешь о высоченном теле и длинных руках. Размахивая нагинатой в правой руке, Устрел пытался достать вора, но теперь не мог толком зацепить юркого противника. Кажется, Харухиро больше не стоит бояться смертоносного оружия, он оказался вне зоны поражения смертоносного лезвия. Потерпев неудачу, монстр попытался придавить назойливого человека правой ногой, однако тот уклонился и вцепился в левую. Харухиро перехватил колено Устрела и резко дернул на себя. Жуткое существо потеряло равновесие и повалилось на спину, однако в полете умудрилось замахнуться на вора левой конечностью. Вот он, шанс! Такого больше не представится! Харухиро без колебаний рванул прочь. Если бы он замешкался хоть на секунду, левая рука монстра смела бы его. Опираясь на обе конечности, Устрел бесшумно поднялся. Мэри и Юмэ спешили к Ранте, Кузаку был где-то неподалеку… А, вот он! Паладин бросился за щитом, и Шихору прикрывала парня. Оба раненых, Юмэ и Кузаку, выглядели гораздо лучше. Скорее всего, Мэри успела полностью исцелить их. — Су-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у… Снова! Этот звук! Да что на этот раз? Руки Устрела стали… укорачиваться, пока не вернулись к изначальной длине! В мгновение ока! Получается, у него эластичные конечности? Удлиняются и укорачиваются? Лучше бы остался с длинными руками, с таким Устрелом не так сложно иметь дело. Харухиро разочарованно цокнул языком, а затем повернул налево и бросился бежать. Он наматывал круги вокруг монстра, двигаясь по часовой стрелке. Если чудовищу вздумается шагнуть вперед, он наверняка достанет юркого вора. Поэтому, когда Устрел все-таки вышел вперед, Харухиро рефлекторно взял чуть левее, ожидая выпада нагинатой. Устрел, стоя на месте, принялся вращаться, стараясь держаться лицом к Харухиро. Без сомнений, он ищет возможность сделать выпад копьем. В воздухе чувствовалось напряжение. Стоит на миг свернуть с пути, хоть чуть-чуть ошибиться — и удар неизбежен. От мысли, что смерть близка, Харухиро испугался, его ноги задрожали. «Быстрее! Быстрее! Быстрее! Быстрее-быстрее-быстрее-быстрее-быстрее-быстрее»! — подгонял себя вор. — «Кто же это?» — Оом, рел, экт, немун, дарс! Шихору! Она закончила заклинание «Теневые путы» и выпустила элементаля. Тот прилип к земле рядом с ногой Устрела. Монстр тут же угодил в ловушку, и призрачные щупальцы оплели его конечность. Однако Устрел практически сразу выбрался. Шихору принялась читать новое заклинание: — Джесс, иин, сарк, фрам, дарт! Молния обрушилась на высокую черную фигуру, Устрела тряхнуло… но не более. Избавившись от щупалец элементаля, чудовище двинулось в сторону Шихору. Девушка попятилась, запнулась и упала. Но тут Кузаку бросился вперед, заслоняя ее щитом.. — Я… Устрел в одно мгновение настиг Кузаку. Лезвие нагинаты сверкнуло острым блеском и со звоном ударилось о щит. Паладин устоял! И не просто отбил «Блоком» атаку, а шагнул вперед и сделал выпад длинным мечом. Устрел плавным движением уклонился в сторону и снова взмахнул нагинатой. Кузаку опять выставил «Блок». Сила этого удара заставила танка пошатнуться, но он не упал, а вместо этого вновь уколол монстра острием своего клинка. Устрел уклонился, взмахнул копьем, Кузаку выставил «Блок», затем выпад мечом… и так раз за разом. — Уха-ха! — истерично хохотал Кузаку. — Черт! Опасно! Уа-ха! Что это! Дерьмо! Да что же это такое? Уха-ха! Невозможно! Уха-ха-ха! Умереть? Гу-хи-хи-хи! Да все ли в порядке у него с головой? Кажется, нет. Видимо, страх и отчаяние, а также колоссальная ответственность, что давила на плечи паладина, довели его до предела. Он просто свихнулся. Что-то перемкнуло в голове. Харухиро, конечно, думал помочь товарищу, однако по факту у него не было ни единой возможности подобраться к ним и вступить в схватку. «Сейчас Устрел открыт со спины, но я не смогу напасть на него с кинжалом или сапом, пока не буду ближе. Если брошусь вперед, наверняка достану его, но лучше не рисковать. Слишком уж далеко прыгать!» — анализировал бой лидер. Тем временем Мэри принялась за Ранту: он получил глубокую рану и потерял много крови. Очевидно, ему потребуется лечение «Таинством», заклинания послабее не помогут, зато темный рыцарь быстро вернется в строй. Пока Мэри исцеляла товарища, а Кузаку сражался, Юмэ только бежала в сторону Устрела, но ее перехватил Харухиро: — Стой! Юмэ, оставайся там! Охотнице лучше держаться на расстоянии, ее навыки могут пригодиться. Если вдруг монстр переключится на Мэри и Ранту, нужен кто-то, способный остановить Устрела и предотвратить рост его рук. Кузаку поможет Шихору: она постоянно держалась позади паладина, стараясь улучить минуту, чтобы прочесть заклинание. Погодите, он что, собирается опять удлинять конечности? Конечно, Харухиро куда проще сражаться с Устрелом с длинными руками, чего не скажешь о Кузаку, но... Как раз в этот момент монстр успешно парировал левой рукой атаку паладина. «Крепкая. Или у него защитное снаряжение? Юмэ ведь стреляла в него, стрела засела у него в груди. Когда я забрался Устрелу на спину, то кое-что почувствовал… Это не похоже на металл, по крайней мере, оно не твердое и не холодное. Твердые у него только… руки? Или все-таки броня на руках? Что ж, на левой руке она точно есть. Сила Устрела сравнима с силой хранителя Крепости Мертвых Голов Зорана Зесшу, только орк носил обычные крепкие доспехи и шлем, а Устрел, кажется, ничем не защищен», — гадал лидер маленького отряда. — Су-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у… Снова! Этот звук! Обе руки Устрела стали вытягиваться. Кузаку нервно отшатнулся, стараясь выйти за пределы досягаемости монстра. — Толкай его! — выкрикнул Харухиро и сам помчался навстречу жуткому противнику. Кузаку послушался его? Кто знает! Вцепившись Устрелу в спину, вор вонзил в него кинжал. Лезвие с трудом прошло сквозь плоть чудища, но на полпути застряло. Внезапно невиданная сила подбросила Харухиро вверх. Это Устрел… подскочил к потолку пещеры! А затем приземлился на землю. Харухиро не смог удержаться и свалился вниз. — Ва-а… — успел завопить он. Оказавшись на спине, вор тут же перегруппировался, готовый защищаться, но не успел. Устрел не стал бить человека нагинатой, а вместо этого опустил на него тонкую короткую ногу. Прямо на грудь и живот. — Гх! — задохнулся Харухиро. — Э-э-э-э-э-э-эй! Это был Ранта. Он наложил на себя «Ауру Ужаса» и, обнажив меч, со всей дури несся на монстра. Атака прошла, но Устрел тут же отбросил Ранту прочь. Однако рыцарь Тьмы сумел порвать его черные одеяния, так что теперь на плаще красовалась широкая прореха. Пока товарищ отвлекал Устрела, Харухиро старательно полз, пытаясь убраться куда подальше. Изо рта текли желчь и желудочный сок, из глаз не переставали бежать слезы, из носа — сопли, все вперемешку. Не обращая внимание на свое плачевное состояние, вор упрямо полз вперед. — Хару?! — испуганно позвала Мэри. — Псе в подядке! — соврал Харухиро. Ничего не в порядке! Ну, у него хотя бы есть иллюзии, что он обманул жрицу и сумел сохранить лицо. Поднявшись, вор вытерся руками и оглянулся: Кузаку по-прежнему стоял против Устрела, в то время как Ранта атаковал его слева. Но ни один из товарищей так и не смог нанести серьезную рану и добраться до тела чудовища. Тем не менее, Кузаку удавалось каким-то чудом блокировать атаки нагинатой и левой конечности противника. Он что, приноровился? На самом деле, удлинив руки, Устрел приобретает ничтожное преимущество: может достать жертву издалека, обрушив на нее парочку тяжелых ударов. Однако за эту возможность он платит скоростью, становится медленным и неповоротливым. Возможно, именно этот фактор сыграл на руку паладину. — Получи-и! — Юмэ натянула тетиву и выпустила стрелу. Попала! В левое плечо! Вслед за первой просвистела вторая стрела. И вновь попала! На этот раз в спину Устрела, и, похоже, это ему совсем не понравилось. — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! В тот же миг Шихору закончила одно из мощнейших заклинаний магии электричества — «Бурю». Грохот оглушил Харухиро и его ребят. Множество молний забили рядом с Устрелом: это заклинание ориентировано на поражение по площади. Монстр получил не один и не два разряда. Его высокая фигура задрожала, загудела, а затем замерла. Всего на секунду, но Устрел застыл. — Сейчас! — дал отмашку Харухиро и бросился вперед. «Правильно ли это?» — думал он на ходу. —«Или же нет? Не знаю, но уже поздно!». Кузаку, Ранта, Юмэ и даже Мэри — все устремились к Устрелу. Они бросились на врага гораздо раньше, чем их лидер отдал приказ. Все члены маленького отряда действовали в едином порыве. Но разумно ли они поступают, поддавшись эмоциям? По спине вора пробежал холодок. Нет, ему это не просто показалось, дело не только в интуиции. На то были основания. Лицо Устрела разошлось, рот металлического черепа-шлема приоткрылся… — Подождите! Стойте! Отойдите от него! Когда Харухиро затормозил и рванул назад, что-то во рту монстра защелкало: — Чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик. Похоже на щелкание языка. Все в группе слышали этот зловещий звук — предвестник беды. Из-под металлического черепа Устрела показались грязноватые желтые зубы, хотя он ни на секунду не переставал щелкать языком. Слюна брызнула из его рта, запузырилась, стекая по кромке челюсти-черепа. — У-у? — взвыл Ранта. Он стал первой жертвой. Но как? Что за быстрая… атака? Устрел пнул темного рыцаря… в прыжке? А затем, схватив нагинату, просто смел оборону Кузаку. — А? — А-ай? — жалобно закричала Юмэ: она тоже получила пинок, став третьей жертвой. Вдруг Устрел остановился и прекратил атаковать ребят. Вместо этого он встал как вкопанный и, не прекращая щелкать языком, принялся с усилием поднимать и опускать плечи и спину. Тело монстра ходило ходуном. Харухиро был шокирован, Мэри замерла на месте, и только Шихору не поддалась страху. — Оом, рел, э… Волшебница начала зачитывать заклинание, но, прежде чем она успела закончить, Устрел оживился, подпрыгнул и отбросил ее ударом ноги. Девушка, не издав ни звука, упала на землю и обмякла, словно тряпичная кукла. — Ши… — хотел было крикнуть Харухиро… Но он просто лишился дара речи. Тогда-то перед ним и возникла тусклая сияющая линия. «Что все это значит? Какого черта тело движется само по себе? Почему? Да вы издеваетесь!» — по инерции возмутился Харухиро. Стоило вору двинуться по сияющей траектории, как Устрел начал медленно-медленно поворачиваться к нему. «Ударит ногой. Именно так!» — понял наемник, только взглянув на конечности монстра: Устрел задрал колено, а затем с невероятной силой оттолкнулся ногой от земли и буквально взлетел. Вор поймал его движение краем глаза, когда противник приготовился сделать выпад правой ногой. Тогда Харухиро отпрыгнул влево, но не просто уклоняясь от атаки, а с прицелом на правое колено чудовища, и ударил по нему сапом. Перекувыркнувшись через голову, парень вдруг обнаружил, что сияющая траектория исчезла. Устрел резко обернулся к Харухиро, и вор заметил, что движения противника были не такими уж точными. Не все так гладко, как казалось поначалу, нет. Устрел откровенно прихрамывал на правую поврежденную ногу… «Черт! Я же видел линию! Однако не прикончил его! Ладно, зато получил подсказку. Ноги! Нужно следить за ногами! Снова! Он наступает!» Монстр задрал колено и хорошенько оттолкнулся от земли. Если он по-прежнему использует правое колено в качестве опоры, маловероятно, что монстр получил серьезные повреждения, сап не очень-то эффективен против такого противника. Устрел рванул вверх. Сияющая траектория больше не была подсказкой вору, поэтому парню ничего не оставалось, как уповать на собственные силы и, стиснув зубы, упорно двигаться к цели. Харухиро отскочил влево, снова избежав тычка ногой. «А вот теперь будет опасно… Сейчас! Как я и думал!» — мысленно собрался юный воин. Приземлившись, Устрел перехватил нагинату обеими конечностями и взмахнул ею. «Попадусь под руку, и мне конец! Но если проскочить...» — не успев закончить эту мысль, Харухиро проскользнул под лезвием копья и отпрыгнул назад. — Мэри! Что с Шихору? Жрица не ответила. Ее молчание ошарашило лидера. «Не может этого быть!» — кровь вскипела в его жилах. — «Убью! Я его точно убью! Но… скорее, это он убьет меня» Устрел опять взмыл в воздух, но вор, привыкший к атакам монстра, предугадал его движение и направление атаки и смог уклониться в самый последний момент. Для этого маневра парню потребовались вся природная сила и ловкость. Как и ожидалось, после прыжка Устрел выбросил вперед нагинату, но атака копьем уже не казались Харухиро страшной, и вот почему. Когда Устрел отталкивался от земли левой ногой, он бил правой, а потом приземлялся на правую же конечность, но из-за травмы колена немного медлил, отчего между атаками возникала небольшая задержка. «Противник не так уж чудовищен. Нет, он смахивает на чудовище, но его можно ранить, а значит, одолеть. Сложная задача… Однако у нас проблема. Большая проблема. Да! Шихору. Шихору. Шихору. Сейчас не время думать о Шихору! Я должен сконцентрироваться на схватке с Устрелом!» — осадил себя Харухиро. — Куа-а-а-а-а-а! — Кузаку поднялся на ноги и тоже вступил в битву. — Получи-и-и-и-и! — Кузаку, следи за ногами! — крикнул паладину лидер, в свою очередь уклоняясь от удара монстра, как только тот взмыл в воздух. — Следи за его ногами! Так ты сможешь предугадать атаку! — Идио-о-о-от! — Ранта тоже поднялся на ноги. — Я и так все вижу! — Чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик — чик... Трое против одного. Устрел прекратил выкидывать коленца и скакать гигантской блохой, а потом остановился. Пощелкивания его языка эхом разносились по пещере. Длинные руки укоротились. Да что он задумал, втянув в себя конечности? Плевать! — Не теряйте бдительности! Следите за его ногами! — приказал товарищам вор. На секунду у Харухиро перехватило дыхание. Приближается. Приближается! Но в этот раз чудовище не прыгнуло на него, а понеслось, припав к земле. Устрел пошел в лобовую, выставив нагинату вперед, как таран. «Хочет сбить нас с ног. Наверняка собьет!» Харухиро пришлось извернуться под немыслимым углом, чтобы избежать лезвия нагинаты. Но маневр не удался полностью: проносясь мимо, Устрел зацепил его. Легкое тело парня просто отлетело в сторону. — Гх! — Дх! — Уф! Судя по всему, Устрел посбивал всех парней, одного за другим. Харухиро приложился о камень плечом и спиной, но боль от удара была не слишком-то сильной. Устрел, обогнув их по дуге и сбив с ног, встал как вкопанный. Его тело трясло, спина и руки вздыбились и ходили ходуном, то вверх, то вниз. Он что… устал? Оказавшись на ногах, Харухиро поискал глазами Юмэ и вскоре нашел ее: та вложила в лук стрелу и натянул тетиву… А Мэри… Жрица сидела рядом с пострадавшей Шихору, делая ей непрямой массаж сердца. Что? Зачем? — Есть! Сердце бьется! О свет, под божественной благодатью Люменеса! Таинство! «Таинство»? Чудесный свет? Шихору! Значит… у нее остановилось сердце? Вот почему Мэри массировала ее грудную клетку и только потом приступила к «Таинству»! Будь Шихору жива, ее бы вылечили магией света. Но раз Мэри потратила одно «Таинство» на Ранту, значит… Это последнее! — А-а! — Юмэ с отчаянным воплем выстрелила Устрелу в спину. Щелкая языком, монстр обернулся к ней. Ранта и Кузаку вскочили на ноги, а затем… — Мне!.. Мне уже лучше!...П-прошу прощения!.. Шихору поднялась вслед за ними. — Не извиняйся! — ответил ей Харухиро… Точнее, выкрикнул, чуть не плача. Но не время для сентиментальностей. Харухиро протер глаза и уставился на Устрела: «Я вижу тебя насквозь! Я просчитаю твои действия!». Монстр снова задрал левое колено. — Пинок в прыжке! Юмэ! — Нья-а! Устрел развернулся, и его нога понеслась к охотнице. Юмэ уклонилась от его атаки, покатившись по земле, словно ямная крыса. Оказавшись внизу, чудовище тут же встало в низкую стойку. Серьезно? Его правое колено восстановилось? Уже? — Теперь рывок! Берегитесь! Сказав это, Харухиро задумался: «Да как тут убережешься?» Устрел сорвался с места и нацелился… На Мэри и Шихору. «Плохо дело! Она только вылечила ее! Вот бы я мог хоть что-нибудь сделать… Не стой столбом!» — приказал сам себе парень. — Поэтому… Но тут Мэри и Шихору заслонил Кузаку, приготовившись столкнуться с Устрелом лоб в лоб. Опасная затея! Даже слишком опасная! Просто безумие! Но… — Ведь я — танк! Так держать! «Беги на него!» — Харухиро сорвался на внутренний крик, но в этом не было нужды: паладин сам знал, что от него требуется. Кузаку отбил нагинату щитом. Удар! Случилось ужасное! Нагината проломила щит! Но Кузаку даже и не думал останавливаться: он давил и давил на Устрела, ни на секунду не прекращая атаковать. Но и монстр не сдавался: пробив щит, наконечник копья скользнул по левой руке Кузаку и вышел из плеча паладина. Насквозь! Копье застряло в щите и плоти танка. В отместку Кузаку вонзил клинок в нутро противника. Устрел боднул его в ответ: два шлема — обычный и похожий на череп, встретились с металлическим звоном. Но и это не сломило паладина: он продолжал стоять на своих двоих и изо всех сил дергал за рукоять меча, пытаясь вытянуть его из живота Устрела. Но оружие засело слишком глубоко. Схватив левой рукой Кузаку за шлем, Устрел вытащил правой нагинату, освободив ее от обломков щита. «Я не позволю!» — с яростью подумал Харухиро. Конечно, лидер и не думал просто стоять и смотреть: он проскочил мимо Устрела и вцепился в спину монстра. Вору удалось остаться незамеченным и перехватить его правую руку. Для этого пришлось убрать сап и вооружиться одним лишь кинжалом. Взяв оружие обратным хватом, Харухиро вонзил клинок в правое плечо существа. Ударил, провернул, выдернул. И снова. — Гу-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки. Ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки. Ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки-ки — зашелся Устрел. Это не вопль. Это скрежет зубов. Изо рта Устрела пошла пена, и он, не прекращая скрипеть зубами, сплюнул ее на пол, а затем с яростью взмахнул правой конечностью, пытаясь сбросить Харухиро. В прошлый раз для этого чудовищу пришлось взмыть до потолка, но теперь он не мог скакать из-за меча в животе, спасибо Кузаку за это. Сам паладин с боевым кличем «Уо-о-о-о-о-о-о-о-о!» навалился всем телом на монстра, взялся за клинок и принялся дергать из стороны в сторону, расширяя нанесенную рану. Спасая собственную жизнь, Устрел выпустил шлем Кузаку и принялся что есть мочи колотить назойливого танка прямо по голове. «Гх! Кха! Н!» — то и дело вскрикивал Кузаку, но что именно он хотел этим сказать, понять было невозможно. Наверняка паладин едва терпел боль от каждого тяжелого удара и все же продолжал сдерживать монстра. Если Устрел так и продолжит методично избивать Кузаку, долго парень не протянет. «Твой ход, рыцарь Тьмы!» — мысленно взмолился Харухиро, призывая Ранту. — Подско-ок! А теперь Разрез ненависти! Ранта подлетел к Устрелу с левого бока и хотел было занести меч над черепом-шлемом… Но вдруг передумал и атаковал иначе. — Я только притворя-я-я-лся! Зверский уда-а-а-а-а-ар! Такого навыка, наверное, и в природе нет, но это неважно. Ранта просто вернул клинок в прежнее положение, так и не завершив удар по диагонали. Вместо этого парень сменил стойку и направил клинок практически по горизонтали. Темный рыцарь нацелился не на металлический череп… а на пасть монстра! Меч плашмя ударил по крепкому ряду желтых зубов. Дзынь! Нет, это не щелчок языка, не вопль… Это полуторник Ранты отскочил от зубов чудища? В любом случае, не похоже, что рыцарю удалось поломать тому зубы. Вот же крепкий тип! Из железа он, что ли? Тем не менее, от этого удара Устрел попятился. Казалось, что у юных наемников есть шанс. Кузаку вытянул клинок из нутра Устрела, замахнулся, собираясь снова вонзить его… Харухиро аж опешил от его глупости: — Ты ид… — не успел закончить вор, как монстр взмыл вверх. Головокружительной высоты прыжок! А вместе с Устрелом в полете оказался и сам Харухиро. «С такой высоты немудрено разбиться!» — промелькнуло в голове парня. Он приготовился к удару о землю, но все случилось иначе. Куда хуже, чем он представлял. Устрел не просто приземлился — скорее, со всего маху врезался в землю. Будучи контуженным, Харухиро не понимал, что происходит, но всеми силами старался просто удержаться на спине монстра. Бесполезно! Тело Устрела сотрясала крупная дрожь, а кроме того, он начал брыкаться и скакать по подземелью, стараясь сбросить со спины живую ношу. «Бесполезно? Теперь уж точно!» — Харухиро выпустил одеяние монстра, и тут же невидимая сила подбросила парня в воздух. «Похоже, я умру», — на мгновение вспыхнуло в голове Харухиро. — «Нет! Я не умру!» — решился он. И вот опыт падения и уклонения, полученный в ходе бесчисленных бросков Барбары, беспощадной наставницы вора, оказался как никогда полезен. В самый последний момент Харухиро сгруппировался, ударился об землю, но тут же подскочил, тем самым уклоняясь от последующей атаки Устрела. — Бегите! Бегите! — кричал лидер на бегу. Все его тело ломило от боли, и все равно он держал приличную дистанцию между собой и монстром, так что Устрел не мог больше достать прилипчивого человека. И тут громадная черная фигура чудовища внезапно замерла. — Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Он что, устал? Нет, не в этом дело. Темный плащ существа был уже порядком изодран, и сквозь прорехи виднелась красно-коричневая кожа. Нет, рана! Из нее сочилась вязкая, похожая на масло, кровь. «Так выглядит кровь Устрела?» — задался вопросом Харухиро. Да, именно она, если судить по кинжалу и испачканной одежде вора. Да он весь в этой крови! И теперь понятно, что Устрел выдохся, но не просто устал, а серьезно ранен: усилия ребят принесли свои плоды. Правда, их строй нарушен, и, хоть теперь самое время окружить и добить Устрела, шанс выпал уж слишком неожиданно: группа Харухиро была неготова. Ближе всех к монстру оказались Мэри и Шихору, остальным пришлось отступить. Может… пора делать ноги? Но как только этот вариант мелькнул в мыслях лидера, Устрел снова задрал левое колено. — Пинок в прыжке! Ранта! — предупреждающе крикнул Харухиро. Вместо ответа Ранта рванул прочь от летящего на него монстра, применив «Отскок». После прыжка чудище снова оказалось на земле, подняло левое колено… Нет, это ловушка! Устрел принял низкую стойку, значит, бросится вперед, так? Нет. Он вообще перестал двигаться. — Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Шу. Шу… Может, смертельно устал? Тогда надо наброситься на него всем разом, верно? Сложно сказать. А что, если Устрел готовится, чтобы продемонстрировать наемникам свою скрытую мощь? «Таинства» в запасе у них нет, и любая ошибка может быть смертельной. Пока две-три секунды Харухиро колебался, Устрел передохнул и ринулся в атаку, нацелившись на вора. — О… — вырвалось у парня, когда он заметил врага. Но вместо того, чтобы выставить нагинату на манер тарана, Устрел занес ее над головой. «Он собирается разрубить меня одним махом? Нет, велика вероятность, что он ударит древком. Что же делать? Вообще не представляю. Придется бежать… Бежать?» И Харухиро помчался навстречу грозному противнику. Лезвие нагинаты тут же полетело к нему, но вор в самый последний момент умудрился избежать столкновения и прошмыгнул под копьем. Пока Харухиро скользил по полу, он сумел пнуть монстра, однако отскочить далеко воину не удалось: пол был каменным и для подобных маневров не годился, тут далеко не уедешь. Впрочем, Харухиро все равно добрался до ног монстра, врезавшись двумя ногами в правую голень Устрела. Достал? Так сразу и не сказать. Вдруг Харухиро обнаружил, что распластался на земле. Ноги! Казалось, что его ноги сломаны, причем сразу в нескольких местах, но… Парень не чувствовал никакой боли. Пусть Харухиро и не чувствовал боли, он, что важнее, просто не мог двигаться. Не пошевелиться. «Что с ними? Почему я не чувствую ног? Неужели Устрел… Так и есть! Он лежит на земле!» — сообразил лидер. Харухиро заметил, что Ранта и Кузаку уже рванули к монстру, стремясь нанести ему смертельный удар, но Устрел начал медленно подниматься. «Кто же? Кто же быстрее?» — у лидера перехватило дыхание. Устрел. Чудовище поднялось раньше, чем его настигли ребята. Он встал, опираясь на древко нагинаты. Ранта и Кузаку принялись осыпать его ударами, но тот устоял и, в свою очередь, отбился от них, по дуге разрезав нагинатой воздух — Ранта и Кузаку пригнулись. Юмэ с криком «Те-а!» выпустила стрелу, и она угодила в левое плечо чудовища. Харухиро лежал неподвижно, лихорадочно соображая, что еще может сделать. Он не заметил, как Мэри и Шихору подбежали к нему и, ухватив за руки, с трудом потащили за собой прочь. «Спасибо, конечно… но я не какая-нибудь завалявшаяся вещь! А как-нибудь по-другому нельзя?» — М-мэри, м-может, магию? — робко попросил Харухиро, едва приоткрыв глаза. — Только несколько «Лечебных касаний»! Не больше! — тут же последовал ответ. Может, все-таки бежать? Но как? — О свет, под божественной благодатью Люменеса! Лечебное касание! После заклинания Мэри ноги вора снова обрели чувствительность, но вместе с ней пришла и боль, которую Харухиро едва мог стерпеть. Значит, он получил очень тяжелую травму. Но Мэри вылечит его… да? Так ведь? Пока жрица спешно пыталась подлатать лидера, корчащегося от боли, Кузаку успел распластаться по земле, не выдержав натиска противника. Ранте же повезло уклониться и слегка ранить монстра. Устрел снова отошел подальше, чтобы… перевести дух. Тогда-то Юмэ с криком «Нья-я!» выстрелила из лука и вновь попала в черную фигуру. Но что с Кузаку? Он в порядке? Да, ведь паладин сам встал на ноги. Что ж, хорошая новость: Устрел слабеет. — Мы прикончим его… — сказал Харухиро и кивнул девушкам. «Точно! Мы справимся! Но я слишком перевозбужден. Нельзя быть таким оптимистом! Нужно действовать с осторожностью, добивать постепенно, а не стараться прикончить его одним ударом. Потихоньку. Шаг за шагом. Медленно и упорно», — успокаивал себя лидер маленькой группы. Устрел снова пришел в движение, и Кузаку опять досталось, а вот Ранта, как и в прошлый раз, сумел уклониться и нанести врагу ответный удар. Устрел замер, и пока он отдыхал, Юмэ снова наградила его стрелой, но, к несчастью, промахнулась. Впрочем, и охотница, и темный рыцарь отлично понимали, что нужно делать, и медленно обескровливали чудище. Большего от них и не требовалось. Вскоре свет, исходящий от Мэри, что сидела возле Харухиро, погас, магия исцеления иссякла. «Итак, сделаем это! Мы справимся!» — с этой мыслью Харухиро поднялся. — Прикончим его! Приоритет на уклонение, контратакуем только в удобный момент! Не спешим, не торопимся! Ранта, Юмэ — продолжайте в том же духе! Кузаку, постарайся получать меньше ударов! Внимательно следите за его движениями! Ищите его ошибки! Наш противник слабеет! — Гуа! — вскрикнул Кузаку, не сумевший заблокировать яростную атаку Устрела — парень просто отлетел в сторону. Ранта с помощью «Подскока» буквально пронесся мимо Устрела, взмахнул мечом и рассек его плоть. Юмэ выстрелила чудовищу в спину. Кузаку силился встать на ноги, но не смог. Он тяжело ранен? — Мэри! К Кузаку! Шихору, держись рядом с ней! — Поняла! — Есть! Харухиро со всех ног ринулся к противнику и остановился прямо напротив Устрела. Быстро переведя дух, вор заметил, что монстр опять задрал левое колено. Готовится к прыжку? Что ж, пусть! Теперь скорость атак Устрела снизилась, и эти смертоносные пинки больше не казались Харухиро сколько-нибудь опасными. Совсем не страшно! Как и ожидалось, вор с легкостью избежал атаки, а когда монстр повернул к нему голову — и выпада нагинатой. Теперь Старый Кот видел каждое движение врага. Медленный! Устрел слишком медленный! Может, стоит подобраться поближе? Но Харухиро решил, что это чересчур, тем более что пока лидер ловко уклонялся от нагинаты, Ранта напал на монстра вместо него. Устрел попытался защититься от удара полуторника левой рукой, но не смог — рыцарь Тьмы коршуном налетел на него, осыпая ударами. Если бы глаза Ранты имели свойство сиять, они бы горели огнем. Но, конечно, это за гранью реальности. — Казнь адского демона! Скорее всего, такого навыка тоже не существует, и темный рыцарь махнул мечом наобум, просто полагаясь на природную силу и выносливость. Но даже эти качества мало помогут в убийстве Устрела. Будь тот в порядке, как в начале боя, он бы просто отбросил назойливого мальчишку, махнув какой-нибудь из конечностей. Но не сейчас. Преимущество было на стороне наемников Алтаны, так что монстру пришлось защищаться от атак темного рыцаря. Защищаться! От Ранты! И ничего, кроме защиты, некогда жуткое создание не могло предпринять! Разумеется, Ранта продолжал напирать на Устрела, стараясь сломить его оборону, давил и давил на него. Харухиро понимал: Ранту не остановишь, пусть он и играет с огнем. Это ведь Ранта! Мешать ему бесполезно, а коли так, то не лучше ли, пока этот агрессивный малый не выдохся… Харухиро метнулся к спине Устрела. Пока вор бежал и попутно рассматривал высокую фигуру в черных лохмотьях, он чувствовал странное спокойствие: у хребта монстра торчало несколько стрел. Три, если быть точным. «Пожалуй, целиться нужно туда. Устрел — человекоподобный монстр, я могу справиться с ним даже без сияющей линии. Уверен, у него есть слабые места, жизненно важные точки. Если не получится, буду думать дальше. Поехали!» — решил Харухиро и, подобравшись поближе, атаковал спину врага, вонзив в его плоть кинжал. Результат оказался неплохим: тело монстра напряглось от боли. «Попал? Или нет?» — встревожился вор и отскочил от Устрела. — У-а-а-о-о-а-а-о-о-а-а-а-о! — взвыл тот. — Уа? —удивленно вскрикнул Ранта. При столкновении нагината отбросила его меч в сторону. Сам Устрел вдруг переменил тактику, точнее его атаки стали грубыми, топорными и случайными. Ко всему прочему он прекратил скрежетать зубами и завыл.

— Ува-а-а-а-а? Эй, Харухиро, что, черт возьми, ты натворил? — завопил темный рыцарь, унося ноги от обезумевшего чудовища. Парню пришлось несладко: хоть он то и дело чередовал «Отскок» и «Заманивающий прыжок», периодически нагината вскользь задевала его спину. Ранта бежал без оглядки, спасая свою жизнь. «Удар в спину» взбесил монстра окончательно, в этом Харухиро не сомневался. Как говорится, нет никого страшнее раненого зверя. Устрела загнали в угол, не оставили ему выбора, и теперь он из последних сил пытался прикончить надоедливых людишек, то есть ребят Харухиро. Вот он, поворотный момент сражения! Победа или смерть! — Соберитесь! Он бьется из последних сил! Мы одолеем его! — Мурья! — Юмэ выпустила стрелу, и та вонзилась в ягодицу Устрела. — У-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — Ранта все еще пытался добраться до своего меча, но тщетно. — П-п-п-помогите, идиоты! — Иду! — откликнулся Кузаку, которого Мэри успела подлатать «Лечебным касанием». Он, конечно, молодец, но не много ли берет на себя? С ним все будет в порядке? В любом случае, паладин смело вырвался вперед, взял разбег и со всей силы врезался в бок Устрела. Когда же монстр направил на танка лезвие нагинаты, тот перехватил меч двумя руками и заблокировал клинок, летящий ему в лицо. Но мало того! Кузаку принялся давить на врага, вынуждая его отступить. — Уо-о-а-а-о-о! — взвыв, Устрел, почти не целясь, принялся колотить Кузаку копьем. Парень не остался в долгу: с дикими воплями «Га-а-а-а-а! Гуа-а-а-а! За-а-а-а!» он отбивал каждый удар нагинаты. Ему чертовски везло! Но стоит хоть раз ошибиться, и парню придет конец. Со стороны битва паладина и Устрела казалась по-настоящему страшной. Однако Харухиро понимал, что стоит ему окликнуть товарища, дать приказ на отступление, и он заставит Кузаку совершить фатальную ошибку. Покуда парень сражается с монстром, он не пропустит удар, поскольку предельно сконцентрирован. Нет, нельзя выводить его из такого состояния. — Мы снова вместе, мой Экскалибур! — обрадовался Ранта, подобрав свой меч. «Что за Экскалибур?» — проснулся внутренний цуккоми Харухиро, пока парень подбирался к Устрелу, решив атаковать его в спину. Юмэ приготовилась стрелять, но все не могла подгадать момент: Кузаку и Устрел сражались столь яростно, что охотнице не удавалось толком прицелиться, чтобы не задеть паладина. Вор бросил вопросительный взгляд на Мэри, и та без заминки показала ему два пальца. Два «Лечебных касания». Шихору вышла вперед и принялась колдовать: — Джесс, иин, сарк, фрам, дарт! — нарисовав посохом символ элементаля, волшебница закончила формулу. «Молния»! Раскат грома, а следом за ним ярко блеснула молния и тут же обрушилась на Устрела. Монстр отступил на шаг, и Кузаку, воспользовавшись брешью в его обороне, перешел в контратаку. Паладин бездумно махал мечом, большинство ударов так и не настигли цели… Но танк был на верном пути. Осыпая древко и наконечник копья ударами, Кузаку удалось заблокировать нагинату: со стороны казалось, что два лезвия — копья и меча — сошлись гардами. Но у копья не может быть гарды, а гарда клинка Кузаку зацепилась за руки Устрела. Крепко, насмерть. Это был великолепный шанс, и Харухиро даже не пришлось давать отмашку остальным: «Сейчас!». — Нья-я! — Юмэ послала стрелу, и та угодила в левое плечо врага. — Подско-о-ок! А теперь Удар Сатаны! Громкое название! По факту же Ранта просто подскочил к Устрелу и что есть мочи рубанул Устрела по раненому охотницей плечу. В то же мгновение Харухиро прыгнул монстру на спину, попутно выбирая себе цель. Металлический череп-шлем оказался цельным, он хорошо защищал голову чудища, но только ее. Устрел не носил наплечников, нагрудника или какой-либо иной брони, защищавшей туловище. Поэтому вор просто вонзил клинок в шею чудовища, в местечко под шлемом, а затем рассек плоть, оставив длинную рану — такую так просто не вылечить! Завершив атаку, Старый Кот соскочил со спины противника. — Гу-го-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — взвыл от боли монстр, как только кинжал Харухиро вспорол ему шею. — Уа-а? — вскрикнул Кузаку и отлетел в сторону, не выдержав мощного удара. Дело плохо… или же нет? Нет, Устрел не стал добивать паладина. Его огромная фигура зашаталась, будто он потерял равновесие или у него закружилась голова, тело прошила крупная дрожь. Он перехватил нагинату и оперся ею в землю, используя на манер трости. Ура! Устрел ослаб! Но… не рано ли? Да, рано радоваться. — Огоа-а! — выдав нечленораздельный вопль, Устрел выхватил нагинату и принялся вертеться вокруг своей оси с бешеной скоростью. — Ва-а! Отбегаем! — скомандовал Харухиро и упал ничком. Кузаку избежал страшного удара, перекувыркнувшись назад. Ранта отскочил в сторону. Юмэ, Мэри и Шихору с самого начала находились на безопасном расстоянии, бежать им не пришлось. Сделав семь оборотов, огромная фигура остановилась. Ребята замерли вслед за ней, ожидая следующей выходки монстра, но тот не подавал даже признаков жизни. Наверное, переводил дух, собирался с силами. Нет! Нельзя давать ему время! — Атакуем! — приказал товарищам лидер. Но стоило ребятам двинуться в атаку, как Устрел снова принялся вертеться волчком, не позволяя приблизиться к себе. И снова юным наемникам пришлось разбежаться кто куда, пока Устрел не сделал семь оборотов и не облокотился о нагинату. «Не позволю! Ты больше не отдохнешь!» — решился Харухиро и тут же крикнул остальным: — Вперед! Послушавшись лидера, Ранта и Кузаку насели на монстра, обменявшись с ним ударами; Юмэ выпустила стрелу, а сам Харухиро хорошенько приложил Устрела сапом, вложив в удар все свои силы. Устрел завертелся опять, вынуждая ребят отбежать на приличное расстояние, но вскоре опять остановился. Шесть оборотов! Остановился после шести оборотов! Да он уже с трудом держится! Раздавать приказы не было никакой нужды. Каждый в маленьком отряде понимал, что требовалось сделать: подбежать, нанести несколько ударов, отбежать, пока противник не начал размахивать нагинатой направо и налево. Отступая, наемники считали обороты: один, два, три, четыре, пять, шесть. По-прежнему шесть? Отбросив ненужные мысли, ребята снова бросились в атаку. Порез. Удар. Порез. Как только Устрел принимался крутиться волчком, все разбегались кто куда. И снова три… четыре… пять… Шесть оборотов. Харухиро перестал задаваться вопросом, сколько еще им придется бить монстра, справятся ли они вообще… Парень механически повторял свои действия раз за разом, не думая уже ни о чем. Атака. Атака. И еще раз атака. В конце концов, Устрел нечеловечески взвыл и начал отступать, прекратив вращаться точно безумная юла. Харухиро коротко переглянулся с Рантой: по виду рыцаря можно было сказать, что он просто сгорает от нетерпения, так ему хотелось прикончить длиннорукое чудище. Вор быстро-быстро замотал головой, призывая товарища не делать глупостей. Лучше лишний раз перестраховаться, чем жалеть всю жизнь. Никто не должен погибнуть. Это просто недопустимо. Приоритетная цель — выжить полным составом. И плевать, если они упустят какую-то из возможностей, будет и другой шанс. Харухиро перевел взгляд на Устрела. Отчаянно хотелось моргнуть, но парень сдержался. Высокая фигура стояла неподвижно, тяжело наваливаясь на древко нагинаты, очевидно, не в силах устоять на ногах. Из огромной распахнутой пасти доносилось нечто похожее на «Хи-и, хи-и, хи-и» и текла темная вязкая слюна. Теперь Устрел казался не гигантом, а чуть ли не лилипутом, так он съежился и обмяк. Некогда огромный и грозный противник Загадочной Норы вдруг оказался маленьким и жалким. Вдруг чудище рухнуло на колени, а потом растянулось на полу пещеры, сжимая в руке нагинату. Затем металлический череп-шлем чуть приподнялся, из пасти вывалился ярко-оранжевый язык. — У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у! — стон вырвался из глотки Устрела, а потом вдруг оборвался. Монстр замер. Харухиро «Тихой поступью» подкрался к спине Устрела. Когда вору осталось всего-то полтора метра до цели, металлический череп-шлем резко развернулся в сторону парня. У Старого Кота чуть сердце не остановилось. «Это Плохо! Ужас! Он что, нападет сейчас? Бросится на меня? Нет, все в порядке. Если что, просто сбегу. Все хорошо. Нет никаких проблем. Мы можем с ним справиться!» — успокаивал себя лидер маленькой группы. Кроме того, Устрел был при последнем издыхании. Харухиро нервно облизал губы и коротко вздохнул. Вдох — выдох. — Добьем его! — вдруг крикнул он остальным. Услышав приказ, Ранта, Кузаку и Юмэ рванули к Устрелу. В один миг мечи и кукри вонзились в тело монстра и принялись кромсать его плоть. Харухиро присоединился к товарищам, а вот Мэри с Шихору остались в стороне. Каждый раз, когда Харухиро и его ребята поднимали оружие, чтобы с силой вонзить его в неподвижное тело врага, каждый из них чувствовал невероятное спокойствие. Их цель была ясна: убить Устрела. Изничтожить угрозу. И даже когда голова Устрела упала, а сам он затих, юные наемники не прекратили кромсать его на части. Они не перестали даже тогда, когда каждому их них стало ясно, что хватит — больше Устрел не подымется. Но эта жестокость необходима, как и полное уничтожение чудовища. Нельзя оставить его недобитым. Лишь изрубив Устрела на кусочки, ребята остановились. Только тогда они поняли, что выдохлись и смертельно устали. Никто не мог вымолвить ни слова. — Мы сделали это… — наконец, слабым голосом сказал Харухиро. Ранта с громким «Фу-у-у-ух» поднял руки и потянулся. — Мы сделали это! Сделали, черт подери! Мы прикончили его — Устрела! Что теперь, дерьмоголовый, а? — У-ура... — всхлипнула Юмэ. Ее волосы пропитались потом и теперь липли к лицу. Юмэ вообще казалась жутко истощенной, будто во время боя страшно исхудала, скинув сразу несколько кило. — Юмэ больше не может… — Ду… — присев на корточки, Кузаку безжизненно опустил голову . — Ду… думал, ум...ру… — Хару — окликнула вора Мэри, давая понять, что она и Шихору следят за туннелями, чтобы другие вражеские существа не застали их врасплох. Харухиро кивнул ей, подтверждая, что они спасены. Действительно спасены. «Это было опасно! Словно идти по тонкому льду. Победа? Какая победа? Это, что ли, «победа»? Хотя бы не поражение, это я знаю точно. Нет, раз Устрел мертв, все-таки победа. Но есть один момент. Думаю, из десяти подобных схваток мы вышли бы победителями из шести, это максимум. Пару раз все висело на волоске, но мы как-то справились, переломили ситуацию. Несколько раз были критические моменты, но мы пережили их. Однако могли бы сделать все в лучшем виде, более умело. В следующий раз мы справимся лучше. Например, сегодня наши шансы были шестьдесят на сорок, а завтра могут быть восемьдесят на двадцать, а то и девять к одному. Само собой, победить в каждой схватке невозможно», — крепко задумался Харухиро. Опыт. Вот что значит «приобретать опыт». И навыки, полученные в ходе битвы с Устрелом, помогут им выжить в другой ситуации, одолеть другого противника. На самом деле, не участвуй ребята в яростной битве у Крепости Мертвых Голов, они бы не сладили с Устрелом, а просто запаниковали. Тогда бы всю группу Харухиро просто перебили. Тогда их участи не позавидуешь. Нет, так и есть: они бы погибли. Но Харухиро и остальные выжили не только благодаря изученным навыкам, новой экипировке, а также физической силе и выносливости, нет. Они стали опытнее. Они на своей шкуре познали страх, жестокость, напряжение и боль. Они прошли через все это. Группа Харухиро, разумеется, слаба. Например, сколько бы вор ни пытался закалить свой характер и тело в бою, ему не стать похожим на Ренджи. И пусть, получая опыт, его ребятам никогда не догнать отряд Ренджи, но они станут куда сильнее. Все вместе. Это неизбежно. Получат другой опыт, другие знания, другие навыки, проходя через другие испытания. Пусть они и уступают Ренджи и его парням в девяноста девяти случаях из ста… но в одном ребята Харухиро сумеют превзойти их. И этого уже достаточно. У них есть потенциал. «Могузо, твоя смерть повлияла на нас. Сильно повлияла. Конечно, без тебя мы на многое не способны. Будь ты сейчас с нами, мы бы гарантированно стали лучшими. Но тебя больше нет, и мы обязаны продолжать жить. Без тебя нам порой не просто трудно, но и очень грустно, ужасно одиноко, однако мы должны двигаться вперед. Нам все еще предстоит долгий путь», — мысленно обратился к почившему товарищу лидер. Харухиро опустил ладонь на плечо Юмэ: — Отлично справилась! Попала не один и не два раза! Много! Пусть ты и говорила, что стрельба из лука дается тебе с трудом, сегодня ты великолепно справилась! — Угу… Юмэ подняла голову и посмотрела на вора. Рука девушки легла на его ладонь, а потом крепко сжала. И тогда Харухиро понял, что лицо Юмэ покрыто не только потом, но и слезами. — Трудно, но Юмэ не могла иначе. Юмэ сделает все, на что Юмэ способна. Юмэ будет не просто стараться, а стараться изо всех сил! — Юмэ, ты и так хорошо постаралась. — Наверное, но можно было еще и еще лучше! — Что плохого в том, чтобы становиться лучше постепенно? Сразу всего не достичь. Для нас это самый лучший способ двигаться дальше. — Наверное… — Юмэ нахмурилась и закусила губу. И в этот день ребятам удалось пережить трудности и увидеть завтрашний день, но в этом мире есть те, кто не увидит рассвета. В мире нет равенства, нет справедливости. И только время течет одинаково для всех, как сказал один человек. Нет, это неправда. Харухиро и его друзья как никто знают, что значит быть выброшенными из временного потока. Причем их вынесло из него с такой легкостью! Харухиро покрепче сжал плечо Юмэ, а затем отпустил девушку. Ранте он ни слова не сказал, лишь хлопнул по спине ладонью. Из груди темного рыцаря вырвался смешок. — Шихору, — когда Харухиро позвал ее, та виновато склонила голову. — «Да погоди же, я ведь еще ничего не сказал!» — Ты использовала магию в ключевые моменты и этим сильно помогла нам. — Мне еще многому нужно научиться… То есть моим заклинаниям недостает мощи… С виду очень робкая, Шихору невероятно храбро смотрит в лицо своим слабостям. Пусть волшебница и слаба сейчас, она станет могущественнее со временем. Не стоит жалеть ее или утешать, лучше раззадорить метким замечанием. — Верно. В нынешнем состоянии твои заклинания не могут нанести смертельного удара. Думаю, не стоит и гнаться за таким результатом. — Да… — Я ведь хотел смотивировать тебя. — П-прошу прощения…. На помощь Харухиро пришла Мэри: она погладила Шихору по голове, утешая ее. Везет же некоторым! Впрочем, вор и не завидовал волшебнице, скорее радовался, что девушки смогли стать друзьями. Этот факт сильно успокаивал вора. Вот только парням и девушкам тяжеловато ладить, и этого не избежать. Встретив взгляд Мэри, Харухиро улыбнулся ей. Жрица ответила ему слабой улыбкой. Что ж, уже немало! По крайней мере, у вора возникло странное чувство, будто бы он и Мэри хорошо понимают друг друга. Но они просто боевые товарищи, не более. Может, оно и к лучшему. Просто нужно быть товарищами друг другу. Повернувшись к Кузаку, Харухиро протянул ему руку, предлагая помощь. В версии с изображениями тут находится картинка. — Щит. Придется покупать новый. — Ага. Кузаку протянул руку в ответ, и лидер, взяв паладина за запястье, потянул его на себя, помогая парню подняться. «Какой же он высокий! Высокий и при этом худой! Впрочем, если глядеть ему в лицо не снизу вверх, то можно заметить, что Кузаку довольно-таки приятный парень». — Пусть в прошлом и были трудности, но теперь ты стал отличным танком. Но с этого дня ответственность возрастет, спрос будет больше. — Конечно! Что угодно сделаю. Лишь бы никто не погиб… Я не дам никому… умереть…. — Полагаюсь на тебя! Харухиро легонько ткнул паладина в живот. «Может, установить правило, запрещающее любовные отношения внутри группы?» — мельком подумал лидер. Тут же в голове Харухиро промелькнула идея, как сообщить остальным об этом. Мол, «парочки, ревность, разрыв между влюбленными — лишние неприятности и только». Харухиро перевел взгляд на труп Устрела, а потом на один из туннелей Загадочной Норы, которая походила на каньон, испещренный ходами и дырами, где не было ничего, кроме черной пустоты. «В этом месте, в Загадочной норе, мы определенно станем сильнее!» — мысленно решил Харухиро. Станем опытнее, мудрее, чем когда-либо… Правда, если б Харухиро сказал кому-нибудь о своих мыслях, его бы подняли на смех, как и всю его команду. И тем не менее они должны справиться, чтобы однажды встать плечом к плечу рядом с Сомой и его товарищами. Во что бы то ни стало.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие автора

Когда я пришел в себя, то понял, что бой еще не окончен. Похоже, просто не заметил, как уснул. Мои руки все еще сжимали контроллер. Возобновив битву, я спохватился, что один из членов моей группы погиб. Почему он умер? Я не мог вспомнить. Наверное, нужно воскресить его. Или оставить как есть? Но поскольку я массово уничтожал всякую мелюзгу ради прокачки уровня, мог справиться и без убитого. Да как он вообще отвалился от таких противников? Может, я слишком увлекся сражениями и как-то подзабыл, что моим подопечным тоже требуется отдых? Да, так и есть. С первого взгляда понятно, группа ужасно вымотана. А! Ну вот, погиб еще один! Ладно, сойдет и так. Бой завершен. Двое погибших. Один из них обладал магией воскрешения. Конечно, я мог потратить артефакт с магией воскрешения, но это просто расточительство, поэтому я решил вернуться в город с помощью заклинания. Воскресил мертвых, вылечил остальных, но что дальше? Деньги есть, но все уже куплено. Даже расходники пополнять не требуется. Может, еще чуть-чуть поднять уровень? Нет, хватит. Пойти по сюжету? Точнее, куда пойти и чем заняться? Что я вообще здесь делаю? Просто повторяю одни и те же действия. Раз за разом. Снова и снова, снова и снова. Даже в ущерб своему сну. Потратил ли я это время впустую? Сомневаюсь. Но если бы не это, «Гримгар пепла и иллюзий» никогда бы не увидел свет. В те далекие времена я много часов проводил за играми. Может, по привычке, может, из желания сбежать от реальности, а может, просто хотел отдохнуть мозгом. Тогда я только и делал, что прокачивал персонажей, открывая для себя новый неизведанный мир. Благодаря техническому прогрессу появились игры с открытым миром, 3D экшн-рпг, похожие на «Demon’s Souls» и «Dark Souls», которые манили своей загадочной и неизведанной вселенной. Сейчас я больше всего на свете жду выпуска шлема виртуальной реальности. С ним я наверняка смогу погрузиться в новые неизведанные миры. Вот бы игры нового поколения, игры с полным погружением и стимуляцией всех пяти чувств, смогли возобладать над желанием писать новеллы. Впрочем, не знаю. Писать новеллы иногда довольно-таки проблематично и очень сложно, но в то же время очень интересно. У меня заканчивается бумага. От всего сердца благодарю редактора Кей-сана и Ширай Эйри-сана, дизайнера из «Komeworks» и всех остальных, кто принимал участие в создании и распространении этой книги, и всех тех, кто сейчас держит эту книгу в руках. На этих словах я откладываю ручку. Надеюсь, встретимся вновь. А, прошу обратить внимание на мою новеллу «Великий герой — безработный, и что с того?». Дзюмондзи Ао

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие команды

Послесловие от переводчика (grisha92)

Всем привет. Спасибо, что прочитали четвертый том «Гримгара».

Наконец-то том завершен. Перевод шел немного медленнее, чем хотелось бы. Причина: на западном рынке серию лицензировали, поэтому анлейт оборвался где-то на середине тома. Переводить с японского у меня получается пока что не очень хорошо. Надеюсь, следующий том пойдет чуть быстрее.

Не люблю писать горы текста, поэтому сразу к благодарностям. Огромное спасибо всем, кто работал над томом: Rungerd за редактуру и Лессе за вычитку. Только благодаря вам этот текст приятно читается и хорошо усваивается.

Увидимся в следующем томе.

Послесловие от редактора

Что ж, вот и завершен первый том, моя первая серьезная работа в качестве редактора. Без ошибок не обошлось, и я благодарна людям, которые оставляют в «орфусе» замечания. Вы делаете текст лучше, спасибо вам. Хочу от всей души поблагодарить несравненную Лессу, нашу богиню редакта, которая оберегает и бдит за судьбами своих послушников. Хочу поблагодарить Бланку, верховного мага редакта, которая способна из любой (даже невозможно бредовой) фразы сделать конфетку. Вы учите меня нелегкому ремеслу, и я надеюсь однажды достигнуть вашего уровня и мастерства.

Хочу поблагодарить Гришу: если бы не его упорство и старание, я бы не смогла работать над «Гримгаром». Кроме того, он отличный товарищ, с которым хорошо и легко работать над текстом. Всем редакторам такого переводчика! Я надеюсь, что наше сотрудничество будет долгим и плодотворным.

Добавлю еще кое-что: я надеюсь, что наша совместная работа однажды станет неплохой альтернативой уже существующим переводам этого ранобэ. Мы не гонимся за выгодой, не хотим денег, но очень хотим, чтобы вы любили «Гримгар» также, как и мы.

К сожалению, только годы ударного труда сделают из нас профессионального редактора и профессионального переводчика, и сейчас мы можем ошибаться. Поэтому надеюсь на понимание читателей. Также мы пока не можем наладить регулярный выпуск глав, поскольку они разнятся по объему, а некоторые и по сложности. Сложнее всего работать над «боевкой». Так на последнюю главу этого тома ушел месяц (перевод) и неделя, чтобы исправить ошибки и недочеты, проверить логику повествования, убрать повторы, поработать с лексикой. В этом, конечно, мне сильно помогла несравненная Бланка, но работы все равно хватало.

Теперь я снова переключаюсь на третий том: он будет перезалит в ближайшее время, географические названия, некоторые наименования классов, умения и прочее будут обновлены согласно разработанному «глоссарию». Пожелайте мне удачи! И спасибо, что читаете нас!

Rungerd, карающий молот редакта.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1: Как зверь в брачный период

В версии с изображениями тут находится картинка. Это создание… с ног до головы черное. Нет, не так! Оно облачено в длинную темную, похожую на плащ, накидку. Рост высокий, около двух с половиной метров. Можно сказать, что тело существа практически человеческое. Необычайно маленькая голова и длинные руки и ноги. Плечи невероятно широкие. В целом, фигура существа видом напоминала перевернутый треугольник. Он держит в руках длинное копье, чей наконечник — точно широкий прочный нож, мясницкий тесак. Скорее всего, оружие — разновидность нагинаты. Ссутулившись, существо широко и бесшумно шагает, используя нагинату как трость. Он перемещается совершенно беззвучно, и даже копье, касаясь земли, не издает звона. Загадочный тип… Или это нормально для таких как он? Монстров? — Ну что, идем? — спросил Харухиро, и стоило ему закончить, как Кузаку шумно выдохнул и опустил забрало. Рядом послышался глухой «дьявольский» смех — это смеялся Ранта, покрывший голову шлемом, похожим на чей-то череп. Темный рыцарь нарек его «скалхеймом» в честь своего бога Скалхейла, думая во всем подражать Владыке. И, похоже, Ранте это сходство очень льстило, вот он и смеялся так в последнее время. Неужели из-за того, что думает, будто это круто? Разве не глупо? Он идиот? Был идиотом и по сей день идиот. Юмэ, достав из колчана стрелу, вложила ее в составной эльфийский лук. Охотнице куда лучше давался кукри, и с тех пор ничего не изменилось, но недавно девушка обновила и кукри, и лук. Кроме того, она выучила несколько навыков для стрельбы, хоть они и мало подходили ее талантам. Так или иначе, по Юмэ заметно, что она старается. Проверив, что сияющая метка «Оберега Света» на месте, то есть над левым запястьем, Мэри начертала в воздухе новую гексограмму. — О свет, под божественной благодатью Люменеса… Поддержка * ! Внезапно над левым запястьем Кузаку вспыхнула еще одна маленькая гексаграмма, но уже другого цвета. Похоже, монстр, услышав заклинание Мэри, решил поторопиться и сократить расстояние как можно быстрее. Шихору принялась колдовать, рисуя в воздухе символ теневого элементаля. Она взяла себе новый посох, сделанный из древесины эльфийского Леса Теней. — Оом, рел, ект, дерм, фрам, дарс! Призванный элементаль, похожий на густой черный туман, закутал Шихору в тонкий кокон. Это была «Теневая броня» * , способная выдержать лишь один удар противника, однако весь полученный урон обнуляется. Это защитное заклинание однажды может спасти жизнь легко экипированной волшебнице. Враг был совсем близко. Еще чуть-чуть, и существо подберется на расстояние удара нагинатой. — Да действуй уже, Кузаку! — не выдержав, завопил Ранта. Не замечая грубости товарища, паладин выступил вперед. Враг взмахнул нагинатой — Кузаку не попятился, а вместо этого выставил щит и отбил атаку монстра. Нет, теперь он не использовал «Блок», это был «Удар щитом» * . Нагината отскочила с оглушительным звоном. Монстр открылся, и тогда Кузаку сделал выпад в сторону уязвимого тела, атаковав врага длинным мечом. Чудище беззвучно отпрыгнуло назад. Юмэ выпустила стрелу. Та вошла в левое плечо монстра. Харухиро стал заходить справа, а Ранта — слева, окружая противника. Ему это явно не понравилось, и он поспешил отступить. — Сейчас! — крикнула Мэри. Конечно, все в маленьком отряде поняли, о чем речь. — Су-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у… Из горла существа вырвался странный звук. Обе его руки вытянулись. Но пока его конечности растут, монстр как никогда уязвим. — Все вместе! На него! С этими словами Харухиро бросился вперед, стараясь зайти монстру за спину. Кузаку, выставив перед собой щит, пошел на таран. Ранта… опять? Снова за свое! — Ху-хи-хи-хи… Разрез Смерти * ! — темный рыцарь описал Предателем восьмерку и атаковал. Такое странное имя Ранта дал своему абсолютно черному мечу, кстати сказать, выкованному на совесть. Да и новый прием был определенно впечатляющим, хоть Ранта и не мог выполнить его мастерски. Если бы любой другой воин гильдии Скалхейла решил его применить, наверняка «Разрез Смерти» выглядел бы просто прекрасно. Но вульгарное поведение Ранты как всегда портило все, и его «Разрезу» не доставало изящества. Но это все не важно, пока не страдает мощь удара. Предатель обрушился на правую руку монстра, послышался хруст. Полуторный меч Кузаку вошел в бок врага. Обе атаки оказались удачными: у существа крепкая левая рука да череп, больше ничего. Остальное тело уязвимо и боится любого клинка. Когда руки врага удлинились примерно в полтора раза, Харухиро зашел монстру за спину, но не атаковал. Еще рано. Пока лидер выжидал подходящего момента, затаив дыхание, Кузаку и Ранта не прекращали осыпать чудище ударами. Есть теория, что пока монстр атакует удлиненными конечностями, с ним нужно сражаться почти вплотную. Юмэ снова выстрелила и попала монстру в правое плечо. «Отступит?» — мелькнуло в голове Харухиро. Не прошло и двух секунд, как монстр попятился. Вот только на его пути оказался Харухиро. Похоже, противник совсем забыл о воре, но это и неудивительно: лидер использовал «Тихую поступь», чтобы подкрасться к нему, и до сих пор парню удавалось остаться незамеченным. Надо же, получилось! Харухиро прыгнул и вскарабкался на спину врага. «Сюда?» — вор нашел уязвимое местечко у хребта монстра и вонзил туда кинжал, прокрутил в ране и вытащил. И снова вонзил. Пытаясь сбросить Харухиро, чудище приготовилось к прыжку. Мощному скачку вверх. Вот он подгибает колени, вот опускает таз, вот он готовится... Прежде чем огромная черная фигура взмыла вверх, Харухиро соскользнул с ее спины. Заметив это, монстр лишь слегка подпрыгнул и тут же встал в низкую стойку. — Су-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у… Его руки втянулись. В обороне образовалась еще одна брешь. — Возмездие! — Удар ненависти! Кузаку и Ранта почти одновременно подлетели к врагу и взмахнули мечами по диагонали. Длинный меч Кузаку звучно отскочил от черепа монстра, сорвав тому капюшон. Клинок Ранты обрушился на правое плечо противника. Ребята нанесли еще два-три удара, а затем отступили, отскочив на небольшое расстояние, когда заметили, что руки врага вернулись к прежнему виду. Голова монстра обнажилась, и теперь каждый мог видеть, что она похожа на череп, отлитый из металла. — Джесс, иин, сарк, фрам, дарт. Это была магия Шихору! Ее «Молния»! И электрический разряд тут же пронзил тело монстра. Его пасть распахнулась, однако зубы были сомкнуты. — Чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик-чик… — защелкал язык чудища. — Кузаку! — крикнул Харухиро. Паладин, услышав лидера, ответил «Понял» и ринулся в атаку. Противник вскинул левое колено — готовился к пинку в прыжке. Но Кузаку протаранил врага, выставив вперед щит, и монстр потерял равновесие. — Отлично сработано! — обрадовался Ранта и с идиотским зловещим смехом набросился на черную фигуру. Кузаку не отставал: удары паладина так и сыпались на длиннорукого монстра. Харухиро решился. Пора прикончить его! Не то, чтобы ему не терпелось побыстрее расправиться с чудищем, но пока у его отряда очевидное преимущество. Конечно, если они попадут под несколько контратак противника, они все равно выстоят благодаря мастерству и опыту. «Самоуверенность? Нет. Мы столько раз сражались с этими тварями и ими подобными, что уже понимаем их повадки. Как вида и как особи. Так или иначе, поведение одно и то же» — прикинул ситуацию лидер. В версии с изображениями тут находится картинка. Они сражались с Устрелом. Еще совсем недавно Харухиро и его ребята и представить не могли, что наступит день, когда они смогут с такой уверенностью биться с такими существами. Но теперь даже Устрел им не соперник. — Прикончим его! Когда Харухиро выкрикнул это, Юмэ достала кукри и бросилась к монстру. Мэри держала наготове короткий посох, стараясь не отходить далеко от Шихору. Естественно, Устрел пытался подняться, но каждый раз Ранта с воплями «Получай!» или «Вот еще!» вонзал клинок в руки монстра или сбивал того с ног, не позволяя ему подняться. Похоже, темный рыцарь искренне наслаждался расправой. Что ж, очередное проявление его мерзкого характера. Кузаку же не пытался отбить конечности монстра, а сосредоточился на голове и шее Устрела. Будучи высоким и от природы сильным парнем, он вкладывал немалую мощь в каждый удар. От паладина прямо-таки веяло разрушительной силой. Сконцентрировавшись, он обычно молча сражался, и, пожалуй, эту его привычку можно считать за достоинство. Кузаку безмолвно выбивал жизнь из тела Устрела. — Нья-я! Разъяренный тигр! Юмэ завершила сальто, перекатившись вперед, и затем со всей силы ударила Устрела. Это был прием, опасный для исполнителя, и всякий раз Харухиро было не по себе, когда он видел его применение. Наблюдая за действиями товарищей, лидер то и дело поглядывал на спину Устрела. Он внимательно выискивал его слабости. Что-то вроде привычки, будто вор изучал своих противников по спине. Кроме того, Харухиро чувствовал себя невероятно спокойным, когда враг открывал ему спину, и вор мог подолгу ее разглядывать. Время от времени эти наблюдения приносили пользу, будь то обнаружение слабых мест врагов, анализ их поведения или выбор удачного момента для нападения. Кроме того, иногда перед взором Харухиро возникала сияющая линия. Если быть точным, тусклая нить света. Он считал это за образ, который помогал ему понять, что будет делать враг дальше или какое у него слабое место, а также видеть, что нужно сделать то и это, и не задавать вопросов. Вот и все. «Мгновенное предвидение событий». Просто мысль материализовалась в сияющий путь. Похоже, кто угодно способен наблюдать сияющий путь или какой другой мысленный образ. Легче всего он проявляется в момент опасности, когда ситуация кажется безвыходной. Если закономерность такова, то при определенных обстоятельства можно увидеть несколько «линий» одновременно. Другими словами, увидеть несколько «вариантов» возможного будущего. Люди отличаются друг от друга. Одни видят эту линию чаще, другие — реже. Тем не менее, эта способность доступна каждому. В этом нет ничего особенного… как-то так. «Ничего, все в порядке», — эти мысли не расстроили Харухиро и не поколебали его дух. «Хорошо быть особенным и уметь то, что никому не доступно, однако это не про меня. Просто нереально. Вот и все. Чего нет, того нет». Хотя это не значит, что Харухиро и его ребята — полнейшие неудачники. Но если сравнивать их навыки с умениями талантливых людей или просто гениев, то они, пожалуй, уступают почти во всем. Конечно, нельзя сказать, будто заурядные люди ни на что не способны, как раз наоборот! Кое-что им доступно. А еще заурядные люди могут развиваться и расти над собой. Заурядные люди могут стать сильнее. — Гу-ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги. Ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги. Ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги- ги-ги-ги-ги-ги-ги-ги. Устрел скрежетал зубами, изо рта повалила пена. Он умирал. — Получи! Получи! Получи! Получи! Получи! Получи! Получи! Получи-и-и! — Ранта яростно кромсал грудь Устрела, не останавливаясь ни на секунду. Кузаку отступил и обернулся к Харухиро. Вор кивнул ему, подтверждая догадку: нет нужды понапрасну тратить силы. Устрел на последнем издыхании, так что пусть Ранта и добивает его. Темному рыцарю нравится глумиться над полумертвым врагом, пока тот не испустит дух. Лидер не знал, как стоит относиться к этой черте Ранты, однако иногда эта зверская жестокость спасала жизнь ребятам. Но если говорить о личном мнении Харухиро… В глубине души вор терпеть этого не мог. — Отлично-о-о-о-о-о-о! Ранта уселся на труп Устрела и принялся за дело. Наверное, обшаривал его в поисках добычи. Впрочем, много на Устреле не заработаешь. Только голова, похожая на металлический череп, да нагината представляют хоть какую-то ценность. Такая добыча довольно-таки тяжелая, и до города тащить далеко. В общем, усилия того не стоят. Особенно бесполезен металлический череп, который лишь напоминал шлем, но на деле был частью экзоскелета. Снять его невозможно, придется рубит голову Устрела и нести на рынок вместе со шлемом. Однажды Харухиро и ребята именно так и сделали, но, сравнив затраченные усилия с прибылью, разочаровались. Никто больше не хотел браться за эту работу. Ранта обшаривал Устрела, чтобы поживиться какой-нибудь частью его тела. Конечно, этот парень не из тех, кто собирает трофеи на память, просто темные рыцари всегда приносят что-нибудь Владыке Скалхейлу в качестве жертвы. Например, отрезанное ухо. Так они обретают «вайсы», накапливая которые получают доступ к изучению темной магии и особых приемов. Кроме того, так почитатели Скалхейла могут рассчитывать на его благодать, и это благословение само по себе усиливает темные заклинания. В общем, дикость. Если взять группу из двадцати наемников, то среди них, в лучшем случае, окажется один темный рыцарь. Да, их не так много. Причина проста. Не обладая определенным характером, человек не сможет долго продержаться в гильдии темных рыцарей. Если вдруг он захочет покинуть братство, ему это не удастся: став единожды темным рыцарем, класс не меняют. Поклявшись в верности лишь Скалхейлу, придется служить ему до самой смерти. Уйти из темных рыцарей нельзя, таков закон. А если попытаешься уйти, то тебя начнут преследовать свои же. И убьют. Страшные люди! Темные рыцари очень страшные! — Ухи-хи-хи-хи… — захихикал Ранта, поднимая над головой что-то, испачканное темной кровью. Похоже, это зуб Устрела. Харухиро тыльной стороной ладони прикрыл рот, пытаясь справиться с подступающей тошнотой… «С Рантой все в порядке! Определенно! Его характер идеально подходит темным рыцарям. Можно сказать, что это его призвание!» Когда Ранта закончил свои дела, ребята оставили позади мертвое тело Устрела и двинулись дальше. Они некоторое время шли мимо муравейника муриан. Скорее всего, именно муравьиноподобные монстры управятся с трупом Устрела, так что нет нужды его хоронить. Загадочная Нора... С тех пор, как они впервые спустились сюда, прошло больше четырех месяцев. Честно говоря, больших денег они здесь не заработали. Точнее, часть прибыли ушла на еду и питье, походы в баню, снаряжение, остальное они потратили на изучение навыков, когда вернулись в Алтану. В опорном наблюдательном пункте есть филиал банка Йорозу. Если закрыть глаза на высокую, в отличие от главного отделения, комиссию за хранение денег, этой услугой можно было воспользоваться. Однако их сбережения отнюдь не росли. По крайней мере, у Харухиро с каждым днем денег становилось все меньше и меньше. Впрочем, за это время случились кое-какие подвижки в командной работе маленького отряда. Кузаку вполне привык к ребятам и стал настоящим танком. Каждый из группы Харухиро в принципе стал сильнее. Да так, что все вместе они могли прикончить Устрела! Да еще и без особых проблем! У них ведь все хорошо… так? Сложно сказать. Бывают времена, когда все идет хорошо. Бывает, что все идет ужасно. Иногда жизнь совсем невыносима. А случается, что Харухиро, увлекшись работой, даже не думает над этим вопросом. Все ли у них хорошо? Каждый день ответ разный. Ну, сегодня, похоже, все хорошо. Вроде неплохо. Более-менее. Неплохо. Скорее всего… Пока Харухиро шел впереди и осторожно разведывал обстановку, группа продвигалась по боковой пещере муравейника муриан. Из-за Устрела муриане попрятались кто куда, и даже тени их тени не было видно. — Да уж…— пробормотал Ранта, шмыгнув носом. — Ну, вы знаете! Это какая-то рутина! В последнее время. — Началось… — прошептала Шихору. — А? Чего ты там сказала, обвисшие сиськи? — О-они.. не обвисшие… — Откуда мне зна-ать? Я ведь не видел своими глазами! Ага! Так что сложно сказать, что они не обвисшие. Да, Кузакки-и? — Может, прекратишь.. так меня называть? — Кузакки-и-и-и! — Ведешь себя как ребенок… — Я взр-о-о-ослый. Как ни посмотри, я взрослый! Взрослее некуда! Понял, Кузакки? — Слушай… — начал было Харухиро... Изначально лидер хотел промолчать, но, обратившись к надоедливому товарищу, мысленно проклинал себя, что вообще влез в этот разговор. Чертова неопытность! Из-за нее и вмешался! Но еще из-за Ранты. Да, Харухиро проклинал и его! Много, много раз! Бесчисленно! — Ты вообще умеешь делать хоть что-нибудь, кроме как раздражать людей? Не стыдно так жить? Не стыдно быть таким человеком? — Мне нечего стыдиться! Мои поступки преисполнены достоинством! Я живу, не боясь никого! Разве не видишь, идиот? — Сорная трава хорошо растет. Типичный образец, — холодно заметила Мэри. — Такое отвращение... — проговорил Ранта, а затем тихо рассмеялся. — Придает мне сил. Потому что я — темный рыцарь. Понятно? Потому что ТЕМНЫЙ. ВО ТЬМЕ. Понятно? Кстати, Юмэ, сиськи Шихору — обвисшие? — М? — Юмэ, наверное, нахмурилась, думая над ответом, и сразу же переместила обе руки на уровень груди. Затем сжала и разжала пальцы, будто силилась удержать что-то тяжелое. Под конец охотница возмутилась: — О таком не спрашивают, Ранта-извращенец! Харухиро торопливо отвел глаза... Неожиданно он встретился взглядом с Кузаку, и между парнями состоялся молчаливый диалог. —«То, что она показала, тяжелые, наверное…» —«Ага. Точно…» Нет-нет-нет-нет-нет! «Хватит! Мы просто товарищи по команде! Лучше не думать о таком! Нет, ни в коем случае! Мужчины, женщины — такие темы под запретом! Хотя… Кузаку!» — Харухиро мельком глянул на Мэри. — «Да! Интересно, что между ними?» Вор так и не нашел никаких доказательств, что Кузаку и Мэри встречаются. Однако он и не пытался их искать, ведь думал, что каждый волен делать все, что хочется. Лидер не совсем понимал, какие именно между ними отношения, но иногда ночью Кузаку покидал палатку. Харухиро удалось скрытно проследить за ним, и тогда он увидел, как паладин разговаривает с Мэри. Наедине. Эту сцену лидер наблюдал несколько раз. Но, судя по всему, их отношения так и не сошли с этой точки, то есть не развиваются, не правда ли? Значит, не происходит ничего такого, и эти двое не сходят друг от друга с ума? Конечно, каждый делает то, что хочет. Харухиро даже не против, если Кузаку и Мэри влюбятся друг в друга. Вор вообще следил за новым товарищем только потому, что беспокоился, хорошо ли его примут в коллективе. Да и как тут не волноваться? Именно! Все-таки Харухиро лидер. «Вот и хорошо, что Мэри помогает Кузаку советами. Но только лишь советами? Серьезно, лишь это? Если что-то между ними есть, то я хочу, чтобы они объявили о своих отношениях! Зачем вы скрываете это?! Ведь такие вещи меня беспокоят …» — вор не мог не оставить этот вопрос без внимания, но разве чужая личная жизнь его касается? Может, оставить все как есть? Например, вот сейчас у них все идет гладко, значит, все хорошо, так? А если они разойдутся, то ведь жизнь станет намного сложнее, верно? Смогут ли ребята не путать личные интересы и интересы отряда? Смогут ли? Харухиро не знал. Ему не доставало опыта в этом вопросе. Конечно, он не помнит, что было до прибытия в Гримгар, но, наверное, у него не было и шанса получить какой-либо опыт, да? Скорее всего. Он был совершенно «зеленым». Это точно. Он никогда не был популярен у девушек. Точнее, он был непопулярным. Ему отчего-то казалось, будто ни Юмэ, ни Шихору, ни Мэри не видят в нем парня как такового. С другой стороны, это к лучшему. Если внутри группы что-то произойдет, Харухиро сумеет сохранить дружеские отношения со всеми девушками. Если кто-нибудь с кем-нибудь поссорится, Харухиро сможет выступить посредником, чтобы примирить обе стороны. «Все это так утомительно! Да и почему я должен заниматься чем-то подобным?» — иногда думал юный командир. Но что тут поделаешь? Харухиро признавал, что ему не хватает лидерских качеств. Его группа должна развиваться, пусть он и не способен вести ребят за собой. А раз так, он просто обязан стать неким центром, вокруг которого сплотятся остальные, чтобы каждый друг другу приходился добрым товарищем или, по крайней мере, относительно хорошим другом. Именно таким лидером хотел стать Харухиро. «Да, хотел бы им стать...» — размышлял парень. «Если выйдет, будет хорошо» — Обвисшие сиськи-и! Обвисшие-е сиськи-и-и! Об-вис-ши-е сись-ки! «Может, если бы дело обошлось без придурошного Ранты, который только и делает, что напевает дурную песню с дурным мотивом, было бы куда проще? Может, прикончить тебя «Ударом в спину»? Нет, игнорировать, игнорировать! Лучше как всегда игнорировать его существование. Все это прекрасно понимают. Вот бы придать Шихору сил все это вытерпеть. Прости, Шихору! За этого отброса. Они у тебя не обвисшие. Они не обвисшие. Просто они такие большие, что в итоге сила тяжести оттягивает их вниз…» Стоп-стоп-стоп! Харухиро помотал головой. Стенки прохода, по которому они шли, выглядели уж слишком аккуратными, будто из камня вытачивали залы какого-нибудь строения. Действительно! Точно построены! Кроме того, здесь царила особая атмосфера, которая невольно внушала почтение к этому месту. Они приближались к Королевству демонов. — Ранта, просто проходим мимо! — Зна-а-аю! Не нужно говорить об этом каждый раз. Ну да, в первый раз сплоховал, бывает! Из-за глупости темного рыцаря совсем недавно у отряда Харухиро возникла куча неприятностей. Ребята шагнули в напоминающую подземный храм страну демонов. Кто-то наблюдал за ними из окон многочисленных зданий. И этих «кто-то» было много. И они не люди. Строение их тел, конечно, похоже на человеческое, однако ниже пояса у них все покрыто шерстью, а голова напоминает козлиную. В руках странные создания всегда держат посохи… Нет, не посохи, хотя предмет и похож, ведь на конце древка находится своеобразный наконечник как у копья или лезвия меча. В общем, оружие этих монстров по-настоящему впечатляет. Бафометы. Также их называли «демонами». — Привет-привет, — Ранта сказал это с неестественно приветливой улыбкой на лице. Ему ответил его же голос с точно такой же интонацией: — Привет-привет. И отнюдь не Ранта решил повторить приветствие. Это был один из демонов. Эти существа вряд ли понимают человеческую речь, просто невероятно умело копируют голос. — Ну же! — когда Юмэ произнесла это, легонько ткнув Ранту в спину, другой демон повторил за охотницей, полностью скопировав ее голос. — Ну же! Вообще, демоны не слишком-то дружелюбны к людям, но и не враждебны. Например, если человек что-то скажет на своем языке, то они тут же повторяют фразу. Зачем — никто не знает. Может, они так развлекаются, или же это их особенность, а может, они хотят посмотреть на реакцию людей. Однако их манера повторять все и за всеми немного выводит из себя. Только демоны, наблюдая за людьми, копируют их голоса, ничего больше. Ребята приобрели эту информацию о Королевстве демонов еще до того, как попасть сюда. Если не атаковать их первыми, демоны только и будут, что пересмешничать. Но если держать рот на замке, демоны прекратят играть в эхо и будут просто молчать. Естественно, группа Харухиро так и планировала поступить. Демоны очень любили строительство и резьбу по камню, а также берегли свои посохи. Поэтому кроме посохов и рабочих инструментов поживиться у них нечем. Кроме того, бафометов много, нападать на такую орду бессмысленно. И тем не менее Ранта, услышав, как его передразнивают, не стерпел и заорал им проклятия. Демоны, приняв это за агрессию, решили напасть. Группе Харухиро каким-то образом удалось сбежать, но после этого случая, когда юные наемники снова приблизились к королевству демонов, бафометы собрались большой грозной толпой, поджидая их у входа. Фактически на них нападали дважды, и оба раза ребятам приходилось делать ноги. Тогда казалось, что они вот-вот погибнут. Когда оставляешь за спиной ареал обитания Тройки и проходишь мимо муравейника муриан, приходится пересекать Королевство демонов, если, конечно, хочешь продвинуться дальше. Само по себе место обитания демонов отличается сложной системой ходов и выходов, и даже опытной группе тяжело прорваться вперед, если спровоцировать бафометов и вызвать их на битву. С этими существами шутки плохи, лучше стараться сохранять нейтралитет. Группа Харухиро планировала поступить как и все, но из-за чертового идиота Ранты демоны их невзлюбили. Сколько придется ждать, пока демоны остынут — неизвестно. Но если ребята хотят вернуть их расположение, придется очень постараться. — Да как же они бесят… Нападут или нет? — пробормотал Ранта необычайно радостным голосом — Да как же они бесят… Нападут или нет? — ответил скопированной репликой демон. — Неисправим… — послышался мрачный голос Шихору. — Неисправим… — повторил за ней демон. — Эй, ну серьезно, прекратите уже… — со вздохом произнес Харухиро. — Эй, ну серьезно, прекратите уже… — с точностью до вздоха воспроизвел демон. — Не-а, но меня это действительно бесит. Ха-ха-ха-а... — засмеялся Ранта. — Не-а, но меня это действительно бесит. Ха-ха-ха-а... — Может, просто заткнешь уши? — тон Мэри был холоднее льда. — Может, просто заткнешь уши? — голос демонов не уступал тону жрицы. — С самого начала бы так! — влезла Юмэ. — С самого начала бы так! — Заткнись, плоскогрудая! — огрызнулся Ранта. — Заткнись, плоскогрудая! — Сам ты плоский! — Сам ты плоский! — Ка-ак же это сводит меня с ума…— простонал Кузаку. — Ка-ак же это сводит меня с ума… — Тебе нужно так мало, чтобы сойти с ума, слабенький Кузакки-и? Бесполезный здоровяк! — Тебе нужно так мало, чтобы сойти с ума, слабенький Кузакки-и? Бесполезный здоровяк! — Разве я не просил вас помолчать? — сказав это, Харухиро закрыл уши, чтобы не слышать голоса демонов. Бесполезно. — Разве я не просил вас помолчать? «Все равно слышу! Да так четко! У демонов особенный голос? Даже если заткнуть уши, не поможет! Не только Кузаку, но и меня это сводит с ума! А ведь если бы Ранта не открыл рот, никто бы и не заговорил. Это все из-за Ранты! Всегда, всегда виноват Ранта!» — мрачно подумал вор. Пытаясь всеми силами сохранить рассудок, Харухиро шагал по дороге Королевства демонов. Массивы зданий кое-где пропускали свет, так что путь был сколько-нибудь да виден, хоть узкая тропа и петляла. И все равно этого было недостаточно. Кроме того, если пойти не туда, то можно заблудиться и наткнуться на один из множества тупиков. Они пытались картографировать местность, но в конечном счете отказались от этой затеи. Так как юные наемники не знали ни расстояния, ни направления, то картографировать было нечего. Естественно, без точных измерений здесь никак не обойтись. Путь через королевство демонов по минимальным расчетам составит от сорока до сорока пяти минут. Похоже, сорок пять минут уже прошли. Чуть впереди строений дорога обрывалась, и в царящей здесь темноте нельзя было разглядеть, как именно. Даже казалось, что мрак сгущается. Харухиро зажег фонарь и посветил себе путь. — А? Странно... Харухиро замер и посветил фонарем окрестности. — Это ведь Рудная дорога? — Откуда нам знать? — тут же выплюнул Ранта. — Ты ведешь нас, Парупиро! Мы ведь полагаемся на тебя! Если ты предал наше доверие и привел нас не зная куда, то будут огромные проблемы, огромные! Ты виноват! Быстро вспори себе живот в качестве извинения, идиот! — Мы шли правильно… наверное, — подтвердила Шихору, проигнорировав Ранту. — Если только я не ошибаюсь… Что-то не слышно уверенности в ее словах. — М-м, — оглянулся Кузаку. — Лично я не думаю, что тут ошибка... Нет, никакой уверенности! — То есть, — Юмэ беспокойно заозиралась по сторонам. — Это же Рудная дорога? Разве нет? Что касается Юмэ, она в принципе не помнит, как выглядит Рудная дорога, хоть и была здесь несколько раз… — Что-то не так… — Мэри наклонила голову. — Наверное… Похоже, и она не уверена. — Не так... — Харухиро осталось лишь признать это. Рудная дорога. Если точнее, то Рудная дорога гринбуров. Изначально в этом районе обитали существа под названием «гринбуры». На вид огромные крысы с твердой как камень кожей и панцирем на спине. В этом панцире спрятано либо золото, либо серебро, либо алмазы в зависимости от особи. Естественно, они очень дорого стоят. Бытует мнение, что из-за охоты на гринбуров количество особей значительно сократилось. Тем не менее, похоже, недавно они вновь расплодились. По крайней мере, ребята на это надеялись. Они были здесь уже седьмой раз. В предыдущие шесть походов они так и не нашли бриллиантового гринбура, но своими глазами видели один раз золотого и четыре раза серебряного. Если так подумать, то не похоже, что они на грани вымирания. Впрочем, они еще ни одного не поймали, но даже серебряный панцирь даст им приличный доход, так почему бы не попытаться? Как бы то ни было, ценятся и золотые, и серебряные панцири, так что, если ребята научатся охотиться на гринбуров, им стоит собрать за раз как можно больше панцирей и продать все вместе. Если только по округе пройдет новость, что в Загадочной Норе завелись гринбуры, все наемники хлынут сюда и примутся охотится толпами на Рудной дороге. И тогда ребятам Харухиро ничего не светит. Поэтому, прежде чем это произойдет, нужно сорвать куш. Примерно в этом заключался план юных добровольцев Багровой Луны. Вот они и отправились на Рудную дорогу, чтобы поймать золотых и серебряных гринбуров… по крайней мере, так планировалось. Прошло уже три дня. Но как бы им ни хотелось, нельзя каждый день тратить впустую, охотясь за неуловимыми гринбурами. Если не делать перерывы на сражения, то боевая интуиция притупится. Последний раз они приходили сюда три дня назад. — В прошлый раз этого тут не было, — Харухиро подсветил фонарем место, где ожидал увидеть каменную стену. Свет тонул во тьме, не выхватывая во мраке ровным счетом ничего. Невероятно темно! — Это дыра… — Я же сказал, — закричал Ранта. — Ты ошибся, Поропору! Ты привел нас не туда! Это не Рудная дорога! Откуда на Рудной дороге взяться такой пещере! Это похожее, но совершенно другое место! Вот и все! Хорошенько подумай! — Да, но… Вору казалось, что тропой-то он как раз не ошибся. Нет, он уверен, что не ошибся… но тогда почему здесь дыра? Причем шириной около трех метров и высотой не менее двух, такую вряд ли пропустишь. Если бы они хоть раз в жизни прошли мимо нее, то запомнили, это как пить дать! Слишком уж огромная и круглая. Харухиро осмотрелся. В любом случае, что бы ни говорил Ранта, Рудная дорога — это место, похожее на естественную пещеру. Она мало отличалась от остальных гротов и пещер, так что нельзя с полной уверенностью сказать, где они очутились. Но если забыть про существование этой дыры, то вполне себе Рудная дорога... наверное. — Хм-м, — задумчиво хмыкнула Юмэ. — Может, кто-то вырыл эту дыру? — Вырыл? — Ранта раздраженно поддел сапогом землю. — Кому это нужно? Мы в Загадочной Норе! У кого столько свободного времени? Подумай хоть немного! — Может и так, но ведь в Загадочной Норе полным-полно таких дыр! — М? — Ранта скрестил руки на груди и наклонил голову. — Вот о чем ты... — Возможно… это не человек, — прошептала Шихору. — Ее могли вырыть какие-нибудь существа… — Хэ-э, — Кузаку заглянул вглубь дыры. — Совсем темно. Интересно, что там? — Эй! — Мэри потянула Кузаку за руку. — Это опасно. Демонстрация заботы… или Харухиро просто мерещится? «Нет, мне просто показалось… наверное. Просто забота о товарище, не более, так ведь?» — Харухиро слегка кашлянул, и Мэри, услышав этот звук, резко обернулась к нему и выпустила руку Кузаку. Что? Что-что-что?! Почему она тут же ретировалась с крайней смущенным видом? «Может быть, ей и правда неловко? Или я им мешаю? Если так, уж извините! Я ничего такого не хотел!» — внутренне кипел лидер. Харухиро вздохнул. Хватит уже думать об этом! Его реакции похожи на ревность! Но не в этом дело. Конечно, его интересовала Мэри. Какое-то время. Но вскоре он сдался. Очевидно, что девушки ему не добиться. Но если рассуждать, нравится она ему или нет, то, скорее, нравится. Если бы Мэри предложила встречаться, то, скорее всего, он бы ответил согласием. Определенно. «Лучше бы они и вправду заявили, что встречаются. Не мучили бы неопределенностью. Остальным, наверное, все равно? Все и так понятно, верно? Мэри и Кузаку ведут себя подозрительно, разве это не очевидно? Или ребята считают такое поведение в порядке вещей?» А может, только Харухиро придавал этим обстоятельствам хоть какое-то значение. «Брачный период у меня, что ли?» — с отвращением к себе подумал он. «Брачный период. Если говорить прямо, то период спаривания. Нет, что-то другое... Что же? Мечты о любви? Завел бы себе девушку?» Да, наверное. «Вот бы у меня была девушка…» — мелькнуло в голове лидера. Только вот откуда ей взяться... — Это Рудная дорога, — наконец заговорил Харухиро и оглядел товарищей. Почему-то именно сейчас страстно хотелось отвесить Ранте хорошего пинка. Но дела группы важнее, не сейчас. — Однако дыра могла и образоваться, только не знаю, по каким причинам. И главный вопрос: что теперь делать? «Не время рассуждать о девушках!» — вспомнив о Могузо, Харухиро решил, что не время думать о таком. Да и нет у него никого на примете. «Вместо того, чтобы отвлекаться на глупости, лучше сосредоточиться на важных делах. Нужно взять себя в руки». — Возможно, мы совершили открытие. Когда лидер сказал это товарищам, те, в особенности Ранта, оживились. Открытие! Ведь Загадочную Нору тоже кто-то открыл. Впрочем, и по сей день люди совершают открытия, исследуя закоулки Загадочной Норы. Например, если группа Харухиро, как часть «Воинов Зари» Сомы, найдут путь в королевство Ишмаил и королевство Нананка, то продвинутся в неизведанные земли. И тогда они, пожалуй, будут каждый день открывать новые места и новых существ. Отряды, подобные группе Сомы, постоянно движутся и движутся вперед, вглубь подземелья, и тем самым поддерживают свою славу как первооткрывателей. Но не стоит забывать, что Загадочная Нора безгранична и не имеет дна и пределов. Это значит, что ни ущелье, ни муравейник муриан, ни Королевство демонов не исследованы до конца. А кроме того, вечные катаклизмы и неутомимая жизнь ее обитателей неизбежно меняют ландшафт этого подземелья. Невозможно угадать, как и что, в каком закоулке претерпит изменения. Иначе говоря, у группы Харухиро тоже есть шанс что-нибудь открыть. Наверное, и эта самая пещера в Королевстве демонов полна будущих открытий. Например, по другую сторону прохода может оказаться никому неизвестный мир. — Что делать, говоришь… — Ранта облизал губы. — О чем тут говорить? И так все ясно. — У меня… плохое предчувствие… — произнесла Шихору, прижав посох к телу. Волшебница дрожала крупной дрожью. — Это я виноват? И в чем же, скрытые обвисшие сиськи? — Я же сказала, они не обвисшие… — Так докажи это! — О-о? — Э? — Харухиро нахмурился. Кто-то только что сказал «О-о?». Мужской голос. Но это не Ранта. И не Кузаку. Харухиро обернулся и увидел впереди всполохи света. Кто-то нес фонарь или что-то наподобие. Кто-то приближался к ним, выступая из Королевства демонов. И это… не один человек. Трудно сказать, сколько их, но это определенно чья-то группа. — Эй! — послышался крик незнакомца. — Э? — удивился Харухиро. Он вспомнил, кому принадлежит этот голос. От незнакомой группы наемников отделился человек и бросился к ним навстречу. — Эй-эй! Хару-ти! Это же Хару-ти! Гу-хи-гу-хи! Разве не узнаешь? Совсем? До чего внезапная-внезапная встреча! Я ведь не ожидал вас здесь встретить! Это же я! Я! Киккава! Ура-а, ура-а! Нужно выпить за неожиданную встречу! Ха-ха! Шучу! В версии с изображениями тут находится картинка.

↑ [Assist]

↑ [Armor shadow]

↑ [Bash]

↑ [Slice]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2: Грань между гениальностью и посредственностью

В версии с изображениями тут находится картинка. По неведомым причинам Харухиро и еще одиннадцать человек очутились в Гримгаре: Ранта, Юмэ, погибшие Манато и Могузо, а также Ренджи, Рон, Сасса, Адачи и Малявка. Еще и Киккава. — Нет, правда-правда! Вот ведь повезло! Верно? Шли, значит, сюда, а тут такая внезапность, верно? Я восхищен! Изумлен! Вау! Вот это да!! Ура! — всю дорогу восторгался Киккава. Вот так парень! Его поразительная болтливость сочеталась с нескончаемым позитивом и жизнерадостностью, а кроме того он невероятно общителен и обрастает большими связями. Одним словом, яркий парень. После прибытия Ренджи сразу отобрал в команду лучших: взял Рона, Сассу, Адачи и Малышку и вскоре стал известным наемником и обрел уважение среди соратников. Теперь среди добровольцев Багровой Луны днем с огнем человека не сыщешь, чтобы он не знал, кто такой Ренджи. Харухиро и остальные кое-как сколотили группу из тех, кто остался не удел, и в этом состоянии они продержались до сих пор. А вот Киккава, будучи таким же пришельцем, как Харухиро и остальные, и отвергнутый притом Ренджи, умудрился присоединиться к опытной группе наемников. На самом деле, этот ловкий парень уже объяснял вору, как он провернул дельце, но Харухиро его не совсем понял. Сорвав большой куш, Киккава с тех пор только и делал, что наслаждался жизнью обычного наемника, наполненной весельем и риском. — Э-э? Ну, как? Хе-хе, как дела, Ранта? Шихору-ти все также прекрасна, точно-точно, уху-ху! О чем это я? Юмэ! Юмэ-э! Ура-а-а-а-а! Как дела? Мэри? Мэри! Ничего себе, ты стала еще красивее! Честно-честно! Кузаку, да? А ты огромный, правда-правда! Ну, как вам, а? Чем вы тут занимаетесь? Решили поразвлечься? Не здесь же! Это ведь Загадочная Нора! Ах вы, повесы! Уха-ха-ха-ха-ха! — Да завались ты уже! — не выдержала миниатюрная светловолосая девушка с голубыми глазами. Она подошла к Киккаве и ухватила того за щеку, оттягивая на себя. — Заткнись уже, Киккава! Слишком много болтаешь! — Ай, ай-ай-ай-ай, госпожа Анна, прекратите! Мое лицо, мое прекрасное драгоценное лицо! — Не такое уж и прекрасное! Обычное лицо! Разве оно не напоминает гриб? Хуже некуда, так ведь? Харухиро собрался было пробубнить «Эм-м, ну…» в ответ на внезапный вопрос «госпожи» Анны, но тут Ранта покатился со смеху, схватившись за живот. — Гья-ха-ха-ха-ха! Гриб! ГРИБ! Оно «обычное», Киккава! Твое лицо! Вряд ли худшее из худших! Ну, хотя... одно из худших! — Эй, что за булщит?! * — внезапно разгневалась Анна и продемонстрировала Ранте средний палец. — Да как ты только посмел издеваться над нашим Киккавой? Ай килл ю! Фак ю! — Но ты ведь сама только что… — Шатап!! Если госпожа Анна говорит — окей! Если ты — нет! Заруби себе на носу, гребаный человечишка! — Да уж, ха-ха! Я сражен, — почему-то Киккава был смущен. — Любовь госпожи Анны тяжела как нокаут. Ха-ха-ха…Гх? — Придурок! — и Анна зарядила в лицо Киккаве кулаком справа. Вот теперь это был нокаут! — Нет никакой любви! Совсем с катушек слетел? Нот лав, бат лайк! Надумал там себе невесть что! Так чудовищная воля Анны в один миг подавила сопротивление Шихору, Юмэ, Мэри, Кузаку и, конечно же, Харухиро с Рантой. Кстати, эта жуткая девушка была одета в белые одежды с синей каймой — цвета слуг Люменеса. Конечно, в такое сложно поверить, но Анна была жрицей его культа. Впрочем, поговаривали, что раньше она относилась к магам. Что бы все это значило? — Кстати… — внезапно заговорил невероятно красивый парень в доспехах с выгравированной на груди гексаграммой. Паладин. Как и Кузаку. Улыбаясь, красавчик демонстрировал окружающим ряд невероятно белоснежных зубов. Они сверкали точно алмазы. Взглянешь на такого парня, поймаешь его улыбку, и сомнений никаких нет: он действительно красавец, причем на все двести процентов. А кроме того и лидер группы. — Кстати, что вы здесь делаете, Харукава? — Ну, эм… я — Харухиро, господин Токимуне. И, кажется (если память мне не изменяет) я уже раза два поправлял вас. — А, прости-прости. Мне просто подумалось, что раз ты друг Киккавы, то ваши имена могут заканчиваться на «кава», нет? — Я буду рад, если вы не станете больше так ошибаться… — Хорошо, — Токимуне вскинул большой палец вверх и подмигнул вору. — Харухиро. Я запомнил. Больше не ошибусь. Обещаю. — А, окей… «И я уже дважды видел эту позу и слышал эти же самые слова. А толку ноль» — проворчал про себя вор и тяжело вздохнул. Сколько ни напоминай Токимуне, все равно не запомнит. Такой вот он человек…. пожалуй. Лидер группы, куда приняли Киккаву. Судя по всему, этот жизнерадостный парень успешно вписался в коллектив. Такое не под силу обычным людям. Взять ту же Анну, девушку во всех отношениях необычную. Да и остальные произвели на группу Харухиро неизгладимое впечатление, хоть и не скажешь, что каждый из этих людей одинаково необычен. — Так что же все-таки... — начал свой вопрос один из товарищей Токимуне, сдвинув очки с переносицы. Одежда жреца очень шла ему. В руках он держал добротный боевой молот, пусть это оружие и не казалось таким уж грозным. Наверное, не всякий прохожий сумел бы распознать в этом человеке угрозу и сказать себе «Да этот малый опасный тип!». — Раз это Рудная дорога, значит, вы нацелились на гринбуров. Вот что я думаю. — Кх… — кашлянул высокий мужчина с длинными волосами, собранными в хвост. Этот человек даже и не думал скрывать свое пренебрежение к попыткам маленького отряда Харухиро. На левом глазу длинноволосого воина красовалась повязка. Возраст мужчины перевалил за тридцать, по крайней мере, на вид он казался человеком средних лет. Скорее всего, ему чуть больше тридцати пяти. За спиной соратника Токимуне висели колчан и лук, а на поясе — два палаша. Он носил кожаный комбинезон, и этот наряд прибавлял его облику… странности. — Как и мы, значит. Кх… Парня в очках звали Тада, мужчину с повязкой — Инуи. Кроме всех перечисленных наемников в группе Токимуне был еще кое-кто. Девушка, которая не уступала в росте Инуи. Наверное, потому, что носила высокую шляпу волшебницы. Одеяние мага совершенно не скрывало ее женских прелестей, но, похоже, она не чувствовала себя неловко. Нет, эта девушка точно высокая. Просто дылда. Конечно, она не может соревноваться в росте с двухметровым Кузаку, и все же она невероятно высокая. Пожалуй, нехорошо так говорить о представительнице прекрасного пола, но ничего не поделаешь. Встретишься с такой — и ее исполинскую фигуру уже не забыть. Помимо высокого роста в ее внешности было немало примечательного, например, густые волосы, которые выбивались локонами из-под остроконечной шляпы и обрамляли миловидное лицо. Еще одна деталь: черты этого личика принадлежали отнюдь не великану, а обычной девушке ста шестидесяти сантиметров росту. Ее звали… как же ее звали? Харухиро хорошо помнил, как выглядит маг группы Токимуне, но вот имя ее запамятовал. Он знал только ее прозвище — Великанша. Стоит добавить, что глаза Великанши были точно у маленького зверька. Конечно, они подходили ее лицу, но не соответствовали ее огромной фигуре. По какой-то причине эти странные глаза неподвижно смотрели на Харухиро. Нет, скорее всего, мага Токимуне заинтересовало что-то иное. Что-то за спиной вора. Без сомнений, девушку заинтересовала пещера, возникшая на Рудной дороге из ниоткуда. Харухиро перевел взгляд на Ранту. — Что будем делать? — мысленно обратился он к темному рыцарю. На мгновение Харухиро показалось, что Ранта все понял. — Кх-кхм, — странно кашлянув, тот как бы невзначай загородил спиной пещеру. Правда, «невзначай» не вышло. Скорее всего, именно странное поведение Ранты привлекло внимание группы Токимуне: те заметили образовавшийся проход. Похоже, Ранта тоже понял, что облажался. — Эм-м… ее же тут раньше не было? — без особой уверенности заметил темный рыцарь. — Угу, — кивнул Токимуне и ослепительно улыбнулся. — Не было! — Когда мы приходили сюда в прошлый раз, ее здесь не было, — Тада придержал пальцем подбородок и наклонил голову в недоумении. — То есть? Значит... — Киккава ринулся к пещере. — Такое возможно, правда возможно?! У-же-ли-не? Не-уже-ли? Мы совершили открытие? Мы? Правда-правда?! — Э-эй! — Ранта преградил дорогу Киккаве. — Мы пришли сюда раньше! Значит и открытие наше! — Стой-стой-стой! — Киккава прилип к Ранте. — Но ведь… Не будь таким злым, Ранта, мы ведь друзья. Все мое — мое, все Ранты — мое. Верно? — С чего бы это, а? — Ранта стряхнул Киккаву с руки. — Ничего подобного, идиот! Все на свете принадлежит великому мне! — Кх… — Инуи положил ладонь на эфес палаша. — Ты ведь знаешь, что чрезмерная жадность убивает? — И-и-и-и что ты сделаешь? Если н-н-нарываешься на драку, то мы принимаем вызов! — Если устроишь драку, то ты будешь сам с этим разбираться… — бросила Шихору. — Э-э-э-э-э-эй! — Ранта обернулся к ребятам, ища у них поддержки. Но все, включая Харухиро, не собирались идти на конфликт с более опытной группой. — Га-ха-ха! — рассмеялась Анна, выпятив грудь. Если учесть рост в полтора метра, грудь у жрицы Токимуне довольно-таки внушительная. — Тупой Ранта! Тебя совсем не уважают! Вы только посмотрите на него! — Заткнись! Веснушчатая коротышка с большой грудью! Хочешь, чтобы тебя полапали? — Ага, попробуй! Но только перед этим подчиненные госпожи Анны зверски расправятся с тобой! И не называй меня веснушчатой! Тебя это не касается, идиот! Задери ноги и отсоси сам у себя, эсс холл! Тупой, тупой, тупой! Тупой Ранта! А-а-а-а-а-а, ненавижу! Пусть на него обрушится кара небесная! — Эй, — Харухиро указал подбородком на темного рыцаря. — Извинись, Ранта. Ты практически довел девушку до слез. — М-мне не за что извиняться! Т-ты издеваешь… — Хм… — Токимуне погладил Анну по голове, стараясь успокоить ее. А затем с ослепительной улыбкой обнажил меч. — Что ж! Пожалуй, я займу место богов и покараю тебя! Мы ни за что не простим того, кто обидит госпожу Анну, ведь она наш ценный талисман. — П-п… — и тут Ранта с большой поспешностью рухнул на колени. — Простите! Я больше никогда в жизни не упомяну веснушки! Пожалуйста! — Какой быстрый… — пробормотала Великанша, распахнув в удивлении глаза. — Ниже свою тупую тыкву! — Анна наступила Ранте на затылок. — Нет чтобы промолчать, надо было довести до такого! В наказание за твое поведение с этого момента ты находишься в рабстве у госпожи Анны! И будь благодарен, мазафакер! — Гх-гх-гх-гх… — хрипел Ранта, пытаясь вытерпеть унижение: жуткая жрица даже и не думала убирать ногу с его затылка. И все же лучше ему как-то вытерпеть эти издевательства. Если не сможет, всей группе Харухиро будет не до шуток. «Забавные ребята» — такая слава у наемников «Токкиз», отряда под предводительством Токимуне. Впрочем, не стоит забывать, что они гораздо опытнее товарищей Харухиро и работают на Багровую Луну дольше. Гораздо дольше. И все же наемников «Токкиз» рациональными не назовешь. Они из тех, кто хладнокровно бросает вызов судьбе и встречает опасности лицом к лицу. Как эта безбашенность сочетается с опытом? Неизвестно. Достоверно только одно: они не просто группа странных и забавных людей. Что касается Харухиро, то он и не думал конфликтовать с «Токкиз». И не стоит забывать, что Киккава, полноправный член этого отряда наемников, пришел в мир Гримгара вместе с Харухиро и остальными в одно и то же время. Да еще и помог им выйти из передряги, познакомив ребят с Мэри. Иначе говоря, с группой «Токкиз» лучше дружить. Проблема в том, хочет ли поддерживать дружеские отношения сам Токимуне. — Эм-м, господин Токимуне! — Что, Харухикава? — Харухиро. — А-а, прости. Ну? Так что? — Токимуне убрал меч в ножны. — Сделаем это? Вместе. Мы не против, если что. Его ослепительная улыбка казалась отчего-то жуткой. Ага. «Сделаем». «Вместе». Похоже… у ребят Харухиро просто нет выбора. Если конфликт обострится, то опытные «Токкиз» просто сметут с дороги отряд новичков и силой приберут к рукам открытие. «Мы сами не хотим, чтобы до этого дошло, так что делитесь по-хорошему» — вот что подразумевала улыбка Токимуне. «Но мы нашли проход раньше вас!» — не мог не подумать Харухиро, но вслух протестовать не осмелился. Делиться — не такой уж плохой вариант. Разумеется, совершить открытие — это одно, но вору хотелось быть не просто первооткрывателем, но и исследователем. У большинства наемников больше опыта, чем у его группы, больше достижений, и тут как раз попадается пещера, куда, скорее всего, не ступала нога человека. Естественно, Харухиро хотелось, чтобы он и его товарищи исследовали этот проход сами и так, возможно, оставили свой след в истории. Однако есть одно «но»: никому неизвестно, кто или что поджидает первооткрывателей в этой пещере. Там может таиться опасность, с которой никто не справится. Поэтому куда надежнее отправиться туда вместе с наемниками Токимуне. Это если они будут доверять друг другу. — С одним условием… — сказал Харухиро, изучая выражение лица Токимуне. Токимуне вновь улыбнулся, обнажив ряд ослепительно белых зубов. Это что получается? У него нет никаких скрытых мотивов, или он все-таки что-то задумал? По его лицу не понять. — Для начала, в ближайшее время нельзя никому разглашать, что мы нашли. Согласны? — Хорошо, — Токимуне вновь поднял большой палец вверх. — До тех пор, пока я и Харухирокава не решим обратное, этот секрет будет знать дюжина людей, не больше. Правда, если информация просочится, мы никак не будем этому препятствовать. Ничего не поделаешь. — Да, пожалуй. В последнее время на Рудную дорогу, похоже, никто кроме нас не захаживал. И тут появились вы. Может, придет кто-то еще. И, кстати, я не Харухирокава, а Харухиро. — А-а, Харухиро. Прости-прости. Хм... Насчет прийти сюда... Кто же это предложил... — Я, — подняла руку Великанша. — А, значит, Мимори! — Токимуне неоднозначно улыбнулся. — Так что, Мимори? Зачем ты предложила пойти сюда? — Мне очень нравятся гринбуры, — равнодушно ответила Великанша. Похоже, ее-то и звали Мимори. — Они… очень милые. — Понятно-понятно. Вот оно что! Точно! Мимори, ты вроде говорила, что хочешь поймать одного и приручить. Девушка лишь кивнула. Да. Великанша определенно чудаковатая. — В любом случае, — Токимуне протянул Харухиро правую руку. — Приятно иметь с тобой дело, Харухиро. Постараемся. Ну наконец-то! Все-таки запомнил! Харухиро мельком оглядел своих товарищей. Недовольных не было. Затылок Ранты все еще придавливал каблук грозной жрицы. — Взаимно, — Харухиро пожал протянутую ладонь. — Не будь к нам слишком строг. — Эхе-хе-хе-хе, — Токимуне потряс его за руку. — Ты в этом сомневаешься?

↑ В оригинале Анна использует англицизмы, которые записаны катаканой, коверкая их произношение и написание. Для адаптации здесь и далее англицизмы будут записаны кириллицей с намеренным искажением фонетики.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3: Неизведанный путь

В версии с изображениями тут находится картинка. Поскольку ширина прохода составляла около трех метров, группа Харухиро и «Токкиз» могли продвигаться вглубь, разделившись на две колонны. С одной стороны — Токимуне и его ребята: во главе шел сам лидер-паладин, затем воин Киккава, далее экс-волшебница, а теперь жрица Анна; вслед за ней шагал бывший воин, а ныне жрец Тада, носивший очки. После всех — Мимори по прозвищу Великанша (когда-то она была воином) и, наконец, построение замыкал Инуи, тот самый мужчина с повязкой на глазу, который успел сменить класс Вора на Воина, а потом вообще сделался Охотником. С другой стороны — группа Харухиро: во главе шел юный лидер, за ним — танк Кузаку, далее — Ранта, Шихору, Мэри и Юмэ. Харухиро, Токимуне, Шихору, Инуи и Юмэ несли фонари, освещая путь и окружение впереди, позади и по центру. — Что ж, идем скорее? Когда все наемники двух групп рассредоточились по своим местам, Токимуне быстро нырнул в пещеру. — П-п-постойте, Токимуне… — взволнованный происходящим, Харухиро последовал за ним. Похоже, ни Токимуне, ни его ребята не собираются обходиться с юным лидером и его командой мягко. Внутри пещеры был только один коридор, что и свойственно обычной пещере. Никакой живности, по крайней мере, чье-либо присутствие не ощущалось. Иными словами, внутри оказалось пустовато. Еще пятнадцать-двадцать метров наемники шли только вперед без всяких бед и приключений, пока не наткнулись…. — О! — Токимуне легонько толкнул ногой каменную стену перед ним. — Развилка. — Похоже на то… — Харухиро посветил фонарем по обе стороны. — Налево и направо. — Харухиро, что выберешь? — А? — Налево или направо? — Э? Мы разделимся на две группы? — Э? Почему бы и нет? Разве у нас здесь не развилка? — Эм-м… Харухиро совершенно растерялся, не понимая логики Токимуне. Он даже протер глаза, чтобы избавиться от наваждения, но нет, это был не сон. Он просто не улавливал замыслы этого человека. О чем Токимуне только думает? Если они решили действовать сообща, то не лучше ли не разделяться? Ведь совершенно очевидно, что действовать всем вместе куда безопаснее. — Налево! — скомандовал Ранта. — Мне подходит левая сторона! Несомненно! Что? Совершенно непонятно. С чего это Ранте «подходит» левая сторона? Харухиро даже представить себе не мог, почему. Впрочем, и не рвался узнать. — Отлично! — Токимуне вскинул вверх большой палец. — Тогда мы идем направо! Как только паладин сказал это, он и остальные члены «Токкиз» с энтузиазмом двинулись к правому коридору. Кто-то из них даже напевал себе под нос. Кажется, очкарик Тада. Честно говоря, подозрительный тип… Может, он тоже странный, как и остальные в «Токкиз», и только прикидывается нормальным? Что ни говори, но лишь его карьера в качестве жреца (а до этого воина) внушает подозрения… — Нам тоже пора! — бодро заявил во весь голос Ранта, но только он оказался воодушевленным. Никто больше. Харухиро вздохнул. В этот день он точно обновит свой рекорд по количеству вздохов в сутки. А впрочем… он никогда не подсчитывал их. Просто ему так казалось. — Лучше нам продвигаться с осторожностью. — Согласен! — послышался ответ Кузаку. — Я против! Против! Против! — зашумел Ранта. — Юмэ кажется, что лучше идти медленнее. Да, Шихору? Мэри? — Ага… — Точно. — Большинство согласно, — в этот раз Харухиро едва удержался от тяжелого вздоха. — Ранта, помолчи немного. — Да ни за что! Пф-ф, я замолчу только когда умру! — Хм… — проигнорировав Ранту, Харухиро «Тихой Поступью» шагнул в левый коридор. Там было совершенно темно, единственный источник света — фонарь в его руке. А раз так, то лучше полагаться на уши, нежели чем на глаза. Ранта, похоже, сам это понимал, поэтому всю дорогу не открывал рта, чтобы не мешать лидеру. Пещера здесь не сужалась: как была шириной примерно в три метра, так и осталась. Высота тоже не изменилась — чуть больше двух метров. В общем, обстановка оставалась прежней. Пол не был ни гладким, ни выщербленным, а ровно таким, чтобы не особо мешать продвижению наемников. От стен не исходило угрозы, и они тоже казались в меру ровными. Судя по всему, это место не назовешь горизонтальной пещерой, которую создала сама мать-природа, очевидно, что кто-то вырыл или выдолбил проход в скале. А это значит, что, возможно, внутри пещеры их кто-то поджидает. Дорога слегка вильнула вправо. — А-ай! — неожиданно для всех завопил идиот Ранта. — И-и... — Фуня?! — Ох… Когда девушки вскрикнули, Ранта заржал как идиот. — Гуо-хэ-хэ-хэ! Испугались! Да, трусишки?! — Х-хватит! — потребовала Юмэ, чуть не рыдая. — Юмэ испугалась так сильно! Дурак! Глупый Ранта! — Просто умри… — добавила Шихору страшным шепотом. — О свет, под божественной благодатью Люменеса… — Мэри начала чертить в воздухе гексаграмму. — Избавь нас от его слабоумия! — Будто сработает! Ничего подобного! Я в по-олном порядке! Ихи-хи-хи-хи! — Не перестаю восхищаться... В каком-то смысле. — Кузаку лишь слегка усмехнулся. — Эх...— Харухиро вздохнул. — Эй, Ранта, позови Зодиака. В отличие от такого бесполезного вредителя как ты, Зодиак разведает местность и скажет, что там впереди. Если, конечно, захочет… — Чего это ты дерзко и высокомерно со мной разговариваешь? Давай проси: «Призови Зодиака, прошу тебя, о великий Ранта!» И поклонись! — Похоже, ты сам понял, что без Зодиаке никому не нужен, поэтому и не призываешь его. А если позовешь, то все: смысла и цели в твоем существовании не будет. — Вот как! Ладно! Раз уж ты так отчаянно просишь, то почему бы мне его не позвать? Но для справки: Зодиак — часть меня и слушается только меня! Если он что-то и сделает, то только по моей воле! Усек, черт возьми? О Тьма, о Владыка Порока! Призыв демона! И перед Рантой материализовалось темно-фиолетовое облако. Темная материя внутри него завихрилась, а затем приняла очертания. Теперь Зодиак походил на человека, чей торс казался закутанным в простыню. Глаза демона по-прежнему напоминали черные дыры, а рот был узкий как щель. В правой руке он сжимал тесак или что-то подобное, а в левой — оружие вроде дубинки. Раньше фамильяр Ранты был чуть симпатичнее и больше подходил на роль маскота, впрочем, он не вызывал столько умиления, сколько Анна из группы «Токкиз». Зодиак преобразился благодаря Ранте, который в последнее время «кормил» его вайсами. Теперь демоническое тело постепенно принимало гуманоидные формы: например, у Зодиака появились ноги и вполне человеческое туловище. Правда, конечности сформировались не до конца, и фамильяр все еще парил над землей, не касаясь ее. Сказать по чести, выглядел Зодиак не то что непривлекательно, а попросту мерзко. — Ки-хи… ки-хи-хи-хи… Не зови меня, безмозглый Ранта… Гори в аду тысячу лет… — Опять все по но-овой! — в отчаянии застонал темный рыцарь. Пусть Зодиак и изменился внешне, он продолжал поносить Ранту все также изобретательно и превосходно (к великому удовольствию ребят). — Мы снова просим о помощи, Зодиак, — когда Харухиро произнес это, демон лишь повел плечами. Судя по всему, он намерен общаться только с хозяином и никем более. — Уха-ха-ха, — торжествующе рассмеялся Ранта. — Похоже, он игнорирует тебя. Какая жалость! — Ихи-хи-хи… Ихи… Харухиро… — Э-э!? Впервые услышав свое имя из уст демона, вор удивился. Обернувшись, лидер заметил, что Зодиак смотрит в его сторону. — Ты поживи еще…. Ку-хи… Ку-хи-хи-хи-хи… А Ранта — умри… Ку-хи-хи-хи-хи… — Уа-а! — темный рыцарь издал нечленораздельный вопль и рухнул на землю. Очевидно, предательство фамильяра шокировало его. — Молодец, Зодиак! — Юмэ подбежала к демону и погладила его. — Ки-хи… Ки-хи-хи-хи-хи… Ки-хи… Ки-хи-хи-хи Зодиак старался всячески избежать прикосновений Юмэ, но, похоже, внимание девушки ему льстило: он выглядел довольным. — Ч-ч-черт! — не поднимаясь с колен, Ранта заскрежетал зубами. — Зодиак должен быть только моим! Этот Зодиак ненастоящий! — Ухи-хи… Ранта.... — Чего, еще Зодиак? Ну же! Я не хочу слышать никаких оправданий! — Смотри… Ки-хи-хи… Такая популярность… Тебе… Ки-хи-хи-хи… И не снилась… — Гуо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! Неплохо, Зодиак! Выходит, нужен кто-то вроде строптивого и острого на язык демона, чтобы нанести Ранте моральную травму. Присутствие Зодиака успокаивало: Харухиро почувствовал невероятное облегчение, ведь случись что, и демон будет самоотверженно защищать Ранту, шепнет ему на ухо, какая впереди угроза, а значит спасет и остальных. Благодаря вайсам точность информации наверняка возросла. Конечно, все еще существует вероятность, что фамильяр заупрямится и промолчит в нужную минуту, но в целом его помощь неоценима. Дорога продолжала уводить вправо, но сам путь был до невероятного ровным: ни склонов, ни взгорков, ни кочек. Иными словами, наклон каменного пола оставался прежним, и признаков, что ландшафт переменится, не наблюдалось. Ничего неожиданного. Нет! Вдруг впереди что-то мелькнуло. Харухиро сглотнул. — Свет? — Похоже, там что-то есть, — Кузаку положил ладонь на рукоять меча. — Готовимся к бою? — прошептала Юмэ. — Фух, — Мэри вздохнула с облегчением. Должно быть, жрица только что проверила гексаграмму над левым запястьем и убедилась, что действие «Оберега Света» еще не закончилось. — Кто-то идет? Идет-идет-идет? — Ранта лихорадочно облизнул губы. — Наконец-то! Наконец-то кто-то идет? Интересно, что же это за враг? — Ки-хи-хи-хи… От рук этого врага… Ранта… Ты и погибнешь… Ки-хи-хи-хи-хи… — Погоди, Зодиак, разве после моей смерти ты сам не исчезнешь? — Но… Это ведь… — заметила Шихору. Верно, так и есть. — Господин Токимуне! — позвал Харухиро. — О-о! — тут же пришел ответ. Группа молодого вора заметила в конце коридора пятно света, брошенное фонарем. Оказавшись далеко впереди, «Токкиз» решили подождать, когда следом явится Харухиро и его ребята. Токимуне и остальные поспешили вперед, когда их менее опытные коллеги встали как вкопанные на развилке. Выходит, сама развилка была ложной, и оба пути в конце сливались в один, образуя круг. Но для разочарований еще не время! Экспедиция только начинается. — Что налево, что направо — одно и то же, — пожаловался Тада, и линзы его очков сверкнули в полумраке, отражая свет фонаря. — Похоже на то, — Анна гордо показала открытую записную книжку. Там было что-то нарисовано. Что-то, похожее на кривой круг, но сверху и снизу от него шли короткие изогнутые линии… — Эм-м… — Харухиро робко посмотрел в глаза Анны. — Это… — Карта! Разве не видишь, что это просто карта? Кстати, вы разве не рисовали карту? Тупицы! — Мы вышли отсюда… — Киккава указал на нижнюю изогнутую линию под кругом, а затем показал на линию, отходящую от места, где замыкался круг. — Теперь пойдем туда! Как и ожидалось от госпожи Анны, идеальная карта! — Куда «туда»?.. — переспросил Ранта с измученным лицом. На этот раз Харухиро не мог поспорить с темным рыцарем… Но поддержать его вслух не решился. — Так как тупой Ранта — тупой, то и карту не может прочитать. Тупой, тупой! — Внутреннее око, — поправляя повязку на глазу, Инуи слабо улыбнулся. — На карту госпожи Анны нужно глядеть внутренним оком… Кх... Ситуация нисколько не прояснилась… да… А еще этот странный мужчина тоже называет Анну «госпожой»... Харухиро хотелось расспросить членов «Токкиз» о многом, но вор отказался от этой затеи. Начнешь задавать вопросы — сильнее запутаешься, и только. «Придется привыкнуть и дело с концом», — подумал Харухиро. Вот только привыкнет ли он… — Для начала, может, пойдем? — Токимуне, подмигнув, указал большим пальцем себе за спину.. — Ах да, пожалуй… Если группа Харухиро замешкается, их оставят далеко позади. «Может, не так уж и плохо отстать от них...» — промелькнула мысль у вора. Нет-нет-нет! Исследовательская экспедиция только началась! Кроме того, никто из двух отрядов так и не наткнулся на что-нибудь интересное. Пока они бродили гуськом друг за дружкой, построившись в две колонны, как и у самого входа в пещеру, Харухиро заметил, что земля под ногами не такая уж ровная, как прежде, и каменный пол постепенно уходит вниз, хотя сам уклон был небольшой. — Здесь ведь склон, так? — Похоже на то, — весело подтвердил Токимуне. — У меня хорошее предчувствие. Наверное, скоро что-то случится. Хорошо, если так. Лишь бы это «что-то» не было опасным. Постепенно склон становился крутым, а дорога резко изогнулась влево. Наемники шли и шли вниз, в глубь пещеры. — Госпожа Анна, — внезапно подал голос очкарик Тада. — Все в порядке? Вы не хотите в туалет? — В-в-в-в-в-в-все в порядке, как и всегда! Никакого мокрого белья! Никогда больше! — Значит, такое уже случалось, — тихо пробормотал Кузаку. — Литл би! Чуть-чуть! Такое было только раз, ясно?! — Ге-хе-хе-хе — непристойно рассмеялся Ранта. — Ты дитя, что ли, раз штанишки обмочила? — Кучеряшка, — не оборачиваясь, беззаботным тоном заговорил Токимуне. — Разве я не просил не обижать нашу Анну? — П-прошу прощения! Я обещаю! Никогда больше! Ни единым словом! — Ки-хи… Лучше… Пусть тебя разорвут на куски… Ранта… Ки-хи-хи-хи-хи-хи… — Лучше вот что, — захихикала Юмэ. — А что если отдать Ранту на воспитание в «Токкиз»? Ненадолго? Было бы неплохо, да? Может, хоть немножко станет послушным. — Лучше навсегда… — фыркнула Шихору. — Угу, — холодно согласилась Мэри. — Ну-у-у-у... — Киккава зачем-то щелкнул пальцами, — как бы это сказать? Нам он не очень нужен, да, ребята? Ничего такого, не подумайте! Он интересный паренек, верно же? Но знаете... с ним приятнее видеться время от времени, а не постоянно, так ведь? — Не нужен, — тут же сказала как отрезала Великанша Мимори. — Заткнитесь! О чем вы вообще?! Я ни о чем таком не просил! — Ихи… Ихи-хи… Ранта… Ихи-хи-хи… Не расстраивайся... — З-зодиак, ты… пытаешься утешить меня? — Просто… Ки-хи… Тебя ненавидит весь мир… А не только они, так что не расстраивайся… — Нашел мне утешение! «Да заткнитесь вы уже!» — раздраженно подумал Харухиро, стараясь, несмотря на болтовню окружающих, сохранить бдительность. В том-то и дело, что «стараясь». Любая концентрация полетит к чертям, если дать волю раздражению, а ведь Харухиро уже начал закипать от разговоров остальных. Они что, серьезно не понимают, что здесь может случиться что-то страшное? Вскоре показалась еще одна развилка: путь шел прямо и направо. «И что, снова разделимся?» — спросил себя Харухиро... Однако Токимуне решил иначе. — Для начала, может, пойдем прямо? Все вместе? — Э? Хорошо. Туда? — Угу. У меня хорошее предчувствие. — Эм-м… У тебя на то есть какие-то основания?? — Основания? М-м-м, — Токимуне улыбнулся, показав всему свету ослепительно белые зубы. — Интуиция, наверное? Он это серьезно? Что с ним такое? Да так говорить вообще уместно? Вору отчаянно хотелось выплеснуть свое недовольство, но только ребята из «Токкиз» доверяют своему лидеру безоговорочно, и Харухиро не стал ворчать, а вместо этого взял себя в руки. Значит, этого человека чутье не подведет? Если так, то тогда, пожалуй, юному наемнику стоит довериться Токимуне. Обе группы двинулись вперед, и через некоторое время оказались в одной из полостей пещеры. Конечно, полноценной залой такое место не назовешь, просто туннель вдруг расширился, образуя открытое пространство, но... нет, причина не в этом. — Ну наконец-то, Харухиро!, — с радостью воскликнул Токимуне и хлопнул вора по спине. — Вот оно, вот! Это мы и искали! — Чт… что «это»? Повсюду на земле вдоль стен пещеры были разложены какие-то странные штуки, напоминающие видом камни. Но это… не камни. А еще… некоторые из них росли прямо на каменных стенах. И много! Так много, что не сосчитать! В диаметре овалообразные штуковины были около... тридцати сантиметров. Может, еще больше. Нет, не меньше пятидесяти сантиметров в диаметре. Круглые бока неизвестных объектов давали тусклый синий, зеленый, желтый свет… Нет, расцветок было намного больше. Казалось, что штуковины слабо пульсируют. — Похоже… — начал Ранта неестественно тихим голосом, — оно… будто бы живое. Кажется... — Вы уже видели такое? — тут же спросил Харухиро у Токимуне. — Нет, — ответил тот. — Ни разу. Такое встречаю впервые. Похоже, это открытие. Настоящее. — Ранта… — А? Что такое, Зодиак? Чего тебе? — Просто… Окликнул тебя… Ки-хи-хи-хи… — С чего это ты вдруг? Правда ли «просто окликнул»? Зодиак своенравен, и если ему захочется что-то сообщить, он никогда не скажет прямо, ни за что на свете. Лучше быть начеку. Странные штуковины наростами покрывали не только пол, но и стены пещеры, прямиком у входа в полость. Харухиро, готовый в любую секунду вытянуть из ножен кинжал, со всей внимательностью осмотрел одну из пульсирующих штук. Она светилась тусклым зеленоватым светом, то слабо, то ярко. Совсем как живая, это без сомнений. И она похожа… на яйцо. Но ведь яйца не имеют привычки светиться, так? А если под тонкой скорлупой живет кто-то флуоресцентный, очень может быть, что все яйцо будет светиться. Или что-то вроде того. Тем более, что подсвеченная скорлупа совершенно не скрывала очертания жильца внутри нее. Под пристальным взглядом Харухиро обитатель яйца зашевелился, как и его соседи по кладке. — Как поступим? Что до Харухиро, то он и не думал полагаться на старших наемников полностью. Но все же решил спросить Токимуне, что конкретно они будут делать. Нет, однажды вору и его товарищам придется стать полностью автономными, по крайней мере, лучше бы им перестать искать чужой помощи. — Попробуем разбить, — легко, без всяких сомнений, ответил Токимуне. — А? — Доберемся до содержимого. Проверим, что же там внутри. Токимуне вынул из ножен меч и разбил одно из яиц, то, что было поближе к нему. Скорлупа оказалась не очень прочной. Послышался хруст. Яйцо раскололось, из него потекла вязкая жидкость. Кончиком меча Токимуне отбросил часть скорлупы в сторону и пошарил внутри яйца. — О-о! — воскликнул паладин. Кажется, он что-то нашел. Токимуне, крутонув запястье, подцепил и вытащил на свет божий… кого-то. Трофей шлепнулся на пол. Наемники Багровой Луны затаили дыхание. Токимуне присел, чтобы лучше рассмотреть находку, и занес над ней фонарь. Обитатель скорлупы еще шевелился. Очертаниями существо напоминало эмбрион какого-то млекопитающего. Длина тельца — сантиметров пятнадцать, не больше. Некоторое время существо корчилось, но вдруг замерло и затихло. Скорее всего, погибло. — Что это такое? — Токимуне бросил взгляд на меч, испачканный вязкой жидкостью. — Они живые, определенно. Все-таки перед нами яйцо. Здесь чья-то кладка? — Полно же их тут! Этих яйц, — поморщился очкарик Тада. — Если все вылупятся, то станет весело. — Яйца, значит… — Анна с серьезным выражением лица начала что-то царапать в своей записной книжке с картой. Великанша-Мимори присела рядом с Токимуне. Она взглянула на мертвый эмбрион неизвестного существа. — Хочешь такого вырастить? — спросил Токимуне. — Вряд ли, — покачала головой Мимори, ее лицо оставалось бесстрастным. — Какие они на вкус? — Кх… — Инуи вытаращил незакрытый повязкой правый глаз. — Нам-то откуда знать?! Что такое с этой Великаншей? Она сошла с ума при виде эмбриона? Или она просто такая? Неизвестно. А неизвестность пугает. Но мертвый эмбрион и яйца с подобными ему пугали гораздо сильнее. — Разобьем их все? — спросил Киккава так, словно это раз плюнуть. — Их тут слишком много, — Ранта оглядел всю комнату. — Просто тьма. Будем бить яйца до самой смерти. — Ку-хи-хи… Ранта… Сам честно и сказал… Что погибель близко … Ку-хи-хи-хи… — Это образное выражение! — Как и сказал Ранта, — Токимуне встал и пожал плечами. — Их тут слишком много. Что ж, вряд ли они скоро вылупятся. Они нам ничем не угрожают… Пока что.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4: Сегодняшний день - лишь подготовка к завтра

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ах… Харухиро лег грудью на небольшой столик и буквально растекся на нем, прикрыв глаза. В городке — опорном наблюдательном пункте Алтаны — была всего одна улица, где размещался и рынок, и ночлежки, и места для того, чтобы скоротать время. Некоторые из заведений работали до поздней ночи. Харухиро обычно предпочитал одну харчевню, куда редко захаживали посетители, и поэтому там всегда было немного тоскливо. Еще бы ей быть популярной! Ведь еда в харчевне отвратительная, а выпивка — куда ни шло. Но хозяин заведения постоянно пребывает в дурном расположении духа, и только по этой причине его столы пустуют. Кстати, сама харчевня была мала: у стойки пять мест, чуть дальше стояли два стола, вокруг каждого — по три стула. В тот день за одним из столов сидел Харухиро, а за стойкой — еще один гость. То есть всего двое, считай, целая толпа. Ведь обычно кроме Харухиро здесь никого и не бывает. Похоже, посетители иногда заскакивают сюда на обед, но поздней ночью заведение совсем пустеет. Может, хозяину стоит закрывать харчевню пораньше? Впрочем, это не его, Харухиро, дело. Сам вор имел привычку засиживаться здесь, потягивая вино или пиво, до тех пор, пока его не клонило в сон. Вот бы хозяин побольше думал о своих клиентах! — Как же я уста-ал… Хоть это и ужасное заведение, у него есть свои плюсы. Можно не волноваться, что кто-нибудь услышит бормотание уставшего вора. Можно даже заснуть за столом, и никто его не побеспокоит. Здесь можно побыть одному. Если все время оставаться одному, то, наверное, рано или поздно ему станет одиноко. Однако в палатке уединения не найдешь: с ним постоянно то Ранта, то Кузаку, то оба сразу. Да и вообще, охотясь на территории Загадочной Норы, Харухиро просто не может быть один, поскольку рядом с ним его товарищи, на уединение времени не выкроить. Если только он намеренно не уйдет куда-нибудь, чтобы побыть в одиночестве. — Да и так нормально. Не то чтобы он жаловался или был недоволен... Он всего-навсего хочет высказаться о том, что с ним происходит, не держать же все в себе. Но его слова не должны дойти до чужих ушей. Есть вещи, которые не стоит озвучивать. Есть то, что нельзя сказать. И он держит эти мысли при себе как может. — Ничего не поделать, это ведь личное… И все же… Остальные… Харухиро был не слишком доволен ребятами из «Токкиз», но считал, что товарищам не стоит знать об этом. Не стоит знать его страхи и подозрения насчет совместной экспедиции с этой бандой наемников. Вор сам принял решение о сотрудничестве, единолично, как лидер, и теперь он будет выглядеть жалко, если вдруг начнет высказывать свое недовольство. А если Харухиро все-таки проявит свое недовольство и выскажет все ребятам из «Токкиз», его поступок ударит рикошетом по товарищам. «Разве «Токкиз не безнадежны?», «Тогда вообще какой в этом смысл?» — такие посыпятся на него вопросы, и Харухиро боялся, что в его группе воцарится мрачная атмосфера осуждения. Да и экспедиции только день, естественно, ожидать, что все пройдет как по маслу — глупо. Харухиро, конечно, признавал, что наемники «Токкиз» — ребята странные, но не такие уж дурные люди, а еще с ними весело… наверное. По крайней мере, так ему хотелось думать. Нет, ему необходимо так думать. Быть позитивным. Быть оптимистом. Смотреть в будущее с уверенностью. Во всяком случае, Харухиро хотел создавать такое впечатление. — Легко сказать… Харухиро приподнялся и промочил горло потеплевшим пивом. Нет, не выйдет, не такой он человек… Не позитивный, не оптимистичный и вовсе не уверенный в себе. Скорее, все наоборот. Мрачный, пессимистичный, трусливый. — Точно… Потихоньку он начал кое-что осознавать… По-видимому, Токимуне — человек импульсивный, он не привык задумываться, а больше любит действовать наобум. Он несется навстречу цели с упорством разогнавшегося поезда, а остальные тянутся за ним как вагонетки. Такова реальность. Что ж, и по сей день Токимуне не платит за свое упрямство и импульсивность, все сходит ему с рук. Но всегда ли так будет? Разве он не может потерпеть неудачу? А пока не стало поздно, не лучше ли сменить стратегию, поступая чуть более обдуманно и осторожно? Страшно ведь ошибиться. Да и странно это! Ведь Токимуне — лидер. А лидер обязан минимизировать риски, чтобы уберечь свою группу. Скорее всего, о таких вещах он даже не задумывался. Или считает эти хлопоты бесполезными. — Мы отличаемся... Не так. Точнее, дело не только в этом. — Может быть я… завидую? Людям, похожим на господина Токимуне? Среди наемников о группе «Токкиз» ходит слава как о «забавных ребятах». Действительно, они те еще чудаки. Но это не значит, что они слабаки. Этой группе удалось с помощью силы и интуиции оставить за спиной немало наемников. А если судить по их коллективному отношению к жрице Анне, похоже, им не чуждо доверие друг к другу. Господин Токимуне очень странный. А Харухиро — слишком обыкновенный. Не сказать, будто вор хочет быть чудаком, просто рядом с Токимуне Харухиро ясно осознавал свою посредственность, и эта мысль была горькой. Более того, он чувствовал себя неполноценным. И что, именно из-за этого и злится больше необходимого?

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Наверное… Скорее всего... Точно. Он крутой, да…. За все время своего пребывания в Гримгаре Харухиро познакомился с некоторыми лидерами кланов, впрочем, знал он немногих. На ум сразу пришли Шинохара из «Ориона», Ренджи, Кадзико из «Диких Ангелов», Сома из «Воинов Зари». А затем Токимуне из «Токкиз». Вроде бы все. И каждый из этих людей был действительно крут. — Дело в харизме? Да. Именно. Они харизматичные. У каждого из них особая аура, которая отличает лидера от остальных людей. Были ли они такими с самого начала — неизвестно, но теперь они точно считаются харизматичными командирами. Выходит, Харухиро из тех, кого небеса обделили харизмой. Он сам это понимал. Ему всегда так казалось. Само собой, Харухиро никогда не стать таким как Сома, Ренджи или Шинохара. И все же он чуть лучше, чем, например, Ранта, да и никто из его товарищей не рвется взять лидерство на себя. Значит, он должен справиться сам, так или иначе. Харухиро не ищет признания, не жалуется, а всего лишь старается изо всех сил. — Простите… Харухиро снова разлегся на столе. Ему стало горестно. Он никудышный лидер. Его товарищи вечно находят его мрачным. Если бы он только был харизматичнее, решительнее, способнее, то тогда смог бы помочь остальным стать сильнее. Ренджи пытался переманить Ранту. Шихору и Юмэ приглашала Кадзико. Мэри... да и Кузаку… Они все способны на большее, так? Наверняка для всей группы лидерство Харухиро лишь обуза, преграда на пути прогресса. — Хотел бы я стать крутым... — усмехнулся Харухиро. Но никто не услышит о его желании. Как ни крути, но вор не мог ни с кем поделиться своими мыслями. Приходилось держать все в себе. — Итак… Харухиро поднялся со стола и допил пиво. Он скривился. Отвратительно! Почему он пьет что-то настолько отвратное? Хотелось выплюнуть остатки в кружку, но каким-то чудом он все-таки проглотил мерзкий напиток. Затем вор оставил глиняную кружку на стойке. — Спасибо за выпивку. Бородатый хозяин лишь мельком глянул на Харухиро, ничего не сказав. Ни «пожалуйста», ни «приходите к нам еще». Хоть что-нибудь! И каждый раз такое! А Харухиро все ходит и ходит к этому человеку. Может, стоить прекратить бессмысленно пить в его заведении? Он прокручивал эту мысль в голове множество раз, не сосчитать, а потом все равно заворачивал в харчевню. Харухиро медленно шагал по пустынному переулку, прохожих почти не было. Первый день экспедиции закончился без происшествий. Но поскольку они впервые исследовали незнакомую местность, нельзя сказать, прошло ли все гладко или нет. Ведь за первой полостью-залой пещеры оказалась вторая, и стены ее тоже, как и в первой, были усыпаны множеством мерцающих яиц. За день наемники сумели найти в общей сложности десяток подобных кладок и на этом прекратили поиски, вернувшись в город. У Харухиро было странное предчувствие, будто и на второй день экспедиции они увидят всего лишь яйца и кладки, ничего больше. Тем не менее, вор предвкушал какое-то событие, смутно ждал чего-то. И это ожидание нельзя было назвать неприятным. Возможно, Харухиро на самом деле с нетерпением ждал дня, когда они наткнутся на невиданное и неизвестное никому существо. И в то же время вор боялся этого. Они уже потеряли Манато и Могузо, и Харухиро не хотел переживать эту боль от потери снова. Кстати о боли: он больше ее не чувствовал. Однажды парень просто обнаружил, что не испытывает эту резкую колющую боль. А что если это подведет его и товарищей к новым ошибкам? Этого вор тоже боялся. И, разумеется, об этом он тоже никому не мог рассказать. Теперь ребята его группы не упоминают в разговорах имена погибших товарищей. Они делают это специально? Осознанно? Или случайно? В любом случае, они продолжат избегать говорить о Манато и Могузо. — Надоело… —Харухиро остановился и посмотрел на ночное небо. Нельзя жаловаться остальным. Нужно ведь не терять лицо? Как лидер Харухиро не должен выглядеть слабаком. Нельзя вселять тревогу в товарищей. Но и быть беспечным нехорошо. То не так, это не так. Все не так. И с этим ничего не поделать. Но сделать что-то нужно. Даже если он будет накручивать себя раз за разом… В конце концов, он же обычный человек. И совершенно посредственный лидер. — Нечестно это... У него даже девушки нет. — Ну, в смысле… Девушки… Харухиро взъерошил волосы. Зачем ему это? Для душевного спокойствия? Или же, откровенно говоря, доверия? Или же заботы? Ну, этого тоже, наверное. Чтобы кто-то обнял его? Или же утешил… — У-а-а-а-а-а… Я ужасен. Ох… Черт! Это ведь не бар! Он посреди улицы! Его может кто-нибудь услышать! Вор почувствовал, что кто-то из прохожих остановился. Присмотревшись, он увидел перед собой двух человек. И тут голова Харухиро слегка закружилась. — Оу… — произнес некто маленького роста. А вот второй, спутник коротышки, был роста исполинского, считай, все сто восемьдесят сантиметров. Огромная фигура, а не просто высокая или толстая. На фоне такого человека любой почувствует себя карликом, что уж говорить о коротышке-товарище, что шел рядом с великаном. Зрелище то еще! Забавно — не то слово. — Что ты здесь делаешь, Харухирокава? — коротышкой оказалась грозная Анна из группы Токимуне. — А, да ничего такого… — Харухиро шагнул назад. — Просто… На него уставились. Эти двое смотрят на него, ничего больше. Правда, слишком уж пристально. И пристальнее всего на Харухиро глазела отнюдь не госпожа Анна, а вторая… Великанша Мимори. Она глядела на вора с высоты своего немалого роста. Да, этими своими глазами, точно у какого-нибудь маленького зверька. Харухиро хотелось бежать. Немедленно. Но зачем? Эти двое подумают, что он странный, даже чересчур. Хотя они уже считают его чудаком. — А в-вы... Уже так поздно, что же вы… — Просто гуляем. Джаст герлз прогулка. Найт волкинг. Что ты там потерял, Харухирокава? — Ха-ха. Нет. Потерял? Нет-нет. С чего вы так... — У-а-а-а-а, — Анна с ужасом на лице вцепилась в золотые локоны. — Это ты про меня! — Не кричи ты так! И вообще я ничего такого… — Эй, ты говорил это про госпожу Анну? Ну-ка быстро признавайся, червь! — Нет, я сказал, что я ужасен... — Ужасен! — Анна ткнула пальцем в сторону Харухиро и рассмеялась до слез. — Ужасен! Тебе это очень подходит! Ужасен! — Наверное… У него не было сил возражать… Точнее, он не мог возражать. В любом случае, он действительно ужасен. Совсем непримечательный, заурядный, робкий. Да-да, верно-верно. — Что ж, эм-м, уже поздно, так что будьте осторожны. До завтра, — Харухиро развернулся. Его палатка была в другой стороне, но можно сделать крюк. Однако стоило вору сделать шаг, как его окликнули. — Эй, э-эй! — Да? Обернувшись, Харухиро увидел Анну смущенной. — A ю...Я ведь с-сейчас не с-сказала ту мач? Верно? — Ха? О чем вы? — У-ужасен? — А-а. А, вот оно что. Похоже, бойкая на язык жрица пытается извиниться. Харухиро горько улыбнулся. Ничего, все в порядке. Для такого как он это все — мелочи. — Расслабься. Я ведь действительно такой. Мне это понятно. — Ноу! Т-ты не ужасен! — Анна погрозила пальцем— Ты не настолько ужасен! «Настолько»? … не мог он не подумать, но это всего-навсего фигура речи, она так не со зла. Теперь вор потихоньку начал осознавать, почему все в «Токкиз» принимают жрицу за маскота. Она грубая, очень шумная, но не злая. — Спасибо огромное. Эм-м, ну, пойду спать. Доброй ночи, госпожа Анна, Мимори. Поклонившись, он собирался уйти, но его снова остановили. — Постой. — Да? Сейчас это была не жрица. Наверное, Мимори. Да, она, и маг быстро шагнула к нему и встала напротив. — Э? Э-э? Э?.. Что ей нужно? Неужели хочет убить его? У Мимори всегда одно и то же выражение лица. Но она невероятно сильная. И огромная. Харухиро хотел было пойти, но вдруг Великанша ухватила его за края одежды и удержала на месте, притянув к себе. Вор смотрел на нее снизу вверх. Она выше него на десять сантиметров, не меньше. — Миморин, — вдруг выпалила Великанша. — Э? — Харухиро застыл с испуганным выражением лица, пока не моргнул, пытаясь переварить происходящее. — Ми? Мимо… Мимо, рин? — Май го...… — задохнулась Анна и прикрыла ладонью рот. — Верно, — Мимори кивнула. — Миморин. — Э? Что… — Я. — Госпожа… Мимори? — Зови Миморин. С этого момента зови меня Миморин. — Миморин? — Верно. — Х-хорошо. По...нял. Миморин. — Замечательно. Уголки губ волшебницы слегка приподнялись, а сама она чуть прищурилась. Похоже, так выглядела ее улыбка. Наверное, она чем-то довольна. Девушка отпустила Харухиро, развернулась и пошла прочь. Анна заторопилась к Мимори и что-то затараторила ей. — Миморин! Вот зе хелл? А ю крейзи? — доносилось до ушей вора, но он ничего не понял. Что это? Зачем? А, ладно! Неважно. Все ведь и так хорошо? Не осознав смысла происходящего, Харухиро развернулся и отправился спать. Ведь сегодняшний день — лишь подготовка к завтра. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5: Объект для приручения

В восемь утра Харухиро и остальные наемники собрались перед входом в Загадочную Нору. Они прошли через ущелье, муравейник муриан, королевство демонов и добрались до интересующего их туннеля. Группа Харухиро для удобства назвала эту территорию аббревиатурой НР просто для того, чтобы не вдаваться в ненужные детали. Неизведанная территория. Грубо говоря, Новый Район. Кажется, пока о существовании НР знают разве что ребята Харухиро да «Токкиз»... Хотелось бы надеяться. Убедившись в действии «Оберега Света» и призвав Зодиака, они также как и вчера построились в две колонны и двинулись вглубь пещеры по кольцевой дороге, чтобы проверить каждую залу-кладку. Поскольку еще сутки назад ребята тщательно исследовали первые десять «комнат», они бегло пробежались по знакомым местам. Поначалу казалось, что ничего не изменилось, но очкарик-Тада кое-что заметил. — Похоже, яйца в дальних комнатах чуть-чуть подросли. — Теперь, когда ты упомянул об этом, я тоже заметил, — Харухиро оглянулся по сторонам. Нет, ему не показалось. Но кроме этого было еще кое-что. С самого утра Харухиро засек чей-то пристальный взгляд. За ним наблюдают. Мимори… нет, Миморин. Ну, она ведь только смотрит на него. Бесстрастно, словно ни о чем не думает. Нет, не может быть, чтобы она ни о чем не думала! Она ведь человек! Да и ладно. Никаких проблем. Девушка просто смотрит. Тут не о чем беспокоиться. Правда, как тут не беспокоиться? — Угу, — сказал Токимуне, демонстрируя всему свету ослепительно-белоснежные зубы. — Понятно. Отлично-отлично. Тогда идемте осматривать одиннадцатую комнату? После его предложения все двинулись к одиннадцатой зале пещеры. Никто из наемников не чувствовал ни страха, ни напряжения, пока Зодиак не заговорил с ними, предупреждая: — Ки-хи-хи… Ранта… Вот и тень смерти… Ки-хи-хи-хи… — А? Снова предзнаменовани… — по привычке начал Ранта. Токимуне остановился перед залой, Харухиро тоже. Они обменялись взглядами. Все тут же насторожились. Харухиро, стараясь не шуметь, поставил фонарь у ног и жестом оповестил Токимуне, что пойдет посмотреть сам. Токимуне кивнул. На всякий случай достав кинжал, вор «Тихой поступью» вошел в одиннадцатую залу. Правда, земля под ногами была не слишком-то ровной, поэтому у него не получилось передвигаться совершенно бесшумно, отчего Харухиро слегка нервничал. Кроме того, светящиеся яйца, покрывавшие стены пещеры наростами, оказались существенным препятствием. Их трудно обойти, не задев. Харухиро, пригнувшись на сколько возможно, двинулся к самому центру «комнаты», в кромешный мрак. Здесь стены были густо усыпаны яйцами сверху до низу. Справа от него... Что-то было. Фигурой и телосложением существо напоминало гоблина. Оно висело, прицепившись к яичной кладке, и смотрело прямо на Харухиро. Оно боится? Очевидно, это существо было чем-то занято, пока не явились люди. И оно не могло сбежать, как бы ему этого ни хотелось, и поэтому существо съежилось и затаило дыхание, надеясь, что люди не найдут путь к его логову. Приметив Харухиро, создание сжалось в комок от страха. Да, все было именно так. — Эй, — окликнул существо Харухиро. Услышав голос, создание начало мелко дрожать и трясти головой. Кажется, оно довольно-таки трусливое, хотя по нему и не скажешь. Но пусть он и не внушает страха, не факт, что это существо не стоит бояться. Например, оно может воспользоваться чем-то вроде магии, чтобы расправиться с людьми. В таких случаях лучше быть наготове и иметь преимущество. Жизненно необходимо. — Все сюда! Здесь кто-то есть! Как только он крикнул, внутрь сразу же влетели «Токкиз», а следом Кузаку и Ранта. Существо все еще молча тряслось от страха. Харухиро крикнул, указывая на него: — Справа! Не убивайте… — Харухиро-о-о! — окликнул его Токимуне. Обернувшись, вор заметил, что Токимуне собирается что-то метнуть... Что это, щит? — Ты мешаешь, ложись! — Ува... Харухиро бросился грудью о землю, как ему и сказали. Над его головой со свистом и вращаясь пронесся щит Токимуне. И, судя по всему, поразил цель. Чье-то тело шлепнулось о землю, а затем послышалось что-то вроде «Гх!». Наверное, этот звук издало то существо, похожее на гоблина. Мимо Харухиро пронеслось несколько человек. Когда вор поднялся, он увидел, что неизвестное существо окружили ребята из «Токкиз». Странный гоблин с крыльями даже и не думал сопротивляться: он просто поднял обе руки, будто говоря «я сдаюсь». Инуи наклонился к нему и поднес фонарь к морде монстра. Нет… это был не гоблин. Голова — да, но в остальном он больше напоминал летучую мышь. — Похож на крылоруких, — у Киккавы сложилось то же впечатление, что и Харухиро. Крылорукие. Рукокрылые. Наверное, кто-то вроде летучих мышей. — Ого! — восхищенно воскликнул Токимуне. — Тогда с этого момента будем называть его Крылоруким. Назвать это существо? Крылоруким? Ладно. Ребята Харухиро, естественно, встали за спинами наемников «Токкиз», и только Ранта то и дело норовил вклиниться между Тадой и Инуи. — Значит, Крылорукие. Хэ-э. Точно, оно напоминает летучую мышь. Какой-то он слабый. — Как знать. Понимаешь? — Токимуне присел перед Крылоруким. — Эй, Крылорукий! Ты понимаешь? Т-ы К-р-ы-л-о-р-у-к-и-й. Я — Т-о-к-и-м-у-н-е. Окей? Крылорукий выпучил глаза и задрожал всем телом. Не похоже, что он понимает слова Токимуне. Паладин поник. — Не понимаешь, значит. Ладно-о. Что до нас, мы не хотим без причины убивать тебя, мы ведь не хотим враждовать с тобой. Хм. Что же делать? — Абброгграа, — нечто подобное произнес Крылорукий. — М? — Токимуне склонил голову набок. — Грабброаада. — Не-а. Не понимаю. Ни единого слова. Что же? Успокойся, говори медленнее. Может быть, мы что-то поймем? — Арграбраде, фрабраграборадо, сабрадеофрапра. — Говорю же, медленнее... — Фу-а! Крылорукий внезапно попытался вскочить. Но не смог. И больше никогда не сможет. Тада. Очкарик-жрец Тада. Одним ударом боевого молота он размозжил голову Крылорукого. — Бесполезно, — крутанув ручку молота и положив его на плечо, Тада указательным пальцем левой руки вытер брызги крови с очков. — Ничего не поделать. В первую очередь у него инстинкт «убивать». — Что ж, ничего не поделать, — Токимуне поднялся. — Что сделано, то сделано. К сожалению, он не оставил нам выбора. — Дикость! — жрица Анна подскочила на месте. — Ну спасибо, мистер варвар! Ноу! Можете уже смеяться! Я сказала «спасибо» вместо «да пошли вы!», ясно?! — Ва-ха-ха-а, — Киккава схватился за живот от смеха. — Отлично, госпожа Анна! Великолепно! Отличная тушка! * Великолепно! Прекрасно! Га-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — Кх… — Инуи поправил повязку. — Забавно… — Разве? — только Миморин не засмеялась и даже не шелохнулась. Все с тем же выражением лица она лишь наклонила голову — В-все было ясно! — Ранта кивнул. — То, что он собирался сделать! Дернулся, вот его и прикончили! Идеально! Просто и понятно! Как я и люблю! Харухиро наблюдал за поведением Кузаку, Шихору, Юмэ и Мэри. Кузаку был ошарашен. Шихору, Юмэ и Мэри отпрянули. Харухиро тихо вздохнул. — То, что сейчас произошло — все верно. К… Крылорукий… — Харухиро подумал, что все-таки это имя не слишком-то удачное, но другое предлагать нелепо. — Мне тоже показалось, что он собирался напасть. Раз мы ничего не знаем о враге, думаю, это не наша ошибка. Чтобы защитить себя, нам придется убивать. — Эй, — Тада цокнул языком. — Зачем говоришь настолько очевидные вещи? Ох-х… Неужели Харухиро только что нарвался на ссору? Возможно. Нет, ничего подобного у него и в мыслях не было. Вор мысленно сделал пометку, что Тада любитель заварить кашу на ровном месте. По крайней мере, такое впечатление он производит. Только вот как на него реагировать? Если лидер группы поведет себя недостойно, то и остальные упадут в глазах окружающих. Но и разжигать конфликт вор не хотел. В любом случае, Харухиро твердо встретил пристальный взгляд Тады. «Я не отступлю!» — вот что нужно показать. Ну, что дальше? Что будешь делать? — Это все культура, — Токимуне встал между Харухиро и Тадой и положил ладони им на плечи. — Потому что разная культура. У нас и у группы Харухиро. Ну так что, ребята? Да, мы разные. Давайте веселиться, ну же? — Лично мне все равно, — спокойно заговорил Харухиро, хоть он и не был спокоен. Ведь Тада совершенно точно пытается выставить его дураком. Явно. — Веселитесь, если хотите. Однако не думаю, стоит вынуждать кого-то терпеть чужие странности. — Можешь не изображать безразличие, — Тада облизал губы. — Все это без толку. Но я-то очень терпеливый. — Вот как? Неожиданно. — Да, так. Ты своими заспанными глазками плохо видишь? Харухиро тут же сделал глубокий вдох… Опасно, опасно. Этот парень чуть не вывел его из себя. — У меня такие глаза с самого рождения, так что я все прекрасно вижу, господин Тада. — А-а, неужели? — Ага. Ну так что, будем веселиться? — Разве я какой-то весельчак? — Вот и я тоже. Как неожиданно. — Стоп-стоп-стоп-стоп-стоп, — Киккава схватил левые руки Харухиро и Тады и сцепил их в рукопожатие. — Давайте дружить и жить мирно! Улыбаемся-улыбаемся! Веселее! Ну же, Хару-ти, Тада-ти! Тада вырвал руку, но ничего не сказал. Харухиро тут же слегка поклонился. — Прошу прощение за свою дерзость. — Да ничего… — похоже, план Тады потерпел крах. — Что ж, проехали. Кажется, им удалось найти компромисс. Пока хватит и этого. Харухиро был не настолько гордым, чтобы считать зазорным для себя признать вину и поклониться, поэтому этот жест дался ему более или менее легко. Другое дело, что своим поступком он мог поставить всю группу в невыгодное положение. Агрессивное поведение к добру не приведет. Все проблемы необходимо улаживать с достоинством. Но как же это проблематично! Но что поделать, он же лидер. Харухиро небрежно прикрыл ладонью рот и тихонько вздохнул. Действительно, проблем не оберешься, но он чувствовал странную гордость за свою маленькую, чисто символическую победу. И в то же время отвращение к себе за ту радость по совершенно ничтожному поводу. — Харухиро. — Да? Уа… Ч-что? Что произошло? Э? Его позвали по имени? Что это? Что это, черт подери? Непонятно. Его вдруг развернули. Э? Что все это значит? Что? А? Грудь? Это грудь? В груди? Его лицо? Его лицо уткнулось в грудь? Не слишком мягкая, но это, наверное, из-за одежды? В этом проблема? Какая проблема? Совсем непонятно. Совсем ничего. Его обняли. Великанша. Мимори. Миморин. Сейчас его обнимают. Очень-очень крепко. Миморин была гораздо выше Харухиро, и поэтому лицо парня уткнулось прямо в грудь девушки. Руки Миморин обхватили спину Харухиро и сжимали с такой чудовищной силой, что ему стало очень больно. Миморин прижалась щекой к затылку Харухиро и, кажется, терлась об него. Вор уловил странноватый сладкий запах, слабый, ни на что не похожий. А-а?! Что все это значит? Это… не то, что он ожидал, о чем грезил… это вообще какие-то другие ощущения! Мягкость, комфорт, спокойствие, волнение… нет! Ничего из этого с ним не случилось. А что-то другое. Что-то не то. Боль в спине. И никакой нежности. Его мечты… рухнули. Харухиро испытал странное чувство, будто его предали. «Вот значит каково это. Я думал, что это будет куда приятнее, а оказывается, совсем нет». — Все хорошо, все хорошо, — шептала Миморин. Это она ему? Что происходит?! Серьезно, что все это значит?! Что-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о? — Ты хорошо старался. — Э? — Все хорошо, все хорошо. Он растерялся. Совершенно. Просто… все случилось слишком внезапно. И у него бессознательно… не нарочно, неосознанно по щекам потекли слезы. Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-не-е-е-ет?! Почему он заплакал? Точнее, из-за чего? Слишком внезапно. С чего вдруг? Да откуда ему знать? Откуда ей знать? Он пришел в замешательство от сказанного человеком, который не знает обстоятельств, а еще потому, что немного раздражен происходящим. Так зачем ты это сделала?! Что она замышляет? Страшновато! Серьезно. Даже жутко! Хоть это никак ей и не скажешь, но она просто огромная! Невероятно огромная. Но этого сказать вор не мог. — Э-м-м. Госпожа Миморин. — Нет. Никаких «госпожа». Миморин. — Миморин… — Что? — Не могли бы вы отпустить меня? — Угу. Неожиданно Миморин быстро отпустила его. Слава богу! Если бы она отказалась, то его положение стало бы совсем трудным. — Миморин… — ошеломленно пробормотал Токимуне. Вор впервые видел паладина таким. — Миморин, значит. Вот оно что! И Харухиро. Мимори, я тебя не совсем понимаю… — Какой у тебя ужасный вкус, Мимори, — усмехнулся Тада. — Кх… — Инуи скорчил гримасу, будто съел что-то горькое. — Какая ужасная судьба… Стоп, что значит «ужасная»?! Харухиро отпрянул. Миморин как всегда бесстрастно глядела на Харухиро сверху вниз. Несмотря на совершенно отсутствующее выражение лица, в ее взгляде чувствовался пыл. — Фу-у, — жрица Анна помотала головой из стороны в сторону. — Госпожа Анна тоже не очень понимает. Ховевер, Миморин же нравится всякая странная жуть? — Странная жуть... — повторил Ранта и тут же разразился смехом. — Ува-ха-ха-ха-ха! Точно, Парупиро, ты — странная жуть! Точно-точно, странная жуть! Именно! Тогда все ясно! Гу-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Поздравляю, господин странная жуть! — Ихи… Ранта… Ты даже не странная жуть… Ты куда хуже… Ихи-хи-хи… — Заткнись! Молчи, Зодиак! А не то пожалеешь! — Э… м-м…, — робко начала Шихору. — Харухиро, поздрав… ляю? — А… ну… — Харухиро запнулся. Все мысли в его голове куда-то делись, и он не мог подобрать слов, чтобы достойно ответить. — Хо-о-о-о, — Юмэ округлила глаза. — Юмэ не совсем понимает, что происходит, но тоже поздравляет. — Поздравляю, — почему-то без особых эмоций произнесла Мэри. — Так держать! — Кузаку слегка поклонился. — А, подождите, сто… В-вы и-и-и-и-и-издеваетесь? Ведь издеваетесь? Ведь я ничего такого… У нас с госпожой Мимори... — Миморин, — спокойно поправила Мимори. — У нас с Миморин ничего... такого… нет? Это просто, ну… эм-м-м, утешение? Воодушевление? Что-то вроде этого? Вроде как… человеколюбие? Что-то такое… ведь? Так… ведь? — Любовь! — Ранта корчился от смеха. — Любовь! Любовь пришла! Любо-о-о-о-о-овь! Любовь! Л! Ю! Б! О! В! Ь! Лю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-ю-юбовь! — Ты точно труп! — не выдержал вор. Не стоило говорить подобное даже в шутку, но он ни о чем не жалел. Харухиро повернулся в сторону Миморин. Ему не хватало храбрости, чтобы посмотреть ей в глаза. Сейчас он очень боялся встретиться с ней взглядом. — Это ведь… так? Верно? Эм-м… Со-сочувствие? Или же утешение? Или что-то подобное… —Хочу, — спокойно произнесла Миморин. «Хочу? Чего она хочет? Разобрать меня на части? Забеременеть? Нет. Тогда что же? * » — А? — Какой ты милый. Хочу тебя приручить. — Приручить… как животных? Держать и выкармливать? — Ага. Хочу приручить. — Т-ты не можешь меня приручить… Я же человек! — К сожалению. — Что же, тогда… — Но я не сдамся! — твердо заявила Миморин. И затем шмыгнула носом. Кажется, ее глаза слегка увлажнились. Наверное. — Обязательно приручу. — Вот как… — смог лишь ответить Харухиро. Что все это значит? В версии с изображениями тут находится картинка.

↑ Здесь Киккава меняет местами слоги в слове «шутка».

↑ Реплика Мимори записана хироганой かいたい , при произношении она звучить неознозначно. Она с равным успехом может говорить о «разборе чего-нибудь» и «демонтаже» (яп. 一解体) или о «зачатии» и «беременности» (яп. 一懐胎).

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6: Добро пожаловать в Сумеречный мир

В версии с изображениями тут находится картинка. Двенадцатая. Тринадцатая. Четырнадцатая. Пятнадцатая... Харухиро и остальные наемники продолжали исследовать «комнаты» пещеры. Кое в чем они уже убедились: чем дальше их уводил лабиринт, тем крупнее становились яйца в кладках. Нет, если сравнивать кладки соседних комнат, то разницы не заметишь, но если взять первую и шестнадцатую, в последней яйца в разы больше, хорошо, не в разы, но в два или полтора — точно. После того случае с Крылоруким наемники так и не встретили никого подобного. Что это вообще за «крылорукие»? Что Крылорукий там делал? Это его кладка? Или же нет? Непонятно. Семнадцатая комната была просторной или же просто казалась таковой. — Яйц… нет, — пробормотал Харухиро. Никаких источников света, только тьма кромешная. Есть тут крылорукие или нет — не поймешь. Ничто не говорило о присутствии этих монстров, но ребята все равно исследовали закоулки комнаты с осторожностью, вынужденные полагаться лишь на свет фонарей. Нет, крылорукие здесь не водились. Зато наемники обнаружили в углу дыру, причем не в стене, а в полу пещеры. Почти идеально круглый проем диаметром около ста двадцати сантиметров. Лаз. Ребята окружили его. Харухиро присел на корточки и вытянул руку с фонарем вперед, чтобы пролить над дырой свет. — Дна… совсем не видно. Уж очень глубоко. — Угу, — Миморин качнула подбородком. — Очень глубоко. Кстати, а почему Миморин оказалась рядом с Харухиро? А, ну да, по-прежнему надеется «приручить» его. Во что бы то ни стало. Но даже сидя на корточках она была просто огромной. Великаншей! — Может, спустимся, используя наши руки и ноги? Вот сюда, — Киккава указал подбородком на дыру. — Тогда и без лестницы справимся, спустимся и поднимемся, да? Ну или что-то типа того. Конечно, если зацепиться руками за ноги другого человека, можно свеситься вниз. Да, спуск выйдет медленным, но это все равно решение. — Зодиак, — Ранта тряхнул головой. — Спустись и осмотрись немного. — Ки-хи… Ранта… Лучше скинуть тебя… Ки-хи-хи-хи… Отказ. Без вариантов. — Кх… — Инуи подкинул монету большим пальцем и тут же схватил ее. — Возможно, стоит попробовать... — Ауч! — вскрикнула Анна. — Госпожа Анна и сама собиралась! — Уже опоздала… Кх… — Инуи бросил монету в дыру. Наемники двух групп навострили уши. Вскоре послышался едва различимый звон. Судя по всему, дно там все-таки есть. А еще они узнали, что добраться до него трудновато, очень уж глубоко. — Ну… — начал Харухиро с коротким вздохом. — Я пошел. — Уж извини за это, Вор. — Токимуне улыбнулся, как и всегда демонстрируя ослепительно-белые зубы. — Постарайся, — без каких-либо эмоций напутствовала Миморин. Да уж… Игнорировать ее как-то неловко. Поэтому Харухиро, повесив на запястье фонарь, с натянутой улыбкой благодарно кивнул ей. Едва сдерживая раздражение, недовольство и борясь с усталостью, вор полез в лаз. Точнее, начал спускаться, ставя ноги по одной на выступы стены и держась за что попадется руками. Где-то на полпути к нему пришла мысль: «А так ли нужно, чтобы обстановку разведывал лидер?» Нет конечно, он всегда этим занимается, вот и сейчас взялся, но ведь основная задача лидера — принимать решения и руководить группой. Если отряд лишится руководства, пусть и в лице такого заурядного командира, поход может обернуться катастрофой. Разведка — рисковое дело само по себе, а если он получит рану, то и умереть тут недолго. Разве лидер должен заниматься чем-то подобным?.. Это лишь минутные сомнения. Теперь, когда у его ребят есть запасной вариант в виде Токимуне, наверное, они справятся, даже если с Харухиро что-нибудь приключится. Вообще, доверить разведку кому-то еще — хлопот не оберешься. Хотя те же Ранта и Юмэ — шустрые наемники благодаря навыкам своего класса (и вполне годятся для этой работы), они не смогут выполнить задачу просто из-за склада характера. В первую очередь, этим двоим не достает внимательности. Тогда кто бы из «Токкиз» потянул развездку? Может, Инуи, он ведь в прошлом состоял в воровской гильдии? Хотя если пойдет речь о «Токкиз», эти наемники как раз и не заморачиваются мелочами вроде разведки: они просто толпой ринутся вперед с дикими криками и круша все на своем пути. Нет, все-таки разведка совсем не мелочь. Кстати, Харухиро отнюдь не брезговал этой работой. Вылазка — вещь, конечно, обычная и ничем не примечательная, но кто-то же должен этим заниматься. К тому же, если сделать все по науке, это неоценимая помощь отряду. Хоть за разведку его и не похвалят, Харухиро все равно чувствовал удовлетворение от хорошо проделанной вылазки, потому что такая работа ему в тайне нравилась. Может, он и не семи пядей во лбу и умелым себя никогда не считал, но с разведкой у него все в порядке. Как ни притворяйся неумехой, истину не скроешь. Стараясь лишний раз не шуметь, он медленно спускался вниз, в глубины странного лаза. И вот он добрался до дна. Внизу оказалась дорога, но ничего впереди или позади не было. А еще вор совершенно не чувствовал хоть чье-либо присутствие. Никаких признаков жизни. — Кажется, все в порядке. Можно двигаться дальше. Спускайтесь! — крикнул остальным вор. Первым начал спускаться Токимуне, остальные последовали за ним. «Может, Токимуне стоило лезть последним?» — не мог не подумать Харухиро, но вслух это, разумеется, не сказал. Там, где очутились наемники, дорога сужалась. Высота пещеры достигала двух метров, не больше, а ширина — примерно метра полтора. Иными словами, в две колонны уже не построиться. Поэтому получилось так, что во главе отряда шел Харухиро, а чуть позади и левее — сам Токимуне; а по правую руку и чуть позади от него плелся Киккава. Зигзагообразной вереницей, больше смахивающей на неполные две колонны, добровольцы Багровой Луны принялись прочесывать местность. Продвигались в тишине, причем молчали не только ребята Харухиро, но и наемники «Токкиз». Кажется, с ними вот-вот что-то случится. Наверняка. Сердце Харухиро застучало быстрее. «Нет, успокойся!» — приказал себе младший лидер. Он должен взять себя в руки! Да, взять себя в руки, взять себя в руки… Если станет слишком напрягаться, то тело задеревенеет, а поле зрения сузится. Дорога шла без изгибов и поворотов. В какой-то момент Харухиро заметил, что до ужаса медленно шагает. Хорошо бы ускорить темп. — Сейчас… — Харухиро остановился и обернулся. — Кто-то что-то сказал? — М? — Токимуне повел плечами. — Так что: кто-нибудь что-то говорил? Никто не поднял руку. Все покачали головами. — Ты что-то слышал? — спросил вора старший лидер. — А… ну, мне показалось, что слышал… наверное? Может быть, показалось. А… Харухиро поднес указательный палец к губам. Все затаили дыхание. До наемников долетели странные голоса. — Арбрубра. — Фраграбрубарадира. — Щурубирубрахарагреро. — Пюрарюгади. — Абрагу. — Крылорукие, — прошептал Киккава. — Сколько же их там? Глубоко вздохнув, Харухиро поставил фонарь на землю. — Пойду посмотрю. — Все будет в порядке? Точно? —Токимуне выглядел необычайно встревоженным. Это плохой знак… Нет-нет. — Хочешь, могу составить тебе компанию? — самодовольным тоном предложил Ранта. — Без такого как ты в миллион раз лучше. — Ты совсем не милый. Ауч… Ранта схватился за голову и присел. Рядом с ним стояла та, кто огрел его посохом по макушке. — Харухиро милый. Это была Миморин. Как и всегда, с бесстрастным выражением лица. — Думаешь? — спросила Шихору. Пожалуй, она просто из любопытства поинтересовалась, но это ее «Думаешь?» грубовато звучало. Но она права! Он, Харухиро, совершенно не милый! Именно! Он в этом уверен. Не то чтобы он совсем не хотел оказаться милым... — Хоть он жалкий, но старается что-то сделать, пусть и тщетно, — пояснила Миморин. «Вот как?» — Харухиро устало потер переносицу. «Понятно…» Да, он — жалкий тип. Определенно. И при этом старается что-то сделать, хоть и тщетно. На самом деле, вор был просто шокирован тем, что Мимори нашла его уязвимость, сказала наобум и попала в яблочко. После такого Харухиро вряд ли сможет оправиться. Ладно, плевать! Ну а если даже не плевать, тогда ему хотелось бы знать, что она нашла тут милого?! — Мимори-ин, — пусть Анна и небольшого роста, она все-таки сумела достать до плеча Великанши и похлопать по нему. — Сейчас я кое-что поняла. — Да? — кивнула Миморин. — Бат это… как думается госпоже Анне, это просто какое-то… сопутствие. Не так… сочувствие? Что-то вроде жалости? Что-то такое, да? Так ведь? Ты считаешь его жалким? Верно? Миморин в задумчивости слегка наклонила голову, но на вопрос жрицы так и не ответила. Вместо этого она обернулась к вору. — Харухиро милый. — А-а… спасибо. — Хочу приручить. Позволь. — Нельзя. — Вот как. — Да. — Только не умирай. — Хорошо… Харухиро с такой поспешность отправился ко входу в подземелье, будто спасался бегством. «Вылазка! Я должен разведать путь! Стараться изо всех сил! Идеальная вылазка! Это должна быть безупречная вылазка, на какую никто не способен! Разведка! Я буду мастером разведки. Я лучший разведчик…» — вору отчаянно хотелось сказать это все с гордостью. «Нет, мне не особо хочется говорить такие вещи вслух, ладно, нужно разведать местность. В любом случае, вылазке уже быть! «Тихая поступь». Да, весело ходить «Тихой поступью». Обожаю это! Хоть он жалкий, но старается что-то сделать, пусть и тщетно! Разве плохо стараться? Хорошо, я жалок, то если бы перестал стараться, вообще бы скатился… Такие мысли больше подходят госпоже Анне. Эх… Концентрация. Нужно сконцентрироваться!» — прервал свои размышления Харухиро. Дорога оставалась прямой как струна. Харухиро шел и слышал голоса крылоруких. С такого расстояния не разберешь, но они что, так общаются? По крайней мере, очевидно: они не собираются поднимать тревогу. Продвигаясь вперед практически на ощупь, вор с каждым шагом все больше разбирал речь монстров. Да, никаких сомнений не осталось: там обитают крылорукие. Лидер мельком подумал, что оставить фонарь ребятам оказалось хорошим решением… Пожалуй. И вдруг он заметил слабый свет. Постепенно легкое зарево становилось все ближе и ближе. Он нашел еще один грот. Перед тем как проникнуть внутрь, Харухиро некоторое время постоял у входа, прислушиваясь к разговорам крылоруких. — Убрера, браберё, самрагеращу. — Пагащубрура, фаиабщу, факащубрю. — Рабрещубрарро, фанафарабщу, иребрещерто. Они там! Там! Они все ближе! Там, впереди! Грот оказался достаточным по ширине, высоте и длине, чтобы в нем кто-то обитал и чтобы туда вошли люди. Но каковы реальные размеры этого закутка? И что там такое светящееся? Что за источник слабого света? Харухиро напряг зрение, пытаясь разглядеть обстановку. Бесполезно. Ничего не увидеть, если не зайти. Спрятавшись за укрытие, Харухиро сначала повернул голову, а потом плечо. Кивнув самому себе, он немного высунулся, чтобы поглядеть, стараясь получше спрятаться за углом. Да, грот просторный… Хотя не такой уж большой. Может, шириной около десяти метров. Какая здесь высота — сложно сказать. Длина тоже. Источников света много, они расположены хаотично, и это… дыры в потолке, причем совершенно разных размеров. Сквозь них льется на землю голубоватый свет. Судя по всему, крылорукие прячутся в этих световых колодцах. Они… висят там вниз головой, да? Их тут тьма. Значит, они просто висят и болтают друг с дружкой? Видимо, да. Выходит, здесь логово крылоруких. Вот что это за место. Монстры так и не заметили его, и Харухиро благополучно вернулся к своим. Одиннадцать наемников и Зодиак встретили его молчанием. — Место похоже на логово крылоруких. Их там безумно много! Больше десяти-двадцати. Не горю особым желанием туда ломиться. Лично я. — Хм… — Токимуне призадумался. — Предоставьте это мне, — вдруг вызвался Тада. На линзах его очков затанцевали блики света от фонаря. — По моим предположениям, крылорукие не станут атаковать. Сейчас я отправлюсь туда один, хочу убедиться в этом. Если что случится — бегите. — Погоди-ка, — прервал жреца Ранта… С ним что-то происходило. Страх и напускное самодовольство перекосили его лицо, смешались в кривой ухмылке. — Не только «Токкиз» пойдут туда. Позвольте и мне. — Ки-хи… Прекрати… Ранта… Ки-хи-хи… Можешь прикидываться крутым, но ты совсем не такой… — Вранье! Я невероятно крутой! Настолько, что все поневоле влюбляются в меня, понял? Верно? А? А? — Ранта повернулся к девушкам. Никакой реакции. Лишь холодное презрение. — Эм-м… ну… — Харухиро почесал в затылке. — Разве вы сами не считаете это дело опасным? Не лучше ли не ходить?.. — Без вариантов, — Тада поправил очки указательным пальцем левой руки. — Совершенно и категорически! Ладно, Токимуне, если что случится, бегите. — Угу. Что же, в путь? — откликнулся его командир. — Он согласился с такой легкостью… — простонал Кузаку. — Ты не против, Харухиро? — вдруг спросил Токимуне. Факт того, что он спросил мнение младшего лидера, страшно удивил вора. — Итак, увидимся позже, Тада. Он что, не дождался ответа? Опять? Закинув боевой молот на плечо и напевая себе что-то под нос, Тада невозмутимо отправился в логово крылоруких. — П-постой! И я, и я с тобой! — Ранта и Зодиак погнались за ним. — Хо-о… — протянула ошеломленная Юмэ. Мэри прочистила горло. Наверное, так она пыталась успокоиться. Харухиро тяжело вздохнул. Кажется, привычка тяжело вздыхать стала его вечным спутником, и лишь ему можно доверять. Нет, дело не в том, чтобы верить или нет. Просто... — Я пойду за господином Тадой. Господин Токимуне, убедитесь, пожалуйста, что все готовы бежать. — Окей. Спасибо огромное. — Харухиро, — Миморин кивнула с нечитаемым выражением лица. — Выживи. — Да… В любом случае, он был рад ее напутствию. Ладно, если быть честным, не слишком-то рад. Харухиро плелся за Рантой и Зодиаком, отстав от них метра на три. Тада же шагал впереди, напевая себе под нос. Не слишком ли ему весело? Да что вообще творится в голове у этого парня? Очень опасно тащиться в логово монстров, да еще без всякой попытки скрыть свое присутствие! Но что поделать? Такой уж он. Тада казался радостным, будто происходящее для него — всего лишь увеселительная прогулка, и все же Харухиро нервничал. Ранта вообще вел себя странно: похоже, он напуган до смерти. До того напуган, что стал невольно походить на какую-то симпатичную зверушку, особенно это бросалось в глаза при сравнении с Тадой. Да ладно? Милый Ранта? Харухиро впервые воспринимал его таким. Странное чувство. Жрец упрямо шел вперед, без остановок, не сбавляя темпа, прямиком в логово крылоруких. У входа в грот Ранта встал столбом, не решаясь войти, и тогда Зодиак подтолкнул темного рыцаря в спину. — А-ай, сто… Зодиак? Прекрати! Для таких дел нужна моральная подготовка, разве нет?.. — Ки-хи… Заткнись и умри… — Опять ты про смерть, а-а-а-а-а-а-а?! — Ранта, — пусть и поздно, но Харухиро решил предупредить темного рыцаря, — ты слишком шумный! — Уо-о-о!? — от его замечания Ранта аж подпрыгнул на месте. — Ха-ха, — Тада обернулся и взмахнул боевым молотом. — Не беспокойтесь! Нет проблем! По моим расчетам, крылорукие не станут атаковать! И тут голоса крылоруких… пропали. Тишина. — Видите? — Тада с триумфальным видом указал на логово монстров. — Как я и думал! Они до жути трусливы! Абсолютно не воинственные! — Эм... но, господин Тада, именно вы убили Крылорукого в той комнате... — Тогда я и понял! Может быть, именно во время удара? Понял, что он слабак. — Значит это… как это сказать… ваша интуиция? — Это жизнь. Нет никаких оснований. — Ого! — Ранта упал на одно колено и прижал руку к сердцу. — Мудрые слова! Точно! Для жизни нет никаких оснований! Круто, господин Тада! — Не стоит так восхвалять меня, — Тада, хлопнув рукояткой боевого молота по надплечью, поправил очки. — Я подхвачу от тебя глупость. — Ва-ха-ха! Нет-нет-не-ет! Просто вы великолепно сказали, господи-и-ин Тада! Что с этими двумя? Понятно, что Ранта с самого начала был идиотом, но неужели Тада тоже идиот? Друзья-идиоты? Тем временем крылорукие все еще не подавали никаких признаков своего присутствия, предпочитая молчать и прятаться… или же это затишье перед бурей? Честно сказать, Харухиро не был уверен, что здесь достаточно безопасно. — Харухиро! Ты тоже давай сюда, — жрец поманил его рукой. — Если можно, я бы остался на своем месте. — Ну же, иди сюда! — Именно, Парупиро-о-о-о! Ну же! Хватит быть трусом! — Быстрее! Иначе получишь от меня! — Если вы ударите меня молотом, то и убьете ненароком… Он ведь шутит, да? Но раз это Тада, то кто его знает? Ничего не поделаешь. Харухиро робко зашел в логово крылоруких. Да, так и есть: монстры не выглядели угрожающими, скорее, откровенно трусили. И это при том, что, навалившись на захватчиков, они могли стать реальной угрозой! Крылоруких так много, что при желании они бы в мгновение ока превратили людишек в фарш. Смерть бродила где-то поблизости, Харухиро чувствовал это нутром. «Выживи», — сказала ему Миморин, но, похоже, с этой задачей ему не справиться. Хотя… может, и справиться. Крылорукие висели в гроте неподвижно и не подавали голоса. — Ранта, — Тада указал подбородком на путь, по которому они пришли. — Позови Токимуне и остальных. Я и Харухиро подождем здесь. — Так точно! — Ку-хи-хи… Ранта как мальчик на побегушках… Ку-хи… Тебе это идет… Ку-хи-хи-хи… — Заткнись! Ладно! Ведь сегодня господин Тада сказал нечто мудрое! Пробормотав что-то еще, темный рыцарь побежал по тропе назад. Зодиак последовал за ним. А Харухиро остался с Тадой практически наедине. Но все было, конечно же, иначе: повсюду из световых колодцев свисали крылорукие. — Харухиро. — Что? — откликнулся вор. Но Тада не спешил завязывать разговор. Немного погодя жрец продолжил: — Позаботься о Мимори. — А? — Она выше меня, у нее ужасный вкус, непонятно, о чем она думает, а еще не позволяет называть ее Миморин. Она меня просто бесит, но мы все-таки товарищи. — Нет… Не меня стоит просить... — Она тебе не нравится? — Э? Нет, не то чтобы не нравится, просто тут другое… — Огромная грудь. Да и все остальное огромное. — Это никак не связано... — Связано. Над грудью посмеешься, от груди и поплачешь. — Так это работает? — Что? Ты никогда не плакал от груди? — Нет... — А я — да. — Хэ-э? — Хочешь послушать? Узнать все детали? — Хочешь поговорить об этом? — Не твое дело! Это слишком личное! Ты совсем безумный! Кто бы говорил! Харухиро огляделся. Крылорукие все еще безмолвно висели. — Неужели ради этого разговора ты и отослал Ранту? — Именно! Разговор-то важный. — У меня нет к ней особых чувств, вот и все. — Как прямо! А ты честный. Хоть и безумный. Что с тобой не так? — Действительно, что не так... ...с тобой, Тада? Вскоре прибыли остальные наемники, освещая путь фонарями. Ранта, Зодиак и «Токкиз» спокойно зашли в логово, а вот Кузаку, Шихору, Юмэ и Мэри невольно робели. Это нормально. Нормальных людей и видеть приятно. Нормальность — хорошо. Нормальность — лучше всего. — О-о! — Токимуне, выставив ладонь козырьком, энергично осматривал логово. — Это логово крылоруких? Хм-м... Похоже, они тут кишмя кишат. До сих пор крылатые монстры сидели молча, а тут загалдели. Харухиро поежился. — Ч-что будем делать? Со всем этим? — спросил он. — Пойдем дальше, вот что, — спокойно ответил Токимуне. — Вот оно что… — Хотите вернуться? Если так, то возвращайтесь. Мы остаемся. Точнее, мы пойдем дальше. Для экспедиции группа Харухиро не нужна — вот о чем на самом деле говорил Токимуне. Если маленький отряд Харухиро уйдет, «Токкиз» все равно исследуют новое место. — Мы тоже пойдем. — Будто есть другой вариант, — и Токимуне улыбнулся вору, демонстрируя ряд белоснежных зубов. Харухиро показалось, будто он только что заглотил наживку. И даже спустя некоторое время это неприятное чувство никуда не исчезло. Сколько ни размышляй, все равно выходит, что они действуют по плану «Токкиз». Но чтобы выиграть у них в лидерстве… даже мечтать не стоит! Что остается? Плыть по течению? Если крылорукие задумают… к примеру, если монстры захотят расправиться с захватчиками, то людям тут же придет конец. Да и что их вообще ждет, если не истребление групп в полном составе? Харухиро забрал у Кузаку фонарь и, когда наемники двух отрядов выстроились в две колонны и отправились дальше, задумался: «А понимают ли остальные, как на самом деле обстоят дела?» Несмотря на обстоятельства, невозможно, чтобы никто из них хотя бы раз не осознавал всю меру грядущей опасности. Получается, они все вместе намеренно пошли на риск? Такая стратегия, конечно, естественна для «Токкиз»... Добровольным солдатам как раз подходит кто-то вроде наемников «Токкиз», а не посредственности вроде Харухиро. Ну еще подойдут подобные Ранте — слегка безумные ребята. Харухиро же просто занимается не своим делом. И раз он не годен для такой службы, стоит ли вообще стараться? Или тот факт, что ему мало подходит ремесло наемника, делает его уникальным? Он может то, на что не способны другие? Крылорукие все не желали униматься… но по-прежнему висели в световых колодцах, не шевелясь. — Даже если бы настолько беззащитные и слабые звери оказались здесь… — сказал Токимуне, склонив голову. — Их сразу бы прикончили… Ведь в Загадочной Норе снисхождения не найти. Так или иначе, но вполне очевидно, что хотел сказать Токимуне. В Загадочной Норе выживают сильнейшие, здесь царит закон джунглей. Существа, не способные защитить свою территорию, будут уничтожены тотчас. Тройка Псевдолюдей считается слабейшими монстрами Загадочной Норы. И хоть эти существа нападают не на всех, с некоторыми врагами они могут быть по-настоящему свирепыми. По сравнению с ними крылорукие кажутся слишком пассивными и слабыми, по крайней мере, сейчас. Наемники углубились в пещеру и долго шли прямо, пока не наткнулись на коридор слева и на два прохода справа. Токимуне сделал вид, что даже не заметил их, а направился сразу прямо, пока не оказался у т-образной развилки. Крылорукие галдели, не затыкаясь, но все еще не решались напасть. Добровольцы Багровой Луны выбрали поворот налево. Еще дважды дорога поворачивала налево. Наконец ребята остановились, заметив впереди нечеткое пятно света. Они больше не слышали голоса крылоруких. — Мы обошли логово? — пробормотал Харухиро. Токимуне ткнул пальцем перед собой. — Но там есть дорога. Кроме того… — Да. Он тоже заметил. Сквозняк. С той стороны явно сквозило. Ветер гулял по пещере. Харухиро и так не чувствовал себя спокойным, но тут его мышцы вообще задеревенели. Без какой-либо видимой причины. Не сказать, что у вора были на то основания, но Харухиро предчувствовал: скоро что-то случится, и он ждал, когда. Судя по всему, нечто подобное ощущали и остальные наемники. Дорога начала петлять и через какое-то время повела наверх, уклон возрастал. — А? — удивился Ранта и принялся озираться в поисках кого-то. — Зодиак исчез… — Истекло время призыва или что-то такое? — предположила Юмэ. — Быть такого не может! Хм-м… — темный рыцарь некоторое время размышлял, склонив голову. — А, без разницы! «Без разницы ли?» — вот о чем на мгновение задумался Харухиро. — «А, ладно!». У него возникло странное чувство, будто ему не терпится где-то оказаться, пойти куда-то вперед. Там что-то есть, может, что-то будет... Нет, совершенно точно! От сквозняков пробирала дрожь. Впереди показалась полоска света. Это... — Кх… — прочистил горло Инуи. — Выход?.. Путь наружу. Нелепость какая! Ведь наемники спустились в подземелье! На самую глубину! Они никак не могли выйти на поверхность. И все же лучи, пробившиеся в грот, давали естественное освещение. Да и сквозняк — не сквозняк, а самый настоящий ветер. — Уо-о-о-о-о-о-о! Мне уже не терпится! — Ранта ломанулся вперед. — Эй!.. — Тада бросился за ним. — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — жизнерадостно смеясь, Токимуне побежал за теми двумя. — Нечестно! Я тоже-тоже с вами! — рванул следом и Киккава. — Кх… — Инуи поспешил за товарищами. — Ха-а! Зере из но кьюр фор фул! * — жрица Анна, сказав какую-то колкость, сорвалась с места и побежала со всеми, крича: — Тогда я тоже иду! Я должна пойти! Миморин двинулась за остальными, меряя путь большими шагами, безмолвная и бесстрастная. Харухиро, обменявшись взглядами с Кузаку, Шихору, Юмэ и Мэри, заторопился догнать наемников «Токкиз». В глубине души вор понимал тот энтузиазм, что завладело старшими добровольцами, хоть и не до конца. А что если впереди и вправду есть выход? Путь наружу? Конечно, он подозревал, что такого просто не может быть. Нереально! Но вдруг есть какой-то шанс, что это нереальное воплотится в жизнь? Тогда это стоящее событие. Интересное. Нет, не просто «интересное». Для него, посредственного Харухиро, для такого «жалкого человека, старающегося что-то сделать, пусть и тщетно», это по-настоящему знаменательное событие. Пусть Харухиро и не бежал со всех ног, но все равно умудрился запыхаться: Снаружи... А-а! — Круто… Небо. Он увидел нечто похожее на небо. — Хё-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — странным голосом во всю глотку завопил Ранта. — Вот оно! — Токимуне обогнал Таду. — Ха-ха! — засмеялся жрец-очкарик. — Сто-о! * — крикнул Киккава что-то невнятно. Что еще за «Сто-о»? — Кх… Ха-ха-ха-ха-ха!... — Инуи злодейски засмеялся. — Ох май год! Ох май год!.. — словно безумная, восклицала Анна. Миморин вышла наружу и тут же застыла на своем месте. Порывы ветра трепали ее волосы, вздымая вверх, будто хотели показать свою силу. В версии с изображениями тут находится картинка. Харухиро остановился рядом с Миморин. — Это… Оказавшись свидетелем подобной сцены и выдав лишь «Это…» Харухиро в полной мере показал свою посредственность. Печально. — Фу-о-о-о-о-о-о-о-о… — Юмэ разинула рот от удивления. — Поверить не могу… — пробормотала Шихору, сжимая в руках шляпу. — Серьезно?.. — Кузаку прищурился. — Это… — проронила Мэри, запрокинув голову. Жрица подошла к Кузаку, а затем подняла руку, словно указывая куда-то. Небо. Над головами ребят ширился небосвод темно-синего цвета с легкой примесью красного, фиолетового, оранжевого и желтого. Вечернее небо. Позади них над дырой, расположенной на середине невысокого холма, простиралось лишь небо. Наемники привыкли видеть небеса чуть ли не каждый день, тут нет ничего необычного, но именно этот небосвод отличался — он горел чуть более насыщенными и яркими красками. Нет, дело не только в этом. В Гримгаре солнце поднималось на востоке и заходило на западе, отчего под вечер полоса горизонта получала кроваво-красный оттенок. Но в открытой наемниками местности все было иначе, и небеса — совсем другими. Юные путешественники не знали, где стороны света, но в этом и не было нужды: куда ни кинь взгляд, всюду простиралось небо — ярко-красное и желтое. А вот солнца нигде не найти. Но даже и без него казалось, что невидимый художник разлил по небесному полотну краски всевозможных оттенков. Почти все наемники «Токкиз» (исключая Миморин) и Ранта поспешили вниз по склону, поросшему высокой травой. То тут, то там попадались белые камни, похожие на вкопанные столбы. Будто кто-то рассыпал их по траве. Харухиро вдруг понял, что ни Токимуне, ни остальные ребята, ни даже каменные столбы не отбрасывают тень. И даже он сам. — Нет, — пробормотала Миморин. — Это не наш мир. — Угу, — кивнул Харухиро. — Это другой мир.

↑ There is no cure for fool — Нет лекарства от глупости (с англ.)

↑ Здесь Киккава сократил слово «постойте» до ему одному понятных слогов.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7: Проблема со временем

В версии с изображениями тут находится картинка. «Сумеречный мир» — так его назвала Анна. Определенно, те земли, что раскинулись за пределами логова крылоруких, принадлежали не Гримгару, а совершенно иному миру. «А все-таки неплохое название», — чистосердечно подумал Харухиро. Может, жрице надо было дать имя и крылоруким? В первый день экспедиции по Сумеречному миру наемники Багровой Луны так ничего и не сделали, лишь обошли холм, на котором оказались по воле случая. В следующий раз «Токкиз» и ребята Харухиро планировали запастись едой, водой и палатками, чтобы продолжать путешествие, не возвращаясь в город. Если им удастся найти подходящее место, то ребята смогут разбить лагерь и крепко обосноваться в нем, чтобы использовать его как перевалочный пункт в дальнейших экспедициях. Они надеялись разыскать хотя бы источник питьевой воды. Но кроме этого есть и другие вещи, о которых следует подумать. Каждому в группе было весело хлопотать о подготовке к путешествию. Накануне ночью Харухиро глаз не сомкнул. Конечно, он мог по привычке пойти в ту самую негостеприимную забегаловку, чтобы пропустить стаканчик-другой, но почему-то вору совершенно не хотелось туда. Он понимал: нужно выспаться, чтобы быть готовым к завтрашнему дню. «Хочу спать. Надо уснуть. Спать!» — но чем дольше он повторял это как мантру, тем меньше ему хотелось спать. На фоне бессонницы посапывание Ранты казалось громким и раздражало куда сильнее, чем обычно… тем не менее, вор все-таки погрузился в сон и к утру проснулся. Закончив сборы, ребята Харухиро отправились на место встречи с «Токкиз», ко входу в пещеру за Королевством демонов. Примерно в семь утра они вышли из городка — опорного пункта Алтаны. Почему «примерно»? Точного времени никто не знал, поскольку ни у кого из группы не было карманных часов из-за их невероятной дороговизны. Загадочная Нора располагалась примерно в километре от городка, но если учитывать время на путь от ущелья до пещеры и необходимость прорываться через Муравейник муриан и Королевство демонов, то придут они, в лучшем случае, к обещанным девяти утра. Не повстречав по пути устрела, маленький отряд Харухиро явился на место встречи гораздо раньше, чем планировалось, и, судя по всему, первым. Затем они прождали «Токкиз» еще где-то час. — Опаздывают! — Ранта притопывал ногой от нетерпения. — Полдня уже ждем! Нет? Так и день закончится! — Мы ждем не так уж и долго, — возразила Юмэ с раздраженно-уставшим видом. — Но знаете… они и правда опаздывают. А вчера были вовремя! — Может, что-то произошло? — нахмурившись, тихонько выдохнула Шихору. — Прямо перед встречей? — резко спросила Мэри и поглядела на левое запястье. Хоть они и маялись от безделья, порядком устав ждать, но Загадочная Нора все еще не самое безопасное место на земле. «Оберег Света» действовал. — Ага… — подключился к беседе Кузаку, присевший неподалеку. — Может быть, они немного опаздывают из-за устрела? — Разве устрел для них проблема… — Харухиро скрестил руки на груди. — Сомневаюсь. — А может, мы сами пойдем вперед, а? Хи-хи-хи, — Ранта засмеялся злокозненным смехом. — Это выглядит так, будто мы хотим их определить, — Юмэ надула щеки. — «Опередить»... — поправил Харухиро и наклонил голову. — Ах… — Они бы никогда так… — но тут Шихору замолчала: она все поняла. Ушли «Токкиз» или нет — зависит от того, что им в голову взбредет. — М? — Ранта, недоуменно моргая, сначала посмотрел на Харухиро, а затем перевел взгляд на Шихору. Пусть темный рыцарь и безнадежный идиот, однако не хитер и не коварен. — Э? — Мэри тоже догадалась. — Они не могли... — Значит... — Кузаку бросил взгляд на пещеры. — Они не опаздывают, а уже ушли. — Ну, у нас ведь нет явных доказательств? «Нет», — горько подумал лидер. Они ведь не могли так поступить? Ну или Харухиро не хотелось думать, что они на это способны… И все же такой вариант развития событий исключить не мог. — Ну, это все-таки «Токкиз»… Не понять, что учудят в следующий момент. Вообще, мысль уйти вперед могла осенить их внезапно, и наемники решились: «Мы сделаем это? Сделаем!». А затем они просто пошли и сделали. А еще они совершенно не стыдились своего решения. — Как бы там ни было, почему бы нам самим не пойти? — вдруг выдал Ранта с несвойственным ему серьезным выражением лица. — Если они опаздывают, то сами виноваты. Если решили опередить нас, то еще больше виноваты. Мы уже и так потратили много времени. Время — деньги! У нас нет причины торчать здесь без дела! В его замечании был какой-то смысл. Хоть это и Ранта. — Пойдем? — Кузаку встал. — Ждать я уже устал. Никто не возразил ему, поэтому группа Харухиро направилась в Сумеречный мир. Сначала они прошли кольцевую дорогу, а затем семнадцать комнат-кладок. Поначалу ребята думали просто пройти мимо, но все-таки решили бегло осмотреть каждую. Ни одного крылорукого среди яиц не нашлось. Спустившись в яму, они отправились к логову крылоруких. «Гнезд и логовищ в Загадочной Норе полно. И все-таки, может, назвать их убежища по-другому?» — мелькнуло в голове Харухиро. Вблизи логова крылоруких Харухиро заметил кое-что странное, а именно шум. Вчера крылорукие тоже галдели, но теперь казалось, что они вопят во всю глотку. — Да, что-то не так, — сказал Ранта, а затем произнес заклинание и призвал Зодиака. — ‘’Ихи… Ихи-хи… Наконец-то… День смерти Ранты… Ихи-хи-хи… Ихи…’’ — Ты не меняешься, Зодиак… — обратился к нему Харухиро. Но не время восхищаться строптивостью демона. И вновь лидеру пришлось решать, как быть. — Пойду посмотрю. Оставайтесь здесь. Если там опасно, я крикну, а вы тут же бегите. — Хорошо, — Ранта хлопнул Харухиро по плечу и, подмигнув, чуть высунул язык. — Значит, если что пойдет не по плану, мы просто бросим тебя и сбежим. Не беспокойся. Да, именно это и хотел сказать Харухиро, но как же бесит, когда Ранта говорит о плане в таком тоне! Однако если лидер поведется, то лишь обрадует темного рыцаря. Харухиро поставил фонарь на землю и «Тихой поступью» отправился на разведку. Остановившись прямо перед логовом крылоруких, вор решил осмотреться. Крылорукие подняли шум и гам не без причины и казались необычайно напуганными. Но почему? Или же этим монстрам просто свойственно паниковать по любому поводу? Что ж, они только кричат, ничего больше. Харухиро, набравшись смелости, заглянул в логово. А затем, вздохнув, вошел внутрь. Ничего не изменилось. Ничего не произошло. Крылорукие как и всегда расселись по световым колодцам по всей пещере. Может быть, Харухиро что-то пропустил? Вдруг кто-то начал приближаться… Крылорукий? Не похоже. «Напоминает человека», — успел подумать Харухиро, но что тогда ему делать? Вор растерялся. Человек? Кто он? Об этом месте знает лишь двенадцать наемников, включая Харухиро. Кто-то из знатоков? Из «Токкиз»? А ведь человек… один. Идет в одиночку. Незнакомая фигура все еще была слишком далеко, чтобы вор сумел разглядеть, кто это, к тому же мешало слабое освещение пещеры. Одно Харухиро знал наверняка: это гуманоидное существо. Вполне вероятно, что оно только напоминает человека. Может, какое-нибудь животное. И опасное. Может, именно его присутствие напугало крылоруких, и поэтому они так шумят? — Нет… — Харухиро помотал головой. Это человек. Он идет. Точнее, такое чувство, будто он пытается бежать, но не может. Хромает. Он ранен? Человек остановился. Наверное, чтобы передохнуть. Харухиро направился к нему. — Киккава?!... — Хару-ти… — послышался ответ. Да, это он. Киккава. Точно Киккава! Харухиро бросился к Киккаве. Света хватало, чтобы вор узнал Киккаву, но вот разглядеть, тяжело ли тот ранен — нет. — Как ты? Почему ты здесь? Что-то произошло? — Прости… — Киккава сел на землю. — Прости, Хару-ти. Правда, прости меня. Но я... — Ладно тебе. Прощение и все прочее может подождать. Можешь стоять? — Угу. Более-менее. — Хорошо. Сейчас мы вернемся к остальным, нужно тебя вылечить. Ты ведь ранен. — Ничего серьезного. У меня… — Нам нужна Мэри, чтобы вылечить тебя. Киккава оперся на плечо Харухиро. «Ничего серьезно. У меня...» — эти слова и заставили вора забеспокоиться. По пути назад лидер спросил: — А остальные? — В Сумеречном мире. Все пошли туда. Мы вышли затемно. Решили опередить вас. Прости, Хару-ти… (ирраста) — Говорю же, хватит! Ну? Почему ты один? — Потому что они меня отправили. Вот почему. — Я не совсем понимаю. Господин Токимуне приказал тебе бежать за подмогой? — Угу… Он ведь зовет меня Счастливчиком «Токкиз». Поэтому меня одного и отправили в Загадочную Нору… за помощью. Он знал, что команда Хару-ти уже прибыла на место встречи. — За помощью? — Харухиро побледнел. Вор не мог даже представить себе подобную ситуацию. Плохи дела. Все очень плохо. — Потери?.. — Все живы, — коротко ответил Киккава. Харухиро вздохнул с облегчением. — По крайней мере, были, когда я убегал. — Верно. Сколько-то времени уже прошло. Ну, я все-таки надеюсь, что они в порядке. — Надежда… — Киккава шмыгнул носом. — Черт! Почему это произошло… Харухиро довел Киккаву до остальных, и Мэри принялась за его лечение. Киккаву серьезно ранили в левую ногу, правое плечо и живот. Состояние парня было критическим. — Поделом вам! А все потому, что вы решили кинуть нас! Пошли на низость! — Ранта сжал правую руку в кулак и ударил в ладонь левой. — Но даже теперь мы не кинем вас… — Для начала нужно точно узнать, что же там случилось, — вставила Шихору. Волшебница права. Стоило об этом подумать. — Верно… — согласился Киккава. Хоть Мэри и исцелила его раны, парень все равно потерял много крови и не мог стоять, поэтому остался сидеть на земле... — Это… из-за вчерашнего. Мы посчитали, что там не очень-то опасно, и, честно говоря, немного ослабили бдительность… — Ну-ну, — Юмэ, присев рядом с Киккавой, погладила его по голове, чтобы успокоить. — Вчера там было пусто. Вы наткнулись на врагов? — Эй, Юмэ! Прекрати! Этот парень не достоин твоей доброты! — Нет уж! Жалко его! — Нет, Юмэ. Все как и сказал Ранта, — Киккава отвернулся и осторожно отвел руку охотницы. — Кто угодно заслуживает такого отношения, но не я… Враги... Да. Они просто появились из ниоткуда. Враги. И даже ничего не сказали. Просто внезапно напали на нас… Киккава рассказал, что белыми камнями, похожими на столбы, усыпан не только холм, но и его подножие. Чем дальше от вершины, тем больше и выше столбы. Когда «Токкиз» спустились, тут-то их и атаковал враг. Монстры оказались гуманоидными, но вместо глаз у них черные дыры. Одеты в белые накидки, вооружены чем-то наподобие копья. Сами существа ростом с человека. Заметив белые фигуры, Тада пробормотал: — Похоже на какой-то культ. Поэтому «Токкиз» между собой решили называть их членами культа. Иначе говоря, члены культа притаились за белыми столбами и внезапно атаковали «Токкиз». Монстров было куда больше, чем людей, а еще ребят застали врасплох, поэтому наемники потеряли свое преимущество. И все же им удалось в ожесточенной схватке убить семерых культистов. Остальные просто испарились. После битвы они обнаружили, что противник успел легко ранить Киккаву, Инуи и Миморин. В группе Токимуне два жреца: Тада и госпожа Анна. Кроме того, сам лидер обладал навыками магии света, доступной всем паладинам: свои раны Токимуне вылечить не мог, но чужие — запросто. Но когда группа остановилась, чтобы подлатать товарищей, они заметили… — Магия света не сработала?.. — Мэри в ужасе прикрыла рот ладонью. — Именно, — кивнул Киккава. — Она не сработала. Или мы просто не смогли активировать ее? Что-то в этом роде. И «Оберег Свет» тоже развеялся. — Кстати говоря… Вчера тоже. Как только мы вышли из пещеры, я сразу же заметила. Подумала, что время истекло. — О… — Ранта округлил глаза. — Зодиак тоже ведь исчез! — Боги… — прошептала Шихору. — Магия света черпает силы от бога света Люменеса… Магия тьмы — от бога тьмы Скаллхейла… вот что произошло с магией! — Другой мир, — Мэри закусила губу. — Ни божественная защита Люменеса, ни злой умысел Скаллхейла не могут достичь Сумеречного мира. — Нья-а… — Юмэ стиснула ладонями щеки. — Значит, если кого-то ранят, то Мэри не сможет нас вылечить? Это очень-очень ужасно! — Страшновато… — отстраненно пробормотал Кузаку. Будучи танком, паладин стоит в авангарде и рискует жизнью, поэтому, без преувеличений, для него существование целительной магии — вопрос жизни и смерти. — Угу… — Киккава вяло приподнял правую руку, а затем внезапно опустил. — Мы и впрямь запаниковали. Хоть вы от нас такого вряд ли ожидали. Потом пришло вражеское подкрепление… или что-то в этом роде. — Члены культа ? — спросил Харухиро. — Не они. Нет, культисты тоже были. Что-то… огромное. Белые, похожие на статуи, гиганты. Хоть тело у них человеческое, но голова львиная. Рост… какой же у них был рост? Не четыре ли метра? Не слишком ли много? Может, около трех метров. — Белые гиганты… — Именно. Сколько же их было? Трое? Вроде так. Они вышли вместе с культистами. Ну, мы убежали. Другого выбора ведь нет. Спрятались в полуразрушенном строении… Руинах замка? Что-то в этом роде. Те гиганты огромные до жути. Хоть мы и разбежались по замку, те ребята не отставали. Они загоняли нас, искали по закоулкам, а мы все прятались да уносили ноги… Случилось несколько стычек… Господин Токимуне и Тада-ти вышли из них ранеными. Ну, такое чувство, что кроме госпожи Анны досталось всем. — Вы и правда только и делаете, что защищаете госпожу Анну. — Ведь такова наша, «Токкиз», сущность. Как-то так, — Киккава натужно рассмеялся. — Затем господин Токимуне сказал мне: «Беги. Найди помощь». — Слушай… — Ранта почесал щеку. — После того, как ты рассказал нам все эти жуткие вещи, неужели ты думаешь, что мы поможем? Сомневаюсь. Даже если захотим, то не сможем. Ведь кто угодно в первую очередь дорожит собой. Могу только посочувствовать и сказать, что хотел бы помочь, но… — Ты прав, — Киккава поднял глаза и посмотрел на Ранту. — Знаешь, Ранта, я все более или менее осознаю. Да и господин Токимуне тоже. Но, знаешь, он решил, что раз всех убьют, то пусть спасется хоть кто-нибудь. И если выбирать из нас всех, то спастись должна госпожа Анна. Но госпожа Анна не способна выбраться в одиночку. А если бы мы кинулись прикрывать ее, пока она пытается сбежать, то нас бы прикончили в полном составе. Это как-то слишком. Не считая Токимуне и Анны, у остальных ранения были несерьезными. И тут выбор пал на меня, новичка с малым опытом. Мы собрались рискнуть всем, чтобы дать хоть кому-нибудь сбежать. Я не ожидал, что выберут меня. Я и правда счастливчик, раз смог прорваться. Но лишь я. И очень… хочу хоть чем-то помочь ребятам. Эти люди взяли меня с собой. Мне супер-весело вместе с ними. Мы хорошо ладили. Я люблю этих ребят. Поэтому… Спасибо, Харухиро. И Мэри. За лечение. Я возвращаюсь. Когда Киккава попытался подняться, Харухиро тут же остановил его. Вор не мог сказать «Постой», поскольку его решение еще не созрело. Есть варианты. Сколько их всего? Отпустить Киккаву одного — бросить «Токкиз» умирать. Не бросать. Пойти вместе. Вернуться в город, собрать людей, а затем отправиться на помощь. Третий вариант — лучший из планов, но и упоминать не стоит, что тогда все узнают о Сумеречном мире. Хотя уже не важно, спасение «Токкиз» — приоритетная цель. По крайней мере, Харухиро уже не волнует, что тайна получит огласку. Тем более, раз «Токкиз» угодили в западню, да и еще сразу, как только вошли в Сумеречный мир, то Харухиро и его наемникам-новичкам тем более ничего не светит. Они не справятся… Однако ключевая проблема — время. Чтобы сходить за подмогой нужно время. Если прямо сейчас отправиться в город, то путь туда и обратно займет не меньше четырех часов, а сбор людей — еще больше. Кроме того, в такой час почти все наемники разошлись, город пуст, так что придется ждать их возвращения. Киккаве удалось бежать, но для «Токкиз» ничего не изменилось: они по-прежнему сдерживали натиск врага. Чем скорее прийти к ним на помощь, тем лучше. Другими словами, нужно спешить. Получается, третий вариант практически ничем не отличается от первого — вернуться в город значит оставить ребят Токимуне умирать. Выходит, есть всего лишь два варианта действий: помочь «Токкиз» прямо сейчас, или бросить на произвол судьбы Токимуне, госпожу Анну, Таду, Инуи и Миморин. Что выбрать? В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8: Давайте спустимся с холма

В версии с изображениями тут находится картинка. «Неплохо быть обычным, но куда лучше стать немного решительнее. Лидером, отдающим приказы за секунды, лидером, который не вызывает у товарищей сомнений. Конечно, не думаю, что однажды сумею стать таким командиром, про которого говорят: «Да, за таким человеком я пойду», но хочу хотя бы остановиться на «Ну, ничего не поделаешь, идем за тобой», — размышлял Харухиро. Положение дел не из легких. Харухиро глядел на все вокруг сонными глазами, хотя сделай только шаг, и тут же попадешь в Сумеречный мир. Нет, вор не мог посмотреть на себя со стороны, но все равно думал, что выглядит именно так. Наверняка. Напряжение, нерешительность, сожаление, желание сказать «К черту все!» и мысль «Нет, мы должны!» смешались в нем. В этом состоянии Харухиро выглядел еще более заспанным, чем обычно. Да он и сам осознавал это. Разумеется, вору совсем не до сна. Даже если в него угодит заклинание Шихору «Призрачный сон», он точно не уснет. И все равно он выглядел как сонная муха — пассивным и совершенно расслабленным. — Виноват, Харухиро… — сказал Киккава извиняющимся тоном. — Ага. Точно виноват, — усмехнулся Ранта. — Чтоб знал, Киккава: ты в огромном долгу, парень! Понятно? — Прекрати! — Юмэ ткнула Ранту в плечо. — Не говори такие вещи! Киккаве сейчас и так тяжко! — Юмэ-ти… — у Киккавы на глазах навернулись слезы. Он и впрямь попал в затруднительное положение. — Магия… будет полезна, — повернувшись к Харухиро, Шихору кивнула. — Пока я прекрасно чувствую элементаля… все будет хорошо. — Я буду изо всех сил защищать Шихору, — Мэри воткнула короткий посох в землю. — Я, — Кузаку опустил забрало цельного шлема. — Всех защищу. — Успокойтесь, — Харухиро почесал затылок. — Хм. Нет, не так. Я имел в виду «Не надо распаляться». Разве это не одно и то же? Думаю, нет смысла напоминать, но не делайте ничего необдуманного. Киккава, прости, но если станет опасно, мы отступим. Кстати, пока у нас больше преимуществ, чем было у «Токкиз», пусть и немного. — Ведь я с вами! Великий Господин Ранта… — с этими словами темный рыцарь выпятил грудь. — Во-первых, у нас есть информация, — Харухиро, естественно, проигнорировал заносчивого товарища. — Культисты. Белые гиганты. Мы знаем о существовании врагов. Мы будем очень осторожны. И Киккава помнит путь к руинам. Еще мы знаем, что магия света и (хоть это лишь дополнение) магия тьмы не работают. — Далее — я, — Ранта развернулся и встал в странную позу. — Далее — наша численность, — конечно же, Харухиро снова его проигнорировал. — У нас нет кого-то бесполезного вроде госпожи Анны, которую нужно защищать всем отрядом… Шучу. Если серьезно, то к нам присоединился Киккава, так что теперь нас больше. Киккава, ты танк, верно? — Угу. Пусть господин Токимуне — паладин, владеющий щитом, ему не хочется быть танком. Вот почему я основной танк. — Тогда вместе с Кузаку у нас есть два танка. Пока что Кузаку будет основным танком, а Киккава — дополнительным. — Понял. — Окей. — Итак, третье преимущество, это… — Наверное, я? — Ох, да-да, ты, Ранта. Мы в любое время можем пожертвовать тобой. Это огромное преимущество. — Ху-ху-ху… Верно же? Именно, я… чего, ПОЖЕРТВОВАТЬ?! Я лучше ТОБОЙ пожертвую! Иди к черту!.. — И есть еще одно, — сказала Шихору и указала пальцем на вора. — Осторожный лидер. — А? — глаза Харухиро распахнулись… «Должно быть, сейчас я не выгляжу заспанным». — Ха-ха. Аха-ха-ха-а, — коротко рассмеялся Киккава. До этого момента он выглядел подавленным, а тут слегка повеселел. — Хорошо сказано. Когда мы действуем по плану «нестись напролом», «Токкиз» сильны, но стоило нам споткнуться, как оказались слабаками. Группа Хару-ти как бы более стабильна. Может, отсутствие энтузиазма стоит назвать плюсом? — В каком месте это плюс?! — лицо Ранты скривилось. — Это явный минус! Этот парень ужасен! Выглядит так, словно каждый день похороны! Попробуй поставить себя на мое место! — Меня все устраивает, — Кузаку спокойно повернул голову. — Меня тоже, — Мэри подняла руку, присоединяясь к паладину. — И меня, — Шихору улыбнулась. — И Юмэ тоже. Для Юмэ это легко и просто. — Конечно, тебе легко, Юмэ-э-э! Ведь ты же плоскогрудая! — Не называй Юмэ плоскогрудой! — Если тебе не нравится, то жамкай их до тех пора, пока не вырастут большими! — Когда Юмэ жамкает грудь, то чувствует себя странно. — Ты что? Действительно пыталась? — Это грудь Юмэ, поэтому жамкать или еще что другое, решать самой Юмэ! — Н-ну да, но я не это имел в виду… — Извращенец, — Мэри окинула Ранту ледяным взглядом. — Кретин… — сказала Шихору с явным презрением. Судя по беседе товарищей, они уже привыкли к новому месту. Харухиро и сам успел прикинуть, что его присутствие в команде — явное преимущество. Не как лидера, а как вора и разведчика. Даже сам Харухиро думал, что его характер подходит классу Вор. В бою он не слишком хорош, но для поисков и прочесывания местности — вполне полезен. Несмотря на эти соображения, Харухиро был искренне рад тому, что товарищи высоко оценили его потенциал. Это мотивировало. — Хару-ти, — Киккава легонько ударил Харухиро по плечу тыльной стороной перчатки. — Отступление доверяю тебе, я подчиняюсь. Сейчас можешь считать меня частью своей команды. Может, по мне и не скажешь, но я полезный. — Рассчитываю на тебя, — Харухиро и Киккава стукнулись кулаками. — Итак, я пойду первым. А вы следуйте за мной на расстоянии примерно десять метров. Порядок такой: Киккава, Кузаку, Ранта, Шихору, Мэри, Юмэ. Юмэ, пожалуйста, следи за тылом. — Хорошо, нья. Получив странное согласие охотницы, Харухиро отправился в путь. Вор вошел в Сумеречный мир. Над его головой раскинулось вечернее, точнее, яркое и странное небо. Сильный ветер обдувал его, мешая идти. По словам Киккавы, сегодня в районе этого холма врагов не наблюдалось. Но не стоит терять бдительности. Камни, рассыпанные по густо поросшему высокой травой склону, оказались достаточно большими, чтобы за ними могли спрятаться несколько человек. Дабы избежать слепых зон, стоит не идти напрямую к столбам, а подобраться справа или слева. Не так уж и просто, но намного лучше, чем идти с мыслями «Только бы никого! Только бы не напали!». Харухиро с обычной скоростью спускался с холма. Вор обернулся. Киккава кивнул ему и указал вперед. Судя по всему, он выбрал верное направление. Палатки, еду и другую тяжелую амуницию группа Харухиро оставила перед входом в Сумеречный мир, поэтому ребята шли налегке. У самой подошвы холма Харухиро, охваченный каким-то неясным предчувствием, обернулся и посмотрел на его вершину. Напрасные тревоги? «На вершине есть враг», — подобная мысль не раз приходила в голову лидера, но там никого не было. Он слишком много думает, но лучше уж вздрагивать от каждого шороха, чем наткнуться на засаду. Мысли теснили одна другую в голове, и от этого Харухиро еще больше нервничал. Вскоре на его пути перестали попадаться каменные столбы, а вот деревьев вблизи не наблюдалось. Их что, вообще нет в этом мире? Харухиро иногда глядел за спину, чтобы свериться с направлением: маршрут указывал Киккава. — Странно… — пробормотал вор и вздохнул. Хоть в этом мире нет солнца, но было светло как при закате. Здесь не встретить ни птиц, ни насекомых. Стих даже ветер. Обернувшись, кажется, в десятый раз, Харухиро вдруг почувствовал себя неуютно. Но из-за чего, понять так и не смог. Это тревожило. Подав сигнал рукой, лидер остановил ребят. Харухиро огляделся. «Где? И что?» — Харухиро затаил дыхание. — «Там?» Каменные столбы на холме. Не все. Часть из них. Вор напряг зрение. Ошибки быть не могло: столбы двигались. Каменные столбы... Или какие-то существа? Монстры? Ну, раз похожи на столбы… Десять штук? Они разбрелись по холму на расстоянии в один столб друг от друга и, кажется, потихоньку ползли дальше. Так вот что его беспокоило! Вот кого слышал Харухиро! «Что это? Что все это значит?» — но сколько бы вор ни спрашивал себя, ответа не было. Неизвестно, живые ли они вообще, но факт остается фактом — каменные столбы движутся. По крайней мере, часть из них. — Действительно странно. Следует ли объяснять это товарищам? Может, не сейчас? Но если столбы расползутся, ориентироваться по ним не получится. Хотя вряд ли это существенная проблема... наверное. Ранта двумя руками нарисовал в воздухе верхушку холма и пожал плечами, будто спрашивая «Что там?». Харухиро помотал головой. «Ничего». Для начала (точнее, они планировали только это), нужно сконцентрироваться на руинах. Они не должны думать ни о чем, кроме как о спасении «Токкиз», а значит избегать всевозможные опасности по пути. Харухиро двинулся дальше. Дорога шла слегка неровно, то вверх, то вниз, и потому каменные столбы не выходили из поля зрения. «Судя по всему, этим штукам не нравится равнина…» — подумал вор. Он поймал себя на мысли, что рассуждает о каменных столбах как о живых существах. Как бы то ни было, лучше к столбам не приближаться… Стоило ему подумать об этом, как Харухиро заметил неподалеку собаку. Вполне естественно повстречать собаку, и ее присутствие застало Харухиро врасплох. Зверь лежал на траве и размахивал хвостом. Больше никого поблизости не было, и вор почувствовал скорее изумление, чем испуг, успев подумать лишь: «А?». Но только поначалу. Удивление сменилось подозрением: «Нет, постойте! Это Сумеречный мир. Другой мир! Странно повстречать здесь собаку… так или иначе, я ничего не могу сказать с уверенностью, поэтому следует относиться к ней с подозрением». Ну, если присмотреться, не слишком-то смахивает на собаку. Зверь и не большой, но и не среднего размера. Белый и длинношерстный, правда, еще неизвестно, собака это или нет. По крайней мере, это существо не то, что обычно называют «собакой». У этого псевдопса был только один глаз. Если бы вор подбирал название для его вида, он бы остановился на «одноглазая собака». Харухиро пришлось остановиться. Товарищи последовали его примеру. Итак, что дальше? Одноглазая собака спокойно лежала на траве и дружелюбно виляла хвостом, поглядывая на наемников. Будто бы наконец нашла в пустоши людей и хочет поиграть с ними — таким казалось ее поведение. Все бы ничего, но одноглазая собака… Если она не собирается нападать, может, стоит ее обойти? Дружелюбный вид может оказаться обманом. Не исключено, что это ручной пес культистов, да? Тогда собака способна предупредить культистов о группе Харухиро, так? Или же вор просто надумывает? Чересчур беспокоится? Лидер решил понаблюдать за ней. Подозвав товарищей жестами, Харухиро не сводил глаз со белой собаки. Та не сходила с места. — Впервые такую вижу, — прошептал Киккава. — А кстати, это напомнило мне кое-что! У культистов вместо глаз была дыра и всего одна. И у белых львиноголовых гигантов тоже был один глаз. Вроде бы. — Значит, это их дружок?.. — Ранта приготовился вынуть из ножен «Предатель». — Либо так… — робко произнесла Шихору. — Либо у всех существ в этом мире… только один глаз… — Какая-то странная... — с сомнением протянула Мэри. — Хвостом виляет. — Похожа на ручного пса, — судя по всему, Кузаку подумал о том же, что и Харухиро. — Теперь выход Юмэ! — девушка ударила себя в грудь. — Ведь Юмэ — охотница! Юмэ постарается подойти поближе, так что смотрите! Ребята доверились ей, но все же группа подготовилась к атаке. — Кхм. Прочистив горло, Юмэ начала подбираться к одноглазой собаке. Медленно, но как-то… обычно. Охотница даже не пыталась установить со зверем зрительный контакт или протянуть ему руку, чтобы показать дружественные намерения. Юмэ ровным счетом ничего не сделала, и Харухиро подумал: «А с ней точно все будет хорошо?» Странный пес не спускал своего единственного глаза с Юмэ все то время, пока девушка приближалась. Интересно, о чем думает это существо, пока учащенно дышит, высунув язык? Дистанция между ними — около четырех метров и продолжала сокращаться. — Спокойно, спокойно, — Юмэ впервые обратилась к собаке. — Все хорошо. Юмэ тебе ничего не сделает. Одноглазая собака вела себя тихо, лишь продолжала таращиться на Юмэ. Уже три метра... Два... Затем одноглазая собака поднялась на лапы, и Юмэ на секунду замерла на месте, но тут же сделала шаг. Охотница наклонилась и протянула руку зверю, продолжая идти на него. — Лапу! — О, о, о, о, о. Голос! Собака подала голос! Судя по ее морде, это она. Хриплый и жуткий вой. Юмэ не выдержала и вскрикнула: «О-ой!» Охотница от ужаса замерла на месте. — О, о, о, о, о. — Жуть! — Ранта наполовину вынул «Предатель» из ножен. Одноглазая собака тут же вскочила и была такова, удирая от людей огромными прыжками. — А! — Харухиро побежал за ней. — Плохо дело, не дайте ей сбежать!.. — Оом, рел, экт, нем, дарс…! Одновременно с Харухиро отреагировала и Шихору. Она наколдовала Теневого Элементаля, который ринулся за одноглазым псом и упал ровно перед ним. Зверь наступил на него правой передней лапой и прилип. — О, о, о, о! Собака бушевала, не в силах освободить лапу от хватки элементаля. — П-постойте! — Юмэ встала на пути у ребят. — Пусть он побежал, это не значит, что песик враг! — Прости, Юмэ! — Харухиро проскочил мимо охотницы. — Как бы тебе ни хотелось, нам нельзя рисковать! Нет, то есть… — О, о, о, о, о, о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! Зверь завыл еще громче, беснуясь в магической ловушке… Но главное было другое: странный пес начал преображаться буквально на глазах. Из тела животного что-то росло, покрывая его шкуру. Нечто белое, похожее на кости, обломанные на концах. Наросты появлялись один за другим. — Хи-я-я-я! — Юмэ закричала, когда обернулась и увидела это зрелище. — Стра-стра-страшно! Это не песик! — Именно! — Ранта опустил забрало своего скалхелма и с помощью «Подскока» в один прыжок добрался до собаки. — И-и… Удар ненависти! — О, о, о, о-о-о-о-о! Монстр не мог выбраться из «Теневых пут» Шихору, но извернуться, чтобы не попасть под атаку — вполне. Скорее всего, Ранта собирался отсечь «Предателем» голову зверю, но промахнулся, задев ее вскользь. Лезвие клинка отскочило с невиданной силой, попав по костяному отростку на теле врага. — Уо, твердые?! — с этими словами Ранта отлетел назад. — Теперь я! — Кузаку, выставив перед собой щит, бросился в наступление. Треугольный щит паладина ударил по костяной «броне» собаки. И пусть зверь существенно уступал танку в силе, при столкновении послышался страшный звон и скрежет — треснула лицевая часть щита, обшитая металлом и кожей, но он не сломался. Пусть и деревянный, щит оказался достаточно крепким. — Ха! — звон и скрежет ничуть не смутили Кузаку. Продолжая теснить монстра, паладин принялся колоть его, прикрываясь щитом, по сути следуя базовой тактике своего класса. И хоть костяные отростки защищали большую часть тела собаки, Кузаку удалось ранить зверя. Одноглазый пес взвыл, тщетно пытаясь уйти от меча. Его кровь оказалась красной. Харухиро решил не вмешиваться и наблюдать за ситуацией со стороны. В любом случае, он не мог броситься в лобовую — вор на это попросту не способен. — Получай! — Киккава взмахнул полуторным мечом и всадил лезвие в одноглазую собаку. Зверь, занятый обороной от атак Кузаку, пропустил удар. — Ху-ху-ху, — Ранта зашел в тыл противника с помощью нескольких «Подскоков» и атаковал одноглазого пса. Его меч описал в воздухе восьмерку, прежде чем пронзить цель. — Моя супер-смертельная атака! Разрез смерти! — О-о-о-о, о-о, о-о-о-о, о-о-о-о-о-о!.. Зверь истекал кровью. Но каким бы свирепым ни был монстр, скованный магией, окруженный несколькими противниками — воином, паладином и темным рыцарем — пес не мог справиться. Никаких шансов, он обречен на смерть. Вскоре одноглазая собака упала, но Ранта с завидным упорством продолжал тыкать в нее мечом, пока не убедился, что монстр больше не пошевелится. Жестоко, но что поделать? Нельзя оставлять противников недобитыми. — Полная победа! Верно ведь? — Ранта поднял забрало шлем и со злой ухмылкой посмотрел на Юмэ. — Ужасная псина, да? Га-ха-ха-ха! — Неправда, это был не песик! — охотница от обиды надула щеки. — Однако… — Шихору мельком глянула на Харухиро. — Что если… они живут стаями… — Без сомнений, у нас будут неприятности, — Харухиро бросил взгляд на труп зверя. — Они ведь очень быстрые. Если за нами погонится стая одноглазых собак, ситуация выйдет из-под контроля… Плохие перспективы. Осознав это, наемники притихли. — Н-но, — Харухиро с натянутой улыбкой обратился к остальным. — Хорошо, что мы наткнулись на него. Теперь знаем, что подобные монстры существуют. А раз так, то сумеем придумать контрмеры. А смогут ли? Но пока ничего дельного в голову лидера не приходило… Черт! Тут страшно... В этом Сумеречном мире... И очень опасно. Харухиро достал фляжку и глотнул воды. Товарищи последовали его примеру. «Спокойно. Нет, я уже спокоен. Не нужно паниковать» — скомандовал себе вор. Приглядевшись к остальным, Харухиро заметил, что Киккава опустил взгляд в землю. «Мне жаль, что я втянул вас », — говорил он всем своим видом. А так ли это? Может, если бы кто-то озвучил мысль, что Киккава втянул их в неприятности, его бы поддержали? У группы Харухиро был выбор отступить и не ввязываться в это дело. Однако они сами захотели участвовать в спасении «Токкиз». Их решение — не вина Киккавы. «Я принял неверное решение?» — задавался вопросом лидер. Не было и дня, когда Харухиро не спрашивал себя, а верно ли он поступает. По сути, ошибок много. Он всегда ошибался. «Я ошибаюсь, но при этом ничему не учусь. И все равно мы здесь. Мне ничего не остается, кроме как двигаться вперед. Даже если я делаю ошибки, нужно идти дальше. Но и забывать о них не стоит. Иначе мы все окажемся в тупике». — Ну что, идем… — собравшись в путь, Харухиро огляделся. Дело дрянь! Патовая ситуация! — О, о, о, о… — О, о, о, о, о… — О, о, о... — О, о, о, о, о, о, о, о… С громким воем к ним стремительно приближалась небольшая стая одноглазых собак: каждая успела отрастить на боках костяные отростки. Они торчали из тел монстров как пики. Противников достаточно. И там, и тут. Если приглядется, их четверо. Нет… — О, о… — О, о, о… — О, о, о, о… — О, о, о, о, о… — О, о, о, о, о, о… Позади еще пятеро! Значит, всего девять?! По крайней мере, пока… Сложно сказать, будет ли подкрепление или нет. — Эй, Паропируро... — голос Ранты звучал на удивление холодно. — Чего, Рантаниус? — в тон ответил Харухиро. Ужасная шутка говорила о том, что сам лидер уже на нервах. — Что насчет контрмер? Есть какие-нибудь контрмеры… — Н-ну… Если бы он признался, что «нет», стало бы гораздо легче. Но кому легче? Только Харухиро. Остальные бы запаниковали. Так нельзя. Он же все-таки лидер! — О-отступаем, — Харухиро отдал команду, а сам подумал: «Так поступать правильно?» Почти сразу вор отбросил сомнения и дополнил указания: — Строимся в круг! И отступаем! А раз это круг, то нас не атакуют со спины! Эм-м, я буду указывать направление, а вы идите туда, куда скажу. Быстрее! Строимся в круг. Ну же, Ранта, Кузаку, Киккава! Юмэ, хватит медлить! Шихору и Мэри в центр! Харухиро, Ранта, Кузаку, Киккава и Юмэ встали вокруг Мэри и Шихору. Девять одноглазых собак окружили группу Харухиро… хотя, это не значит, что монстры сами встали в круг на равном расстоянии друг от друга. В окружении хватало брешей, при желании можно прорваться. Нацелившись на одну из таких дыр, отряд ринулся вперед, но не бегом, а шагом. Ребята выставили оружие и щиты и мало-помалу шли на прорыв, оттесняя жуткую собачью стаю. — Кыш отсюда! Брысь! — Ранта размахивал «Предателем», не позволяя одноглазым зверям приблизиться. — Н-не приближайтесь, чертовы псины! Иначе я вас прикончу-у! — Нет, ха-ха-ха... — Киккава снова впал в уныние. — Нам конец. Нас всех прикончат. — Мы как-нибудь справимся, — по тону Кузаку было не понять, верит он в это или нет. — Наверное… — Нья-я-я-я-я-я-я-я-я, — Юмэ вложила стрелу в составной лук, но стрелять так и не решилась. — Юмэ больше не нравится песик! Хоть это не песик… — К-как далеко мы сможем так уйти? — наверное, Шихору задала этот вопрос Харухиро. Лидеру отвечать не хотелось. — Если придется, мы сразимся… — вместо него ответила Мэри. «Точно. Сразимся? Просто сразимся? Точно-точно сразимся? Все будет хорошо? Мы должны справиться! Если мы постараемся, вложим все силы, то выдержим, сможем победить» — подбадривал себя Харухиро. Скорее всего, да? Харухиро стиснул зубы. Не пойдет! «Скорее всего» — недостаточно! Например, что им делать, если они победят слишком дорогой ценой? Кто-то получит серьезную рану? Магия исцеления им не доступна. Кроме того, даже если они продолжат отступать, где гарантии, что ситуация переменится к лучшему? На что решатся одноглазые псы? Когда они нападут? Или они оставят ребят в покое? Что же им делать? Харухиро всегда ошибается, но сейчас ошибаться нельзя. Что же им делать?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9: Не твое дело

«Идем сюда. Вот сюда. Теперь сюда. И сюда…» — Харухиро указывал направление, а маленький отряд, стараясь держать строй, передвигался вперед черепашьим шагом. — О, о, о, о, о, о… — О, о, о, о, о, о, о, о, о… — О, о, о, о… — О, о, о, о, о, о, о… Одноглазые псы окружили их и теперь угрожающе рычали. Иногда они поднимали головы и громко выли. Как далеко до знакомого холма? Сколько минут прошло с тех пор, как их окружили одноглазые звери? Счет идет на минуты? Не на часы? Они держатся десять минут? Пятнадцать? Двадцать? Неизвестно. Харухиро гадал, сонные ли теперь у него глаза. Наверняка. Даже слишком сонные. «Это... тяжело…» — мельком подумал вор. — «У меня колет в боку. Не могу нормально дышать. Еще и весь вспотел. Чувствую себя отвратительно. Ноги заплетаются. Удивительно, что я вообще куда-то иду. Для меня это просто чудо». Монстры старались держать дистанцию и не особо рвались вперед, хотя некоторые из псов то и дело кидались на ребят, но, завидя оружие, отступали… по крайней мере, так казалось Харухиро. Монстры предпочитали не заходить ближе двух метров, умудряясь оставаться за пределами досягаемости наемников. Главный вопрос теперь — какое направление выбрать? Куда вообще идти? Да, им удалось прорваться, когда одноглазые собаки окружили людей, но, скорее всего, наемникам просто повезло, что звери выпустили их, не ожидая, что отряд встанет в строй и будет защищаться. «Эти существа осторожны. Скорее, даже трусливы. Они просто не решаются напасть», — размышлял Харухиро. Впереди дорога сужалась и вела в низину, густо усыпанную белыми камнями — столбами. Опасное место! В подобной локации на «Токкиз» и напали. Харухиро не хотелось туда идти. Лидер глубоко вздохнул, собираясь с силами, а потом отдал приказ: — Ранта, Кузаку, Киккава! Вы втроем берете на себя одну из собак и убиваете как можно скорее! Шихору, используй магию! Бурю! Юмэ — стрелы! Нужно обязательно попасть! Если убить пару-тройку зверей, остальные убегут, поджав хвост! Сделаем это! Понятно? Магия Шихору будет сигналом к атаке! Серьезно? Одноглазые псы убегут, поджав хвост? Есть какие-то гарантии? Нет. Он в этом уверен? Нет. Однако в такой ситуации ничего другого не остается. Нет, именно это и следовало сделать. Вор решил действовать. Все будет хорошо. Ранта указал кончиком Предателя на одного из монстров. Юмэ изо всех сил натянула тетиву. — Джесс, иин, сарк… Шихору начала читать заклинание. «У меня хорошее предчувствие. Все как нужно. Детали не особо продуманы, но мы действуем сообща. При хорошей командной работе все пойдет гладко», — подбадривал себя вор. —... карт, фрам, дарт! Вспышка. Раскат грома. Пучок молний обрушился на монстров. Три одноглазые собаки оказались в радиусе поражения «Бури» Шихору. Не успев даже заскулить, монстры разлетелись в разные стороны. Юмэ спустила тетиву. Харухиро бросился на врага. — Вперед! — Кузаку тоже покинул строй. Выставив перед собой щит, паладин пошел в атаку и первым же ударом опрокинул на спину собаку, на которую и указал темный рыцарь. Та попыталась встать, но Ранта и Киккава были уже тут как тут. — Получа-а-а-а-а-а-а-ай! — Вот тебе-е-е-е-е! Стрела Юмэ вонзилась в одного из зверей, но рана оказалась не смертельной. «Хорошо. Не проблема. Сейчас мы покончим с ней», — с этими мыслями Харухиро подобрался к раненой собаке, чтобы использовать припасенный козырь. Вор давно не применял эту технику, но теперь решил, что время пришло. — Натиск! «Снять внутренние ограничения…» — мысленно приказал себе Харухиро. Вооруженный кинжалом в правой руке и сапом в левой, он налетел на одноглазого пса и принялся бить и колоть зверя. Вор даже не дышал, лишь колотил и резал. Удар! Удар! Удар! Удар! Удар! Еще удар! Харухиро не видел в одноглазой собаке живое существо. Только объект. Нужно не убить, а разбить его. Разбить вдребезги. Собака рухнула на землю, однако парень не оставил зверя в покое. Другой одноглазый пес бросился на лидера, но Юмэ натянула лук — стрела сбила атаку врага. Раненый монстр испугался и поспешил убраться куда подальше. Тем временем вор продолжал сосредоточенно выбивать из первой собаки жизнь. Попутно Кузаку и Ранта напали на вторую собаку, а Киккава приготовился расправиться с псом, в чьем боку застряла стрела Юмэ. Лидер наблюдал за сражением группы краем глаза, почти не отвлекаясь от убийства выбранной цели. — О, о, о, о, о! Большая часть стаи предпочла сделать ноги. Одна из собак, сбитых «Бурей» Шихору, поднялась на лапы и ринулась вслед за сородичами. Харухиро тяжело дышал. Он чувствовал себя опустошенным и ужасно уставшим. Хотелось сесть где-нибудь отдохнуть. Или даже прилечь и поспать минуту или две. Только отдыхать нет времени. — Уходим! Наемники Багровой Луны все-таки сумели прогнать одноглазых собак. При беглом осмотре оказалось, что никто не ранен. Харухиро, хоть и совершенно вымотался, но не пострадал. Они достигли цели. Малой цели. Главное для них — спасти «Токкиз». Они должны идти дальше. Напрямик в руины. — Э-эм-м… — Киккава беспокойно крутил головой, пытаясь понять, где они. Черт… Естественно, что пока группа оборонялась от собак, ребята умудрились куда-то забрести. Харухиро, тяжело дыша, вытер пот с лица. Что же теперь делать? Надо найти выход из ситуации. Но как? «Что угодно, куда угодно, хоть туда… Нет, нельзя, так не пойдет! Но что тогда?» — А! — Киккава вдруг ткнул пальцем куда-то вперед. — Нашел! Нашел! Похоже на разрушенное здание… Руины замка! Вон там! Харухиро посмотрел в ту сторону. Ага. Оно там. И правда. — И-идем! — слегка заикаясь, выдал лидер. «Заикаюсь уже. И что с того? Пустяки! Не стоит волноваться». Что ни говори, а стая одноглазых собак может вернуться в любую минуту. С подкреплением. Харухиро некоторое время глядел в сторону, куда убежали монстры. Оказавшись на ногах, вор поплелся к руинам. Ребята тоже устали, но благодаря короткому марш-броску все несколько оживились. Лидер маленького отряда чувствовал себя не слишком-то хорошо, скорее, терпимо. По крайней мере, его больше не мучила отдышка. Если описывать одним словом руины, куда направились наемники, то лучше всего подойдет слово «белые». Издалека развалины замка походили на каменистую насыпь, но стоило приблизиться к ним, как становилось ясно, что холм когда-то полностью покрывали белые постройки. Как и говорил Киккава, местная архитектура достаточно массивна, а потому внутри очень просторно. Кажется, что наемники попали в квартал, состоящий сплошь из белых зданий. Белый квартал. Если «Токкиз» все еще здесь, то как их найти? Сможет ли группа Харухиро разыскать товарищей? Встретятся ли с ними? С каждым шагом руины становились все ближе и ближе. Харухиро начал сомневаться, что они вообще найдут хоть кого-нибудь. Теперь понятно, почему Киккава назвал это место «руинами замка». Судя по всему, здесь когда-то стояли не типичные постройки, а нечто колоссальное. Давным-давно. В стародавние времена. Но что случилось с этой громадиной? Почему она рухнула? Возможно, причина в какой-то катастрофе, либо во всем виновато беспощадное время. Потолок обвалился, стены разрушены, от опорных колонн остались одни куски. Почти вся мебель в опустевших залах сгнила, но порой попадались разбитые скульптуры и перевернутые столы. Каждый из предметов был непомерно огромен. Неужели здесь жил великан? Огромное строение из белого камня (или возведенное из материала, напоминающего камень) наводило на одну мысль — это «храм». Это место… храм великанов. Тогда стоит назвать локацию «Руинами храма великанов». Ну, Харухиро не может похвастаться хорошим воображением, вот и назвал это место храмом. Просто белые стены создавали такое впечатление. Когда ребята подняли глаза, они заметили нечто, напоминающее врата: у входа в руины возвышались массивные столбы высотой не менее десяти метров и примерно такой же ширины. Один вкопан в землю прямо и служил опорой, а другой завалился на него, тем самым образуя арку… Руины и есть руины. Поравнявшись со столбами, Харухиро вдруг остро почувствовал, насколько он маленький и незаметный. На несколько секунд вор растерялся: сложно осознать себя песчинкой и не смутиться. — За...йдем? — нервно спросила Шихору. — Н-ну, мы проделали такой путь… — вопреки своей натуре Ранта колебался и не торопился внутрь. — Если не пойдем… ну это… ну вы понимаете, да? Верно? Ну вы знаете! Оно самое! Какое же слово? Неловко. Вот! Вы тоже так думаете? — Только и делаешь, что говоришь «ну вы знаете», — хоть Юмэ и упрекала темного рыцаря, но выглядела удивительно спокойной. — А все-таки оно огромное! Юмэ, наверное, впервые видит что-то такое большое! — Будь мы на экскурсии… — Кузаку поднял забрало и протер глаза. — Вот бы все осмотреть! Весело бы провели время. — Наверное, — Мэри мягко улыбнулась. — Ребята, а вот что там внутри… — извиняющимся тоном начал Киккава. — ...честно говоря, дальше дорогу я не помню. Простите. Не запомнил. Но мы все-таки очень далеко зашли. Я быстро добрался до выхода, когда оторвался от группы. — Культисты, белые гиганты, мда... — Харухиро глубоко вздохнул. — Стоит ждать, что там будут и другие противники. А еще надо помнить об одноглазых собаках. — На самом деле, есть еще кое-кто, — Ранта качнул подбородком и указал куда-то наверх и влево. Харухиро посмотрел туда: на вершине одного из столбов кто-то сидел. Белая. Совершенно белая… обезьяна? Что-то в этом роде? Существо похоже на обезьяну с очень короткой белой шерстью, вот только глаз у нее… один. — Мунья… — Юмэ приготовила лук. — Что делать Юмэ? С такой дистанции Юмэ сможет попасть по ней. — Нет, — Харухиро быстро помотал головой. — Не стоит. Пока что… Одноглазая обезьяна была не одна. Рядом с ней находилась еще парочка сородичей: одна сидела на другом столбе, другая — на горке камней. Бегло осмотревшись, лидер понял, что обезьян никак не меньше трех, может, больше. Наверняка ни стрелами, ни магией их не сбить. — Киккава, ты видел этих обезьян? — Неа… А может, просто не заметил тогда. Мы вообще не отвлекались на такое. Как бы сказать поточнее? Мы не отвлекаемся на то, что нас не атакует. — Видели ли вы других существ, пока сражались с культистами и белыми гигантами? В Руинах храма (да, я его так называю). — Я видел только культистов и белых гигантов. Не знаю, что случилось после моего ухода, поэтому подсказать не смогу. — Понятно. «Решение за решением. Привыкать к такому не стоит. Привыкну решать не задумываясь — буду неосторожен. Не смогу отдавать приказы каждый день — вряд ли чего-то добьюсь», — прокручивал в голове Харухиро, пока не отдал приказ: — Одноглазых обезьян не трогаем. Идем внутрь. «Они так близко...» — думал лидер на ходу. — «Жизнь и смерть». «Вот бы все осмотреть! Весело бы провели время», — на ум пришли слова Кузаку. Трудно не согласиться. Лидер за всю свою жизнь не видел подобных мест. Эти руины — за гранью воображения. Действительно, будь Харухиро на экскурсии, он бы осмотрел руины, не скрывая восхищения. Вор двигался впереди всех, стараясь разведать обстановку и понять, насколько здесь безопасно. Шестеро товарищей следовали за ним. Узнать, безопасно ли здесь... Такое вообще возможно? Лидер старался изо всех сил, чтобы обезопасить путь группе. Только в таком месте ни в чем не будешь уверен. Харухиро хотел бы точно знать, что впереди никого нет, что ничего не случится, но как? На практике за безопасность на все сто процентов не поручиться. Это попросту невозможно. Харухиро крался по траве, обходя поваленные разбитые колонны и перешагивая обломки. За колоннами — никого. Но вряд ли так будет всегда. Ведь руины со всех сторон не осмотреть. Так насколько здесь безопасно? Процентов на восемьдесят? Семьдесят? Или же пятьдесят? Нет, безопасность не посчитать в процентах. Что ж, пока угрозы нет. По крайней мере, Харухиро хочет в это верить. Но до полной уверенности ему далеко. Лидер прошел через арку из рухнувших колонн и оказался в своеобразном коридоре — по обе стороны высились полуразрушенные стены. На самом деле эти обломки и стенами не назовешь из-за зияющих трещин, в которых мог спрятаться кто угодно. Пока не подойдешь — не заметишь. От этой мысли вору захотелось взвыть. Однако проявлять эмоции в такой ситуации — непозволительная роскошь. «Эх…» — вздохнул Харухиро. — «Сейчас нужно сосредоточиться на том, что я могу предпринять, а что не могу, и так не получится. Ничего не поделаешь». Вор «Тихой поступью» пошел вдоль остатков правой стены. Он вытащил из ножен клинок и принялся проверять каждую из трещин. С осторожностью, не торопясь, но и не мешкая. Осторожность это хорошо, но нельзя пугаться всего и вся. «Не останавливаться. Хоть и страшно, бояться нельзя!» — старался ободрить себя вор. Его предположение об одноглазых обезьянах оказалось верным: они не стали атаковать группу и преследовать его самого. Что? Какой-то звук? Харухиро насторожился. Он уловил кое-какой шум, но что именно — не был уверен. Внезапно стена закончилась… Точнее, Харухиро вышел на перекресток: по коридору слева и справа. Лидер собрал ребят именно здесь. — Все в порядке, Харухиро?.. — робко спросила Шихору. — А? Что? Ты о чем? — Цвет твоего лица… — Что с ним? Все плохо? — О-о, — Ранта с ухмылкой взглянул на Харухиро. — Ну ты даешь! Ты всегда был таким белым? Выглядишь бледновато! Ухи-хи-хи! — Хару, — внезапно Юмэ с серьезным выражением лица пожала ему руку. — Наверное, это правда тяжело, но ты держись! — А-ага… — Склоняю перед тобой голову, серьезно… — Кузаку и в самом деле поклонился. — Тут действительно страшно. Да еще и ходишь в одиночку. Я бы так не смог. — Д-да? Ну… — Хару. Если устал, то скажи, — Мэри буквально сверлила лидера взглядом. — Прошу. — Если устану, то скажу… — Тогда Великий Ранта займет твое место! — Отклонено! — Такой быстрый ответ!? Чего же ты? — Ну, — Киккава похлопал Ранту по плечу. — Думаю, тут и объяснять нечего. Верно? Послышались смешки. Все оценили шутку Киккавы. Этого было достаточно, чтобы слегка разрядить атмосферу и подготовиться к походу морально. «Я такой простак», — невольно подумал Харухиро. — «Робкий простак, да и слишком увлекаюсь. К такой поддержке легко привыкнуть. Нехорошо как-то. Буду самодовольным, обязательно ошибусь». Пока лидер вместе с группой стоял на перекрестке, пытаясь решить, куда им свернуть, он невольно подумал о ребятах: «Наверное, они мне нравятся... Мне нравится наша группа. Все, кроме Ранты. Хотя он что-то вроде острой приправы. Скорее всего, так и есть. Хоть Ранта — это Ранта, но без него нам туго бы пришлось». Не прекращая думать о том, какие замечательные люди его окружают, лидер почувствовал странное смущение. В действительности его мысли не назвать какими-то запретными или странными… Он просто слишком робкий и стеснительный человек, чтобы задумываться о таких вещах. Конечно, излишняя скромность лидеру не к лицу. «Думать о моих товарищах, о том, как мне нравятся эти люди… не в моей привычке, так? Я больше похож на человека, который за всю жизнь не рискнет подумать о чем-то таком …» — Сначала идем направо. Направление подсказывала не интуиция, ведь ее у Харухиро попросту не было, в отличие от того же Токимуне, а простой расчет. Все потому, что если они повернут направо, то продолжат идти вдоль относительно разведанной правой стены. Так ребята и сделали. На худой конец, если они наткнутся на тупик, можно вернуться и пойти в другую сторону. Разумеется, Харухиро хотелось как можно скорее найти зацепку, где могут быть «Токкиз», и в то же время вор боялся упустить что-то из вида, поэтому приходилось исследовать местность не торопясь. Кстати говоря, «не торопясь» — словечко, подходящее Харухиро, но никак не Токимуне. И снова лидер вышел вперед, а товарищи крались за ним по пятам. Странно: совсем недавно Харухиро чувствовал себя истощенным, и вот он идет по коридору как ни в чем ни бывало. Ну, почти. В таких вещах на все сто уверен не будешь. Харухиро в принципе не прокачивал у себя способность «уверен на все сто». Стену по-прежнему оплетала сеть трещин, но теперь их стало куда больше и размерами и глубиной они тоже увеличились. В некоторых из них можно не просто спрятаться, но и встать во весь рост. Если наемники «Токкиз» выжили, они могли укрыться в одной из трещин. Спустя двести-триста метров дорога повернула налево. Все чаще попадались обрушенные и раздробленные колонны и множество других обломков. Перелезть и обойти можно, а вот увидеть, что за ними — нет. Очевидная опасность. С конца коридора послышался какой-то звук. Прикрыв глаза, Харухиро прислушался. Ничего определенного, только шаги товарищей. А потом послышалось еще кое-что. — Голос. Скорее всего, человеческий. Харухиро открыл глаза, затем обернулся и переглянулся с ребятами. Судя по всему, никто из них ничего не слышал. — Там кто-то есть. — Я пойду вперед! — не дожидаясь ответа, Киккава бросился в конец коридора, минуя Харухиро. Лидер еще раз переглянулся с товарищами. Вот оно! Они прошли через все неприятности ради этого момента! Чтобы спасти «Токкиз»! Должно быть, каждый в маленьком отряде чувствовал исключительность этой минуты. Наемники последовали за Киккавой: впереди Харухиро, затем Кузаку, Ранта, Шихору, Мэри и, наконец, Юмэ. Киккава мчался со всех ног, уж очень торопился. Сложно его винить: он хотел успеть. Ребятам Харухиро оставалось лишь бежать за ним, огибая препятствия. — Ре… — попытался что-то крикнуть Киккава, но сдержался. Наверное, он хотел окликнуть товарищей. Хотел сообщить им, что он здесь, что пришел на помощь. Но в действительности кричать опасно: никто не знает, что происходит, и правда ли «Токкиз» здесь. Может, они в другом месте? Звать их пока рано. — Мы почти на месте! — крикнул Харухиро. Услышал ли его Киккава? Или нет? Еще чуть-чуть! Голоса стали различимы. — Нгха-а-а-а-а!... — завопил кто-то знакомый. — Тада-ти! — крикнул Киккава. — Это я, Тада-ти! Киккава! Ваш товарищ вернулся! К тому же, к тому же, к тому же! Группа Хару-ти тоже здесь! Тада-ти-и-и-и-и-и-и-и-и-и! — На-а-а-а-а! Во-о-о-о-о-от! Ха-а-а-а-а-а! — раздался боевой клич Тады. Похоже, ему не до ответа. Он вступил в бой? Да. Судя по звуку, сражается в эту минуту. Киккава проскочил между обломками колонны и завалами камней. Харухиро ускорился и вскоре нагнал Киккавву. Он увидел… Таду. — Получа-а-а-а-а-ай! Ха-а-а-а-а-а! На-а-а-а-а-а! Тада размахивал боевым молотом, отгоняя… человекоподобных существ в широких белых мантиях. Противники жреца были вооружены чем-то вроде копья. Это культисты? Их четверо. Четверо против одного. Это теперь, а раньше… Шестеро против одного. На земле лежали еще два культиста. Рядом с ними был парень с волосами, собранными в хвост. В одежде, похожей на кожаный комбинезон. Он лежал рядом с теми двумя культистами. — Господин Инуи! — Киккава напал на одного из культистов. — Ах вы… Это вам даром не пройдет! Ува-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Теперь четверо против двух. Тада все еще окружен тремя культистами. Одежда жреца, его лицо, очки — все заляпано кровью. Харухиро зашел одному из культистов за спину, чтобы всадить туда клинок. Пока это главная задача. Харухиро сжал кинжал и замахнулся для удара, но лезвие... отскочило от спины врага. — А?! Харухиро отпрыгнул от культиста. Тот повернулся к нему. Что это за белая мантия на нем? Что вор только что почувствовал, атакуя его? Культист ткнул копьем в сторону Харухиро. Вор подумывал отбить наконечник кинжалом или сапом, но в самый последний момент уклонился. Ведь белая мантия культиста… совсем не проста. Копье тоже, скорее всего, не обычное, а раз так, то нужно соблюдать осторожность. — Лезвие-е-е… — крикнул Тада, вращая молот. — Не проткнет! На-а-а-а-а! Ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — Серьезно? — Кузаку бросился на одного из культистов, выставив щит. — Хм, — Ранта внезапно остановился. — Значит, и мечи не сработают. — Идиот! — Юмэ с разворота пнул темного рыцаря. — Гх! — Ранта упал на охотницу. — Какого черта ты творишь?! — Что еще за «челтваришь»! Хватит нести бред! — Это ты постоянно несешь бред! Идиоты вели себя как и положено идиотам, в то время как Тада, Киккава, Кузаку и Харухиро сражались с культистами: каждый взял на себя одного, и ситуация стабилизировалась. Но жрец «Токкиз», скорее всего, держался из последних сил. Ему точно нужен отдых, если не больше. — Ранта! — Харухиро кое-как уклонился от выпада культиста. — Хватит, поменяйся с Тадой! Быстро! — Ну, ничего не поделаешь!.. — Ранта ринулся в атаку, чтобы помочь жрецу. — Не твое дело! Не вмешивайся! — Тада, отбив копье культиста, перешел в атаку. Со всей силы он обрушил молот на врага. Еще раз. А потом еще раз. Наемник и не думал останавливаться. — Но ведь!.. — Помоги Киккаве! Или Кузаку! Быстрее! Хватит! Думать! Только о себе! Идиот! — Кого ты назвал идиото-о-о-о-о-о-о-о-о-ом?! — рявкнул темный рыцарь и подлетел к культисту, который в очередной раз ткнул в сторону Харухиро копьем. — Называй меня гением! Великим гением! Предатель Ранты вошел в правое плечо культиста… Нет, клинок отскочил от мантии! Одноглазый враг пошатнулся, но устоял и в тот же миг обернулся, заметив напавшего на него. Выходит, темный рыцарь все-таки достал до тела культиста. Харухиро отступил на несколько шагов, прикидывая в уме: «Что это? Белая мантия? Нет, вовсе не мантия! Что-то потолще. Не твердое, но прочное. И в то же время мягкое, ведь ткань хлопает при атаке и движении. Разве что-то подобное есть в Гримгаре? Одеяния культиста только смахивают на мантию, может, это просто верхнее облачение? Или вообще доспех из ткани с длинными рукавами? Очень длинными. Примерно до колен. А еще культисты носят обувь, сделанную из такого же белого материала. Похоже на то». Мантия была сплошной, но на уровне глаз проделана дыра. Одна. Выходит, все культисты одноглазые?Ну, это не слишком важно. Хотя, может быть, у него там слабое место. Юмэ вложила стрелу в лук и посмотрела в сторону Харухиро. «Выстрелить? Или нет?» — вот что читалось на ее лице. Ну…так казалось лидеру. Да и как тут попасть в небольшую прореху для глаза, когда цель постоянно атакует и перемещается? Невероятно сложная задача. — Харухиро! — Шихору крепко обхватила двумя руками посох. Точно… Когда вор кивнул, отдав команду, волшебница начертала кончиком посоха знак элементаля и прочла заклинание: — Оом, рел, экт, эл, вел, дарс! Поначалу казалось, что маг закончила «Теневой звук». Вшух-вшух-вшух — и троица черных, похожих на клубок водорослей, элементалей вырвалась на волю. Трое, не один, а это значит, что Шихору применила улучшенную версию заклинания «Эхо теней». Связка из трех теневых элементалей неслась по воздуху по спирали, пока не влетела в спину культиста, сражавшегося с Киккавой. Тут же одноглазый враг затрясся в конвульсиях. «Гх-а-а-а…» — успел только вскрикнуть он. — Сработало! — обрадовалась Шихору. — На-а-а! — Киккава, сжимая полуторный меч на манер двуручного, без промедления сбил с ног культиста. Меч не вошел в тело врага, но в этом и не было нужды. Все равно одеяния культистов (то ли мантия, то ли доспехи) не способны поглотить весь удар, так что имеет смысл просто колотить врага чем придется. Главное, не останавливаться. — Давай, Киккава! Еще до приказа Харухиро Киккава изо всех сил принялся всаживать клинок в распластанное тело. — Получай, получай, получай, получай, получай, получай, получай, получай, получай! — расходился воин «Токкиз». Сам Харухиро не остался безучастным: он помогал Киккаве, молотя культиста сапом, зажатым в левой руке. — Оом, рел, экт, эл, вел, дарс! Вшух-вшух-вшух — и противник Тады тоже попал под «Эхо теней» Шихору. — Твоя! — Тада взмахом боевого молота выбил копье из рук культиста. Затем жрец несколько раз опустил оружие на врага. — Чертова! Помощь! Мне! Не ну-у-у-у-у-у-у-у-ужна-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Ребята расправились еще с парочкой культистов без всяких проблем, но только после того, как последний враг перестал шевелиться, Тада устало опустился на землю. — Черт. Устал. Серьезно. Черт. Придурки. Сдохните. Черт. Какого. Черта. Похоже, из-за сбившегося дыхания Тада бормотал какие-то страшные проклятия обрывками. Удивительно, что у него вообще есть силы говорить. Судя по всему, руки и ноги у жреца целы, но тогда откуда кровь? Где у него рана? Крови так много, что жрец стал походить на самую настоящую даруму * . Харухиро присел рядом с трупами культистов, чтобы осмотреть этих существ. Что ж, кровь у них была точно человеческая, красная. Несмотря на расправу, которую учинили над ними ребята, мантии нисколько не попортились, не протерлись и не порвались. Новехонькие одежды. Только земля под телами культистов успела напитаться кровью. Ранта носком сапога отвернул головы уже мертвым культистам. Харухиро хотелось думать, что темный рыцарь не просто так издевается над мертвецами, а проверяет, действительно ли они больше не встанут… Шихору, Юмэ и Мэри переглянулись. На лице каждой читалась тревога, пусть и выраженная по-разному. Кузаку, подняв забрало закрытого шлема, глубоко вздохнул. — Хе-е…. Киккава издал странный смешок, а затем, втянув носом воздух, всхлипнул. Пошатываясь, воин «Токкиз» побрел к парню в кожаном комбинезоне. К парню с волосами, собранными в хвост. К человеку, который уже долгое время неподвижно лежал на земле лицом вниз. Это был Инуи. Киккава опустился на колени и свесил голову. — Почему… Почему так случилось? Я вернулся назад и привел с собой группу Харухиро. И пусть так… его больше нет… Господина Инуи...

↑ Дарума — традиционная японская кукла-неваляшка, обычно целиком окрашена в красный цвет. Символизирует счастье.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10: Ничего особенного

Харухиро присел рядом с Киккавой. От растерянности вор не знал, что сказать, ведь он сам по себе совершенно обычный, даже заурядный человеком. Не то чтобы Харухиро совсем не мог подобрать подходящих слов… Протянув руку, лидер осторожно коснулся Инуи. — Эм-м… Затем Харухиро слегка потрепал охотника, который все это время лежал, уткнувшись лицом в землю. — Господин Инуи? — Э… — Киккава в изумлении таращился на Харухиро, изредка переводя взгляд с вора на Инуи и обратно. — Э? — Кх… — закашлял охотник и приподнял с земли голову. Он уставился на Харухиро не прикрытым повязкой глазом. — Как ты догадался? — А, ну не то чтобы догадался, просто показалось, что вы шевелитесь. Вот и подумал, что живы. — Э-э-э-э-э-э-э-э? — Киккава отпрянул, но не удержался и повалился на спину. — Не может, не может, не может бы-ы-ы-ы-ы-ы-ыть… Я уверен, что ты мертв!.. — Ж-живой? — похоже, Кузаку все еще сомневался. — Раз болтает, наверняка живой... — воскрешение Инуи потрясло даже Ранту. — Я тоже думала, что его уби… что он мертв… — неуклюже исправила фразу Шихору, бормоча себе под нос. — Угу… — согласилась Мэри. — Слушайте, — Юмэ округлила глаза. — Юмэ думает, так и было! Но Инуи правда хорош в этом! Умеет притворяться мертвым. — Ха-а… — Тада сердито поддел сапогом ком земли. Притом жрец все еще не мог отдышаться. — Думаете. Этот. Засранец. Так. Просто. Умрет. А? — Кх… — Инуи по обыкновению прочистил горло. — Моя супер-секретная техника одноглазого стиля … «Как бы мертвый Инуи проводит живых идиотов»... — Ты ведь просто прикинулся мертвым! — рассвирепел Ранта и показал охотнику средний палец. — Что за упертый. Парень… — тело Тады опасно накренилось. — Всегда. Таким. Был… — А? — Харухиро испуганно подскочил. — Г-господин Тада? Тада потерял сознание и рухнул на землю. — А-а-а-а-а-а?.. — протянул Киккава, сидя на корточках. Не меняя позы, парень запрыгал к Таде точно лягушка. Инуи попытался подняться, но не смог. — Н-не могу двигаться… кх… Похоже, Инуи пострадал не меньше жреца, вот ему и пришлось прикинуться мертвым в качестве последнего средства. В итоге группе Харухиро ничего не оставалось, кроме как дождаться, когда оклемается Тада (но пока тот, закатив глаза, даже не думал приходить в себя), а Инуи сможет хоть как-то передвигаться. — Я и Инуи сыграли роль приманки, — чуть позже рассказал, как было дело, Тада. Очнувшись, он спросил воды и, напившись, выглядел гораздо лучше. — Пришлось так поступить, чтобы защитить госпожу Анну. Мимори ранили в ногу, поэтому бежать мы не могли. Я и Инуи стянули врагов на себя, в то время как Токимуне вместе с госпожой Анной и Мимори отправились искать безопасное место… Только я не уверен, что здесь хоть где-то безопасно. — Значит, где они ... — вместо того, чтобы выдохнуть, Харухиро лишь тихо вздохнул. — ...неизвестно. — Мы можем пойти туда, где наш отряд разделился. — В самый раз, — откликнулся вор. Харухиро не думал, что идея и в самом деле хороша, просто эти ничего не значащие слова нужны Таде. Он и Инуи умудрились избежать смертельных ран, но их состояние не назовешь стабильным. — Удивительно, но ты… — Тада хотел что-то сказать, однако переключился на другое. — ...нет. Я и Инуи сбросили с хвоста нескольких врагов. Скорее всего, наткнемся на них по пути. — Вы о белых великанах? — Угу. Они медленные, но огромные, наверняка они способны прикончить тебя с одного удара. — Есть кто-то еще? — Когда Киккава смылся, нас атаковал культист с мечом и щитом. Его лучше остерегаться. — Кх… — Инуи скривил рот. — Если его меч хоть чуточку вас заденет… то вас парализует. Если парирует, то… вас все равно заденет… кх… — О? — ни с того ни с сего Ранта принял серьезный вид. — Круто! Этот меч! Хочу его! Когда мы прикончим этого парня, я возьму меч! Он — мой. Понятно? — Тот культист безумно силен. Не выйдет… — возразил Тада. Но Ранта пропустил его слова мимо ушей. — Хорошо, но… — в этот раз Харухиро не смог удержаться от вздоха. — Если сам его прикончишь. Тогда хоть меч забирай… да все, что угодно! — Отлично, по рукам! — Ранта окинул взглядом группу. — Прикончу его — и меч мой! Хотя даже если вы прикончите, все равно мой! В любом случае этот меч будет моим! Решено! Наверное, это хорошо, что у Ранты появилась какая-никакая мотивация, так? Тем более, что остальные чувствовали себя подавленными. Нет, лучше просто игнорировать его выходки. Впрочем, если культист-мечник и темный рыцарь прикончат друг друга, Харухиро, так уж и быть, подумает о том, чтобы оплакать Ранту. В конце концов вышло так, что Тада и Инуи могли кое-как плелись вместе с группой, но бежать оказались не в состоянии. Мэри смотрела на них с болью: пожалуй, для любого жреца невыносима сама мысль, что лечение невозможно. Бессилие раздражало девушку. Темп группы упал, да и как иначе: ребята Харухиро подстраивались под раненых наемников «Токкиз». Если случится так, что людям придется бежать из руин, Харухиро выпадет трудное решение. Однако лидер уже мысленно подготовился к этому и знал, как поступит. Если выбора не будет, они оставят Таду и Инуи, как бы ни было жаль этих двоих. Печально, но факт. Если Киккава захочет остаться, то пусть поступает как знает. Группа Харухиро сбежит за счет выигранного Тадой и Инуи времени. Само собой, лидеру не хотелось так поступать. Харухиро всем сердцем надеялся, что они не дойдут до крайних мер. Однако совершенно не важно, что он хочет и о чем думает: то, что должно случиться, сбудется, как ни крути. И тогда будет поздно думать: «А-а-а! Что делать?! Что делать?!». Поэтому Харухиро подготовил запасной план заранее. «При таких обстоятельствах придется быть бессердечным. Я смогу! Нужно верить в это! При необходимости я сделаю это!» Тада и Харухиро шли впереди, а за ними один за другим Кузаку, Киккава, Ранта, Шихору, Мэри, Инуи и Юмэ. Хоть Тада был покрыт кровью с головы до ног, но даже не думал останавливаться или жаловаться на боль. Выносливый парень. «Лучше не перенапрягайся», — хотел сказать вор, правда, в таком месте его совет бесполезен. Но и вкладывать все силы сейчас — не вариант. Наемники Багровой Луны некоторое время шли по дороге, почти ничего не различая на своем пути. Затем, свернув налево, группа оказалась в месте, где руины образовывали нечто вроде крыши. Тада направился прямиком внутрь. Нет, конечно, эти обломки и крышей не назвать, но сквозь дыры этой своеобразной кровли тут и там пробивался свет. Хоть локацию темной не назовешь, но путешественники испытали странное гнетущее чувство. Им казалось, что они очутились в лабиринте, поскольку обломки стен и груды камней то преграждали путь, то разветвляли коридор, отчего дорога казалась все запутаннее. — Мы сбросили с хвоста нескольких культистов. Здесь. — Тада указательным пальцем левой руки поправил очки. — Наверное, они все еще тут. Будьте начеку. — Вы помните дорогу? — Более или менее. — «Более или менее»? — У Тады-ти идеальное чувство направления! — веселым голосом заговорил Киккава. — Да все шохоро! Все шохоро! Рояветно! А? Это сложно понять? Вероятно! Можно подумать, что это «вероятно» кого-нибудь успокоит… Но пусть так. Куда лучше, чем унылый Киккава. Лучше ли? Сложно сказать. Полагаясь на Таду, они шли через лабиринт, усыпанный обломками стен и кровли. Затем наемники повернули направо, повернули налево, развернулись… Развернулись? — Эм-м, господин Тада? — Чего? Давай быстрее! Я сейчас занят. — Тогда спрошу прямо: вы заблудились? — Я? Заблудился? — Ну… если это не так, то все в порядке. — Ты прав. Отряд тут же остановился. И правда, самое время. Тут так тихо. Благостная тишина. Нет, совсем не благостная! — Я заблудился, — с ненавистью зыркнул на вора Тада. Он все еще удерживал на плече боевой молот. — Какие-то проблемы? — Сейчас накинется… — пораженно пробормотала Шихору. — Нет, — цокнул Тада. — Ничего подобного. У меня вообще нет никакой необходимости что-либо накидывать, так что ты говоришь странные вещи, знаешь ли? — Господи-ин Инуи! Харухиро понимал, что спор с упрямым жрецом сведет его с ума, поэтому развернулся и переключился на стоящего позади него Инуи. — Вы не помните дорогу? — Кх… — Инуи показал два пальца. — Всегда есть два пути... — Да… — Мэри подняла очи к небу и устала прикрыла глаза. — Унья? — Юмэ сглотнула. — Что это значит? — Обратиться к сердцу… — Инуи посмотрел вдаль. — Другой — обратиться к ветру. Один из этих двух путей… Кх… — Кру-у-у-у… — Киккава вскинул кулак вверх. — Кру-у-уто-о-о-о! Как и ожидалось от господина Инуи! В его словах всегда есть глубокий смысл! Высший класс! Хоть я ничего и не понял! А-ха-ха! — К своему сердцу, значит… — поскольку Ранта есть Ранта, он не просто принял слова охотника на веру. Он впечатлился до глубины души. — Точно. Точно же! Вот что нужно сделать! Парупиро-о! Хорош тратить время попусту и давай тоже! «Мне сердце подсказывает, что я хочу треснуть тебя!» — подумал лидер, понимая, что этот прием им никак не поможет. Другими словами, на пустяки у них нет времени. Да и ветра в лабиринте нет, даже сквозняка, так что вряд ли они получат какой-то ответ. А если ветер и донесет до них что-нибудь, нет гарантий, что им не померещилось. Но вдруг Харухиро кое-что услышал. И это был совсем не ветер, да и на иллюзию не похоже. Дзынь… дзынь… дзынь… Будто нечто тяжелое и металлическое бьется о что-то не менее громоздкое. Но прежде чем Харухиро успел предупредить товарищей, кто-то выпрыгнул из-за угла впереди. — Культист! Нет, не обычный культист. У этого врага нет копья, только круглый щит, похожий на зеркало, и меч, от которого исходит слабая аура фиолетового оттенка. А «дзынь-дзынь-дзынь» — ничто иное, как бряцание ножен, спрятанных под мантией культиста. Видимо, кончик ножен задевал камни и обломки, издавая тот звук. — Ты!.. — разъярился Тада и взмахнул молотом, нацелившись на культиста, тот отразил атаку жреца. Тада тут же отпрыгнул, но устоять на ногах не смог. Харухиро уж было кинулся вперед, чтобы прикрыть товарища, но передумал: культист орудовал щитом, легкому вору против него не выстоять. — Я иду! — завопил Киккава и буквально налетел на врага. Парень подпрыгнул и взмахом из-за головы опустил меч на культиста. Тот принял клинок на щит и со всей силы отолкнул Киккаву. Избежав удара, противник сделал выпад. Точно такой же, каким он атаковал Таду. Киккава, предугадав это движение, умело отбил меч врага гардой своего полуторника. Раздался неприятный звон. — Аг… х-х?.. Тело Киккавы прошила судорога, да такой силы, что парень едва мог поднять меч. Пусть воин «Токкиз» и держался изо всех сил, в его обороне все равно проделали брешь. Снова выпад — Киккава не мог увернуться или поставить блок. Культист пробил защиту и попал в левую часть нагрудника. — О… гх… — Киккава задрожал всем телом, качнулся и упал на землю. Похоже, культист так и не смог его ранить. Будучи воином, парень носил пластинчатый доспех, и зачарованный клинок врага оставил на нем лишь вмятину. — К… Киккава-а-а! — Тада кое-как восстановил равновесие и взмахнул молотом. И еще раз. Жрец атаковал культиста раз за разом. Пока культист-мечник защищался от выпадов Тады, остальные члены группы готовились к атаке. — Я пойду вперед! — Кузаку, прикрываясь щитом, встал перед Тадой. — Меч! Меч! Меч! Меч! — судя по всему, Ранта собрался обойти противника слева и выбить из его руки щит. Харухиро хотел зайти справа и добраться до спины врага но …отбросил эту идею. — Хару! — окликнула его Мэри. Вор обернулся. Сзади? На них наступали. Культисты. С копьями. Ну раз копьеносцы, то, скорее всего, это обычные культисты. Вот только их там не один, не два… трое? В версии с изображениями тут находится картинка. Плохо дело. Все очень плохо. Будь перед ними четверо обычных культистов-копейщиков, еще ничего, но против людей вышли трое копейщиков и один весьма проблемный культист-мечник. «Нас зажали в тиски, так что сбежать и бросить Таду и Инуи не выйдет. А? У нас нет выбора?» — растерялся Харухиро. На мгновение вору стало стыдно за такие мысли: он просто запаниковал и не смог соображать здраво. — Оом, рел, экт, эл, кром, дарс! Шихору, рисуя кончиком посоха знак элементаля, завершила заклинание. Теневой элементаль, похожий на густой туман, с шуршанием вырвался из посоха и медленно поплыл по воздуху в сторону культистов-копейщиков. Что это? «Призрачный Сон»?.. Нет. Его более продвинутая его версия — «Теневой Туман». Густой туман заполз через отверстия в мантиях культистов, втянулся в рукава и под подол белых одеяний. Но есть ли от заклинания толк? «Теневой Туман» и «Призрачный Сон» действуют одинаково: цель испытывает непреодолимую сонливость. Другими словами, заклинание сна. Однако эффект слабеет, если враг начеку. Выходит, Шихору вряд ли сумеет усыпить культистов-копейщиков, ведь они настороже и прекрасно видят, с кем дерутся. Вот и получается, что ситуаций, где заклинание такого типа пригодится, не так уж и много. При нападении на группу «Теневой туман» и «Призрачный Сон» вообще бесполезны. Волшебница лучше всех понимала обстоятельства, но все равно решилась пойти ва-банк. Так, что ли? Не похоже на Шихору. От тумана у культистов голова пошла кругом. Один за другим они попадали на землю. — Это потому что «Эхо теней» оказалось эффективным… — объясняя это, Шихору почему-то опустила голову. — Прошу прощения! Вот почему… я подумала, что они слабы к магии теней! — А? Т-тебе ведь не нужно извиняться! — взволнованным голосом заговорил Харухиро. — Невероятно, Шихору! Ты просто великолепный маг! Ты не представляешь, как спасла нас! — П-прекрати… — Шихору вся съежилась от смущения. — Это просто случайность… — Кх… — Инуи с беззаботным видом поправил повязку. — Хорошая девушка… «Она-то хорошая, но… стоп, может хватить быть таким нелогичным? Я хочу возразить Инуи, однако...» — внезапно вор испытал новый приступ раздражения. Вряд ли у Харухиро есть право заявлять что-то вроде: «Руки прочь от нашего драгоценного мага! Более того, я никогда не позволю такому подозрительному типу встречаться с ней! Я так просто это не оставлю!». Лидеру и в голову бы не пришло, будто он может распоряжаться жизнью Шихору. Да и не время спорить о таких вещах. Пусть ему и хотелось вырубить Инуи, но это подождет. — Юмэ! Господин Инуи! Разберитесь с культистами, пока они не проснулись! Господин Тада, Кузаку, Ранта — займитесь мечником! Киккава, ты в порядке? — Б-более или менее! Лишь немного болит, наверное? — Хорошо! Харухиро подбежал к небольшой горке из культистов (они просто повалились друг на друга, сраженные заклинанием), лихорадочно соображая, что делать дальше: «Скорее! Нужно прикончить их как можно скорее! Лучше бить сюда! Да, наверняка. Других вариантов все равно нет!». Дыра… Харухиро выбрал жертву, замахнулся и вогнал по самую рукоятку кинжал прямо в отверстие на уровне глаза культиста. Провернув клинок в ране, вор вынул кинжал, замахнулся и снова воткнул в тело врага. — Фунья-я-я-я! — Юмэ тоже выбрала себе культиста и вонзила кукри тому в глаз. Вернее, в дыру на мантии. — Кх! — кашлянув, Инуи вынул палаш и последовал примеру охотницы. — Не теряйте… — Харухиро говорил, пока сидел на культисте, раз за разом вгоняя внутрь его тела кинжал. — ...бдительность, пока они не перестанут двигаться! Убедитесь, что убили врага! Четыре раза. Пять раз. Культист обмяк. Похоже, он больше не поднимется. Он мертв. Харухиро убил его. — Вот, — Юмэ подняла копье, которое принес с собой культист. — Может, пригодится? Харухиро, спрятав кинжал в ножны, кивнул и подобрал копье убитого врага. Инуи, усмехнувшись, убрал палаш и ухватил другое копье. Тем временем Кузаку, Тада и Ранта пытались выстоять против одного культиста-мечника. Что ни скажи, а бой был труден, а противник — на редкость неприятный. Шихору, скорее всего, никак не могла подсобить им, ведь заклинания могли угодить в своих же. Значит, шестеро против одного? Харухиро, Юмэ и Инуи принялись колоть культиста копьями, укрываясь за спинами паладина, жреца и рыцаря. Всякий раз, когда меч культиста отбивал чье-либо копье, того, кто держал древко, прошивала крупная дрожь, пробирая до самых костей. Однако эффект был ослаблен из-за длины древка, а основные атаки блокировали Кузаку и остальные, поэтому наемникам во втором ряду волноваться о контратаке врага не пришлось. Хотя культиста кололи и рубили со всех сторон, он хорошо держался. Определенно, этот боец отличается от обычных культистов, и дело тут не в мече или щите. Скорее всего, его ранг намного выше, а еще он необычайно умел: движения культиста легкие и плавные, он одинаково хорошо атакует и защищается. Взять того же Кузаку: как паладин он и рядом не стоял с культистом-мечником, танку попросту не хватало мастерства. Сражаясь сразу с шестью противниками, культист-мечник ни на минуту не ослаблял бдительности. Харухиро по старой воровской привычке не спускал с него глаз, выжидая удобный момент. Ту фантомную сияющую линию может увидеть кто угодно. Грубо говоря, вопрос в вероятности ее появления. Если повторять одно и то же сто, тысячу, десять тысяч раз, то кто угодно преуспеет. Человек рано или поздно увидит путь, который будто говорит ему: «Поступи так, и добьешься успеха». При определенных условиях, в некоторых ситуациях появится путь, ведущий к победе. Естественным образом. Сможет ли Харухиро видеть эту сияющую линию чуть чаще, чем сейчас? Выпадет ли ему шанс? Один раз на сотню ситуаций? Или на тысячу? Может, десять тысяч? В любом случае, главный вопрос — вероятность появления этого чуда. Хочешь повлиять на вероятность выпадения шанса — увеличь количество попыток. И даже если ничего не получится сразу, чем чаще пытаешься, тем лучше каждая из попыток. Харухиро наблюдал за культистом-мечником, мысленно представляя перед собой сияющий путь. С некоторым безразличием, но в то же время упорно. Каждое движение врага давало шанс для контратаки. Осталось только выбрать, какой из них действительно успешный. «Я не делаю ничего особенного, но рано или поздно увижу линию...Вот она! Появилась! Нет! В следующий раз не буду колебаться! Не нужно даже думать. Не нужно бояться. Просто сделаю. Последую за ней!» — размышлял Харухиро. И в ту же секунду вор напал на мечника, запрыгнул ему на спину и занес кинжал, держа его в руке обратным хватом. Лезвие вошло прямиком в дыру мантии на уровне глаз. Вынув кинжал, Харухиро тут же отскочил назад. Культист хотел было повернуться, но не успел: его сбили с ног. Ранта, Кузаку и Тада осыпали его градом ударов. — У-у-хо-хо-хо! — Ранта горел энтузиазмом нанести врагу смертельный удар. — У дороги, обезьяна! Полу… — Тада отпихнул темного рыцаря в сторону и с размаху опустил молот на голову поверженного противника. — ...чай! Жрец размозжил голову культиста, ошметки крови и мозга разлетелись во все стороны. Харухиро мельком осмотрел поле битвы. Все культисты повержены. Подкрепления, судя по всему, не будет. Пока. Должно быть, сейчас лидер выглядит заспанным. Как и всегда. «Ну и ладно», — махнул на это он. — Отлично справились. Давайте поскорей снимемся с места. Киккава, ты ведь можешь идти? — Могу ли двигаться? — Киккава взмахнул левой рукой, чтобы проверить, что с ней. Ну раз он стоит на ногах, должно быть, с ним все в порядке. — Но мог бы ты хоть немного… Как бы это сказать? Ну, может Хару-ти уже ко всему привык, но когда мы вот так побеждаем врагов… разве ты не рад? Не хочешь крикнуть что-то вроде «Ура»? — Ура. — Это самая безэмоциональная радость, какую я когда-либо слышал. Думаю, такое даже редкость. — Такой он и есть! Да он скучнейший человек! Говорю вам! — Ранта вытащил меч из рук мертвого мечника. — Гу-хё-хё-хё-хё! Меч получен! Раз этот меч парализует врагов, то назову его — Меч грома Долфин! Ией! Да, да, да! В версии с изображениями тут находится картинка. — Меч грома Долфин? — Тада указательным пальцем левой руки поправил очки. — Подходящее название. — Я так не думаю… — пробормотала Шихору. — Чего это?! — Ранта буквально набросился на Шихору. — Долфин — это с английского «дельфин», — Мэри одарила Ранту презрительным взглядом. — Как ни подумай, звучит странно. — А-а?! Кто решил что «долфин» — это дельфин? В моей голове слово «долфин» относится к крутым словам, поэтому меч грома Долфин — это круто! Бум! Ну как? — Без разницы, идем. — Ты должен уделить мне хоть немного внимания, Парупиро-о-о-о-о-о! — Не-а, это невозможно, я ведь скучнейший человек. — Хорошо, беру свои слова назад! Ты интересный! Поэтому удели мне чуток своего внимания! Пожалуйста, удели! — Заткнись! «Удели мне внимание, удели мне внимание!», я тебе что, нравлюсь? — С-с чего бы это?! Идио-о-о-о-о-от! — А-а-а, — Юмэ хитро улыбнулась. — Твое лицо покраснело. С чего бы это? Стра-а-анно! — Ничего оно не покраснело! Постой, забрало шлема опущено! Поэтому ты понятия не имеешь, красное у меня лицо или нет! — Юмэ сказала просто так, чтобы посмотреть, что будет. Но раз Ранта старается, чтобы все подумали, будто нет, получается странно… все страньше и страньше... — Эм-м… — Кузаку поднял забрало и взглядом указал вперед. — Может, и правда пойдем потихоньку? — Кх… — Инуи протянул Шихору руку. — Позвольте мне сопроводить вас… — Нет… — девушка отпрянула и покачала головой. — Я сама, спасибо. Кроме того вы полуживой... От этих слов Инуи рухнул на землю и некоторое время даже не пытался подняться.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11: Рондо пантеры, касатки и дельфина

Не меняясь в лице и ни на что не жалуясь, Тада упрямо шагал вперед, только дыхание его было прерывистым. Путь давался жрецу слишком тяжело. Инуи, как и его товарищ, еле плелся, опираясь на посох Шихору. Поначалу он просил волшебницу ухватиться за ее плечо или за руку, на что Шихору дала резкий отказ. Но в конце концов уступила мольбам охотника и позволила ему держаться за посох. Даже если Инуи в некоторой степени притворялся, ему пришлось нелегко. Похоже, Киккаве задели ребра: он жаловался на боль в грудине всю дорогу. Группа Харухиро все еще плутала в руинах храма, больше похожих на лабиринт. Когда наемники захотели вернуться ко входу, они обнаружили, что забрели еще дальше и окончательно заблудились. — Будь с нами госпожа Анна… — проворчал Киккава. — Госпожа Анна наверняка бы по привычке нарисовала полезную тукар * . Нас бы это о-о-очень выручило… — Эм-м, ее-то карты? — машинально переспросил Харухиро. — Нужно просто понимать их, — настаивал Киккава. — Если ты знаешь, как их читать, то все просто. Да, порой в них бывают ошибки, но по большей части они полезные. — Хех, хватит, Киккава, — фыркнул Тада. — Это нормально, что лишь мы понимаем великолепие госпожи Анны. — Ага-ага. Только вы и понимаете, — беспечно брякнул Ранта. Каждый из них порядком устал. И духом и телом. Вор остановился и запрокинул голову, изучая потолок. — Точно… — А? Что там? — Кузаку тоже задрал голову. — Оставайтесь здесь, — коротко бросил Харухиро и, не дожидаясь ответа товарищей, полез на ближайшую гору камней (она образовалась на месте стены лабиринта), чтобы добраться до потолка. Хоть ребята и называли своды над головой «потолком», но в действительности это были его остатки, которые покрывали всю площадь руин. Над головой зияли огромные дыры, через них нетрудно забраться наверх. Кроме того, повсюду лежали обломки стен и высились горы камней, которые могли послужить лестницей любому. Конечно оставался риск, что камни покатятся под ногами, и руины просто обвалятся, так что действовать нужно с аккуратностью. Харухиро протиснулся сквозь дыру, подтянулся, взбираясь все дальше и дальше. Стараясь не смотреть вниз, он держал курс только наверх. Наконец-то смог! Он забрался на крышу! Ее поверхность шла под наклоном, поэтому выпрямиться во весь рост Харухиро не рискнул. Балансируя, он присел и осмотрелся. — Мы пришли… откуда? Ох. Не уверен… Прежде чем залезть на крышу, вор подумал, что сверху сможет определить их текущее положение в лабиринте и понять, откуда они пришли… На деле же Харухиро понял только одно: он стоит на горе обломков. — Нехорошо... «Может и так, но не время унывать. Я не могу себе это позволить. Вряд ли что-то получится с первого раза. Не всегда все получается, вот поэтому мы прикладываем усилия. Сначала мы падаем на самое дно, а затем мало-помалу лезем наверх», — так рассуждал он. — Совсем недавно я мыслил негативно, а все обернулись так, что теперь — позитивно… — Харухиро-о-о-о-о! — послышался голос Ранты. — Да-да… — вздохнув, лидер наклонился и крикнул в дыру. — Сейчас вернусь! — Что-нибудь разузнал? — Лишь то, что мы окончательно заблудились… — пробормотал Харухиро, решив спуститься вниз. Но вдруг что-то остановило его. Он почувствовал странное беспокойство. Почему? И действительно, отчего? Харухиро выпрямился во весь рост. — И...так… Вор испугался, у него закружилась голова. Хорошо бы на что-нибудь опереться. Осмотревшись, лидер заметил неподалеку небольшое углубление в кровле, похожее на каменную чашу. Чтобы забраться туда, нужно перескочить пролом в метр шириной. Несколько минут Харухиро колебался, но потом все-таки прыгнул. Оказалось, что такое препятствие для него не проблема. Вор добрался до «чаши» и наконец осмотрелся. Так что же? Что же его беспокоило? Он что-то услышал? Или же что-то увидел? — Э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-эй! Харухиро-о! Ты!.. — не унимался Ранта. Харухиро хотел было крикнуть ему «Помолчи!», но осекся. — А… Нет, его беспокоило не то, что рядом, а то, что виднелось вдалеке. Несколько крупных черных пятен. Расстояние — чуть больше ста метров. Но в какой части света — Харухиро не знал. Никто из его группы с самого начала даже не представлял, где они находятся. Что ж, как ни крути, но интересующие его объекты где-то там, по левую руку. Там, где белели камни разрушенной постройки, напоминающей формой башню. Эти точки… двигались. Не точки, а силуэты, но кто именно — не разобрать. На фоне белых руин фигуры казались черными. Одна, две, три. Три силуэта. Три… Токимуне, госпожа Анна и Мимори — их было трое. Харухиро сложил ладони рупором и хотел было окликнуть их, но вовремя передумал. Разве это не опасно? Скорее всего, да. По лабиринту, скрываясь за обломками, могут бродить культисты и еще бог весть кто. Они услышат крики Харухиро и настигнут маленький отряд. Вор склонился над дырой и сообщил результаты разведки товарищам: — Судя по всему, я их нашел. Господина Токимуне и остальных. Хоть и не разглядел в точности. — Что-о-о-о-о?! Итак, что же делать? В любом случае, придерживаться курса в руинах лабиринта до невероятного сложно. Но и лезть на хрупкую крышу — тоже не вариант. Для некоторых подъем будет тяжелым. Так, к примеру, Харухиро без всякого труда оказался на крыше, поскольку легко экипирован, но как справятся с этой задачей Кузаку и Киккава, чья броня, оружие и экипировка прилично весят? Наверное, эти двое выбьются из сил. Хорошо, пусть даже вся группа доберется до крыши, но путь до башни по-прежнему долог и труден. В принципе, шагать можно, но скат крутоват. В любом случае, почему бы не попробовать? Первыми на крышу полезли девушки, за ними — Инуи, Тада, Кузаку и после всех Ранта. На подъем ушло много времени, но в итоге все закончилось благополучно. Харухиро был прав: у башни кто-то был. Зоркая Юмэ подтвердила, что там находятся трое людей. А еще расстояние до башни гораздо больше ста метров, около двухсот, не меньше. Харухиро вызвался провести их. Он осторожно ступал по остаткам крыши, проверяя, не обвалится ли камень у него под ногами. Остальные потихоньку двинулись за ним. В итоге наемникам пришлось несколько раз сделать крюк, поскольку лидер-разведчик предпочел провести их по максимально безопасному пути. Разве можно иначе? Какой смысл в разведке, если б Харухиро не смог вывести товарищей? На каждые десять метров они тратили пять-десять минут. Харухиро был спокоен и собран, а вот ребята нервничали и изнывали от нетерпения. Оно и понятно: никто из них не чувствовал такого напряжения, как сам лидер, который предельно сконцентрировался, чтобы найти оптимальный выход. Остальные просто принимали его решение как должное и маялись от безделья. Когда у людей слишком много свободного времени, неудивительно, что им в голову лезут совершенно лишние мысли. Харухиро осторожно надавил на очередной участок крыши, проверяя, достаточно ли он устойчив. Можно ли тут пройти? Нет, шатается, это слишком опасно. Тогда лидер переключился на участок чуть левее, проверяя прочность камня. Похоже, все в порядке. — Ранта. — А-а? Чего тебе? — Где твой Предатель? — Выбросил. Кому он вообще нужен? У меня ведь есть меч грома Долфин. Теперь Предатель лишний груз да и только. — Какой транжира… — заметила Юмэ. Харухиро не мог обернуться и увидеть ее лицо, но был уверен, что та наверняка надула щеки. — Да это просто замечательно! Я про мысли Ранты! Ранта крутой! — искренне восхищался темным рыцарем Киккава. — Ты все правильно понял, Киккава. У тебя есть потенциал быть настолько же крутым, как я! — И когда ты решил… — пробормотала Шихору. — Наверное, сейчас? — спокойно парировал Ранта. — В некотором смысле я ему даже завидую, — ледяным тоном вставила комментарий Мэри. Да уж, она точно ему не завидует. — И я немного завидую… — сдержанно добавил Кузаку. — Серьезно? — Мэри опешила. — Это госпожа Анна! — внезапно выпалил Тада. — Госпожа Анна, Токимуне и Мимори там! Без сомнений! — Да… — согласился Инуи. — Я тоже так думаю… Кх… Хорошо бы они оказались правы. Но Харухиро считал, что рано радоваться, да и не хотел поддаваться эмоциям и терять концентрацию. Поэтому лидер предпочел даже не задаваться вопросом, кто прятался в руинах башни. — Харухиро! Тада позвал его так внезапно, что вор чуть не оступился… Сначала Харухиро хотел огрызнуться «Не отвлекай меня!», но решил «Ай, ладно!» и спросил: — Что? — Удивительно, но ты хороший лидер. — Это не так… — Ты неприметный как божья коровка. И не так хорош как Токимуне. — Угу, — издал невнятный звук вор. Что это вообще за описание «неприметный как божья коровка»? Бессмыслица какая-то! Но Тада есть Тада, ничего не попишешь. Как ни странно, но вора не смутила эта неожиданная похвала. В то же время Тада невольно задел его за живое, да так, что Харухиро хотелось ответить ему «Перестань!». Ведь он, будучи лидером, изо дня в день старался быть лучше, не жалея сил ради товарищей и других людей. Так он думал и совершенно не желал как-то выделяться среди прочих. Харухиро наконец-то понял, кто он такой, что за человек. Да и что плохого в неприметных личностях? Быть незаметным — это хорошо. Даже отлично. Харухиро хотел бы оставаться таким как можно дольше, если не всегда. Совершенно сонный на вид (на самом деле, нет) лидер рыскал глазами в поисках подходящего пути к башне. В голову обыкновенного парня приходили обыкновенные мысли: «Мы все еще далеко от башни, как будто и с места не сдвинулись». Как бы Харухиро ни старался, он не мог прекратить думать об этом. Не мог просто отбросить все сомнения и тревоги. Шаг за шагом, может быть, хотя бы на полшага — но они приблизятся к цели. Только нельзя сдаваться. Да и как иначе? Отступив сейчас, все равно в итоге вернешься, чтобы продолжить путь. Тихо и не спеша, не особо выдавая свое присутствие. — Они машут руками, — вдруг заметила Юмэ и помахала двумя руками силуэтам в ответ. — Юмэ думает, с ними все хорошо. Приглядевшись, Харухиро и сам заметил, что трое людей машут им. Нет, не все. Точнее, Токимуне и госпожа Анна. Миморин неподвижно сидела на земле. Точно! Тада упоминал, что мага ранили в ногу. К счастью, не тяжело. Раз они добрались до руин башни, то наверняка Миморин способна хоть немного двигаться. «Мы скоро придем. Совсем скоро! Нет, еще далеко, так? Рано или поздно мы доберемся до них. Осталось около пятидесяти метров, верно?» — повторял про себя Харухиро. — Тада! Инуи! Киккава! — Анна тянулась к ним всем своим маленьким хрупким телом, чтобы обратить внимание товарищей. Похоже, жрица больше не в силах сдержать свои чувства. Тада поправил очки на переносице указательным пальцем левой руки, а затем помахал соратникам боевым молотом. — Кх… — Инуи… прослезился? Киккава выглядел так, будто вот-вот разрыдается от счастья, но Ранта отрезвил его ударом в плечо. — Эй! — Токимуне стоял, раскинув руки по обе стороны. — Да здравствуют «Токкиз»! — Чего это он? — пробормотал Кузаку. — «Т»? — Мэри с недоумением склонила голову. — А-а… — похоже, Шихору все поняла. — «Т» — значит «Токкиз»… — О-о-о, — Юмэ посмотрела на Таду с восторгом и кивнула. — Вот оно что! Нечто вроде... как бы это сказать... эм-м-м, позы группы? — Нет, — Тада покачал головой. — Впервые такое вижу. — Я тоже… Кх… — И я никогда такого не видел! Ах! Первая буква «Токкиз»! Вот оно что! «Тогда о чем подумал Киккава в первую очередь? Ладно, без разницы. Это неважно», — одернул себя Харухиро. Миморин действительно сидела на руинах башни. Завидев Харухиро, она подняла руку в приветствии. С такого расстояния, конечно, ее лицо не разглядеть, но он был уверен на все сто, что маг смотрит прямо на него. Он чувствовал взгляд девушки шкурой. Харухиро поприветствовал ее в ответ, вскинув правую руку. Интересно, улыбнулась ли тогда вечно спокойная и бесстрастная Миморин? Вряд ли. Хотя это не очень-то важно. Верно. Без разницы. В любом случае, скоро отряд доберется до Токимуне и остальных. Прямо перед ним был довольно-таки широкий пролом, и Харухиро старательно перешагнул его. — Ох… И тут он увидел... Монстра. Голова похожая на львиную. Тело как у какой-нибудь каменной статуи. Абсолютно белый. Один-единственный глаз яростно моргает. Там, прямо под ними, огромная просторная комната. Монстр занял ее, и теперь сидит, вперив злой взгляд в Харухиро. «Ах! Вот о ком они говорили…» — промелькнуло в голове лидера. — Белый гига… Крик Харухиро оборвался: он поспешно отскочил назад. Белый гигант чуть не сцапал его одним молниеносным движением. Монстр легко… доставал до потолка. — О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о? — послышался удивленный вопль Ранты. Киккава тоже заголосил, к нему присоединились и девушки. Белая рука гиганта прошла сквозь пролом и обрушила крышу по краям. — О-отступаем, отступаем! — прокричав это, Харухиро поспешил убраться куда подальше. Плохи дела. Это еще мягко сказано! Они влипли! Если и возвращаться, то по тому же пути да еще смотреть под ноги и ступать осторожно. Но теперь не до того, все спешили убраться подальше от белого гиганта. Более того, наемники запаниковали. — Хэа-а-а-а-а… — послышался чей-то крик. Киккава? Похоже на то. Киккава исчез. Должно быть, провалился, не успев проскочить один из провалов. — Уня-я-я-я-я? — Юмэ тоже угодила в дыру, но успела ухватиться за край. — Кх! — Инуи попытался вытянуть Юмэ. Ранта, Мэри и Шихору, судя по всему, торопились ему помочь. — Черт! Киккава! — Тада нашел подходящий по размеру провал и прыгнул вслед за Киккавой. — Харухиро? — спохватился Кузаку, когда обернулся. Токимуне и девушки тоже почувствовали неладное и бросились на помощь группе Харухиро. Ужасно! Все переменилось в одно мгновение! Катастрофа случилась неожиданно. Это нечестно! Пусть Харухиро и не торопился, стараясь быть как можно менее заметным, все пошло наперекосяк. Полный разгром. Судьба жестока. Именно так обстоят дела — Харухиро четко осознавал это. Все его труды можно представить как аккуратную горку камешков, к которой он подкладывал еще и еще. Но тут что-то пошло не так, и камешки покатились, развалив гору. И все же Харухиро не пал духом. Нужно принять решение. Моментальное решение. Если совершить ошибку… нет, у лидера сейчас нет времени думать о последствиях. — Ранта, вниз! Господин Инуи, вы тоже! Помогите Киккаве и господину Таде внизу! Остальные нападут на гиганта сверху! — приказал Харухиро. — Нападать на него?… — Боишься, да, Ранта? — Ты идиот? Ничего я не боюсь! Я справлюсь! Хорошо, что Ранта идиот. И вот Инуи и темный рыцарь поспешили спуститься на этаж ниже. Белый гигант еще раз протянул руку и одним движением расширил бреши в потолке. Напасть на него сверху? А получится? Ребята уже затащили Юмэ на крышу. Токимуне и девушки все еще бегут к ним. — Пожалуйста, не делайте ничего необдуманного! — мысленно упрашивал Токимуне Харухиро, пока перескакивал с одного обломка крыши на другой, подбираясь к спине белого гиганта. — Шихору! Проверь, сработает ли магия тени! — Поняла! Оом, рел, экт, эл, вел, дарс! Вшух-вшух-вшух — троица темных, похожих на клубок водорослей, элементалей рванули в сторону гиганта и врезались в его руку. «Эхо теней». Полное попадание. На мгновение белая рука оцепенела, но только на мгновение. — Кажется, не сработало! — Фу-у-ух, — Юмэ выпустила стрелу, но та отскочила от руки гиганта. — Бесполезно! Слишком твердый! «Глаз. Его единственный глаз. Возможно, туда можно всадить клинок. Но только лишь в глаз? Как мне это сделать?» — размышлял Харухиро. — А-а! «Видимо, только так? И никак иначе?» Харухиро оттолкнулся от обломков крыши и спрыгнул на руку гиганта. Она и вправду твердая! Более того, холодная. Словно камень. В таком случае удивительно, что гигант вообще двигается. Харухиро бросился вверх по руке и вскоре достиг плеча, а потом и головы. — Ты в курсе, что это рискованно?! — послышался голос Ранты. Да, вор очень рисковал. Добравшись до морды монстра, Харухиро всадил кинжал в его единственный глаз. Черт, дело плохо! Белый гигант окончательно рассвирепел! «Может, спрыгнуть на землю? Ростом гигант чуть больше трех метров, но меньше четырех. Умереть — не умру, но точно что-нибудь сломаю», — прикинул Харухиро. Пока вор колебался, гигант раскрыл пасть и заревел: —Гро-о-о-о-оу! — с этим боевым кличем монстр протаранил ближайшую стену. Перед самым столкновением Харухиро успел перебраться на спину взбесившейся твари и кое-как спастись. Только вот гигант и не думал останавливаться. — ГРО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-ОУ!! Монстр еще раз боднул стену, и она обрушилась. Харухиро только и оставалось, что покрепче вцепиться в спину врага. Если белый гигант сбросит легкого человека, неизвестно, что с ним будет… «Вернее, я умру. Точно умру. А умру ли, если удастся остаться на спине? Короче говоря, просто чудо, что еще жив!» — На-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Вор краем глаза заметил, как Ранта набросился на белого гиганта… и в тот же миг кое-что почувствовал. Каменное нутро врага задрожало. Пусть эффект длился недолго, но его хватило, чтобы остановить монстра. Неужели это оно? Меч грома Долфин? Темный рыцарь всадил в белого гиганта Долфин? — Ух! Харухиро поспешил спрыгнуть со спины твари. Как раз вовремя: монстр быстро очухался и зашевелился. Если бы вор упустил свой шанс, вряд ли бы смог спастись бегством. Что ни говори, а Харухиро не планировал жесткую посадку. Прыгая со спины гиганта, он ударился об что-то левой рукой и приземлился на ягодицы, попутно приложившись спиной о камни. «Больно…» — только и успел подумать вор. От боли даже слова встали поперек горла. Да к тому же белый гигант все еще поблизости. Харухиро попытался перекатиться, чтобы убраться куда подальше. Без разницы, куда, но как можно дальше. Когда ему все-таки удалось скрыться за огромным обломком, вор понял, что двигать левой рукой больше не может. Да и что с поясницей и задом? Прикасаться больно, толком не проверить. Спину ломило. Что там? Кровь? Скорее всего. Хорошо, что можно дышать без проблем. Не считая левой руки, он отделался синяками и ссадинами. Левая рука… что с ней? Наверняка сломал. Тем временем белый гигант пришел в бешенство и беспорядочно метался по комнате. Что с Рантой? Инуи? Тадой? Кажется, они вступили в бой с монстром. — Хару-у-у-у! — послышался голос Юмэ. Сверху! Да, кричали сверху! Лишь спустя две секунды вор вспомнил кое-что важное. — Что с Токимуне и девушками? — крикнул лидер в ответ. — Хару?! Эм-м, пока еще не добрались. — Остальные? — В порядке! — Уходите отсюда! Бегите от белого гиганта как можно дальше! Мы встретимся с вами позже! Ранта! Господин Тада, Киккава, господин Инуи? Вы меня слышите? — Да! — тут же ответил Ранта, хоть Харухиро и не видел его. — Агась! — судя по голосу, Киккава был полон энтузиазма. — Более-менее! — чуть позже ответил Тада. Инуи решил промолчать. Или просто испарился, искать в горячке боя его бесполезно... «Простите, господин Инуи...» — мысленно извинился Харухиро, а потом отдал команду: — Юмэ! Отправляйтесь к Токимуне и девушкам! Как доберетесь, ждите нас! Ранта! Господин Тада, Киккава… господин Инуи тоже! Найдите меня и следуйте за мной! Вор помнил, в какой стороне находятся руины башни. Чтобы добраться туда, им придется пройти мимо белого гиганта. Это опасно, но выбора нет. Левая рука от локтя совсем обмякла и жутко болела, Харухиро мог пошевелить только плечом. Что ж, ситуация не из лучших, но пока терпимо. Боль в пояснице тоже можно пережить. — Идем! Вздохнув и убедившись, что лучше момента не найти, вор побежал. Гигант как раз повернулся к нему спиной, но Харухиро все равно нервничал. И не зря: на середине пути монстр обернулся. Но что делать? Теперь уже не повернуть назад и не остановиться. Только бежать вперед. Гигант быстро настиг его и почти раздавил ногой, но в самый последний момент Харухиро увернулся и отскочил в сторону. Попутно лидер заметил Ранту. И Киккаву. Где Тада? Инуи? — ГРО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-ОУ!! Нет времени их искать! Пора беспокоиться о себе, а не о других. Харухиро ранил монстра, вонзив кинжал прямиком в единственный глаз, но, кажется, это не помогло. Он что, до сих пор все видит? Или чует? Гигант упорно загонял Харухиро в угол. — Почему?! Белый гигант медленный, движения у него размашистые, но в размерах он во много раз больше любого наемника. Если сравнить скорость бега по прямой этого монстра и обычного человека, выходит, гигант быстрее. Более того, Харухиро ранен и не способен выжать из себя предельную скорость. Харухиро успел заскочить за одну из полуразваленных стен лабиринта. Почти в тот же миг белый гигант влетел в нее всем телом и обрушил ее. — Уа-а! Камни летели во все стороны и как градины били удирающего Харухиро. Гигант, погребенный под обломками стены, разметал их во все стороны и бросился в погоню за живучим человечком. — Н-н-неужели… он хочет отплатить мне за глаз? — запинаясь, пробормотал Харухиро. — ГРО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-ОУ! — П-п-плохо дело! Харухиро умрет? В самом деле умрет? Вот так просто умрет? Ему отчаянно хотелось сдаться и перестать бежать. И все же ноги несли его в сторону разрушенной башни. Может, свернуть где-нибудь? Увести белого гиганта подальше от группы, а потом… если Харухиро уведет монстра, возможно, спасет товарищей. Пусть даже ему суждено погибнуть, он сделает все возможное ради блага группы. Точно! Рано умирать! Харухиро еще способен быть полезным. Например, увести гиганта вглубь лабиринта. А после этого умереть никогда не поздно. Итак… Определившись с целью, вор собрался с силами и прокричал монстру: — Сюда! Харухиро уж было повернул налево, но вдруг… — Оке-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ей! Что случилось? Харухиро притормозил и обернулся. По-видимому, кто-то прыгнул на гиганта сверху. Из дыры в потолке. Кстати, своды здесь до странного высоки, гораздо больше четырех метров, ведь гигант мог выпрямиться в полный рост, да и над его головой оставалось метра два или около того. Получается, кто-то выпрыгнул из дыры и со звоном опустил на голову монстра меч. Каменная тварь пошатнулась. Сложно сказать, какой урон принял противник, насколько силен удар, известно одно: игнорировать такую атаку белый гигант не в состоянии. Проведя атаку, неизвестный оказался на каменном плече и со всего размаху протаранил щитом щеку монстра. — Бум-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м! Этот человек, скорее, не рубил, а колотил гиганта мечом. — Дзын-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-нь! Затем человек перескочил на руку гиганта, спрыгнул на массивное колено, а потом оказался на полу храма. Воин преодолел этот путь с грацией оленя, бегущего по равнине. — Уа-ха-ха! А вот и Токимуне! — лидер «Токкиз» несколько раз ударил мечом по щиту. — Вперед, здоровяк! Я быстро с тобой разделаюсь! — Да как это возможно?! — невольно воскликнул Харухиро, выдавая, что у него на уме. — Харухиро! — Д-да? — Ты станешь свидетелем чуда! Так что вырви глаза и гляди в оба — Если я вырву глаза, то ничего не увижу… — Придира! «Серьезно? А может это вы, господин Токимуне, раздолбай? Я рад, что вы внезапно помогли мне, но ваши поступки безрассудны!» — ГРО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-ОУ! — гигант наклонился и выбросил правую руку, чтобы достать до Токимуне. Удар! Нет, не прямой удар. Хук. — Давай, давай, дава-ай! Токимуне… не стал уклоняться. Не лучше ли увернуться? Щит. Похоже, Токимуне выставил щит, чтобы блокировать хук монстра… «Нет! Это не вариант! Безумие! Он сошел с ума!» — в отчаянии подумал Харухиро. — Ху-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у! С этим невероятным воплем Токимуне отлетел… нет! Паладин выстоял. Удар вышел мощный, гигант отбросил Токимуне примерно на метр, но тот почти сразу остановился, чуть-чуть проскользив по полу. — Ией! Та-да! Гигант не успел убрать руку: Токимуне вскочил на нее и мигом добрался до плеча монстра. Где он, черт возьми, научился так держать равновесие? Как он на такое способен? Встав на надплечье, Токимуне вновь ударил по морде противника щитом и мечом. — Бум-м-м-м-м-м-м-м-м-м! Дзын-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-н-нь! Гигант пошатнулся, но почти сразу пришел в себя и попытался схватить обеими руками верткого паладина. Слишком медленно! Токимуне уже соскочил вниз и успешно приземлился на пол, а потом начал колотить клинком гиганта по левому колену.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Получа-а-а-а-ай! — ГРО-О-О-О-О-О-О-О-О-ОУ! Белый гигант опустил правую руку, пытаясь раздавить Токимуне. Если огромная ладонь накроет человека, то ужасающий вес камня раздавит несчастного в лепешку. Токимуне со смехом отскочил назад обратным сальто. Зачем эти трюки? — Это было необязательно… — Напротив! — Токимуне подобрался к гиганту и возобновил танец щита и меча. — Потому что это было круто! Сильно и круто — одно и то же-е-е-е-е-е-е-е! — Тц! Чертов Токимуне… Это Тада! Тада явился к ним на подмогу. Все еще истекая кровью, он бежал к ним, удерживая молот на надплечье. — Крутой или нет, но сильный тут я! Смертоносное сальто! * Этот навык… Тада разбежался и, удерживая молот двумя руками, прыгнул вперед, закончив в воздухе сальто. Молот со всего размаха обрушился на врага. Нет, это точно не техника самообороны Жреца, а Воина. Ее обычно используют тяжеловооруженные наемники. Бубум-м-м-м-м-м-м-м-м-м-м! Боевой молот Тады влетел в левое колено гиганта. Монстр рухнул на одно колено, от белой ноги отлетели каменные осколки. Тада молниеносно перекатился назад, но удержаться на ногах не смог и растянулся на земле. — Угх… Много крови… потерял… — Уха-ха-ха! Не напрягайся так сильно, Тада! И-итак! — Токимуне проскользнул под ладонью гиганта, не забывая угощать того ударами мечом и щитом. Он бил еще и еще, не останавливаясь. — Хорошенько ты ему наподдал! Он замедлился! А ведь точно: теперь белый гигант хромал на левую ногу. «Смертоносное сальто» Тады оказалось эффективным. — Правда? Мы правда-правда-правда прикончим его? — зашумел Ранта. Вырос как из-под земли. — Теперь я, я, я! Теперь ведь мой выход? «Нет, отступай!» — скажи Харухиро так, Ранта все равно пропустит приказ мимо ушей. — Яху-у-у! Я тоже к вам! — крикнул Киккава. — Хару! — послышался голос Мэри. — Хару! — позвала Юмэ. — Харухиро! — прошептала Шихору — Харухиро? — окликнул его Кузаку. «Судя по всему, ребята спустились с крыши и собрались вступить в бой. Все идет к этому, да? Похоже на то. Мне это не нравится. Рука, поясница и ягодицы болят. Если угодим в стычку, нам придется выйти из нее победителями, иначе никак. Гигант замедлился, но удастся ли прикончить его?» — размышлял Харухиро. Как ни крути, но запросто с монстром они не расправятся. Белый гигант попытался схватить Токимуне сначала правой, потом левой рукой — паладин с легкостью увернулся и контратаковал, однако серьезного урона в ответ не нанес. Тада так и не поднялся с земли. Он лежал неподвижно на спине и, судя по его виду, еще долго не сможет драться. В то же время Ранта и Киккава приготовились зайти монстру за спину. Юмэ, Шихору, Мэри и Кузаку спешили к Харухиро. Левая рука разболелась и все больше беспокоила вора. «Нужно собраться с мыслями. Но о чем сейчас думать? Подкрепление. Точно! Враги рядом!. Сюда могут прийти культисты. Сейчас их нет… кажется. Нужно прикончить его! Победить! Этого белого гиганта. Но как это сделать? Боевым молотом Тады! Он ведь сбил с колена немного каменной кожи или что-то вроде того? Не совсем понимаю, что это, но шкура у гиганта очень твердая», — размышлял лидер. Получается, против врага эффективно дробящее оружие и никакое другое. Правда, Тада вряд ли сможет найти силы для второго удара. У Харухиро есть сап, который, в принципе, относится к дробящему оружию, но с ним атаку такой силы, какую продемонстрировал Тада, не провести. С коротким посохом Мэри та же ситуация. А что насчет магии? Культисты оказались уязвимы к теневой магии. Может, и гигант тоже? Но «Теневые путы» не слишком-то полезны в бою с огромным и сильным противником, поскольку не способны его удержать. Так что выбор неудачный. «Запутанные тени» могу вызвать у белого гиганта замешательство, но от них же он может впасть в бешенство и крушить все на своем пути. Нет, не годится. А если усыпить его с помощью «Призрачного сна»? После первой же атаки монстр очухается и нападет, так что не вариант. «Эхо теней» — тоже не гарант победы. — Что же делать… — бормоча под нос, Харухиро осмотрелся по сторонам, а потом задрал голову. Госпожа Анна и Миморин, наверное, где-то там. Инуи как в воду канул. Доберется ли он до группы? — Кузаку, бери его в кольцо, как остальные! Юмэ и Мэри, не подходите близко, лучше защищайте Шихору. Шихору, используй магию. Попробуй «Бурю»! — Поняла! — волшебница тут же повернулась к белому гиганту. — Ребята, отойдите на пару шагов! Парни, успевшие окружить врага, отступили, и тогда Шихору, начертав кончиком посоха знак элементаля, закончила заклинание: — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! Поскольку цель огромна, весь пучок молний угодил прямиком в белого гиганта. Чудовищный грохот — и он пошатнулся. От каменной шкуры повалил дым, монстр повернулся к Шихору... как ни в чем ни бывало! Плохо дело! Враг сфокусировался на маге и шагнул в ее сторону. — Будто бы мы… — Ранта опустил Долфин на правую ногу гиганта, — ...тебе позволим! Каменное тело затряслось. Гигантские ладони принялись хватать воздух в тщетной попытке поймать темного рыцаря. — ГРО-ОУ! — Нхо-о-о! — издав странный клич, Ранта взмахнул Долфином. Кончик меча задел средний палец правой руки монстра. Волна дрожи прошла по телу противника. В тот же миг Ранта отскочил назад, и его место заняли Токимуне, Киккава и Кузаку. Троица набросилась на гиганта, колотя его мечами и щитами по ногам и туловищу. Но сколько бы ребята ни старались, успех Тады с его «Смертоносным сальто» они повторить не сумели. — ГРО-О-О-О-О-ОУ! — Хо! — крикнул Токимуне — На, на, на! — подбадривал себя Киккава. — Ха-а! — издал боевой клич Кузаку. Но белого гиганта не смутил их натиск: белые руки разогнали наемников в один миг. Токимуне, Киккаве и Кузаку пришлось пригнуться. Такими темпами разве победишь? — Харухиро! — окликнул вора Токимуне, попутно уворачиваясь от правого хука гиганта. — Раз я старший, то научу тебя секретному способу победить любого врага! — Что еще за «секретный способ»? — Фокусировка! — А? — Нужно сфокусировать атаку! Пятеро проводят пять атак по одной цели! Десять — десять! Выкладываться надо на полную! Это и есть фокусировка! Вот и весь секрет! — Понятно, — пробормотал Харухиро, чувствуя себя дураком, раз поверил, что Токимуне посоветует что-нибудь годное. «В чем смысл фокусировки? Ведь просто вкладываешь все силы в одну атаку. Да кто угодно додумается до этого! Разве не очевидно? Вопрос в в другом: а на чем фокусироваться? Как именно? Сфокусированная атака... Сфокусировать атаку...» — Миморин! Постарайся! — услышал Харухиро. Да… Этот голос, манера речи… Сомнений нет, здесь госпожа Анна. Вскинув голову, Харухиро обнаружил неподалеку Миморин: Великанша спускалась с крыши и застряла в дыре. Скорее всего, из-за огромной груди она не могла протиснуться. Нет… погодите… Все-таки смогла! И свалилась вниз. — Мняя, — приземлившись на зад, Миморин вскрикнула милым голоском, а затем застонала, жалея себя. — У-у-у… Наверняка посадка оказалась для нее жесткой и болезненной. — Ми-ми-миморин? — позвала госпожа Анна, собираясь спуститься вслед за магом. Кстати, у жрицы ведь тоже впечатляющих размеров грудь, но телосложение гораздо меньше Великанши. Похоже, именно поэтому Анна протиснулась в дыру без всяких приключений. — А ю окей? Ты в порядке? — В порядке, — Миморин, опираясь на посох, с трудом встала и достала меч. Точно… Ведь раньше Миморин была воином, вот и носит с собой меч. Но что она собирается сделать, сжимая в левой руке посох, а в правой — меч? Порыскав глазами, Миморин, кажется, нашла то, что искала, и захромала к остальным. Неудивительно: ее ранили в ногу, а затем девушка умудрилась свалиться с большой высоты и приземлиться на ягодицы! — Постой, здесь опасно! — попытался предупредить Харухиро. Похоже, Миморин решила тоже выйти против гиганта, чтобы участвовать в сфокусированной атаке. Почему все наемники «Токкиз» так безрассудны? Сфокусироваться на чем-то… Тем временем Харухиро изо всех сил пытался придумать план, но тщетно. Да сами попытки заколотить гиганта до смерти нелепы! Для начала, зачем они вообще полезли в драку и пытаются убить гиганта? Хватит и оглушить, чтобы выиграть время для побега. В остальном нет необходимости. — Ранта! Продолжай колотить ногу гиганта мечом грома, которым ты так гордишься! Остальные фокусируются на глазе! Он все еще видит! Ослепляем и бежим! Все жалобы потом, сейчас следуем приказу! Итак, вперед, Ранта! — Хорош строить из себя важную шишку, когда ты всего лишь Парупиру! — огрызнулся темный рыцарь, но на врага напал. Осыпая гиганта ударами, Ранта крикнул лидеру. — Когда закончим, лучше тебе поблагодарить меня со слезами на глазах! «Ни за что! Благодарности от меня не дождешься! Разве что похвалю, если справишься», — устало подумал Харухиро. — Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе! Вот тебе-е-е-е! — Ранта почти не дышал, сфокусировав внимание на ударах. Каждая атака приходилась на левую ногу, и от каждого попадания по телу монстра расходилась волна дрожи. Бр-р-р! Бр-р-р! Бр-р-р! Бр-р-р! Бр-р-р! Тело монстра содрогалось недолго, но удары наносились сериями, отчего казалось, что белого гиганта взял паралич. Он не мог и пальцем пошевелить! — Фуна-а! — Юмэ натянула тетиву составного лука и выпустила стрелу. Охотница посылала в сторону врага стрелу за стрелой. Она применила типичный навык лучников — «Скоростную стрельбу». При текущем уровне навыка Юмэ постоянно промахивалась в соотношении «две в цель — три мимо». Но все же охотнице удалось утыкать единственный глаз гиганта стрелами. Результат настолько поразил Харухиро, что он невольно подумал: «А не случайность ли это?». — Харухиро-о-о! — Токимуне снова забрался на гиганта. — Похоже, ты освоил секретный способ! Теперь черед моей супер атаки! «Порхай как пантера, жаль как касатка»! «Вы где-то ошиблись. Должно быть, вы хотели сказать «Порхай как бабочка, жаль как пчела». Но какой смысл поправлять Токимуне? Он все равно не запорхает ни как пантера, ни как бабочка, да и не будет жалить подобно касатке или пчеле. Паладин просто забрался на надплечье белого монстра и с усердием принялся тыкать мечом в единственный глаз врага. — И я! И я! Я тоже! — Киккава попытался забраться на гиганта, но не смог. Кузаку лишь помотал головой: «Нет, я не смогу» — будто говорил он. Харухиро и не настаивал. Пусть он отдал приказ всей группе, но в действительности одного Токимуне предостаточно. При таком раскладе раненая Миморин остается не удел. Подбежав к волшебнице, Харухиро легонько похлопал ее по спине. — Все, ты сделала достаточно! Нужно бежать, Миморин! — А… — Миморин опустила взгляд и посмотрела на Харухиро в упор. — Угу. Вор махнул рукой, подавая сигнал к побегу. — Уходим! Уходим! Господин Токимуне, спускайтесь! Киккава тоже! — Зуа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — внезапно павший Тада восстал и резво помчался к гиганту. «Да хватит уже!» — чуть не сорвалось с языка Харухиро, однако он не успел вымолвить ни слова. Жрец прыгнул вперед, закончил сальто и со всего размаху опустил молот на правое колено гиганта. — Смертоносное са-а-а-а-альто! Гигант рухнул на колено с оглушительным грохотом. Тада и так качался на ветру, но тут его тело опасно накренилось, и жрец сел там, где стоял. — Ну как? Я тут самый сильный… Хе-хе… Серьезно? Его только это волнует? — Ну-а-а-а-а-а! — Ранта, отступив на пару шагов, вонзил меч в землю. — Уф…уф... уст… устал… Черт… Он что, умаялся? Гигант попытался подняться. Распрощавшись с мечтой залезть на гигантского монстра, Киккава подошел к Таде, перекинул его руку через плечо и помог подняться, чтобы увести подальше от врага. — Тада-ти! Ты можешь идти? — ...амо собой! Это ведь я! Токимуне с легкостью спрыгнул на землю. — Госпожа Анна! Нужно уходить! Вы знаете дорогу? — Естественно! — Анна все еще лезла по груде обломков, не спеша спускаясь вниз. Под конец она спрыгнула на пол. — Следуйте за госпожой Анной! Летс гоу! Все будет хорошо? Харухиро немного беспокоился, поскольку не знал, каким путем нужно идти. Нет выбора, придется довериться госпоже Анне. — Ранта! — Кузаку потянул товарища за собой. — ГРО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-ОУ! Белый гигант хотел было кинуться в погоню и поймать увертливых людишек, но те повредили ему обе ноги. Он заревел от боли и присел. Судя по всему, для его коленей два «Смертоносных сальто» — более чем достаточно. Харухиро быстро переглянулся с Юмэ, Шихору и Мэри: — За госпожой Анной! Все как одна кивнули. Госпожа Анна и Токимуне повели группу наемников. Следом за ними шли Юмэ, Шихору и Мэри, затем Кузаку, Ранта. Киккава, Тада, и, наконец, Харухиро и Миморин. Наемники старались как можно быстрее выбраться из лабиринта, но всю группу задерживали Тада и Миморин, не способные бежать из-за слабости и ран. Ранта тоже плелся еле-еле. Эта троица может лишь быстро шагать, большего от них не добьешься. Миморин убрала меч в ножны и шла, используя посох как трость. Очевидно, ей больно опираться на левую ногу: та ослабла, а рана кровоточила. Раз Миморин хромает на левую ногу, Харухиро мог бы придержать девушку, позволив ей опереться на правое плечо. Так они пойдут быстрее. К счастью, вор сломал левую руку, а не правую, так что в текущем состоянии он справится. Сложись все иначе — проблем бы стало куда больше. Харухиро проскользнул под руку девушки и обхватил ее талию здоровой рукой, позволяя опереться на свое плечо: — Держись! Миморин ничего не ответила. Харухиро взглянул ей в лицо: маг кусала губы, стараясь изо всех сил не заплакать. А белый гигант не унимался: он одним ударом смял стену позади себя, и, выхватив из груды обломков камень, метнул его в беглецов. Затем еще один и еще. К счастью, ни один из валунов не достиг цели. Пока Харухиро вел Миморин, он чувствовал некоторую неловкость. Да, так случилось, что его группа стала партнером «Токкиз», и они вместе исследовали Сумеречный мир… Затем «Токкиз» предали ребят Харухиро, решив исследовать неизведанную местность в одиночку и так прибрать себе всю славу первооткрывателей. И когда Киккава явился, умоляя спасти Токимуне и остальных, Харухиро не смог ему отказать, поскольку все равно считал наемников «Токкиз» товарищами. Теперь же, когда так много пройдено, Харухиро намерен спасти каждого. Спасти всех, кого еще можно спасти. И не кого-либо конкретного, а всех наемников «Токкиз». И Миморин, естественно, тоже. Только и всего. Поэтому его помощь Великанше — всего лишь часть грандиозного плана по вызволению «Токкиз». Пусть Харухиро и руководствуется этой логикой, не помешало бы объяснить ее Миморин. Но не сейчас, да? Сейчас не время. — Эм-м… Миморин. Г-господина Инуи нигде нет. И никаких вестей. — Ах! — Он в порядке? А, ну, скорее всего, нет… — В порядке. — А? — Я так думаю. — Д-да? — Он упертый. Инуи, — лицо Миморин снова приняло бесстрастное выражение. — Он как таракан. — Хэ-э… — Но таракан милее Инуи… «Нет… Уверен, тараканы совсем не милые!» — опешил вор, но вслух этого не сказал. А если бы сказал, то что? Миморин все равно бы не поняла, о чем он. Харухиро смутно догадывался, что он в принципе не найдет с этой девушкой общий язык. Ну и что с того? В этом нет никакой нужды. Да и Харухиро не особо рвался понимать Миморин. В любом случае, сейчас не до того. Такие вещи не имеют значения. Сначала им нужно выбраться из руин лабиринта. А потом убраться куда подальше от Сумеречного мира. Ведь когда наемники окажутся под божественной защитой Люменеса, заклинания исцеления снова будут доступны. Подлатав друг друга, «Токкиз» и группа Харухиро смогут вернуться в городишко — наблюдательный пункт Алтаны. А что дальше — без разницы. — Май гад! — госпожа Анна ни с того ни с сего застыла на перекрестке. Делать нечего: остальные тоже встали как вкопанные. — Эй-эй-эй-эй, госпожа Анна! — брызжа слюной завозмущался Ранта. — Шат за фак ап! — жрица резко обернулась и, судя по всему, осадила темного рыцаря одной меткой фразой. — Окей! Идем! Литл бит ошиблась! Ничего страшного! — Ты уверена… — пробормотал Кузаку. — Ребята, — Токимуне вскинул большой палец и одарил всех и каждого блистательной улыбкой, выставив напоказ белоснежные зубы. — Ну же, поверьте в госпожу Анну! Уверен, мы станем свидетелями чуда! Да, именно чуда! Без сомнений! Похоже, Токимуне нравится верить в чудеса. Вору так и хотелось брякнуть что-то вроде: «Чудом называется то, что не случается каждый божий день!», но он вовремя передумал. Для споров Харухиро был слишком напряжен и встревожен. Вдруг впереди показались культисты. Еще две группы врагов выскочили из левого и правого коридоров. — Куда, госпожа Анна?! — крикнул Токимуне. Жрица показала пальцем налево. — Туда! Мэй би… Абсолютли! Абсолютно, да? — Ты нас спрашиваешь… — слетело с языка Харухиро. Жрица бросила ему испепеляющий взгляд. — Раз-два-три-четыре… — Токимуне с ленцой принялся считать культистов. — Что ж, раз бегать от них намаешься, придется с ними разделаться! Паладин не досчитал врагов и вступил в бой. Теперь уже ничего не поделать, придется сражаться. Факт. Харухиро отошел от Мимори, попутно проверяя, как работает левая рука. Болит. И сильно! Харухиро вытащил кинжал правой рукой. Впереди пять культистов, справа — четверо. Много. Более того, может заявиться подкрепление. — Оом, рел, экт, эл, кром, дарс! Шихору начертала кончиком посоха символ теневого элементаля и завершила заклинание «Теневого тумана». В воздухе материализовался теневой элементаль, похожий на плотный туман, и поплыл к культистам справа. Это сработает… должно сработать. Туман накрыл противников. Заклинание подействовало? Культисты рухнули на пол. Хорошо бы Шихору усыпила культистов в левом и правом коридоре, но не выйдет: враги подобрались так близко, что маг попадет по своим же. — Ва-ау, Харухиро! Как хорошо, что вы пришли за нами! С этими словами Токимуне бросился вперед и атаковал ближайшего культиста. Паладин увернулся от копья и нацелился на прореху для глаз на мантии противника. Культист отпрянул, но Токимуне пошел на сближение и сбил врага с ног, попутно обрушив «Удар щитом» на другого культиста слева. После этого маневра Токимуне атаковал мечом культиста справа. — Я на всю жизнь в долгу перед тобой! Люблю тебя, Хару-ти! Киккава бросился помогать Токимуне. Сам лидер «Токкиз» совершенно забыл о своей роли паладина: он ломился вперед и крушил всех врагов подряд без разбору. Киккава же работал в этой неразберихе как танк, стягивая на себя оставшихся противников. — Я отдыхаю, — сказав так, Тада обрушил на одного из культистов серию ударов, орудуя вовсю боевым молотом. Миморин выхватила меч и встала перед госпожой Анной. — Вперед! Кил зем ол! Убейте их всех! — похоже, в бою госпожа Анна может только подбадривать остальных. — А-а-а, страшно! — пожаловался Кузаку. Пусть и с ропотом, но паладин бросился на культистов слева, те ощетинились копьями. Кузаку можно понять: у парня есть крепкий щит, но ему все равно страшно кидаться на такую толпу врагов. Тут любой будет колебаться. Удары наконечников сыпались на щит градом, но Кузаку все-таки сумел подобраться к одному из культистов и уже замахнулся мечом. Выпад! Четверка культистов прекратила свой натиск и замерла в оборонительной позиции. — Без паники! — откуда ни возьмись появился Ранта и накинулся на остолбеневших культистов. — А вот и я! Секретная техника: Танец Долфина! В воображении Харухиро тут же нарисовалась следующая картина: целый косяк дельфинов с грацией выпрыгивает из воды. Дельфины... Морские создания... С тех пор как они прибыли в Гримгар, Харухиро ни разу не был на море. И все же вор откуда-то знал о море. Более того, мог его представить. И про дельфинов тоже знал. Может, в прошлой жизни Харухиро был на море и видел дельфинов? Что ни говори, а атака Ранты не имела ничего общего с дельфинами. Ранта колол культистов одного за другим — каждого прошила дрожь. Их строй рассыпался, и тогда темный рыцарь осмелел и принялся атаковать еще настырнее и наглее. Конечно, Долфином врагов не рассечь, но после каждого укола культисты долго бились в судорогах, не способные даже стоять. Ранта взял на себя контроль над врагами, а Кузаку пошел в наступление. — Прицел * ! Затем… Острый глаз * ! — Юмэ вложила стрелу в составной лук и взяла на прицел противников. Охотница применила специальные навыки, улучшающие ее стрельбу из лука. «Прицел» — это одновременно особое упражнение для глаз и контроль дыхания. Кроме того, эта техника позволяет следить за микродвижениями тела, отчего повышается шанс точного выстрела. «Острый глаз» — специальный навык, помогающий лучше целиться в движущиеся мишени. Охотница спустила тетиву. Стрела влетела прямиков в глаз одного из культистов. — Отлично, Юмэ! — воскликнул Харухиро, не скрывая восхищения. Сам вор бросился к культистам, которых сразила магия Шихору. — Мэри, позаботься о Шихору! — Да, предоставь это мне! Харухиро все еще не мог пользоваться левой рукой, но у него осталась подвижной правая, а значит, он способен выполнить задачу. Он должен справиться! Необходимо добить культистов, которых погрузила в сон Шихору. Вор вонзил кинжал в глаз культиста. Никаких лишних движений: взять клинок обратным хватом и с размаху опустить в прореху робы, чтобы лезвие вошло как можно глубже. Затем провернуть и вытащить. Вонзить, провернуть, вытащить. И так с каждым противником. Выполняя эту нехитрую работу, Харухиро ничего не чувствовал. Все эмоции угасли. Вор глядел на мир совершенно сонными глазами. С тремя культистами покончено. Осталось двое. Нужно поторопиться! К нему уже бежали культисты — подкрепление из коридора впереди. Угроза прямо здесь, буквально за углом! И культистов много — не двое, а... трое? Да, у врага подкрепление. Харухиро ожидал чего-то подобного. Но разработать хоть какие-то контрмеры не успел. Да и что он мог? А ребята заняты сражением. Вряд ли кто-нибудь придет на помощь. Маловероятно, что он справится с легкостью. — Хару? — окликнула его Мэри. Похоже, жрица заметила, что лидер в опасности. Скорее всего, Шихору у нее за спиной уже готовит какое-нибудь заклинание, чтобы помочь. Она успеет? Кто знает. Может быть. В сторону Харухиро уже выбросили копье, и вор блокировал атаку «Скользящим ударом». Ему удалось отбиться чудом. Но вот еще один выпад копьем! Еще и еще! «Выходит, мне от них не отбиться, да?» — прикинул ситуацию Харухиро. Напрягая каждый мускул и нерв, он приготовился к обороне. Приготовился к самому худшему. Сдаваться нельзя, нужно думать! Что же ему делать? Времени нет! Он должен отдать последний приказ! Ведь он все-таки лидер. Нет, никаких идей. Пожалуй, в такой ситуации ничего не выйдет, так? Не стоило забивать себе голову. «Скользящий удар» не отвел очередную атаку. Наконечник копья пропорол правую руку от локтя до запястья. Хватка предательски ослабла, и Харухиро чуть было не выронил кинжал. Тогда вор перехватил слабой рукой оружие и попытался «Скользящим ударом» отвести копье. Каким-то чудом ему удалось. Наверняка следующую атаку отбить будет сложнее. Нет, попросту невозможно. Пусть так, но Харухиро не собирается стоять столбом и ждать, когда умрет. Вор снова выставил «Скользящий удар» против копья культиста, но промахнулся. — Кх! Он появился внезапно. Мужчина с повязкой на глазу. Он оказался за спиной культиста, который уж было пронзил Харухиро копьем. Волосы нежданного спасителя, обычно собранные в хвост (его визитная карточка), теперь растрепались. И все же Инуи оставался собой. Он обхватил голову культиста и одним четким движением свернул набок. Харухиро показалось, что нечто подобное он уже видел. Один из эффективных способов убийства. Похоже, Инуи сломал культисту шею. Умер ли тот мгновенно — неизвестно, только тело обмякло и осело на землю. Заметив Инуи за спиной, двое культистов на миг остолбенели и отреагировали поздно: охотник уже достал два палаша. Один из них вошел точно в глаз первому культисту, другой успел увернуться, отклонив голову на бок. Он оставил спину открытой… Культист стоял вполоборота, по большей части спиной к Харухиро. И тогда вор увидел ту самую сияющую линию. Линию! Харухиро метнулся вперед и оказался так близко, что практически дышал в ухо противника. Пятка вора вошла под коленную чашечку культиста: тот зашатался, потеряв равновесие. Харухиро захватил шею врага локтевым сгибом: да, левой кистью не пошевелить, но рука до плеча все еще работает. Таким образом вор повис на теле врага, а затем, едва удерживая оружие слабыми пальцами, вонзил кинжал прямиком в глаз. Культист несколько раз дернулся, но потом затих. Умер? Харухиро больше не мог сжимать пальцами кинжал и, обессилев, выпустил оружие, а потом и культиста: тот растянулся на земле. — Уф… — выдохнул вор. Ему казалось, что он вот-вот заплачет. Правая рука повисла плетью. — Кх… — Инуи подобрал кинжал и поднес к носу Харухиро. — В конечном счете ты легко отделался, так? «Нет, ты ничего не знаешь! Что ты вообще несешь?! Ты идиот?! И вообще, как ты выжил? Ты и правда упертый. Действительно, как таракан! Как так вообще вышло?» — хотелось кричать вору. — Я думал, вы мертвы, — Харухиро пришлось взять кинжал правой рукой, которая буквально горела от боли. Он больше не чувствовал пальцев. — Рад, что ошибся. — Конечно, ведь меня называют «Бессмертным Инуи»... — Вы сами это придумали? — Настало время высвободить мою истинную силу… — Вы даже не слушаете меня… — Кх… — Инуи стянул повязку с глаза и отбросил в сторону. — Теперь мой выход… Его левый глаз… на месте. Значит, никакой раны, ничего такого у него не было! Тогда зачем натянул повязку? — Следуй за мной, Харунире * ! Казалось, Инуи решил уйти восвояси, но этот странный тип двинулся в сторону лежащих на земле культистов и в один миг прикончил их. Те едва успели оправиться от заклинания Шихору. Вор не понимал, что творит безумный охотник, но выбора не было: пришлось довериться Инуи. — Я не Харунире, а Харухиро! Тем временем Токимуне и остальные продолжали давить на врагов, стараясь расправиться с пятью культистами сразу. В свою очередь Ранта и Кузаку прикончили двух противников из четырех. Инуи неслышно подобрался к культистами, но не к тем, с которыми сражался Токимуне, а к тем, с кем бился Ранта. Охотник в одно мгновение оказался между двумя культистами и вогнал палаши в прорехи для глаз. — Ха-а? — Сто… Какого черт… Инуи?! Кузаку и Ранта были в шоке. — Недоумки… — когда мужчина средних лет вынул клинки и обернулся, на его лице красовалась дьявольская ухмылка. — Склонитесь предо мной и моей истинной силой!.. Я есть Инуи! Дьявольский Инуи! — Началось… — госпожа Анна хлопнула ладонью по лбу. — А, ладно. Эй, следуем за Королем демонов Инуи! Король демонов Инуи! Гоу! — Ха-ха-ха! — рассмеялся Токимуне. Паладин опрокинул последнего культиста и воткнул ему в глаз меч. — Эй, Инуи! Значит, ты выжил? Да еще и вошел в этот режим? Придется смириться с этим! Харухиро, позволь Инуи делать то, что хочет! В таком состоянии его не остановить! «Да тут не остановить не только Инуи! Да разве вас остановить, когда вы творите что хотите?» — устало подумал Харухиро. Инуи рванул в правый коридор. — Идем за ним! — крикнул остальным вор. «Без разницы. Будь что будет. Может, это даже сработает», — решил Харухиро. Если ситуация ухудшится, его ребята оставят «Токкиз» и сбегут. И в этом случае Харухиро не будет мучить совесть. Ладно, может, и будет… А… нет, точно не будет! «Токкиз» не имеют права на обиды, ведь Харухиро и его товарищи сделали для них предостаточно. Более, чем достаточно! Нет, даже больше, чем следовало. Впоследствии Харухиро так и не смог припомнить, сколько культистов они прикончили. В дьявольском режиме Инуи был безумно силен. Токимуне тоже держал темп. Киккава не отставал от старших товарищей. Ранта сильно шумел. Кузаку старался изо всех сил. Госпожа Анна время от времени заводила их бог весть куда. Юмэ, Мэри, Шихору по очереди помогали идти Харухиро и Миморин. Когда они вышли из руин лабиринта, Инуи вдруг рухнул на землю. Оказалось, что Инуи не просто безумец с всклокоченными волосами, но и одна сплошная рана. Просто чудо, что он мог двигаться с такой невероятной скоростью и убивать врагов. Когда Мэри, госпожа Анна и Юмэ предложили ему помощь, он даже не пошевелился, но стоило Шихору (с крайней неохотой) попросить его, как этот чудной с радостью согласился. Тада, Миморин и сам Харухиро плелись за остальными из последних сил. Как бы тяжко им ни было, а дойти до холма, с которого они спустились в этот мир, придется. Пока Харухиро шел в бреду, он дважды или трижды видел вдалеке фигуры Манато и Могузо. Однажды ему показалось, что на него смотрит какая-то девушка… Чоко? Когда же Харухиро напряг зрение, силясь понять, кто это, он никого не увидел. Лишь Токимуне и остальных «Токкиз», которые уж было собрались погнаться за одноглазыми собаками. «Да оставьте их в покое...» — кажется, именно это он собирался сказать. Или сказал. А может и нет. Может, это сказал кто-то другой. — О-о-о! Смотрите! — завопил идиот-Ранта. Что за придурок! Харухиро рассеянно поглядел по сторонам, выискивая темного рыцаря. Тот указывал пальцем на что-то впереди. Вор перевел взгляд, пытаясь понять, что заметил Ранта. — Плохо дело… — пробормотал то ли Кузаку, то ли кто-то другой. — Похоже на то, ха-ха-ха! — рассмеялся кто-то. Пожалуй, Токимуне, кто же еще? Впереди маячил гигантский силуэт, напоминавший видом гору. Белый гигант, с которым они сражались руинах лабиринта, не превышал четырех метров. Еще группа Харухиро видела великана в Ветреных Пустошах. В тот раз ребята не на шутку удивились, но громадина на горизонте Сумеречного мира по-настоящему впечатляла. Пожалуй, расстояние до этого исполина — несколько сотен метров, и все равно даже сейчас кажется, что он размером с гору. И эта гора медленно вышагивала по долине. — Когда-нибудь я прикончу его… — произнес кто-то. Должно быть, Тада. Это невозможно! И вообще, как он собирается это сделать? Неизвестно. Харухиро совершенно не представлял, как можно провернуть такое дельце. Но тут его сознание померкло, и почти всю дорогу назад он пропустил. Харухиро очнулся в тот момент, когда его группа пряталась за каменными столбами, отбиваясь от культистов. Мэри отгоняла нескольких из них коротким посохом. Харухиро только и мог, что отползти куда подальше. Он частенько терял сознание, а когда приходил в себя, понимал, что опирается на чье-то плечо и бредет куда-то. Боль не ушла, но Харухиро мог хотя бы передвигаться на своих двоих, в отличие от Миморин. Кто-то перевязал ему правую руку, повязка намокла и была бурой от крови. Так кто же перевязал его? Да и спина давала о себе знать. Правда, поясница вообще ничего не чувствовала, но в том месте ощущалась странная свинцовая тяжесть. — Эй, не умирай! — сказал ему Ранта с серьезным видом. Это сон? Или реальность? — Будто бы я могу умереть и оставить вас… — проворчал Харухиро. «Что за бред я несу?» — отстраненно подумал вор. — «Нет. Это какая-то ошибка! Почему я должен умереть раньше Ранты? Что за глупости! Если судить по нашим стилям жизни, это Ранта помрет раньше меня. Я не позволю себе умереть! Никак не раньше Ранты!» — вот что хотел сказать лидер. Когда Харухиро очнулся и увидел перед собой тот самый холм, с которого они спустились в Сумеречный мир, парня тащил Киккава. «Все в порядке, не стоит так напрягаться из-за меня…» — хотел сказать Харухиро, но не мог вымолвить ни слово. Для этого ему не хватало сил. Наконец наемники вернулись в пещеру и вновь оказались под божественной защитой Люменеса. Мэри воспользовалась «Таинством» и вылечила Харухиро. Заклинание сработало сразу: боль ушла, оставив только свинцовую тяжесть, а сознание прояснилось. В конечном счете вор повстречался в богиней по имени Облегчение. — Все… в порядке? У группы «Токкиз» два жреца: госпожа Анна и Тада, но «Таинство» ни один из них почему-то не выучил. Так что Мэри помогла и ребятам Токимуне. — Невероятный опыт! — выдохнул Кузаку, усевшись на полу и опираясь спиной о каменную стену. — Нет, просто ужасный… — Честно говоря… — Мэри присела рядом с Кузаку. — С меня хватит… — Угу, — подтвердила Юмэ. Она зачем-то обнимала фонарь. Охотница выглядела сонной — Такого один раз в год предостаточно. — Не думаю, что хотела бы повторить такое через год… — Шихору тоже казалась вымотанной. — Слабаки-и, — Тада указательным пальцем левой руки поправил очки. — Конченные слабаки! Вот поэтому в этом мире никогда никем и не станете! Взяли бы пример хотя бы с нас! — Нет, спасибо, — отрезал Харухиро. — А?— Тада цокнул и косо посмотрел на вора свысока. — Ну, в этот раз вам была оказана честь помочь нам, и вы приняли ее, поэтому на вашу долю выпало многое. Поразмыслите над полученным опытом, и тогда сможете вырасти над собой. Если вы на это не способны, то не стоило и оказывать вам такую честь! — Эм-м, господин Тада, почему вы такой высокомерный? — Наверное, потому что я лучше тебя? — Разве? — Что ты сказал, Харухиро? Думаешь, ты лучше меня? — Не-а… мне без разницы. — Я-ха-ха-ха, — рассмеялся Киккава. — Типичный Хару-ти. Мне нравится эта твоя сторона, знаешь ли? — Угу. Я немного задивую * твоей тривиальности, — обронил Харухиро. — Ура-а! Мне завидуют! Ией, ией! Госпожа Анна, госпожа Анна, вы слышали, да? Слышали? Слышали? Мне завидуют! За… тривольность? Триважность? За невероятную тривиальность! Я — супер тривиальный! — Киккава скорее не тривиальный, а шаллоу! Верно? — А? Что это, что? Что еще за «шаллоу»? Что?! — Тупица! Хочешь умереть? Шаллоу — это легкомысленный! Вот что! — Ва-а-у! Легкомысленный? Вот оно что! Легкомысленно-тривиальный! Это что-то высококлассное? Моя ценность возросла? Или я стал бесценным? — Ценность Киккавы форева зеро! — А-а? Не множится, не делится как ноль? Постоянная навеки? Уа-а, госпожа Анна так сильно ценит меня! Поверить не могу! Я так счастлив! Я сейчас заплачу! Жизнерадостность Киккавы выходила за все мыслимые и немыслимые границы. Странно замечать такое раз за разом, ведь, по сути, это его извечная черта. По крайней мере, Харухиро это больше не впечатляло и даже не изумляло. Он боялся этого безумного парня. «Он такой беззаботный, что это просто пугает! Как ни крути». Сколько бы вор ни изучал поведение Киккавы, он все равно не мог понять, почему тот всегда в хорошем настроении. — Кх… — Инуи поднялся, с трудом доковылял до Шихору и встал перед ней. Хоть он и выбросил повязку, но почему-то прикрыл левый глаз. Может, он так «запечатал» свою истинную силу? Похоже, этот тип тоже идиот. — Я хочу дать тебе великую привилегию… Привилегию стать моей женой… Кх… — О-отказываюсь, — заикаясь, ответила Шихору. — Мне нравятся застенчивые девушки. — А мне… не нравятся такие мужчины, как вы… — Я тебе не… нравлюсь? — Да. — Но в то же время ты… меня не ненавидишь? — Не сказала бы, что ненавижу… — Значит и не нравлюсь, но не ненавидишь? — Эм-м… ну…так... — Понятно, — Инуи развернулся. — Рано или поздно ты тоже поймешь… Скрытая правда в том, что... Кх… — Не хочу даже знать… — Га-ха-ха… Га-га-га… Ха-ха-ха-ха-ха! — загоготал Инуи и… вышел из пещеры. Прямиком в Сумеречный мир. — А… — Харухиро бросил беспомощный взгляд в сторону наемников «Токкиз». — Ничего, что он ушел? В одиночку? — Все нормально, а-ха-ха-ха, — махнув рукой, Анна рассмеялась. — У него ведь брокен харт? Он шокирован, так что лучше оставить его в покое. — Но ведь там опасно… — Думаю, он не умрет! — улыбнулся Токимуне и зачем-то подошел к Харухиро. Демонстрируя ряд белоснежных зубов, паладин протянул вору правую руку. — Кстати, спасибо, Харухиро! — Да нет… — вор робко пожал Токимуне руку. — Меня смущает лишь одно: вы пытались присвоить всю славу первооткрывателей себе. — А-ха-ха! Об этом не беспокойся! — Я уже догадался, что если буду беспокоиться, ничего хорошего не выйдет… — Именно! Не держи на нас зла! Прости нас! — Может, вам стоит хотя бы извиниться? — Эй, — Токимуне перестал трясти руку Харухиро и похлопал его по щеке. — Для слабака ты больно часто высказываешь свое мнение. — П-прекратите, пожалуйста! Прекратите меня трогать… — Хоть ты и просишь прекратить, от этого прекращать совсем не хочется, знаешь ли! Наоборот! — То-тогда не прекращайте! — Хорошо. Не буду. — А-а-а… — Что это за «А-а-а...»? Не вынуждай целовать тебя! — Серьезно, хватит! — Нельзя! Вдруг между ними выросла Миморин. Явилась ни с того ни с сего. Хотя причины-то понятны… Волшебница схватила Харухиро и утащила его в объятиях подальше от Токимуне. Словно какую-то вещь. Но Харухиро-то не вещь! — Целовать нельзя! Это мое! — С каких пор я стал вашим? И вообще… отпустите!.. — Ва-ха-ха! — Токимуне поднял большой палец вверх. — В любом случае, мы у тебя в долгу, Харухиро. В неоплатном долгу. Я порой забывчивый, но обычно такое не забываю. — «Обычно», да. Но ведь это ничего не гарантирует! — Редко забываю. — Ладно. Неважно. Как хотите… — Если что понадобится, проси когда угодно. Ради вас мы, «Токкиз», ногу сломим, даже две. А вот деньги одолжить не можем. Но вот наши жизни — пожалуйста. — Для вас деньги ценнее жизни? — Нет. Деньги все усложняют, верно? Мне это не нравится. Я из тех, кто скорее отдаст деньги, чем одолжит. Поэтому, если нужны деньги, лишь попроси, я отдам все, что есть. Хоть у меня нет сбережений. — Нет? — Угу. Нет. — У меня тоже, — добавил Тада таким тоном, будто объясняет очевидное идиоту. — У меня ведь тоже? Почти по нулям? — задумчиво произнес Киккава — У меня нет, — заявила Миморин. — У госпожи Анны есть! Сколько же там, пятьсот золотых?! Кья-ха-ха-ха! Итс джок! Где-то около тридцати серебряников? Интересно, а у Инуи, который ушел бродить по Сумеречному миру, тоже нет сбережений? Ладно, не важно. Пытаясь выбраться из цепких объятий Миморин, Харухиро ловил на себе взгляды Кузаку, Мэри, Юмэ и Шихору. Каждый из них был в шоке от происходящего. «Токкиз»… Да они куда хуже, чем кажутся! Да как они вообще выживали все это время с такими абсурдными привычками?! Да еще умудряются жить припеваючи, не то что остальные наемники! Значит, таков их стиль жизни? Пусть Харухиро не мог с уверенностью утверждать, но догадывался: осуди этих ребят, и они даже не почешутся. Наверное, Ранта относительно похож на наемников «Токкиз». Кстати... «Что-то не так. Слишком он тихий», — стоило лидеру об этом задуматься, как темный рыцарь подскочил будто ошпаренный и завопил во всю глотку: — Харухиро-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — А-ай… Черт его знает, почему он так всполошился, но Ранта… Ранта легонько ткнул в щеку Харухиро мечом грома. — Ч-что ты делаешь… А, просто укол? — Я знал, мне не показалось… — Ранта закинул Долфин в угол и рухнул на колени. Нет, он не собирался бить челом и умолять Харухиро о прощении. Просто Ранта… испытал великое горе. — Черт… Какого черта… Серьезно? Серьезно? Все действительно так?! — Ч-что не так? — Все хорошо, хорошо, — Миморин так и не выпустила Харухиро из объятий. — Что-что… — Ранта стукнул кулаком по земле. — Мой… Меч грома Долфи-и-и-и-ин! Его шокирующий эффект! Он исчез! По пути назад, когда я бил культистов, я подумал, что с ним что-то не так! — Хэ-э-э… — Киккава поднял Долфин и прикоснулся к лезвию. — Что это? Неужели у него есть предел по числу ударов? — Мне обещали не это-о-о-о-о-о-о-о-о-о! Когда я получил Долфина, я выбросил Предателя! Но это больше не меч грома Долфи-и-и-ин! — Видишь, — сказала Юмэ с выражением лица «я же тебе говорила». — Юмэ же сказала, что ты транжира! Когда человек ведет себя как транжира, так все и заканчивается, понятно? — Заткнись! Заткнись! Просто заткни-и-ись! Харухиро-о-о-о! Ублюдок! И что теперь? Как ты собираешься это исправлять, а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а? — Не мои проблемы. Как ни посмотри, это твоя вина. — Да ла-адно, — Токимуне похлопал Ранту по спине. — Брось это и забудь, хорошо? — Забы-ы-ы-ы-ы-ыть? Да как же! Кстати говоря, я выбросил Предателя, спасая вас. Другими словами, это ваша вина-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — Ха-ха-ха! Можно и так сказать. Тогда давай найдем еще что-нибудь. Хорошее оружие. Идет? — У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у… неплохая идея, да? — с энтузиазмом обратился к остальным Ранта. — С меня хватит… — чуть слышно пробормотала Шихору. Мэри кивнула. Кузаку молчал, но, кажется, тоже был против. — Кстати, — Миморин наконец-то выпустила Харухиро из объятий. Куда комфортнее быть самому по себе, чем в руках Миморин. Но маг и не думала оставить его в покое. Она усадила Харухиро перед собой. Он глядел прямо в бесстрастное лицо девушки, сидящей перед ним на коленях. — Харухиро. — Да? — Харухиро не жалкий. Это мило, что ты не жалкий и стараешься изо всех сил. — Вот как… А? Чего это он? Харухиро расслабился, с лица ушла тревога. Он был… рад? Наверное. «Не жалкий». Комплимент не из лучших, однако его куда больше порадовала честность девушки. — Думаешь? Ну… спасибо. — Я... — Да? — Хочу при… Она собирается сказать «приручить тебя»? Тихонько кашлянув, Миморин поправила себя: — Я хочу быть с тобой. Встречаться с тобой. Харухиро промолчал, а затем опустил голову… «Я очень рад, Миморин. Нет, невероятно рад. Я очень рад, что ты оценила меня так высоко, правда. Дело в другом... ». Харухиро не хватало решимости, но сказать эти слова придется. Он должен дать четкий ответ. — Прости.

В версии с изображениями тут находится картинка.

↑ Киккава исказил слово «карту».

↑ [Somersault Bomb]

↑ [Stop-Eye]

↑ [Quick-Eye]

↑ Японский вяз.

↑ Харухиро специально каверкает слово «завидую», подражая Киккаве.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

Есть такая игра «Romancing SaGa 2». Изначально она выходила на Super Nintendo, поэтому с ней знакомы далеко не все (также есть мобильная версия игры). Возможно, вы в курсе (?), но «Romancing SaGa» продавалась как нелинейная RPG. В «Romancing SaGa 2» вы можете играть за потомка главного героя. Мне очень нравится идея со сменой поколений, поэтому, думаю, меня бы заинтересовала «Fire Emblem: Genealogy of the Holy War». Тем не менее в «Romancing SaGa» мне приходилось играть гораздо раньше, поэтому именно она оставила у меня более сильные впечатления. В японских RPG (в основном у видеоигр) есть линейный сюжет, и вы наслаждаетесь им от лица главного героя. Однако «Romancing SaGa», как я уже сказал, нелинейная, поэтому в зависимости от того, как вы продвигаетесь по истории, игра несколько меняется. Разработчики «Romancing SaGa 2» пошли дальше: используя смену поколений, они позволили игроку создавать историю игрового мира самостоятельно. Меня когда-то очаровали RPG, у которых много общего с историческими симуляторами от Koei (кстати, исторические симуляторы мне тоже нравятся, хотя я забрасываю их прежде, чем прохожу). Сомневаюсь, что смогу сделать что-то подобное для Гримгара, но когда-нибудь я напишу историю, созданную потомками главного героя. Или же я хочу поиграть в подобную игру с нынешними технологиями. Может быть, кто-нибудь ее выпустит? Или, может, выйдет новая игра серии «SaGa»? Когда я писал это послесловие в первые дни декабря 2014 года, то никаких новостей об этой игре не было. Однако, судя по всему, скоро что-то анонсируют (позже появился анонс «Romancing SaGa 2015», название тестовое. Ура!). Когда я учился в средней школе, то какое-то время изучал методы программирования по журналам. Так что, сложись все иначе, я бы, наверное, сейчас разрабатывал игры. Интересно, какую игру я бы пытался выпустить, прежде чем меня бы постигло разочарования, которое свело бы все труды на нет? Вот о чем я размышляю. У меня заканчивается бумага. Редактор К-сан, Ширай Эйри-сан, дизайнер из «Komeworks», и все остальные, кто принимал участие в создании и распространении этой книги, и всех тех, кто сейчас держит ее в руках — я люблю вас и от всей души благодарю. Третий том моей другой работы «Великий герой — безработный, и что с того?», созданной в том же сеттинге, что «Гримгар», выходит вместе с пятым томом «Гримгара». Пожалуйста, прочитайте и его, если у вас будет возможность. На этих словах я откладываю ручку. Надеюсь, мы встретимся вновь. Дзюмондзи Ао

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие команды

Послесловие от переводчика grisha92 Всем привет. Спасибо что прочитали пятый том Гримгара. Честно говоря, я даже не думал, что удастся закончить перевод до конца года. В процессе работы над томом мне постоянно казалось, что впереди еще куча страниц (особенно это касается последней главы). Но я даже оглянуться не успел, как уже переводил послесловие автора. Хотелось бы и дальше держать такой темп работы (хотя, конечно, можно и быстрее). Огромное-преогромное спасибо Rungerd за редактуру, с тобой очень приятно работать. Низкий поклон Тутору за работу над иллюстрациями, они получились просто великолепно. Спасибо Лессе и Резелю за помощь с некоторыми терминами. Увидимся в следующем томе.

Послесловие от редактора Rungerd Даже не верится, но мы разделались с еще одним томом! Причем перевод шел с японского. На это потребовалось пять месяцев, но результат все-таки есть. За это время к нам присоединился эдитор, мы дополнили тезаурус и пришли к выводу, что нужно текст с третьего по первый том сверять беспощадно с японским. Несколько причин, почему это нужно сделать. Нередко вы видите странные переводы навыков, например, «Смертоносное сальто» Тады в примечаниях записано [Somersault Bomb]. Дело в том, что этот навык собран из иероглифов 輪転破斬 — «убийство» и «сальто». Естественно, предпочтительнее выставлять то, что написано в оригинале. Но мы также взяли традицию писать навыки на английском в примечаниях, поскольку для читателя они куда понятнее, чем куча иероглифов. Некоторые могли заметить, что Устрела стали писать с маленькой буквы в этом томе. Дело в том, что с большой буквы мы записываем только имена собственные, а их дают только монстрам-боссам. Когда Харухиро и команда начали валить устрелов пачками, получается, что этот монстр потерял статус босса и больше не может иметь имя собственное. Теперь так называется вид тварей Загадочной Норы. Третий момент: англицизмы Анны. Возможно, кому-то они будут неприятны на вид, но все они записаны катаканой (особенности речевого портрета), то есть идет звукоподражание английским словам с искажениями. По этой причине мы не записывали их латиницей. А еще за счет этого приема достигается комический эффект: персонажи прекрасно слышат, что говорит Анна, но не могут расшифровать некоторые реплики из ее речи. То есть звуки им понятны, а слова – нет. Так мы и показали графически. Отдельная проблема была с мечом грома Долфин. В оригинале (в ситуации, где выбирали название) используется англицизм «dolphin», записанный катаканой (ドルフィン) и, собственно, сам «дельфин» (イルカ). На этом и построена игра слов. Но в русском есть только один вариант написания конкретно дельфина (а не его видов). Пришлось остановиться на англицизме. Вот и все объяснения. Если есть еще какие-то вопросы, можем ответить в комментариях. Мое впечатление от тома: много новых годных персонажей, новые локации и монстры, а еще тема экспедиций. Может, не резня в крепости орков, но тоже неплохо. Кстати, «Токкиз» доставляют немало проблем не только Харухиро, но и нам, поскольку герои живые, речь у них живая и стилистически яркая, и нам пришлось постараться, чтобы передать ее особенности. При этом нам не хотелось показывать персонажей глупыми, давать им нечитаемые акценты и прочее. Хотелось сохранить живые диалоги и шутки. Надеюсь, нам это удалось. Оставайтесь с нами!

Послесловие от эдитора Tutorialschik Тут~туру~ всем читателям сие чудо-ранобэ! Хочу поведать вам о моей непростой работе над пятым томом в качестве эдитора * . Основная трудность заключалась в обложке. Хочу верить, что она вам понравилась. Вы только вдумайтесь: на неё я потратил целый месяц, пусть и не чистого времени, но все же много. Также стоит учесть и четыре дня, в течение которых я занимался 3 иллюстрациями и одной ч/б картинкой. Итого месяц и 4 дня, чтобы обработать «какие-то» картинки. Но давайте вернёмся к проблемам клина * обложки, а они таковы: подбор цветов, которых я мог не видеть из-за текста; большую часть рисовать сначала, а не просто закрашивать, взяв ближайший цвет; додумывать, как оно было в оригинале... и, конечно, проклятая шляпа! В версии с изображениями тут находится картинка. Старался сделать все как можно точнее, и результат очень понравился Rungerd. Хм-м… думаю, сказал всё, что хотел. Надеюсь и дальше радовать вас своей работой. Увидимся в других томах и тайтлах. Всем пока!

↑ Ретушера.

↑ Очистка иллюстраций от текста.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. За четверть дня

— Ха-а… Фу-у… Ха-а… Ха-а… Харухиро бежал. Он уже запыхался, но продолжал мчаться вперед. На секунду вор обернулся… Они были там. Их много. «Они» загоняли Харухиро. Преследователи носили широкую белую мантию с одним-единственным отверстием для глаз. Их одеяние, скорее, напоминало видом длинное пончо. Враги вполне походили на человека: у них были торс, голова, две руки и ноги. Вот только из дыры выглядывал один глаз. Харухиро преследовала группа врагов, облаченных в мантию. Их было не двое и не трое. Намного больше. Вор даже не стал пересчитывать, ведь уже знал: их шестеро. Пятеро с копьями и один с мечом и щитом. Копья вполне обычные, только вот древко белое. А вот от меча исходило слабое сияние фиолетового оттенка; щит же казался зеркальным. Харухиро и его ребята уже сталкивались с таким оружием при необычных обстоятельствах, в результате чего клинок и окрестили «мечом грома Долфин». А что до щита, то он получил название «Зеркальный щит». Самим врагам дал имя кое-кто другой, точнее, группа «Токкиз». Они назвали существ в белых мантиях «культистами». Культисты были разными: обычные копейщики так и остались «культистами», а вот элитный подвид врага, то есть мечника, нарекли «боец». Эти названия и закрепились за белыми балахонами. — Черт, устал… — пробормотал Харухиро Хоть вор жаловался, но темп не сбавлял. Если он не будет мчаться что есть силы, культисты и боец схватят его. Харухиро всего-лишь вор, и если вдруг так случится… Вся эта толпа в мгновение ока расправится с ним. Поэтому ничего не поделаешь, надо уносить ноги. «Бежать. Просто бежать. Бежать изо всех сил. Другого выбора нет», — мысленно подгонял себя Харухиро. Под небом, окрашенным во всевозможные оттенки темно-голубого, красного, фиолетового, оранжевого, янтарного и багрового, вор удирал от преследователей, петляя в руинах белого квартала. Квартал... Да. Во всяком случае, это место чем-то напоминало квартал. По обе стороны дороги, вымощенной белым камнем, выстроились здания, похожие на картонные коробки, тоже белые. Даже если предположить, что силы самой природы каким-то чудом разбросали камни так, что образовались улочки, все равно не верится. Шанс на такое катастрофически мал. Очевидно, что здания построил некто, обладающий разумом. — Ах, ну же! Капля пота попала в правый глаз. Харухиро страшно хотелось обернуться и узнать, где враги, но он сдержался. Стараясь не совершать лишних движений, парень продолжал нестись вперед. Пришлось прикрыть правый глаз. — Ха-а… Ха-а-а… Ха-а… Ха-а, ха-а… «Поворот! Нужно свернуть!» Нырнув за угол, вор помчался по узкому переулку. Судя по топоту, культисты почти догнали его. От прерывистого дыхания мышцы живота свело… —А-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — завопил он. Не то чтобы вор хотел кричать на всю округу, как-то само вырвалось. Тело опасно накренилось вперед, словно собираясь проехаться по земле — Харухиро отчаянно взмахнул рукой, пытаясь восстановить равновесие. «Может, надо было повыше поднимать бедра при беге? Или быстрей бы устал? Да, наверняка бы скорей выдохся. Не знаю. Больно! Хорошо бы не придумывать таких планов впредь...» — Пролом темени! * Они здесь! Наконец-то! Не замедляя бег, Харухиро бросил взгляд через плечо. Позади него с ближайшей крыши спрыгнул очкарик в облачении жреца и напал на культистов. Точнее, его целью был «боец». Почему именно он? «Боец» во всех отношениях выше по рангу, чем прочие культисты, ну а кроме того он умелый мечник. И все же внезапная атака застала «бойца» врасплох. Жрец со звоном опустил тяжеленный боевой молот на голову противника и проломил ее. А как иначе? Если настолько тяжелая штука угодит в череп, любой протянет ноги. К тому же одеяние культистов поглощает большую часть урона, а проколоть или разрезать мантию в принципе невозможно. Но, как и ожидалось, поглотить урон от удара боевым молотом одеяние не способно. Культист-мечник рухну на землю с проломленной головой. Лишившись лидера в лице «бойца», культисты запаниковали. — Вот и!.. — послышался громкий, полный энтузиазма, голос. В засаде сидел не только жрец, но и парень в доспехах с выгравированной на груди гексаграммой. Иными словами, вслед за Тадой с той же крыше соскочил и лидер «Токкиз» по имени Токимуне. — А… — Харухиро машинально затормозил. «Зачем? Что за нужда прыгать с крыши? Почему бы просто не спуститься? Без трюков совсем никак?» — спросил себя он, хотя и знал ответ на этот вопрос. Паладин Токимуне из тех, кому не нужны причины, чтобы выкинуть что-то из ряда вон. Харухиро прекрасно это понимал, но все равно не уставал удивляться. — ...я! Стильно прикончу вас! — лидер «Токкиз» закончил фразу уже в полете, и в наивысшей точке прыжка одарил весь свет блистательной улыбкой, выставив напоказ удивительно белоснежных зубов. По идее, такое эксцентричное поведение должно было довести врага до паники, но случилось иначе: культисты ощетинились копьями, готовые устроить паладину «теплый прием». Плохо дело! Хуже некуда! Они же проткнут его насквозь… Но нет, ничего подобного. — Танцуй как пантера!.. Токимуне закрутился волчком и приземлился в толпу врагов, отводя и обламывая копья мечом и щитом… — … жаль как касатка! Наступив на голову «Культиста А», Токимуне оттолкнулся и прыгнул, чтобы зарядить с разворота ногой в лицо «Культиста Б». Затем Токимуне триумфально соскочил на землю и пафосно прикрыл глаз. — Отлично справился! — Ну, спасибо, что на копья не нанизали… — съязвил Харухиро. А тем временем Тада размахнулся и одним метким ударом в живот отправил в полет «Культиста В». — Ты никого не прикончил! — Ц-ц-ц!! — зацокал Токимуне и покачал головой. — Исход битвы уже решен, верно? — Кх… Из переулка выскочил мужчина средних лет, чьи волосы были собраны в хвост, на глазу красовалась повязка, а сам он был одет в облегающий кожаный комбинезон. Мужчина вонзил палаш в глаз «Культиста Г». — На! Следом за ним без всякого промедления явилась невероятно огромная девушка в одеждах мага, вооруженная посохом и мечом (хотя, конечно, нельзя назвать ее оружие парным, как и стиль боя). Это была Мимори (или же Миморин) по прозвищу «Великанша». Она зарядила посохом в морду «Культиста Д», а затем тут же всадила меч в единственный глаз противника. — Вперед! Кил зем ол! — высунув голову за угол, крикнула невысокая голубоглазая блондинка в одеянии жрицы. Госпожа Анна. Хоть она и не участвует в битвах, но свою группу подбадривает. Она нечто вроде походной группы поддержки. — Яху-у! И я, и я! На редкость беззаботный воин спрыгнул с обломков здания, видимо, подражая Токимуне. Протанцевав в воздухе, он приземлился и замер в пафосной позе. Неплохо. Нет, стоп! Зачем все это? Просто беззаботный воин по имени Киккава хотел спрыгнуть на «Культиста А», которого Токимуне сбил с ног, но… слишком затянул, выпендриваясь. Жрец фыркнул и замахнулся молотом. От удара «Культист А» отлетел и врезался в стену здания, так что полуторник Киккавы рассек лишь пустоту. — Аха-а, Тада-ти! Это ведь мой трофей! — У-ха-ха-ха-ха-а! Когда «Культист Б», опрокинутый атакой Токимуне, попытался встать, к нему подлетел кудрявый парень. — Мой, мой, мой! — как заведенный повторял кровожадный отброс. Он толкнул «Культиста Б» обратно, прижал к земле и приготовился нанести решающий удар. — Во славу Скалхейла-а-а! — С дороги! — Тада оттолкнул ногой отброса, а затем без всякой жалости опустил боевой молот на голову «Культиста Б». Кровь и мозги заляпали белое одеяние врага. — Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет! — заголосил отброс (Ранта), корчась на земле. «Что ж, хотя бы не заревел» — сказал себе Харухиро. — Какого черта-а-а-а-а! Я ведь хотел его уби-и-и-и-и-ить! Ублюдо-о-о-о-о-о-о-о-ок! — А? — Тада поправил забрызганные кровью очки указательным пальцем левой руки. — Ты это меня назвал ублюдком? — Нет, не вас! Простите! Правда-правда, мне очень жаль! Честно, я не вас имел в виду. То есть… — отброс тут же упал на колени. — Это случайно вырвалось! Под влиянием момента! Я не хотел вас обидеть! — Хорошо, если так. В этот раз я закрою глаза на твои выходки, — Тада положил молот на надплечье. — Но в следующий раз — убью. — Хе-хе-е-е-е-е-е-е! Я с-с-спасибо за вашу доброту! «Он идиот?» — подумал было Харухиро, но что тут скажешь? Тада и правда мог без колебаний размозжить голову Ранте. Наверное, извиниться перед таким человеком — невероятно умное решение. «Токкиз» и правда по-своему «чудные». — О-о… — удивилась Юмэ и выпучила глаза. Охотница пряталась неподалеку. — Все так быстро закончилось. В мгновение ока. — И правда… — добавила Шихору. Волшебница высунулась из-за спины Юмэ и принялась вертеть головой, осматривая поле боя. — А нам ничего не осталось… — в переулке показалась высокая фигура Кузаку. — Слишком быстро… — вздохнула Мэри. Она стояла чуть позади и сбоку от паладина. — Ну, когда мы беремся за дело, все ведь просто? — ослепительно улыбнулся Токимуне и хрустнул пальцами. — Хотя настоящий бой еще впереди, да? Верно, Харухиро? — Да, — Харухиро спокойно ткнул ногой в спину Ранты. — Ну же, готовься. — Ух! А-а! Ты всего-лишь Парупиро, так какого черта ты пинаешь меня!.. — Нья! — Юмэ приготовила лук и пару стрел. — Он идет! Шум. Грохот нарастал. Все ближе и ближе… Он шел из-за угла, откуда выскочил Харухиро, спасаясь от преследователей. На них надвигался некто невероятных размеров. Выше двухметрового Кузаку и «Великанши» Миморин почти в два раза. Четырехметровый монстр с львиной головой и одним глазом. — Ха-ха-ха! Настало время показать мою силу! — Ранта подобрал с трупа культиста-бойца меч грома Долфин. — Впере-ед! Моя обычная Супер-ошеломительная-тактика! — Это название… — судя по выражению лица, Шихору такое название совсем не нравилось… — Хья! — Юмэ выстрелила в единственный глаз четырехметрового белого гиганта. Стрела скользнула по щеке монстра, но урона не нанесла. — Фуя-я! Как жаль! — воскликнула охотница. Харухиро вздохнул и, расслабив плечи, перевел взгляд на Токимуне. — Что ж, как обычно. — Ха-ха! — звонко засмеялся лидер «Токкиз» и хлопнул вора по спине. — Окей-окей. Сделаем все как обычно. — Делм, хел, эн... — начала читать заклинание Миморин, рисуя посохом символ элементаля. Волшебница все еще держала меч в левой руке. — … игг, альв! Поскольку раньше Миморин была воином, то, похоже, так и не отвыкла сражаться в ближнем бою, пусть теперь она маг группы. Девушка прочла типичное заклинание, основу основ магии Альв — «Огненный шар» * . Выскочив из ее посоха, элементаль обратился в шар огня размером с кулак и влетел в белого гиганта. Монстр даже не стал уклоняться. Шар врезался в каменную грудь существа и… исчез. — Не дайте себя растоптать! — крикнул Харухиро. «Все и так в курсе! », — подумал вор и перевел взгляд на Кузаку. — Кузаку, иди вперед. «Токкиз», пожалуйста, не отставайте! — Предоставь это нам! — Токимуне ударил мечом по щиту и двинулся в атаку. — Киккава, Инуи, Тада! Устроим представление! — Ура-а! — Кх… что тут поделать… — Еще бы! Я покажу, что сильнейший тут — я! Киккава, Инуи, Тада и молчаливый Кузаку последовали за Токимуне. Харухиро пару раз присел, но решил остаться на своем месте и никуда не идти. Юмэ, Шихору и Мэри встали у него за спиной. Госпожа Анна и Миморин вскоре присоединились к ним. «Уверен, видок у меня сонный», — подумал Харухиро. Он уже восстановил дыхание и немного успокоился. Токимуне, Киккава, Инуи, Тада и Кузаку выстроились в шеренгу на максимально большом расстоянии друг от друга. Все-таки переулок узкий, три метра в ширину и только. Может, для засады стоило выбрать улицу пошире? Однако в другой местности ребята вряд ли смогли бы застать культистов врасплох и расправиться с ними быстро. При встрече с группой культистов с белым гигантом во главе есть всего лишь два варианта действий: сдаться или придумать план. Будь здесь лишь Харухиро и его товарищи, они бы, безусловно, выбрали первый вариант, и плевать, что Ранта-отброс охрипнет от брани и возмущения. Вор, имея авторитет лидера, увел бы ребят куда подальше. К счастью или нет, но с ними были наемники «Токкиз», а потому все обернулось совсем иначе. Даже если бы Харухиро осмелился возразить им и предложил уйти, никто бы молча не послушался. В общем, так с легкой руки «Токкиз» Харухиро стал приманкой. Он должен был выманить культистов и белого гиганта, а затем разделить их. Как только ребята разберутся с белыми балахонами, они возьмутся за гиганта. Что ни говори, но Харухиро быстро примирился с таким раскладом. С тех пор как наемники обнаружили Новый Район (или же НР) и Сумеречный мир, прошел уже месяц. За это время много чего случилось. Очень много. Или же нет? Нет, действительно масса всего. Ага. Много. По крайней мере, Харухиро думал, что месяц вышел насыщенным. Наверное, можно сказать без преувеличений, что немалую роль в этом сыграли ребята из «Токкиз». В конце концов, они совершили открытие вместе. Вообще-то группа Харухиро первой обнаружила проход, ведущий в другой мир, но почему-то все наемники Гримгара твердили, будто Забавные ребята, то есть «Токкиз», и были теми, кто обнаружил пещеру, а Убийцы Гоблинов (отряд Харухиро) лишь последовали за ними. С тех пор много воды утекло, и связь между наемниками двух отрядом укрепилась. Так как ребята Харухиро боялись исследовать Сумеречный мир в одиночку, они с охотой отправились в новые земли вместе с «Токкиз», хотя никто из двух групп даже словом не обмолвился, чтобы организовать совместный поход. Действительно, обе группы пережили немало приключений. Каждый день, иногда даже несколько раз в день, что-то случалось. А все потому, что ребята из «Токкиз» откровенно чудаковатые. Или же Харухиро, считавший себя благоразумным человеком, на самом деле странный? Может, «Токкиз» самые обычные? Этот вопрос немного беспокоил вора, но он решил махнуть на него рукой, посчитав глупостью. «Токкиз» — странные, Харухиро — нормальный. Ранта же — серединка на половинку, связующее звено, мостик через пропасть, разделяющей чудаков из «Токкиз» и обычных людей, таких как Харухиро. Нет, «пропасть» — не фигура речи, разница между ними действительно непреодолима. Да, так и есть. Размышляя об этом, вор чувствовал странное облегчение. Хорошо, не облегчение, а удовлетворение. Самую малость. Если знать, что пропасть непреодолимая, можно даже не прыгать. Не стоит и пытаться. Бесполезно. Харухиро не хотелось думать, почему отношения с «Токкиз» сложились так и не иначе, но подобные мысли все равно лезли в голову, пусть особо и не тревожили. Ничего не поделаешь. Такие у них старшие товарищи. Изучив характер каждого из «Токкиз», вор уже мог предположить, кто что выкинет в той или иной ситуации. А раз так, то удивлению и шоку однажды не будет места, его больше не расстроит чудаковатое поведение этих ребят. Тем не менее люди Токимуне далеко не бездари, их навыкам можно найти достойное применение. В действительности, у «Токкиз» большой атакующий потенциал, так что в бою с ними стоит считаться. Сильнее всех, разумеется, Токимуне и Тада. Этого стоило ожидать от лидера Веселых ребят, ведь он Паладин, но вот Тада по классу Жрец, даром что бывший Воин... Получается, если группа Харухиро поладит с «Токкиз», то сможет добиться значительных успехов. Сможет то, на что бы в одиночку не пошли никогда. Благодаря Веселым ребятам они сумеют выбраться из патовых ситуаций, что раньше бы посчитали немыслимым. Был еще один плюс этого тандема: заработок. Даже отдавая половину добычи, группа Харухиро зарабатывала быстрее и больше, чем во времена неторопливой и осторожной жизни. — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! Шихору призвала «Бурю». Весь пучок молний попал в белого гиганта. Раздался жуткий треск, тело монстра задрожало. Он остановился. Однако вскоре зашагал к наемникам. Хоть эта тварь движется медленно, ее тело огромно, а ноги длинные. Он способен преодолевать значительные расстояния семимильными шагами. — Эй-эй-э-эй! — Токимуне раз за разом со звоном ударял по щиту мечом, пытаясь отвлечь противника на себя. — Давай, давай, дава-ай! — ГРО-О-О-ОУ! — гигант замахнулся и опустил кулак на Токимуне. — Промазал! — паладин успел отскочить назад. — ГРО-ОУ! — монстр замахнулся снова, огромный кулак понесся к Токимуне. — Мимо! — крутанувшись, тот снова избежал удара. — ГРОУ! — гигант попытался схватить наглого паладина обеими руками. — Ие-ей! — Токимуне уклонился с помощью сальто назад. — На-а! — в тот же миг Тада обрушил боевой молот на руку гиганта. — ГРО-ОУ! — монстр отпрянул. Его единственный глаз вытаращился на Таду. Жрец нарочито медленно положил голову молота на надплечье и показал противнику средний палец, как бы говоря: «Попробуй-ка меня достать, ублюдок!». Понял ли этот жест белый гигант? Неизвестно. Однако монстр молниеносно поменял тактику, приготовившись прыгнуть: для этого он согнул колени и спину. — Отступайте! — крикнул Харухиро. Наверное, в его предупреждении не было никакого смысла, но младший лидер все равно прокричал команду. Чисто на всякий случай. «Не хотелось бы, чтобы они подумали «Да все это итак знают! Забей! Не нужно было этого говорить!» или «Мы итак это знаем, идиот!», но…» — пусть Харухиро и будут за глаза называть идиотом, и все же предупредить остальных — его обязанность. Такое у него отношение к делу. — Хорошо! Токимуне, Тада, Киккава Кузаку — весь авангард быстро отступил. Почти тотчас гигант высоко подпрыгнул. — Фра-а… — из груди Киккавы вырвался странный звук. Что еще за «фра-а»? Гигант подпрыгнул на семь-восемь метров, а затем с грохотом приземлился. Монстр никого не раздавил, но отступи ребята позже, они бы сильно рисковали. «Сейчас!» — хотел было приказать Харухиро, но не успел. — Кья-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я! Прятавшийся в переулке Ранта набросился на гиганта, подняв высоко над головой меч грома Долфин. Темный рыцарь принялся, скорее, не рубить, а колотить лезвием монстра, сосредоточившись на правой ноге. — На, на, на, на, на, на, на, на, на, на, на! — учащенно дыша, Ранта наносил удар за ударом. Всякий раз, когда Долфин попадал по гиганту, чье тело походило на каменную статую, монстра прошивала дрожь. Эффект после удара длился недолго, поэтому приходилось колотить врага сериями. Так и выглядела «супер-ошеломительная-тактика» Ранты. Что за ужасное название! Хоть название и неудачное, но эффективность высокая. Благодаря этой тактике у ребят появился шанс прикончить обездвиженного гиганта. Тем не менее это всего лишь шанс. С этого момента исход боя решит чистый урон… или разрушительная сила. — Господин Тада! Услышав команду Харухиро, Тада облизал губы и ринулся к врагу. — Ни слова больше! Узри мою силу, которая отправит тебя на небеса! Харухиро очень хотелось пробормотать: «Ну, зачем же на небеса …», однако сдержался. Если цепляться за слова любого из «Токкиз», перепалка будет длиться вечно. — А сейчас моя убийственная атака… — Тада подбежал к белому гиганту, прыгнул вперед и закончил сальто. При этом жрец держал двумя руками молот, который и обрушился под конец сальто прямиком на левое колено монстра. — Смертоносное сальто! «Господин Тада и правда крут», — подумал вор. Молот Тады разил без промаха: белое колено брызнуло осколками. — На, на, на, на, на, на, на, на, на, на, на, на, на, на, на, на! Одновременно Ранта обрабатывал белого гиганта, стуча Долфином по каменной шкуре противника — тот стоял полностью парализованный. Отдышавшись, Тада поправил очки и неторопливо удалился прочь от врага. — Эй-эй-эй-эй-эй-эй-эй! — продолжая колотить правую ногу гиганта мечом грома, Ранта обернулся к Таде. — Ну же, быстрее! Это вообще-то сложно, так что поторопись! Дерьмо! Ху-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Жрец склонил голову набок и крутанул молот. — «Дерьмо», говоришь? — Н-н-нет! Вам показалось! Показалось! Нуа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — Вот оно что? Ну что, это и правда сложно? — Очень-очень сложно! Серьезно, скорее уже, поторопитесь! — Будто меня это волнует. — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а? — Если для тебя это сложно, то это твоя проблема, а не моя. — Э-э-э-э-э-э-э-э-э-эй, ах ты… — «Ах ты» кто? — Господин Тада! Великий Тада! Божественный Тада! — Шучу, — усмехнувшись, Тада сорвался с места и бросился на гиганта. «Ага. Как всегда ничего не понял. В чем соль шуток Тады вообще никто не разберет», — подумал Харухиро. — Аха! Высший класс! Нереальная шутка, Тада-ти! — крикнул Киккава. «Раз только Киккава посмеялся (а этот парень мастер сближаться с людьми), значит, никто из «Токкиз» не оценил шутку Тады. Фух, какое облегчение! Если бы все посмеялись, мы бы с ними не поладили. Ни при каких обстоятельствах», — рассуждал Харухиро. — Кха-а-а-а-а, кха-а-а, кха-а, кха-а-а, кха-а-а-а-а, кха-а-а-а-а, уа-а-а-а! — вопли Ранты уже походили на предсмертный хрип: он махал мечом из последних сил, продолжая обрабатывать правую ногу белого гиганта. — Кстати… — Тада снова решил атаковать «Смертоносным сальто», — ... эта атака не такая уж убийственная, да? Молот влетел теперь уж в правое колено монстра. Раздался оглушительный грохот. Тада бросил взгляд на Ранту: тот пыхтел, стараясь нанести еще парочку ударов по ноге гианта. — Юмэ! — позвал Харухиро. — Нья! — отозвалась охотница и приготовила стрелы. Она собралась использовать навык лучников — «Быструю стрельбу». Юмэ принялась без передышки обстреливать белого гиганта из составного лука. «Хоть Инуи тоже охотник, и у него есть лук, никогда не видел, чтобы он им пользовался… наверное», — внезапно подумал вор. — «Может, когда выпадет шанс, спрошу у него: «Не хотите ли воспользоваться луком?» Нет, лучше: «Не могли бы вы использовать свой лук?» Скорее всего, Инуи лучше справляется в ближнем бою. Но он может «сорваться». Может ли? Не знаю. Ведь это Инуи», — размышлял Харухиро. За несколько мгновений Юмэ выстрелила шесть раз. Две стрелы угодили прямиком в глаз гиганта. Юмэ охотница, но для девушки, стреляющей из рук вон плохо, она показала приличный результат. — Кха! — пошатываясь, Ранта отступил. — Это предел!.. — Гуд джоб, Ранта! Отличная задница! Поддержка госпожи Анны оказалась довольно эффективной. Как и ожидалось от маскота и айдола «Токкиз». Хотя у Харухиро все еще оставались вопросы, почему она отвесила комплимент конкретно заднице темного рыцаря. — Отлично! Остальное предоставь мне! — послышался голос Токимуне… откуда-то сверху. Когда он успел туда забраться? Буквально секунду назад паладин атаковал монстра с переулка, а теперь вдруг оказался на крыше здания, стоящего с левого края дороги. — Впе-еред! Спрыгнул. Точнее, перепрыгнул с крыши здания на плечо белого гиганта. Ранта уже отступил, ведь попросту выдохся. Паралич больше не сковывал врага. — ГРОУ! ГРА-АУ! Гигант был на грани бешенства. Но прежде чем он окончательно вышел из себя, Токимуне вонзил меч в глаз монстра. Паладин не просто вогнал клинок, но и прокрутил его в ране. — Вот он! Смертоносный навык господина Токимуне — Святой Арпеджио! — закричал Киккава. Что еще за «Арпеджио»… Только думать о нем не хватало! Если Харухиро попытается разгадать смысл этого названия, он точно проведет ночь без сна. Лучше бы этого не слышать. Но раз Киккава уже сказал, то почему «Арпеджио»? Атака что, смахивает на манеру исполнения? Способ играть на музыкальном инструменте? — На-а! Нанеся удар, Токимуне одним прыжком соскочил с плеча гиганта и оказался на крыше здания. Из-за стрел Юмэ и «Святого Арпеджио» Токимуне (или как там называется этот навык?), глаз белого гиганта был сильно поврежден. — Отступаем! — крикнул вор и бросился прочь от врага. Юмэ, Ранта и почти весь авангард (кроме Токимуне) побежали. Паладин остался на крыше любоваться развернувшимся зрелищем. — ГРО-О-ОУ! Пошатываясь, белый гигант замахнулся сразу двумя руками. Похоже, монстр собрался опустить белые кулаки, чтобы раздавить Харухиро и остальных, но ослеп и не мог попасть по вертким людишкам. Кроме того гиганту повредили оба колена, так что после замаха тот потерял равновесие и свалился на здание по правой стороне дороги, прямо напротив Токимуне. Стена выдержала вес монстра и не рухнула, и все же фасад местами обвалился. — ГРО-ОУ! Белый гигант попытался подняться на ноги, однако не смог из-за травмы. Вместо этого огромное тело накренилось, готовое упасть в любую минуту. — В ата… — закричал Харухиро. В то же мгновение Тада ринулся к монстру. Белый гигант еще не успел растянуться на земле: он застыл вертикально, опершись коленом. Как раз к нему и ринулся очкарик-жрец. Прыжок вперед, сальто и… — Смертоносное сальто! Один-единственный удар, похожий на взрыв. От такого колено гианта раскололось, одна половина отпала. Теперь уж врагу не подняться. — ГРОУ! Белый гигант вытянул руку, пытаясь схватить Таду, но даже не задел жреца. — Ай да я! Нахваливая себя, Тада не только уклонился, но еще и хорошенько наподдал монстру: боевой молот угодил по правой руке гиганта. Ослепший враг, обнаружив, где примерно Тада, попытался схватить его левой рукой. Жрец отбил и эту атаку. — Думаешь, способен победить меня? Да ни в жизнь! Рановато тебе! — Нам и заняться нечем… — проворчал Кузаку. Он в этом так уверен? Харухиро обернулся. Всякое случается, вот младший лидер и оставался настороже. И вовремя: с другого конца переулка к ним уже спешили культисты-копейщики. — Вражеское подкрепление! Культисты, трое! Кузаку, Киккава, господин Инуи! — Угу… — Оке-ей! — Кх… ничего не поделаешь… Тут же Кузаку, Киккава и Инуи вышли из строя и бросились к новоприбывшим врагам, которые уже подбирались к Харухиро и девушкам. Мэри мельком поглядывала на культистов, то и дело переводя взгляд на белого гиганта. Благословение Люменеса не достигает Сумеречного мира, поэтому магия света здесь не действует. Пусть жрица только и могла, что быть телохранителем Шихору, она оставалась собранной и готовой к любым ситуациям. «Не время об этом волноваться!» — одернул себя Харухиро. — «Мэри по природе очень серьезная, даже чересчур. Даже если сделает все, что от нее требуется, все равно будет беспокоиться, мол, а все ли я учла? Можно ли сделать больше? Нужно приглядывать за ней. Естественно, в рамках полномочий лидера. Только и всего, никаких чувств. Никаких. Ноль, полный ноль» — Еще один раунд, выложитесь на полную! Файт он! Вперед! — изо всех сих вдохновляла их госпожа Анна. — Дерм, хел, эн, риг, альв! — произнесла Миморин, рисуя посохом символ элементаля. «Огненный столб». Это сильнейшая магия Великанши, ранее бывшей воином. Ногу врага объял столб пламени. Не слишком-то большой, всяко меньше самой Миморин. Поскольку враг покрыт камнем, вряд ли такого рода магия нанесет ему хоть какой-нибудь вред. «Если она хочет быть магом Огня, не лучше ли выучить «Взрыв»?» — подумал лидер. Впрочем, маловероятно, что Харухиро, будучи вором, точнее, даже парнем из другой группы, имеет право давать советы Миморин. У них и так сложные взаимоотношения, лучше не усугублять. Вот поэтому вор только подумал об этом, а не сказал вслух. Даже если очень хочется, поучать Мимори он не может. — Оом, рел, экт, эл, вэл, дарс! — закончила заклинание Шихору. «Эхо теней». Троица теневых элементаля полетела в сторону гиганта и врезалась в белое тело. Наверное, урона от магии Тени мало, но в сражении с таким противником любое заклинание — лишь поддержка. — Фух… — Ранта присел рядом с Харухиро. — Хорошо постарался, — похвалил темного рыцаря лидер, озираясь по сторонам. Харухиро слегка согнул колени, готовый броситься в атаку в любую секунду. Так он и стоял, свесив руки, слегка наклонившись вперед, то и дело поглядывая налево-направо сонными глазами. Если бы в такой позе его застал какой-нибудь незнакомец, наверняка бы задался вопросом: «С ним все хорошо? ». Вор и сам понимал, что выглядит ужасно, но такая поза подходит для ожидания больше всего, поэтому ничего не поделать. Он сдался и больше не пытался выглядеть круто. Практичность важнее показухи. Все равно Харухиро никогда не стать крутым как, например, Токимуне. В тот самый момент Токимуне подлетел к вражескому отряду, опередив Кузаку и остальных. — Истинное искусство убийства с небес! Паладин перескакивал с одной крыши на другую, пока не спрыгнул прямиком на головы белых балахонов. Не достигнув земли, он метко пнул в голову «Культиста Е», а, оказавшись в переулке, мастерски отбил щитом копье «Культиста Ж», попутно вогнав меч в глаз врага. Без всякой паузы и колебаний Токимуне двинулся дальше, стараясь добраться до третьего противника. Он огрел щитом «Культиста З», а затем использовал навык «Двойной выпад». Противник наклонился, чтобы избежать смертельного укола в глаз, но пошатнулся. В итоге, когда к вражескому подкреплению подбежали Кузаку и остальные, исход боя уже был решен. Токимуне силен. Силен, когда увлекается, силен, когда его загоняют в угол. Другими словами, он всегда силен. Кроме того этот парень харизматичен и одарен прекрасным характером. Что касается недостатков, то он импульсивный, ни с кем не советуется, делает все по-своему. Хотя этим грешат все наемники «Токкиз». Обычно похожие характером люди не способны ужиться вместе и доходят до вражды, но не в случае с «Токкиз». Они не просто ладят, но и весело проводят время, живут без забот и хлопот. — ГРО-ОУ! Ничего не разбирая перед собой, белый гигант снова протаранил здание. Скорее всего, он действительно ослеп, поэтому «видеть», кого атаковать, в принципе не способен. — Неуклюжий идиот! — прокричал Тада. Жрец только и ждал подходящего момента: он подобрался к белому монстру и принялся осыпать его левый локоть ударами. Боевой молот разнес локоть вдребезги. Таким образом, у врага необратимо повреждены левое колено и локоть. После этого жрец переключился на правую ногу врага. Тада начал молотить противника по лодыжке, а затем разбил тому правую пятку. Получив еще один удар по правому колену, гигант совсем замедлился. Харухиро кивнул темному рыцарю: — Ранта. Еще раз. Твой выход. — Кх, — Ранта поднялся, покрутил головой, размял плечи и шею, глубоко вздохнул и сказал: — Ничего не поделать. Вперед! — Господин Тада! — когда Харухиро дал сигнал, Тада отступил, а его место занял темный рыцарь. Жрец скрылся в переулке. Скорее всего, задумал забраться на крышу. — О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — с громкими воплями принялся колотить врага Ранта, размахивая мечом грома Долфин. Удар. Удар, удар, удар, удар, удар, удар, удар, удар. Токимуне и остальные закончили разбираться с вражеским подкреплением и поспешили обратно, чтобы помочь с белым монстром. Тада спрыгнул с крыши и закончил в воздухе сальто. «И все же удивительно, что Тада вообще способен на нечто настолько опасное» — не то чтобы удивился, скорее, был впечатлен до глубины души Харухиро. — Ультра!.. Смертоносное сальто! С невероятной, даже чудовищной, силой молот Тады обрушился на затылок гиганта. Ребята неоднократно искали уязвимости у врага и в итоге обнаружили, что лучше всего атаковать глаз или затылок. В случае последнего кожа была тоньше и мягче. Не сказать, что камень на затылке легко пробить, просто в этом районе у монстра расположен аналог человеческого спинного мозга. Прицелиться в эту часть тяжело, но если попасть, даже один удар очень эффективен. — Ранта! Хватит! — Знаю! — темный рыцарь отскочил от белого гиганта. После «Смертоносного сальто» Тада растянулся на земле, хотя, похоже, с ним все в порядке. Белый гигант же рухнул на живот. Теперь остальные вступят в бой даже без отмашки Харухиро. — Итак! Пати тайм! Верно ведь?! — выкрикнула госпожа Анна, и Миморин первой полезла на спину поверженного врага. Но тут волшебницу обогнал Токимуне; за ним сразу же последовали Киккава и Инуи. Кузаку немного припоздал. И после всех подошли Ранта и Тада. Харухиро тоже хотелось прикончить гиганта, но вор передумал идти. В его участии нет необходимости, а вот следить, чтобы на них внезапно не напали культисты, некому. Кроме того существовала вероятность, что в переулок заявится еще один белый гигант. Так вор с госпожой Анной и другими девушками и остался в стороне, предпочитая играть роль поддержки до конца. «Не нужно горячиться. Естественно, все может обернуться так, что нужно будет поставить на кон все. При таком раскладе, конечно, придется довериться интуиции и инстинктам, просто отдаться воле случая. Однако не стоит оказываться в таких ситуациях, лучше всеми силами их избегать. Быть хладнокровным и дальше», — рассуждал лидер. «Скучный ты» — как-то сказал Харухиро Ранта. Возможно, темный рыцарь прав: лидер и так не считал себя интересным человеком. Да, действительно «скучный». Характер простой, лицо обычное. Все либо среднее, либо ниже среднего. Ростом невысок. Не хитер, не талантлив, никаких секретов. Зауряден во всем. Обычный парень. «Но быть заурядным хорошо», — подумал лидер без самоуничижения. Харухиро полностью устраивало, какой он. Был заурядным и останется таким навсегда. Вряд ли в один прекрасный день он переменится. Да Харухиро и не пытался измениться. Но это не значит, что его устраивает текущее положение дел. Вору хотелось бы развиваться, медленно становиться лучше. Шаг за шагом. Даже полшага, четверть шага, прогресс время от времени, а не каждый день — уже неплохо. Пусть даже раз в десять дней, но быть хоть чуточку лучше… При таком темпе он уже справится. Может, тогда Харухиро перестанет ненавидеть себя. «Я… стараюсь, верно? Более того, у меня есть результат, которым я могу гордиться, а это означает, что рано или поздно мои усилия вознаградятся, так? Получить по заслугам — это же счастье? Мне повезло, да? Обретя счастье, я смогу сказать Манато и Могузо, друзьям, которых больше никогда не увижу: «Мы как всегда стараемся». Разве это не великолепно?» Да, великолепно. Наблюдая сонными глазами, как наемники двух групп увлечены беспощадным «пати тайм», Харухиро был настороже, то и дело посматривая по сторонам, не явилось ли вражеское подкрепление. Пусть у них преимущество, но если во время битвы что-нибудь произойдет, в любой момент все обернется кошмаром. Когда это случится, наемникам придется примириться с ситуацией, и все же Харухиро всей душой хотелось избежать подобного исхода. В версии с изображениями тут находится картинка. Вся область от загривка до затылка монстра была разбита вдребезги. Белый гигант больше не шевелился. Похоже, мертв. Разбираться с четырехметровой тварью намучаешься, да и жестоко поступать так с ней, зато награда велика и окупает все. Ранее группа Харухиро, встретив этого монстра, могла только сделать ноги. Белый гигант казался им непреодолимой опасностью. Так было до тех пор, пока Шинохара из клана «Орион» не обнаружил внутри органов каменного существа неизвестный металл. Когда новость об этом разошлась среди наемников, те разом переключились на белых гигантов. Кстати говоря, это случилось около месяца назад, иными словами, не вчера. — Радужный авгит! Вот и он! — как идиот закричал Ранта и извлек из внутренностей сферу диаметром пятнадцать сантиметров, которая переливалась всеми цветами радуги. Насколько Харухиро знал, что сфера зовется «радужным авгитом», обычно он размером с кулак. Найденный шар был побольше. — Яху-у! Я тоже, я тоже, я тоже! Я тоже нашел! — внезапно завопил Киккава, прикрыл глаз, высунул язык и поднял над головой радужную сферу. Вторая находка оказалась диаметром сантиметров в десять. Тоже немаленькая! Больше во внутренностях белого гиганта ничего не нашлось. Осмотрев трупы культистов, ребята заметили, что в тканях белых одеяний встречаются вкрапления авгита. Пусть камешки совсем мелкие, зато превосходно обработаны. Их можно продать за хорошую цену. — Значит, шесть, — Токимуне улыбнулся своей фирменной белоснежной улыбкой. Он все еще стоял на трупе белого гиганта. Подумав о камнях «Как сверкают...», Харухиро покачал головой. — Эм-м… разве не около пяти? — Думаешь? — Наверное. Пять золотых. Если разделить их между группой Харухиро и «Токкиз», то каждая получит по две монеты золотом и пятьдесят серебряников сверху. Если разделить эту сумму еще на шестерых, то по сорок одной серебряной монете на наемника. Неплохой заработок. Точнее, несколько месяцев назад Харухиро и ребята и представить себе не могли, что способны зарабатывать столько. «Нельзя привыкать к хорошему», — подумал вор. Вряд ли их заработок будет регулярно высоким. Труп белого гиганта пришлось оставить в переулке, а вот мертвых культистов они оттащили на обочину дороги. Проделав все это, наемники двинулись дальше. Вскоре они наткнулись на кое-кого. Это были не культисты, а человек. Точнее, люди. Такие же наемники. — О! — сказал шедший впереди, судя по всему, охотник. От него исходила зловещая аура. Этот мужчина был облачен в полный кожаный доспех, на его шляпе красовалось перо, а за спиной висели лук и колчан стрел. На вид охотник казался лишь чуть старше ребят Харухиро. Незнакомец посмотрел на них узкими лисьими глазами и изогнул губы в усмешке. — Уж не Убийцы гоблинов и Веселые ребята ли это? — Здравствуйте, господин Кузуока, — Харухиро слегка качнул головой. Хоть этот мужчина и старше их, но он был одним из тех редких людей, к которому обращаться «господин» совсем не хотелось. Это не значит, что у группы Харухиро с ним товарищеские отношения, как раз наоборот: вор затаил на него обиду. Когда ребята только прибыли в Гримгар, Кузуока взял в свою группу Могузо, а потом обчистил у того карманы и оставил беднягу на обочине. Когда Ранта демонстративно цокнул, Кузуока зло покосился на него и попытался запугать: «А-а?». Группа Кузуоки состояла из воина, вора, мага и темного рыцаря. Один из товарищей пройдохи-охотника скривился, весь видом говоря «Опять началось…». Другой казался равнодушным, третий чуть ли не смеялся в открытую. Реакция разная, но намерения одинаково недружественные. — А-а, здравствуйте-здравствуйте, господин Кузуока! — вмешался Киккава, догнал охотника и похлопал того по спине словно старого знакомого. — Давненько не виделись, как поживаете, господин Кузуока? Как вы? А? — Эй, не трогай меня, Дурекава! — А? Что-что? Я до одурения хорош? Я так и думал. — Я не это сказал, идиот! — Нет-нет-нет, не стыдитесь, господи-и-ин Козлуока! Ой, оговорился, Кузуока! Мне та-ак жаль, та-ак жаль! Мне стоит задуматься о своем поведении! — Черта с два ты задумаешься об этом! — Ага! Именно! Хи-хи! — Как ты меня бесишь! Отвали, а то умрешь! Я прикончу тебя! — Сомневаюсь, — Токимуне расплылся в широкой радушной улыбке, демонстрируя охотнику белоснежные зубы. — Я Вас совсем не знаю, но уверен, Вы слабее меня. Хотите попытаться? — Н-ни за что! — Кузуока оттолкнул Киккаву и крикнул своей группе: — Идем! Группа Кузуоки, услышав приказ, сразу же поспешила восвояси. Вскоре Харухиро и остальные видели лишь их удаляющиеся спины, но даже с такого расстояния было слышно ворчание и оскорбления Кузуоки. Что и ожидалось. — Этот тип, — Ранта поддел сапогом землю, — с дерьмовым характером умудрился стать лидером группы! Поверить не могу! — Угу, — Харухиро почесал в затылке. — Хотя кто бы говорил...

↑ [Crown break]

↑ [Fire Ball]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Моя любовь всегда такая

В Сумеречном мире нет восхода и заката, нет ни утра, ни вечера. Компас здесь не работает, поэтому где север-юг никак не узнать. Это неудобно, вот потому Шинохара из «Ориона» и предложил сделать ориентиром высокий обломок, похожий на колонну. Если встать на вершине холма-отправной точки, откуда впервые спустились в Сумеречный мир наемники Гримгара, можно увидеть вдалеке белый силуэт. Скорее всего, эта колонна — творение рук какого-нибудь архитектора, вряд ли здесь постаралась природа. По крайней мере об этом говорили размеры и форма колонны. Именно ее для всеобщего удобства Шинохара назначил «севером». Никто из добровольцев Багровой Луны не возражал. К востоку от холма, откуда спускались в Сумеречный мир обитатели Гримгара, наемники Лала и Ноно обнаружили заросшую травой равнину. Там был источник с чистой водой. Кстати говоря, Лала и Ноно наткнулись на Сумеречный Мир спустя пять дней после группы Харухиро. Эти двое нашли проход в пещере на Рудной дороге гринбуров. Именно Лала и Ноно назвали крылоруких «гремлинами». Это имя быстро разошлось среди наемников, и вскоре все позабыли о «крылоруких». Даже ребята Харухиро называли этих существ «гремлинами». Место, где гремлины устроили кладку, Лала и Ноно обозначили как «Хранилище яиц», а пещеру, где эти создание спали, — «Общиной гремлинов». Естественно, группа Харухиро взяла на вооружение и эти названия. Кстати, Лала и Ноно обладали поразительным чутьем на выгоду и вскоре стали местными провожатыми. Так они помогали за плату «Ориону», «Железному кулаку» и другим сильным кланам наемников, решивших исследовать Сумеречный мир. Лала и Ноно выполняли свою работу с тщательностью. За короткое время они обшарили каждый уголок Общины гремлинов. А еще они разыскали в Сумеречном мире проход в другой мир. Место, где царит бесконечная тьма, где никогда не наступает утро — Ночной мир. После обнаружения он долгое время оставался нетронутым, ведь там довольно-таки темно. К тому же неизвестно, смогут ли исследователи вернуться из этой экспедиции. В любом случае, Ночной мир — весьма опасное место, но среди наемников ходил слух, что Лала и Ноно в тайне от всех исследуют его. И слух как никогда казался правдоподобными. Ведь новооткрытый Сумеречный мир стал самым популярным местом охоты. Это случилось в мгновение ока. В ту ночь Харухиро сидел у своей палатки. Взяв фляжку, он глотнул воды и вздохнул: — Все-таки это круто… Между обнаруженной Лалой и Ноно равниной и восточной частью холма-отправной точки поставили множество палаток. В несколько десятков рядов. Большинство из них принадлежали наемникам, желающим побыть некоторое время в Сумеречном мире, как группа Харухиро и «Токкиз». Остальные палатки поставили сторонние люди, которые так или иначе обеспечивали быт наемников. Здесь были трактир и бар на колесах, кузница, общественная баня, множество лавок со всякой всячиной, отделение банка Йорозу и, наконец… что-то похожее на публичный дом. Эти палатки поставили поближе к равнине, а уж наемники селились по соседству. Иначе говоря, лагерь добровольцев Багровой Луны с каждым днем все больше напоминал деревню. Ее так и назвали — «Поселение наемников в Сумеречном мире». Глупости! Никто не будет выговаривать такое длинное название. Просто «Поселение». В Сумеречном мире не существовало ночи в привычном смысле этого слова, однако Харухиро выбрался из палатки именно поздней ночью. Вернее, в Гримгаре, должно быть, уже стемнело, но не здесь, в Сумеречном мире. Так как у госпожи Анны были карманные часы, группа Харухиро жила по ним, просыпалась «утром», «днем» выходила на охоту, а «ночью» отсыпалась. В ту ночь Харухиро страшно хотел спать, но сон бежал от него. Вот поэтому вор и сидел у своей палатки. Отсюда он слышал храп Ранты. «Так я точно не усну...» — подумал вор. Со стороны бара на колесах доносились до неприличия громкие пьяные вопли наемников. «И правда, как тут уснуть...» — Здесь никогда не темнеет. Это сводит меня с ума… — пробормотал Харухиро. Может, он слишком нервный? Конечно, уж точно не толстокожий как Ранта. Но и не слишком чувствительный. — Вот бы жить одному… Когда-нибудь… Просто Харухиро не выносил все время быть с людьми. Ему казалось, будто чужое общество его душит. Частенько казалось. Пусть он мечтал о чем-то почти несбыточном, но ему хотелось комнату. Арендовать и жить одному. — Эй, бесит-бесит-бесит-бесит-бесит-бесит-бесит- бесит-бесит-бесит-бесит-бесит-бесит, я так больше не могу… — закрыв лицо ладонями, быстро-быстро пробормотал Харухиро. От этого ему странно полегчало. Нужно быть реалистом. Будь у него даже средства на аренду комнаты, в Алтану они в скором времени не вернутся. Сейчас его группа жила в палатках то в городишке-наблюдательном пункте Алтаны, то в Поселении. Поскольку Харухиро и ребятам приходилось все время ходить туда-сюда, они старались брать поменьше палаток. В среднем получалось по палатке на парней и девушек. То есть две. Лучший вариант. Харухиро все прекрасно понимал, но отчего порой ему так сильно хотелось жить одному? Ведь для этого не было особых причин. В основном он все больше хотел одиночества, поскольку взял на себя роль лидера группы, которая ему совсем не подходила. Тяжело все время относиться с вниманием к нуждам товарищей. Это была главная причина. «Я работаю над этим. Многое нужно обдумать и сделать, потому и не зациклен на собственных проблемах. Но в конце дня, освободившись от долга лидера, я чувствую, какая ноша лежит на моих плечах. Даже порой трудно дышать». Нет, он не собирался бросать свой пост. Не хотел убегать при виде трудностей. Просто ему было тяжело. Нехорошо подводить ребят, да у него этого и в мыслях не было, просто Харухиро чувствовал, что мучается. Он взял на себя больше, чем мог вытянуть, и все равно считал свои старания недостаточными. Как ни крути, а от обязанностей лидера никто не освобождал. Жаловаться нельзя. Он не хотел беспокоить товарищей, не хотел доставлять им проблем. Ведь если откажется он, это будет ударом для группы. «Что бы ни происходило, я буду чутким и внимательным. Ко всем: и к нашим, и к «Токкиз». Другого выбора нет. Хотя это морально изматывает», — продолжал размышлять вор. — «Вот бы жить одному…» — Ну, сейчас-то я один… Верно. Его желание исполнилось, ведь Харухиро сидел у палатки в полном одиночестве. Он поднялся на ноги, решив немного пройтись. Харухиро направился в противоположную от палатки сторону — к равнине. Так как в этом мире не существовало дня и ночи, трактир на колесах не закрывался, посетителей тоже хватало. Повсюду бродили наемники, и Харухиро приложить немало усилий, чтобы не попасться им на глаза. Казалось, что в поселении живет тьма народу, на деле же около двухсот-трехсот человек. С большинством из них вор знаком шапочно, и каждый из таких знакомцев был старше Харухиро. А еще юный лидер и его ребята нередко становились для этих типов объектом насмешек. Если кто-нибудь из наемников подловит вора, его затянут в неприятный бесполезный треп. Хорошего в таком отдыхе мало. Тем более Харухиро мечтал побыть в одиночестве. В баре на колесах пировали наемники клана «Железный кулак». Эти парни взяли привычку называть себя «одной семьей» и «братьями» и вообще относились друг к другу как родственники. В центре шумной толпы восседал невысокий стриженный налысо парень. В его взгляде чувствовалась невероятная сила, хотя лицо было детским. Парня звали Макс Тайман. Рядом с ним сидел его правая рука, мужчина с короткой бородой по имени Эйдан. Настоящее имя Макса — Масафуми, а у Эйдана — Эйске. Говорят, что тех, кто назовет их этими именами, изобьют до полусмерти. Но почти всех «братьев» в «Железном кулаке» кличут не по имени, а по прозвищу. — Мы! Железный! Кулак! Да-а-а-а! Харухиро частенько слышал эти крики. Иногда «братья» увлекались и драли глотку всю ночь. Вор, сколько бы ни пытался, такие порядки понять не мог. «Железный кулак» отправился в Сумеречный мир вслед за «Орионом» и почти сразу показал всем, что намерен действовать жестко. Наемники «Ориона» были словно отражением Шинохары: его люди воспитанные и больше всех походили на группу исследователей. Соратники Макса придерживались совершенно иных взглядов. Их природа признавала только битву, и потому они были группой безжалостных вояк, привыкших сеять ужас. И каждого культиста, попавшего к ним в руки, они убивали. «Железные кулаки» устроили белым балахонам настоящий геноцид. Повсюду в Сумеречном мире разбросаны белые кварталы — места обитания культистов. Два квартала группа Харухиро обнаружила еще до прибытия «Ориона», но ребята даже не думали к ним приближаться. Там живет множество культистов. Слишком уж опасно. Однако «Железный кулак» без труда зачистил один такой квартал. Поговаривали, будто они весь день, все двадцать четыре часа, вырезали культистов. Под конец, когда последние выжившие культисты сбежали из квартала, «Железный кулак» с победным кличем захватил местность. Нет, вернее, ребята Макса зачистили ее, не оставив и камня на камне. По правде говоря, в последнее время группа Харухиро охотилась именно в этом квартале. Железные кулаки давно бросили его, переключившись на новый, где и устроили резню. Вот чем они занимаются каждый божий день, да? Вряд ли. Однажды в разоренный квартал начали возвращаться культисты. Маленькие группки белых балахонов собирали трупы собратьев и патрулировали улицы. Вряд ли они заживут как прежде в этих местах. Кстати, белые гиганты, в основном, появлялись лишь в Убежищах культистов, или же просто Убежищах, а не в кварталах. Кажется, их там действительно не было. Изначально каменные монстры обитали отдельно от культистов и встречались далеко не на каждом шагу. Чаще всего их можно было найти в Храме гигантского Бога, на который и наткнулись «Токкиз» на второй день экспедиции в Сумеречный мир. Еще одно место — Большая котловина Бога, расположенная на юго-западе от отправной точки. Но с тех пор как «Железный кулак» зачистил одно из Убежищ, белые гиганты стали появляться тут и там. Иногда они с культистами действовали сообща. Вот поэтому в разоренном «Железным кулаком» Убежище легко было нарваться на небольшую группу культистов с белым гигантом во главе, что сделало это место для наемников превосходными охотничьими угодьями. Добровольцы Багровой Луны так и называли их — «Номер один» (то ли потому, что это первое Убежище культистов, которое разорил «Железный кулак», то ли потому, что здесь выгоднее всего охотиться. Не исключено, что все сразу — Харухиро не знал наверняка). — Ну, пожалуй, стоит сказать железным кулакам «спасибо»… Сложно избавиться от первого впечатления: как ни крути, а ребята Макса кажутся уж слишком жестокими людьми. Но куда хуже то, что Харухиро и остальные пользуются плодами их жестокости и насилия, фактически живут за чужой счет, что само по себе отвратительно и мелочно. Нет, у вора не было причин критиковать железных кулаков. Благодаря воровской скрытности Харухиро так никого и не встретил: он благополучно добрался до края равнины. Он от всей души порадовался своей маленькой победе. «И правда крошечная. Да и ладно. Пусть. Маленькая победа — уже хорошо. Я постоянно хочу лишь малого. Но мелочным лидером быть как-то не хочется. Печально, если все так и останется», — размышлял вор. Когда наемники впервые наткнулись на эту равнину, она была вся зеленой, заросшей густой травой. Теперь же здесь пустыня. Деревья вырубили, осталась лишь парочка кустов. Добровольцы Багровой Луны пополняли запасы воды благодаря источнику на дне котловины. Та же вода плескалась во фляжке Харухиро, только вскипяченная на костре. Хоть вода в источнике казалась кристально чистой, но пить сырой ее нельзя: живот разболится. И даже сильно. Конечно, если наемники будут и дальше черпать воду в таких количествах, однажды ключ пересохнет. Пока ничто не предвещало беды, но риск оставался. Харухиро любил наблюдать за текущей водой, это зрелище незаметно успокаивало его и расслабляло, в общем, действовало на его психику благотворно. Он чувствовал себя простым ничтожным человеком и думал, что хорошо таким быть. Если бы Харухиро был утонченной натурой со сложными эмоциями, проблем и невзгод в его жизни стало бы в разы больше. Наконец Харухиро стало клонить в сон. Вор встал и направился назад, в свою палатку. — Один и тот же вывод… Ха-ха… — думал Харухиро по пути. Он невольно усмехнулся. Каждый день в его мозгу теснились одни и те же мысли. Он ломал голову над одними и теми же вопросами. Долгое-долгое время, пока однажды Харухиро не заметил, что постепенно все становится неважным, ему нет до этого никакого дела. И в конце он неизменно говорил себе: «Ну, это я обмозгую как следует завтра». — Можно сказать, никакого прогресса… Но все не так уж плохо. Раз я не великий человек, то быстро прогрессировать не получится... Пока его группа развивается, пока они зарабатывают достаточно денег, все хорошо, так? «Ага. Хорошо. Просто соглашусь и все. Так и сделаю», — рассудил Харухиро. «Скоро увижу мою любимую палатку. Ладно, не такую уж любимую… наверное. Стоп…» Из палатки кто-то вышел. Наверняка Ранта или Кузаку. Кузаку. Высокая и вечно сгорбленная фигура. Как ни сутулься, рост не спрячешь. Это очевидно. Если бы дело ограничилось одним Кузаку, Харухиро бы подумал, что тот просто проснулся, с кем не бывает… Но вор заволновался, когда из палатки девушек кое-кто вышел. Нет, не то чтобы лидер заволновался, просто какова вероятность, что совершенно случайно следом за Кузаку из соседней палатки вышла Мэри? Серьезно? Совпадение? Скорее, неизбежность, да? Трудно сказать. — Напрямую их не спросить… — Харухиро машинально спрятался за соседнюю палатку. Он сделал это без всякого умысла. А вообще, стоило ли прятаться? Вряд ли. Но все же… Высунувшись из-за палатки, вор увидел, как эти двое куда-то пошли. «Зачем я это делаю? Будто бы я подглядываю. Плохо. Определенно. Но все же... Черт, мне любопытно! Ну конечно мне любопытно! Я ведь лидер? Может, меня это не касается? Да или нет, но они члены моей группы, так? Значит, это имеет ко мне какое-то отношение, да? Может, мне следует знать? Так что? Да или нет?» Жрица и паладин о чем-то тихо переговаривались.. А еще Мэри шла и смотрела себе под ноги. «Какого черта? О чем они говорят? Черт! Не слышно». — Ой… — воскликнул Харухиро. Кузаку схватил Мэри за руку... нет, за рукав. Он потянул жрицу за собой, и та послушно пошла, вперив взгляд в землю. «А. Они пошли. Пошли… Вместе. А… Точно. То-очно…» — Понятно… — пробормотал Харухиро. «И ладно. Точно. Без разницы. Не то чтобы я не ждал, когда это произойдет. Да. Мне правда все равно? Да, уверен на все сто. Практически. Как далеко они зашли? Не знаю, да и не собираюсь узнавать, потому что не хочу, но я абсолютно уверен, что между ними что-то произошло. Хоть что-нибудь. Так что пусть продолжают. Пусть делают что угодно! Точно! Какое мне до этого дело? В смысле, если что, я был бы рад за вас. Именно! Сказали бы, хоть как-то объявили! Просто и честно признались! Думаю, следовало бы признаться!..» — Ха-а-а-а-а-а… — шумно выдохнул Харухиро, сел на землю и прижал ладонь к груди. Ему просто хотелось разрыдаться. Увиденное было для него шоком. Почему? Почему он так сильно шокирован? Потому что эти двое скрывали свои отношения от него? Могли бы и сказать! Хоть что-нибудь! Они что, не доверяют ему? Так ведь? Вряд ли. Пусть Кузаку и Мэри не держали свои отношения в секрете, но заявлять о них публично тоже не торопились. «На самом деле, мы встречаемся!» Нет, такое они не скажут. Это просто ни в характере Мэри или Кузаку. Кроме того вполне возможно, что их отношения только развиваются, они оба не знают, к чему это приведет. Может быть, этим двоим трудно скрываться от товарищей, но рассказать все как есть они тоже не могут. Не исключено, что паладин и жрица просто не знают, как вести себя, так? Причины могут быть разные. Наверняка. Вообще, какие у них… чувства? Друг к другу? Взаимно ли? — Кх-х-х-х-х… «Щемит в груди. Больно. Почему? У них там любовь, да? Что-то вроде? Романтические отношения? Взаимная любовь? Это личное дело Кузаку и Мэри, нужно оставить их в покое». Именно. Харухиро понимал, что не в праве мешать им. Те, кто встревают в отношения — как собаке пятая нога! Харухиро думал об этом именно так. Он не врал себе. Он искренне считал себя лишним. Тогда почему ему так плохо и больно? Наверное, все-таки из-за «этого»… Не хотелось признаваться даже самому себе… Лучше вообще забыть об этих чувствах, но ничего не изменить, правда есть правда. Что и говорить, Харухиро нравилась Мэри. Даже очень. Иначе говоря… насколько вообще это просто сказать…он любил ее. И его любовь оказалась безответной. Естественно, вор даже помыслить не мог, будто Мэри ответит ему взаимностью. Спроси он себя, то с уверенностью бы ответил, что и не ждал от девушки ответного чувства. Поэтому Харухиро всячески гнал от себя мысли, что влюблен в Мэри. Пытался не думать об этом, игнорировал свои чувства. В итоге его старания обернулись глупостью, оказались просто бессмысленными. А все же она нравится ему. Харухиро решил провести мысленный эксперимент. «Взять тех же Юмэ и Шихору, таких же сокомандниц. Представим, что кто-то из них сближается с кем-нибудь из наших парней. Почувствую ли я боль при этой мысли? Наверное, нет. Например, Шихору и Ранта… хотя такое просто странно. Пожалуй, меня бы напрягла лишь нелепость этой ситуации, мол, какое у них вообще будущее, но не более. Юмэ и Ранта — тоже самое. Если брать Юмэ и Кузаку, или Шихору и Кузаку, то, пожалуй, подумал бы: «Хэ-э, неожиданно, рад за вас, не расставайтесь, а то потом у нас будет много проблем» Значит, все-таки только Мэри. Даже если бы она выбрала не Кузаку, а кого-то другого, Харухиро бы все равно испытал самый настоящий шок. Все потому, что это Мэри. — Вот… оно что… — Харухиро рассеянно смотрел на многоцветное небо. Вместо сердца в груди образовалась дыра. Он чувствовал тупую пульсирующую боль. Казалось, его тело выстыло, стало пустым, и теперь там гуляет только ветер. Харухиро разбили сердце. И осколки пока не собрать.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. От всего сердца

И? Что с того? Что тогда? Что ему делать? Ничего. Все тщетно. Чувства Харухиро никак не повлияют на происходящее, это только его проблемы. Поэтому он обуздал их, точнее, смирился. На деле раздражение быстро сменилось равнодушием. Его больше не волновало, что там у Мэри с Кузаку. Впрочем, это не значит, что Харухиро мысленно пожелал им долгой совместной жизни, но сказать что-то вроде: «Вперед! Творите что хотите! И если вы дальше собираетесь скрывать ваши отношения, не утруждайтесь, я все знаю» — вполне. Наверное. Нет, ничего подобного! В действительности он так не думал. Харухиро понимал, что тайна Кузаку и Мэри стала той пропастью, что отделяла их от остальных членов группы. Как же преодолеть ее? Или не стоит и пытаться? Что выбрать? «Как-то неловко», — подумал лидер. Однако из неловкой ситуации его сильно выручило то, что ребята подняли вопрос о возвращении в Алтану. За время охоты они заработали немного денег и захотели выучить пару-тройку навыков, а кроме того прикупить снаряжение. Сам Харухиро мечтал о другом — побыть в одиночестве. Ведь разобраться в своих чувствах не так-то просто! На путь из Сумеречного мира до Ветреных Пустошей и опорного пункта пограничных войск, а затем до Алтаны они потратили около двух дней. Добравшись до города, они разошлись каждый по своим делам. Харухиро отправился в гильдию Воров, где пробыл всю неделю, изучая навык «Скрытность» * . Прежде чем взяться за отработку приема, Старый Кот долго сомневался, а не выбрать ли вместо него «Бросок в воздухе» * , но, будучи человеком скучным и осторожным, решил, что куда важнее улучшить навыки разведки. Вот поэтому Харухиро остановился на «Скрытности», ведь этот прием, следуя из названия, помогал скрывать свое присутствие от окружающих. Гильдия установила стоимость обучения в две золотых монеты. Не слишком-то дешево, даже очень дорого! Если Харухиро не постарается, то вряд ли освоит его как следует. Однако не стоит забывать о строгом нраве Барбары, его наставницы. Она вряд ли позволит ему учиться спустя рукава. — Думал, я умру… В этот раз ему действительно приказали умереть. Без шуток. Прикинуться что ни на есть дохлым. И на то были свои причины. Ведь «Скрытность» состоит из трех практик, которые могут использоваться сами по себе. Первая — затаиться. Скрыть присутствие от врага. Вторая — скрытное перемещение. Главное, не выдать себя. Третья — предчувствие. Сконцентрироваться на своих ощущениях и заметить присутствие противника. Таким образом, наставница Барбара начала с приказа «умереть». Если Харухиро прикидывался недостаточно дохлым, она тут карала его без всякой жалости. Только за эту тренировку парню сломали две-три кости. Причем Барбара не отпустила его, а заставила отрабатывать прием с переломами. За учением кроме наставницы следил еще один человек, как поговаривали, с темным прошлым. Когда-то он был Вором, но сменил класс на Жреца. Именно он неизменно приходил на помощь ворам гильдии, когда кто-нибудь из них получал травмы. И все же тренировать учеников до полусмерти — сомнительная метода. Уж очень жестоко. Обучая его, Барбара приговаривала: «Если не довести человека до предела, он не овладеет навыком в совершенстве. Для твоего же блага стараюсь. Потом будешь благодарить со слезами на глазах!» И она не обманула: подобные испытания без слез не обходятся. В глубине души Харухиро понимал, что наставница абсолютно права, ведь если он совершит ошибку на поле боя, это может стоить ему жизни. И это пугает. Старый Кот осознавал, что рано или поздно все мучения окупятся. Как только наставница вобьет в его голову и тело основы, навыки останутся с ним навсегда. Например, после семидневных тренировок он осознал, что пока слоняется по улочкам Алтаны, невольно так или иначе повторяет практики «Скрытности». Ему даже начало казаться, что он свихнулся с этими тренировками. А еще Барбара расщедрилась на похвалу, чего от нее никогда не услышишь: «А у тебя есть талант. Ты действительно подходишь для этой работы», — сказала она. — Ну-у… — усмехнулся своим мыслям Харухиро, попутно пытаясь просочиться сквозь толпу на рынке. — Рад слышать, да… Это что, означает быть самым настоящим вором? Грабителем? Ремесло вора — воровать, да, но все же... По всей видимости, когда-то гильдия была детищем «Черной вдовы» — секретного воровского общества Аравакии. Когда королевство принялось расширять границы, руководство «Черной вдовы» предложило властям сделку: помощь в обмен на освобождение членов братства из тюрем. Соглашение скрепили, и бывших заключенных отправили на границу в качестве разведчиков-смертников. Позже изгнанники обустроились и основали свою гильдию воров. «Впечатляющая легенда. Выходит, потому тренировки Воров такие тяжелые? Или наставница Барбара просто садистка?» — размышлял Харухиро. Что ни говори, а вор остается вором. В гильдии хватало молодцов, добывающих хлеб свой насущный грабежом, тем самым злоупотребляя навыками класса Вор. Перед тем как вступить в гильдию, Харухиро немного размышлял о природе своего класса, но совсем все переменилось, когда он начал представляться в духе «Я — Вор». Услышав это, многие мрачнели. В особенности простые граждане Алтаны. Ничего не помогало, даже объяснения в духе «Это все предубеждения! Большинство членов гильдии не ворует, они наемники как и все!». Ведь в гильдии обучали вполне однозначным вещам — «Взлому» * , «Грабежу» * , «Краже» * . Если задуматься, Харухиро с легкостью мог стать грабителем. Так что нечего пенять людям на их подозрения. — Да уж, нечестно… Харухиро нравилось ходить на разведку, скрывая свое присутствие. Порой у него возникали мысли типа: «А может, это мое призвание? В моей природе?» Так что же… он… прирожденный вор? — Лучше бы название сменили… — подумал он о гильдии Воров. Если учесть обстоятельства, при которых в Алтане появилась это братство, называться «ворами» все же не стоило. Лучше бы другое что-то придумали. Или же основатели гордились своей профессией? Но чем тут гордиться? — В гильдии воров нет правил, никто не запрещает основать свою гильдию… Нет, само собой, я бы так не поступил. Тогда с чего бы кому-то создавать ее для меня? Будь у него какой-то выбор, Харухиро бы точно переметнулся. Конечно, ему было бы грустно разрывать отношения «учитель-ученик» с Барбарой… пожалуй, да. Или же нет? Порой она пугала как никто другой. Впрочем, серьезно он о таких вещах не думал. Можно сказать, его размышления были пустыми. Что до остальных, то Ранта собрался шесть дней изучать боевую технику темных рыцарей «Пропажа» * . А Шихору, кажется, будет пять дней изучать заклинание магии Дарс «Болото теней» * , потом еще два дня потратит на заклинание магии Канон «Ледяной шар» * . Что касается Юмэ, то она хотела осилить за неделю целый ряд умений: «Охота» * , «Слежка» * , «Волчья яма» * и «Капкан» * . Так как магия света не действует в Сумеречном мире, Мэри решила потратить пять дней на технику самозащиты Жрецов — «Месть» * . А Кузаку шесть дней практиковался в защитных техниках «Охрана» * и «Канат Войны» * . Получается, Харухиро, Шихору и Юмэ провели за тренировками семь дней, Ранта и Кузаку — шесть, Мэри — пять. Стоит сказать, что «Токкиз» тоже не сидели сложа руки, а усердно осваивали новые навыки. Госпожа Анна и Тада наконец-то изучили «Таинство». Остальные тренировались с таким же усердием, а в свободное время делали, что хотели. Но завтра наемники двух групп планировали встретиться. Кажется, конец тренировок Ранта собрался отметить походом в Небесный переулок. Там было множество публичных домов, правда, Харухиро не совсем понимал, для чего они нужны. Судя по всему, там платят девушкам, чтобы те составили компанию за выпивкой. И, похоже, подобные места весьма популярны среди наемников. Однажды Ранта уже пытался затащить туда лидера, но Харухиро отказался наотрез, чем просто взбесил темного рыцаря. Не исключено, что Ранте не хватало мужества посетить публичный дом в одиночку, вот он и пытался уговорить вора. Ну, раз так хочется, почему бы не пойти самому? По видимому, Ранта так и не решился сходить в публичный дом, пусть и хорохорился почем зря. И вряд ли сможет. Скорее всего, в последний день перед походом он напивался в каком-нибудь баре, попутно флиртуя со всеми девицами подряд. «Мэри и Кузаку… Чем они заняты — кто знает? Наверняка где-то ходят под ручку. Скорее всего! Они ведь встречаются. Удачи им. Я не возражаю. Пусть строят крепкую семью. А не рано ли? Когда-нибудь все равно придется… В таком случае, все нормально… да? Наверное…» — размышлял Харухиро. Колокол пробил семь раз, оповещая округу: сейчас шесть вечера! Обычно он звонил с шести до шести, помогая жителям Алтаны ориентироваться во времени. Отбив семь раз, колокол замолкал до утра. После вечернего боя торговцы убирали прилавки, рынок закрывался, а Небесный переулок наоборот просыпался: по ночам в нем кипела жизнь. Харухиро остановился перед банком Йорозу. — Привет. — Опаздываешь! — надулась госпожа Анна и даже подпрыгнула от возмущения. — Или нет? Все-таки не опоздал? Но все же, разве гуд гай не должен приходить на назначенный дэйт заранее? Да или нет? Конечно, да! — Прошу прощения, — Харухиро ответил на упреки поклоном. — Не выглядит сердечно чисто! — Ты имела в виду «чистосердечно». — Но говорят же «чист сердцем», значит, сердечно чисто! — А, вот оно что. «Вот значит как? Но разве так говорят? Даже если и говорят, то «сердечно чисто» значит совсем иное», — подумал вор. Харухиро перевел взгляд и робко посмотрел в лицо очень высокой девушки, стоявшей рядом с госпожой Анной. — Привет. — Угу. Миморин… улыбнулась? Поскольку она была из той породы людей, чье выражение лица практически не меняется, трудно понять, что у нее за эмоции. — Я хотела увидеться с тобой. Она привыкла выражаться прямолинейно, так что недопониманию тут нет места. От ее искренности у Харухиро аж живот свело. — Вот как… — А Харухиро? — А, я? — Хотел увидеться? Со мной? — Эм-м… Харухиро стыдливо опустил голову. Нужно быть вежливым. Но лучше искренним, так будет проще. По крайней мере, пока. и все же вор не мог так поступить с девушкой. Харухиро поднял голову и посмотрел Миморин в глаза: — Не очень. — Ах. — Без эмоций не понятно, что с тобой... — пробормотал вор. — Это ранило мои чувства. Разбило сердце. — Ну-ну… — госпожа Анна нежно погладила Миморин по спине, хотя, скорее, по ягодицам. По щекам Миморин покатились слезы, Харухиро растерялся. — А, ну… а-а? А Киккава? С вами должен быть Киккава… — Ушел по делам? — госпожа Анна, не прекращая поглаживать ягодицы Миморин, раздраженно повела плечами. — Ау... Ноу! У него дела? Вот почему Киккавы нет. — С Киккавой нас было бы четверо, мы бы хорошо провели время и узнали друг друга получше. Вот почему я согласился пойти… — В жизни бывают подъемы и падения! Верно? — Не понимаю… — Булшит! Ты, черт побери, должен понимать сердце девы! Именно! — Все в порядке, — Миморин указательными пальцами вытерла слезы. — Я все равно не передумаю. «Пожалуйста, передумай…» — взмолился про себя Харухиро, но вслух ничего такого не сказал, стараясь не ранить ее чувства еще больше. Он как мог избегал причинять ей боль. Пусть Миморин и маг другой группы, но все-таки союзник, как и все ребята из «Токкиз». По крайней мере, Харухиро хотелось разрядить ту давящую атмосферу, что царила при совместной работе двух групп. Не сказать, будто он жаждал какого-то особого обращения, ему просто хотелось наладить с Великаншей дружеские отношения. Однако Миморин по определенным причинам думала о нем иначе, так что парню пришлось избегать ее и отказываться от постоянных приглашений встретиться, которыми его засыпала госпожа Анна. Сначала Миморин предлагала встретиться наедине, иначе говоря, приглашала на что-то вроде свидания. Осознав ее намерения, Харухиро вежливо отказался. И все же Миморин не сдалась (что, возможно и расстроило госпожу Анну), поэтому Харухиро раз за разом получал приглашения. В конце концов, сам Токимуне просил за Миморин, убедив Харухиро встретиться с ней хотя бы раз. Продолжай он отклонять просьбы девушки, рано или поздно ситуация бы накалилась. Впрочем, в упрямстве Харухиро не откажешь, он стоял на своем до последнего и уступил лишь потому, что с его условиями согласились. Никаких встреч наедине. Харухиро четко дал понять Миморин, что как девушка она его не интересует. Конечно, нельзя сказать, будто он ненавидел Великаншу, просто не хотел видеть ее иначе, чем в дружеской компании. Так что в кругу друзей он бы точно с ней встретился. В итоге остановились на том, что Миморин возьмет с собой госпожу Анну и еще кого-нибудь, к ним присоединится Харухиро и все вместе они пойдут куда-нибудь прогуляться и перекусить. Когда наемники наконец-то вернулись в Алтану, Харухиро поступило предложение собраться вчетвером (он, Миморин, Анна и Киккава) и пойти в какой-нибудь трактир. У вора не было особых причин отказывать, вот он и согласился. Разумеется, Харухиро как всегда колебался, прежде чем дать положительный ответ. Трудно отрицать очевидное: за время совместных походов его ребята и «Токкиз» сдружились, поэтому юный лидер верил, что все вместе они преодолеют любые трудности. Да, вот о чем он думал. Не слишком ли наивно? В итоге Харухиро угодил в западню. Конечно, он вовсе не обрадовался, но и злиться больше не мог — слишком уж устал. — Ну, может, для начала где-нибудь перекусим? — Угу, — Миморин энергично кивнула. «Вау!» — невольно удивился Харухиро, когда заметил, как засияли глаза Миморин. Она так рада? Почему-то ее радость оказалась заразительной: настроение вора мигом улучшилось. «Ну, я и правда не могу ненавидеть ее, так? Даже неплохо к ней отношусь… как к личности. Думаю, она чудаковатая. А еще высокая, даже слишком! Хочешь посмотреть ей в лицо, придется запрокинуть голову, пока не закружится. Ладно, не бог весть какая проблема» Троица отправилась к таверне, которую выбрала госпожа Анна. К удивлению Харухиро, этим местом заведовал (а также был поваром) мужчина-эльф. Судя по всему, заведение пользовалось определенной популярностью благодаря мясным и разнообразным овощным блюдам. Здание же трактира оказалось длинным и узким, почти всю площадь занимали небольшие столики и стулья на четырех ножках. К вечеру здесь было так людно, что ребята с трудом разыскали себе место. Госпожа Анна и Миморин заняли одну сторону стола, а Харухиро расположился прямо напротив них. Заказ доверили госпоже Анне, поскольку она в принципе обожала выбирать что-нибудь вкусненькое. И не прогадали: оказалось, что травяное пиво пьется намного легче обычного, а от заказанных блюд шел великолепный аромат, так что у любого бы потекли слюнки. И вкус ничем не уступал запаху. Пока они ели, Миморин молчала, а вот госпожа Анна болтала без умолку (впрочем, это в ее характере). Кроме того, Миморин сидела за столом с идеально прямой осанкой и ела практически бесшумно; ее манеры оказались довольно-таки милыми, в то время как грозная жрица вела себя просто чудовищно. Без всяких преувеличений, госпожа Анна совершенно не знала столового этикета. Харухиро не слишком-то нравились люди без манер, заглатывающие еду кусками, практически не жуя, да еще и чавкающие. Само собой, он не стал делать госпоже Анне замечаний, хотя и мечтал, чтобы она прилично вела себя за столом. Но в вопросах этикета он больше симпатизировал Миморин: она не раздражала его своими манерами. — И? — когда госпожа Анна открывала рот, до Харухиро доносились винные пары и запах трав. Кажется, жрица уже наклюкалась. — Какого черта?! И чего тебе в Миморин не нравится?! Не в твоем положении нос воротить! Вот за хэл, черри-бой? — Какого черта… — машинально повторил Харухиро, переведя взгляд на Миморин. Их взгляды встретились. Девушка пристально смотрела ему в лицо. — То есть вы об этом хотите поговорить? Думаю, для меня достаточно быть просто друзьями… — Достаточно только для Харухиро-о! Но не-е для Миморин! Пойми, идиот! Андерстэнд? — Ноу андерстэнд. — Чего-о это, захотел дэд ор дэз? — Что «дэд», что «дэз» означает «смерть»... — Хватит умича-ать! Ты не-е ответил! — госпожа Анна со всей силы жахнула кулаком по столу. — Что не так с Миморин?! Какие-то серье-езные причины? Если ноу никаких причин, то я тебя не прощу-у, знаешь ли?! — Госпожа Анна, у-успокойтесь… — Как я могу успокоиться-я! — Тогда хотя бы говорите... — Вай ты такой спокойный? Фак, это бесит! — ...потише. Чем сильнее распалялась жрица, тем тише становилось вокруг. Неловкая ситуация. Харухиро машинально почесал в затылке и прочистил горло. Конечно, ему не улыбалось обсуждать с госпожой Анной подобные вещи, но если не ответить серьезно, она вряд ли притихнет. — Ну… как бы сказать. Итак… что? С Миморин все в порядке, нет ничего, чтобы мне не нравилось. — Тогда, — Миморин тут же подалась вперед. — Почему? — Хм-м… — вор зажмурился и протер глаза. — Не уверен, что сумею объяснить. В таких вещах я неопытен… Мне так кажется. — Я тоже! — И госпожа Анна тоже! — В-вот как… Эм-м, тогда, ну… знаешь… Симпатия — это нечто нелогичное, так? Да. Приходит сама по себе. Бывает, что нравится лицо человека или то, как он добр к тебе. Какие-то такие причины, чтобы влюбиться. Будто кто-то рубильник дернул. Иногда хватает одной причины, а иногда нужно несколько, верно? Может и нет… — Мне нравится Харухиро. Ты прав, это не что-то логичное. — Нет, ну… Вор чуть не сказал ей «спасибо», но вовремя остановился. Он решил больше не давать ей ложных надежд. Ведь ложные надежды плодят только проблемы. Он соврет о своих чувствах, если поблагодарит Миморин. — Угу. Ну, как бы… поэтому, ну... эм-м... в тебе нет ничего плохого. Просто я не испытываю сильных чувств к тебе. Честно говоря, нехорошо говорить об этом так прямо. Или же нет?.. — Конечно нехорошо! Э-эй, Миморин, Миморин… Госпожа Анна попыталась обнять взволнованную подругу за плечи, но из-за невероятной разницы в телосложении так и не смогла. Длины ее рук просто не хватило. «Удачи вам, госпожа Анна. Миморин снова плачет. Кажется, ей действительно больно. Когда смотрю на нее, в груди все сжимается. Но эмоциям я все равно не поддамся» Очнувшись от размышлений, Харухиро заметил, что госпожа Анна тоже плачет. Когда она оторвалась от подруги и посмотрела на него покрасневшими глазами, от этого затуманенного взгляда вору страстно захотелось сбежать. — Харухиро хертлес! Чересчур хладнокровный, да?! — А, да. Не могу винить тебя за то, как ты меня называешь. — Призовешь?! — М? Призовешь? А-а, «признаешь»? — Да! Именно! Ты правильно поня-ял?! Круто! — Ну, должен признать, я сам впечатлен, что понял, но… — Не ва-ажно! — Конечно… — Нет, — сказала Миморин и шмыгнула носом. — Харухиро не хладнокровный. — А? — Харухиро не хладнокровный. Он просто не лжец. — Не-е-е-е-е…. — простонала госпожа Анна и схватилась за голову. — Не лжец, значит? Но… «Что с вами такое, госпожа Анна? Ей-богу, ведете себя как старик», — подумал вор. — Он старается сказать так, чтобы его правильно поняли, — Миморин прикусила губу. — Он не дает мне, той, кто ему не нравится, ложной надежды. — Гва-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — завопила госпожа Анна так, будто вот-вот закашляет кровью, и схватилась за волосы. — Мимори-и-и-и-и-и-и-и-и-и-ин, зачем ты это сказала?! — Я понимаю. — Но ведь… — Это мне и нравится в нем… — Уо-о-о-о-о-о-о! — Нравишься, — Миморин уставилась на Харухиро. Ее глаза были полны слез. — Поэтому хочу тебя взрастить. Нет, быть рядом с тобой. — Прости. — Ожидаемый ответ, — откликнулась маг. — Ну, эм-м… хоть все эти «взрастить» кажутся странными, но я понимаю, как ты серьезна… Ну… я могу это понять, однако… пусть я и по-своему осознаю происходящее, но… все только хуже. Ну, то есть… Я не могу просто сказать «ладно»... В версии с изображениями тут находится картинка. — Ю идиот! — вскипела госпожа Анна и ткнула в сторону Харухиро указательным пальцем. — Что за чушь?! Ты ведь в том возрасте, когда постоя-янно хочется «этого»! Днем и ночью только об одном и думаешь! Да, ты, юноша-а! Почему бы тебе не начать встречаться с ней и сделать «это»? Можешь ведь, ве-ерно? У тебя ведь половое созревание! Да! — Не слишком ли пошло, госпожа Анна? — За-а-аткнись! Смотри, как они хороши-и! Сиськи Миморин! Бам-бам! Невероятно роскошное тело-о! Верно же? Тебе так и хочется вцепиться в них, верно же, а?! — Нет, ничего подобного. Я не Ранта. Хотя он только болтает, вряд ли сам на такое способен. — Миморин без головы от тебя! — Ты имеешь в виду «без ума»… — С ее бесчи-исленными сексниками она всю жизнь будет удовлетворять тебя-я, не сомневайся в этом! — В смысле? — Сексуальные техники — сексники! Спешл текник! Ю ноу? — А-а… немного. Но ты говоришь слишком громко… — Более того, она девственница! Верджин! Даже ферст кисса не было! — Это правда, — по какой-то причине Миморин подтвердила это с серьезным видом. Кажется, настал важный момент? Харухиро не совсем понимал, что происходит, но его кое-что беспокоило… — Э-э… тогда что насчет этих спешл… текник? — Научусь, — Миморин вновь кивнула. — Все будет в порядке. — Это предоставь госпоже Анне! — жрица горделиво ткнула большим пальцем в свою немаленькую (пусть и не настолько впечатляющую, как у Миморин) грудь. — Я обучу ее всяким штучкам и всем секретам техник, какие госпожа Анна только зна-ает! — Значит, госпожа Анна… очень опытна в этом? — Что за чу-ушь, извращенец! Я все еще девственница! — Эм-м, но тогда… — Ху-ху, — жрица ухмыльнулась и потянула себя за ухо. — Госпожа Анна сведуща в сексе! Я из тех девушек, что является миру ра-а-аз в столетие! Это будет просто! — Как скажешь… — В моем воображении я способна доставить оргазм больше, чем миллиону парней, знаешь ли! — А не слишком ли у вас бурная фантазия… — Естественно, это шутка, знаешь ли! Ведь госпожа Анна — совершенно чистая, священная девственница! — Да, ладно. Без разницы… Харухиро глотнул травяного пива и опустил взгляд на стол. Гости трактира вновь замолкли, явно подслушивая их разговор. Кажется, все пялились на странную троицу. Госпожа Анна определенно в восторге от своих пошлых шуток. Не сказать, будто Харухиро бесили ее замашки, но и не слишком-то нравились. — Ну, и-и-и-и-и-и? — от дыхание госпожи Анна снова повеяло спиртным. — Попробуй с ней встречаться, а? Попробуй! Это ведь пустяк, верно? С таки-им найс боди ты будешь утопать в грязных желаниях евридей, да? — Не-а, не согласен. — Фак ю! — жрица показала ему средний палец. Не важно, как его будут уговаривать, Харухиро не собирался сдавать позиции. В особенности потому что они его союзники… Впрочем, не будь они компаньонами, он вряд ли бы передумал. Харухиро не собирался встречаться с девушкой, к которой не испытывал нежных чувств. Точнее, ему казалось, что такой расклад попросту невозможен. Даже если ему заплатят… Нет, деньги только все испортят. «Может, я просто упертый? Возможно, но таков уж я», — подумал вор. — Есть ли... — начала Миморин, но не выдержала и снова залилась слезами. Почти сразу она успокоилась, вытерла щеки и продолжила. — Прости. За слезы. — Нет... — неизвестно почему Харухиро испытал самый настоящий шок. Что произошло? Какого черта? Почему он шокирован? Сам парень не имел и малейшего представления. — Н-не нужно извиняться. Эм-м, если хочется поплакать, то плачь.. Не то чтобы я заставляю тебя плакать или хочу видеть твои слезы… — Это впервые со мной. Очень грустно и больно. — Прости... — Не извиняйся. Это не вина Харухиро. Я ведь сама влюбилась. — Да, ну, может и так, но... — Можно я продолжу? Вопрос. — А, конечно. — Есть ли хоть какая-то вероятность? — Вероятность чего? — Если не сейчас, то когда-нибудь потом? — Эм-м, имеешь в виду в будущем? — Да. — Хм-м... Харухиро хотелось уже корчиться в агонии, но нужно держать себя в руках. «Я в растерянности. Это сложно. Я в тупике». Поначалу ему казалось, что лучше всего сказать: «Никогда. Этому не быть». Ведь Миморин с самого начала ошиблась, когда влюбилась в кого-то вроде Харухиро. Жизнь не вечна, даже сейчас она утекает сквозь пальцы. Не то чтобы он не задумывался, а что будет, когда Великанша полюбит другого…кто знает, что там впереди? Мог ли Харухиро решиться хоть на что-нибудь? Миморин нашла в нем нечто привлекательное и влюбилась в него, а он… Есть ли у него право отвергать ее чувства? За время работы бок о бок с наемниками «Токкиз» Харухиро стал лучше понимать Миморин. Да, она странная, например, так и не смогла перестроиться и до сих пор считает себя Воином, хотя давно Маг. Когда Великанша набрасывается на врага, размахивая посохом и мечом, любой не на шутку испугается. Впрочем, для девушки она довольно-таки сильна да и с мечом отлично управляется. Миморин всегда беспокоится о товарищах и время от времени бывает милой. На самом деле она не плохой человек. Можно сказать, что Харухиро симпатизировал ей от чистого сердца. Единственное, что его беспокоило, так это ее навязчивость. То, как она демонстрирует свою привязанность. Не будь Миморин столь откровенна, проблем бы не было вообще. И все же характер у нее шелковый. По крайней мере, Харухиро хотелось считаться с мыслями и чувствами девушки, настолько она ему нравилась. Харухиро попросту терялся, когда сталкивался с обожанием Миморин. Ладно, если бы она считала его товарищем, ему стало бы полегче, но тут… Но в праве ли он менять ее систему ценностей, влиять на ее чувства, чтобы просто избавиться от утомительной привязанности? Что ни говори, а Харухиро заботился лишь о своем благополучии. Кроме того, даже если он скажет, что у Миморин нет и шанса, разве не солжет? Ведь никто не знает, что будет завтра. Вор даже сомневался, переживет ли его группа завтрашний день. Тем не менее не лучше ли соврать? Или же быть честным до конца? Какой вариант верный? Что будет лучше для Миморин? Для Миморин? Действительно ли Харухиро печется о благополучии Миморин? Не притворство ли это? Не лицемерие? — Могу ли я быть честным? — спросил наконец Харухиро. — Что ж, попробуй. Я не знаю, есть ли вероятность, что все изменится. Не знаю, что нас ждет впереди. Думаю, не только я, никто другой не способен знать. Однако сейчас, Миморин, я считаю тебя очень интересным человеком, мне весело наблюдать за тобой, я не против с тобой общаться, но встречаться… даже представить себе не могу. Я вижу в тебе не более чем друга, честно. Сейчас на большее пойти не могу. Возможно, через несколько лет я начну воспринимать тебя иначе, однако не в состоянии размышлять об этом сейчас. Не стоит на меня рассчитывать. Даже если вдруг у меня появятся чувства к тебе, наверняка будет поздно, ты уже найдешь кого-то другого, тут ничего не поделаешь. Думаю, нас рассудит время. Я могу говорить только о настоящем, прости. Сейчас меня волнует только оно… Миморин сидела неподвижно и с вниманием слушала Харухиро, не сводя с него глаз. Во время своей маленькой речи он тоже старался смотреть ей в глаза. Когда он закончил говорить, силы покинули его тело. Наверное теперь у Харухиро сонный вид. Пусть ему и не хотелось спать, но разговор с Миморин порядком его вымотал. — Понимаю, — ответила Миморин, ее лицо исказилось от непривычных эмоций. Она сощурилась, уголки губ приподнялись, а рот скривился в подобие улыбки. «Она поняла. Я рад», — с облегчением подумал Харухиро. Вор прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Ему так полегчало, будто гору сбыл с плеч. «Почему я сразу так не сказал? Ведь я не огромный, да и душа у меня не столь широкая, чтобы нести на себе такой груз. Я не могу вынести такую ответственность: быть лидером группы, Вором… Это мой предел. Брать что-то еще — ни моя голова, ни руки не справятся. Именно. То же касается и любви. У меня нет на это времени. Даже на Мэри. Будь у меня такая возможность, я бы ей признался или что-то вроде того. Или не сказал бы ничего, ага. Нет, этому не бывать. Я бы не смог. Я благодарен тебе, Миморин», — подумал вор. Несмотря на все недостатки Харухиро, эта девушка сумела влюбиться в него. Нечасто ему так сильно везет. Скорее всего, такое бывает раз в жизни и больше не повторится. Возможно, отказывать Миморин — большая ошибка. Однако, ничего поделать с собой Харухиро не мог. Он не испытывал нежных чувств к Миморин. В этом вся правда. Он не хотел врать ни Миморин, ни себе. Попросту не мог. — Ну тогда... — Все равно нравишься. — А? Разомкнув ресницы, вор понял, что Миморин снова неотрывно смотрит на него. В ее взгляде не было ни капли сомнений. Одна лишь решимость. — Прямо сейчас нравишься. Мне нравится Харухиро. Нельзя? — Фью-ю... — присвистнула госпожа Анна, втянув голову в плечи. — Миморин упрямая. Прямо как скала, да? Или как сталь? Харухиро опустил взгляд и почесал в затылке. «Нет... Разве я могу сказать ей «нельзя»? Не меня нужно спрашивать. Не имеет значения, что я скажу. У меня нет права говорить ей «нельзя». Миморин свободна в своих чувствах. Придется уважать ее выбор». Разумеется, для Харухиро куда удобнее сказать: «Спасибо за понимание. Тогда давай будем друзьями». Смирится она с запретом или нет — зависит от нее. Он сам свободен в своих чувствах. Принять любовь Миморин — его личный выбор. Однако повлиять на девушку он не в силах. Чувства Миморин принадлежат только ей самой. — Нет, можно.

↑ [Stealth]

↑ [Air Throw]

↑ [Pick lock]

↑ [Burglary]

↑ [Pilfer]

↑ [Missing]

↑ [Shadow Pond]

↑ [Ice Globe]

↑ [Hunting]

↑ [Tracking]

↑ [Pit Trap]

↑ [Bear Trap]

↑ [Revenge]

↑ [Guard]

↑ [Tug of War]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Под странными небесами их пути разошлись

Наконец Харухиро и остальные собрались за покупками. Кузаку приобрел шлем и щит вместо поврежденных старых, Мэри — посох, увеличивающий силу атаки. Ранта долго торговался, пока не сбросил цену на Предателя версии 2.0 настолько, насколько это вообще возможно (само собой, имечко мечу кудрявый идиот выбрал сам). Кроме оружия и брони ребята закупились необходимым снаряжением. В итоге ходить за покупками оказалось гораздо веселее, чем ожидал сам Харухиро. Конечно, в городишке-наблюдательном пункте Алтаны оружие и экипировку продают буквально на каждом шагу, но ассортимент здесь бедноват, не сравнить с рынком пограничного города. Харухиро и остальные не искали с маниакальным упорством лучший товар, но все-таки… От одного лишь взгляда на изобилие рынка Алтаны захватывает дух. Даже скупец Харухиро (да, его частенько критиковали за то, что он скучный, занудный и скупой), обнаружив себя посреди моря всевозможных диковин, пару раз чуть было не купил что-то совершенно ненужное, но вовремя спохватился. Группа Харухиро покинула Алтану с легкой печалью на сердце. Они шли на запад, через Ветряные Пустоши. По пути пришлось сделать привал на ночь. Пройдя тридцать пять километров, Харухиро и остальные добрались до опорного наблюдательного пункта Алтаны к двум часам дня. Если б они не мешкая поспешили к поселению наемников в Сумеречном мире, то добрались бы до него к утру следующего дня, а там бы присоединились к охоте на монстров. Само собой, группа Харухиро и «Токкиз» собирались отправиться туда, однако… В опорном наблюдательном пункте им повстречался Шинохара. — Привет, Харухиро, Токимуне. С самой первой встречи Шинохара нисколько не изменился. Этого мужчину всегда отличали от прочих наемников доброе выражение лица и хорошие манеры. На его белом плаще был вышит знак «Х» в виде семи звезд. Герб клана «Орион». Харухиро заметил, что кроме лидера знаменитого клана в наблюдательном пункте немало белых плащей — мужчин и женщин. «Орион» буквально занял весь город. Шинохара подошел тоже не один. Его сопровождали коротко стриженный воин с узким разрезом глаз — Хаяши — и незнакомый парень со стрижкой полубокс и в очках с круглой оправой. Хаяши кивнул Мэри, приветствуя ее, жрица чуть качнула головой и улыбнулась в ответ. Парень опешил. — А? — Харухиро удивился не меньше его. Разумеется, он обрадовался, когда Мэри нашла в себе силы поприветствовать старого товарища улыбкой, но в то же время в голове вора роились ядовитые мысли в духе: «Это все из-за него, да...» Почесав щеку, Харухиро не озвучил их, а сказал совершенно иное: — Господин Шинохара, вы решили покинуть Сумеречный мир? — По правде говоря, пока не знаю. — А? А? А-а-а-а? — Киккава выпучил глаза, подскочил на месте и панически замахал руками. — Что там, что там? Что-то произошло? Что-то вроде шестпровиеис? — Что за «шестпровиеис»? — переспросил парень со стрижкой полубокс и поправил очки. — Вау! Ты меня спрашиваешь? Правда? Правда-правда? — Киккава, хватит шуметь! — госпожа Анна огрела неугомонного товарища по голове. — Эм... — Харухиро, собравшись с мыслями, посчитал своим долгом все разъяснить. — «Шестпровиеис» — это анаграмма к слову «происшествие». — А-а... — усмехнулся парень в очках. — Понятно, понятно. «Он считает это... забавным? Ничего забавного тут нет!» — Так что? — спросил Токимуне, сверкнув белоснежной улыбкой. — Что-то произошло, Шино? — Шино? — пробормотала озадаченная Шихору. — Потому что его зовут Шинохара! — с пол-оборота завелся Ранта (отброс). — Вот почему к нему обратились «Шино»! — Добавляй хотя бы «господин»... — попытался предупредить Ранту Харухиро. Сам он был в шоке. Ранта (отброс) имел привычку пресмыкаться перед сильными и доставать слабых, а раз Шинохора был сильным, то темный рыцарь с готовностью бухнулся на колени и начал молить о прощении: — Прошу прощения! Я увлекся! Нет, точнее, мы просто рассуждали, вот я и забылся! Вернее, простите, что забыл добавить «господин» к имени такого известного человека! — Ничего страшного, — успокоил его Шинохара. Как и ожидалось от зрелого мужчины. — Кх… — в глазах Инуи появился зловещий блеск. Точнее, в одном глазу, поскольку другой был спрятан под повязкой. — Это просто Шинохара, но его должны называть Шино, да… «Эй, Инуи, а не превосходишь ли ты в грубости Ранту?» — Впервые слышу такое, — сказала Миморин, удивленно моргая. А? Впервые слышит такое? — Я это только что придумал, — Токимуне подмигнул и вскинул большой палец. — Это ведь идеальное прозвище для него, верно? — Не могу отрицать, — госпожа Анна с лучезарной улыбкой подняла большой палец в ответ. — «Дон Шинораха» или «Шинохара-ти» было бы милее, — сказала нелепицу Юмэ, скрестив руки на груди и кивнув пару раз. — Ха-а? — нахмурился Тада. — Идиоты. Все вы. Лучше всего подойдет Шинохарайден! * Кузаку и Мэри обменялись неловкими улыбками, затем тут же отвернулись друг от друга. «Так-так-так. Чего отворачиваетесь? Ничего, продолжайте. Почему бы вам не уйти в свой маленький мирок на двоих? Нет? Хм-м. Ладно. Неважно». — Подойдет любое имя, — несмотря на весь абсурд происходящего, Шинохара улыбнулся радостной, а не грустной улыбкой. Да уж, действительно зрелый мужчина. — Но что касается вопроса… Да, произошло. Честно говоря, Сумеречный мир перестал быть привлекательным местом. — Позвольте мне рассказать подробности, — вмешался парень со стрижкой полубокс и в очках с круглой оправой. «А кто он, собственно, такой? Кажется… я где-то его видел, да? Правда, имя не знаю», — задумался Харухиро. Когда лидер-вор чуть склонил голову и бросил парню вопросительный взгляд, тот заметил его и приветливо улыбнулся. — Не успел представиться. Меня зовут Кимура, я из «Ориона». — А… — Харухиро машинально поклонился. — Очень приятно. Рад знакомству. — Я вас знаю. Вы — мистер Харухиро. Это мистер Ранта. Мисс Юмэ. Мисс Мэри. Мисс Шихору. Мистер Кузаку. Мистер Токимуне и мистер Тада, мистер Инуи, госпожа Анна, мисс Миморин, мистер Киккава… Я ведь не ошибся? «Он любит добавлять к именам «мистер» и «мисс», но вот к Анне обратился «госпожа». Этот парень, Кимура, не совсем обычный… да?» — мелькнуло в голове Харухиро. — Господин Кимура — друг сердечный господина Шинохары, — разъяснил Хаяши. — «Скоротечный»? — переспросила Юмэ. И как всегда ошиблась. — Дура, «смердючный»! — Ранта тоже был не прав. — «Черничный» друг?.. Кх… — Инуи тоже ошибся. — «Сочный» друг, — госпожа Анна тоже не угадала. — Уо? Неужели? Как сочный бульон? — почему-то Киккава пришел в восторг. — В гюдоне есть бульон, — кивнула Миморин. Есть. В лавке гюдона. В Алтане. Хотя почему-то туда не кладут говядину. — «Друг сердечный»... — судя по всему, Мэри тоже размышляла над фразой. — Что это значит? — А-а, хм… — похоже, Кузаку тоже не знал. «Друг сердечный» — такое вряд ли поймешь сходу. Это выражение почти не используют. Неудивительно, что его мало кто знает», — решил про себя Харухиро. Впрочем, сам он слышал это выражение когда-то давно, да и то мельком. Точный смысл он не знал, однако в какой-то мере мог предположить, что оно значит. Наверное, «очень близкий друг». Что-то в этом роде? Кажется, друг, который тебя хорошо понимает? Значит, Шинораха и Кимура такие близкие друзья? Немного необычная комбинация. — К-ф-ф-ф, — плечи Кимуры затряслись от смеха. Слишком уж загадочно. — То, что я «друг сердечный» Шинохары, — не что иное, как преувеличение. Просто друг. Само собой, между нами нет никакой БЛ * . Верно, Шинохара? — Да, — голос Шинохары прозвучал отчего-то особенно звонко. — Отвратительно, будь между нами что-то такое. — Уха-ха-ха-ха, — Кимура громко рассмеялся и схватился за живот. — «БЛ» — это, обычно, аббревиатура «Boys Love», — объяснил Хаяши. — Я это и так знаю, идиот! — сорвалась на крик госпожа Анна. «Какой тут хаос», — подумал Харухиро и снова погрузился в свои мысли. — «Разговор идет в никуда…» Нет, скорее, лучше сказать «изначально шел в никуда». Отсмеявшись, Кимура обстоятельно и доходчиво объяснил суть проблемы, из-за которой Шинохара подумывал уйти из Сумрачного мира. Кажется, все началось пять дней назад, когда клан «Железный кулак» снова ворвался в Убежище и принялся вырезать всех культистов подчистую. Атака, судя по всему, прошла успешно, но спустя два-три дня в Сумеречном мире стали случаться странные вещи. Ни с того ни с сего объявился Бог-Колосс (гуманоид настолько огромный, что макушкой мог упереться в небеса) и, повстречавшись с наемниками, начал преследовать их. Конечно, солдаты Багровой Луны порой видели фигуру колоссальных размеров вдалеке. Харухиро и его ребята тоже пару раз наблюдали это зрелище. Однако Бог-Колосс даже не думал нападать на них и спокойно обитал где-то там, на приличном расстоянии от холма, с которого в Сумеречный мир впервые спустились люди. Поговаривали, что к юго-западу от холма есть огромная котловина, названная «Большой Котел Богов», и Бог-Колосс бродит неподалеку от этого места. Разумеется, Большой Котел Богов обнаружили не кто иные, как Лала и Ноно. Само собой, тревожить Бога-Колосса, чьи размеры поражают воображение, невероятно опасно. Поэтому, естественно, среди наемников не нашлось идиота, желающего потревожить покой этой махины. В свою очередь Бог-Колосс не спешил бросаться на людей, каких встречал на своем пути. Можно сказать, он был абсолютно безобидным. По-видимому… все изменилось. «По-видимому» потому, что не было желающих проверить это и сразиться с Богом-Колоссом. Вот почему наемники доподлинно не знали, хочет ли этот монстр битвы или нет. Однако вряд ли среди солдат Багровой Луны найдется отчаянный малый (если не глупец, каких свет не видывал), готовый бросить вызов такой громадине. «Черт, он приближается!» — вот и все, что крикнет человек, кому не посчастливилось встретиться с Богом-Колоссом, и попытается сделать ноги. Если оторваться от этого монстра и скрыться, Бог-Колосс наверняка прекратит погоню, но вот на какое расстояние нужно отбежать — никто не знал. Если постоянно остерегаться этого существа, то охота на белых гигантов и культистов станет по-настоящему изматывающей. «Ох, все хуже и хуже», — подумал Харухиро, осознав причину, по которой «Орион» временно покидал Сумеречный мир. Так как ситуация может измениться, Шинохара решил временно увести большую часть людей. Клан собрался оставить в Сумеречном мире одну группу, в то время как лидер и остальные будут охотиться и зарабатывать деньги где-то еще. — Опя-ять этот «Железный кулак»! — рассвирепел Ранта. — Ублюдки! О других бы подумали! Только и делают, что приносят несчастья, черт подери! — Кто бы говорил. — А-а? С чего бы, Парупиро-о-о-о? — А… — Шихору указала куда-то вдаль. — Кажется, кто-то из «Железного кулака»... — Пбошу пбощения! — Ранта тут же бухнулся на колени. — Я не то имел в виду, правда-правда, это все Харухиро сказал… — Как необычно, валить все на меня… точнее, как обычно… — Уа-а-а? Его тут не-ет? Железного кулака! Шихору-у, ты обманула меня, припрятанные обвисшие сиськи! — Не называй меня так странно!.. — Молчать, обвисшие сиськи! В качестве наказания, я приказываю тебе снять с себя всю одежду! — Кх… — на лице Инуи красовалась невероятно зловещая улыбка. — Я хочу выжечь эту сцену в своей памяти… Однако я хочу быть единственным зрителем! — Никому ничего не покажу! — Шихору обхватила себя руками и посмотрела на Инуи с таким презрением, будто он хуже грязи. — С вами не соскучишься, — улыбнулся Шинохара. — Только шумят, — Тада поправил указательным пальцем очки. — Гребаные насекомые. «Гребаные насекомые» — это, конечно, перебор, но отчасти он прав», — невольно согласился Харухиро. — Бог-Колосс, значит, — Токимуне перевел взгляд на лидера-вора. — Что будем делать? А что тут сделаешь? Работа добровольцев Багровой Луны всегда связана с риском для жизни, от этого никуда не деться. Впрочем, Харухиро прикладывал немало усилий, чтобы сократить риски и избежать беды. Конечно, он с ребятами да «Токкиз» считаются первооткрывателями Сумеречного мира, однако, хоть это и огорчает, лучше избежать угрозы в виде колоссального по размерам монстра. Возможно, это лучший выбор из имеющихся. Таково было мнение вора, и он его высказал «Токкиз», однако добился лишь противоположного эффекта: никто и не думал отступать. — У-у-хи-э-э-э-э! — вопил Ранта, выпучив глаза. Как и остальные, он стоял на вершине холма-отправной точки, откуда в Сумеречный мир спускались все наемники. Скорее всего, день подходил к концу, но в Сумеречном мире не бывает темно, не существует вечера и ночи. Только однообразное многоцветное бескрайнее небо. И под этим сверхъестественным, не поддающимся никакому описанию небом далеко-далеко на горизонте маячил шагающий Бог-Колосс. — Как же далеко! — вздохнул Кузаку. — Тяжело понять, на каком он расстоянии. — М-м, — задумалась госпожа Анна. Она сидела на плечах Токимуне. — Если от ю до него, то километров восемьдесят? Около того? — Думаю, не настолько далеко… — беспомощным тоном заметил Харухиро. — Около… пяти километров? — Юмэ старательно вглядывалась в фигуру Бога-Колосса. — Или же десяти? Может, двадцати? Юмэ тоже трудно определить. Хо-о-о-о-о... Кажется маленьким, а на самом деле очень большой! — Хоть это и противоречиво, но именно так и ощущается, — кивнула Шихору. Она стояла рядом с Юмэ. Нет, девушки не ошиблись. Если верить Юмэ, монстр вышагивал где-то в двадцати километрах пути, это максимум. С такого расстояния тот же двухсотметровый великан будет ростом с былинку. Вот и Бог-Колосс не казался таким уж огромным. И все же его размеры невероятны! Настолько огромных созданий просто не существует в природе. Он словно гора! Да и то не гора, а целая цепь гор, горный хребет… Впервые Харухиро и остальные заметили его на обратном пути, в день спасения «Токкиз», когда те пытались в одиночку исследовать Сумеречный мир и присвоить всю славу первооткрывателей. В тот раз Харухиро был в нескольких сотнях метров от великана, и все равно этот монстр показался невероятно огромным. Пару сотен метров? Вряд ли. В тот раз он и его группа были гораздо дальше от колосса. На расстоянии гораздо большем. Все как и сказал Кузаку: Бог-Колосс настолько огромный, что высчитать расстояние до него тяжело. — Какой же он быстрый, — пробормотал Тада. — Какой же он ногодлинный… — по какой-то причине именно это изумило Киккаву. — Они у него очень уж длинные… А движется очень уж резко. Ва-ау, вау… Бог-Колосс вышагивал где-то к югу от холма-отправной точки, передвигаясь с востока на запад. Харухиро мысленно не согласился с Киккавой, что движения монстра резкие, впрочем, даже с текущего расстояния было очевидно, что ходит он быстро. — Ах, — ахнула Миморин и указала на юго-восток. — Там что-то есть. — Что это… — переспросила Мэри с серьезным выражением лица. Кузаку искоса глянул на нее. — Выглядит крупным, — Токимуне облизал губы. — Похоже на то... Иначе и не сказать. Харухиро почесал живот: мышцы свело и они болели. Ребята Токимуне рады происходящему, причем поголовно, но все-таки почему? Отчего их пробирает дрожь нетерпения, а не ужас, и они этого совсем не стесняются? «Понятно. Такие уж они люди. Пусть я в курсе их странностей, но сыт этим уже по горло! Или же нет, и просто привык к такому? Ранту же как-то терпим», — рассуждал Харухиро. Точно. Именно опыт общения с Рантой вселил в Харухиро уверенность, что он сможет поладить с «Токкиз». Не будь в его команде темного рыцаря, общаться с Токимуне и его товарищами было бы в разы труднее. «Невероятно, но факт: Ранта может быть полезным. Если в человеке есть зло, есть и добро. Не бывает тени без света». Именно привычка терпеть странности Ранты подтолкнула Харухиро сотрудничать с «Токкиз», и обе группы уже успели пережить немало трудностей и не самых приятных приключений. «Все-таки Ранта — проклятие для любой группы», — придя к такому заключению, вор понял, что темный рыцарь порой и правда сулит несчастья одним своим присутствием. На горизонте белела чья-то фигура: некто передвигался зигзагами. Некто огромный, но уступающий в размерах Богу-Колоссу. Да кто же он такой? Фигура явно не человеческая, это заметно даже издали. Скорее смахивает… на осьминога? Пусть Харухиро никогда не видел морей Гримгара, но прекрасно осознавал, как выглядит осьминог. Впрочем, неизвестное существо не слишком-то напоминало осьминога: «щупалец» было не восемь, а гораздо больше, и они дрябло свисали, то и дело толкая вперед огромное тело. В отличие от Бога-Колосса осьминогоподобная тварь была гораздо ближе к наемникам, может, в двух-трех километрах, если не в одном километре пути. И все равно с такого расстояния трудно понять, что это за существо. — Какой милый… — вдруг выдала Миморин, уставившись на монстра вдалеке. В ее зрачках читалась страсть. Харухиро, Шихору, Юмэ, Мэри, Кузаку, даже Ранта были шокированы таким заявлением, а вот наемники «Токкиз» даже бровью не повели. «Это ведь Миморин», — наверняка думали они. — Эм-м… — Харухиро робко поднял руку. — М-м? — Токимуне повернулся к нему. Харухиро думал, что когда «Токкиз» своими глазами увидят Бога-Колосса, точнее, двух гигантских существ, они наверняка согласятся с его предложением. Если сами не подумают о том же, о чем и он. — Может, вернемся назад? Они выглядит опасными. Как ни посмотри. — Идиот! — моментально завелся Ранта. — И ты все еще считаешь себя мужчиной?! У тебя вообще есть яйца? Я спрашиваю, есть ли у тебя пара яиц, болтающихся между ног, трус?! — Какая разница, парень я или девушка? Какая тут связь? — Связь всегда есть! Так ведь, господин Токимуне? — Не знаю, — Токимуне задумчиво склонил голову набок. — Наверное, нет? — Конечно, никакой! — Ранта молниеносно сменил сторону. Какой же шустрый отброс! — Ха-ха-ха! Я ведь говорил, не в этом дело, Панпирорин! Нет никакой разницы, парень ты или девушка, есть ли у тебя яйца или нет! Ты и правда ничего не понимаешь, придурок! — «Яйца-яйца», заткнитесь уже! — не выдержала и заорала госпожа Анна чуть ли не в ухо Токимуне. — Вы слишком вульгарные, знаете ли? Тут леди вообще-то, далекие от подобных пошлостей! — Да кто бы говорил! Даже я не так ужасен, как ты! — не унимался Ранта. — Ду ю ноу? Ауч, нет, постой, это ты к чему? Ты, ублюдок с крошечным членом! — Эм-м, в любом случае… — пробормотал Харухиро, попутно утираясь от слюны госпожи Анны, — может, вернемся? Если выйдем сегодня, то еще до заката окажемся в опорном наблюдательном пункте Алтаны. А завтра там и решим, что делать дальше… — А? — моргнул Токимуне. — Почему? — Эй, Харухиро, — Тада приложил ладонь ко лбу Харухиро, — жара вроде нет. — Конечно, нет, — Харухиро оттолкнул руку Тады. — Если у кого и жар, то только у вас… Последнее он ненароком договорил шепотом. — Кх… — по какой-то причине прыснул Инуи. — Кх, кх, кх, кх… Аха-ха-ха-ха-ха-ха! «Над чем он так громко смеется? Что не так с этим человеком? А вообще, он человек? А что если он и правда не человек? Он меня пугает», — мелькнуло в голове лидера-вора. Но Инуи в принципе пугал до чертиков. — Послушай, Харухиро, — Токимуне, так и оставив госпожу Анну на спине, положил руку на плечо парня. — Удивительно, но я о тебе высокого мнения. «Удивительно» — не слишком ли грубо звучит? — Нет, все в порядке. Говорите, как угодно. — Ну, как бы сказать, парень ты заурядный, боевого духа у тебя почти нет, как и энтузиазма, однако держишься ты спокойно, здраво рассуждаешь, да и как товарищ надежен. У тебя есть то, чего нет у нас. — Похвалой вы от меня ничего не добьетесь… — Шутишь? — Нет, я серьезно. — Это мне в тебе и нравится. — Понятно. «Даже такой похвале я рад, знаете ли! Как и любой, впрочем», — подумал Харухиро. Может, со стороны и незаметно, но юный вор и правда радовался замечанию Токимуне. Хотя это ничего не изменит и к делу не относится. Да и к текущему разговору тоже. — Ну так что? — переспросил Харухиро. — Я успел оценить твои навыки и пришел к выводу, что иногда ты мне нравишься, а иногда я думаю: «А?» «Вы, ребята, регулярно заставляете меня думать «А?», — заметил про себя Харухиро, но соображения решил оставить при себе. Если он выдаст что-нибудь этакое, головной боли точно не избежать. Токимуне сверкнул белоснежной улыбкой: — Мы ведь все уже решили, так? Что значит твое предложение вернуться? Я не совсем понимаю, ради чего. — Цель? — Ага. — То есть? — Цель — это то, к чему ты стремишься, верно? — Нет, это я знаю. Я понимаю значение слова «цель». — Тогда что ты хочешь узнать? — Вы сказали, что мы уже все решили, так с какой именно… — Разве не очевидно? — Токимуне указал подбородком куда-то вперед. — Само собой, прикончить его? — Э-э-э-э-э… — Харухиро покачнулся, но на ногах устоял. «Что этот человек только что сказал? Кажется, будто он что-то сказал. Но все же этому не бывать. Он безумен, совершенно безумен. Какая логика привела его к такому выводу?» — пронеслось в голове вора. Шихору, Мэри, Кузаку, перевели взгляд туда, куда указал Токимуне, и вздрогнули. Юмэ рассеянно хлопала ресницами, скорее всего, ни черта не понимая. Ранта… ну этот идиот как всегда пришел в радостное возбуждение. Остальные наемники «Токкиз» даже глазом не моргнули. Киккава вообще пустился в пляс и потянул за собой Ранту. Наверное, они по ошибке решили, что их ждет какой-то праздник. Их уже не спасти. Но все же… Это существо? Серьезно? Бог-Колосс и это странное создание? Сколько ни думай, цель все равно кажется недостижимой, так? Большинству такие вещи очевидны. Да кто угодно, завидев этих тварей, поспешит согласиться с Харухиро, верно? Точно? Конечно. Харухиро прав. Ошибки быть не может. Так что теперь? Значит, настал тот самый момент. Вот он. Харухиро и раньше подозревал, что рано или поздно это случится. Не то чтобы он хотел этого, скорее, он бы предпочел, чтобы такого вообще не было. Конечно, «Токкиз» те еще чудаки, но с ними весело. Если бы кто-нибудь вздумал спросить Харухиро в духе: «Это потому, что они полезные?», то вор бы незамедлительно ответил: «Да, так и есть, но это не все». Наемники «Токкиз» напрочь лишены эгоизма. Они не из тех, кто расчетливо и хладнокровно выбирает товарищей, не из тех, кто помогает ради выгоды. Разумеется, Харухиро никогда не доверял им слепо, впрочем, скорее всего, «Токкиз» бы не решились предать его и товарищей снова. Ведь Забавные ребята руководствуются своим кодексом чести и так просто от него не откажутся. Несомненно, однажды бы их пути разошлись. И Харухиро боялся, что этот день настал. Мысленно вор уже смирился с тем, что «Токкиз» в очередной раз втянут их в опасную авантюру. Это ведь «Токкиз», что тут сказать? Если бы Харухиро не принял этот факт как должное, две группы никогда бы не заключили союз. Но для всего есть пределы. Если Харухиро позволит Токимуне втянуть его ребят в очередное сумасшедшее приключение, лучше сразу готовиться к серьезным травмам, ущербу, потерям… даже к смерти. Одно дело оказаться в ситуации, где сражение с гигантскими монстрами неизбежно, и совсем другое дело очертя голову нестись навстречу опасности. Это просто безумие, чудовищное безрассудство! Если бы Харухиро поднял этот вопрос в группе, кто-то бы не согласился с решением оставить «Токкиз», вот почему вор не стал ничего обсуждать с ребятами. Это будет его личное решение, которое он заготовил загодя. В этот раз группа Харухиро будет действовать отдельно от «Токкиз». И Харухиро не будет давать наивные обещания вроде: «Если выпадет шанс поработать вместе, будем только рады». Это просто эгоистично! Почти то же самое, что сказать Токимуне: «Если там будет опасно, на нас не рассчитывайте, а если дело верное, мы присоединимся». Вор не хотел шаткого союза с «Токкиз». Глядя прямо в глаза Токимуне, Харухиро уж было произнес «Мне жаль…», однако так и не вымолвил ни слова. Его охватила дрожь. Точнее, что-то завибрировало у него под одеждой. — Уо… Вор был так изумлен, что совсем растерялся и долго не мог вспомнить, что с этим делать. Что это вообще такое? А, точно, эта штука завибрировала впервые. Кулон, до сих пор висевший у него на шее. Когда Харухиро достал вещицу, нижняя часть светилась зеленым. Сам кулон напоминал черный плоский камень. впрочем, не такой уж это и камень. — Что это? — Токимуне нахмурился. — Э, ну-у, эм-м… Пока Харухиро размышлял, стоит ли объяснять или нет, вибрирующий камень-приемник заговорил человеческим голосом. Точнее, передал сообщение. — Все вступившие в «Воины Зари», вы меня слышите? Это Сома. — Ха-а-а-а-а-а-а?! — изумленно вскрикнула госпожа Анна, выпучив глаза. Она все еще сидела на плечах Токимуне. — Сома? — Тада указательным пальцем левой руки поправил очки. — Сома? Тот самый Сома?! — Киккава тут же запрыгал от радости. — Напиток… — Миморин пробормотала что-то невнятное. — Кх… — Инуи по какой-то причине достал меч и начал размахивать им. Харухиро обменялся взглядами с Рантой, Шихору, Юмэ, Мэри и Кузаку. Кстати, они ведь не рассказали Токимуне и остальным, как, будучи на волоске от смерти, были спасены Сомой и вступили в клан «Воины Зари». Ранта так и норовил похвастаться этим, но лидеру чудом удалось заставить его молчать. Честно говоря, ни Харухиро, ни его ребята до сих пор не могли поверить в случившееся. Однако у них было доказательство, что те события отнюдь не сон, — камень-приемник. И все же как тут считать себя полноценными членами «Воинов Зари» под предводительством Сомы? Это казалось ужасно нереальным. Тем более с той самой встречи Сома не выходил с ними на связь. А кроме того Харухиро и его товарищи понятия не имели, где охотятся и что ищут «Воины Зари». Серьезно, разве не сложно в такое поверить? Сложно. — Завтра вечером мы вернемся в опорный наблюдательный пункт Алтаны. Теперь, когда Харухиро и его отряд услышали голос Сомы, поверить в случившееся придется. Они могут верить. — Повторяю: завтра ночью мы собираемся вернуться в опорный наблюдательный пункт Алтаны. Если можете прийти — приходите. Я бы хотел встретиться. Лилия, ничего не хочешь сказать? — П-почему именно я должна что-то говорить? — Да так, без причины. Не могла бы? — Не то чтобы не могла, просто... — Понятно. Не можешь… — Я-я не говорила, что не могу! Тогда, будь добр, дай мне камень-передатчик! — Вот. Голос Сомы затих, послышался кашель Лилии… — М-мне особо нечего вам сказать, но большинство из вас мы давненько не видели. Я с нетерпением… нет, я не жду вас с нетерпением, так что сами решайте, приходить вам или нет. Пожалуйста, делайте что хотите. Это все. Камень-приемник перестал вибрировать, зеленое сияние угасло. Харухиро вздохнул и робко взглянул в лицо Токимуне, стараясь понять, что на нем написано. Лидер «Токкиз» с озабоченным видом поглаживал подбородок. Что он, черт подери, задумал? Харухиро и представить себе не мог. — Эм-м… ну… как-то так… — Раз мы в любом случае собрались сделать это, почему бы не позвать Сому? — Куда? — Охотиться на Бога-Колосса. — А? — Если позовем, Сома наверняка согласится. — Что... э-э... о-о... посто… вы знакомы с господином… Сомой? — Мы стали добровольными солдатами примерно в одно и то же время, так что, можно сказать, да. Мы частенько выпивали вместе. — Да, но… — у Харухиро так и не нашлось слов. Но что? Что это? Что ему делать? Что будет дальше?

↑ Шутка построена на том, что к имени Шинохары добавляют разные хонорифики (именные суффиксы). Юмэ предлагает условно бессмысленные варианты, Тада же переосмыслил их и добавил к имени Шинохары пафосное «райдэн» — «гром и молнии».

↑ «Boys Love» — перифраза яоя и сенэн-ая, жанр литературы и других продуктов культуры, где особое внимание уделяется любовным отношениям между мужчинами (главная сюжетная линия, главный мотив). В этом контексте используется как перифраз конкретно любовных отношений между мужчинами. Стоит добавить, что «друг сердечный» издавна имеет несколько значений. Мужчины знатного сословия еще в XVIII-XIX вв. называли так самого близкого друга, брата по духу, способного понять без слов и разделить скорбь или радость, верного соратника, дружба с которым длится многие годы (обычно от юности до самой смерти). Вероятно, понятие пришло в русскую культуру вместе с немецкой сентиментальной литературой и переводами Жуковского в частности. «Друг сердечный» — общемировое понятие, вышедшее из общего употребления в современном мире (прим. редактора).

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Мое истинное «я»

Как бы то ни было, Харухиро с нетерпением ждал возможности увидеться с Сомой. И в то же время он не особо рвался на встречу с легендарным наемником, поскольку думал, что не достоин его общества. И все же сходить хотелось. Среди солдат Багровой Луны Сома считался сильнейшим воином, а его товарищ Кемури — могучим и благородным паладином; танцовщица мечей их группы, эльфийка Лилия, — образцом красоты, а шаманка Шима, которую величали «старшей сестренкой», — ходячей секс-бомбой. Кроме них с Сомой работал некромант Пинго, получивший за свой внешний вид прозвище «Демоненок», а еще потому, что он управлял чем-то вроде механической куклы по имени Зенмай. Иными словами, все в группе Сомы казались личностями незаурядными. По правде говоря, более чем незаурядными. Любой, завидев таких личностей издалека, невольно бы подумал: «Вау!» Что тут сказать? Каждый наемник Сомы — ходячая легенда. Так что встреча с ними дает возможность не просто увидеть их, но, может быть, и поговорить. Нет, не «может быть», а точно. В конце концов, даже Харухиро и его ребята присоединились к «Воинам Зари». В таком случае нужно успокоиться и размышлять о предстоящей встрече трезво. По крайней мере, так думал Харухиро, стараясь держать себя в руках. Однако мысль о том, что он и его товарищи будут как ни в чем не бывало общаться с Сомой, пробуждала в них самый настоящий восторг в духе: «Ва-ау, мы и правда встретимся с группой Сомы! Вау, серьезно?! Что нам делать, о чем мы будем говорить? Как нам поприветствовать их?» И что делать Харухиро и остальным, если Сома уже забыл о них? Такое, конечно, маловероятно, но всякое случается. В первую встречу, когда Сома заговорил с ними, он показался легкомысленным человеком. Легендарный наемник мог запамятовать, что принял кого-то вроде Харухиро и его ребят. Такие мысли тревожили лидера-вора. Токимуне же задумал пригласить Сому на охоту на Бога-Колосса. Такое Харухиро допустить не мог, если хочет уберечь свою группу от опасности. Нужно действовать, однако для начала неплохо бы вернуться в опорный наблюдательный пункт Алтаны. Тогда они смогут обсудить детали, пока будут ждать Сому. «Он его пригласит. Да, наверняка. Так ведь? Да, Токимуне совершенно точно пригласит Сому». Вернувшись в городишко-наблюдательный пункт, товарищи Харухиро и «Токкиз» хотели где-нибудь перекусить в одной из харчевен округи. «Хорошо, я скажу. Определенно скажу…» — мысленно подбадривал себя Харухиро. Когда вор стоял в очереди перед палаткой с едой, погруженный в собственные мысли, его окликнул какой-то незнакомец. — Ты ведь Харухиро, да? — Да, и? Определенно, Харухиро не знал этого человека. На вид мужчине можно было дать лет сорок или около того. Типичный наемник средних лет, однако, присмотревшись, молодой вор догадался, что тот весьма сильный воин. У мужчины было телосложение бойца, рост, пожалуй, не меньше ста восьмидесяти сантиметров. Не слишком высок, но это компенсировалось шириной и плотностью стана. Морщины у рта лишь украшали его улыбку; добрые глаза и низкий голос вкупе со спокойным тоном оставляли приятное впечатление. Впрочем, в наружности этого наемника было что-то зловещее. Доспехи и щит на спине выдавали в нем паладина. Он был не один: рядом с ним стоял хрупкий невысокий мужчина лет сорока (чем-то похожий на художника) в одеждах жреца вместе со спутницей-магом примерно тридцати лет. Пусть женщина и была гораздо старше Харухиро, но «теткой» её точно не назовешь, уж слишком молода и красива. В версии с изображениями тут находится картинка. По соседству с этой красоткой стояла женщина впечатляющих размеров. Почти как Кадзико из «Диких ангелов». Однако эта женщина была чуть постарше на вид, пожалуй, ей никак не меньше тридцати. За спиной у нее висел огромный меч. Должно быть, она воин. Кроме них были еще двое… Глаза Харухиро широко распахнулись от удивления. Они не люди. Оба мужчины, но невероятно разные на вид, будто день и ночь. Коренастый чем-то напоминал пузатый бочонок, впрочем, не сказать, будто незнакомец был толстым, как раз наоборот — самая что ни на есть гора мускулов. Причем не просто гора мускулов, а еще и с окладистой бородой. За спиной у него торчал массивный топор, чьи размеры в разы превышали скалоподобное тело владельца. Ошибки быть не может, он дварф. Другой, в отличие от дварфа, казался невероятно худым. Прекрасный белокожий юноша, пожалуй, чуть выше Харухиро. Волосы и глаза у незнакомца под стать бледной коже. Взгляд у него острый, упрямый. Поскольку в руках юноша держал лук, а на спине носил колчан, Харухиро решил, что тот лучник. Внимание вора привлекли уши незнакомца. Длинные, заостренные. Он точно эльф. — О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о? — внезапно заверещал Киккава. — Взрослый паладин, волшебница, жрец и девушка-воин одних лет, еще и дварф, неужели, неужели это-о-о?.. Господин А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-акира-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — Акира… — пробормотав это, Ранта тут же бухнулся на колени. — П-п-п-п-п-п-п-п-п-п-п-п-простите-е-е! За то, что назвал вас просто «Акира»! Правда, мне очень-очень жаль, господин Акира! Я искренне сожалею… — Забавный паренек, — усмехнулась тридцатилетняя суперкрасотка. — Эхе-хе. «Забавный паренек». Эхе-хе-хе, — Ранта густо покраснел. — Господин Акира… — Харухиро прикрыл рукой рот. — Тот самый господин Акира? Группа Сомы — самые что ни на есть ходячие легенды. Которые буквально бродят тут и там. Выходит, пусть о них и болтают всякое, но повстречать этих наемников можно, такая вероятность есть. И в самом деле, группа Харухиро еще до событий, которые подтолкнули их вступить в «Воины Зари», повстречались с Кемури в «Шерри». Тогда паладин угостил их выпивкой. Однако господин Акира совсем иной случай. Пусть он номинально и не сильнейший наемник, однако если кто-то и не знает об Акире, бедняга, должно быть, в пещере живет. Этот мужчина был своего рода знаменитостью, причем слава о нем гремела многие годы, гораздо дольше, чем о подвигах Сомы. Насколько знал Харухиро, до того, как группа Сомы заработала себе имя, группа Акиры, кажется, считалась сильнейшей среди наемников. Когда Сома прославился, Акира, разглядев в парне талант, тоже признал его сильнейшим. Такая поддержка только укрепила репутацию Сомы. Но это не значит, что авторитет Акиры уменьшился. Например, встречались солдаты Багровой Луны, готовые заявить: «Если выйду против Сомы один на один, то обязательно выиграю». Другими словами, некоторые наемники считали, что не уступают Соме в чистой силе. Знаменитые кланы, такие как «Железный кулак» и «Берсерки», поставили своей целью соперничать с группой Сомы. Пусть многие и считали легендарного наемника сильнейшим, но это не значит, что он будет вечно удерживать этот титул в руках. С Акирой же никто не смел соревноваться. Наемники понимали, что это просто глупо. Все равно что выступить против горы. Естественно, человек меньше и ничтожнее, так что любые сравнения тут неуместны. Можно сказать, что Акире отведено совершенно иное место, он наемник экстра-класса. Узнав о Соме, Акира, посмеявшись, сказал: «Я слишком стар для этого», и просто отдал титул молодому наемнику. После того старый вояка отправился вместе с товарищами в путешествие, и никто не знал, где он и чем занимается. Вот какие слухи (больше смахивающие на легенды) доходили до Харухиро. «Значит, это и есть господин Акира? Вот этот старик?» — А… — Токимуне моргнул. — Это и правда господин Акира. — Мы с тобой виделись, — человек… похожий на господина Акиру, улыбнулся приятной улыбкой, приветствуя лидера «Токкиз». — Токимуне. Тада, Инуи. А этого юношу и дам я вижу впервые. — Здравствуйте, — Тада поклонился, производя впечатление умного парня, хотя на деле он просто чудовищно высокомерен. — Кх… — Инуи… тоже улыбнулся. — Какая честь… — Я… меня… меня зовут К-к-киккава! Рад знамсткову! Н-не так! Р-рад знакомству! — Госпожа Анна! Можно просто Анна… — Я... Мимори. Вау! Ребята из «Токкиз» вдруг стали такими скромными! Хотя сам Харухиро, Шихору, Юмэ, Мэри, Кузаку, и даже стоящий на коленях Ранта занервничали и просто застыли столбами. Та же Юмэ не из тех, кого волнует чья-то слава, но, похоже, девушка ощутила исходящую от Акиры и его товарищей силу и потому замерла на месте. Атмосфера не казалась гнетущей, но в эту встречу что-то произошло. «Они совсем взрослые на фоне нас, да? Ну, если учитывать разницу в возрасте, мы наверняка дети с точки зрения господина Акиры. Но дело не столько в прожитых годах, сколько в опыте. Да, ценный опыт, кругозор, тяжесть прожитых лет в качестве наемников — вот в чем дело. Пропасть между нами слишком огромна. Пусть я осознаю ее, от этого она просто так не уменьшится», — размышлял Харухиро. При всем этом наемник, которого раньше считали сильнейшим, вел себя как ни в чем ни бывало, что делало его по-настоящему выдающимся человеком. — Мне немного стыдно, что я раньше не представился… — господин Акира протянул правую руку. — Я Акира. — А, д-да, — Харухиро, тщательно вытерев ладонь о плащ, пожал руку старшего наемника. — П-п-п-п-п-п-приятно познакомиться, я Х-х-х-харухиро. — Позаботьтесь о нас. «Я пожал руку. Пожал руку тому самому Акире! Ладонь у него огромная, сухая и теплая, а хватка сильная. Наверное, раз пожал ему руку, этим достижением можно похвастаться, так? Только перед кем? Нет, стоп. Есть проблема поважнее». — А? Почему же господин Акира просит нас позаботиться о… — Я слышал о вас от Сомы, — беспечно заметил Акира. — От господина Сомы? — Ага. Наверняка вы тоже пришли, чтобы повидаться с ним, так? — Э... а… да, ну… наверное. А? «Тоже»? — Я Гоххо, — сказал невысокий мужчина в одеяниях жреца и достал из кармана предмет, похожий на плоский черный камень. — Вот доказательство, если вдруг не верите. — Это… — Шихору охнула. — Камень-приемник! — Юмэ обхватила щеки ладонями. — Это значит?.. — Кузаку посмотрел на Мэри. — Неужели… — жрица прижала руку к груди. — Да, — женщина-воин улыбнулась счастливой улыбкой. — Мы ваши товарищи. Да, кстати говоря, я — Кайо. Гоххо — мой возлюбленный. — Возлюбленный… — по какой-то причине Харухиро почувствовал головокружение и чуть не упал в обморок. — Ну-ну, — Гоххо отвернулся, как бы стесняясь. — Да, Кайо — моя жена. А он наш сын. — Таро, — резким тоном представился юноша-эльф. — А, но… — Ранта, отбросив все правила приличия, по очереди поглядел на Гоххо, Кайо и Таро. — Как видишь, мы кровно не связаны, — Таро в ответ недобро зыркнул на темного рыцаря. — Однако именно они мои настоящие родители — отец и мать. Хочешь что-то сказать? — Не-ет! Ничего-ничего! Совсем-совсем-совсем! — хихикая, Ранта замахал руками. — Абсолютно ничего! Ге-хе-хе-хе! Я что-то хотел сказать, да? Кровная связь или нет — без разницы! В смысле, если кто-то будет нести чушь про кровную связь, я пну его под зад! Га-ха-ха-ха-ха-ха! К-кстати… что насчет вас? — Меня? — суперкрасотка указала на себя. — То есть? — Ну, эм-м, как бы, вы свободны там или же… — Я слишком стара для тебя. Мне уже тридцать семь. — Тридцать семь? Не верю! Не ве-ерю! Этого не может быть! За всю свою жизнь я впервые так сильно удивлен! Точнее, я имею в виду, что возраст не имеет значения! Выглядите просто превосходно! — Спасибо. Я Михо. — Госпожа Михо-о! Пожалуйста, в-в-выходите за меня! — Мне жаль, — Михо взяла Акиру за руку. — Я до конца жизни буду замужем за ним. — Уо-о-о-о-о-о-о-о! Моя любовь была отвергнута в одно мгновение-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е! — А они вообще полезны? — дварф фыркнул. — Не верится, что Сома выбрал их. С таким замечанием не поспоришь. Особенно, если дело касается Ранты. Да, в первую очередь, Ранты. «Давненько мне не было за тебя так стыдно. Так и хочется убить тебя, а потом умереть самому», — мысленно сокрушался Харухиро. — Бранкен, — упрекнув дварфа, Акира дружелюбно (по крайней мере, так показалось вору) посмотрел на Харухиро. — Я давно ждал встречи с вами. Вообще, я познакомился с группой Рока и группой Ио до того, как они вступили в «Воины Зари», но именно Сома рассказал о вас. — О-о, вот оно как. Эм-м, как бы сказать, мы не слишком-то опытные наемники, да и особых достижений у нас нет… — Кажется, именно вы прикончили Пятна Смерти, так? А также хорошо постарались во время штурма крепости Мертвых Голов. — Д-да, точно! — Ранта ударил себя в грудь. — Мы — подающие надежды новички! Это точно! Нет смысла отрицать, нас ждет великое будущее! — Эй… — Харухиро страстно хотелось отдубасить темного рыцаря, но на это у него не осталось сил. — Ха-а… — Токимуне сначала посмотрел на Акиру, а потом перевел взгляд на вора. — «Воины Зари», да. Я удивлен, что группа Харухиро присоединилась к ним, но и вы, господин Акира, тоже меня удивили. То, что группа Рока и Ио вступили в клан, мне рассказал Киккава. — Они ведь сильнейшие бойцы! — Киккава завертел головой так, будто уже не мог контролировать радостное возбуждение. — Кру-уто! Легенды, настоящие легенды... «Тайфун» Рока и команда Ио! Словно клан мечты?! Словно настоящая мечта?! Самая мечтовая из мечтовых мечт?! — А. Точно, — Тада шагнул вперед и окинул Акиру оценивающим взглядом. — Эй! В смысле, господин Акира! «Ох. Что ты сейчас сказал? А? Что стало с «послушным режимом»? Киккава тоже вернулся к своему обычному состоянию… А-а-а-а-а-а?» — Знаете о Сумеречном мире? — Тада даже не пытался быть вежливым. — Пока что мы не ходили туда, — спокойно ответил Акира. — Только слышали о нем. — Там есть опасный противник. Даже меня он приводит в трепет, настолько этот ублюдок жуткий. — Хо-о... — Мы хотим позвать с нами Сому, но, может, вы тоже хотите поучаствовать в деле? «Он приглашает их… Действительно приглашает…» — Харухиро ущипнул себя за нос, не веря в реальность происходящего. От этого на глазах выступили слезы. «Почему? Какого черта, Тада? Что за чушь? Господин Акира? Взял и пригласил, будто хулиган какой-то, того самого Акиру, да еще так, будто они ради темных делишек собираются? Ладно, черт с ним, с приглашением, но сам тон крайне неуважительный! Точнее, он даже не пытается выказать почтение! Почему нельзя просто пригласить по-нормальному, а? Ну, Тада все-таки не совсем нормальный. Я это знаю. Он совсем ненормальный, верно же?!» — Я подумаю об этом, — ответил наемник, которого когда-то считали сильнейшим. «Фу-ух. Какой вы добрый, господин Акира! Вы просто не обратили на это внимание! Вы даже не разгневались на высокомерие Тады! Великий человек! Вы просто великолепны!» — Харухиро был глубоко тронут. — А? «И все же, что не так с Тадой? Почему у него вены на лбу вздулись? Разве не странно? Неужели это его разозлило? Он совсем ненормальный, да ведь? В смысле, это и правда странно, да? Он ведь не собирается затеять ссору? Ведь тут нет никакого повода, так ведь?..» — Что за ответ? Звучит так, будто вы стараетесь избежать разговора. Я этого терпеть не могу! Интересно вам или нет? Говорите прямо. «А-а, что? Теперь причина ясна. Понятно, почему Тада зол, но лучше нам не ссориться». Естественно, поведение жреца шокировало ребят Харухиро, да и всех членов «Токкиз» тоже. Вор боялся узнать реакцию Гоххо, Кайо, Михо, Бранкена и Таро. — Хм, — господин Акира напрягся. Точнее, на его лице проступило серьезное выражение. Затем наемник кивнул и… поклонился? — Я сожалею, что ответил на ваш вопрос так уклончиво. — Угу, — Тада взъерошил волосы. — И? Каков ваш ответ? — Звучит интересно, но прямо сейчас я не могу принять окончательное решение. — Чего это? — Есть две причины. Во-первых, о Боге-Колоссе я ничего, кроме слухов, не знаю. — Вот поэтому и интересно, так? — Ты прав, — сказал Акира ребячливым тоном, его рот расплылся в озорной и довольно гадкой ухмылке. — Есть еще одна. Завтра я планирую встретиться с Сомой. — Знаете, после этого можно сразу отправиться в Сумеречный мир. — Может и так… Вы сказали, что собираетесь пригласить и Сому, да? — Ага. — В таком случае, сначала я поговорю с Сомой об этом. — О большем я и не прошу. — Не могу сейчас же дать ответ, но… — Акира снова улыбнулся. — Скорее, мне хочется пойти, чем нет. Будет весело сражаться с вами плечом к плечу. — Это мы вам можем гарантировать, — Тада с ухмылкой выставил кулак. — Ничего, кроме слухов, я о вас не знаю, но вот в себе я уверен как никогда. Кулак Акиры встретился с кулаком Тады. — Лучше и Сому с собой захватить. Обязательно! Куда веселее сражаться с этой штукой всем вместе! — Ха-ха-ха, — Тада похлопал Акиру по плечу. — Охо! — Ранта от удивления аж подскочил на месте. — Яху-у! — завопил Киккава и принялся скакать от радости. — Все интереснее и интереснее! — госпожа Анна сложила пальцы в знак «V» и принялась крутиться на месте. Миморин почему-то пристально смотрела на Бранкена. Наверняка думает, какой он милый. — У нас получилось, Харухиро, — Токимуне сверкнул белоснежной улыбкой и легонько ткнул Харухиро в бок. Вор ничего не ответил. Ему хотелось присесть на корточки или просто уж где-нибудь сесть. Или даже лечь и уснуть. Надолго. «Не может сейчас же дать ответ, да? И при том с такой уверенностью говорит, что возьмет с собой Сому, так? Вы ведь все уже решили? Мне это не нравится». Не нравится... «Я совсем не понимаю ненормальных людей, и мне это не нравится...»

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Жизненные приоритеты

«Мне нравится слово «земля». Не то чтобы само по себе, просто нравятся выражения с этим и похожими словами. Например, «твердая почва под ногами», «приземленный» и «соль земли». «Земля» мне нравится больше, чем «небо». Вместо того, чтобы обратиться птицей и парить по небу, я бы предпочел стать насекомым и ползать по земле. Не скажу, что я в восторге от букашек, скорее, даже ненавижу их, но как бы они ни были отвратительны и назойливы, их живучесть просто поражает. Сколько ни дави, а они упорно цепляются за жизнь. За это я и уважаю насекомых», — размышлял Харухиро. Именно поэтому, пожалуй, ему идеально подходило это занятие — копаться в земле. Под разноцветным небом, что простиралось над головой без конца и без края, Харухиро стоял, держа в руках лопату. Да-да, именно ту штуку с наконечником в форме плоской ложки, насаженным на черенок. Лопатой обычно роют окопы и ямы. Такое снаряжение легко найти на рынке наблюдательного пункта Алтаны. «Она мне точно подходит», — подумал Харухиро. — «Определенно, лопата лучший инструмент для меня. Круто! Или совсем не «круто»? «Некруто» тоже сойдет». — Делм, хел, эн… — начала читать заклинание Миморин, рисуя кончиком посоха символ элементаля. — Барк, зел, альв. Раздался грохот, комья земли разлетелись в разные стороны, и под ногами мага образовалось углубление диаметром около полутора метров. Это было заклинание магии огня — «Взрыв», пока что не настолько мощное, как ожидалось. Возможно, дело в том, что Миморин выучила его совсем недавно. Если она только начала осваивать этот тип магии стихий, потребуется немало времени, чтобы овладеть им полностью. — Миморин, еще раз, гоу! Да! Поддержка госпожи Анны возымела свое действие: Миморин промычала что-то, кивнула и принялась вновь читать заклинание: — Делм, хел, эн, барк, зел, альв. Бум! — Делм, хел, эн, барк, зел, альв. Бах! — Делм, хел, эн, барк, зел, альв. Бу-бум! — Делм, хел, эн, барк, зел, альв. Бам! — Делм, хел, эн… — прекратив читать, Миморин обмякла и навалилась на посох, стараясь удержаться на ногах. — Устала… — Отлично постаралась! — Токимуне подмигнул волшебнице, улыбнулся, продемонстрировав ряд белоснежных зубов, и занес лопату. — Ита-ак, копаем! Миморин с помощью «Взрыва» проделала в земле пять ям, чей диаметр в сумме составлял около десяти метров. В группе Харухиро и «Токкиз», исключая госпожу Анну и Миморин, десять наемников, они-то и принялись углублять ямки, стараясь соединить их в одну большую. Зачем они роют землю? Разве ответ не очевиден? — У-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — Ранта! Заткнись! Работать молча не умеешь? — Не могу! Если заткнусь, заскучаю, и мой дух будет сломлен! — Было бы неплохо… — взмахнув лопатой, проворчал Кузаку. — Чего?! Кузакки, ах ты ублюдок! — Правда, замолчи, — ледяным тоном пресекла возмущения Ранты Мэри, попутно убирая за ухо прядь волос. — За-мол-чу! Значит, я виноват? Ладно! Я уже привык к вашим упрекам! Говорите что угодно, ваши слова совершенно меня не волнуют! Уха-ха-ха-ха! — Отвратительно… — выплюнула Шихору. — Ура-а! Я отвратительный! Самый отвратительный человек на земле! Ге-хе-хе! — Глупый Ранта! Вместо того, чтобы работать ртом, лучше бы работал руками! — Я работаю руками. Вот-вот-вот-вот-вот-вот! Как тебе, а? Вот-вот-вот-вот! На самом деле, чем больше Ранта болтал, тем шустрее орудовал лопатой. Жутковатое зрелище. Нет, полная жуть. Само существование Ранты зло да и только, а его замашки — еще большее зло. Надо ли это прекратить? Будучи лидером, Харухиро поразмышлял над этим вопросом секунд тридцать и пришел к выводу: «Не-а. Лучше оставить все как есть. Это ведь Ранта (отброс, идиот, кретин). Что ни скажи, в ответ он будет глотку драть. Обратный эффект какой-то. Главный принцип общения с Рантой — игнорировать его до последнего». Да и с рытьем земли хватало проблем. «Работы еще много, но мало-помалу ямы расширяются. Если будем шаг за шагом идти к цели, рано или поздно закончим». Харухиро не мог сказать, что ненавидит эту работу. Однако зачем это все? — А знаете, — Тада отбросил лопату и взялся за боевой молот, который оставил неподалеку, — такими темпами мы никогда не закончим. Нужно сделать все за раз. — Уоу! Тада-ти, ты и правда сделаешь это? — восхитился Киккава. «Эй, Киккава, ты что, подхалим? Хотя, судя по всему, так и есть», — подумал Харухиро. — Кх… — Инуи сел на землю. — Устал… — А я не устала! — госпожа Анна отвесила Инуи подзатыльник. «Не скажу, что мое наблюдение важное, только вот госпожа Анна не работает физически, так?» — заметил про себя Харухиро. — Поехали! — Тада разбежался, подпрыгнул и закончил в воздухе переднее сальто. — Смертоносное сальто! Бум… Молот отколол довольно-таки большой ком земли. — Кажется, нужно ударить еще раз, — с усмешкой проговорил Токимуне, дразня товарища. — Тц-ц… — цокнул языком Тада и встал в стойку для нового «Смертоносного сальто». — Сделаю столько, сколько потребуется! Смертоносное сальто! «Поступайте, как хотите», — вскользь подумал Харухиро. Но все же зачем они роют землю? Для чего? Естественно, лидер знал ответ. Яма нужна не просто так. Пусть Харухиро и подходит такое занятие, но до хобби ему далеко. На следующий день после знакомства с господином Акирой, Гоххо, Кайо, Михо, Бранкеном и Таро Харухиро отвел свою группу на встречу с Сомой, назначенную на шесть вечера в опорном наблюдательном пункте Алтаны. На месте оказалось, что там шумно и людно. Сома был своего рода звездой, причем не только для наемников Багровой Луны. На него собирались поглазеть и торговцы из переулков, и солдаты основных сил, изумленные его прибытием. Только и слышалось отовсюду: «Эй, это же Сома! — Сома! — И вправду, Сома! — Это точно Сома! — Да, это Сома! — Ва-ау, настоящий Сома!» Примерно так все и было. А когда появился господин Акира, зеваки зашумели еще больше. Словно кто-то устроил небольшое застолье, нет… самый настоящий пир! Собравшись, наемники решили найти укромное местечко среди заведений переулка, чтобы перекусить и немного выпить, однако ребята Харухиро так нервничали, что им кусок в горло не лез. Окруженный шумными зеваками, даже Ранта притих. Впрочем, наемники групп Сомы и Акиры (за исключением некоторых) оказались людьми общительными и дружелюбными, поэтому они быстро спелись. На вопросы любопытных вроде «Где вы были?» и «Чем хотите заняться?» живые легенды отвечали с охотой… По крайней мере, так было до тех пор, пока в разговор не вмешались «Токкиз». — Привет, Сома, — непринужденно вклинился Токимуне. — Йо! — резко бросил Тада. — Кх… — кашлянул Инуи. — Госпожа Анна! — грозная жрица вела себя как обычно.. — М-м..., — Миморин помахала рукой. — Д-добрый вечер, добрый вечер, — один лишь Киккава нервничал. Когда подошли «Токкиз», господин Акира оживился: — А-а, кстати говоря… — и сразу перешел к делу. — Я слышал, что в Сумеречном мире, который недавно открыли группы Харухиро и Токимуне, происходит кое-что интересное. Сома, прожевав, а затем проглотив кусок шашлыка, переспросил: — Правда? Интересно... — Я тоже так думаю. Может, сходим и посмотрим вместе? — Хорошо. — Так быстро… — машинально пробормотал Харухиро. — М? — неожиданно Сома услышал его и перевел удивленный взгляд на вора. — Что «быстро»? — А, ну, эм-м, то, что вы так быстро решили, точнее, практически сразу… — И это проблема, — на прекрасном лице Лилии появилось выражение изумления. — Я знаю, что твержу одно и то же, но Сома, пожалуйста, хоть немного разберись в ситуации и действуй осмотрительно. Иногда ты слишком импульсивен. — Она разозлилась, хи-хи, — из груди Шимы вырвался кокетливый смешок. — Ну-ну, — Кемури почесал щеку. В последнюю встречу он был гладко выбрит, однако за время путешествия успел обзавестись бородкой, которая очень шла его дредам. — Все же иногда это играет нам на руку. — Потому что он идиот… — вставил Пинго, одарив присутствующих мрачным взглядом, что совсем не сочетался с его детским лицом. — Уху-ху-ху… Лучше отдохнуть, нежели думать о бесполезном и глупостях всяких… В конце концов, раз он идиот, то и думать ему не нужно. Нет лекарства от глупости… — Хотелось бы, чтобы лекарство все-таки было… — Сома со стыдом опустил взгляд, его голова поникла. Некоторое время он сидел с крайне задумчивым видом, а потом, спохватившись, поднял взгляд на товарищей. — Я идиот? — А разве нет? Уху-ху-ху… — Пинго, — Лилия искоса посмотрела на некроманта. — Придержи-ка свой длинный язык. Как говорят у нас, эльфов, цветы дружбы не растут на соседних кустах… — Ну, Лилия, ничего плохого я так и не услышал, — спокойно возразил Сома. Невозмутимость лидера настолько разозлила Лилию, что ее щеки заалели от ярости. — Ради всего святого, для кого я стараюсь?! — Для кого? — переспросил Сома. — А… н-ну… в-в общем… Смущение Лилии было усладой для глаз, настолько эльфийка казалась милой. Однако Харухиро, даже любуясь ею, так и не смог справиться с тревогой. Все-таки Токимуне преуспел. Так ведь? Нет, не просто преуспел, а одержал невероятную победу. Похоже Сома, Акира и весь клан «Воинов Зари» скоро отправится в Сумеречный мир. В опорном наблюдательном пункте слухи расходятся быстро, и вскоре об охоте знал уже весь город. К легендарным наемникам потянулись те, кто тоже хотел поучаствовать в вылазке в Сумеречный мир. Тем же вечером Сома получил сообщения от Макса Таймана из «Железного кулака» и Даки Красного дьявола из «Берсерков». Утром, прямо перед отправлением, Шинохара из «Ориона» лично встретился с лидером «Воинов Зари». После этого дело приняло серьезный оборот. У Харухиро просто не хватило смелости отказать со словами «Пожалуй, мы вас тут подождем...» Ведь Сома повел свой клан (куда вступил и Харухиро с ребятами, несмотря на свой низкий статус) в Сумеречный мир. Теперь они товарищи, вор никак не мог уклониться от своих обязанностей. Не получится. Его оправдания будут звучать жалко и нелепо, Сома разочаруется в нем, как и остальные наемники. Харухиро не хотел, чтобы его презирали. Получается, помимо «Токкиз», групп Сомы и Акиры в охоте на Бога-Колосса участвуют «Железный кулак», «Берсерки» и «Орион», так что затея больше не казалась такой уж опасной… Что ни говори, а именно такая мысль пришла в голову Харухиро. К тому же вору было любопытно. Он бы солгал, если бы сказал обратное. Если в одном отряде соберутся нынешний сильнейший наемник и его предшественник, а также знаменитые кланы, то намечается что-то крупное, так? Что будет на поле боя? Насколько их уровень мастерства выше умений ребят Харухиро? «Хочу на это посмотреть. Просто посмотреть, ничего больше. Но не выйдет». Все-таки группа Харухиро вступила в клан «Воины Зари», так что одним «посмотреть» они не отделаются. Придется сражаться. Тут отговорки в духе «Мы слабые и никчемные людишки, можно мы просто постоим в стороне?» не прокатят. А все-таки, чем Харухиро и остальные будут полезны? В десять утра восемнадцать наемников «Воинов Зари» (бойцы групп Сомы, Акиры и Харухиро) да шестеро ребят из «Токкиз» (итого двадцать четыре человека) вошли в Сумеречный Мир. Поглядев с высоты холма-отправной точки на Бога-Колосса и огромное белое загадочное существо, Харухиро крепко задумался. Нет, на деле он вынашивал эту идею давно, и для ее воплощения есть время, ведь «Железный кулак», «Берсерки» и «Орион» нагонят их позже. Когда это произойдет, они все вместе отправятся на битву. Харухиро долго вынашивал идею устроить ловушку для их цели. На эту мысль его натолкнул навык «Волчья яма», который недавно изучила Юмэ. Волчья яма... — Эм-м… — прежде чем поделиться с другими своим замыслом, Харухиро некоторое время собирался с духом. На секунду ему показалось, будто он стоит на вышке и вот-вот прыгнет в бассейн. «Что еще за бассейн?», — мельком подумал вор и продолжил: — К-как насчет того, чтобы поставить ловушку? Идея неплохая… так? Я думаю, просто… вместо того, чтобы сражаться с ними напрямую, нам следует использовать все, что можем… Наемники тут же вынесли этот план (Харухиро едва хватило смелости озвучить его) на обсуждение, но сперва дальше разговоров не зашло. «Если и делать ловушку, то какую? Мы только примерно знаем, насколько высок Бог-Колосс, так какого размера должна быть ловушка?» — такими вопросами задавались ребята групп Сомы и Акиры (все, за исключением механического Зенмая). В этом плане товарищи двух легендарных наемников кардинально отличались от ребят Харухиро. Они не были равнодушны. Никто из них даже не пытался отмахнуться от работы со словами «Это не наша проблема» или «Ничего в голову не приходит, придумайте что-нибудь сами». Никто не шутил, не возмущался, не критиковал ради критики. Обсуждение было живым, без проволочек. Таким образом группа Харухиро и «Токкиз» остались не у дел. Вор даже не подозревал, что думали о происходящем ребята Токимуне или тот же Ранта, однако сам он, как ни странно, испытал досаду и даже удивился этому. Он — лишь мелкая сошка и отлично осознавал это. Естественно, Харухиро и его ребята во всем уступают наемникам Сомы и Акиры. Этого не изменить. «Досада? Ха-а? Что, правда? Смех да и только», — мелькнуло в голове вора. Будучи мелкой сошкой, ему лучше сидеть в углу и молча кивать, не мешая невероятным людям вырабатывать решение. И Харухиро действительно так думал. Ведь что Сома, что Акира — персоны совершенно иного склада. Они все делают по-другому. Как бы Харухиро и его товарищи ни старались, им никогда не стать похожими на этих легендарных наемников… так ведь? Да, пожалуй… но... Харухиро до конца не верил в свою никчемность, да? Значит ли это, что он еще не сдался? Нельзя ведь сказать, будто у его группы нет потенциала, так? По крайней мере, они не полный ноль. Харухиро и правда так думал? Неужели это и были те самые устремления самого что ни на есть заурядного человека? Или же он просто чувствовал за собой ответственность лидера? Что бы там ни было, но лидер-вор чувствовал досаду, и отмахнуться от нее он не мог. Поэтому Харухиро постарался принять участие в дискуссии, но ничего путного так и не сказал. Тем не менее наемники решили установить ловушку. Группа Харухиро и «Токкиз» должны были выкопать одну яму, а еще по одной — «Железный кулак», «Берсерки» и «Орион», которые планировали добраться до холма-отправной точки к десяти утра. Место для ловушки согласовали. Когда ее установят, группы Сомы и Акиры заманят туда Бога-Колосса и белое существо. Остальные наемники будут ожидать команды. «Железный кулак» прислал восемнадцать человек, причем командовали отрядом сам Макс Тайман и его помощник Эйдан. Численность «Берсерков», судя по всему, не так уж велика, около тридцати бойцов, однако в самой охоте участвовало не более семнадцати человек во главе с Красным Дьяволом Даки и его офицером Сагой. В клан «Орион» тоже вступили человек тридцать. Шинохара, Кимура и Хаяши привели с собой четыре группы, то есть двадцать наемников. У «Воинов Зари» было восемнадцать человек: группы Сомы, Акиры и Харухиро. Плюс шестеро ребят из «Токкиз». Кроме того, к охоте присоединились еще пять групп, которые так и не вступили ни в один из кланов (или об их кланах никто ничего не знал). В общей сложности двадцать пять наемников. Среди них были Лала и Ноно. Просто невероятно! Случайная идея Токимуне в итоге получила поддержку у ста восьми человек! Харухиро вернулся к работе, продолжая усердно копать. Известно, что Лала и Ноно примкнули к группе-приманке, еще двадцать три наемника предпочли отсидеться в Поселении (кстати сказать, опустевшем после ухода половины торговцев) и не рыть яму. — Но все же… — Харухиро вытер пот, от которого уже щипало в глазах. Вор взглянул на яму. — Сложнее, чем я думал... Благодаря огневой поддержке Миморин ребята смогли выкопать яму диаметром в десять метров. Однако ее глубина — чуть больше полметра. Даже если какой-нибудь зевака угодит в эту «западню», максимум ногу сломает или отобьет ягодицы. Богу-Колоссу такая ловушка явно ничего не сделает. — Кто же знал, что копать так трудно… — пробормотал Харухиро. В конце концов Ранта замолк, а наемники «Токкиз» прекратили валять дурака и принялись энергично рыть землю. Старались все, кроме Ранты. Темный рыцарь бесцельно ходил туда-сюда, то и дело садился на корточки и почесывал спину, вовсю отлынивая от работы. Даже госпожа Анна (походная группа поддержки «Токиз») умудрялась копать, фактически занимаясь непривычным для нее трудом. А этот отброс работать не желал! — Пора, — сказала Миморин и вышла из состояния медитации. Она встала и оперлась на посох. Харухиро и остальные выбрались из ямы. — Миморин, здесь, — указал на яму вор. Великанша кивнула и, рисуя кончиком посоха символ элементаля, стала читать заклинание. — Делм, хел, эн, барк, зел, альв. Бум! — Миморин углубила одну из ям «Взрывом». — Делм, хел, эн, барк, зел, альв… Делм, хел, эн, барк, зел, альв… Делм, хел, эн, барк, зел, альв… Делм, хел, эн, барк, зел, альв. Миморин почти без передышки повторяла и повторяла заклинание, и так до пяти раз, расширяя взрывами яму, на которую указал Харухиро. Благодаря ее стараниям земля осела, и ловушка стала гораздо глубже. Миморин пошатнулась и чуть не упала, но успела опереться на посох и восстановить равновесие. Вообще, Великанша не слишком-то хороша в магическом искусстве, однако сумела использовать «Взрыв» до пяти раз подряд — великое достижение для нее, стоящее немалых усилий. — Ах если бы я тоже изучила «Взрыв»… — опустив взгляд, пробормотала Шихору. — Вместо «Ледяного Шара» стоило взяться за магию школы Альв… — Кх… — Инуи послал Шихору воздушный поцелуй. — Если хочешь, я могу стать твоим заклинанием «Взрыв»… — Нет, спасибо, — молниеносно отказалась Шихору. — Не совсем понимаю, что значит «стать твоим заклинанием «Взрыв». Звучит жутко… — Нья-я! — Юмэ потянулась. — Значит, надо опять копать? — Черт. Мы вообще когда-нибудь закончим?.. — простонал Ранта. Хоть отброс практически отлынивал от работы, но надежду утратил быстрее всех. — Спина, ай… — вздохнув, пожаловался Кузаку и схватился за поясницу. — Ты в порядке? — Мэри мельком глянула на паладина. — А. Эм-м… Угу. Не волнуйся. — Хорошо, если так. В голове Харухиро сами собой сложились строки хайку:

Ах, близость! Как это, Должно быть, прекрасно! Так Думал Харухиро.

Нет, размер он, кажется, не выдержал. «Дела плохи. Совсем плохи. Они совсем утратили боевой дух», — мелькнуло в голове лидера. И раз он заварил эту кашу, то ему теперь и расхлебывать, но как? — Р-ребята, давайте постараемся. С таким призывом никого не вдохновить, слишком уж вяло звучит. — Да-а… — отозвался Киккава не слишком-то бодро. — Кажется, госпожа Анна не мастер копать ямы, — судя по всему, грозная жрица уже сдалась. — Госпожа Анна, отдохните, — Токимуне улыбнулся девушке своей фирменной белоснежной улыбкой. Он заметно сник и больше не излучал энергию и оптимизм. — Странное дело, — вопреки обстоятельствам Тада будто сиял, — такого мы не планировали. Чего это я копаю какую-то яму? «Это я виноват», — подумал Харухиро. Вору страшно хотелось повиниться перед остальными, но даже если он поклонится со словами «Мне очень жаль», разве будет какой-то толк? Может, это приглушит его чувство вины? И? Что дальше? Бросить работу они все равно не смогут. Раз уж начали, придется копать до конца. Харухиро, решив вернуться к рытью ямы, вонзил лопату в землю. Он принялся чертить линию, надавливая на черенок изо всех сил. Когда линии сошлись, получился круг диаметром в двадцать пять метров. Все ямки, какие углубляли ребята, как раз входили в этот круг. — Как ни посмотри, наш противник чудовищно огромен и силен! Сколько ни готовься, думаю, этого не достаточно. Н-нужно копать! Нужно вырыть ловушку! Я займусь этим. И хочу, чтобы остальные тоже присоединились. Придет время, и ловушка наверняка…. пригодится… наверное… нет, думаю, она точно пригодится! П-поэтому, ну… — Копать, — Миморин бросила посох и взялась за лопату. — Я буду копать. — Юмэ постарается! — фыркая, Юмэ принялась яростно кромсать землю. Шихору прикусила губу: — В зависимости от того, как использовать «Эхо теней» и «Бурю», может быть, они пригодятся... Мэри молча работала лопатой. — Что ж, парень я крепкий, — Кузаку принялся копать. — Ха! Ничего не поделать! — разочарованно вздохнул Ранта и закинул лопату на плечо. — Отлично! — в Киккаве проснулся энтузиазм, — Я весь горю-ю! Жар-жар-жар! Жар-жар-по! Пожар! — Придется подождать битвы, — указательным пальцем левой руки Тада поправил очки. — А раз так, пожалуй, помогу вам копать. — Кх… — Инуи снял повязку, демонстрируя глаз, который он вечно прятал. — Пока не пробил час рока, я, кого зовут Черным Крылом!.. Как обычно он нес какую-то чушь. — Наберемся терпения, — Токимуне вскинул большой палец. — Копать яму надо. Это важно, но если выдохнемся, пока роем, точно собьемся с пути и потеряем из виду цель. — Да. Вы правы, — кивнул Харухиро. «Баланс. Во всем нужен баланс, копать нужно усердно, но в меру». Если подумать, ведь именно он, Харухиро, предложил сделать ловушку. Поэтому вор и нацелился выкопать лучшую волчью яму и приложить все усилия для этого. Что для них главнее всего? Нет, Харухиро не забыл это. Определенно. Так что же? Победить Бога-Колосса. Точно. …точно? А так ли это важно для Харухиро и его товарищей? — А? Именно об этом я вряд ли думал…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7. Готовность

А знаете? Три дня и три ночи группа Харухиро и «Токкиз» не только копали яму. Впрочем, поскольку в Сумеречном мире никогда не бывает темно, странно говорить о трех ночах, так? Пусть наемники и потратили суммарно три дня, чтобы приготовить ловушку, на деле же они работали не больше полутора суток. Нет, пожалуй, и суток не наберется. Остаток времени они потратили на сон… Нет-нет, все не так. Естественно, часть времени ушла на сон и отдых, а также ребята периодически возвращались в Поселение, чтобы помыться и заняться другими делами. Как-то раз, пока Харухиро и остальные работали, к ним явился Таро (просто ошивался поблизости) и предложил сходить посмотреть на Гидру и Бога-Колосса. Стоит сказать, что именно того белого монстра, который передвигался по земле зигзагами, отец Таро, то есть Гоххо, и назвал Гидрой. — Хорошее имя, — со счастливым лицом пробормотал несравненный красавец Таро. — Гидра. Круто! Отлично, отец! Как и ожидалось от вас! Именно Таро, не в меру почитающий отца (и мать, наверняка, тоже), помог группе Харухиро и «Токкиз» подобраться к Гидре и Богу-Колоссу. Оба монстра постоянно передвигались, преследуя группы-приманки, так что самое большее, что могли сделать наемники, — это приблизиться к монстрам на расстояние в пятьдесят метров. И даже такая дистанция казалась опасной. В особенности это касалось Бога-Колосса, чьи размеры выходили за рамки людского понимания. Когда Таро сказал, что рост этого монстра примерно три сотни метров, ребята смогли выдавить из себя лишь одну фразу: «А, хорошо. И только?» Харухиро, чей рост составлял сто семьдесят сантиметров, был меньше Бога-Колосса почти в сто семьдесят шесть с половиной раз. Если сравнивать с Кузаку, чей рост доходил до отметки в сто девяносто два сантиметра, то монстр выше его примерно в сто пятьдесят шесть целых и двадцать пять сотых раза. Впрочем, любые сравнения тут неуместны. Прикончить Бога-Колосса? Как бы не так! Невозможно! Это какая-то шутка? С ним не повоюешь. Никак. Вообще. По словам Таро, именно поэтому группы-приманки считали, что расправиться с двумя гигантскими монстрами за одну эту вылазку не удастся, слишком уж трудная задача. Что ж, хорошо. Стоп, что значит «за одну эту вылазку»? Будет и вторая? Они планируют напасть еще раз? Они что, идиоты? Или просто крутые? Крутые ребята воспринимают ситуацию совсем иначе? В любом случае Харухиро радовался, что на этот раз Бога-Колосса вычеркнули из списка. Просто представьте, что длина стопы Харухиро составляет двадцать пять с половиной сантиметров, а если умножить это число на сто семьдесят шесть с половиной (разницу в росте вора и Бога-Колосса), то получится четыре тысячи пятьсот целых и семьдесят пять сотых сантиметров. Примерно сорок пять метров. Выходит, ловушка диаметром в тридцать метров явно не сработает. К тому же для трехсотметрового гиганта потребуется яма глубиной в двести метров, это как минимум. В общем, ничего путного не выйдет. Даже если отбросить идею с ловушкой, победить Бога-Колосса невозможно. И на то есть несколько причин. Для начала, хоть Бог-Колосс и напоминает гуманоида (даже шагает как человек), на деле же он исполинское гипермассивное создание из белого камня. Идея прикончить его первым кажется до невероятного нелепой. Если, конечно, речь идет об уничтожении этого монстра. По скромному мнению такого ничтожного человека, каким считал себя Харухиро, если наемники собираются уничтожить Бога-Колосса, им нужно разжиться подходящим оружием. Возможно, подойдут осадные орудия, какими разрушают замки, да? Однако вряд ли враг будет спокойно стоять и ждать своей участи. Нет, наверняка он станет атаковать, и его удары будет трудно пережить. Конечно, это всего лишь частное мнение Харухиро, но разве возможно победить этого монстра? А что касается Гидры… Вероятно, с ней было попроще именно потому, что сначала наемники сходили поглядеть на ужасающего Бога-Колосса, а уж потом добрались до твари поменьше. Увидев ее, Харухиро даже подумал: «А? Всего-то?» Да, наверняка поэтому. Присмотревшись, вор заметил, что Гидра размером примерно с двухэтажный дом. Нет, даже чуть больше. И тело у нее длинное. Гидра — существо с белой шкурой и множеством змееподобных голов. Каждая толщиной в два-три метра. Всего голов девять, на удивление, без глаз. Поскольку у всех живых существ Сумеречного мира по одному глазу, то вор ожидал, что у Гидры тоже будет по одному оку на голову, но в действительности все оказалось иначе. Значит, те девять «отростков» вовсе не головы, а, пожалуй, щупальца. Гидра использовала для передвижения четыре щупальца, толкая ими свое массивное тело. Остальные пять свободно извивались, будто пытаясь что-то ухватить в воздухе. Не исключено, что эти щупальца сканируют окружение словно какие-нибудь антенны. — Да мы легко расправимся с ней, — заявил Тада и фыркнул. «Вряд ли легко, но шансов больше, чем с Богом-Колоссом… Нет-нет-нет-нет…» — мелькнуло в голове Харухиро. — «Стоп-стоп. Может и так, но эта штука все равно огромная, да? Один взмах щупальца — и ты труп!» Гидра ползла на запад всего в каких-то пятидесяти метрах от группы Харухиро. Не слишком ли близко? Разве надо было подходить к ней почти в упор? Конечно, в тот момент пять щупалец-антенн не были направлены в сторону ребят, а значит Гидра не заметила слежку. Или люди ей попросту не интересны. А если бы заметила? Что случилось бы тогда? Ничего хорошего, да? — Эм-м, может, отойдем подальше? — спросил Харухиро, явно нервничая. Таро, что шел впереди и вел наемников, обернулся к вору, но останавливаться не стал. — Все в порядке. Мы на безопасном расстоянии. Наверное. — «Наверное»?.. — «В этом мире ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов» — так однажды сказал мне отец. — Может и так, но… — Нет никаких «может». Я абсолютно доверяю словам отца. «А? Разве не ты только что говорил, что нельзя быть уверенным на сто процентов, нет?» — невольно подумал вор. Правда, если бы Харухиро озвучил свои мысли, красавец-эльф наверняка бы разозлился. Пожалуй, вышло б занятное зрелище. Нет, Харухиро не желал видеть Таро таким, он вообще не любил кого-либо злить. Злость Таро — такое даже звучит жутко. Кстати говоря, группа Харухиро и «Токкиз» следовали за Гидрой не быстрым шагом, а скорее короткими перебежками. Токимуне нес госпожу Анну на спине, потому что, по словам паладина, ей за остальными будет трудно угнаться. «Слишком уж балуете вы своего маскота, господин Токимуне, да?» — не мог не подумать Харухиро. — Кто приманивает этих монстров? — спросил Ранта. Таро не ответил. Видимо, не услышал. — Эй, кто их приманивает? Эй? Кто приманивает-то? Эй? Эй? Эй? Чего молчишь? Ты вообще слышишь меня? Э-эй! Эй-эй-э-эй! Ты меня слышишь? Слышишь, а, вообще слышишь?! Эй! — Слышу, — Таро даже не взглянул на Ранту. — Отвечать не хочу. Мать говорит: «Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на разговоры с дураками». — Это я-то дурак?! — Думаю, да, — вырвалось у Харухиро. — Ага, дурак, — согласилась Юмэ. — Гораздо хуже… — похоже, у Шихору было личное представление о мере глупости Ранты. — Да, разговаривать с ним действительно бесполезно, — холодно добавила Мэри. — Ну-у… — неопределенно промычал Кузаку. Судя по всему, он старался держать свое мнение при себе. — Аха-ха-ха! — Киккава похлопал Ранту по плечу. — Но я думаю, это токру, что Ранта идиот! Что мусор для одного, то сокровище для другого! — Заткнись! Киккава, заткнись! Я не мусор! Захотят меня выбросить, я сам уйду! — Мы не против, знаешь ли? Когда Харухиро сказал это, Ранта запаниковал: — Т-т-ты идиот! Ты не это должен был сказать! Ты должен был возразить типа: «Не говори так!» — и осадить меня! Должен был предупредить, что нельзя говорить о людях, как о мусоре! — Ранта! — Токимуне продемонстрировал ослепительную улыбку. — Ты и пра-авда проблемный тип! — Господин Токимуне?! Мне кажется, или это не совсем похвала?! — Это не похвала, да! — госпожа Анна, сидя на спине у Токимуне, показала темному рыцарю средний палец. — Из какой задницы ты вылез, гнилой член?! — Кх… — на лице Инуи расцвела зловещая ухмылка. — Пади, пес конца… — Пес, — Миморин тут же принялась глазеть по сторонам. «Нет тут никакого пса...» — подумал Харухиро. — Так кто их приманивает? — вслед за Рантой как ни в чем не бывало спросил Тада. В этот раз Таро тут же ответил: — Гидру приманивает механический господин Зенмай. Бога-Колосса — только Лала и Ноно. То есть двое. Верхом на драгунах. Драгуны — маленькие драконы, передвигающиеся по земле на задних лапах. Если начать дрессировку этих существ сразу, как только вылупятся из яйца, они способны заменить обычную ездовую лошадь. Кажется, впервые Харухиро увидел драгунов в опорном наблюдательном пункте Алтаны, и ему сразу захотелось прокатиться на них. Однако стоило вору узнать, что ради дрессировки им с раннего детства обрезают крылья, как это желание тут же улетучилось. — Вот как, — кивнул Тада и внезапно остановился. — Э-эй! Чертова Гидра! Посмотри на меня! Вот он я! Я здесь! Зде-есь! — во все горло заорал жрец. Разве люди способны так драть глотку? Как ему вообще это удалось? Неужели он вышел за пределы человеческих возможностей? Харухиро в ужасе замер. Остальные тоже встали столбом. И наемники «Токкиз» тоже. Даже Токимуне не знал, как на это реагировать. — Стой… — Таро выпучил глаза и остановился. — Зачем ты… — Иди сюда! — Тада ткнул в сторону Гидры боевым молотом. — Эй ты, червяк, сюда, говорю! Или испугалась? Поняла, что меня не одолеть?! Такая огромная и такая трусливая! А затем произошло следующее… Гидра, конечно же, продолжала ползти. Точнее, из-за огромных габаритов она, пожалуй, просто не могла резко остановиться, но вот замедлиться — вполне. Одно из щупалец, которое торчало примерно в области головы, повернулось в сторону ребят. Вскоре Гидра остановилась. Второе и третье щупальце тоже принялись искать источник звука. — Хм… — Тада закинул на плечо молот и поправил очки указательным пальцем левой руки. — Наконец-то заметила меня. Медленно соображает. Очень медленно. Тада. Что еще за «хм…»...Тада? «Тада-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!» Даже если бы Харухиро проорал это не про себя, а на всю округу, жрец отреагировал бы в том же духе: никак. Нередко даже самый обычный разговор с Тадой заходит в тупик, а здесь… Что тут сделаешь? — А-а, черт! Вот что! Харухиро схватил Таду за шиворот и потащил прочь. — Гх! — вырвалось у жреца. Конечно, вор мог ненароком и придушить Таду, но Харухиро это мало волновало. Все-таки Тада есть Тада, наверняка выживет. — Бежим! — скомандовал Харухиро и помчался прочь со всех ног. К счастью, «Токкиз» посчитали происходящее забавным и, не мешкая, последовали за ним. Конечно, больше всех Харухиро боялся реакции Гидры. Если эта тварь погонится за ними, сумеют ли они сделать ноги? А если настигнет, то что тогда? Придется сражаться? Точнее, придется распрощаться с жизнью? Одна лишь мысль об этом ужасала, однако Гидра даже и не думала преследовать их. Им повезло? Должно быть, Зенмаи невероятно умело отвлекал Гидру. «Зенмаи, огромное вам спасибо!» — мысленно поблагодарил механическую куклу Харухиро. Только когда наемникам удалось отбежать от Гидры на расстояние примерно в двести метров, Харухиро отпустил Таду. Все это время страх не покидал лидера-вора, и ледяной пот лился ручьем. — Эй ты! — Тада схватил Харухиро за горло. — Это больно, знаешь ли, Харухиро?! — Гх! Жрец боднул лоб Харухиро. Каким-то чудом тот не треснул. Глаза Тады медленно наливались кровью. Зрелище поистине ужасающее. Однако если бы Харухиро не утащил жреца за шкирку, наемников бы точно перебили. Разумеется, Тада этого не осознавал, да и не поймет никогда, и все же Харухиро взял на себя труд как-то ему объяснить происходящее. — П-пожалуйста, поразмыслите над этим хоть немного! Разве кричать Гидре не слишком опасно? Что вы задумали — даже знать не хочу! И спрашивать вас не буду! Но, пожалуйста, прекратите вытворять такие вещи, серьезно! — Заткнись и сам поразмысли! — Не думаю, что поступил неправильно, поэтому и размышлять тут не о чем! — Чего?! — М-мне не о чем размышлять! Это вы должны! А не достанется ли Харухиро после таких слов? Не опасно ли так говорить с Тадой? Но если бы лидер не ответил на ярость Тады упрямством, тот бы не стал воспринимать Харухиро всерьез. И чтобы выдержать давление, нужна определенная твердость духа. — Сам поразмысли, Тада! А не станешь — так твои товарищи попадут в беду! В версии с изображениями тут находится картинка. — Ха-ха… Тада рассмеялся и еще раз боднул Харухиро, но вор не отступил. Просто не мог отступить. Невозможное малодушие. Если б Харухиро сказал что-то вроде «Прошу прощения», то лишь выставил бы себя дураком. От давления Тады у Харухиро на глазах наворачивались слезы, однако вор держался из последних сил. — Да что б меня поучал какой-то новичок! Тада повернул голову влево-вправо, давя лбом на лоб Харухиро. Их черепа скрипели от натуги. «Кто-нибудь, помогите! Остановите его! Токимуне!» — мысленно молил Харухиро. Если б вор хоть на секунду перевел взгляд в поисках поддержки, то тут же бы проиграл. Харухиро был в этом уверен как никогда. — Х-хоть я и новичок!.. — «Хоть я и новичок» и что дальше?! — В отличие от тебя я понимаю, что хорошо, а что — плохо! Если ты и дальше будешь вести себя как неразумный ребенок, то придется посадить тебя на поводок! — Хо-хо-о! Внезапно Тада отступил, выпрямился и поправил очки указательным пальцем левой руки. Оказавшись без опоры, Харухиро чуть не растянулся на земле. — Неплохо. «Почему вы так ухмыляетесь? С чего это вы подобрели? Не понимаю…» — ломал голову вор. «Тем не менее я спасен… кажется? По крайней мере, меня не изобьют до полусмерти. Нет, если не буду осторожен, то меня огреют боевым молотом, да? Пожалуй, лучше быть настороже?» — Харухиро, — Токимуне как всегда продемонстрировал окружающим белоснежные зубы и вскинул большой палец, — отличная битва! «Помолчите…» — не мог не подумать Харухиро, но решил, что возражать себе дороже, и потому просто поклонился и пробормотал: — Спасибо. — Пф… — прыснул Таро и закрыл лицо руками. — Эхе-хе-хе-хе-хе! Аха-ха-ха-ха-ха! Странные! Люди странные! Пф-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Гуа-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! «Громко же он смеется. Прямо ухахатывается. Практически по земле катается», — Харухиро отпрянул, не веря своим глазам: красавец эльф смеялся аж до коликов. Неожиданное зрелище. Спустя некоторое время Таро вдруг прекратил смеяться и откашлялся, его лицо снова стало серьезным. И красным. От смеха он покраснел до кончиков ушей. Должно быть, ему стыдно. — Отец частенько говорит: «Удача приходит к счастливым людям». Вот оно что. Странный эльф. Несмотря на множество происшествий, похожих на стычку Харухиро и Тады, наемники за трое суток выкопали яму диаметром в тридцать метров и глубиной метра в три. Ловушку укрепили несколькими балками и сверху накрыли сетью, которую им оставили торговцы. Поверх ребята накидали травы, чтобы замаскировать яму. Вблизи ловушка казалась достаточно незаметной, однако, если заманить туда Гидру, упадет ли она? Может быть? Пока не попробуешь — не узнаешь. Группы, принимающие участие в охоте, договорились встретиться на вершине холма-отправной точки, откуда наемники спускались в Сумеречный мир. Холм расположен чуть западнее Поселения. Группа Харухиро и «Токкиз» выкопали яму чуть южнее от импровизированного городка. Иначе говоря, им было по пути, поэтому они решили заглянуть в Поселение. Разумеется, никто из них даже не помышлял о такой роскоши, как ванна (впрочем, Харухиро и остальные уже привыкли к невзгодам и лишениям, обычным для жизни наемников), но попить чистой воды все равно хотелось. Уже вступив на территорию Поселения, Харухиро нутром чуял, что что-то здесь не так. Точнее, у него возникло плохое предчувствие. Далеко на западе виднелась непомерно громадная фигура Бога-Колосса. Если бы он как обычно вышагивал где-то там, ничего удивительного бы не приключилось. Однако он стоял как вкопанный. Госпожа Анна замерла, так и не шагнув на территорию Поселения. — А? Там же холм-отправная точка, да? Точно. В Поселении кипела жизнь, несмотря на то, что все торговцы ушли, хотя вместо них здесь собралось немало наемников, человек семьдесят-восемьдесят. Будь у них какое-нибудь собрание, они бы не устроили такой шум и гам. — Чего, засранец? Хочешь подраться? Макс Тайман из «Железного Кулака» стоял рядом с крупным парнем, чья рыжая шевелюра казалась огненной. Все выглядело так, будто лидер «Железного Кулака» вот-вот схватит рыжего. Двух наемников окружила толпа парней, которые подначивали забияк, вот почему они так шумели. — Хочу ли подраться? — противник грозного Макса не дрогнул. Кстати, этот рыжий парень казался не просто массивным, точнее, даже его черты, рот, нос и глаза были крупными. — Ты чертовски прав, коротышка! — Кто тут коротышка?! Не думай, что раз ты, засранец, бугай, то я тут коротышка! — Не вини других за то, что ты коротышка, коротышка! — «Коротышка-коротышка-коротышка-коротышка» — это все, что ты можешь сказать, жирдяй?! — В каком это месте я жирдяй?! Я держу процент жира в норме, так что не смей недооценивать меня, чертов коротышка! — Что ты несешь, рыжий ублюдок? Не думай, что раз волосы покрасил, то теперь уж самый крутой, пузер! — Ты хотел сказать «лузер», болван! — Не прибирайся к моим словам, рыжий засранец! Хочет сгореть, да?! — «Прибираться к словам»?! Что за чушь?! Если думаешь, что сможешь сжечь меня, то попробуй, мартышка! — Это кто тут мартышка, горилла?! — Все, кто называл меня гориллой, уже мертвы! Никто не выжил, ясно?! — Я буду называть тебя гориллой сколько захочу! Горилла, горилла, горилла, горилла, гори-и-илла, горилла! — Ах ты!.. Рыжий наемник с рычанием замахнулся на Макса. Тот… даже не думал защищаться. Наверняка нарочно подставился. Кулак рыжего смял левую щеку лидера «Железного кулака». Макс покачнулся, но выстоял. — От твоего хилого удара даже не щекотно! — Да?! — рыжий пнул Макса в колено. — Как насчет этого?! — Угх… Сильно! Решительная, сильная и резкая атака. Со стороны казалось, что рыжий сломал Максу ногу. И все равно упрямый Тайман устоял. И даже демонстративно рассмеялся: — Га-ха-ха-ха-ха! Со мной не сработает! — Хорош прикидываться стойким… — рыжий парочку раз заехал Максу по лицу. — Твое единственное достоинство, мартышка-коротышка! Вот тебе, вот тебе, вот тебе! — Не! Боль! Но! Совсем! Совсем! Не больно! Гх! — К?.. — рыжеволосый отвел каменные кулачища и перестал избивать Макса. Он целился в голову. Удары шли только по голове. Или же Макс сам ее подставлял? Череп у него довольно-таки крепкий. Под определенным углом его кости смогли бы отразить даже атаку меча. И все равно Макс уже был весь в крови. Ему не больно? Он рехнулся? Вряд ли. Макс тут же воспользовался передышкой врага, обхватил его торс, повалил на землю и уселся сверху, чтобы обрушить на рыжего град ударов. — На! На! На! На! На! На! На! На! На-а! Рыжий попытался защитить руками лицо, но… противостоять натиску Макса он не мог. И когда Харухиро уж было решил, что рыжий наемник сдался и отвечать не будет, тот попытался впечатать правый кулак в лицо Макса. Если бы враг Таймана угодил в челюсть, Макс наверняка бы свалился. Или даже вырубился. Однако лидер «Железного Кулака» предвидел атаку и сумел увернуться от удара, отклонившись назад… и не только это. Не теряя ни секунды, Макс схватил руку нападавшего и заломил ее. Только рыжий и сам оказался ловким малым. И сильным, раз сумел подняться с Максом, который буквально висел у него на руке. — Уха-ха-ха-ха! Рыжий наемник тут же дернул рукой, стараясь повалить Макса. Харухиро уж мысленно представил себе сцену, как рыжий размажет Таймана, но… ничего подобного не случилось. Прямо перед атакой противника Макс отпустил руку рыжего, отскочил, перекувыркнулся и выпрямился. Его гибкое тело проделало этот трюк с невероятной легкостью. — Не сработает, Дакки! Второй же раз, в конце-то концов! — Ага, я уже понял! Просто забыть не могу, как в тот раз размазал тебя! Вот бы повторить! — Какое совпадение! И я мечтаю выбить из тебя всю дурь! — Уха-ха-ха! Внезапно рыжий вышел из боевой стойки и протянул правый кулак Максу. Ухмыльнувшись, Тайман стукнул по нему своим. Толпа окружавших их парней хором завопила: — Макс! Ма-а-акс! — Дакки крутой! — Макс сильнейший! — Идиот, ясно ведь, что Дакки гораздо сильнее? — Дрались бы по-настоящему, Дакки бы умер! — Заткнись, железный п●дак! * — Кто бы говорил, дурсерк! Пусть некоторые из парней орали друг другу в лицо, но, кажется, убивать друг друга они не собирались. Сказать, что они ладят, язык не повернется, скорее, им просто весело. — П●дак? — Юмэ склонила голову в недоумении. — Наверное, это вариация названия «Железный кулак»... — Харухиро изо всех сил пытался сказать это спокойно. — А вообще, лучше никогда не говори это слово. — П●дак? — поинтересовалась Юмэ. — Почему? — Ну, как бы сказать... Оно нехорошее… — Послушай, Юмэ, — вздохнул Ранта и похлопал охотницу по плечу. — Что такое «п●дак»? Это оно. Эм-м, на словах это будет трудно объяснить. В общем, у тебя есть задница, а в заднице… — Как грязно… — пробормотала Шихору. — Великолепно! — Киккава ткнул пальцем в сторону Шихору. Волшебница вся съежилась: — Я не это имела в… В версии с изображениями тут находится картинка. — Макс Тайман и Дакки Красный Дьявол, значит, — Тада указательным пальцем левой руки поправил очки. — Они мне не соперники. — Они ве-ечно так, — Токимуне с отеческой гордостью смотрел на лидеров двух кланов. — Думаю, можно сказать… Чем чаще они дерутся, тем крепче дружат. — Я их не понимаю… — Мэри помотала головой. — Они все в крови… — Кузаку тоже был потрясен. — Кх… — откашлялся Инуи, готовясь что-то сказать. «Хотелось бы, чтобы он помолчал...» — подумал Харухиро. — Начали свой ритуал без меня… — продолжил охотник. «...ведь несет какую-то околесицу», — додумал вор. — Ах, ступид факерс! Разве нет дел поважнее, а? — госпожа Анна надула щеки и даже запрыгала от злости. — Разве нет? Что за шит? Что они делают? А? И правда, а что еще им делать?.. Харухиро прикрыл глаза и вздохнул. Наверное, он просто терпелив от природы. В любом случае, у вора появилось странное чувство, будто уровень его стойкости повысился. Когда лидер открыл глаза, он заметил, что к ним на всех парах мчится Шинохара, а за ним — его соратники в белых плащах. Да уж, на фоне откровенно странных Макса из клана «Железный Кулак» и Дакки из «Берсерков» Шинохара натурально походил на Спасителя. У него даже нимб над головой есть. Что? Обман зрения? Да, само собой, обман зрения. Не существует такой штуки, как нимб. — У… — Миморин нахмурилась, а потом прищурилась, всматриваясь куда-то. «Она щурится? Неужели... Миморин тоже видит этот нимб?» — мелькнуло в голове у лидера. Харухиро моргнул, чтобы проверить свою догадку. Над Шинохарой и правда ничего не было. Ничего удивительного. — Привет, Харухиро, Токимуне… Похоже, мы угодили в неприятности, да? — Здравствуйте, — кивнул Харухиро и поднял взгляд на Шинохару. — Под неприятностями, эм-м, что вы имеете в виду… — Позвольте мне, Кимуре из «Ориона», рассказать обо всем, — вперед вышел парень в круглых очках и стрижкой полубокс. «Опять он», — невольно подумал вор. — Мы заметили, что Бог-Колосс перестал двигаться примерно два часа назад. Так как наша группа закончила устанавливать ловушку, мы решили проверить местоположение существа. Можно сказать, трудностей не возникло. Приблизившись к Богу-Колоссу, мы поняли, где он находится. То есть увидели, что Бог-Колосс встал на холме-отправной точке. А-а, там же вход в наш мир! Не скажу, что мы не можем вернуться обратно, однако в случае непредвиденных обстоятельств это будет очень сложно! «Ч-что?!» — чуть не вырвалось у вора, но он сдержался. Не сказать, что эта новость его удивила. Скорее Харухиро был расстроен, что его самые худшие опасения сбылись. Да, сбылись. Случилось именно это... Судя по лицам Шихору, Мэри и Кузаку, они быстро растеряли весь энтузиазм. Юмэ о чем-то размышляла некоторое время, а потом, судя по ее лицу, пришла к какому-то выводу. — Ха-а. Значит, нельзя вернуться. Юмэ и остальные не смогут вернуться домой? — Именно Э-Т-О тебе только что и сказали, идиотка! — Ранта накричал на охотницу. — Юмэ не идиотка. Те, кто называют других идиотами, сами идиоты. — По твоей теории, те, кто называет остальных гениями, сами гении, да?! — Угу. Наверное, так и будет? — Гений! Гений! Юмэ, ты пра-а-а-авда прекрасна и гениальна! — О? Вот как? Вот что Ранта думает о Юмэ. Это немного смущает. — Д-дура! Я-я не это имел в виду… все не так! — Покраснел… — Шихору искоса посмотрела на Ранту и задрожала от омерзения. — Как отвратительно… — К-к-к-к-к-кто это покраснел, черт побери! Стоп, что еще за «отвратительно», а?! — Хм, — осторожно поправив очки, Кимура оглядел Ранту и Юмэ. — Простите за нескромный вопрос, но вы двое — парочка? То есть у вас романтические отношения? — Ч-что? — удивился Ранта, да так, что чуть не растянулся на земле. — Ч-ч-ч-ч-ч-что ты такое говоришь, кретин! Это н-н-н-н-н-не смешно, ид-д-диот! — У-угу, — тут же присоединилась Юмэ. — Все не так. — Т-т-т-т-точно! В-в-в-в-все не так! Это…. н-н-н-не надумывай! Эта девчонка мне вообще не нужна! В смысле, она плоская! — Не называй Юмэ плоской! — Нет ничего плохого в маленькой груди! — внезапно разозлился Кимура. — Маленькая грудь — идеальна! Человечество пока не изобрело ничего лучше, чем маленькая грудь! Я это утверждаю! — Кимура, успокойся, — Шинохара с беспокойным видом похлопал Кимуру по плечу. — О, прошу прощения, — усмехнулся Кимура. — Я потерял самообладание. Однако, возможно, вы меня неправильно поняли. Да, лично я предпочитаю маленькую грудь, но это не значит, что я не понимаю ценности грудей другого размера. Само собой, большая грудь — тоже хорошо. На самом деле, я достаточно гибкий и могу приспособиться к любому размеру груди! — А ты пылкий! — Киккава вскинул руку. — Ты пылкий, Кимура-ти! Я очень хорошо понимаю тебя! Я такой же! Все размеры хороши, да! — Да! Киккава и Кимура обменялись рукопожатием. Похоже, это начало пылкой дружбы. Даже в «Орионе» есть странные люди. Прискорбно. — Знаете… — госпожа Анна с видимым сожалением повела плечами и покачала головой. — Вот вы открываете рот, и что? Грудь-грудь-грудь! Со ю ноу? Это сексуальное домогательство! А хотите посмотреть, как госпожа Анна и остальные леди будут день и ночь обсуждать перед вами размеры членов? Как они отправляют нас на небеса?! Как вам это, неудачники с маленькими членами?! — Хаяши, что-то не так? — Мэри нахмурилась. Хаяши, бывший товарищ Мэри, а теперь наемник «Ориона», не выдержал услышанного и рухнул на колени. — Нет. Ничего. Ничего. Правда, ничего… — О май гад… — госпожа Анна прикрыла рот рукой. — Неужели у тебя риал маленький член? Тебе не о чем беспокоиться же, да? И что, что он маленький? Есть теория, что пока он функционирует, то ноу проблемс… — Есть теория, — без всяких эмоций повторила Миморин… Зачем она это сделала? Хаяши поднялся на ноги. «Мне его жаль. И никак тут не утешишь», — подумал Харухиро. Не то чтобы он не сочувствовал Хаяши. Просто не мог найти подходящие слова и поддержать его. Может, на это вообще никто не способен? Никто из парней. Может, лучше вообще промолчать? — Хм… — Тада облизал губы. — В конце концов, нам предстоит сражаться. Жду с нетерпением. Как и ожидалось от Тады. Он совершенно глух к чувствам других людей. Жрец безразличен к тому, что не входит в сферу его интересов. Попросту игнорирует. Таков уж Тада. Но в этот раз Харухиро был искренне ему благодарен. Или нет? Не благодарен? А? Предстоит сражаться? Стоп! — Что ты имеешь… Вор забыл, что хотел сказать. Более того, лидер забыл сам факт, что хотел что-то сказать. Но-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-он!!! По округе разнесся странный звук, который подхватило эхо. Звук? Нет, скорее, звуковые волны, нежели какой-то осмысленный звук. Что это такое? Неизвестно. Только волны очень мощные, слишком уж громко. От них тело сотрясала дрожь, будто оно стало одной огромной барабанной перепонкой. Да сам факт существования такого звука пугал до дрожи! Нет, звук не удивлял, скорее напоминал чью-то злую шутку. Вор впервые почувствовал нечто подобное. Но что издает такой звук? Откуда он исходит и докуда простирается? Никто не знает, насколько велик Сумеречный мир, но, должно быть, не так уж и мал. Мог ли этот звук разойтись от края до края? Харухиро невооруженным глазом видел звуковые волны, видел, как от них содрогается все вокруг, как они расходятся по воздуху. Харухиро приложил руку к груди. Сердце бешено заколотилось. Этот звук, наверное, длился около минуты, не больше. Вот он умолк, а сердце не желало успокаиваться. Нет, это уже не пульс. Получается, у него… сердце дрожит? Или ему только кажется? Лидер оглядел остальных. Никто из них не был спокоен. Звуковые волны поразили всех без исключения. Та же Шихору сидела на корточках, обхватив руками голову. — Ты в порядке?.. — Мэри взяла Шихору за руки и помогла встать на ноги. Волшебница кивнула, но, похоже, не могла вымолвить ни слова. По ее щекам текли слезы. — Ч-что это было… — Харухиро практически сразу спросил у Шинохары. И только потом в голову вора пришла мысль, что Шинохара вряд ли знает больше остальных. Как и ожидалось, тот покачал головой. В глазах лидера «Ориона» появился непривычный острый блеск. — Кто знает… Однако вряд ли это хороший знак. — Думаете? — Токимуне шумно втянул воздух через нос и продемонстрировал окружающим белоснежную улыбку. — Не могу унять дрожь предвкушения. «Ох… ничем хорошим это не кончится… По своему опыту могу сказать, что, когда Токимуне так говорит, жди беды. Ужасно! Мне это не нравится! Почему все так обернулось? Чья это вина? Какого черта? Прекратите! Черт! Черт! Черт!» — но ни одну из своих жалоб, вспыхивающих у него в мозгу каждую минуту, Харухиро так и не решился высказать. Ему страшно хотелось сбежать, только вот нельзя. «Я готов к этому… Но сказать не могу. Невозможно! Придется приготовиться к худшему. Выбора нет, придется справиться с тем, что произойдет. Но что произойдет? Что, черт возьми, произойдет?!» Лидер не знал. Он ничего не понимал. Наемники кланов «Железный Кулак» и «Берсерки» собрались в группы и принялись горячо обсуждать что-то. «Орион» последовал их примеру. Группы из неизвестных кланов или те, кто пришел в Сумеречный мир сам по себе, тоже собрались вместе, чтобы обсудить ситуацию и как-то справиться с неопределенностью. Группы Харухиро и «Токкиз» примкнули к «Ориону», хотя не сказать, что вполне добровольно. За короткое время они успели обсудить множество вещей. Например, где ходит Сома? И где группа господина Акиры? Что это был за звук? Что делать? Что лучше делать в данный момент? Лучше всего вернуться. Но даже если они хотят вернуться, так просто не выйдет. Но что тогда делать? Уйти из Поселения. А после? В любом случае наемники осознавали, что нужно определиться с планом действий. Лучше избегать необдуманных поступков. И выступать сплоченным рядами. Нет, возможно, не лучший план. Не исключено, что лучше разделиться, да? Если собраться единым строем, то больше шансов погибнуть. В смысле «погибнуть»? Разве еще не понятно? Может, ничего и не случится. Что с группой Сомы? Изначально все планировали собраться у холма-отправной точки. Но теперь этому не бывать, поэтому «Орион» и вернулся в Поселение. Наверное, другие группы тоже придут сюда. Ну так что насчет Сомы? И группы господина Акиры? Что делать? Как поступить лучше всего? Куда лучше всего отправиться? Одни и те же вопросы шли по кругу. И ответов на них не было. «Железный Кулак» и «Берсерки» тоже предпочли остаться в Поселении. Вскоре Шинохара завел беседу с Кимурой. Судя по всему, эти двое и должны были решить судьбу «Ориона». Повсюду слышались возгласы наемников: «А-а, так не пойдет! Так тоже нельзя!» Солдаты Багровой Луны шумели… Даже не так, сама атмосфера располагала к этому. «Нужно сказать хоть что-то. Я так и не поговорил с товарищами. А ведь я — лидер. Значит, должен принять решение. Я пытаюсь придумать хоть что-то, но мозг отказывается работать. Ни одной мысли. Плохо дело», — Харухиро понимал только одно: нельзя пускать дело на самотек. Он не хотел смотреть в глаза товарищей, а потому опустил голову. — «Бесполезно. Ничего не выйдет. Все и правда бессмысленно». Харухиро было трудно дышать. Ему было больно. Больно. Разве он не должен готовиться к худшему? Какой позор. «Да, точно. Я жалкий человек. Я это понимаю. Мне никогда не стать решительным. Ведь это попросту невозможно». — Знаешь, — прошептал Кузаку. — Я пойду за тобой. Что бы ни случилось, я с тобой, Харухиро. Я подумал, что стоит это сказать. — Я… я тоже… — Шихору робко подняла руку. — Харухиро много раз спасал меня… Я хотела сказать лишь это… — Без Хару никак, — кажется, Юмэ улыбнулась. — Я тоже, — Мэри, как и охотница, улыбалась ему. — Если бы не Хару, произошло бы нечто ужасное. Во многих отношениях. Только благодаря ему я стала такой. Слова друзей эхом отозвались в голове вора. В особенности Мэри. Это ее «во многих отношениях». «Вот оно что, да?» Сложно описать, что случилось с Харухиро, но ему показалось, будто кто-то украл у него нечто ценное. Ах если бы он пораньше понял, что ему нравится Мэри! Нет, даже знай он это, то вряд ли бы что-то предпринял — эту свою черту вор прекрасно осознавал. Скорее всего, он так бы и бездействовал. Значит, результат один и тот же? Да, один и тот же. Он ничего бы не смог сделать. — Хе, — хмыкнул Ранта. — Какие же вы жалкие, ребята. Будто смерть кличите. Вот идиоты! Да-да! Даже это обнадеживало. Если бы Ранта в такую минуту перестал быть собой, это бы выбило Харухиро из колеи. Лидер повел плечами. Нужно успокоиться. Толку-то накручивать себя, ну и что, что ситуация безвыходная? Не время впадать в панику. — Мы не умрем. Наверное, Харухиро это сказал с сонным выражением лица. Само собой, какой тут сон?! — Я больше никому не позволю умереть. Закончив фразу, он сразу же погрузился в размышления: «Ну, надеюсь, что я из последних сил, может, до самой смерти, буду пытаться спасти товарищей, вот что я имел в виду, точнее, вот что я собирался сказать, не знаю, возможно ли это или нет, но…» Харухиро оставался самим собой. Вор просто не мог ни с того ни с сего измениться. Однако, притвориться, что изменился, он более-менее мог. — Дакки, мы идем! — объявил Макс Тайман и направился вместе со своим кланом куда-то. Вероятно, на холм-отправную точку. — Делай что хочешь! «Берсерки» подождут! — крикнул ему вслед Дакки Красный Дьявол. Похоже, «Берсерки» решили остаться в Поселении. Несмотря на разницу в телосложении, Макс Тайман и Дакки Красный Дьявол находились в одной весовой категории. Оба лидера вели себя как боссы, к тому же командный дух в их кланах вполне схож. Эти двое — достаточно яркие личности да и лица у них жуткие. Цвета «Железного Кулака» — синий и черный, у «Берсерков» — красный. У каждого клана был свой герб, который и красовался на снаряжении соратников той или иной группы. У «Железного Кулака» — сжатый кулак, у «Берсерков» — череп со скрещенными топором и мечом. Хотя кланы были похожи, но наемники одной фракции кое-чем отличались от ребят другой. Люди Макса по большей части были жизнерадостными бунтарями, так и пышущими жаром юности. Берсерки же предпочитали держать себя холодно и с достоинством, если не были сплошь хитрецами. Вот и тактику они выбрали разную: «Железный Кулак» пошел в атаку, а «Берсерки» же приготовились к обороне. Шинохара и Кимура все еще что-то обсуждали. А что решили «Токкиз»? Харухиро только хотел взглянуть на лицо Токимуне, как… «М? Что-то не так? Странно… в смысле… Этот звук», — подумал вор. Харухиро посмотрел на восток. Затем на юг. Там! Что-то приближается! Белый гигант! Это гул его шагов? Да. Бум-бум-бум-бум-бум-бум-бум-бум-бум-бум-бум… — вот такой звук шел издалека. Определенно, это шаги белого гиганта. Но… Стоп. Он не один… сколько их? Один, может, два? Сколько же? Неизвестно. Как далеко они? Они идут с разных сторон? «Трудновато сосчитать. Слишком уж много. К тому же у меня нет времени просто стоять и считать их», — прервал свои размышления Харухиро. — Т-толпа белых гигантов! — у вора сорвался голос. — Уо… — судя по всему, Токимуне тоже пришел в ужас. — Идут со всех сторон! Тада усмехнулся и крутанул боевой молот: — Мне это нравится. — Кх… — Инуи вытянул руки. — Ветер погибели, бушуй что есть мочи! — Ты ведь не говоришь бэд предзнаменования, да?! — госпожа Анна стукнула Инуи. — Я щищуза госпожу Анну ценой своей нижиз! — Киккава указал на себя большим пальцем. — Щущиза, нижиз… — пробормотал Харухиро. Наверное, это очередные анограммы Киккавы, но вор не мог понять, что тот имел в виду. — Ва-а! — Миморин со странным воплем достала меч. — Черт, похоже, придется сражаться! — Ранта опустил забрало шлема. — Но даже если нам придется… — Кузаку надел шлем и приготовил щит, — сможем ли мы? Юмэ, Шихору и Мэри молчали. На лицах девушек появилось мрачное и жесткое выражение. Даже черты Юмэ исказились. По правде говоря, сам Харухиро страшно хотел сбежать. Но вопрос в том — куда? Именно, некуда. Ведь Бог-Колосс стоит на холме-отправной точке. Может, тот жуткий звук, от которого вибрировал воздух, издал именно он? Вот какая мысль пришла в голову вора. Но почему гигантский монстр так поступил? Говорят, не буди лихо, пока оно тихо; вероятно, наемники разгневали бога Сумеречного Мира? «Не важно. По крайней мере, не время об этом думать», — решил Харухиро. — Эй, Шинохара! — крикнул Дакки и поманил лидера «Ориона». — Сначала помоги нам! Разделяться сейчас не слишком-то умно! — Тогда стоит вернуть ребят из «Железного Кулака», — кивнул Шинохара. — Время забыть о различиях и объединиться! «Орион» будет действовать как обычно! — Послушай, только посмей испугаться и показать спину врагу! — крикнул Дакки. — Покажешь спину — готовься к смерти! Всегда иди вперед до самого конца! — Зачем этот рыжий говорит такие очевидные вещи, — усмехнулся Тада. Этот парень что, совсем ничего не боится? Харухиро захватил страх. Колени тряслись, желудок скрутило судорогой. Макс привел «Железный Кулак» обратно. — Враги идут, идут, идут! — крикнул Токимуне и стал бить мечом по щиту. Вор не хотел быть очевидцем происходящего, но глаза отвести уже не мог. Белые гиганты показались на юге. Группа врагов двигалась на Поселение с востока. Если присмотреться, их там около десяти, да? Наверняка за ними идут другие. Белые гиганты различаются, и, главным образом, по росту. Можно выделить три типа: четырехметровые, шестиметровые и восьмиметровые. Восьмиметровые попадались наемникам редко, и лично Харухиро их ни разу не видел. На Поселение надвигались двое восьмиметровых гигантов, один шестиметровый; остальные — четырехметровые. Харухиро никогда не был смельчаком, никогда не был решительным малым, ни разу в бою не был спокоен и не размышлял трезво. Самое лучшее, что он мог сделать для своих товарищей, — так это притвориться бесстрашным лидером. Да, он должен притворяться. Шихору. Юмэ. Ранта. Мэри. Кузаку. Вор посмотрел в глаза товарищам. С ним его друзья, он не хотел, чтобы кто-то из них умер. Харухиро надеялся, что вместе они сумеют пройти через все это. — Если хочешь спать, то дуй спать, ха-ха-ха, — рассмеялся Ранта. — Сколько раз повторять, чтоб ты понял? Глаза у меня такие с рождения! — Харухиро ударил себя кулаком в грудь. — Итак. Покончим с этим! Поспим потом.

↑ В оригинале «ア●ル» («а..л», то есть слог «на» пропущен, читается как «анару»). Далее Юмэ повторяет «あなる», читается как «анару». Вероятно, автор увидел созвучие с «Айрон Накл» («Железный Кулак») и на этом построил шутку. В тексте оригинальное слово изменено ради созвучия, но цензура распространена на все повторения слова.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8. Пересекая границу

Харухиро прекрасно понимал, что должен был подготовить более убедительную речь, более энергичную. Конечно, вор очень хотел этого, но ничего, кроме сказанного, в голову так и не пришло, что тут поделать? Да и не было необходимости убеждать ребят в чем-то. — О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — Что ты творишь?! — Харухиро схватил застывшего на месте Ранту за руку и потащил за собой. Уже на бегу лидер прокричал остальным: — Уходим! Сейчас! Не стойте там, бегите! Даже без команды Кузаку, Юмэ, Шихору и Мэри поспешили убраться куда подальше. И не только группа Харухиро. Добровольцы Багровой Луны все как один бросились врассыпную. Хоть Дакки и говорил не поворачиваться к противнику спиной, но поступить иначе просто не вышло. Четырехметровые белые гиганты шли прямиком на наемников. Если б какой-нибудь бедняга оказался у них на пути, его бы просто сбили с ног. Или раздавили. Или отправили б пинком в полет. Будь среди добровольцев какой-нибудь смельчак вроде Ранты, готовый вступить в ближний бой и потягаться силами с этими монстрами, он только бы усугубил ситуацию. Остальные наемники застыли бы столбом, собираясь с духом, чтобы напасть на гигантов, а те бы шагали и шагали в сторону Поселения. В итоге люди впали бы в панику: «Ужасно! Кошмар! Что же делать?!» — а затем их бы затоптали. Пусть Харухиро и его ребята умудрились сбежать от опасности… — Х-х-харухиро-о-о-о! Н-н-нас преследуют! Один идет сюда! — Я знаю! Один из гигантов упорно гнался за Харухиро и Рантой. Вор отпустил руку темного рыцаря и ускорил бег. Через пару мгновений впереди показался еще один белый гигант. «Где остальные? Не время глазеть по сторонам! Впереди белый гигант. И позади тоже. Может, пойти направо? Или налево? Не выйдет. Ни туда, ни сюда… Так говорит интуиция. Нет, нельзя колебаться!» — на ходу размышлял вор. — Вперед, под ним! — А?! Ты серьезно?! — Да, серьезно! — крикнул Харухиро и рванул что было силы вперед. «Руки. Сначала он попытается схватить нас. Он не слишком-то шустрый… скорее всего… наверное? Начнет с правой руки. Нужно обойти его слева. Вперед! Нужно бежать. Вперед! Я смогу. Уклонение!» — Фью! Харухиро отклонил тело вбок, избегая в самый последний момент левой руки гиганта. Но что еще за «фью»? Лидер и сам не понимал. — Ранта? — Оу! Ранта тоже каким-то образом проскользнул под правой руки монстра и смог забежать гиганту за спину. Два гиганта столкнулись. Конечно, вряд ли наемники планировали такой исход. — Ха-ха! Так тебе! — ликуя, завопил Ранта. Харухиро, в отличие от темного рыцаря, не мог позволить себе такую роскошь, как радость. Реакция Ранты взбесила лидера, ему аж захотелось стукнуть товарища. — Что?! И они тоже? — вместо этого прокричал Харухиро. Конечно, в первые минуты вторжения показалась не вся вражеская армия. Вдалеке еще вышагивали белые гиганты, а среди них… Точнее, это белые гиганты были среди них, ведь большая часть вражеских сил была представлена одноглазыми культистами в белых мантиях. Их было просто тьма-тьмущая, так много, что и представить нельзя. Конечно, это преувеличение, однако неужели на них и правда несутся такие толпы врагов? Харухиро решил, что стоит перегруппироваться, но для начала нужно убедиться, что с его товарищами все в порядке, они в безопасности… Что же делать? — Ранта, не отходи от меня! — Эй-эй-э-э-э-э-э-э-э-э-эй? Вы шутите? Темный рыцарь пропустил слова лидера мимо ушей. Все внимание Ранты досталось бесчисленным толпам культистов. Ничего не поделаешь. Его можно понять, ведь на них бежал враг, ощетинившись копьями… Что же делать? Времени не осталось. Если вор и темный рыцарь остановятся, им точно конец. Нужно двигаться, дальше и дальше. Но куда? Куда бежать? Харухиро услышал чей-то голос. Человеческий. Кто-то подал голос. Кто-то рядом. Вор слышал чье-то дыхание. Собственное дыхание! Помимо обычных культистов-копейщиков в авангарде были еще и элитные воины-культисты, так называемые «бойцы», вооруженные мечом грома Долфин и зеркальным щитом. Двое или трое? Наверняка их гораздо больше, но именно эти враги беспокоили Харухиро пуще всего. Ну и один четырехметровый белый гигант. А еще те гиганты, которые столкнулись из-за маневра Ранты и Харухиро, успели вернуться в строй. Пока они не вступали в схватку с людьми и просто топтались на месте… или же их сдерживали? Некоторые монстры… сражались? Сражались с наемниками? Да. Точно. Вон там. — Идем, Ранта! — Уа-а-а...а? Вор бежал, не прекращая смотреть по сторонам. Ранта следовал за ним. «Там «Берсерки»? Поверить не могу!» — удивился Харухиро. — «В таких условиях они уже прикончили одного белого гиганта! Нет, не одного, уже двух?» Между тем «Берсерки» во главе с Дакки принялись за третьего монстра. Загоняя его, наемники использовали кое-что. Веревку с грузами — болас. Добровольцы накидывали веревку на шею белого гиганта, а затем несколько человек брались за концы и тянули огромного монстра на себя, стараясь повалить на землю. Звучит легко, на деле же только забросить веревку — та еще задача. А чтобы повалить белого гиганта требуется чудовищная сила. Но важнее всего подгадать момент. «Берсерками» обычно называют тех, кто без каких-либо раздумий бросается на противника, не волнуясь о контратаке. Однако клан «Берсерки» действовал с точности до наоборот: они хорошо продумали тактику борьбы с белыми гигантами и отточили ее до идеала. Рядом с тремя группами «Берсерков» (всего сражались семнадцать человек, действуя как единое целое) околачивалась Юмэ. То ли охотница пришла в восторг при виде слаженной работы «Берсерков», то ли просто растерялась, однако девушка застыла на месте как вкопанная. Харухиро поспешил к ней, не прекращая посматривать по сторонам. Не только «Берсерки» бросили вызов гигантским монстрам. Чуть поодаль толпа наемников окружила восьмиметрового белого гиганта. Какой-то отчаянный храбрец взобрался на огромное чудовище и свирепо колотил его по морде. Макс. Макс Тайман. Хоть лидер «Железного Кулака» и невелик ростом, но в каждой руке он держал по огромному мечу, которыми пытался бить и рубить монстра. Он раз за разом осыпал каменного гиганта градом ударов. Наемники «Железного Кулака» взяли врага в кольцо и тоже что есть мочи колотили его. Тут и там мелькали белые плащи «Ориона», похоже, группы этого клана решили разделиться. Пока наемники «Ориона» не атаковали белые балахоны, но сбежать тоже не пытались. «Токкиз»! Токимуне стоял перед белым гигантом, Тада напал на монстра сбоку. Киккава и Миморин были рядом с товарищами. Инуи и госпожа Анна тоже… Кажется, рядом с госпожой Анной стояла Мэри. И Кузаку. Надо собрать всех, но сначала — Юмэ. — Это она! — кажется, Ранта только что заметил охотницу. — Эй, Юмэ! Не стой как истукан! Юмэ обернулась к ребятам. — У-ва? — Беги к нам! — позвал девушку Харухиро. Юмэ энергично кивнула и сорвалась с места. Толпы культистов медленно, но верно, приближались к той части Поселения, где наемники сражались с белыми гигантами. Еще немного, и все потонет в хаосе. — Мэри! Кузаку! Харухиро, направляясь к «Токкиз», еще раз обернулся, чтобы узнать, где враг. Они идут... Культисты. Паладин и жрица заметили Харухиро и остальных. — Где Шихору? — Прости! — Мэри нахмурилась и покачала головой. — Сейчас не до того! — прокричал Ранта. — Она в приоритете! — крикнул Харухиро в ответ и огляделся. Лидер-вор смотрел по сторонам, лихорадочно соображая. Нужно принять решение, исходя из ситуации. Осмотревшись, Харухиро выбрал базовую тактику. Можно назвать ее «паразитизм». Конечно, это аморально, но они будут паразитировать на способностях сильных воинов, пока ищут Шихору. «Я на удивление спокоен, да? Может, просто нет времени паниковать?» — размышлял вор. — Шихору пропала! Госпожа Анна, осторожнее! — крикнул Харухиро и направился в сторону наемников из клана «Железный Кулак». Товарищи последовали за ним. Ранта, Юмэ, Мэри, а позади Кузаку… «Шихору. Где же она? Шихору. Где ты?» — беспокоился Харухиро. В голову лезли худшие мысли, но вор уверенно отбрасывал их. Культисты добрались до Поселения и присоединились к схватке, помогая белым гигантам. Теперь понять, что происходит на поле боя, стало в разы труднее. «Даже если ничего не разобрать, я буду и дальше искать. Искать и искать. Искать ее. Искать Шихору», — твердо решил лидер. — ..х вы! Я тоже хочу! — Ранта собрался напасть на ближайшего культиста. — Нельзя! — крикнул Харухиро и удержал темного рыцаря, не позволяя ему атаковать. И все это на бегу. — Ему и одного меня хватит! — рявкнул Макс, вцепившись в голову восьмиметрового белого гиганта. Затем лидер «Железного Кулака» вонзил в единственный глаз монстра меч и провернул в ране. — Вперед, мои братья, вырежьте культистов! «То есть ему помощь не нужна? О чем он? В любом случае наемники «Железного Кулака» беспрекословно подчинились. Серьезно? — недоумевал Харухиро. «Братья» «Железного Кулака» (за исключением Макса) бросили восьмиметрового гиганта и напали на культистов. Среди прочих наемников клана заметно выделялся один тип. Мужчина с небольшой бородкой, облаченный в легкую броню. Шлема он вовсе не носил. Это был Эйдан, правая рука Макса. Он держал редкое для наемников оружие — длинное копье. Эйдан с помощью древка сбил одного из культистов с ног, а затем вонзил наконечник копья в глаз противника. После этого он, комбинируя удары ногами, разбросал еще нескольких культистов в стороны. Этот мужчина, скорее, был мастером боевых искусств, нежели Воином. А легкая броня на нем свидетельствовала о том, насколько этот парень уверен в себе. И это не выглядело неуместным. Даже культист-боец, вооруженный мечом и щитом, да еще и готовый к атаке Эйдана, так ничего и не смог сделать: наемник одним пинком в прыжке повалил врага на землю и проткнул единственный глаз копьем. Невероятно! Братство «Железного Кулака» во главе с Эйданом громило толпы культистов без всякой жалости. Ничего удивительного, именно этот клан разорил два Убежища культистов. «Железный Кулак» в курсе слабостей белых балахонов. Со стороны казалось, что культисты не могли и волос срезать у любого из «братьев». «Железный Кулак» был просто непобедим. Харухиро вскоре привык к роли «паразита». Смешавшись с толпой наемников «Железного Кулака», вор с осторожностью осматривал поле боя, стараясь не мешать схватке. Лидер искал Шихору. — Шихору-у-у-у-у! — крикнула Юмэ. Однако культисты и белые гиганты продолжали наступать на Поселение. Неужели они пришли со всех концов Сумеречного Мира? Остаться здесь и сражаться с ними… разве это не ошибка? Добровольцы Багровой Луны более или менее сдерживали натиск врага, но рано или поздно они бы выдохлись. Когда это произойдет, их просто раздавят. Им конец. Однако Бог-Колос по-прежнему стоял на холме-отправной точке. Разве получится проскочить мимо настолько огромного монстра и и пройти через Общину рукокрылых… то есть гремлинов? Шихору. Важнее всего она… Шихору. — Она должна быть где-то здесь! — крикнула Мэри. Точно. Должна быть. Она и правда должна быть где-то здесь. Но вор ее не видел. Просто не мог… «Она там, где ее не так просто заметить…» — в голову Харухиро пришла догадка. — Ущелье! Лидер мог ошибаться. Однако вероятность есть. Поселение добровольных солдат в Сумеречном Мире возвели вокруг источника на дне ущелья, само по себе неглубокого, однако оврагом его точно не назовешь. По крайней мере Харухиро со своего места не видел дна. Практически. Потерявшись, Шихору попыталась бы укрыться где-нибудь, но где? Дно ущелья было тупиком. Нет никаких гарантий, что там безопасно. Если враги найдут там Шихору, то ей не сбежать. Однако она вряд ли задумывалась об этом, когда ей пришлось быстро принимать решение. Всю дорогу до ущелье Харухиро смотрел по сторонам, дабы понимать, насколько это возможно, что с его товарищами и как идет битва. Он чувствовал: это его долг. Каждый раз, оборачиваясь, он испытывал страх. Страх знать, что там происходит. Конечно, проще всего забыть обо всем, игнорировать реальность, но и это решение само по себе пугает. Умрет ли Харухиро с открытыми или же с закрытыми глазами? И то и другое страшно. Но если не закрывать глаза в ужасе, можно попытаться избежать неумолимую смерть. Если зажмуриться, сопротивляться уже не получится. На Кузаку, который шел в самом хвосте группы, напали культисты. Точнее, культист-копейщик, больше никто. Решение созрело мгновенно. Харухиро приказал: — Кузаку, остановись! — Понял! Когда культист попытался пронзить паладина копьем, тот отбил атаку щитом и сделал ответный выпад. Лезвие ударилось об грудь противника, однако сквозь белую мантию так и не прошло и не достигло тела. Тем не менее культист отпрыгнул назад, наращивая дистанцию. Пока Кузаку сражался с ним, Харухиро проскочил мимо и зашел за спину культиста. Замерев на пару секунд, вор внезапно прыгнул на врага и, обхватив за шею одной рукой (в другой он держал обратным хватом кинжал), вонзил лезвие прямиком в глаз культиста. Вынув кинжал из раны, Харухиро вновь поспешил к ущелью. — Ах ты сволочь! — завопил Ранта. «Ранта, заткнись», — мельком подумал Харухиро. — Дай мне справиться с ними! — продолжал темный рыцарь. — В другой раз! «Если справишься быстро, то ладно. Неважно. Мы пришли. Ущелье». — Она здесь! Шихору! Волшебница сидела на берегу источника, сжавшись в комок. Услышав лидера, она подняла голову и посмотрела на него. — П-простите!.. Я… не смогла никого найти и испугалась!.. — Ничего не поделаешь, ха-ха-ха! — рассмеялся Ранта. — В этот раз я закрою на это глаза, так что дай пожамкать грудь! — Оу… — оторопел Кузаку. — Да есть ли предел твоей гнусности? — спросила Мэри. Харухиро был с ней солидарен. — Идиоты! — Ранта громко расхохотался. — Нет предела гнусности! Я буду лишь хуже и хуже! Идиоты, аха-ха-ха! «В этом-то и проблема…» — невольно подумал лидер. — Шихору! — Юмэ так торопилась вниз, что чуть не покатилась по склону. Харухиро уж было собирался спуститься вслед за Юмэ, но вовремя обернулся. Хорошо, что он догадался это сделать. — Юмэ! Возьми Шихору с собой! — Нья! Это значит «да»? В любом случае вор понадеялся на охотницу. Внезапно у него, как у лидера, возникли другие проблемы. Враги. Группа культистов направлялась прямиком к ним. Пятеро копейщиков и один боец. Многовато. Однако если белые балахоны настигнут ребят на дне ущелья, то они окажутся в невыгодном положении — культисты будут давить на них, сгоняя на дно. «Придется сражаться здесь!» Пока Юмэ и Шихору не придут, придется отбиваться вчетвером: Харухиро, Ранта, Кузаку и Мэри. — Кузаку, бери как можно больше! — Понял, постараюсь стянуть их на себя! — Ранта, используй быстрые атаки! — Не говори очевидное! — Мэри, не делай ничего неразумного! — Хорошо! — У-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — Кузаку издал нехарактерный для него вопль и ринулся на культистов. Те ощетинились копьями, готовые принять атаку паладина. Кузаку заблокировал копья щитом… нет, он их отбил. Это не навык «Блок», а «Удар щитом». Затем танк бесстрашно взмахнул сразу мечом и щитом. — На-а-а-а-а! Да-а-а-а-а-а-а-а! Ха-а-а-а-а-а-а-а-а! Кузаку мечом и щитом отбивался от копий врагов, стараясь метить по белым мантиям. Эти атаки не наносили урона, однако прекрасно сдерживали культистов. Причем всех пятерых. Естественно, это не могло длиться долго. А еще не стоит забывать о бойце. В конце концов, элитный воин-культист протиснулся между копейщиками и встал впереди. Отразив Зеркальным щитом выпад Кузаку, он замахнулся мечом грома Долфин. — Подскок! Ранта. Темный рыцарь влетел в бок бойца и изо всех сил пнул по Зеркальному щиту. Покачнувшись и потеряв равновесие, враг все равно умудрился направить острие Долфина на Ранту. Темный рыцарь уж было занес меч над противником, однако, если б он попал по Долфину, ему точно бы не повезло. Случайного касания достаточно, чтобы разряд прошел сквозь тело и парализовал атакующего. Ранта не стал делать выпад, а отклонил Предатель версии 2.0 назад… Темный рыцарь странно замерцал. — Пропажа! Казалось, будто движения бойца замедлились. Наверное, это из-за загадочного приема Ранты. Сам темный рыцарь с легкостью уклонился от надвигающегося Долфина и набрал дистанцию. — Ухи-и! Я кру-ут! — Совсем нет! — возразил Харухиро. Зайдя с правого фланга, вор подобрался к противникам и нацелился сапом и кинжалом на копья культистов. Мэри стояла сбоку и чуть позади от Кузаку и, орудуя коротким посохом, помогала тому отбиваться. — На-а-а-а-а-а! Хо-о-о-о-о-о! Фу-у-у-у-у-у-у-у! Кузаку шаг за шагом наступал на врагов, отчаянно размахивая мечом и щитом. Культисты начали сдавать позицию, но тут инициативу перехватил боец и ударил Долфином по мечу паладина. — Уф-ф! Кузаку задрожал всем телом. Боец приготовился добить его. Несмотря на то, что у паладина лучшая защита из всех наемников группы, то есть он облачен в крепкий доспех и носит шлем, но мощную атаку Долфином Кузаку может и не выдержать. Как минимум это будет тяжелое ранение, а раз в Сумеречном Мире не действует магия света, оно окажется смертельным. — Су-у! Мэри взмахнула коротким посохом по диагонали и вниз и отбила атаку меча грома. Этот навык называется «Выбивание». Если бы жрица не решилась поступить так, то произошло бы нечто ужасное. Девушка вскрикнула, сквозь ее тело прошла дрожь, и Мэри отступила на пару шагов. Однако меч грома Долфин практически выскользнул из рук бойца. И пусть враг все-таки удержал клинок, но Мэри сумела выиграть немного времени для Кузаку, чтобы тот успел оправиться. — Было близко! — паладин мечом и щитом отвел копья культистов. — Со мной еще не покончено! — Отлично справляешься! — крикнул Харухиро. Сам лидер направился за спину культистов. «Давайте ко мне. Отлично. Все идет по плану». Несколько копейщиков переключились на вора, оставив Кузаку в покое. — Ранта, покажи свой характер! — Не говори так... — темный рыцарь вновь пошел в атаку и набросился на одного культиста, — … будто это просто! Отторжение! Культист выбросил копье вперед, Ранта отбил его Предателем версии 2.0 и отступил. Противник клюнул на приманку и пошел прямо на темного рыцаря. — Ложный выпад! * Отступая, Ранта нацелился на жизненно-важные точки надвигающегося неприятеля и нанес колющий удар. Он попал прямо в цель. Предатель версии 2.0 вошел в глаз врага. Культист упал замертво. — Проще простого. В конце концов, это же я! — Опять задираешь нос! Харухиро отбил копья двух культистов «Скользящим ударом», а потом еще раз и еще. Ранта, расправившись с врагом, собрался взять на себя еще одного, так что Кузаку осталось прикончить бойца и копейщика. Но именно элитный воин-культист доставлял больше всего проблем. — На! Кузаку с помощью «Удара щитом» отбил копье культиста, но как только паладин начал подбираться к нему, боец замахнулся Долфином. Кузаку ничего не оставалось, кроме как отступить. — Одного оставь мне! — крикнула Мэри. Оправившись после шокового эффекта Долфина, жрица собралась сразиться с копейщиком. Тем не менее даже в схватке один на один с бойцом так просто не справиться. Все дело в мече грома Долфин. Кузаку ничего не мог противопоставить ему, а потому был вынужден держать дистанцию и ходить вокруг врага кругами. — Черт! Так не пойдет! — Не торопись! — крикнул Харухиро, продолжая отбивать «Скользящим ударом» атаки культистов. Хоть лидер и сказал это паладину, но то же самое касалось и его самого. «Точно. Нельзя торопиться. Смотри. Гляди в оба. Идет вражеское подкрепление? Пока что нет. Не так уж и странно, если они вдруг появятся. Когда это случится, мне нельзя впадать в панику в духе: «Ох черт! Черт! Нам конец!», — убеждал себя лидер. — Так! Кузаку полностью сосредоточился на уклонении от Долфина. Мэри тоже ушла в оборону, стараясь не рисковать. Ранта все никак не мог добить своего противника. Может, он ждет шанса, чтобы прикончить его одним махом? Харухиро мог только защищаться «Скользящим ударом». Все вместе они просто старались выиграть немного времени. Если так продолжится, то вскоре они проиграют, но ждать больше не потребовалось. А вот и они! Просвистела стрела. И вонзилась. Прямо в лицо бойца. А, нет. Боец успел отпрыгнуть в сторону. Харухиро краем глаза заметил Юмэ. Охотница поднималась со дна ущелья. Она уже вложила вторую стрелу в лук. Девушка спустила тетиву. В то же время без промедления Шихору из-за спины Юмэ стала читать заклинание, рисуя кончиком посоха символ элементаля: — Оом, рел, экт, нем, дарс! Второй выстрел Юмэ не попал в цель. Боец уклонился. Однако в попытке избежать стрелы враг наступил прямиком на теневого элементаля, который прилип к земле. «Теневые путы»! Боец никак не мог оторвать правую ногу от щупалец теневого элементаля. Естественно, противник растерялся. И вот тогда Кузаку пошел в наступление. — На-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! «Возмездие». Этот навык напоминал «Яростный выпад», один из приемов Воинов, который Могузо использовал в качестве завершающего удара, сопровождая его извечным «Спасибо!». Выпад вниз по диагонали, в который Воин вкладывает всю мощь. Однако в случае паладина атака выполнялась с щитом, который прикрывал тело. По крайней мере, обычно. Кузаку настолько яростно размахивал мечом, что казалось, будто он вот-вот отбросит щит (хотя, на самом деле, ничего подобного паладин не планировал). Один из ударов угодил прямиком по Долфину. Само собой, после соприкосновения клинков паладин попал под шоковый эффект. — Уф! Кузаку задрожал всем телом и опустился на колено. Он прекрасно понимал, на что шел. И все же решился на атаку. Решился выбить Долфин из рук бойца. План Кузаку увенчался успехом. Боец присел и потянулся за выбитым мечом. Вот только достать его не смог. Все из-за «Теневых пут». Тогда боец лег на живот и попытался дотянуться до Долфина. Наверное, после нескольких попыток он бы достал оружие, если б ему не помешали. Мэри тут же подскочила к врагу и стукнула коротким посохом по рукоятке меча грома, отбросив тем самым Долфин куда подальше. — Отлично! — Кузаку поднялся на ноги и замахнулся мечом. Боец попытался защитить голову Зеркальным щитом, однако паладин не стал наносить удар. Это был всего-лишь обманный маневр. — На-а! Кузаку пнул по Зеркальному щиту и ткнул мечом в голову беззащитного бойца. И не один раз. Два, три, четыре удара обрушились на темя противника. Из-за мантии рассечь голову не так-то просто, но это не значит, что яростные атаки совсем не нанесут урона. Когда боец упал лицом вниз, Кузаку еще некоторое время колотил его по голове. — Отскок! Отскок! Отско-ок! У-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Ранта на полной скорости мчался к месту, где лежал Долфин. В итоге темный рыцарь подобрал меч. Парень взял Предатель версии 2.0 в левую руку, а Долфин — в правую… «Да, Ранта силен, но не перебор ли это? Ведь меч грома Долфин довольно-таки длинный и тяжелый…» — невзначай подумал Харухиро. — Хья-я! На-а-а! Ха-а-а? Как вор и ожидал, два меча оказались слишком тяжелы для Ранты. Как бы он ни махал Предателем версии 2.0 и Долфином, попасть по врагу не удавалось. Культист с легкостью уклонялся от атак. «Идиот. Чертов идиот», — удрученно подумал Харухиро. — Выбери один из двух! Сам лидер все еще отбивался от двух культистов. Харухиро хотел было крикнуть, что для игр время неподходящее, но только подумал: «Мне тут и защищаться, и глядеть по сторонам надо. И так сложно. Еле справляюсь. Так что прикончи его побыстрей и помоги мне уже! Ладно, неважно». — Кья-я! Наконец-то кто-то пришел к нему на помощь. Юмэ. Охотница с яростью набросилась на противников. Закончив сальто вперед, она со всей силы замахнулась кукри. Нож вонзился в плечо одного из культистов, сражавшихся с Харухиро. Культист не упал, но отпрянул назад. «Разъяренный тигр» * — так называется навык для кукри. — Та! Та-а! Та-а! — со странным боевым кличем охотница атаковала культиста, связав несколько приемов в комбо: «Сметающий удар», «Крестовой разрез» и снова «Сметающий удар». «Храбрость Юмэ впечатляет, как и всегда. Отвага как у настоящего танка. Нет, учитывая, что ее броня легче, она гораздо отважнее танка. Даже наблюдать за ней страшно. Надо как-то ее поддержать!» — решил лидер. В очередной раз отбив «Скользящим ударом» копье, вор пнул врага по колену. Этот прием, «Дробление колен», на некоторое время обездвижил культиста. Затем Харухиро ткнул того сапом в грудь, а потом изо всех сил треснул по подбородку. Изначально навык «Удар в подбородок» рассчитан для атаки ладонью после «Скользящего удара», однако Харухиро нашел ему иное применение. Вор долгое время держал оборону, даже не пытаясь атаковать, поэтому, когда он переменил тактику, культисту было сложно отреагировать на внезапное нападение. Само собой, лидер рассчитывал именно на это. После того, как «Скользящий удар», «Дробление колен» и «Удар в подбородок» попали в цель, сбить противника с ног одной подсечкой не составило и труда. Харухиро воспользовался слабостью врага, повалил его, сел сверху, всадил кинжал в единственный глаз и провернул лезвие в ране. После такого культист больше не подавал признаков жизни. — Харухиро! — крикнула Шихору, пытаясь предупредить лидера. Оглянувшись, тот заметил еще четырех культистов во главе с бойцом. Вздохнув, вор вынул кинжал из глаза мертвого культиста и поднялся. Ранта и Юмэ все еще сражались. Кузаку и Мэри объединились против одного копейщика. На помощь культистам пришли еще пятеро, к тому же среди них был боец. Пока в сражении не участвовали лишь Харухиро и Шихору. Волшебница не могла перейти в ближний бой, а максимум, на что способен сам лидер, — это блокировать атаки нескольких противников с помощью «Скользящего удара». — Оом, рел, экт, эл, кром, дарс! Но Шихору тоже кое-что умела. Теневой элементаль, похожий на густой туман, вырвался из посоха и полетел в сторону вражеского подкрепления. Это был «Теневой туман» — заклинание, погружающее противника в глубокий сон. Улучшенная версия «Призрачного сна». Обычно что «Призрачный сон», что «Теневой туман» не эффективны против наступающих врагов, то есть они используются лишь в ситуации, когда можно застать цель врасплох. Однако Шихору неожиданно обнаружила, что магия Дарс воздействует на культистов гораздо сильнее, чем на других противников. Теневой элементаль окутал культистов туманом, и те, потеряв сознание, шумно осели. Заклинание подействовало на всех, кроме бойца: он остался стоять, пусть и пошатываясь. У него что, есть сопротивление магии Тени? Боец пнул одного из рухнувших собратьев. Судя по всему, решил попытаться его разбудить. — Оом, рел, экт, эл, вел, дарс! Почти сразу Шихору использовала «Эхо теней». Вшух-вшух-вшух — троица черных элементалей, похожих на клубки водорослей, влетела в бойца. Однако даже если заклинание угодит в цель, противник вряд ли вырубится. Уже на ходу Харухиро крикнул: — Кузаку! — Ага! Паладин оставил культиста на расправу Мэри, а сам побежал за лидером. Двое из трех элементалей угодили прямиком в бойца, а значит какой-никакой урон ему нанесли, но это элитного воина не убьет. Хуже всего то, что копейщик, которого будил пинком боец, очухался и начал медленно подниматься. Если в такой ситуации опять появится вражеское подкрепление, ребятам Харухиро точно не сдобровать. Но беспокоиться об этом не время. «Концентрация. Сконцентрируйся. Концентрация. Концентрация. Концентрация. Концентрация», — наставлял себя вор, направляясь к бойцу и культисту. Лидер не очень-то боялся этих двух, поскольку не собирался с ними сражаться. Ему это просто не по силам. Культист выставил копье, готовясь к атаке Харухиро, но вор отскочил влево. В этот же момент боец собрался напасть на парня. «Пока между нами есть дистанция, все хорошо…» — подумал Харухиро. Скорее всего, Долфином до него не достанут. — Давай, давай, ну же! — скорее подбадривая себя, а не провоцируя врага, Харухиро уклонился сначала от меча грома, а затем от копья. Вскоре на помощь подоспел Кузаку и отбил «Ударом щита» атаку копейщика. Харухиро надеялся, что после этого культист-боец сосредоточит свое внимание на паладине, однако случилось другое. В тот момент, когда Кузаку сделал выпад в сторону культиста, боец бросился будить остальных копейщиков. Дело дрянь. Если у него выйдет, то очухается еще трое культистов. Но чтобы остановить бойца, нужно напасть. Если Харухиро столкнется с ним лоб в лоб, вор может расстаться с жизнью. Стоит ли рисковать в такой ситуации? Однако Харухиро упустил шанс воплотить этот план: культисты-копейщики начали приходить в себя. Надеяться на магию Шихору уже нельзя, поскольку враги и друзья смешались в одну толпу — можно и по своим попасть. — На-а-а-а-а-а-а! — Кузаку, вложив в удар всю силу, повалил культиста на землю, но добить его не удалось, вмешался боец. Поскольку тот размахивал Долфином, паладину пришлось отступить. Что с Рантой? Юмэ? Мэри? Лидер уж было хотел осмотреться, но спохватился. Нельзя. Приближаются культисты, которых поднял на ноги боец. Сердце Харухиро бешено застучало. Вор чувствовал, с какой ужасающей силой давят на него обстоятельства. Он понимал, что вот-вот ударится в панику. «Нужно как-то взять себя в руки. Обзор сужается. Копья. Надвигаются. «Скользящий удар». «Скользящий удар». Нужно сделать «Скользящий удар». Бесполезно. Я промахнусь. Раны не избежать. Да…» Ай… Так и не применив «Скользящий удар», вор отскочил назад. В текущем состоянии он попросту не сможет сделать все, как следует. Ошибка неизбежна. «Белый гигант. Не четырехметровый. Выше. Шестиметровый белый гигант приближается. Что делать с ним, а?» — задался вопросом Харухиро. — «Копья приближаются. Одно за другим. Уклониться? Их слишком много. Но как-то ведь должен!» — Харухиро инстинктивно упал на землю и перекатился. — Что-о ты творишь?! К лидеру поспешил Ранта. Темный рыцарь отбил Долфином два копья. Само собой, оба культиста рухнули в судорогах. Ранта убрал Предателя версии 2.0 в ножны и теперь держал меч грома обеими руками. — С самого начала бы так! — крикнул Харухиро. Вор, отбив копье одного из культистов с помощью «Скользящего удара», применил на враге «Дробление колен», а затем «Удар по рукам» * . Последний навык применяется крайне редко, поскольку радиус атаки мал, а колоть кинжалом или бить сапом по рукам противника не всегда получается. Харухиро почти ни разу за все время не использовал его в реальном бою, однако все прошло гладко. Культист держал копье двумя руками, но как только его стукнули сапом, ушибленную кисть с древка убрал. Не теряя ни секунды, Харухиро применил «Удар в подбородок», орудуя рукояткой кинжала. Тут же вор зашел за спину к ошеломленному противнику и взял того в захват с помощью навыка «Паук». Затем Харухиро вонзил кинжал в глаз культиста. — За-аткнись! Бесполезный Парупирорин! — Ранта поднял над головой меч грома, чтобы прикончить парализованного противника, но тут же замер, удивившись. — А? Это случаем не белый гига-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ант? — Ранта! — Уф? Ранта с помощью «Отскока» отпрыгнул назад. Оба культиста уже оправились от паралича и, подняв копья, набросились на наемников. Кузаку все еще отступал, уклоняясь от атак бойца и культиста. Мэри и Юмэ пытались одолеть своих противников и прийти на помощь не могли. Похоже, Шихору тоже заметила приближение белого гиганта и соображала, что может наколдовать. К сожалению, ее магия бессильна. Ничто не поможет остановить шестиметрового гиганта. Культисты, которых пытался прикончить Ранта, переключились на Харухиро. Вор с трудом фокусировался на каждой атаке противника, стараясь заблокировать ее «Скользящим ударом». Ему было тошно от самого себя: Харухиро страстно хотелось сбежать отсюда, просто отключиться от этой реальности, а не бороться за свою жизнь. При этом в его голову со-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-овсем ничего не приходило, никаких соображений. «Просто безумие сражаться дальше. Шанса на победу нет. Остается только бежать? Если повернемся к врагу спиной, нас могут убить. По крайней мере, нескольких. Нас загнали в угол», — лихорадочные мысли теснились в его голове. Вот почему он раз за разом использовал лишь «Скользящий удар»… Но правильно ли это? Конечно же нет. Без четкого плана тут не обойтись. Если и дальше затягивать бой, он и его ребята точно погибнут. Если рискнуть и броситься бежать, есть шанс, что некоторые выживут. Естественно, сам Харухиро останется прикрывать товарищей, будет стоять до самого конца, чтобы выиграть немного времени. В конце концов, он же лидер. А лидер должен так поступать. «Наверное, я умру. Не хочу умирать. Не сказал бы, что готов, но я должен это сделать», — старался пробудить в себе решимость Харухиро. Вряд ли он слишком цеплялся за жизнь. Даже хорошо, если ценой его жертвы остальные выживут. Однако, скорее всего, ничего подобного не случится. Придется пожертвовать сразу несколькими. И Шихору может погибнуть первой. «Кроме того, даже если ребята выберутся, после… Нет, важно лишь настоящее. Что лучше всего сделать именно сейчас? Если я буду думать о том, что будет после, я не смогу ничего решить». Лидер надеялся, что хотя бы один из них выживет. Еще десять метров, и белый гигант доберется до них. Времени больше нет! Решить нужно прямо сейчас! Отбив копье «Скользящим ударом», лидер прокричал: — Бег… Вор замолк на полуслове. «Быть такого не может. Слишком уж круто...» Отбив в очередной раз копье культиста «Скользящим ударом», Харухиро крикнул совершенно иное. Имя знакомца-спасителя. — Господин Тада! — Смертоносное торнадо! Вжух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух-жух — Тада раскручивался вокруг своей оси с жутким свитом, с каждым поворотом ударяя боевым молотом по левой лодыжке гиганта. После первой атаки белый монстр остановился и поглядел на Таду. — ГРО-ОУ… — Йо, слабак, — Тада закинул молот на плечо и показал гиганту поднятый средний палец. — Твой противник — я. Иди сюда! — Оом, рел, экт, нем, дарс! «Теневые путы»! Шихору поставила ловушку так, чтобы остановить бойца-культиста, готового напасть на Кузаку. Сам паладин разбирался с копейщиком. — Получи-и! Без промедления Кузаку увлек копейщика за собой, подальше от бойца, и начал сражение. Использовав «Блок», паладин с лязгом отбил копье противника. Проведя атаку, Кузаку «Ударом щита» огрел того по голове. Сбив культиста с ног, паладин вонзил клинок в единственный глаз. — Ранта, к бойцу! Когда Харухиро выкрикнул это, Ранта проорал в ответ лишь «Умри!». «Кому ты кричишь «умри»?» — машинально подумал вор. Тем не менее темный рыцарь нагнал бойца и скрестил с ним мечи. Если использовать Долфин против Долфина, шоковый эффект не сработает. Так как боец защищался Зеркальным щитом, пожалуй, справиться с ним будет непросто. Однако так отброс-Ранта (отброс!) сможет выиграть хотя бы немного времени. А Кузаку, не дожидаясь приказа лидера, помчался на помощь Мэри и Юмэ. Харухиро «Скользящим ударом» все еще отбивался от атак двух культистов. Шестиметровый белый гигант гонялся за Тадой, пытаясь раздавить жреца то кулаком, то ногами. Впрочем, он так и не смог добраться до назойливого человека. Тада, удерживая боевой молот на плече, без всяких усилий ускользал от монстра. Не то чтобы у жреца не было пространства для маневра, просто он чрезвычайно храбрый малый. А может, этот тип думает, что бессмертен? Даже если гигант попадет по Таде, не факт, что жрец тут же сойдет в могилу. — Вы живы! Вскоре появился Токимуне, он по-прежнему улыбался, демонстрируя всему свету ослепительно-белые зубы. А вместе с ним явились и остальные: Киккава, Инуи, Миморин и госпожа Анна. Тада и Токимуне взяли белого гиганта в кольцо. Кажется, они задумали отвлекать монстра по очереди, чтобы тот метался туда-сюда, выбирая между двумя целями сразу. — Яху, Ранти-ти! А вот я лихо врываюсь на сцену! — крикнул Киккава и напал на бойца. — Идиот! Кого это ты назвал Ранти-ти?! — Ранта тут же усилил натиск. — Мне не нужны твои одолжения! — Ты не можешь выказать свою радость, Ранти-ти! Цун-цун-дере-дере, как мило! — Заткнись! Киккава, я тебя прикончу! — Заткнитесь и килл зем ол! Да! — госпоже Анне и правда идет роль походной группы поддержки. У Инуи странно блестели глаза (по крайней мере тот, что не скрывала повязка). Кашлянув, он странно захохотал и начал выписывать круги вокруг ребят, не вступая в битву. Что он вообще делает? Естественно, поскольку Харухиро отвлекся на всякую ерунду, он тут же промахнулся, «Скользящий удар» не отвел атаку врага. — О… — Фу-а! Если б кое-кто не подкрался к культисту и не стукнул по затылку посохом, Харухиро бы туго пришлось: он бы гарантированно получил ранение или того хуже — умер. Это была Миморин, которая, отведя посох, вслед приложила культиста по темени, орудуя уже мечом. Надо сказать, что при таком телосложении Миморин отлично владела клинком (правда, не стоит забывать и про посох). Ее стиль не назвать изящным, в той же обороне хватало брешей. Однако с ее силой каждый удар мог стать смертельным. Кстати сказать, маги остерегаются работать с металлами, поскольку элементали, находясь в первозданном состоянии, терпеть не могут железо и медь. Впрочем, если наложить на клинок особое покрытие, проблема уйдет. Миморин так и сделала, однако покрытие наверняка стоило ей приличных денег. Тем не менее Великанша все равно обращалась с мечом не слишком-то бережно. Миморин мощным пинком отправила на землю культиста (того самого, которого огрела сначала посохом, а потом мечом) и сразу же переключилась на его собрата. — Мучить Харухиро! Нельзя! Ни за что! «Неужели Миморин… разозлилась? Похоже на то», — промелькнуло в голове у вора. Волшебница раскраснелась, хотя лицо оставалось бесстрастным. Ее противник собирался то ли взмахнуть копьем, то ли сделать выпад, но Миморин без раздумий наградила культиста ударами посоха и меча. Ба-бам! Сколько силы! После такого противник вряд ли удержится на ногах, но волшебница продолжала избавить его до тех пор, пока он, изможденный, не рухнул. Вряд ли он выживет, если еще не умер. Миморин обернулась к Харухиро. — Я волновалась. — Эм-м, ну… это… прости? — Все хорошо, — волшебница помотала головой. — Ты в безопасности, мы встретились, я рада. — Ага. — Да. Рада. — А, а-а-а-а-а-а, стоп, враги еще тут! — Тут. — Нужно с ними покончить! — Я покончу. — С-сделаем это. — Я сделаю. — Н-но… — Харухиро огляделся. Кажется, Кузаку, Мэри и Юмэ пытались добить двух культистов. Ранта и Киккава мало-помалу теснили бойца. Если ребята продолжат стараться, они рано или поздно разберутся с врагами. Инуи все еще бездельничал. «Да что с тобой не так?!» — мысленно недоумевал Харухиро. — «Лучше игнорировать этого чудика, ведь главная проблема — это белый гигант». — Иди сюда! — крикнул Токимуне и застучал мечом по щиту. — ГРО-ОУ! — белый гигант пригнулся и замахнулся правой рукой. — Ха-а! — когда монстр опустил руку, Токимуне с невероятной ловкостью проскочил под пальцами. — Сюда! — поманил гиганта Тада. Монстр повертел головой, ища источник звука, и, наконец, нашел. На этот раз он атаковал не рукой, а ногой. Гигант попытался пнуть назойливого жреца. В самый последний момент Тада перекатился влево и контратаковал. Сначала боевой молот влетел в щиколотку гиганта — по ноге побежала трещина, даже откололся небольшой кусок. Однако этого не хватит, чтобы остановить монстра или хотя бы замедлить. — Убейте его! Убейте! — кричала госпожа Анна. Маскот «Токкиз» могла орать до хоть хрипоты, но толку от этого ноль. Легче сказать, чем сделать. Шихору, крепко сжимая посох, беспокойно озиралась. Похоже, маг растерялась: все заклинания в ее арсенале оказались бесполезны, ничего не поделаешь. Если б против Харухиро и остальных вышел четырехметровый гигант, они бы с горем пополам справились, но никак не с шестиметровым. Будь под ногами монстра хоть что-нибудь… какое-нибудь препятствие или возвышенность, откуда можно запрыгнуть на плечо, тогда бы они что-нибудь придумали. И, кто знает, у них бы вышло убить его… наверное? Что ни говори, а напасть на гиганта они не могли. — Хару? — окликнула вора Мэри. «Ты хочешь спросить, что нам делать? Не надо. Понятия не имею. Успокойся, успокойся, успокойся. Оглядись, думай. Точно…Оглядеться!». Внезапно его что-то подхватило и унесло высоко над землей. Нет. Это не значит, что Харухиро и правда взлетел. Очевидно же, что это физически невозможно. Грубо говоря, взлетело его сознание. Просто отделилось от тела… Это что-то вроде астрального тела? Так как раньше лидер ничего подобного не испытывал, называть происходящее выходом астрального тела он бы не стал; просто Харухиро завис высоко над землей, способный видеть то, что не мог раньше. Его полет длился всего лишь мгновение. «Может, мне просто померещилось? Наверняка да, так? Но я видел. По крайней мере, мне кажется, что я все видел», — мысленно убеждал себя Харухиро. В тот момент он оказался на такой высоте, что смотрел на шестиметрового белого гиганта сверху вниз. Лидер видел большую толпу культистов, других белых гигантов, а еще группу наемников. Он даже различал ландшафт местности. «Странный опыт. Не думаю, что видел все это собственными глазами, но я точно не сошел с ума. Это ведь похоже на картинку или детальную голограмму». Как бы то ни было, Харухиро был благодарен вспышке в своем мозгу. «Почему я раньше до этого не додумался?» — мимоходом спросил себя вор, когда его осенила одна идея. — «Ничего не поделаешь. Но слишком уж странно». — Ну, я всего лишь заурядный человек. — Харухиро особенный, — с недовольным видом возразила Миморин. — Для меня точно. — Спасибо, — рефлекторно поблагодарил девушку Харухиро. «Ай, нехорошо. Колотя по барабанам, не уснешь. Впредь буду осторожнее. Но сначала займемся делом. Определенно», — размышлял вор. — Сбросим гиганта в ущелье, — сказал Харухиро. Миморин кивнула, а затем в недоумении склонила голову. — Как? — Вот! Вот в чем вопрос… — Мы сможем, — с энтузиазмом сказала Миморин, хотя ее лицо нисколько не изменилось: все то же спокойное выражение. Когда Харухиро и Миморин двинулись к гиганту, Кузаку, Мэри и Юмэ последовали за ними. Ранта и Киккава задержались. Похоже, им требовалось некоторое время, чтобы прикончить бойца. Госпожа Анна осталась стоять вместе с неприметной Шихору. А еще Инуи. Взгляды лидера и Токимуне встретились. — В ущелье! — коротко крикнул Харухиро и указал в нужную сторону. Токимуне улыбнулся в ответ белоснежной улыбкой. Это значит, что он понял… да? Наверное, это значит: «Хорошо!» — Иди сюда, давай, давай! Лидер «Токкиз» снова взялся за работу: он застучал мечом по щиту, пытаясь обратить внимание гиганта. Кажется, он заманивал его в ущелье при Поселении. Тада тоже, будучи странным, но неглупым человеком, понял план. — Миморин, к госпоже Анне! — крикнул Харухиро и побежал. Вор решил оказаться у края ущелья первым, чтобы проверить его глубину. У него появилась одна догадка. Ущелье с источником на днем имело покатые склоны, по которым легко подниматься и спускаться, но кроме них были еще и крутые склоны, которых иначе называли обрывами. «Для начала нужно загнать белого гиганта на край обрыва. Сможем ли мы?.. Миморин сказала, что сможем. Тогда вперед!» Когда вор на секунду вышел из тела, он уже видел один обрыв. Убедившись, что такой действительно есть, вор подумал: «Глубина около десяти метров? Хорошо. Как раз подойдет». Белый гигант, ведомый Токимуне и Тадой, медленно приближался. Кажется, Ранта и Киккава тоже управились вовремя, прикончив бойца. К ним уже спешил новый отряд культистов (примерно семь-восемь балахонов) и четырехметровый белый гигант. Хотелось бы, чтобы враги не получили подкрепление, но так не бывает, слишком уж странно. Вообще, с Харухиро и его ребятами такое часто случалось, когда они работали с «Токкиз». И снова Харухиро осознал, что для битвы одной его группы недостаточно. Не просто недостаточно, а катастрофически не хватает. Конечно же, он прекрасно это понимал. Как бы то ни было, надеяться на «Токкиз» — разве это не еще одна грань глупости? Если с Харухиро и остальными снова случится беда, «Токкиз» могут и не прийти на выручку. Сражаясь с культистами сегодня, вор и его товарищи были на грани поражения. И тут заявились «Токкиз». Можно сказать, что вытащили их из передряги. Харухиро и ребятам повезло как никогда. Все бы плачевно кончилось, если б судьба распорядилась иначе. Между жизнью и смертью тонкая грань. Одна ошибка или неудачное стечение обстоятельств — и вот ты за гранью, что отделяет мертвых от живых. Манато и Могузо так и покинули их. Бывшие товарищи ушли навсегда, и с ними больше не встретиться. Нет ничего необычного в том, если кто-то из друзей Харухиро вдруг уйдет вслед за ними. В конце концов, их группа множество раз оказывалась на перепутье. До сих пор они выбирали «дорогу жизни», что вела их вперед, и вот они оказались здесь. Однако ребята вновь стоят на перепутье, и если ошибутся и выберут «дорогу смерти», вернуться назад уже не получится. Их путь завершится. Мысли об этом теснились в голове Харухиро. Ничего не хотелось делать. Просто мирно жить. Не сказать, будто нельзя попытаться жить именно так. Найти какую-нибудь работу в Алтане и честно зарабатывать свой хлеб. Тем более «сегодняшний» он в корне отличается от вчерашнего новобранца. Теперь мирная жизнь не кажется такой уж невозможной. «Стоит поразмыслить насчет этого. Потом. Если выберусь отсюда». — Харухиро! — к лидеру подбежал Токимуне. — В сторону! Остальное предоставь мне! — Хорошо! — вор сорвался с места и побежал направо. Пробегая мимо палаток, оставленных торговцами, он смотрел на удаляющуюся спину Токимуне: тот направлялся к обрыву. — ГРО-О-ОУ! Белый гигант погнался за Токимуне. Лидер «Токкиз» внезапно затормозил и обернулся к гиганту. Кажется, за его спиной уж начиналась пропасть. — Эхей! Поймай, если сможешь! — ГРОУ! Однако белый гигант… замер. А… Он все понял? — Идиот! Это же очевидно! — Ранта наорал на Харухиро. Скажи ему это кто-то другой, лидер бы как-нибудь стерпел критику, но слышать подобное от отброса реально невыносимо. Сильно задевает. Или же Харухиро шокировала неудача? Однако еще не все потеряно. — «План Б!» — выкрикнул кто-то. Точно! Не все потеряно! Есть запасной план! Который и ринулся исполнять Тада. Пусть он и переменил класс, но так и остался Воином, причем воякой, использующим боевой молот. Неустрашимый, не ведающий сомнений, он был истинным мастером разрушения «Токкиз». Жрец зашел за спину гиганта, прыгнул вперед и, закончив сальто, со всей силы опустил молот на правую ногу врага. — Смертоносное сальто-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! Разрушительная мощь обрушилась на ахиллово сухожилие (если, конечно, оно имеется у гиганта), от лодыжки откололся приличный кусок. То ли камень, то ли какой-то другой материал. «План Б». «Что это?» — подумал Харухиро. Возможно, «План А» заключался в том, что ребята должны привести белого гиганта к обрыву, тогда «План Б», наверное, — «притащить» монстра к обрыву и столкнуть вниз. Честно говоря, Харухиро придумал только «План А». Но что если использовать силу Тады? — ГРО-ОУ! Белый гигант пошатнулся и попытался развернуться. И в тот миг… — Дерм, хэл, эн, барк, зел, альв! — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! Грудь гиганта накрыла вспышка, послышался взрыв. Монстр задымился, но кроме того по его голове и плечам поползли ветки молнии. «Взрыв» и «Буря». Случайность ли это? Миморин и Шихору атаковали одновременно. Даже шестиметровый белый гигант накренился от удара двух заклинаний. «Точно. В этом есть смысл. Раз одиночного заклинания недостаточно, то лучше объединиться. Вот что они решили сделать, да?» Шух! После этого Юмэ начала без передышки… стрелять, метя в единственный глаз гиганта. А вместе с ней и Инуи! Необычное зрелище! — И-и-и-и-и-и-и-и-и! — завизжала госпожа Анна и подскочила на месте. — Фак оф! — Господин Токимуне! Услышал зов Харухиро, лидер «Токкиз» отбежал от края обрыва. — Дерм, хэл, эн, барк, зел, альв! — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! Еще один залп. Нет, два. Когда «Взрыв» Миморин и «Буря Шихору» повторно угодили в тело гиганта, он накренился еще больше. Кроме того, монстр теперь не мог разогнуться и восстановить равновесие. На ногах ему точно не удержаться. Похоже, гигант отлично понимал, что стоит на краю обрыва, и, чтобы сохранить баланс, он оперся на левую ногу. Однако именно эта нога угодила в пустоту, никакой опоры там уже не было. Белый гигант рухнул вниз и покатился по ущелью.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ура! — Кузаку вскинул кулак вверх. Мэри, обратив взор в небо, поднесла руки к груди и вздохнула. — Да-а! — Юмэ широко улыбнулась. — Видите, я же говорил! — Ранта так перевозбудился, что нес какую-то чушь. — Э хеппи нью еар! Вау! — Киккава выдал нечто еще более бессмысленное. Разве наступил Новый год? Харухиро не хотелось портить момент, но это был еще не конец! Вор судорожно вздохнул. — Дальше! Шестеро культистов, два бойца и один четырехметровый гигант! Они наступают! — напомнил ребятам лидер. — Ха-ха-ха-ха-ха! — рассмеявшись, Тада указательным пальцем левой руки поправил очки. — Нажить столько врагов и сокрушить их всех — разве это не прекрасно? — Мы с радостью встретим их, хах! — Токимуне и правда был рад. — Вперед, ребята! Госпожа Анна, прошу, поддержите нас! — Предоставьте это супер-дупер дело мне! — госпожа Анна ударила кулаком в грудь. — Пока солнце в небе и госпожа Анна на земле, победа будет вашей! Эврибади, сражайтесь ради госпожи Анны! «Ради госпожи Анны?» — Харухиро не особо горел желанием исполнять это напутствие, а вот остальные с энтузиазмом откликнулись: «Да!», «Ура!», «Вперед!». Похоже, стоит закрыть глаза на выходки маскота «Токкиз», ведь ее слова укрепили боевой дух группы. — Ранта, один боец на тебе! Кузаку, возьми на себя столько культистов, сколько сможешь! — Я сделаю это, так что тебе лучше проявить ко мне хоть каплю уважения, Парупиро! — прокричал Ранта. — Понял! — откликнулся Кузаку. — Мэри, Юмэ, Шихору — держитесь вместе! — Поняла! — Нья! — Да!.. — Тада! — крикнул на ходу Токимуне. — Мы разберемся с белым гигантом! — Я и один справлюсь! — Я то-оже помогу! Мир-мир! Ией-ей-ей-е-ей! Тада и Киккава последовали за Токимуне. Кажется, Миморин собралась защищать госпожу Анну. Инуи бесцельно бродил рядом с Шихору. Серьезно, что с этим парнем не так? Кузаку первым вступил в бой и смог отвлечь на себя троих культистов. Остальными занялись Харухиро, Мэри и Юмэ. Один боец достался Ранте, но что делать со вторым? Белого гиганта можно доверить Токимуне, Таде и Киккаве. Харухиро мельком глянул на ущелье. Им не удалось прикончить шестиметрового белого гиганта, так что он мог объявиться в любой момент. Получается, Харухиро и остальным нужно побыстрей разобраться с белыми балахонами и уносить ноги. «Скорее! Нет, суетиться нельзя!» — остановил себя Харухиро. Тада пошел в атаку на белого гиганта. «Да уж, он и правда бесстрашный». Кузаку храбро отбивался от копий с помощью «Удара щитом», сочетая навык с выпадами. «Наш паладин не такой экстраординарный человек, как Тада», — подумал Харухиро. Но именно это качество казалось лидеру крутым. — «Кузаку и правда крут. Может, мне стоит поблагодарить Мэри за это. Думаю, он не хочет выглядеть слабаком в глазах человека, который ему нравится». Так или иначе, но лидер твердо решил, что усилия Кузаку не пропадут зря. И тут перед Харухиро появилась сияющая линия. Тусклая нить света. Она прошила пространство, причудливо изгибаясь тут и там. Линия сулила Харухиро множество вариантов, указывая, как можно поступить. Эта линия — результат его опыта и знаний о текущей ситуации. «Если поступлю так прямо сейчас, это сработает? Нельзя медлить, иначе ничего не получится!» — к счастью для Харухиро, он по привычке, без всяких колебаний, двинулся по заданной траектории, влекомый неведомой силой… Точнее, стоило только заметить сияющую линию, как тело само приходило в движение. Плавно вышагивая, вор подобрался к одному из культистов и вонзил кинжал тому в глаз. Достав клинок, Харухиро применил «Дробление колен» на культисте рядом, а затем, сжимая сап в левой руке, опустил его на челюсть врага — «Удар в подбородок»! Потом лидер повторил «Дробление колен», но уже жертвой пал другой враг. Закончив серию ударов, Харухиро поспешил скрыться. — О-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — с воинственным воплем, орудуя мечом и щитом, Кузаку разбросал группу культистов. Ему никто не помешал: один уже умер, а остальные замешкались, не зная, что предпринять. «Сможем прикончить всех сразу? Нет», — подумал Харухиро. — Уф! — Кузаку поспешил отступить, ведь один из бойцов замахнулся на него мечом грома. Ничего не поделаешь! Бойцов… двое! Чем, черт возьми, занят Ранта?! — Подскок! А вот и он! Наконец-то! Ранта напал на бойца сбоку. Два Долфина сошлись с громким лязгом. Темный рыцарь что есть силы давил на врага, и боец пошатнулся. Впрочем, не стоило забывать и о другом бойце: тот мгновенно переключился на Ранту и нанес рубящий удар. — Отскок! Темный рыцарь поспешил назад. Если бы боец погнался за ним, то попался бы на уловку. Однако, вопреки ожиданиям темного рыцаря, этого не произошло. Оба бойца сосредоточились на Кузаку. — Плохо… Я не справлюсь с двумя! — Кузаку пришлось отступать. Культисты воспользовались моментом и сменили построение. — Ранта-а-а-а! — закричал Харухиро. — В таком случае! — согнувшись, Ранта отвел Долфин вбок и встал в странную позу. — О тьма! О Владыка Порока! Волна Ужаса! * Кажется, эта идиотская поза отвлекла культистов, ведь белые балахоны разом уставились на Ранту, как и ребята Харухиро. Однако ничего не произошло. Естественно. Не только благословение Бога Света Люминеса не может достичь Сумеречного Мира, но и проклятие Скалхейла. — А? — удивился Харухиро. — Что? Ха? Зачем? — Хм... — Ранта опустил голову. — Забыл, что магия тут не работает. — Дуранта-а-а-а-а! — прокричала Юмэ. Конечно, Ранта и правда бесполезный идиот и отброс. Но этот бесполезный идиот и отброс каким-то чудом сумел отвлечь врагов. Неожиданный побочный эффект его глупости, но раз сработало, наемникам лучше этим воспользоваться. — Оом, рел, экт, эл, нем, дарс! «Болото теней» * . Шихору расположила теневого элементаля прямо под ногами бойцов. Скорее всего, некоторое время они и с места не сдвинутся. — К культистам! Получив от Харухиро приказ, Кузаку ринулся к белым балахонам. — На-а-а! Во-о-о-от! Ха-а-а-а-а-а-а! Харухиро зашел культистам за спину. Юмэ достала кукри и напала на врагов. Мэри не отходила от Шихору. Внезапно, хоть вор и не видел сияющую линию, он решил, что сможет прикончить хотя бы одного. «Должен убить, пока могу. Итак, сейчас!» — подумал лидер. Харухиро уж было приготовился расправиться с культистом «Ударом в спину», но тут его опередили. — Кх! Это Инуи. Странный тип набросился на культиста и одним пинком в спину сбил его с ног, а затем что есть силы ударил ступней по подбородку. Послышался ужасный хруст. Голова культиста изогнулась под немыслимым углом. — Я есть Инуи! Человек, несущий тьму и разрушение небес! «Вау, круто и все такое! Но ты появился из ниоткуда. Ты напугал меня!» — внутренне возмутился Харухиро. Инуи обернулся к Шихору. Его глаза подозрительно блестели (точнее, глаз, неприкрытый повязкой). — Невеста, предначертанная мне судьбою, раздели со мной кровавый марш! — Ни за что! — тут же твердо отказала Шихору. Ожидаемый ответ. — Кх… — Инуи развернулся и направился в другую сторону. — Пока что я прощаюсь… «А? Он уходит? Куда, черт побери?» Инуи понесся что есть силы черт знает куда! «Ну… да пусть творит что вздумается, да? Как ни крути, пока не захочет, не вернется. Нам и без него есть чем заняться», — рассуждал вор. Токимуне, Тада и Киккава кружили вокруг белого гиганта, то и дело атакуя. Пока Токимуне и Киккава играли роль приманки и отвлекали внимание монстра, Тада наносил мощные удары. Жрец уже повредил обе ноги огромной твари. Если так пойдет и дальше, им хватит сил прикончить гиганта втроем, но быстро они все равно не управятся. «У нас еще есть время, пока бойцы не выбрались из «Болота теней» или заклинание не рассеялось. Если успеем разобраться с четырьмя культистами…» — подумал было Харухиро. — Дерм, хэл, эн, барк, зел, альв! Взрыв раскидал бойцов в разные стороны, освободив из пут элементаля. Да, это было заклинание «Взрыв». Ударившись о землю, бойцы покатились… но тут же вскочили на ноги. Не сказать, будто «Взрыв» их совсем не задел, но серьезных повреждений точно не нанес. «Ми-мо-рин!» — мысленно простонал Харухиро. — «Белые мантии очень прочные!» — Ничего не поделать… — пробормотал лидер и переключил внимание на другое. Что сделано, то сделано. Кузаку, Харухиро, Ранта, Юмэ, Мэри, Шихору и Миморин должны как-то расправиться с двумя бойцами и четырьмя культистами. «У нас есть госпожа Анна, подбадривающая нас. К тому же нас больше. Мы справимся. Скорее всего. Нет, наверняка. Пожалуй…» Кузаку взял на себя троих культистов, Юмэ — еще одного. Похоже, Ранта нацелился на бойца. Если бы темный рыцарь поступил иначе, у ребят были бы большие неприятности. Ведь им нужно срочно сократить число копейщиков, одновременно следя за бойцами, а затем… Харухиро краем глаза посмотрел, что происходит в ущелье. На всякий случай. Заметив кое-что, он резко обернулся, чтобы лишний раз удостовериться… — Уже?! «О нет… Неужели шестиметровый белый гигант пытается вылезти из ущелья?!» Увиденное стало для него шоком, однако Харухиро как-то сумел не запаниковать. Он, конечно, ожидал возвращение гиганта... Выбора нет, придется учесть и его, а пока сосредоточиться на другом. Сначала надо расправиться с культистами. Тем временем наемники Багровой Луны принялись отступать. «Они отступают? Бегут? Но куда? И вообще, почему?» — задался вопросом Харухиро. — Вот оно что… — почти сразу понял он. И в этот раз Харухиро все-таки запаниковал. Оно надвигалось с юга. Огромное белое существо стремительными зигзагами приближалось к ним. «Ну конечно! Как тут не бежать? И я хочу. Только это и остается», — промелькнуло в голове Харухиро. И дело даже не в том, что монстр был очень высок (повыше шестиметрового гиганта), просто длина его тела — двадцать или двадцать пять метров. Если не все тридцать. Может, эта тварь еще длиннее? Ведь это Гидра. Ужасное огромное белое существо, похожее на клубок змей, при этом голова каждой толщиной в два метра! Как тут не бежать, когда на тебя несется такое? Разумеется, Харухиро страшно захотелось оказаться где угодно, хоть на краю света, лишь бы подальше от этой твари. Вполне нормальная реакция — по крайней мере, так казалось вору. Кстати, наемники «Железного Кулака», «Берсерков» и «Ориона», судя по всему, думали точно так же. Потому что они тоже обычные люди. «Слава богам! А хорошо ли это? Или нет?» Ничего хорошего, дело дрянь! У Харухиро совершенно не было времени размышлять, что делать дальше. — Господин Токимуне, Гидра! Надо бежать!.. — Воу! — на удивление, старший наемник отреагировал быстро. — Итак, уходим! Защищайте госпожу Анну! — Мы почти закончили. Черт! — пожаловался Тада, но молот на плечо закинул и бросился наутек. — Бежим, бежим, бежи-им! Да! Как можно скорее! — даже в такой ситуации Киккава сиял от радости. — Р-р-р-р-р! — хоть госпожа Анна и походная группа поддержки, но в этот раз она не подбадривала товарищей, а рычала и скрежетала зубами от ярости. — Ребята, стратегическое отступление! Без вариантов, да?! — Идем, — Миморин схватился госпожу Анну за шиворот и потащила за собой. — Нья-яф! — Юмэ развернулась и побежала. — Вот только-только собрался показать свое величие, а тут!.. — с этими словами Ранта бросился бежать. — Ох… — Мэри на секунду застыла, не решаясь сдвинуться с места. — Со мной все будет в порядке! Иди! — Кузаку остался сражаться, даже не думая отступать. Точнее, он просто не мог сбежать. Если б повернулся к культистам спиной, его бы точно убили. — Харухиро? — Шихору обернулась к лидеру. — Шихору, беги! Мэри тоже! — уже на ходу прокричал тот. «Ну же! Ну же!» — Харухиро упрямо искал глазами сияющую линию. Он очень хотел, чтобы она проявилась. Естественно, при такой спешке ничего подобного не произошло. Харухиро ведь не герой. Заурядный лидер, только и всего. Но раз он взял руководство на себя, то нужно выполнить некоторые обязательства. — Кузаку, прикончи их! — Понял! Ру-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! Кузаку сбил мечом несколько копий и атаковал культистов с помощью «Удара щитом». — На-а-а-а-а-а! Получи-и-и-и-и! Ра-а-а! Ха-а-а-а-а-а-а-а-а! Прикрываясь щитом и яростно размахивая мечом, паладин двинулся на врага. Несколько копий укололи его и отскочили от брони, но Кузаку и не думал останавливаться. Наверное, ему больно, когда наконечники врезаются в тело, пусть и прикрытое добротной пластинчатой броней. Наверняка синяки останутся. «Держись. Ты выдержишь, Кузаку!» — мысленно подбадривал товарища Харухиро. — На! — сам лидер-вор атаковал одного из культистов сбоку, до спины добраться он не смог. Харухиро схватил врага за левую руку и завел за правое плечо, а потом вонзил кинжал в единственный глаз. «Агрессивно как-то вышло… да? Ошибись я со временем, точно бы попал в беду. Страшно!» — испугался Харухиро. Ему казалось, что страх скопился в желудке, облепил его, точно холодная слизь. Но и что с того? Это что-то меняет? Вор подлетел к другому культисту и провел связку из «Дробления колен» и «Удара в подбородок». Харухиро видел, как к нему несется копье, так что ловко увернулся, отскочив назад. Пусть ему и удалось избежать удара, все нутро вора сжалось от страха: «И правда опасно, опасно, опасно!» Пока в голове крутилось «Да хватит уже! Я больше не вынесу!», его тело работало: Харухиро отбился от копий «Скользящим ударом» и подсек ноги одному культисту. — А-ас! — издал загадочный вопль Кузаку и обрушил «Удар щитом» на оставшегося культиста. «Теперь бежим!» — решился Харухиро. Паладин понял его без лишних слов. Они бросились прочь почти одновременно. — Ха-ха! — посмеивался Кузаку, не сбавляя ходу. — Круто! Ха-ха-ха! Очень круто! «Эм, ну, знаешь ли, как-то сейчас не до смеха. Хотя не сказать, будто я не понимаю его. Наверняка Кузаку испугался. А теперь рад, что выбрался из заварушки. В этом дело? Или нет? А может, он просто искренне наслаждался безумно опасной ситуацией и не сдержал смеха? Не исключено, что так и было. Отчасти, да? Опасность словно наркотик. Я же хочу жить мирно. Правда хочу так жить. Вопрос только в том, смогу ли? Как сложится жизнь без подобного? Возможно, она будет не такой уж скучной, как кажется?» — на бегу размышлял Харухиро. Культисты, бойцы и четырехметровый гигант гнались за ними. Кроме группы Харухиро и «Токкиз» далеко позади бежали наемники Багровой Луны, те же белые балахоны, сколько-то белых гигантов, и, наконец, Гидра. Не стоит забывать и о шестиметровом гиганте, который все еще не оставил попыток выбраться со дна ущелья. Вору пришлось бежать мимо опасного участка. «Ужасно. Просто кошмар! Вот бы мне это все просто приснилось. Может, кто-нибудь хочет поменяться со мной местами? Знаете, я бы от помощи не отказался. Без шуток, если нас спасут, если мне и товарищам обеспечат безопасность, я что угодно сделаю, честно! Что угодно!» — мысленно умолял неизвестно кого Харухиро. Ему не хотелось проходить через все эти ужасы. Слишком много стресса. Вор желал всей душой, чтобы этот кошмар наконец закончился. «С меня хватит! Это совсем не весело, понятно?!» «Тут и умереть недолго!» — решил он. — «В этот раз уж точно не обойдется. Если мы погибнем, то что будет дальше? Попадем на небеса? Или же отправимся в ад? Или просто прекратим существовать? Или же вернемся в пустоту?» Затем Харухиро твердо решил: «Не хочу умирать. Я боюсь умирать. Нет-нет-нет. Ни за что! Да! Верно. Не хочу! Да. Верно. Обойдусь без этого! Без таких ситуаций! Нет, я не против небольшой встряски, но быть на грани жизни и смерти — нет уж!» — в ту минуту он искренне мечтал жить без забот и тревог. Токимуне и остальные, похоже, решили сделать крюк вокруг ущелья, а потом направиться в сторону холма-отправной точке. Смогут ли они избежать столкновения с шестиметровым белым гигантом? Или же нет? Неизвестно, может произойти что угодно. Успокаивало лишь то, что белые балахоны и другие враги вряд ли догонят наемников. Конечно, Токимуне выбрал не самый лучший путь, но других вариантов нет, придется бежать туда. Между тем шестиметровый белый гигант наполовину выбрался из ущелья: левой рукой он держался за уступ, а правой размахивал. — ГРО-О-О-О-ОУ! Гигант пытался прихлопнуть левой рукой Токимуне и Таду. — В сторону! — прокричал Харухиро, хотя любому очевидно, что нужно сделать. Можно было и промолчать. Токимуне, Тада и Киккава бросились на землю. В этот момент белый гигант схватился обеими руками за уступ и подтянулся, пытаясь окончательно выбраться. Подгадав момент, Миморин, госпожа Анна, Ранта, Юмэ, Шихору и Мэри пробежали мимо монстра. Инуи нигде не было видно, значит, потерялся. Но да черт с ним, кого вообще волнует, что с этим чудиком? — Уо-о-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — заголосил Харухиро. — Ч-ч-ч-что? — вторил ему Кузаку. Шестиметровый белый гигант выбрался из ущелья как раз тогда, когда оба приготовились проскочить мимо него. Конечно, эта тварь еще толком не встала, продолжая опираться на одно колено, но даже в такой позе чудовище казалось до невероятного огромным. Немыслимо огромным! Однако мешкать нельзя, их вот-вот настигнут враги. Только вот Харухиро и Кузаку стояли истуканами подле белого гиганта, всем видом упрашивая: «Да, пожалуйста, почему бы тебе просто не размазать нас?» Харухиро хлопнул Кузаку по спине. Все или ничего! — В-вперед! Вперед! Только вперед! — Угум-с! Что еще за «Угум-с»? Неясно, что имел в виду Кузаку, однако он резко тронулся с места. Его манера бежать казалась уж очень нелепой, впрочем, у Харухиро не лучше, да и какая разница? Все равно грациозно в такой ситуации не побегаешь. — ГРО-ОУ! Все еще стоя на одном колене, белый гигант левой рукой попытался не то смести вертких людишек, не то поймать и раздавить. — Уф! — Кузаку упал и, проскользив на животе несколько метров, еле уклонился от правой руки гиганта. — Ах! — Харухиро перекатился, уклоняясь от атаки. — ГРО-О-ОУ! В этот раз монстр опустил левую руку. — Уоа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а? — Кузаку отбросил щит и пополз. Судя по всему, он совсем отчаялся и перепугался. Естественно, вслед за ним, словно ошпаренный, понесся и Харухиро. — У-у-у-ух! «Попадет? Он ведь попадет? Он меня размажет?!» — мысленно паниковал вор. Когда земля под его ногами задрожала, из груди Харухиро вырвался странный звук. Однако и он, и Кузаку сумели проскочить мимо пальцев гиганта. — М-мой щит! — Р-р-р-р-разве сейчас он важнее жизни-и-и-и-и-и-и-и? Он поднялся! Белый гигант встал на ноги! — ГРОУ! ГРО-ОУ! ГРОУ! ГРО-ОУ! ГРОУ! ГРО-О-ОУ! Шестиметровый монстр принялся топтаться на месте, будто танцуя. Нет, не то чтобы он и правда танцевал, скорее, месил землю ногами, стараясь растоптать Харухиро и Кузаку. «И что теперь делать?! Он топчется как придется, не планируя, куда ставить ногу. В любом случае надо уклоняться. Лучшего варианта и нет. Нужно догнать остальных. Да, я хочу их догнать и вообще убраться от ущелья куда подальше, но куда они побежали? Нет, черт, сейчас нужно метнуться хоть куда!» — Смертоносное сальто-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! Ха? Белый гигант прекратил топтаться на месте. Точнее, он пошатнулся. Ведь в его опорную левую ногу, а именно в щиколотку, влетел боевой молот…Тада! Что он здесь забыл? — На-а-а-а! Вслед за ним появился и Токимуне: «Ударом щита» он угодил туда же, куда попало «Смертоносное сальто» Тады. А может, это и не «Удар щитом» вовсе, а просто Токимуне пошел на таран? Но ведь их враг — шестиметровый белый гигант, так ведь? Он даже не пошатнется. Да и вряд ли действия Тады собьют его с ног. Просто враг не успел перевести дух, поэтому совместная атака паладина и жреца оказалась эффективной. А после... — Дерм, хэл, эн, барк, зел, альв! Внезапно под ногами гиганта стала разрастаться вспышка света, прогремел взрыв. Это заклинание Миморин! Монстр потерял равновесие, сделал шаг назад, второй... — Харухиро! — Токимуне обернулся, демонстрируя вору ослепительную улыбку. — Мы ведь задолжали тебе! Мы вас не бросим! — Хватит болтать! — Тада резко закрутился вокруг своей оси и обрушил молот на левую голень гиганта. — Атакуйте! Смертоносное Торнадо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — ГРО-О-О-О-О-ОУ?! Белый гигант снова пошатнулся. До чего же силен Тада! — Круто… — пробормотал Кузаку. Харухиро был того же мнения, но не время восхищаться! Если бы каждый раз лидер и его товарищи впадали в буйный восторг, их сердца бы не выдержали. Будь у них несколько сердец, все равно бы не выдержали. И вообще, сердце у людей одно, так что не мудрено тут скончаться от сердечного приступа! Хоть Харухиро и Кузаку смогли каким-то чудом вырваться из лап смерти, но какой ценой? За Харухиро и Кузаку вернулись не только Токумуне и Тада, но и Миморин (она-то и использовала «Взрыв»), а еще госпожа Анна с Киккавой. Ранта, Юмэ, Шихору и Мэри тоже поспешили назад. А где Инуи? Да и ладно, без разницы, где этот тип. Но, вернувшись за товарищами, ребята, судя по всему, упустили свой шанс сбежать. Культисты и четырехметровый белый гигант вскоре настигнут их. Как и Гидра, преследующая наемников. Скорее всего, здесь грянет хаотичная битва, где противники схлестнутся чуть ли не врукопашную. И группа Харухиро вместе с «Токкиз» будет втянута, этого не избежать. Конечно, изначально не было никаких гарантий, что у холма-отправной точки безопасно. И все же была колоссальная разница между тем, чтобы сдаться и умереть в Поселении, и тем, чтобы отсрочить свою смерть, то есть сбежать на холм. Что ни говори, но если их настигнет толпа союзников и врагов, в девяти из десяти случаев ребятам Харухиро не выжить. Вор просто не мог думать об этом иначе. «Как ни крути, это конец. У меня больше нет сил. Да. Слишком тяжело. Как мне справиться со всем этим? Даже если наладить оборону и успешно отбиваться, это ни к чему не приведет. Все бесполезно», — обреченно решил Харухиро. — «Вот бы можно было сдаться...»

GAME OVER

Эти слова всплыли в голове вора. «Что это? Где же я видел их раньше?»

GAME OVER G A M E O V E R -GAME OVER- Game Over　Continue?　Yes / No Желаете продолжить? Да/Нет GAME OVER　RETRY? game over GAMEOVER G A M E O V E R

«Игра? Игра… Но ведь это не игра!» — Верно, Манато, Могузо? — пробормотал Харухиро. «Вот почему нельзя сдаваться! Нужно стоять до самого конца! Сдаваться — не вариант. Для начала нужно осмотреться. Точно. Осмотрись. Осмотреться, хорошенько осмотреться, тщательно осмотреться», — уговаривал себя Харухиро. Со стороны казалось, что «Железный Кулак» и «Берсерки» движутся слаженно, одним строем. Тут и там мелькали плащи «Ориона», впрочем, наемники этого клана тоже бежали группами. Все солдаты старались сбиться в небольшие отряды. Численность врага превышала десятки, нет сотни боевых единиц! Несколько сотен! Белых гигантов понабежало тоже прилично: около десяти четырехметровых, два шестиметровых и один до безумия огромный восьмиметровый. Еще Гидра. Опаснейшая тварь, хуже всех, серьезно! — Кузаку, раз ты без щита, то не делай ничего необдуманного! — Понял. Не буду. — Идем! Харухиро и Кузаку отправились к Ранте, Юмэ, Шихору и Мэри. Киккава, госпожа Анна и Миморин увязались за ними. Вскоре ребят догнали культисты. — Киккава, пожалуйста, будь основным танком! — Ага! Можешь положиться на меня! — Остальные — держитесь вместе! Харухиро ответили почти все, но он не расслышал, что именно, поскольку переключил внимание и стал спешно оглядываться по сторонам. А иначе и нельзя было поступить. Киккава взмахнул мечом, будто бы приглашая культистов напасть. Кузаку и Ранта встали по обе стороны танка «Токкиз», стараясь укрепить его защиту. Этим строем они и встретили врага. При таком раскладе даже если копейщики прорвутся, их неизбежно встретят Юмэ, Мэри и Миморин, в крайнем случае, сам Харухиро. Даже госпожа Анна сможет оказать поддержку (для этой цели она и оружие подготовила — нечто, напоминающее посох). А вот Шихору запыхалась после долгого марш-броска и сражаться не стала: ей потребовалось некоторое время, чтобы отдышаться. Занятая этим, она попутно подбирала подходящие заклинания для атаки. Спустя некоторое время наемники Багровой Луны, убегающие от культистов и гигантов, поравнялись с группой Харухиро и попытались перегруппироваться. Только вот Гидра… Гидра добралась до последних рядов добровольных солдат и напала на них. В толпе мелькнула рыжая шевелюра Дакки — он что-то кричал остальным. Но вдруг Гидра отправила одного из «Берсерков» в полет... «Да, наверняка он мгновенно погиб. Однако не время беспокоиться о других!» — одернул себя Харухиро. — А-ах! — вскрикнула Юмэ и задрожала всем телом. Боец. Кукри охотницы отскочил от меча грома Долфина. Элитный воин-культист шагнул к девушке, чтобы зарубить ее… «Юмэ! Ее убьют! Нет, не позволю!» — Харухиро протиснулся между двумя копейщиками и протаранил бойца. Затем он ударил врага сапом, метя в правую руку, сжимающую Долфин. «Удар по рукам»! «Попал! Так что?» — успел заметить Харухиро. Но боец… не выронил меча. Лишь отвел клинок в сторону. К несчастью, боец тут же ответил вору, замахнувшись Зеркальным щитом. «Ува! Плохо дело! Мне не уклониться!» — Ух! Мощь навыка «Удар щитом» обрушилась на Харухиро и сбила с ног. «Я умру?» — промелькнуло в его голове. — Эй! — Получи! Он был на волосок от смерти, но его как всегда спасли товарищи. Яростные атаки Миморин и Мэри вынудили бойца отступить. А Юмэ, не теряя времени даром, помогла Харухиро подняться. — Хару, прости! — Все в порядке! Они всегда будут ошибаться. Невозможно сократить ошибки до нуля. Куда важнее в такой ситуации поддержать допустившего промашку, помочь избежать ранения. Просто помочь выжить. Когда в обороне образуются бреши, нужно спешно латать их или маскировать. Если Харухиро и остальные раз за разом будут приходить на выручку товарищам, защищая друг друга, возможно, они выберуться отсюда живыми. Кабы для выживания требовались лишь расчет да умение не спешить, Харухиро бы с легкостью справился с этой задачей. Он же мастер обдумать все с толком и расстановкой. Естественно, любая тактика хороша лишь при разумном применении. Тем временем Токимуне и Тада все еще кружили вокруг шестиметрового гиганта. Киккава, Кузаку и Ранта успешно справлялись в авангарде. Харухиро, Юмэ, Мэри и Миморин, находясь в тылу, всячески помогали им. Ситуация оставалась стабильной. Благодаря стараниям ребят госпоже Анне и Шихору не пришлось сражаться. Но когда потребуется помощь, они смогут рассчитывать на магическую поддержку. Однако Харухиро и остальные до сих пор отлично справлялись, умудряясь держать строй. Судя по всему, группы «Железного Кулака», «Берсерков», «Ориона» и других наемников выбрали для сражения похожее построение и с успехом сдерживали натиск врага. Надо сказать, что если бы в распоряжении противника были только шестиметровые гиганты, не исключено, что добровольцы Багровой Луны сумели бы относительно легко разгромить их ряды. Задача не казалась бы такой непосильной. Только вот больше всего проблем доставляли восьмиметровый гигант и Гидра. Восьмиметровый монстр, в отличие от своих собратьев, двигался медленнее, но даже так успешно преграждал путь и представлял реальную угрозу. Гидра же беспрестанно переползала из стороны в сторону, используя пять щупалец, остальными же она атаковала наемников. Когда же оба монстра охотились за добровольцами Багровой Луны, те не могли ничем ответить и в то же время становились очень уязвимы: культисты находили в их защите бреши и атаковали. Вскоре преимущество досталось белым балахонам. В общем, исход зависел от того, смогут ли наемники разобраться с восьмиметровым гигантом и Гидрой. Если сумеют — победят. Только вот эта задача не по зубам Харухиро и его товарищам. Даже «Токкиз», пожалуй, потянут такое с трудом. Нет, наверняка и для них это непосильная задача. Что касается «Железного Кулака», «Берсерков» и «Ориона», то они давно бы что-нибудь предприняли, если б могли. Вернее, то, что творилось на поле боя, было ничем иным, как результатом их бессилия. Однако не все было потеряно. Когда щупальца Гидры достигали кого-нибудь; когда гигант поднимал очередного солдата пинком в воздух, а группы несчастных жертв были готовы все бросить и бежать, кто-нибудь из сильнейших наемников неизбежно приходил к ним на помощь. Макс Тайман, Дакки Красный Дьявол и Шинохара мелькали тут и там, спасая тех, кто нуждался в спасении. С горем пополам наемники держали строй, но все же шаг за шагом отступали. И группа Харухиро тоже. Их мало-помалу теснили враги, но люди сопротивлялись изо всех сил. Рано или поздно в строю наемников появится брешь — это всего лишь вопрос времени. И когда это произойдет, скорее всего, неприятель надавит еще сильнее. Тогда люди больше не смогут сопротивляться. Многие погибнут. То, что они выдержали так долго, иначе как чудом не назовешь. Добровольцев Багровой Луны загнали в угол, а старшие наемники сохраняли твердость духа и старались помочь младшим, не жалея сил. Никто не сдался, не показал страха или отчаяния. Неужели все они отбросили лишние мысли и сосредоточились на текущих задачах? В конце концов, люди способны делать лишь то, что им по силам — иначе говоря, стараться, что есть мочи. Ведь им не дано контролировать не зависящие от них вещи. Даже если каждый из этих людей желает другого исхода, им остается только надеяться и горячо молиться. И все равно случится то, что должно случиться. — Сконцентрироваться. Сконцентрироваться. Сконцентрироваться… — бормоча себе под нос, Харухиро продолжал вертеть головой и смотреть по сторонам. Так он старался понять, каково положение дел. Периодически он отбивался от очередного копья «Скользящим ударом». Между авангардом и тылами образовался небольшой промежуток, так что задним рядам наемников нужно было сдвинуться ближе к передним. Какой-то культист зашел в тыл, так что Харухиро отправил Юмэ и Мэри защищать госпожу Анну и Шихору. К этому моменту Кузаку уже вымотался. Лидер хотел бы дать ему короткую передышку, но это просто невозможно. Оставалось только подбадривать его в духе «Держись!». Харухиро пришлось снова отразить копье «Скользящим ударом». Он хотел было использовать на противнике «Дробление колен», но так и не решился. Слишком рискованно, возможно, не лучшее решение в такой ситуации. Харухиро решил быть осторожным. Восьмиметровый гигант пока шагал где-то вдалеке, а вот Гидра стремительно приближалась. С Токимуне и Тадой, что кружат возле шестиметрового гиганта, все будет в порядке? — Гидра рядом! — предупредил Харухиро и отвел копье культиста «Скользящим ударом». Продолжая отбиваться, лидер скомандовал Киккаве, Кузаку и Ранте сместиться левее. Вор осмотрелся. «На запад!» — подумал он. Харухиро и ребята решили двинуться на запад. Прямо к холму-отправной точке. Бог-Колосс до сих пор стоял там. Вот только если они отправятся туда, не окажутся ли зажаты между Богом-Колоссом и Гидрой? Конечно, при условии, что смогут добраться. «Нет, хватит! Не думай об этом! Не отвлекайся! Сосредоточься, сосредоточься, сосредоточься, сосредоточься, сосредоточься», — пытался создать нужный настрой Харухиро. — ...Гха-а! — воскликнул Киккава и задрожал: его меча коснулся Долфина. — Идиот! — воскликнул Ранта. Чтобы защитить товарища, темный рыцарь ударил мечом грома по оружию врага. Но тут культисты разгромили авангард, строй наемников рассыпался. Еще немного, и белые балахоны бы прорвались, смешавшись с людьми. На мгновение Харухиро захватил страх, что его ребята не сумеют отбросить неприятеля. — Киккава, меняйся с Рантой! Миморин, поддержки Киккаву! — Есть! — кивнул Киккава, пробираясь мимо Ранты. — Угу! — Миморин встала чуть наискось позади Киккавы и принялась посохом отбивать копья культистов. «Наверное, скоро подойдет боец… Вот и он! Зашел сзади!» — Мэри! — предупредил вор. — Уф! — изогнувшись, жрица уклонилась от приближающегося Долфина. — Оом, рел, экт, эл, вел, дарс! Заклинание «Эхо теней». Три теневых элементаля ринулись к бойцу. Дистанция была очень короткой, наверняка Шихору бы попала, если бы боец не прикрылся Зеркальным щитом. Только один снаряд угодил в голову противника. Боец отпрянул назад с таким видом, будто бы его угостили тумаком. Воспользовавшись его замешательством, Мэри ткнула посохом Зеркальный щит, заставляя врага отступить еще дальше. Только вот сосредоточить атаки на одном лишь бойце она не могла. Изначально Мэри и Юмэ взяли на себя по одному копейщику, а только потом подошел боец. Он и усложнил бой. Даже если бы на помощь девушкам поспешила госпожа Анна, ничего бы не изменилось — в сражении от нее толку ноль. Шихору в принципе не способна на ближние атаки. Сам Харухиро был занят двумя культистами. «Может, позвать Миморин? Или же взять кого-нибудь из авангарда? Ну же, принимай решение!» — подгонял себя вор. — Кузаку, назад! — Понял! — паладин тут же вышел из строя и поспешил на помощь в тыл. Скорее всего, Кузаку жутко переживал, как бы что не случилось с Мэри. Без сомнений, ему будет спокойней, если он будет сражаться вместе со жрицей. Только кем его заменить в авангарде? Ранта не смог бы отвлечься от битвы с бойцом. Киккава дрался сразу с несколькими копейщиками, Миморин — пока с одним. Если б Харухиро мог взять на себя врага Миморин… «Сосредоточься. Нужно сосредоточиться, сосредоточься, ну же! Гидра. Она близко. Очень близко. Или же нет? Неизвестно. Однако… кажется, что близко...» — Ва-а! — завопил Токимуне. Он повис в воздухе, вцепившись в рукоять меча; лезвие воткнулось где-то на уровне поясницы гиганта. Казалось, что еще немного, и Токимуне сбросят. «Что он вообще творит? Погодите, тела гигантов достаточно твердые. Странно, что ему вообще удалось вонзить в гиганта меч, да? Плохо дело! Успокойся! Нужно успокоиться! Скользящий удар! Скользящий удар!» — Туман! Находясь в низкой стойке, Тада взмахнул боевым молотом: его навершие прошло по диагонали и устремилось вверх, а потом врезалось в левую голень гиганта. Огромный монстр задрожал. Кстати, Тада все это время целился именно в левую голень. Он что, и правда собрался прикончить шестиметрового белого гиганта?! Если объединит усилия с Токимуне, они наверняка справятся. Будь у них чуть больше времени, они и правда бы убили это чудовище. Только вот кое-что произошло, и Харухиро не сразу понял, что именно. «Как это случилось? Как такое возможно?!» Вор просто не верил своим глазам. Ведь голова шестиметрового белого гиганта вдруг взорвалась. Брызнула осколками, точно переспевший арбуз, если ударить по нему палкой. Нет, если бы голова гиганта напоминала по прочности арбуз, тогда ничего удивительного, но чудовище-то каменное! Кроме того, разве не странно, что ни с того ни с сего голова гигантского существа разлетелась на мелкие камешки? Еще как странно! Или же только Харухиро считал случившееся странным? — Что-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о? — не своим голосом завопил Тада. — Моя добыча! Кто посмел?! «Верно. Вряд ли это естественный феномен, так что наверняка за взрывом кто-то стоит. Какая-то магия? Чья именно?» Вскоре все стало ясно. — О-о-о-о-о? — Ранта отскочил назад. Лидер не мог винить его за такую реакцию. Ведь кто-то снес голову бойцу одним движением. Топором. Лишь топором. Им орудовал низкий коренастый бородач. Дворф зашел за спину бойцу и обезглавил того топором. «Не может быть! Ведь белую мантию не разрубить! Или такие мелочи дворфов, то есть Бранкена, не касаются?!» — изумился Харухиро. — Гва-ха-ха-ха-а-а-а-а-а-а! Басовитый громоподобный смех вырвался из груди Бранкена: он хохотал все то время, пока орудовал немыслимо огромным топором, разрубая культистов надвое. Одного за другим. Одного за другим. «Вопрос, может, нелепый, но разве этот чудовищный топор не тяжел? Жутко тяжелый, да? Почему Бранкен размахивает им с такой легкостью? Топор же больше его самого? Это потому, что дворф так силен? Да?» — задумался Харухиро. Разглядывая Бранкена, вор с запозданием заметил, что он явился не один. Чуть поодаль могучая женщина размахивала гигантским мечом, рубя культистов направо и налево. Как и топор, клинок с легкостью рассекал прочные белые мантии. Этой женщиной была Кайо. Возле нее враги падали, как подкошенные, даже если меч воительницы не касался их тел. Волшебство какое-то! Некоторое время Харухиро просто размышлял, что это может быть, пока не догадался, в чем дело. Стрелы! Культистов сбивали один-единственным выстрелом в глаз. Откуда летят стрелы? С запада? Наверняка с запада. Приглядевшись, вор заметил того, кто стрелял по культистам. Это был красавец-эльф по имени Таро. За спиной эльфа стоял невысокий жрец, бывший раньше магом, — Гоххо, а рядом с ним обворожительная Михо, нынешний маг группы. Получается, заклинание, которое разорвало голову гиганта, было делом рук Гоххо. Или Михо. Затем… — Простите! Опоздали! Среди добровольцев Багровой Луны появился тот, кого все ждали. Обнажив меч, живая легенда вышагивал по полю боя. Ветеран многих сражений, бывший сильнейший наемник. — Какая ужасающая аура… — простонал Ранта. Так и есть. Обычно под «аурой» подразумевается чье-то присутствие, однако в случае с этим легендарным героем аура не просто ощущалась, а была чуть ли не видимой. — Господин Акира! — кто-то выкрикнул его имя. — Это господин Акира! — Здесь господин Акира! — Господин Акира! — Во-о-оу! Господин Акира! — Пришел господин Акира-а-а-а-а-а-а! Атмосфера на поле боя тут же изменилась. И все благодаря господину Акире! Поле битвы накрыло сияние его величия! Культисты запаниковали, понимая: теперь им точно не спастись. Бранкен, Кайо и Таро положат их всех. «Эй-эй? Что насчет четырехметрового гиганта? Он идет прямиком к господину Акире!» — задался вопросом Харухиро. И хоть легендарный наемник отличался впечатляющим телосложением, по сравнению с каменной тварью он был точно младенец. Несмотря на эту разницу в размерах, господин Акира отчего-то казался величественным и огромным, гораздо больше четырехметрового гиганта. «Безумие какое-то!» — подумал Харухиро. Белый гигант по глупости замахнулся на господина Акиру. Естественно, белому гиганту не прихлопнуть наемника. Господин Акира уклонился с легкостью бабочки, и гигантский кулак врезался в землю рядом с ним. Легендарному воителю хватило все-то пары шагов, чтобы зайти монстру за спину. — Та-ак! — объявил господин Акира и принялся забираться на гиганта. Он ступал по каменному телу с такой ловкостью и легкостью, будто под ногами был не монстр, а обычный холм. Господин Акира в мгновение ока забрался на плечо белого гиганта. Харухиро все это время наблюдал за ним, но не верил собственным глазам. Хоть гигант и склонился после удара, но угол наклона был недостаточно острым, чтобы можно было с легкостью взобраться на чудовище. Его спина, конечно, не отвесная стена, но подъем все равно слишком крут, и лезть на него сейчас… разве это не безумие? — Покойся с миром, хорошо? Господин Акира без всякого труда вонзил меч в глаз гиганта. Более того, легендарный наемник будто всем видом говорил: «Ну же, посопротивляйся хотя бы чуть-чуть!» Даже если бы господин Акира сказал что-то подобное, монстр все равно бы не услышал его. Слишком поздно. Белый гигант покачнулся и начал падать. Прямо перед тем, как спина гиганта коснулась земли, господин Акира с легкостью соскочил вниз и грациозно приземлился. — Я сдаюсь, ха-ха, — в изумлении рассмеялся Токимуне. — Он что, из другого измерения? «Точно. Так и есть. Вот настолько он отличается от нас?» — подумал Харухиро. — И что с того? — поправив очки указательным пальцем левой руки, Тада подбежал к ближайшему бойцу и обрушил на его голову боевой молот. — Я сам создам новое измерение! Боец попытался защититься Зеркальным щитом, но молот уже смял его череп. Враг упал и больше не поднимался. — Ях-ху! — Киккава подпрыгнул на месте. — Будь то другое измерение или новое, идем! Эти слова послужили сигналом (нет, вряд ли, просто так совпало) и наемники Багровой Луны ринулись в атаку. И это была не просто попытка дать неприятелю бой, а самый что ни на есть яростный натиск. Легендарная команда господина Акиры, состоящая из Бранкена, Кайо, Таро, Гоххо и Михо, вырезала толпы культистов и валила белых гигантов так, будто это сущий пустяк. Неизвестно, обладали ли каменные монстры эмоциями, но вот белые балахоны, завидев расправу над собратьями, крепко удивились, а затем запаниковали и приготовились бежать. Стоило только господину Акире и его ветеранам появится на сцене, как обессиленные добровольцы Багровой Луны приободрились, сомкнули ряды и перешли в яростную атаку. Копья ломались одно за другим, Долфины выбивались из рук, и окруженные бойцы не могли даже прикрыться Зеркальными щитами. Наемники атаковали со всех сторон, разом, так что вскоре бойцов затоптали вместе с щитами. Четырехметровые и шестиметровые гиганты падали как подкошенные. Даже группа Харухиро поучаствовала в этой расправе. Особенно бесчинствовали Ранта и Киккава, поддавшись общему настроению. Куда исчезла та изнуряющая битва? Почему они так долго мучились с этими культистами? Харухиро логично предположил, что дело не в страхе перед противником, просто тогда обстоятельства сложились неудачно. Но ветер переменился, одна маленькая деталь перевернула все с ног на голову. В таком случае ничто не гарантирует успех и спасение: в любой момент удача может отвернуться, и тогда никому уже не выбраться живым. «Все и правда… складывается хорошо?» — Харухиро никак не мог расслабиться и просто плыть по течению, поскольку понятия не имел, что придется предпринять в следующий момент. — «Ну, наверное, все в порядке, да? Пока что я должен мыслить в позитивном ключе, а не унывать». — Вижу, ты в порядке, Харухиро — вдруг услышал вор. Харухиро обернулся и увидел рядом с собой господина Акиру. Легендарный наемник убрал меч в ножны и теперь стоял с беспечным видом, скрестив на груди руки. — А, э-э, да, мы в-все в порядке. По крайней мере, моя группа… — Тем временем мы с Сомой перепробовали разные штуки против Бога-Колосса. — Да? И что в итоге? — спросил Харухиро. Господин Акира коротко покачал головой. — Он встал прямо посреди холма-отправной точки, оттуда его не спихнешь. Очень уж крепкий. — Даже для вашей группы, господин Акира? — Мы такие же наемники, как и вы. Просто живем подольше. Если протянете столько же, наверняка будете посильнее нас. — Значит, вот так это работает? — Конечно, — улыбнулся господин Акира и чуть заметно кивнул. Еще недавно этот человек излучал ужасающую ауру, но в этот миг он казался обычным добродушным стариком. Конечно, это не так, но… — Я обычный старик. Постарев, я стал частенько совать нос куда не следует… Кузаку, смотри, — подозвав к себе паладина, легендарный наемник достал меч и приготовил щит. Выставив щит, господин Акира шагнул к ближайшему культисту и опустил меч вниз по диагонали. Даже Харухиро понял, что за навык он применил — «Возмездие». Впрочем, господин Акира не стал заканчивать удар и не рассек врага, а вместо этого отвел клинок назад. Культист же сжался и застыл, ожидая атаки. — Видишь? Повторишь много-много раз, сможешь так же делать. — Угу… — Кузаку внимательно наблюдал за действиями господина Акиры, выпрямившись во весь свой немалый рост. «Да, лучше и не скажешь». Господин Акира повторил «Возмездие», но в этот раз клинок достиг цели. Возможно, этот навык и кажется «Возмездием», а на деле же совершенно другой прием. «Не знаю, как, но все это выглядит одним движением», — подумал Харухиро. Прикрываясь щитом, господин Акира рубанул культиста по диагонали. Получилась идеальная плавная связка. Меч рассек культиста от левого плеча до правого бедра. Вероятно, если достичь мастерства господина Акиры, Бранкена и Кайо, сверхпрочная белая мантия перестает быть помехой. А можно ли научиться этому мастерству, отрабатывая один и тот же навык множество раз? Конечно, в это просто не верится, однако господин Акира не из тех, кто насмехается над младшими наемниками и обманывает новичков. — Все это нарабатывается, — господин Акира вновь убрал меч в ножны. — Дело в опыте. Нужно отталкиваться от него, почувствовать, как нужно делать. Если только выучить навык, он так и останется навыком, не более. Настоящая сила где-то за гранью техники. Когда уже знаешь суть приема, единственный путь стать лучше — повторять его раз за разом в бою. — Хм-м. Не слишком ли ты важничаешь? — фыркнул кто-то. Уж не Гоххо ли решил отчитать товарища? Кстати, невероятная красотка Михо явилась вместе с ним. В двух шагах от них шла ожесточенная хаотичная битва, а они беспечно гуляли, точно бродили по своему саду. Почему эти люди так себя ведут? — Не читай нотаций, Акира, тебе это не идет. Ты всегда пренебрегал теорией. Стареешь, раз начал рассказывать нечто подобное молодежи, — подпустил шпильку Гоххо. — Наверное, — господин Акира пожал плечами. — Я и сам это знаю. — Ты ведь все еще молод, — рассмеялась Михо. — Ух-хо… — вскрикнул Ранта. Кажется, он опять представил черт знает что. — М-магия! — Шихору стиснула посох и поспешно поклонилась. — Ч-что… насчет магии? Есть здесь какая-нибудь хитрость? — Я бы тоже хотела узнать, — кивнула Миморин. — Стоп! — госпожа Анна стала беспокойно осматриваться по сторонам. — Ничего, что вокруг куча врагов и все сражаются, а?! — Ну что, пора и нам поработать, — Гоххо глянул на Шихору и Миморин. — Я отвечу на ваш вопрос, пока буду колдовать. Когда вы освоите все символы элементалей, то обнаружите, что это только начало. Я имею в виду то, что можно выучить в гильдии за деньги. Но дальше все зависит от вас… Михо. — Да? — Покажем им. Гоххо и Михо пошли вперед. За ними неслышно шагал господин Акира. Если б кому-нибудь вздумалось напасть на магов, он бы без раздумий прикончил врага. Вскоре троица легендарных наемников остановилась. Они смотрели прямиком на восьмиметрового гиганта. Гоххо и Михо подняли посохи и стали кончиками вырисовывать символ элементаля. — Де, хэ, лу, эн, ба, зе, рув, даг, на, мито, ла, вэ, су, ва. — Нэ, вэ, лу, шиа, ласс, фэ, дэ, ге, хи, мина, шиэ, квэ, ду, ил. — Никогда такого не видела… — прошептала Шихору. И правда, Харухиро никогда прежде не видел ничего подобного да и заклинания такого не слышал. «Мне кажется, или Шихору с Миморин произносят заклинания с другой интонацией?» — задумался вор. Восьмиметровый белый гигант поглядел на магов сверху-вниз. Заметив людей, он хотел было что-то сделать, но не успел: его голова покатилась с плеч со странным то ли высокочастотным, то ли низкочастотным звуком.. — Одним выстрелом… — Мэри раскрыла рот от изумления. — Точно ... — Юмэ захлопала ресницами. — Ну, я мог бы перечислить еще множество всего, но… — Гоххо слегка повернул голову и изящным жестом, словно какой-нибудь художник, отбросил волосы со лба. — Хоть я и стал жрецом, но, изучив достаточно, смог освоить эту магию. И все же в одиночку я не так много могу, вдвоем гораздо эффективнее. Мы с Михо выпустили элементаля, а затем активировали его альтернативную силу. В гильдии такому не научат. Учитесь этому самостоятельно, открывайте для себя новое и совершенствуйте навыки… Уф, устал. Гоххо свесил голову и приложил ладонь ко лбу. Выглядело так, будто он вот-вот рухнет без сил. — Ох! — Михо прищурилась и прикрыла рот ладошкой.. — Мы оба постарели, — господин Акира предложил Гоххо помощь. — Нет, погоди, твое тело всегда было слабым. — Умолкни! Оставь меня в покое… — Дорого-о-о-о-о-о-о-о-о-ой! — Кайо ринулась к Гоххо, оставляя за собой лишь кровавый туман. — Что случилось? Ты в порядке? Дорогой?! Если ты умрешь и оставишь меня одну, я никогда тебе этого не прощу! — Отец? Что случилось, отец? Не умирай! — Таро тоже бросился к жрецу. Его лицо исказила тревога. — Послушайте! С чего это вы решили, что я тут умираю?! — рявкнул Гоххо. Его разгневанный голос потонул в громоподобном грохоте — это рухнул на землю обезглавленный гигант. Так ветераны и разобрались с проблемой в виде восьмиметрового каменного монстра. Вслед за грохотом послышались радостные возгласы наемников. — Гья-ха-ха-ха-а! — разразился странным хохотом Бранкен. Дворф указал топором на все еще живую проблему. — Теперь твой черед! Готовься к смерти! Харухиро попытался сглотнуть, но глотка так пересохла, что у него ничего не вышло, только кадык дернулся. Похоже, Гидра что-то почуяла, раз замерла на месте. Ее пять щупалец так и ходили ходуном. Нет, эта тварь специально раскинула щупальца, отчего стала казаться еще больше. — Итак, — господин Акира отошел от Гоххо и достал меч, — для начала посмотрим, что ты умеешь. «Железный Кулак», «Берсерки», «Орион» — в эти кланы входили лишь сильнейшие наемники, однако никто из них даже не шелохнулся, чтобы сразиться с Гидрой. Или просто не мог шелохнуться. Лишь господин Акира, Кайо и Бранкен атаковали монстра. Пять змееподобных щупалец тут же набросились на легендарных наемников. Три — на господина Акиру, а Кайо и Бранкену досталось по одному. «Такие быстрые! Такие толстые, а такие быстрые?!» — удивился Харухиро. Вору показалось, что Гидра хлещет щупальцами не просто быстро, а со скоростью взмаха мечом. «Тут никак не уклониться!» — мгновенно понял он. И все же господин Акира легко избежал удара, отступив на два шага в сторону; Кайо двинулась вперед, а Бракен перекатился, уходя вбок. Ни одно из щупалец не достигло цели. Господин Акира решил зайти справа, дворф — слева, а воительница побежала прямо на Гидру, чтобы атаковать монстра в лоб. Кайо стремительно сокращала дистанцию. Гидра хлестнула щупальцами. Похоже, ее конечности на многое не способны, разве что хлестнуть по диагонали или прибить к земле. Если от удара сверху-вниз уклониться не так-то сложно, то от хлещущих всех и всея щупалец — уже гораздо сложнее. Толщина у каждой конечности не меньше двух метров. Разве можно спастись, когда на тебя несется нечто настолько быстрое и толстое? Сумеют ли господин Акира и его товарищи избежать атаки? Харухиро не представлял, как это возможно. «Вероятно, они просто могут предсказать, куда ударит каждое из щупалец. Должно быть, Акира и остальные прекрасно видят, где монстр их не достанет. Но как? Загадка. Абсолютная тайна. Возможно ли это, если не изучал повадки монстра долгое-долгое время?» — прикинул Харухиро. — Поскольку они не гении (талантов вообще не так-то много в этом мире)… — пояснил Гоххо, будто прочитав мысли вора, — за них в конечном счете решает боевой опыт. Естественно, столкнувшись с противником впервые, мы ничего не знаем о нем. Однако его повадки могут походить на каких-то других существ, могут быть какие-то общие черты с прошлыми врагами. Что именно будет схоже? Что именно будет идентично? Будешь терзаться вопросами — никогда никого не прикончишь. Что мне делать? Что даст мне лучшие шансы? — прежде чем ты спросишь себя об этом, твое тело уже должно двинуться к врагу. — Если так… — простонал Ранта, — выходит, они тысячу раз сражались с подобными тварями? Вот почему выглядит так, будто дело-то плевое, да? — Конечно, это лишь мое впечатление, но… — Гоххо повел плечами, — им тяжело. Монстр-то проблемный. Да и магия Света не работает в этом мире, так что испытывать судьбу лишний раз не хочется. — Говоришь так, будто тебя это не касается, — Михо нахмурилась. «А вы сами не слишком ли беспечны, если учесть сказанное?» — невольно подумал Харухиро. — Никуда не прицелиться, — Таро опустил лук. Прекрасное лицо эльфа исказила гримаска. — Ненавижу огромных врагов. Хотел бы я прикрыть маму, но… Может он и выглядел гораздо младше любого из ребят Харухиро, но боевого опыта у него в разы больше. Само собой, ведь Таро путешествовал и сражался вместе с группой господина Акиры. — Можно кое-что узнать? — робко спросил Кузаку. Гоххо мельком глянул на Кузаку, всем своим видом выражая согласие. — Вы сказали «поскольку они не гении», но... — Кузаку задал именно тот вопрос, что вертелся в голове Харухиро, — не слишком вы перегибаете палку, говоря так о господине Акире? Любой бы, посмотрев на то, что вытворяли господин Акира, Кайо и Бранкен, не поверил бы собственным глазам. Поначалу Акира лишь уклонялся от атак врага, а затем перешел в наступление. Он беспрерывно уворачивался от ударов щупалец, стараясь одновременно кромсать их мечом. Более того, он мало-помалу приближался к Гидре. Неужели? Скорее всего, так и было. Нет, не «скорее всего». Он точно сокращал расстояние, стараясь добраться до тела монстра. — Акира не гений, — уверенно заявил Гоххо и злобно усмехнулся. «Это ведь ложь, да? Неужели Гоххо воспринимает господина Акиру именно так?» — Харухиро просто отказывался верить в услышанное. — Верно, — только когда Михо согласилась с товарищем, Харухиро понял, что ошибся. — Когда мы впервые с ним встретились, он был безнадежным трусишкой, — продолжила волшебница. — Он и теперь немного пугливый, да? — добавил Гоххо. — Наверное. — Даже среди наших сверстников были ребята посильнее его. — Я бы сказал, Кайо гораздо храбрее. — Будто бы что-то изменилось! — Мама — самая храбрая на свете, а папа — самый мудрый, — Таро был так серьезен, что становилось страшно. — А я — самый везучий. — Любишь же ты их… — в тон ему заметила Юмэ. — Конечно же! — вскричал Таро, вытаращив глаза. — Ничто не сравнится с моей любовью к отцу и матери! Ничто! Она ничему не проиграет! — Думаю, это никак не связано с победой или поражением, — с горькой усмешкой Гоххо потрепал приемного сына по голове. — Что ни говори, а Акира вовсе не гений. Однако он выжил. Благодаря мне, Кайо, Михо и Бранкену, благодаря нашим павшим друзьям и товарищам. Многие талантливые Воины и Паладины сложили голову, а Акира выжил. Причем не потому, что он был силен. Что же ему помогло? Другими словами, ему просто повезло. Благодаря удаче он выжил и стал сильным. Конечно, ему повезло не раз и не два. Целых двадцать лет господин Акира накапливал удачу. Насколько же он везуч? Ведь достаточно одной неудачи, чтобы погибнуть как Манато и Могузо. Кстати, если бы Манато и Могузо выжили, группа Харухиро стала бы ничуть не хуже товарищей Акиры. Ведь и Манато, и Могузо были куда более способными ребятами, чем сам Харухиро. Но дар не гарантирует успеха в делах. Достаточно один раз промахнуться… Наемнику достаточно одной неудачи, чтобы расстаться с жизнью. Умереть. Как ни посмотри, должно быть, господин Акира принадлежит к немногим избранным. — Я не такой… Темвременем господин Акира, Бранкен и Кайо подобрались к Гидре. Ни одному из пяти змееподобных конечностей не удалось достать наемников. Внезапно Гидра пустила в ход еще четыре щупальца, которые использовала раньше лишь для передвижения. Харухиро не ожидал от монстра такого коварства, только вот Гидре не удалось застать легендарных наемников врасплох. Маневрируя между щупальцами, Бранкен и Кайо отступили назад, а господин Акира вонзил меч в тело монстра: туда, откуда росли змееподобные конечности. Использовав клинок как опору, Акира принялся взбираться вверх по щупальцу. Он двигался с такой быстротой и скоростью, будто под ногами была не извивающаяся плоть, а какой-нибудь холм. Так он добежал до кончика щупальца. — Точно, — Гоххо щелкнул пальцем. — Есть у Акиры одна сильная сторона. Это умение держать баланс. Вот в чем он выше среднего. — Ему нравятся возвышенности, — захихикала Михо. — Он, должно быть, идиот, — уголки губ Гоххо дрогнули. — Уже скоро, да? — Ага. Верно. «О чем это они?» — задался вопросом Харухиро. Гидра попыталась смахнуть господина Акиру с щупальца, но тот спрыгнул сам. Оттолкнулся от одного щупальца, затем от другого... но что было дальше — никто не видел: третье щупальце заслонило наемника. — С-с-с-с-с-с ним все будет в порядке? — выкрикнул Киккава. Вдруг сквозь тело Гидры прошла крупная дрожь. По всей округе разнесся душераздирающий вопль: — Гья-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я!

Казалось, что какая-то десятиметровая женщина кричит в жутких муках — настолько громким был звук. Он будто исходил из гигантского рта, спрятанного под змеевидными отростками. Белые щупальца хлестали во все стороны, поднимая ветер, а вместе с ним шла и звуковая волна. Господин Акира, перекатываясь по земле, проскочил между длинными конечностями монстра. В тот же миг Гоххо и Михо, рисуя символ элементаля, принялись читать заклинания. — Эа, зу, фа, нуэ, мэу, хо, рахи, куэ, ба, зю, сай, ре, кто! — Ни, фау, шин, ца, уо, ики, рэ, в, дома, гис, кува, зу. — Жар?! — Харухиро рефлекторно прикрыл лицо руками и слегка согнул колени. И в следующую минуту порыв обжигающего ветра ударил в ладони. Обрушился и накрыл с головой. Но именно Гидра оказалась в эпицентре обжигающего смерча. Она горела… Огня не было, но ее иссушал жар невообразимой силы. Расправившись с щупальцами, поток воздуха ворвался куда-то в сердцевину тела монстра. В конце-концов, Харухиро и товарищей лишь обдало по касательной потоком испепеляющего воздуха. Но даже так каждый из них испытал на себе невероятный жар и не на шутку испугался. Что это? Что происходит? Вдруг направление потоков слегка изменилось, ветер стих. Теперь мощные порывы не отбрасывали, а словно… засасывали. Неведомая сила потянула наемников в эпицентр смерча. — Хэ-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э?! — Ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?! «Ранта и Киккава, заткнитесь!» Впрочем, лидер отлично понимал, что они чувствуют. — Кья-а-а-а-а-а-а-а-а-а?! — Фунья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?! — А-а-а-а-а-а-а-а?! Шихору, Юмэ и Мэри в страхе прижались друг к другу. — Какого?! — Кузаку рухнул на землю. — Вот зе хэ-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-эл?! — в панике вопила госпожа Анна. Ее сжимала в объятиях Миморин, прихватив и Харухиро за компанию. — Не надо, со мной все будет в порядке! — запротестовал лидер. — На всякий случай! «Со мной и правда ничего не случится! Куда тяжелее, когда ты сжимаешь меня так! Кстати, а что с Токимуне и Тадой? Все хорошо? А еще, где Инуи?» — Уо… Ветер подул в другую сторону: смерч больше не притягивал и не отталкивал. Волна горячего воздуха обрушилась на головы людей. Не выдержав давления воздуха, наемники опустились на четвереньки. Это еще ничего, Гидре повезло еще меньше, поскольку она оказалась в эпицентре заклинания. «Серьезно?» Чудовищная сила просто-напросто вдавила Гидру в землю. Неведомая сила припечатала все девять щупалец к земле, раскрыв тело монстра как цветок. Там… истинное тело Гидры? Что это вообще? Ее туловище? Как ни назови, но стоило щупальцам раскрыться, как показалась огромная белая «сердцевина цветка», точнее, «сердцевина алоэ», чьи отростки шевелились с загадочным скрипом и с каждой секундой склонялись все ниже и ниже. «Что это за магия? Школы Альв? Это ведь не магия льда Канон, верно? Но и на магию Фальц не похоже, как и на магию Дарс. Тогда, что это? Точно, Гоххо ведь говорил, что сначала выпускается элементаль, а потом активируется альтернативная сила. Такова истинная природа этого супер-жгучего огромного торнадо?» — задумался Харухиро. Вскоре порывы горячего ветра утихли. Тело Гидры, похожее на вид на огромное белое алоэ, ссохлось и уменьшилось раза в два. Конечно, будучи внизу, Харухиро и остальные не могли разглядеть, что происходит, но, кажется, заклинание размазало Гидру по земле. Белый монстр больше не шевелился. — Она… мертва? — в недоумении спросил Ранта и рухнул на землю, прямо на задницу. — Я устал… — Гоххо пошатнулся. — Отец! Вот! — Таро сунул лук и колчан под мышку и присел на корточки перед Гоххо, предлагая тому забраться на спину. — Эй… Это ведь я — отец… — хоть Гоххо и жаловался, но все равно обхватил руками шею эльфа. Должно быть, жрецу трудно принимать помощь. — Хи-хи, — улыбнулась Михо. «Эта супер-красотка, должно быть, выносливая! Или же Гоххо слишком слаб?» — заметил Харухиро. — Это… конец? — спросила Шихору. Она все еще мелко дрожала и держалась за Юмэ. — Наверное? — Юмэ погладила волшебницу по спине. — Хорошо, если так… — Мэри тоже погладила Шихору по спине. — Ху-у… — Кузаку робко поднял голову. — Теперь мы в безопасности? — спросила Миморин. — М-м-м? — госпожа Анна вопросительно склонила голову. Ее руки по какой-то причине мяли пышную грудь Миморин. «Разве нормально, когда девушка делает такое с девушкой?» — задумался Харухиро. Не то чтобы он завидовал или еще что... — К-кто знает...— ничего другого он так и не смог сказать. Кроме того, хорошо бы Миморин отпустила его — он будет очень признателен. Зажатый между грудей Великанши, Харухиро открыл было рот, чтобы попросить ее об этой пустяковой услуге, как вдруг услышал крик Тады. Жрец, отделившись от группы, возмутился: — Вы это серьезно? Что за чушь?! Ты вот так просто взяла и подохла? И я опять ничего не сделал! Не подыхай! Ну же, оживай! Гья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — Гья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — не своим голосом завизжала Миморин и в панике стиснула Харухиро и госпожу Анну. Настолько крепко, что вор не мог дышать. «Помогите!» — молча молил Харухиро. Но как тут винить Миморин? Ее ведь застали врасплох. Он сам перепугался, когда взревела Гидра. Похоже, звук издавала сердцевина тела, похожего на белое растение. Более того, в этот раз вопль монстра был куда яростнее. К тому же его щупальца ожили и принялись беспорядочно хлестать по сторонам. Господин Акира, Бранкен и Кайо отступили. Естественно! Знаете, в такой ситуации даже просто стоять рядом опасно! Панике поддался не только Харухиро, но и остальные наемники. — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — похоже, только Тада был несказанно рад. — Отлично! Этого я и хотел! Давай, развлеки меня еще немного! — Поехали! Второй раунд! — Токимуне тоже выглядел довольным. «Они идиоты?» — Ква, до, ро, во, су, экк, руэ, ра, ва, ре! — тем временем Михо закончила читать заклинание. Вспышка фиолетового оттенка накрыла Гидру. Прогремел взрыв. То ли сгустки огня, то ли ветки молнии охватили «сердцевину» твари. Некоторое время заклинание резало и рвало плоть чудовища, разбрызгивая по сторонам вязкую жидкость. Гидра забилась в конвульсиях, но с жизнью так и не рассталась. Несмотря на неудачу, Михо не потеряла самообладание. Она не только не отступила, а прочла вдогонку еще одно заклинание: — А, ру, де, муо, су, ви, гва, па, ре, то, кья. На этот раз чудовище накрыла череда вспышек темно-зеленого оттенка. Неведомая магия кромсала и прожигала тело монстра насквозь. Щупальца твари беспорядочно хлестали и извивались, Гидра явно корчилась в агонии, расплескивая вязкую на вид жидкость. — Та, то, лу, фа, йек, ниэ, шэ, ра, сто, рю, кэ, вана. «А? Еще раз? Серьезно? Она читает еще одно?» — недоумевал Харухиро. Над белым туловищем монстра материализовались розовые точки. А затем они обрушились на жертву. Ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши-ши. Что это за звук? Что это? Неизвестно, но, похоже, его издавало тело Гидры при соприкосновении с розовыми точками. И вообще, что это за «розовые точки»? Они все росли и росли... Спустя некоторое время точки разрослись до размера сферы. И с каждым мигом они становились все больше и больше. Гидра яростно замахала щупальцами — их кончики бились о землю. Со стороны казалось, будто монстр запросил пощады: «Стоп, стой, погоди, правда стой-стой-стой!!!» Естественно, никакой пощады Гидра не дождалась. Не время щадить врага. Розовые сферы словно пожирали плоть «сердцевины», туловище Гидры таяло на глазах. Наконец, розовые сферы погрузились в алоэподобную «сердцевину» монстра. Девять щупалец обмякли, оставшись лежать на земле. Истинное тело Гидры тоже не подавало признаков жизни. Только тогда Михо остановилась и вздохнула. А после — засмеялась: — Она была такой упрямой и наглой, поэтому я немного наказала ее. От этих ее слов Харухиро пробрала дрожь. Он рефлекторно вцепился в Миморин. «Настоящая садистка?!» — Я же сказа-а-а-а-а-а-ал! — Тада проорал это в лицо Михо. — Вот только-только все наладилось, а вы опять все испортили! — Ой, прости. — Извинения тут не прокатят! И вообще… м? Ва-ай! Харухиро прекрасно понимал, что не время таращиться на всякую ерунду, но выходка Гидры действительно его поразила. Внезапно щупальца твари пришли в движение. Оперевшись всеми девятью конечностями о землю, чудовище подскочило. Гидра прыгнула! «О-она умеет прыгать?!» — удивился Харухиро. — Черт! Отступаем! — приказал господин Акира. Именно тогда вор впервые заметил резкий тон легендарного наемника. Господин Акира, Бранкен, Кайо, Михо, Таро с Гоххо на спине — все без промедления пустились в бегство. Харухиро ошеломило, с какой скоростью отступали ветераны Багровой Луны. Тем временем Гидра скакала по полю, точно безумная, размахивая щупальцами. Токимуне и Тада отпрянули. — Миморин, отпусти! — Харухиро с трудом выбрался из крепких объятий волшебницы. — Е-е-е-е-е-е-если не поторопимся!.. — Да, — подтвердила госпожа Анна. — Угу, — согласилась Миморин, выпустила его и, схватив жрицу-маскота, побежала прочь. Остальные тоже поспешили за ними. Со стороны бегство наемников напоминало марафон. Каждый из них понимал, что во что бы то ни стало нужно оторваться от Гидры. «Нет! Ни за что! Никогда!» — унося ноги, Харухиро толком не понимал, как вообще выразить то, что он чувствовал. «Ранта, Мэри, Кузаку, Юмэ, Шихору. Все целы. Киккава, Токимуне и Тада тоже. Инуи нигде не видно. Плевать! Что с «Железным Кулаком», «Берсерками» и «Орионом»? Похоже, они пустились врассыпную, да?» Группа Харухиро, по крайней мере, сам лидер, следовала за наемниками господина Акиры. Правильно ли они поступили? Или нет? Неизвестно. В такой ситуации особо не порешаешь. Внезапно Гидра перестала суматошно скакать. Она поползла. Все девять щупалец с грохотом обрушились на землю, а затем яростная тварь ринулась вперед. — Ва-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а? — заголосил Харухиро. «Опасно? Это ведь опасно?! А? Я облажался?! Неужели я облажался?! По какой-то причине Гидра преследует нас! Получается, она нацелилась на группу господина Акиры? Если так, то, может, стоит убраться с ее пути? Так?» — в панике пытался сообразить Харухиро. — Дэ, хэ, л, эн, ба, зе, рув, а, то, ра! — Гоххо, сидя на спине Таро, обернулся и нарисовал символ элементаля. Бу-бу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-ум! Взрыв прогремел прямо под брюхом Гидры. Комья земли и травы разлетелись по сторонам. Чудовище потеряло равновесие. Взрыв выбил опору из-под щупалец. Вот он, шанс! Харухиро оставалось лишь воспользоваться им и оторваться от твари. Только вот на какое расстояние? И что будет дальше? Ведь Гидра скоро догонит их, верно? И если настигнет, то что тогда? «В любом случае, остаётся только уносить ноги. Если Гидра и правда нацелилась на группу Акиры, то дело дрянь. Не знаю, как бы лучше выразиться… но у нас есть способ сбросить хвост. Позаботиться лишь о себе...» — рассуждал Харухиро. Грубо говоря, он считал, что лучше не следовать за господином Акирой. Группа Харухиро оказалась зажата между Гидрой и ветеранами Багровой Луны, и, разумеется, товарищи вора хотели побыстрей выйти из этой ситуации. Наверное, им лучше сменить направление и действовать независимо от группы Акиры. Только Харухиро чувствовал вину, когда думал об этом варианте. Кроме того, не факт, что Гидра действительно выбрала ветеранов в качестве цели. А что, если она охотится за Харухиро и его ребятами? Что им делать, если вор и товарищи сменят направление, и Гидра понесется за ними? Это будет полнейшая катастрофа. Тогда легендарные наемники им уж точно не помогут, значит, их гарантированно перебьют. «Итак, предположим, что Гидра нацелилась на группу Акиры. Стоит ли рискнуть? Идея неплоха, но решиться я все равно не могу. А рано или поздно придется. Ненавижу свое слабоволие. Ненавижу! В конце концов, группа Акиры как-нибудь справится, да? Почему я так решил? Никаких гарантий нет. Это просто перекладывание проблем на других, не так ли? Как-то неправильно… Или же нет? Я бы сказал, что нет?..» — сомневался Харухиро. Пусть сомнения и терзали его душу, но темп он не сбавлял. Вдруг кто-то пронесся мимо него. — А?.. Кто-то… проскочил мимо? Верно. Именно так. Кто-то несся на него, а потом проскочил мимо. На ходу вор обернулся. Это был человек, облаченный в черные доспехи. Они казались крепкими, но легкими. Металл был чернее ночи, но сиял странным оранжевым светом. Что это за свет? Как это работает? На поясе воина висел короткий изогнутый меч, точнее, катана, а за спиной — катана подлинней. Положив ладонь на рукоять катаны за спиной, человек ринулся в сторону Гидры. Гидры! — Это и правда ты, Сома… — неожиданно для себя Харухиро обратился к лидеру «Воинов Зари» на «ты». Вор машинально перешел на шаг и остановился. Да, это был Сома. Собственной персоной. И поскольку Гидра все еще преследовала наемников, а ей навстречу мчался Сома, то их столкновение было всего лишь делом времени. С ним… все будет в порядке? Харухиро точно бы соврал, если бы сказал, будто спокоен за Сому, и в то же время он не верил, что этого человека хоть кто-то сможет убить. Опираясь на щупальца, Гидра приподнялась и прыгнула к Соме. Он даже не думал останавливаться! Даже темп не сбавил! Этот храбрец просто вынул катану из ножен! Харухиро прекрасно видел, что происходило вплоть до этого момента, но а что было после? Он во все глаза наблюдал за Гидрой, но все же так и не понял, что случилось. Просто в какой-то момент два змееподобных щупальца оторвались от тела, корчась в агонии. Чудовище с грохотом приземлилось… Что стало с Сомой? Харухиро охватило неприятное чувство. Неужели тварь раздавила сильнейшего наемника? Гидра, изогнув щупальца, пружинисто отскочила от земли, пытаясь развернуться. Значит, Сома за ней? Он проскользнул под монстром? Или что-то в этом роде? Харухиро не верил своим глазам, однако спустя мгновение Гидра отскочила влево. А вот и он! Сома! Наемник взмахнул катаной. «Какой длинный клинок! Кажется, он стал еще длиннее с тех пор, как покинул ножны, так?» — прикинул вор. Что ни говори, но беспрерывные атаки Сомы смутили Гидру. Получить преимущество в ближнем бою, да еще с таким огромным существом, причем заставить его отступить… Это странно. Очень странно. Что происходит? — Смотри, вот о ком говорят «гений» — сказал Гоххо. Он все еще сидел на спине Таро. Харухиро понял, что все это время был с ними. — Да, я о нем и говорил. У него гораздо меньше опыта, пожалуй, раз так в пять. И тем не менее он справляется. Талант — жестокая и пугающая штука. «Невероятно!» — подумал Харухиро. И восхищение Гоххо отнюдь не пустое. Ведь Сома как-то спас группу Харухиро. Иначе говоря, он получил титул сильнейшего наемника не просто так. Харухиро знал это. По крайней мере думал, что знает. Вернее, до этого дня вор просто не осознавал, что значит титул Сомы на деле. Да и катана у Сомы наверняка особенная. А в броне скрыта особая сила, выходящая за рамки человеческого понимания. И все же Сома обычный человек, как все, из плоти и крови. Наверное. «А он правда человек? С трудом верится». Используя только катану, Сома полоснул по спине Гидры. Да как он вообще сумел пробиться сквозь толстые щупальца? Харухиро не имел ни малейшего представления. Ему казалось, что это попросту невозможно. А Сома с легкостью резал Гидру. Вроде бы Харухиро не спал, значит, все это случилось наяву. Просто события вышли за рамки воображения и понимания вора. Точнее, представить такое — никакой фантазии не хватит. Например, если бы Харухиро выдал нечто вроде «Однажды несколькими взмахами катаны я прикончу монстра размером с двухэтажный дом», его бы наверняка подняли на смех. Да и он сам посмеялся бы над собой. Если бы такую глупость сморозил кто-то другой, Харухиро бы подумал: «Вот идиот!» Получается, что людей, таких как Сома, способных осуществить даже самые безумные и глупые мечты, зовут истинными гениями? Гоххо прав. Это действительно жестоко. Пропасть между Сомой и обычными людьми никак не сократить. Никому не перемахнуть через нее. Все равно что сравнивать Луну и черепаху. Конечно, обе круглые, но на этом все. Бессмысленно искать нечто общее. В версии с изображениями тут находится картинка. Даже само сравнение, пришедшее на ум Харухиро, было настолько заурядным, что ему захотелось исчезнуть. С самого начала вор воспринимал себя как человека, лишенного каких-либо талантов. Его это не слишком раздражало, но порой беспокоило. Если бы Харухиро изначально верил, что у него есть потенциал стать кем-то и достичь вершины мастерства, встреча с Сомой стала бы для него шоком, после которого он бы вряд ли оправился. А так Харухиро втайне радовался тому, что он сам и остальные видят его заурядным человеком. Поэтому он мучился лишь от собственной беспомощности. — Сома! — окликнуло воина изящное создание, не похожее на человека, пробегая мимо Харухиро. Ну еще бы ей походить на человека! Ничего человеческого в ней нет. «Она же эльф! Тот же Таро невероятно красив. Может, все представители этой расы ослепительно красивы? В любом случае, ее красота вне конкуренции. Эта немыслимо белоснежная кожа… И прекрасные серебряные волосы. А сияющие глаза подобны драгоценным камням. Что уж говорить, даже телосложение, вернее, мускулатура отличается от человеческой. А ее голова о-о-очень маленькая. И бегает она как-то по-особенному. Ее поступь гораздо легче, чем у человека. Она даже не отталкивается от земли ногами, а будто скользит по поверхности». — Снова убежал в одиночку! — недовольно крикнула эльфийка. Достав узкий изящный, под стать ей самой, клинок, Лилия понеслась прямо на Гидру. А ведь она Танцовщица Мечей. Ее атаки и правда напоминают танец. Лилия кружилась между щупалец чудовища, а с ней выплясывали и клинки, кромсая врага. Получается, эльфийка не просто использовала мечи: ее тело и оружие слились в единое целое. Эта гармония движений вкупе со смертоносной сталью и убивала мало-помалу врага. Конечно, она не могла, подобно Соме, одним взмахом отсечь змееподобные щупальца, зато могла изрезать вдоль и поперек. Естественно, как бы ни старалась Гидра, а достать Лилию так и не сумела. Прекрасная эльфийка никому не позволит к ней подобраться. Харухиро так очаровала невероятная грация Танцовщицы Мечей, что он совершенно не заметил человека, который оказался рядом с ним. Проходя мимо, мужчина то ли вздохнул, то ли зевнул: — Ха-а-а… Оглянувшись, вор увидел наемника впечатляющей комплекции; на его голове красовались дреды. Он неспешно брел навстречу Гидре. Кемури. Паладин, как и господин Акира, Токимуне и Кузаку. Естественно, у него на спине висел щит, однако не он привлек внимание Харухиро, а длинный меч, висевший поперек щита. Обхватив гарду двумя руками, Кемури выхватил меч и наставил его на Гидру. «Неважно, насколько он хорош, не слишком ли это беспечно?» — забеспокоился Харухиро. Одно щупальце нацелилось прямо на паладина. Змееподобная конечность опустилась по диагонали вниз. — Итак… — Кемури не стал уклоняться, а вместо этого выставил меч, принимая удар на него. — Поехали! Едва щупальце коснулось меча, как его рассекло надвое. Да как это вообще работает?! Огромное щупальце, диаметром в два метра, проиграло мечу! — Удивлюсь, если у него не болит спина после такого, — господин Акира наблюдал за паладином, скрестив на груди руки и поглаживая подбородок. Разве атака Кемури имеет такие последствия? — У тебя ведь больная спина, да? — Михо погладила господина Акиру между лопаток. — Хм! Я тоже так могу… — возмутился Бранкен. Огромный топор до поры до времени покоился на его плече. Похоже, он решил передохнуть вместе с господином Акирой. — Прошу меня простить, — Кайо подошла к Таро, забрала у него Гоххо и понесла точно принцессу. — Отлично постарался. Дорогой, наверное, ты умаялся так часто читать заклинания, да? — Не настолько, так что отпусти меня! — В твои-то годы чего стеснятся? — В мои годы это особенно унизительно! Поставь на землю! — Ни за что! — Черт! Харухиро и остальные смущенно отвели взгляд, чтобы не глазеть на потерявшую всякий стыд женатую парочку. А вот на лице их эльфа-приемыша расплылась довольная ухмылка, чуть ли не до ушей. — Ой, это же Шима! — в той стороне, куда смотрела Михо, показалась невероятно соблазнительная красотка. Она грациозно шагала прямо к ним. — Привет, — кивнула Шима с улыбкой. — Как обстановка? — Сложнее, чем мы думали, — господин Акира слегка наклонил голову. — Похоже, мы не можем добраться до жизненно важных органов монстра, поэтому быстро с ним не покончить. Придется брать измором. А где Пинго? — Остался рядом с Богом-Колоссом. Зенмаи вернулся к Пинго, раз больше нельзя отвлекать Гидру. — Думаешь, Лала и Ноно сбежали? — Кто знает? Невозможно предугадать, что у них на уме. — Думаю, для начала нужно разобраться с Гидрой. — Если что-то случится, то я полечу вас. Хотя не думаю, что это потребуется. — Нет, рассчитываем на тебя. Все-таки мы уже старые. Я ведь могу совершить ошибку. — Ты наверняка шутишь. — Я серьезен. Бранкен, Кайо, за работу! — Прекрасно, — отозвался дворф, огладив бороду. В его глазах зажегся огонь энтузиазма. — Дорогой, подожди меня тут, — отпустив Гоххо, Кайо всплеснула руками, разминаясь. — И я помогу!! — Таро приготовил лук. «Ага. Они и правда справятся. Похоже на то, да? Я имею в виду, что Сома, Лилия и Кемури сами прикончат Гидру», — подумал Харухиро. Маловероятно, что им потребуется помощь его группы. Пожалуй, никто не возмутится, если его ребята постоят в сторонке и просто понаблюдают. Да и что вообще они могут сделать? — Испортим им праздник, Токимуне. — Сделаем это, Тада. Паладин и жрец всей душой рвались в бой. Наемники «Железного Кулака», «Берсерков» и «Ориона» тоже приободрились. Они выглядели так, будто решили раз и навсегда навести тут порядок. А вот сам Харухиро не горел энтузиазмом: ему не очень-то хотелось впутываться в это. — Д-д-д-д-да! Тогда и я! — Ранту откровенно трясло, и все равно он хотел драться. Этот тип безнадежен! — Вперед-вперед, удачи! — Стоп, ты даже не пытаешься меня остановить?! Ублюдок с сонными глазами! — Как это связано с моими глазами?.. — Напрямую, идиот! Меня бросает в дрожь от твоего взгляда! — Господин Акира и остальные уже ушли без тебя! — О-оу, и правда! Я опоздал! О не-ет, я опоздал! К сожалению, я опозда-ал. Что же мне дела-ать? Это все из-за Парупиро! — Из-за меня, значит… «Почему бы тебе просто не ломануться к Гидре, а?» — мельком подумал вор и огляделся. Конечно, группе Харухиро с Гидрой тягаться не с руки, но вот с культистами и белыми гигантами, что грозят заявиться в любую минуту, — вполне. Кто-то же должен ими заняться. «Точно. Нужно собраться. Заурядные люди способны на заурядные поступки. Так тому и быть, точнее, ничего не поделаешь. Может, мы и заурядные, но ведь не бесполезные? Ведь быть бесполезными куда хуже, чем быть заурядным», — размышлял Харухиро. — А? Но ведь… А? Стоп… Юмэ? — Нья? — Знаешь, вон там… — Харухиро указал на юг. — Там что-то есть. Хотя, наверное, мне только померещилось… — Фуа? У-у-у. Там и правда что-то есть. Юмэ может ошибаться, но, кажется, там еще одна Гидра. — Да, мне тоже так кажется. Как я и дума… — паника тотчас охватила Харухиро и он уставился на горизонт. — Т-ты точно ее видишь?! Н-н-н-нечто похожее на Гидру?! Правда?! — Еще одна?! — отпрянула Мэри. — Не может быть… — Шихору затрепетала. — Э? Разве это не ужасно?! — возможно, от усталости, но Кузаку сгорбился еще сильней. — Вы шутите… — пролепетала госпожа Анна, после того, как выставила руку козырьком и глянула вдаль. Жрица все еще торчала под мышкой Миморин. — Вот за фак! Ноу вэй! — Эй-эй-эй-эй-эй-эй-эй! — Ранта ткнул в сторону Харухиро Долфином. — Это все из-за тебя! Ты виноват! — Какого черта? — монотонно поинтересовалась Миморин и, замахнувшись посохом, огрела темного рыцаря по затылку. — Ох-х… — Ранта присел на корточки. — Не-ет! — Киккава почему-то валял дурака. — Я не сдамся! Великолепный «Я» несдавуч! Стоп, что за «несдавуч»?! А-а?! — Хм… — задумался Гоххо. — Затруднительное положение, — несмотря на ситуацию, в тоне госпожи Михо не было ни капли серьезности. «Это потому, что она так красива? Или ее жизнерадостность с красотой никак не связана?» — задумался вор. — Опять они, — нахмурилась Шима. Даже тревога делала ее личико очаровательным. «Стоп, почему они так спокойны? Все из-за опыта? Подобный кризис ничто для них? Может, они подыскивают способ, как с этим справиться?» — тем временем внутренне паниковал вор. — Г-г-господин Акира! — Харухиро сорвался с места и побежал. Он вовремя окликнул легендарного наемника: тот уж было приготовился напасть на Гидру. Заметив Харухиро, господин Акира обернулся: — Что случилось, Харухиро? — П-п-плохо дело! Гидра! — вор снова бросил взгляд на юг, запад и восток. От увиденного он просто онемел. «Нет-нет, сейчас не время лишаться дара речи!» Тварей было несколько, и они надвигались не только с юга. К счастью, Харухиро заметил их и на востоке, и на западе. «К счастью»? Неподходящая фразочка. Но факт есть факт. — О-о-о-о-о-они наступают! Одна, две, три… Три Гидры?! Примерно столько! — Что?! — похоже, господин Акира испытал шок, впрочем, он быстро взял себя в руки, а не ударился в панику. Бегло осмотрев поле боя, господин Акира высоко поднял меч и закричал: — Михо, Гоххо — держите меня в курсе! Те, кто уверен в себе, следуйте за мной и Сомой! Не отставайте! Победа достается тем, кто сможет ее вырвать! Речь легендарного воина разожгла пламень в сердцах наемников: те ответили ему боевым кличем. «А? Разве так можно?» Харухиро не знал, что и сказать: он просто стоял истуканом и наблюдал. «Да, но… господин Акира сказал так… Он ведь прав… наверное? Скорее всего». Группа Сомы все еще сражалась с первой Гидрой. У монстра осталось только три щупальца. Используя их, чудовище скакало там и сям. Когда Гидра лишится последних конечностей, то станет почти безобидной. Скоро ее прикончат. Даже если заявятся остальные Гидры, этого уже не изменить. Кстати, можно расправиться с ними по одной. Господин Акира, кажется, верит, что им удастся. Раз Сома здесь, наверняка удастся. Должно быть, легендарный наемник рассчитывает на это. Вытерев рот тыльной стороной ладони, Харухиро осмотрелся. Гидры неумолимо приближались. Одна — с юга, другая — с запада, третья — с юго-запада. Всего трое. Впрочем, не исключено, что их гораздо больше. Кроме них на горизонте показались белые гиганты. Как при первом нападении. А еще там были культисты. Первые ряды вот-вот схлестнутся с наемниками! «Господин Акира хочет использовать добровольцев...» — внезапно осенило Харухиро. Группы Сомы и Акиры займутся Гидрами. Помощь со стороны им не нужна. И все же господин Акира приободрил остальных добровольцев Багровой Луны и убедил остаться в строю. Хочет, чтобы наемники расправились с мелюзгой? Ведь толпы слабых врагов неизбежно усложняют бой. Нет-нет, господин Акира не такой! По крайней мере, Харухиро хотел думать о нем именно так. Этот мужчина уж точно великий воин и добрейшей души человек! Он ни за что не прикинется добрым малым, чтобы потом пожертвовать другими. В любом случае, благодаря своему великодушию и доброте, он — чуть ли не идеальный человек… Но так ли это? По словам Михо, раньше он был трусом. Но сейчас таковым совсем не кажется. Господин Акира очень добр. И силен, надежен, может защитить в случае чего. Он прямо как отец… Но такой ли он на самом деле? Легендарный наемник по природе не был гением. Пусть так, но люди, гораздо талантливее его, уже давно расстались с жизнью. А господин Акира выжил и стал только сильнее. Так сказал Гоххо. Но как этот человек смог выжить? Неужели в трудные времена ему пришлось хладнокровно принимать трудные, возможно, даже жесткие решения? Именно это и сделало его сильнее? Поэтому он выжил? Харухиро обернулся к Гоххо и спросил, стараясь изо всех сил скрыть дрожь в голосе: — Как вы думаете, скольких мы потеряем? — Значит, ты из этих людей, — Гоххо удивленно вскинул брови. — Немного неожиданно. — Что вы имеете в виду? — Думаю, ты слишком часто переживаешь. Я плохо тебя знаю, так что это лишь мое впечатление. Но ежели способен трезво оценить потери, командира из тебя слепить можно. Ты куда больше подходишь для этой роли, чем я думал изначально. — Вы так и не ответили на мой вопрос. — Как повезет, — Гоххо описал указательным пальцем круг. — Если удача отвернется от нас, мы умрем. Такова жизнь. Скольких не досчитаемся — никак не предугадать. Само собой, здесь я не умру. Хочешь выжить, оставайся с нами. — Это неправильно! — А? — Неправильно, — выдохнул Харухиро. «Я разозлился. Нельзя поддаваться эмоциям. Не скажу, что я в ярости. Просто он же ошибается…» — подумал он. — Когда вы говорите о том, что выжили благодаря удаче, то имеете в виду прошлое. Но разве удача складывается не из множества факторов? Например, кто-то пожертвовал ради вас жизнью — разве это не удача? Вот что я думаю. Я выжил лишь благодаря чужим жертвам. Поступи другие люди иначе, я бы не избежал беды. Вам помогла не слепая удача. Вам помогли чужие жизни и жертвы. — Ну и? — уголки губ Гоххо дрогнули. — Что ты хочешь этим сказать? — Я не знаю, какие слова подобрать, но… — Скажи прямо. Ненавижу ходить вокруг да около. — Я-я имею в виду… можно ли свести потери к минимуму? Да, знаю, выживут сильнейшие. То есть те, кто выживут, будут считаться сильнейшими. Однако если человек неудачник или слабак, то что будет с ним? — Зачем нам заботиться о слабаках и неудачниках? — Я не говорю, что мы обязаны заботиться о них… — Естественно. Мы просто наемники, а не благодетели. — И все же, если это будет в ваших силах, сделайте что-нибудь, пожалуйста. — Ради чего? — Если они умрут — то все кончится! Харухиро закусил губу и помотал головой. Будь он гораздо умнее, наверняка смог бы подобрать подходящие аргументы, чтобы убедить Гоххо, так? Или же с самого начала вор ошибался? — Смерть забирает все, — продолжил свою мысль Харухиро. — По крайней мере, смерть забирает у человека все возможности, верно? Так что странного в том, чтобы желать сократить потери? Чтобы выжило как можно больше? Если нет другого пути, то так тому и быть, но если можно что-то сделать, то нужно попытаться. Разве беспечно жертвовать другими — не выбор простейшего из путей? — Ты хочешь, чтобы мы намеренно избрали сложнейший путь? — уточнил Гоххо. — Думаю, так будет лучше. — Такой незрелый, хи-хи, — из груди Шимы вырвался смешок. — Не то чтобы мне это не нравилось... — Но знаешь, Харухиро, — Михо пристально посмотрела на вора, — а на что способен конкретно ты? Ведь именно ты не хочешь никем жертвовать. Похвально, однако что ты сделаешь ради этого? — А, ну… Во взгляде женщины читалась странная сила. Под гнетом этого взгляда Харухиро хотелось стыдливо склонить голову, однако он все-таки не прогнулся. Он посмотрел прямо в глаза Михо и сказал: — Ничего… наверное. Совсем ничего. Если бы мог, то обязательно сделал. Именно поэтому и попросил господина Гоххо. — Ох! — легкое изумление отразилось в чертах Михо. — Странный парень, — нахмурился Гоххо и повел плечами. — Не думаю, что твоя честность — это достоинство. Ничего подобного. Но это то, что мы по какой-то причине утратили. Неплохо порой вспомнить о старых добрых временах. — Может, интуиция Сомы и не подвела, — сказав так, Шима наклонилась к Харухиро. «Как же приятно пахнет...» — промелькнуло в голове у вора. — «Стоп, а не слишком ли она близко?» — Мы ищем способ вернуться в наш родной мир, — прошептала Шима. Ее голос был чуть громче дыхания. — А? Вернуться… в «родной мир»? О чем вы? — Пока что забудь, — Шима поднесла указательный палец к губам, — об этом разговоре. В другой раз. Для начала тебе нужно выбраться отсюда, верно? — Твоя же идея, — Гоххо ткнул пальцем в лоб Харухиро. — Ты ни на что не годишься, но если дашь деру, я тебя не прощу! Помогай до самого конца. Хоть попытайся. — Хоро… Харухиро уж было согласился, но вовремя опомнился. Будь это заботой одного лишь вора, он бы не сомневался ни секунды, однако он отвечает и за товарищей. Ведь Харухиро — лидер группы. Обернувшись, он заметил кислое лицо Ранты. — Если сам не скажешь, то я скажу за тебя! — Вы, должно быть, шу-у-утите, — Юмэ оказалась неподалеку. И она недовольно надула щеки. — Я уже решил идти за тобой, — напомнил Кузаку. В этот момент он походил на большого верного пса. — И я, — Мэри улыбнулась и кивнула. — Тогда, думаю, все хорошо, — Шихору неловко улыбнулась. — Эм-м, эм-м, что насчет нас?! — Киккава, бросив вопросительный взгляд Миморин, а затем госпоже Анне, а потом принялся вертеть головой, выискивая кого-то. — А-а-а-а? А где Инуи-ти? — Этого кретина да-а-а-авно уж нет! — Серьезно? Я даже не заметил. Что же, ладненько! Он наверняка выживет! Думаю, мы пойдем за господином Токимуне! — К сожалению, — кивнула Миморин. — Ну и ну! Сколько от вас проблем! — Гоххо мельком оглядел группу Харухиро. На лице жреца ясно читалась, что он сыт этим всем по горло, однако в его глазах зажглась искра интереса. — Сейчас вы будете защищаться меня, Михо и Шиму. Не отходите от нас и делайте все, что скажу. Я научу вас, как выбирать трудный путь! Уж постараемся свести потери к минимуму, а потом — отступаем! Как-нибудь проскользнем через Бога-Колосса и выберемся из Сумеречного Мира!

↑ [Avoid]

↑ [Raging Tiger]

↑ [Slap]

↑ [Dread Wave]

↑ [Shadow Pond]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9. Поскольку здесь есть свет

Группу Харухиро практически не привлекали к сражению. Все, что им оставалось, — следовать приказам Гоххо и согласовывать действия с остальными. И все же это был ужасный опыт. Когда Гоххо согласился на другую тактику, господин Акира тут же изменил приказ и отозвал наемников, чтобы те двинулись в сторону холма-отправной точки. Причем ни группа господина Акиры, ни ребята Сомы даже не думали бежать. Или просто не могли бросить остальных. Спустя некоторое время первая Гидра (которую оставили без конечностей) затихла, однако до наемников добрались еще три твари. Культисты и белые гиганты заявились вместе с ними. Пришлось наемникам отбиваться и отступать. Скорее всего, поначалу господин Акира и другие ветераны задумали следующее: использовать добровольцев Багровой Луны в качестве щита, а самим взять на себя проблемных противников. Когда же ситуация стабилизируется — сбежать. Однако ветераны полностью поменяли тактику и встали на защиту остальных, сдерживая врагов. Если бы Харухиро не оспорил первоначальный план, всего этого, возможно, и не случилось бы. Грубо говоря, по вине Харухиро группы господина Акиры и Сомы взвалили весь груз проблем на свои плечи. Впрочем, ни сам легендарный наемник, ни Бранкен, ни Кайо, ни Таро, ни Сома, ни Лилия, ни Кемури не жаловались, а без лишних разговоров повторяли одно и то же: нанести удар, отступить, снова атаковать врага и снова отступить. Все это они проделывали раз за разом, даже не думая жаловаться. Порой в схватку вмешивались Михо и Гоххо, используя магию, впрочем, не так уж часто. Наверное, экономили силы с расчетом на долгую битву. Токимуне и Тада помогали господину Акире с радостью, только вот группа Харухиро, Миморин, госпожа Анна и Киккава не могли последовать их примеру. Разве что побыть живыми щитами для Гоххо, Михо и Шимы. Все то время, пока остальные сражались, Харухиро не мог отделаться от злости и вины. А еще страха. Ведь три Гидры, примерно с десяток белых гигантов и огромная толпа культистов давили на солдат Багровой Луны. Наемники господина Акиры и Сомы сметали ряды белых балахонов одним взмахом меча, топора, катаны; убивали одним выстрелом прямиков в глаз. Такой подход эффективен против культистов, но с гигантами так просто не справиться. А еще не стоит забывать о Гидрах, которые не всегда атакуют напрямую. Зачастую эти твари бьют щупальцами, раскалывая землю, поднимая комья грязи и песок в воздух, тем самым слепя и мешая наемникам. Неприятная штука! Пусть господина Акиру и остальных ветеранов втянули в невероятно трудный бой (хотя они изначально планировали отступить), но все же «старики» и группа Сомы с успехом сдерживали врага, не позволяя ему просочиться сквозь строй. Благодаря их стараниям никто из культистов не добрался до группы Харухиро. Но и без этого вор постоянно спотыкался; в глаза летели пыль и грязь, но хуже всего было то, что Харухиро испытывал жгучий стыд и с трудом выносил собственную ничтожность. — Я уже подустал, — пробормотал господин Акира, уворачиваясь от кулака белого гиганта. Затем он одним взмахом разрубил культиста надвое. — Стареть не так уж легко. — А?.. — отрубив щупальце Гидры, Сома оглянулся на ветерана. Лидер «Воинов Зари» не на шутку удивился. — Вы настолько стары, господин Акира? — Как ни посмотри, он точно преувеличивает. Лишь бы найти повод для самобичевания, разве это не очевидно?! — отчитывая Сому, Лилия убила двух-трех культистов. — Га-ха-ха-ха! — Бранкен взмахнул топором и рубанул по левому колену белого гиганта. — Что и ожидалось от эльфийки! Вы только внешне изящные! — Не хочу слышать подобное от волосатого дворфа! — Прекрати, Лилия! — упрекнул девушку Сома. Попутно он отсек еще одно щупальце. — Без бороды дворф — уже не дворф! Хорошенько подумай об этом! — Ах! Точно! — Кемури каким-то образом остановил мечом кулак шестиметрового белого гиганта. — У дворфов должна быть борода! — Похоже, вы даже не напрягаетесь… — Кайо проскользнула меж двух врагов, так и не подняв меча: те врезались друг в друга. — У меня же нет сил на болтовню! — Мама, пожалуйста, отдохни немного!.. — Таро безостановочно выпускал стрелы: те без промаха били прямо в глаз противника. — Можешь оставить врагов на меня! — Ох-хо, они все идут и идут! — Токимуне как всегда продемонстрировал ослепительную улыбку. Только вот вымученную: он выглядел куда более уставшим, чем Кайо. — Но это так весело! — Не перенапрягайся! — Тада будто переменился. Чем чаще его молот крушил врагов, тем точнее были движения жреца. — Я! Я всех убью! Ха-ха-ха-ха! Давайте! На меня! Все на меня! Я покажу вам настоящую резню! Харухиро молчал уже долгое время. Нет, он и не думал что-то говорить. Ему казалось, что он будто кусок свинца проглотил — такая боль и невыносимая тяжесть чувствовалась в желудке. Тело тоже отчего-то потяжелело. Почему? Почему группа господина Акиры согласилась с ним? Для этого не было ни одной причины! Лучше бы ветераны отвергли его предложение. Если бы Гоххо отказал, Харухиро тут же бы извинился в духе: «Прошу прощения за свою дерзость», — и забрал бы свои слова назад. «Все лучше, чем сейчас… Наверное? Или же нет? Не знаю, но все равно чувствую себя ужасно. Зачем я здесь? Чувствую себя лишним. Но именно я ответственен за это. А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! Черт, хочу наткнуться на кого-нибудь!» — подумал Харухиро. Если б только найти врага и погибнуть от его руки… Тогда б вор точно испытал облегчение. Конечно, он не собирался лезть на рожон, скорее, мечтал быть чуть менее ранимым. И все же раз за разом он задавал один и тот же вопрос: зачем я здесь? «Если кто-нибудь погибнет, мне точно придется совершить сэппуку. Нет, как только кого-нибудь ранят, я машинально вспорю себе живот», — безрадостно размышлял Харухиро. — Что с тобой, паренек? — внезапно Гоххо взял вора за шкирку. — С некоторых пор ты как на иголках. Плохо себя чувствуешь? «Нет…» — хотелось ответить Харухиро, впрочем, он так и не понял, сказал ли что-нибудь жрецу или нет. — Вот ведь, а! — Ранта стукнул по шлему от злости. — Эй, Парупиро, не сдувайся! Так и меня заразишь! — У-уж извини, что сдулся!.. — Тебе и правда лучше искренне сожалеть, понял?! Мы ведь настоящие солдаты «Воинов Зари», так ведь?! Хв-в-в-в-ватит тупить рядом с ними, идиот! — Ты и сам не очень-то уверен в себе… — В отличие от твоей притворной учтивости, Великий Я — сама скромность! — Солдаты, да… — отрешенно пробормотала Юмэ. — В-верно же?! — Ранта по очереди глянул на Михо и Шиму. — Да? Те лишь захихикали, оставив его без ответа. Скорее всего, не со зла. И пусть две красавицы смеялись над ним, темный рыцарь не разозлился, а лишь глупо рассмеялся. — Э-хе-хе-хе-хе… Он точно идиот, к тому же премерзкий. «Солдаты «Воинов Зари», да?» — прикинул Харухиро. — «Да, так и есть, но… Мы ведь не годимся для этого. Сейчас мы слишком неопытны и слабы, чтобы называть господина Акиру и Сому товарищами, да и звучит как-то уж высокомерно. Наверное, даже спустя много лет не получим права стоять с ними плечо к плечу. Не исключено, что этот комплекс неполноценности никогда не исчезнет, да?» — обреченно подумал он. Как ни заставляй, как ни обманывай себя, а считаться частью «Воинов Зари» не получится, так ведь? Куда бы Харухиро ни пошел, где бы ни оказался, он все равно оставался собой. Раз так, то делать нечего: придется пройти через все это таким, какой он есть. Иначе не выйдет, так? Живот все еще болел. Странная тяжесть не растягивала нутро, а сжимала в комок. Харухиро чувствовал, что его вот-вот вырвет. Сома и господин Акира сражались жестоко, ярко, дико. Зрелище было настолько невероятным, что походило на настоящее искусство. Харухиро с болью глядел на них. Он не желал наблюдать за ними, но ничего другого просто не оставалось. Все это время ему хотелось в слезах прокричать: «Пожалуйста, дайте мне отдохнуть!» Отдохнуть? От чего? Вор не знал. «Нет, я знаю. Другими словами, я хочу сбежать. Хочу сбежать от этой ситуации. Не хочу больше оставаться здесь. Ни секунды». Все это время Харухиро ни разу не подвергали опасности. Он ничем не рисковал. Сома и господин Акира взяли оборону на себя. Именно это и ранило вора. — Смотреть на их спины раздражает, да? — Гоххо хрипло рассмеялся. — Я лишь хрупкий маг. Даже когда стал жрецом, ничего не поменялось. Харухиро ошеломили его слова. Если подумать, пожалуй, Мэри и Шихору всегда чувствуют нечто подобное. Конечно, они не получают столько стресса, сколько их товарищи, рискуя жизнью на передовой, но… Пока Харухиро не оказался на месте жрицы и мага, он даже не задумывался об этом. Пожалуй, дело в этом. «Это лишь доказывает, что любой опыт полезен. Он расширяет кругозор. Это плюс. Точно. Мне нужно думать позитивно. Угу. Неплохо быть позитивным, но если б я мог…» — А я не могу… — пробормотал Харухиро. Оставалось лишь терпеть и ждать. Шло время. Наемники шаг за шагом приближались к холму-отправной точке. Только одно давало им уверенность в себе, давало надежду — скоро все муки кончатся. Харухиро искренне надеялся на это. Пусть сначала это все кончится, а остальное — потом. Сожаления, самоанализ, извинения — всем этим можно заняться потом. Но нельзя забывать главное: этот холм заблокирован, причем препятствие — гигантское существо. Больше всего, что существует на свете. Харухиро старался не думать об этом. Посмотрев на холм-отправную точку спустя столько времени, вор поднял взгляд к небу. Нет, он задрал голову не для того, чтобы полюбоваться облаками. — Бог-Колосс! Громадина ростом в три сотни метров будто бы пронзала небеса, нависая над всем миром. «Далеко ли до холма? Километр? Около того? Ближе, чем кажется», — подумал вор. Не успел он толком переварить эту мысль, как толпа наемников вынесла его к подножию. Бог-Колосс нависал над ними. Нет, он не просто стоял на месте, а… будто собрался шагнуть. Шагнуть или топнуть? Каждое движение Бога-Колосса провоцировало небольшое землетрясение. Пожалуй, он смотрел на людей как на муравьев. Нет, наверняка люди действительно казались ему муравьями. Когда громадина опустила ногу, грозясь раздавить толпу бегущих наемников, те бросились врассыпную точно жуки. Кое-как избежав смерти, толпы людей помчались к проходу на вершине холма. Вероятно, кто-то даже успел выбраться из Сумеречного мира. Правда, для успешного побега нужно либо обойти Бога-Колосса, либо проскочить между его стоп. Иначе не прорваться. Только вот группам Сомы и господина Акиры, «Токкиз» и Харухиро (они фактически бежали в хвосте разрозненных отрядов наемников) пришлось не просто проскочить мимо Бога-Колосса, но и отбить атаки врагов, чтобы оторваться от преследователей. Есть ли какая-нибудь надежда на успех? Или нет? Кажется, что нет. — Господин Акира! — крикнул Сома, разрубая нескольких противников одним взмахом катаны. — Когда я подам сигнал, пожалуйста, бегите! — Хорошо! Спасибо за доброту! — Токимуне, Харухиро! Вы тоже! — Понял! — откликнулся Токимуне. Тада цокнул языком и опустил боевой молот на голову культиста. — Хотите получить все, от главного блюда до десерта?! Какие вы жадные! — Может, уже хватит?! Факин Тада! Госпожа Анна хэви устала от этого! — Раз госпожа Анна сказала, ничего не поделаешь! В этот раз я отступлю! Харухиро не мог даже ответить «Да», «Нет», «Конечно». Разумеется, ему давно хотелось сбежать, но правильно ли так поступать? «Помогай до самого конца», — вот что сказал ему Гоххо. Харухиро искренне считал, что остаться — его долг. Погодите, разве не следует послушаться Сому? Что же сделать в первую очередь? Харухиро колебался, а время поджимало. Точнее, у него больше не осталось времени на раздумья. — Сейчас! Вперед! — крикнул Сома. Лидер «Воинов Зари» встал в стойку, заведя катану за плечо. Его тело излучало необычайную силу. Даже странное оранжевое сияние его доспехов отчего-то стало ярче. — Ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! В один миг неведомая сила просто разорвала несколько десятков культистов, а вместе с ними срезала щупальца Гидр и раздробила нескольких гигантов на куски. Каменные обломки, части тел, внутренности и телесные жидкости — все смешалось в одну массу и разлетелось по сторонам. И все это сделал Сома. Только он, сомнений нет. Получается, Сома «зарядил» катану и взмахнул ей? Похоже на то. И этого хватило? Невозможно! Просто невероятно! Но реальность такова: Сома одним взмахом убил толпу врагов. В худшем случае, они лишились жизни, в лучшем — больше не способны сражаться. В толпе преследователей Сомы образовалась огромная брешь. Не теряя ни секунды, Лилия и Кемури бросились туда, расширяя границы бреши. К ним на помощь поспешила Шима. Даже Шима! Она сжимала в руках нечто, напоминающее металлический кнут. Серьезно? Эта сексапильная красотка будет сражаться в таком виде? Не слишком ли очаровательно? За ней шел еще один наемник. Нет, существо с невероятно длинными руками, чье тело заковано в странный доспех, а лицо скрыто маской. Он быстро обогнал Шиму и влетел в толпу врагов. Это был механический Зенмаи. Он не носил никакого оружия, разве что использовал бронированные конечности, дробя ими, точно молотом, и разрубая врагов, точно мечом. — У-ху-ху… В чем дело, отбросы? Разве не хотите сбежать? — внезапно Харухиро услышал чей-то зловещий голос. Вор обернулся и увидел мальчика. На первый взгляд он ничем не отличался от обычного ребенка, только глаза его напоминали цветом болотную трясину. Некромант Пинго. Его маленькое тело словно источало миазмы. — Ты мешаешься… Исчезни! — приказал Пинго. — Д-да! П-п-п-прошу прощения! «Точно. Именно так. Раз Сома сказал бежать, нужно бежать. Мы обязаны спастись. Только вот опоздали. Сильно отстали от остальных. Просто Сома такой крутой… Нет, всего лишь отговорка!» — одернул себя Харухиро. — Ребята, в-в-в-в-в-вперед! «Черт. Я так паникую, что ничего не вижу. Лица ребят размыты. Не понимаю, что они кричат. Нужно бежать. Остальные тоже бегут? Да, кажется, вижу. Ранта, Юмэ, Шихору Мэри и Кузаку. Что насчет «Токкиз»? Группы господина Акиры? А, впереди их спины. Судя по всему, они оторвались, да? Все-таки мы очень задержались. Что я вообще делаю? Погодите, это Миморин обернулась и что-то крикнула? Бог-Колосс. Очень близко. Нужно глядеть вверх. Он поднимает правую ногу. Хочет раздавить? Нужно уклониться! Бежать! Что есть силы! Как можно быстрее! Не важно, куда! Не хочу быть раздавленным», — такие мысли пронеслись в голове вора, пока он бежал. Послышался жуткий грохот, земля задрожала, Харухиро споткнулся и чуть было не упал… Нет, еще жив, не раздавили. Если бы раздавили, он бы точно не успел споткнуться. Оказавшись у стоп Бога-Колосса, Харухиро теперь понимал, почему наемники разбегались в разные стороны, а не направлялись единым строем к проходу на вершине холма. Конечно, все знали, куда бежать, просто не могли туда добраться. Все из-за Бога-Колосса. Один только вид этой громадины ужасает. «Нужно как-то сбежать от него!» — лишь эта мысль засела у всех в голове. В такой ситуации тело движется инстинктивно, хотят люди того или нет. Вдобавок ко всему, когда Бог-Колосс топал, он поднимал небольшую пылевую бурю. На головы наемников обрушился дождь из пыли и песка. При таком раскладе видимость почти нулевая. Дальше нескольких метров ничего не разобрать. Куда им идти? Где же холм? Вскоре Харухиро потерял из виду группу господина Акиры и «Токкиз». Ориентиров не осталось. Но стоять на месте нельзя! Иначе раздавят. Причем превратят в лепешку еще раньше, чем он успеет подумать «Я умру». — Кто?! — завопил кто-то. «Действительно. Кто...» — не мог не подумать Харухиро. Его чуть было не вырвало кровью. — «Кто вообще посчитал хорошей идеей прикончить Бога-Колосса? Кое-кто. Токимуне. Даже если кому скажу, уже не поможет. Ничего не изменит. Совсем». — Все здесь? — позвал ребят Харухиро и тут же ощутил на языке песок и землю. — Да! — послышался голос Ранты. — Здесь! — подтвердила Юмэ. — Тут! — крикнул Кузаку. — Я в порядке! — ответила Мэри. Однако Харухиро не услышал Шихору. «Нет, серьезно, хватит уже!» — Шихору-у?! Шихору-у-у?! — Да!.. «Слава богам! Она здесь! Я так рад! Глаза болят. Земля на вкус ужасна. Трудно дышать. Нужно бежать дальше!» — подгонял себя Харухиро. Других вариантов нет, только уносить ноги. Двигаться приходилось вслепую. В этой пылевой бури уж было не разобрать, где Бог-Колосс. По крайней мере, так казалось лидеру. На склоне мелькнули белые каменные столбы, значит, они все-таки добрались до холма? Если так, то им повезло. Не то чтобы они изначально выбрали правильное направление. Это случайность. Удача повернулась к ним лицом, а раз так, наверняка они смогут сбежать из Сумеречного Мира. — Нора! — крикнула Юмэ. И правда, когда ливень из земли и песка стал пореже, впереди показался вход, а также силуэты наемников, спешащих туда. Нора. Вот он! Выход! Внезапно Харухиро охватила необычайная храбрость. «Мы спасены! Мы сможем! Мы не умрем! Мы выживем!», — обрадовался он. Харухиро бросился вперед. Он бежал со всех ног. Так быстро, насколько вообще мог. А можно ли бежать быстрее? Тогда ему казалось, что можно. Это все адреналин в крови? Люди действительно удивительны. — У-о-о, черт… — выругался кто-то. Чья-то рука схватила Харухиро за плащ и потянула на себя, не позволяя вору развить предельную скорость. Ранта! Это был Ранта. Лидер споткнулся и упал по вине темного рыцаря. Нет, не по вине. Благодаря Ранте. Благодаря Ранте Харухиро не расстался с жизнью. Если бы Харухиро добрался до цели, произошло бы нечто ужасное. Он просто этого не заметил. Эмоции и мысли о скором спасении так переполняли его, что он потерял бдительность. Даже краем глаза вор перестал следить за Богом-Колоссом. То ли правая, то ли левая нога гиганта накрыла холм, обрушив вход в Нору. — Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет! — заголосила Шихору. — Исчезла… — сказав только это, Мэри лишилась дара речи. — Уо-о… — Кузаку от шока то ли сел, то ли рухнул на ягодицы. — Кажется, теперь нам не вернуться… — с изумлением заметила Юмэ. В яблочко! «Потому что она охотник? Нет-нет-нет-нет!» — оборвал свои мысли Харухиро. — Б-б-бежим! — Ранта уж было сорвался с места, но почти сразу замер. — Н-но, куда… — Куда-нибудь! — резко ответил Харухиро. «Куда-нибудь? Но куда? Не знаю. Все уже бесполезно. И все же я должен идти до конца, правда, скорее всего, ничем хорошим это не закончится. Но я должен что-то сделать! Или все, поздно? Можно только рыдать от отчаянья». Ливень из грязи и песка усилился. Видимость стала почти нулевой. Что ни говори, а спускаться с холма придется. Когда Харухиро и его ребята поспешили вниз, то обнаружили, что опоры под ногами почти нет. С каждым шагом путь давался все хуже и хуже. Ноги вязли в грязи. Сам лидер то и дело запинался и падал. Он слишком устал, чтобы бежать куда-то. Если Харухиро замечал кого-нибудь поблизости, то хватал и тащил за собой. То же самое делали и другие: его товарищи толкали и тащили его за собой, помогая выбраться из земляной ловушки. Когда Бог-Колосс топал и поднималось облако пыли, товарищи Харухиро перекликались, чтобы проверить, все ли здесь. Харухиро решил, что их новая цель — выбраться из этого оползня. Что будет дальше, даже представить трудно, а лучше вообще не думать об этом. Бог-Колосс и не думал сходить с места. И все же, рискуя жизнью и здоровьем, Харухиро и остальные благополучно спустились с холма. Но тут же возникла новая задача. Враги. Когда они наткнулись на культистов, перед ними возник выбор: сражаться или бежать? Если бы против них вышло несколько белых балахонов, Харухиро и остальные навалились бы на них разом и вырезали за считанные минуты. Однако перед ними были толпы культистов и несколько белых гигантов: похоже, твари Сумеречного мира стекались к подножию холма-отправной точки, поближе к Богу-Колоссу. В отличие от них Харухиро и его товарищи пытались как можно скорее покинуть холм и убраться куда подальше. Это означало неизбежное столкновение с врагом. И если бы люди хоть на секунду задержались, чтобы отбить атаку культистов, к противнику подошло бы подкрепление. Белые балахоны задавили бы людей числом. Харухиро решился бежать. Он бросился в ту сторону, где не видел врагов. Спустя какое-то время Харухиро пожалел о допущенной ошибке: очень скоро за ними увязалось несколько культистов. Причем хвост рос. В итоге за ними гналось чуть больше десятка белых балахонов. В такой ситуации холодный расчет говорит лишь об одном: поражение и полное истребление неизбежны. «Это моя вина!» — в ужасе подумал Харухиро. Из-за его ошибки все погибнут. Прямо здесь. А вообще, где они сейчас? Вор видел, как на холме свирепствует Бог-Колосс, так что примерно представлял, где они находятся. Но только примерно. Ведь в Сумеречном мире не так уж много построек, а ландшафт настолько блеклый и непримечательный, что отличить одно место от другого крайне трудно. Пусть так, но это не значит, что совсем невозможно. Шихору запыхалась и вымоталась первой. Как ни странно, Ранта бросился ее прикрывать. Все-таки в нем есть что-то хорошее, да? За Харухиро бежали Юмэ, Кузаку и Мэри. Не то чтобы они намеренно выбрали такой порядок, как-то само вышло. Культисты не слишком-то спешили их нагнать. Казалось, они еще сомневаются, стоит ли преследовать группу Харухиро. Если бы ребята не вымотались, пожалуй, им бы удалось оторваться от них. И все же нерешительность врага сыграла им на руку: только поэтому они были еще живы. По крайней мере, пока что. Хотя это всего лишь вопрос времени. Та же Шихору могла в любой момент окончательно выбиться из сил, достигнув своего предела. Если бы хоть кто-то из группы остановился, пришлось бы сражаться. А если так, то вероятность проиграть примерно восемьдесят процентов, если не все девяносто. На самом деле в голове Харухиро уже зародился план. Лидер еще не знал, насколько он осуществим. Изначально вероятность успеха была уж очень низка. Обернувшись, вор засек подкрепление. Хвост только рос. Теперь их преследовало примерно пятнадцать балахонов. Или шестнадцать? «Эх, вот был бы у Кузаку щит… Нет, это никак не поможет». На бегу Харухиро размышлял, стоит ли окликнуть товарищей и сказать что-нибудь ободряющее? Только вот что? Сохраняйте спокойствие? Смогут ли Харухиро, Кузаку и Ранта хотя бы ненадолго задержать врага? Тогда Юмэ, Шихору и Мэри попробуют сбежать… Но куда? А нужно ли испытывать судьбу и лезть в бесполезную драку, когда он, Харухиро, все еще мог ясно мыслить? Шестнадцать против шестерых. В рядах врагов были не только обычные культисты, но и парочка бойцов, если не все трое. При таком раскладе людям не победить, да? Нет шансов, верно? Вероятность положительного исхода не больше процента, да? Поставить все на один процент? Или они вот так здесь и умрут? Лучше бы их раздавил Бог-Колосс. — Эй! — послышался женский голос. Он не принадлежал ни Юмэ, ни Мэри и ни Шихору. Тогда кто это сказал? Харухиро осмотрелся. Впереди слева начиналась низина. Из нее выпрыгнули двое. Девушка и парень. Девушка оказалась чуть выше спутника. Оба одним лишь видом нагоняли жуть. В особенности девушка. Пугающая особа! Не сказать, будто она носила открытую одежду, но некоторые части тела девица бесстыдно оголила. Глядя на нее, всякий невольно подумает: «Стоп, ты сама демонстрируешь это?» Получается, она оделась так намеренно? Впрочем, ей было что показать. Пышные ягодицы, бедра и грудь… Но в то же время фигурка точеная, идеальные «песочные часы». Руки тонкие, ноги — длинные. Волосы волнистые. Ярко-красные губы, большие глаза, но взор суров. Невероятно яркая внешность! На ум приходило лишь одно прозвище — «Госпожа». — Если спасем, вы поможете нам! Стоило Госпоже заявить это, как мимо Харухиро тут же пронесся ее спутник. У него были седые волосы, а половину лица скрывала черная маска. Он носил черную броню из странного материала… или же слишком облегающую одежду. Передвигался этот тип на четвереньках, словно собака. На шее парня болталось нечто, напоминающее… ошейник? Тогда он и вправду похож на собаку. Эти двое… на самом деле, Харухиро знал их. Приметив эту парочку раз, такое вряд ли забудешь. В профессиональных кругах они, можно сказать, знаменитости. Лала и Ноно. Госпожа — это Лала, а седой парень в маске — Ноно. Что они здесь забыли? Неизвестно. Ноно, проскочив мимо Ранты, напал на культистов. Он не только бежал на четвереньках, точно пес, но и дрался подобно животному. Проскользнув под надвигающимися копьями, Ноно вцепился зубами в горло одного из культистов... По крайней мере, так выглядело со стороны. Да и как бы он укусил? Рот ведь прикрыт маской. А еще он человек, челюсть у него не собачья. Наверняка он сделал что-то другое. На самом деле, перед прыжком Ноно вытащил из ножен с бедра небольшой нож и вонзил в глаз культиста. Как говорится, ничего не предприняв, ничего не получишь. Ноно показал это на практике. Очевидно, что прыгать прямо в толпу врагов весьма опасно, но и противнику трудно справиться с хаотичными атаками. Копья очень длинные, среагировать быстро не выйдет. Когда Ноно подбежал практически вплотную, культисты не смогли нормально контратаковать. Наверное, этот парень обладает не собачьим проворством, а скорее кошачьим. Как только Ноно подобрался к врагу на расстояние атаки, сжимая нож в правой руке, он нанес смертельный удар. Второму культисту достался удар левой, а затем Ноно, просунув руку под мышку, обхватил шею врага и закончил нельсон, свернув тому голову. Затем Ноно использовал его тело как щит, отбив атаку бойца — Долфин поразил лишь труп. Сбросив мертвого культиста на бойца, Ноно в мгновение ока покончил с еще одним копейщиком. — Не стойте столбом! — крикнула Лала. Пока все наблюдали за Ноно, Лала присоединилась к драке. В отличие от Ноно, Госпожа не рвалась в ближний бой. Она использовала лук. Очень компактный лук. И очень короткие стрелы. Стреляла Лала с невероятной скоростью. Вложила — выпустила. Вложила — выпустила. Юмэ тоже владеет навыком непрерывной стрельбы, но навык Лалы кардинально отличался. Она стреляла быстрее. Гораздо быстрее. Причем с близкого расстояния, почти не целясь. — О?! О-о?! О-о-о-о?! — Ранта занес Долфин над головой и ринулся на врага. — А? — Кузаку глянул в сторону Харухиро. — С-сделаем это! Вперед! — кивнув, Харухиро последовал за Рантой. Бой вышел хаотичным, но нельзя было терять шанса навязать его врагу. Белые балахоны запаниковали. Если не напасть сейчас, то когда? «Давить! Нужно лишь давить и давить их! Конечно, мы устали, но выжмем последние силы и будет давить на врага!» — решил Харухиро. Наверное, за все это время Ноно убил четверых, если не пятерых. Лала застрелила примерно столько же. Остальные пали под напором группы Харухиро. Прикончив последнего культиста, Ноно начал собирать стрелы Лалы. Та же, забрав стрелы, скомандовала всем: «Бежим!». Тогда Харухиро и остальным казалось, что иного выхода, кроме как подчиниться ей, нет. Если бы они отказались, скорее всего, их ждала бы ужасная участь. Иными словами, парочкой синяков они бы не отделались. — П-почему?! — следуя за Лалой и Ноно, спросил Харухиро. — Что «почему»? — обернувшись, уточнила Лала. — Нет, просто господин Акира сказал, что вы сбежали… — Ужасная же у нас репутация! Когда потеряли драгунов, нам пришлось залечь на дно, — ответила проводница. Лала и Ноно прибыли из Гримгара в Сумеречный Мир на драгунах. Но теперь передвигались на своих двоих. Значит, их драгунов ранили, и проводникам пришлось либо бросить, либо убить животных. — Эм-м, ну… А куда мы… — У меня появилась идея. Если не будете поспевать, мы бросим вас. Ноно, подвези девочку-мага! Ноно молча кивнул и тут же помчался к Шихору. Он посадил ее на спину и в мгновение ока догнал Лалу. Что до нее, то пусть проводница и говорит суровым тоном, но человек она хороший, как и ее подчиненный. Но так ли это? Не исключено, что, когда придет время, эти двое пожертвуют группой Харухиро. Но все-таки вор нашел в себе силы не осуждать их и не жаловаться, ведь пока что проводники выбрали спасти его ребят.

В версии с изображениями тут находится картинка.

«Верно. Мы спасены. По крайней мере, пока. Хотя понятия не имею, о чем говорила Лала. Если у нее и правда появилась идея, у нас еще есть надежда», — прикинул он. Харухиро оглядел товарищей. Потные, грязные, лица в пыли и соплях. Его друзья до жути вымотались, да и потрепали их прилично. Зато живы. С трудом верится, но никто из них не получил серьезной раны. Лидер испытал такое облегчение, что последние силы покинули его. «Не хорошо. Нельзя терять бдительности. Еще рано. Это только начало. Мы должны жить. Должны выжить. Все вместе. Что я могу сделать для этого? Что мне делать? Последовать за Лалой и Ноно. Я не могу придумать никакого другого плана, поэтому иных вариантов нет. Нужно держать ухо востро. Не совершать необдуманных поступков. По возможности экономить силы. Сейчас мы вроде как бежим… нет, скорее, это ускоренный шаг. Ноно везет на себе Шихору, поэтому мы точно поспеваем за ними», — размышлял вор. Лала остановилась, присела и жестами приказала пригнуться. Ноно тут же подчинился, Харухиро и остальные последовали его примеру. Лала, пожалуй, от природы наделена зоркостью, если не первоклассным чутьем на опасность. Хоть враги были на приличном расстоянии, однако Госпожа первой заметила их и постаралась избежать столкновения. Чтобы враг прошел мимо и не засек их, наемники спрятались за насыпью, а когда опасность миновала, двинулись по низине дальше. Как только Шихору отдохнула и смогла передвигаться самостоятельно, группа Харухиро и проводники стали устраивать противнику засады. Но только в том случае, если превосходили культистов числом. Никто не болтал попусту. Только когда ребята, пробираясь через низину, наткнулись на культистов и белого гиганта, Ранта впервые за все время открыл рот и вскрикнул: «Уо!» Лала собралась бежать без боя. Верное решение: пусть здесь и было меньше десятка культистов, но даже белый четырехметровый гигант представлял серьезную угрозу. Лала и Ноно постепенно ускорили шаг. Они что, задумали использовать группу Харухиро в качестве приманки, чтобы самим унести ноги? Лидер-вор даже не мог злиться на них, ведь пока что его группа была некой страховкой для этой парочкой. Харухиро знал это с самого начала. Впрочем, его разум занимали совершенно иные мысли. — Госпожа Лала! У меня появилась идея! Лала обернулась и некоторое время изучала его. Но так ничего и не ответила. «Хотят идти — пусть идут. Я не против», — решил Харухиро, чувствуя, что благодарен этим двоим, поскольку Лала и Ноно дали его группе короткую передышку. Хоть проводники и бросили их, теперь он и ребята сумеют как-нибудь выкарабкаться. По крайней мере, будут драться до самого конца, это точно. Харухиро достаточно отдохнул, чтобы рассуждать в таком ключе. — Пожалуйста, сюда! Ребята, за мной! Постараемся изо всех сил! Когда Харухиро повел группу в другую сторону, Лала обернулась. Возможно, засомневалась в своем решении или еще что. «Пусть делают что хотят», — решил вор. Он осматривался, выискивая знакомые места. Если Харухиро ничего не путает, они почти добрались. — Черт бы побрал этих двоих! — выплюнул Ранта. Лала и Ноно где-то скрылись. Сбежали? Серьезно? Не сказать, будто Харухиро испытал сильное разочарование. — Не беспокойся о них! Все будет в порядке! Доверьтесь мне! — Не похоже на тебя, Парупиро! Обычно ты так не говоришь! «Заткнись. И сам знаю! Бесишь только! Хотя это ведь Ранта. Он всегда такой. Не стоит волноваться, все как обычно. Прямо сейчас нужно выложиться на полную. Мы выживем. Здесь и сейчас. Нужно обходить неровности и кочки, не менять направления. Они пойдут за мной. Похоже, Шихору очень уж тяжко. Потерпи. Правда, потерпи еще чуть-чуть. Осталось совсем немного. Нам повезло. Она не так далеко». — Поняла! — вдруг из-за насыпи слева показались Лала и Ноно. — Вот оно что! Если это сработает, я похвалю вас! Значит, они все-таки не удрали? Глядя на Лалу, Харухиро усмехнулся. Ребята бросились бежать, увлекая за собой культистов и белого гиганта. Земля под ногами оказалась неровной, то и дело попадались кочки и земляные валы. Они серьезно мешали обзору. — Ува-а! — воскликнула Юмэ. Кажется, она тоже поняла план Харухиро. Постепенно земля под ногами выровнялась, и перед ребятами раскинулась равнина. Харухиро, расставив руки в стороны, бросился влево. — Разделимся! Не наступайте на нее! Ведь впереди уже лежала сетка, прикрытая травой. Однако ловушка была заметна только вблизи. Конечно, маскировка далека от совершенства, но если не знать о ней, со стороны яму почти не видно. Вскоре Харухиро услышал глухой звук. Кто-то из преследователей упал. Обернувшись, вор заметил, как один из культистов угодил в западню. Сетка местами прорвалась, обнажая дыру. Над ней в воздухе заплясали травинки. Харухиро, Кузаку, Мэри обходили ловушку слева, Ранта, Юмэ, Шихору — справа. Погнавшись за ними, еще один культист свалился в яму. Остальные в ступоре топтались на месте. Белый гигант попытался затормозить, но так разогнался, что не успел и тоже угодил в западню, свалившись вниз головой. Хорошо, что Харухиро и остальные установили ловушку. Конечно, для Бога-Колосса и Гидры она оказалась бесполезной, но в итоге, пусть и случайно, пригодилась для культистов. Конечно, наемникам всего лишь повезло. Не более. Главное отличие между жизнью и смертью заключается в удаче. Пока Харухиро и остальным сопутствует удача, они все еще на стороне живых. Вот что важно. Культисты, сумевшие не попасться в ловушку, остановились. Видимо, размышляли, стоит ли преследовать людей. Воспользовавшись их замешательством, группа Харухиро поспешила убраться куда подальше. Когда культисты пропали из виду, Лала и Ноно снова объявились. Невероятные люди! Лала заявила сходу, что у нее есть одна идея. И что она хочет использовать для ее воплощения Харухиро и его товарищей. Что ж, раз так, вор решил дать ей такую возможность. — Разве вы не должны меня похвалить? — напомнил вор. — Не дождешься! — отрезала Лала. «Вот как? Манеры и впрямь как у госпожи. Лала... Серьезно, что она за человек?» — подумал Харухиро. Как ни крути, а другая ловушка слишком далеко, да и один и тот же трюк не сработает дважды. У Харухиро снова скрутило живот. Правда, со временем враги стали попадаться реже, впрочем, все равно нельзя было терять бдительность. Пока лидер думал, Ранта как всегда нес какую-то чушь, отчего у Харухиро о накапливался стресс. Во время передышки Лала ставила Ноно на четвереньки и усаживалась ему на спину. Все бы ничего, но эта девица постоянно перекидывала ногу на ногу и пережимала грудь таким образом, чтобы она казалась еще соблазнительнее. Спокойно смотреть на нее — никаких сил не хватит! Не то чтобы вору очень хотелось на нее пялится, просто он ничего не мог с этим поделать. И все же, какие, черт возьми, у Лалы и Ноно отношения? Харухиро так и не хватило смелости спросить об этом, да и его занимали дела поважней. Куда они направляются? — вор попытался узнать об этом у Лалы, но та ничего не ответила. Придется без лишних вопросов последовать за ней. Приготовившись к худшему, Харухиро и его группа двинулись в путь. Лала и Ноно больше не переходили на бег, а просто шли впереди. Таким образом они некоторое время шагали неизвестно куда. Просто шли и шли. Ребята Харухиро так и не разжились часами, а вот у Лалы они были. Она доставала хронометр из кармана всякий раз, когда они останавливались передохнуть. Когда Харухиро спросил у нее, который час, проводница лишь ответила: «Даже если узнаешь, что тогда?» В итоге их марш-бросок занял целый день. По крайней мере, так казалось Харухиро. Они вышли к ущелью, похожему на то, что было у Поселения наемников. Единственное различие — на дне не было никакого источника да и растений тоже. Небольшое каменное ущелье. — По Сумеречному миру мы побродили прилично, — Лала ритмично складывала слова, выводя каждое певучим голосом. Она сказала это, когда группа начала спускаться по склону. — Много чего нашли. Большую часть информации выставили на продажу, однако об этом месте никому не сказали. Невероятные открытия держим в секрете. Никто не в курсе. Разве это не очаровательно? Под конец фразы каждый волос на теле Харухиро встал дыбом. Неужели Лала и Ноно были добры только до поры до времени, и вот обнажили клыки, собираясь убить группу Харухиро? Вот что пришло ему в голову. Или же предчувствие обмануло вора? Только Лала и Ноно совсем не переменились: они с равнодушным видом спускались на дно ущелья. Пусть так, но лучше б Харухиро и остальным быть настороже. Вор замедлил шаг. Почувствовав это, его товарищи тоже сбавили темп. Но в тот самый момент, когда ребята добрались до дна ущелья, все их страхи просто улетучились. Впереди показалась скала, нависшая над землей точно козырек. Под ней виднелся проход. Скорее всего, сверху его никак не заметить, пока не спустишься в ущелье. «Это не просто пещера, а нора какая-то. Что же мне это напоминает?» — размышлял Харухиро. Но тут же понял, что. Холм! Проход на холме-отправной точке. Возможно, дело в царящей здесь атмосфере, а может, эта пещера напоминала Загадочную Нору… Вернее, «когда-то напоминала», ведь прохода в Загадочную Нору больше нет. Но стены точно такие же, как у входа в Сумеречный мир. Лала и Ноно уверенным шагом направились вглубь «норы». Харухиро и Ранта переглянулись. В глазах темного рыцаря читался шок, а вот вор (как он считал) шел с совершенно сонным видом. — Догадываешься, о чем я думаю? — Нет. Понятия не имею, что там у тебя в голове. А если буду знать, мне точно поплохеет. — Это ты о чем вообще?! — Эх, именно о том, что и сказал… — вздохнула Шихору. — Ты думаешь, мы вскоре сможем вернуться назад? — Ху-у, — Юмэ странно вскрикнула и выпучила глаза. — Скарри? Где скарри? — Нет такого слова, дура! Что еще за «скарри»? Что ты вообще несешь?! — «Скарри» — это как бы карри с чем-то! А?.. Напомните, что такое «карри»? — Что-то острое… — Мэри задумчиво наклонила голову. — Так ведь? Вроде бы… это еда? — Угу! — пробормотал Кузаку. — Кажется, оно светло-коричневого цвета… я раньше пробовал его? — Возможно… — кивнул Харухиро. Он сглотнул. Внезапно вор вспомнил шепот Шимы: «Мы ищем способ вернуться в наш родной мир». Родной мир. Харухиро поглядел вглубь «норы», а затем поднял глаза к многоцветному небу… «Мы должны вернуться...». Лидер обернулся к товарищам. У всех грязные лица. И все как один уставились на него. Забавно. — Идем. Никто не возражал. Харухиро, Кузаку, Мэри, Юмэ, Шихору и Ранта гуськом двинулись вглубь «норы». Внутри царила тьма кромешная. Однако где-то вдалеке мелькнул огонек. Пройдя часть пути, ребята наткнулись на Лалу и Ноно: те ждали их. Огоньком-ориентиром оказался зажженный фонарь в руках Ноно. Губы Лалы сложились в слабую улыбку. Она молча двинулась дальше. Местами путь был извилистым, но вскоре дорога повела наемников плавно вниз. Иногда сквозняк касался лиц путешественников. Возможно, это ветер снаружи задувал в пещеру, добираясь до дна ущелья. «Те же самые», — подумал Харухиро. — «Не просто похожие, а те же ощущения». Вскоре дорога стала прямой, как струна. Наемники спустились на дно, ступая по удивительно ровной земле. — Мы нашли гремлинов много лет назад, — до ребят донесся певучий голос Лалы. — Но мы держали это в секрете. Однако раз вы их тоже нашли, ничего не поделаешь. Кстати, впервые мы повстречали гремлинов не там. — А… — Харухиро замер на месте. — Не… «там»? — Да. Слабые создания. Неагрессивные, защититься от хищников не могут, правда, плодятся быстро. Однако у них есть одна необычная черта, которая и наделяет этих существ невероятной живучестью. Такие у нас предположения... Лала и Ноно все шли и шли, не снижая темпа. Харухиро с трудом поспевал за ними. Дорога казалась бесконечной. Но тут впереди появился тусклый свет. Послышался шорох. — Гремлины могут перемещаться между мирами. Или же способны находить стыки миров. Наверное, привыкли сбегать, привыкли находить стыки. Действительно: здесь обитали гремлины. Из бесчисленных гнезд на стенах лился синеватый свет. Сами обитатели укрывались внутри или свисали снаружи и галдели без умолку. Гнездо. Это их логово. Община крылоруких… нет, Община гремлинов! — Вот и все, — Лала обернулась и с гордым видом ударила себя в грудь. — Мы исследовали это место лишь до сюда. — А?.. — Харухиро отступил на полшага, не понимая толком, чем именно гордится Лала. — З-значит, что за мир впереди, вы… — Не знаем! — губы Лалы расплылись в широченной улыбке. — Совершенно ничего не знаем!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие автора

Обычно в послесловиях к «Гримгару пепла и иллюзий» я пишу о видеоиграх, но в этот раз речь пойдет о другом. Как сообщалось ранее, новелла получит аниме-адаптацию. Честно говоря, я не ожидал ничего подобного, и когда К-сан рассказал мне, что такое возможно, я рассмеялся со словами «Да быть не может!». Я был уверен, что проект просто исчезнет. Даже когда я встретился с режиссерами Накамурой Рёске и Хосои Миэко, а также с остальными продюсерами, я все еще слегка сомневался. Когда мне дали почитать сценарий, я пришел в полный восторг. «Разве эта история не замечательна? Кто же написал оригинал? А, я? Вы уверены?» — так я был оторван от реальности. Считал, что происходящее просто невозможно. Работой над аниме напрямую занимались К-сан и Х-сан из редакторского отдела, поэтому меня все это совершенно не касалось. Мне было трудно привыкнуть ко всему этому. Правда, от меня тоже потребовалось немало труда: проверить сценарий, выписать замечания, высказать свое мнение. Все это время я не мог расслабиться, впрочем к работе я подходил с холодной головой. И все равно страшно волновался тогда. Да и сейчас не могу думать об этом спокойно. Этот проект появился лишь благодаря тем читателям, которым понравилась моя новелла. Благодаря тем, кто захотел аниме-адаптацию, чему я, конечно же, рад и говорю вам спасибо. Во время многочисленных встреч и бесед с командой, работавшей над аниме-адаптацией, я видел, с каким энтузиазмом и серьезностью они подходят к делу. Я был очень удивлен и восхищен тем, насколько глубоко и тщательно они все продумывают, а также искренне рад тому, что они создавали что-то, основанное на моей книге. Множество людей работало над аниме, много денег было потрачено на производство. Это совсем иной уровень, нежели написание новелл. Само собой, раз они делали все это не только ради развлечения, то я бы очень хотел, чтобы их ждал успех. Однажды я заметил, что несколько иначе смотрю на аниме-адаптацию «Гримгара пепла и иллюзий», как бы с другой стороны. «Интересно, почему?» — задумался я. И тут же в голову пришел ответ. По природе я из тех людей, кто счастлив лишь тем, что может писать историю, даже если ничего не получается, даже если внутри лишь боль и одиночество. Я думаю, что писательство — действительно мое призвание. Но так ли обязательно ограничиваться новеллой? Мне кажется, нет. Мне нравится представлять то да это, а затем придавать этому какую-то форму. Будь то манга, фильм, рисунки или музыка — думаю, подойдет что угодно. Однако для написания книги достаточно иметь при себе ручку и бумагу (а в наше время достаточно и ПК). Более того, это занятие для одиночек, можно обойтись без чьей-либо помощи. Это очень важно. Я хочу делать все сам, от начала и до конца. Я хочу создавать что-то, что будет исключительно моим. Ну, думаю,где-то есть люди, которые в одиночку создают мангу, но это не так просто, как с новеллами. Что до рисунков, то если бы кто-нибудь дал мне мотивацию, я бы может и начал рисовать. Музыка — я пытался петь, но мне очень не нравится мой голос. С моим голосом песни звучат совсем не так, как я их себе представляю. С этим ничего нельзя поделать. Под влиянием различных факторов, таких как течение времени или судьба, я выбрал написание новелл, ведь я мог начать и закончить рукопись в одиночку. Кстати говоря, даже в писательстве, когда хочешь опубликовать свою работу, привлекаются редактор, дизайнеры, корректоры, иллюстраторы. Однако я считаю, что первый черновик рукописи принадлежит лишь писателю. Именно поэтому я по возможности старался не трогать свой первый черновик. И вносил правки лишь тогда, когда редакторы и корректоры отмечали ошибки или противоречия — это действительно нужно было исправить. Мои истории принадлежат мне одному, вот почему мне нравится быть писателем. И я очень благодарен тем людям, что довели мои истории до публикации. Я очень уважаю талант этих мужчин и женщин. Аниме-адаптация «Гримгара пепла и иллюзий» определенно основана на моей новелле, но, естественно, не является ею. Это то, над чем упорно работали режиссер Накамура и остальные. Так что это совершенно не моя работа. Если аниме получится великолепным, все заслуги будут принадлежать команде, работавшей над ним. Я лишь предоставил оригинальную историю. Аниме полностью принадлежит этим людям. Я лишь мог напрямую или косвенно наблюдать за их невероятными усилиями, за их навыками разработки, за тем редким чувством вкуса, с которым они создавали аниме-адаптацию. У меня очень большие ожидания по поводу аниме-адаптации «Гримгара пепла и иллюзий», и я больше всех на свете жду его. Если бы основой не послужила моя история, у меня не было бы шанса пережить такое предвкушение, это факт. В каком-то смысле я тоже причастен к созданию аниме-адаптации. Если бы я мог что-то сделать, чтобы аниме добилось успеха, я бы с радостью это сделал. Но все же я писатель, а аниме — не моя новелла. Благодаря тому, что я мысленно разграничиваю эти вещи, я вправе возлагать большие надежды на аниме и с нетерпением его ждать. Это мой первый опыт, поэтому все никак не могу успокоиться, и все же я, похоже, стану одним из счастливых зрителей аниме-адаптации «Гримгар пепла и иллюзий». Благодаря моему положению, я смог подсмотреть процесс работы над адаптацией (что, кстати говоря, было довольно веселым занятием. Сценарий, раскадровки, наброски и все остальное просто невероятны!). И поэтому я могу с уверенностью сказать: аниме получится просто потрясающим! Итак, у меня заканчивается бумага. Редактор К-сан, Ширай Эйри-сан, дизайнеры из Komeworks и все остальные, кто принимал участие в создании и распространении этой книги и, наконец, все те, кто сейчас держит ее в руках — я люблю вас и от всей души благодарю. На этом я откладываю ручку. Надеюсь, мы встретимся вновь. Дзюмондзи Ао

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие команды

От переводчика Grisha92

Всем привет. Спасибо, что прочитали 6 том «Гримгара пепла и иллюзий». Что можно сказать? Я искренне надеюсь, что в дальнейшем автор будет нормально делить повествование на главы. Конечно, в предыдущих томах последним главам тоже уделялось много страниц, но никак не треть тома! Помимо объема иногда сам текст доставлял определенные проблемы (вторая половина 2 главы, вторая половина 7 главы, вторая половина 9 главы). Честно говоря, я сильно удивлен, что перевод завершился еще в апреле (я думал, что всю весну буду переводить 8 главу). Было бы неплохо держать подобный темп и дальше, но тут уж как получится. Огромное спасибо всем, кто работал над релизом. Спасибо Rungerd за качественную и оперативную редактуру, DesuMetaru — за вычитку всей этой горы текста, Тутору — за отличную работу с иллюстрациями. Увидимся в следующем томе.

От редактора Rungerd

Ну что, господа, минус шестой том Гримгара! И если хотите знать, это было тяжело. Нет, это было дьявольски тяжело. Начиная от дурных зацензуренных ругательств автора, заканчивая четкими пацанами-лидерами двух кланов. Эти монстры попортили немало крови своей дикой некультурной речью. Но больше всего, конечно же, вынесла мозг божественная восьмая глава. Концентрированное описание, кто что сделал и куда побежал. И тысяча и один повтор глагола «бить». Экстаз. Рекомендую. Как и страстные обнимашки с Голуб и Розенталем. Что мы имеем в сухом остатке? Гидру-алоэ (без шуток, в оригинале «суккуленты», но из всего семейства этих растений конкретно алоэ больше всего похоже на связку змей и комочек тентаклей). Наслаждайтесь. Не удивлюсь, если к двенадцатому тому подъедет дракон-кактус. Ну еще у нас есть копия Канеки, тру-домина, обезумевший Тада, который впадает то в ярость, то в экстаз; куча ржачных ветеранов-наемников (жрец, который вечно не хочет на ручки) и толпы… толпы культистов. Ага, и белая версия титанов прямиком из «Атаки Титанов» Ну еще завелся тут дворф, два эльфа подбежали, имба-самурай, чья катана рубит всякую сволочь налево-направо. Нет, Гримгар все еще хорош. Но следующие тома будут круче. Там даже Ранта на коленочках Юмэ полежит. Хоть что-то перепадет бедняге, жизнь у него тяжелая. Внимание! Никто не любит Ранту, а он ведь Харухиро спас, прям за шкирку вытянул. Не переключайтесь. Хотя есть вероятность, что работа над седьмым томом будет идти неспешно и с остановками, поскольку параллельно мы тут делаем второй том. Глобальная редактура — вещь долгая и неприятная, требует месяца два-три упорства, если не упрямства. Но мы вывезем. Выбора-то нет. Лично у меня перед глазами пример безумного Тады. Да будет сей мужик мне соулмейт. А теперь время благодарностей! Спасибо Grisha92, который как всегда жжет напалмом, но в этот раз он реально развил дикую скорость, переводя по 3-4 часа в день. Мы думали, что закончим к июню, а вот. Спасибо богичному нашему корректору DesuMetaru, который совсем недавно включился в работу, а уже поправил 4 тома (к сожалению, он не смог поработать над последними главами, чтобы подготовить их к моменту выхода, но постфактум добьет мою работу). Тутор как всегда прекрасен, спасибо ему. От всей души благодарим и вас, читатели, за то, что вы проявили достаточно терпения и ждали нашу работу, а также указывали на ошибки и провалы в логике. Мы вас любим! Всем добра!

От корректора DesuMetaru Кузаку мой соулмейт.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Неясные очертания гор

— Нафщубэра, тобро, фрагращура, прапрапрю. — Анабущу, факанакана, бара-арафренё, кракощу. — Катябюрёхо, кяпася, тяпа, рюбарября, хокощю. Из бесчисленных нор в стенах пещеры лился синеватый свет. Сколько же гремлинов живет в этой Общине? Сотни? Тысячи? Или гораздо больше? Эти существа, смахивающие на помесь гоблина и летучей мыши, по своей природе безвредны. Пусть Харухиро и его ребята знали это, но все равно побаивались. Если что-то пойдет не так и эти монстры набросятся на наемников, у людей не будет и шанса выстоять. Пройдя Общину гремлинов, ребята наткнулись на кладку яиц, точнее, попали на территорию Хранилища. Структура этого места была проста: прямой путь без развилок пересекал ряд «комнат», где и располагались кладки. Ребят совершенно не интересовало потомство гремлинов, а потому они просто прошли мимо, не потревожив обитателей Хранилища. «Просто пойдем дальше, да?..» Харухиро периодически оглядывался, выискивая во мраке силуэты Ранты, Кузаку, Юмэ, Шихору и Мэри, попутно задаваясь вопросами: «А нам и правда нужно идти дальше? Не лучше ли повернуть назад?» Только ответов на них не было. Он попросту не знал их. Группу Харухиро вели Госпожа и ее слуга — оба шагали осторожно, но уверенно. Фонарь нес Ноно, а потому свет больше падал на фигуру бесстрашной Лалы, нежели на дорогу. В целом, Госпожа и не думала подчеркивать нарядом округлые формы, выставляя красоту тела напоказ. Просто она как бы случайно обнажила именно то, что лучше не демонстрировать публике. Не то чтобы Харухиро хотел глазеть на нее. Только… он ничего не мог с собой поделать «Она это намеренно, да? Хочет купаться во всеобщем внимании?» — подумал вор. Седовласый Ноно, скрывший рот маской, оказался на удивление молчаливым парнем. Харухиро так и не услышал его голоса. Когда группа наемников останавливалась передохнуть, Ноно неизменно служил стулом для Лалы. Если говорить точнее… Отношения этой парочки казались уж очень странными. Конечно, эти двое талантливы. Невероятно одарены. На них можно положиться. Только вот стоит ли? Сложно сказать. Харухиро считал, что если доверить судьбу его группы проводникам, ребята точно попадут в беду. Тем временем они вышли из Хранилища. Некоторое время дорога вела лишь вперед, но чуть погодя вильнула вправо, а затем еще раз — поворот был резким, чуть ли не под острым углом. В конце пути ребят ждал Т-образный перекресток. Харухиро посетило дежавю: словно в Хранилище Загадочной Норы очутился! Если так, то пути развилки в конечном счете пересекутся, а на другом конце их может ждать Загадочная Нора. «Неужели мы сможем вернуться?» — осенило Харухиро. Естественно, вряд ли так получится. Лала и Ноно решили пойти направо. Путь снова оказался извилистым, а потом и правда разделился надвое. Группа повернула направо и долго шла вперед. Проход был узким, с низким потолком. Дорога петляла все чаще и чаще. И хоть это место напоминало вход в пещеры Загадочной Норы, однако на деле же таковым не являлось. Куда же ведет путь? Сможет ли группа Харухиро вернуться в Гримгар? — Мы рядом с выходом, — прошептала Лала. Стоило ей сказать это, как слабое дуновение коснулось лица Харухиро. В отличие от сквозняков, что гуляли по закоулкам пещеры, оно было гораздо холоднее. Ноно накрыл фонарь тряпицей — путешественников окутала тьма. Никакого намека на свет впереди. — Уже ночь? — пробормотал Ранта и сглотнул. Послышался чей-то вздох. Чьи-то шаги. Шуршание одежды. Лязг доспехов. Чье-то дыхание. Ноно двинулся вперед, решив не снимать тряпицу с фонаря. Сквозь прорехи на ткани пробивался слабый свет. Вдруг Лала замерла на месте и жестами указала на что-то Ноно. Харухиро и его товарищи тоже остановились. Судя по всему, Госпожа отправила слугу на разведку. Ноно знал «Тихую поступь» — Харухиро, будучи Вором, без труда распознал ее. Однако уровень навыка у Ноно гораздо выше. Отдав фонарь Лале, слуга без единого звука растворился в темноте. Не прошло и пяти минут, как он вернулся. Ноно наклонился к Госпоже и, кажется, что-то прошептал. Только Харухиро не услышал ни слов, ни самого шепота. Лала кивнула и, поручив Ноно фонарь, отправилась вперед. Харухиро и его товарищам пришлось следовать за ней. С фонаря так и не сняли тряпицу, а тьма вокруг до сих пор не рассеялась, однако наемники знали, что вскоре окажутся у выхода. «Еще чуть-чуть! Почти пришли!», — подумал Харухиро. — Нья?! — странно вскрикнула Юмэ. Снаружи путешественников встретила влажная пелена холода и тьмы. До ушей доносились странные звуки. Нечто похожее на… — У-у-у… У-у-у… У-у-у… Долгий и протяжный… звериный вой? Ему вторил другой тягучий звук: — Ши-и, шу-у. Наверное, его издает какое-нибудь насекомое? Цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу, — стрекотал кто-то. Жуткий звук. Харухиро поежился. — Где мы вообще… — чуть слышно шепнул Кузаку. Послышался всхлип. Должно быть, это Шихору. — Все будет хорошо, — Мэри попыталась ободрить ее. Только вот голос жрицы дрожал. — Ночь… — Харухиро внезапно осенило. — Разве это не он? Ночной мир… Лала и Ноно первыми разыскали дорогу к Сумеречному миру, когда исследовали Общину гремлинов. Затем они нашли еще одно тайное место, где обосновались эти существа, а вслед за ним и путь в иной мир. Тот, который проводники и прозвали Ночным. Тот, где, похоже, вовсе не бывает рассвета, как в Сумеречном мире не бывает ни утра, ни ночи. — Если это так, — Ранта пустился в пляс, — значит, мы сможем вернуться?! — Возможно, — Лала шмыгнула носом. — А может, и нет. На каждом шагу нас подстерегает опасность. Здесь ничего не исследовано. Слишком опасно. Харухиро почесал живот — от таких новостей у него заболел желудок. Причем достаточно сильно. Даже Ранта, который минуту назад горел энтузиазмом, мгновенно притих. Наемники осознали, что на них могут напасть в любую минуту. Какой-нибудь неизвестный монстр выпрыгнет на них из тьмы. — Что ж, нам пора. Лала и Ноно двинулись вперед. Харухиро не сразу понял, что хотела сказать проводница да и что вообще задумала эта парочка. — А?! Что… С-с-стойте! — Что? — Вам пора… А? Что это значит… А? А? И лишь… вдвоем? — В конце концов, мы понятия не имеем, что там будет впереди. — Нет, само собой, мы тоже не знаем, но… Но все же... — Мой опыт говорит, что если оказался в незнакомом месте, лучше странствовать вдвоем. Так было раньше, поступим так и сейчас. — А, но, но ведь... — Не!.. — Ранта упал на колени. — Не оставля-я-я-я-я-яйте меня! Прошу вас, правда-правда, умоляю вас! П-п-п-пожалуйста! Не бросайте меня! Даже Харухиро, имея представление, какой из себя Ранта человек (точнее, отброс), был ошеломлен этой сценой. Иначе и быть не могло. «Да как он не сгорел от стыда? Совсем бесстыжий? И вообще, он сказал «не оставляйте меня»? Серьезно?! Только о себе и думает! Я, конечно, и раньше это знал, но этот тип и правда худший из худших…» — удрученно размышлял лидер. — Бай! Лала, кажется, помахала им рукой. Или не помахала — Харухиро так и не увидел этого. Госпожа и ее слуга исчезли. — Ч-что будем делать? — шепотом спросил Кузаку. «Плохо дело! Вокруг лишь тьма непроглядная! Со-о-о-о-о-овсем ничего не видно. Сплошной мрак!» — Харухиро показалось, будто его накрыло чем-то черным. Накрыло, запеленало, так что не выпутаться, не пошевелиться. Не сбежать. Это конец. Нет, все не так! Просто иллюзия! — Т-точно. Для начала нужен свет… Харухиро порылся в рюкзаке и достал фонарь. Зажег и, увидев огонек, слегка успокоился. Юмэ хотела было последовать его примеру, но Харухиро остановил ее. — Хватит и одного. Сначала воспользуемся моим. Нужно экономить масло. — Ой! Да, а ведь точно… — Черт, эта девчонка… — Ранта стиснул зубы и стукнул кулаком по земле. — Ни за что не прощу! — Не пла... — Я-я не плачу! Ты глупый-глупый идиот, Парупиро! У-у-у-у-у… Мэри крепко обнимала Шихору. Если бы жрица не придерживала ее, та бы не устояла на ногах. Харухиро глубоко вздохнул, заставляя себя расслабиться. «Нужно взять себя в руки. Я ведь лидер. Должен поддержать ребят. Помочь собраться. Не позволю никому умереть. Мы выживем. Мы все обязательно выживем», — твердо решил вор. — Нужно идти. Это займет какое-то время, но мы справимся. Мы что-нибудь придумаем. Я… нет, точнее, мы все здесь. Постарайтесь не шуметь. Если чувствуете чье-то приближение — тут же сообщайте. Оставайтесь начеку и… Угу. Итак, идем. Харухиро заметил, что его речь вышла бессвязной. «О чем я только думаю?! Да и о чем вообще нужно думать? Не знаю. Но оставаться здесь нельзя… верно? Или, может, мне просто не хочется оставаться здесь? Наверное, мне просто страшно сидеть и ждать. А опытные Лала и Ноно быстро покинули это место. Точно! И нам нельзя оставаться», — решил Харухиро. Наемники двинулись вперед, стараясь идти прислонившись спиной к скале. Они шли все дальше и дальше, оставив хранилище за собой. Лала и Ноно пропали из виду где-то здесь, на повороте налево. Впереди был не слишком-то крутой склон. Земля под ногами оказалась неровной, каменистой. «Направо, прямо или налево?» — задумался Харухиро. Долгое время он колебался. Но в итоге решил последовать за Лалой и Ноно. Пожалуй, проводников теперь не догнать, однако ясно, что те повернули налево. Там, по крайней мере, безопаснее, не то что на тропе справа… наверное? Проверяя землю под ногами, Харухиро осторожно двинулся по тропе слева, что тянулась вдоль скалы. Ему казалось, что он ступает по узкому бревенчатому мосту. «Не слишком ли медленно мы идем? Может, стоит поторопиться? Но что хорошего в спешке? Вот было бы здесь светлее — совсем другое дело! Интересно, а здесь вообще бывает утро?» — на ходу размышлял Харухиро. Шихору все еще рыдала — никак не могла успокоиться. — Прекрати уже! — цокнул Ранта. — Ай! — Заткнись, придурок! — похоже, Юмэ стукнула Ранту. «Открою рот — буду только жаловаться и жаловаться. Время… Как долго идем? Даже представить не могу. А сколько еще идти? Может, надо передохнуть? Наверняка все устали. Нужно ли спросить остальных? Они голодны? Хотят пить? Нам нужна вода. И провизия. Что делать? Как все это добыть? Как нам всем выжить? Это вообще возможно? В подобной-то ситуации…» В какой-то момент Шихору затихла. Постепенно скала за их спинами перестала быть отвесной. Наверное, при желании Харухиро смог бы забраться наверх, но ему не хотелось… По правую же руку не было ничего, кроме тьмы. Даже когда лидер поднес фонарь к краю, он увидел только пустоту. — «Ау-у-у… У-у-у-у… У-у-у...» — Ши-и, шу-у… — Цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу-цу... До его ушей по-прежнему доносились вой зверей и стрекот насекомых. Вдруг в лицо подул ветер. — Стойте! — Харухиро жестом остановил товарищей. Вор осторожно двинулся вперед. Вскоре он обнаружил обрыв. «Впереди обрыв. Как далеко до дна?» — подумал лидер. Он пригнулся и подсветил фонарем бездну, но дна так и не увидел. Навострив уши, Харухиро услышал плеск. «Это… вода? Внизу течет река? Вода. Значит, мы нашли воду. С другой стороны, с обрыва никак не спуститься. Прыгать вниз — не вариант». Харухиро поднял камешек и бросил вниз. Спустя какое-то время он услышал всплеск. Вряд ли скала очень высокая, но никак не меньше десяти метров. — Внизу река, — вернувшись к товарищам, сообщил Харухиро, однако реакции на его слова не последовало. Даже Ранта молчал. Похоже, все ужасно вымотались. Как физически, так и морально. — Мы пойдем по краю обрыва, постараемся разыскать, где можно спуститься. Вот бы добраться до воды… — Ага… — коротко согласился Кузаку. — Шихору, ты в порядке? — спросил Харухиро. Та молча кивнула. Нет, не похоже, что с ней все в порядке. Лидер беспокоился о ней, однако решил, что Шихору станет лучше, если предложить ей попить. Только можно ли пить воду из той реки? Не опасно ли? Вот если ее вскипятить… Точно! Можно развести костер! «Нужно быть внимательным, чтобы не свалиться с обрыва» — мелькнуло в голове Харухиро. Конечно, его товарищи не настолько глупы, чтобы сорваться со скалы, но лидер решил перестраховаться. Пока путешественники шагали по краю обрыва, их трепал влажный и ледяной ветер. Если не спуститься поскорей, то они промерзнут до костей. Вскоре наемники оказались в туманной дымке. Почва под ногами стала мягче, камни встречались все реже, то и дело попадались какие-то растения, быть может, трава. Только вот не зеленая, а белесая. Это точно трава? — У-а! — внезапно Ранта подскочил на месте. — Ой-ой-ой!.. — Что случилось? — Я на-наступил на что-то! Кажется, оно неживое!.. А-а! — темный рыцарь наклонился и что-то поднял с земли. Нечто белое и продолговатое. — Смотрите! Это кость!.. — Кья-а-а! — Зачем ты подобрал эту штуку?! — Поверить не могу… Когда девушки двинулись к Ранте, чтобы проучить его, тот поспешно отскочил назад и принялся размахивать костью. — Глупые девчонки, испугались простой косточки! Чего тут бояться, а? Я вот совершенно спокоен! Потому что это я! — Чья это кость?.. — Харухиро присмотрелся к предмету в руках Ранты. Рука? Похоже на руку. Ранта грубо тряс и размахивал ею, а все равно она осталась цела, значит, кости все еще скрепляли жилы и суставы, остатки высохшей плоти. — М? — Ранта поднес останки к самому лицу, вглядываясь в очертания конечности. — Большая, может, даже человеческая… Только пальцы подлиннее будут. Да, слишком длинные. Стоп, их так много? Восемь штук? Хм-м?.. Кузаку присел рядом с Рантой. Прямо перед ними лежал скелет, поросший высокой белой травой, которая и скрывала останки. — Да, и правда не похожа на человеческую. Может, кто-то другой? Юмэ, Мэри и Шихору отпрянули. Харухиро наклонился к Ранте и Кузаку. На земле лежал чей-то скелет, облаченный в металлическую броню. У существа было две руки и две ноги. А еще хвост. Значит, все-таки не человек. Голову ребята так и не нашли. Может, ее не было изначально? Или утащило какое-нибудь животное? Скелет распластался ничком. Рядом с ним лежало странное длинное и тонкое оружие, вероятно, меч. И нечто круглое… скорее всего, щит? Тоже местами поросший травой. Кузаку ухватил край щита и потянул на себя. Стебли белых растений, опутавших находку, оказались очень гибкими, так просто не сорвать. Однако паладин все-таки поднял щит. — Может пригодиться. — От паладина без щита пользы, как от насекомого. Бери его! — Ранта выкинул руку скелета и поднял меч. — Похоже, он бесполезен. Совсем заржавел. Харухиро, заметив, с какой грубостью Ранта обошелся с мертвецом, невольно нахмурился, но вскоре переключился на останки мужчины. «Это существо может быть и женщиной, но для удобства буду считать его мужчиной. Раз вооружен — значит, разумен. Сколько времени прошло с момента смерти? Вряд ли несколько дней. Несколько месяцев? Год? Несколько лет? Или же десятки лет?» — размышлял вор. — Ранта, переверни его. — Ни-за-что! С чего это мне слушаться твоих приказов? Подохни! — Я переверну, — Кузаку подхватил скелет и перевернул его на спину. — И-и-и вот… Харухиро со всевозможной внимательностью изучил останки. Судя по всему, существо и вправду обезглавили. Причина смерти была ясна как день, стоило только взглянуть на шейные позвонки. На поясе скелета висело нечто, похожее на короб. Открыв его, Харухиро обнаружил внутри черные твердые кругляшки… Монеты? И еще нечто, смахивающее на семена. А кроме того нож и… нечто похожее на ключ? Плюс какие-то инструменты. На шее скелета болталась цепочка. «Красивая. Кажется, золото. Нет, вряд ли она из чистого золота...» — подумал вор. Смахнув землю с нагрудника, Харухиро увидел гравировку. То ли буквы, то ли узоры. Скорее всего, буквы. На черных кругляшках, напоминающих монеты, были выгравированы те же буквы. Кстати говоря, у орков в Гримгаре есть свой язык. Нежить же говорит на смеси языков людей, эльфов и дворфов. Конечно же, после этого Харухиро решил, что раса найденного существа не уступает в интеллекте людям, если не равна им. — Хару, — Юмэ потянула Харухиро за плащ. — Юмэ кажется, там кто-то шуршит. Ранта завертел головой в поисках источника звука. Мэри и Шихору встали поближе друг к другу и затаили дыхание. Кузаку приготовил щит, позаимствованный у скелета, и встал на одно колено, держа ладонь на рукоятке меча. Харухиро быстро побросал находки в рюкзак и тоже навострил уши. — Шух. Шух. Шух. Шух. Шух. Действительно, кто-то шуршал неподалеку. Где-то за спинами наемников. Что же им делать? Стоит подождать? Или бежать? Харухиро тут же принял решение: «Пойдем на компромисс. Убежим и подождем, что будет». — Будем начеку и пойдем дальше. Ранта, Кузаку… Лидер жестами показал товарищам построение: впереди сам Харухиро, далее Мэри, Шихору и Юмэ. А Ранта и Кузаку прикроют девушек слева. «Если оставим зажженный фонарь, не будет ли это сигналом вроде «Пожалуйте сюда!», а? Но если потушим, вообще ничего не увидим. Так и со скалы упасть недолго». И вот Харухиро и его ребята двинулись вперед. — Шух… Шух… Шух… Кто-то все еще шуршал позади них. «Оно преследует нас? Кажется, что оно не так уж и далеко… даже очень близко. Где-то в десяти метрах? Нет, наверное, ближе. Гораздо ближе», — размышлял Харухиро. Вору страстно захотелось увидеть преследователя собственными глазами. «Так ведь будет лучше, да? Вряд ли. Не могу решиться!» Харухиро осторожно шел по краю обрыва, внимательно прислушиваясь ко всем звукам, что издавало невидимое существо. «Это сводит меня с ума! Все, хватит с меня!» — думал он снова и снова. Одни и те же мысли шли по кругу, сменяясь на другие всего лишь на пару минут. Постепенно он вообще перестал думать о чем-то еще. Харухиро страшно хотелось бросить все и бежать. Бежать? Но куда?.. Как только Харухиро подумал: «Огонь совсем слаб...» — как тут же фонарь погас. — Э, э-э-э-э-э-эй?! Какого черта, Парупиро, ничерта не видно же! Идиот! Зажги опять! — Масло все вышло! Эм-м, тогда давайте зажжем фонарь Юмэ... — Постой, — сдавленно сказала Мэри. — Небо… Харухиро бросил взгляд… на пустоту за обрывом. И правда. Небо менялось. — Наступило... утро? Где-то вдалеке темнели силуэты гор, за ними разгоралось слабое зарево. Красного или оранжевого оттенка. Странно… Обычно с рассветом небеса постепенно светлеют, становятся голубого или лилового оттенка, а затем окрашиваются на горизонте в красный. Тут же иначе — где это видано, чтобы небо так вдруг становилось красным? Харухиро уже знал, что существуют миры по типу Сумеречного, где нет ни утра, ни ночи. Неудивительно, что здешнее небо так странно меняется. По крайней мере, не похоже, что они очутились в Гримгаре или Ночном мире. Это открытие поразило вора. — А? — Харухиро удивленно наклонил голову. Он больше не слышал шуршание того, кто их преследовал. Исчез? Или же затаился? При любом раскладе лучше поспешить и убраться куда подальше. Харухиро уж было тронулся с места, но тут случилось нечто неожиданное. — Унья! — странно вскрикнула Юмэ и упала. Точнее, ее повалили на землю. Кто-то кинулся на охотницу, но кто именно — не разобрать. — О-о-о-о-о-о?! — вскрикнув, Ранта поспешил на помощь Юмэ, стараясь сбросить врага. — Черт, слишком темно!.. — крикнул Кузаку. — Юмэ, Юмэ! Юмэ!.. — отчаянно звал Харухиро, торопясь добраться до охотницы. Из-за спешки вор чуть было не оступился и не свалился с обрыва. Он запаниковал. Послышался глухой звук чьих-то ударов. Юмэ плакала и кричала. — Оно сбежало! — крикнул Ранта. Вдруг во тьме мелькнул огонек. Свеча. Шихору припасла походный подсвечник. Волшебница опустилась на колени рядом с Юмэ, держа его в руках: — Юмэ! Держись! — Враг! Этот чертов ублюдок! Где он!? Черт! — вопил Ранта, размахивая мечом. — Что это было?! — Кузаку все еще держал перед собой щит и пытался отдышаться. Юмэ, держась за горло, лежала на земле. Вся в крови. Из раны на горле текла кровь. Много крови. — Кх. Фу. Фу. Ха. Кх. Ха-а, — дыхание Юмэ было напряженным, отрывистым. «Не может быть! Не надо! Вы шутите?! Почему?! Это все неправда, да? Пожалуйста, скажите кто-нибудь, что это все ложь! Этого! Не может! Быть! Нет! Невозможно! Это безумие!!!» — Харухиро не верил в происходящее. — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — заголосил вор. Рассудок. Чувство долга. Чувство ответственности. Самоконтроль. Мотивация. Способность к мышлению. Все это кануло в небытие в одно мгновение. Харухиро не бросился к Юмэ, не вцепился мертвой хваткой. Он лишь стоял на месте и голосил. Стоял так, понимая, что больше не выдержит. Горе сломило его. «Все кончено! Давайте покончим с этим! Нет, не могу! Но что могу я?! Выхода нет! Безнадежно! Конец всему! Все безнадежно, так ведь? Юмэ ведь умрет?..» — О свет!.. Мэри, прикоснувшись к лбу, сложила пентаграмму, а затем опустила средний палец к переносице, чтобы завершить гексаграмму. Покончив с приготовлениями, жрица подскочила к Юмэ и приложила ладонь к горлу охотницы. — ...под божественной благодатью Люменеса! Таинство! Что… Что она делает? Она сошла с ума?! Это ведь бесполезно! Ведь магия света не действует в Сумеречном мире… Конечно, это не Сумеречный мир, но и не Гримгар, поэтому, скорее всего, благодать Люменеса не достигнет этого места… Мэри должна понимать это лучше всех. И даже зная это, она не сдалась? Неужели решила уцепиться за крохотный шанс? — А-а… Ха… — Юмэ захлопала ресницами. — А? Тело охотницы окутало тусклое сияние. Мэри стиснула зубы. Плечи, руки, ладони, а затем и все тело жрицы задрожали. Как такое возможно… Это все взаправду?! Это не ложь?! — Рана!.. — Шихору распахнула глаза. — Юмэ! Рана затягивается!.. Ранта перестал махать мечом и пораженно уставился на Юмэ. — Ха-ха, — из груди Кузаку вырвался нервный смешок. — Уха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха! Ва-ха-ха-ха! Харухиро тоже хотелось смеяться. Да кто бы не хотел? Что еще оставалось? Только посмеяться не вышло. По щекам вора потекли слезы. Юмэ так и осталась сидеть на земле. А Мэри, судя по ее действиям, так и не закончила с лечением. Обычно «Таинство» не поддерживают так долго… Харухиро рухнул на колени рядом с Юмэ. Наконец Мэри убрала ладонь и тоже села на землю. Жрица тяжело дышала и выглядела очень уставшей. Юмэ, посмотрев на Мэри, мягко улыбнулась. — Спасибо, Мэри. А? Почему Хару плачет? — Юмэ! — Харухиро без раздумий бросился к Юмэ и сжал ее в объятиях. — Слава богам! Я так рад, Юмэ! Я так… Прости! Думал, тебя уже не спасти, поэтому… — О-ой! Хару, будешь так обнимать Юмэ, испачкаешься в крови. — Это пустяки! — Понятно. Юмэ, конечно, рада, когда ее так крепко обнимают, но больновато как-то. — П-п-п-прости! — Харухиро поспешил выпустить девушку, но тут его кто-то огрел по затылку. — Ай-ай... А-а? Р-ранта? Чего это ты вдруг?! — Ничего, кретин! По какой-то причине темный рыцарь бросил Харухиро угрожающий взгляд. «И правда, что с ним такое? Он идиот? Или просто придурок?» — Вы еще не закончили? Простите, что прерываю, но… — застенчиво напомнил о себе Кузаку. — Не пора ли убраться отсюда? Мы ведь позволили той твари сбежать… — Ох... — Харухиро вытер лицо. Точно… «Он прав. А вот я растерялся. Надо бы хорошенько обмозговать произошедшее, но это может подождать. Лучше воспользоваться советом Кузаку», — собрался с мыслями вор. — Ю-юмэ, можешь стоять? А ты, Мэри? Точно! Кто-нибудь! Зажгите фонарь! Итак, вперед! Перед тем как отправиться в путь, Харухиро посмотрел на очертания гор, подсвеченных оранжевым маревом. «Неужели восход? Хотя нет, вряд ли».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Плиз

Вероятно, неизвестная тварь сначала забралась на скалу, а потом только набросилась на Юмэ. Сообразив, что произошло, Харухиро и его ребята решили держаться как можно дальше от края. Просто на всякий случай. Если судить по тому, что магия Света снова заработала, то, выходит, божественная защита Люминеса все-таки достигает этого нового мира. Однако, по словам Мэри, на то же «Таинство» тратится гораздо больше сил, а рана Юмэ затягивалась уж очень долго. Харухиро посчитал и то и другое странным, ведь обычно «Таинство» исцеляет все раны мгновенно. Ребята попросили Ранту призвать демона, и тот действительно явился: дымный гуманоидный силуэт без ног, как будто бы накрытый лиловой простыней. У демона были два глаза, похожие на черные дыры, и рот-трещина; в правой руке он сжимал нечто, напоминающее кухонный тесак, а в левой — грозное оружие, смахивающее на дубину. После призыва фамильяр завис в воздухе, почти касаясь земли. Демона Ранты звали Зодиак... Все бы ничего, только он оказался раза так в три меньше, чем обычно. Похоже, и злой умысел Скаллхейла доходит до этого мира. Однако ни бог Света, ни бог Тьмы не способны послать сюда больше, чем треть своих сил. Может, все дело в расстоянии? Или в каком-то другом факторе? Хотя, будь то треть или четверть, все лучше, чем ничего. Лишь благодаря малой толики божественных сил Юмэ выжила. Благодаря Великому Люминесу. И хотя магия Света снова работает, расслабляться все равно нельзя. Всю дорогу Харухиро старался сохранить предельную бдительность и, разумеется, вскоре вымотался. Порой было так тяжело, что он готов был в любую секунду повалиться на землю, но тогда лидер напоминал себе, что еще чуть-чуть, и Юмэ бы точно погибла. Ему не хотелось переживать нечто подобное вновь. «Чего стоит постараться сейчас, чтобы ничего подобного не случилось впредь? Всего-то и надо, что потерпеть немного. Если еще держусь, то вряд ли я на пределе», — размышлял Харухиро. Прошло уже немало времени, а небо так и не посветлело. Должно быть, солнце в этом мире слишком застенчивое. В конце концов, оно даже не взошло на небо, а огненное зарево за горами вскоре потухло. С приходом ночи мир вновь окутала тьма кромешная, и Харухиро вдруг осознал, что днем еще было относительно светло. Почти весь путь ребята проделали молча. Только Ранта порой выдавал какую-нибудь глупость (лишь бы напомнить о своем существовании), но ему никто толком не отвечал, так что это ни разу не переросло даже в подобие разговора. Порой кто-нибудь останавливался, и тогда остальные следовали его примеру и отдыхали. Наступило утро (совсем не похожее на утро), затем пришла ночь (еще темнее обычной ночи). Долгожданный рассвет разочаровал Харухиро, но когда зарево за горами исчезало, вор отчего-то чувствовал себя беспомощным. Будучи добровольцами Багряной Луны, пусть и не самыми опытными, ребята обычно брали с собой провизию и воду. Только запасы у них все равно быстро кончились. Ранта иногда призывал Зодиака, чтобы поболтать с ним о том о сем. Пожалуй, так темный рыцарь пытался отвлечься. Потом и Харухиро начал сомневаться в своем здравомыслии. Так, например, увидев во мраке впереди огоньки, он поначалу принял их за сон или иллюзию. «Наверное, померещилось. Наверняка иллюзия», — решил вор. Свет впереди напоминал огненное зарево множества костров. Иначе говоря, на природное явление не похоже. Если это не иллюзия, не обман зрения, то огонь, скорее всего, развели разумные существа. И связаны ли они с тем преследователем, что напал на Юмэ и практически убил? Неизвестно. Некоторое время группа шла по склону вниз — так чувствовали ноги. Как далеко до огней? Около километра? Подбираясь все ближе и ближе, Харухиро постепенно осознавал, что же видит впереди. Нет, ему не показалось. Это были постройки, смахивающие на жилье. Перво-наперво лидер приметил строения, похожие на вышки дозорных. Источником света и правда оказались костры и фонари у каждой из них. Всего Харухиро насчитал около двадцати огней. Что же это? Судя по размерам, уж точно не город. Может, какая-нибудь деревенька? Но главная проблема — ее обитатели. Они явно не люди. — Что же… нам делать… — нерешительно спросил Харухиро. — «Что», спрашиваешь? — Ранта протяжно вздохнул. — Ну, так что? — Хи-хи… не спрашивай, безмозглый Ранта… беспокойся и мучайся неведением… до самой смерти… ихи-хи-хи. — Хоть это и шутка, не говори такое, Зодиак. Особенно сейчас. Это расстраивает. Ты перебарщиваешь… — Не беспокойся... Ки-хи… Ки-хи-хи… — Эм-м, я и так не беспокоюсь. Просто черный юмор, я в курсе, ага? — Ихи-хи-хи… Ихи… Это недопонимание… Зодиак всегда серьезен… Ихи-хи… — Все ты врешь, да?! Да?! Постой-ка, и почему ты говоришь таким жутким тоном?! — Сколько в тебе энергии, Ранта… — пробормотал Кузаку. Когда-то кто-то сказал, что если есть силы, можно и горы свернуть, что угодно сделать. Впрочем, Харухиро особо не верил в присказку — все да не все. Однако как ни крути, а много не достичь, если недостает сил. Не так уж плохо, что Ранта по природе своей энергичен, просто он вдобавок надоедливый и шумный. — Не надо беспечно подходить к ним… — нерешительно произнесла Шихору. — Да, — согласилась Мэри. — Никогда не знаешь, что может произойти. — Но все-таки интересненько, что там… Уф... — у Юмэ заурчал живот. — Ой! Юмэ проголодалась… «Ну да… Конечно же…» — подумал Харухиро. Что и говорить, голод и жажда измучили ребят — еще чуть-чуть, и это может стоить им жизни. Нужно поскорей раздобыть провизии и воды. Это наемники понимали более чем ясно. А иначе им точно придет конец. — Я пойду на разведку. Ребята, останьтесь здесь. — Вперед, наш Вор! — Ранта ударил Харухиро по плечу. Тот разозлился, но все-таки сумел взять себя в руки. Перед уходом он прошептал Ранте на ухо: — Если вдруг что-то случится, рассчитываю на тебя. — А-ага… Ну, если случится. В-возвращайся, идиот, понял? Живым… — Мне становится жутко, когда ты так ведешь себя… Оторвавшись от ребят, Харухиро тут же переключился на выполнение задачи. Во-первых, ему нужно было скрыть свое присутствие от врага… Затаиться. Во-вторых, передвигаться, не выдавая себя. Скрытное перемещение. В третьих, сконцентрироваться на своих ощущениях и заметить присутствие врага раньше, чем тот заметит вора. Предчувствие. Навык «Скрытность». Харухиро полз по земле и представлял, что он крот, способный беззвучно рыть туннель под землей. Роет и роет, а глаза и уши снаружи, улавливают все, за всем следят. Считывают, что творится вокруг. И тут Харухиро услышал какой-то звук. Дзынь-дзынь! Будто били об что-то твердое. Ближе всего был огонь на дозорной вышке. Тут же, в двадцати пяти метрах от строения, начинался ров. Кажется, его ширина была около двадцати метров. Глубина неизвестна. Наверняка приличная. Наверху вышки сидел какой-то гуманоид. Верхняя часть туловища — невероятно огромна, а голова маленькая. Ее покрывала какая-то ткань. На спине существа, кажется, висел колчан со стрелами и лук. Скорее всего, это — дозорный. Значит, обитателей деревни защищает от вторжения не только ров, но и дозорные. «Выходит, никак туда не пробраться», — подумал Харухиро. Нет, не стоит делать поспешных выводов. Харухиро повернул налево и пополз в сторону реки. Вскоре он наткнулся на обрыв, вернее, на небольшой склон высотой в два-три метра: спуститься вниз не так уж сложно. Внизу оказалось русло реки, которая протекала рядом с деревушкой. Выходит, местные изменили ее течение так, чтобы вода заполняла ров. Если приглядеться, можно увидеть на другом берегу еще одну вышку. Там тоже развели огонь и посадили дозорного. Но, в отличие от предыдущего, этот был поменьше. Ростом не выше человеческого ребенка, но в то же время коренастый, широкий. Его голову тоже покрывала ткань. Вооружен луком и стрелами. Харухиро решил обозначит первую дозорную вышку «Вышка А», а вторую — «Вышка Б». Вернувшись к «Вышке А», вор направился в другую сторону. Вскоре обнаружились границы рва и с десяток одноэтажных построек. И вновь впереди показалась вышка. Ее Харухиро отметил как «В». «Эта вышка повыше и покрепче. Рядом ворота… нет, «Вышка В» и так часть ворот. От ворот тянется мост. Кажется, деревянный. Крепкий на вид. Повозку наверняка выдержит», — размышлял вор. На вершине «Вышки В» тоже поместили дозорного. Он не сидел, а стоял, потому Харухиро и смог хорошенько его рассмотреть: этот был повыше и потоньше прочих. Руки только странные, как будто… суставов больше обычного? Выглядит так, словно у него два, а то и три локтя, так? Его голову тоже покрывала ткань и кроме того странно топорщилась. А еще у дозорного был хвост. Нет, существо, поставленное на «Вышку В» уж точно не человек. «По итогу мы знаем, что дозорные на тех трех вышках принадлежат к разным расам… Наверное», — здравый смысл подсказал Харухиро, что он пришел к единственно возможному выводу. «Не исключено, что дозорный «Вышки В» той же расы, что и мертвец, чьи останки обнаружил Ранта, так? У скелета тоже был хвост и восемь пальцев. А у стража? Неясно. Отсюда не разглядеть». Внезапно дозорный «Вышки В» посмотрел прямиком на вора. «Он меня заметил?» — Харухиро затаил дыхание и замер. Если в такой ситуации броситься наутек, только хуже будет. Дозорный достал из-за спины лук и вложил в него стрелу. Натянул тетиву. «Плохо дело! Хочу сбежать! Нужно сбежать! Нет… Успокойся. Во-первых, неизвестно, заметил ли он меня. Так что все хорошо. В момент выстрела у меня будет время сбежать. Наверное». Но тут страж ослабил тетиву. Убрал стрелу, покрутил в руке. Наклонил голову, будто говоря: «Наверное, показалось». «Конечно! Просто показалось… да?» — тихо вздохнул Харухиро и пополз обратно. — «Этот слишком бдителен, а потому опасен. А может, я слишком шумел? Нет, вряд ли. Да и этот дозорный постоянно слышит какой-то лязг, должен уже привыкнуть к небольшому шуму. Или же он что-то почувствовал? Надо действовать осторожнее», — сообразил Харухиро. Он решил еще поразведывать местность. Пройдя мимо моста, Харухиро дошел до другого края изгибающегося рва и обнаружил «Вышку Г» и «Д», а затем наткнулся на обрыв. Он вернулся к руслу реки. Получается, деревня стоит на островке в форме овала, окружена рвом и рекой. Чтобы попасть в деревню, нужно либо пересечь мост, либо перебраться через ров, либо нырнуть в реку и попытаться просочиться в деревню через какой-нибудь канал. В такой темноте нырять в реку слишком опасно — легко утонуть. Можно, конечно, переплыть ров, но как потом перебраться через частокол? Слишком трудно. Получается, выход только один — перейти по мосту. Естественно, если Харухиро и его ребята просто так сунутся туда, их прикончит дозорный. А если снять его с помощью навыков Юмэ и Шихору? Но что потом? Вломиться внутрь? Вшестером? Есть же еще дозорные-лучники. Вряд ли это весь гарнизон деревни. «Сможем ли мы победить? Или же это ситуация «все или ничего»? Мне кажется, что нет», — прикинул лидер. Изначально они хотели лишь достать пищу и воду. Может, если без агрессии подойти к местным, те пустят ребят в деревню? А там согласятся обменять еду и воду на личные вещи и деньги наемников. Возможно ли это? Или же идея плоха? Возвращаясь по той же дороге, Харухиро не отрывал глаз от деревни по ту сторону рва. По пути он заметил нескольких жителей и крепко удивился: абсолютно все нелюди! И ни один из них совершенно не похож на человека! У этих существ было шесть лапок, покрытых волосками, точно у насекомых. Головы спрятаны под тканью. «Не слишком ли разные обитатели у этой деревни?» — ненароком подумал Харухиро. Вернувшись, он рассказал товарищам все, что ему удалось узнать в ходе разведки. Выслушав его, Ранта, взволнованно сопя, ударил себя кулаком в грудь: — Положитесь на меня. У меня есть идея. — Ки-хи… У меня очень хорошее предчувствие… Ки-хи-хи-хи… Предчувствие, что Ранта уснет вечным сном… — Эй, ничего хорошего ты не сказал, знаешь ли! К тому же, сколько раз тебе повторять: если умру, ты ведь тоже исчезнешь, верно, Зодиак? — Ты ведь темный рыцарь… Их-хи… Позволь нам вместе оказаться в объятиях Скаллхейла… Ихи-хи… — А н-не слишком ли рано? Ну, это… как бы сказать, я хочу еще кое-что сделать… Например, пожамкать чью-нибудь грудь… Стоп, что ты заставил меня сказать?! — Думаю, за язык тебя никто не тянул… — Харухиро почесал пальцем кожу над бровью. — Ранта просто хотел сказать слово «грудь», — вставила Юмэ. Скорее всего, она права. — Ты — худший, — прошипела Мэри. — Было бы неплохо… если бы предсказание Зодиака сбылись… — пробормотала Шихору какую-то грубость. — Ха! — только Ранта ничуть не расстроился. — Даже не думайте, что каким-то заурядным людишкам удастся ранить меня такой жалкой клеветой! Ладно, зарубите себе на носу! Вот увидите, вы еще склонитесь передо мной и будете просить о прощении! И вот тогда я пожамкаю ваши груди! Даже пожаловаться не сможете! Это я про девушек, да! — Ну и каменное у тебя сердце, а! — восхитился Кузаку. — Естественно, Кузакки! Не сердце у меня — алмаз, да?! Итак, идите за мной! Я покажу вам способ покончить со всем сразу! И все пошли, поскольку других идей никто не предложил, да и терять уж было нечего. Вот группа и решила посодействовать Ранте и выйти к мосту. Уже там Ранта нацепил шлем и опустил забрало, а затем с гордым видом заявил: — Так, ждите здесь! — Что ты задумал? — само собой, спросил Харухиро. — Ладно, заткнитесь. Если я прав... — Ху-хи… Раз это Ранта… Он всегда неправ… Ху-хи… Ху-хи-хи-хи… — Говорю же, скоро узнаем, — отмахнулся темный рыцарь и двинулся к воротам. «Да быть не может!» — мысленно ахнул Харухиро и на всякий случай дал ребятам команду бежать, если что-то пойдет не по плану. «Он пошел туда? Правда?! Это же безумие! Он что, настолько отчаялся?!» Только Ранта шагал до ужаса уверенно. Даже что-то напевал себе под нос. Может, он после всего случившегося сошел с ума? В любом случае, Харухиро и ребятам осталось лишь наблюдать, затаив дыхание. Тем временем Ранта уже подошел к мосту. Дозорный «Вышки В» подготовил лук, вложил стрелу и нацелился на пришлого. Наверное, даже у такого идиота, как Ранта, мороз пробежал по коже… И правда. Темный рыцарь сразу как-то съежился… только не замер на месте, а шагал все также бодро, вперед. «Серьезно?! Нет, тебя же прикончат! Стрела! В тебя выпустят стрелу!!!» — мысленно запаниковал Харухиро. — Окей, окей, — бормотал бог весть что Ранта и махнул дозорному рукой. Темный рыцарь медленно приближался к доскам моста. Наконец Ранта ступил на край. Дозорный опустил лук. — Не может быть… — Харухиро от удивления аж рот разинул. — Велкам, велкам, ха-ха-ха, — Ранта пересек мост, громко смеясь. «И чего ты хочешь добиться этим «добро пожаловать»? Стоп, почему ты вообще до сих пор цел? Не понимаю...» Ранта дошел до самых ворот, глянул на дозорного «Вышки В» и заявил: — Ах. Ми. Май. Френд. Френдс? То-ва-ри-щи. Тугеза. При-ве-ду их. Сей-час. Нау. Ю? Окей? Страж в недоумении наклонил голову. Вряд ли он хоть что-то понял. Хотя… ничего удивительного. — Хм-м... — и все равно Ранта продемонстрировал стражу вскинутый большой палец. — Окей. Май. То-ва-ри-щи. Тугеза. Нау. Окей, окей. Оставив стража в полном недоумении, Ранта с триумфом вернулся к Харухиро и остальным. — Вот! Ну как вам?! Идеально, все как планировал! Склонитесь предо мной! Молитесь на меня! И кстати, девушки, готовьте свои груди! — Даже притронуться не позволю… ни за что… — Шихору скрестила руки на груди, стараясь ее спрятать. — Наверное, Ранта бы только навредил, если бы ему позволили… — скорее всего, Юмэ что-то не так поняла, раз выдала настолько странную фразу. Харухиро хотелось, чтобы она внимательнее относилась к подобным вещам, однако вся трудность заключалась в том, чтобы подобрать подходящие слова и объяснить ей это. — Но все же… — Мэри задумчиво наклонила голову. — Почему? Они выглядят настороженными, приглядываются к чужакам… — Да, очень уж загадочно… — видимо, у Кузаку в голове не укладывалось, почему у местных такие повадки. — А может быть...— Харухиро уж было высказал свое предположение, только Ранта его грубо прервал. — Идиот! Объяснять буду я! Меня озарило! Не кради мой успех, Парупирорин! — Ихи… Лицо… Ты спрятал лицо… Поэтому Ранте позволили пройти… Ихи-хи… — Зодиак?! Зачем ты проболтался?! А?! Я, я хотел рассказать! И ведь правда: у пятерки дозорных, а также у обитателей деревни, головы покрыты тканью или чем-то подобным. Некоторое время Харухиро тоже беспокоил этот момент, поскольку показался странным. И тогда он предположил: «Хочешь пройти в деревню — скрой лицо». Но даже если такой малости достаточно, проверять догадку на своей шкуре слишком… безрассудно. А стоит ли и впредь закрывать глаза на риск, если учесть, что все прошло хорошо? Эта мысль не давала лидеру покоя. «Что же мне сделать? Точно!» — Ранта, — Харухиро заговорил с ним серьезным тоном, — хорошо, что обошлось. Но знаешь… Если бы все пошло наперекосяк, что тогда? Что бы ты сделал? Ты хоть немного думал об этом? — А?! Мне недосуг думать об этом, идиот! Ведь Великий Гений Ранта никогда не ошибается! — Я пытаюсь сказать, что ты рисковал жизнью! — К-какая разница?! Это ведь моя жизнь! Я свободен ею распоряжаться! — Не говори так при товарищах! Если б с тобой что-то случилось… нам.... даже мне было бы не все равно. — З-з-з-з-з-заткнись! П-п-п-п-п-прекрати, мне неловко! Я п-понял, ладно?! — Тогда обещай впредь быть осторожным. — Х-хорошо, конечно! О-обещаю. И хватит об этом! — Ты ведь снова выкинешь нечто подобное, да? — Д-да нет же! — Хорошо, — Харухиро быстро отвернулся от Ранты. «Только бы не засмеяться! Сейчас нельзя смеяться! Я ведь мужественно играю роль «увлеченного лидера». Однако Ранта, на удивление, оказался уж очень чувствительным к таким вещам. Забавно! Нет-нет, нельзя! Буду думать об этом, наверняка засмеюсь!» — размышлял Харухиро, сдерживаясь изо всех сил. Прочистив горло, лидер отдал приказ товарищам прикрыть чем-нибудь лицо. К нему прислушались не сразу: Юмэ стояла с отсутствующим взглядом, Мэри и Кузаку вопросительно посмотрели на него, а Шихору, опустив глаза, кажется, старалась сдержать смешок. Похоже, она раскусила притворство лидера. Кузаку, как и Ранта, опустил забрало шлема. Харухиро накрыл голову плащом. Поскольку ткань порядочно истрепалась, а кое-где образовались дыры, то можно было накрыться им так, чтобы сохранить хороший обзор. Юмэ, Шихору и Мэри соорудили себе маски из полотенец. Зодиак, считай, вообще закутан с ног до головы, возможно, местные решат, что этого достаточно. Только пустят ли его? Так как ребята не могли рассчитывать на удачный исход, они попросили фамильяра на время исчезнуть. И вот странные на вид путники приготовилась войти в деревню. С ними все будет хорошо? Харухиро волновался всю дорогу, однако зря: дозорный «Вышки В» опустил лук и никак не помешал им пройти сквозь ворота. Получается, в эту деревню и правда пускают людей, если те скроют лицо. За рвом располагалось четырнадцать зданий. Все они были разных размеров и все — одноэтажные. В центре деревни местные организовали площадь и вырыли колодец (или что-то вроде того). Рядом с ним сидел какой-то гигант-гуманоид и, должно быть, охранял источник. В руках страж держал до безумия огромный молот, а за спиной у него висели лук и колчан, наполненный стрелами. Лицо существа скрывал шлем. Оказавшись на площади, Харухиро быстро понял, что же стучало на всю округу. Пятерка зданий была размещена так, что окна и двери, а то и внутренние помещения, выходили на площадь; один из домов украшал огромный навес, закрепленный с помощью столба. Там, под крышей, стояла печь (или нечто, похожее на печь), где тлели угли (или нечто похожее на уголи). Горн! И наковальня рядом. Под навесом работал какой-то невероятно раздутый гуманоид с полуголым торсом, сгорбленной спиной, выпирающим задом и короткими ногами. Он держал раскаленный прут и обрабатывал его с помощью молота. Тук, тук… — раздавалось оттуда. — Здесь есть кузница… — пробормотал Харухиро. Вероятно, те металлические вещи, что густо усыпали пол и покрывали стены кузницы, были оружием и доспехами, выкованными тем кузнецом. Или он просто ремонтировал их. Гуманоид-ремесленник тоже носил что-то вроде повязки, покрывающей лицо, видны были лишь воспаленные кроваво-красные глаза да торчащие изо рта крепкие и белые, словно камешки, зубы. При внимательном осмотре кроме кузницы на площади можно было обнаружить еще кое-что. Остальные четыре здания были нечем иным, как лавками: часть товара держали снаружи, а часть хранили внутри. По соседству с кузницей продавали кое-какую одежду и рюкзаки. Там за прилавком, развалившись на стуле, сидело какое-то странное существо, смахивающее на сплющенное яйцо. У него было две руки(?), а на макушке покоилась шляпа. Да, возможно, это существо живое. И наверняка оно владеет лавкой одежды и рюкзаков. На другой стороне площади, прямо напротив кузницы, стояло нечто, похожее на сарай. Одной из четырех стен не наблюдалось: то ли снесли, то ли не было изначально, а потому любой бы мог заглянуть и осмотреть обстановку внутри в деталях. На стенах сарая висело множество мешков с дырками, причудливых масок и накидок на голову, напоминающих видом шлем. И среди всего этого разнообразия сидело некое худощавое существо, чей облик напоминал высохшее дерево. У владельца магазина масок было шесть рук; никак не меньше тридцати пальцев сплелись в сложный узор на груди, а на голове (что не удивительно для владельца подобной лавки) красовался роскошный золотой шлем. По соседству с лавкой масок, как раз напротив лавки с одеждой, некто воздвиг похожее строение, только гораздо больше. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что там продается. Еда. С потолка свисали туша какого-то четвероного животного и ощипанная птица; на полках лежали связки необычных растений и какие-то плоды. Харухиро заметил нечто похожее на клецки и шашлык. Существо, стоявшее за прилавком, больше всего напоминало краба человеческих размеров. Оно стояло у печи и помешивало какое-то варево в кастрюле. Огромный краб тоже носил маску, только глаза у него так торчали из прорезей, что едва ли можно было сказать, что он прикрыл «лицо». По соседству с продовольственной лавкой, судя по всему, расположили бакалейную: внутри высились горы всякой всячины. Хозяин же не показывался на глаза: наверняка скрывался внутри. — Ну как вам? — фыркнул Ранта и гордо ткнул себя в грудь. — Великолепная деревня, правда ведь? — Чем же ты гордишься?.. — наверняка Шихору бросила в его сторону испепеляющий взгляд. Не трудно предположить, что у нее за выражение лица, пусть его и скрывает полотенце. — Потому что Ранта — идиот, — удрученно вздохнула Юмэ. Мэри беспокойно озиралась. — На нас не обращают внимания? — Эм-м… — Кузаку махнул рукой стражу колодца. — П-привет. Крупный страж не шелохнулся, продолжая сжимать в лапище молот. — Ох… — судорожно вздохнул паладин и отступил на полшага. Огромный страж перехватил молот. Кузаку сглотнул и отступил еще на полшага, а тот у колодца — ноль реакции. Даже в сторону не посмотрел. Полное игнорирование. На самом деле, хоть поблизости и ходили странные обитатели деревни, они совершенно не обращали внимание на группу Харухиро. Ребят полностью игнорировали. — Хм-м… — скрестив руки на груди, промычал лидер. Что же с этим делать? — Не хмыкай тут! — Ранта поддал землю пяткой. — Сделай что-нибудь, лидер! Не забывай, что именно в такие моменты я позволяю тебе, неудачнику, побыть нашим лидером! — Думаешь, с твоей позиции можно так со мной разговаривать, а, Ранта?.. — Если не нравится, то сделай что-нибудь изумительное, чтобы заткнуть меня! «Удар в спину» или «Паук»? Каким навыком лучше всего заткнуть Ранту?» — на полном серьезе задумался Харухиро, хоть и на мгновение. Однако у него есть дела поважней, чем ставить на место этого ужасного отброса. Да, он и ребята нашли воду и еду. Осталось только во что бы то ни стало получить их. Прочистив горло, Харухиро двинулся к колодцу. Страж не шевельнулся. «Какой же он все-таки большой! Сидит, а на голову выше Кузаку, хотя рост у нашего паладина — метр сто девяносто. Тут уж не до шуток. Этот тип очень страшный!» — подумал Харухиро. И все же, набравшись смелости, вор сделал еще один шаг — до колодца осталось метров пять. Четыре метра. Три. Еще чуть-чуть, и он подойдет к стражу. Если громила встанет на ноги, то, пожалуй, одним махом размажет Харухиро. «Дышать тяжело. Желудок вот-вот выпрыгнет изо рта. Нет, вряд ли так будет. Я бы сильно занервничал, будь это возможно». Когда Харухиро, дрожа от страха, нетвердым шагом все-таки подошел к колодцу, страж приподнялся. — И-и-и!.. — Нья-я-я?! — Ах… Нет, визжал не Харухиро, а девушки за его спиной. Сам же он был в таком состоянии, что ни слова не выговорить. «Ох… Ох… О-о-о-о-ох черт! М-меня… сейчас… убьют?» — испуганно подумал лидер. — Я р-р-р-р-развею твой прах… скорее всего? — тихо бормоча, пообещал Ранта. — Брось, давай хоть это для него сделаем! — настоял Кузаку. «Стоп-стоп-стоп! Прежде чем прах мой развеять, хотя бы попытайтесь сделать что-нибудь, хорошо?» — П-плиз, — Харухиро внезапно поднял руки над головой. «Тело… само... А слово само по себе изо рта вылетело. Стоп, что еще за «плиз»? Я ведь не Ранта!» — мысленно взвыл вор и, оставив левую руку поднятой, правой показал на колодец, а затем на горло. — В-вода. Х-хочу пить. Вода. Горло, пересохло. Эм-м, мы — путешественники. Вода. Хотим… Вы… понимаете? Вода, вода! Можно, пожалуйста… попить? Вода. Вода из колодца! Страж даже не шелохнулся, продолжая грозно нависать над Харухиро. По обе стороны колодца стояли столбы, их соединяла балка, где крепился подъемный блок с веревкой. Кажется, на ее конце болталось ведро. Факел, закрепленный на одном из столбов, освещал монстроподобного стража. «Монстроподобного»? Да, так и есть: как ни посмотри, а громила-то настоящий монстр. Руки, пожалуй, толще чем у любого человека. А сам он слишком огромный. И опасный. Очень опасный!» — Позвольте нам… попить… — стиснув зубы, Харухиро помотал головой. — «Не сдавайся! От этого зависят наши жизни!». — Воду! Вотер плиз! Дайте немного воды!.. Ну же, нам нужна вода, ясно?! Верно ведь?! Воды!.. Левая рука стража двинулась к вору. Харухиро уж приготовился к смерти… Только это же не правая, где зажат молот, да? То есть страж просто протянул левую руку. «Судя по жесту, ему что-то нужно», — решил Харухиро. — Ден… — вскрикнул Ранта. — Деньги, Харухиро! Деньги! Заплати ему! Быстрее! «Заткнись, глупый Ранта, и без тебя понял!» — он в спешке достал несколько серебряных монет. Грудную клетку сжал ужас, однако вор храбро вложил в руку стража деньги. Тот поднес руку к лицу, пристально изучил монеты, а затем… отбросил их прочь. Тогда Харухиро чуть сознание не потерял. «Теперь мне точно конец. Все безнадежно. Совершенно безнадежно. Да. Полный провал». — Черную!.. — крикнула Шихору. Лидер был даже немного горд собой, что сообразил сразу, о чем она. Все-таки Шихору великолепна, раз додумалась до такого!. — В-в-в-вот! — Харухиро достал черную монету, найденную в вещах скелета с хвостом, и показал стражу. — Вот, нужны эти?! Верно? Они подойдут? Страж потянулся к вору. Тот дрожащей рукой вложил черную монету в гигантскую ладонь. Кулак сжался, страж двинул подбородком, будто кивнул, и произнес что-то вроде: «Ва, го-о». «Что он сказал? «Ва го»? «Ваго»? «Вагон»? Или я ошибаюсь? Да, наверняка какая-то ошибка». — Ура-а! — Ранта тут же ринулся к колодцу и cпустил ведро. — Вода! Вода! — Эй… — Харухиро смертельно побледнел и с испугом глянул на стража. Тот… совсем не злился? Все в порядке? Можно воспользоваться колодцем? «Кажется, так и есть», — радость и умиротворение тут же наполнили сердце Харухиро. А в следующую секунду он уже глотал воду, черпая прямо из ведра. — Какая вкусная вода-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Сомнений нет, это вкуснейшая вода в его жизни. Харухиро поверить не мог в то, что вода в принципе может быть такой вкусной. «Какое счастье! Я рад, что вообще родился. Рад, что вообще жив!» Ребята пили воду из ведра по очереди, но даже после второго и третьего захода никто из них так и не сказал: «Все, хватит!». Конечно, они же получили шанс напиться вволю! Хотя даже у жажды есть предел. Сначала напилась Шихору, потом Мэри, Харухиро, Кузаку, Юмэ и, наконец, Ранта. Закончив хлебать из ведра, темный рыцарь повалился мешком на землю и перевернулся на спину: — Б-больно... Я слишком много выпил. — Ох, — Юмэ присела и погладила живот. — Впервые в жизни Юмэ так сильно наполнена водой. Даже животик вздулся... — Мой желудок полон воды, — решил признаться Кузаку. Кстати говоря, Ранта и Кузаку пришлось поднять забрала шлемов, чтобы попить из ведра. То есть они открыли лица, однако ничего страшного с ними не произошло. Раз страж ничего не сказал им, значит, проблем нет. Но все-таки расслабляться нельзя. — Наверное, будь у нас те монеты… — Шихору бросила взгляд на лавку с провизией. — Хочешь сказать, это — местная валюта? — спросила Мэри. Она гладила Юмэ по спине. Харухиро оглядел кузницу, лавку одежды и рюкзаков, лавку с провизией, «сарай» с масками и бакалейную. Если ребята найдут способ получить те монеты, то смогут протянуть некоторое время.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Купаться запрещено

Объединив все средства, имеющиеся на руках, ребята получили в сумме один золотой, восемьдесят семь серебряков и шестьдесят четыре медяка. Что до другого имущества, то у них остались лишь личные вещи. Харухиро и остальные решили показать кое-что владельцам лавок — продовольственной, одежды, масок — однако те не проявили и малейшего интереса, предпочитая игнорировать людей. Кузнец же работал, и ребята не решились отрывать его от дела. Вернее, опасались, что он в припадке гнева может убить их. А что касается бакалейной, то наемники решили, что хозяин прячется внутри, и потому постучались к нему. Трижды, однако никакого ответа не получили и вскоре сдались. Судя по всему, черные монеты им так просто не достать. Не в этой деревне. Думать иначе было бы слишком самонадеянно. Конечно, ребятам удалось на время обмануть голод, набив желудки водой, только он вскоре вернулся, а потому чувство, что надо поспешить, вернулось вместе с ним. Группе наемников ничего не оставалось, кроме как отправиться искать черные монеты где-то за пределами деревни, думая, что хорошо бы найти хотя бы одну или две. И вот голодные путешественники покинули деревню. Главной их целью стал поиск черных монет. По дороге Харухиро и остальные обсуждали планы, как достать деньги. Поскольку никто из ребят не знал, какие опасности подстерегают их в этих краях, они решили не забредать далеко. Мысленно нарисовав карту и поместив деревню в центр в качестве ориентира, наемники стали исследовать ее окрестности, чтобы расширить свои представления об этом месте. Перейдя мост, они шли вперед и только вперед, пока спустя метров сто не наткнулись на лес, где росли белые изогнутые и невероятно высокие то ли деревья, то ли кустарники. Пробиться сквозь них было так же трудно, как сквозь бурелом. Вот почему ребятам пришлось отступить. Вернувшись к деревне, группа наемников обошла ров снаружи и решила спуститься вниз, на дно небольшого обрыва. Рядом с рекой был песчаный пляж с удивительно теплым песком. Некоторое время Харухиро и остальные просто шли вдоль берега, поглядывая на реку: течение оказалось быстрым, а воды — глубокими. Харухиро опасливо сунул руку в иссиня-черную воду и в изумлении вытаращил глаза: — Какая же она теплая!.. — Серьезно? — Ранта стянул сапоги и носки и зашлепал по воде. — Ого! И правда! Не очень-то теплая, но вполне ничего! Мы можем использовать это место как ванну! — Ванна… — отрешенно пробормотала Шихору. — Хочу принять… ванну… — Да… — Мэри подняла взгляд к небу и вздохнула. — Принять бы ванну… Юмэ странно захихикала: — Хи-хи-хи, было б очень приятно… — Ага… — кивнул Кузаку. — Наверняка от нас несет. Уверен, от меня тоже… — Вперед! — Ранта вскинул большой палец. — Все вместе! В смысле, от одного раза вреда не будет! Ничто так не поднимает товарищеский дух, как совместное купание нагишом! Все равно ведь темно! Никто ничего не увидит! Ге-хе-хе-хе-хе-хе-хе-хе! — Ни за что не сработает… — Харухиро ужасно захотелось избить Ранту, но вор решил не тратить остаток сил на бессмысленную возню. — Извините, но ванну придется отложить на потом. Надо найти черные монеты и купить еды. И только после этого, убедившись в безопасности, примем ванну. Парни — отдельно, девушки — отдельно. — Да ты издеваешься, Парупиро-о?! Я против! Против, против, против! Про-тив! Только Ранта шумел, остальные же приняли идею лидера без возражений. — Ня-я? — удивленно протянула Юмэ (все это время она плескалась у берега, не желая выбираться на сушу) и что-то подобрала. — А? Что это? В песке? Зарыто? Что-то кругленькое… Харухиро подошел и забрал у нее находку. — Черная монета. — Может, есть еще?! — Ранта тут же упал на четвереньки и принялся с усердием шарить под водой в поисках монет, да с таким энтузиазмом, будто те вот-вот от него уплывут. — Ищите, ищите! И вы тоже ищите! К вашему сведению, все ваши находки принадлежат Великому мне! Естественно, все мое — принадлежит мне! — Оставь этот бред для сна… — проворчал Харухиро и тоже стал шарить по песку под водой, стараясь нащупать хоть что-нибудь. Наемники на полном серьезе искали на берегу пляжа заветные монеты. Занятые этим делом, они не заметили, как зарево над горным хребтом погасло, и весь мир окутала тьма. Поскольку ребята бродили недалеко от деревни, все это время до них доносился звон металла — то работал кузнец, стуча молотом. Однако с закатом звук исчез. «Уже ночь. Интересно, как много времени мы потеряли, разыскивая черные монеты? Точно не знаю, но день уже прошел», — размышлял лидер. — С тех пор мы так ничего и не нашли! — Ранта со злости плеснул ладонью по воде. — Не думаю, что найти их так просто… — Кузаку уселся на берегу реки. — М-может быть… — начала Шихору, выжимая подол робы, — вернемся и попробуем купить еды на одну монету… — Ага, — согласилась Юмэ. Голос у нее дрожал. Наверняка недавно плакала. — Юмэ сильно проголодалась, вот и расстроилась… — В конце концов, может так статься, что мы купим на нее больше, чем рассчитывали… — неожиданно для всех Мэри попыталась утешить товарищей. — Да, наверное… — Ранта уныло свесил голову. Как и ожидалось, он растратил остатки сил. — Может быть… — вяло согласился Харухиро. — «Нет, нехорошо! Лидер не имеет права так сдавать!» — И-идем! Время поесть! Путь обратно показался им до невероятного трудным: они едва выбрались из двухметрового обрыва. Харухиро и его группа едва-едва доковыляли до моста, но вдруг обнаружили нечто ужасное. У ворот стояла «Вышка В», и страж там следил за ними. Нужно пересечь мост и войти в ворота, если хочешь оказаться в деревне, иначе никак. С утра двери оставили нараспашку, а тут их по какой-то причине заперли. — Поче...му? — Харухиро приложил кулак ко лбу. — Запирают на ночь? — Какая разница! — опустив забрало шлема, Ранта решительно двинулся к мосту. — Э-эй… — Харухиро хотел было остановить товарища, но не успел. Заметив пришлого, дозорный «Вышки В» вложил стрелу в лук. Попав под прицел, Ранта не просто замер на месте, а пал ниц, умоляя пощадить его: — Простите! Пожалуйста, не стреляйте, не стреляйте! Пожалуйста, умоляю вас, не стреляйте! Неужели этого хватило? Дозорный не опустил рук, но стрелять все-таки не стал. Не переставая кланяться, Ранта пополз на четвереньках обратно. — Черт! Ублюдок! Кретин! Он ведь мог убить меня!!! — Не беси меня… — у Харухиро аж голова закружилась, настолько он ослабел от голода. Аж сил нет говорить. — Кажется… придется подождать, пока не откроют ворота. А если не хотите, почему бы нам не вернуться и не поискать черные монеты? Хотя нет, не стоит… все уже на пределе… У ребят не было то ли воли, то ли сил куда-то брести. Они улеглись прямо у моста, решив спать здесь. Их мучил страшный голод, заглушая все прочие неудобства, а ведь спали они на голой земле. Только выбора у Харухиро и остальных не было — пришлось терпеть. Стоило кому-нибудь из них смежить веки, как несчастного будил дьявольский непереносимый голод. Каждый из них был уже на пределе, готовый сорваться на любом по пустяковой причине. Борьба с раздражением лишь истощала их силы — сознание медленно угасало. Но задремать не получалось, голод был тут как тут. Девушки держались вместе, а потому разом засыпали и просыпались. Юмэ гладила Шихору по волосам, приговаривая: — Хочу ку-у-уша-а-ать… Слушай, Шихору не против, если Юмэ немного откусит от тебя, а? — А взамен я откушу кусочек от Юмэ… — У-у-у-у-у... Но если это значит, что Юмэ немного откусит от Шихору, Юмэ не против… — Ты хочешь, чтоб мы съели друг друга?.. — Хочу… Наверное, Шихору очень вкусная… — Эм-м, а можно и мне тоже? — включилась в разговор Мэри. — Тогда Мэри тоже даст от себя откусить. — Угу… Ешьте меня… Мне уже все равно, лишь бы поесть… — Кхм! — Ранта скрючился мертвой личинкой и проворчал, — О чем вообще говорят эти женщины?.. Черт… Я завидую им… Правда-правда… Тем временем Кузаку что-то бормотал на одной ноте: — Свежая пшеница, свежая ссора, свежие водоросли… Сосед часто покупает и ест хурму… Синий свиток злого духа, красный свиток злого духа, желтый свиток злого духа… — Ну, мы ведь еще не достигли предела… — хихикнул Харухиро. — Не достигли предела, предела… раздела… одела… хи-хи… Ребята уже не верили, что в этом мире бесконечной тьмы когда-нибудь наступит утро, однако рассвет все-таки забрезжил. Но прежде зарева за горами по округе разнесся какой-то зловещий звук. Бо-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э-э! И дозорный «Вышки В» отворил ворота. Почти сразу контуры гор окрасились в оранжевый. Харухиро и остальные тут же вскочили на ноги и, обгоняя друг дружку, бросились к мосту. Кузнец еще не приступил к делу, а вот от кастрюли за прилавком уже валил пар. Харухиро показал черную монету крабу-владельцу, перемешивающему содержимое кастрюли деревянной ложкой. Торчащие из под маски глаза внимательно изучили находку, а затем переключились на путешественников. — Дайте нам что-нибудь поесть! — взмолился вор. — Мы до смерти проголодались!.. Мы возьмем что угодно, правда, лишь бы было съедобно! Достав шесть мисок (кажется, деревянных), краб-владелец заполнил их каким-то варевом из кастрюли, напоминающим рагу, и раздал ребятам. Те разом поклонились и, выпалив слова благодарности, принялись за еду. Конечно, они бы обрадовались, если б им раздали еще и ложки, но по сути можно было обойтись и без них. Харухиро жадно глотал темное густое рагу, от которого валил пар. Вкуса он не чувствовал совершенно, а все-таки был на седьмом небе от счастья. Оглядевшись, он понял, что остальные так же, как и он, забывшись от восторга, шумно и жадно поглощают рагу. «Вот оно, счастье!» — от всего сердца радовался Харухиро. — «Счастье! Дурманящее счастье! Словно каждая клеточка тела сочится счастьем! Мы чертовски счастливы!» В мгновение ока он выпил весь бульон, только это было еще не все: на дне оставалась гуща. Харухиро осторожно потрогал кусочки в миске. — И-и-и-и?! — вскрикнул вор, когда понял, что это. Кусочки на дне напоминали порубленных многоножек… «Это ведь… насекомые?» В версии с изображениями тут находится картинка. — Ка-ха-ха! Еда мужчины — это его крепость! — выдал какую-то чушь Ранта и решительно вывалил остатки варева себе в рот, жуя хитиновые тельца. — Буэ?! Бу-у-у! Похоже, на вкус они горькие. Ранта вот принялся отплевываться. Что сказать? Вполне ожидаемо. Эти жуки и на вид отвратительны. Пожалуй, не стоило их есть. Но все же… одной миски недостаточно. Такой порцией никак не наестся. Харухиро просительно глянул на краба-владельца — тот предложил им какое-то мясо с вертела. При виде такой щедрости внутри вора проклюнулся росток набожности. Его богом стал огромный краб, владеющий продовольственной лавкой. Давясь слезами счастья и благодарности, вор принял жевать жареное мясо. Он впился в кусок зубами прежде, чем успел подумать: «А все ли будет в порядке?» В отличие от рагу мясо оказалось холодным и жестким, скорее копченым, нежели жареным, но вполне съедобным. Жевать его трудно, но каждое движение челюстей освобождало все больше и больше вкуса. Мясо с вертела обещало быть сытным. Огромный краб дал мясо не только Харухиро. Получается, на одну черную монету можно купить шесть порций рагу из насекомых и шесть порций загадочного копченого мяса. Утолив голод, ребята почувствовали жажду. Они вдруг осознали, что, если хотят воспользоваться колодцем, им придется где-то раздобыть еще одну черную монету. Или немного потерпеть, выйти к реке и, набрав воды там, вскипятить ее. Размышляя обо всем этом, Харухиро обернулся и увидел, как идиот-Ранта робко двинулся к колодцу, набрал воды в флягу и принялся жадно пить. Страж даже не шелохнулся. «А? Он не против?» — удивился вор. Вслед за Рантой к колодцу несмело подошел Харухиро, а страж — ноль внимания. Это потому, что они заплатили вчера? Получается, что если за одну черную монету можно купить рагу из насекомых и шесть порций мяча, то вчера они, скорее всего, переплатили. Вот поэтому им позволили напиться и сегодня… так? Напившись вволю, наемники почувствовали облегчение. Но нет, это еще не все. — Эм-м… Харухиро… — Шихору подняла руку. — Я бы… хотела принять ванну… Вор не мог ответить ей в духе: «Вообще-то у нас есть дела поважней!», а потому прикинул: «Хм, в принципе, мы можем подумать, как достать черные монеты, готовя и принимая ванну. Пожалуй, мы справимся. Если расслабимся, наверняка что-нибудь придумаем. Угу. Ванна… давайте примем ванну». Группа Харухиро вышла из деревни и быстрым шагом направилась к пляжу. Наверное, в спешке не было никакого смысла, только ребята ничего не могли с собой поделать. Чтобы искупаться, наемники вырыли яму на берегу, а затем соединили ее с рекой с помощью канала. Наполнив яму речной водой, ребята перекрыли канал. Затем они договорились, что первыми примут ванну девушки, а потом уж парни. Чтобы не беспокоить первых, вторые подождут где-нибудь в сторонке. Для ванны они выкопали яму диаметром в полтора метра, а глубиной где-то в метр. Температура воды была чуть ниже температуры тела, но даже так лучше, чем ничего. При свете фонаря наемники осмотрели воду в «ванне»: не мутная да и не пахла ничем специфическим. Ободренные этим фактом, они работали быстро, без передышки. И вот «ванна» под открытым небом была готова. — Ладно, мы уходим. Харухиро, Ранта и Кузаку оставили Юмэ, Мэри и Шихору у «ванны», а сами отошли примерно на двадцать метров в сторону и встали у обрыва. Даже с восходом солнца (точнее, с появлением зарева в горах) повсюду царил полумрак. Иными словами, с такого расстояния девушек им было не увидеть. «И все же странно… Ранта ненормально молчалив. Нет… он пока молчалив...» — Итак, время начать «операцию»? — Как я и думал… — вздохнул Харухиро. И что им делать? Как держать в узде этого жуткого отброса? К счастью, Харухиро ничего не пришлось делать. Потому что Кузаку молниеносно сбил Ранту с ног и прижал к песку. — Этого я тебе не позволю. — Ай! Ой-ой-ой! Эй, Кузакки, какого черта ты творишь, придурок?! Убери колено, колено! Серьезно… Ай! Отпусти меня, кретин! — Не-а, Ранта, ты очень силен. Если бы я не зашел так далеко, ты бы вырвался. — Идиот, ты мне так руку и плечо сломаешь! Еще и повредишь внутренние органы! Что ты будешь делать, если я умру, а?! Придурок! — От этого ты точно не умрешь, Ранта. Все нормально. — Это не нормально, не нормально, не нормально! Больно-больно-больно! Я умираю, умираю, умираю! Отпусти меня, отпусти, отпусти! — Я прекрасно понимаю, что ты преувеличиваешь. — Че-ерт, ты слишком нахальный, Кузакки! Разве ты не уважаешь своего старшего товарища?! — Уважаю. Я на самом деле очень уважаю тебя, Ранта. — Если так, то отпусти меня! Го-олые! Я хочу увидеть голых девушек! Грудь! У меня болезнь, которая убьет меня, если я не увижу парочку грудей! Правда-правда, я не вру! — Ну, это я тоже в какой-то мере уважаю. Только ты перегибаешь палку. Ранта вообще не заслуживает уважения, так что ничего, если с ним так обращаются. «Что ни говори, а Кузаку отреагировал быстро. Все из-за нее. Из-за Мэри. Скорее всего, да. Он не хотел, чтобы ее кто-то увидел. Кто она ему? Подруга? Возлюбленная? Смысл один и тот же. Он не хочет, чтобы другой парень видел ее голой. Наверное, поэтому. Скорее всего. Естественное желание», — даже Харухиро понимал это. — «Я все еще девственник. Что насчет Кузаку? Интересно, они уже… уже?.. Ну, вот «это»?» Харухиро сел на песок и закрыл лицо руками: «О чем я только думаю? Это глупо. Разве это важно? У меня нет времени на глупости. Точно! Нет времени!» Черные монеты. Как же их найти? Глупо надеяться на удачу, на то, что им попадется что-нибудь, как это было со скелетом и монетой на берегу. Разве нет какого-нибудь другого способа найти деньги, нечто понадежнее? Может, заработать как? Но что нужно сделать? Для тех же жителей деревни? А это вообще возможно? С ними и поговорить-то нельзя. Нет, это не выход. Деньги. Да, деньги. Черные монеты — это деньги. Черные монеты в ходу в этой деревне. Если дела обстоят так, то здесь действует денежная система… Однако может ли система, где деньги обмениваются на товар, использоваться в одной лишь деревушке? Какова вообще популяция деревни? Так как там четырнадцать построек, значит, максимум, пятьдесят жителей. При всем этом в лавках представлен довольно-таки широкий ассортимент. Не слишком ли много для такой деревни? А вообще, сюда приходят другие клиенты? Вроде группы Харухиро?.. — Кья-я! — вдруг послышался чей-то вопль. Даже не вопль. Визг. — Эй! — Ранта сбросил с себя Кузаку. Тот же, подняв фонтан брызг, резко вскочил на ноги: — Мэри… Это вы? Харухиро тут же рванул в сторону, где слышались крики: — Мэри?! Юмэ?! Шихору?! — Нья-я!.. — раздался боевой клич Юмэ. Она сражалась с кем-то? С кем? Врагом? Послышался плеск воды. — А-а… Это Шихору? Она попыталась скрыться, но упала в реку? — У! Ха! Это Мэри. Голос как будто ее. Она точно билась с кем-то. — О-осторожнее, и постарайтесь на них не смотреть! — Харухиро достал кинжал и сап. — «Хотя нет, не время беспокоиться, увидим ли мы их голыми!» Вор бежал к ним что есть мочи. В полумраке он заметил чьи-то силуэты. Похоже, Юмэ и Мэри окружили врага, выставив оружие. Но где Шихору? В реке? Это враг? Сначала Харухиро решил, что на девушек напал ящер. Монстр быстро и ловко бежал по песку. Какой шустрый! Ящер легко уклонялся от атак, ускользая влево-вправо. Размером он был примерно с человека. Харухиро и подумать не успел, а тело его уже ринулось вперед. Вор схватил врага со спины. Навык «Паук». «Это не ящер! У него есть шерсть! Ладно, не важно!» — одернул себя Харухиро. Когда вор же вонзил кинжал в шею противника, тот начал выворачиваться из захвата. Монстр подпрыгнул. Наискось вверх. Очень высоко. — А-а-а! — Харухиро рефлекторно вцепился в шею твари. Черт! Враг перекувыркнулся в воздухе… Если так, то приземлится он на спину… И раз Харухиро у него на спине, значит... значит, это существо решило раздавить вора, предварительно оглушив ударом о землю. Когда Харухиро попытался отцепиться, рука существа обвила его тело, не позволяя вырваться. Раздался жуткий хруст. Удар пришелся на все тело. Дыхание тут же сперло, голова закружилась. Враг отпрыгнул от Харухиро и снова бросился в атаку — вор прикрыл голову и лицо, стараясь хоть как-то защититься и по возможности избежать смерти. — Га-а-а-а! — подлетел к лидеру Кузаку, пытаясь пырнуть монстра мечом. Враг отскочил и поспешил удрать. — Вот ты где! — Ранта бросился вперед и рубанул по телу монстра. «Отличная командная работа!» — невольно восхитился Харухиро… впрочем не в его положении было хвалить товарищей, пусть даже мысленно. Лидер хотел было подняться, только ничего не вышло. Малейшее движение вызывало сильную боль. «Кажется, сейчас наизнанку вывернет. Как я ничтожен. Был слишком неосторожен. Потерял голову. Почему не держался спокойно? Раздражает. Мне стыдно. Повел себя как новичок. Зеленый новичок. Мне нет оправдания. Больно и горько…» — убивался он некоторое время. Кузаку и Ранта погнались за врагом. Юмэ и Мэри ринулись к Харухиро. — Хару?! — позвала Мэри. — Хару! — вслед за ней прокричала Юмэ. К счастью или же нет, но девушки, похоже, так и не успели одеться. В любом случае мрак успешно скрывал детали, только Харухиро все равно чувствовал угрызения совести. Вор прикрыл глаза, справедливо решив, что больше ничего не сможет сделать. — Что с Шихору? — Нья-я?! Точно! Шихору! Шихору, ты где? Все в порядке?! — С-с-со мной в-в-все в порядке! — отозвалась волшебница. Этого хватило, чтобы Харухиро почувствовал невероятное облегчение. Только рано расслабляться. Уж точно не ему и не в такой ситуации. — Хару! Сейчас я магией Света… — Не-ет, нельзя!.. То есть магия Света… От нее идет свет… Перед этим накинь что-нибудь… — И в такой-то ситуации ты способен думать об этом?! — накинулась на него жрица. «Прости! Правда, мне очень-очень жаль…» — мысленно просил ее о прощении Харухиро. — Мэри, вот... ваша одежда, — вернулся Кузаку и бросил ей что-то. — Это не важно!.. — крикнула Мэри, но все же накинула кое-что на плечи и тут же принялась лечить Харухиро. — Не-е-е-е-е-ет! — завопил Ранта. — Кретин, он сбежал от нас! — Глупый Ранта, не возвращайся сюда! — прокричала ему Юмэ. — Заткнись! Будто бы мне хочется глядеть на твою крошечную грудь! — Шихору ведь тоже тут! — Естественно, вот на нее-то и хочу взглянуть! Любой ценой должен! Ге-хе-хе-хе-хе! — Джесс, иин, сарк, карт, фрам… — Сто-сто-стой, погоди-погоди-погоди, Шихору! Хватит, не надо магии! Это ведь «Буря», да? Она накроет не только меня, но и тебя! Харухиро крепко зажмурился, надеясь, что ничего не увидит: «Если я открою глаза, то, пожалуй, много чего замечу. Мэри ведь очень близко. Настолько близко, что почти касаюсь ее тела. Но я не буду смотреть. Ни за что не посмотрю. Мне так стыдно за все, что аж плакать хочется!» «Нам даже ванну спокойно не принять, да? Как же это тяжело...»

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. «У, на-а?»

Магия света и магия тьмы работают в этом мире. Вот только эффективность (как и продолжительность) заклинаний сократилась примерно втрое. Кроме того их использование не только тратит вдвое больше магических сил, но и сильно изматывает заклинателя как морально, так и физически. По этой причине эффекты, какие накладывало заклинание «Оберег Света» * , стали почти бесполезны. Что касается лечащих заклинаний, то семи «Лечебных касаний» * , либо четырех «Исцелений» * , либо одного «Таинства» * теперь было достаточно, чтобы полностью потратить запасы магических сил Мэри. Чтобы испытать магию Тьмы, Харухиро и остальные заставили Ранту читать «Призыв демона» * и звать Зодиака так часто, насколько это было возможно. Ведь тот, будучи ужасным рыцарем тьмы, все равно не умел толком пользоваться силами Скаллхейла. Зодиак же мог оказаться полезным, просто находясь поблизости. Группа Харухиро временно обозначила деревню, где выкопан колодец, как Идо * , а реку, где текут прохладные воды, как Нуру * . Хоть ребята и не знали, где какие стороны света, но, следуя теории, что река Нуру протекает с севера на юг, решили, что идти вверх по течению означает двигаться на север, а вниз по течению — на юг. А там, где днем оранжевое зарево окрашивало горный кряж, отчего мир становился слегка светлей, ожидаемо был восток. Поскольку путешественники так и не изобрели способа пересечь Нуру, они могли исследовать лишь территорию к западу от берега. Там простирался лес. Но что насчет юга? У самой речки явно водились агрессивные твари, а потому наемники старались держаться несколько подальше от берега, пока идут на юг. — И как далеко мы… от деревни Идо? — Кузаку обернулся. — Километр прошли? Юмэ странно промычала и тоже глянула в ту сторону: — Наверное, да. — Ц-ц! — цокнул Ранта и несколько раз топнул. — Черт, до чего трудно идти! Сплошное хлюп-хлюп-хлюп-хлюп! Земля слишком мягкая! Что это вообще?! Как же меня это достало! — Ихи-хи… Ранта… твое ничтожное существование — вот что достало… Ихи… Ихи-хи-хи… — Эй, Зодиак, что все это значит?! — Н-но это и правда утомляет… — Шихору шла, опираясь на посох. — Ты в порядке? Шихору, если нужно, можешь держаться за меня. — Спасибо, Мэри… Но если упаду, утяну тебя за собой… — Тогда и подумаем, что делать, — чуть улыбнулась Мэри. Губы Харухиро тоже тронула слабая улыбка. «Учитывая все произошедшее, негоже такому никчемному лидеру, как я, улыбаться. А все-таки здорово, что Мэри, Юмэ и Шихору поладили. Я несказанно рад этому». Ведь поначалу Мэри не слишком-то стремилась сотрудничать с ними, хотя прежде, скорее всего, была жизнерадостной девушкой с прекрасным характером. Не обделена внешностью, тщательно исполняет обязанности жрицы, прекрасный характер… она что, сверхчеловек? О большем и просить нельзя, особенно если Харухиро твердо намерен и дальше воспринимать ее как боевого товарища и друга. Будучи лидером, он не мог нарадоваться на такого сопартийца. «Должно быть, Кузакки повезло еще больше, ведь она его девушка…» — Значит, к югу от деревни Идо начинается топь... — протянул Харухиро, едва сдерживая в груди обреченный вздох. — И вряд ли в ближайшее время хоть что-то поменяется… — Идти тяжело, но разве все так плохо? — удивилась Юмэ. — Все хлюпает, если что, мы сразу все услышим. Если кто-то приблизится, то сразу все поймем, да? — Черт! Юмэ-мэ! Для плоскогрудой девчонки ты говоришь довольно-таки полезные вещи! — Сколько раз повторять, не называй Юмэ плоской! В словах охотницы определенно был смысл. И действительно: легко оставаться настороже, шагая по болоту. При таком раскладе Харухиро захотелось зайти чуть дальше, чтобы разведать окрестности. Вскоре группа приняла решение, и они прошли еще три сотни метров или около того, пока почва под ногами не превратилась в месиво. Ноги стали вязнуть, хотя уровень воды не превышал пяти сантиметров. Однако то и дело попадались кочки, отчего путь становился лишь труднее. — Эй, в земле что-то есть, там?.. — Сокровище! — Ранта тут же полез в грязь: опустился на четвереньки и принялся шарить под водой. — О? Точно! Что-то такое… Это же… — Может, надо подсветить? — спросила Юмэ, и лидер дал отмашку. — Нья, — Юмэ достала фонарь и зажгла. — Вот, — Ранта поднес найденный предмет к свету. Какую-то цилиндрическую штуку. Харухиро тут же понял, что это. Да, оно самое. — Кость?.. — Тут их полно. Думаешь, в болоте полно мертвецов? — Ухи… Ранта, тут ты и сгниешь до костей… Ухи… Ухи-хи-хи-хи… — Хватит с меня этих предзнаменований! Черт, Зодиак! — Давайте поищем, — решительно кивнул Харухиро. — Конечно, кости не представляют для нас интереса, только пожитки мертвецов. Среди них могут оказаться черные монеты. Вот что нам крайне необходимо… С ним никто не стал спорить. В отличие от вод реки Нуру, местная топь оказалась жутко ледяной. Каждому из группы Харухиро мерещилось, что чем дольше хлюпаешься в болоте, тем холодней и холодней становится. В таких условиях многого не найдешь, однако никакие испытания не сравнятся с муками голода и жажды. Так что им еще повезло. Вскоре послышался возглас Шихору: — Ох! — а затем волшебница что-то подняла из грязи. — Черная монета! — Ого! — Ранта хлопнул Шихору по спине. — Отлично! Молодец, Шихору! — Не смей пользоваться моментом и прикасаться ко мне! — Быть не может?! Ты разозлилась на меня?! Серьезно?! Нет на это времени! Разве ты не рада?! — Ки-хи-хи… Ранта… Твое существование портит абсолютно все… Ки-хи-хи-хи-хи… — Какие-то проблемы?! Чтоб вы знали, ничего не попишешь! После этого находки шли одна за другой, причем наемникам попадались не только черные монеты (целых четыре штуки!), но и парочка ржавых кинжалов, один полуторный меч и нечто, смахивающее на тонкую маску, отлитую из металла. — Хм… — Ранта тщательно осмотрел меч, прежде чем отдать его Кузаку. — Это тебе, Кузакки. Выглядит неплохо. Если подточить, пригодится. Но для меня слишком прост. И длинноват. К тому же шокирующий эффект Долфина еще не пропал. — Спасибо. — Два кинжала отдаем Парупиро. — Ху-ху… Ранта ведет себя так напыщенно… Умри, хвастун… Ху-ху-ху… — Эй, Зодиак?! Может, хватит оскорблять меня, будто так и надо, а?! — Хм... Нет, мне хватит и одного. Как насчет того, чтобы отдать один Юмэ? Тот, что побольше, примерно одного размера с кукри. — Нья! Кстати говоря, да. Тогда Юмэ возьмет один. — Что насчет маски? — Мэри решила примерить ее. — Ох, сидит идеально! Форма маски напоминала мордочку какого-то животного. Уж точно не человеческое лицо. После долгих раздумий Харухиро решил, что она ни на кого не похожа, ни на одного из знакомых ему зверей. Разве что на… обезьяну? Наверное. Что ни говори, а маска была забавной. — Т-тебе… идет, правда, — Шихору изо всех сил старалась говорить ровно. — Пф-ф-ф! — прыснул Ранта и ткнул пальцем в сторону Мэри. — Да-да! Великолепно! Превосходно! Значит, это для Мэри! Решено! — М-мне она не нужна! — та поспешила снять маску и всучить ее хоть кому-нибудь, но товарищи отказались брать вещицу наотрез. — Она мне не нужна, правда! Я просто решила примерить! Неизвестно почему, но… Харухиро глянул на Кузаку. «Нет, понятно, почему. Что-то вроде: «Эй, Кузаку, не поможешь ей?» Как я мог не подумать об этом? Особенно сейчас. Ведь они, ну… Ну, вы знаете?..» Кузаку почти сразу отвел взгляд от Мэри и свесил голову. Очевидно, ему стало неловко. «Но почему? А-а, понятно. Не хочет, чтобы другие узнали о его связи с Мэри. Они все еще скрывают это, да? Ему сложно притворяться, ведь хочется прийти к ней на помощь, но нельзя, все станет явным. Да ладно вам! Хватит прятаться! Ну же, почему бы не сказать открыто? Прямо сейчас! Ведь хранить секреты утомляет. Если откроетесь, мне станет гораздо, гораздо легче…. Хотя, наверно, сказать такое напрямую сейчас будет ошибкой. Ну вот скажут они внезапно: «Знаете, а мы…» — и всем станет неловко. Как вообще на такое реагировать?» Пока вор размышлял обо всех этих неловких вещах, Юмэ решилась забрать вещицу: — Может, тогда отдать маску Юмэ? Когда мы вернемся в деревню, в маске ей будет комфортненько. Хоть она не миленькая, но, может, Юмэ скоро привыкнет и начнет считать ее миленькой. — Эм-м… насчет черных монет… — Шихору выбрала одну монету из четырех, что лежали у нее на ладони, и показала всем. — Они отличаются по размеру… Эта побольше, а вот эти три поменьше… На монетах что-то написано? Кажется, символы на них тоже различаются... — О-о-о! — Юмэ поднесла фонарь. — И правда! Эта такая большая... Харухиро сравнил монету, которую держала волшебница, с остальными тремя на ладони. — Думаешь, у них разная ценность? Как у серебренников и медяков? Хотя, кажется, материал тот же. Кстати, а какого размера были первая и вторая найденные монеты? Хм... Не помню… — Ты должен запоминать такое! — поддел лидера Ранта и рассмеялся. — Хотя я и сам не собираюсь! — Ки-хи-хи… Потому что… ты пустоголовый… Ки-хи... Ки-хи-хи… Скоро ты окажешься в объятиях Скаллхейла… — Зодиак внезапно понизил голос и добавил. — Вот… Уже скоро… Ки-хи-хи-хи-хи… — Эй, Парупиро! — Ранта указал подбородком куда-то. — Ага… — Харухиро согнул колени и сместил центр тяжести. — Знаю. Интересно, а все ли демоны-фамильяры такие? Харухиро, будучи Вором, не совсем понимал, что и как работает у рыцарей Тьмы, однако справедливо считал Зодиака излишне капризным. А раз так, постоянно полагаться на него неразумно. Иногда, конечно, Зодиак своеобразно предупреждает об опасности, и лишь этим он может быть полезен. Харухиро не пришлось раздавать команды, ведь его товарищи уже пришли в боевую готовность. На мгновение лидер задумался: «Может, попросить Юмэ погасить фонарь? Нет, потушим сейчас, глаза не успеют привыкнуть ко мраку. Некоторое время мы будем слепы. Плохи наши дела!» Лидер прислушался и засек какой-то шум. Всплески воды. Откуда-то с запада. Шлеп-шлеп. Громче и громче. Некто двигался к ним, шлепая по воде. Приближался кто-то враждебный! Харухиро поглядел на Кузаку и молча отдал команду, указав пальцем на запад. Паладин кивнул, опустил забрало шлема и повернулся на запад. Враг объявился почти сразу. Существо неслось прямиком на наемников. Юмэ направила в нужную сторону фонарь, и тогда все увидели огромного черного зверя. Горящие желтым глаза… две пары глаз? Это собака или волк? Нет, ни тот, ни другой. Враг настолько огромен, что уже ближе ко льву или тигру. Может, еще больше. Зверь бросился на наемников. Кузаку попытался отбросить того щитом, но не смог: атака монстра просто снесла его. — Гах! — Все плохо, да?! — Ранта ринулся в атаку с мечом грома наперевес — зверь не стал уворачиваться, а просто принял удар лобными костями. На мгновение тварь парализовало, только она почти сразу оправилась. Ранта отпрыгнул назад. — У-у! Твердый! У него что, башка из камня?! — Оом, рел, экт, дел, брэм, дарс! — «Теневая броня» окутала Шихору в защитный кокон. Если что, теневой элементаль поглотит все атаки или, в худшем случае, хотя бы смягчит удар. Разумно. Что и ожидалось от Шихору. — Кузаку?! — крикнула Мэри. — В порядке! — тут же ответил паладин, затем послышался плеск: наверняка встал из воды. Судя по всему, Кузаку в порядке. Зверь принялся с ленцой крутить башкой, осматривая группу Харухиро. Лапы у него переходили в плечевую кость где-то на уровне одного-двух метров от земли. Длина тела никак не меньше трех метров. Пусть размеры этой твари и не превышают человеческие раз так в десять, а все-таки зверь огромен, любой испугается. Такой легко откусит руку или ногу, а то и голову. Выходит, Кузаку — счастливец, раз оправился после первой атаки. — Уф-ф, уф-ф, уф-ф… — тяжело дыша, Юмэ пригнулась. Охотница сжала в правой руке кукри, а вот лук доставать не стала: наверное, решила, что стрелами такого монстра не убьешь. Да и как стрелять, когда группа уже сошлась с тварью в ближнем бою? Теперь враг слишком близко. Если развернуться и попытаться сбежать, то зверь гарантированно бросится на них. И тогда им конец. Тварь перебьет наемников в одно мгновение. Существо даже не рычало на них, только раздраженно било хвостом по воде, но даже такой малости хватило, чтобы Харухиро страшно перепугался: аж сердце в пятки ушло. Если тварь завоет, вор наверняка умрет от сердечного приступа. «Страшно-о…» Но вообще, что значит нападение этого зверя? Они вторглись на его территорию? И теперь монстр пытается выгнать их? Если так, то ему следовало бы напугать их до полусмерти, так? А он этого не сделал. Тогда они — его добыча? Зверь решил поохотиться на людей? Чтобы заглушить голод? Все-таки это?.. «Хочу сбежать… но двигаться тут тяжело, вокруг темно, а враг быстрый. Без ранений не обойдется. Похоже, выбора нет, так?» — размышлял Харухиро. Если цель врага — поохотиться, то наемникам достаточно слегка поранить зверя: тот решит, что люди ему не по зубам, и отступит. По крайней мере, так хотелось думать Харухиро… Так ему казалось в тот момент. — Сделаем это! — набравшись мужества, крикнул лидер. — Не толпитесь, не стойте перед ним, окружайте! Когда наемники двинулись в атаку, зверь тоже сорвался с места. Тело у него крупное, громоздкое, а все равно ему хватило ловкости. Ранта! Зверь прыгнул на Ранту! — А-а?! — похоже, твари не удалось застать темного рыцаря врасплох: Ранта уклонился, попутно выписывая ногами нечто невообразимое, стараясь обмануть врага. Что это? Навык темных рыцарей «Пропажа»? Если б под Рантой была твердая почва, маневр наверняка бы удался, только не на сей раз: уклоняясь от атаки, наемник споткнулся и упал в воду. — Гва-ах?! — Постарайся, Ранта… Ки-хи… Ху-хи-хи — Ранта! — Кузаку попытался завершить «Возмездие» * . Навык Паладинов «Возмездие» чем-то напоминает «Яростный выпад» Воинов: разница лишь в том, что когда меч несется вниз по диагонали, боец прикрывает тело щитом. Именно это обстоятельство и спасло Кузаку — зверь ловко увернулся и ударил того передними лапами. Удар зверя, смахивающий на хук. Кузаку заблокировал атаку щитом, однако все равно рухнул, не сумев погасить отдачу. — Джесс, иин, сарк, карт, фрам, дарт! — Шихору ударила «Бурей» по твари — несколько тонких веток молний опутали тело врага. — Гроу! — зверь взвыл и задрожал всем телом, но не упал. Помотав головой, существо переключилось на Шихору. — Тью-юн! — странно вскрикнув, Юмэ с безрассудной храбростью ринулась на зверя. — Уф! — Мэри двинулась за ней следом, выставив вперед короткий посох. — Ро-о! — взревев, зверь крутанулся на месте, тем самым отбросив девушек — обе рухнули в воду. — Черт! Не смей глядеть на меня свысока! О тьма! О Владыка Порока! — опустившись на одно колено, Ранта указал кончиком меча в сторону зверя. — Вирус тьмы! * . Если Ранта использует магию, то добра точно не жди. Даже когда от тела рыцаря Тьмы оторвался странный сгусток с ужасающей аурой и без каких-либо препятствий накрыл зверя, плохое предчувствие так и не оставило Харухиро. И на то были основания. Для начала, эффективность темной магии сократилась. Так зачем пользоваться ей? Но стоило зверю попасть под чары, как он споткнулся на ровном месте. Конечно, враг тут же восстановил равновесие, но с ним явно что-то происходило. «Вирус тьмы»… Кажется, это заклинание вызывает миазмы Владыки Тьмы Скаллхейла, которые ослабляют жертву. И действительно: зверя будто бы подкосила какая-то неведомая хворь. По крайней мере, так выглядело со стороны. Благодаря этому вор смог воспользоваться брешью в обороне врага. «Ранту можно похвалить и потом. Хотя нет, не буду. Это же Ранта, он точно зазнается». Хоть зверь и ослаб, но менее ужасен не стал — спроси Харухиро об этом, и вор бы точно подтвердил это. Впрочем, теперь лидер верил в возможную победу. Как ни крути, но против них вышла всего лишь четырехлапая тварь, пусть и яростная. Харухиро подобрался к противнику сзади, прыгнул на него и вцепился в спину. Оказавшись там, вор принялся кромсать шею зверя. В каждый удар он вкладывал максимум силы. Кинжал раз за разом пробивал шкуру монстра. Конечно же зверь не сдался, а свирепо бился за свою жизнь: бросался из стороны в сторону, извиваясь всем телом; яростно припадал то на передние, то на задние лапы, стремясь скинуть Харухиро со спины. Однако строение тела врага не позволяло тому хоть как-нибудь достать до спины… Так думалось Харухиро, пока когти задних лап не впились ему в бедро, вспоров кожу. — Гха?! Харухиро вскрикнул от боли, и его тут же скинули на землю. Хуже всего было то, что вор оставил кинжал в спине зверя. В придачу наемник упал вниз лицом, отчего грязная вода залила глаза, попала нос. На несколько секунд он ослеп и не мог нормально дышать. «Дело дрянь! Я так и умереть могу, да?» — Джесс, иин, сарк, фрам, дарт! Если бы Шихору не зачитала «Молнию», то Харухиро наверняка бы стал первой жертвой, обреченной на съедение. — Гра! — ревел зверь: он точно получил серьезную рану. По крайней мере, в его реве слышалась боль. Прекратив рычать и реветь, тварь тяжело завалилась на бок, подняв волну грязной воды. Харухиро не видел, как это произошло, зато прекрасно слышал. «Кинжал. Значит, кинжал?» — подумал он. Рукоятка все еще торчала в шее монстра. Вот куда целилась Шихору. — Ихи… Сейчас… Ихи-хи-хи… — подталкивал ребят Зодиак. — Мог и не говорить! — Да! Сообразив, что лучшего шанса для атаки не будет, Ранта и Кузаку двинулись на зверя. Оттершись, Харухиро встал на ноги. «Мы справимся. Справимся», — уж было подумал он, и тут заметил, что враг… бросился бежать. Удирал со всех ног и как можно дальше. «Быстрый! Хотя этот мир суров для всех без исключений. Будешь медлить — тебе не выжить. Нужно принимать решения моментально, иначе никак». Вскоре зверь пропал из виду. — Есть раненые? — Харухиро поднял руку. — Кроме меня? — У меня, — подал голос Кузаку, — спина немного болит, но не более… — С Юмэ все в порядке. — Я тоже. Благодаря вам… — Великому мне все равно, ведь я неуязвим! — Не беспокойся… Ки-хи… Когда-нибудь... завтра ты наверняка… погибнешь… Ки-хи-хи… — Послушай-ка, Зодиак! Бесит меня, когда ты так говоришь, так что хватит сыпать предсказаниями, ладно?! — Хару, позволь посмотреть рану! — Мэри подбежала к нему и, ухватив Харухиро за ногу, положила к себе на колено. — Выглядит ужасно. Не будь таким безрассудным! — Хорошо. Только ничего такого я не планировал. Даже не ожидал, что меня ранят… Можно сказать, я был слишком оптимистичен. Мне правда очень-очень жаль… — Пытался загладить вину за тот раз? — шепнула ему жрица. И ведь правда… отчасти. Когда какая-то тварь накинулась на девушек на берегу реки, только Харухиро получил ранение, и Мэри пришлось лечить его. В тот раз он действительно допустил промашку. А в этот хотел сделать хоть что-то впечатляющее, показать себя с хорошей стороны. Да и может ли он, Харухиро, утверждать, что таких мыслей не было и в помине? Скорее всего, где-то на периферии сознания у него был какой-то скрытый мотив. А все же неплохо бы помнить, что он в первую очередь лидер. Затем — никудышный Вор. По природе своей он не из тех молодцов, способных вести людей за собой, способных справиться с любыми трудностями, демонстрируя при этом превосходные лидерские качества, но… Вот бы хоть разок побыть кем-то таким, а? Если Харухиро не сможет хотя бы раз совершить нечто из ряда вон, чтобы его друзья подумали: «Эй, а он справляется куда лучше, чем ожидалось!» — тяжко ему будет. Харухиро просто не сможет двигаться дальше. В конце концов, если Ранта начнет смотреть на него свысока, возникнут проблемы. Нет, это точно выведет лидера из себя. И дело не только в Ранте, остальных это тоже касается. Харухиро страстно хотелось, чтобы ребята уважали его, а не презирали. Отведя взгляд, вор шепнул Мэри: — Может, и так… — Хару, я уважаю тебя, очень благодарна тебе, — сказала та как можно тише. — Остальные тоже. Знай это. — Я знаю… наверное. — Что же, вот и хорошо. Позволь мне вылечить тебя. — Угу… — Харухиро прикрыл глаза. «Не хочу видеть Мэри так близко. Не хочу чувствовать ее доброту. Да, я рад, но в то же время это так больно! Нет, я в самом деле благодарен ей», — подумал вор. По итогам похода случилось вот что: Харухиро ранили, Мэри вылечила его, а еще лидер потерял любимый кинжал, а другой, найденный на болоте, был так плох, что им едва ли можно было воспользоваться. Конечно, Харухиро мог бы его наточить, только под рукой не было точильного камня. Да и оружие лучше отдать кузнецу, чтобы заточка была профессиональной. Поскольку в болоте покоилось множество останков всевозможных существ, наемники решили назвать эти места Мертвецкой топью. Похоже, здесь относительно легко найти черные монеты и экипировку, однако в окрестностях бродят опаснейшие твари вроде четырехглазого зверя. Поэтому действовать нужно с осторожностью, не ослабляя бдительность ни на секунду. Зазеваешься — и съедят. Ради безопасности лучше мыслить в таком ключе. К счастью, за один поход наемники сумели раздобыть одну большую и три маленьких черных монеты, в честь чего ребята решили вернуться в деревню Идо. Их подгонял и холод: на болоте они промокли и промерзли до костей. Харухиро и остальные вскоре поняли, что им жизненно необходимо погреться у костра или где-нибудь еще. А также попить и поесть. У самой деревни наемники спрятали лица и успешно пересекли деревянный мост. Оказавшись за частоколом деревни Идо, они сразу же почувствовали невероятное облегчение. Однако это чувство вскоре пропало, стоило только глянуть на меланхоличный вид деревеньки и ее странных обитателей, чей язык никто из маленького отряда не понимал. Как ни крути, а препятствий на их пути слишком много. Смогут ли Харухиро и остальные обеспечить себя всем самым необходимым для жизни? Смогут ли они жить здесь? И вообще, смогут ли устроиться тут? Хотя не то чтобы они мечтали жить в этом мире, нет. Скорее, хотели вернуться домой. В Гримгар. Только есть ли какой-то способ? А что если…они обречены до конца своих дней скитаться здесь, без надежды вернуться? Что тогда делать?.. — О… — Ранта вдруг ткнул пальцем в сторону кузнеца. — Смотрите. Там… кто-то есть? Кузнец с кроваво красными глазами и жутким массивным торсом как и всегда стучал молотом. Но перед кузницей вдруг нарисовалась фигура незнакомца. — Кто-то, но… — Кузаку помотал головой. — Да, кто-то. Покупатель, верно? Не исключено, что житель Идо, правда, Харухиро не смог припомнить его. А незнакомец был таким, что увидишь раз — запомнишь на всю жизнь. Высокий, раза так в два выше Харухиро. А что до вида… как бы это поточнее выразиться… Будто пугало. Пугало и есть. Если б незнакомец еще и стоял прямо, а не медленно переваливался, то и дело наклоняясь к прилавку с товарами… в общем, любой бы на месте ребят подумал лишь одно: «А? Да кто вообще поставил здесь пугало?» Естественно, настоящее пугало ходить не умеет, стало быть, незнакомец — не пугало. Кроме запоминающейся внешности пришелец обладал до невероятного длинными и тонкими конечностями, на каждой из которых было по десять пальцев, не меньше, причем они чем-то напоминали проволоку. Высокий незнакомец был закутан с ног до головы в нечто, смахивающее на дождевик. Лицо же прятал, судя по всему, за маской или чем-то подобным. — Думаете, покупатель? — пробормотала Юмэ. — Покупатель… — повторила за ней Шихору и задрожала. — Он что-то… тащит за собой? — Труп? — Мэри в ужасе закрыла рот ладонью. Харухиро глубоко вздохнул: «Успокойся. Все хорошо. Успокойся. Мысли ясно. Все в порядке». Деревня Идо — безопасная зона… по крайней мере, так она выглядит, да? Наверное, так и есть. Повстречайся им здесь кто-нибудь опасный и грозный, толку все равно ноль, и не важно, поведешь ты себя дружелюбно в духе «О, привет!» или же проигнорируешь его. Никаких последствий… наверное? Или же Харухиро просто надеялся, что дела обстоят именно так, верно? Но правда ли это? И вообще, есть ли у него какие-то основания так рассуждать? Скорее всего, нет... Труп. Как и сказала Мэри, незнакомец приволок труп в деревню. Да, да, господин Пугало (так его временно окрестили Харухиро и остальные) тащил на себе тело какого-то человекоподобного существа… и не только его. А не мертвая ли зверушка свисала с правого плеча? И тут господин Пугало схватил с прилавка огромный меч и повернулся к кузнецу. — У, на-а? — спросил он. Нет, он правда сказал «У, на-а»? Голос у незнакомца хриплый, разобрать слова трудно. Харухиро до конца не был уверен в том, что он услышал. Кузнец прекратил стучать молотом, поднял три пальца левой руки, а затем восемь. — Сон, за-а. Оказывается, у кузнеца было не пять пальцев. А восемь. На одной лишь руке. — Оу-ун, да-а, — сказал господин Пугало, помотав головой. — Бона, дэ-э, — ответил кузнец. — Гиха, — господин Пугало вернул меч на место. — Зэ, на-а. Кузнец разочарованно поглядел на покупателя, махнул левой рукой и снова взялся за молот. Видимо, господин Пугало попытался купить тот меч, но то ли не сошелся с кузнецом в цене, то ли еще что. Господин Пугало отошел от прилавка и направился к продовольственной лавке. — У, на-а? — Юмэ, чье лицо скрывала «обезьянья» маска, вопросительно наклонила голову. — Это означает «сколько стоит» или что-то такое? — Эй, не говори то, что я собираюсь сказать, с такой крошечной грудью! — Не называй ее крошечной, глупый Ранта! — Если это так… — Шихору качнула подбородком, — нам станет проще делать покупки? — У, на-а, — повторила Мэри несколько раз. — Думаю, стоит попробовать. — Звучит прекрасно… — заметил Кузаку. Он стоял чуть в стороне, подальше от остальных. Харухиро молча согласился. «У, на-а» в исполнении Мэри и правда звучит прекрасно. Даже мило. Угу. Ну и что с того? Вообще, мне бы хотелось перестать следить за тем, что делает Мэри… Так больше не может продолжаться… Нехорошо думать об этом». Господин Пугало купил в продовольственной лавке рагу из насекомых, поднес миску ко рту и принялся звучно глотать содержимое. Выпив все залпом, он стал пережевывать жуков. — Тогда начнем, когда этот господин уйдет? Нужно много чего проверить. Хотя это слегка пугает…

↑ [Light of Protection]

↑ [Cure]

↑ [Heal]

↑ [Sacrament]

↑ [Demon Call]

↑ «Колодец» (яп. 井戸 идо )

↑ «Чуть теплый, прохладный» (яп. ぬるい нуруй ).

↑ [Punishment]

↑ [Blood Venom]

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. И все вдруг стало гораздо сложнее

«У, на-а?» = «Сколько это стоит?» «Фа, но-о» = «Здравствуйте». «Зэ-э, на-а» = «До свидания». А=1; Му-у=2, Сон=3, Дзё=4, До=5, Куа=6, Си=7, За-а=8, Зама=9, Заму=10, Зан=11, Задзи=12 Юмэ и Ранта расспросили кузнеца и огромного краба из продовольственной лавки о тех или иных вещах и получили достаточно исчерпывающие ответы. Система счисления в этом мире оказалась довольно-таки запутанной. Харухиро и остальные привыкли к десятичной, поскольку у людей всего-то десять пальцев. Только вот у жителей деревеньки Идо число пальцев на конечностях сильно разнилось. Существа с восемью пальцами пользовались восьмеричной системой счета, а с двенадцатью — двенадцатеричной… Судя по всему, так все и работало. Если указать на вещь и спросить: «У, на-а?», продавец поднимет нужное количество пальцев, обозначив тем самым цену. Но если не знать, сколько пальцев у хозяина лавки, можно не понять, что к чему. Черные монеты делились на малые, средние и большие. Та, что показалась ребятам побольше, — средняя, а те поменьше — малые. Огромный краб, хозяин продовольственной лавки, продемонстрировал наемникам настоящую большую монету: она оказалась в два раза крупнее средней, несколько толще да еще и с серебряными прожилками. Большая черная монета называлась «роу», средняя — «рума», а маленькая — «вэн». Похоже, роу довольно-таки ценные и редкие, поскольку в большинстве сделок использовали лишь рума и вэн. И сколько же в одной руме вэн? С пониманием этого тоже возникли проблемы, ведь, судя по всему, фиксированного курса не было. Что это значит? Например, в кузнице и продовольственном считали, что в одной руме восемь вэн. Тем не менее в лавке одежды и сумок одна рума стоит двенадцать вэн, а в лавке масок одна рума равнялась пяти вэн. Цена меняется в зависимости от лавки или же от решения владельца. И поэтому, когда кузнец говорит «Сон, за-а» (то есть «три», а потом «восемь») и поднимает три пальца, а затем восемь, нужно умножить три на восемь, что в итоге дает двадцать четыре вэна или же три румы. Когда в лавке одежды и сумок торговец говорит «Дзё, задзи» (то есть «четыре» и «двенадцать») и показывает при этом сначала четыре пальца, а затем все двенадцать пальцев обеих рук, значит, нужно умножить четыре на двенадцать и получить сумму в сорок восемь вэн или же четыре румы. Это просто невероятно! По сути разница в цене не больше одной румы, но в вэнах она уж слишком существенна: почти в два раза! Впрочем, для деревеньки Идо такое в порядке вещей. Те две черные монеты (одну наемники нашли в вещах скелета с хвостом, а другую — на берегу реки) были среднего размера. За одну руму хозяин продовольственной лавки, тот огромный краб, накормил ребят до отвала, а жуткий страж у колодца позволил напиться и больше денег с путешественников не просил. Выходит, одна рума позволяла пользоваться колодцем сколько душе угодно. Набравшись смелости, Харухиро попросил кузнеца наточить кинжал. Стоило это три вэна. Ранта, отчаянно жестикулируя, пытался торговаться, но ничего не вышло. Выбора не было: пришлось Харухиро выкладывать три монеты, игнорируя вопли протеста. После этого у группы наемников осталось всего ничего: одна рума. Монеты хватит лишь на ужин. Переговорив с огромным крабом, ребята купили как можно больше рагу из насекомых и набили им животы. К этому времени кузнец закончил точить кинжал. Как и ожидалось, великолепный результат. Однако опробовать клинок сразу не удалось: на мир опустилась ночь, и ворота деревеньки закрылись. Раз так, группе Харухиро никак не удастся покинуть Идо. Как назло, спать не хотелось, а потому ребята решили немного пройтись. Кстати, тот самый странный господин Пугало тоже остался ночевать здесь и теперь отдыхал рядом с «Вышкой А». Помимо площади с колодцем в центре, кузницы, лавки одежды и рюкзаков, лавки масок, продуктовой лавки и бакалеи в деревне стояли еще девять построек. Самая высокая из них — на краю площади, причем видом она напоминала чуть ли не горку сваленных камней. И самое невероятное: там были даже окна со стеклами, хоть и немного мутными. Сквозь окна пробивался слабый свет — наверняка там кто-то жил, однако наемники не решились узнать, кто. На другой стороне площади, то есть на севере, некто поставил четыре лачуги, а прямо напротив — еще четыре. Кажется, для их постройки использовали дерево, а кровли покрывали либо землей, смешанной с соломой, либо ветками. Если бы у Харухиро и его ребят было достаточно того и другого, они бы тоже попробовали поставить такие же простенькие хижины. За время прогулки путешественники несколько раз сталкивались с местными. Некоторые из них лишь относительно походили на людей, а некоторые — ни в чем; но тех и других объединяла одна деталь: они покрывали лица. Харухиро и остальные попытались поприветствовать жителей с помощью изученной фразы «Фа, но-о», желая посмотреть на их реакцию, но те просто проигнорировали наемников. За частоколом у рва находилась небольшая пристань, весьма старая на вид: некоторые доски уже успели сгнить. Только вот ребята не заметили ни одного суденышка поблизости. Им в голову пришла идея попробовать принять ванну здесь. А почему бы и нет? Задумка неплоха, однако никто из путешественников не мог поручиться, что местные действительно позволят им выкопать яму. Что ни говори, а Харухиро и его друзья — новички, да еще и пришлые. Им не хотелось сделать что-нибудь не то и разозлить обитателей деревушки. В итоге наемники сошлись на том, что надо изучить порядки местных получше, а уж потом пытаться сделать хоть что-нибудь. Чтобы не тревожить жителей, ребята решили разбить лагерь на пустыре, где не было никаких построек. Ночь была холодна, но если закутаться в плащ, можно перетерпеть и как-нибудь уснуть. Стараясь согреться, девушки жались поближе друг к дружке. Парни же откровенно завидовали их предприимчивости, и все равно ни за что на свете не стали бы повторять подобное — уж лучше терпеть. Размышляя об этом, они действительно терпели холод всю ночь. Ранта захрапел первым. Девушки же не спешили засыпать и о чем-то шептались. Кузаку ворочался, силясь заснуть, но у него ничего не получалось. «Оно и понятно. Только Ранта у нас особенный», — подумал Харухиро. Лидер уже несколько раз задумывался о том, чтобы завести разговор с Кузаку, однако неизменно гнал эту мысль прочь. Вскоре девушки затихли, а Кузаку перестал ворочаться. «Нужно поспать. Ну же, усни!»— мысленно убеждал себя Харухиро, вот только чем дольше он пытался погрузиться в сон, тем меньше хотелось спать. Лидер мог лишь лежать и думать обо всяких бессмысленных глупостях, чувствуя разочарование и безнадегу, не зная, как выйти из ситуации, в которую попал он и его группа. «Плохи дела! Нужно выбрать хотя бы что-нибудь! Есть вещи, о которых я все еще могу думать, и вещи, о которых не смогу при всем желании. Нужно обдумать сегодняшние события. Взять на заметку все, что узнал. Затем — завтра. Просто подумать о том, что делать завтра. Пока не рассвело. Лучше просто забыть все, о чем я только что думал. То есть даже если я буду думать о завтрашнем дне, понятия не имею, что будет дальше. Нет, все же я знаю кое-что. Когда-нибудь мы все умрем. Лишь это известно. Да, определенно умрем. Несмотря ни на что. Но если все так, то, получается, что бы мы ни делали, наши усилия бесполезны. Рано или поздно я и сам умру. И ребята тоже умрут. Каково это, умереть? Больно? Страшно?.. Манато. Могузо. Что вы чувствовали, когда умирали? Может, вы думал что-то вроде: «Нет, не хочу умирать!»? Или же с радостью встретили смерть? Интересно… а если бы… если бы я умер прямо сейчас, остались бы у меня сожаления? И как много? Нет, не хочу пока умирать. Не хочу видеть, как кто-нибудь умрет. Лучше об этом не думать. Это слишком пугает. Вчера, сегодня… что мы делали? Что мы будем делать завтра? Если сосредоточусь на лишь этом, то пройдет достаточно времени… и...» — Бу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у! — А-а-а? — Харухиро вскочил на ноги и принялся озираться по сторонам. Похоже, странный звук разбудил всех. Потерев глаза, Юмэ сказала: — У Юмэ чуть сердце не остановилось… — Думаете это… петух? — Шихору прижала руку к груди. — В расплох застал… — пробормотала Мэри. — Н-н-н… — на одной ноте гундел Ранта, потягиваясь. — Взбодрило-то как! — В каком это месте? — проворчал Кузаку. И действительно! В конце концов ребята заметила на подъемном блоке колодца, куда крепилось ведро, виновника дикого крика. Это существо с коричневатым оперением и правда напоминало петуха… Но лишь напоминало, наверняка это кто-то другой. Даже размеры не сходятся — неведомая тварь гораздо больше. — Бу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у! Да, именно она и кричала. Какой ужасный способ проснуться! — Ай, все тело болит… — Кузаку повел плечами и похлопал по ягодицам. — Ладно, давайте потрудимся и сегодня, — Харухиро, ведомый чувством долга, решил подбодрить остальных, правда, слова его звучали не слишком-то убедительно. — У нас и денег на завтрак нет, га-ха-ха! — рассмеялся Ранта. — Все в порядке, — маска скрывала лицо Юмэ, но можно было понять, что та надула щеки. — Просто будем думать об этом как о диете. — И что ты будешь делать, если потеряешь еще хоть грамм грудного жира, а? Они и без того крошечные! — Грудь Юмэ ничуть не изменится! — Вот я и говорю, дай потискать! Я проверю! — Не слишком ли ты прямолинеен? Когда говоришь о своих желаниях и требуешь… — отпрянул Кузаку. — Я голоде-ен! — в ответ наорал на него Ранта. — И сейчас я хочу потискать хоть эту плоскогрудую, да хоть кого! Из-за всех опасностей, что приключились с нами, мое половое влечение возросло до небес! У-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! Я хочу размножаться! — Да ты опасен… — забеспокоился Харухиро. — Вот бы он умер… — сказала Шихору. Наверное, шутит, только в каждой шутке есть доля шутки. — Это потому, что утро? — выдала нечто загадочное Мэри. Должно быть, она не до конца проснулась. — Ранта, — Юмэ, которая все еще сидела на земле, вдруг отпрянула. — Ты ужасно неприятный! Она пожаловалась таким серьезным тоном, что даже жалкому отбросу вроде Ранты стало бы обидно. Хоть чуточку. В ответ темный рыцарь изобразил нечто странное, будто невидимую створку отодвинул: — Ладно, шутки в сторону, идем! — Думаешь, сможешь сделать вид, что ничего этого не было? — Шихору это не понравилось. — Да, думаю, что могу! Сделай одолжение и разреши мне! — С чего это нам делать для тебя одолжения… — вздохнул Харухиро. — В любом случае без завтрака будет тяжко. Нужно заработать хотя бы три румы, чтобы подобное не повторилось. — Отлично, Парупиро, а теперь давай, объясняй, как заработать достаточно денег, чтобы подобное не повторилось вновь. Я внимательно слушаю. Будь благодарен! Честно говоря, блестящих идей у лидера не было. Всего-то одно предложение: поискать монеты и ценные вещи в землях Мертвецкой топи. Конечно, остерегаясь при этом четырехглазого зверя и остальных существ. Только и всего. — Что за чертов бред! — не выдержал и заорал Ранта, пытаясь протестовать, однако остальные, на удивление, поддержали Харухиро. В итоге наемники покинули деревню Идо и направились в Мертвецкую топь. Быть бдительным, безусловно, хорошо, но, если четырехглазый зверь заявится, что им делать? Помимо этого монстра есть и другие опасности. Смогут ли ребята с ними справиться? Да, причин для беспокойства немало, а все-таки иного надежного способа заработать путешественники не придумали. Иными словами, ничего другого не оставалось. В этот день им удалось найти одну среднюю монету, то есть руму, и пять маленьких монет, то есть пять вэн. Помимо этого ржавый меч и наконечник копья. К счастью, четырехглазый зверь так и не объявился. Ребята вернулись в деревню и отнесли находки кузнецу, добавив к ним еще и кинжал Юмэ и меч Кузаку. Кузнец показал им четыре пальца. Это означало, что он купит все это за четыре вэна. Скорее всего, ремесленник просто переплавит находки, поэтому за каждую единицу лома он давал по одному вэну. Суммарно четыре. Харухиро и его ребят смутило предложение кузнеца, однако торговаться бессмысленно, слишком уж тот упрям и неподатлив. К тому же наемники понимали, что бесполезное оружие доставит им слишком много хлопот. В конце концов ребята продали находки и получали четыре вэна. У них на руках осталось одна рума и девять вэн. В продовольственной лавке на одну руму или на восемь вэн можно получить еды на шестерых да еще и не меньше двух порций. Наемники могли бы поужинать перед сном, а на следующий день и позавтракать. Наполнив животы и потратив все заработанное, ребята слегка повеселели. Голод больше не мешал им думать. «Давайте сегодня потрудимся больше, чем вчера!» — мысленно подбодрил ребят Харухиро. — «Наша цель — три румы!» Конечно, и во время следующего похода они опасались повстречаться с четырехглазым зверем, но им снова повезло: его присутствие не ощущалось. За этот день Юмэ, Мэри и Харухиро отыскали одну среднюю, две маленьких монеты и два меча. Пока что все шло хорошо. — Хм? — Ранты вытащил нечто длинное из воды. — Что это? — Нья! — Юмэ вдруг подскочила на месте. — Оно извивается! — А-а-а?! И-и правда, оно шевелится! — Ранта тут же попытался избавиться от находки, однако та не спешила его отпускать: некто обернулся вокруг правой руки темного рыцаря, сжимая в тисках. — Ч-ч-ч-что это?! З-з-з-з-змея?! — М… — Кузаку поглядел вниз. — На моей ноге тоже… Присмотревшись, ребята заметили, что ногу паладина действительно оплела какая-то длинная штука. Змея? Или что? Опасные ли они? Ядовитые? Откуда им знать? — Н-не двигайся, Кузаку! И-или же лучше беги?.. — Так что мне делать? — Гу-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — Ранта вопил, отчаянно пытаясь вырвать руку из плена змееподобного существа, однако все было тщетно. — Что за, что за, что за?!! Страшно-страшно-страшно!!! — Ах… — Шихору пробрала дрожь. — З-з-з-з-з-здесь в воде… н-н-н-н-н-наверное их… очень много… — А… — Мэри резко потянула на себя короткий посох, будто тот резко потяжелел раза в два. Что с ним случилось? Змееподобная тварь оплела древко. — У-у-у-успокойтесь! — Харухиро глубоко вздохнул, прежде чем выдать следующее. — Н-н-н-не похоже, что они нападают. и вряд ли нападут. Все в порядке. Я уверен. Пока что. Наверное. — Ки-хи... Еще минуту назад Зодиак висел в воздухе рядом с Рантой, но теперь почему-то поспешил отлететь подальше. — Верить без доказательств… Как глупо… Ки-хи-хи… — Зодиак, ты что, решил меня бросить?! Черт, это плохой знак! — Ранта еще раз попытался выдрать руку из змеиных объятий, однако у него опять ничего не вышло. — Ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай! П-п-помогите, кто-нибудь помогите мне, спасите меня, идиоты! — Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет! — Мэри отчаянно размахивала посохом, но вырвать его из хватки твари так и не смогла. — Уо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о! — Кузаку споткнулся. «Что-что-что? Не только на левой ноге? На правой ноге тоже? Стоп, по ногам Кузаку ползут две, нет, три змееподобных твари? Они пытаются его обездвижить?» — О-оом, рел, экт, дер, брэм, дарс! — Шихору покрыла себя «Теневой броней» Наверняка в такой ситуации это здравое решение. А все же Харухиро не слишком-то одобрял ее действия. В версии с изображениями тут находится картинка. — Х-хару?! — Юмэ резко обернулась к нему. «Нет, даже не спрашивай меня…» — конечно, будучи лидером, он не мог ответить охотнице так. «Верно. Я лидер. Тем не менее я не всемогущий, есть то, что я не знаю, то, что не смогу сделать при всем желании, да? Однако все равно надо что-то сделать, это ясно как день, иначе беды не избежать!» — Вон из воды! Давайте! Здесь мы с ними не справимся! Не выйдет! Юмэ и Шихору бросились бежать. Ранта все еще размахивал рукой, а Мэри продолжала сражаться за посох. Оба пытались разобраться побыстрей и сделать ноги. Харухиро помог Кузаку вырваться, схватив того за руку. Им тоже удалось выбраться из ловушки. — Кья-я! — посередине пути вскрикнул Ранта. Кажется, его укусили. — Т-ты в порядке, Ранта?! — Идиот! Само собой, я не в порядке! Сдохни! Черт, больно! «Раз орет и бежит, значит, он в порядке», — решил для себя Харухиро. Как только ребята выбрались на сушу, покинув Мертвецкую топь, змееподобные существа отстали. Вряд ли такое могло сколько-нибудь утешить наемников, но все лучше, чем ничего. Однако их радость длилась лишь мгновение. Вдруг Ранта повалился на землю и забился в конвульсиях.. — Гха-а-а! Гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх-гх! О-о-о-о-о-ох! Бр-р-р-р-р-р-р-р-р! — Ранта-а?! — Юмэ сняла шлем с темного рыцаря. — А-а?! Одного взгляда хватило, чтобы понять: все очень и очень плохо. Ранта изрыгал пену. Его отравили. Все-таки те существа оказались ядовитыми. Мэри тут же использовала «Очищение», чтобы вывести яд из крови. Пока магия работала, Ранта лежал без сил. — У-у-у-у… Поверить не могу. На волосок от смерти… Вот черт… — Ки-хи-хи… Почему… ты все еще не в объятиях Скаллхейла?.. Ки-хи… Ки-хи-хи… — Хватит, Зодиак, если будешь вести себя так грубо, то «Бам»! Юмэ тебя ударит! В этот раз она была на редкость добра к Ранте. Харухиро не знал, почему это произошло, но девушка позволила темному рыцарю отдохнуть у нее на коленях. Харухиро не верил собственным глазам, настолько невероятным казалось зрелище. — Постой… яд вообще вышел?.. Такое чувство, будто вот-вот умру… Прости, Юмэ… Позволь мне еще чуть-чуть так полежать… — А? Ну, хорошо, Юмэ не против. — Где-то часок... — Не слишком ли? — Ладно, тридцати минут будет достаточно… — Ня… — Ги-хи… Глупая… Попалась на обман Ранты… Ги-хи-хи… — Ха? Правда? — Э-это не обман! Ч-что ты такое говоришь, Зодиак? Я правда, правда плохо себя чувствую! Меня тошнит, у меня болит голова и живот! Я не вру! — Звучит как полная ложь! К тому же Ранта уж слишком энергичен! Само собой, его насильно согнали с коленок Юмэ. Только все это ерунда по сравнению с тем затруднительным положением, в какое угодили наемники. Поиски на Мертвецкой топи давали ребятам неплохой, а главное, надежный заработок. Однако к угрозе нарваться на четырехглазого зверя прибавилась и проблема в виде ядовитых болотных змей. Да уж, теперь такой способ никак не назвать «надежным». — Ну? Что будешь делать, Парупиро? — мрачно спросил Ранта. Услышав это, Харухиро чуть было не выпалил: «Что будешь делать, говоришь? Опять перекладываешь все на меня? Спросил бы хоть раз «Что НАМ делать?» Естественно, нужно начать с обсуждения всего этого!» Мысленно обругав Ранту всевозможными словами, Харухиро успокоился. Даже если лидер сорвется и обзовет Ранту (мерзким/отвратительным/бесполезным/идиотом) отбросом и докажет, что тот ведет себя неправильно, это ничего не решит. Ничего, кроме усталости, это не принесет. Пустая трата сил — и все ради вспышки гнева. — Может, стоит поискать в лесу… — начал Харухиро. С ним тут же согласились. «Правильно ли это? Или никто из них даже не побеспокоился об этом?» — не мог не подумать он, однако же понимал, что у товарищей просто не осталось сил размышлять хоть о чем-либо. На самом деле порядком вымотался и сам Харухиро. Плохи их дела. А все равно бездействовать они не могли. Если хотят выжить, то придется шевелиться. В итоге наемники решили исследовать лес неподалеку от моста, ведущего в деревню Идо. И все же поиски там оказались гораздо сложнее, чем думалось Харухиро и остальным. Белые изогнутые деревья и кустарники росли так плотно, что нельзя было найти хоть какую-то брешь, чтобы кто-нибудь мог пролезть сквозь нее в чащу. Задача оказалась непосильной. Получается, без вырубки не обойтись? — Знаете… пожалуй, здесь нет никакого крупного, да? — обнадежил Кузаку товарищей. — Только здесь могут водиться змеи или кто-то подобный… — попыталась предупредить о чем-то малоприятном Шихору. — Шихору… — начал было Харухиро, но одернул себя и лишь помотал головой. — А?.. Что?.. — А, н-ничего. Да, ты права. Там могут оказаться змеи… Может быть, ядовитые... — З-значит, возвращаемся назад? — нервно спросил Ранта. «Так тебе и надо!» — подумал Харухиро. Ему самому не очень-то хотелось натыкаться на змей. Не хотелось повторять судьбу Ранты. — Осторожнее, — предостерегла всех Мэри. — Я могу использовать «Очищение» столько же раз, сколько и «Исцеление». — Эй-эй, — подала голос Юмэ, привлекая внимание остальных: она указывала на запад. — Во-о-он там, далеко-далеко, кажется, какой-то свет, да? — Свет… — Харухиро прищурился и поглядел в ту сторону. — И правда. Сложно сказать наверняка, что это было. Деревья вдалеке что-то подсвечивало. — Думаете, сможем пробраться туда? А мы точно успеем до ночи?.. — пробормотал Кузаку. — Все-таки сложно сказать, как далеко эта штука, — на удивление, робко поддержал паладина Ранта. Кстати говоря, Зодиак и не думал соваться в лес. То ли потому, что цеплялся за ветки, то ли еще по какой причине. Без Зодиака Ранта из обычного отброса превращался в бесполезного отброса. — Вернемся?.. — робко предложила Шихору. Харухиро переглянулся с Кузаку, Мэри и Юмэ. Никто не сказал ни слова. Даже по их виду нельзя было точно определить, что они думают о текущей ситуации. — Пожалуй… — только Ранта согласился с Шихору. «Плохо дело. Не нравится мне их настрой. Хочу хоть как-нибудь изменить это, но что нужно сделать? Никаких идеи. Для начала, дайте мне немного времени на размышления… да? Но даже так, смогу ли я найти ответ? Нужно время… Нет, я просто хочу удрать куда подальше от всего этого, верно?» — прикинул Харухиро. Наверное, не только он, но и все остальные находились в некотором оцепенении. «Бесполезно! Все бесполезно! Совершенно бесполезно! Без сомнений, бесполезно, но все же…» — Может, пока что вернемся в деревню? — решился предложить Харухиро. Он лишний раз напомнил себе, что его задача, как лидера, — подбадривать и отчитывать, поправлять и поддерживать. Пусть так, но это у него никак не получалось. Ему откровенно не хватало сил. «В таком-то состоянии… сможем ли двигаться дальше?..»

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Словно зверь в брачный период.

Существо – чёрное.

Нет, не чёрное, а укутанное в нечто вроде тёмного плаща.

Его рост – примерно два с половиной метра, наверное. Изрядный.

В общих чертах существо можно назвать гуманоидом.

Странно маленькая голова, руки, ноги. Невероятно широкие плечи. Очертания фигуры напоминают перевёрнутый треугольник.

В руках держит оружие с длинным древком. Наконечник похож на широкий и прочный на вид кухонный нож, в общем, это что-то вроде нагинаты.

Бредёт ссутулясь, опираясь на нагинату как на посох.

Его шаги совершенно беззвучны, и даже когда древко нагинаты ударяется о землю, стука не раздаётся.

Почему-то оно движется совершенно бесшумно.

Загадочно, но Харухиро просто принимает это явление как данность.

– Ну, за дело? – произнёс он, и Кузак, выдохнув, опустил забрало своего закрытого шлема.

Изнутри скаллхелма – шлема Ранты, который он сам назвал так в честь Скаллхейла за похожий на череп рисунок на забрале – раздался низкий утробный смех, «Ку-кку-кку…». В последнее время Ранта часто смеялся таким манером, наверное, считая это крутым. Ну не дурак ли. Дурак, да. Он с самого начала был дураком, и, видимо, дураком и останется.

Юме вытянула из колчана стрелу и натянула композитный эльфийский лук. Ей по-прежнему лучше давалось сражение с помощью кукри, но всё же она обновила не только оружие ближнего боя, но и лук. Также Юме выучила два новых приёма для стрельбы. Cтрельба из лука явно не её призвание, но всё же она старается.

Мэри проверила плавающий над левым запястьем символ Эгиды Света, и вычертила шестилучевую звезду.

– О свет, даруй нам божественную защиту Люмиариса… Поддержка. Над левым запястьем Кузака тут же зажглась другим цветом ещё одна шестилучевая звезда.

Видимо услышав, как Мэри произносит заклинание, существо ускорило шаг, приближаясь.

Шихору начала декламировать магическую формулу, вычерчивая элементальный глиф. У неё новый посох, древесина которого взята из эльфийского Леса Теней.

– Оом Рэль Экт Дерм Прем Даш.

Материализовавшийся теневой элементаль, напоминающий чёрную дымку, окутал тело Шихору тонким покровом. Доспех Тени. Это заклинание способно полностью поглотить удар – пусть и всего один раз, но для не носящей доспехов Волшебницы это защитное заклинание может стать единственным спасением.

Cущество всё ближе. Оно уже вот-вот подойдёт на расстояние удара нагинаты.

– Кузак, шевелись.

Не реагируя на грубость Ранты, Кузак выступил вперёд.

Существо взмахнуло оружием. Кузак не попятился. Остановившись, он выставил перед собой щит – не столько защищаясь, сколько отбивая нагинату. Это не Блок. Удар Щитом.

Оружие существа с оглушительным грохотом отлетело назад.

Кузак тут же сделал выпад мечом, целясь в открывшийся торс противника. Существо почти беззвучно отпрыгнуло.

В его левое плечо вонзилась стрела Юме.

Харухиро начал обходить справа, Ранта – слева. Существу это не понравилось, оно снова отступило.

– Сейчас!.. – воскликнула Мэри. Все, разумеется, понимали о чём речь.

– ШУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У…

Раздался странный звук, и руки существа удлинились. И теперь, пока они удлинились, оно уязвимо.

– Вперёд!..

Харухиро, скомандовав, начал обходить существо сзади. Кузак, выставив щит, пошёл в лобовую атаку. Ранта… Опять он за своё. И не надоедает ему.

– Фу-Ххи-Ххи-Ххии… Рассечение!..

Изменник – длинный меч Ранты, названный так им самим за «предательский чёрный окрас», во всём остальном вполне приличное оружие –  прочертил в воздухе восьмёрку. Поистине впечатляющий приём. Исполняй Рассечение какой-нибудь другой Рыцарь Ужаса, возможно, удар выглядел бы даже красивым, но вульгарность Ранты всё принижала. Ну, лишь бы не страдала эффективность. Изменник рубанул зигзагом правую руку существа, длинный меч Кузака ударил врага бок. Голова и левое запястье их противника защищены доспехами, но остальные части тела уязвимы для клинков.

К тому моменту, когда руки врага выросли в полтора раза, Харухиро занял позицию у него за спиной. Но не атаковал. Ещё рано.

Он ждал, затаив дыхание, в то время как Кузак с Рантой продолжали наседать на существо. Теория утверждала, что в режиме длинных рук лучше сражаться с ним вплотную.

Юме выстрелила снова, поразив на этот раз правое плечо существа.

…Двинется сюда?

Через две секунды после того, как Харухиро подумал это, существо попятилось.

Вот только путь к отступлению перекрывал Харухиро.

Похоже, существо забыло про него. Харухиро перемещался Бесшумным Шагом, стараясь помочь врагу в этом, точнее, стараясь вести себя так, чтобы существо не обращало на него внимания. Кажется, получилось. Харухиро удачно повис у врага на спине. Сюда, кажется? – и вонзил кинжал в выбранное место. Вырвал, провернув оружие в ране, и вонзил снова.

Оно попытается сбросить Харухиро, прыгнув вертикально вверх. Сгибает колени, опускает бёдра. Готовится.

Харухиро отскочил до того, как враг подпрыгнул.

Существо оборвало прыжок на половине движения и снова встало в низкую стойку.

– ШУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У…

Руки начали укорачиваться. В таком состоянии оно тоже уязвимо.

– Карающий Удар!..

– Разрез Злобы!..

Ранта с Кузаком бросились на существо почти одновременно, нанося диагональные рубящие удары. Длинный меч Кузака, лязгнув о голову существа, сорвал с него капюшон. Изменник Ранты врубился в правое плечо противника. Они ударили второй раз, третий, и отпрыгнули, когда руки существа укоротились до первоначальной длины. Обнажилась закованная в металлический шлем-череп голова.

– Джес Иин Сарк Фрам Дарт.

Заклинание школы Фарц. Молния Шихору. Разряд сотряс существо.

Оно раскрыло рот.

Но зубы оставались сжатыми.

Раздался скрежещущий вопль.

– Кузак! – окликнул Харухиро, и тот, утвердительно буркнув, бросился на врага. Существо поднимало левое колено – подготовительное действие перед пинком в прыжке. Кузак протаранил его щитом, и оно рухнуло.

– Отлично сработано!..

Ранта, отвратительно хохоча, набросился на существо. Кузак также принялся рубить мечом.

Харухиро решился. Они убьют его здесь. Это не попытка установить какой-то рекорд по времени, но, похоже, они уже взяли верх, а те контратаки, на которые существо ещё способно, он и его друзья, такие какие они теперь, с лёгкостью отразят. Самоуверенность? Вовсе нет. Они уже много раз сражались с такими существами и побеждали их. Также им известно, в пределах какого диапазона одна особь может отличаться от другой. Точнее, представители этой расы вообще почти ничем не отличаются друг от друга.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Устрел.

Впервые встретив устрела, Харухиро и подумать не мог, что когда-нибудь будет с таким спокойствием сражаться с подобными существами.

Они больше не угроза.

– Прикончим его!.. – объявил Харухиро, и Юме приблизилась, извлекая кукри из ножен. Мэри держала свой короткий посох наготове, не отходя от Шихору.

Устрел, разумеется, пытался подняться, но каждый раз Ранта с радостными выкриками бил его по рукам или выбивал из-под него ноги, снова опрокидывая на землю. Похоже, Ранта искренне наслаждается своими действиями. Видимо, это очередное проявление его отвратительного характера.

Кузак не столько рубил, сколько сосредоточенно избивал устрела по голове и шее. От природы высокий, Кузак обладает также впечатляющим телосложением. И его длинный меч обрушивается на врага с соответствующей силой. Сосредоточившись на своём деле, Кузак обычно делался неразговорчив, но это скорее достоинство. Он молчаливо и методично выбивал из устрела жизненные силы.

- Н-няа!.. Разьярённый Тигр!..

Юме, сделав кувырок в прыжке, нанесла врагу сокрушительный удар. Харухиро каждый раз, когда он видел этот приём, делалось слегка не по себе.

Сам Харухиро, наблюдая за действиями товарищей, временами поглядывал на спину Устрела. Это стало у него чем-то вроде привычки. Словно бы он привык узнавать своих соперников в спину. Кроме того, ему казалось, что вид вражеской спины приносит странное чувство спокойствия.

Временами, такие наблюдения приносили также и пользу. Вроде обнаружения слабых мест врагов, или анализа присущих им шаблонов движения и выбора удачного момента для нападения.

И наконец, изредка появляется та линия. Размытая светящаяся линия. Нечто вроде образа. Враг сейчас поступит вот так, слабое место врага вон там, а значит нужно сделать вот так и вот так, и готово. Моментальное предвидение событий, осознание их словно бы в виде единой линии.

Если отвлечься от формы в виде линии, похоже, подобные образы будущего могут видеть все. Как правило, они чаще всего появляются, когда человек оказывается в безвыходном положении. Иногда, в подходящих случаях, бывает видно сразу несколько линий – иначе говоря, несколько вариантов ближайшего будущего.

У одних этот эффект проявляется сильнее, у других слабее. Кто-то может видеть эту линию гораздо чаще, чем другие.

Тем не менее, этой способностью наделён каждый.

Это не какой-то особенный, исключительный навык.

…Вот так.

Ну и хорошо, ничего страшного. Харухиро вовсе не разочарован. Было бы замечательно обладать какой-нибудь особой способностью, но, похоже, это не так. Вот и всё, в реальности всё обстоит именно так и никак иначе. Конец рассуждений.

Впрочем, это всё не значит, что он – они все – законченные ничтожества. Да, никто из них не блещет особыми талантами, они, пожалуй, во всём уступают другим, более знаменитым солдатам добровольческого корпуса, но заурядный – не значит безнадёжный. Они могут найти способ, найти путь. Есть то, на что способны заурядные люди. Даже заурядный человек может вырасти, стать сильнее.

– ГУ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ. ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ. ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ-ГИ.

Изо рта устрела сквозь скрежещущие зубы уже изливается пенящаяся слюна. Он умирает.

– Ора-ора-ора-ора-ора-ора-а!..

Ранта раз за разом с силой пронзал Изменником грудь устрела. Кузак отошёл и глянул на Харухиро. Тот кивнул. Незачем зря тратить силы. Устрел умирает. Остальное оставим Ранте. Он обожает мучить умирающих врагов до самого их последнего вздоха. Харухиро, как человек, не знал как к этому относиться, но беспощадная жестокость Ранты временами оказывалась спасением для команды. Впрочем, если отвечать на вопрос «нравится или не нравится», то эта склонность Ранты вызывала глубочайшее отвращение.

– Ййахххаа-а-а!...

Устрел наконец замер, и Ранта, усевшись на него верхом, начал что-то делать. Видимо, он собирается забрать добычу.

Впрочем, заработать на устреле не выйдет. Из ценного у него лишь этот металлический шлем-череп и нагината. И то и другое очень громоздкое, и не стоит усилий по транспортировке. Особенно металлический шлем-череп – на вид просто шлем, но на самом деле что-то вроде экзоскелета, так что снять его невозможно, лишь отрубить голову и тащить вместе с ней. Они попробовали однажды, но в результате выручили за все труды так мало, что повторять попытку никто не захотел.

Ранте нужна часть тела устрела. Не потому, что он хочет трофей на память – нет, Рыцари Ужаса должны подносить в жертву Скаллхейлу части тел убитых ими живых существ, например уши или когти. Таким образом накапливая Пороки, Рыцарь Ужаса получает право изучить новые тёмные заклинания и приёмы. Кроме того, божественная помощь Скаллхейла усиливает тёмную магию.

Варварство, в общем.

На каждых двадцать солдат добровольческого корпуса найдётся едва ли один Рыцарь Ужаса. Их гильдия немногочисленна.

Причина проста.

Не обладая подходящим складом характера, человек не сможет долго быть Рыцарем Ужаса.

Однако даже если для него это станет невыносимым, однажды став Рыцарем Ужаса, сменить профессию он не сможет. Присяга Скаллхейлу безвозвратна, божество не потерпит измены. Иначе говоря, из гильдии Рыцарей Ужаса выйти нельзя. А если попытаться, другие Рыцари Ужаса объявят на тебя охоту и убьют. Они страшные, очень страшные, эти Рыцари Ужаса.

– Ухихихихи!.. – Ранта высоко поднял что-то, вымазанное тёмной кровью. Похоже, зуб устрела. Харухиро зажал рот рукой, сдерживая тошноту. …Ну, насчёт Ранты, похоже, волноваться не стоит. Уж кто-кто, а он проблем с совместимостью характера не испытывает. Идеальный Рыцарь Ужаса. Прирождённый.

Ранта закончил свои дела, так что команда Харухиро, оставив труп устрела, отправилась дальше. Сейчас они на окраине муравейника мурианов. Мурианы займутся телом.

Вандерхоул.

С тех пор, как они впервые пришли сюда, прошло уже больше четырёх месяцев.

Честно говоря, особых денег они здесь не заработали. Точнее, всё заработанное уходило на пропитание, общественные бани, снаряжение, а во время редких возвращений в Ортану – на изучение новых навыков. В передовом аванпосте действует филиал банка Йорозу, и там, если закрыть глаза на большую по сравнению с главным отеделением комиссию за хранение средств, тоже можно пополнять счёт. Однако, их сбережения не выросли. В случае Харухиро даже несколько уменьшились.

Также им удалось достичь некоторого внутреннего прогресса.

Кузак полностью влился в команду и стал настоящим танком.

Каждый из них стал по-своему сильнее.

Они способны без проблем разобраться с устрелом.

То есть, наверное, им сопутствует удача?

Сложно сказать. Иногда положение дел можно назвать замечательным. Иногда – раздражающе неудачным. Иногда – просто невыносимым. А иногда Харухиро, концентрируясь на деле, просто не задумывался над такими вопросами.

Хороши ли их дела?

Ответ время от времени менялся.

В данный момент – более-менее, наверное. Сносны, как-то так.

Сносны.

…Точно.

Харухиро шагал во главе команды по боковому туннелю мурианов, насторожённо озираясь. С появлением устрела все мурианы попрятались. Ни одного не видно.

– Однако ж… – проговорил Ранта, шмыгнув носом, – Чего-то вы какие-то манерные все стали.

– …Опять за своё, – негромко пробормотала Шихору.

– А-а? Чё ты там вякнула, вислое вымя?

– В-вислое… Ничего подобного…

– Ну-у, как знать. Я ж не видал. Пока своими глазами не увижу, не узнаю. Обвислое или нет. Верно ведь, Кузакки?

– Хватит называть меня этим прозвищем, пожалуйста.

– Кузакки-и-и

– Детский сад…

– Я – взрослый! Как ни погляди, взрослый! Взрослее взрослого! Ты слепой что ли, Кузакки?

– Слушай, ты…

Харухиро тут же проклял себя за то, что не сдержался и встрял в разговор, зная что ничего хорошего из этого не выйдет. Ну, разумеется, Ранту он проклинал тоже. В пятьсот миллионов раз сильнее.

– Ты вообще умеешь делать что-нибудь иначе как назло? Тебе, как человеку, вообще не стыдно что ли?

– Ни капли. Мои поступки полны достоинства, мне некого стесняться. Неужели так сложно увидеть и понять самому, болван?

– Классический пример робеющего перед всем миром человека, строящего из себя плохого мальчика, – холодно проговорила Мэри.

– Какое отвращение, – Ранта издал несколько низких мурлыкающих смешков, – Я делаю это ради силы. Ясно? Почему я Рыцарь Ужаса, а? Тьма. Во тьме. Ясно? Кстати, Юме, как там у Шихору насчёт груди, обвислая или нет?

– Фуа?.. – Юме, нахмурилась, машинально поднесла обе руки к груди и сделала жест словно приподнимая что-то тяжёлое, – …Что ещё за вопросы, извращенец Ранта!

Харухиро торопливо отвёл взгляд, и случайно посмотрел в глаза Кузаку. Они словно бы безмолвно обменялись мыслями.

«…Тяжеленные, похоже...»

«Да уж. Изрядно…»

Нет-нет-нет-нет-нет.

Хватит. Они просто товарищи по команде. Лучше не думать на такие темы. Не стоит об этом думать. Мужчины, женщины, все такие темы под запретом. Вот только Кузак – Харухиро украдкой покосился на Мэри. Да. Что между ними? По правде говоря, у Харухиро не было явных улик. Да он и не пытался их собирать. Все свободны делать что вздумается. Только вот иногда вечерами, не объясняя толком почему, Кузак покидал палатку. И Харухиро, проследив за ним, видел как снаружи тот о чём-то разговаривает с Мэри. Наедине. Это случалось несколько раз.

И вроде бы всё, их отношения не развиваются дальше этого, так?..

И значит, не происходит ничего такого, что вроде как оба сходят с ума друг по другу?..

Нет, конечно, каждый волен делать что вздумается. Харухиро вовсе не против если они влюбятся друг в друга. Он следил за Кузаком просто из беспокойства за новичка. Как он мог не волноваться? Никак. Он же всё-таки предводитель команды. А Мэри, похоже, помогает Кузаку советами, ну вот и славно. Только вот, ограничиваются ли их разговоры советами?! Только советы и всё, правда?!  Если между ними что-то происходит, зачем они скрывают?! Зачем они перешёптываются тайком?! Что же между ними… Харухиро не мог на задаваться такими вопросами, но, наверное, это не его дело?

Может, просто предоставить всему идти своим чередом?

Но вот например, пока они в хороших отношениях, то всё хорошо, так? А если вдруг поссорятся, всё ведь очень усложнится. Смогут ли они разделить личные отношения и интересы команды?

Вопрос. Сам Харухиро не знал ответа. У него ведь нет опыта в таких вещах. Точнее, он не мог сказать с уверенностью. Он не помнит ничего до того момента, как прибыл в Гримгар. Но, наверное, опыта у него и  правда нет. Наверняка. Он явно не из тех, кто пользуется большой популярностью у девушек.

Попросту говоря, непопулярен.

Ни Юме, ни Шихору, ни Мэри, похоже, вообще не видят в нём представителя противоположного пола.

Почему?

Но с другой стороны, это и к лучшему. Что бы не случилось, Харухиро останется в одинаковых отношениях со всеми девушками команды. Кто бы с кем бы не поссорился, Харухиро сможет выступить в роли посредника и уладить ситуацию. Временами, конечно, его посещали капризные мысли о нежелании впутываться во все эти сложности, но что поделать. Лидер есть лидер.

Да, ему недостаёт лидерских качеств.

Но тогда, раз он не может вести за собой остальных, то должен быть чем-то вроде центра тяжести, вокруг которого сплотятся все остальные – как хорошие товарищи и более-менее хорошие друзья. Иначе они не смогут развиваться, двигаться вперёд.

Вот каким лидером хотел стать Харухиро.

…Ну, если возможно. Было бы здорово, если бы получилось.

– Ви-слое вы-мя. Ви-слое вымя. Ви-сло-е вы-мя!

И каким бы простым это могло бы быть, если бы не идиот Ранта, распевающий дебильную песенку на какой-то уродский мотив. Тебя в спину пырнуть, что ли?

Нет, игнорировать. Игнорировать. Лучше просто его игнорировать. Мы все это понимаем. Вот бы ещё придать Шихору сил это выдерживать. Прости, Шихору. Ранта просто дебил. Ничего у тебя не обвисло, вовсе нет. Просто, ну, они такие большие, и гравитация совершенно естественным образом оттягивает их вниз…

Стоп. Стоп. Стоп.

Харухиро потряс головой. Стены прохода по которому они шагали выглядели явно обработанными, словно стена здания. Очень похоже. И весьма солидными притом. Они приближаются к владениям бесов.

– Ранта, просто идём мимо.

– …Да знаю я. Хватит уже каждый раз напоминать, подумаешь попутал по первости.

И обеспечил нам кучу неприятностей.

Команда Харухиро вступила в напоминающие подземный монастырь владения бесов.

Из окон зданий на них кто-то смотрел – точнее, много кто. Не люди, разумеется. Впрочем, в целом они похожи на людей – людей с козлиными головами, ниже пояса покрытых густой шерстью. Они не расстаются со своими посохами, навершия которых снабжены наконечниками вроде копья или лезвия меча, довольно-таки угрожающего вида.

Бафометы.

Также называемые бесами.

– Привет-привет, – выдал Ранта с преувеличенно дружелюбной улыбкой, и тут же в точности тем же самым голосом прозвучал ответ.

– Привет-привет.

Ранта не повторял свои слова во второй раз. Это сделал бес. Не факт, что они понимают человеческую речь, но им до жути хорошо удаётся её имитировать.

– Э-эй!.. – воскликнула Юме, толкнув Ранту в спину, и тут же другой бес повторил её голосом:

– Э-эй!..

Бесы не особо дружелюбны к людям, но также и не враждебны. Однако, стоит человеку что-то сказать, и они тут же в точности повторяют сказанное. Зачем – неизвестно. Может, они так развлекаются, или это что-то вроде рефлекса, а может, им любопытна реакция людей.

Честно говоря, это несколько раздражало.

Но в целом бесы, хотя и пожирают людей взглядом, ограничиваются лишь копированием сказанного. Харухиро и его друзья разузнали всё это ещё до того, как в первый раз посетили их владения. Можно говорить что угодно, но если не лезть в драку первыми, бесы просто будут и дальше копировать голоса. Так что достаточно просто держать язык за зубами. Если соблюдать молчание, то и бесы будут молчать.

И, разумеется, таков и был план. Бесы обожают строить и резать по камню, и не расстаются со своими посохами. Помимо этих посохов и инструментов для работы по камню у них нет ничего ценного. Сами они притом многочисленны, так что нападать на них нет никакого смысла.

Но Ранта, после того как бесы несколько раз скопировали его голос, взбесился и начал орать.

Бесы, видимо поняв это как агрессию, атаковали. Харухиро и его друзьям удалось кое-как сбежать, но когда они в следующий раз приблизились к владениям бесов, те собрались большой угрожающей толпой. На самом деле это повторялось дважды – бесы, решив что на них собираются напасть, вынуждали команду Харухиро спасаться бегством. Тогда казалось, что их жизни висят на волоске.

Любой, прошедший ущелье – территорию санаджин, и пробившийся через муравейник мурианов, неизбежно должен миновать владения бесов. Их владения сложны и запутанны, и каждый раз прорываться с боем тяжело даже для самых опытных команд. Так что все старались сохранять с бесами добрые отношения, и команда Харухиро не намеревалась становиться исключением, но из-за дебила Ранты бесы теперь злы на них. Более того, похоже, бесы не страдали забывчивостью, и не намеревались так просто прощать команду Харухиро. Уляжется ли вообще когда-нибудь их гнев, непонятно. Харухиро и его друзьям оставалось лишь мучиться неопределённостью.

– А-а, как же они бесят… нападаете, нет? – пробормотал Ранта странно жизнерадостным тоном.

– А-а, как же они бесят… нападаете, нет? – эхом отозвался бес.

– …Неисправим, – мрачно обронила Шихору.

– …Неисправим, – скопировал её слова бес.

– Слушай, серьёзно, хватит уже… – со вздохом сказал Харухиро.

– Слушай, серьёзно, хватит уже… – бес воспроизвёл даже вздох.

– Не, ну это серьёзно бесит же, – Ранта хохотнул.

– Не, ну это серьёзно бесит же, хахаха.

– Просто заткни уши и всё будет хорошо, – ледяным тоном проговорила Мэри.

– Просто заткни уши и всё будет хорошо, – тон беса тоже не отличался теплотой.

– Для начала Ранта мог бы просто помалкивать.

– Для начала Ранта мог бы просто помалкивать.

– Заткнись, доска.

– Заткнись, доска.

– Юме не доска!

– Юме не доска!

– …Я, кажется, с ума схожу…

– …Я, кажется, с ума схожу…

– От такого пустяка? Ну ты и слабак, Кузакки! Хренов неженка!

– От такого пустяка? Ну ты и слабак, Кузакки! Хренов неженка!

– …Слушай, помолчи, а? Пожалуйста.

Харухиро заткнул уши, не желая слышать как бес скопирует его слова. Бесполезно.

– …Слушай, помолчи, а? Пожалуйста.

Как же чётко слышно. У бесов что, какой-то особенный голос? Как не зажимай уши руками, заглушить слова почти не получается. Я не Кузак, но, похоже, тоже сейчас сойду с ума. И ведь если бы не Ранта, все бы молчали. Это всё Ранта. Как обычно, во всём виноват Ранта.

Харухиро, стараясь сохранять здравомыслие, шагал по владениям бесов. Из зданий наружу кое-где просачивался свет, позволяя разглядеть дорогу, но потеряв концентрацию, можно было легко заблудиться или упереться в тупик. Узкий и извилистый проход не позволял толком ничего разглядеть впереди. Поначалу они пытались составить карту, но им пришлось бросить эту затею. Не имея возможности определять расстояния и направление, карты не составишь. Без точных измерений на местности не обойтись.

На то, чтобы пересечь владения бесов, требуется минимум 40-45 минут.

…И, похоже, 45 минут уже прошли.

Постройки бесов остались по правую руку, воцарилась темнота. Харухиро зажёг лампу, разгоняя мрак.

– Э?..

Странно.

Харухиро остановился и повёл лампой, освещая окрестности.

– Это ведь… Рудный Путь, так?

– Нам почём знать, – тут же вызверился Ранта, – Ты ж нас ведёшь, Парупиро. А мы следуем за тобой, доверяемся тебе. А ты, выходит, крупно облажался раз не знаешь, куда нас завёл! Облажался – отвечай! Извиняйся давай, болван!

– …Мы шли правильно… наверное, – подтвердила Шихору, игнорируя Ранту, – Если я не путаю, конечно…

Не слишком-то придаёт уверенности.

– М-м, – Кузак огляделся, – Лично я думаю, что мы шли правильно…

Нет, совсем не придаёт уверенности.

– То есть, – Юме рыскала глазами туда-сюда, – Это уже Рудный Путь? Вроде там было немножечко не так?

Что до Юме, то она, похоже, плохо помнит как выглядит Рудный Путь,  хотя они и были тут уже несколько раз…

– Вроде как-то иначе… – Мэри в сомнении склонила голову, – …Наверное.

То есть и она не уверена.

– Что-то не так, – Харухиро осталось лишь признать это.

Рудный Путь.

Точнее говоря, путь гринбуров.

Этот район населяют животные под названием гринбуры. На вид нечто вроде гигантских крыс, они обладают прочным как камень кожным покровом, на спине перерастающим в панцирь. В этом панцире бывают вкрапления золота, серебра, а изредка у некоторых особей даже алмазов, так что, разумеется, панцири стоят очень дорого. Популяция гринбуров сильно уменьшилась из-за активной охоты – таково было всеобщее мнение, а значит, они вполне могли расплодиться снова.

Во всяком случае, на это рассчитывали Харухиро и его товарищи.

Они уже в седьмой раз приходят на Рудный Путь. За прошлые шесть раз алмазный гринбур им не встречался ни разу, но зато однажды они видели золотого, и четыре раза – серебряных. Как ни посмотри, эти существа явно не на грани вымирания. Пока что им не удалось поймать ни одного, но на панцире даже серебряного наверняка удастся хорошо заработать, так что почему бы и не попытаться.

Однако, будь то золотые или серебряные панцири, лучше будет, научившись охотиться на гринбуров, собрать как можно больше добычи и продать её всю разом. Как только разнесётся весть, что охотой на гринбуров снова можно заработать, Рудный Путь заполонят другие команды, попросту вытеснив команду Харухиро. А значит, нужно заработать до того, как это случится.

Вот в чём заключался их план.

Итак, они пришли на Рудный Путь чтобы попробовать поймать золотого или серебряного гринбура.

…Намеревались придти.

Три дня прошло, значит.

Как ни посмотри, ежедневно искать гринбуров они не могут. Слишком большие перерывы между сражениями могут притупить их боевые инстинкты.

В последний раз они были здесь три дня назад.

– Раньше этого тут не было.

Харухиро направил свет лампы туда, где ожидал увидеть завал[1].

Свет пропадал в темноте, не отражаясь ни от чего.

Глубоко, похоже.

– … Тут дыра.

– Да сказал же! – завопил Ранта, – Ты просто ошибся, Поропору! Перепутал дорогу! Это не Рудный Путь! Окуда на Рудном Пути взяться такой вот пещере! Это просто какое-то другое место, просто похожее! Головой-то подумай!

– Да, но…

Харухиро не ошибся дорогой… наверное. Да, точно. Но тогда почему здесь появился проход?

Ширина дыры примерно три метра. И высота около двух. Они никак не могли проглядеть её, и обязательно запомнили бы, проходя мимо. Широкий, округлый проём.

Харухиро глянул влево и вправо. Что бы там ни говорил Ранта, этот похожий на естественную пещеру проход очень похож на Рудный Путь. Он не обладает никакими выдающимися признаками и явными приметами, так что нельзя с полной уверенностью сказать, что это то самое место. Но если забыть про существование новой пещеры, то местность очень похожа на Рудный Путь. Наверное.

– А может, – легко сказала Юме, – Кто-нибудь её вырыл. Эту дыру.

– Ну конечно! – Ранта пнул стену, – Прорыл дыру, вот и всё! Тут, в Вандерхоуле! Кому-то делать нечего было! Ты хоть думай прежде чем говорить!

– Хоть Ранта так и говорит, но в Вандерхоуле полным-полнёшенько всяких дыр и туннелей!

– М?.. – Ранта скрестил руки на груди и покрутил головой, – А, вот ты о чём?..

– …Люди, может, и вряд ли… – шёпотом проговорила Шихору, – Но здесь живёт много разных существ, и какое-то могло бы…

– Хе-е, – Кузак заглянул внутрь, – Хоть глаз выколи. Интересно, что там.

– Постой, – Мэри потянула его за руку, – …Опасно же.

Демонстративная забота.

…Или нет?

Да нет, показалось наверное. Это же просто забота о товарище, ничего больше, так? …Так ведь? Однако, когда Харухиро чуть кашлянул, Мэри резко, словно бы застигнутая врасплох, обернулась и отдёрнула руку. Чего? Чего-чего-чего? Почему это ты вдруг отходишь от Кузака, да ещё с таким неловким видом? Неужели и правда неловко? Ой, я вам помешал? Прости-прости, не обращай внимания. Я не хотел.

Харухиро вздохнул.

Хватит об этом думать.

Как будто я ревную. Нет, конечно же. Ну да, был период, когда Мэри меня интересовала. Но, разумеется, это совершенно недостижимая цель, так ведь? Хотя она и в моём вкусе. Если Мэри сама предложит встречаться, то само собой, ответ будет да. Определённо.

Да, лучше бы они и в самом деле начали встречаться – в смысле, заявили бы об этом открыто. И не мучили бы неопределённостью.

Или, может, остальным просто всё равно? Всё ведь ясно сразу, так? Подозрительное поведение Кузака и Мэри. Очевидно, разве нет? Может, все просто не обращают внимания? Может, Харухиро просто принимает всё слишком близко к сердцу?

Брачный период у меня, что ли, подумал Харухиро, отчасти насмехаясь над собой. Брачный период. Период спаривания, если говорить прямо. Слишком откровенно, пожалуй? Как-то да. Несколько неправильно. Что же тогда? Мечты о чистой любви? Нет, о подружке? Да, наверное.

Вот бы у меня была девушка.

…Откуда бы только ей взяться.

– Это Рудный Путь.

Харухиро обвёл глазами товарищей. Ранту ему хотелось пнуть. Но сейчас главнее всего команда.

– Однако здесь образовалась эта вот дыра. Непонятно как. И вопрос – что теперь делать.

Не время рассуждать о девушках. При мысли о Могзо Харухиро также почувствовал, что ему ещё рано о таком думать. У него даже на примете никого нет. Нельзя отвлекаться на посторонние мысли, а не то понаделает ошибок. Нужно взять себя в руки.

– Возможно, мы совершили открытие.

При этих словах все, а в особенности Ранта, пришли в возбуждение.

Открытие.

Изначально сам Вандерхоул тоже был открытием. И сейчас, по мере исследования Вандерхоула, открытия продолжаются.

Например, если команда Харухиро, как часть Воинов Рассвета Сомы, сможет найти путь в бывшее королевство Ишмаэл или Нананку, то вступит в ранее неизведанные земли. Открытия новых живых существ, новых территорий будут происходить ежедневно.

Ну, разумеется, открытия совершают в основном те, кто, как команда Сомы, постоянно всё дальше проникает в Вандерхоул.

Но Вандерхоул необъятен. Некоторые закоулки, вроде муравейника мурианов или владений бесов, так и не обследованы до конца. Кроме того, Вандерхоул может временами изменяться из-за естественных процессов вроде обвалов, или деятельности живых существ. Невозможно предсказать, где произойдёт такая перемена.

Иначе говоря, у команды Харухиро тоже есть шанс совершить открытие.

И эта пещера как раз и может быть открытием.

Возможно, за ней раскинулся целый никому ранее не известный мир.

–  …Что значит, что делать, – Ранта облизнулся, – О чём тут говорить? Очевидно же.

– …У меня дурное предчувствие… – Шихору, крепко держась за посох, сжалась и вздрогнула.

– Ну в чём я ещё виноват?! А, в чём, ты, скрытное вислое вымя?!

– Я же сказала, ничего у меня не вислое…

– Ну так покажи и докажи!

– О-о?..

– Э?

Харухиро нахмурился. Кто сказал это «О-о?» только что? Голос мужской. Но это был не Ранта. И не Кузак.

Харухиро обернулся. Сзади виднелся свет. Лампа или какой-то другой светильник.

Со стороны владений бесов кто-то приближался. Неизвестно, сколько человек, но, наверное, команда.

– О! – произнёс другой мужской голос.

– Э, – Харухиро удивился. На этот раз голос был знакомый.

Кто-то отделился от неизвестной команды и со всех ног помчался к ним.

– Э-эй, э-эй! Харуччи! Это же Харуччи! Что, не узаёшь?! Совсем-совсем?! Сюрприз! Вот так сюрприз! Подумать только, какая встреча, и в таком месте! Это же я, малыш Киккава! Йей, йей! А ну, дёрнем за встречку! Хаха! Шучу!

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Чёткая грань между обычными и незаурядными.

Одновременно с Харухиро здесь,  в Гримгаре, оказались ещё одиннадцать человек.

Ранта, Шихору, Юме, погибшие Манато и Могзо. А ещё Рэнджи, Рон, Сасса, Адачи и Чиби-тян.

А ещё Киккава.

– Да нет же нет же быть не может же! Везло везло да и свезло! Так ведь, так?! Шли бесцельно, встретились бесценно, так ведь?! Аж мурашечки по коже! Серьёзно! Ввуху! Фантастик! Йей!

Необычайно болтливый парень, прямо-таки воплощающий в себе предельную жизнерадостность, навязчивость, общительность и умение пролезть в знакомые к кому угодно.

Рэнджи почти сразу взял себе в подчинение Рона, Сассу, Адачи и Чиби-тян, создал из них команду, и быстро обрёл известность и уважение среди всех солдат добровольческого корпуса.

Харухиро и его товарищи кое-как сколотили команду из тех кто остался, и в таком состоянии просуществовали до настоящего времени.

Лишь Киккава, при не совсем понятных обстоятельствах – точнее, он объяснял, но объяснений Харухиро почти не понял – присоединился к команде опытных солдат Красной Луны.

И с тех пор, казалось, наслаждался весёлой, беззаботной и радостной жизнью солдата добровольческого корпуса.

– Э-э? Так, так-так-так? О-о, Ранта, как сам? Шихоруччи, ну, ты всё то же совершенство, да уж, что надо, у-фу-фу, эм, о чём то я, Юме! Юме-е! Йееей! Всё клёво?! Мэри! Мэри-тян! С каждым днём всё прекрасней! Хаха! Нет, серьёзно! М-м, Кузак, да? Ну и здоровяк же ты, а? Здоро-здоро-вяк! Ну так чего? Чего-чего-чего? Что делаете? Пришли поразвлечься? Нет, ну не здесь же! Это ж Вандерхоул! Ну что за шалуны! Ухахахахаха!

– ПомОлчи Уже! – миниатюрная блондинка с голубыми глазами потянула Киккаву за щёки, – Болтун ты, Киккава! Говорьишь много слишкОм!

– Ай-ай-ай, ай, Анна-сан, хватит, отпустите, моё драгоценное лицо, перестаньте…

– Драгоценное, чьертА с два! ОбьичнОе, не так ли! Оно как гриб, не так ли?! Дрьяннее некуда, не-так-ли-и?!

Харухиро собрался было промямлить что-то вроде «Ну, как бы…» в ответ на внезапно обращённый к нему вопрос Анны-сан, но тут Ранта расхохотался во всё горло.

– Гяхахахаха! Шиитаке! Шиитаке, а?! Ну, скорее рожа как рожа, Киккава! Не худшая из худших, хотя и одна из худших, пожалуй!

– Хэй, что за дЕрьмо! – Анна-сан внезапно ткнула в сторону Ранты кулаком с отогнутым вверх средним пальцем, – Как смеешь ты издEyaтся над нашим Киккавой?! Килл ю! Ф█к ю!

– …Но ты же сама это сказала…

– МоулчАть! Анне-сан такое сказать – окей! Тебе – ноу! Заруби на носу, засуранец!

– Э, хахаха, – казалось, Киккава чем-то слегка смущён, – Любовь Анны-сан тяжела как нокаут, хахаха, гуа?!..

– Недоумок! – Анна-сан врезала Киккаве в лицо правым прямым, по-настоящему отправив его в нокаут, – Никакой любви! Ноу! Лишь выжженная зЕмля! Анна-сан занимается войной, а не любовью! Нот лав, баттл лайк! ПерепутАл что-тО?!

Шихору, Юме, Мэри, Кузак, разумеется, Харухиро и даже Ранта могли лишь в замешательстве наблюдать за той неудержимой бурей, что представляла из себя Анна-сан.

Между тем, на ней белые одежды с синими полосами. Невероятно, но она Жрец.

Причём, судя по тому что они слышали о ней до этой встречи, изначально она была Волшебницей.

Что бы всё это значило.

– И всё же… – продолжил невероятный красавец.

На его доспехах выбита шестиконечная звезда, он Паладин, как и Кузак. Его белозубая улыбка ослепительно сияет, с первого же взгляда в нём угадывается двестипроцентный казанова, а ещё он –  лидер команды, в которую вступил Киккава.

– Что привело вас сюда, Харукава?

– …А, ну, я Харухиро, Токимунэ-сан. Впрочем, я, кажется, уже в третий раз вас поправляю.

– А-а, прости, прости. Я думал раз вы друзья с Киккавой, то ваши имена заканчиваются на «кава», нет?

– Я буду очень рад, если вы перестанете подшучивать надо мной…

– Замётано, – Токимунэ показал большой палец и подмигнул, – Харухиро. Запомнил. Больше никаких ошибок, обещаю.

– …Правда?

«В прошлые два раза вы говорили то же самое, и точно так же жестикулировали» – подумал Харухиро, но промолчал. Он несколько робел. Этот человек принял в свою команду такого как Киккава, и как-то умудряется управляться с ним, и притом неплохо. Такое не каждому по плечу. Анна-сан тоже обладает весьма яркой индивидуальностью. Да и остальные члены их команды производят сильное впечатление.

Впрочем, нельзя сказать, что все они выглядят одинаково эксцентричными.

– Так что же, всё-таки… – произнёс, поправляя очки, невзрачный юноша. Ему очень шли одежды жреца, грубая палица в его руках вовсе не излучала угрозы, и миновав его на улице мало кто счёл бы этого человека опасным.

– Это Рудный Путь, так что, наверное, ищете гринбуров. Вот что я думаю.

– Кху… – с неприкрытым пренебрежением откашлялся рослый мужчина.

Для начала, у него длинные волосы собранные в хвост. Далее, повязка на левом глазу. А ещё он в возрасте. Ну, точнее, ему где-то 35-40 лет, не то чтобы совсем уж много. На спине колчан со стрелами и лук, на поясе два однолезвийных меча. Одет в плотно обтягивающий кожаный комбинезон, и, как бы это сказать, немного странноватый.

– Как и мы… выходит… Кху…

Парень в очках – Тада.

А мужчина с повязкой на глазу – Инуй.

В команде Токимунэ есть и ещё одна персона.

Ростом почти с Инуя, а благодаря шляпе Волшебницы даже немного выше. Её мантия Волшебницы несколько чересчур открытая, но непохоже, что ей неуютно.

Здоровенная.

Разумеется, Кузак с его 190 с лишним сантиметрами всё же выше. Но – здоровенная. Наверное, не очень хорошо называть так девушку. Но всё же она огромна, настолько, что способна оставить неизгладимое впечатление на любого, кто хоть раз увидит её.

Она весьма высокого роста, из-под её шляпы Волшебницы ниспадают длинные волосы, обрамляющие вполне милое личико. Глядя лишь её в лицо, можно было бы предположить, что её рост не превышает 160 сантиметров. Её зовут… Как же её зовут? Внешность Харухиро помнит отлично, но вот имя подзабыл.

Впрочем, он помнил её прозвище. Великанша.

И глаза этой Великанши-сан, напоминающие глаза маленькой зверушки, идеально соответствующие её лицу, но никак не подходящие такому росту, отчего-то упорно сверлят Харухиро.

Да нет, быть не может.

Наверняка её интересует что-то у него за спиной.

Например, она вполне может рассматривать ту новую дыру.

Харухиро посмотрел на Ранту.

«…Что делать?»

Применим наше умение понимать друг друга взглядами, без слов.

На мгновение показалось, что Ранта понял.

– Э, кхем, – Ранта, странно покашливая, как бы невзначай загородил собой дыру.

…Нет, движение получилось слишком явно нарочитым.

Действия Ранты наоборот привлекли внимание команды Токимунэ к дыре. Похоже, он и сам это понял.

– …Это вот, ну… Этого тут ведь раньше не было?

– Ага, – Токимунэ ослепительно улыбнулся и кивнул, – Не было!

– По крайней мере, когда мы приходили сюда в прошлый раз, не было, – задумчиво проговорил Тада, потирая подбородок.

– То есть, то есть? – Киккава рванулся к дыре, –Да-лад-но?!Ли-же-у-не?! Не-у-же-ли?! Мы совершили открытие?! Серьёзно-серьёзно?!

– А ну стоп! – Ранта загородил ему дорогу, – Мы первые пришли! А значит, мы и открыли!

– Нет-нет-нет-нетушки, – Киккава повис на Ранте, – Как же та-ак. Не будь таким злюкой, Ранта, мы же друзья навек! Всё моё – моё, и всё твоё тоже моё, правда же?

– Да щас! – Ранта стряхнул с себя Киккаву, – Разбежался, идиот! Весь мир состоит из нынешней и будущей собственности Ранты-сама!

– Кхе… – Инуй взялся за рукоять меча, – Чрезмерная жадность вредна для здоровья, ты в курсе?

– А к-к-кишка не тонка?! Хочешь д-драки, д-д-давай!

– …Устроишь драку, драться будешь сам, – бросила Шихору.

– Э, ээээй?! – Ранта заозирался, поочерёдно глядя на каждого из команды Харухиро.

Все, включая Харухиро, были согласны с Шихору и не изъявляли желания обострять разговор.

Анна-сан рассмеялась, гордо выпятив грудь.

При скромном росте примерно в 155 сантиметров она обладает грудью весьма впечатляющих размеров.

– Дурак Ранта! Тебья не слишком-то ценьят, сразу виднО!

– Заткнись, рябая ты мелочь сисястая! На лапанье напрашиваешься?!

– А ты дАвай, попробУй! Только вот верные слуги Анны-сан тебья прикончат, только дёрнись! И к веснушкам моим цепльяться не смей! Не твоё дело, дебил! Твоё дело встать на руки и облизывать собственный х██, мудила! Дебил, дебил, дебил Ранта! А-а-а-а, бесьишь! Да разразит тебья небесная кара!

– …Эй, – Харухиро указал подбородком, – Извинись, Ранта. Ты же Анну-сан почти до слёз довёл.

– П-почему это я должен извинятья! Ч-что за шут…

– Хм… – Токимунэ-сан, успокаивающе поглаживая Анну-сан по голове, всё с той же дружелюбной улыбкой вытащил меч из ножен, – Что ж, пожалуй, небесной кары ждать не будем. Не можем же мы закрывать глаза на то, как какой-то гад обижает Анну-сан. Она – наш драгоценный талисман, видишь ли.

– И, – Ранта молниеносно распростёрся ниц, – Извините?! Я больше ни слова не скажу про веснушки, простите?! Пожалуйста?!

– Как он быстро… – прошептала Великанша-сан, широко раскрыв глаза.

– Жалкое ничтожество! – Анна-сан наступила на затылок Ранты, – Если так готов извиньяться то и не грубил бы с самогО началА! Усвойил?! С сегодньяшнего днья ты раб Анны-сан! Будь благодарен, ма█аф█ка!

Ранта кряхтел, но терпел.

Ну, тем лучше. Тут уже не до шуток, так что пусть терпит.

Потешная команда добровольческого корпуса.

Такова общепринятая оценка «Токкиз» – команды Токимунэ.

Но при том, они служат в добровольческом корпусе гораздо дольше, чем команда Харухиро. Иначе говоря, долгая служба оказалась им под силу. Однако это не значит, что Токкиз придерживаются особо надёжной тактики – нет, скорее наоборот, с безразличием относятся к опасностям. Но несмотря на это, они уже очень давно действуют как солдаты добровольческого корпуса. Причина в том, что они – не просто единственная на всю Красную Луну команда посмешищ.

Что до Харухиро, то он ни капли не желал вступать в конфликт с Токкиз. Киккава прибыл в Гримгар одновременно с ним и большей частью их команды, и он же познамомил их с Мэри. Лучше бы сохранить дружественные отношения с ним и его товарищами.

Вопрос в том, разделяет ли Токимунэ это желание.

– Токимунэ-сан.

– Чего? Харухикава.

– …Харухиро.

– А-а, ну да, прости. Ну? Так чего? – Токимунэ убрал меч в ножны, – Давай? Вместе. Мы не против, если что.

Его приятная улыбка вдруг показалась Харухиро жутковатой. …Давай. Вместе.

Выбора нет …похоже.

По тому, как всё складывалось, Токкиз вполне могли бы оттеснить команду Харухиро и завладеть открытием единолично. Но они сами не желают так поступать, и предлагают разделить его. Не то чтобы в голове Харухиро не мелькала мысль, что вообще-то это они первые открыли дыру – но, пожалуй, такой вариант развития событий не так уж плох.

Одно дело просто совершить открытие. Но хотелось бы также исследовать найденное.  Практически все солдаты добровольческого корпуса превосходят Харухиро и его друзей – и в опыте, и в достижениях. Но сюда, наверное, ещё не ступала ничья нога. Было бы замечательно первыми оставить здесь свои следы.

Но кто или что может ждать на той стороне, неизвестно. Вовсе необязательно там таится что-то опасное, но риск есть.

Надёжнее пойти вместе с Токимунэ и его командой.

Если бы вот ещё Харухиро чувствовал, что на них можно положиться.

– Есть условие… – начал Харухиро, следя за выражением лица Токимунэ.

Тот всё так же белозубо улыбался. Искренен ли он, или что-то замышляет – непонятно.

– Для начала, в ближайшее время никому об этом не рассказывать. Что скажете?

– Ладно, – Токимунэ поднял большой палец, – Пока мы с Харухирокавой не скажем, этот разговор останется тайной среди нас двенадцатерых. Ну, блокировать дорогу сюда мы не можем, так что не стоит удивляться если секрет узнает кто-то ещё.

– …Да, пожалуй. В последнее время на Рудный Путь ходили лишь мы, но сегодня встретили здесь вас, так что вполне может явиться и кто-то ещё. Да, и я не Харухирокава, а Харухиро.

– Ах да, Харухиро. Прости, прости. Хм-м… Да. Насчёт придти сюда… Кто же это предложил…

– Я, – Великанша-сан подняла руку.

– Вот как, Мимори значит, – Токимунэ загадочно улыбнулся, – А зачем ты предложила идти на Рудный Путь, напомни-ка?

– Мне нравятся гринбуры, – равнодушно произнесла Великанша-сан, то есть, Мимори, – Они миленькие.

– А, точно, точно. Вспоминаю. Кстати, Мимори, ты же вроде говорила что хочешь поймать и приручить одного?

Мимори чуть опустила и подняла голову. …Да.

Она, несомненно, тоже очень странный человек.

– Короче говоря, – Токимунэ протянул Харухиро правую руку, – Приятно будет иметь с тобой дело, Харухиро. Постараемся вместе.

Похоже, он наконец запомнил имя правильно.

Харухиро покосился на своих спутников. Никто, вроде, не против. Ранта по-прежнему лежит, придавленный Анной-сан.

– И мне, – Харухиро пожал руку Токимунэ, – …Прошу, будьте к нам снисходительны.

– Эххехехе… – Токимунэ потряс рукой вверх-вниз, – Уже выдохся?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Неизведанный путь

Ширина дыры около трёх метров, так что было решено двигаться двумя колоннами.

Во главе Токкиз шагал Паладин Токимунэ, следом – Воин Киккава, Жрец Анна-сан (бывшая Волшебница), Жрец в очках Тада (бывший Воин), Волшебница Мимори (неудивительно для Великанши, бывший Воин), и замыкал Охотник в глазной повязке Инуй (бывший Вор, успевший побывать ещё и Воином).

Команду Харухиро возглавлял сам Харухиро, за ним шли Кузак, Ранта, Шихору, Мэри и Юме.

Харухиро, Токимунэ, Шихору, Инуй и Юме несли каждый по лампе, обеспечивая достаточно света чтобы двигаться вперёд, видеть происходящее вокруг и сзади.

– Ну, идём что ли?

Как только все встали на свои места, Токимунэ быстро двинулся внутрь.

– П-п-погодите, Токимунэ-сан, что…

Харухиро заторопился следом. Похоже, на тактичное отношение рассчитывать  не приходится.

Пещера простиралась прямо вперёд. Пока что это самая обычная пещера. Никаких следов живых существ. Пусто.

Через пятнадцать или двадцать метров они встретили первое препятствие.

– О, – Токимунэ легонько пнул ногой стену, – Развилка.

– …Точно, – Харухиро повёл лампой, – И вправо, и влево.

– Что выберешь, Харухиро?

– Простите?

– Вправо или влево.

– Э? Вы предлагаете разделиться?

– А что, ты против? Путь так удачно разделяется надвое.

– Эм-м…

Не понимаю.

Харухиро потёр глаза, хотя в сон его и не клонило. Ход мыслей Токимунэ, образ его мыслей был ему совершенно непонятен. О чём он только думает? Раз мы так удачно действуем двумя командами, то не лучше ли держаться вместе? Ведь совершенно очевидно, что так безопаснее.

– Налево! – воскликнул Ранта, – Ходить налево мне к лицу! Несомненно!

Не понимаю.

Чем путь налево так к лицу Ранте? Непонятно. Впрочем, Харухиро это особо и не интересовало.

– Отлично, – Токимунэ показал большой палец, – Ну, а нам тогда направо.

Токкиз вслед за Токимунэ без лишних слов бодро проследовали в правый проход. Кто-то из них даже напевал себе под нос. Вроде бы тот очкарик, Тада. Всё-таки он тоже странный, хотя и выглядит нормальным. Да и то, что он бывший Воин а теперь Жрец само по себе довольно-таки странно…

– Нам тоже пора!

Ранта так и лучится энтузиазмом. Точнее говоря, лишь он один и испытывает энтузиазм.

Харухиро вздохнул. Похоже, сегодня он обновит свой рекорд по количеству вздохов в день. Хотя, он же никогда не считал. Но впечатление не проходило.

– …Нам лучше бы действовать осторожнее.

– Согласен, – высказался Кузак.

– Про-тив! Про-тив! Я против! – Ранта не унимался.

– Юме думает, что спешить некуда. Верно, Шихору? Мэри-тян?

– …Угу.

– Да уж.

– Большинство согласно, – Харухиро снова вздохнул, на этот раз переводя дыхание, – Ранта, помолчи хоть немного.

– Ещё чего. Помолчу когда умру. Точка.

– А-а…

Харухиро, не уделяя больше внимания Ранте, крадучись двинулся по левому проходу. Единственным источником света была его лампа. Теперь больше пользы будет от слуха, а не от зрения. Ранта, видимо, всё-таки способный это понять, держал рот на замке.

Ширина прохода оставалась неизменной – примерно три метра. Высота потолка по-прежнему оставалась на уровне двух с небольшим метров.

Пол не гладкий, но и не настолько неровный, чтобы было трудно шагать. Как и стены.

Очевидно, проход образовался не естественным путём. Кто-то прорыл его.

А значит, в туннеле кто-то есть.

Путь едва заметно изгибается вправо.

– Бу! – придурок Ранта вдруг решил подать голос.

– Хи…

– Фуня?!

– И…

Девушки вскрикнули. Ранта разразился идиотским хохотом.

– Гуоххеххеххе. Не трусить, курицы!

– Ранта! – в голосе Юме слышались слёзы, – Юме так ужасненько испугалась! Идиот!

– …Просто сдохни, – пугающим тоном пробормотала Шихору.

– О свет, даруй нам божественную защиту Люмиариса… – Мэри вычертила шестиугольную звезду, – Избавь его от проклятия слабоумия.

– Ну и что, работает?! Ни разу! Я в полном порядке! Ихихихи!

– …Не устаю восхищаться. В каком-то смысле, – Кузак усмехнулся.

– Эх… – Харухиро вздохнул, – Так, Ранта, призови Зодиака. От тебя никакого толку, один вред, а Зодиак сможет рассказать, есть ли поблизости враги. …Если захочет, конечно.

– Не слишком ли ты дерзко и высокомерно говоришь со мной? Проси. «Пожалуйста, Ранта-сама, снизойдите до меня, призовите Зодиака». И поклониться не забудь.

– Ты, я вижу, понял что при Зодиаке ты не нужен. Потому и отказываешься его призывать. Боишься потерять смысл и цель своего существования.

– Вот как. Ну ладно. Раз ты так отчаянно просишь, то я, так и быть, призову. Но заруби себе на носу. Зодиак – часть меня, и и слушает лишь меня. Если он что-то и сделает, то лишь благодаря мне. Ну, начнём что ли. …О Тьма, о Властитель Порока… Зов Демона!

Перед Рантой сгустилось тёмно-фиолетовое облако. Оно закрутилось вихрем, обретая форму.

Форма напоминала человека, замотанного в простыню. Два провала глаз, под ними – похожий на щель рот. В правой руке держит что-то вроде кинжала, а левой – дубинку.

Фамильяр Рыцаря Ужаса Ранты, демон Зодиак, раньше выглядел гораздо симпатичнее. Прежде он был чем-то вроде их талисмана, хотя и не до такой степени, как Анна-сан для Токкиз. Теперь Ранта накопил Пороки, и Зодиак преобразился. Его силуэт стал во многом напоминать человеческий, и хотя он и парит в воздухе, у него даже появились ноги – впрочем, выглядели они несформировавшимися.

Говоря прямо, теперь он выглядит одновременно привлекательно и отталкивающе, попросту говоря, отвратительно.

«…Кихи… Кихихихи… Не смей тревожить меня, гадёныш Ранта… Гори в аду тысячу лет…»

– Только заявился и снова за своё?!

Впрочем, хотя внешний вид Зодиака и изменился, он всё так же поносил и ругал Ранту, к удовольствию остальных членов команды.

– Помоги нам ещё раз, Зодиак.

Демон лишь передёрнул плечами и ничего не ответил Харухиро. Похоже, он не намерен общаться иначе чем через Рыцаря Ужаса.

– Ухахахаха! – Ранта показушно расхохотался, – Ему плевать. Поделом!

«...Ихихи… Ихи… Харухиро…»

- Э

Харухиро, впервые услышав своё имя из уст демона, поражённо оглянулся. Зодиак развернулся всем телом к нему.

«…Выживи… Кихи… Кихихиххихи… А Ранта пусть сдохнет… Кихихихихи…»

– Гха?!..

Ранта издал странный вскрик и упал. Ну, его шок понятен.

– Хороший мальчик, Зодиак, – Юме, подойдя ближе, попыталась погладить демона.

«…Кихи…Кихихиххи…Кихи…Кихихихи…»

Зодиак уворачивался, но, очевидно, происходящее ему нравилось.

– …Д-д-дерьмо!.. – Ранта, не вставая, заскрежетал зубами, – Зодиак должен быть лишь моим и ничьим больше! Этот Зодиак ненастоящий!..

«…Ихихи…Ранта…»

– …Чего тебе, Зодиак… Ага! Ну уж нет, отговорок я слушать не намерен!

«…Смотри… Кихихи… Это популярность… Тебе… Кихихихи… И не снилось…»

– Гуооооооооооо?!

Неплохо, Зодиак.

Или же, скорее всего, нужен кто-то уровня Зодиака чтобы суметь нанести Ранте какой-либо моральный урон.

С появлением Зодиака Харухиро почувствовал некоторое облегчение. Зодиак будет самоотверженно защищать Ранту, и предупреждать его о возможных опасностях. Точность предсказаний, видимо, зависит лишь от количества накопленных Пороков, и, похоже, Зодиак по-прежнему может из каприза промолчать, но всё-таки его помощь будет очень полезна.

Ход продолжал упорно загибаться вправо. Туннель шёл ровно, без подъёма или спуска, сохраняя прежнюю ширину и высоту. По-прежнему ничего не было видно.

…Нет.

Впереди что-то показалось.

Харухиро сглотнул.

– …Свет?

– Кажется, там что-то есть, – Кузак положил руку на эфес меча.

– …Готовимся драться? – прошептала Юме.

Мэри облегчённо выдохнула. Наверное, она проверяла шестиугольную звезду на левом запястье. Эгида Света ещё действует.

– Начинаем? Начинаем, начинаем? – Ранта облизнулся, – Наконец-то удача? И кто же наш враг, интересно?..

«…Кихихихи… Этот враг… Ранта… Тебя прикончит… Кихихихихи…»

– Но ведь, Зодиак, если я погибну то и ты исчезнешь?..

– Но… Это ведь… – Шихору, похоже, заметила.

Точно.

Харухиро позвал.

– Токимунэ-сан!

– О-о, – тут же раздался ответ.

Показавшийся впереди свет оказался светом лампы.

Это Токкиз там, впреди, ждут пока команда Харухиро приблизится.

У самого входа туннель разветвляется, расходясь влево и вправо. А здесь круг замыкается.

Однако, для разочарования пока рановато.

Ещё не конец.

– Что справа, что слева одно и тоже, – произнёс Тада, сверкнув очками.

Ну, впрочем, они всего лишь отразили свет ламп.

– Такьим вот обуразом, – Анна-сан хвастливо показала открытую тетрадь.

В тетради было что-то изображено. Что-то вроде кривой окружности, но сверху и снизу от неё отходили небольшие чёрточки…

– Эм-м… – Харухиро боязливо посмотрел в глаза Анны-сан, – Это?..

– Карта, коньечно ше! Что же это ещьо может бьить?! Неужьели вы впервые видьите карту?! Невежи!

– Мы вошли вот туточки, – Киккава указал на линию, отходящую от окружности снизу, и провёл пальцем туда, где круг замыкался и вверх отходила другая линия, – А сейчас пойдём сюда! Ай да Анна-сан, вы идеальный картограф!

– Да куда туда-то… – разочарованно проговорил Ранта.

На этот раз Харухиро разделял его чувства – но, разумеется, промолчал.

– Глупый Ранта такой глупый, что дажье карту читать не можьет. Глупый, глупый.

– Духовное око… – Инуй улыбнулся, поправляя повязку, – Карту Анны-сан нужно читать сердцем… Кхе…

…Нет, совсем не понимаю. Почему даже ты обращаешься к Анне-сан добавляя к имени «-сан»?..

Харухиро хотелось о многом спросить, но он промолчал. Если даже и спросить, то наверняка непонятного станет только больше. Придётся привыкать, подумал он. Удастся ли?..

– Ну, пойдём посмотрим для начала? – Токимунэ подмигнул и ткнул вперёд большим пальцем.

– А, да, верно…

Харухиро и его команда заторопились следом, не желая быть оставленными позади. На какой-то момент появилось искушение и в самом деле отстать, бросить эту затею, но нет. Исследование только начинается. Пока что даже не удалось найти ничего интересного.

Они шагали двумя колоннами, как и вначале. Харухиро заметил, что туннель идёт вниз под небольшим уклоном. Постепенно спускается глубже.

– Уклон вниз, да?..

– Ага, – Токимунэ, похоже, наслаждался происходящим, – Хороший знак. Вот-вот что-то появится.

Звучит обнадёживающе. Лишь бы только это не оказалось что-нибудь опасное.

Туннель постепенно сужался. Путь резко повернул в сторону, ответвляясь влево. По-прежнему уходя вниз.

– Анна-сан, – внезапно заговорил очкарик Тада, – Вас пописать не тянет? Может, сделаем привал?

– С-с-с-с-сама скажу если понадобьится! Больше никакого промочьенного белья, поньятно?!

– …То есть раньше такое случалось, – пробормотал Кузак себе под нос.

– Л-литлби, совсем чутьочку, ясно! Всего раз, поньятно?!

– Гехехехехе, – Ранта глумливо рассмеялся, – Ты младенец что ли, чтоб обмочиться!

– Кучеряшка-ку-ун, – беззаботно произнёс Токимунэ, не оглядываясь, – Я, кажется, просил не обижать нашу Анну-сан?

– П-простите! Увлёкся! Больше не повторится!

«…Кихи… Лучше бы… Тебя б на кусочки порвали… Ранта… Кихихихихи…»

– Юме вот подумалось, – Юме хихикнула, – Не отдать ли Ранту ненадолго в Токкиз на воспитание. Может, он чуточку повзрослеет?

– …Зачем ненадолго, пусть насовсем забирают, – фыркнула Шихору.

– Да уж, – холодно согласилась Мэри.

– Нетушки-нетушки, – Киккава зачем-то щёлкнул пальцами, – Как бы сказать-то? Нам он ненужный, а, ребят? Нет-нет, ничего такого, Ранта ведь весёлый парень, верно говорю? Только вот, наверное, с ним всё же приятнее видеться время от времени, а не постоянно, а?

– Не нужен, – припечатала Великанша Мимори.

– Заткнитесь, вы! Я вас вообще ни о чём не просил!..

«…Ихи… Ихихи… Не плачь… Ихихихи… Ранта…»

– З-зодиак, ты… Утешаешь меня?..

«…Просто… Кихи… Это ведь пустяк… Тебя весь мир ненавидит, не только они…»

– Нашёл чем утешить!

А-а, да заткнитесь уже.

…подумал Харухиро, несмотря ни на что сохраняя бдительность …пытаясь сохранять. В нём начало закипать раздражение, не давая сосредоточиться. Мы же на неизведанной территории? Почему все так беспечны?..

Вскоре они достигли ещё одной развилки. Прямо и направо. Опять разделимся, подумал Харухиро, но Токимунэ предложил иное.

– Попробуем прямо, для начала? Все вместе.

– …Э. Да. Туда?

– Угу. Этот путь выглядит более перспективным.

– Эм-м… почему?

– Почему? Хм… – Токимунэ белозубо ухмыльнулся, – Чутьё, наверное?

Серьёзно?

Что это ещё такое? Правда, что ли? Харухиро хотелось вспылить, но Токкиз, похоже, доверяли суждению Токимунэ, и он тут же взял себя в руки. Чутьё, значит. Ну, может, следует тоже довериться чутью Токимунэ?

Пройдя в прямой туннель, вскоре они вышли в вытянутую комнату. Впрочем, комнатой это можно было назвать лишь условно - просто проход расширялся, образуя открытое пространство – нет, не только лишь поэтому.

– Пришли, Харухиро, – Токимунэ радостно хлопнул Харухиро по спине, – Вот оно, то самое. Что мы искали.

– …Что… что это?

На стенах, и на полу возле стен, было что-то непонятное, какие-то странные предметы. Много. Не сосчитать. Размером примерно тридцать – нет, пятьдесят сантиметров? Округлые предметы  сияли неярким светом, синим, зелёным, жёлтым, самых разных цветов, словно пульсировали.

– …Они, – заговорил Ранта несвойственным ему приглушённым голосом, – Словно бы… живые, будто… Кажется…

– Вы уже видели такое? – Харухиро обернулся к Токимунэ.

– Нет, – заявил тот, – Ни разу. Впервые такое встречаю. Это, похоже, открытие. Настоящее.

«…Ранта…»

– О? Что, Зодиак? Чего тебе?

«…Просто… Позвал… Кихихихи…»

– Какого хрена?!

Действительно ли «просто позвал» и всё?

Зодиак своенравен. Он никогда ничего не говорит прямо. Лучше оставаться настороже.

На стенах возле входа тоже висели эти предметы. Харухиро достал кинжал и, пристально наблюдая, ткнул один. Зеленоватый свет то разгорался, то затухал. Действительно, словно живой. Что бы это могло быть… похоже на яйцо. Но яйца ведь не светятся. Впрочем, если предположить что внутри большого яйца с очень тонкой скорлупой окажется что-то светящееся, то, наверное, получится что-то похожее.

За зеленоватым светом угадывалась какая-то тень.

И эта тень, похоже, шевелилась.

– Как… поступим?

Харухиро всё-таки считал нужным уважать старших, но спросил Токимунэ лишь сейчас. Лучше всё же научиться большей самостоятельности.

– Попробуем разбить, – беззаботно сказал Токимунэ.

– Ха?

– Интересно же, что внутри.

Токимунэ достал меч и уколол ближайший предмет. Тот оказался не особо твёрдым. Раздался хруст.

Изнутри начала вытекать вязкая жидкость. Токимунэ отрезал часть скорлупы и пошарил внутри остриём меча.

– О

Кажется, он что-то нашёл. Токимунэ повернул кисть, выворачивая это что-то наружу. Нечто шлёпнулось на пол.

Все затаили дыхание.

Токимунэ присел на корточки и поднёс поближе лампу.

Едва-едва, но ещё движется. Похож на зародыш млекопитающего, примерно 15 сантиметров в длину.

Затих.

…Умер. …наверное.

– Что это, интересно? – Токимунэ оглядел свой испачкавшийся меч, – Явно что-то живое. Всё-таки яйцо, значит. А это чья-то кладка?

– Их тут много, этих яиц, – очкарик Тада фыркнул, сморщившись, – Если все разом проклюнутся, будет забавно.

– И я-й-ца… – Анна-сан с важным видом делала записи в тетради с картой.

Великанша Мимори присела на корточки рядом с Токимунэ и уставилась на мёртвый зародыш.

– Хочешь вырастить такого? – спросил Токимунэ.

– Не особо, – Мимори бесстрастно покачала головой, – Интересно, какой он на вкус?

– Кхе… – Инуй вытаращил не закрытый повязкой правый глаз, – Нам-то откуда знать?!..

…Она вроде нормальная, но иногда от неё мурашки по коже. Что только творится у неё в голове? Жуть.

Впрочем, мёртвый зародыш и все эти яйца, пожалуй, пугают больше.

– Передавим их все? – просто спросил Киккава.

– …Слишком много, – Ранта обвёл глазами помещение, – Сколько их тут вообще? Не пересчитать.

«…Кухихи… Ранта… Сказал что-то достойное… Смертный час близок… Кухихихи…»

– Нет такой приметы!

– Ранта прав, – Токимунэ поднялся и пожал плечами, – Их слишком много. Ну, вряд ли они вылупятся в ближайшее время. Эти ребята нам не угрожают – пока что.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Сегодня – просто вступление к завтра.

– А-а…

Харухиро лёг ничком на столик и закрыл глаза.

Боковые улочки передового аванпоста представляют из себя рынок, место для отдыха и жилые кварталы. Некоторые заведения продолжают работу до глубокой ночи. Харухиро был регулярным посетителем одного из них, самого малолюдного и мрачного.

Ну, непопулярность этого места понятна, учитывая, какую плохую еду здесь подают. Напитки ещё туда-сюда. Хозяин вечно в дурном расположении духа, что тоже не привлекает посетителей. Всего здесь пять мест у стойки, и два стола, каждый окружён тремя табуретками.

Этим вечером за стойкой сидит лишь один посетитель. И Харухиро за столиком. Иначе говоря, двое. Впрочем, это уже много. Нередко Харухиро становился единственным клиентом.

В часы ужина здесь, конечно, становится несколько оживлённее, но ближе к ночи почти все расходятся. Что до Харухиро, то он, хотя и понимая что это не его дело, предпочёл бы чтобы хозяин закрывал своё заведение пораньше. Иначе он, даже не желая больше пить, продолжал сидеть, потягивая вино или пиво, не уходя пока его не начинало клонить в сон. Нужно же думать о клиентуре.

– Уста-ал…

При всех недостатках этого бара, у него есть и хорошие стороны. Можно не беспокоится, что кто-то услышит его тихое бормотание. Можно даже заснуть за столиком, и никто не побеспокоит.

Здесь можно побыть в одиночестве.

Оставаясь в одиночестве постоянно Харухиро, наверное, соскучился бы по обществу. Но здесь, в передовом аванпосте, живя в палатке он постоянно находится в компании или Ранты, или Кузака, или обоих сразу. Во время походов в Вандерхоул он постоянно держится со всей командой, и времени на то, чтобы побыть одному, просто не остаётся.

Если только не искать одиночества намеренно.

– …Ну, всё нормально.

Он не жалуется, не высказывает недовольство. Просто говорит то, что нужно сказать. Иногда нужно давать себе отдушину.

Впрочем, есть также то, что говорить не стоит. То, что Харухиро никак не может высказать.

Есть мысли, груз которых нельзя разделить ни с кем.

– О личном… Нельзя… Но и о других…

Своё беспокойство насчёт того, стоит ли продолжать совместное с Токкиз исследование, своё недовольство Токкиз – всё это Харухиро тоже не хотел высказывать товарищам.

Никто не возражал, но всё же это именно Харухиро решил действовать вместе с командой Токимунэ. Он выставит себя жалко если начнёт жаловаться. Кроме того, Харухиро опасался, что говоря плохо о Токкиз он может навредить и своей команде. «Они никуда не годятся, не стоит больше с ними водиться». Не хотелось бы вселить в друзей неуверенность.

Они действуют вместе всего день. Разве не естественно, что у них не получилось идеально сработаться сразу? Токкиз, конечно, все очень странные, но притом вовсе не плохие люди, просто весёлые – наверное. Харухиро хотелось на это надеяться. Нет, нужно на это надеяться.

Мыслить позитивно. Оптимистично. Прогрессивно. Во всяком случае, делать вид.

– …Легко сказать…

Харухиро поднял голову и отхлебнул тёплого пива. …Я ведь не такой. Не позитивный, не оптимистичный, и не уверенный. Скорее, совсем наоборот. Негативный, пессимистичный и консервативный.

– …Ну да.

К нему постепенно приходило понимание.

Токимунэ, похоже, импульсивный человек. Он не задумывается ни о чём глубоко, действует полагаясь на сиюминутные идеи. Но каким-то образом ухитряется преодолевать препятствия, и вести за собой остальных. Это факт.

Но ведь то, что он до сих пор как-то справлялся, не значит, что удача и дальше будет продолжать улыбаться ему? Он же не застрахован от ошибок? Уже поздно будет что-то делать, когда разразится трагедия, так что не лучше ли действовать осторожнее? Это же опасно. Странно. Он же лидер. Разве лидер не должен стараться минимизировать риск? Разве нет?

– Ну, мы же разные…

Неверно.

Точнее, это не единственная причина.

– …Завидую я, что ли. Таким как Токимунэ-сан.

Посмешище добровольческого корпуса. Действительно, сборище чудаков. Но это вовсе не значит, что они слабы. Их команда ухитрялась выживать, полагаясь на силу и интуицию. И, судя по их отношению к Анне-сан, между ними крепко чувство товарищества, а значит, и доверия друг к другу.

Токимунэ странный человек.

А Харухиро слишком заурядный.

Нет, это вовсе не значит что он тоже хочет стать чудаком. Просто находясь рядом с Токимунэ, он отчётливее чувствовал всё ничтожество собственной обыкновенности.

Проще говоря, общество Токимунэ стимулирует его комплекс неполноценности.

Не это ли вызывает в нём раздражение?

– …Ну да. Точно. Так и есть… Он крутой, этот Токимунэ…

Не сказать, что Харухиро знает так уж много лидеров команд. Если перечислить тех, кто сразу приходит в голову – Шинохара из Ориона. Рэнджи. Каджико из Диких Ангелов. Сома из Воинов Рассвета. И, наконец, Токимунэ из Токкиз. И вроде как всё.

Каждый из них, несомненно, производит сильное впечатление.

– …Харизма?

Да. Верно. Каждый из них обладает харизмой. Той особой аурой, что сразу чувствутся в них, выделяет их среди прочих. Неизвестно, врождённое это качество или нет, но они определённо им наделены.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро совсем не такой как они.

Он всегда чувствовал, понимал это. Харухиро никогда не стать таким как Рэнджи, Шинохара и, тем более, Сома. Но, однако, он всё же чуть лучше чем, скажем, Ранта, а значит не может уйти с позиции лидера. Он должен так или иначе справляться сам.

Харухиро будет делать всё, что в его силах – не ища признания, и не жалуясь.

– …Простите…

Харухиро снова уткнулся в стол.

Он почувствовал стыд. Он, как лидер, ни на что не годен. Обладай он харизмой, решимостью, силой, то наверняка смог бы помочь и остальным стать сильнее. Рэнджи пытался переманить Ранту. Каджико приглашала в свой клан Шихору и Юме. И Мэри, да и Кузак тоже, все они способны на большее. Нет ли вины Харухиро, как лидера,  в том что они не развиваются дальше?

– …Вот бы стать круче…

Харухиро усмехнулся.

Не сказать.

Этим желанием он ни с кем не смог бы поделиться.

Остаётся лишь держать его в себе.

– …Так.

Харухиро сел прямо и залпом допил оставшееся пиво. Он скрочил гримасу. Дрянь. Зачем вообще нужно было пить такую дрянь? Ему ведь было прекрасно известно качество здешней выпивки. И всё же выпил. Загадка. Он отнёс кружку к стойке.

– Спасибо за угощение.

Бородатый хозяин заведения, разумеется, лишь мельком покосился на Харухиро и ничего не ответил. Ни «пожалуйста», ни «приходите ещё». Сказал бы хотя бы это, каждый раз, уходя, думал Харухиро. Но всегда в конце концов возвращался. Впрочем, может, перестать сюда ходить? Таким мыслям он тоже уже потерял счёт.

Харухиро медленно шагал по малолюдному переулку.

Возможно, их исследование уже можно считать завершённым. Для Харухиро это внове, и он не был уверен, насколько успешно. Тем не менее, они нашли продолговатую комнату с теми светящимися бледным светом, похожими на яйца предметами. Продолжив путь, они обнаружили ещё с десяток таких комнат и вернулись назад, но у Харухиро было предчувствие, что и весь завтрашний день придётся наблюдать эти яйца в продолговатых комнатах.

Но это чувство также сопровождалось предвкушением и напряжением, его нельзя назвать неприятным. Мысль о том, что завтра им могут встретиться какие-то новые, невиданные существа, будоражила. Впрочем, также и пугала.

Харухиро совсем не желал потерять ещё кого-то, как Манато и Могзо.

Однако, боль от потери уже вовсе не так сильна. Более того, Харухиро поймал себя на том, что начинает забывать о ней. Не приведёт ли это в конце концов к повторению тех же ошибок? Эта мысль пугала тоже.

И этими тревогами он тоже ни с кем не может поделиться.

В разговорах с друзьями никогда не звучат имена Манато или Могзо.

Сознательно или нет, но они избегают этой темы.

– …Достало.

Харухиро остановился и поднял взгляд к ночному небу.

Нельзя выказывать слабину перед остальными. Нужно держаться, так ведь? Лидер должен быть сильным. Нельзя вселять беспокойство в товарищей. Нельзя проявлять небрежность. Нельзя то, нельзя сё, нельзя это. Вести себя только так, и никак иначе. Но как не старайся, в конце концов Харухиро самый обычный человек. Заурядный лидер.

– Нечестно…

У меня даже девушки нет.

– …Нет, в смысле, как бы… Девушки…

Харухиро взъерошил волосы. Чего же мне всё-таки хочется? Покоя? Откровенно говоря, наверное, доверия? Или, может, заботы? Ну, и этого, наверное, тоже. Чтобы кто-то обнял, и утешил, так, что ли?..

– А-а-а-ар. …Я отстой… А…

Он был неосторожен. Это уже не бар, не стоит бормотать вслух посреди улицы.

Харухиро почувствовал, что рядом кто-то остановился.

Перед собой он увидел две фигуры.

Голова слегка закружилась.

– О-оу… – произнесла невысокая.

Вторая фигура огромна. Больше 180 сантиметров, не просто высокая, но и крупная в целом, хотя и не толстая. Рядом с невысокой они смотрятся невероятно забавно.

– Что ты делайешь, Харухирокава?

– …Да нет, ничего… – Харухиро попятился, – …Я так…

Смотрят. Смотрят на меня. Явно смотрят.

В особенности не Анна-сан, а вторая, огромная.

Великанша Мимори, и её глаза маленькой зверушки, так контрастирующие с огромным ростом… широко раскрыв глаза, она пристально смотрит на Харухиро.

Хочется сбежать. Но что потом? Что они подумают? Не хотелось бы, чтобы меня сочли каким-то ненормальным.

– …А вы… что делаете… так поздно?..

– Прогулка коньечно же. Барышни вышли на ночной променад, вот и всё. А ты решьил выловить у себя блох, Харухирокава?

– …Хаха. Нет, что вы. С чего вы так решили …

– А-а-а-а-р, – Анна-сан, скорчив страшную рожицу, поскребла свои золотистые волосы, – Эй, стой…

– …Что значит «эй, стой», я такого не говорил …

– Зачьем ты врьёшь Анне-сан, скажьи? Разве тьи не сказал это только что, блохастый?

– Нет, я же сказал «я отстой»…

– Отстой!.. – Анна-сан ткнула в Харухиро пальцем и покатилась со смеху, – Отстой! Идеально! В самый раз для тебья! Собаки говорьят «гав-гав», кошки «мяу-мяу», а ты говоришь «отстой»!» Отстой!...

– …Наверное.

Возражать у Харухиро не было сил. Точнее, он и не мог возразить. Как ни погляди, он выглядит презренно. Заурядный, робкий, непримечательный. Да, да, отстой, всё верно.

– Эм, ну, будьте осторожны в такой поздний час. До завтра.

Харухиро развернулся к ним спиной. Палатка в другой стороне, но можно и сделать небольшой крюк. Как только он зашагал, его окликнули.

– Хэ, Хэй!

– …Да?

Харухиро обернулся. Анна-сан нерешительно мялась.

– А-а… Ю нот… Н-н… Т-только что… Ту мач… а-а… Я перегнула палку, навьерное? Да? Так?..

– А? Вы про что?

– …М-м… О-о-отстой?..

– А-а.

А, вот оно что. Похоже, Анна-сан так извиняется. Харухиро горько улыбнулся. Ничего страшного. Это пустяк.

– Всё хорошо. Я ведь действительно такой. Мне это понятно.

– Ньет же! Вовсье нет, верно же? – Анна-сан подняла указательный палец и покачала из стороны в сторону, – Тьи вовсе не отстойный!

Разве.

…Неожиданные слова, и, возможно, она просто пытается утешить, но в конце концов она, похоже, не хотела обидеть.

Харухиро почувствовал, что отчасти начинает понимать, почему Токкиз считают Анну-сан кем-то вроде талисмана команды. Она грубая, шумная, но при этом совсем не злая.

– Большое спасибо. Ну, мне всё-таки пора возвращаться и ложиться спать. Доброй ночи, Анна-сан, Мимори-сан.

Харухиро, поклонившись, собрался уйти но его остановили снова.

– Подожди.

– …Да?

На этот раз не Анна-сан, а Мимори. Более того, она быстро подошла вплотную к Харухиро.

– Э? Э-э? Э?..

Что? Харухиро на секунду испугался за свою жизнь. Мимори сохраняла свою обычную бесстрастность, но подавляла одним видом. Какая же она большая.

Мимори подошла вплотную и резко остановилась, глядя на Харухиро сверху вниз. Она выше сантиметров на десять, не меньше.

– Миморин, – сказала она.

– …Э? – Харухиро в шоке заморгал, – …Ми? Мимо… Мимо, рин?...

– Май га... – Анна-сан зажала рот рукой.

– Верно, – Мимори кивнула, – Миморин.

– …Э? Что это?..

– Это я.

– …Мимори, сан?

– Называй меня Миморин. С этого дня меня зовут так.

– …Миморин?

– Верно.

– …Д-да. По…понятно. Миморин.

– Вот и хорошо.

Глаза Миморин сощурились, углы губ чуть приподнялись. Похоже, она улыбается. Притом весьма довольно.

Миморин развернулась и пошла прочь. Анна-сан заторопилась следом, что-то невнятно крича.

– Миморин! Уоззе хелл?! А-а ю куэйзи-и?!

…Что-то в таком роде.

Харухиро ничего не понимал. Что это было? Зачем? А, ладно. Неважно. Всё ведь хорошо, так? Я ничего не понимаю, так что просто пойду спать.

Утра вечера мудренее.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Объект для приручения

В восемь часов утра они собрались у входа в Вандерхоул, миновали ущелье, муравейник мурианов, владения бесов, и подошли к интересующему их месту.

Харухиро с друзьями решили пока называть это место NA. Всё просто. Новая, неисследованная местность. Сокращение от New Area.

Судя по всему, про NA по-прежнему в курсе лишь команда Харухиро и Токкиз.

…Хотелось бы верить.

Они убедились, что Эгида Света действует, призвали Зодиака, и, проделав прочие приготовления, построились в две колонны, как и вчера. Войдя в дыру и проследовав по кольцевому коридору, они начали проверять вытянутые комнаты. Обследованные вчера первые десять они осматривали мимоходом, и никаких существенных перемен не увидели. Отличие заметил лишь очкарик Тада.

– Разница едва заметна, но чем глубже заходим, тем крупнее яйца.

– …И правда, теперь я, кажется, тоже вижу, – Харухиро коротко оглянулся.

Непохоже на игру воображения.

По правде говоря, Харухиро заметил ещё кое-что.

С самого утра за ним наблюдают.

Мимори – то есть, нет, Миморин.

Ну, она просто смотрит, и всё. Бесстрастно, с непроницаемым лицом, словно бы бездумно. Ну, впрочем, нет, явно не бездумно. Она же всё-таки человек.

Ну и ладно. Никаких проблем. Она же просто смотрит, и всё. О чём тут беспокоиться. Но как тут не беспокоиться?..

– Хм-м, – Токимунэ сверкнул белозубой улыбкой, – Ясно. Отлично, отлично. Ну, пройдёмся до одиннадцатой?

Таким образом, они двинулись к одиннадцатой продолговатой комнате. И, пока Зодиак не предупредил их, честно говоря, двигались почти без опаски.

«…Кихихи… Ранта… На тебе печать смерти… Кихихихи…»

– А? Опять твои дурные предзнаме… – попытался ответить как обычно Ранта.

Токимунэ остановился перед самым входом в комнату. Харухиро тоже. Они переглянулись.

Все насторожились.

Харухиро, стараясь не шуметь, поставил лампу на землю, и жестом показал Токимунэ, что разведает в одиночку. Тот кивнул.

На всякий случай приготовив кинжал, Харухиро вошёл в одиннадцатую комнату, используя Бесшумный Шаг.

Шагать крадучись по неровному полу было тяжело. Неуютно. Из-за светящихся яиц двигаться вдоль стены не получится. Харухиро, решившись, пригнулся и двинулся внутрь по центру комнаты – самому тёмному месту. Стены сплошь закрыты яйцами. …Справа.

Там кто-то есть.

Существо телосложением и фигурой напоминает гоблина.

Оно стоит у самой стены и глядит в сторону Харухиро.

Боится?..

Оно что-то делало здесь, и услышало приближение людей. Неспособное убежать, спряталось, затаив дыхание и надеясь, что пришельцы не войдут внутрь. И теперь, когда Харухиро всё-таки вошёл, сжалось и дрожит от страха. Видимо, всё так и есть.

– Эй.

Харухиро окликнул существо, и оно, вздрогнув, затрясло головой. А этот парень трусоват. Впрочем, это вовсе не значит что он не опасен. Например, он вполне может обладать какой-нибудь разновидностью магии.

Нужно удерживать преимущество.

Необходимо.

– Идите сюда!.. Тут кто-то есть!.. – позвал Харухиро, и тут же в комнату вбежали Токкиз, а следом Кузак, Ранта и остальные.

Существо по-прежнему стояло съёжившись, молча. Харухиро закричал, указывая на него:

– Вон, справа! Не убивайте его!..

– Харухиро-о-о!.. – Токимунэ выкрикнул его имя.

Харухиро обернулся. Токимунэ собирается что-то бросить. …Это что, щит?

– Мешаешь, пригнись!..

– Оа…

Харухиро, подчиняясь, пригнулся. Щит Токимунэ, крутясь, пролетел у него над головой.

Необычный снаряд, похоже, попал точно в цель. Раздался удар и болезненный вскрик – видимо, голос этого гоблиноподобного существа.

Через Харухиро перепрыгнули несколько человек. Поднявшись, он увидел что Токкиз окружили незнакомца.

Гоблиноподобное существо не стало сопротивляться. Не вставая, оно подняло обе руки, словно сдаваясь.

Инуй наклонился и поднёс к лицу существа лампу. …Это не гоблин. Лицо похоже, но в целом напоминает летучую мышь.

– Похож на рикомо, а? – у Киккавы явно сложилось такое же впечатление, как и у Харухиро.

Рикомо. Комори[2]. Он, наверное, имеет в веду летучую мышь.

– О-о, – протянул Токимунэ, словно в восхищении, – Ну, тогда давайте звать его рикомо.

…Назвать это существо? Рикомо. Ладно, сойдёт.

Команда Харухиро держалась позади Токкиз. Лишь Ранта пытался вклиниться между Инуем и Тадой.

– Рикомо, а? Хе. И правда похож на нетопыря. Хлипковат, а?

– Как знать. Ты понял? – Токимунэ присел на корточки перед рикомо, – Эй, рикомо. Ты понимаешь? Те-бя зо-вут рикомо. Ме-ня зо-вут Токимунэ. Окей?

Рикомо лишь таращил круглые глаза и трясся всем телом. Непохоже, что он что-то понял. Токимунэ вздохнул.

– Не понимаешь, значит. Поня-атно. Ну, что до нас, то мы не очень-то хотим убивать тебя ни за что, и враждовать с такими как ты тоже. М-м. Что делать.

– Аббуроггура! – рикомо произнёс что-то невнятное.

– М-м? – наклонил голову Токимунэ.

– Гураббураад!

– Не-а. Не понимаю. Ни слова. Ну, что? Успокойся, говори медленнее. Вдруг я разберу что-нибудь?

– Аругорабураде, фурабурагурад, сабарадеофурапура!

– Говорю же, помедленнее…

– Фуа А!

Рикомо вдруг попытался вскочить. Но не смог. И уже никогда не сможет.

Тада. Палица Жреца в очках одним ударом размозжила ему голову.

– Бесполезно, – Тада крутанул палицу, положил её на плечо, и вытер указательным пальцем левой руки брызги крови с очков, – Ничего не поделаешь. Придётся таких мочить. Мочить и всё.

– Ну, похоже на то, – Токимунэ встал, – Он не оставил нам выбора.

– Варварство! – Анна-сан подскочила на месте, – Варварские отрадья! Но-у! Ну же, уже можно смейяться! Не отродья а отрадья, ясно?!

– Уахаха, – Киккава вымученно расхохотался, – Ай да Анна-сан! Шутка века! Правда! Вы лучше всех! Гахахахаххаа!

– Кхе… – Инуй поправил повязку, – Забавно…

– Разве? – лишь Миморин не стала подыгрывать, только озадаченно наклонила голову.

– И, идеально! – Ранта кивнул, – Всё верно! Он рыпнулся, его и пришибли! Нараз! Просто и понятно! Всё как я люблю!

Харухиро, выжидая, посмотрел на реакцию остальных. Кузак, похоже, шокирован. Шихору, Юме и Мэри, кажется, в нерешительности. Харухиро тихо вздохнул.

– Это был правильно. Этот ри.. рикомо, – глупое всё-таки название, мимоходом подумал Харухиро, но предлагать сейчас другое будет ещё глупее, – …Мне тоже показалось, что он собирался напасть. Мы ничего про него не знаем, так что это был наилучший выход. Мы должны защищать себя, пусть и ценой жизни этого незнакомца.

– Эй, – Тада цокнул языком, – К чему ты говоришь очевидные вещи?

…Так. …Нарвался на ссору? Может быть. Но нет я же вроде ничего такого не сказал.

Харухиро сделал в уме заметку, что Тада из тех, кто любит разжигать конфликты. Такое впечатление он производит, во всяком случае. Вопрос, как теперь реагировать. Если Харухиро поведёт себя недостойно, то может вызвать пренебрежение ко всей своей команде. Но и начинать перебранку тоже не хочется.

Харухиро твёрдо встретил взгляд Тады. «Я не отступлюсь». Нужно ясно и чётко продемонстрировать это. Ну, что дальше?

– Менталитет, – Токимунэ встал между Харухиро и Тадой, положив обоим руки на плечи, – Мы отличаемся, мы, и команда Харухиро. Так ведь? И что с того? Да, мы разные. Это же весело, правда?

– Лично мне всё равно, – проговорил Харухиро, хотя мысли его были далеки от спокойствия. Тада ведь явно пытался принизить его, выставить дураком. Явно, – Веселитесь, если вам так уж весело. Но я думаю, будет лучше не вынуждать других терпеть чужие странности.

– Можешь не изображать безразличие, – Тада облизнул губы, – Без толку. Ну, я-то терпеливый, так что ничего страшного.

– Правда? Вот неожиданность.

– Правда. Ты, может, толком не видишь своими вечно сонными глазами?

Харухиро глубоко вдохнул. …Опасно, опасно. Он чуть не вывел меня из себя.

– Мои глаза такие от природы, и прекрасно всё видят, Тада-сан.

– Неужели.

– Верно. Ну, так что? Будем веселиться?

– Я что, весёлый какой-то?

– Да и я тоже нет. Какое удивительное совпадение.

– Стоп-стоп-стоп-сто-ооп! – Киккава схватил Харухиро и Таду за левые руки и принудил их к рукопожатию, – Давайте все помиримся, давайте жить дру-ужно! Улыбаемся, смайл, сма-айл! Веселее, веселее! Харуччи, Тадаччи!

Тада вырвал руку, но промолчал. Харухиро слегка поклонился.

– Прошу прощения. Я был слишком резок.

– …Да нет, – Тада, похоже, разочарован. Как Харухиро и рассчитывал, – Проехали, в общем.

Сойдёт как компромисс, наверное.

Харухиро не считал себя особо гордым, поклониться и извиниться ему вовсе не сложно. Но сейчас другое дело. Он представляет всю команду. Тем не менее, вызывающее поведение может навредить ещё больше. Улаживать ссору необходимо с достоинством. Тяжело, сложно, но он же всё-таки лидер. Это его обязанность.

Харухиро непринуждённо прикрыл рот рукой и слегка вздохнул. Да, тяжело, но он также ощущал лёгкую гордость за свой успех. И отвращение к самому себе за радость по такому ничтожному поводу.

– Харухиро

– Да? Буа!..

Ч-что? Что только что произошло? Кто-то позвал меня по имени? Что, это? Что всё это такое? Почему, отчего? Меня вдруг резко развернуло. Э? Что происходит?

Что? А? Грудь? Это… грудь? В грудь? Лицом? Лицом уткнулся в чью-то грудь? Не сказать что слишком мягкая – ну, наверное, из-за того что в одежде? В этом проблема? Какая проблема? Простите, ничего не понимаю. Не понимаю ничего.

Меня обняли. Великанша-сан. Мимори. Миморин.

Она не разжимает объятий. Сжимает крепче и крепче.

Миморин выше ростом, так что Харухиро, само собой, уткнулся лицом ей в грудь. Она обвила его обеими руками и прижимает к себе, всё сильнее и сильнее, теснее сжимая объятия так, что трудно дышать, и трётся лицом о его голову. Харухиро чувствовал её запах, слабый, сладковатый, ни на что не похожий.

А-а. Что это. Вот значит как. То, как я себе это представлял, как воображал – вот как оно на самом деле. Я представлял это, как-то, более мягким, нежным, уютным, приятным, волнительным. Но, похоже, всё не так. В реальности всё иначе, совсем по-другому.

Это тяжело, и пока что совсем не нежно. Харухиро ощутил, как его мечта разбивается вдребезги. Он почувствовал себя обманутым.

Вот, значит, что это такое. Я-то думал, это будет приятнее. Да что ж это такое, не может быть.

– Ну, ну, – прошептала Миморин.

…Она это мне говорит.

Что происходит?

Нет, серьёзно, что это?

Да что же это-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о.

– Ты молодец.

– Э…

– Ну, ну.

Не отдавая себе отчёта.

Просто.

Бессознательно.

Даже не заметив.

…Харухиро и сам не заметил, как на его глаза навернулись слёзы.

Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нееет?!

Почему я вдруг плачу. В смысле, что происходит. Почему вдруг, что? Не понимаю. Вообще ничего не понимаю. Когда так внезапно ставишь человека в такое положение, говоришь такие слова, естественно он несколько разозлится. Что ты делаешь такое? Что ты задумала? Жуть. Серьёзно. Жуть. Извини, но ты такая здоровенная. Огромная. Хотя я, конечно, и не решусь это сказать.

– …А, ну, Миморин-сан

– Не так. Не нужно «сан». Миморин.

– …Миморин.

– Что?

– Вы меня не отпустите?..

– Угу.

Миморин с неожиданной уступчивостью разжала объяться. Фух. Если бы она отказалась, быть беде.

– Миморин… – ошеломлённо протянул Токимунэ. Харухиро, пожалуй, впервые видит его таким, – Миморин, значит. Ясно. Вот оно что. И Харухиро. Мимори, я тебя совсем не понимаю…

– Дурные у тебя увлечения, Мимори, – фыркнул Тада.

– Кхе… – Инуй скорчил кислую мину, – Карма, видать…

…Что ещё за карма?

Харухиро попятился. Миморин смотрела на него сверху вниз, её лицо, как обычно, ничего не выражало. Однако во взгляде, казалось, чувствовался жар.

– Фу-у, – Анна-сан помотала головой, – Анна-сан тоже совсьем не понимает. Хауэва, Миморин у нас ведь обожает всякую странную дрянь, вьерно?

– Странную дрянь… – Ранта прыснул, и расхохотался во всё горло, – Увахахахахаха! Точно, точно, Парупиро-о, странная дрянь, это прямо про тебя! Ну да, вот оно в чём дело! Тогда понятно! Гухахахахахаха! Ну поздравляю что ли, странная ты дрянь!..

«…Ихи…. Ранта… Ты даже не странная дрянь… Ты ещё хуже… Ихихихи…»

– Заткнись! Завали пасть, Зодиак! А не то пожалеешь!..

– … А, эм, – робко начала Шихору, – …Харухиро-кун, по… поздравляю?

– Э, ну… –Харухиро замолчал.

Голова словно опустела, он не мог выдавить ни слова.

– Хо-о-о, – Юме округлила глаза, – Юме ничегошеньки не понимает, но тоже поздравляет!

– Мои поздравления, – произнесла Мэри, отчего-то монотонным голосом.

– Пздравляю, – Кузак коротко кивнул.

– П-п-подождите, посто… о-о-о чём вы?! Что вы такое говорите?! Я ведь, ну , это ведь, Мимори-сан…

– Миморин, – спокойно поправила Миморин.

– Миморин просто, ничего такого… ну… так ведь? Как бы, ну… утешить? Подбодрить? По-человечески, да?.. Что-то такое… так? Ведь… так?..

– Любовь! – Ранта корчился от хохота, – Любовь! Да здравствует любовь! Любо-о-овь! Лав! L! O! V! E! Ла-а-а-а-ав!

– Сдохни, придурок! – сорвался Харухиро.

Хотя это не то, что стоит говорить даже в шутку, он не раскаивался. Харухиро повернулся к Миморин. Встретиться с ней взглядом он не решился. Его это пугало.

– …Я прав… да? Всё так? Ну… утешение? Да? Сочувствие, что-то такое? Да?...

– Хочу[3], – спокойно и безапелляционно произнесла Миморин.

…Хочу?

В каком смысле, «хочу»? О чём она?

Быть не может. Что она такое говорит?..

– …Ха?

– Ты миленький. Хочу себе. Приручить.

– «Приручить»? …В смысле, как животных? Содержать, кормить?...

– Да. Хочу приручить.

– А, ну, приручить, но… Но я ведь человек?..

– Увы.

– …Ну, так что, не выйдет.

– Но я не сдамся, – твёрдо объявила Мимори.

И шмыгнула носом.

Её глаза… словно бы, увлажнились… кажется.

– Приручу. Непременно.

– …Вот как.

Харухиро не знал, что сказать.

Что это значит.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Добро пожаловать в закатный мир.

Двенадцатая. Тринадцатая. Четырнадцатая. Пятнадцатая…

Исследование комнат продолжалось.

Действительно, чем глубже они заходили, тем крупнее становились яйца на стенах. Если сравнить яйца из двух соседних комнат, то разница почти не видна, но в шестнадцатой они уже заметно больше, чем в первой. Может и не в два раза, но в полтора наверняка.

Других рикомо они не встречали.

Кем вообще был этот рикомо? Что он тут делал? Это его яйца? Или нет? Одни вопросы.

Семнадцатая комната оказалась просторной. Или, может, просто создавалось такое впечатление.

– Яиц… нет.

В отсутствии источников света комната была погружена во мрак. Есть ли там в глубине рикомо, нет ли – не понять.

Полагаясь лишь на свет ламп, Харухиро и остальные осмотрели комнату полностью.

Никого. Ни следа рикомо.

В углу обнаружилась дыра. Не в стене – в полу зияло что-то вроде круглого колодца, диаметром примерно 1.2 метра.

Все собрались вокруг.

Харухиро присел на корточки и посветил лампой внутрь.

– …Дна совсем не видно. Но, похоже, тут очень глубоко.

– М, – Миморин кивнула, взявшись за подбородок, – Глубоко.

Миморин, кстати, почему-то присела на корточки рядом с Харухиро. Ну, то есть, понятно почему. «Хочу приручить». И всё же, даже сидя на корточках, она здоровенная.

– Там нет ничего, на что можно опереть руки и ноги? Вон там, – Киккава указал подбородком на край дыры, – Как-то же ведь тут поднимались и спускались без лестницы?

И правда, на краю дыры обнаружились выступы, за которые вполне можно держаться или поставить ногу. Конечно, это будет не так-то просто, но при желании можно спуститься.

– Зодиак, – Ранта мотнул головой, – Проверь-ка, что там внизу.

«…Кихи… Ранта… Могу разве что тебя туда спихнуть… Кихихихи…»

Немедленный отказ.

– Кхе… – Инуй крутанул в пальцах монету и спрятал её в ладонь, – Попробуем так…

– Ауч! – воскликнула Анна-сан, – Анна-сан тоже хотьела это предложьить!

– Слишком поздно… Кхе…

Инуй бросил монету вниз.

Все прислушались.

Вскоре раздалось «дзыннь». Значит, дно всё-таки есть. Глубоко, но не так чтобы очень.

– …Что ж, – Харухиро коротко вздохнул, – Я пошёл.

– Ты у нас Вор. Извиняй, – Токимунэ сверкнул улыбкой.

– Удачи, – бесстрастно сказала Миморин.

Игнорировать её показалось неправильным. Харухиро подвесил лампу к поясу и, чуть сжав углы губ, кивнул в ответ. И, обуреваемый странной смесью усталости, неловкости, раздражения и неприязни, бросился в дыру. В смысле, начал спускаться. Он поставил на выступ ноги, затем зацепился пальцами, и полез вниз.

Что я вообще за лидер такой – иду первым на разведку, подумалось вдруг ему.

Лидер, в первую очередь, должен руководить командой в целом, определять курс общих действий. Потеря лидера, неважно насколько рядового и заурядного, станет тяжёлым ударом для команды. Разведка несёт в себе серьёзный риск, можно получить серьёзную рану, и даже погибнуть, так что это явно не задача для лидера?.. 

Ну, это просто так. Мимолётная мысль. Сейчас есть Токимунэ, так что в случае чего остальные справятся. Да и кто из товарищей по команде смог бы заменить Харухиро?. Хотя Ранта с Юме благодаря своим профессиям достаточно ловки, но из-за характера оба не подходят на роль разведчиков. Кроме того, они слишком невнимательны.

Интересно, кто занимается разведкой у Токкиз. Наверное, Инуй, раз он в своё время был Вором?

Впрочем, это же Токкиз. Харухиро с лёгкостью мог представить, что те вовсе не заморачиваются такой скучной штукой как разведка, и просто с шумом и грохотом прут напролом. Но с другой стороны, разведка это же вовсе не плохо.

Ведь самому Харухиро не сказать чтобы не нравится это занятие.

Это непримечательная, важная и в то же время часто недооцениваемая работа, но сам Харухиро втайне гордился своим делом и любил его.

Ну да, это делает меня довольно-таки непримечательным человеком, думал Харухиро. Ну и ладно. В любом случае, если он и попытается изображать из себя кого-то ещё, долго личина не продержится.

Он осторожно спускался вниз, стараясь шуметь как можно меньше.

Дно.

Здесь есть проход. Ничего не видно, но нет ощущения, что рядом кто-то есть.

– На вид всё в порядке. Здесь проход, спускайтесь, – позвал Харухиро, и Токимунэ, а следом и остальные один за другим спустились вниз. Не лучше ли было бы Токимунэ спуститься последним, промелькнуло в голове Харухиро, но он промолчал.

Дальше путь сужался. Высота прохода около двух метров, ширина примерно полтора. Продвигаться двумя колоннами здесь не получится, так что Токимунэ шёл сзади и слева от двигавшегося впереди Харухиро, а сзади и справа от Токимунэ шагал Киккава. Следом той же зигзагообразной колонной шли остальные.

Теперь притихли и Токкиз.

Сейчас что-то произойдёт. Что-то случится.

Сердце тревожно колотилось. Нет, успокойся, приказал себе Харухиро. Тише, тише. Тревога сужает поле зрения, излишнее напряжение заставляет совершать ошибки.

Ход шёл прямо вперёд, неровность пола почти не ощущалась.

Харухиро осознал, что шагает очень медленно. Возможно, стоит немного ускориться.

– …Только что, – Харухиро остановился и обернулся, – Кто-нибудь что-нибудь говорил?

– М-м? – Токимунэ пожал плечами, – Не знаю. Эй, кто-то что-то сказал?

Никто не ответил. Все покачали головами.

– Ты что-то слышал? – спросил Токимунэ.

– А… ну, показалось что слышу… вроде? Еле-еле, правда. А…

Харухиро приложил к губам указательный палец. Все затаили дыхание. …Вот оно.

…арубурубура.

…фурагурабурубурадеир.

…щюрубирабурахарагурер.

…фюрарюгадей.

…абурагу.

Голоса.

– Рикомо… – прошептал Киккава, – …Полным-полно, похоже.

Харухиро глубоко вдохнул, и поставил лампу на землю.

– Пойду посмотрю.

– Ты как, справишься? – в вопросе Токимунэ прозвучало беспокойство. Нечастая нотка.

…Не к добру.

Нет, нет.

– Может, пойти с тобой? – высокомерно спросил Ранта.

– Без тебя в восемь миллионов раз лучше чем с тобой, так что нет, спасибо.

– Ну и неприятный же ты тип.  ….Ай!..

Ранта, получив удар посохом по голове, присел на корточки.

– Харухиро миленький.

Миморин. Её лицо, как обычно, ничего не выражает.

– …Чем? – поинтересовалась Шихору.

Как-то даже немного жестоко, задавать такой прямолинейный вопрос. Хотя, пожалуй, нет. Ну да. Харухиро не должен быть миленьким. Он и не хочет, чтобы его считали миленьким.

– Бессильный, но притом старательный, – ответила Миморин.

Вот оно что.

Харухиро взялся за переносицу.

…Вот оно что.

Ну, она, наверное, права. Это несколько шокирует, но Харухиро оправится – наверное. Но что тут миленького?

– …Мимори-ин, – Анна-сан хлопнула Миморин по плечу. Впечатляет, как она дотянулась невзирая на свой невысокий рост, – Вот сейчас Анна-сан, кажьетсья, тебя немного поняла!

– Вот видишь, – Миморин кивнула.

– Бат, это… Как это видит Анна-сан… Чувствие? Э-э… Сочувствие? Что-то такойе? «Бедненький», вьерно? Навьерное?

Миморин некоторое время раздумывала, затем, не отвечая Анне-сан, повернулась к Харухиро.

– Ты миленький, Харухиро.

– …Э-э… спасибо.

– Хочу приручить. Соглашайся.

– Нет, спасибо.

– Вот как.

– Да.

– Не умирай.

– …Хорошо.

Харухиро поспешно, почти убегая, пошёл вперёд. Разведка. Пора заняться разведкой. Сконцентрируюсь на разведке. Идеальной разведке. Разведаю всё так, как никто не сможет. Разведка. Стану мастером-разведчиком. Лучшим в мире. Чтобы все восхищались и завидовали. …Ну, не то чтобы я на самом деле этого хотел. В общем, пора заняться разведкой.

Бесшумный Шаг. Как же здорово, что есть Бесшумный Шаг. Обожаю этот навык. Бесшумный Шаг. Ну, поунывали, можно начать бесполезные усилия. Что вообще плохого в том, чтобы прилагать усилия! Ничего. Ну и что что я бессильный, но я хотя бы стараюсь, вьерно?! А. Кажется, нахватался у Анны-сан. Ха-а-а….

Концентрация. Нужно сконцентрироваться.

Туннель продолжался по прямой. Харухиро продолжал слышать голоса рикомо. Слов он не понимал, но, похоже, те просто разговаривают. В голосах не слышится напряжения. Пока он наощупь продвигался вперёд, голоса становились всё громче. Рикомо явно где-то там, впереди. Хорошо, что оставил лампу. Наверное.

Впереди забрезжил свет. Очень слабый отблеск света.

Он приближается.

Харухиро остановился. Он подошёл к какому-то помещению.

– Абурер, фаиабурё, факкашюбрё.

– Пагасёпурир, фуаиабусю, факафсюбурё.

– Рабуресюпураруро, фанафуарапусё, ирепурессёрутто.

Здесь. Они здесь. Они рядом.

Помещение явно широкое, высокое и простирается далеко. Но каковы именно его размеры? И что это за слабый свет?

Харухиро вгляделся. Бесполезно. Ничего не видно.

Он повёл головой, затем плечами. Кивнул, и осторожно заглянул внутрь.

Просторно – хотя нет, не особо. Метров десять в ширину. Потолка не различить. И дальней стены не видно. Там и сям разбросаны источники света. Стены испещряют большие и маленькие дыры, и из них струится слабый свет. Наверное, там внутри рикомо. А у этих дыр – висят? Тоже рикомо. И они, похоже, переговариваются между собой.

У них тут гнездо, что ли?

Наверное.

Не дожидаясь, пока рикомо обнаружат его, Харухиро пошёл обратно. Одиннадцать солдат добровольческого корпуса и Зодиак встретили его молча.

– Похоже на гнездо рикомо. Их там полно. Не десять и не двадцать. …Такое чувство, что связываться с ними не стоит. По-моему.

– Хм-м… – Токимунэ ожидаемо призадумался.

– Теперь предоставьте всё мне, – заявил Тада, блеснув очками в свете ламп, – Предполагаю, что рикомо не рискнут напасть. Я пойду один и проверю. Вы ждите тут, но на всякий случай готовьтесь бежать.

– Постойте-ка, – заявил Ранта, бесстрашно – хотя какое там бесстрашно, в его напускной улыбке явственно чувствовался испуг, – Не позволю одним Токкиз забирать себе все подвиги. Я тоже хочу пойти.

«…Кихи… Перестань… Ранта… Кихихи… У тебя отстойно получается строить из себя крутого…»

– Ничего подобного! Это было круто до умопомрачения! Я завладел сердцами всех присутствующих! Правда ведь? Да? Да? Да? – Ранта посмотрел на девушек.

Единственным ответом ему были холодные взгляды.

– …Э, ну… – Харухиро поскрёб голову, – Это опасно, как ни посмотри, так что, может, не стоит?..

– Ну вот ещё, – Тада двинул очки вверх по переносице указательным пальцем левой руки, – Ни за что. Что скажешь, Токимунэ? Если что, просто уходите без меня.

– Ага. Ну, решили?

– Так просто… – обронил Кузак.

– Так лучше, Харухиро? – Токимунэ, на удивление, решил уточнить, – Ну, Тада, давай.

Ну, впрочем, ответа он дожидаться не стал.

Тада поправил палицу на плече и, что-то мурлыкая себе под нос, двинулся вперёд.

– П-постой! И я, я тоже!.. – Ранта и Зодиак пустились следом.

– Хоэ-э… – Юме выглядела изумлённой.

Мэри откашлялась. Возможно, она так пыталась успокоиться.

Харухиро вздохнул. Вздохи, казалось, уже стали его верными спутниками. Впрочем, одними вздохами не успокоишься. Нет, вздохи вообще никак не влияют на его настроение.

– …Я немного пройду следом за Тадой-саном. Токимунэ-сан, на всякий случай, пожалуйста, приготовьтесь бежать со всеми остальными.

– Окке. Спасибо за усердие.

– Харухиро, – Миморин бесстрастно кивнула ему, – Выживи.

– …Ладно.

Как бы то ни было, спасибо за поддержку. Впрочем, не особо. Харухиро пристроился примерно в трёх метрах позади Ранты и Зодиака.

Тада продолжал напевать себе под нос. Не слишком ли ему весело? Что, интересно, вообще творится у него в голове. Самый с виду нормальный член Токкиз словно бы оказался на деле не просто опасным, а самым опасным.

Хотя Тада и шагал, как на увеселительной прогулке, Харухиро не мог унять волнение. Ранта шагал странной походкой. Ему явно тоже не по себе. По сравнению с Тадой он, пожалуй, вполне мил. Харухиро ощутил необычное чувство новизны. Мил. Ранта.

Тада, не останавливаясь и не замедляя шага, вошёл в пещеру с гнездом.

Ранта замешкался, но Зодиак толкнул его в спину.

– Уо… Эй, Зодиак?! Ты чего?! Я же должен, ну, собраться с духом!..

«…Кихи… Сдохни молча…»

– Ты убить меня решил, что ли?!!

– Ранта, – исправлять уже бессмысленно, но Харухиро всё же сделал ему замечание, – …Заткнись уже.

– Уооо?! – Ранта аж подскочил.

– Хаха! – Тада обернулся и поднял палицу, – Успокойтесь! Всё в порядке! Как я и предполагал, они не нападают!

Переговаривавшиеся рикомо умолкли.

Воцарилась тишина.

– Видите? – Тада горделиво осмотрелся, – Как я и думал. Они трусливы и совсем не агрессивны.

– …А, но, Тада-сан, вы же убили того, в комнате?

– Так я и понял. По результату. Они слабы.

– …То есть… это, как бы… вы действовали просто по интуиции?

– Такова жизнь. Не до теорий.

– …О-о! – Ранта бухнулся на колени и прижал руку к груди, – Великое изречение! Истинно так! В жизни не до теорий! Великолепно, Тада-сан!

– Хватит комплиментов, – Тада, постукивая палицей по плечу, поправил очки, – Не хочу заразиться твоим идиотизмом.

– Вахаха! Нет-нет-нет! Не скромничайте, Тада-сан!

Да что с этими двумя. То что Ранта дурак было понятно с самого начала, неужели и Тада тоже? Братство идиотов?..

Однако, рикомо по-прежнему молчат и не нападают – но, может, это затишье перед бурей? Харухиро вовсе не чувствовал себя в безопасности.

– Харухиро. Ты тоже иди, – поманил Тада.

– …Я думаю, мне лучше воздержаться.

– Да всё нормально, иди уже.

– Ну-у же, Парупи-ииро. Хватит трусить!

– Давай скорее. А то врежу сейчас.

– …Вы же меня убьёте этой штукой…

Не всерьёз же он. Впрочем, это же Тада, от него всякого можно ждать. Значит, выбора нет.

Харухиро боязливо шагнул внутрь гнезда. Да, конечно, тот рикомо в комнате не выглядел особо сильным. Но их тут слишком много. Накинувшись разом, они наверняка моментально сомнут троих людей. Харухиро чувствовал угрозу своей жизни. «Выживи», сказала ему Миморин. Получится ли.

А может, и получится.

Рикомо продолжали сидеть неподвижно. И молчали.

– Ранта, – Тада дёрнул подбородком в том направлении, откуда они пришли, – Позови Токимунэ и остальных. Мы с Харухиро подождём здесь.

– Есть!

«…Кихихи…. Ты теперь на побегушках… Ранта… Кихи… В самый раз… Кихихихи…»

– Заткнись! В этом нет ничего постыдного! Тада-сан сегодня главный по мудрым изречениям!

Ранта, неся какую-то околесицу, побежал обратно в туннель. Зодиак следовал за ним.

И так они остались наедине с Тадой. Впрочем, нет, вокруг же ещё полно рикомо. Это никак не назвать «наедине».

– Харухиро.

– …Что?

Тада ответил не сразу.

– Позаботься о Мимори.

– …Простите?

– Она выше меня, у неё дурные увлечения, никогда не поймёшь, что у неё на уме, и она никогда не просила меня называть её «Миморин». Меня это бесит, но всё-таки она мой друг.

– Но… Позаботиться.

– Тебе мало?

– Э? Нет, я вовсе не говорю что мне мало, но…

– У неё же сиськи просто огроменные. Ну, впрочем, как и вся она.

– …Это ведь тут совсем не при чём.

– Не ври. Ты же с ума по её сиськам сходишь, аж расплакался тогда.

– Вам показалось, наверное…

– То есть, нет? Не плакал?

– …Нет.

– А я вот да.

– Э-э.

– Что, неинтересно? Детали.

– …Вы хотите рассказать?

– Нет, конечно. Это личное, совсем дебил что ли?

…Да я и не спрашивал.

Харухиро огляделся. Рикомо по-прежнему сидели смирно.

– …Вы специально остались со мной, чтобы поговорить наедине?

– Ну да. Именно. Дело ведь важное.

– Я не испытываю каких-либо особых чувств к ней.

– Откровенно. В честности тебе не откажешь. Человек ты неплохой, но с головой не дружишь, как так?

– …Как знать.

А сам-то.

Наконец в туннеле показался свет ламп. Токкиз и Ранта с Зодиаком вошли в пещеру как ни в чём не бывало. Кузак, Шихору, Юме и Мэри держались напуганно. Ну, это нормально. Как обычно. Нормальность это хорошо. Лучше всего.

– О-о… – Токимунэ  приложил руку козырьком к глазам и осмотрелся, – Вот оно какое, гнездо рикомо. Хм-м. И дофига же их.

До недавнего времени сидевшие неподвижно рикомо завозились. Харухиро встревожился.

– К.. как поступим? Дальше.

– Пойдём вперёд, разумеется.

– … Ну да.

– Хотите домой? Ну так идите. А мы останемся. Или всё-таки продолжаем?

Фактически, Токимунэ говорит что команда Харухиро не особо-то и нужна. Токкиз и сами вполне способны продолжить исследование.

– Идёмте.

– Верно, – Токимунэ сверкнул белозубой улыбкой.

От осознания этого факта никуда не деться. В конце концов, они даже передвигаются в том темпе, который задают Токкиз. Но оспорить их лидерство даже в мелочах тоже немыслимо. Остаётся лишь подчиняться.

Если рикомо решат уничтожить чужаков, то тут им всем и конец. Сложно представить какой-то иной исход, кроме гибели всех до последнего.

Интересно, понимают ли это Токкиз, думал Харухиро. Кузак передал ему лампу, они снова двигались вперёд двумя колоннами. Судя по всему, понимают, но просто пренебрегают риском. Видимо, это обычный образ действий Токкиз.

Уж такие они люди, судя по всему.

Для службе в добровольческом корпусе подходят вовсе не заурядные люди вроде Харухиро, а такие вот как Токкиз, ну и Ранта, пожалуй, тоже – немного бешеные.

Харухиро занимается тем, что ему не подходит. Есть ли какой-то смысл в таком занятии? По силам ли ему это вообще?

Среди рикомо продолжалась возня. Но других действий они не предпринимали.

– Если они всегда так себя ведут, – озадаченно проговорил Токимунэ, – То почему вообще до сих пор живы? Вандерхоул не настолько снисходителен.

Харухиро в общем понимал, что он пытается сказать. В Вандерхоуле выживает сильнейший. Существа, неспособные даже защитить собственное гнездо, должны были бы давно погибнуть.

Даже санаджин, считающиеся слабейшими обитателями Вандерхоула, хотя и действуют в зависимости от того, как оценивают врага, всё же весьма свирепы. Что же до рикомо, то пока что они производят впечатление пассивных и трусливых.

Дорога продолжалась прямо, с ответвлениями налево и направо. Игнорируя повороты, Токимунэ повёл их прямо. Дорога окончилась Т-образной развилкой.

Рикомо продолжали свою пассивную возню.

Харухиро и остальные повернули налево.

По пути они миновали два туннеля в левой стене, но того слабого света в них не было, голосов рикомо тоже не было слышно.

– …Мы уже прошли гнездо? – пробормотал Харухиро. Токимунэ указал вперёд.

– Но дорога есть. А ещё…

– Да.

Понимаю. Ветер.

Оттуда веет сквозняком. Так сильно, что вполне сойдёт за ветер.

Харухиро не был расслаблен, но тут подтянулся. Причин он не понимал. Он ощутил нарастающее предвкушение, хотя явных причин что-то ожидать не было.

Остальные, похоже, ощущали то же самое.

Путь начал извиваться. Кроме того, появился небольшой уклон. Вверх.

– …Э? – воскликнул Ранта и заозирался, – Зодиак пропал…

– Может, просто время истекло? – спросила Юме.

– Да нет. Хм-м… – Ранта задумчиво наклонил голову, – А, неважно.

Разве? – пронеслось в голове у Харухиро. Ну, ладно. В данный момент его влекло другое. Выход словно бы манил к себе. Казалось, там что-то есть. Нет, наверняка там что-то есть.

Ветер холодный.

Впереди забрезжил свет.

И этот свет…

– Кхе… – низким голосом проворчал Инуй, – Выход наружу, что ли?..

Наружу.

Нет, быть не может. Мы же слишком глубоко под землёй. Это никак не может быть выход наружу. Однако, этот свет. Он так похож на солнечный. Да ещё и ветер.

– Уоооооо!.. Не терпится!.. – Ранта пустился бегом.

– Эй, ты… – Тада бросился следом.

Токимнунэ, расхохотавшись, побежал за ними.

– Так нечестно! И я, и я, и я тоже! – и Киккава.

– Кхе… – и Инуй тоже.

– Ха! Зеа риз но кюа фо фуул! – Анна-сан, что-то выкрикивая, бежала вприпрыжку, – Потому и бежьим, вьерно! Не можем не бежать, вьерно!

Мимори, бесстрастная и молчаливая, шагала широкими шагами.

Харухиро обменялся взглядами с Кузаком, Шихору, Юме и Мэри. Они тоже побежали. Им не было понятно происходящее, но чувства Ранты и Токкиз они разделяли.

Ведь что, если это и правда выход наружу?

Разумеется, это немыслимо. Невозможно.

Но что, если вопреки ожиданию, это невозможное реально?

Это, возможно, не такое уж и важное событие. Может, даже несколько жалкое. Но для бессильного, но не прекращающего бесполезных усилий, заурядного Харухиро это событие весьма значительно.

Харухиро бежал вовсе не изо всех сил, но дыхание перехватило. …Выход наружу.

Да.

– …Обалдеть…

Небо. Там, впереди – это похоже на небо.

– Хёооооооооо! – дурным голосом завопил Ранта.

– Есть!.. – Токимунэ рывком обогнал Таду.

Тот лишь рассмеялся.

– Тёйн-н! – Киккава выкрикнул что-то непонятное. Что ещё за «тёйнн».

– Кхе… Хахахахахха!.. – зловеще расхохотался Инуй.

– О май га!.. О май га!.. – не переставая твердила Анна-сан.

Миморин вышла наружу и остановилась. Ветер довольно силён. Во всяком случае, настолько чтобы её густые волосы развевались под его порывами.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро встал рядом с ней.

– Что за…

Что за вид. Слова, с головой выдающие заурядного человека. Горечь этой мысли заставила Харухиро замолчать.

– Фуоаааа… – Юме широко раскрыла рот.

– …Невероятно, – пробормотала Шихору, придерживая шляпу.

– Да ладно… – Кузак сощурился.

– Это же… – Мэри, тряхнув головой, протянула к Кузаку руку и тут же отдёрнула.

Небо.

Тёмно-синий цвет плавно переходил в синий, фиолетовый, оранжевый, красный. И под этим небом стояли Харухиро и его спутники.

Вечернее небо.

За их спинами в склоне небольшого холма зиял вход в туннель. Всё поле зрения, кроме земли заполоняло небо. Оно отличается от обыденного закатного неба. Цвета гораздо ярче. Но нет, дело не только в этом. Солнце восходит на востоке и заходит на западе, и во время заката небо на западе приобретает красный цвет. Или на востоке, во время восхода. Но это небо.

Направлений Харухиро не знал, но там и сям участки неба имели красный или жёлтый цвет.

Не было видно ничего похожего на солнце.

Небо словно заляпали разными красками.

Ранта и Токкиз за исключением Миморин бегом спускались вниз по заросшему травой склону холма. На склоне там и сям возвышались похожие на колонны белёсые утёсы. Харухиро осознал, что ни Токкиз, ни эти утёсы не отбрасывают теней. Как, разумеется, и он сам.

– Здесь не так, – пробормотала Миморин, – Это не наш мир.

– Да, – кивнул Харухиро, – Мы в другом мире.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7.  Время дорого

Даскрэлм.[4]

Такое название предложила Анна-сан.

Для того нового мира, что открылся за гнездом рикомо, разумеется.

Харухиро, откровенно говоря, считал это название вполне неплохим. Может, стоит попросить Анну-сан придумать новое название и для рикомо?

Первый день открытия Даскрэлма завершился кратким обходом окрестностей исходного холма. Завтра они вернутся прихватив с собой еду и палатки, чтобы можно было переночевать, не возвращаясь на аванпост. Идеальным было бы найти подходящее место для постоянного лагеря, такое, где есть доступ к питьевой воде.

Необходимо о многом позаботиться.

Но это приятные заботы.

Тем вечером Харухиро не спалось. Поступать как обычно в таких случаях – пройтись до того бара и пропустить кружку-другую он тоже не хотел. Стоит как следует выспаться перед завтрашним днём. Спать. Заснуть. Засыпай, снова и снова приказывал себе Харухиро, но бесполезно. Храп Ранты казался ещё более громким и раздражающим чем обычно, Харухиро казалось что он во-вот взбесится… но вскоре провалился в сон, и проснулся уже утром.

Они собрались и отправились туда, где договорились встретиться с Токкиз – к проходу за владениями бесов. Карманные механические часы очень дороги, так что никто из них не мог определить точное время, но аванпост они покинули около семи утра. Вход в Вандерхоул расположен в километре к северо-западу от аванпоста, так что даже учитывая время на преодоление ущелья, муравейника мурианов и владений бесов, они должны были успеть к назначенному времени – девяти часам.

Им даже не встретился устрел, так что, скорее всего, они прибыли даже раньше девяти.

И прождали, наверное, почти час.

– …Да где их носит! – Ранта нетерпеливо затопал ногами, – Полдня ждать, что ли?! Уже, поди, смеркается!

– Да не так уж и долго ждём… – проговорила Юме, состроив наполовину усталую, наполовину удивлённую гримасу, – …Только вот. Они и правда запаздывают. А вчера ведь вовремя пришли, странно…

– …Может, что-то случилось? – спросила Шихору, нахмурившись и тихо вздохнув.

– По пути сюда? – Мэри посмотрела на левое запястье. Они просто стоят и ждут, но это всё-таки Вандерхоул. Эгида Света ещё действует.

– Хм-м… – Кузак, до сих пор стоявший, присел на корточки, – Немного запоздали, а потом ещё и встретили устрела… Например?

– Задержаться из-за устрела, хм… – Харухиро скрестил руки на груди, – Что же всё-таки случилось?

– А может, они без нас ушли, а? – Ранта мерзко захихикал.

– Оббежали нас, выходит, – Юме надула щёки.

– Обскакали, наверное? – поправил Харухиро, и наклонил голову, – …А.

– …Быть того не может, – Шихору, скорее всего, даже и не пытаясь гадать может или нет, просто не пожелала верить в такую возможность.

– Н? – Ранта, подмигивая, поочерёдно посмотрел на Харухиро и Шихору. …Нет, он конечно неисправимый придурок, но в проницательности ему не откажешь.

– Э? – Мэри, кажется, тоже поняла, – …Неужели.

– Ну то есть, вы думаете… – Кузак бросил взгляд в сторону дыры, – Они не опаздывают, а пришли раньше и ушли без нас?

– Мы ведь не можем знать наверняка, так?..

Нет, наверное не можем.

Ничего такого не произошло. Харухиро хотел бы в это верить.

…Но высказать не смог.

– Ну, это ведь Токкиз…

Кто их знает, что они могут выкинуть. Могут загореться сиюминутной идеей, и тут же кинуться её выполнять. Притом совершенно спокойно, словно так и надо.

– Как бы то ни было, не пора ли нам двигать? – заявил Ранта с непривычно серьёзным выражением лица, – Если они опаздывают, то сами виноваты. Если ушли вперёд без нас, то тем более виноваты. Мы уже и так потеряли тут много времени. А время деньги. Да и в любом случае, сколько можно тут торчать.

В этих словах есть смысл. Хотя это и слова Ранты.

– Так мы идём? – Кузак поднялся, – Я уже притомился ждать.

Никто не высказался против. Было решено идти вперёд.

Они прошли сначала кольцевой коридор, потом 17 комнат с яйцами, на всякий случай внимательно глядя по сторонам. Ни один рикомо им не встретился.

Спустившись через вертикальный проход, они направились к гнезду рикомо. В этом Вандерхоуле одни сплошные гнёзда, подумал Харухиро. Куда ни кинь, чьё-нибудь гнездо.

Не доходя солидное расстояние до гнезда рикомо, Харухиро почувствовал какую-то неправильность. Слишком шумно. Вчера рикомо тоже о чём-то переговаривались, но совсем не так бурно, как сейчас.

– …Что-то не так.

Ранта произнёс заклинание, призывая Зодиака.

«…Ихи… Ихихи… Всё ближе и ближе… Похороны Ранты… Ихихихи… Ихи…»

– Хорош придуриваться, Зодиак…

Чуда не произошло. Решение за Харухиро. Ну, как и всегда.

– Я пойду посмотрю. Вы ждите здесь. Если вдруг я закричу, убегайте сразу.

– Понял, – Ранта хлопнул Харухиро по плечу, высунул язык и зажмурил глаз, – Если что, сразу бросаем тебя и убегаем. Замётано.

Ну, пожалуй, слова Харухиро и правда значат именно это, но всё же до чего бесит. Впрочем, злость лишь доставит Ранте удовольствие. Харухиро поставил лампу на землю и, используя Бесшумный Шаг, отправился на разведку.

Он остановился перед самым входом в гнездо, выжидая. И правда, рикомо словно чем-то взбудоражены. Что-то случилось? Или, может, для них нормально время от времени поднимать такой гомон?

Это всего лишь шум. Собравшись с духом, Харухиро решил всё же осторожно войти внутрь.

Он сделал шаг вперёд.

Ничего не изменилось. Ничего не произошло. Рикомо всё так же сидели по своим местам.

Впрочем, они могли просто не заметить Харухиро.

С противоположной стороны что-то приближалось. …Рикомо?

Вряд ли.

Больше всего похоже на человека, подумал Харухиро. Но в то же время, он терялся в размышлениях. Человек? Но кто?.. Об этом месте, включая самого Харухиро, знает всего двенадцать человек. Рассуждая здраво, этот должен быть одним из них. То есть, кто-то из Токкиз. Но почему он один?

Всего один.

Он ещё далеко, и в плохом освещении его сложно рассмотреть, так что Харухиро, кроме того что существо похоже на человека, ничего другого сказать не мог.

Может, это и не человек вовсе. Может какое-нибудь другое, похожее на человека существо. Может, опасное. Может, потому рикомо и подняли такой шум.

– Нет… – Харухиро тряхнул головой.

Человек.

Он идёт. Точнее, пытается бежать, но не может. Он подволакивает ногу. Ранен?

Остановился. Наверное, передохнуть.

Харухиро двинулся ему навстречу.

– Киккава?!..

– …Харуччи.

Он ответил. Точно. Киккава. Это Киккава.

Харухиро бросился к нему. Скудное освещение позволяло разглядеть черты лица, но понять, ранен ли он, не получалось.

– В чём дело? Как ты сюда попал? Что случилось?

– …Прости, – Киккава осел на землю, – Прости, Харуччи. Нет, какое уж тут прости. Но всё же, я…

– Всё хорошо. Хватит извиняться, не до этого. …Можешь встать?

– …Ага. Уж как-нибудь…

– Вот и хорошо. Сначала вернёмся к остальным. Ты ведь ранен, так?

– …Со мной-то ещё пустяки…

– Нужно сейчас же показать тебя Мэри.

Харухиро подставил Киккаве плечо. «Со мной-то ещё пустяки». Тревожная формулировка. Он повернулся и спросил:

– А что с Токимунэ-саном? И остальной вашей командой?

– …Мы пошли в Даскрэлм. Все вместе. Вышли ещё затемно, и пошли без вас. Прости, Харуччи…

– Неважно, говорю же. …Ну так что? Почему ты один?..

– …Мне сказали уходить. Поэтому.

– Объясни толком. Токимунэ-сан приказал тебе сбежать?

– Да… Он сказал, я первейший счастливчик в Токкиз. И поэтому мне нужно вернуться в Вандерхоул… Позвать на помощь. Потому что Харуччи, наверное, будет ждать в месте встречи. Так он сказал.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– На помощь?

У Харухиро замерло сердце. Он и представить себе не мог, что всё настолько плохо. Очень плохо.

– …Кто-то погиб?

– Все живы. –  коротко ответил Киккава. Харухиро облегчённо вздохнул. – …Ну, насколько я могу судить.

– Ну да. Прошло ведь некоторое время… Ну, как бы то ни было, надежда есть.

– Надежда, значит… – Киккава шмыгнул носом, – …Дерьмо. Как так вышло?..

Харухиро помог ему добраться туда, где ждали Ранта и остальные. Мэри занялась лечением. На левой ноге, правом плече и даже животе Киккавы обнаружились глубокие, опасные раны.

– Так вы, значит, решили собезъянничать и сами нас обскакать! Вот оно что! А, ну и ладно! – Ранта ударил кулаком по ладони, – … Так что, мы можем просто наплевать…

– …Для начала, мы должны в точности узнать, что случилось, – резонно заметила Шихору.

– Ну да… – лечение Киккавы закончилось, но он, видимо до сих пор чувствуя слабость от потери крови, продолжал сидеть на земле, – Ну, в общем… Вчера, мы ведь не встретили совсем ничего опасного. Так что, наверное, сегодня мы самую малость расслабились…

– Фунуу… – Юме присела на корточки рядом с Киккавой и погладила его по голове, словно утешая, – Ну, вчера и правда ведь никогошеньки не было. Там нашлись враги?

– Эй, Юме! А ну хватит! Нечего его жалеть!

– Отвали! Юме его жалко!

– …Нет, Юме. Ранта ведь прав, – Киккава отвернулся и легко отвёл её руку, – Я не имею права на вашу жалость. …Враги. Да. Там были враги. Тут и сомневаться не в чем. Они внезапно набросились на нас…

Как рассказал Киккава, немного пройдя они нашли котловину, тесно утыканную теми же белыми, похожими на столбы скалами что и исходный холм. Там-то их и поджидала засада.

Враги оказались гуманоидами, укутанными в большие белые балахоны с прорезями для глаз, и размахивали чем-то вроде острых копий. Они были почти того же роста, что и люди.

Тада, увидев их, пробормотал «словно секта какая-то». Так что Токкиз промеж себя стали называть их сектантами.

Сектанты прятались за теми похожими на колонны скалами, и внезапно набросились на Токкиз. Их было больше, и на их стороне было преимущество внезапности. Но всё же Токкиз устояли, убили семерых, и остальные сектанты сбежали. Среди самих Токкиз Киккава, Инуй и Миморин получили лёгкие ранения. В составе Токкиз есть два Жреца, Тада и Анна-сан, да и Паладин Токимунэ, хотя и неспособный ничего сделать с собственными ранами, может помочь раненым товарищам. Они принялись за исцеление – и тут обнаружили. 

– …Магия света? – Мэри поднесла руку ко рту.

– Так и есть, – Киккава понурил голову, – …Перестала действовать… или вообще работать? Эгида Света тоже почему-то исчезла.

– Кстати… и вчера тоже. Правда, я заметила уже когда мы вышли. Решила, что просто закончилось время действия.

– О… – Ранта выпучил глаза, – А ведь Зодиак вчера тоже пропал.

– …Боги, – прошептала Шихору, – Магия света творится с помощью силы, заимствованной у светлого бога Люмиариса… А магия тьмы – у тёмного бога Скаллхейла… Вот почему.

– Другой мир, – Мэри сжала губы, – В Даскрэлме мы лишены и заступничества Люмиариса, и злодейства Скаллхейла.

– Нняа… – Юме прижала руки к щекам, – То есть, даже если кого-то ранят, Мэри-тян не сможет вылечить? Жуть какая!

– Кошмар… – обронил Кузак себе под нос. Для него, танка, заслоняющего остальных собственным телом, вопрос исцеления это вопрос жизни и смерти.

– …В общем, – Киккава вяло поднял правую руку и тут же уронил, – Мы, разумеется, запаниковали. А потом, к ним пришла подмога… вроде как.

– Ещё сектанты? – спросил Харухиро.

– Нет. Ну, то есть, не только сектанты. Здоровенные… кто-то. Белые, гигантские, словно статуи. Тело как у человека, а голова как у льва. Ростом… какие же они были? Четыре метра? Вроде бы нет… Где-то три метра высотой, наверное.

– Белые гиганты…

– Ну да. Трое? Три штуки? Как знать. И сектанты, тьма-тьмущая. Ну, мы, разумеется, побежали. Что нам ещё оставалось? Ну, там есть какие-то, руины зданий, развалины какие-то, что ли, множество. Мы сбежали туда, но те не сдавались, вовсе нет. Они гнались за нами, искали нас, а мы убегали и прятались… Несколько раз мы схватывались с ними, и Токимунэ-сан и Тадаччи получили много ран. Ну, мы все уже были ранены, кроме Анны-сан.

– Потому что только Анну-сан вы и защищали. Во даёте.

– Анна-сан это душа Токкиз, – Киккава выдавил улыбку, – …В общем, Токимунэ-сан отправил меня. Беги, сказал он, и приведи помощь.

– Слушай-ка… – Ранта провёл ладонями по лицу, – Думаешь, кто-нибудь согласится придти на помощь после такой истории? Ну, в смысле. Даже если захотят, не придут. Каждому ведь важнее собственная безопасность. Пожалеть-то вас может и пожалеют…

– Ты прав, – Киккава поднял взгляд на Ранту, – …Я понимаю это, Ранта. И Токимунэ-сан понимает. Только вот. Чем погибать там всем, он решил, что лучше пусть кто-нибудь спасётся. И если выбирать кого-то одного, то, разумеется, Анну-сан. Только вот Анна-сан не выживет одна. Тогда, попытаться сбежать всем вместе, защищая Анну-сан? Не вышло бы. Нас бы перебили всех. Так что Токимунэ-сан выбрал того, кто, не считая Анну-сан, пострадал меньше всех. И самого молодого из команды. Меня. Пан или пропал, сказал он, а я ведь, всё-таки, и правда удачливый. У меня могло получиться сбежать. И теперь, всё-таки… Я хочу сделать что-нибудь для них. Я хочу помочь им. Токкиз подобрали меня, с ними мне было весело, и мы стали друзьями. Я люблю их всех. И поэтому… Спасибо, Харухиро. И ты, Мэри-тян. Спасибо, что вылечили. Я пошёл обратно к ним.

Киккава попытался подняться, но Харухиро придержал его. Но не сказал подождать. Он ещё ничего не решил. Нужно выбирать. А какие варианты?

Отпустить Киккаву одного. Иначе говоря, бросить.

Не бросать. Идти с ним вместе.

Вернуться на аванпост и созвать людей на помощь.

Третий вариант выглядел особо привлекательным. Да, конечно, в таком случае ради спасения Токкиз придётся придать широкой огласке существование прохода в Даскрэлм. Ну, сам Харухиро не считал это такой уж большой потерей. И в любом случае, там, где загнали в угол Токкиз, команда Харухиро точно не справится. Вот только, время.

На это потребуется время.

Даже если выйти прямо сейчас, путь до аванпоста и обратно займёт четыре часа, а так как придётся искать готовых помочь людей – ещё больше. В это время большинство солдат добровольческого корпуса, скорее всего, находятся вне аванпоста, так что поиски обещают быть долгими.

Когда Киккава отделился от остальных Токкиз, их положение должно было лишь ухудшиться. Если спасать, то спасать как можно скорее. То есть, нужно торопиться.

Иначе говоря, выбрать третий вариант это всё равно что бросить их.

А значит, вариантов всего два. Бросить Токимунэ, Анну-сан, Таду, Инуя и Миморин? Или же прямо сейчас отправиться им на выручку?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8. Давайте спустимся с холма

Посредственный – ладно, пусть, но хотелось бы стать по крайней мере более решительным. Способным на быстрые решения, внушающие товарищам уверенность. Возможно, стать таким лидером, про которого думают «О, давайте сделаем как он говорит!» и не выйдет, но «Ну, всё равно других вариантов нет, может сделаем как он предлагает?» – стать таким лидером задача вполне осуществимая.

Но задача не выглядит простой.

А ещё, мало того что впереди лежит Даскрэлм, закатный мир, так ещё сонный, усталый взгляд Харухиро портит впечатление уверенного в себе лидера. Ну, сам он, разумеется, не видит собственных глаз, но, наверное, они выглядят именно так. Наверняка. Нежелание, сомнения, нервозность, все эти неподобающие тревоги и страхи не перестают грызть его. От природы сонные глаза Харухиро в таких случаях выглядят особенно уставшими. Ему это хорошо известно.

Разумеется, на самом деле Харухиро вовсе не хочется спать. Сейчас ему не уснуть даже если Шихору нашлёт на него Тень Сна.

И всё же, его внешний вид говорит об обратном.

Ситуация никак не способствует спокойствию.

– …Прости, Харухиро. Я у тебя в долгу, – проговорил Киккава. Судя по выражению его лица, он и правда сожалеет.

– Да уж. В долгу, – Ранта фыркнул, – И имей в виду, Киккава. Должок нехилый. Ты понимаешь, я надеюсь.

– Перестань! – Юме ударила Ранту в плечо, – Нельзя так! Киккаве и без того плохо!

– …Юмеччи, – Киккава всхлипнул. Похоже, он действительно упал духом.

– Магия… работает, – Шихору повернулась к Харухиро и кивнула, – Я чувствую элементалей, как обычно… Всё в порядке.

– Я буду защищать Шихору всеми силами, – Мэри ударила оземь посохом.

– А я, – Кузак опустил забрало шлема, – …Защищу всех.

– Полегче, – Харухиро поскрёб в затылке, – …М-м. Нет, неправильно. Не напрягайтесь так? То же самое, вроде. В общем, я хочу сказать, мы не будем пытаться совершить невозможное. Прости, Киккава, но если там окажется слишком опасно, мы тут же отступаем. Впрочем, по сравнению с Токкиз у нас есть некоторые преимущества.

– У нас есть я! Ранта-сама!.. – Ранта выпятил грудь.

– Первым делом, информация, – продолжал Харухиро, привычно пропуская слова Ранты мимо ушей, – Сектанты. Белые гиганты. Мы знаем, что впереди враги. Предупреждены, значит вооружены. Киккава сможет провести нас к руинам. Кроме того, мы заранее знаем что не можем положиться на магию света, да и на магию тьмы тоже.

– А ещё я! – Ранта крутанулся и встал в странную позу.

– Ещё, количество, – Харухиро, само собой, всё так же игнорировал ненужный раздражитель, – Среди нас нет кого-то вроде Анны-сан, неспособного защитить себя самостоятельно… Ну, пусть даже это и шутка, но с Киккавой нас всё равно на одного больше. Ты ведь танк, Киккава?

– Ага. Токимунэ-сан, хотя и Паладин, не особо-то похож на танка. Так что роль основного танка выполняю я.

– Что ж, значит вместе с Кузаком у нас два танка. Поначалу основным будешь ты, Кузак, ну а Киккава подменит если понадобится.

– …Угу.

– Ок-ке.

– И третье преимущество…

– Ну я же, да?!

– Ах да, точно, точно, само собой. У нас есть ты, Ранта, разменная пешка которой всегда можно пожертвовать. Это огромное преимущество.

– Хехехе… Дошло наконец? Я поистине… эй, что ещё за разменная пешка?! Да я сам тебя на кого хочешь разменяю, эй! Пошёл ты!..

– …Есть и ещё одно, – Шихору указала на Харухиро, – Осмотрительный предводитель.

– Э

Харухиро сморгнул. …У меня вроде бы не такой уж и сонный взгляд, подумал он.

– Хаха. Ахахаха, – до сих пор унывавший Киккава, наконец немного придя в себя, рассмеялся, – Отлично сказано. Мы, Токкиз, бывает увлекаемся, ломимся к цели со всех ног, и пока удача на нашей стороне, способны свернуть горы. Но рано или поздно спотыкаемся, и тогда всё становится очень плохо. А команда Харуччи не такая. Вы крепче стоите на ногах. И как раз в такое время Харуччин недостаток боевого духа играет в плюс, верно ведь?

– Да каким боком это плюс! – Ранта скорчил такое лицо, словно его вот-вот вырвет, – Это минус, нет, что ли? От его характера сдохнуть можно! С ним каждый день как на похоронах! Поставь себя на моё место!

– Лично я благодарен за это, – Кузак сдержанно наклонил голову.

– И я тоже, – Мэри чуть приподняла руку.

– …И я, – улыбнулась Шихору.

– Юме тоже так думает. Гораздо лучше ведь не высовываться почём зря, правда?

– Ну ещё бы, Юме! У тебя и нечему высовываться, доска!!

– Не называй Юме доской!

– А ты потри что там у тебя есть, авось не так обидно будет!

– Юме всё время ощущает какое-то странное чувство когда массирует грудь, так что нет!

– …Ты серьёзно тёрла, что ли?!

– Это грудь Юме, так что Юме может делать с ней что хочет!

– Н-ну да, я н-не в этом смысле…

– Извращенец, – Мэри смерила Ранту ледяным взглядом.

– …Дегенерат, – с неприкрытым презрением произнесла Шихору.

Похоже, все приободрились.

…Ну, в общем-то, Харухиро случалось иногда думать, что он  всё же приносит некоторую пользу команде.

Не как лидер, а как Вор, разведчик. Насколько мог судить сам Харухиро, его характер хорошо сочетается с этой ролью. Пусть в бою от него не особо много пользы, но в разведке и слежке он вполне компетентен, не так ли? Но одно дело понимать это самому, получить положительную оценку товарищей гораздо приятнее. И придаёт новые силы.

– Харуччи, – Киккава легко постучал Харухиро по плечу рукой в рукавице, – Решать, когда отступать, будешь ты и я подчинюсь. Пока считай меня одним из вас, ладно? Не стесняйся командовать мной, хорошо?

– Договорились, – Харухиро пихнул его в руку кулаком, – …Ну, идём. Первым я, остальные за мной, сохраняйте дистанцию примерно в десять метров. Сначала Киккава, за ним Кузак, Ранта, Шихору, Мэри и Юме. …Юме, наш тыл на тебе.

– Есть-ня!

Получив этот странный ответ, Харухиро пошёл вперёд.

Они вступили в Даскрэлм.

Высокий небосвод, на первый взгляд словно бы вечерний, а на самом деле – совершенно неестественный. Сильные порывы ветра. Немного даже беспокоящие.

Судя по рассказу Киккавы, сегодня в районе исходного холма тоже нет врагов. Но это ещё не повод расслабляться. Разбросанные там и сям по поросшим травой склонам белые, похожие на колонны скалы достаточно велики, чтобы за ними мог спрятаться человек. Так что лучше, наверное, идти не прямо а зигзагом, стараясь, чтобы просматривалось как можно больше пространства. Это было непросто, но в то же время двигаться вот так, тщательно выбирая куда повернуть на этот раз, было довольно забавно.

Харухиро спустился вниз по склону неспешным шагом.

Он обернулся и встретился взглядом с Киккавой. Тот кивнул, указывая вперёд. Видимо, Харухиро выбрал правильное направление.

Все тяжёлые грузы – палатки и провизию – они сложили у входа в Даскрэлм, и теперь двигались налегке.

Когда склон под ногами перешёл в горизонтальную поверхность, Харухиро, подчиняясь какому-то безотчётному импульсу, обернулся и посмотрел вверх, на склон холма.

Паранойя, что ли? У Харухиро мелькнула мысль, что на вершине холма враги – но там никого не было.

Пусть это был напрасный страх, но лучше уж пугаться каждого шороха, чем по беспечности попасть в засаду. Нужно относиться к собственным страхам со всем вниманием.

Вскоре стоячие камни остались позади.

Однако, ничего похожего на деревья пока не видно. Может, в этом мире вовсе нет деревьев?

Харухиро время от времени оборачивался, уточняя у Киккавы направление.

– …Как странно, – пробормотал он себе под нос, и коротко выдохнул.

Освещение напоминает вечерние сумерки, но не видно ничего, похожего на солнце.

В небе не летают ни птицы, ни насекомые.

Слышен лишь шелест ветра.

Обернувшись в десятый раз, Харухиро ощутил какой-то дискомфорт. Он и сам слабо понимал, в чём дело, но беспокойство не проходило. Харухиро махнул рукой, призывая остальных остановиться.

И начал осматриваться. …Где?

Что?..

Харухиро резко втянул воздух.

Это?

Стоячие камни на исходном холме. Не все, часть их.

Он присмотрелся внимательнее. Да, сомнений нет.

Они движутся.

Примерно каждый десятый из этих – камней? Столбов? Наверное, правильнее всё же столбов, –  медленно, едва заметно, но перемещается.

Почему, непонятно. Что это, как такое возможно – ни на один из этих вопросов Харухиро ответить не смог бы. Но факт остаётся фактом. Стоячие камни, по крайней мере некоторые и едва заметно, но всё-таки могут двигаться. Может, они живые, а может и нет. Но перемещаться способны.

– …Чудно.

Обратить на это внимание остальных? Пока, наверное, не стоит. Если бы стоячие камни двигались все сразу, то использовать их как ориентир было бы нельзя, но поскольку это не так, то всё в порядке – наверное.

Ранта поднял обе руки, разводя их в жесте недоумения, словно спрашивая – «в чём дело?»

Харухиро помотал головой. «Всё нормально».

Главная, а точнее, единственная их цель – руины. Нужно помочь Токкиз, при этом насколько возможно избегая опасности и не отвлекаясь на посторонние вещи.

Харухиро продвигался вперёд. Ландшафт, хотя и лишённый мест со сколь-нибудь резкими перепадами высоты, всё же не был идеально ровным.

И практически на каждом возвышении и углублении виднелись стоячие камни. Вероятно, они не любят ровные поверхности – поймав себя на этой мысли, Харухиро осознал что рассматривает стоячие камни как нечто родственное живым существам.

Как бы то ни было, лучше не приближаться к ним слишком близко.

…И, едва придя к такому заключению, Харухиро увидел пса.

Он, конечно, никак не ожидал увидеть здесь собаку. Но при том, пёс, лежащий в траве чуть поодаль и помахивающий хвостом, вызвал скорее лёгкое удивление чем шок, так естественна была эта картина.

Но нет, стоп, тут же задумался Харухиро. Здесь Даскрэлм. Другой мир. Странно, что тут оказалась собака – ну, может, на самом-то деле ничего странного в этом нет, но всё же не стоит расслабляться.

Ну, при более внимательном рассмотрении это, пожалуй, не обычная собака.

По размеру примерно нечто среднее между овчаркой и лайкой. Длинные лапы, покрытые белой шерстью, вроде бы собачьи но с уверенность сказать, что это действительно собака, нельзя. Точнее, не то, что можно бы просто назвать собакой.

У этой «собаки» всего один глаз.

Так что если придумывать этому существу имя то, пожалуй, «одноглазая собака».

Харухиро пришлось остановиться. Остальные тоже остановились. Так, что дальше?

Одноглазая собака, припав к траве, смотрела в их сторону, всё так же помахивая хвостом.

Дружелюбный пёсик встретил людей посреди пустынной равнины и хочет поиграть. Такое складывалось впечатление. Но всё же, одноглазый.

Раз собака не нападает, значит, наверное, можно просто не обращать на неё внимания? Однако, не обманчиво ли это дружелюбие? А вдруг это сторожевая собака сектантов? Вдруг она предупредит врагов о появлении Харухиро и его команды? Нет, это, пожалуй, уже слишком. Осторожность осторожностью, но надо бы знать и меру.

Харухиро решил выждать и пронаблюдать. Он принялся жестами подзывать товарищей, не спуская глаз с одноглазой собаки. Та не двигалась с места.

– …Впервые такую вижу, – прошептал Киккава, – А, но кстати, в масках сектантов всего одна прорезь для глаз, и те белые гиганты с львиными головами тоже были одноглазые.

– То есть, эта псина с ними заодно?.. – Ранта схватился за Изменника.

– …А может, – нерешительно проговорила Шихору, – В этом мире все живые существа… Одноглазые…

– Как-то неприятно она выглядит, – с подозрением произнесла Мэри, – Хотя и виляет хвостом.

– Как будто она чья-то, прирученная, – Кузак, похоже, размышлял примерно о том же, о чём и Харухиро.

– Дело за Юме, значит, – Юме хлопнула себя по груди, – Потому что Юме Охотник. Она попробует подружиться с пёсиком, а все пускай ждут и ничего не делают, ладно?

Было решено предоставить действовать Юме. Разумеется, остальные приготовились в бежать в любой момент.

– Эхем.

Откашлявшись, Юме начала медленно приближаться к одноглазой собаке. Медленно, но при том, как бы… нормально. Юме держалась непринуждённо, не отрывая взгляда от собаки, но притом не пытаясь протягивать руку и выказывать дружелюбие. Словно бы спрашивая, не против ли собака такого обращения.

Собака пристально наблюдала за Юме своим огромным глазом.

Притом громко задышала, вывалив язык. О чём она, интересно, думает?

Между Юме и собакой примерно четыре метра.

– Не бойся, не бойся, – заговорила Юме, – Всё хорошо. Юме тебя не тро-онет…

Собака, никак не реагируя, продолжала пристально смотреть на Юме.

Ещё три метра. Два метра.

Тут собака шевельнулась, поднялась и уселась на задние лапы. Юме остановилась, но тут же снова двинулась вперёд, нагнувшись и осторожно протягивая вперёд руку.

– Дай лапку...

– О О О О О

Голос. Судя по движению пасти, голос одноглазой собаки. И весьма устрашающий. Юме, непроизвольно взвизгнув, тут же остановилась.

– О О О О О

– …Жуть! – Ранта наполовину вытащил Изменник из ножен.

Одноглазая собака тут же отпрянула, словно ей наподдали ногой, и бросилась наутёк.

– А!.. – Харухиро бросился в погоню, – Не отпускайте!..

– Оом Рэль Экт Нем Даш!..

Шихору начала произносить заклинание одновременно с тем, как Харухиро побежал, а может даже чуть раньше. Теневой элементаль пронёсся в направлении движения одноглазой собаки и прикрепился к земле. Собака наступила на него правой передней лапой.

– О О О О!..

Собака забилась, пытаясь вырваться, но элементаль держал крепко.

– П-подождите!.. – Юме попыталась преградить путь Харухиро, – Не надо, то что пёсик убегает ещё не значит что он враг!..

– Прости, Юме! – Харухиро обошёл её сбоку, – …Мы не можем так рисковать!.. Ну, то есть…

– О О О О О Ооооооооо!..

Одноглазая собака бьётся как безумная… или нет. Не только. Что-то… появляется?

По всему телу собаки вырастали белые, заострённые, словно бы костяные шипы.

– Хьяаа! – вскрикнула Юме, обернувшись и увидев это, – К-к-кошмар! Какой же это пёсик!..

– Допёрло наконец! – Ранта, опустив забрало скаллхельма, бросился на одноглазую собаку Выбросом, – Р-разрез Злобы!..

– О О О Ооооо!

Заклинание Шихору продолжало удерживать собаку, но она ухитрилась извернуться. Ранта, вероятно, намеревался рубануть собаку в голову, но промахнулся. Изменник со звоном отскочил от торчащего из плеча твари костяного шипа.

– Уо, жёсткая?!.. – Ранта отскочил назад.

– Теперь я!.. – в атаку, выставив перед собой щит, бросился Кузак.

Щит и шипы столкнулись. Собака оказалась слабее, но щит громко затрещал. Треугольный тарч Кузака был сделан из дерева и усилен кожей с металлическими вставками, но удар оказался слишком силён. Щит выдержал, но поверхность покрыли глубокие борозды.

Кузак, не обращая на это внимания, продолжал наступать, нанося удары сбоку выставленного вперёд щита. Выпад со щитом, базовый приём Паладинов. Одноглазая собака, не прекращая выть, пыталась уворачиваться, да и костяные шипы мешали, но вскоре длинный меч Кузака достал её. Брызнула красная кровь.

Харухиро почёл за лучшее выждать и не лезть в драку. Да и в любом случае, кидаться очертя голову в ближний бой Вору не с руки.

– Получай! – Киккава ударил собаку своим полуторным мечом. Та, занятая Кузаком, не сумела уклониться.

– Хеххехе!.. – Ранта, скакнув Выбросом ещё раз, обошёл одноглазую собаку сбоку и взмахнул Изменником, словно вычерчивая восьмёрку, – Коронный удар! Рассечение!

– Оооо Оо Ооооо Оооооо….

Одноглазая собака в мгновение ока покрылась ранами. Как бы свирепа она не была, но прикованная к месту магией и окружённая Паладином, Воином и Рыцарем Ужаса мало что могла предпринять для самозащиты.

Вскоре собака рухнула, но Ранта упорно продолжал наносить удар за ударом, пока враг не перестал подавать признаков жизни. Жестоко, но доделать дело до конца необходимо.

– Полная… фух… победа!... – Ранта поднял забрало и с издевательской ухмылкой повернулся к Юме, – Шаловливый пёсик попался, а? Ахахахаа!..

– Потому что вовсе это никакой не пёсик был! – Юме обиженно надула щёки.

– …Но вот, – Шихору бросила взляд на Харухиро, – Если вот такие… набросятся стаей…

– Очень опасно, наверняка, – сказал Харухиро, глядя на труп одноглазой собаки, – …Лапы, похоже, очень мощные и быстрые. Если за нами погонится стая таких, придётся туго.

Плохо. Все притихли.

– Н-ну, – Харухиро изобразил улыбку, – Всё к лучшему. Если ещё таких встретим, будем настороже. Мы сможем с ними справиться, если что.

Правда, сможем? Пока что-то ничего не придумывается. …Дерьмо.

Пугающее всё же место этот Даскрэлм. Тут слишком опасно.

Харухиро вынул флягу и отпил глоток. Остальные, словно поддавшись его примеру, тоже принялись один за другим утолять жажду.

Успокоиться. Хотя нет, я и так спокоен. Никакой паники.

Харухиро заметил, что Киккава стоит, опустив взгляд. Словно бы сожалеет, что втравил их во всё это. Но действительно ли это так? У них ведь был выбор. Они могли принять другое решение. Киккава не виноват.

Разве не сам Харухиро принял неверное решение?

Не было дня, когда он не задавал себе этого вопроса. Фактически, его ошибкам нет конца. Он практически только и делает, что ошибается.

Ошибается снова и снова, словно опыт ничему не учит его. Но всё же, у Харухиро есть сегодняшний день, а значит, нужно идти вперёд. Даже споткнувшись, нужно молча продолжать шагать дальше. Иначе его ошибка отразится на всех остальных.

– Ладно. Идёмте… – Харухиро шагнул вперёд, мельком обводя взглядом окрестности.

Дело плохо. Не на шутку.

Совсем плохо.

– О О О О…

– О О О О О О…

– О О О…

– О О О О О О О О…

К ним, издавая жуткий вой, приближалось ещё несколько ощетинившихся костяными шипами одноглазых собак.

И там, и тут.

Вроде бы, четыре. Нет…

– О О…

– О О О…

– О О О О…

– О О О О О…

– О О О О О О…

Сзади ещё пять. Всего, значит, девять. …Пока что девять.

Нет гарантий, что их не соберётся ещё больше.

– …Эй, Паропируро… – даже Ранта, похоже, отчаялся.

– …Чего тебе, Рантаниус, – Харухиро, судя по настолько вялому ответу, тоже далеко не бодр.

– Как справляться-то будем? Ты говорил, сможем…

– Н-ну да, говорил…

Как просто было бы признаться – «никак». Но просто одному лишь Харухиро. Нужно думать и об остальных. Он же всё-таки лидер.

– О-отступаем, – начав озвучивать своё решение, Харухиро тут же ощутил сомнение, но отмахнулся от него, – …Встаньте спина к спине, в круг. Отходим. А, так, просто в круг не стоит. Эм, я буду указывать направление, а все следуйте за мной. Скорее. В круг, быстрее, торопитесь, Ранта, Кузак, Киккава! Юме, не зевай! Шихору и Мэри, в центр!

Харухиро, Ранта, Кузак, Киккава и Юме образовали круг с Шихору и Мэри в ценре.

Девять одноглазых собак окружили их. Впочем, окружение не было сплошным, и собаки не сжимали кольцо. Харухиро, нацелившись в одну из прорех в окружении, повёл друзей вперёд. Все выставили перед собой оружие, отгоняя собак, и шли медленным шагом, не пытаясь бежать.

– Ора! Орра! – выкрикивал Ранта, размахивая Изменником, – Только суньтесь, шавки паршивые! Пришибу!..

– Ну всё, хе, хе… – Киккава, видимо, снова упал духом, – Пришли. Нам конец…

– Как-нибудь выберемся, – а вот Кузак, кажется, сохраняет оптимизм. Или нет, – …Наверное.

– Н-ня-а-а-а-а… – Юме наложила срелу на тетиву своего композитного лука, но, похоже, не могла решить куда стрелять, – Пёсики разозлились… Хотя они и не пёсики…

– …Сколько нам ещё… так?.. – Шихору, наверное, обращается к Харухиро.

Мне-то откуда знать.

– Уж биться так биться… – сказала Мэри.

…Верно. Сражаться.  Придётся сражаться. Нападём на собак? А сможем ли? Удастся ли? Возможно, выжить и удастся. Возможно, приложив все силы, удастся победить.

Возможно.

Харухиро стиснул зубы. Не пойдёт. Никакого «возможно». Допустим, они победят, но кто-то получит тяжёлую рану, что тогда? Исцеление невозможно. Но также неизвестно, как долго ещё они смогут так идти. Как поведут себя собаки? Нападут? Или всё же со временем передумают и отступят?

Что делать? Как лучше поступить?

Харухиро ошибается постоянно, но сейчас ошибиться нельзя.

Так что же делать?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9. Ненужная помощь

Сюда. Прямо сюда. Сюда. И сюда. Сюда…

Харухиро продолжал вести остальных, указывая направление.

Больше никто ничего не говорил.

– О О О О О О…

– О О О О О О О О…

– О О О О…

– О О О О О О О…

Одноглазые собаки завывали. Иногда громко взлаивали.

Интересно, сколько времени прошло, с тех пор как мы спустились с исходного холма. Сколько мы уже в окружении одноглазых собак, несколько минут? Десять? Пятнадцать? Двадцать? Неизвестно.

Выглядят ли глаза Харухиро сейчас сонно и устало? Наверняка. Нет сомнений, он сейчас выглядит так словно вот-вот заснёт.

…Как же это тяжело.

Грудь сдавило. Каждый вздох мучителен. Пот течёт ручьём. Тошнит. Ноги заплетаются. И всё же как-то получается шагать и шагать дальше. Загадка.

Однако, собаки, хотя и кидаются вперёд и отпрыгивают назад, похоже, выдерживают некоторую определённую дистанцию. Около двух метров. Вне пределов досягаемости оружия Харухиро и его товарищей.

Просто продолжать движение недостаточно.  Окружение явно непрочное, и, судя по всему, дружно рванувшись вперёд его удастся прорвать.

Эти существа осторожны. Даже пугливы. Они не склонны так просто вступать в бой.

Местность понижается. Котловина. Вокруг множество стоячих камней. Токкиз зашли в котловину со стоячими камнями, и там их ждала засада сектантов. Лучше не спускаться туда.

Харухиро глубоко вздохнул.

– …Ранта, Кузак, Киккава. Втроём на одну, не тратя времени. Шихору, атакуешь магией. Грозой. Юме из лука. Стреляй наверняка. Нескольких завалим, остальные подожмут хвосты и удерут. Ну, за дело. Готовы? Заклинание Шихору станет сигналом.

«Подожмут хвосты и удерут»? Точно? Нет. Наверняка? Нет. Но сейчас нельзя иначе. Нет, только так и можно. Заявлять с твёрдой и непоколебимой уверенностью. А значит, всё верно. Всё правильно.

Ранта указал остриём Изменника на одноглазую собаку перед собой.

Юме туго натянула лук.

– Джес Иин Сарк…

Шихору начала декламировать заклинание.

Хорошее чувство. Всё идёт гладко. При всех своих разногласиях, мы объединены общей целью. В такие моменты всё проходит удачно.

– Карт Фрам Дарт!..

Вспышка. Грохот. Пучки молний. Троих одноглазых собак смело прочь, они не успели даже взвизгнуть.

Юме спустила тетиву. Харухиро бросился вперёд.

Кузак последовал его примеру.

Удар щита повалил собаку, на которую указал Ранта. Та тут же попыталась подняться, но на неё, издавая воинственные выкрики, уже набросились Ранта с Киккавой.

Стрела Юме вонзилась одной из собак в живот. Впрочем, рана явно не смертельна. Ничего. Никаких проблем. Ожидаемо.

Харухиро сблизился с раненой собакой. Он давно не использовал этот малоприменимый навык, но сейчас самое время.

– Штурм!..

Словно некие установленные в мозгу ограничители оказались сняты. Кинжал в правой руке рубил и колол, саппа наносила удар за ударом. Без передышки. Без остановок. Давай, давай, давай, давай, давай, давай же!.. Харухиро больше не видел в собаке живое существо. Просто вещь. Вещь, которую нужно даже не убить – разрушить, сломать. Стереть в порошок.

Харухиро не остановился, даже когда собака упала. Другая попыталась броситься на него, но получив стрелу от Юме отступила. Харухиро продолжал обрабатывать находящуюся непосредственно перед ним цель. Кузак и Ранта принялись за свою вторую собаку, а Киккава набросился на ту, которую подстрелила Юме. Харухиро краем глаза, точнее, краем сознания схватывал положение дел вокруг, но не собирался отвлекаться пока его цель не будет разрушена окончательно. Наконец собака затихла.

– О О О О О…

Уцелевшие одноглазые собаки бросились наутёк. Одна их троих, получивших удар Грозой, тоже вскочила и побежала вслед за остальными.

Харухиро хватал ртом воздух. Силы покинули его, навалилась невероятная усталость. Ему хотелось присесть и передохнуть. А ещё лучше прилечь. Вздремнуть, поспать. Но, разумеется, это невозможно.

– Уходим!..

Им удалось отогнать одноглазых собак. И, похоже, никто не ранен. Сам Харухиро, хотя и вымотался, тоже невредим. Цель достигнута. Но то была лишь меньшая цель. Основная – спасение Токкиз. Нужно идти дальше. И идти прямо сейчас.

– Э, Э… – Киккава принялся оглядываться.

…Проклятье.

Разумеется, пытаясь выбраться из кольца одноглазых собак, они сильно отклонились от маршрута.

Харухиро смахнул заливающий лицо пот. …Что делать?

Нужно что-то делать. Но что?

Что угодно, как угодно, куда угодно… Нет, вслепую действовать нельзя. Но что же всё-таки делать?

– А! – Киккава вдруг указал куда-то вдаль, – Вон! Вон же они! Развалины… Руины! Вон там!

Харухиро посмотрел в том направлении. А. И правда.

– И-идём!

Заикнулся. Это ещё что. Проблема-то пустяковая. Успокойся.

Вероятность того, что одноглазые собаки соберутся ещё большей стаей и вернутся тоже не стоило сбрасывать со счетов. Харухиро, поглядывая в том направлении куда сбежали враги, пока поставил целью добраться до руин.

На какое-то мгновение он совершенно запутался, но теперь, шагая быстрым шагом, сумел придти в себя. Чувствовал он себя, конечно, не идеально, но и не сказать чтобы плохо. По крайней мере, удалось успокоить дыхание.

Если описывать руины одним словом, то этим словом будет «белые».

Издалека они выглядели как белый холм, но потом глаз начинал различать неровности, и приходило понимание, что это не холм, а ряды белых зданий. И, как и сказал Киккава, руины обширны. Словно целый город из одних лишь белых зданий.

Белый город.

Пусть Токкиз всё ещё где-то там, но удастся ли отыскать их?

Чем ближе они подходили, тем большее беспокойство испытывал Харухиро.

Также стало понятно, почему Киккава называл этот белый город руинами. Действительно, это не жилища.

Наверное, когда-то здесь стояли невероятно огромные здания – когда-то очень давно. Но то ли с течением времени, то ли ещё по какой-то причине они обратились в руины. Потолки и стены обвалились или растрескались, колонны подломились или упали. Большая часть утвари давно сгнила, но некоторые следы остались – что-то вроде обломков статуй и осколков посуды валялось там и тут. И всё – абсурдно больших размеров.

Наверное, в этих зданиях жили великаны.

Белоснежно-белый строительный материал и атмосфера этого места вызывали к мысли одно слово – храм.

Святилище великанов.

Точнее, наверное, следует называть это руинами святилища. Акрополем.

Впрочем, это лишь догадки Харухиро. Он вполне может ошибаться, но, тем не менее, руины произвели на него именно такое впечатление.

Над ними возвышалась покосившаяся колонна, опирающаяся на другую. Точнее, обломок колонны. Они образовывали нечто вроде арки. Эта арка поднималась примерно на десять метров, и была столь же широка. Что это за размеры такие? У Харухиро на мгновение закружилась голова, он почувствовал себя крошечным и незначительным. Ну, впрочем, он такой и есть.

– …Нам… туда?... – боязливо спросила Шихору.

– Н-ну, раз уж мы пришли, – даже Ранта, похоже, лишился своего обычного задора, – …Просто повернуться и уйти, это, ну, да? Это как-то. Это, это. Ну, как бы. Странно. В общем. Как-то так… Да?

– Одно сплошное «это», – а вот Юме, похоже, не потеряла присутствия духа, – И всё-таки, какие же здоровенные. Юме, наверное, в первый раз видит что-то настолько большое.

– Как на экскурсии… – Кузак поднял забрало и потёр глаза, – Впечатляюще.

– Пожалуй, – тихо усмехнулась Мэри.

– Насчёт пути через руины… – извиняющимся тоном заговорил Кикава, – Честно говоря, плохо помню. Не до того было. Простите. Но не думаю что в самой глубине. Я, когда убегал, вышел довольно быстро.

– Сектанты и белые гиганты, значит, – Харухиро глубоко вздохнул, – …Нет, лучше не надеяться что там будут только они. Мы ведь встретили ещё и одноглазых собак.

– …И правда, не только они, – Ранта указал подбородком влево-вверх.

Там, на обломке покосившейся колонны, что-то было.

Белое. Белая… обезьяна? Действительно, на вид просто маленькая белая обезьяна, но с одним глазом.

– Муня-а… – Юме приготовила лук, – Как быть? Ну, расстояние вроде не очень большое…

– …Нет, – Харухиро быстро закрутил головой, – Не надо. Для начала…

Одноглазая обезьяна не одна.

Ещё одна на другом обломке колонны, и третья на куче обломков. Раз при беглом осмотре видно троих, то, наверное, есть и ещё. И все сидят высоко, там, где достать их можно лишь стрелой или заклинанием.

– Киккава, ты помнишь этих обезьян?

– …Вроде нет. А, но, наверное, я просто их не заметил. И ведь мы были где-то тут, неподалёку. А значит, они просто не обратили на нас внимания.

– Там, в этом акрополе… ну, я просто решил так его назвать, в общем, когда вы там внутри сражались с белыми гигантами и сектантами, вам встречались какие-нибудь другие живые существа?

– Мы видели только гигантов и сектантов. Ну, во всяком случае пока я был вместе со всеми.

– Ясно.

Решения, сплошные решения. Но привыкать к этому, наверное, не стоит. Привычка влечёт за собой небрежность. Впрочем, привыкнуть, наверное, и не получится.

– Не обращаем на обезьян внимания. …Идём внутрь.

Они где-то рядом, думал Харухиро, ускоряя шаг. Живые? Уже погибли?

«Впечатляюще. Как на экскурсии», вспомнились ему слова Кузака. Да уж. Это место попросту поражает воображение. Захватывает дух.

Харухиро шагал впереди, проверяя безопасен ли путь, остальные шестеро следовали за ним.

Проверять, безопасен ли путь.

…Справлюсь ли я?

Он намеревался выложиться в полную силу. Но уверенности не ощущал.

Разумеется, хотелось бы вести друзей по идеально, стопроцентно безопасному пути. Но, разумеется, это невозможно.

По траве, через завал, между парой обломков колонн. В тени колонн, похоже, никто не прячется. …Кажется, никто не прячется. Что там, по ту сторону, уже неизвестно.

Но нельзя же осматривать каждое препятствие со всех сторон. Так они никогда не доберутся до цели.

А значит, путь безопасен на сколько – восемьдесят процентов? Шестьдесят? Пятьдесят?

Это не выразить в числах. Ну, вроде как безопасно. Лишь так, неточно и неопределённо.

За аркой из разрушенных колонн по обе стороны валялись кучи обломков зданий, словно бы две стены, ограничивающие путь.

Вот только в этих «стенах» полно проёмов и прорех, и если там кто-то прячется, заметить его будет непросто.

Хоть плачь. Но плакать нельзя.

Харухиро вдохнул, выдохнул. Сконцентрироваться на том, что можно сделать. Что нельзя сделать, то сделать никак нельзя. Всё просто.

Держа оружие наготове, Харухиро, используя Бесшумный Шаг, прокрался вдоль правой «стены», тщательно проверяя каждую щель. Впрочем, излишняя тщательность тоже ни к чему. Осторожность это хорошо, но она не должна перерастать в робость. Не останавливаться. Не пугаться, даже если не по себе.

Одноглазые обезьяны и правда не нападают. И не преследуют.

Звук?

Вроде бы послышался какой-то звук. Впрочем, сложно сказать наверняка.

«Стены» оборвались – точнее, показалось открытое место, что-то вроде перекрёстка.

Харухиро и его спутники собрались вместе.

– …Ты как, Харухиро-кун? – спросила Шихору.

– Э? А? А что?

– Твоё лицо… Цвет…

– Что-то не так?

– О-о, – Ранта, увидев лицо Харухиро, ухмыльнулся, – Вот это да. Ты у нас теперь белоснежка? Ухи-хи-хи.

– Хару-кун, – Юме, с очень серьёзным видом, вдруг крепко взяла его за руку. – Юме понимает, что тяжело, но держись.

– …А-ага.

– Преклоняюсь, кроме шуток… – Кузак и вправду склонил голову, – Да уж, неудивительно. Идти в одиночку, первым в таком месте. Я б не смог.

– Разве? Н-ну, может быть…

– Хару. Скажи, если устал, – Мэри внимательно всматривалась в Харухиро, – Пожалуйста.

– …Скажешь, ладно? – добавила Шихору.

– Потому что я, Ранта-сама, готов заменить тебя в любой момент.

– Вот уж обойдусь.

– Это что за резкий отказ такой, эй?

– Ну же, – Киккава приобнял Ранту за плечи, – К чему объяснять очевидное. Правда ведь?

Пусть на мгновение, но все улыбнулись. Харухиро тоже полегчало.

Примитив, подумал он тут же. Примитивный и эгоистичный. Позор. Так легко поддаться общему настроению. Впрочем, я не поддался. Нельзя. Стоит расслабиться, и ошибки не избежать.

А ведь я, пожалуй, люблю их, подумалось ему, пока он выбирал направление движения. Их всех. Ну, кроме Ранты, само собой. Впрочем, Ранту, наверное, можно назвать чем-то вроде острой приправы. Скорее всего. Ранта, будучи Рантой, не раз избавлял нас от проблем.

И всё же, «я люблю вас, друзья»… Позор. Нет, ничего плохого в этом в общем-то нет, но всё-таки стыдно такое говорить. В любом случае, такие мысли, пожалуй, совсем не в моём стиле. «Я люблю вас, друзья». Ну совсем ведь не в моём характере. Я, как бы, более сдержанный, что ли. Во всех смыслах. Ведь так?

– Пойдём направо.

Это не интуиция. Харухиро не обладает таким чутьём как, например, Токимунэ.

До сих пор они шли вдоль правой стены, так что повернув сейчас направо так и продолжат идти вдоль неё. Вот и вся причина. Ну а если в том направлении ничего не найдут, то можно будет выбрать другой проход.

Конечно, хотелось бы как можно скорее поспешить на выручку, но не зная, где сейчас Токкиз, остаётся лишь разыскивать их спокойно и систематически. Используя те качества, которыми, похоже, не обладает уже Токимунэ – в отличие от Харухиро.

Они снова двигались тем же порядком – Харухиро впереди, остальные следом. До сих пор, честно говоря, Харухиро чувствовал себя прилично вымотанным, но теперь, кажется, всё хорошо. …Пока. Нельзя переоценивать себя. Нельзя позволять себе такую роскошь.

Щели в стенах встречались всё чаще, и становились всё шире. Теперь в них вполне можно было войти и спрятаться, а то и пройти завал насквозь. Если с Токкиз всё в порядке то они, вполне возможно, укрылись в одной из таких щелей.

Через 200-300 метров путь начал забирать влево.

Дальнейшую дорогу преграждало нагромождение обломков колонн и обвалившихся кусков стен. Пройти, казалось, возможно, но что впереди, неясно. Рискованный маршрут.

Но с той стороны слышен какой-то шум.

Харухиро закрыл глаза и вслушался. Это – звук шагов товарищей. А то – нет.

– …Голос.

Скорее всего, человеческий. Харухиро обернулся к остальным. Они, похоже, пока не замечают.

– Там кто-то есть.

– Скорее!.. – Киккава бросился вперёд.

Харухиро всмотрелся в глаза товарищей. Они зашли так далеко. Они пришли сюда, чтобы помочь Токкиз. Их чувства наверняка едины.

Теперь впереди шёл Киккава, а Харухиро, Кузак, Ранта, Шихору, Мэри и Юме следовали за ним. Киккава двигался быстро, практически бегом. Чересчур быстро. Впрочем, иного выхода нет. Остаётся лишь бежать, прокладывая себе путь через беспорядочно наваленные  и мешающие обзору обломки.

Киккава что-то бессвязно выкрикивал, словно пытаясь кого-то подбодрить.

Должно быть, он пытается звать друзей. Сам Харухиро на его месте захотел бы дать понять, что помощь рядом. Но ситуация ещё неясна. Пока что неизвестно, действительно ли это Токкиз. Ещё рано их звать.

– Ещё немного!.. – крикнул Харухиро.

Он  не знал, расслышал ли его бегущий впереди Киккава.

Однако, ещё совсем немного. Голос послышался снова.

– …Ах ты-ы-ы!..

Знакомый голос.

– Тадаччи!.. – завопил Киккава, – Это я, Тадаччи! Киккава! Ваш Киккава верулся, как и обещал! Не смотря ни на что! Я привёл Харуччи и его команду!.. Тадач-чии-и-и-и!..

Голос Тады что-то воинственно выкрикивал. Должно быть, он просто не может позволить себе ответить Киккаве. Судя по звукам, он с кем-то сражается.

Киккава рванулся вперёд, перескакивая через груды обломков и протискиваясь между обломков колонн. Харухиро, тоже поднажав, не отставал.

Вот он. …Тада.

– Уооораааа! Фуааагура-а! Зуааа!..

Тада размахивал палицей. Ему противостояли гуманоиды в балахонах из белой ткани и с чем-то вроде копий в руках – так вот они какие, сектанты. Четверо. Четверо на одного.

Однако, это не означает что соотношение сил всё время было таким. Ещё два тела сектантов лежат на земле.

А подле них – ещё одно. Собранные в хвост волосы. Одежда – что-то вроде цельного кожаного комбинезона.

– Инуй-сан… – Киккава набросился на одного из культистов, – Ублюдки! Вам конец! Ува-а-а-а-а-а-а-а!..

Теперь четверо на двоих. Таду по-прежнему окружают трое, его жреческая мантия, лицо и очки покрыты пятнами крови.

Харухиро зашёл за спину одному из сектантов. Удар в Спину, убийственный приём Воров. Остриё кинжала рванулось вперёд, чтобы вонзиться в плоть… и остановилось.

– Ха?!..

Харухиро отпрыгнул. Сектант разворачивается. Из чего вообще сделана эта белая ткань? Откуда такая прочность?

Сектант атакует копьём. Отбив. Кинжалом, саппой? Нет. Харухиро резко бросился в сторону. Эта белая ткань явно какая-то необычная. А значит, и копьё может оказаться с сюрпризом. Стоит соблюдать осторожность.

– Клинки их не берут!.. – проорал Тада, размахивая кистенем.

– Какого?!... – Кузак ударил сектанта щитом.

– О как, – Ранта резко остановился, – Ну, то есть с мечом можно и не соваться.

– Дебил! – Юме пнула Ранту в спину.

– Гуэ! – Ранта резко развернулся к ней, – Какого хрена!

– У Юме нет никакого хрена! Не неси бред!

– Да ты сама вечно бред несёшь, без передыху!..

Чем дурачиться, лучше бы сначала помогли Таде, Киккаве, Кузаку и Харухиро, сражающимся каждый со своим сектантом. Нет, Тада наверняка держится из последних сил, нужно подменить его.

– Ранта!.. – Харухиро как-то ухитрился увернуться от выпада копья, – Перестань! Поменяйся с Тадой-саном! Скорее!..

– Ла-адно уж!.. – Ранта бросился в сторону Тады.

– Не мешайся! Отвали!.. – Тада, отбросив палицей в сторону копьё сектанта, принялся осыпать того ударами.

– …Говорил же!..

– Ну так помоги ещё кому-нибудь, Киккаве, Кузаку, мне, неважно!.. Не тормози, придурок!

– Это кто тут придурок!.. – Ранта набросился на сектанта, снова пытавшегося ударить Харухиро копьём, – Называй меня талантом!.. Гением!..

Ранта рубанул Изменником сектанта в правое плечо, но раны, как и ожидалось, не нанёс. Тот лишь пошатнулся, и всё. Впрочем нет, не всё: ещё он развернулся к Ранте.

Харухиро слегка попятился. …Да что же это?

Эта белая ткань. Это не просто ткань. Толстая, но в то же время мягкая и податливая наощупь. Что-то, чего не существует в Гримгаре? Выглядит как простой кусок ткани, но фактически это настоящая куртка, что ли? Может, это и доспех, но с рукавами. Длинный. Почти до колен, наверное. Обувь тоже белая, похоже, из такого же материала.

Прорезь для глаз всего одна. Сектанты что, тоже одноглазые? Впрочем, неважно. Главное – эта прорезь, вероятно, уязвимое место.

Юме наложила стрелу на лук и смотрит на сектанта. На её лице отчётливо виден вопрос – стрелять или не стрелять? Да уж… Трудно прицелиться в эту дыру, особенно когда мишень перемещается.

– …Харухиро-кун! – Шихору обеими руками сжимала свой посох. …Точно.

Харухиро кивнул, и Шихору, декламируя заклинание, принялась вычерчивать элементальный глиф.

– Оом Рэль Экт Эль Уэль Даш!..

Вперёд рванулись не один, а сразу три чёрных, похожих на водоросли теневых элементаля. Усиленная версия Эха Теней – Отзвуки Теней.

Элементали, завиваясь спиралью друг вокруг друга, ударили в спину сектанта с которым сражался Киккава. Всё тело врага тут же сотрясла судорога, он издал странный вскрик.

– Сработало!.. – воскликнула Шихору.

– Нга-а!.. – Киккава, не теряя ни мгновения, перехватил свой полуторный меч обеими руками и повалил сектанта мощным ударом.

Разрубить не получается, ну и пусть. Эта то ли куртка, то ли кольчуга, похоже, не в состоянии полностью поглотить удар. Так что достаточно просто бить, бить, и бить снова.

– Давай, Киккава!..

Но тот, ещё до возгласа Харухиро, поднял меч и принялся с выкриками наносить один удар за другим.

Харухиро пытался по мере сил помогать, в основном нанося удары зажатой в левой руке саппой.

– Оом Рэль Экт Эль Уэль Даш!..

Шихору применила ещё один Отзвук Теней. Элементаль с характерным шумом ударил в противника Тады.

– Не нужно!.. – Тада ударом палицы выбил из рук сектанта копьё и ногой отбросил его в сторону. И принялся наотмашь бить, – О! Бой! Дусь! А-а-а-а-а-а!

Добить оставшихся двоих оказалось проще.

Когда последний сектант затих, Тада бессильно осел на землю.

– …Дерь. Мо. У. Стал. Чёрт. По. Гиб. По. Че. Му. Де. Бил…

Тада бормотал что-то бессвязное, но удивителен сам факт того, что он ещё в состоянии что-то говорить. Руки и ноги, похоже, целы, но из бесчисленных ран по всему телу струится кровь.

А их кровь тоже красная, подумал Харухиро, глядя на трупы врагов. Странные белые куртки нигде не порваны, словно бы вовсе не повреждены, но из-под них на землю вытекает красная кровь.

Ранта обходил кажущихся мёртвыми сектантов, с силой топча голову каждого. Это не надругательство над трупами, просто он старается убедиться наверняка, что враги действительно мертвы… Во всяком случае, хотелось бы  в это верить.

Шихору, Юме и Мэри переглянулись. Каждая по-своему, но все трое выглядели опечаленными.

Кузак тяжело дышал, подняв забрало шлема.

– …Хе…

Киккава, издав странный слабый смешок, словно бы бессознательно шагнул вперёд.

Собранные в хвост волосы. Кожаный комбинезон.

К телу рухнувшего ничком Инуя.

Киккава упал на колени и уставился в землю.

– …Почему. Почему? Я же всё сделал правильно. Я вернулся с командой Харухиро, как и обещал. Но почему. Как? …Инуй-сан…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10. Ничем не выдающийся

Харухиро присел на корточки рядом с Киккавой, но окликнуть не решился. Да и что тут скажешь? Он не знал.

Харухиро осторожно протянул руку.

– Э-эй?…

И слегка встряхнул.

– Инуй-сан?

– Э… – Киккава уставился на Харухиро, потом на Инуя, снова на Харухиро и опять на Инуя, – …Э-э?

– …Кхе, – Инуй чуть повернул голову и смерил Харухиро не закрытым повязкой глазом, – …Как узнал?

– Не то чтобы я как-то узнал, просто по едва заметным движениям тела показалось, что вы дышите.

– Э-э-э-э-э-э-э-э-э?! – Киккава наполовину отпрянул, наполовину отпрыгнул и шлёпнулся на ягодицы, – Как, как, как?! Я же был уверен, что вы…

– Ж-живой?.. – Кузак, похоже, до сих пор не верил тому что видит.

– Ну наверное живой, раз разговаривает… – происходящее ошарашило даже Ранту.

– …Я тоже думала, что вы умерли… что вы погибли… – неловко пробормотала Шихору.

Мэри кивнула.

– О-гоо, – Юме округлила глаза, – А всё таки, у Инуина здорово вышло мёртвым прикинуться.

– Ха… – Тада поддал землю ногой. Он до сих пор тяжело дышал, – Он. Что. Так. Убеди. Тель. Но.  Подох. Что. Ли.

– Кхе… – Инуй как ни в чём не бывало прокашлялся, – Моя личная тайная техника отвода глаз… «Инуй умирает, живые дуралеи верят»

– Да ты просто прикидываешься дохлым, и всё! – Ранта показал средний палец.

– Он, Живу, Чий, Гад, – Тада вдруг зашатался, – Са, Мый, Живу, Чий, Из.. Все.. Х…

– А… – Харухиро торопливо вскочил, – Т-Тада-сан?!..

Тада рухнул как подкошенный.

– Уа-а-а?!.. – Киккава, не вставая, на четвереньках прыгнул к Таде, словно лягушка.

Инуй попытался сесть, но не смог.

– ….Тело… Не слушается… Кхе…

Похоже, Иную тоже крепко досталось, и он притворился мёртвым лишь оказавшись неспособным сражаться дальше.

Как бы то ни было, Харухиро и его команде оставалось лишь ждать, пока потерявший сознание Тада не очнулся, а Инуй не смог наконец кое-как встать на ноги.

– …Мы с Инуем были приманкой, – очнувшись и выпив воды, Тада более-менее пришёл в себя, – Мы могли защитить Анну-сан лишь так. У Мимори ранены ноги, и она не смогла бы бежать. Так что мы с Инуем отвлекали врагов, а тем временем Токимунэ вместе с Анной-сан и Мимори спрятались в безопасном месте… Впрочем, здесь нет безопасных мест.

– А насчёт того, где именно они сейчас… – Харухиро сдержал вздох, и вместо этого тихо выдохнул, – Вы не знаете, так?

– Могу провести туда, где мы с ними расстались.

– Этого хватит.

Сам Харухиро, впрочем, вовсе так не считал. Но их нужно приободрить. Хотя ни Тада, ни Инуй, похоже, не получили тяжёлых ран, но их состояние далеко от благополучного.

– Не ожидал от тебя… – заговорил Тада, но тут же оборвал себя, – …Ладно, ничего. По дороге сюда мы с Инуем оторвались от нескольких врагов. Так что есть риск напоротся на них на пути назад.

– Вы не про белых гигантов, случайно?

– Да. Они здоровенные, а потому медлительные и неповоротливые, но если подставишься под удар – наверняка уложат на месте.

– Других врагов нет?

– После того, как сбежал Киккава, на нас напали сектанты, вооружённые мечами и щитами. Осторожнее с такими.

– …Кхе, – Инуй криво усмехнулся, – Эти их мечи… Одна царапина, и всё тело немеет… И если парируешь тоже…

– О? – Ранта вдруг заинтересовался, – Круто. Хочу такой. Если эти сектанты снова на нас нападут, я один себе заберу, ладно?

– …Ты упорен в самых бесполезных вещах, – Тада не упустил случая его одёрнуть.

– Ладно, ладно… – на этот раз Харухиро не сдержал вздоха, –Убьёшь сектанта, и тогда забирай всё что хочешь, меч или что там у него будет.

– А-атлично, договорились! – Ранта обвёл всех глазами, – Я завалю сектанта, меч мне! Ну, если кто-то из вас его завалит, меч всё равно мне! Решено!

В то время как все приуныли, мотивация Ранты повышается, так что само по себе это, наверное, не так уж плохо. Ну, в любом случае тут ничего не поделать, придётся оставить всё как есть. Можно будет даже оплакать Ранту, если они с сектантом в борьбе за меч поборют друг друга.

Тада и Инуй, хотя и смогут кое-как ковылять сами, бежать практически наверняка не смогут. Мэри, похоже, приходилось тяжело. Для неё, Жреца, неспособность помочь им наверняка мучительна.

Придётся приноравливаться к темпу движения этих двоих, так что скорость перемещения неизбежно упадёт. А в ситуации, требующей быстрого отступления, придётся принимать непростое решение.

Впрочем, Харухиро уже решил, как поступит в таком случае.

Очень жаль, но Таду и Инуя придётся оставить. Если Киккава захочет остаться  с ними – его дело. А команда Харухиро отступит, пока Тада и Инуй выгрывают для них время.

Разумеется, он совсем не хотел поступать так, и от всего сердца молился о том, чтобы ему не пришлось этого делать.

Но беда может разразиться вне зависимости от желаний и молитв Харухиро. И тогда уже поздно будет раздумывать как быть и что делать. А значит, нужно принять решение заранее.

Тогда Харухиро придётся поступить жестоко. Бесчеловечно. Но иного выхода не будет. Это необходимо.

Они отправились дальше. Впереди Харухиро и Тада, дальше Кузак, Киккава, Ранта, Шихору, Мэри, Инуй и наконец Юме.

У  Тады по-прежнему шла кровь, но он не жаловался и не сбавлял шаг. Выносливый. Харухиро хотелось попросить его не перенапрягаться, но обстоятельства есть обстоятельства. В их нынешнем положении нет времени отдыхать.

Они некоторое время шагали вперёд через закрывающие обзор обломки, пока слева не открылось нечто вроде образованного развалинами навеса. Тада повёл их туда.

Там и сям сквозь дыры в потолке падал свет, но внутри царил угнетающий полумрак. Обломки преграждали путь, образуя сложное переплетение запутанных тропинок. Словно лабиринт.

– Вот здесь мы оторвались от нескольких сектантов, – Тада поправил очки указательным пальцем левой руки, – Может, они до сих пор тут бродят. Не зевайте.

– …И вы сможете найти путь сквозь это?

– Уж как-нибудь.

– …Как-нибудь…

– У Тадаччи отличное чувство направления, – бодро сказал Киккава, – Не парьтесь, не парьтесь! Всё путём! Ну, наверное.

Сейчас, пожалуй, всё же не та ситуация, когда можно так беспечно заявлять о собственной неуверенности, подумал Харухиро. Впрочем, Киккава явно приободрился, это уже хорошо. Наверное..

С Тадой во главе они зашагали по лабиринту обломков. Поворот направо, поворот налево, резкий разворот направо… Направо?

– Эм, Тада-сан.

– Чего тебе? Короче. Я занят, если не заметил.

– …Тогда, простите что так прямо, но вы не заблудились?

– Я? Заблудился?

– Ну… Если нет, то я рад.

– Так и есть.

Все остановились.

Казалось, замерло само время. Идеальная неподвижность.

Нет, ничего идеального тут нет.

– Заблудился, – Тада, держа палицу на плече, отчего-то сделал недовольное лицо, – И что с того?

– …Огрызнулся… – неверяще пробормотала Шихору.

– Да нет же, – Тада раздражённо щёлкнул языком, – Я вообще ничего не грызу, с чего мне огрызаться?

– Инуй-са-ан.

Тада, судя по странной реакции, слегка повредился в рассудке. Харухиро обернулся к Иную.

– Вы знаете дорогу?

– Кхе… – Инуй поднял два пальца, –  Пути всегда два…

– …А-а, – Мэри отвела глаза и уставилась в потолок.

– У-ньё?.. – Юме сглотнула, – То есть?..

– Спросить собственное сердце… – Инуй уставился куда-то вдаль, – …Или же, спросить у ветра. Всегда и всюду, любой выбор сводится к этим двум путям… Кхе…

– О-о… – Киккава встал в триумфальную позу, – О-бал-деть! Ай да Инуй-сан, за словом в карман не лезете! Круто! Я, правда, нифига не понял! Ахаха!

– Собственное сердце, значит… – Ранта, хотя и будучи Рантой, похоже, сильно чем-то впечатлился, – Точняк. Точняк же! Именно так и никак иначе! Парупиро-о! Слушай и учись! Достал уже мямлить, вот как надо!

Спрашивая собственное сердце можно получить лишь тот ответ, который тебя устраивает, так что это попросту говоря бессмысленно. Что же до ветра, то тут, в образованном развалинами лабиринте, никакого ветра нет, да и ветру в принципе не свойственно отвечать на вопросы. В любом случае, ответ от ветра будет, скорее всего, лишь обманом слуха.

Вот только это, хотя и не звук ветра, обманом слуха тоже не является.

Клац… Клац… Клац…

Звук чего-то твёрдого, ударяющегося о нечто твёрдое.

Харухиро уже собрался выкрикнуть предупреждение, но тут источник звуков выскочил из-за угла.

– …Сектант!..

Нет, не простой сектант. На этот раз не с копьём, а со словно бы зеркальным щитом и отливающим слабо-фиолетовым светом мечом. Стук, видимо, издавали торчащие из-под нижнего края балахона ножны меча, ударяясь о завалы.

– Опять ты…

Тада замахнулся палицей, но сектант отбил щитом и сделал выпад. Тада проворно отскочил, но тут же зашатался, потеряв равновесие. Харухиро хотел броситься на помощь, но враг, прикрывшись щитом, выжидал.

– Он мой!.. – Киккава буквально бросился на сектанта, нанося рубящий вертикальный удар двумя руками.

Мечник заслонился щитом и опять сделал молниеносный выпад, точно так же как секунду назад против Тады. Киккава, вероятно предвидев это, ловко парировал своим полуторником. Раздался неприятный вибрирующий звук.

– А?!..

По всему телу Киккавы пробежала дрожь, он выронил меч. Впрочем, даже с оружием в руках он уже не смог бы защититься.

Сектант ударил ещё раз. Киккава не мог ни увернуться, ни, разумеется, парировать. Удар достиг его.

В грудь, слева.

– О-огх…

Киккава снова сотрясся и рухнул. Нагрудник его доспехов Паладина, хотя и не был пробит, сильно вмялся в месте удара.

– Ки… Киккаваааа!... – Тада, едва восстановив равновесие, снова бросился вперёд, размахивая палицей. Снова и снова, без остановки.

Сектант-мечник заслонялся щитом, готовый в любой момент вновь атаковать.

– Лучше я, пустите!.. – Кузак, выставив вперёд щит, встал между Тадой и врагом.

– Я! Я! Я! Я!.. – Ранта обходил сектанта слева, видимо, намереваясь зайти со стороны той руки, в которой враг держит щит.

Харухиро решил было обойти сектанта справа и зайти ему в тыл, но тут же  отказался от этой мысли.

– Хару!.. – он услышал возглас Мэри.

Обернуться. Сзади?

Сзади подступают ещё враги. Эти с копьями, видимо, обычные сектанты. Вот только уже не один, а двое… нет, трое?

Плохо. Совсем плохо. Четыре обычных сектанта ещё туда-сюда, но даже один мечник доставил неприятностей. А теперь, когда враги напали с двух сторон, вариант бросить Инуя с Тадой и сбежать тоже отпадает. …Стоп. Нас что, побеждают?

Харухиро на мгновение устыдился своему пораженческому настрою.

– Оом Рэль Экт Эль Кром Даш!..

В версии с изображениями тут находится картинка.

Шихору, декламируя заклинание, вычертила кончиком посоха элементальный глиф. В новоприбывших сектантов полетел сгусток чёрного тумана.

Усиленная версия Тени Сна – Теневой Морок.

Туман втянулся под балахоны сектантов, проникнув под полы, в отверстия и рукава.

Вопрос лишь, поможет ли это.

Теневой Морок, как и Тень Сна, вызывает у цели сильную сонливость, фактически, это усыпляющее заклинание. Вот только магия такого рода крайне неэффективна если противник осознаёт, что его пытаются усыпить. Цель не должна понимать, что на неё направлены чары, иначе они попросту не сработают. Эти заклинания имеет смысл применять лишь в подходящих обстоятельствах, а текущая ситуация, фактически столкновение лицом к лицу, явно подходящей не является. И Шихору не может этого не понимать. Собственно, она должна понимать это лучше всех.

И всё же Шихору без колебаний выбрала Теневой Морок. Неужели просто понадеялась на авось? Это совсем на неё непохоже.

Сектанты зашатались и один за другим попадали.

– …Отзвуки Теней сработали отлично… – Шихору почему-то опустила глаза, – …Простите!.. Я подумала, что они слабы против магии теней…

– Ты что?! Тебе не за что извиняться!.. – Харухиро невольно запнулся, – Это же здорово, Шихору! Настоящее чародейское прозрение! Ты же нас спасла!..

– …П-перестань… – Шихору съёжилась, – Просто повезло… Почти…

– Кхе… – Инуй непринуждённо поправил глазную повязку, – Хороша…

Хватит уже, даже нет, а ну перестань – Харухиро вдруг ни с того ни с сего ощутил протест. Нет, он, конечно, понимал что не имеет права взять и заявить что ни за что не отдаст драгоценную Волшебницу команды такому подозрительному проходимцу как Инуй и даже близко не намерен подпускать его к ней, но всё же допускать такое развитие событий не собирался. Но, как бы ему ни хотелось высказать своё порицание, с этим придётся подождать.

– Юме! Инуй-сан! Разделайтесь с этими, пока не проснулись!.. Тада-сан, Кузак, Ранта, мечник на вас!.. Киккава, ты цел?!..

– …В-вроде да!.. Болит адски, но это всё!..

– Отлично!..

Харухиро бросился к одному из упавших сектантов. Времени мало. Нужно убить врага как можно скорее, прямо сейчас. Сейчас или никогда.

Прорезь.

Он не раздумывая вогнал кинжал в глазную прорезь в маске сектанта. Провернул, вытащил и снова вонзил.

– Фуняа-чяа! – Юме тоже ударила другого сектанта в прорезь для глаз своим кукри.

– Кхе!.. – и Инуй тоже.

– Внимательнее! – Харухиро оседлал сектанта и ударил кинажлом ещё раз, – …Бейте, пока не затихнут!.. Убивайте наверняка!..

Четвёртый удар. Пятый.

Сектант обмяк. Непохоже, что он поднимется. Умер. Убит.

– Слушайте, – Юме взвесила в руке копьё сектанта, – А может, пустим их в дело?!..

Харухиро, убрав кинжал, кивнул и взял копьё убитого им сектанта. Инуй, криво улыбаясь, вложил меч в ножны и тоже подобрал копьё.

Кузак, Тада и Киккава не могли совладать с мечником даже втроём против одного. Меч сектанта слишком опасен. Дело плохо. И Шихору будет тяжело применить магию из-за опасности задеть своих.

Ладно, а как насчёт шестеро на одного?

Харухиро, Юме и Инуй принялись колоть копьями из-за спин остальных. При каждом парировании меч сектанта издавал всё тот же неприятный звук и посылал через копьё волну сотрясающей до мозга костей вибрации, но благодаря длине копий и блокирующим контратаки товарищам опасности практически не было.

Мечник, тем не менее, благополучно отбивался. Ему явно было что противопоставить копьям помимо щита и меча. Сектанты-мечники, видимо, превосходят обычных сектантов. Этот двигался ловко и точно, не оставляя прорех в обороне и умело действуя оружием. Кузаку, Паладину, явно далеко до него.

И всё же, враг, сражаясь один против шестерых, не мог позволить себе отвлечься, в то время как Харухиро почти ничего не угрожало. Так что он, следуя инстинкту Вора, принялся лихорадочно выискивать возможности.

Каждый может увидеть нечто вроде той тусклой линии света. Попросту говоря, это лишь вопрос вероятности. Повторить одно и то же сто, тысячу, десять тысяч раз, и кто угодно приноровится, достигнет мастерства. Достигнув таким образом успеха, ты словно видишь перед собой путь. В определённых обстоятельствах, при некоторых условиях само собой открывается нечто вроде верной, надёжной дороги. И эта дорога предстаёт в неком виде – да, например в виде линии света, один раз из сотни, тысячи или десятка тысяч попыток.

Как бы то ни было, это случайность. Вероятность.

Необходимо увеличить количество попыток, чтобы увеличить вероятность. Пусть сама эта вероятность не меняется, но чем больше попыток, тем больше среди этих попыток будет удач.

Запечатлеть в голове образ цели и не отпускать его. Упорно стремиться к ней, неотступно и настойчиво.

Тогда нечто похожее на шанс будет возникать раз в каждые несколько секунд. Остаётся лишь найти среди этих моментов истинную возможность.

Повторять это раз за разом, и даже не имея никакого особого таланта однажды удастся разглядеть ту линию. …Вот как сейчас.

Появилась.

Увидев, не колебаться. Не о чем раздумывать, нечего бояться. Нужно лишь делать. Действовать.

Харухиро повис у мечника на спине и, перехватив кинжал обратным хватом, вогнал в глазную прорезь. Тут же вырвал и отскочил.

Сектант пытался обернуться, но тут же рухнул под градом ударов Ранты, Кузака и Тады.

– У-у-хо-хо-хо!.. – Ранта воодушевлённо шагнул к мечнику, намереваясь добить.

– Отойди, обезьян. Ну… – Тада оттолкнул Ранту и взмахнул палицей, метя сектанту в голову, – Вот так!..

Череп врага раскололся.

Харухиро торопливо осмотрелся. Все сектанты мертвы, новых подкреплений пока не видно.

Сейчас мои глаза, наверное, выглядят сонными, подумал Харухиро. Как и всегда, впрочем.

Ну и пусть.

– Все справились просто отлично, молодцы! Но давайте поторопимся. Киккава, сможешь идти?

– …Просто уходим, и всё? – Киккава словно бы на пробу пошевелил левой рукой, ну, впрочем, стоять он может, значит более-менее цел, – Хм, как бы это сказать… Ну, в общем… Нет, может это просто говорит твоя осторожность, Харуччи, но тебе не кажется что не стоит так постоянно напрягаться? Где крики «ура», где радость?

– Ура.

– Это что ещё за «ура» такое?! Где чувства, где страсть?! Ты что, первый день со мной знаком, Харуччи?!

– Да потому что он такой какой есть! Унылый и смурной, вот и весь он! – Ранта вырвал меч из рук убитого сектанта, – У-хьё-хьё-хьё-хьё-хьё! Меч получен! За то, что при каждом ударе немеет тело и бьёт дрожь, нарекаю тебя Громовой Меч Долфин!.. Йе-эй! Йес, йес, йес!

В версии с изображениями тут находится картинка.

– «Громовой меч Долфин»? – Тада поправил очки указательным пальцем, – Так себе.

– …А я думаю, глупо, – пробормотала Шихору.

– Это что тут глупого, а?! Эй?! – накинулся на неё Ранта.

– Правильно же «дельфин»[5], а не «долфин», – Мэри смерила Ранту неприязненным взглядом, – Называть так меч мягко говоря странно. – А-а?! Это кто сказал что правильно «дельфин» а не «долфин»?! Я вот считаю что «долфин» звучит круто, а значит, «Громовой Меч Долфин» ещё круче! И точка!..

– Да как хочешь, идём уже.

– Ну нет, останься со мной! Парупирооо!..

– Вот ещё, я же такой унылый человек, зачем.

– Я передумал! Ты весёлый! Не уходи, поговори со мной ещё! Молю!

– Заткнись, а? «Останься», «не уходи», ты что, влюбился в меня?

– С-с чего ты взял?! Дурак что ли?!...

– О-о… – Юме ухмыльнулась, – А покраснел-то как, ой-ой-ой. Как подозрительно.

– И ничего я не покраснел! Да я вообще забрало не поднимал, откуда тебе знать!

– Просто так сказала. А зачем так сразу бурно отрицать? Всё-таки подозрительно, а?

– …Простите, – Кузак поднял забрало и взглядом указал вперёд, – Может, всё-таки пойдём?

– Кхе… – Инуй протянул Шихору руку, – Раз так, позвольте сопроводить вас…

– …Нет, спасибо, – Шихору отшатнулась и замотала головой, – …Я справлюсь. Вы ведь совсем недавно были при смерти…

Инуй рухнул и долго не желал подниматься.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11. Рондо пантеры, сятихоко и дельфина.

Тада не подавал виду, но его тяжёлое дыхание говорило само за себя. Он с трудом держится.

Инуй же брёл, опираясь на позаимствованный у Шихору посох. Поначалу он просил её подставить ему плечо или взять его за руку, та наотрез отказывалась. Инуй тем не менее не унимался, и наконец Шихору уступила. Впрочем, его жалобы, скорее всего, были лживы лишь наполовину. Ему тоже пришлось тяжело.

Киккава переодически покряхтывал и потирал рёбра. Видимо, при движении ушиб временами давал о себе знать.

Они продолжали блуждать по лабиринту завалов. Поначалу попробовали вернуться туда, откуда вошли, но выяснилось что совершенно потеряли обратный путь.

– …Ну почему с нами нет Анны-сан… – проныл Киккава, – Её рисунки нам бы сейчас в самый раз. Сразу бы нашли выход…

– Это те-то карты?.. – машинально переспросил Харухиро.

– Их просто надо уметь читать, – настаивал Киккава, – Просто надо привыкнуть, и тогда начнёшь понимать. Ну, правда, мы всё равно временами ошибались, ну и что. Всё равно неплохо получалось.

– Хватит, Киккава, – фыркнул Тада, – Мы понимаем величие Анны-сан, и этого достаточно.

– Верно, верно. Храните это знание промеж себя, – инертно проговорил Ранта.

Все вымотались. И душой и телом.

Харухиро остановился и уставился в потолок.

– …Точно.

– Э? Что?.. – Кузак тоже посмотрел вверх.

– Ждите здесь, – Харухиро, не дожидаясь ответа спутников, принялся взбираться по образованной обломками стене.

Потолок вовсе не представлял из себя монолитную плиту. Повсюду зияли прорехи, в самые крупные вполне можно было пролезть.

Подъём не представлял особых трудностей – в завале нашлось множество выступов, за которые можно ухватиться рукой, или впадин, куда можно поставить ногу. Но стена также выглядела готовой обвалиться при первом же неаккуратном движении, и Харухиро осторожничал.

Протиснуться через щель и взбираться. Взбираться. Не смотреть вниз, лишь стремиться вверх.

Выбрался.

Теперь он над потолком.

Опасаясь потерять равновесие на наклонной поверхности, Харухиро принялся осматриваться сидя на корточках.

– …Так, мы вошли… Где? У-у. Поди тут разбери…

Он надеялся, что взглянув сверху сможет определить их местоположение и, вернувшись, указать верное направление, но обнаружил лишь, что совершенно потерялся среди развалин.

– …Бесполезно.

Так, стоп, не отчаиваться. Неприятности не начались с этой неудачи. Они преследовали нас с самого начала. Сейчас мы на самом дне, а значит, остаётся лишь путь наверх.

– Пессимизм ни к чему не приведёт, так я буду лишь топтаться на месте…

– Харухиро-о-о!.. – донёсся до него голос Ранты.

– Да, да… – он вздохнул и закричал в ответ: – Сейчас, я спускаюсь!..

– Нашёл что-нибудь?!..

– Нашёл, что мы с концами потерялись… – пробормотал Харухиро, и полез вниз.

Он и сам не понял, почему вдруг передумал.

Просто что-то привлекло его внимание. Но что?..

Харухиро встал во весь рост.

– О… О-о…

Он покачнулся на зыбкой куче обломков, отчаянно желая чтобы нашлось что-то, за что можно ухватиться или на что можно опереться. Осмотревшись, он обнаружил поблизости открытое место, нечто вроде образовавшейся в завалах чуть наклонённой неглубокой чаши.

Она совсем рядом, но придётся перепрыгнуть расщелину примерно в метр шириной. Харухиро, вовсе не чувствовал той уверенности, какую желал бы в себе ощущать, но всё же прыгнул. В конце концов, расстояние совсем небольшое. Он благополучно приземлился в чаше.

Так в чём же дело? Что привлекло его внимание? Какой-то звук?

Или это его глаза заметили что-то, что не успел осознать разум?..

– Э-э-э-э-э-э-й!... Харухиро-о! Да чтоб тебя!.. – снова заорал Ранта. Харухиро хотел прикрикнуть в ответ, чтобы тот заткнулся, но передумал.

– А…

Неблизко.

В отдалении.

Так далеко, что кажутся размером с горошину.

Расстояние, наверное, превышает сотню метров.

Направление неизвестно. Харухиро не знал в какой стороне тут север, юг, запад и восток, так что мог ориентироваться лишь относительно себя. Слева. Гора обломков, образовавшая нечто вроде башни.

Примерно на середине склона этой горы.

Что-то движется. На таком расстоянии не рассмотреть, что именно. Но на фоне белых обломков движутся тёмные точки.

Первая, вторая, третья.

Три точки.

Трое.

Трое, как Токимунэ, Анна-сан и Миморин.

Харухиро поднёс ко рту сложенные рупором ладони, но тут же одёрнул себя. …Опасно? Наверняка. Среди этих завалов, вероятно, блуждают ещё сектанты, и его оклик может привлечь их.

Харухиро наклонился  к расщелине.

– Я, кажется, заметил их. Группу Токимунэ. Правда, они далеко, я не уверен…

– Что-о-о-о-о?!...

Так, что дальше.

Можно попытаться добраться до башни из обломков понизу, но блуждая в том лабиринте они рискуют заблудиться снова. С другой стороны, Харухиро взобрался наверх сравнительно легко, но вот обременённым тяжёлым снаряжением Кузаку или Киккаве повторить его путь не так-то просто. И даже если всё-таки они все поднимутся наверх, это не гарантирует что они отыщут путь к башне. Прямой дороги нет, повсюду провалы и трещины.

И всё же, остаётся лишь попытаться. Первыми наверх кое-как взобрались девушки, за ними следом Инуй, Тада, Кузак и наконец Ранта.

Задача оказалась даже тяжелее, чем ожидал Харухиро, но всё-таки все поднялись.

На башне действительно кто-то был. Зоркая Юме подтвердила, что видит там три человеческие фигуры. Расстояние она оценила скорее даже не в сто, а в двести метров.

Харухиро шёл первым, он продвигался не спеша, тщательно выбирая, куда поставить ногу. Его маршрут часто отклонялся от прямого пути к цели – он предпочитал выбирать пусть и извилистую, но более простую дорогу. Не все спутники могут преодолевать завалы с такой же лёгкостью, как он.

Иногда неудачный выбор маршрута приводил к тому, что приходилось тратить пять, а то и десять минут на преодоление каких-то десяти метров. Харухиро сохранял присутствие духа, но его спутники начали выказывать беспокойство и раздражительность. А, понятно. Харухиро концентрируется на том, чтобы выбрать маршрут, он занят лишь этим, а все остальные просто следуют за ним. Любому в голову полезут ненужные мысли, если разум нечем занять.

Харухиро вытянул вперёд правую ногу, и на пробу пихнул очередной булыжник. Держится? Нет, шатается. Он попробовал другой, левее. А вот этот, похоже, лежит прочно.

– Ранта.

– А? Чего тебе?

– Где твой Изменник?

– Выкинул. Не нужен. Теперь у меня есть Громовой Меч Долфин, зачем таскать лишний груз?

– Транжира, – бросила Юме. У Харухиро не было времени оглянуться на неё, но он не сомневался что та неодобрительно надулась.

– А по-моему, клёво, – высказался Киккава, – Так по-Рантовски. Крутя-як.

– Только ты меня понимаешь, Киккава. Вот он, единственный из вас, видящий перед собой верный идеал в моём лице.

– …Давно ты стал его идеалом?.. – пробормотала Шихору.

– Только что? – как ни в чём не бывало отозвался Ранта.

– Остаётся лишь позавидовать, – в холодном тоне Мэри не чувствовалось ни капли зависти.

– Это немного слишком… – отсутствующе произнёс Кузак.

– Неужели? – неприязненно поинтересовалась Мэри.

– Там Анна-сан, – внезапно объявил Тада, – Это Анна-сан, Токимунэ и Мимори. Я уверен. Сомнений быть не может.

– Да… – подтвердил Инуй, – Точно… Кхе…

Хорошо, если так.

Вот только сейчас лучше сосредоточиться на том, чтобы до них добраться, а не терять концентрацию, поддавшись сиюминутным восторгам. Обрадоваться можно будет потом.

– Харухиро, – внезапно окликнул Тада.

От неожиданности Харухиро чуть не оступился. Он собрался было вспылить, но в последний момент сдержался.

– Что?

– А ты на удивление неплохой предводитель.

– …Вы преувеличиваете.

– Ты как божья коровка, неприметный. Не такой, как Токимунэ.

– Вот именно.

Харухиро на самом деле слабо понял, о чём речь. Как это – «неприметный, как божья коровка»? Что Тада имел в виду? Ну, это же Тада. Ничего удивительного.

Сама по себе оценка не казалась плохой. Но мысль о том, что за его действиями наблюдают, что его оценивают, породила у Харухиро сильное чувство дискомфорта.

Да, конечно, ему хочется сделать ради друзей и спутников всё, что в его силах. Но при этом Харухиро совершенно не желает как-то выделяться. Он наконец начал понимать. Нет ничего плохого в том, чтобы быть неприметным. Это замечательно. Лучше всего. Он предпочёл бы всегда таким и оставаться.

Харухиро сморгнул своими не слипающимися, но выглядящими готовыми закрыться глазами и продолжил выискивать удобный маршрут к башне.

До сих пор ещё очень далеко, мы почти не приблизились, – промелькнуло у него в голове. Заурядная мыслишка заурядного человека.

Но он не останавливался. Не сдавался. Нужно всего лишь немного упорства, и тогда по шагу, ну, может даже по полшага, но они доберутся к цели. Пусть даже иногда приходится пятиться назад.

Спокойно и твёрдо.

– Они машут, – сказала вдруг Юме, и замахала обеими руками в ответ, – Кажется, с ними всё хорошо.

Харухиро, снова вглядевшись, тоже различил три машущие фигурки. То есть нет, машут лишь двое. Токимунэ и Анна-сан. Миморин  же сидит и не двигается. Тада говорил, что у неё ранены ноги. Но, видимо, не очень сильно, раз уж она смогла взобраться на эту башню из обломков.

Мы уже рядом.

Мы сейчас.

Ну, то есть, нам ещё довольно долго идти. В общем, мы уже скоро.

Ещё каких-то пятьдесят метров.

– Тада!... Инуй!.. Киккава!.. – закричала Анна-сан, вероятно больше не в силах ждать. Она поднялась на цыпочки, вытянулась во весь свой крошечный рост вверх.

Тада, придерживая очки пальцем левой руки, молча поднял палицу над головой.

– Кхе… – Инуй… он что, прослезился?..

Киккава хлопнул Ранту по плечу. Он, казалось, тоже вот-вот разрыдается.

– Вы… – Токимунэ развёл руки в стороны, – Вива Токкиз!..

– …Это ещё что, – пробормотал Кузак.

– Т?.. – задумчиво спросила Мэри.

– А-а… – протянула Шихору,  – «Т» от Токкиз…

– Хо-о, – Юме восхищённо закивала и обернулась к Таде с Инуем, – Вон оно что. Это, как его, типа особая поза команды, да?

Тада помотал головой.

– Лично я впервые вижу.

– И я тоже… Кхе…

– А, так вот оно что. А я-то совсем о другом подумал. Т от Токкиз, вот значит как!

А о чём тогда подумал Киккава? Впрочем, какая разница. Да. Не имеет значения.

Миморин всё так же сидела, но чуть приподняла руку. Расстояние ещё не позволяло различить её лицо, но Харухиро чувствовал направленный на него пристальный взгляд.

Он тоже поднял правую руку в ответном жесте.

Неужели обычно бесстрастная Миморин сейчас улыбнулась? Может быть. Хотя, неважно. Да. Мне всё равно.

И вообще мы уже почти пришли.

Харухиро измерил взглядом очередную трещину, чуть шире обычного.

– …А

И обнаружил, что оттуда на него смотрят в ответ.

Голова, похожая на львиную. Белый. Одноглазый. Тело напоминает статую, но единственный глаз пылает живой яростью.

И это существо смотрит из щели вверх на Харухиро.

Так вот они какие.

– Белый гига…

Харухиро отскочил – рука гиганта чуть не достала его. Едва успел.

– О-о-о-о-о?!.. – заорал Ранта.

Киккава вскрикнул, девушки, вроде бы, тоже.

Рука белого гиганта вырвалась из расщелины, потолок вокруг места удара начал обваливаться.

– Н-назад! Отходите!.. – скомандовал Харухиро, пятясь и сам.

Дело плохо. Мягко говоря, совсем плохо.

Путь сюда был тяжёл, и требовал внимательности  и осторожности. И точно такая же осторожность потребуется и для того, чтобы вернуться. Но сейчас все слишком взволнованы и перепуганы, чтобы смотреть куда ставят ногу.

– Хеа-а-а-а-а-а…

Кто это? Киккава? Похоже. Киккавы нет. Он провалился куда-то в расщелину.

– Уня-а-а?! – Юме тоже провалилась вниз, но в последний момент успела ухватиться за край.

– Кхе… – Инуй попытался вытащить её обратно, Ранта и Мэри с Шихору тоже бросились на помощь.

– Киккава! Нет!.. – Тада подбежал к расщелине и спрыгнул вниз.

– Харухиро?!.. – Кузак развернулся к нему.

Токимунэ, Анна-сан и Миморин, видимо догадавшись, что происходит что-то плохое, начали пробираться к ним.

Да что же это. Одно мгновение. Всего одно, и всё пошло наперекосяк. Несправедливо. Мы так старались, мы так далеко зашли, и всё пошло прахом. Это просто несправедливо.

Да, я знаю. Такова жизнь. Ты собираешь камушки, складываешь их, и уже думаешь что собралась приличная гора, но тут по первому же капризу случая всё разваливается у тебя на глазах.

Но всё же, не ныть.

Времени нет. Нужно решать.

Но в случае ошибки… Нет, нельзя позволять себе думать об ошибках.

– Ранта, вниз! И вы, Инуй-сан! Помогите Киккаве и Таде-сану! Мы нападём сверху!..

– Какое ещё нападёте, ты!..

– Струсил, Ранта?!..

– Не мели чушь! Кто тут струсил! А ну!..

Простодушие Ранты никогда не подводит. Они с Инуем тут же начали спуск.

Наверху торчит только пробившая завалы рука гиганта. Нападение сверху? Удастся ли?

Юме уже вытащили из трещины. Группе Токимунэ, похоже, потребуется время чтобы добраться сюда.

– Будьте осторожнее!.. – прокричал им Харухиро, и перепрыгнув с одной кучи обломков на другую, зашёл врагу за спину, – Шихору! Попробуй магию теней!..

– …Да! Оом Рэль Экт Эль Уэль Даш!..

Три напоминающих чёрные водоросли теневых элементаля метнулись вперёд, метя в руку гиганта. Отзвуки Теней. Попали, все три. На мгновение показалось, что рука замерла, но на этом, похоже, и всё.

– …Похоже, бесполезно!..

– Ф-фа!.. – Юме спустила тетиву, стрела отскочила от каменного тела, – Твёрдый! Никак!..

Глаз. Единственный глаз. Его, наверное, удастся поразить кинжалом. Но, глаз…

Получится ли?

– О-о!...

Только так. Иного пути нет.

Харухиро бросился на торчащую из завалов руку. Действительно, твёрдая. И холодная, как камень. Неповоротливая. С руки, к плечу. А потом к голове.

– Взбесился что ли?! – донёсся вопль Ранты.

Да уж.

Харухиро обогнул голову и вбил кинжал в единственный глаз. …Плохо дело.

Монстр разъярился.

Спрыгнуть? Но рост врага выше трёх метров, может, все четыре. Возможно, падение с такой высоты и не смертельно, но есть риск получить перелом.

Враг зашатался, раззявив рот издал гулкий грохочущий вопль, и врезался головой в ближайшую груду камней. Харухиро едва успел спастись, соскочив с головы гиганта на спину.

Тот, тем временем, и не думал затихать.

Не переставая вопить, гигант молотил по завалам, разбрасывая во все стороны камни. Харухиро держался из последних сил. Что будет, если враг всё же сбросит его? Смерть? Наверное. Выжить в таком случае удастся лишь по какому-нибудь невероятному везению.

– Ку, а-а-а-а-а-а-а!..

Краем глаза Харухиро заметил, как к гиганту бросается Ранта. В следующее мгновение по каменной туше пробежала дрожь, и монстр, пусть и на долю секунды, но застыл. Неужели?.. Громовой меч Долфин. Ранта ударил этим мечом?

– !..

Харухиро, не задумываясь, спрыгнул со спины гиганта. Тот уже снова пришёл в движение, но лучшего шанса могло больше не представиться.

Он постарался сгруппироваться в падении, но всё же сильно ушиб левую руку, ягодицы и сильно приложился спиной обо что-то жёсткое. Харухиро изо всех сил сдержал крик боли – гигант совсем рядом – и перекатился в сторону. Прочь. Как можно дальше, неважно как. Лишь бы подальше от этого чудовища.

Спрятавшись наконец позади крупной горы обломков, он обнаружил что почти не может пошевелить левой рукой.

Что со спиной и задом, он, разумеется, не видел. Болит, и, похоже, кровоточит. Тем не менее, всё кроме левой руки, в основном, просто болит. Но вот рука… Возможно, трещина или даже перелом.

Гигант всё так же слепо крушит всё вокруг.

А что Ранта? Тада? Инуй?

Во всяком случае, они хотя бы не пытаются сражаться с гигантом.

– Хару-ку-у-ун!.. – донёсся до него голос Юме.

Сверху.

Он позволил себе потратить пару мгновений на размышления.

– Что с группой Токимунэ?!..

– Хару-кун?!.. Э-э, ну, ещё не добрались!..

– А остальные?!

– Всё хорошо!..

– Уходим!.. Подальше от гиганта!.. Вместе соберёмся после!.. Ранта! Тада-сан, Киккава, Инуй-сан?!.. Вы слышите?!..

– О-о!.. – тут же послышался откуда-то голос Ранты.

– Ага!.. – Киккава, судя по голосу, сохранил какую-то часть бодрости.

– …Кое-как… – донёсся немного запоздалый ответ Тады.

Инуй не отозвался. Нет времени его искать. …Простите, Инуй-сан.

– Юме!.. Идите в сторону Токимунэ, соберитесь вместе и ждите нас!.. Ранта! Тада-сан, Киккава… Инуй-сан, вы тоже! Идите за мной, на голос!..

Направление, в котором нужно идти навстречу Токимунэ, известно. Придётся как-то проскочить мимо гиганта, но иного пути нет.

Левая рука шевелится в плече, но локоть не сгибается. И болит, само собой. Зад и спина тоже. Впрочем, терпеть можно.

– Вперёд!.. – выкрикнул Харухиро и выпрыгнул из укрытия.

Он постарался улучить момент, когда гигант будет повёрнут к нему спиной. Но когда Харухиро был уже совсем рядом, враг вдруг начал быстро разворачиваться. Останавливаться или поворачивать назад нельзя, оставалось лишь попытаться проскочить. Харухиро едва увернулся правой ступни, проскочил мимо гиганта и осмотрелся. Ранта здесь. Киккава тоже. А Тада? Инуй?..

Гигант опять взревел.

Нет времени искать их. Сейчас опасность нависла именно над Харухиро. Несмотря на раненый глаз враг то ли видит его, то ли ещё как-то чувствует его присутствие. Он вот-вот настигнет!..

– Как!..

Для своих размеров, почти вдвое выше человека, гигант на удивление проворен. Он, похоже, бегает даже чуть быстрее человека. А Харухиро ещё и ранен.

Он попытался забежать за завал, но гигант протаранил препятствие на бегу.

– А!..

Во все стороны полетело каменное крошево. Харухиро спасался, гигант, круша всё на своём пути, догонял.

– О-он, обиделся, я-явно!..

Грохочущий вопль.

– Чёрт, чёрт, чёрт!..

Может, лучше умереть?

Правда же?

Просто умереть?

Харухиро не сдался.

Он по-прежнему бежал к той башне из обломков, на которой видел Токимунэ. Наверное, лучше сменить направление? Отманить монстра подальше, а потом… Если получится, друзья, может, сумеют спастись.

Может, ему и конец, но хотя бы это он сможет сделать.

Верно. Рано умирать. Сначала нужно отвлечь гиганта от друзей. Смерти придётся подождать ещё немного.

За дело.

Решимость придала сил.

– Эй ты, сюда!..

Харухиро завернул вправо. И тут.

– О-о-о-о-ке-е-е-е-ей!..

Что.

Харухиро невольно остановился и обернулся.

Падает, сверху. Видимо, через расщелину в потолке. Притом, что потолок довольно высок, и даже голову  четырёхметрового гиганта отделяет от свода примерно два метра. И он падает с такой высоты. Или нет, точнее, он метит в гиганта.

В голову монстра со звоном ударил меч.

Гигант пошатнулся. Трудно сказать, насколько сильный урон ему нанесён, но удар явно не пошёл бесследно.

После чего, он прыгнул гиганту на плечо и с силой ударил щитом в висок.

Бом-м-м-м-м-м-м.

Вдобавок, и мечом он тоже. Не рубящий удар, а плашмя.

Бам-м-м-м-м.

И наконец, с ловкостью скачущего по утёсам оленя, он соскочил на руку гиганта, потом на колено и наконец спрыгнул на землю.

– Ва-хха-ха! Токимунэ-сан снова деле!.. – Токимунэ с громким звоном ударил мечом по щиту, – Сюда, здоровяк!.. Я из тебя отбивную сделаю!..

– …Вы что, шутите? – невольно обронил Харухиро.

– Харухиро!

– Д-да!

– Сейчас тебе явится чудо! Расковыряй зёнки и смотри внимательно!..

– Но ведь я тогда вообще ничего не увижу…

– Ну что за зануда!..

Разве? А может, это всё же Токимунэ не привык думать что делает и говорит? Спасибо ему за спасение, конечно, но это был безрассудныый поступок.

Гигант снова взревел, нагнулся и ударил кулаком, метя в Токимунэ. Хук правой.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Та-да-да-дам-м-м!

Токимунэ… не уворачивался. Нет, но ведь, он что?..

Щит. Токимунэ, судя по всему, собрался принять удар на щит. …Нет. Невозможно. Он спятил. Точно спятил.

Дон-н-н-н-н.

Раздался оглушительный звон. Харухиро был готов увидеть, как удар попросту смахивает Токимунэ прочь, но тот устоял. Кулак гиганта оттолкнул его где-то на метр, но на этом всё.

– Йе-й!.. Оп!

Не успел гиганта убрать руку, как Токимунэ запрыгнул на неё и побежал вверх. Что это за акробатика? Он чем вообще думает? В мгновение ока взлетев к плечу, Токимунэ снова ударил монстра в висок щитом и мечом.

Бом-м-м-м-м-м-м!.. Бам-м-м-м-м!..

Гигант лишь едва заметно пошатнулся, и тут же попытался поймать Токимунэ обеими руками. Слишком медленно. Тот ловко спрыгнул и принялся лупить его мечом по левому колену.

– Ора-ора-ора-ора! Ора! Ораораораораора!

Гигант взмахнул правой рукой сверху вниз, пытаясь раздавить человека. Казалось, удар превратит Токимунэ в лепёшку, но тот, коротко хохотнув, отскочил в сторону.

Зачем-то обратным сальто.

– …Но это же совсем не нужно.

– Нужно!.. – Токимунэ снова бросился к гиганту, его щит и меч запорхали, нанося удар за ударом, – Потому что круто!.. Крутизна синоним силы!..

– Опять за своё… Токимунэ, эй!

Тада. Явился Тада. Несмотря на кровь, сочащуюся из множества ран, он всё же прибежал на помощь, таща на плече свою палицу.

– Я силён и не выделываясь как ты!.. Взрывное Сальто-о!..

Этот приём. Кувырок вперёд с разбегу, и удар взятым двуручным хватом оружием по врагу. Это не техника самообороны Жрецов. Это приём Воинов для боя с тяжёлым оружием.

С оглушительным грохотом палица Тады врезалась в левое колено гиганта.

Колено подломилось, во все стороны полетели белые осколки.

Тада попытался обратным кувырком отскочить, но упал на бок.

– …У… Крови… много потерял…

– Ува-хахаха! До меня тебе далековато, Тада! – воспользовавшись замешательством гиганта, Тада принялся колотить его по рукам щитом и мечом, – Но вот сейчас ты неплохо провернул! Он охромел!..

И правда, гигант ощутимо подволакивает левую ногу. Удар Тады сработал прекрасно.

– Охренеть!... Охренеть, охренеть, мы же его сейчас завалим!.. – явился не умеющий затыкаться. Ранта. – Эй, а я, как же я, а можно я тоже!?..

Нет, не суйся, ты – впрочем, Ранта всё равно не послушает.

– Ийя-хой!.. И я тоже поучаствую!.. – и Киккава туда же.

– Хару!..

– Хару-кун!..

– …Харухиро-кун!..

– Харухиро?!..

А-а, они все что ли решили спуститься.

Получится ли у нас? Как знать. И как же плохо. Рука болит, зад болит, спина болит. Мы должны одолеть его. Но даже теперь, когда этот монстр уже не может перемещаться с той же скоростью, сможем ли мы победить? Вряд ли это так уж просто.

Гигант попеременно бъёт Токимунэ то слева, то справа. Тот ловко уворачивается и контратакует, но, похоже, урона не наносит.

Тада сидит на земле. Видимо, на какое-то время он выведен из строя.

Ранта и Киккава, судя по всему, собрались обойти гиганта сзади.

Юме, Шихору, Мэри и Кузак пробираются к Харухиро.

Рука болит всё сильнее. Ещё немного, и сознание поплывёт. Прити в себя. Так. Что? Нужно о чём-то подумать. Ах, да. Подкрепления. Враги. Сектанты могут вернуться. Сейчас, впрочем, их рядом нет – наверное. Далее, одолеть. Этого гиганта. Но как? Палица Тады. Кожа гиганта. Это ведь кожа, да? Твёрдая. Но дробящее оружие работает. Однако, вряд ли Тада сможет повторить тот приём. Саппа тоже дробящее оружие, но маловероятно, что с её помощью удастся нанести достаточно мощный удар. Точнее, это просто невозможно. Так же и с посохом Мэри. Тогда, остаётся магия? Сектанты слабы против магии теней. А что насчёт гигантов?

Теневые Путы. Достаточно сильный враг может попросту вырваться из них. Бесполезно.

Теневая Смута. Даже если удастся помрачить разум гиганта, это будет всё равно что ввести его в боевое безумие. Тоже нет.

Усыпить Тенью Сна? Но первая же атака снова его разбудит. Бессмысленно.

Отзвуки Теней, похоже, действуют на гиганта слабо.

– …Что делать, – пробормотал Харухиро, оглядываясь. Он посмотрел наверх. Где, интересно, Анна-сан и Миморин? А Инуй, похоже, не последовал за всеми. Итак, как поступить.

– Кузак, замкнёшь окружение. Слишком близко не подходи. Юме и Мэри, защищаете Шихору. Шихору, ударишь магией. Попробуй Грозу.

– …Да! – Шихору тут же развернулась к гиганту, – …Внимание! В сторону от него!

Токимунэ, Ранта и Кузак отскочили назад.

– Джес Иин Сарк Карт Фрам Дарт!.. – продекламировала Шихору, вычерчивая элементальный глиф навершием посоха.

По такой большой мишени трудно промахнуться. Все разряды до единого поразили цель. Раздался оглушительный грохот, и гигант… Нет. Всё его грузное тело сотрясла дрожь, там и сям поднимаются струйки дыма, но он как ни в чём не бывало развернулся сюда… точнее, к Шихору. О нет.

Он нападает.

– Разбежался! – Ранта ткнул Громовым Мечом Долфином гиганта в правую ногу, – Эй!..

Гигант содрогнулся. Никакого другого эффекта удар вроде бы не произвёл, но монстр почему-то взревел и, вытянув обе руки, попытался схватить Ранту.

Тот, обронив невнятный возглас, отмахнулся мечом. Остриё задело средний палец правой руки гиганта.

Гигант снова содрогнулся.

Ранта тем временем отскочил, а на гиганта набросились Токимунэ с Киккавой, а вслед за ними и Кузак. Они принялись колотить монстра щитами и мечами по ногам и по чему попало, но ни одна их атака не могла сравниться в эффективности с приёмом Тады.

Великан принялся размахивать руками, Токимунэ, Кузаку и Киккаве оставалось лишь пригибаться и уклоняться. Если так пойдёт и дальше, сможем ли мы вообще победить?..

– Харухиро!.. – заорал Токимунэ, уворачиваясь от очередного хука, – Смотри и учись! Я посвящу тебя в секрет, как одолеть такого врага!

– Какой секрет?!..

– Концентрированная атака!

– …Простите?

– Бить всем вместе! Пятеро, впятером! Если десятеро, вдесятером! Одновременно!.. В этом секрет!..

– …Ясно.

Глупо было на что-то рассчитывать.

Концентрированная атака. Бить всем вместе. Да кто угодно догадается. Это же естественно.

Вопрос в том, куда направить эту концентрированную атаку.

Как вообще это сделать.

Бить всем вместе.

…Всем вместе.

– Миморин!.. Давай же, ещё чьють-чьють!.. – донёсся голос.

Этот голос. Этот стиль речи. Анна-сан.

Харухиро посмотрел вверх. Миморин застряла наверху, в трещине потолка. То есть нет, она наверное просто спускается, только вот грудь создаёт ей определённые проблемы. Но нет, всё же протиснулась.

Точнее, провалилась.

– М-кя!

Миморин плюхнулась задом на землю, и издала неожиданно миленький вскрик.

– …Н-н…

Ей явно больно.

– М-М-Миморин?!

Анна-сан собралась пролезть в ту же щель. Размер её груди тоже впечатляет, но сама она намного миниатюрнее Миморин, так что вряд ли застрянет.

– А ю о-рай?!.. В порьядке, да?!

– …В порядке.

Миморин, опираясь на посох, поднялась и вытащила из ножен меч. …Да.

Сейчас она Волшебница, но когда-то была Воином, и в дополнение к посоху всегда носит с собой меч.

В левой руке посох, в правой меч. Что она собралась делать?

Миморин зашарила глазами по сторонам и, кажется, что-то нашла. Она направилась в выбранном направлении – шатающейся походкой, возможно, из-за раненых ног, а возможно, из-за ушибленного зада.

– …Опасно же.

Миморин собирается напасть на гиганта. Видимо, принять участие в этой «концентрированной атаке». Да что со всеми этими Токкиз? …”Атаковать всем вместе”.

Никаких планов, никакого расчёта. Сражаться так значит совершать самоубийственную глупость.

Для начала, зачем вообще сражаться? Можно просто сбежать, пока гигант не оправился. Этого достаточно. Совершенно необязательно его побеждать.

– Ранта!.. Работай своим хвалёным громовым мечом! Бей его по ногам! Остальные, цельтесь в глаз! Он всё ещё видит!.. Как только ослепим, бежим!.. Ранта, нытьё потом, сначала дело! Давай!..

– Бедняга Паропиру, как же тебе непросто!.. – Ранта рубанул гиганта по левой ступне, – Так уж и быть, можешь потом поныть!.. Скажи спасибо!..

Сдохни.

…Благодарить это уж точно никогда в жизни, но если всё получится, пожалуй, можно будет его похвалить.

– На! На! На! На! На-а-а!

Ранта замахал мечом. Каждый раз, как Долфин ударял гиганта по ноге, тот содрогался всем телом. Судорога длилась всего миг, но Ранта рубил без передышки. Казалось, гигант бьётся в конвульсиях. Он полностью парализован.

– Фуна-а, – Юме спустила тетиву своего композитного лука.

И тут же наложила стрелу на тетиву снова. Выстрел. Выстрел. Выстрел. Выстрел.

Приём Охотников – Беглая Стрельба. Юме ещё не очень хорошо его освоила, так что стрелы либо улетали куда-то совсем не туда, либо не долетали до цели, но всё же две из пяти попали прямо в глаз гиганту. Скорее всего, благодарить за это нужно везение а не мастерство, но всё же замечательный результат.

– Харухиро-о!.. – Токимунэ полез вверх по телу гиганта, – Ещё один урок!.. Моя смертельная техника! «Порхать как пантера, жалить как сятихоко!»

Кажется, он в чём-то сильно напутал.

Вроде ведь правильно «Порхать как бабочка, жалить как пчела».

Но как бы то ни было, поправлять тоже как-то неловко… да ведь?

В общем, Токимунэ не пытался порхать ни как бабочка, ни как пантера. Не пытался он также и жалить ни как сятихоко, ни как пчела.

Он просто вскарабкался гиганту на плечо и принялся колоть мечом в единственный глаз.

– И я! И я! И я тоже!.. – Киккава тоже начал  взбираться по гиганту.

Кузак замотал головой, словно говоря – я ни за что не смогу. Впрочем, ему и необязательно. Харухиро, конечно, сам приказал всем атаковать глаз гиганта, но, похоже, достаточно одного Токимунэ. И, разумеется, раненой Миморин лучше вообще не участвовать.

Харухиро подбежал к ней и легко хлопнул по спине.

– Достаточно! Назад, Миморин!..

– …Э, – Миморин опустила взгляд на Харухиро и кивнула, – М-м.

Харухиро замахал правой рукой и закричал во весь голос:

– Отходим!.. Отходим!.. Токимунэ-сан, спускайтесь! Ты тоже, Киккава!..

– У-а-а-а-а-а-а-а!.. – всё это время сидевший на корточках Тада вдруг бросился на гиганта.

Нет, всё, хватит… Но прежде чем Харухиро успел остановить его, Тада сделал сальто вперёд и ударил палицей в правое колено гиганта.

– Взрывное Сальто-о-о-о-о-о!!

Правое колено гиганта подломилось.

Тада, шатаясь, попятился и осел на землю.

– … Видали. Вот кто тут силён… Ха-ха…

Да это вообще было ненужно.

– А-а-а-а… – Ранта отступил на два шага, три, и опёрся на меч, – …У… стал… Чёрт…

Время вышло.

Гигант сейчас снова сможет двигаться.

Киккава, так и не успевший взобраться на гиганта, спрыгнул и подставил Таде плечо.

– Тадаччи! Идти можешь?!..

– Само собой! Ты за кого меня держишь!..

Токимунэ спорхнул на землю.

– Анна-сан! Бежим отсюда! Дорогу знаете, да?!..

– Не знаю, так узнаю, поньятно?!.. – Анна-сан по-прежнему карабкалась вниз по завалам, но наконец спрыгнула, – Анна-сан вас вывьедет! За мной!..

Не самый обнадёживающий ответ. Но сам Харухиро точно не найдёт дорогу назад. Видимо, придётся положиться на Анну-сан.

– Ранта-кун! – Кузак потащил Ранту за собой.

Гигант опять взревел. Он, вероятно, снова собирался начать крушить всё вокруг, но не устоял на ногах. Второе Взрывное Сальто, видимо, сильно повредило ему колено.

Харухиро торопливо нашёл взглядом Юме, Шихору и Мэри.

– За Анной-сан!..

Все трое дружно кивнули.

Анна-сан с Токимунэ двигались впереди, за ними следом Юме, Шихору, Мэри, далее Кузак с Рантой, Киккава с Тадой и наконец Харухиро и Миморин. Быстрого отхода не получилось. Ранта ещё туда-сюда, но Тада с Миморин бежать не в состоянии. Даже шаг давался им с трудом.

Миморин убрала меч в ножны и ковыляла, опираясь на посох. Харухиро заметил, что она прихрамывает на левую ногу. Её раны кровоточили.

Если ей тяжело опираться на левую ногу, значит, можно немного помочь если поддержать правой рукой слева. К счастью, правая рука у Харухиро в порядке. От левой, раненой, было бы мало проку, а так от него может быть какая-то польза.

Не мешкая, он обхватил Миморин правой рукой, подперев с левого бока собственным телом.

– Держись

Миморин не ответила. Харухиро заметил, как она закусила губу. Казалось, она с трудом сдеживает слёзы.

Гигант остался позади, он грузно ворочался среди обломков и бросал камни вслед отступающим. Пускай себе, не гонится и хорошо.

…Не по себе.

Они с Токкиз вместе разведывали новый туннель, вместе открыли Даскрэлм – впрочем, Токкиз обманули команду Харухиро и отправились исследовать новый мир без них, но всё же Харухиро испытывал к ним некоторое чувство товарищества, и по просьбе Киккавы повёл свою команду им на выручку. Это попросту взаимопомощь – направленная не на кого-то конкретного, а на всех Токкиз. Разумеется, включая Миморин. Не больше и не меньше, и сейчас он поддерживает её тоже исключительно из этих соображений. Было бы неплохо внести ясность, и объяснить отсутствие скрытых мотивов своего поступка, но уместно ли сейчас заводить об этом разговор?..

– Э… Миморин. Ну… И-Инуй-сан, он не с нами. Правда, я не знаю что с ним…

– А-а.

– …Может, с ним всё хорошо. Ну, то есть, вряд ли, но….

– Он в порядке.

– Э?

– Мне так кажется.

– П-правда?..

– Он живучий, Инуй, – к Миморин вернулась её обычная бесстрастность, – Как таракан.

– …О.

– Вот только он совсем не такой миленький, как таракан.

Но ведь тараканы ничуть не миленькие…

Что ни говори, но образ мыслей Миморин и Харухиро явно совсем разный. Они словно говорят на разных языках. Впрочем, неважно. Харухиро необязательно её понимать. Да он и не особо стремится её понять.

Неважно. Глупости.

Первым делом нужно выбраться из этих развалин. А после, вообще из Даскрэлма. Снова оказавшись под защитой бога света Люмиариса, они смогут вылечить раны магией. И наконец, вернутся на передовой аванпост.

А всё остальное не имеет значения.

– …Май га!.. – на очередном перекрёстке Анна-сан вдруг встала как вкопанная.

Всем остальным тоже пришлось остановиться.

– Эй-эй-эй-эй, Анна-сан!.. – заорал Ранта, брызжа слюной.

– Щатзефакапп!.. – Анна-сан обернулась, наверное, приказывая Ранте заткнуться, – О-кей! За мной! Литтл бит ошибочка! Всё в порьядке!

– …Что, серьёзно? – пробормотал Кузак себе под нос.

– Ну же, хватит, – Токимунэ показал большой палец и ослепительно улыбнулся, – Поверьте в Анну-сан. Она совершит для нас чудо, вот увидите.

Токимунэ, видимо, склонен верить в чудеса. Но ведь чудеса потому и чудесны, что происходят очень редко, хотел было вставить Харухиро своё обычное цуккоми-замечание, но промолчал. В основном потому, что пропала нужда.

На пути, ведущем с перекрёстка прямо, вдруг появились сектанты.

И справа тоже.

И слева.

– Выбирайте, Анна-сан! – крикнул Токимунэ.

Анна-сан указала влево.

– Туда!.. Мэйби… Абсолютли! Я уверена, поньятно?!..

– …Да вроде никто не спрашивал, – невольно обронил Харухиро.

Анна-сан смерила его сердитым взглядом.

– Раз, два, три, четыре… – Токимунэ бегло пересчитал приближающихся сектантов, – Ну, похоже, просто так сбежать не выйдет. Прорываемся!

Их вообще-то больше.

Но, впрочем, в одном Токимунэ прав. Нужно прорываться. Харухиро отпустил Миморин и на пробу пошевелил левой рукой. Болит. Ужасно болит. Двигать левой рукой он не сможет. Харухиро вытащил кинжал. Что до сектантов, то спереди их пятеро, справа тоже пятеро, слева же только четверо. Много. А если промедлить, то, может, подойдут ещё.

– Оом Рэль Экт Эль Кром Даш!.. – продекламировала Шихору, вычерчивая посохом глиф. Элементаль Теневого Морока полетел в подступающих справа сектантов. Это должно их остановить. Наверное. Попадание. Ну? Все пятеро попадали. Было бы неплохо ударить ещё одним Мороком на тех, кто слева или спереди, но уже слишком поздно. Враги подошли почти вплотную, велик риск задеть своих.

– Эй, Харухиро! А всё-таки вы здорово нас выручили!..

Токимунэ бросился на сектантов впереди. Он заслонился щитом от копий и уколол мечом, целясь одному из них в глазную прорезь. Сектант отшатнулся, но Токимунэ, продолжая движение, сбил его с ног. И тут же отбросил ударом щита сектанта слева и рубанул мечом сектанта справа.

– Я твой должник навеки!.. Люблю тебя, Харуччи!..

Киккава последовал за Токимунэ. Пока лидер Токкиз, взяв на себя несвойственную Паладину роль, рубил врагов направо и налево, Киккава, как и подобает танку, принимал на себя удары окруживших их сектантов.

– Проваливай, – проговорил Тада, сметая прочь одного из сектантов ударом палицы.

Миморин, держа в руках меч и посох, встала перед Анной-сан.

– Вперёд! Килдемолл! Убить всех!.. – Анна-сан, похоже, отвечает за моральную поддержку.

– А-аа, жуть!.. – проныл Кузак, бросаясь на ощетинившихся копьями сектантов в левом проходе. Копья выглядели пугающе, пусть он и держит в руках крепкий щит. Однако, действия Кузака прямо противоречили его жалобам. Оттолкнув копья щитом, он бросился на сектантов и замахал мечом. Все четверо врагов остановились.

– Всё в порядке!.. – Кузак махнул Ранте, указывая на остановленных им сектантов, – Здесь я!.. Давай!.. Тайная техника, дельфинья пляска!..

На мгновение в мозгу Харухиро всплыло зрелище стаи дельфинов, выпрыгивающих из воды и кружащихся в волнах. Дельфины. Морские животные. С момента прибытия в Гримгар Харухиро ни разу не был у моря. И всё же, он понимает, что такое море. Он знает про дельфинов. Наверное, когда-то ему доводилось видеть их.

Как бы то ни было, то что произошло дальше явно не имеет ничего общего с дельфинами.

Ранта быстро заколотил Громовым Мечом Долфином по копьям сектантов. По их телам пробежала дрожь. Воспользовавшись мгновением замешательства, Ранта бросился вперёд, его меч застучал по накидкам врагов. Прорубить странную одежду сектантов он не смог, но удары Громового Меча заставили их корчиться в судорогах, лишив возможности защищаться. Теперь на них набросился Кузак. Ранта тоже не отставал.

– …Твёрдыйй Взгляд… Быстрый Глаз!.. – Юме натянула лук и прицелилась.

Приёмы стрельбы из лука. Твёрдый Взгляд это особая техника управления дыханием и движением глазных яблок, позволяющая лучше контролировать собственное тело и повысить шанс на попадание. Быстрый Глаз это нечто вроде трюка для попадания по движущейся мишени.

Выстрел.

Стрела вонзилась точно в глаз одному из сектантов.

– Отлично, Юме!.. – Харухиро, выкрикнув слова одобрения, развернулся направо, к попадавшим сектантам, – Мэри, защищай Шихору!..

– Э, д-да!..

Пусть левая рука и не слушается, но такая работа ему по плечу. Вернее, он просто обязан её выполнить. Прикончить тех, кого усыпила Шихору. Проткнуть их глаза кинжалом. Не отвлекаться. Не думать ни о чём. Вонзить кинжал в прорезь, провернуть, выдернуть. Сейчас, наверное, Харухиро выглядит всё таким же сонным. Происходящее не вызывало в нём никаких чувств. Рутинная работа.

Осталось трое.

Двое.

…Разумеется, всё не могло пройти так просто.

На Харухиро бежит ещё один сектант. Точнее, он выскочил из-за поворота, и уже почти рядом. И, к сожалению, он не один. Двое… Трое?

Подкрепления. Ну конечно. Когда мы совсем не готовы. Когда мы ничего не можем сделать. Разумеется, всё должно было стать ещё хуже.

– Хару?!.. – донеслось до него восклицание Мэри.

Она, похоже, заметила что Харухиро в беде. А значит, заметила и Шихору, и сможет поддержать его магией. Но вот успеет ли? Неизвестно. Как бы то ни было, первый сектант уже заносит копьё. Отбив кинжалом. Едва-едва, но получилось.

Ещё один выпад. И ещё, один за другим.

Как долго я ещё продержусь?..

Сосредоточенно отражая удары копий, Харухиро приготовился. Вместо того, чтобы смиренно ждать конца, нужно думать о будущем. Да, конечно, сейчас он не может себе этого позволить. И всё же, нужно руководить и планировать. Это обязанность лидера. Нет, всё-таки долго не продержаться…

Очередной Отбив не удался. Слишком много лишних мыслей.

Копьё пронзило правую руку между локтем и запястьем. Харухиро едва не выронил кинжал.

Держа оружие ослабевшей хваткой, он кое-как  отбил очередной удар.

Отбить следующий, наверное, будет ещё тяжелее. Скорее даже невозможно. Тем сильнее злит. Харухиро попытался защититься.

Мимо.

– Кхе!..

Всё произошло внезапно. За спинами пытавшихся пронзить Харухиро копьями сектантов появился человек с глазной повязокой. Обычно собранные в хвост волосы свисали спутанными космами, но всё же это был, несомненно, он. Инуй.

Инуй сжал голову сектанта обеими руками и с силой крутанул. …У Хаухиро возникло чувство, что он когда-то, где-то уже это видел. Такой способ убивать.

У сектанта, скорее всего, сломались шейные позвонки. Убило ли его это мгновенно, неизвестно, но он рухнул на землю.

Остальные двое, видимо шокированные произошедшим, развернулись к Иную. И тут он выхватил два своих меча.

Одному из врагов меч Инуя проткнул глаз. Второй успел увернуться.

…Спина.

Последний сектант развернулся в полоборота от Харухиро. А значит, упустил его из вида.

Линия.

Харухиро бросился вперёд, и пнул последнего сектанта под колено. Левая рука всё так же не слушается. Впрочем, это не значит что она вовсе бесполезна. Он взял локтём левой руки голову врага в захват, одновременно с этим, собрав остаток сил, просунул правой рукой кинжал в его глазную прорезь. Сектант конвульсивно дёрнулся. …Мёртв?

Мёртв.

Хватка Харухиро ослабла, он выпустил рукоять кинжала. Сектант рухнул на землю.

– …Х-ху-у…

Хоть плачь. Теперь и правая рука не слушается.

– Кхе… – Инуй подобрал кинжал и протянул Харухиро, – Выходит, вот где он, конец, а?..

…Да откуда мне знать. Что он вообще несёт? Стоп, почему он жив, для начала? И правда, живучий. Как таракан. Как он ухитрился уцелеть?

– Мы боялись, что вы погибли, – Харухиро, превозмогая боль, заставил немеющие пальцы правой руки сжаться на рукояти кинжала, – …Хорошо что вы здесь.

– Я иногда называю себя «несгибаемый Инуй»…

– …А вы не страдаете скромностью.

– Наконец, пришло время явить мою настоящую силу…

– Вы вообще слушаете…

– Кхе… – Инуй снял глазную повязку и отбросил в сторону, – А теперь, коронный номер…

Его левый глаз. Самый обычный, здоровый глаз.

Значит, он носил повязку не потому, что у него нет глаза из-за раны или ещё почему-то. Но тогда, зачем?..

– За мной, Харунире!..

Перед тем, как пойти прочь, Инуй два раза взмахнул мечом, добивая оставшуюся пару усыплённых Шихору сектантов. Пусть он временами и позволяет себя странные слова и поступки, но, возможно, на него всё-таки можно положиться.

– …Только я Харухиро, а не Харунире…

Токимунэ и Киккава, похоже, одолевают, и скоро прикончат последнего из своей пятёрки сектантов.

Из тех четверых, с которыми сражались Ранта и Кузак, двое уже мертвы.

Инуй подкрался прямо к Ранте с Кузаком, и, подойдя вплотную, проткнул мечами глаза двум оставшимся сектантам.

– А?..

– Что?.. Ты что, Инуй?!..

Ранта и Кузак аж подскочили от неожиданности.

– Мелкие рыбёшки… – Инуй выдернул мечи, взмахнул ими и с дьявольской улыбкой обернулся, – Склонитесь ниц пред ликом истинного могущества… Ибо я, Инуй!.. Владыка Демонов Инуй!..

– …Пошло-поьехало, – Анна-сан хлопнула ладонью себя по лбу, – А-а, ладно. Чельядь следует за владыкой Инуем! Владыка Инуй!  Гоу!..

– Ха-ха-ха!.. – Токимунэ повалил последнего сектанта и всадил меч ему в глаз, – Йо, Инуй! Выжил всё-таки! Ну, ты опять за своё! Придётся потерпеть! Харухиро, пусть Инуй творит что хочет! А то этому не будет конца!

Можно подумать, только Инуй. Да вы все творите что хотите и как хотите, и конца этому не видно.

Инуй протиснулся к правому проходу.

– …За мной.

А, уже без разницы.

Будь что будет. Ну, то есть, что-нибудь обязательно будет. А в крайнем случае, можно просто пожертвовать Токкиз и сбежать без них. И, наверное, можно даже не испытывать по этому поводу особого чувства вины. То есть, какое «наверное» – «несомненно». Да и у Токкиз будет не в чем укорить их. Харухиро и его друзья и так сделали для них достаточно. Более чем достаточно. Даже слишком.

Скольких ещё сектантов они одолели, пробираясь к выходу из развалин, Харухиро не запомнил. Он помнил лишь, что Инуй, снявший свою глазную повязку, крушил всех направо и налево. Токимунэ выглядел всё таким же бодрым. Киккава тоже лучился энергией. Тада сражался сосредоточенно и отважно. Ранта всё так же бесил. Кузак старался. Анна-сан постоянно путала дорогу. Юме, Мэри и сам Харухиро по очереди помогали Миморин идти.

Когда наконец впереди показался выход, Инуй вдруг рухнул как подкошенный. Как оказалось, помимо растрёпанной причёски он ещё и с ног до головы покрыт ранами. Удивительно, как ему до сих пор удавалось так энергично двигаться. Он, кажется, хотел напроситься на помощь Мэри, Анны-сан или Юме, но после недовольного оклика Шихору тут же поднялся на ноги. В конце концов, тяжело приходится не ему одному. Тада, Миморин и Харухиро тоже ранены.

В любом случае, как бы тяжело не было, нужно добраться до холма с проходом в Вандерхоул.

Два или три раза Харухиро замечал вдали фигуры Манато и Могзо.

А вон та девушка, это, кажется, Шоко.

Харухиро пришёл в себя. Токимунэ во главе оставшихся в строю членов обеих команд отгонял стаю одноглазых собак.

А ещё он помнил как сказал: «отпусти». А может, и не сказал. А может, это сказал не Харухиро, а кто-то другой.

– О-о-о!... Глядите!.. – раздался по-дурацки громкий вопль Ранты.

Ну, он и есть дурак.

Харухиро рассеянно заозирался. Ранта обнаружился совсем рядом, он указывал куда-то. Харухиро посмотрел в том направлении.

– Жуть… – пробормотал кто-то. То ли Кузак, то ли кто ещё.

– Да уж, – со смехом отозвался, наверное, Токимунэ.

Человеческая фигура, но огромная, словно гора.

Белый гигант, с которым они сражались в лабиринте обломков, был около четырёх метров ростом. А ещё, когда-то на Ветреных Пустошах они видели великана. Но ничто из ранее виденного не шло ни в какое сравнение с тем, что они увидели сейчас. Этот новый колосс выглядел словно настоящая гора, даже с расстояния в несколько сотен метров.

И этот колосс медленно, едва заметно передвигается.

Шагает.

– Когда-нибудь я его прикончу. Обязательно... – кто это сказал, интересно. Тада, видимо.

Ну не дурак ли.

В смысле, как вообще можно одолеть это ?

Неизвестно.

Харухиро не имеет не малейшего понятия.

Как знать, может, мы вообще больше не вернёмся сюда.

Среди каменных столбов их ждал в засаде отряд сектантов. Даже Мэри пришлось отбиваться её коротким посохом, но Харухиро мог лишь из последних сил уворачиваться, стараясь подставляться под удары.

Несколько раз он терял сознание. К своему удивлению, придя в сознание Харухиро обнаружил, что кто-то помогает ему идти.

Раны, конечно, болят, но Миморин, например, приходится гораздо хуже. Он ещё в относительном порядке. Странно.

Кто-то, видимо пока он был без сознания, перевязал его правую руку куском ткани. Повязка пропиталась кровью насквозь. Кто бы мог это сделать?

Спина, кажется, повреждена сильнее чем казалось. Харухиро не чувствовал ничего до самых бёдер, лишь тяжесть.

– Да ты при смерти, – серьёзно сказал Ранта.

Это что, сон? Или всё-таки реальность?

– …От тебя, похоже, только умерев можно избавиться…

Ответив так, Харухиро ощутил какую-то неправильность. Не так. Это, должно быть, какая-то ошибка. Почему он должен умирать раньше Ранты? Что за шутки? Очевидно же, что привычки и образ действий Ранты должны свести его в могилу первого. Вот что Харухиро хотел ответить.

К тому моменту, когда впереди показался холм, из которого они попали в этот мир, его нёс на спине Киккава. Нет, вовсе незачем так утруждаться из-за меня, хотел возразить Харухиро, но у него не оставалось сил даже заговорить.

После того, как они вошли в туннель и прошагали некоторое время, защита Люмиариса вернулась к ним. Мэри сразу же потратила на Харухиро Чудо Света. Результат проявился моментально. Он чувствовал слабость, но боль полностью прошла, а в голове прояснилось. Богиня по имени покой наконец-то снизошла на него.

– …Все… целы?..

Среди Токкиз тоже есть два Жреца, Анна-сан и Тада. Хотя они, похоже, и не выучили Чудо Света, но всё помогали Мэри и очень скоро всех раненых исцелили.

– …В крутую же переделку мы попали, – Кузак уселся, прислонившись спиной к стене туннеля, и шумно вздохнул, – …То есть, в страшную, наверное.

– Да уж, – Мэри опустилась на корточки рядом с ним, – Мне по горло хватило…

– И правда, – Юме с сонным выражением лица без видимой причины покачала свою лампу, – Больше раза в год такое переживать не хочется.

– …Мне и раз в год не хочется, – Шихору тоже совершенно измотана.

– Слабаки, – Тада поправил очки указательным пальцем левой руки, – Вы все слишком слабы. Так вам никогда ничего не достичь, сколько бы вы не пытались. Берите пример с нас.

– Нет, спасибо, – решительно отозвался Харухиро.

– А-а? – Тада цокнул языком, потом покосился в сторону и опустил глаза, – …Ну, сейчас вам причитается слава за наше спасение, и, наверное, у вас сейчас много всякого на уме. Переварите этот опыт, и станете сильнее. По крайней мере, вы не зря нас спасли.

– Простите, Тада-сан, а почему вы так говорите, будто смотрите на нас сверху вниз?..

– Потому что смотрю с высоты своего положения.

– …Вот как, понятно.

– Что, Харухиро? Собрался заявить, что ты выше меня?

– Нет… То есть, честно говоря, мне всё равно, выше или ниже.

– Няхахаха, – рассмеялся Киккава, – Харуччи в своём репертуаре. Ну, моя-то непринуждённость тебе нравится, а?

– …Пожалуй. Я даже немного завидую твоей легкомысленности.

– Ура! Мне завидуют! Анна-сан, Анна-сан, вы слышали? Слышали?! Мне завидуют! Здорово, правда? Я несравненен, а? Несравненно лёгкий! Суперлёгкий!

– Киккава не лёгкий а шяллоу, поньятно?!

– Э? Чего? Чего-чего? Шяллоу?! Что это?!

– Достал! Жить надоело?! Ветреный, поньятно?! Вот ты какой!

– Ва-о. Ветреный, значит. Вот оно что! То есть, невесомый и воздушный?! Звучит как что-то роскошное, а?! Я что, вдруг разом вырос в цене?! Я бесценен?!

– Цена Киккавы форэвазеро, поньятно?!

– Э-э?! Неделимый ноль?! Вечно неизменный и постоянный?! Ува, Анна-сан, вы настолько меня цените?! Я и поверить не мог! Я так счастлив! Я сейчас расплачусь, правда!..

Теперешняя – впрочем, постоянная – жизнерадостность Киккавы уже превзошла все возможные пределы, перейдя на уровень паранормального явления. Харухиро ощущал уже не столько удивление и восхищение, сколько страх. Нет, серьёзно, жуть же. Это ненормально.

Как можно быть таким бодрым и весёлым, после всего, что мы пережили?

– Кхе…

Инуй, шатаясь, прошагал вперёд и остановился перед Шихору. Свою глазную повязку он выбросил, но держал левый глаз закрытым. Он что, изображает что сдерживает свою истинную силу? Ещё один ненормальный.

– Сим наделяю тебя привилегией… Правом стать моей невестой… Кхе…

– С-спасибо, н-не н-надо, – торопливо ответила Шихору, заикаясь.

– …Я не против скромниц.

– Ну… я… я не могу сказать, что мне нравятся… такие как вы…

– Не можешь сказать, значит?...

– …Нет.

– А что я тебе неприятен, тоже не можешь сказать?..

– …Н-неприятны, ну, до такой степени, пожалуй нет…

– И не любовь и не ненависть… Так значит?

– А-а… н-ну… наверное.

– Да будет так, – Инуй резко отвернулся, – …Наступит день, и ты осознаешь… Таящуюся в глубине души истину… Кхе…

– …Только вот мне не хочется это осознавать.

– Куххаха… Кхе-кхе-кхе… Ха-а-ха-ха-ха!...

Инуй расхохотался… И зашагал обратно, в сторону Даскрэлма.

– …Э? – Харухиро развернулся к Токкиз, – …Вы что? Вы вот так его отпустите? Одного?..

– Пускай! – со смехом отмахнулась Анна-сан, – Это же, как его, броукенхарт, да? Шок? В таком случае лучше оставить его в покое, правда же?

– Но ведь там опасно…

– Ну, авось не помрёт! – рассмеялся Токимунэ и, подойдя к Харухиро, ослепительно улыбнулся и протянул правую руку, – Кстати говоря, спасибо, Харухиро!

– …Не за что, – Харухиро опасливо пожал протянутую руку, – …Вот только, насчёт того как вы ушли не дождавшись нас…

– Ахаха! Да пустяки же, забудь!

– Я отчего-то знал, что вы так ответите…

– Всё верно! Дело житейское! Без обид!

– То есть вы даже не извинитесь?..

– Слушай-ка, – Токимунэ отпустил руку и потрепал Харухиро по щеке, – Ты с таким застенчивым видом говоришь такие суровые слова.

– …П-перестаньте, хватит…

– Но ты же понимаешь, что чем сильнее просишь перестать тем сильнее мне хочется продолжать?

– Т-тогда, продолжайте, пожалуйста!

– Ладно, как скажешь.

– Э-э-э…

– Что ещё за «э-э-э», а? А ну, дай поцелую…

– Вот этого правда не надо, хватит, пожалуйста!

– Нельзя!

Что? Ну, то есть понятно что. Миморин вклинилась между ними и отобрала Харухиро у Токимунэ. Только вот Харухиро ведь не вещь какая-нибудь.

– Целовать нельзя. Моё.

– …С каких пор я принадлежу Миморин? То есть, пусти…

– Ва-ха-ха, – Токимунэ поднял большой палец, – В общем, я у тебя в долгу, Харухиро. В большом долгу. Память у меня, конечно, дырявая, но этого я так просто не забуду.

– …То есть, как бы. Вы всё-таки можете забыть.

– Скорее всего не забуду.

– Ладно. Неважно. Мне всё равно…

– Если что-то понадобится, только скажи. Ради вас мы, Токкиз, сделаем всё что в наших силах, и даже больше. Денег, правда, не одолжим, но шею за вас подставить это легко.

– …Выходит, деньги дороже жизни?

– Нет. Просто когда дело касается денег, всё слишком усложняется, правда же? Одна морока. Поэтому мой принцип, не одалживать, а дарить. Так что если ты попросишь денег, я отдам всё что есть. Только вот лично у меня денег вообще нет.

– Нет?..

– Ага. Нет.

– У меня тоже, – бросил Тада таким тоном, словно отвечал на очевидный вопрос глупца.

– У меня, наверное, разве только чуть-чуть завалялось, – беззаботно заявил Киккава.

– И у меня ничего, – подтвердила Миморин.

– А у Анны-сан полно, поньятно?! Пятьсот золотых, слыхали?! Кяхахахаха! Итсджоук! Тридцать серебряных, и всё, поньятно?!

Инуй, отправившийся обратно в Даскрэлм, разумеется, высказаться не мог.

Харухиро, пытаясь вырваться из хватки Миморин, обвёл глазами Кузака, Мэри, Юме и Шихору. Все выглядели ошарашенными. Токкиз. Немыслимо. Как они вообще ухитрялись выживать до сих пор? И почему они при этом так необычно жизнерадостны?

Что ж, наверное, такой образ жизни тоже возможен. Да, конечно, не для Харухиро, да и не для кого угодно тоже, но Токкиз, похоже, на это просто наплевать.

Впрочем, наверное, Ранте подобный образ жизни может оказаться близок.

И кстати, что-то он необычно тихо себя ведёт – стоило Харухиро подумать об этом, как Ранта накинулся на него.

– Харухиро-о-о-о-о-о-о!..

– …Ва…

И сверх того, Ранта, словно обезумев, тыкал ему в щёку остриём Громового Меча Долфина. Щёку покалывало.

– Т-ты что творишь, эй, щиплет же… Э?..

– …Значит, всё-таки не показалось…

Ранта отбросил в сторону Громовой Меч Долфин и опустился на четвереньки. Непохоже, что он извиняется перед Харухрио. Расстроился, что ли?

– …Дерьмо-о… Ну почему… Какого хрена…

– Да в чём дело-то?

– Ну, ну, – Миморин по-прежнему не выпускала Харухиро.

– …Да сам посмотри-и!.. – Ранта заколотил кулаками по земле, – Мой ме-е-еч! Мой Долфин! Он больше не бьёт громом! И ведь когда на обратном пути мы дрались с сектантами, я заметил, что-то не так!..

– Э-э, – Киккава подобрал Громовой Меч Долфин и потрогал лезвие, – Может тут что-нибудь, типа, ну, оно заканчивается со временем?

– Да не в этом дее-е-е-ело-о-о-о!... Я добыл Громовой Меч Долфин, а Изменника выбросил!.. И зачем мне такой Громовой Ме-е-е-еч!..

– Ну ещё бы, – на лице Юме отчётливо читалось «а я же говорила», – Юме ещё тогда сказал, что ты транжиришь. Когда транжиришь, вот так всегда и получается.

– Заткнись! Заткнись, заткнись, заткнись! Харухиро-о! Будь ты проклят! Почему ты мне позволил! Как ты собираешься мне это компенсировать, а-а?!..

– …Да мне откуда знать. Я тут вообще не при чём, если подумать…

– Да ладно тебе, – Токимунэ хлопнул Ранту по спине, – Просто наплюй и забудь. А?

– Какое ещё забудь! Да вообще, если бы мы не пошли вас спасать, я бы не лишился Изменника! Это всё вы виноваты-ы-ы-ы!..

– Хахаха. Ну, наверное можно и так сказать. Тогда, в следующий раз найдём тебе новое оружие, ещё лучше. Что скажешь?

– У-у-у-у-у-у… ну, пожалуй, я не против.

– …Достал, – тихо пробормотала себе под нос Шихору.

Мэри кивнула. Кузак молчал, но наверняка разделял чувства остальных.

– Кстати, – Миморин наконец отпустила Харухиро.

Она разжала хватку и без особых усилий усадила его перед собой.

Харухиро смотрел снизу вверх в её бесстрастное лицо.

– Харухиро.

– …Да.

– Харухиро вовсе не бессильный. Не бессильный, и притом старающийся изо всех сил. Милый.

– …Э

Чего? Что происходит. Как будто вот-вот улыбнусь. Мне что, приятно? Похоже на то. «Не бессильный». Не самая высокая оценка, скорее средняя, но всё-таки, наверное, дожно быть приятно.

– А, ну… спасибо.

– Я

– Что?

– Хочу тебя, при…

Она хотела сказать – «приручить», да?

Миморин кашлянула и поправилась.

– Хочу быть с тобой. Давай встречаться.

Харухиро молча поклонился. …Мне приятно, Миморин. Нет, мне было приятно. Честно говоря, это так. Но дело в другом. Пусть Харухиро и не отличается твёрдостью характера, но сейчас должен сказать то, что нужно сказать. Прямо и честно.

– Прости.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

Есть игра под названием Romancing SaGa 2. Изначально она издавалась только на SNES, и, наверное, мало кто знаком с ней (есть также версия для i-αppli). Как вы (возможно) знаете, игры серии Romancing SaGa известны как RPG с нелинейным сюжетом, а во второй версии, вдобавок, введена смена поколений протагонистов. Мне очень понравился этот аспект игры, и хотя в Fire Emblem – Genealogy of Holy War он тоже присутствует, именно RomSaGa2, в которую я играл на несколько лет раньше, глубже всего запала мне в душу.

Для японских RPG (и видеоигр в особенности) характерно построение сюжета, при котором игрок воспринимает историю от лица протагониста. Но благодаря вышеупомянутой нелинейности сюжета игры серии RomSaGa позволяли при каждом прохождении получать немного иную историю. RomSaGa 2 сделала ещё один шаг, благодаря смене поколений позволяя игроку самому формировать прошлое игрового мира. В результате игра по масштабам не уступала историческим симуляциям от koei (кстати, мне нравятся исторические симуляции, но они всегда наскучивали мне раньше чем я успевал пройти игру).

Разумеется, в Гримгаре это попросту невозможно, но когда-нибудь я хотел бы написать фэнтэзи-новеллу со сменой поколений. Кстати, я был бы не прочь поиграть в игры такого рода, но созданные с помощью современных технологий, кто-нибудь издаёт их? Вообще, когда новая игра из серии SaGa? Я пишу это послесловие в первую декаду декабря 2014 года, и пока никаких сведений нет, но судя по роящимся слухам, что-то затевается. (Вскоре была анонсирована игра под предварительным названием SAGA2015. Ура!)

В бытность мою школьником я одно время пытался самостоятельно изучать программирование, но, к счастью, не избрал для себя профессию разработчика игр. Страшно даже подумать, насколько плохи могли оказаться созданные мной игры, и какая незавидная судьба отброса общества ждала бы меня тогда.

У меня заканчивается бумага. Редактор К-сан, а также Ширай Эйри-сан, дизайнеры из KOMEWORKS, все кто был занят в производстве и распространении этой книги, а также те, кто сейчас держит её в руках – благодарю вас от всего сердца. Также одновременной с этой книгой выходит третий том моей новеллы «Великий герой –безработный, и что такого», прошу вас также уделить внимание и ей. А на сегодня я откладываю в сторону своё перо. Надеюсь, мы встретимся снова.

Дзюмодзи Ао.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие команды

Перевёл vshekn для группы vk.com/nonameteam_grimgar

Спасибо, что читаете.

[1] П.п.: В оригинале использовано слово, которое словарь перевёл как «дайка». Это что-то вроде вкрапления пласта другой породы. [2] П.п: «Комори» – по-японски летучая мышь. В переводе этот момент потерялся, но Киккава часто, дурачась, переставляет слоги в словах, поэтому Харухиро сразу понял что значит «Рикомо» [3] П.п.: Мимори использует здесь слово «кайтай» – в зависимости от написания это может означать много разного, в частности, Харухиро перебирает в уме «разломать» и «забеременеть» [4] П.п: от английского dusk realm, закатный мир. [5] В оригинале Ранта называет меч «ドルフィン» - dolphin, а Мэри поправляет его «イルカ» - дельфин по-японски.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка. * спасибо Азату Хуппееву за оформление иллюстраций

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Четверть суток

– Ха…  Фу… Ха… Ха…

Харухиро бежал со всех ног, отчаянно хватая ртом воздух.

Он бросил взгляд за спину. …Да.

Тут. Тут. Тут. Догоняют.

Они укутаны в балахоны с прорезью для глаз, что-то вроде длинных пончо. Одна голова, корпус, две руки, две ноги. На вид почти как люди. Вот только сквозь прорезь в накидке смотрит лишь один глаз.

И таких за ним гонится несколько.

Пересчитать не составляет труда. Шестеро. Пятеро с копьями, один со щитом и мечом. Копья, за исключением белого древка, самые обыкновенные. Зато меч отливает фиолетовым, а щит отполирован словно зеркало. Такие мечи по некоторому стечению обстоятельств называются «Громовые Мечи Долфины», ну а щиты, по очевидным причинам – «Зеркальные Щиты».

Кто-то – ну, то есть известно кто – назвал этих существ «сектантами». Тех, что с копьями, впоследствии стали называть рядовыми сектантами, или служками, а мечников – элитными сектантами, потом элитой, и наконец за ними закрепилось название «тори-сан».

– Да чтоб это всё…

Харухиро, хотя и жаловался, но скорость не сбавлял. Стоит чуть замешкаться, и служки с тори-саном настигнут его, и тогда песенка Вора спета. Вшестером они забьют его досмерти в миг. А значит, нужно бежать. Бежать. Пока просто бежать. Во весь дух, изо всех сил.

Он бежал по белым улицам, раскинувшимся под переливающимся тёмно-синим, красновато-голубым, фиолетовым, оранжевым, жёлтым и красным цветами небом. …Город.

Да. Город, или, во всяком случае, что-то похожее на город. Мостовые из белого камня,  по обе стороны дороги возвышаются ряды сложенных из белого камня зданий, напоминающих коробки. Никакое явление природы, никакая игра случая не могла сотворить такое. Это, несомненно, постройки каких-то разумных существ.

– А-а-а, ну сколькое ещё!..

В правый глаз попали капли пота. Харухиро подмывало снова оглянуться, но он сдержался. Бежать, не отвлекаться. Пусть с зажмуренным глазом, бежать.

– Ха… Ха… Ха… Ха, Ха…

Тот поворот. Туда.

Харухиро прыгнул влево, и снова помчался стремглав по узкому переулку.

Топот сектантов за спиной звучал всё ближе. Живот свело до боли. Харухиро заорал – не в бессмысленной попытке позвать на помощь, скорее, голос просто вырвался словно сам по себе. Корпус скрючило. Он размахивал руками изо всех сил. Может, стоит выше поднимать колени? Или я так только сильнее устану? Голова уже совсем не варит. Как же тяжело. Нет, всё-таки стоит наконец отказаться… от этой тактики.

– Голова-с-плеч!..

Да. Наконец-то. То самое место.

Харухиро, не останавливаясь, оглянулся. Из здания по правую руку выпрыгнул очкарик в одеждах Жреца, и набросился на сектантов. Тори-сан. Жрец размахнулся своей тяжеленной палицей, метя ему в голову. Сектанты-мечники намного опаснее служек в открытом бою, но внезапная атака застала тори-сана врасплох. Он не успел защититься. И, разумеется, полновесный удар палицы по голове просто не мог пройти бесследно. Накидки сектантов хорошо защищают от режущего оружия, да и удары до некоторой степени поглощают, но, разумеется, не такие. Тори-сан рухнул на землю.

Внезапная гибель предводителя заставила служек в нерешительности остановиться.

– …Сейчас!.. – крикнул во весь голос писаный красавец. Нападение продолжается.

Вслед за парнем в одежде Жреца – Тадой – вперёд и вверх из здания прыгнул ещё один, с выбитой на доспехах шестиконечной звездой.

– Э…

Харухиро невольно остановился. Почему? Зачем прыгать вверх? К чему эти полёты? Почему просто не спрыгнуть вниз? Ничего не понимаю. К этому человеку неприменимы мерки здравого смысла. Харухиро много раз примирялся с этой мыслью, и всё же не уставал поражаться.

– Да! Безупречно!..

Паладин Токимунэ, предводитель Токкиз, сверкнул белозубой улыбкой в верхней точке траектории и полетел вниз.

– Порхать как пантера!..

Токимунэ крутанулся всем телом, отбрасывая в стороны копья служек ударами щита и меча,

– Жалить как сятихоко!..

Оттолкнулся ногой от головы служки А, пинком с разворота врезал в голову служки Б, наконец приземлился и подмигнул.

– Дело сделано!

– …Э, но вы их даже не ранили, – не сдержался Харухиро. Тада тем временем свалил с ног служку В мощным взмахом палицы.

– Делать не переделать!..

Токимунэ поцокал языком и покачал головой.

– Наша победа уже дело решённое, не видишь, что ли?

– Кхе!..

Из-за угла выскочил мужчина средних лет, с длинными, собранными в хвост волосами, глазной повязкой и в облегающем комбинезоне из грубой кожи. Он молниеносным движением вонзил меч в глазную прорезь служки Г.

– Бам!

Немного припоздавшая девушка в одежде Волшебницы, невероятно огромная (во всех смыслах), фехтующая посохом и мечом – впрочем, вряд ли это можно назвать фехтованием, – известная как Великанша, а так же Мимори или Миморин, ударила служку Д посохом в голову, и тут же ткнула в глаз клинком.

– Да-вай! Да-вай! Килл-дем-олл!..

Из-за угла выглядывала миниатюрная блондинка в мантии Жрицы, подбадривая остальных воинственными выкриками. Впрочем, дальше этого участие Анны-сан как правило не заходит. Её роль, в основном, моральная поддержка.

– Я-ххой! Я тоже, я тоже!..

С крыши здания, вероятно, копируя Токимунэ, невероятно показушным движением прыгнул Воин. Он даже изобразил пируэт, словно танцуя в воздухе. Что за идиотизм. Показушник – Киккава – собрался наброситься на сбитого с ног пинком Токимунэ служку А, но Тада, опередив его, взмахнул палицей и впечатал сектанта в стену. Великолепный выпад полуторника Киккавы пронзил пустоту.

– Ахаха-а, Тадаччи! Моя добыча!..

– У-ха-ха-ха-ха!..

А на поваленного пинком с разворота и уже пытающегося встать на ноги служку Б напал отброс.

– Мой-мой-мой-мой!.. – отброс из отбросов с кровожадным воплем повалил служку Б и собрался прикончить, – …Во славу Скаллхейла!..

– Отвали.

Тада пинком оттолкнул отброса в сторону, вскинул палицу и безжалостно обрушил на голову служки. Череп врага раскололся.

Отброс (Ранта) издал нечленораздельный вопль разочарования.

Ну, по крайней мере не заплакал.

– Почему-у-у-у?! Это я хотел его прикоо-о-о-ончить!! Идиот!!

– А? – Тада смахнул с очков брызги крови небрежным движением левой руки, – Идиот? Это ты мне?

– …Нет, я обознался. Простите. Правда, правда, извините, ошибочка вышла, правда. То есть, это, ну… оговорился! – отброс моментально распростёрся ниц, – Просто фигура речи! Я ничего такого не имел в виду! Погорячился! И в мыслях не было!..

– Ну ладно. На этот раз прощаю, – Тада опустил палицу на плечо, – А в следующий просто пришибу.

– П-понял! С-с-с-спасибо!..

Дебил.

Впрочем, с Тады пожалуй и правда сталось бы огреть его палицей. Извинения Ранты были более чем уместны.

Эти Токкиз поистине собрание самых разнообразных чудаков.

– Хо-о… – укрывавшаяся где-то неподалёку Юме подошла к ним, округлив глаза, – Уже всё? Юме и глазом моргнуть не успела.

– … И правда, – Шихору осматривалась, стоя за спиной Юме.

– Мне ничего не досталось… – из-за угла показалась долговязая фигура Кузака.

– Слишком быстро… – вздохнула следовавшая за ним Мэри.

– Ну, это ж мы, – Токимунэ ослепительно улыбнулся и щёлкнул пальцами, – Но главное ещё только начинается… Да, Харухиро?

– Да, – Харухиро пнул Ранту в спину, – Давай, приготовься.

– Ай, эй, какого хрена! Ты кем себя возомнил, Парупиро, пинать меня!..

– Н-ня-а! – Юме схватила лук и наложила стрелу на тетиву, – Идёт!..

Звук. Приближается что-то большое. Повернуло там, где недавно пробежал Харухиро. Вот оно. Выше Великанши Миморин, выше даже Кузака с его ростом метр девяносто, наверное, более чем в два раза выше. Метра четыре. Львиная голова с одним глазом. Белый гигант.

– Ка-ка-ка! Мой выход!.. – Ранта подхватил громовой меч Долфин убитого тори-сана, – Вперёд! Операция Большая Вздрючка, как обычно!..

– …Придумал название… – с неподдельным отвращением высказалась Шихору.

– Пьё-о-о!.. – Юме спустила тетиву. Стрела чуть промахнулась мимо глаза гиганта, скользнув по его лицу, – Ай-яй!.. Промазала!..

Харухиро выдохнул, сбрасывая напряжение, и посмотрел на Токимунэ.

– Ну, действуем как обычно.

– Ха-ха, – тот звонко усмехнулся и похлопал Харухиро по спине, – Окей, окей. Настучим по старинке.

– Дерм Хэль Эн, – произнесла Миморин, вычерчивая посохом элементальный глиф. В левой руке она держала наготове меч, – Иг Альв.

Она бывший Воин, и, похоже, до сих пор рукопашный бой ей даётся лучше, но сейчас она Волшебница. Одно из базовых заклинаний Школы Альв – Огненный Шар. Огненный элементаль принял форму сгустка пламени размером с кулак и полетел в белого гиганта. Тот не пытался уворачиваться. Сгусток пламени ударил гиганта прямо в грудь и с шипением погас.

– Не подставляйтесь, растопчет! – выкрикнул Харухиро самоочевидныый приказ, и повернулся к Кузаку, – Кузак, впереди. ...И  Токкиз тоже, сдержите его в рукопашной, пожалуйста.

– Замётано! – Токимунэ, не выпуская из рук меч, гулко ударил правым кулаком в щит, – Киккава, Инуй, Тада! Зажжём!

– Есть!..

– Кхе… Ладно уж!..

– Хорошо. Сегодня ты поймёшь, что сильнейший среди нас я.

Кузак последовал за Токимунэ молча.

Харухиро, не двигаясь с места, согнул и разогнул колено. Юме, Шихору и Мэри заняли позицию прямо позади него. Анна-сан и Миморин тоже встали рядом.

Мои глаза сейчас, наверное, выглядят всё такими же сонными. Дыхание уже успокоилось. Да и сам я, пожалуй, более-менее спокоен.

Токимунэ, Киккава, Инуй, Тада и Кузак старались выдерживать друг между другом максимальную дистанцию. Впрочем, переулок довольно узкий. Метра три в ширину, не больше. Может, стоило выбрать для засады место попросторнее? Но тогда было бы тяжело уничтожить всех сектантов разом.

В последнее время сектанты и белые гиганты начали образовывать совместные отряды, и это обстоятельство, рассуждая в общем, оставило два варианта действий.

Смириться, или же изобрести контрмеры.

Если бы дело касалось только команды Харухиро, то они, разумеется, выбрали бы первый вариант. Ранта (отброс) мог бы возмущаться сколько угодно, Харухиро употребил бы всю свою власть предводителя и настоял на своём.

К счастью или несчастью, но действуя совместно с Токкиз лучше не рассчитывать отделаться так просто. Как бы Харухиро не уговаривал прекратить опасную охоту, Токкиз не желали слушать. В результате был предложен план: Харухиро выступает в качестве приманки, сектанты и гигант гонятся за ним и разделяются. Первым делом Токкиз и команда Харухиро уничтожали вырвавшихся вперёд сектантов, а потом расправлялись с гигантом.

Ну, это уже стало рутиной.

С тех пор как они обнаружили неизведанную область, так называемую NA, а за ней Даскрэлм, прошло уже около полутора месяцев.

Это время было богато на события.

Слишком богато.

Или, может, не очень?

Да нет. Всё так. Верно.

Во всяком случае, по стандартам Харухиро это было попросту сумасшедшее время.

И по меньшей мере наполовину – по вине Токкиз.

В любом случае, они открыли этот мир вместе – точнее, проход-то первой открыла команда Харухиро, но почему-то всё обернулось так, будто новый мир открыли посмешище Красной Луны Токкиз и севшие к ним на хвост Гоблодавы – но случившееся после укрепило связь между их командами, да и команде Харухиро было бы тяжело здесь без Токкиз, и в результате как-то само собой получилось так, что их регулярные походы в Даскрэлм стали совместными.

В итоге каждый день, а то и по нескольку раз в день, всё шло кувырком. Они попросту ненормальные. Эти Токкиз.

А может, это претендующий на нормальность Харухиро на самом деле странный? А здравый смысл именно на стороне Токкиз? Его уже какое-то время терзал этот вопрос. Но нет, глупости.

Харухиро нормальный, а Токкиз нет. Между командой Харухиро (ну, Ранта не в счёт) и Токкиз пролегает глубокая, широкая, едва преодолимая пропасть. То есть нет, вообще непреодолимая. Это просто невозможно. Да, точно. Мысль принесла Харухиро мимолётное облегчение.

Раз пропасть непреодолима, то можно даже и не пытаться её преодолеть. Это ведь бесполезно.

Незачем пытаться их понять. Не нужно ломать голову. Они просто такие, какие есть. Достаточно осознать это, принять, что их действия могут оказаться такими вот безрассудными и опасными. И не удивляться и не злиться каждый раз.

А ещё привычка Токкиз очертя голову бросаться в бой бывает очень полезна. По правде говоря, они очень сильны, хотя и ориентированы в основном на атаку. Особенно Токимунэ и Тада. Даже притом, что Токимунэ Паладин, а Тада, хотя и бывший Воин, но сейчас Жрец…

Короче говоря, вместе с Токкиз Харухиро и его товарищи смогут достичь того, что им самим не под силу. Даже превозмочь, казалось бы, безвыходную ситуацию.

И ещё одно, может, наиболее важное – заработок. Даже разделяя добычу пополам с Токкиз команда Харухиро зарабатывает гораздо больше, чем удалось бы добывать самим, охотясь осторожно и не рискуя.

– Джес Иин Сарк Карт Фрам Дарт!..

В гиганта ударила Гроза Шихору. Раздался оглушительный грохот, всё тело врага затряслось, он остановился. Но тут же снова пришёл в движение. Его поступь казалась неторопливой, но каждый шаг гиганта покрывал значительное расстояние, он быстро приближался.

– Хэй, хэй, хэй! – Токимунэ вызывающе застучал мечом в щит, – Камон, камон, камон!..

Гигант взревел и обрушил на Токимунэ кулак.

– Оп-ля! – Тот ловко отпрыгнул.

Гигант ударил снова.

– Оп! – Токимунэ пригнулся.

Гигант попытался схватить его обеими руками.

– Уэ-й! – Токимунэ сделал обратное сальто.

– Ра-а! – Тада тут же врезал палицей по рукам гиганта.

Гигант отдёрнул руки и развернулся к Жрецу.

Тада спокойно положил палицу на плечо и, явно намеренно, поднял левую руку с отогнутым средним пальцем. «Иди сюда, ублюдок», это, наверное, он имеет в виду? Понял ли гигант смысл жеста, или нет, но он согнул ноги в коленях и присел. Сейчас прыгнет.

– Назад! – выкрикнул Харухиро. Да, может, все и так  понимают, что нужно отступить. Может, глупо приказывать очевидное. Но пусть его сочтут дураком, пусть злятся на него, пусть думают что хотят – он сделает то, что должен. К такому мнению пришёл Харухиро.

– О-райт!..

Токимунэ, Тада, Киккава, Инуй, Кузак – вся передовая группа разом отпрянула. И тут же гигант прыгнул.

– Райт-о! – выкрикнул Киккава. …Что ещё за «райт-о».

Великан пролетел семь или восемь метров, и с грохотом приземлился. Никого не задело, но, промедли они с отходом хоть немного, и, наверное, быть беде.

Сейчас. Впрочем, команды от Харухиро не потребовалось.

– Ш-шя-а-а-а-а-а-а-а-а!..

Прятавшийся между домами Ранта бросился на гиганта, размахивая громовым мечом Долфином.

Он принялся не столько рубить, сколько колотить врага.

По правой ноге.

Бил, бил, и бил, без передышки.

С каждым ударом огромное тело великана сотрясала мимолётная, но мощная конвульсия.

Та самая Операция Большая Вздрючка.

Идиотское название.

Но, невзирая на название, эта тактика крайне эффективна. Она позволяет парализовать гиганта, и даёт шанс одолеть его. Всего лишь шанс. Исход боя решит грубая сила.

– Тада-сан!.. – позвал  Харухиро, и Тада, облизнув губы, бросился вперёд.

– Не нужно слов. Узреть мою мощь и вознестись, я понимаю.

Нет, с вознесением всё же подождём – хотелось пробормотать Харухиро, но он сдержался. Комментировать каждую выходку Токкиз не хватит никаких сил.

– Смертельный удар! – Тада, подбегая к гиганту, перехватил палицу обеими руками и ударил его в левое колено, сделав кувырок вперёд, – Взрывное Сальто!..

Но всё же, как же он силён, этот Тада-сан.

Левое колено гиганта подломилось, во все стороны брызнули осколки.

Ранта тем временем продолжал махать Долфином, гигант всё так же сотрясался в конвульсиях.

Тада, переводя дыхание, поправил очки и медленно отступил от гиганта.

– Эй-эй-эй-эй-эй! – Ранта, не прекращая колотить мечом, развернулся к Таде, – Что тормозишь, ей, не время прохлаждаться, дебил! Гу-о-о-о-о-о-о!..

Тада вопросительно наклонил голову и крутанул палицей.

– Что ты сказал? «Дебил»?

– Н-н-н-не говорил! Послышалось! Послышалось, ну-о-о-о-о-о-о!.

– Вот как. Что, тяжело приходится?

– Тяжело, тяжело, тяжело! С-с-с-скорее, давай же!..

– Как знать.

– Ха-а-а-а-а-а?!

– Откуда мне знать, а вдруг ты притворяешься.

– Э-э-эй, ты-ы-ы-ы!..

– «Ты»?

– Тада-сан!.. Тада-сама!.. Милостивый господь Тада!..

– Шучу.

Тада ухмыльнулся и снова бросился на гиганта. …Да.

Не понимаю. Специфический юмор Тады попросту невозможно понять.

– А-ха! Круто! Сюр-шутки Тадаччи!

Но, похоже, даже среди Токкиз лишь Киккава понимает шутки Тады, да и он, скорее, только притворяется. У Харухиро немного отлегло от сердца. Если бы все они дружно расхохотались, он бы, наверное, этого не вынес.

Ранта, из последних сил колотя Долфином по ноге гиганта, нечленораздельно завопил.

– Кстати… – Тада кувыркнулся повторно, нанося Взрывное Сальто, – Это же вовсе не смертельный удар, а?..

На этот раз левое колено. Снова грохот.

Коротко глянув на продолжавшего бить Ранту, Тада быстро ударил ещё раз, и ещё раз.

– Юме! – выкрикнул Харухиро.

– Няй! – и Юме начала стрелять.

Приём Охотников, Беглая Стрельба. Юме снова и снова, почти без пауз выхватывала стрелу, натягивала свой композитный лук, спускала тетиву. Выстрел. Выстрел. Выстрел. Выстрел.

Инуй тоже Охотник, и всегда носит с собой лук. Но, похоже, он вообще никогда его не использует. По крайней мере, такое складывалось впечатление.

Харухиро вдруг подумал – а ведь это возможность. «Может, воспользуетесь луком»? Или нет, наверное, лучше «Вы не пользуетесь луком»? Может, это заденет Инуя. Но ведь, может, натолкнёт его на мысль. Так что, попробовать? Или всё же нет? Но это же Инуй. С ним не угадаешь.

Юме тем временем выпустила уже шестую стрелу. Две из них попали прямо в глаз гиганта. Весьма приличный результат для обделённой талантом стрельбы из лука Охотницы.

– Ку-а!... – Ранта, шатаясь, попятился, – Не могу больше!..

– Гудджоб, Ранта! Молодьец, засраньец!

Сомнительный комплимент. Ну, чего ещё ожидать от талисмана Токкиз. Впрочем, для Ранты это, пожалуй, и есть похвала.

– Отлично! Дальше я!

Голос Токимунэ прозвучал откуда-то сверху… Э? Когда он успел?

Казалось, он только что был вместе со всеми на улице, но Харухиро, обернувшись на голос, увидел его стоящего на крыше здания, слева.

– А-а!..

Прыгнул.

Точнее, перепрыгнул. С крыши на плечо гиганта.

Теперь, когда Ранта выдохся, врага больше не сковывают конвульсии от громового меча.

Гигант заревел. Он, наверное, собрался начать крушить всё вокруг без разбора, но не успел. Токимунэ вознзил меч в его единственный глаз, и несколько раз рванул из стороны в сторону.

– Вот он! Убийственный приём Токимунэ-сана! Святое арпеджио!

Киккава, конечно, вечно мелет глупости. Но всё же, почему именно арпеджио? Харухиро почувствовал зудящее любопытство. Что это вообще такое, арпеджио? Что-то связанное с музыкой, вроде?

– Ха!

Токимунэ тут же прыгнул обратно на крышу.

Стрелы Юме и «Святое арпеджио» Токимунэ сильно повредили единственный глаз гиганта. И он явно не будет это терпеть.

– Назад!.. – выкрикнул Харухиро, пятясь. Девушки, Ранта – все, кроме Токимунэ, подчинились. Лидер Токкиз остался на крыше здания, буквально свысока наблюдая за происходящим.

Гигант с рёвом замахал руками и зашатался. Казалось, он хочет ринуться в сторону Харухиро, но ослеплённый и с повреждёнными коленями просто не в состоянии. Правая рука гиганта врезалась в здание напротив того, где занял позицию Токимунэ. Наружная стена пошла трещинами, но выдержала.

Гигант пытался восстановить равновесие, но ноги, похоже, его не слушались. Сейчас упадёт.

– Вперёд!..

Харухиро усилием воли сдержал желание окрикнуть. Тада уже рвался вперёд. Гигант пока ещё не рухнул, но припал на колено. На это колено Тада и нацелился. Кувырок вперёд…

– Взрывное Сальто-о-о-о!...

Это уже не взрыв, а бомбардировка. После второго удара левое колено гиганта подломилось. Вряд ли он теперь сможет встать.

Гигант слепо попытался схватить Таду, но безуспешно.

– Ай да я!.. – хвастливо воскликнул Тада, и обрушил палицу на протянутую руку гиганта. Тот, теперь зная где его враг, тут же выбросил вперёд другую руку. Тада отбил её ещё одним ударом палицы.

– Одолеть! Меня! Да ни за миллион лет!..

– Да мы же ещё не победили… – проворчал Кузак. …Так, что дальше?..

Харухиро оглянулся. Это действие уже вошло у него в привычку.

Сзади по улице на них бежало несколько служек с копьями наперевес.

– Ещё враги! Трое служек! Кузак, Киккава, Инуй-сан!..

– …Понял!

– Ок-кей!

– Кхе… Достали!

Все трое тут же покинули авангард и пробежали мимо Харухиро и девушек  назад, чтобы встретить новых врагов. Мэри коротко обернулась, но тут же снова развернулась к белому гиганту. Сила светлого бога Люмиариса не достигает Даскрэлма, и магия света бесполезна здесь. Мэри может лишь защищать Шихору, и концентрируется на своей задаче.

Беспокоиться не о чем. Мэри очень ответственна – может, даже чересчур. Она идеально выполнит свои обязанности, но не тревожит ли её невозможность сделать больше? Харухиро чувствовал, что должен быть внимательнее к ней. Как лидер, разумеется. Исключительно как лидер. Никаких скрытых мотивов. Вообще никаких. Ноль.

– Разом, одньим ударом! Файа-а!..

Благодарю, Анна-сан.

– Дерм Хэль Ин Риг Альв!

Миморин вычертила посохом элементальный глиф и произнесла заклинание. Огненный Столп. Сильнейшее заклинание в арсенале Миморин. Под ногами белого гиганта поднялась колонна огня. Впрочем, колонна была даже ниже чем сама Миморин, и выглядела немного невзрачно. Непохоже, что она нанесёт существенный урон такому врагу как белый гигант. Не лучше ли было изучить заклинания взрывов, если уж выбрала специализацию в Школе Альв? Впрочем, Вор Харухиро, то есть, представитель другой команды Харухиро, не должен вмешиваться в выбор Миморин. Не говоря уже о том, что они находятся в несколько непростых, попросту говоря, сложных отношениях. Так что Харухиро, хотя ему временами и хотелось высказать замечание, молчал.

– Оом Рэль Экт Эль Уэль Даш!..

Шихору ударила гиганта Отзвуками Теней. Урон незначителен, но магия нужна лишь для отвлечения врага.

– …Фух, – Ранта подошёл к Харухиро и присел на корточки.

– Хорошая работа, – бросил ему Харухиро, осматриваясь.

И в то же время чуть пригнулся вперёд, расслабляя колени, готовясь в любой момент сорваться в бег. Он чуть согнул ноги, свесив обе руки и оглядываясь своими сонными глазами. Со стороны, наверное, смотрится странно. Харухиро понимал, что выглядит отвратительно, но это наилучшая поза для старта. Приходится жертвовать внешним видом, но практичность важнее. Ему всё равно не быть таким как Токимунэ.

Этот Токимунэ, тем временем, набросился на вражеское подкрепление ещё раньше чем до них добежали Кузак и остальные.

– Коронный приём! Смерть с небес!

Он перепрыгнул на крышу соседнего здания, а оттуда точным прыжком обрушился на служку Е. Сметя того прочь пинком в голову, Токимунэ отбил щитом копьё служки Ж, и вонзил меч ему в глазную прорезь. И тут же бросился на служку З, тесня и нанося ущё один укол мечом. Враг в последний момент успел увернуться от смертельного удара в глаз, но было видно что он сбит с толку. К тому моменту, как подоспели Кузак, Киккава и Инуй, новоприбывшие сектанты уже не представляли угрозы.

Токимунэ силён. Силён когда всё ладится, силён когда случается беда. Иначе говоря, он всегда силён. А ещё харизматичен. И приятной наружности. Если же говорить о недостатках, то, наверное, импульсивный и самовольный, то есть, в любой ситуации поступающий только по собственному усмотрению?

Впрочем, в этом все Токкиз похожи. Говорят, люди с похожими чертами характера плохо ладят друг с другом, но, судя по всему, в их случае это не так. Они прекрасная команда, всегда в бодром расположении духа, и у них всё замечательно.

Раздался грохот.

Гигант, слепо шаря вокруг, врезался в здание. Ну, впрочем, он ведь и в самом деле ослеплён.

– Чурбан!..

Тада врезал палицей по правому локтю гиганта, практически раздробив его. И тут же добавил по правой лодыжке. Теперь, учитывая ещё и повреждённые колени,  движения врага сильно скованы. Харухиро кивнул.

– Ранта. Твоя очередь, давай ещё раз.

– Кхе! – Ранта поднялся, хрустнул шеей и тряхнул плечами, – Ла-адно. Ну!

– Тада-сан!.. – позвал Харухиро. Тада пропустил вперёд Ранту и вышел на улицу. Наверное, собирается взобраться на крышу.

– О-о-о-о-о-о-о-о-о!..

Ранта снова заколотил гиганта громовым мечом Долфином.

Новоприбывшие сектанты уже перебиты. Токимунэ и остальные возвращаются.

Тада спрыгнул с крыши вниз, кувыркнувшись в полёте. Ненужный риск, но Харухиро почувствовал невольное восхищение.

– Ультра!... Взрывное Сальто!..

Палица с невероятной силой врезалась в затылок белого гиганта.

Они перепробовали многое, но единственными уязвимыми местами белых гигантов оказались глаз и затылок. Вообще говоря, сзади кожный покров белых гигантов, похоже, мягче и тоньше, чем спереди. А затылок не просто уязвим к ударам, в этом районе ещё находится нечто вроде аналога человеческого спинного мозга. Другие органы поразить тяжело, но удары в затылок крайне эффективны.

– Ранта, достаточно!..

– Сам знаю!..

Ранта отошёл от белого гиганта. После удара Тады тот рухнул ничком на землю и затих.

Враг повержен. Для дальнейшего понуканий от Харухиро не требуется.

– Ура! Пати та-йм! Вьерно?!.. – объявила Анна-сан.

Первой на спину гиганта начала взбираться Миморин. Её тут же обогнал Токимунэ, а вслед за ним Киккава и Инуй. Кузак замешкался. Ранта, а вслед за ним и Тада тоже подошли к гиганту. Удар. Харухиро хотел присоединиться, но передумал. Не нужно. Могут подойти ещё сектанты, может появиться ещё один гигант. Он с Юме, Шихору и Мэри останется на страже, безжалостная вечеринка обойдётся без них. Кто-то должен остаться защищать Анну-сан.

Голову нужно держать холодной.

Но, конечно, бывают ситуации когда необходимо рискнуть. Когда нет иного выхода кроме как поставить на карту всё, довериться чутью и инстинктам. В таких случаях от хладнокровия мало толку.

Но в такие ситуации лучше вообще не попадать. И для этого необходимо сохранять спокойствие и рассудительность.

Ранта часто называет его занудой. Ну, Харухиро и сам не считает себя особо весёлым человеком. Определение «скучный» вполне ему подходит. Никаких выдающихся черт характера. Самое обычное лицо. Обычное телосложение, среднего роста. Никаких особых талантов, способностей и предрасположенностей. Короче говоря, средний во всём. Обыкновенный. Впрочем, Харухиро это не терзает. Обыкновенный это хорошо. Этого достаточно.

Он самый обычный человек. И, скорее всего, таким и останется. Он вряд ли станет кем-то особенным, да и не стремится. Но это не значит, что его полностью устраивает нынешнее положение дел.

Он хочет продвигаться вперёд. Шаг за шагом, а если это слишком самонадеянно, то по полшага, да даже пусть и по четверти шага. Пусть сегодняшний день мало отличается от вчерашнего, но десять дней спустя уже что-то может измениться.

Усилия наконец принесут какой-нибудь результат.

А значит, наверное, необязательно презирать себя.

…Я ведь стараюсь, правильно?

Кроме того, достичь чего-то это уже награда, правильно? А заслужить награду это же здорово, верно? Это же счастье, так?

Мы можем поднять глаза к небесам, к Манато и Могзо, навсегда расставшимся с нами, и сказать: «У нас всё по-прежнему». Разве это не замечательно?

Я думаю, это прекрасно.

Харухиро, поглядывая своими сонными глазами на жестокий «патитайм», внимательно следил, не подходят ли новые подкрепления врагов. Неважно, насколько велико сейчас их преимущество, неважно, что они победили. Всё это может измениться в мгновение ока. И тогда снова придётся принимать тяжёлые решения, снова рисковать. Харухиро хотел бы во что бы то ни стало избежать такой необходимости.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Белый гигант после удара по затылку больше не шевелился. Видимо, мёртв.

Теперь предстоит главное – разделать четырёхметровую тушу. Процесс долгий и тяжёлый, но результат того стоит. Поначалу белых гигантов воспринимали лишь как препятствие, серьёзную угрозу, от которой лучше просто сбежать, но потом Орион, клан Шинохары, обнаружил что в теле гигантов есть органы, содержащие ранее неизвестный металл, и после того как кто-то из них проговорился об этом, белые гиганты стали одной из целей солдат Красной Луны.

Кстати, с тех пор прошёл уже почти целый месяц.

– …Радужник! Е-есть!...

Ранта с идиотским воплем высоко поднял над головой периливающийся всеми цветами радуги шар, примерно пятнадцати сантиметров в диаметре. Насколько знал Харухиро, эти органы белых гигантов как правило размером с кулак, а значит, это крупная добыча.

– Яхой! Я тоже-тоже-тоже! Нашёл!..

Киккава, зажмурив глаз и высунув язык, тоже размахивал радужником. Этот, наверное, сантиметров десять? Тоже немало.

В конце концов, даже если из гиганта удастся добыть лишь эти два радужника, можно ещё обыскать накидки убитых сектантов, там, возможно, удастся найти радужники поменьше. Те, что у сектантов, хотя и мелкие но хорошо отполированы, и за них тоже удаётся выручить неплохие деньги.

– Ну, где-то шесть?

Токимунэ, стоя на останках белого гиганта, ослепительно улыбнулся. Харухиро недоумённо наклонил голову.

– Нет… Разве не пять?

– Думаешь?

– Наверное.

Пять золотых. Разделив поровну между командой Харухиро и Токкиз, получится два золотых и пятьдесят серебряных. Поделить ещё на шестерых, получится 41 серебряный на человека и ещё немного. Неплохо. То есть, вообще-то, несколько месяцев назад они и подумать не могли о таких заработках. Совсем неплохо.

Наверное, не стоит привыкать. Лучше не принимать такое положение дел как должное.

С останками белого гиганта, разумеется, ничего не сделать, но хотя бы трупы сектантов можно оттащить к обочине. Все принялись за работу.

Вскоре на них наткнулись.

Ни сектант, и не белый гигант. Человек. То есть, люди.

Ещё точнее, солдаты добровольческого корпуса.

– О.

Если описать шедшего впереди Охотника одним словом, то слово это – неприятный.

Одежда из кожи, на голове шляпа с пером, за спиной лук и колчан. Чуть старше чем Харухиро и его товарищи. Лисьи глаза, кривая ухмылка.

– Кого я вижу? Да это же Гоблодавы и потешная команда.

– …Здравствуйте, Кудзуока-сан.

Харухиро чуть наклонил голову. Среди старших солдат добровольческого корпуса вряд ли найдётся ещё один, к чьему имени он с такой неохотой добавлял бы «-сан». Не то чтобы он знает этого человека, но кое-что их связывает.

Когда они только пришли в Гримгар, Кудзуока взял в свою команду Могзо, а после отнял все деньги и прогнал.

Ранта, не скрываясь, зло цыкнул языком. Кудзуока сощурился, недобро уставившись на него. Шагающие за Кудзуокой Воин, Вор, Волшебник, Жрец и наконец Рыцарь Мрака тоже… издевательски-равнодушное выражение их лиц совсем не производило дружелюбного впечатления.

– О, добрый денёчек, Кудзуока-са-ан! – Киккава протолкался вперёд и хлопнул Кудзуоку по плечу, – Давно не виделись, как жизнь? Всё отлично? Да?

– Руку убрал, Чертокава!

– Э? Что, что? Я чертовски кавайный, да? Ого, круто!

– Я не это сказал, дебил.

– Нет-нет-нет, что вы, не нужно так стесняться, Дерьмоока-сан! Ой, то есть Куздзуока сан, простите, оговорился! Больше не повторится!

– Да только попробуй повторить, ты!

– Ага! Попробую! Хи-хи!

– Задолбал! Пошёл вон! Вали, говорю, прибью!

– Не так быстро, – Токимунэ дружелюбно улыбнулся, – Я тебя, правда, знаю плохо, но ты явно послабее. Или хочешь попробовать?

– Н-нет! – Кудзуока оттолкнул Киккаву, и, бросив своим спутникам «идём!», торопливо пошёл прочь. Когда они отошли, до Харухиро донеслась чья-то приглушённая брань, вероятно, самого Кудзуоки.

– Прям не верится, – Ранта поддал ногой землю, – Как он ухитряется быть лидером, с таким-то дерьмовым характером.

– Да уж… – Харухиро почесал в затылке, – Только вот кто бы говорил но не ты…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. В делах сердечных как всегда

В Даскрэлме не бывает восходов и заходов солнца, не бывает утра или вечера. Компас здесь не работает, так что ориентироваться по сторонам света не получается. Шинохара из Ориона предложил решение этой проблемы: если смотреть с вершины исходного холма, вдали можно увидеть что-то вроде огромной колонны. Нечто столь крупное и правильной формы никак не может быть естественным образованием, это, наверняка, дело чьих-то рук. Итак, было предложено для удобства считать направление на колонну Севером. И все в конце концов согласились с этим.

К востоку от исходного холма был овраг, с густой растительностью и источником воды. Этот овраг нашла команда из двух солдат Красной Луны – Лала и Ноно.

Кстати, эти Лала и Ноно тоже нашли появившийся на Рудном Пути Вандерхоула проход из Гримгара в Даскрэлм, через пять дней после команды Харухрио. Они тоже встретили рикомо – похожих на летучих мышей обитателей туннеля – и назвали их гремлинами. Название «рикомо» давным-давно забылось. Даже Харухиро и его товарищи теперь зовут тех существ гремлинами.

Лала и Ноно назвали пещеры с яйцами гремлинов Инкубатором, а то, что дальше – Общежитием Гремлинов. Харухиро и его друзья, разумеется, теперь тоже использовали эти названия. Лала с Ноно отличались крепкой деловой хваткой, они сообщили влиятельным кланам вроде Ориона или Железных Кулаков о Даскрэлме, и, судя по всему, неплохо на этом заработали.

Лала и Ноно действовали тщательно и дотошно. Они обследовали все проходы в общежитии гремлинов, и обнаружили проход в ещё один мир – мир погружённый во тьму, мир, где никогда не восходит солнце. Найтрэлм.

Впрочем, Найтрэлм оставался в основном неизведанной территорией. В конце концов, там же темно, и вроде как говорили, что иногда солдаты добровольческого корпуса, отправляющиеся туда на разведку, не возвращаются назад. В общем, опасное место. Тем не менее, ходили слухи что Лала и Ноно продолжают тайно исследовать Найтрэлм.

Правда это или нет, сейчас Даскрэлм стал ещё одним из самых популярных охотничьих угодий солдат Красной Луны.

Всё это случилось практически в мгновение ока.

Харухиро, сидя перед палаткой, отхлебнул воды из фляги и вздохнул.

– Круто…

Возле открытого Лалой и Ноно оврага к востоку от исходного холма рядами стояли десятки палаток. В основном, палатки принадлежали солдатам добровольческого корпуса, живущим в Даскрэлме подобно Токкиз и команде Харухиро. Также здесь находились те, кто оказывал поддержку добровольческому корпусу: торгоцы едой, выпивкой, кузнецы, владельцы купален, скупщики, филиал банка Ёрозу, а также… так называемые «девушки для увеселений». Палатки торговцев находились в центре, а палатки солдат добровольческого корпуса окружали их внешним кольцом, создавая подобие города.

Так называемый «лагерь героев Даскрэлма».

Враньё.

Мало кто давал себе труд выговаривать это выспренное название. Просто «лагерь».

В этом мире не бывает ночи. В каком-то смысле можно сказать, что здесь вообще нет времени, но в Гримгаре, наверное, уже  полночь. Лишь механические часы Анны-сан позволяли Харухиро и его спутникам определять, когда наступает утро – время вставать, день – отправляться на охоту, и ночь – постараться урвать столько отдыха, сколько удастся.

Харухиро тоже очень хотел заснуть, но сон не шёл. Так что он в одиночестве предавался безделью, присев на корточки возле палатки.

Доносился громкий храп Ранты. Вот, наверное, что мешает спать.

От палаток трактирщиков раздавались громкие голоса что-то празднующих солдат.

Нет, мне точно не уснуть.

– …Да ещё и этот вечный закат…

Или, может, мне просто не по себе? С другой стороны, я хотя и не такой толстокожий как Ранта, но особой нервозностью тоже не отличаюсь.

– Вот бы жить одному… Хоть когда-нибудь…

Очень тяжело постоянно находиться в чьём-то обществе. Изредка попросту невыносимо. Вот бы когда-нибудь заработать столько, чтобы позволить себе отдельную комнату… Хотя до этого, конечно, ещё очень далеко.

– А-а-а-а… Достало, достало, достало, достало, достало, достало, достало…. – забормотал он, уткнувшись лицом в колени. Наконец его отпустило.

Нужно мыслить здраво. Для начала, снять отдельную комнату можно лишь вернувшись в Ортану. Но какое-то время они планируют жить в лагере или в передовом аванопосте, а значит – в палатках. А увеличивать количество палаток без нужды не стоит. Одна для девушек, одна для парней, всего две – оптимально. Харухиро прекрасно это понимает. Так почему же всё-таки ему иногда так хочется побыть одному?

Несложно догадаться.

Ему, как лидеру, приходится взваливать на себя в корне не подходящие ему обязанности. И, разумеется, он со всей болезненностью осознаёт это.

Днём, за работой, ему ещё удаётся справляться. Слишком о многом нужно думать, слишком многое нужно делать. Но когда день заканчивается, когда он получает короткую передышку, удушающее чувство собственной неполноценности обрушивается на него.

Нет, не то чтобы ему хотелось всё бросить. Он не собирается убегать.

Просто это очень тяжело.

Ему нельзя убегать. Он и не думает убегать. Но каких же усилий ему это стоит. Мысли о том, что он не подходит на роль предводителя, неотступно грызут его. Но всё же, иного выхода у него нет.

Нельзя жаловаться. Нельзя беспокоить этим друзей, внушать им тревогу. Их эффективность как команды неизбежно упадёт.

И всё же, ему неловко. И перед товарищами, и перед Токкиз. И это выматывает, день за днём.

Хочу побыть один.

– Ну, впрочем, в каком-то смысле я и есть один…

Точно. Желание сбылось, сейчас он один. Харухиро поднялся. Небольшая прогулка не повредит.

Харухиро зашагал в сторону от палаток. Благодаря постоянному уровню освещения во временных столовых и временных барах всегда сидят посетители. Временами он замечал проходящих там и сям солдат добровольческого корпуса, но старался держаться незаметно. В лагере собралось много добровольцев, но не настолько много чтобы можно было затеряться, не двести и не триста. Харухиро знал большинство из них, но все они старше, и видят в их команде лишь объект для насмешек. Если он окликнет кого-то или попытается завести беседу, то ничего хорошего из этого не выйдет. К тому же, он ведь хочет побыть один.

В одном из временных баров бурно развлекались люди из клана Железных Кулаков. Они считались кланом, но между собой почему-то называли свой клан «фэмили», то есть семья, а друг друга «бразерс» – братья. В центре сидел невысокий, бритый налысо человек. Его лицо казалось немного детским, но в то же время он словно излучал угрозу. «Лентяй» Макс. А человек с короткой бородой рядом с ним – его правая рука, Эйдан.

По-настоящему Макса звали Масафуми, а Эйдана Эйске или что-то вроде этого, но на попытки называть их так в лицо они всегда реагировали жестоко и кроваво. Большинство остальных «бразерс» тоже пользуются кличками вместо собственных имён.

– Уи-и! А-а?! Айан! Накк! Э-йя-а!.. (Кто-! Мы-ы?! Железный! Кулак!)

Харухиро часто слышал этот возглас. Бразерс часто орут его хором, надрывая свои и без того громкие глотки. Нет, мне ни за что не понять, думал он. Что это за обычай такой.

Железные Кулаки, как и клан Орион, тоже вторглись в Даскрэлм и сразу же развили бурную деятельность. Но, в то время как члены Ориона – в основном, подобно своему предводителю, Шинохаре, спокойные и сдержанные – в основном вели себя как исследователи нового мира, подчинённые Макса полностью от них отличались. Они вели себя как захватчики, грубо и прямолинейно.

Они убивали. Они вырезали всех сектантов, попадавшихся им под руку, жестоко и беспощадно.

Там и сям в Даскрэлме располагались поселения сектантов. Харухиро и его друзья обнаружили два ещё до прибытия Ориона, но, разумеется, приближаться не решились. Там ведь живут сектанты. Это слишком опасно.

Но Железные Кулаки без раздумий вломились прямо в одно из поселений. Говорили, что они оставались там целые сутки, двадцать четыре часа или даже больше, и уничтожали сектантов. В итоге оставшиеся в живых обитатели сбежали, а победа осталась за захватившими поселение Железными Кулаками.

Нет, правильнее наверное сказать – уничтожившими поселение.

Между прочим, именно в этом поселении в последнее время охотились Харухиро и его товарищи.

После резни Железные Кулаки не стали задерживаться в городе, а просто отправились дальше, убивать и охотиться. Может, им просто нет дела до заработков? Как знать. В любом случае, вскоре после их отбытия сектанты стали группами по двое и трое возвращаться обратно. Впрочем, селиться там снова они, видимо, не намеревались, ограничиваясь лишь патрулированием и погребением павших сородичей.

Между прочим, белые гиганты, судя по всему, не живут в городах сектантов – или скитах, как их ещё называли. Во всяком случае, изначально их там, похоже, не было. Белые гиганты вообще, в отличие от сектантов, не населяли весь Даскрэлм. Встретить их можно было лишь в окрестностях акрополя гигантов – тех самых развалин, где угодили в передрягу Токкиз на второй день после открытия нового мира,  да в Котле Бога – обширной котловине к юго-западу от исходного холма.

Но после того, как Железные Кулаки разграбили один из скитов, белых гигантов начали встречать и вне обычных мест обитания. Иногда они даже действовали заодно с сектантами.

Таким образом, разграбленный скит превратился в удобные охотничьи угодья для тех команд, кому было по плечу одолеть небольшую группу сектантов и гиганта.

Железных Кулаков с тех пор приобрели титул «первых» среди исследующих Даскрэлм солдат добровольческого корпуса.

Первые, в смысле первыми из людей разрушившими скит? Или первые в охоте? А может, и то и другое? Харухиро затруднялся с ответом.

– Ну, впрочем, эти Железные Кулаки… Как-то мне от них не по себе…

Мысль о том, что они, в общем-то, довольно жестокие люди, никак не желала выходить из головы. С другой стороны, команда Харухиро тоже пользуется плодами их жестокости. А значит, он не имеет права их винить.

Как бы то ни было, Харухиро, используя свои приёмы Вора, незаметно для всех пробрался к краю оврага. Маленькое, но достижение. Крошечное, откровенно говоря. Ну и ладно. Пусть крошечное. Зато достижение. Пусть бы так всегда и было. Честно говоря, Харухиро вовсе не стремился быть лидером, гордящимся лишь крошечными достижениями, но слишком хорошо понимал, каких тягот стоит что-то большее.

Изначально овраг покрывали густые заросли, но теперь от них почти не осталось следа. Все деревья вырубили до единого, лишь кое-где оставался нетронутый кустарник.

Ручей на дне оврага служил источником воды. Флягу Харухиро тоже заполняла кипячёная вода из этого ручья. Вода выглядела прозрачной и чистой, но если пить её сырой, то серьёзные проблемы с желудком практически гарантированы. Жители лагеря потребляли воду неограниченно и обильно, так что возникали опасения что однажды ручей пересохнет. Впрочем, на ближайшее время, наверное, можно не беспокоиться.

Глядя на на текущую воду, Харухиро ощутил, как на душе становится легче. Успокоиться от такого пустяка. Как дёшево и примитивно. Ну и хорошо. Более утончённая и сложная личность на месте Харухиро лишь сильнее бы страдала.

Теперь, наверное, удастся заснуть. Харухиро направился обратно к палатке.

– И опять я за своё…

Он усмехнулся на ходу. День за днём, одни и те же мысли, одни и те же тревоги, и в итоге он сам того не замечая успокаивается. Харухиро ощутил себя в состоянии достойно прожить ещё один день.

– Никаких крупных достижений… Ну, впрочем, мелкому человеку мелкие достижения…

Их команда постепенно развивается, а также им удаётся зарабатывать себе на жизнь. Разве этого не достаточно?

Да.

Вполне достаточно.

Увереннее. Продолжать в том же духе.

Уже почти совсем рядом наш милый дом, наша замечательная палатка. Ну, не такой уж он и милый, впрочем. …Э?

Из палатки кто-то вышел. Ну, кроме Ранты и Кузака некому. Точно, Кузак. Эта его обычная долговязая фигура. В смысле, фигура всегда одинаковая, она не может вдруг стать необычной. Разумеется.

Ну, само по себе это пустяк, подумаешь, проснулся. Но тут из соседней палатки вышел ещё один человек, и это уже не показалось Харухиро таким уж пустяком.

Ну, опять же, в этом нет ничего такого, но чтобы Кузак вышел из палатки парней, а Мэри из палатки девушек, да ещё одновременно, это что, совпадение? Или же это вовсе не совпадение? Что вообще происходит?

– …Без понятия…

Харухиро непроизвольно шагнул за ближайшую палатку. Ну, то есть, он ведь совсем не обязан прятаться? Нет, конечно. И всё-таки.

Он высунул из-за палатки голову, всматриваясь в пару. Что я вообще творю? Это же всё равно что подсматривать… Это же нехорошо… Да ведь? Ну да, но… Просто стало интересно… Я ведь… Я ведь лидер, разве нет? Но ведь меня это не касается? Но нет, я же в ответе за всех в нашей команде? Нельзя же сказать, что меня это совсем не касается? Я же должен хотя бы знать, что происходит, так? Так ведь?

Двое о чём-то тихо разговаривали. Мэри стояла, опустив голову. О чём же они говорят? Проклятье. Не слышно.

– О…

Харухиро обронил странный возглас. Кузак взял Мэри за руку, то есть, нет, за рукав, и пошёл прочь. Мэри не противилась. Она пошла за ним, всё так же потупив голову. Э-э. Уходят. Они уходят. Вдвоём. Э-э. Вот как. Вот оно что…

– …Заметили?

Да плевать.

Точно.

Всё нормально же, да?

Можно подумать, произошло что-то неожиданное. Ну да. Он же давно подозревал об этом, разве нет? Он, конечно, не знал как далеко зашли их отношения, но не проверял, да и не хотел проверять, да и в любом случае, какое ему дело. Пусть делают что хотят.

Мне плевать!

Да!

Меня это не касается!

Да вообще, совет да любовь! На здоровье!!

Могли бы и не скрываться!

Могли бы просто открыто всем рассказать…

Ничего плохого ведь нет в том, чтобы прямо и честно рассказать, и я бы не ломал голову…

– Ха-а-а-а…

Харухиро, выдохнув, плюхнулся на землю и прижал руки к груди. Казалось, на глаза вот-вот навернутся слёзы.

Шок.

Но почему? Что его так шокировало? То, что они держат всё в секрете? «Скажите прямо! Что за секреты! Вы что, не доверяете нам?!» Нет. Вряд ли. Пусть они и скрываются, но Харухиро понимал, что открыто объявить о своих отношениях должно быть тяжело.

«По правде говоря, мы встречаемся!»

Не в характере Кузака внезапно произносить такое, да и от Мэри сложно этого ожидать. Да и не в характерах дело. Их отношения, скорее всего, продвигались медленно, постепенно, может, вообще не обретая явной формы. Может, они просто не могут об этом сказать, даже и понимая что скрываться от товарищей это плохо. Может, они не знают как и что сказать. Наверняка признаться в этом остальным очень сложно и трудно.

В общем эти двое, как это… Влюбились? Сошлись? Короче, они теперь вместе?...

– У-у-у-у…

Он чувствовал, как грудь сдавила боль. Да что же это… Как бы то ни было, что между ними? Любовь? Просто привязанность? Или всё серьёзно? Как бы то ни было, это их дело.

Именно, только их дело. Никто не имеет права им мешать. Разрази гром того, кто смеет вставать на пути чужой любви!

Харухиро действительно так думает. По-настоящему, от всего сердца.

Но если так, то почему?

…Ну конечно. Вот почему.

Пусть он не признаёт это, не хочет признавать, считает, что лучше это не признавать. В конце концов, причина в этом.

Можно говорить что угодно, но итог один – Харухиро любит Мэри. Неприметно – да, совершенно, в своём стиле, неприметно и не ища взаимности.

Разумеется, у него и в мыслях не было, что Мэри может любить его. Ни тени мысли. Поэтому он и думать не желал о своих чувствах к ней. Он не осознавал их. Ведь это же бесполезно.

И всё же, наверное, он любил её.

Достаточно простого мысленного эксперимента, чтобы понять.

Юме и Шихору такие же товарищи как и Мэри. Предположим, кто-то из них начнёт встречаться с кем-то в их команде. Вызывает ли эта мысль в груди Харухиро такую же мучительную боль?

Похоже что нет.

Шихору и Ранта… ну, это неприятно поразило бы его. И он был бы серьёзно обеспокоен будущим таких отношений, но не более того. То же самое, если бы Ранта сошёлся с Юме. Юме и Кузак, Шихору и Кузак? Ну, он был бы рад за них, наверное, только пожелал бы им не ссориться, чтобы избежать проблем в команде.

Выходит, дело в Мэри.

Неважно, с Кузаком или с кем-то ещё. Харухиро это причинило бы страдания в любом случае.

Потому что он по-настоящему, всерьёз любит её.

– …Вот… Оно что…

Харухиро ошеломлённо уставился в пёстрое небо.

В его груди, там где ещё недавно поселился комок боли, словно разверзлась дыра. И сквозь эту дыру, казалось, задул ветер.

Его любовь безнадёжна.

То есть, она всегда такой и была.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. От всего сердца

…И? Что дальше? Что теперь?

Ничего. Всё осталось по-прежнему. Личные переживания Харухиро никак не связаны с их общей повседневной жизнью. Всё шло своим чередом. Со временем он пришёл в норму, его чувства унялись, туман в голове развеялся, и отношения Мэри и Кузака стали ему безразличны. Ну, не то чтобы он желал им вечной любви, но, как бы это сказать – «на здоровье, пожалуйста, встречайтесь сколько хотите – ах да, вы кажется хотели провернуть всё тишком, так вот я вас застукал» – так что ли?

Нет. Тоже не так.

Но он теперь знает их секрет. Как быть с этим? Как устранить это противоречие? А может, просто оставить всё как есть? Как поступить?

Неприятное положение.

Так что он с радостью поддержал внезапно высказанное кем-то предложение вернуться в Ортану.

Их команда как раз накопила немного денег, так что было самое время выучить новые навыки, и подкупить того и сего.

А ещё, побыть наконец наедине с самим собой! Пусть совсем немного!

Путь из Даскрэлма обратно в передовой аванпост добровольческого корпуса, а оттуда через Ветреные Равнины в Ортану занял пару дней.

Там все временно разошлись по своим делам. Харухиро провёл неделю в Гильдии Воров, изучая технику Незримости. Он подумывал, не остановить ли выбор на Смертельном Броске, но в итоге решил, что неприметному предводителю и разведчику больше к лицу как следует овладеть искусством скрываться из виду.

Заплатить пришлось высокую, чтобы не сказать, непомерную цену в двадцать золотых, так что отлынивать было бы попросту глупо. Впрочем, зная строгость Барбары-сэнсэй он и подумать бы не посмел о небрежности  в занятиях.

– …Я уж думал, не переживу…

На этот раз ему и в самом деле приказали стать трупом, без шуток и преувеличений. И он стал.

Незримость достигается сочетанием трёх техник.

Первая – сокрыть следы собственного существования, «погрузиться»; Прятаться.

Вторая – продолжая скрываться, двигаться, «плыть»; Перемещаться.

Третья – напрягая все органы чувств, определять местонахождение противника, «читать»; Чуять.

Чтобы достичь первой стадии, Спрятаться, Барбара-сэнсэй приказывала Харухиро -  "Умри!", и безжалостно наказывала за безуспешные попытки. Она ломала ему две или три кости, и снова заставляла тренироваться в таком состоянии.

Гильдия платила жалованье некому странному человеку, бывшему Вору а ныне Жрецу, который приходил на помощь раненым во время обучения. Но что это вообще за тренировка, которую прерывает лишь агония ученика? Немыслимо.

Барбара-сэнсэй отвечала на это, что лишь побывав на грани смерти можно овладеть чем-то как следует. Всё это ради тебя, говорила она, где слёзы благодарности?

Впрочем, это и правда был опыт, пережить который без слёз было невозможно. Харухиро в общем-то понимал её логику, но ведь одна-единственная ошибка, и ему пришёл бы конец. Кошмар.

Как бы то ни было, его страдания были вознаграждены. Незримость неотделимо въелась и в его разум, и в тело. Бесцельно прогуливаясь по вечерним улицам Ортаны Харухиро поймал себя на том, что неосознанно воспроизводит погрузиться/плыть/читать – Прятаться/Перемещаться/Чуять. Он почувствовал неприязнь к самому себе.

Тогда, в Гильдии, Барбара-сэнсэй удостоила его столь редкой похвалы. А ты неплох, сказала она. У тебя прямо-таки талант.

– Да уж… – Харухиро тихо улыбнулся, незаметно влившись в толпу покупателей на медленно погружающемся в сумерки рынке. – Ну спасибо, что тут скажешь…

Вор это Вор, так ведь?

Тот кто ворует. Преступник.

Говорили, что у истоков Гильдии Воров стоит существовавшая в королевстве Аравакия преступная организация «Чёрная вдова». Когда королевство начало отвоёвывать Приграничье, «Чёрная вдова» предложила свою поддержку королевским войскам в обмен на освобождение из тюрем своих членов. Этих людей отправили в Приграничье как разведчиков-смертников, и впоследствии они основали Гильдию Воров.

Какое благородство. Так почему же, при всём при этом, обучение в Гильдии так жестоко? Или просто Барбара-сэнсэй садистка?

Как бы то ни было, воры есть воры. Среди тех, кто обучался в Гильдии, есть и такие кто применяет свои навыки исключительно для преступлений. Харухиро, когда вступал в Гильдию, не особо об этом задумывался, точнее вообще не задумывался, но если ему случалось признаваться что он Вор, очень многие встречали эту новость неодобрительно. В особенности жители Ортаны.

Можно, конечно, пытаться оправдываться, заявлять что это необоснованное предубеждение, что большая часть солдат добровольческого корпуса, состоящих в Гильдии Воров, не занимаются воровством. Тем не менее, среди преподаваемых в Гильдии навыков есть и такие как Взлом Замков, Грабёж и Карманная Кража. Любой из Воров при желании может совершить преступление. Ничего удивительного, что к ним относятся настороженно.

– …«Низкая профессия», так это вроде называют?

Харухиро нравится действовать тихо, скрытно разведывать обстановку. Это почти стало его натурой, может, даже призванием. …Но всё же, «Вор».

– Им стоило сменить название…

При создании Гильдии стоило назвать её как-нибудь иначе. Хотя, может, основатели гордились тем что они воры? Но Харухиро не видел в этом повода для гордости.

– Раз в Гильдии нет запрещающих этого правил, может, создать новую Гильдию… Ну, не мне, конечно. Кому-нибудь другому…

Тогда Харухиро сразу же перешёл бы в эту новую Гильдию. Но тогда, наверное, он больше не сможет учиться у Барбары-сэнсэй? Будет ли он скучать? Вряд ли. Он ведь так боится её.

Ну, впрочем, это всё праздные фантазии.

Ранта говорил, что за шесть дней изучит навык Рыцарей Ужаса «Недостижимость». Шихору собиралась потратить пять дней на изучения заклинания из своей основной специализации, Школы Даш – «Омут Тени», а потом, кажется, ещё два дня на заклинание из Школы Канон – «Ледяной Шар». Юме долго раздумывала, но в итоге, кажется, решила потратить неделю на изучение охотничьих навыков выслеживания, а также устройтва яма-ловушек и медвежьих капканов.

Мэри, неспособная пользоваться магией света в Даскрэлме, решила потратить пять дней на изучение навыка самообороны «Возмездие», а Кузак должен был за шесть дней научиться навыкам боя на мечах «Защита» и «Наступление».

Итак, Харухиро, Шихору и Юме занимались в своих гильдиях семь дней, Ранта и Кузак шесть, а Мэри пять. Что до Токкиз, то Анна-сан и Тада наконец изучили «Чудо Света», и остальные тоже каждый по-своему постарались стать сильнее. Остаток времени каждый потратил по своему усмотрению, а завтра придёт время снова собраться всем вместе.

Ранта сейчас, наверное, убивает время в переулке Тэнку. Харухиро имел очень смутное представление об этом месте, но это, вроде… что-то вроде квартала красных фонарей? Заведения, где посетители платят деньги за женское общество. Недостатка в клиентах они явно не испытывают. По правде говоря, Ранта как-то раз приглашал Харухиро сходить туда вместе, и просто взбесился, получив отказ. Наверное, побаивался идти в одиночку. Раз уж собрался, так не трусь. Но хотя колебаться, казалось бы, никак не в характере Ранты, он, может быть, до сих пор не собрался с духом. Наверное, просто просаживает деньги в каком-нибудь баре, где женщины прислуживают и развлекают беседой.

А Мэри и Кузак?.. Наверное, они сейчас вместе. Ну да. И пожалуйста! Сколько угодно! Совет да любовь. Сыграйте свадьбу уже. Или для этого ещё рано? Но ведь вполне возможно, что дойдёт и до этого… Хотя, чего в этом плохого?.. Так ведь?..

Зазвенел колокол. Шесть часов вечера. Колокола Ортаны начинают ежедневный отсчёт времени в шесть утра одним ударом, и звонят с интервалом в два часа, каждый раз добавляя удар. Таким образом, семь ударов колокола означают шесть часов вечера, наступление вечера, время заканчивать дела и расходиться по домам. Рынок в это время закрывается, но для переулка Тэнку наоборот наступает самое оживлённое время суток.

Харухиро остановился перед входом в банк Ёрозу.

– Привет.

– Опаздываьешь!.. – Анна-сан подскакивала на месте, надув щёки, – Ты опоздал! То есть, не опоздал, ньет?! Ну и что, мужчьина который карасё должен приходьить на свидание раньшье! Нье согласьен?!

– Простите.

– Ты что, не озабочьенный?!

– …В смысле «заботиться»?

– Коньечно! Мужчьина должен позаботиться чтобы не опаздывать!

– А, понятно.

Вот она про что. Но так же не говорят, нет? Слово «озабоченный» поначалу вызвало у Харухиро совсем другие мысли. Всё ещё пристыжнный, он поднял голову и посмотрел в лицо стоявшей рядом с Анной-сан рослой девушки.

– …Привет.

– Угу.

Миморин… улыбнулась? Харухиро не был уверен. По её лицу обычно трудно понять эмоции.

– Я скучала.

А ещё Харухиро не был уверен, правильно ли её понимает. Смысл слов вроде бы очевиден, но Миморин зачастую выражается очень странно. Ему стало неуютно.

– …Вот как.

– А ты?

– Э, что – я?

– Скучал? По мне.

– Эм-м…

Харухиро опустил взгляд. Как легко было бы бездумно ответить «да», просто из вежливости. Ответить и не заботиться ни о чём. Но он не желал так поступать. Харухиро поднял голову и посмотрел Миморин в глаза.

– Нет, пожалуй.

– Ах…

– Ты с таким бесстрастным лицом это сказала…

– Мне больно. Моё сердце разбито.

– Нье плачь…

Анна-сан погладила Миморин по спине – то есть, собиралась, наверное, но получилось где-то в районе ягодиц. Харухиро, видя что в глазах Миморин и правда стоят слёзы, струхнул.

– …Нет, то есть, я… В смысле… А где Киккава? Он разве не с вами сегодня?..

– Были... обходительства?.. – Анна-сан, продолжая поглаживать Миморин по заду, пожала плечами, – Оу. Но-у. Обстоятьельства? Так, вроде? В общем, его сьегодня не будьет.

– Но мы ведь договаривались, что это наше укрепление дружбы будет вчетвером, с Киккавой…

– Такова жьизнь! Есть горы, есть долины! Поньятно?!

– Ничего не понимаю…

– Буллщит! Придьюрок! Потому и ранишь девиьчье сердечко! Поньял!?

– Всё в порядке, – Миморин потёрла глаза указательными пальцами, – Так просто я не отступлюсь.

Да отступись же наконец…

Но Харухиро, хотя и не мог избавиться от таких мыслей, всё же не хотел разбивать сердце Миморин. Он предпочёл бы по возможности не ранить её чувства.

Она из другой команды, но они же союзники, так что Харухиро предпочёл бы сохранять  хорошие отношения. Во всяком случае, избегать трений и неловкости. Ничего особенного, просто нормальные рабочие отношения. Но Миморин почему-то считала это недостаточным, и раз за разом через Анну-сан передавала приглашения встретиться.

Поначалу предполагались только встречи один-на-один. Свидания, фактически. Анна-сан явно рассчитывала, что Харухиро просто решит плыть по течению и сойдётся с Миморин, так что он каждый раз вежливо отказывался.

Но Миморин всё равно не сдавалась, а Анну-сан, похоже, это положение дел чем дальше тем больше злило, и Харухиро продолжал получать приглашения. В конце концов даже Токимунэ попросил его – "Пожалуйста, сходи уже с ней на свидание. Хотя бы раз".

Харухиро понимал, что его упрямство могут неправильно понять, но всё же не отступался. Он поставил условия.

Встречи наедине не обсуждаются. Харухиро ведь уже отверг признание Миморин, прямо и открыто. С другой стороны, никакой неприязни к ней он не испытывает, так что в чьей-нибудь компании, как друзья – почему бы и нет. В итоге сошлись на том, что Миморин, Анна-сан, Харухиро и кто-нибудь четвёртый будут иногда вместе ужинать или гулять.

На этот раз, поскольку они впервые за долгое время вернулись в Ортану, было решено вчетвером – Миморин, Анна-сан, Харухиро и Киккава – сходить в хороший ресторан и роскошно поесть всем вместе. Причин отказываться не было, так что Харухиро согласился.

Откровенно говоря, он по-прежнему ощущал слабое нежелание идти. Но с другой стороны, их отношения и правда начали напоминать дружеские, так что, может, всё наконец успокоится? Вот что он подумал.

Видимо, это было наивно с его стороны. Он угодил прямиком в ловушку.

Приятного мало.

Впрочем, Харухиро не злился. Злость это пустая трата сил.

– Что ж, пойдёмте поедим? – спросил он.

– Ага, – Миморин энергично кивнула.

Ого, подумал Харухиро. У неё глаза блестят. Неужели она так рада?

Трудно не поддаться чувствам, когда кто-то радом счастлив. Ну, я ведь хорошо к ней отношусь, да? Как к человеку. Она, правда, странноватая, это так. И слишком высокая, у меня всегда шея болит когда приходится смотреть на неё снизу вверх, но это мелочи.

Анна-сан заявила что уже выбрала ресторан, так что они направились туда. Повар, он же хозяин, оказался, на удивление, эльфом. Заведение славилось своим мясом с приправами и широким выбором овощных блюд.

Зал был длинным, узким и полным народу, но они кое-как умудрились пробраться внутрь. У задней стены нашёлся незанятый столик с четырёхногими стульями вокруг. Анна-сан и Миморин сели с одной стороны, Харухиро напротив. Анна-сан, обожавшая руководить в таких случаях, сделала заказ.

Травяное пиво проливалось в горло легче чем обычное. От аромата блюд рот наполнялся слюной, да и вкус не обманывал ожиданий.

Миморин ела молча. Анна-сан болтала без умолку, впрочем, как обычно. Миморин сидела тихо, ела аккуратно, почти не издавая звуков. Манеры же Анны-сан оставляли желать лучшего. А говоря прямо – были попросту отвратительны. Харухиро терпеть не мог тех, кто постоянно роняет еду, разбрасывает объедки и громко чавкает. Он не делал замечаний, но про себя мечтал что Анна-сан поймёт, как неприятно находиться радом с ней, и как-нибудь исправится.

Миморин на этом фоне смотрелась выигрышно. Нет, всё-таки она совсем не плохой человек.

– Ну? – Анна-сан, похоже, немного захмелевшая, громко отрыгнула – Харухиро обдал запах травяного пива – и уставилась на него, – И чьем это тебе не угодьила Миморин, а?! Какого хрена ты из себья недотрогу корчишь?!

– О чём ре... – Харухиро бросил взгляд на Миморин, и обнаружил что она пристально смотрит прямо на него. Их глаза встретились. – Стоп, вы об этом хотели поговорить? Ну я же говорил много раз, давай просто останемся друзьями, серьёзно...

– Тебе может и хватьит этого, но не Миморин, поньятно?! – завопила Анна-сан, – Умести уже в своей тупой башке! Андестенд?!

– Но андестенд.

– Почьему нет?! Что за осльиное упрямство?!

– Может, я в прошлой жизни был ослом...

– Не умничай тут! Отвьечай! – Анна-сан грохнула ладонью по столу, – Что не так с Миморин, а-а?! И если у тебья нет внятной причины, ничего хорошьего не жди!!

– Анна-сан, успокойтесь... – пробормотал Харухиро

– Как я должна успокоиться, а?!

– Ну, не шумите хотя бы...

– Уай, ты! Ты-то почему такой спокойный?! Фак! Бесьишь!

– ...Я не знаю что вам ответить.

Анна-сан всё больше распалялась, люди вокруг начали обращать на них внимание. Разговоры в ресторане замолкали один за другим. Харухиро стало не по себе.

Он громко откашлялся и потёр лоб. Ему не хотелось об этом говорить, но если не ответить откровенно, то Анна-сан не успокоится.

– Ну... Я не знаю, – сказал Харухиро, – Это не... как бы... Не то чтобы с ней было что-то не так, не сказать что она мне неприятна, ничего такого. Вы же видите.

– Тогда, – наклонилась вперёд Миморин, – В чём дело?

– М-м-м... – Харухиро закрыл глаза и потёр их обеими руками, – Я не уверен, что смогу объяснить как следует. Я просто... ну, у меня нет опыта.

– У меня тоже, – сказала Миморин.

– И у Анны-сан тоже, поньятно?!

– ...П-понятно. Э, так что, ну, вы же понимаете? Ну, это ведь нельзя просто взять и объяснить, правда? Логика в таких делах не работает. Ну, в смысле, очевидно, да? Тут всякое, ну, вроде внешности, или если человек добр к тебе, всякое такое. Ну, то, почему люди влюбляются, да? Такие, как бы, крючки? Иногда, бывает, они и правда есть, но действительно ли их достаточно? Может, и нет...

– Я люблю тебя, Харухиро, – сказала Миморин, – Ты прав, в этом нет никакой логики.

– Нет, послушай же...

Он едва не сказал "спасибо", но заставил себя остановиться. Ему, разумеется, доставляют неудобства её чувства. Он солгал бы, если бы сказал что благодарен.

– Ну да, – продолжил он, – Почему-то, ну, да... В общем, вроде как, не то чтобы мне что-то в тебе не нравилось, просто я же говорил, я просто ничего такого к тебе не чувствую. Это, наверное, плохо что я так прямо это сказал. Или нет?

– Ну коньечно плохо! Э-э-эй, Мимори-и-ин, Миморин!..

Анна-сан попыталась обнять Миморин за плечи – но, учитывая разницу в размерах, у неё разумеется ничего не получилось. Невыполнимая задача.

Надеюсь, у вас получится, Анна-сан, – подумал Харухиро, – Миморин до сих пор плачет. Но какое же страдание у неё на лице. У меня сердце болит от одного вида. Но это не значит, что я должен сдаться.

Анна-сан тоже расплакалась, и когда она развернулась к Харухиро, то под взглядом её раскрасневшихся глаз ему по-настоящему захотелсь сбежать.

– Харухиро бессердечный! Как ты можешь быть такьим холодным?!

– ...Что ж, вы наверное правы. Не мне отрицать, после всего что я сказал.

– Удаёшься?!

– Чего? А, в смысле, сдаюсь?

– Да! Точно! Это самое слово! Как ты догадался?! Круто!

– ...Ну, должен признать, я и сам удивился, что смог, но...

– Это ньеважно!!

– Я это и хотел сказать...

– Ты неправа, – всхлипнув, сказала Миморин, – Харухиро не бессердечный.

– Ноу вэй?!

– Харухиро не холодный. Он просто не лжец.

– Гр-р-р-р, – простонала Анна-сан, схватившись за голову, – ...Не лжец? Но...

Вы начинаете напоминать пьянчугу какого-то, Анна-сан, подумал Харухиро.

– Он просто старается не говорить ничего такого, что можно неправильно понять, – Миморин прикусила губу, – Он не хочет давать мне повод надеяться, что всё же любит меня.

– Ува-а-а-а-а, – Анна-сан принялась тянуть себя за волосы. От её голоса в жилах стыла кровь, – Мимори-и-и-ин, тебе ведь не обьязательно всё это говорьить, да?!

– Я всё понимаю.

– Но-о-о...

– Я люблю его и за это тоже.

– О-о-о!..

– Я люблю тебя, – Миморин не сводила своих заплаканных глаз с Харухиро, – Позволь приручить тебя, пожалуйста. То есть, нет, не так. Давай встречаться.

– Прости.

– Ожидаемый ответ.

– Ну, то есть, понимаешь... – неловко продолжил Харухиро, – Эта оговорка про "приручить" звучала странно, но ты говоришь серьёзно, я это вижу, и, в общем, я могу понять, но... я, конечно, по-своему осознаю это, но всё же... от этого только хуже, понимаешь? Я не могу просто сказать что мне всё равно...

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Идиот! – заорала Анна-сан, тыча пальцем в Харухиро, – Ты дебьил?! В твоём возрасте нужно думать только об одном! Днём и ночью, только об этом! Почему бы тебье не согласиться встречаться с ней и делать это! Ты же можьешь! Ты же в самой поре длья спаривания! Да!

– Вас занесло в какую-то пошлятину, Анна-сан.

– Заткньись! Смотри! Смотрьи, какие сиськи! Огромные! У Миморин роскошное тело, ньет?! Я ведь права! Так бы и вцепьился зубами, да?!

– Нет, ничего подобного, – сказал Харухиро, – Я не Ранта. Да и он, я думаю, только хвалиться и может. Вряд ли он тоже стал бы что-то делать.

– Миморьин без мозгов от тебя!

– Без ума, наверное...

– Она сможьет бесконечнь обслуживать тебя своими сексниками, не сомневайся!

– ...Сексниками?

– Сексуальные техники это сексники, ясно?! Спэшиал техники! Поняьтно?!

– Э... Да. Вроде бы. Но вы так громко об этом говорите...

– А ещё она девственница! Вирджин! У неё даже ещё не было фарсту киссу!

– Это так, – с серьёзным лицом зачем-то подтвердила Миморин.

Это, может, важно? Харухиро не очень понимал, но кое-что другое показалось ему странным.

– А?.. Тогда, что насчёт той.... "спэшиал" техники?

– Я научусь, – снова кивнула Миморин, – Всё будет хорошо.

– Анна-сан обо всьём позаботится! – Анна-сан стукнула кулаком по своему роскошному бюсту – впрочем, уступающему Миморин, – Анна-сан проведёт её через всье и каждые техники в мире!

– То есть... У вас очень богатый опыт, получается? – опасливо спросил Харухиро.

– Не тупи, извращьенец! Я девственница, поньял?!

– Но ведь, тогда...

– Хе-хе... – Анна-сан горделиво ухмыльнулась и ущипнула себя за мочку уха, – Анна-сан знает о сексе всё. Такие как я рождаются раз в сто лет, поньял? Легчье лёгкого.

– ...Вот оно что.

– В уме я могу довести до оргазма больше миллиона парней разом, поньятно?!

– По-моему у вас немного чересчур буйная фантазия.

– Я шутила! Ты что, не поньял?! Анна-сан чистая, невинная и непорочная!

– Хорошо, хорошо. Я понял.

Харухиро отхлебнул травяного пива и осмотрелся. Большинство посетителей вернулись к своим разговорам, но Харухиро с девушками по-прежнему привлекали внимание, и некоторые из их соседей явно подслушивали. Анне-сан явно нравятся эти её грязные шуточки. Сам Харухиро не то чтобы исыптывал к ним отвращение, но и не считал их чем-то особо хорошим.

– Ну так что?! – Анна-сан от души отхлебнула из кружки и удовлетворённо выдохнула, – Попробуешь встречаться с ней? Ну же, попробуй! Круто же, правда? С её роскошным телом ты сможьешь каждый день погружаться в мир низменных желаний!

– Нет, спасибо.

– Фак ю!

Он не собирается поддаваться, что бы они не говорили. В особенности потому, что они  товарищи по оружию – впрочем, даже будь это не так, дело это не меняет. Харухиро не собирается встречаться с той, к кому не испытывает никаких чувств. Скорее, это попросту невозможно. Даже если бы ему предложили за это деньги. То есть, нет, тогда  он тем более отказался бы.

Может, это просто моё упрямство, подумал он. Может и так, но против себя не пойдёшь. Я таков, какой есть.

– Есть ли... – начала Миморин, но из её глаз снова полились слёзы. Она вытерла щёки руками, – Прости, что реву.

– ...Ничего, – пробормотал Харухиро. Его сердце почему-то заныло. Почему? Что случилось? – Н-не извиняйся. Эм, не плачь пожалуйста. Я не хотел доводить тебя до слёз...

– У меня такое впервые, – сказала Миморин, – Мне больно от печали.

– ...Прости.

– Ты не виноват. Это я взяла и влюбилась в тебя.

– Э, ну, да, это так, но...

– Можно я спрошу, что собиралась?

– А, да, конечно.

– Есть ли шанс?

– На что?

– Даже если сейчас это невозможно. Когда-нибудь...

– Эм, когда-нибудь в будущем?

– Да.

– Хм...

Харухиро хотелось ёрзать и корчиться, но он отчаянно сдерживался.

Я не знаю. Это слишком сложно.

Может, по-хорошему стоит сказать ей "Нет, никогда и ни за что, этому не бывать". Ей вообще не стоило влюбляться в такого как Харухиро. Время не бесконечно, оно уходит даже сейчас, пока они говорят. Он и правда считал, что ей стоит забыть про него и найти кого-то другого – но, как знать?

Вправе ли Харухиро решать за неё? Миморин же нашла в нём что-то. И влюбилась. Имеет ли он право отрицать её чувства?

За время совместных действий с Токкиз он узнал её ближе. Да, она странная. Волшебница, но в то же время не может расстаться с привычками Воина. В тот раз, когда она чуть не бросилась с мечом на белого гиганта, Харухиро перепугался. Но она сильная, и хорошо фехтует. А ещё заботится о товарищах.

Иногда она очень мила.

Харухиро не испытывает к ней неприязни. По правде говоря, она ему симпатична.

Если бы не то, как Миморин пытается взвалить на него свою привязанность к нему, Харухиро не имел бы к ней вообще никаких претензий.

Ему даже нравится её характер. Во всяком случае, Харухиро не хотел пренебрегать ею.

Насколько всё было бы проще, будь мы просто друзьями... Но как быть с чувствами Миморин, Харухиро не знал. Но разве он имеет право пытаться изменить её чувства или воззрения, только чтобы избавиться от обузы? В конце концов, он думает лишь о себе.

Кроме того, он, конечно, может сказать что для них просто невозможно сойтись вместе, но так ли это? Никто не знает, что сулит им завтрашний день. Может, они даже не доживут до завтра.

Но, может, лучше всё-таки солгать?

Или остаться честным до конца?

Как выбрать правильно? Что лучше для Миморин? Стоп, "для Миморин"? Но разве Харухиро правда думает сейчс о ней? Или просто притворяется, что заботится о ней? Уж не лицемерие ли это?

– Могу я говорить прямо? – сказал он наконец, – Ну, я так и поступлю. Я не знаю, есть ли шанс. Будущее мне неизвестно. Не только мне; кому угодно. Но сейчас, честно, я считаю, ты интересный человек. За тобой забавно иногда наблюдать, и я совсем не против общаться с тобой, но не могу представить, что влюблюсь. Я просто хочу быть твоим другом, и ничего больше. По крайней мере, сейчас. Может, пройдут годы и я решу что влюбился, но сейчас об этом думать не хочу. В этом просто нет смысла. Может, я влюблюсь, а ты уже найдёшь другого, и всё будет впустую. Всё дело во времени. Я могу говорить только за настоящее, само собой. И в настоящем мне и без того хватает забот.

Миморин напряжённо слушала, не отводя глаз от Харухиро. В этом не было ничего угрожающего, но ему требовалось прикладывать огромные усилия чтобы не отвернуться. Договорив, он ощутил как силы покидают его.

Должно быть, у меня сейчас очень сонный взгляд, подумал он. Но спать ему не хотелось – он просто выдохся.

– Понимаю, – произнесла Миморин. Её лицо дёрнулось, глаза сузились и углы губ поднялись, наверное, в улыбке.

Она понимает. Прекрасно. Харухиро закрыл глаза и облегчённо выдохнул. Гора с плеч.

Знаешь, я ведь не особо сильный и большой; мне не вынести столько всего сразу. Я едва-едва в силах справляться с теми обязанностями, что есть у меня сечас. Я лидер команды, я вор команды. На большее я не способен. У меня нет времени думать о чём-то другом и заботиться о чём-то ещё.

Верно. Вроде любви. У меня просто нет времени. То же и с Мэри. Возможно, я бы сказал ей что-нибудь, будь у меня время. Ага. Или нет. Нет, конечно. Невозможно. Никогда. Я бы не сомг.

Я дожен быть благодарен, понял он. Несмотря на все его недостатки, Миморин влюбилась в него. Вряд ли такое везение бывает часто. Может, оно не повторится никогда. Может, это последний раз. Может, Харухиро совершает ужасную глупость, отказываясь.

Но как ещё он может поступить? Он не испытывает к ней никаких чувств; это правда. И он не может солгать об этом. Харухиро не желает обманывать – ни себя, ни Миморин. Он просто не может.

– Что ж, вот так.

– Но я люблю тебя.

– ...Что, прости?

Открыв глаза, Харухиро увидел, что Миморин смотрит прямо на него. В её серьёзном и открытом взгляде не было ни крупицы сомнений.

– Я люблю тебя, Харуихро. Прямо сейчас. Нельзя?

– Фью... – присвистнула Анна-сан, пожимая плечами так, что плечи почти коснулись головы, – Какая же ты упрямица, Миморин. Как камьень, да? Или как сталь, навьерное?

Харухиро уставился в пол и поскрёб в затылке.  Нет... Нельзя? Не мне ей запрещать. У меня просто нет на это права. Это выбор Миморин. Я должен уважать его.

В конце концов, сказать "Рад что ты всё поняла. Давай просто останемся друзьями" будет лишь удобным способом отделаться от неё. Это Миморин решать, соглашаться с его словами или нет.

Точно так же и решать, принимать ли чувства Миморин или нет может лишь сам Харухиро, но изменить её чувства он не может. Они принадлежат ей одной.

– Я не могу тебе запретить.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Перепутье под чужим небом

На следующий день, после общего сбора, они отправились на рынок. Кузак заменил свои потрёпанные шлем и щит. Мэри подобрала себе посох потяжелее. Ранта до последнего торговался, стараясь сбить цену на Изменник (версия II) – это идиотское имя он, разумеется, придумал для меча сам. Остальные ограничились покупкой вещей повседневной необходимости.

Поход на рынок оказался неожиданно увлекательным. На аванпосте не было недостатка в товарах, но широтой ассортимента Ортана попросту затмевала передовую базу армии Приграничья. Какое-то время они просто праздно бродили, рассматривая прилавки.

Даже Харухиро, которого регулярно упрекали в занудстве, равнодушии и пессимизме, поддался общему настроению, и был вынужден изо всех сил бороться с желанием купить ту или иную безделушку.

Покидать Ортану было немного жаль.

Они отправились на запад через Ветреные Равнины. Переночевали в палатках, и к двум часам следующего дня, преодолев пешком около тридцати пяти километров, наконец достигли передового аванпоста. Если успеть до конца дня войти в Даскрэлм и добраться до поселения, то уже завтра можно будет приступить к охоте. Команда Харухиро и Токкиз собирались поступить именно так, но…

В передовом аванпосте им встретился Шинохара.

– Привет, Харухиро. Токимунэ.

Шинохара ничуть не изменился с момента их с Харухиро первой встречи. Мягкое лицо, дружелюбный характер, белый плащ с Х-образным знаком из семи звёзд – гербом клана Орион.

Харухиро заметил на улицах аванпоста и других людей в плащах Ориона. Шинохару сопровождали двое – воин Хаяси и незнакомый Харухиро человек в очках и со стрижкой-ёжиком.

Хаяси кивнул Мэри, та коротко кивнула в ответ и улыбнулась. Тот, похоже, удивился.

– …Э? – Харухиро был поражён, но вместе с тем и обрадован. Мэри наконец смогла улыбнуться прежнему товарищу. «Ага, и готов поспорить, он тоже сыграл тут свою роль», промелькнула у него циничная мысль, но он отбросил её, – Шинохара, вы уходите из Даскрэлма? – спросил он, почёсывая щёку указательным пальцем.

– Честно говоря, пока не знаю.

– А? А-а?! А-а-а-а-?! – Киккава вытаращил глаза. Он подскочил и замахал руками, – Что, что?! Что случилось?! Что исхопродит?!

– Что значит «исхопродит»? – спросил мужчина в очках.

– Вау! Ты решил подыграть за цуккоми?! Серьёзно?! Нет, правда?!

– Киккава! Достал, поньятно?! – Анна-сан отвесила ему подзатыльник.

– Э, ну… – Харухиро ощутил, что кто-то должен объяснить, как бы глупо это не выглядело, – Исхопродит значит «происходит»… Ну, он просто переставил слоги…

– О-о, – мужчина в очках вдруг захихикал, – Вот оно что, понял, понял.

Ему что, правда смешно?

– И? – спросил Токимунэ, ослепительно улыбнувшись, – Что случилось, Шино?

– Шино? – непонимающе прошептала Шихору.

– Потому что он Шинохара! – заорал отброс (Ранта), – Потому и Шино, ха!

– «-сан»,  хотя бы. Прояви уважение, – испуганно шикнул на него Харухиро.

Отброс (Ранта), по своей давней привычке задирать слабых и пресмыкаться перед сильными, тут же бухнулся на четвереньки.

– Простите! Простите! Я увлёкся, то есть это просто сорвалось с языка, просто оговорка! Ну, знаете, как иногда говорят по-простому о знаменитостях!

– Я вовсе не рассержен, – сдержанный и спокойный ответ, совершенно в духе Шинохары.

– Кхе, – единственный глаз Инуя зловеще блеснул – не то чтобы у него действительно всего один глаз, просто второй он постоянно прячет под повязкой, – Что, дожил, Шинохара, теперь ты просто Шино?

Ого, Инуй решил переплюнуть даже Ранту?

– Впервые слышу чтобы его так звали, – Миморин удивлённо моргнула.

А? Она никогда не слышала это прозвище?

– Это я только что придумал, – заявил Токимунэ, подмигивая и показывая большой палец, – Ему идеально подходит, а?

– Бесспорно! – Анна-сан, ухмыляясь во весь рот, скопировала его жест.

– Миленько… Лучше чем Шинохарадон или Шинохараччом, – забормотала какую-то бессмыслицу Юме, скрестив руки на груди и кивая.

– Что? – нахмурился Тада, – Что вы все несёте? Шинохарайден гораздо лучше.

Кузак и Мэри переглянулись, обменялись неловкими улыбками и тут же отвели друг от друга взгляд.

Эй, эй? Чего это вы, чего отвернулись? Ну же, не стесняйтесь, я не против. Почему бы вам не погрузиться в ваш мирок на двоих? Не будете? М-м-м. Ну, как хотите. Мне-то что.

– Меня устроит любое, правда, – даже после всех сказанных глупостей Шинохара вёл себя всё так же выдержанно, и совершенно искренне смеялся вместе со всеми, – Что же до ответа на ваш вопрос… Да, кое-что случилось. Коротко говоря, Даскрэлм стал несколько менее привлекательным.

– Позвольте мне посвятить вас в детали, – вмешался мужчина в очках.

Погодите, кто это? Я видел его раньше… Ведь видел, да? Но как же его зовут?

Видя вопросительный взгляд Харухиро, мужчина развернулся к нему и ухмыльнулся.

– Прошу прощения, я не представился. Кимура из Ориона.

– …О, – Харухиро машинально поклонился, – Спасибо. Вы очень любезны.

– Вы, полагаю, мне знакомы. Харухиро-ши. А это Ранта-ши. Юме-ши. Мэри-ши. Шихору-ши. Кузак-ши. Токимунэ-ши и Тада-ши, Инуй-ши, Анна-сан, Мимори-ши, Киккава-ши – я не ошибся, надеюсь?

Он явно обожает называть всех «-ши», но Анну-сан всё равно назвал «-сан». Странный он, этот Кимура.

– Кимура-сан и Шинохара-сан закадычные друзья, – объяснил Хаяси.

– Зычные? – нет, Юме.

– Язычные, дура! – тоже нет, Ранта.

– Затычные, кхе… – тем более нет, Инуй.

– Заварочныйе, что ли?! – Анну-сан понесло тоже куда-то не туда.

– В смысле, бывали в разных заварушках?! – взвизгнул Киккава. Чего он так возбудился?

– Как варёный гюдон, – кивнула Миморин.

В Ортане, кстати, есть одно заведение где подают гюдон. Правда, почему-то не из говядины[1].

– Закадычные друзья… – Мэри, казалось, силилась понять о чём речь, – Что это значит, кстати?

– Э, ну… – Кузак, кажется, тоже не знает.

«Закадычные друзья». Да уж, я бы не взялся объяснять. Не каждый день такое услышишь, как тут не удивиться.

Харухиро, впрочем, примерно представлял что это значит. Что-то вроде очень близких друзей, да? Шинохара и Кимура, хм? Странная пара.

– Га-ха-ха, – Кимура почему-то снова рассмеялся, – Я, закадычный друг Шинохары-куна? Ты преувеличиваешь. Мы просто приятели. И, разумеется, мы просто друзья, никакого яоя. Правда же, Шинохара-кун?

– Верно, – по-прежнему совершенно дружелюбным тоном ответил Шинохара, – Яой между мной и Кимурой, это было бы просто отвратительно.

– Ува-ха-ха-ха! – Кимура схватился за живот.

– Яой это любовь между мужчинами, – поторопился объяснить Хаяси.

– Я знаю, придьюрок! – прикрикнула Анна-сан.

Что за безумие, подумал Харухиро. Этот разговор идёт в никуда…

Но правильнее было сказать шёл в никуда. Кимура, отхохотавшись, объяснил ситуацию чётко и ясно.

Всё началось, скорее всего, пять дней назад когда Железные Кулаки взяли штурмом ещё одно поселение сектантов и перебили обитателей. Штурм сам по себе прошёл успешно, но два дня спустя, то есть три дня назад, в Даскрэлме произошла перемена.

Появился огромный, словно достающий до небес гигант, нет, бог гигантов, и принялся преследовать людей везде, где встречал.

Бога гигантов и раньше замечали вдалеке. Харухиро с товарищами тоже видели его несколько раз. Но бог гигантов никогда не приближался к ним, и находился на значительном удалении от исходного холма.

Они слышали про огромную котловину к юго-востоку от исходного холма – Котёл Бога, и что бог гигантов бродит в тех местах. Также они слышали, что это Лала с Ноно открыли Котёл Бога и дали ему это имя.

Бог гигантов был просто невообразимо огромен, и все сходились на мысли, что связываться с ним не стоит. Поэтому, разумеется, не нашлось никого настолько глупого чтобы попытаться, а сам бог гигантов, казалось, просто игнорировал людей, и его сочли в целом безвредным.

Но, видимо, произошла перемена.

«Видимо» – потому что до сих пор никто ещё не сражался с богом гигантов. Поэтому до сих пор не было твёрдой уверенности, что он хочет напасть.

Сложно представить, что кто-то мог оказаться настолько безрассуден, а точнее, попросту глуп, чтобы захотеть сражаться с настолько колоссальным существом. Все просто убегали, едва заметив его приближение. Бог гигантов не преследовал тех, кто отбежал на достаточное расстояние,  но какое именно расстояние считать безопасным, никто не знал. А охотиться на сектантов и постоянно оставаться настороже, готовясь бежать, очень тяжело.

Так что Орион, сочтя что дело того не стоит, решил временно покинуть Даскрэлм.

Ситуация может снова перемениться, так что решение было временным. Они решили оставить одну команду наблюдать, пока Шинохара и остальной клан займутся заработком где-нибудь ещё.

– Железные Кулаки, опять?! – во всё горло завопил Ранта, – Засранцы! А о нас они подумали?! Им лишь бы убивать, а нам разгребать, будь они прокляты!

– Кто бы говорил, – пробормотал Харухиро.

– А-а-а-а-а?! Что ты там вякнул, Парупиро-о-о?!

– О… – Шихору указала куда-то вдаль, – Кто-то из Железных Кулаков…

– Простите! – Ранта тут же подскочил и бухнулся на четвереньки, – Я не хотел! Это вообще не я, это Харухиро, это он сказал!..

– И вот так всегда, постоянно пытается свалить вину на других… – пробурчал Харухиро.

– А-а-а-а?! – заорал Ранта, – Где? Нет тут никаких Железных Кулаков! Шихору! Ты обманула меня, ты, скрытный сиськовоз!

– Хватит обзывать меня!

– Заткнись, сиськовоз! За твой проступок приговариваю тебя к публичному раздеванию!

– Кхе… – Лицо Инуя искривилось в зловещей ухмылке, – Я тоже не прочь запечатлеть в памяти эту картину… Но узреть это должен лишь я один!

– Никто и ничего не увидит, – Шихору обхватила себя руками и смерила Инуя полным отвращения взглядом.

– Весёлая у вас команда, – улыбаясь, заметил Шинохара.

– Они просто бесят, – Тада поправил очки указательным пальцем, – Сборище навозных жуков.

С навозными жуками он перегнул палку, но в целом Харухиро мог лишь согласиться с ним.

– Бог гигантов, хм, – Токимунэ посмотрел на Харухиро, – Что думаешь? Как поступим?

А разве есть выбор?

Разумеется, профессия солдата добровольческого корпуса предполагает, что им приходится рисковать жизнью. Впрочем, что до Харухиро, то он предпочёл бы избегать риска, насколько это вообще возможно. Да, конечно, это же они открыли Даскрэлм, и будет очень жаль его покинуть, но лучше рассмотреть другие варианты.

Таково было его мнение, вот что он думал, и вот что он высказал.

А вот как всё в итоге обернулось.

– Фью-у-у-у-у-у! – Ранта, стоя на вершине исходного холма, вытаращил глаза и издал странный крик.

Обычно в это время дня солнце уже садится, но здесь, в Даскрэлме, нет ни ночи ни утра. Лишь это постоянное многоцветное небо над головой, раскинувшееся насколько хватает взгляда.

И под этим неописуемым, чуждым закатным небом вышагивал исполинский бог-гигант.

– Как далеко от нас эта штука, интересно? – спросил Кузак, втянув в грудь воздух, – Мне трудно определить расстояние.

– Хрм-м-м, – протянула Анна-сан, сидевшая на плечах Токимунэ, – Восемьдесьят километров? Примьерно?

– Не может быть, это слишком далеко, – высказался Харухиро.

– Пять километров… Наверное? – прищурилась Юме, – Десять? Или двадцать? Юме тоже сложненько определить. У-у-у. Такой маленький, и в то же время такой огроменненький!

– Звучит противоречиво, но и правда, мне тоже так кажется, – Шихору, стоявшая рядом с Юме, кивнула.

Да уж.

Если взять за основу теорию Юме насчет двадцати километров, то даже это очень далеко. На расстоянии в двадцать километров гигант казался бы крошечным, даже обладай он невероятным ростом в двести метров. Даже этот бог гигантов не настолько огромен, чтобы возвышаться над ними на таком расстоянии.

Но притом, он колоссален. Никакое живое существо не может обладать такими размерами. Он как гора. Не просто как холм, а как настоящая гора.

Харухиро вспомнил, как впервые увидел бога гигантов. Тогда, когда они возвращались после того, как спасли Токкиз.

В тот раз Харухиро подумал что он просто невозможно велик, учитывая, что он видел его с расстояния в несколько сотен метров.

Несколько сотен?

Вряд ли. Скорее всего, тогда он был не ближе чем сейчас.

А может, даже дальше.

Кузак прав. Бог гигантов столь огромен, что чувство расстояния пасует перед ним.

– А он быстрый, – заметил Тада.

– И такие длинные ноги, – голос Киккавы отчего-то звучал возбуждённо, – Слишком длинные. И движется так быстро! Вау, вау…

Бог гигантов шагал с востока на запад к югу от исходного холма. Для Харухиро его движения не выглядели такими уж быстрыми, но он явственно различал как тот шагает даже на таком расстоянии – а значит, исполин движется не так уж и медленно.

– А! – воскликнула Миморин, указывая на юго-запад, – Там что-то есть!

– А это ещё что? – Мэри помрачнела.

Кузак покосился на неё.

– Тоже что-то немаленькое, – Токимунэ облизнул губы.

– Ну, да, – сказал Харухиро. Ещё бы.

Он потёр живот. В желудке закололо.

Это, конечно, относится ко всем Токкиз, но почему Токимунэ говорит так, словно происходящее его развлекает? Почему он так взбудоражен?

Знаю. Таков их характер. Я знаю, и всё равно меня это бесит. И ведь я должен был привыкнуть. У нас же есть Ранта.

Да. Благодаря Ранте до сих пор он мог выносить Токкиз. Это явно помогло ему справиться. Харухиро было бы трудно даже общаться с ними, если бы он уже не привык к Ранте.

Ранта, несомненно, помог ему в этом. Если в человеке есть что-то плохое, то в нём обязательно найдётся и что-то хорошее. Не бывает теней без света.

Но с другой стороны, если бы Харухиро не свыкся с Рантой, то сейчас они не действовали бы заодно с Токкиз и нынешняя проблема просто не существовала бы.

А значит, в итоге, Ранта навлёк на всех на них беду. Да он и правда всегда был очень близок к тому, чтобы стать бедой для них всех.

В той стороне, куда указала Миморин, виднелось что-то белое и извивающееся. Не настолько огромное как бог гигантов, но всё же крупное. Что это? Форма этого – существа? – совершенно отличалась от человеческой, в этом Харухиро был уверен.

Осьминог? Или что-то похожее? Я никогда не был у моря в Гримгаре, но знаю что такое осьминог. А это… нет, непохоже на осьминога. Но у него, вроде, есть несколько щупалец, и оно вроде бы перемещается с их помощью… А может, это просто клубок щупалец?

Издали не разглядеть. Но оно гораздо ближе чем бог гигантов. Два километра, а может, три. А может, всего один.

– Милое… – Миморин жадно разглядывала странное существо.

Харухиро и все его товарищи, даже Ранта, поражённо уставились на неё. Токкиз, похоже, не усмотрели в словах Миморин ничего необычного.

Она в своём репертуаре.

– Послушайте… – Харухиро несмело поднял руку.

– Хм? – обернулся к нему Токимунэ.

Уж теперь-то, когда они увидели всё своими глазами – теперь-то они должны согласиться с Харухиро?

– Почему бы не вернуться обратно? – предложил он, – Эти существа явно опасны, как не посмотри.

– Идиот! – накинулся на него Ранта, – Ты мужик или кто?! У тебя яйца есть?! А?! Слабак! Есть или нет, я спрашиваю?!

– Какая разница? Даже если я женщина, что это меняет?

– Всё меняет! Ведь так, Токимунэ-сан?!

– Хм-м… – Токимунэ пожал плечами, – Нет, наверное?

– Ну конечно нет! – Ранта тут же сменил пластинку, – Ха-ха-ха! Конечно же это неважно! Понял, Панпирорин? Мужчина ты или женщина, есть у тебя яйца или нет, ты всё равно кусок тупого дерьма!

– Яйтса, яйтса, яйтса, заткньись уже, поньял?! – сорвалась Анна-сан, по-прежнему сидевшая на плечах Токимунэ, – Сльеди за языком в присутствии дьевушек!

– Кто бы говорил! Мне до вас далеко, Анна-сан!

– Уот а ю!.. То йесть, что-о-о?! Ах ты убльюдочный коротышка!

– Эм, в общем, обратно к теме… – Харухиро вытер с лица брызги слюны Анны-сан, – Не пора ли вернуться? Мы ещё можем успеть добраться до аванпоста засветло. Когда окажемся там, можно решить чем займёмся дальше…

– А? – Токимунэ моргнул, – Зачем?

– Погоди-ка, Харухиро, – Тада положил ему ладонь на лоб, – Странно, жара вроде нет.

– Конечно нет, – Харухиро отбросил его руку, – Если у кого тут жар так это у вас всех, – вырвалось у него.

– Кхе… –  Инуй вдруг отчего-то расхохотался, – Кхе-хе-хе-хе… Ах-ха-ха-ха-ха!

Да он просто покатывается со смеху. Что с ним? Он вообще нормальный? Мне от него не по себе.

Совсем не по себе.

– Слушай, Харухиро, – заговорил Токимунэ, положив ему руку на плечо, – Я на удивление высокого мнения о тебе. Правда, «на удивление высокого», наверное, звучит грубовато?

– Нет, мне всё равно. Говорите как хотите.

– В общем, ты совершенно ничем не выдающийся, не обладаешь ни харизмой ни силой духа, но ты спокойный и неплохо умеешь принимать решения, так что иметь такого союзника как ты очень полезно. У тебя есть то, чего недостаёт нам.

– Совершенно незачем мне льстить.

– Но ты ведь пошутил, правда?

– Нет. Я говорил серьёзно.

– Что ж, мне нравится это твоё качество.

– Вот как.

Впрочем, я, само собой, рад это слышать. Да и любой был бы рад.

Харухиро был польщён, хотя и не подал виду. Впрочем, сути дела это не меняет.

– Ну так что? – спросил он.

– Я высоко ценю твои навыки, и уважаю тебя, но иногда просто думаю – «О чём это он?»

Вы все не просто иногда заставляете меня думать «О чём это они?», я постоянно задаюсь таким вопросом из-за вас. Впрочем, Харухиро мог представить что начнётся если он скажет это вслух, так что держал рот на замке.

Токимунэ блеснул белозубой улыбкой.

– Наша цель ведь уже определена, разве нет? Так зачем же нам возвращаться? Кажется, я тебя недопонимаю.

– Наша цель? – переспросил Харухиро.

– Ну да.

– И что это такое?

– Цель это то, к чему ты стремишься и чего пытаешься достичь, разумеется.

– Нет, я не о том. Я знаю, что означает слово «цель».

– Тогда о чём же?

– Что это за цель, которую вы считаете определённой?

– Разве непонятно? – Токимунэ указал подбородком, – Мы уничтожим вон то, разумеется.

– Что-о-о-о?

Что он говорит? Ну, впрочем, от него можно такое ожидать. Но всё же нет, он же не мог сказать это всерьёз. Он что, с ума сошёл? Как такое вообще могло придти в голову?

Шихору, Мэри и Кузак содрогнулись. Юме смотрела в пустоту; она, казалось, просто не понимает что происходит. Ранта, безнадёжный болван, кажется, искренне радовался. Токкиз вели себя так, словно всё идёт как надо. Киккава с Рантой пританцовывали.

Они что, думают, это какая-то игра? Они безнадёжны. В смысле, «вон то» это вон то, так?

Либо бог гигантов, либо то причудливое существо?

Но это же попросту невозможно, как ни посмотри, верно? Это же самоочевидный факт? Это же попросту противоречит здравому смыслу любого нормального человека? Так ведь, да? Да, именно так.

Харухиро прав. Он не мог ошибиться. Итак, что дальше?

Время наконец пришло. Пора.

Он подозревал, что однажды этот момент настанет. Не то чтобы он желал этого. Он надеялся, что этого никогда не случится.

Токкиз просто сборище чудаков, с ними постоянно полно проблем, но также действовать с ними вместе довольно весело. А ещё, откровенно говоря, их можно использовать. Их мало интересуют деньги, они не расчётливы, и не выбирают союзников по принципу – «а что мы сможем получить от них взамен?». Да, конечно, слепо доверять им не стоит, но Харухиро сомневался, что Токкиз решат снова обмануть их. Они не из тех, кто отклоняется от своего собственного кодекса чести. И всё же, день, когда их путям придётся разойтись, вполне может настать.

Харухиро боялся, что он настанет.

Он был готов терпеть то, что Токкиз будут вовлекать его команду в неприятности. Токкиз есть Токкиз, в конце концов. С этим нужно просто смириться.

Но всему есть пределы. Из некоторых неприятностей можно уже не выбраться.

Если они решат напасть на любое из этих существ, то простыми неприятностями не отделаются. Они понесут ущерб, жертвы, потери – ему придётся приготовиться к чьей-то смерти.

Если бы они внезапно оказались в смертельной опасности, когда не осталось бы иного выхода кроме вступить в бой – это одно. Но подвергать себя невероятному риску по собственной воле это совсем другое.

Если они примутся обсуждать это всей командой, то кто-нибудь может возразить. Поэтому никаких обсуждений не будет. Харухиро примет решение сам. Он уже его принял. Они расстанутся с Токкиз.

Он не будет произносить глупостей вроде «Давайте попробуем как-нибудь в другой раз поработать вместе, если получится». Это было бы настоящим эгоизмом, всё равно что сказать «В опасности лезьте сами, ну а если опасности нет то и мы не против присоединиться». Иногда действовать вместе, а иногда порознь – такое Харухиро считал неприемлемым.

Он посмотрел Токимунэ в глаза. «Простите», собрался было сказать он…

И тут под его одеждой завибрировал предмет, который он постоянно держал при себе.

– А…

От неожиданности Харухиро забыл, что собирался делать. Что это вообще такое? Да, верно, сначала нужно разобраться с этим.

Предмет висел у него на шее, подобно медальону. Хахиро просунул руку за пазуху и вытащил его. Нижний конец предмета светился зелёным. Внешне предмет напоминал чёрный, плоский камень – но, само собой, это вовсе не камень.

– Что это? – спросил Токимунэ, приподняв брови.

– Эм, ну, это…

Пока Харухиро пытался решить, объяснять или нет, предмет – ресивер – завибрировал и произвёл звук. Не просто звук – голос.

– Воины Рассвета, вы слышите меня? Говорит Сома.

– Ха-э-э-э-э?! – Анна-сан, сидя на плечах Токимунэ, издала дикий вопль и вытаращила глаза.

– Он сказал «Сома»? – спросил Тада, поправляя очки.

– Сома это тот самый Сома, да?! – Киккава, казалось, вот-вот запрыгает на месте.

– Соматический… – Миморин пробормотала что-то странное.

– Кхе… – Инуй зачем-то достал меч и на взмахнул им.

Харухиро обвёл глазами Ранту, Шихору, Юме, Мэри и Кузака.

Они ещё не говорили Токкиз, что являются паршивой овцой в блистательных рядах клана Воинов Рассвета. Ранта хотел похвастаться, но Харухиро заставил его молчать.

Не знаю. Честно говоря, это до сих пор кажется нереальным. У нас есть доказательство, ресивер, так что это не может быть сном. И всё же, я просто не могу представить что мы – члены клана Сомы. Мне просто не верится. В конце концов, Сома ведь ни разу не связывался с нами. Я даже почти ничего не знаю про Воинов Рассвета. В это просто не верится.

Это просто не укладывается в голове.

– Завтра ночью мы планируем вернуться на передовой аванпост, – произнёс голос Сомы.

И всё же, слыша вот так голос Сомы, Харухиро верил. Ему приходилось верить.

– Повторяю. К завтрашней ночи мы вернёмся на передовой аванпост. Если успеете, пожалуйста, приходите тоже. Я хотел бы время от времени встречаться с вами. Лилья, хочешь что-нибудь сказать?

– П-почему ты спрашиваешь? – воскликнул голос.

– Просто подумалось. Можешь?

– Н-не то чтобы я не могла, просто!..

– Понятно. Не можешь, выходит.

– М-могу! Предай эмиттер, пожалуйста.

– Конечно.

Голос Лильи кашлянул.

– …М-мне нечего сказать, но утекло уже довольно много воды с тех пор, как мы виделись с большинством из вас. Рассчитывают на нашу скорую… То есть, нет, я ни на что не рассчитываю но вы вольны поступать как вам заблагорассудится. Это всё.

Ресивер перестал вибрировать, и зелёный свет угас.

Харухиро вздохнул, и посмотрел на Токимунэ. Тот о чём-то глубоко задумался. Что у него на уме? Харухиро не мог даже представить.

– Э-м… Насчёт этого… – он попытался подобрать слова, – Ну, как бы сказать?..

– Если уж мы всё равно собрались это сделать, то почему бы не пригласить и Сому? – спросил Токимунэ.

– А?

– Поохотиься на бога гигантов.

– …Простите?

– Думаю, он захочет поучаствовать, если мы позовём, – сказал Токимунэ.

– А? Что? Постойте, подождите… Вы и Сома-сан знакомы… Что?

– Мы вместе записались в Красную Луну, и да, вроде как знакомы. Мы с ним много раз выпивали вместе.

– Нет, но… – Харухиро запнулся.

Но что? Что?

В смысле, что делать?

И что теперь произойдёт?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Я, как обычно

Как бы то ни было, Харухиро хотел встретиться с Сомой. Правда, отчасти и не хотел, но лишь потому, что считал себя недостойным. В итоге, он всё равно хотел увидеться с Сомой.

Сома, знаменитый своим титулом сильнейшего среди солдат добровольческого корпуса; щедрый и могучий Кемури; танцор меча Лилья, прекрасная эльфийка; обворожительная шаман Шима, которую все называют «сестрицей»; Пинго, жутковатый некромант по прозвищу «Дьяволово дитя» за свою внешность ребёнка; и Зенмай, созданный Пинго голем из плоти – каждый из них выдающаяся личность, далеко превосходящая остальных.

Они производили неизгладимое впечатление даже на расстоянии. Можно сказать, живые, ходячие легенды – а Харухиро представится шанс не просто увидеть их, но, возможно, даже поговорить с ними.

Нет, не «возможно». Обязательно представится. В конце концов, Харухиро и его команда тоже состоят в клане Сомы.

Надо успокоиться.

Харухиро снова и снова повторял себе это, но ведь им же предстоит встретиться с Сомой, так? И что делать? Как себя вести, о чём говорить? Как  начать разговор? А что, если Сома забыл про них? Нет, этого, наверное, не могло случиться, но вдруг? Во время той встречи в Вандерхоуле Сома показался на удивление рассеянным человеком. Может, их разговор просто вылетел у Сомы из головы.

Эти мысли неотступно крутились в голове Харухиро.

Токимунэ собирается охотиться на бога гигантов, и решил пригласить Сому принять участие. Это тоже тревожило Харухиро. Наверное, нужно что-то сделать, но для начала просто вернуться на передовой аванпост. А потом можно будет завести разговор о том, действительно ли пытаться позвать Сому такая уж хорошая идея.

Харухиро был решительно настроен именно так и поступить. Точно. Совершенно решительно и непреклонно.

Итак, они добрались до аванпоста и решили для начала купить что-нибудь поесть.

И когда Харухиро стоял в очереди к одному из торговцев, думая «Так, надо что-то сказать. Сейчас, заведу разговор об этом, вот прямо сейчас», его окликнул незнакомый мужчина.

– Харухиро-кун, не так ли?

– …Да, а что?

Они с этим мужчиной определённо незнакомы. Ему с виду лет сорок, не меньше. С точки зрения Харухиро самый настоящий старик, но притом весьма внушительного облика.

Для начала, мужчина очень мощно сложен. Рост, наверное, метр восемьдесят или даже выше. Но притом очень плотный и широкий.

Доброе, улыбающееся лицо с морщинками в уголках глаз. Спокойный, низкий голос тоже звучит доброжелательно, но в нём также слышится что-то пугающее.  Судя по снаряжению мужчины – доспехам и щиту – он Паладин.

Мужчина был не один.

Один из его спутников – невысокий и тощий, чем-то похожий на художника мужчина-Жрец, тоже на вид около сорока лет.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Рядом с ним Волшебница. Она старше чем Харухиро, лет около тридцати, но он скорее назвал бы её «девушкой» чем «женщиной». Невероятно красивая.

Возле неё ещё одна женщина, мускулистая, чем-то напомнившая Харухиро Каджико из Диких Ангелов, только старше. Ей, наверное, тоже около тридцати. За спиной огромный меч. Воин, несомненно.

Оставшиеся двое… Харухиро непроизвольно вытаращил глаза.

Они не люди.

Оба мужчины, но в остальном выглядят как две полные противоположности.

Один низкий и похожий на бочку. Не толстый, впрочем. Он просто гора мускулов. Точнее, гора мускулов с бородой и волосами. И устрашающего вида секира больше него самого.

Дварф.

Второй – худощавый и ростом с Харухиро, может, чуть выше. Прекрасный юноша с гладкой кожей, очень бледный и со светлыми волосами и зрачками. Острый и упрямый взгляд. На спине лук и колчан, наверное, Охотник.

Вот только, его уши. Длиные и остроконечные.

Эльф.

– О-о-о-о-о-о-о-о?! – вдруг заорал Киккава, – Паладин в годах, Жрец, Волшебница, женщина-Воин и дварф?! Неужели, неужели, неужели?! А-а-а-а-а-акира-са-а-а-а-а-ан?!

– Акира? – пробормотал Ранта, и тут же плюхнулся на четвереньки, – И-и-и-и-звините! Как глупо с моей стороны, назвать вас просто «Акира»! Простите, простите, Акира-сан, прошу, простите меня!

– Какой забавный мальчик, – хихикнула Волшебница.

Щёки Ранты порозовели.

– Хе-хе. Забавный, правда? Хе-хе-хе.

– Акира-сан… – обронил Харухиро, и тут же заткнул себе рот руками, – Постойте, тот самый Акира-сан?

Сома и его команда – живые, ходячие легенды. И, разумеется, будучи ходячими легендами они ходят среди простых смертных, и, при толике везения, их вполне можно повстречать во плоти. Собственно говоря, даже Харухиро и его товарищи, перед тем как случайно встретиться с командой Сомы и вступить в его клан, однажды выпивали с Кемури – тот угощал их в таверне Шерри.

Но Акира-сан другой.

Его имя известно любому солдату Красной Луны. Но при всей своей известности он намного более недосягаем чем Сома.

Как слышал Харухиро, до того, как прославился Сома, сильнейшим воином добровольческого корпуса считали этого человека.

После появления Сомы и его команды Акира-сан признал их способности и назвал сильнейшими. Именно это окончательно укрепило репутацию Сомы.

Впрочем, это ничуть не принизило самого Акиру-сана.

Например, некоторые из солдат добровольческого корпуса хвастались, что могли бы одолеть Сому в поединке. Иными словами, находились те, кто считал себя его ровней. Особенно среди влиятельных кланов вроде Железных Кулаков или Берсерков. Проще говоря, невзирая на то, что многие признавали в Соме сильнейшего, это звание вовсе не было неоспоримым.

В этом Акира-сан отличался. Никто и никогда не сравнивал себя с ним. Никому даже в голову не могло придти задаться вопросом, сильнее он Акиры-сана или слабее.

Это всё равно что сравнивать свой рост с горой. Люди ниже гор, это естественно, и сама мысль о таком сравнении кажется глупой. Акира-сан не просто сильнее, он скорее считался существом иного порядка.

Когда появился Сома, Акира-сан просто со смехом заявил «Мне пора на покой» и спихнул звание сильнейших на Сому и его команду. А потом в один прекрасный день вместе со своими товарищами отправился в путешествие, и с тех пор их больше не видели. Эта история стала своего рода легендой, и именно в таком виде достигла ушей Харухиро.

А теперь они говорят, что это Акира-сан? Этот старик?

– А… – Токимунэ моргнул, – И правда, Акира-сан.

– Тебя я знаю, – сказал Акира-сан, или старик, присвоивший это имя, улыбаясь Токимунэ, – Токимунэ-кун. Тада-кун и Инуй-кун. А этих юношей и девушек, полагаю, вижу впервые.

– Привет, – сказал Тада. И тут парень, на вид кажущийся самым здравомыслящим из Токкиз, а на деле самый высокомерный из них, поклонился.

– Кхе… – Инуй осклабился, – Какая честь…

– Я К-к-к-киккава, приятель! Здорово… То есть, нет! Рад знакомству с вами!

– А я А-анна-сан, да! Но можьете называть просто Анна, ладно?

– М… Мимори.

Ого, поразился Харухиро. Токкиз, и вдруг ведут себя так смирно и тихо.

В отличие от них Шихору, Юме, Мэри, Кузак и даже по-прежнему стоящий на коленях Ранта явно напряглись и нервничали. Даже Юме, которую, казалось, никак не могла впечатлить чья-нибудь репутация, видимо, почуяла что-то в Акире-сан и его спутниках.

Они не выглядели пугающими, но в них, определённо, чувствовалось что-то особенное.

Какая-то «взрослость», может быть? Но нет, явно не просто разница в возрасте – хотя Акира-сан определённо годится в отцы любому из них. Дело в жизненном опыте. В масштабе этих личностей. Разница между ними и командой Харухиро неизмеримо велика. Это ощущалось совершенно явно даже без слов.

И в то же время, Акира-сан настоящий, прямо перед ними. Это впечатляло ещё больше.

– Мне немного неловко, что я опоздал представиться, – произнёс Акира-сан, протягивая правую руку, – Акира.

– О… А… Да, – Харухиро вытер правую ладонь о плащ, потом протёр ещё раз, и ещё раз, и наконец принял руку Акиры-сана, – П-п-п-приятно познакомиться. Я Х-харухиро.

– Очень приятно, – Акира-сан пожал его руку.

Рукопожатие. Я жму руку Акире-сану. Его ладонь широкая, тёплая, сухая, мощная и мягкая. Теперь, наверное, я смогу хвастаться этим, да? Хотя перед кем я могу хвастаться.

Нет, стоп.

Не время для глупостей, есть вопросы поважнее.

– Постойте… Откуда вы знаете про такого как я? – спросил Харухиро.

– От Сомы, – непринуждённо ответил Акира-сан.

– От Сомы-сан?

– Да. Вы ведь тоже пришли сюда встретиться с ним?

– А? А, ну, да… Вы правы. Э?  В смысле, «тоже»?.. Погодите…

– Меня зовут Гох, – невысокий человек в жреческом одеянии извлёк из кармана прямоугольный чёрный камень, – Не слишком удобно иметь только такой знак членства, да?

– Это же… – ахнула Шихору.

– Ресивер! – воскликнула Юме, прижимая ладони к щекам.

– То есть, это значит… – Кузак посмотрел на Мэри.

– Не может быть… – Мэри прижала руки к груди.

– Ага, – сказала женщина-Воин, явно забавляясь их реакцией, – Это значит, что мы товарищи по оружию. Кстати, я Каё. Гох мой муженёк.

– Муженёк… – у Харухиро отчего-то закружилась голова.

– Ну, да… – Гох, видимо, смутился, потому что отвёл глаза, – Каё моя жена. А это наш сын.

– Таро, – коротко представился мальчик-эльф.

– В смысле… – Ранта перевёл взгляд с него на Каё с Гохом и обратно.

– Мы не связаны кровными узами, как ты уже заметил, – Таро уставился на Ранту, – Но Мама с Папой мои настоящие родители. Хочешь что-то сказать?

– Нет-нет! Вовсе нет, ничего! – Ранта изобразил смех и замахал руками, – И в мыслях не было! Хахаха! А чего тут говорить? Кого вообще волнует кровное родство? Да я сам таким идиотам задницы надеру! Гахахахаха! К-кстати, эм… Можно узнать имя этой леди?

– Моё? – красотка-Волшебница указала на себя, – Ты хочешь что-то узнать обо мне?

– Нет, ну, в смысле, может, вдруг вы свободны…

– По сравнению с тобой я уже старушка, – сказала она, – Мне тридцать семь.

– Тридцать семь? – неверяще завопил Ранта, – По вам и не скажешь! Просто не верится! Величайшая неожиданность в моей жизни!! Да и какая разница, сколько вам?! Вы намного превыше таких глупостей!

– Спасибо. Я Михо.

– Михо-са-а-а-н! Выходите за меня!

– Прости, – Михо взяла Акиру-сана под руку, – Я намерена посвятить свою жизнь ему.

– Гва-а-а-арх! Моя любовь разбита в мгновение ока!!

– От них будет хоть какой-нибудь толк? – фыркнул дварф, – Не понимаю, почему Сома их выбрал.

И правда, подумал Харухиро. Особенно Ранту. Я, кажется, за всю свою жизнь не испытывал такого стыда. Мне хочется убить его прямо здесь, а потом и себя.

– Бранкен, – Акира сан посмотрел на него с укором, после чего перевёл потеплевший – по крайней мере, так казалось – взгляд обратно к Харухиро, – Я ждал встречи с вами. Рока, Ио и их команды я знал и раньше, но про вас знаю только со слов Сомы.

– Да, я не удивлён что вы не знаете нас, – сказал Харухиро, – Эм, я не знаю что и сказать, мы вступили в добровольческий корпус не так давно, и не совершили ничего заслуживающего внимания…

– Это же вы убили Меченого, разве нет? – спросил Акира-сан, – И у Мёртвой Головы проявили себя неплохо, как я слышал.

– Н-ну, ага, так и есть! – Ранта горделиво выпятил грудь, – Восходящие звёзды, вот мы кто! Нас ждёт блестящее будущее!

– Слушай, ты… – Харухиро хотелось от души врезать Ранте, но он не находил в себе сил на это.

– Хм-м, – Токимунэ переводил взгляд с Харухиро на Акиру-сана, – Воины Рассвета, значит. Я удивился, что Харухиро с ними, но и вы тоже, Акира-сан? Ну, про то что Ио с Роком присоединились к ним я уже слышал от Киккавы.

– Они, типа, вообще круче всех! – Киккава бешено закивал, – Офигенные! Легенды из легенд! «Тайфун» Рок, Ио-сама и их команда! Просто команда мечты! Нет, настоящая мечта?! Мечта из мечты про мечту?!

– О, точно, – Тада подошёл, оценивающе глядя в глаза Акиры-сана, – Эй, приятель. В смысле, Акира-сан.

Э? – шокированно подумал Харухиро, – Он только что назвал Акиру-сана «приятель»? Он же только что был тихий и смирный?! И Киккава опять за своё… Что-о-о?

– Ты знаешь про Даскрэлм? – Тада даже не пытался разговаривать вежливо.

– Мы ещё не были там, – Акира-сан словно не обращал внимания, – Но про само место слышали.

– Там есть один просто ненормальный монстр, – продолжал Тада, – Такой что даже я обалдел. Бог гигантов.

– О?

– Мы хотим пригласить Сому и остальных принять участие. Может, и вы захотите поразвлечься?

Он их приглашает. Вот так просто берёт и приглашает.

Харухиро потёр переносицу. Ему хотелось плакать.

Что-о? Тада, ты что творишь? Хватит. Это же Акира-сан, ты что, забыл? И ты спрашиваешь, не хочет ли он поразвлечься, словно какого-то хулигана с улицы? Вообще-то такие вещи так не делаются. Ну, например, хотя бы надо говорить повежливее. И вообще. Это вообще ненормально, приглишать его. Ну, Тада и так ненормальный. Я, конечно, всё понимаю. Но не перебор ли это с ненормальностью?!

– Я подумаю, – сказал Акира-сан.

О-ох. Вы так добры, Акира-сан. Так стараетесь помочь ему сохранить лицо. Даже не злитесь на такого нахала как Тада. Какое великодушие.

– Что-о?

Почему у Тады дёргается лицо? Он что, повредился головой? Он с ума сошёл, да? Чего он разозлился?

– Это что за ответ? – окрысился Тада, – Что ты виляешь? Меня просто бесит когда так делают. Тебе интересно или нет? Говори как есть.

О, вот в чём дело? – подумал Харухиро, – Ну, это можно понять. И всё же, вовсе незачем так заводиться.

Харухрио, его команда и даже Токкиз, все выглядели так будто не верят своим глазам. Что же до спутников Акиры-сана, то Харухиро боялся взглянуть на них.

– Хм-м, – лицо Акиры-сана застыло. Или, точнее, стало серьёзным. Наконец, он наклонил голову.

Он что, извиняется?

– Прости. Ты прав, мой ответ был не столько ответом сколько обычной отговоркой.

– Да уж, – Тада взъерошил свои волосы, – Ну так что скажешь?

– Звучит интересно, но я не могу принять решение сейчас.

– Почему?

– По двум причинам. Первое, я ничего не знаю про этого бога гигантов.

– В этом же всё веселье, разве не так? – парировал Тада.

– Тут не поспоришь, – Акира-сан ухмыльнулся ребяческой, хулиганской и неожиданно гадкой ухмылкой, – Но есть ещё одно. На завтра у нас назначена встреча с Сомой.

– Можно просто пойти в Даскрэлм потом.

– Если решим пойти, то так и поступим, – сказал Акира-сан, – Ты говорил, вы собираетесь пригласить Сому?

– Ага.

– Тогда и я поговорю с ним на этот счёт.

– Большего я и желать не мог, – произнёс Тада.

– Прямо сейчас ответить не могу, – Акира сан по-прежнему улыбался, – Но мне хочется пойти. Похоже, сражаться бок о бок с тобой будет весело.

– Не сомневайся, – Тада протянул вперёд кулак, – Про тебя я знаю только с чужих слов, но в себе уверен на все сто.

Акира-сан ткнул своим кулаком в его.

– Постараемся уговорить и Сому тоже. Когда в драке участвует он, веселью не бывает конца.

Тада, рассмеявшись, хлопнул Акиру-сана по плечу.

– О-хо-хо! – Ранта подскочил на месте.

– Я-ххой! – Киккава тоже высоко подскочил, издавая странный вопль.

– Повесельимсья! – Анна-сан закружилась на месте, сложив пальцы победным знаком.

Миморин почему-то не отрывала глаз от Бранкена. Должно быть, он показался ей миленьким.

– Получилось, а, Харухиро? – Токимунэ белозубо усмехнулся и ткнул Харухиро в бок.

Харухиро промолчал. Ему хотелось сесть на корточки. Свернуться клубком. Просто спать. Спать и не просыпаться.

Не можете ответить прямо сейчас? Вы можете говорить что хотите, но после того, как заявили что хотите позвать и Сому, Акира-сан, это всё равно что согласиться… Мне это не нравится…

Мне это совсем не нравится…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Жизненные приоритеты

Любимое кандзи Харухиро – «Земля». Не сказать, что ему нравится в этом кандзи абсолютно всё, но большинство слов и выражений, в которых оно использовалось, приходились ему по душе. «Стоять на земле обеими ногами», например.

Он больше «приземлённый» человек чем «воздушный». Он предпочёл бы быть ползающим по земле насекомым чем парящей в небе птицей. Нет, не то чтобы ему нравились насекомые – он вообще-то терпеть их не мог – но ведь люди постоянно поносят их, твердят «мерзость», «бесите», «убирайтесь», «когда вы уже вымрете», а насекомые продолжают упрямо выживать. За это он их уважал. И поэтому, можно сказать, нынешняя работа подходит Харухиро идеально.

Он стоял под многоцветным небом Даскрэлма, сжимая в руках лопату. А лопата, само собой, это инструмент чтобы рыть землю и делать ямы. Они купили лопаты на передовом аванпосте.

Харухиро полагал, что лопата прекрасно идёт его образу. Он из тех, кто отлично смотрится с лопатой. Круто. Или, наверное, всё-таки нет. Ему необязательно выглядеть круто.

– Дерм Хэль Ин, – продекламировала Миморин, вычерчивая кончиком посоха элементальный глиф, – Балк Зель Альв.

Комья грязи разлетелись во все стороны, и в земле осталась воронка примерно полутора метров в диаметре.

Заклинание школы Альв, Взрыв. Не такое мощное, как они надеялись – возможно, потому что Миморин выучила его совсем недавно. Сила заклинаний зависит как от базовых навыков в магии, так и от степени владения конкретной школой.

– Миморин, ещьё раз! Давай!

Та, издав странное кряхтение в ответ на возглас Анны-сан, снова подняла посох.

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв.

До-н-н.

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв.

Бубух.

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв.

Шарах.

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв.

Дудух.

– Дерм Хэль Ин… – оборвав заклинание на полпути, Миморин согнулась и оперлась на посох, – …Устала.

– Отличная работа! – Токимунэ, улыбаясь, подмигнул ей и поднял лопату, – Ну, за дело!

Взрывы Миморин создали в земле пять ям, разбросанных на расстоянии десяти метров друг от друга. Харухиро, его команда, и все Токкиз за исключением Миморин и Анны-сан, то есть в общей сложности десять человек, взяли каждый по лопате и начали расширять ямы. Они соединили все пять, создавая одну большую.

Зачем они делают это, спросите вы? До сих пор не догадались?

– И-и-и-и-и-и-и-и-ра-а-а-а-а-а-аз! – завопил Ранта.

– …Ранта, – сказал Харухиро, – Не ори. Просто заткнись и рой.

– Ещё чего! Если я заткнусь, мой дух умрёт со скуки!

– То же мне потеря… – пробормотал Кузак, орудуя лопатой.

– Что?! И ты, Кузакки?!

– От тебя и правда один шум, – произнесла Мэри, поправляя прядь волос.

– О-о-ой, я такой шу-у-у-умный. Прости-и-и-ите пожалуйста. Мне не привыка-а-а-ать. Мне часть так говорят. И мне по-о-о-о-о-офиг. Хрю, хрю, хрю.

– Ничтожество, – бросила Шихору.

– Е-ей! Я ничтожество! Худший из людей в мире! Бугабугабу-у!

– Ранта, дурак! Хватит махать языком, маши руками! – сорвалась Юме.

– Я ими и машу! Смотри! Ну же, смотри, смотри!

И правда, чем больше Ранта болтал, тем быстрее двигалась его лопата. Выглядело, честно говоря, отвратительно. Как и сам Ранта.

Может, сделать ему выговор? Харухиро задумался на несколько секунд. Нет. Просто игнорировать.

Это тупой бесполезный отброс (Ранта). Неважно, что Харухиро скажет ему, он тут же начнёт пререкаться. Выговор окажет противоположный эффект. А значит, следуя оптимальной стратегии обращения с Рантой, нужно просто его игнорировать.

Силы лучше поберечь для работы, сказал себе Харухиро.

Труд был тяжёл, но мало-помалу яма становилась больше. Он работал, и его работа давала результаты. Харухиро, откровенно говоря, был вовсе не против такого занятия.

Но почему мы это делаем?

– Хм, а знаете что… – Тада отбросил лопату и взялся за свою палицу, которую чуть раньше положил неподалёку, – Мы так целую вечность проколупаемся. Давайте-ка я ускорю дело.

– Ого, дружище! – завопил Киккава, – Тадаччи, ты серьёзно?!

Что, подлизываешься, Киккава? – подумал Харухиро, – Ну, впрочем, он всегда казался мне таким.

– Кхе… – Инуй уселся на землю, – Надоело.

– Ньикаких «надоьело!» – Анна-сан стукнула его по голове.

Ну, это не новость, но Анна-сан и правда никогда не занимается физическим трудом, да? – отметил про себя Харухиро.

– Ну, начали! – Тада разбежался и сделал сальто, – Взрывное Сальто!

Бу-ух… Палица с грохотом врезалась в землю, оставив глубокую вмятину.

– Кажется, одного раза маловато, – поддразнил Токимунэ.

Тада цыкнул языком и приготовился к следующему сальто.

– Значит буду бить столько сколько потребуется! Взрывное Сальто!

Да делай что хочешь, подумал Харухиро. Но всё же, почему мы это делаем?

Почему?

Он, разумеется, знал ответ. Он не стал бы рыть без причины. Ему, конечно, подходит такое занятие, но не настолько чтобы делать рытьё ям своим хобби.

На следующий день после первой встречи с Акирой-саном, Гохом, Каё, Михо, Бранкеном и Таро, около шести часов вечера, Харухиро и его товарищи отправились на встречу с Сомой.

Тогда всё было несколько суматошно. Сома же всё-таки знаменитость, и не только среди солдат Красной Луны. Когда торговцы, и даже солдаты пограничной армии замечали его, сразу же начинались перешёптывания. «Эй, это же Сома, смотри, Сома! Это правда он. Это Сома? Это Сома! Ого, сам Сома!..»

Сверх этого там же была группа Акиры-сана, так что воцарилась полная неразбериха. Словно вдруг ни с того ни с сего организовался небольшой – да нет, скорее, всеобщий праздник.

Все решили отправиться в торговый переулок, выпить и перекусить. Впрочем, Харухиро и его товарищи были напряжены и почти ничего не говорили. Вокруг стоял постоянный гвалт, но даже Ранта был тих как мышь.

Впрочем, за несколькими исключениями, большинство из спутников Сомы и Акиры-сана вели себя дружелюбно и открыто, так что со временем все привыкли к такому обществу. Они уже почти расслабились до такой степени, чтобы задать вопросы вроде «Где вы были?» и «Чем занимались?»

И тут встряли Токкиз.

– Привет, Сома, – Токимунэ был беззаботен, как обычно.

– Йо, – а Тада немногословен.

– Кхе… – Инуй, как обычно, невнятен.

– А вот и Анна-сан, йес! – а Анна-сан была в своём репертуаре.

– Привет, – помахала рукой Миморин.

– П-привет, привет, приве-е-ет! – лишь голос Киккавы едва заметно дрогнул.

Появление Токкиз и устроенный ими переполох, похоже, позабавили Акиру-сана.

– Ах да, кстати, – сказал он, – Я слышал, в том Даскрэлме, что недавно открыли Харухиро-кун с Токимунэ-куном, происходит кое-что интересное.

Сома прожевал кусок мяса и сглотнул.

– Кое-что интересное? – спросил он, – Расскажи.

– Почему бы нам вместе не сходить посмотреть? – предложил Акира-сан.

– Давай.

– Вот так просто… – непроизвольно прошептал Харухиро.

– М? – удивлённо посмотрел на него Сома, – Что просто?

– Ничего, – Харухиро смутился, – А, ну, то, как быстро вы решили, прямо сразу…

– И это поистине проблема, – произнесла Лилья с усталой гримасой на неестественно прекрасном лице, – Я осознаю, что говорю это всякий раз, но прошу тебя, Сома, не забывай о своём положении и веди себя солидно. Временами ты излишне импульсивен.

– Ой, рассердилась, – хихикнула Шима.

– Ну, это так, – Кемури почесал щёку. В прошлую их встречу он был чисто выбрит, но теперь у него отросла бородка. Она хорошо сочеталась с его дредами, – Но всё-таки нам это не раз шло на пользу.

– Просто он идиот, – сказал Пинго, его прищур смотрелся неуместно на детском лице, – Ухехехе… Дурак от спящего отличается лишь тем, что спящему не приходят дурацкие идеи… Короче говоря, он идиот, и ничего осознать не может. Глупость не лечится.

– Хотел бы я найти лекарство, – Сома опустил взгляд, словно задумавшись, но вдруг, словно осознав, резко поднял голову, – Я правда идиот?

– А ты сомневался? – спросил Пинго, – Ухехехе… – Пинго, – Лилья смерила его взглядом, – Это слишком. У нас, эльфов, если присловие: будь обходителен даже с близкими друзьями, и…

– Я вовсе не в обиде, Лилья, – примирительно сказал Сома.

Щёки Лильи порозовели от гнева.

– Ради кого я всё это говорю, по-твоему?

– Ради кого?

– А?.. Ну… То есть…

Вид внезапно засмущавшейся Лильи ласкал взгляд, но только не Харухиро. Его мысли занимало другое. План Токимунэ удался. Просто удался? Нет, удался невероятно. Сома, Акира-сан, и весь клан Воинов Рассвета, похоже, отправится в Даскрэлм.

Слухи разнеслись по аванпосту в мгновение ока.

«И мы! И мы тоже!» – от желающих принять участие не было отбоя.

Наконец, глубокой ночью, прибыли посланцы от «Лентяя» Макса из Железных Кулаков и «Красного Дьявола» Даки из Берсерков. На следующее утро, когда все готовились выступать, Шинохара из Ориона лично явился встретиться с Сомой.

Теперь, когда дело обрело такой размах, Харухиро просто не решился объявить что его команда не будет участвовать. В конце концов, Сома, глава Воинов Рассвета, объявил что берётся за дело. А команда Харухиро тоже состоит в клане Воинов Рассвета. Пусть даже они и слабейшие из всех его членов.

Он просто не мог сказать – «Нет, ни за что. Мы не сможем». Он тут же станет всеобщим позором и посмещищем, а Сома и все остальные разочаруются в нём. Харухиро не хотел, чтобы его презирали.

С другой стороны, если забыть на минутку про Токкиз, то они ведь будут в компании команды Сомы, Акиры-сана, да ещё и Железные Кулаки, Берсерки и Орион примут участие. Может, это будет не так уж и опасно, подумывал Харухиро.

Ну, и мне ведь тоже интересно. Я соврал бы если бы заявил иное.

Что будет, когда соберутся вместе не только сильнейшие кланы, то также и знаменитости добровольческого корпуса? Как они будут сражаться? Какие подвиги совершат? Насколько сильны они все, когда вступают бой как одно целое?

Да, я действительно хочу увидеть это. Если бы можно было просто смотреть со стороны, то я отдал бы за такое зрелище всё.

Но вышло так, что Харухиро и его друзья тоже в клане Воинов Рассвета. Они не могут просто смотреть. Они тоже должны вносить свой вклад. Как бы Харухиро не желал попросить исключить его команду, потому что все они смехотворно слабы, сделать это он, разумеется, не мог.

Но что мы можем сделать?

В десять утра в Даскрэлм отправились в общей сложности двадцать четыре человека: восемнадцать членов Воинов Рассвета (команды Сомы, Акиры-сана и Харухиро), а также Токкиз.

Стоя на исходном холме и глядя на бога гигантов и то загадочное белое существо, Харухиро обдумывал положение.

Нет, он уже какое-то время его обдумывал.

Очень скоро их догонят Берсеркеры, Железные Кулаки и Орион. Когда это случится, они все могут сразу начать бой.

Один из новых охотничьих навыков Юме навёл его на мысль.

Яма-ловушка.

– Э-м, – Харухиро набрался смелости, будто собирался спрыгнуть с веранды в Киёмидзу[2]. «Стоп, что вообще такое Киёмидзу?», подумал он, и продолжил: – М-может, устроим западню? Я думаю, будет полезно… Наверное… Ну, в смысле, вместо того чтобы сражаться в лоб, лучше использовать всё что можно…

Предложение, потребовавшее от Харухиро всей его отваги, вызвало бурное обсуждение.

Впрочем, не более чем обсуждение. Например, какую именно ловушку устроить? Или, каковы могуть быть размеры бога гигантов, чтобы учесть это при устройстве западни?

Команды Сомы и Акиры-сана – за исключением, разумеется, голема Зенмая – погрузились в жаркую дискуссию.

Насколько же они отличаются от нас, болезненно осознал Харухиро.

Никто не вёл себя так, словно вопрос ему безразличен. Никто не пытался сделать вид что его это не касается, или свалить бремя решения на кого-нибудь другого. Да, некоторые подшучивали над чужими идеями, или критиковали не стесняясь в выражениях, но обсуждение не замирало ни на мгновение.

Команда Харухиро и Токкиз не могли вставить и слова. Харухиро не знал, что думают на этот счёт Токкиз и Ранта, но его это злило.

Соственная злость удивляла. Он ведь, в конце концов, подчинённый. Слабейший среди слабейших. Разумеется, Акира-сан и Сома во всём превосходят его.

Так почему же он злится? В чём дело? Это же просто смехотворно. Как подчинённый он должен просто смирно стоять в сторонке, послушно кивать и хотя бы не путаться под ногами у тех, кто выше него. Он и правда так думал. Они же совсем другие. Сделаны из другого теста. Как ни старайся, его команда никогда не сравнится с командами Сомы или Акиры-сана.

Верно ведь?

Да… Верно.

Или он не может принять это? Может, он всё ещё не хочет сдаваться? В конце концов, у команды Харухиро и правда есть кое-какой потенциал. Во всяком случае, они не абсолютно безнадёжны. Может, такие мысли бродят где-то в его подсознании? Стремление обыкновеннейшего из обыкновенных к тому, чтобы стать чем-то большим? Его чувство ответственности как предводителя?

Как бы то ни было, он злился и это не нравилось ему. Харухиро постарался принять посильное участие в споре. Ему не часто удавалось вставить слово, но в конце концов было принято решение устроить ловушки.

В итоге все сошлись на том, что команда Харухиро и Токкиз выроют одну большую яму, а кланы Железные Кулаки, Берсерки и Орион, вскоре прибывшие к исходному холму один за другим, тоже выроют по одной. Они распределили места.

Пока остальные будут готовить ловушки, Сома, Акира-сан и их команды выступят приманкой для бога гигантов и того белого существа. Они спровоцируют их погнаться за собой, и будут наблюдать.

От Железных Кулаков явились восемнадцать человек под командой «Лентяя» Макса и Айдана. В клане Берсерков состоит больше тридцати человек, но явилось только семнадцать из них, под началом «Красного Дьявола» Даки и его заместителя, Саги.

В Орионе тоже состоит больше тридцати человек. Из них явилось четыре команды, всего двадцать четыре человека включая Шинохару, Кимуру и Хаяси.

От клана Воинов Рассвета участвовало восемнадцать человек – команды Сомы, Акиры-сана и Харухиро.

И шестеро Токкиз.

Сверх того участвовали пять команд не состоявших в клане или действовавших не в составе своего клана, всего двадцать пять человек. В том числе команда из двух человек – Лала и Ноно.

Шальная идея Токимунэ, на удивление, породила крупный поход с участием ста восьми человек.

И теперь Харухиро усердно размахивал лопатой, роя яму в земле.

Кстати, Лала и Ноно хитроумно присоединились к отвлекающим командам, а остальные двадцать три не занятых в рытье ям человека остались в лагере, сильно опустевшем после того, как больше половины торговцев покинули Даскрэлм.

– И всё же… – проговорил Харухиро, утирая пот со лба, – Это не так просто как я ожидал …

Благодаря Взрывам Миморин им удалось по крайней мере сделать яму десять метров в диаметре. Но глубина ямы была в лучшем случае метра полтора. Даже человек, провалившись в такую, максимум подвернёт ногу или ушибёт зад. Бог гигантов её даже не заметит.

– И кто бы мог подумать, что копать так тяжело? – пробормотал Харухиро.

Похоже, Ранта и Токкиз больше были не в силах шутить. Они просто усердно рыли.

Нет, не Ранта. Он тёр поясницу, потом присаживался на корточки, потом принимался бродить туда-сюда, в общем, отлынивал. Даже Анна-сан, талисман Токкиз, взялась за необычную для себя физическую работу, но только не этот отброс.

– Я готова. – Миморин, всё это время стоявшая на коленях и медитировавшая, поднялась на ноги. Остальные тут же выбрались из ямы.

– Миморин, целься в одну точку, – окликнул её Харухиро.

Миморин кивнула и начала произносить заклинания.

–  Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв.

Бабах. Взрыв ударил в самый центр.

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв. Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв. Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв. Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв.

Пять взрывов, один за другим. Как и предложил Харухиро, Миморин направила Взрывы практически в одну и ту же точку. Благодаря этому тот участок обвалился и углубился довольно сильно.

Миморин пошатнулась, едва успев опереться на посох. Похоже, для неё, не слишком хорошо владеющей магией Волшебницы, пять Взрывов подряд это предел.

– Если бы я тоже умела колдовать Взрыв… – забормотала Шихору, – Вместо Ледяного Шара, нужно было всё-таки выбрать школу Альв…

– Кхе… – Инуй послал ей воздушный поцелуй, – Я не прочь побыть твоим взрывом, если хочешь…

– Нет уж, – тут же отрезала Шихору, – Что ещё за «быть моим взрывом»? Какой-то мерзкий идиотизм.

– Н-ня-я-я-я! – потянулась Юме, – Ну, пора снова за дело!

– Подождите, да мы вообще когда-нибудь закончим? – заныл Ранта. Этот отброс работал меньше всех, а теперь ещё и жалуется.

– Спина болит… – Кузак вздохнул и приложил руку к пояснице.

– Ты в порядке? – обернулась к нему Мэри

– О. А, да. Всё хорошо.

– Тогда ладно.

Харухиро непроизвольно сложил в уме хайку.

О, такая близость До чего же прекрасно Должно быть это.          - Харухиро.

Впрочем, число слогов он выдержать не сумел.

Нет, так не пойдёт. Харухиро казалось, что сердце начинает гнить в груди. Как он может так вести себя, когда все исполняют его собственную идею?

– Д-давайте постараемся как следует, – выдавил он. Слабый, безвольный призыв.

– А-га… – Киккава ответил так же вяло.

– Мне и правда тяжьело даются такие дела… – протянула Анна-сан.

– Передохните, Анна-сан, – даже в ослепительной улыбке Токимунэ поубавилось жизнерадостности.

– Странно, – Тада, похоже, злился, – Мы же не за этим сюда пришли. Почему я рою яму?

Да, это я виноват. Харухиро хотел бы извиниться, но что толку от его извинений? Может, они приглушат его собственное чувство вины? И что с того? Что потом? Они всё равно уже не могут бросить рыть яму. Раз уж взялись, нужно довести дело до конца.

Харухиро, собрав волю в кулак, вонзил лопату в землю. Вкладывая все свои силы, он принялся копать канаву.

Канава со временем замкнулась, образовав кольцо двадцати пяти метров в диаметре. Сделанная ими яма полностью умещалась внутри кольца.

– Враг просто непредставимо огромен, и наверняка очень силён! Никакие приготовления не будут лишними! Копаем! – позвал Харухиро, – Роем эту яму! Я копаю, так что копайте и вы! Она может пригодиться… наверное. То есть, нет, она обязательно пригодится! Так что, ну…

– Копаем, – Миморин бросила посох и схватила лопату, – Я буду копать.

– Юме тоже выложится на полную! – Юме, тяжело сопя носом, принялась вгрызаться в землю.

Шихору прикусила губу.

– Может, если правильно применить, Теневое Эхо и Гроза помогут…

Мэри молча размахивала лопатой.

– Ну, я же всё-таки довольно крепкий, – Кузак рыл, не останавливаясь.

– Ха! Ну, если надо! – Ранта вызывающе поднял лопату на плечо.

– О, да! – воскликнул Киккава. Да, в такой момент на него можно положиться, – Я воспылал, воспылал, воспылал!

– Что ж, потерплю пока не придёт время драться, – Тада поправил очки указательным пальцем, – А до тех пор, пожалуй, буду рыть, чтобы аппетит разгулялся.

– Кхе… – Инуй вытаращил свой не скрытый повязкой глаз, – Пока не пробьёт час я, тот кого зовут Чернокрылым!..

Он нёс всю ту же бессмыслицу что и обычно.

– Давайте проявим терпение и продолжим в том же темпе, – Токимунэ показал всем большие пальцы, – Рыть яму важно, но незачем впустую изматывать себя.

– Да. Вы правы, – Харухиро повесил голову.

Мера. Необходимо сохранять чувство меры, подумал он.

Наверное, он просто зацикливается на том, чтобы вырыть как можно лучшую яму, просто потому что сам высказал идею ям-ловушек.

Но какова основная цель? Нельзя забывать про неё. Верно. Зачем они здесь?

Чтобы победить бога гигантов.

Вот.

Что, правда?

Это что, действительно основная цель Харухиро и его спутников?

– Серьёзно? Что-то с трудом представляю себе такую цель… – пробормотал он себе под нос.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7. Боевой порядок

Но, впрочем, почему бы и нет?

Однако, команда Харухиро и Токкиз вовсе не рыли эту яму три дня и три ночи напролёт. Хотя, в Даскрэлме ведь всё равно нет ночей. В общем, из этих трёх суток – семидесяти двух часов – они потратили на рытьё меньше половины. На самом деле, не больше двадцати четырёх часов. Всё остальное время они спали.

Нет, конечно, нет. Они, само собой, делали перерывы, спали, и даже по очереди возвращались в лагерь чтобы помыться, но также занимались и другими делами.

Однажды к ним зашёл Таро и предложил им своими глазами взглянуть на бога гигантов и гидру. Кстати, гидрой назвали то корчащееся белое существо. Имя придумал Гох, отец Таро.

– Классное имя, – прошептал самому себе под нос Таро, прекрасный юноша-эльф, лучась неудержимой гордостью, – Гидра. Круто. Папа просто невероятен. Настоящий папа.

Следуя за Таро, столь почитающим и любящим отца, да и мать, наверное, тоже, команда Харухиро и Токкиз приблизились к богу гигантов и гидре.

Оба существа постоянно перемещались, преследуя отвлекающие команды, так что, разумеется, ближе чем на пятьдесят метров приблизиться было нельзя. Даже это расстояние, в общем-то, уже довольно опасно.

Бог гигантов, в частности, был непредставимо огромен. Таро сообщил, что его рост оценивается в 300 метров, но это попросту не укладывалось в голове. «О, вот как?», отреагировали они.

Росто Харухиро 170 сантиметров, а значит, 300 метров это где-то в 176.5 раз больше. Даже 190 сантиметров Кузака в 156.25 раза меньше. Попросту несравнимо.

Победить это? Невозможно. Просто немыслимо. Это что, шутка? Они и поцарапать его не смогут.

Вот почему, как сказал Таро, отвлекающие команды полагали что, возможно, в этом походе с богом гигантов, наверное, справится не выйдет.

Ха. Ну да.

Что значит «В этом походе»? Они что, собираются потом вернуться ещё раз? Разобраться с богом гигантов в следующий раз? Они что, мозгов лишились? Или просто настолько сильны? Может, выдающиеся люди мыслят совсем не так, как обычные?

Как бы то ни было, Харухиро почувствовал облегчение от новостей, что бог гигантов вычеркнут из списка целей.

В смысле, только подумайте. Ступня Харухиро 25.5 сантиметров длиной. Умножить в 176.5 раза, и получится 4,500.75 сантиметров. 45 метров с лишним.

В яму шириной в 30 метров такая ступня просто не поместится. Что же до глубины, то для тела высотой в 300 метров по самым скромным оценкам понадобится яма самое меньшее 200 метров глубиной.

Невозможно.

Даже если забыть про ямы ловушки, это просто немыслимо.

Для начала, даже если бог гигантов издалека выглядит человекоподобным, и шагает как человек, но по сути он скорее что-то вроде движущегося белоснежного небоскрёба. Мысль о том, чтобы «убить» его, попросту безумна. «Разрушить», вот более точное слово.

Но если они собираются разрушить его, то, насколько Харухиро мог придумать, потребуется какое-нибудь тяжёлое оружие. Осадные орудия, может быть? Впрочем, даже если они и сумеют раздобыть их, враг вряд ли будет стоять и ждать пока его разрушат. Он нападёт, и защититься вряд ли будет так уж просто. Конечно, Харухиро может ошибаться, но разве это возможно?..

Что же до гидры…

Должно быть, всё дело в том что они пошли смотреть на гидру уже после того, как узрели то подавляющее зрелище, которое представлял из себя бог гигантов. Наверное, причина в этом. Потому что когда Харухиро увидел её, первым делом он подумал «Что? И это всё?»

На первый взгляд гидра казалась размером с двухэтажный дом. Ну, может, чуть больше. И очень длинная.

Гидра выглядела как многоголовое существо, клубок белых змей, каждая два метра в диаметре.

У неё было девять голов, напоминающих змеиные, но, на удивление, безглазых. Все существа Даскрэлма, похоже, были одноглазыми, так что Харухиро ожидал увидеть по глазу на каждой голове, но всё оказалось иначе. Возможно, это всё-таки не головы, а что-то вроде щупалец.

Гидра передвигалась, загребая частью этих щупалец. Похоже, для передвижения она использовала четыре. Остальные пять извивались, словно выискивая что-то. Может, это какие-то органы осязания.

– Ну, с этим-то мы легко управимся, – фыркнул Тада.

Не знаю насчёт легко, но, по крайней мере, это мыслимо, не то что бог гигантов, подумал Харухиро. То есть, нет-нет-нет. Стоп, стоп. Она всё-таки невероятно огромная. Один удар такого щупальца может убить на месте.

Гидра находилась в пятидесяти метрах от Харухиро и его спутников, перемещаясь на запад, но не слишком ли это близко? В данный момент те пять щупалец, которые не используются для перемещения, направлены в сторону от них, так что гидра либо не замечает их, либо не обращает внимания.

Но что если заметит? Что тогда? Не рискуют ли они сейчас?

– Эм, не стоит ли отойти подальше?.. – предложил Харухиро.

Таро, продолжая идти, бросил взгляд на него.

– Всё нормально. Это безопасно. Наверное.

– «Наверное»?

– Ни в чём нельзя быть уверенным на все сто. Так Папа говорит.

– Ну, может и так, но…

– Никаких «может и так». Папа всегда прав.

А? Но ведь ни в чём нельзя быть уверенным на все сто?

Интересно, разозлится ли этот паренёк если Харухиро укажет на это противоречие? Хотя нет, не интересно. Харухиро не хотел рисковать злить Таро.

Тем временем, приходилось довольно быстро бежать, чтобы не отставать от гидры. Токимунэ нёс Анну-сан на плечах, заявив, что ей будет слишком тяжело держаться наравне со всеми. Харухиро, впрочем, подумал что он чересчур балует её, пусть даже она и талисман команды.

– Кто сейчас отвлекает? – спросил Ранта.

Таро промолчал – наверное, не расслышал.

– Эй, так кто же? Кто? Кто отвлекает? Эй? Э-эй? Эй? Эй, что молчишь? Я с тобой говорю! Э-э-эй. Эй, эй, э-э-эй! Оглох? Я тебя спрашиваю, ты оглох что ли? Эй!

– Я тебя слышу, – Таро не удостоил Ранту даже взглядом, – Просто мне всё равно. Как говорит Мама, «жизнь слишком коротка чтобы тратить её на разговоры с тупицами».

– Это кто тут тупица?! Я?! – завопил Ранта.

– Да, ты, – не мог не согласиться Харухиро.

– Ранта тупица, так и есть, – поддержала Юме.

– Хуже тупицы… – у Шихору, похоже, было своё мнение о степени глупости Ранты.

– И правда, это было бы пустой тратой времени, – холодно произнесла Мэри.

– Ну… – Кузак не сказал ничего, но, наверное, ему было что сказать.

– Ахаха! – Киккава хлопнул Ранту по плечу, – Ну, что до меня то я обожаю твою тупость! Для кого-то мусор, для кого-то сокровище, а?!

– Отвали! – взвился Ранта, – Бесишь! Я не мусор! Если собиратесь выбросить меня, я сам вас брошу первый!

– Мы, вообще-то, не против, – произнёс Харухиро.

Ранта запаниковал.

– Т-т-ты! Идиот! Ты не это должен был сказать! Ты должен был отругать меня! Сказать что нельзя никого бросать и выбрасывать!

– Ранта! – белозубо ухмыльнулся Токимунэ, – Ты тот ещё балласт!

– Токимунэ-сан?! Знаете, это как-то не похоже на комплимент!

– Это и не комплимьент, поньятно?! – Анна-сан показала Ранте средний палец со спины Токимунэ, – Из какой грязной бородавчатой задницы дохлого кабана ты выполз, гнилой хрен?!

– Кхе… – Инуй гадко ухмыльнулся, – Низвергнись в прах, пёс рока…

– Пёс? – Миморин осмотрелась.

«Тут ни одного пса нигде нет», мысленно согласился Харухиро.

– Так кто отвлекает? – спросил Тада как ни в чём не бывало.

На этот раз Таро ответил как положено.

– Гидру в основном берёт на себя голем Пинго, Зенмай. Богом гигантов сейчас занимаются, наверное, Лала и Ноно. Эти двое. Потому что они прибыли на ездовых драконах.

Ездовые драконы это небольшие ящеры, бегающие на двух ногах. Если их приручать с того момента, как они вылупятся из яйца, то можно использовать вместо лошадей. Харухиро иногда видел их на аванпосте, и подумывал как-нибудь попробовать прокатиться. Но потом он узнал, что у ящеров в юном возрасте отрезают крылья, чтобы можно было ездить на них, и быстро потерял всё желание на них садиться.

– Понятно, – Тада кивнул и вдруг остановился, – Э-э-э-эй, ты, тупая гидра! А ну смотри сюда! Да, я тут! Ну же!

Разве человек может кричать так громко? Как ему вообще удаётся производить такой звук?

Харухиро в ужасе застыл. Как и все остальные. Даже Токимунэ и остальные Токкиз явно не ожидали такого.

– Эй… – Таро широко раскрыл глаза, – Ты что?..

– Иди сюда! Э-эй! – Тада наставил на гидру свою палицу, – Иди сюда, сказал! Уже струсила?! Что, не по зубам я тебе?! Червяк-переросток!

И тут это произошло.

Гидра не остановилась. При её размерах она, наверное, просто не в состоянии резко остановиться. Но она явно замедлилась.

И одно из щупалец, напоминающее голову окончание этого щупальца, развернулось в их сторону.

Гидра наконец остановилась.

Двинулось второе, затем третье щупальце, наставив безглазые головы на Харухиро и его товарищей.

– Хе… – Тада положил палицу на плечо и поправил очки, – Ну наконец-то. Слишком долго соображаешь.

«Тада», подумал Харухиро, «Что ты творишь?! Тада! Та-а-а-а-ада!!»

Он понимал, что говорить это вслух бесполезно. Это не поможет. Иногда до Тады не доходят самые простые слова. Но что тогда делать?

– А, да будь оно всё!.. – сплюнул Харухиро. Иного выхода нет.

Он схватил Таду за воротник его жреческого одеяния. Тот сдавленно вскрикнул.

Наверное, воротник душит его, но Харухиро не было дела. Выживет. Это же Тада.

– Бежим! – заорал он.

Харухиро сорвался с места бешеным галопом. К счастью, Токкиз, вероятно посчитав его действия забавными, побежали следом, так что отступление прошло успешно. Важнее всего, как поведёт себя гидра?

Если она погонится, удастся ли сбежать? А что, если догонит? Придётся драться? Или, скорее, это будет верная смерть? Сама мысль пугала до ужаса, но гидра не погналась.

Повезло? Нет, должно быть, Зенмай, отвлекавший гидру, сумел как-то снова привлечь её внимание к себе. Им есть за что поблагодарить его.

Отбежав от гидры метров на двести, Харухиро наконец отпустил воротник Тады. С него ручьями струился пот. Ему до сих пор было страшно.

– Эй! – Тада, держась за горло, пошёл на Харухиро, – Это больно, знаешь ли!

Он ткнулся лбом в лоб Харухиро, но Харухиро, к собственному удивлению, устоял.

Глаза Тады налились кровью. Его вид пугал, но Харухиро не уступал. Он понимал – стоит попятиться, и, скорее всего, ему конец. Он совсем не понимает, что движет Тадой, и вряд ли когда-нибудь поймёт, но сейчас чутьё подсказывало ему именно это.

– И-извиняйтесь! – заорал Харухиро в ответ, – Вы чуть всех нас не погубили! Не знаю, что вообще взбрело вам в голову, но серьёзно, пожалуйста, думайте прежде чем делать!

– Заткнись! Извиняйся сам!

– Не буду! Мне не за что извиняться!

– Что ты сказал?!

– Я сказал, не буду! Это вы должны извиниться!

Не перегибает ли он? Наверное, опасно говорить с Тадой в таком тоне? Харухиро не знал, но предполагал, что единственный способ заставить с собой считаться – это давить в ответ. А значит, притворяться сильным.

– Извиняйтесь, Тада! – крикнул он, – Нельзя рисковать всеми по вашей прихоти!

В версии с изображениями тут находится картинка.

– А-ха-ха! – Тада снова упёрся лбом в лоб Харухиро.

Харухиро не отступил. Нельзя. Нельзя пятиться. Если он отступит и извинится теперь, то будет полнейшим дураком. Ему хотелось плакать, но он не плакал.

– Ты, новичок, и смеешь меня учить… – Тада, набычившись, двигал головой, их лбы тёрлись друг о друга.

Кто-нибудь, спасите, мысленно молил Харухиро, Остановите его, кто-нибудь. Токимунэ, например.

Но стоит хоть на мгновение отвести взгляд от Тады в поисках поддержки от остальных, и состязание будет проиграно. Такое у Харухиро было чувство.

– П-пусть я и новичок, но…

– Что?! Что – но?! – орал Тада.

– …Я лучше вас знаю, что правильно а что нет! – закончил Харухиро, – И если вы собираетесь вести себя как капризное дитя, то мне придётся водить вас на поводке!

– Ох-хо, – Тада вдруг отступил, и поправил очки указательным пальцем.

Харухиро чуть не упал ничком.

– Неплохо.

...Он что, ухмыльнулся? Чему он радуется? Харухиро недоумевал. Я совсем его не понимаю…

Но я спасён… Наверное? – подумалось ему. По крайней мере, похоже, он не собирается избить меня до смерти. Нет, может, он ждёт пока я зазеваюсь чтобы ударить палицей? Может, пока не стоит поворачиваться к нему спиной?

– Харухиро, – Токимунэ белозубо ухмыльнулся и показал ему большой палец, – Хорошая драка.

А, заткнись, подумал Харухиро, но уже не находил в себе сил на злость. «Спасибо», сказал он, коротко поклонившись.

– Пф-ф-ф… – Таро фыркнул, и закрыл лицо руками, – Хехехехе. А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!! Вы все ненормальные! Просто ненормальные! Бва-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Гва-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!

Он хохотал. Хохотал как безумный. Казалось, он сейчас примется кататься по земле. Вид того, как мальчик-эльф сгибается пополам от хохота, совершенно огорошил Харухиро.

Таро какое-то время продолжал смеяться, потом внезапно прочистил горло, и его лицу вернулась серьёзность. Но он покраснел, до кончиков своих длинных ушей. Должно быть, ему стало неловко.

– Папа как-то раз сказал, что смех лучшее лекарство, – мрачно объяснил Таро.

«Ну, ладно», – подумал Харухиро, «Странный он какой-то».

Тем не менее, прерываясь на события вроде этого, команда Харухиро и Токкиз в течении семидесяти двух часов вырыли яму примерно тридцати метров в диаметре и, примерно, три метра в глубину. Они положили поверх жерди, положили на них купленную в лагере сеть, и замаскировали ловушку травой.

С близкого расстояния по-прежнему было легко понять, что это ловушка, так что вряд ли можно назвать их работу идеальной. Но всё-таки, если заманить сюда гигантское существо вроде гидры, она, наверное, провалится? Может быть? Впрочем, это можно узнать лишь на деле.

Существовала договорённость, что все соберутся у исходного холма, когда закончат с ловушками. Холм располагался к западу от лагеря.

Харухиро и его товарищи рыли свою ловушку в пяти километрах к югу от лагеря. Так что решили зайти сначала туда, раз им всё равно примерно по дороге. Они уже привыкли к работе солдат добровольческого корпуса, так что могли прожить без такой роскоши как ванна, но всем хотелось хотя бы свежей воды.

Но ещё на подходе к лагерю они заметили нечто странное. Точнее говоря, нечто угрожающее.

На востоке возвышался бог гигантов. Если бы он двигался, это в общем-то было бы обычным делом.

Вот только он стоял на месте.

– А разве не в той стороне исходный холм? – беззаботно спросила Анна-сан, когда они уже почти подошли к лагерю

И правда, подумал Харухиро.

В лагере стоял шум. Большинство торговцев уже покинули его, но там всё-таки по-прежнему находятся семь или восемь десятков солдат добровольческого корпуса.

Но нет, даже они не создали бы такой шум.

– Ты что, баран?! Драки захотел?! – «Лентяй» Макс из Железных Кулаков наседал на мужчину с ослепительно-рыжими волосами. Казалось, он вот-вот вцепится в него.

Вокруг них стеной стояли люди, подбадривая соперников громкими криками.

– Кто, я?! – рыжий мужчина, не просто высокий, но также большеглазый, большеротый и большеносый, тоже орал на Макса в ответ, не отступая ни на шаг, – Ещё как хочу, мелкий!

– Кто мелкий, я?! Я не мелкий, ты, переросток!

– Не вини других в том что ты мелкий, мелкий!

– «Мелкий, мелкий, мелкий» – что, других слов не знаешь, жирный?

– В каком месте я жирный, мелкий?! Я сохраняю процент жира в моём теле ниже десяти процентов, ты, мелкий кусок дерьма!

– Что ты там сохраняешь?! Не строй из себя крутого просто потому что красишь башку в рыжый, подвалень!

– Правильно говорить «увалень», идиотина!

– Не подсовывайся к тому как я говорю, рыжая харя! Я тебе зад-то подпалю!

– Что еща за «подсовывайся»?! А ну, подпали, попробуй, макака!

– Кого ты назвал макакой, горилла?!

– Ещё никто не оставался в живых после того как назвал меня гориллой! Правда, никто и не пробовал!

– Я назову столько раз сколько захочу! Горилла, горилла, горилла, горилла!!

– Ах ты!..

Рыжий замахнулся кулаком. Макс… Не увернулся. Скорее всего, он и не собирался. Он чуть присел и принял удар левой щекой.

Макс содрогнулся, но устоял.

– Ты ударил или погладил, хиляк?! Я не понял!

– Ах не понял! – Рыжий пнул Макса под колени, – А как тебе это?!

– Увааааа!

Резкий и мощный, молниеносный пинок. Казалось, он сломает обе ноги Макса. Но Макс устоял, да ещё и ухмылялся.

– Гяхахахахаха! На меня не действует!

– Да ты просто притворяешься! – Рыжий ударил Макса в лицо раз, другой, и третий ещё сильнее, – Ты только в этом и мастак, макака! Получай!

– Мне! Не! Больно! Ни! Капли! Арх!

– Кха?! – Рыжий отдёрнул кулак, которым молотил Макса.

Лоб. Он ударил его в лоб. Нет, Макс подставил лоб под удар? Видимо, у него очень твёрдый череп. Наверное, сможет даже отразить удар меча под правильным углом. И всё же, голову Макса заливает кровь.

Неужели не больно? Он что, вообще ничего не чувствует? – пронеслось в голове Харухиро.

Макс тут же обхватил рыжего за ноги, повалил, оседлал и принялся молотить кулаками.

– О-ора! Ра! Ра! Ра! Ра! Ра! Ра! Ра!

Рыжий защищал лицо обеими руками – по крайней мере, пытался, но град ударов Макса был неукротим.

Теперь ему уже не победить… Но стоило Харухиро подумать это, как кулак рыжего взлетел снизу вверх.

Если бы рыжий попал в подбородок Макса, то наверняка вырубил бы его. Макс, несомненно, потерял бы сознание.

Но Макс дёрнулся вбок, увернувшись в последний момент – и не только увернувшись. Он молниеносно схватил руку рыжего и притянул к себе, собираясь взять в болевой захват.

Но рыжий тоже среагировал молниеносно. Он вскочил, и вздёрнул в воздух цепляющегося за руку Макса.

– Ува-ха-ха-ха-ха-ха! – рыжий размахнулся рукой, собираясь впечатать Макса в землю.

Перед мысленным взором Харухрио уже пронеслась сцена того, как голова Макса раскалывается, но этого не произошло. Перед самым ударом о землю Макс отпустил руку рыжего, ловко перекувырнулся и встал на ноги.

– Не выйдет, Даки! Это уже второй раз!

– Я и не надеялся! И всё-таки, не могу забыть как припечатал тебя в тот раз! Мне хотелось ещё раз испытать это чувство!

– О, какое совпадение! Я тоже иногда вспоминаю тот раз, когда надрал тебе задницу!

– А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Рыжий внезапно расслабился и протянул Максу правую руку. Тот, осклабившись, хлопнул собственной ладонью о ладонь рыжего.

Люди вокруг разразились овациями.

– Макс! Ма-а-а-кс!

– Даки круче всех!

– Макс сильнее!

– Дебил, Даки же явно сильнее!

– В настоящей драке Макс бы его уделал!

– Заткнись, анус!

– Ну всё, тупой берсерк, твой язык тебя подставил!

Некоторые из зрителей обменивались оскорблениями, но, похоже, пока не собирались бросаться друг на друга. Вряд ли можно было бы не покривив душой заявить что они отлично ладят, но, по крайней мере, все явно наслаждались происходящим.

– «Анус»? – непонимающе спросила Юме.

– Это, наверное, просто оскорбление, – сказал Харухиро, стараясь сохранять спокойствие, – И тебе не лучше не повторять это слово.

– Анус? – Юме с любопытством повернулась к нему, – Почему?

– Ну, наверное, можно… – пробормотал Харухиро, – Но лучше не надо.

– Так, слушай сюда, Юме, – со вздохом сказал Ранта, положив руку ей на плечо, – Позволь мне поведать тебе про анус. Ну, это довольно трудно облечь в слова, так что я просто покажу где это. У тебя есть зад, ну, ты в курсе, да? Так вот, внутри зада…

– …Гадость, – пробормотала под нос Шихору.

– Верно! – воскликнул Киккава.

Шихору сжалась.

– Я… Я не пыталась пошутить.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– «Лентяй» Макс и «Красный Дьявол» Даки, а? – Тада поправил очки, – Ну да, я им не ровня.

– Они всегда такие, – Токимунэ смотрел на них с почти отеческой гордостью, – Ну, знаете, как говорят – чем больше ссорятся, тем лучше ладят.

– Не понимаю… – Мэри покачала головой.

– Они же дрались до крови… – Кузаку, похоже, зрелище тоже казалось диким.

– Кхе… – начал Инуй.

Вот бы он помолчал, подумал Харухиро.

– И зачем они начали ритуал без меня…

Потому что он постоянно несёт какие-то глупости.

– Стьюпид факерс! Есть дела поважнее, поньятно?! – Анна-сан поскочила на месте, надув щёки, – Другьие дела! Щит! А?!

Нет, правда, а какие дела? Чем нужно было заниматься первым делом? Харухиро закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Может, он всегда был достаточно терпеливым, но, как ему казалось, к настоящему моменту развил в себе недюжинную выдержку.

Открыв глаза, он увидел что к ним приближается Шинохара во главе группы людей в белых плащах. По сравнению с полностью непонятными Максом и Даки, Шинохара выглядел избавителем. Харухиро даже видел вокруг него ореол света. Может, кажется?

Ну конечно, кажется. Откуда у Шинохары нимб?

– Укх… – Миморин сощурилась с лёгкой гримасой.

Ей что, глаза режет? Неужели… Она тоже видит ореол света?

Харухиро моргнул. Нет, даже Шинохара, при всех своих достоинствах, вовсе не светится. Разумеется.

– Приветствую, Харухиро, Токимунэ, – поздоровался Шинохара, – Похоже, положение не слишком приятное.

– Здравствуйте, – кивнул Харухиро, с надеждой глядя на него, – Что произошло?

– Позвольте объяснить мне, Кимуре из Ориона, – вмешался очкарик с короткой стрижкой.

Опять он.

– Два часа назад мы заметили, что бог гигантов остановился. Наша яма-ловушка уже была закончена, так что мы приняли решение выяснить точное местонахождение бога гигантов. Не самая сложная задача. Стоит приблизиться, и положение бога гигантов тут же раскроет себя само. И мы увидели. Он возвышается прямо над исходным холмом. Над единственным путём домой! Нет, возможно, вернуться по-прежнему можно, но сделать это будет невероятно трудно!

Ч-что ты сказал? – чуть было не вырвалось у Харухиро, но он сдержался. Новость не особо его удивила.

Его угнетала мысль о том, что его худшее подозрение, о котором он не хотел даже думать, оправдалось. Но и всё. Не более того.

Шихору, Мэри и Кузак выглядели подавленно.

Юме, похоже, о чём-то глубоко задумалась.

– …А! Мы не можем вернуться, то есть, не сможем уйти домой?!

– Он это и сказал! Ты тупая, что ли?! – прикрикнул Ранта.

– Юме не тупая! И вообще, те кто называют других тупыми, те сами тупые!

– То есть, те кто называет других гениями, те настоящие гении, что ли? – хохотнул Ранта.

– Э-эм. Ну… Наверное?

– Ты гений! Ты гений, Юме! Юме, ты настоящий прекрасный гений!

– О? Правда? Так вот что ты на самом деле думаешь про Юме, Ранта? – Юме расцвела, – Юме как-то даже смущается…

– Д-дура! Я не это имел в виду! Всё не так, понятно?!

– Ты весь покраснел… – Шихору с отвращением покосилась на Ранту, – Мерзость…

– К-к-к-к-к-к-кто тут покраснел?! Что ещё за «мерзость»?!

– Хм-м, – Кимуря изящным движением поправил очки, переводя взгляд с Ранты на Юме, – Простите что затрагиваю столь деликатный вопрос, но не связывает ли вас глубокое романтическое чувство? Проще говоря, вы встречаетесь?

– Ч-что-о?! – Ранта подскользнулся и затанцевал, стараясь удержаться на нога, – Ч-ч-ч-ч-что ты несёшь, идиот?! Н-н-н-не шути так!

– Не-а, – покачала головой Юме, – Ничего такого.

– А-а-а-ага! Т-т-т-т-ты ошибся! Она вообще не в моём вкусе! Только глянь на её плоскую грудь!

– Не называй Юме плоской!

– Чем плоха плоская грудь?! – внезапно рассердился Кимура, – В плоскости совершенство! Человечеству ещё предстоит изобрести хоть что-либо, превосходящее плоскую грудь!

– Кимура, успокойся, – Шинохара с некоторой неловкостью похлопал его по плечу.

– О, прошу прощения, – Кимура рассмеялся, – Я вышел из себя. Но позвольте мне объясниться. В моём собственном мировоззрении плоская грудь занимает наивысшее место, но я признаю существование других ценностей. Разумеется, гигантская грудь тоже заводит меня! Фактически, моё сознание достаточно гибко чтобы приспособиться к любому размеру бюста!

– Вот это дух! – воскликнул Киккава, – В тебе есть страсть, Кимура! Понимаю, прекрасно понимаю! Я точно такой же! Меня устроит любой размер, да!

– Да!

Кимура и Киккава обменялись крепким рукопожатием. Похоже, это зарождение настоящей дружбы.

Значит, даже в Орионе есть такие вот странные люди. Открытие казалось невероятным.

– Ух, ну да… – Анна-сан пожала плечами и окинула их презрительным взглядом, – Каждый раз, как раскрывайете рот, вьечно сиськи, сиськи, сиськи! Что? Это назывьется сексуал харрасмент, поньятно?! А что если Анна-сан и остальныйе девушки примутся обсуждать при вас размеры пенисов?! Как вам это понравится, неудачники?!

Мэри нахмурилась.

– Хаяси? Что с тобой?

Все обернулись к нему. Хаяси, бывший товарищ Мэри по команде, сидел на корточках.

– …Ничего. Всё в порядке. Правда, всё в порядке…

– О май гад! – Анна-сан закрыла рот ладонями, – У тебя маленький?! Ньичего страшного, правда! В теории даже маленький работайёт ноу проблем…

– В теории, – сказала Миморин с непроницаемым лицом.

Зачем она повторила это?

Хаяси уже почти плакал. Бедняга. Но Харухиро, попытавшись утешить его, наверное, только ещё больше расстроит. В конце концов, у Харухиро-то всё в порядке. Он не может ничего сказать или как-то поддержать Хаяси. Да и никто из присутствующих мужчин, наверное, не может, так что, возможно, лучше просто молчать?

– Хмф… – Тада облизнул губы, – Короче, будем драться. Иначе я не согласен.

Тада в своём репертуаре. Никакой деликатности. Для него это ничего не значит, ему, наверное, просто всё равно. Он просто не обратил внимания. Очень в его стиле. И Харухиро в какой-то мере был ему благодарен.

Или нет? Я правда благодарен? «Будем драться»? Стоп, стоп.

– Что вы имеете в… – начал было Харухиро, но тут же забыл, о чём хотел спросить. Точнее, из его головы вообще вылетел тот факт, что он о чём-то спрашивал.

Ноооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооон

Вокруг разнёсся… Звук? Нет, больше похоже на сотрясение чем на звук. Впрочем, звук это вроде бы и есть сотрясение воздуха, так что, наверное, это одно и то же. Что это? Харухиро не знал, но что-то очень мощное. Всё его тело задрожало, словно он весь стал одной барабанной перепонкой. Звук сотряс его до костей.

Впервые он подвергался такому. Откуда этот звук? Что создало его, и как далеко источник? Харухиро не знал, насколько велик Даскрэлм, но вряд ли так уж мал. Может, звук разнёсся до самых концов мира?

Харухиро видел этот звук. Сотрясавшие всё вокруг волны были видны невооружённым взглядом.

Он стиснул грудь. Сердце трепыхалось как безумное. Звук длился не больше нескольких секунд, но сердце до сих пор тряслось. Ритм отличался от пульса. Онемение? Наверное.

Харухиро осмотрелся. Звук не прошёл незамеченным ни для кого, он ударил всех без различия. Шихору сидела на земле, сжимая голову.

– Ты в порядке? – Мэри подхватила её и помогла встать.

Шихору кивнула, но язык, похоже, не слушался её. В её глазах стояли слёзы.

– Что… Это было… Сейчас? – Харухиро попробовал спросить у Шинохары, но тут же понял, что и даже ему, наверное, неизвестен ответ.

Как он и ожидал, Шинохара покачал головой. В его взгляде чувствовалась необычная острота.

– Не знаю… Но вряд ли это хороший знак.

– Думаешь? – Токимунэ выдохнул и блеснул улыбкой, – А я давно не испытывал такого предвкушения.

А… Дело плохо, подумал Харухиро. По собственному опыту знаю, когда Токимунэ так говорит, всегда случается что-то плохое. Нет. Я этого больше не вынесу. Как всё вообще дошло до этого? Из-за кого это всё? Какого чёрта? Хватит, пожалуйста. Да будь оно всё проклято. Будь оно проклято, проклято, проклято.

Харухиро мысленно выплеснул все свои жалобы, и загнал обратно.

Хочу сбежать. Но это невозможно.

Я готов ко всему… Но я не могу этого сказать. Это невозможно. Но нужно взять себя в руки. Случиться может что угодно, а мне останется лишь пытаться справиться. Что бы ни случилось?

Но что теперь будет?

Я не знаю.

Да и откуда мне знать.

Кланы Железных Кулаков и Берсеркеров собрались каждый вокруг своего лидера чтобы обсудить ситуацию. Орион тоже. Те, кто не принадлежал к клану или пришёл в Даскрэлм отдельно от клана, тоже жались друг к другу. Команда Харухиро и Токкиз как-то, даже не осознавая сами, прибились к Ориону.

Все говорили разом.

Где команда Сомы? Где Акира-сан и его группа? Что это был за звук? Что делать? Что мы вообще можем сделать? Нужно выбираться из Даскрэлма. Но даже если мы решим уйти, это не так-то просто. Тогда что делать? Уходить хотя бы отсюда. Но зачем уходить из лагеря? Что бы мы ни решили, нужно договориться всем вместе. Не стоит разделяться, нужно держаться вместе. Нет, может, лучше наоборот разделиться? Тогда нас хотя бы не перебьют всех разом. Перебьют? Что значит, перебьют? С чего вдруг? Может, вообще ничего не произойдёт. Где команда Сомы? Мы же планировали собраться у исходного холма. Теперь это невозможно; потому Орион и пришёл в лагерь. Остальные, наверное, тоже. Так всё-таки, где команда Сомы? Где Акира-сан? Что нам делать? Как поступить?

Разговор практически шёл по кругу. Ответов не было. Железные Кулаки и Берсерки тоже, похоже, не могли придти к единому мнению.

Наконец, спорить остались лишь Шинохара с Кимурой. Похоже, курс действий Ориона определят они.

Вокруг стояли другие солдаты добровольческого корпуса, громко споря. Стоял шум. Более того – в воздухе повисла тревога.

Харухиро чувствовал, что должен что-то сказать. Поговорить с товарищами. Ведь он предводитель. Он должен принять решение. Но мысли путались, в голову ничего не шло.

Так никуда не годится. Нельзя оставлять всё как есть. Но, честно говоря, этой мыслью всё и ограничивалось. Харухиро повесил голову, боясь встретиться глазами с остальными.

Плохо. Очень плохо. Всё очень плохо. – он почувствовал тошноту – Дышать не могу. Проклятье. Я же сказал себе, что буду готов ко всему. Ничтожество. Да, точно. Я ничтожество. Знаю. Не могу действовать решительно даже понимая, как нужно поступить. Ну, я ведь такой человек.

– Слушай, – сказал Кузак, – Что до меня, то я пойду за тобой. Я с тобой, Харухиро, что бы ни случилось. Просто подумал, что должен это сказать.

– Я т-тоже, – Шихору приподняла руку, – Ты много раз спасал меня, Харухиро-кун. Я хотела сказать…

– Конечно, Хару-кун и больше никто, – хихикнула Юме.

– Само собой, – Мэри улыбнулась, – Без тебя, Хару, было бы просто ужасно. Во многих смыслах. Если бы не ты, меня бы здесь не было.

Все эти слова отдались в его сердце.

Особенно слова Мэри.

Так вот, значит, как?

Не совсем верный способ выразить это, но Харухиро показалось, что его лишили чего-то важного.

Если бы только он понял раньше. Если бы он понял раньше, что любит Мэри.

Впрочем, даже если бы он понял. Он же Харухиро. Наверняка он ничего бы не сделал. То есть, всё закончилось бы так же.

Да. Точно так же. Всё случилось так, потому что иначе и быть не могло.

– Хе, – Ранта издевательски усмехнулся, – Ну вы и дураки. Что, решили все разом поднять флаги смерти? Идиоты.

Это ободрило сильне всего. Если бы Ранта вдруг повёл себя не как Ранта, Харухиро просто не знал бы что делать.

Он повёл плечами, расслабляя их. Что толку постоянно напрягаться? Сейчас это ничем не поможет.

– Никто не умрёт, – глаза Харухиро, наверное, сейчас выглдят очень сонными. Ему, разумеется, вовсе не хочется спать, – Я не позволю никому умереть.

Тут же в его голове понеслись мысли: ну, то есть я попытаюсь, я приложу все усилия чтобы никто не погиб, в этом смысле, я просто выражаю намерения, не знаю смогу ли, но…

Таков он, Харухрио. Ему не под силу измениться мгновенно. Но, до некоторых пределов, он может притвориться что изменился.

– Мы уходим, Даки! – «Лентяй» Макс вёл за собой Железных Кулаков. Видимо, они собирались прорываться к исходному холму.

– Как хочешь! Мы остаёмся! – заорал в ответ «Красный Дьявол» Даки. Похоже, Берсерки собираются остаться в лагере.

Макс и Даки отличаются телосложением, но в основном они похожи. Оба лидеры, или, даже, скорее, вожаки. Железные Кулаки и Берсерки тоже им под стать. Члены обоих кланов ведут себя напористо и шумно.

Железные Кулаки используют в качестве отличительного цвета синий и чёрный, Берсерки – красный. Они помечают этими цветами своё снаряжение; ещё у них, похоже, есть клановые символы – сжатый кулак у Железных Кулаков, череп с перекрещённым мечом и топором у Берсерков. Но при всех сходствах Железные Кулаки были хулигански-весёлые, излучая то что можно было назвать мальчишеской энергией. Берсерки же обладали тем, что с натяжкой можно было назвать чувством собственного достоинства, а без натяжки – коварством.

Железные Кулаки собираются атаковать, Берсерки – защищаться. Шинохара и Кимура ещё не пришли к решению. Как поступят Токкиз? Харухиро посмотрел на Токимунэ в попытке оценить его намерения.

А? Что-то не так, вдруг подумал он. Не так, в смысле…

Этот звук.

Харухиро посморел на восток. А потом на юг.

Идёт. Приближается. Белый гигант. Шаги. Да, точно. Это грохот… Это шаги белого гиганта. Да, но… Постойте. Их же…

Не просто один или двое, да? Сколько? Не знаю. Может, они всё ещё далеко?

Они идут оттуда, и оттуда тоже?

Не могу сосчитать. Слишком много. Нет времени сидеть и считать.

– Т-там толпа белых гигантов! – срывающимся голосом завопил Харухиро.

– Ого… – даже Токимунэ выглядел шокированным, – Они идут со всех сторон.

– Всё как я люблю, – рассмеялся Тада, крутанув палицу.

– Кхе… – Инуй распахнул руки, – Да поднимется буря разрушения!

– Хватит каркать, поньятно! – воскликнула Анна-сан, отвешивая ему затрещину.

– Я защущи Анну-сан даже ценой знижи! – Киккава указал на себя большим пальцем.

– Защущи, знижи… – против воли пробормотал Харухиро. Должно быть, Киккава по своему обыкновению опять переставил слоги, но он уже был не в силах разгадывать этот ребус.

– Кхвааа… – Миморин издала странный звук и вытащила из ножен меч.

– Похоже придётся драться, провались это всё, – Ранта опустил забрало шлема.

– Но даже если придётся… – Кузак поправил шлем и подготовил щит, – Сможем ли мы?

Юме, Шихору и Мэри молчали. На их лицах, даже Юме, застыло напряжённое выражение.

Харухиро всей душой хотел бежать. Но куда? Да, похоже что некуда. Исходный холм блокирован богом гигантов.

Может, это бог гигантов издал тот невероятный звук? – думал Харухиро, – И с этого всё и началось? Говорят, не буди лихо; может, мы, солдаты Красной Луны, разозлили богов Даскрэлма?

Неважно. Во всяком случае, сейчас эти размышления ничем не помогут.

– Эй, Шинохара! – крикнул Даки, маша им рукой, – Давайте заодно! Разделяться дурная идея!

– Нужно отозвать и Железных Кулаков, – кивнул Шинохара, – Время собраться вместе, забыв про различия! Орион поступит, как поступал всегда!

– Слушать сюда, не сметь трусить и бежать! – проревел Даки, – Кто побежит, ожидайте смерти! Лицом к врагу, до конца!

– Что за банальности несёт этот рыжий? – издевательски хохотнул Тада.

Он что, вообще не боится?

Харухиро боялся. Он чувствовал, как трясутся колени и низ живота.

Железные Кулаки возвращались с Максом во главе.

– Они здесь, здесь, здесь! – Токимунэ заколотил мечом о щит.

Даже смотреть не хочу – но Харухиро должен смотреть. Белые гиганты. Всё ещё довольно далеко на юге. А те, что с востока, уже близко. Около десятка, наверное? Сзади, может, идут ещё.

Размер белого гиганта отличается в зависимости от особи, но их можно примерно разделить на три категории. Четырёхметровые, шестиметровые, и восьмиметровые. Гиганты последней категории встречались редко, и Харухиро раньше не видел ни одного.

Двое среди наступавших гигантов, похоже, принадлежат к категории восьмиметровых. Один шестиметровый, а остальные четырёхметровые.

Харухиро не чувствовал ни храбрости, ни решительности, ни отваги, ни ясности мыслей, ни спокойствия. Он мог надеяться лишь сыграть роль несгибаемого предводителя. Он должен как-то её сыграть.

Шихору. Юме. Ранта. Мэри. Кузак. Он обвёл их глазами. У меня есть товарищи, и я никому не дам умереть. И поэтому мы вместе должны превозмочь это.

– Если хочешь спать, лидер, просто иди спать, – рассмеялся Ранта.

– Сколько раз повторять? Мои глаза такие с рождения, – Харухиро вжал кулак в грудь, – …Так. Сделаем это. Поспать можно будет после.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8. За гранью

Знаю, думал Харухиро. Я должен произнести сильную речь, вдохновляющую и ободряющую.

И, разумеется, он от всей души желал этого, но в голову ничего не приходило. Да и времени уже не осталось.

Раздался рёв.

– Очнись!! – Харухиро схватил за рукав застывшего на месте Ранту и побежал. – Для начала уберёмся с дороги! Не стойте у них на пути, в сторону! – кричал он на бегу.

Впрочем, Кузак, Юме, Мэри и Шихору уже убегали, не дожидаясь его приказа. Как и остальные солдаты добровольческого корпуса. Все разбегались врассыпную.

Даки приказал не показывать врагу спину, но сейчас это попросту невозможно. Прямо на них несутся белые гиганты больше четырех метров ростом. Они просто сомнут всех, кто встанет на пути. Если бы они встретили гигантов лицом к лицу, как пытался сделать Ранта, те бы просто растоптали их насмерть.

Но даже если бежать…

– Х-х-харухиро-о-о! – вскрикнул Ранта, – Они з-з-здесь! Один идёт на нас!

– Да вижу я!

Один из белых гигантов гонится за ними. Харухиро отпустил руку Ранты и поднажал. Но впереди ещё один. Где остальные товарищи? Нет времени осматриваться.

Один гигант сзади. Один спереди. Побежать направо? Налево?

Нет. Ни вправо, ни влево нельзя. Почему? Не знаю. Просто чутьё… Но нет, нельзя.

– Вперёд! Проскочим мимо! – позвал он.

– А?! Серьёзно?! – взвизгнул Ранта.

– Серьёзно! – Харухиро понёсся к вставшему перед ними белому гиганту.

Руки. Сначала они бьют руками. Обе руки. Пытаются схватить. Но они медленные… Должны быть медленными, правильно? Направо. Проскочить под левой рукой и за спину. Вперёд. Должно получиться. Я смогу. Увернуться!..

– …Йах!...

Извернувшись, он в последний момент отскочил от левой ладони гиганта. Но что за «Йах»? Харухиро и сам не знал, почему выкрикнул это.

– Ранта?! – завопил он.

– Да!

Ранта решил проскочить под правой рукой, и, очевидно, ему это удалось. За их спинами раздался грохот – это не входило в их замысел, но два белых гиганта врезались друг в друга.

– Ха! Получайте! – заорал Ранта.

Харухиро не разделял его вострога. Ему, скорее, хотелось прикрикнуть на Ранту.

– Проклятье, и эти тоже?!

Разумеется, гигантов гораздо больше чем он увидел сначала. И здесь не только они – гигантов сопровождали и другие враги. Ну или, скорее, это гиганты сопровождали их – тех, в конце концов, определённо больше.

По правде говоря, намного больше. И откуда их столько понабежало, этих сектантов?

Нужно снова собраться вместе. Харухиро зашарил вокруг взглядом, разыскивая товарищей…

Как?! – едва не завопил он.

– Держись рядом, Ранта!

– Эй, Э-э-э-э-эй?! – заорал Ранта в ответ, – Охренеть!!

Он даже не слушает. Ранта не сводит взгляда с сектантов. Ну, впрочем, его можно понять – когда на тебя бежит толпа с копьями наперевес, трудно, наверное, думать о чём-то ещё.

Что делать? – отчаянно думал Харухиро.

Нет времени размышлять. Времени мало, совсем мало. Остановимся, и конец. Нужно бежать. Но куда? Куда подевались остальные?

Он слышал голоса. Голоса людей. Звуки. Топот. Дыхание. Своё собственное дыхание.

Прямо перед ними около десятка рядовых сектантов – служек. А ещё два элитных, тори-санов, с Громовыми Мечами Долфинами и Зеркальными Щитами. Или их трое? Сектантов на самом деле гораздо больше, но непосредственную угрозу пока представляют только эти. А ещё – белый гигант четырёх метров ростом.

Позади – остальные гиганты. Те, что столкнулись и упали, снова поднимаются. Несколько гигантов остановились – или их остановили? Они сражаются? С ними сражаются солдаты Красной Луны?

Да. Так и есть. Вон там.

– Ранта, за мной! – скомандовал Харухиро.

– Нва-а-а?!

Харухиро, даже на бегу, продолжал вертеть головой. Ранта держался рядом.

Берсеркеры, вот как, подумал он. Даже не верится. Одного уже ухитрились свалить. То есть, нет, двоих.

Даки и Берсеркеры занимались третьим. Они, похоже, придумали специальное снаряжение для этого – верёвки, видимо, с грузами на концах.

Берсеркеры бросали эти верёвки, так, чтобы они обматывались вокруг шеи гиганта. Потом тянули все разом, пока не враг не падал. Звучит просто, но забросить верёвки правильно очень сложно, и нужна невероятная сила чтобы опрокинуть гиганта. А ещё тянуть нужно идеально слаженно.

Если судить лишь по названию клана, то от Берсеркеров, казалось бы, нужно ожидать что они будут бросаться в бой слепо и безоглядно, не заботясь о собственной защите. Но на самом деле они действуют расчётливо и умело.

Три команды Берсеркеров, три команды в общей сложности из семнадцати человек, действовали практически как одно целое. Рядом с ними Харухиро заметил Юме. Она то ли восхищённо наблюдала за их действиями, то ли просто слепо смотрела в никуда, потому что стояла, ничего не делая и не пытаясь укрыться.

Харухиро бросился в её сторону, продолжая осматриваться. Сражались не только Берсерки. Чуть поодаль ещё одна группа окружила восьмиметрового гиганта. Один из солдат добровольческого корпуса, то ли бесстрашный, то ли безрассудный, то ли и то и другое одновременно, взобрался к гиганту на плечи и бил в лицо.

Макс. Это «Лентяй» Макс. Коротышка держал в обеих руках по мечу и рубил, а точнее, колотил гиганта ими.

Харухиро заметил также и белые плащи Ориона. Клан Орион разделился на отдельные команды. Они не пытались атаковать в ответ, но отступали организованно и без паники.

Токкиз.

Токимунэ стоял перед белым гигантом, Тада атаковал сбоку. Киккава и Миморин тоже с ними. И Инуй. И Анна-сан. …Это же Мэри там, рядом с ней? И Кузак тоже.

Первым делом Юме.

– Да чтоб её!.. – Ранта, видимо, наконец тоже заметил её, – Эй, Юме!.. Заснула?!

– ..А-а? – Юме обернулась к ним.

– Сюда!

Она кивнула в ответ на оклик Харухиро, и побежала в их сторону. Сектанты уже вот-вот подойдут вплотную, и тогда здесь начнётся беспорядочная свалка.

– Мэри! Кузак! – позвал Харухиро.

Он развернулся и побежал в сторону Токкиз. Сектанты подступали всё ближе. Кузак с Мэри заметили его.

– Где Шихору?!

– Прости!.. – Мэри, тревожно нахмурившись, покачала головой.

– Да скорее же! – завопил Ранта.

– Сначала Шихору! – прикрикнул в ответ Харухиро.

Он принялся осматриваться вокруг, размышляя, принимая решение. Да, пожалуй, вот как мы поступим.

Будем паразитами, если можно так выразиться. Звучит, конечно, неприятно. Будем искать Шихору, пока остальные сражаются и отвлекают на себя сектантов. А я как-то слишком спокоен, а? А может, просто не успеваю бояться?

– Мы за Шихору! – позвал он, – Анна-сан, осторожнее!..

Предупредив Токкиз, Харухиро изменил направление и побежал в сторону Железных Кулаков. Остальные бежали следом – Ранта, за ним Юме, Мэри, и Кузак замыкающим. …Шихору.

Где она. Шихору. Куда ты делась?

На секунду он подумал о худшем, но тут же отбросил эту мысль. В бой между гигантами и солдатами добровольческого корпуса включились и сектанты. Теперь найти её будет ещё сложнее.

Но как бы сложно это не было, я буду искать. Искать. Искать её. Шихору.

– Ублюдки!.. Я тоже!.. – Ранта собрался наброситься на ближайшего сектанта.

– Уймись! – одёрнул его Харухиро, продолжая бежать.

– С этим я сам разберусь! – заорал Макс, вцепившись в лицо восьмиметрового гиганта и вонзая меч тому в глаз, – Сектанты на вас, браза!

Разберётся сам? Он шутит, что ли? А Железные Кулаки подчиняются? Серьёзно?

Все Железные Кулаки кроме Макса переключились на сектантов.

Среди общей массы выделялся один, в лёгких доспехах, без шлема и с короткой бородкой. Правая рука Макса, Айдан. В руках он держал копьё – редкое оружие среди солдат добровольческого корпуса. Ударами древка он сбивал сектантов с ног, и добивал уколом в глазную прорезь. Сверх того Айдан наносил удары ногами, разбрасывая сектантов во все стороны – скорее как мастер боевых искусств чем солдат. Лёгкое защитное снаряжение, видимо, означало его уверенность в собственных силах – и уверенность вполне оправданную. Даже тори-сан, с мечом и щитом наготове, был сражён в мгновение ока ударом ноги в прыжке и ударом копья. Айдан был просто невероятен.

Остальные «браза» вырезали сектантов вокруг него. Железные Кулаки уничтожили уже два их поселения, и хорошо знают этих врагов. Судя по тому, как шло сражение, сектантам вряд ли удастся одолеть даже одного их них.

Харухиро пользовался ситуацией как мог. Он затесался среди Железных Кулаков, оглядываясь и стараясь не попадаться под руку. Он высматривал Шихору.

– Шихору-у-у-у! – звала Юме.

Сектанты и белые гиганты всё прибывали. Они собрались со всего Даскрэлма?

Может, остаться здесь и сражаться было ошибкой? Пока что они держатся, но рано или поздно солдат Красной Луны возьмут измором. И тогда всему конец.

Но исходный холм занял бог гигантов. Удастся ли проскользнуть мимо него к гнёздам рикомо – то есть, к Общежитию Гремлинов?

Шихору. Сначала мы должны позаботиться о Шихору.

Шихору.

– Она должна быть где-то здесь! – выкрикнула Мэри.

Верно. Она была здесь. Он адолжна быть здесь. Где-то здесь. Харухиро просто не может заметить её.

Он не видит её.

Она где-то, где её не видно?

– В овраге! – закричал Харухиро.

Возможно, он ошибся, но это одна из возможностей.

Лагерь построен возле оврага, на дне которого бьёт источник. Овраг сравнительно неглубокий, но всё же там можно укрыться. Во всяком случае, отсюда дна не видно. Разве не очевидный выбор для Шихору, когда она в суматохе отделилась от остальных, и спасалась бегством одна, пытаясь где-нибудь спрятаться?

Разумеется, овраг вовсе не гарантия безопасности. Оттуда некуда бежать, и если враги найдут её, то она будет в большой опасности. Но, принимая решение второпях, она могла не учесть всего.

Торопясь к оврагу, Харухиро продолжал осматриваться, стараясь оценивать ситуацию, насколько возможно. Это действие стало уже привычной обязанностью. Смотреть на происходящее было страшно. Неведение может быть блаженством, но, по-своему, оно пугает тоже.

Погибнуть с зажмуренными глазами, или глядя смерти в лицо? Страшно и то и другое. Но если видеть опасность, то есть шанс найти какой-то способ отвратить угрозу. А с закрытыми глазами он не сможет оказать сопротивление, даже если оно окажется бессмысленным.

На охраняющего тыл Кузака нападает сектант. Служка, всего один.

– Кузак, стой там! – тут же выкрикнул Харухиро, разворачиваясь.

– Понял!

Кузак отбил копьё щитом и ударил в ответ Выпадом. Удар меча не пробил накидку сектанта, но тот отшантулся. К этому момент Харухиро уже огибал врага.

Зайдя со спины, он резко остановился. Обхватил, вонзая кинжал в глазную прорезь, отбросил труп и снова побежал к оврагу.

– Эй ты! – завопил Ранта.

Помолчал бы.

– Мог бы оставить мне!

Если бы ты мог разобраться быстро и без своих обычных фокусов, то с удовольствием. Ну, неважно. Мы пришли. Овраг.

– Вон она! – закричал Харухиро, – Шихору!

Шихору сжалась у берега ручья. Она подняла лицо на Харухиро.

– П-простите! Я.. Я потеряла вас, и испугалась!

– Ну-у, с кем не бывает! – Ранта мерзко хихикнул, – Давай так, на этот раз прощаю, но только если позволишь полапать грудь!

– Ну и ну… – протянул Кузак.

– Мерзость. Ниже падать просто некуда, – заявила Мэри, и Харухиро не мог с ней не согласиться.

– Какая наивность! – Ранта громко расхохотался, – Я всегда могу упасть ещё ниже! Именно способность стать ничтожнее всех ничтжных делает меня мерзким, глупцы!

Да, в этом-то и беда.

– Шихору! – Юме бросилась вниз по склону, едва не катясь кубарем.

Харухиро шагнул было вслед, но обернулся. Правильное решение.

– Юме! Возвращайтесь сюда, обе!

– Някей!

Это должно означать «окей»? В общем, рассчитываю на тебя. У нас тут есть свои проблемы. Сектанты. Пять служек, и один тори-сан. Много, но если бы они застигли нас в овраге, то было бы ещё хуже – враги нападали бы сверху. Нужно сражаться здесь.

Вчетвером, пока Юме с Шихору не поднимутся. Харухиро, Ранта, Кузак и Мэри.

– Кузак, сделай что сможешь! – приказал Харухиро.

– Понял! Я отвлеку их!

– Ранта, быстрые атаки!

– Сам знаю!

– Мэри, будь осторожна!

– Я справлюсь!

– Р-ра-а-а-а-а! – Кузак бросился на сектантов с нетипичным для него рёвом. Служки выставили копья в попытке встретить атаку.

Кузак поднял щит, заслоняясь – нет, отбивая копья в сторону. Это Удар Щитом, а не Блок. Он принялся размахивать щитом и мечом.

– Н-га-а-а! Р-р-ра! Йа-а-аа!

Его меч и щит лишь отбрасывали копья сектантов в сторону или вскользь задевая их накидки. Служки не получали никакого урона, но и продвинуться дальше не могли. Кузак сдерживал всех пятерых. Разумеется, вечно это продолжаться не могло. Да и помимо служек, есть ещё этот. Тори-сан, оттолкнув рядовых сектантов, шагнул вперёд. Он оттолкнул меч Кузака своим Зеркальным Щитом, и тут же рубанул Громовым Мечом.

– Выброс!!

Ранта. Он напрыгнул сбоку, и пнул тори-сана в щит. Тот пошатнулся, но тут же развернулся к Ранте, замахиваясь мечом. Это оружие оглушает даже касанием. Ранта отдёрнул Изменник (версия II), очертания его фигуры расплылись.

– Недостижимость!

Тори-сан, застигнутый врасплох приёмом, промедлил с выпадом. Ранта с лёгкостью увернулся от Долфина и отскочил назад.

– Ха! До чего ж я крут!

– В твоих мечтах!

Харухиро забежал справа, нанося удары кинжалом и саппой по копьям служек. Мэри встала за плечом Кузака, помогая отбивать копья своим посохом.

– А-а-а! Ха-а-а-а! Нва-а-а-а! – Кузак, безоглядно размахивая щитом и мечом, продвигался вперёд. Служки попятились, но тут подбежавший тори-сан ударил Долфином по мечу Кузака.

– Нгх! – всё тело Кузака сотряслось. Сектант замахнулся снова. Доспех Кузака самый прочный из всех в команде, и он носит шлем, но даже такая броня не защитит полностью от прямого удара Громового Меча Долфина. А здесь, в Даскрэлме, где не действует магия света, любая тяжёлая рана может стать смертельной.

– Ха! – выкрикнула Мэри. Она взмахнула наискось посохом, отбив Долфин в сторону. Выбивание. Она тут же болезненно вскрикнула и упала на бок, корчась в судорогах, но и тори-сан едва не выронил свой меч. В итоге он смог удержать оружие, но тем временем Кузак успел оправиться.

– …Едва-едва! – Кузак снова отбил копья служек щитом и мечом, – Слабоват я ещё!

– Всё отлично! – подбодрил его Харухиро.

Он попытался обойти строй врагов, зайти сектантам за спину. Ну же, вот он я. Давайте. Отлично, молодцы.

Часть служек отвлеклась на него, оставив Кузака.

– Ранта, покажи им!

– Проще сказать!.. – Ранта снова бросился вперёд, сходясь с одним из служек, – Отторжение!

Служка выставил перед собой копьё,  Ранта оттбросил его в сторону ударом меча и отшатнулся. Сектант, поддавшись на уловку, бросился за ним.

– Пустота!

Ранта отступил ещё, одновременно нанося выпад в сторону подбегающего врага. Удар попал точно в цель. Изменник (версия II) ужалил служку точно в прорезь накидки, тот рухнул на землю.

– Ну, мне-то раз плюнуть!

– Не наглей!

На Харухиро наседали двое служек, он раз за разом отбивал их копья. Ранта, сразивший одного, теперь сражался с ещё одним, так что на Кузака оставался только тори-сан и последний служка. Но тори-сан это проблема.

– Нх! – с натужным выкриком Кузак отбросил копьё служки ударом щита и попытался ударить, но тут же был вынужден отскочить, уходя от взмаха Долфина.

– Я возьму одного! – позвала Мэри.

Она оправилась от вызванной Громовым Мечом Долфином судороги и попыталась отвлечь служку на себя. Но даже в бою один-на-один тори-сан серьёзный противник. Громовой Меч слишком опасен. Кузаку оставалось лишь сохранять дистанцию и уходить от ударов.

– Проклятье, это тупо! – выкрикнул Кузак.

– Терпение! – окликнул Харухиро, продолжая отбивать копья. Он сказал это Кузаку, но отчасти и себе тоже.

Да. Не торопись. Смотри. Как следует. Новые враги? Пока нет, но в любой момент могут появиться. Нужно быть готовым, и не ударяться в панику когда подойдут новые сектанты.

Кузаку нужны все его силы только чтобы уворачиваться от Громового Меча. Мэри старается не подставляться и действует осторожно. Ранта всё никак не может нанести решающий удар. Ждёт шанса? Сам Харухиро может только отбивать удары копий. Ситуация патовая. Пока они держатся, но рано или поздно кто-то совершит ошибку и всему конец. Но держаться осталось недолго.

Вот и они.

Свистнула стрела. Точно в цель, прямо в лицо тори-сану. Но нет, отскочил.

Харухиро коротко оглянулся. Юме, она выбралась из оврага и уже натягивает лук снова. Выстрел. И почти в тот же момент…

– Оом Рэль Экт Нем Даш!..

Шихору, стоя за спиной Юме, декламировала заклинание и вычерчивала посохом элементальный глиф.

Тори-сан увернулся и от второй стрелы. Но, шагая в сторону, наступил прямо на прикрепившийся к земле элементаль.

Теневые Путы.

Элементаль намертво связал ногу сектанта. Тори-сан, в явном замешательстве, пытался осводбодиться – но тут на него набросился Кузак.

– Ра-а-а-а!

Карающий Удар. В целом, практически то же самое что Удар Ярости, коронный приём Могзо. Диагональный рубящий удар, нанесённый с огромной силой. Но эта, адаптированная для Паладинов версия, предполагает, что воин будет одновременно заслоняться щитом. Во всяком случае, в теории.

Кузак размахнулся с такой силой, что, казалось, вот-вот отбросит щит в сторону – хотя в итоге всё же удержал его в руках – и изо всех сил рубанул, целясь в Громовой Меч Долфин. Мечи соприкоснулись.

– А-ах!

Тело Кузака содрогнулось, его отбросило назад. Но он, разумеется, предвидел это и шёл на риск осознанно.

Он планировал выбить меч из рук сектанта. Сработало.

Тори-сан нагнулся, пытаясь дотянуться до оружия. Его рука почти дотянулась до рукояти – но Теневые Путы не давали шагнуть ближе.

Сектант потянулся изо всех сил, отчаянно стараясь схватить меч. У него почти получилось, но тут удар короткого посоха Мэри отбросил Долфин далеко в сторону.

– Отлично! – Кузак вскочил, занося меч над головой. Сектант попытался закрыться Зеркальным Щитом, но Кузак не ударил. Ложный Выпад.

– Р-р-ра!!

Он отбросил Зеркальный Щит пинком, и ударил мечом по беззащитной голове сектанта. Раз, другой, третий, снова и снова. Прорезать накидку он не мог, но этого и не требовалось – при всей своей прочности она не могла полностью сдержать удар. Тори-сан рухнул и не двигался, но Кузак всё равно ударил его ещё несколько раз, убеждаясь, что противник мёртв.

– Подлость! Подлость! Подлооость! Гахахахахаха! – Ранта, тем временем, пронёсся по дуге своими дурацкими прыжками спиной вперёд и подхватил Долфин убитого сектанта. Теперь он держал два меча, свой Изменник в левой и Долфин в правой…

Стоп, Ранта не так уж и силён, а Долфин длинный и довольно тяжёлый...

– Получай! Ха!

Как и опасался Харухиро, Ранта, пытаясь на пределе сил размахивать двумя мечами, ни во что не попадал. Служка с лёгкостью уворачивался. Ну что за идиот. Безнадёжный и конченый идиот.

– Выбери что-то одно! – прикрикнул Харухиро.

Сам Харухиро был по-прежнему занят, отбивая копья двух собственных противников. У нас нет времени на эти игры, Ранта.

В смысле, я-то ещё и по сторонам смотреть должен. Это вообще-то тяжело. Я едва справляюсь. Прикончи уже его и помоги, да чтоб тебя. Хотя, уже не надо.

– Йя!

Кое-кто уже пришёл.

Юме. Она напала с яростью дикой кошки, нанося удар в кувырке своим кукри. Один из служек получил в плечо и, хотя и не упал, но дёрнулся от боли.

Клык Тигра. Навык боя с кукри.

– Т-а-а! Та-а-а! Та-а-а! – издавая странный боевой клич, Юме осыпала служку ударами, заставив попятиться.

Всё такая же безрассудная. Такой храбрости обычно ждёшь от танка. Нет, учитывая что на ней лёгкий доспех, она ещё храбрее танка. Даже смотреть страшно, нужно ей помочь.

В очередной раз отбив копьё, Харухиро пнул сектанта в колено. Служка пошатнулся, и, воспользовавшись его замешательством, Харухиро врезал ему в подбородок саппой.

Приём, изначально предназначенный для удара ладонью в подбородок после Отбива, но Харухиро приспособился использовать его вот так. Внезапный переход от глухой защиты в атаку, должно быть, застал служку врасплох, и тот не успел защититься. Разумеется, всё это входило в расчёты Харухиро.

После чётко проведённого оглушающего удара свалить противника с ног проще простого – что Харухиро и сделал. Он оседлал упавшего сектанта, нанося колющий удар в глазную прорезь накидки и проворачивая кинжал. Служка обмяк.

– Харухиро-кун! – до его ушей донёсся предупреждающий крик Шихору.

Он обернулся. Ещё четверо служек и тори-сан. Харухиро тяжело вздохнул, вырывая кинжал из трупа врага и поднимаясь.

Ранта занят своим противником, Юме тоже. Кузак и Мэри вдвоём наседают на третьего служку. Новых противников пятеро, и притом один тори-сан. Свободны только Харухиро с Шихору. Шихору не сможет сражаться врукопашную, а самое большее, на что способен Харухиро, это сдерживать пару служек своим Отбивом.

– Оом Рэль Экт Эль Кром Даш!..

Но кое-что Шихору сделать может. Элементаль, напоминающий чёрный туман, заструился в сторону новоприбывших. Теневой Морок. Усиленная версия Тени Сна, вызывающая у цели непреодолимую сонливость.

Как правило, и Тень Сна, и Теневой Морок не действуют когда их применяют открыто – так, что враги понимают когда их пытаются околдовать. Но, как Шихору выяснила на практике, магия школы Даш особенно эффективна против сектантов.

Сектанты, окутанные теневым элементалем, один за другим попадали на землю. Все служки заснули, но тори-сан лишь пошатнулся. Этот устоял, значит.

Тори-сан пнул служку, упавшего у его ног. Похоже, пытается разбудить.

– Оом Рэль Экт Эль Уэль Даш! – Шихору сразу же ударила его Эхом Теней. Три элементаля, издавая характерный вибрирующий звук, полетели в тори-сана. Но даже это вряд ли сразит его.

– Кузак! – закричал Харухиро на бегу.

– Понял!

Кузак оставил Мэри разбираться с их противником и побежал за Харухиро. Два из трёх элементалей попали в тори-сана и, кажется, нанесли какой-то урон, но явно не смертельный. Что хуже, служка, которого тот пинал, вставал на ноги.

Если появятся ещё враги, нам конец – промелькнуло в голове Харухиро. Ну, сейчас не время об этом тревожиться. Сконцентрироваться. Я должен сосредоточиться. Сосредоточиться, сосредоточиться, сосредоточиться.

Повторяя это про себя, как мантру, Харухиро бросился к сектантам. Никакой отваги в этом не было – он просто не планировал сражаться с ними. Такая схватка ему не по плечу.

Сначала копьё служки. Харухиро прыгнул влево, уворачиваясь от выпада. Дальше, меч тори-сана.

Всё в порядке, он не достанет. Пусть он и замахнулся своим Долфином, меч не настолько длинный чтобы достать меня. Наверное.

– Давай, давай, давай! – заорал Харухиро, уворачиваясь попеременно от копья и меча, не столько для того чтобы спровоцировать врага на удар, сколько в попытке подбодрить себя.

Наконец подбежавший Кузак подставил щит под копьё служки. По расчёту Харухиро, дальше тори-сан должен сделать выпад в сторону Кузака – точнее, Харухиро надеялся что так произойдёт, но его надежды не оправдались. Пока Кузак сражался со своим служкой, тори-сан принялся пинать остальных.

Плохо.

Если не помешать, он разбудит всех троих. Но чтобы помешать, нужно напасть на него. А в прямой схватке с тори-саном Харухиро придётся поставить на кон собственную жизнь. Стоит ли пойти на такой риск сейчас?

Он задумался всего на мгновение, но спустя это мгновение решать уже было поздно. Он опоздал. Все трое служек проснулись и поднимались на ноги. А так как враги и друзья уже сошлись врукопашную, магия Шихору больше не поможет.

– З-е-е-е-е-а-ааа! – Кузак мощным ударом сбил служку с ног, но добить не сумел. Вмешался тори-сан, и Кузаку оставалось лишь отскочить, уходя от удара его Громового Меча.

Где Ранта? Юме? Мэри? Где они? Нет времени смотреть.

Трое разбуженных тори-саном служек бросились к Харухиро. Он почувствовал, как учащается пульс, как становится тяжелее дышать. Кажется, поступает паника. Но, наверное, если он способен осмысливать происходящее, то всё ещё не настолько плохо. Поле зрения начало сужаться.

Копья, сейчас ударят. Отбить. Отбить. Отбить. Нет, не смогу. Не получится. Одна рана, и конец. А-а…

О нет.

Харухиро отпрыгнул назад, не пытаясь отбивать. В таком состоянии он наверняка не сумеет защититься.

Белый гигант. И явно выше четырёх метров. Приближается шестиметровый белый гигант. И что нам с ним делать?

Снова копья, одно за другим. Смогу увернуться? Придётся смочь. Но как следует смочь не получилось.

Харухиро инстинктивно бросился на землю и перекатился.

– Что ты тут возишься?! – на сектантов налетел Ранта, отбивая два копья сразу взмахом Долфина. Оба державших копья служки, разумеется, тут же рухнули, корчась в судорогах. Ранта держал Долфин обеими руками, вложив Изменник (версия II) в ножны.

– Я же сразу говорил, выбери одно! – крикнул на него Харухиро.

Он отбил копьё третьего служки, пнул его в колено и ударил по руке. Оба его оружия, и кинжал, и саппа, очень короткие, так что исполнить удар в руку  ими очень тяжело, но на этот раз всё получилось. Служки сражаются, держа копья обеими руками, но противник Харухиро, получив удар в кисть, разжал хватку. Харухиро сразу же ударил его в челюсть рукоятью кинжала. Ноги сектанта подкосились, он зашатался. Харухиро забежал ему за спину, обхватил сзади Пауком и вонзил кинжал в глазную прорезь.

– Заткнись, Парупиро! – Ранта картинно занёс меч над головой, собираясь добить оглушённых служек, но вдруг застыл. – Эй, это что, белый гигант?!!

– Ранта!

– А?!.. – Ранта резко отпрыгнул назад. Пришедшие в себя служки чуть не пронзили его копьями.

Кузак отвлекал на себя служку и тори-сана, уворачиваясь от взмахов его Громового Меча. Мэри и Юме каждая были заняты своими противниками.

Шихору заметила приближение белого гиганта и, судя по всему, пыталась понять, может ли какое-то из её заклинаний чем-то помочь. Но, к сожалению, вряд ли ей удастся что-нибудь придумать. Шестиметрового гиганта её магия вряд ли остановит.

Служки, от которых увернулся Ранта, теперь переключились на Харухиро. Сосредоточившись на обороне от непосредственной угрозы, он почувствовал облегчение – и вместе с тем презрение к самому себе за попытку закрыть глаза на главную опасность. Но он просто не видел, что может предпринять, и сомневался что размышления тут чем-то помогут.

Сражаться – безумие. Нам не победить.

Тогда что? Бежать? Нас перебьют как только побежим. Враги повсюду, и кто-нибудь наверняка погибнет.

И поэтому он просто продолжал отбивать и отбивать копья врагов.

Может, этого достаточно?

Нет, конечно. Нужно принимать решение.

Если продолжать сражаться, то погибнут все. Если побежать, кто-нибудь, может быть, выживет.

Харухиро, само собой, останется до конца, и постарается сделать так, чтобы как можно больше его товарищей спаслось. Он ведь всё-таки их предводитель. Хотя бы это он должен для них сделать. Да, это, скорее всего, смертный приговор. Не то чтобы он хочет умирать. Он, конечно, не сможет с чистой совестью сказать что готов к смерти за своих друзей, но поступит так, потом что считает это своей обязанностью.

Неважно, что станет с ним самим. Если жизнь Харухиро окажется достаточной ценой за то, что остальные спасутся, то ему этого вполне достаточно. Но вряд ли всё пройдёт настолько гладко. Скорее всего, погибнет не только он один. Шансы Шихору кажутся особенно плохими.

Да и если им удастся спастись сейчас, потом им ещё придётся… Нет, нужно думать о настоящем. Как лучше поступить сейчас? Если раздумывать о том, что делать потом, то ни к какому решению придти не удастся. Может, спастись удастся лишь кому-то одному – но пусть лучше спасётся хотя бы один.

Белый гигант подошёл уже на расстояние десяти метров. Время вышло.

Харухиро отбил очередной удар копья, и закричал:

– Беги!.. – и тут же осёкся.

Не может быть. Это просто невероятно. Харухиро отбил следующий удар, и снова закричал – на этот раз, имя:

– Тада-сан!

– Удар Торнадо! – Тада с невероятной скоростью налетел на гиганта, крутясь словно волчок, его палица врезалась тому в левую голень. Гигант остановился, посмотрел вниз и взревел.

– Эй ты, мошка! – Тада поднял палицу на плечо и показал гиганту средний палец, – Твой противник – я. Давай!

– Оом Рэль Экт Нем Даш! – прокричала Шихору.

Теневые путы. Элементаль прикрепился к земле, сковывая тори-сана, гнавшегося за Кузаком вместе со служкой.

– Ха-а-а! – Кузак тут же отманил служку в сторону и перешёл в атаку. Он заслонился щитом от копья, бросился вперёд в выпаде, повалил служку ударом щита в лицо и вонзил меч в его глаз.

– Ранта, тори-сан на тебе! – позвал Харухиро.

– Сдохни!

Кому ты сказал сдохнуть?!

Ранта, тем не менее, скрестил клинки с тори-саном. Громовым Мечом можно блокировать Громовой Меч, не опасаясь оглушения. У тори-сана, правда, есть ещё и Зеркальный Щит, так что Ранте будет непросто пробить оборону врага, но даже такой отброс годится чтобы выиграть время. Кузак, не дожидаясь приказа, переключился на сектантов, с которыми сражались Юме и Мэри.

Харухиро продолжал отбивать копья двух своих противников.

Шестиметровый гигант гонялся за Тадой, пытаясь раздавить его ногой или ударом кулака. При каждом ударе раздавался громкий грохот, отдающийся в почве, но пока Таде удавалось уворачиваться. Он по-прежнему держал палицу на плече, лениво уклоняясь от ударов гиганта. Его не назвать особо юрким, но он ведёт себя невероятно самоуверенно. Он что, считает себя неуязвимым? Такое чувство, что Таду даже смерть не остановит.

Вскоре прибыл и Токимунэ, сверкая своей обычной белозубой улыбкой.

– Ещё живы, а? – окликнул он.

Киккава подбежал следом. Инуй, Миморин и Анна-сан тоже. Тада и Токимунэ встали по разные стороны от гиганта, по очереди отвлекая его на себя и ловко направляя в сторону.

– Йахо, Ранчиччи! А вот и мой черёд блистать! – заявил Киккава, нападая на тори-сана.

– Ты, недоумок! Кого ты тут назвал Ранчиччи! – тут же взъярился Ранта, – Я не намерен оказываться в долгу!

– Ты просто боишься показать что благодарен, Ранчиччи! Ты такой цун-цун дере-дере, просто милашка!

– Завались! – заорал Ранта, – Убью, Киккава!

– Завальитесь оба и убейте их, поньятно?!

В незакрытом повязкой глазе Инуя виднелась странная искорка. Он, приговаривая «Кхе…» бецсельно бродил вокруг.

Что он вообще творит? – Харухиро, пытаясь понять что делает Инуй, едва успел отбить новый удар копья.

– А!

– Ха-а-а! – выкрикнула Миморин, с силой опуская посох на голову служки. Если бы не она, Харухиро наверняка получил бы рану, или даже хуже. Вслед за посохом Миморин ударила сектанта по голове мечом.

Благодаря своему внушительному телосложению Миморин могла наносить мечом очень сильные удары, даже держа его в одной руке. Её стиль боя никак нельзя было назвать фехтованием – она просто размашисто рубила, не заботясь о защите. Но сила каждого удара была такова, что если уж она попадала, врагам приходилось несладко.

Кстати, элементали, невидимые человеческому глазу при обычных условиях магические духи, не переносят соседства большинства металлов, так что магам приходится избегать использования железных или медных предметов. Но, судя по всему, это ограничение можно снять если предмет обработать особым составом. Меч Миморин, прошедший такую обработку, должен стоить больших денег, но она, несмотря на это, обращалась с ним без особой заботы.

Служка, получивший по голове мечом и посохом, упал на землю бездыханным. Миморин, презрительно пнув его ногой, замахнулась на второго.

– Нельзя! – закричала она, – Нельзя! Обижать! Харухиро!   Она что… рассердилась? Похоже на то.

Её лицо, как обычно бесстрастное, покраснело. Служка пытался отмахнуться копьём, пытался ударить её, но Миморин, не обращая внимания, продолжала лупить его посохом и мечом. На это избиение было просто страшно смотреть.

Наконец, служка, неспособный больше стоять на ногах, рухнул где стоял, но Миморин продолжала бить, бить, и бить, пока он не обмяк. Тот, наверное, уже на последнем издыхании, если вообще ещё жив.

Миморин повернулась к Харухиро.

– Я волновалась.

– Э-э, ну, это… Прости?..

– Ничего, – Миморин покачала головой, – Ты цел и невредим. Всё хорошо.

– …А, да.

– Да. Хорошо.

– А, а-а, то есть, т-тут всё ещё враги!

– Да.

– Нужно убить их.

– Убью.

– М-может, лучше всем вместе?

– Я справлюсь.

– Н-но… – Харухиро осмотрелся.

Кузак, Мэри и Юме сражаются против двоих служек. Ранта и Кикккава теснят тори-сана. Рано или поздно они должны одержать верх.

Инуё по-прежнему бесцельно бродит вокруг.

Нет, серьёзно, что он творит?

Впрочем, сейчас не до него. Основная проблема, разумеется, белый гигант.

– Давай! – Токимунэ ударил мечом по своему щиту.

Гигант нагнулся, замахиваясь правой рукой.

– Не успел! – Тада ловко проскочил под несущейся на него рукой гиганта.

– Сюда! – крикнул Тада.

Гигант обернулся к Таде, и ударил – на этот раз ногой. Пинок чуть было не попал в цель, Тада еле успел увернуться, кувырнувшись влево от правой ноги.

И тут же врезал палицей по правой лодыжке. На ноге гиганта появилась зарубка, но, судя по его движениям, какого-либо существенного урона он не получил.

– Убить его! Убьить насмьерть, давай! – вопила Анна-сан. Ну, она может кричать пока не охрипнет, но это проще сказать чем сделать.

Шихору беспокойно смотрела по сторонам, сжимая свой посох. Судя по всему, никакое из её заклинаний не поможет в этом бою.

Будь это четырёхметровый гигант, то, может, она и смогла бы что-то сделать, но против этого – вряд ли. Может, если бы здесь было больше препятствий, или чего-то на что можно было бы взобраться, то ей и удалось бы как-нибудь помочь… Как бы то ни было, сейчас никакие её заклинания просто не достанут врага.

– Хару?! – Мэри позвала его по имени. Она спрашивает, что делать.

Откуда я знаю, раздражённо подумал он. Так, успокоиться, успокоиться. Смотри и думай. Верно. Смотреть.

Его тело воспарило.

Нет.

Харухиро, разумеется, не мог взлететь по-настоящему. Такое просто невозможно. Это произошло в его сознании, если можно так сказать. Как будто разум Харухиро покинул его тело и взлетел вверх – такого с ним никогда не случалось раньше, но он определённо видел то, что никак не мог видеть стоя на земле.

Это длилось лишь мгновение.

Может, просто галлюцинация. Ну, а что ещё это могло быть? Но… Я видел. Во всяком случае, мне показалось что я увидел.

Какую-то долю секунды Харухиро смотрел на шестиметрового белого гиганта с высоты, под углом. Он видел также и сектантов, других гигантов, солдат добровольческого корпуса – его взгляду открылось всё поле боя.

Картина воспринималась странно – не так, как он видел бы глазами, но в то же время отчётливо и ясно. Что-то вроде рисунка или подробной схемы. Но, чем бы это ни было, увиденное навело его на мысль.

И почему я не подумал об этом раньше? Впрочем, идеи приходят, когда приходят.

– Я ведь самый обычный человек, в конце концов… – пробормотал Харухиро.

– Харухиро особенный. – сказала Миморин, насупившись, – Для меня.

– …Спасибо.

Я машинально поблагодарил её. Наверное, не стоило. Теперь она подумает что-нибудь не то, надо было решительно ей возразить. В следующий раз буду осторожнее. Ну, это потом. Сейчас надо сосредоточиться на деле.

– Мы уроним его в овраг, – сказал Харухиро. Миморин кивнула, и вопросительно наклонила голову.

– Как?

– Да, это проблема…

– Главное начать, и всё получится, – подбодрила она. Поведение Миморин, оставшееся неизменным несмотря на ситуацию, было по-странному успокаивающим.

К Харухиро и Миморин присоединились Кузак, Мэри и Юме. Ранте и Киккаве, похоже, понадобится ещё немного времени чтобы прикончить тори-сана. Анна-сан стояла рядом с Шихору. И Инуй тоже.

Харухиро поймал взгляд Токимунэ.

– В овраг! – он попытался передать свой план жестом и парой слов.

Токимунэ ухмыльнулся, так что, наверное, понял – так ведь? Наверное, всё хорошо.

– Давай, давай, давай! – Токимунэ лупил мечом по щиту, как и обычно стараясь привлечь внимание гиганта, но на этот раз явно выбирал путь, ведущий к оврагу.

Тада, конечно, странный, но никак не тупой, так что должен быстро сообразить что к чему.

– Миморин, защищай Анну-сан! – бросил Харухиро, срываясь в бег. Он должен выбрать место заранее. У него возникла идея.

В овраге есть как пологие склоны, по которым легко взбираться, так и крутые, практически обрывы. Первым делом надо заманить гиганта к обрыву. Получится ли? Ну, если верить Миморин, тут главное начать… Именно так он и поступит.

Харухиро осмотрел склон, о котором думал. Наверное, метров десять в глубину. Неплохо. Должно сработать.

Гигант приближался, гонясь за Токимунэ и Тадой. Ранта с Киккавой, похоже, наконец разделались со своим противником.

В их сторону двигались ещё семь или восемь сектантов и четырёхметровый гигант. Ничего хорошего, но и ничего неожиданного. Токкиз выдают себя за километр.

Харухиро заново осознал, насколько слаба их команда. Их сил не просто недостаточно, они безнадёжно беспомощны сами по себе.

Он, разумеется, понимал это. Но, судя по всему, начал забывать. Нет никакой гарантии, что Токкиз будут спасать их каждый раз, когда что-то случится. Только что избежать гибели удалось лишь благодаря их случайной помощи. Команде Харухиро повезло. Иначе говоря, если бы им не повезло, то кто-нибудь наверняка бы погиб.

Жизнь и смерть отделяет очень тонкая грань. Одна ошибка, одна крошечная неудача, и они пересекут эту грань.

Именно так их покинули Манато и Могзо. Они ушли далеко, туда, откуда уже не вернутся к Харухиро и остальным.

И, вполне возможно, кто-то ещё последует за ними. С тех пор они уже много раз вставали на перепутье. Просто получалось так, что путь, который выбирал Харухиро, всегда вёл к «жизни». И в этот раз тоже.

Одна ошибка, один шаг в сторону «смерти», и пути назад не будет.

Мысль обессиливала. Харухиро не желал больше этим заниматься. Просто спокойно жить. И, наверное, этого можно достичь, если попробовать. Может, удастся найти какую-то работу в Ортане, другой заработок. Харухиро уже не тот, каким вступал в ряды добровольческого корпуса. Теперь он вполне может добиться успеха, если попытается.

Потом нужно будет как следует обдумать это.

Потом, разумеется.

Если выберусь живым.

– Харухиро! – к нему подбежал Токимунэ, – Уходи отсюда! Дальше я!

– Понял! – Харухиро отбежал вправо. Пробираясь между брошенными палатками торговцев, он продолжал наблюдать за Токимунэ, уже почти достигшим обрыва.

Белый гигант с рёвом гнался за ним.

Токимунэ резко остановился, развернувшись к преследователю.

– Хэ-э-э-эй! А ну, поймай меня!

Но гигант остановился.

А… Он разгадал нас?

– Это же очевидно, дебил! – заорал Ранта.

От кого-нибудь другого он бы принял эти слова спокойно, но слышать такое от этого отброса было больно.

Но это ещё не конец.

– План Б! – крикнул кто-то.

Да. Он тоже там. Тот Жрец, который когда-то был Воином, и до сих пор сражается в основном как Воин. Человек с тяжёлой палицей, бесстрашный Разрушитель из Токкиз.

Тада.

Он налетел на гиганта сзади, и прыгнул вперёд в кувырке.

– Взрывное Сальто!

Палица с грохотом врезалась в пяточное сухожилие гиганта – ну, во всяком случае, туда где у человека было бы сухожилие. Во все стороны брызнули осколки.

План Б.

Стоп, какой ещё план Б?

Ну, если подумать, заманить гиганта к обрыву было, наверное, планом А, а заманить и столкнуть, значит, план Б. Сам Харухиро, честно говоря, думал только о плане А. Но с силой Тады…

Гигант снова заревел, споткнулся и начал разворачиваться. И тут это произошло.

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв! – прокричала Миморин.

– Джес Иин Сарк Карт Фрам Дарт! – добавила Шихору.

На груди гиганта сверкнула вспышка и поднялся клуб дыма, по его лицу и плечам пробежали электрические разряды. Взрыв и Гроза. Они договорились, или это произошло случайно? Миморин и Шихору выпустили заклинания почти одновременно. Даже шестиметровый гигант пошатнулся от такого удара.

А, ну да, понял Харухиро. Само собой. Силы одного заклинания недостаточно, но сейчас они соединились. Значит, и так можно, вот оно что.

– Вж-ж-ух! – воскликнула Юме. С помощью своего навыка Беглая Стрельба она выпустила несколько стрел одну за другой, целясь в глаз гиганта. Инуй тоже выстрелил – редкое явление.

– Айе-е-е! – взвизгнула Анна-сан, подпрыгивая, – Факофф!!

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Токимунэ-сан! – предупреждающе крикнул Харухиро. Токимунэ понял предупреждение и отбежал от обрыва.

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв!

– Джес Иин Сарк Карт Фрам Дарт!

Ещё один удар – нет, два удара. Взрыв Миморин и Гроза Шихору вынудили гиганта отшатнуться ещё сильнее. Так ему не устоять, он потеряет равновесие.

Гигант, судя по всему, осознавал что стоит над обрывом, но был вынужден шагнуть левой ногой в том направлении, чтобы не упасть. Вот только почвы там, куда он пытался поставить ногу, уже не было. Это же всё-таки обрыв.

Падает. Он падает.

– Отлично! – Кузак торжествующе поднял кулак.

Мэри прижала руку к груди, посмотрела на небо и облегчённо выдохнула.

– Ура! – Юме радостно улыбалась.

– Видишь, говорил же! – заорал Ранта. Опять несёт какой-то бред, наверное, от перевозбуждения.

– С новым годом! Вау! – Киккава нёс ещё более дикий бред.

С чего вдруг новый год?

Харухиро не хотелось нарушать веселье, но бой ещё не окончен. Он резко вдохнул.

– Ещё враги! Шесть служек, два тори-сана, один четырёхметровый гигант!

– Ха-ха-ха-ха-ха! – Тада поправил очки пальцем, – Приятно, когда нет недостатка в новых врагах!

– Повеселимся теперь и с этими! – Токимунэ, казалось, от души наслаждается происходящим, – За дело, народ! Анна-сан, моральная поддержка на вас!

– Анна-сан не подвьедёт! – Анна-сан гордо выпятила грудь и подняла кулак, – Пока на неьебе свьетит солнце, а по земле ходьит Анна-сан, победа будет за нами, поньятно!? Эврибади, в бой во имья Анны-сан!..

Что, теперь мы сражаемся за Анну-сан? Харухиро не был уверен, что согласен на это, но остальные ответили радостными возгласами и, похоже, приободрились, так что он решил оставить всё как есть.

– Ранта, возьми одного Тори-сана! – позвал он, – Кузак, отвлеки столько служек сколько сможешь!

– Смотри и учись как это делается, Парупиро!

– Понял! – откликнулся Кузак.

– Мэри, Юме, Шихору, пока держитесь вместе!

– Ясно!

– Ня!

– ..Да!

– Тада! – Токимунэ побежал вперёд, – Разберёмся с гигантом!

– Я и один могу!

– И я, и я, и я тоже! Пи-ис, пи-с, йей! – завопил Киккава.

Тада и Киккава отправились с Токимунэ. Миморин, видимо, остаётся защищать Анну-сан. Инуй, тем временем, бесцельно бродил рядом с Шихору.

Нет, серьёзно, он в своём уме?

Кузак сможет отвлечь троих служек, а Харухиро, Мэри, Юме и Шихору смогут быстро прикончить остальных. Ранта отвлечёт одного тори-сана, но что со вторым?

Что до белого гиганта, то Токимунэ, Тада и Киккава должны управиться. Харухиро бросил взгляд в сторону оврага. С шестиметровым гигантом тоже ещё не покончено, и рано или поздно он наверняка выберется оттуда. Сначала нужно разобраться с новоприбывшими, а потом добить его, пока на их стороне преимущество в высоте.

Спешить. Но не торопиться.

Тада набросился на гиганта.

И всё же, как ему не страшно? Поразительно.

Кузак храбро принимал удары копий служек, отбивая их ударами щита или взмахами меча. Наш паладин не такой чокнутый, как Тада. Но именно это и делает его отважным, подумал Харухиро. Нет, серьёзно, он крут. Наверное, это благодаря Мэри. Да, наверное, не хочет выглядет жалким в присутствии любимой.

Как бы то ни было, Харухиро не собирался допускать, чтобы усилия Кузака пропадали даром.

Он увидел линию.

Тускло поблескивающую линию.

Она была не прямой – линия причудливо изгибалась и заворачивала. Предполагаемый вариант действий, порождённый его оценкой ситуации, основанной на наблюдениях и построенных на опыте предположениях.

Смотри, если сейчас поступить вот так, то, наверное, получится? – говорила линия. Если промедлить хотя бы долю секунды, от неё уже не будет толку. Но Харухиро, к счастью, то ли по привычке то ли ещё почему-то, никогда не медлил когда линия появлялась перед ним – точнее, он уже начинал двигаться к тому времени, когда она появлялась.

Он пронёсся мимо одного из служек, на ходу вонзая кинжал в его глазную прорезь.

Вырывая оружие, пнул в колено другого служку, и сразу врезал саппой третьему в челюсть.

И тут же ударил Коленобоем четвёртого, прежде чем отпрыгнуть назад.

– О-о-о-о-о! – служки рассыпались от ударов щита и меча Кузака. Один мёртв, трое ещё не оправились от внезапной атаки Харуихро, они просто не могли оказать сопротивления.

Наброситься всем вместе и прикончить их? Нет.

– А! – Кузак отпрянул. Взмах Громового Меча Долфина вынудил его отступить.

Тори-сан. Двое. Где там Ранта?

– Пустота!

Ну наконец-то.

Ранта напрыгнул сбоку, атакуя одного из тори-санов. Два Громовых Меча скрестились с громким лязгом. Ранта пересилил своего противника, тори-сан отшатнулся. Но их двое. Второй сделал выпад.

– Пустота! – Ранта тут же отлетел назад.

Если бы тори-сан последовал за ним, то Ранта тут же прикончил бы его. Но, к сожалению, этого не произошло. Оба сектанта переключились на Кузака.

– Я не смогу сдержать двоих! – Кузаку пришлось убегать.

Служки, воспользовавшись моментом, попытались перегруппироваться.

– Ранта-а-а-а!! – изо всех сил заорал Харухиро.

– Я только разогреваюсь, понятно?! – Ранта изогнулся всем телом и принял странную позу, держа Долфин на отлёте, – О Тьма! О Властитель Порока! Волна Ужаса!

Возможно, дело в его идиотской позе, потому что на Ранту уставился не только Харухиро – даже сектанты на мгновение застыли.

Ну, разумеется, ничего не произошло.

Это очевидно. Силы, дарованные богами, не действуют в Даскрэлме – это верно как для светлого бога Люмиариса, так и для тёмного бога Скаллхейла.

– А? – огорошенно и непонимающе спросил Харухиро, – Что? Зачем?

– Эм… – Ранта опустил взгляд, – Совсем забыл, здесь же не работает…

– Тупой Ранта-а-а-а! – крикнула Юме.

Ранта и правда отброс и безнадёжный идиот, но враги на время остановились. Пусть это просто неожиданный побочный эффект его идиотизма, но любой сколь-нибудь опытный солдат добровольческого корпуса умеет пользоваться каждой подвернувшейся возможностью.

– Оом Рэль Экт Эль Нем Даш!

Омут Тени. Шихору направила элементаль туда, где стояли оба тори-сана. Какое-то время они не смогут сойти с того места.

– Убить служек! – приказал Харухиро, и Кузак тут же бросился вперёд, подбадривая себя боевыми выкриками.

Харухиро обошёл строй сектантов сзади. Юме выхватила кукри и набросилась на них. Мэри осталась рядом с Шихору.

Внезапно Харухиро, хотя и не видел линии, почувствовал, что сможет убить одного. Нужно прикончить этого, пока есть возможность, решил он. Так, вот сейчас самое время…

Но стоило ему двинуться вперёд чтобы нанести Удар в Спину, как его жертву перехватили.

– Кхе! – Инуй. Этот ненормальный в прыжке пнул служку в спину, повалил и с силой наступил на его челюсть.

Хруст. Шея сектанта с неприятным звуком изогнулась в неестественном направлении.

– Я – Инуй! Несущий кару с небес!

Ну вот ни капельки не круто. Но откуда ты тут взялся? Испугал.

Инуй повернулся к Шихору, его глаз, не закрытый повязкой, странно блестел.

– О суженая моя, отправишься ли со мной по пути резни?

– Ни за что, – мгновенный ответ, и, для Шихору, непривычно резкий. Ну, этого и следовало ожидать.

– Кхе.. – Инуй отвернулся и пошёл прочь, – Тогда мы распрощаемся на время…

…А, что? Куда ты? Куда ты, чёрт тебя дери, собрался?

Инуй побежал прочь.

Эм… Может, просто оставить его, и пусть творит что хочет? Нам, в общем-то, не до него. Надоест – вернётся.

Токимунэ, Тада и Киккава кружили вокруг белого гиганта. Похоже, Токимунэ с Киккавой отвлекали, а Тада атаковал. Обе ноги гиганта уже были повреждены. Судя по всему, эти трое смогут одолеть его, но победа не будет быстрой.

Омут Тени ещё какое-то время сможет сдерживать тори-санов. Если мы сможем разобраться с четырьмя служками, пока эти не освободились...

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв!

…И обоих сектантов отбросило назад. Взрыв.

Их вмяло в землю, протащило – но они уже встают. Вряд ли они остались полностью невредимы, но, похоже, серьёзных ран не получили.

Мимори-и-и-и-ин, мысленно простонал Харухиро. Эти их проклятые накидки слишком прочные.

– Ну, неважно, – пробормотал он себе под нос. Что сделано то сделано. Кузак, Харухиро, Ранта, Юме, Мэри, Шихору и Миморин должны суметь разобраться с двумя тори-санами и четырьмя служками.

У нас даже есть Анна-сан для моральной поддержки. На нашей стороне численной преимущество. Мы сможем. Я уверен. Наверное.

Кузак отвлекал на себя троих служек, Юме сражалась с четвёртым. Ранта, кажется, нацелился на одного тори-сана. Если бы он этого не сделал, нам пришлось бы туго.

Первым делом, стараясь не подставляться по удары тори-санов, по одному перебить служек, а потом…

Хаухиро бросил взгляд в сторону оврага. Просто предосторожность.

И посмотрел снова, чтобы убедиться что глаза ему не лгут.

– Уже?!

Плохо.

Он что, уже выбирается?

Харухиро был потрясён, но постарался сохранить ясность рассудка. Конечно, такого он не ожидал. Ну, его ведь отвлекали другие вопросы. Но теперь остаётся только принять положение таким, какое оно есть.

Солдаты добровльческого корпуса отходили.

Они отступают?

Куда они собираются бежать?

И почему?

– Вот почему… – осознал он. На этот раз сохранить ясность рассудка было сложнее.

С юга. Оно приближается с юга.

Огромное, белое и извивающееся.

Ну да, само собой. Разумеется, они бегут. Я тоже хочу убежать. От этой штуки остаётся только спасаться бегством.

Не такая уж и высокая, хотя и выше чем шестиметровый гигант. Но вот длина – двадцать метров, а может, и двадцать пять. Или даже тридцать. Или ещё длиннее.

Гидра.

Отталкивающее, гигантское существо, выглядящее как переплетённый клубок из девяти гигантских змей, два или три метра в диаметре каждая. Что делать, если такое существо нападёт?

Харухиро, разумеется, побежит прочь без оглядки. Естественная реакция.

Железные Кулаки, Берсерки и Орион, кажется, тоже разделяют его точку зрения. Они ведь тоже люди. Хорошо. Это правда хорошо? Или нет? Не особо.

Харухиро не медлил.

– Токимунэ-сан, гидра! Нужно бежать!

– Ого! – Токимунэ тоже не тратил времени, – Так, все бежим! Защищайте Анну-сан!

– И ведь мы почти закончили, проклятье, – Тада, хотя и жаловался, всё же поднял палицу на плечо и побежал прочь.

– Бежим, бежим, бежииим! Йей, бежим! – Киккава даже сейчас оставался в прекрасном настроении.

Анна-сан явственно скрипнула зубами.

– Стратегичьеский отход, да! Другого выбора ньет!

– Идём, – Миморин схватила Анну-сан за шиворот и потащила за собой.

– Няфу! – Юме развернулась и побежала.

– Я только собрался показать всем, насколько я крут! – Ранта последовал за ней.

Мэри замешкалась.

– Я справлюсь, иди! – Кузак остался. Точнее, он не мог отступить. Если он повернётся и побежит, служки тут же настигнут и прикончат его.

– Харухиро-кун?! – Шихору смотрела на Харухиро.

– Иди, Шихору! Мэри, ты тоже! – Харухиро бежал так быстро, как только мог, пытаясь приказать себе – давай же, увидь её, увидь! – Ту линию. В таким моменты ему особенно сильно хотелось её увидеть.

Но, разумеется, она не может появляться всегда когда ему того хочется.

Харухиро не герой. Просто предводитель. И поэтому просто должен делать то что должен и то что может, как предводитель

– Кузак, покажи им!

– Понял! Р-р-р-ра-а-а! – Кузак отбросил копья в сторону ударом меча, и ударил щитом служку перед собой, – А-а-а-! Га-а-а! Р-ра!

Он без остановки размахивал мечом, заслоняясь щитом и наступая. На его доспех сыпались удары копий, но он не останавливался.

На нём прочные латы. Но такие сильные удары даже сквозь доспех должны причинять боль.

Держись. Держись, Кузак, пожалуйста.

– Получай! – Харухиро обхватил одного из служек, не сзади а сбоку, придушил левой рукой а правой вонзил кинжал в глаз.

Это было рискованно, а? Момент промедления, и всё могло закончиться плохо. Жуть…

Он чувствовал, как в животе скручивается холодный комок страха. Но что с того? Что это меняет?

Харухиро сошёлся с ещё одним служкой, нанося удар в колено и по руке. Третий попытался ткнуть копьём, но Харухиро отскочил. В душе ему хотелось вопить от страха, но он дважды взмахнул кинжалом, отбивая копьё в сторону.

«Правда, хватит с меня, отстаньте, а!» – мысленно кричал он, пока брал руку служки в захват и ударом в ногу свалил того на землю.

– Усса! – Кузак, подбадривая себя странным выкриком, отбросил в сторону служку ударом щита.

А теперь бежим, подумал Харухиро.

Ему не пришлось что-то говорить. Они с Кузаком бросились бежать одновременно.

– А-ха-ха-ха! – Кузак на бегу расхохотался, – Круто! Как же круто!

Эм, нет, приятель, по-моему сейчас не до смеха. Хотя, пожалуй, я понимаю его. Кузак, должно быть, тоже очень испугался. А теперь, освободившись от того страха, чувствует своего рода эйфорию. Но это всё? Мы в смертельной опасности, но он наслаждается этим так, что теряет самоконтроль. Может, причина в этом? Острые ощущения затягивают, их хочется испытывать снова и снова. Я хочу жить спокойной жизнью, правда. Но смогу ли? Интересно, каково остаться без этого щекочущего нервы чувства? Может, не так скучно как кажется?..

Служки, тори-саны и четырёхметровый гигант пустились в погоню. А позади них – другие солдаты добровольческого корпуса, сектанты, белые гиганты и даже гидра.

Они направлялись к оврагу, из которого уже вот-вот выберется шестиметровый гигант.

Это отвратительно. Меня сейчас стошнит. Вот бы это был просто сон. Может, кто-нибудь хочет поменяться со мной? Мне бы тут помощь не помешала. Я серьёзно. Если кто-то может спасти нас и обеспечить безопасность мне и моим друзьям, я на всё готов. Правда. На что угодно.

Я не хочу. С меня хватит. Это ни капли не весело, понятно?

Мы ведь можем погибнуть. На этот раз удача может просто не улыбнуться нам. Что будет, если умрёшь? Отправляешься в рай? Или в ад? Просто исчезаешь? Возвращаешься в пустоту?

Не хочу умирать. Мне страшно умирать. Не хочу. Нет, нет, нет. Не хочу.

Да. Точно. Мне это не нужно. Я не против время от времени развлекаться, но таких экстремальных ситуаций, всей этой игры со смертью мне совсем не нужно. Я хочу жить спокойно!

Токимунэ и те, кто побежал вместе с ним, похоже, огибают овраг чтобы направиться к исходному холму.

Удастся ли им увернуться от гиганта? Или нет? Не знаю, пятьдесят на пятьдесят, наверное?

Погоня, похоже, ещё не скоро настигнет их.

Что ж, придётся выбрать этот путь, каким бы сомнительным он не казался.

Шестиметровый гигант уже выбрался из оврага по пояс. Он опёрся на левую руку и махнул правой.

Пытается ударить Токимунэ и Таду.

– Осторожно! – закричал Харухиро.

Они всё видели и без него. Токимунэ, Тада и даже Киккава бросились на землю, уклоняясь от взмаха огромной руки.

Гигант упёрся обеими руками, поднимая себя выше. Миморин, Анна-сан, Ранта, Юме, Шихору и Мэри тем временем пробежали мимо.

Инуя нигде не видно. Но кому есть дело до него?

Харухиро и Кузак застыли, не в силах сделать ни шагу дальше.

– Что-о-о-о?! – воскликнул Харухиро.

– Ч-ч-ч-ч-что?! – заикаясь, обронил Кузак.

Гигант вырос прямо перед ними. Точнее, он только-только выбрался из оврага, и до сих пор стоял, опираясь на левое колено, но даже так он был огромен. Невероятно огромен. Но если просто стоять, то погоня настигнет их. Да и это всё равно что говорить гиганту – вот они мы, бей, пожалуйста.

Харухиро хлопнул Кузака по спине. Сейчас или никогда.

– Б-бежим! Давай! Выбора нет!

– Гхншн!

И что он хотел этим сказать?

Неважно. Кузак побежал. Его движения выглядели неловкими – ну, вряд ли сам Харухиро смотрится сейчас лучше.

Гигант взревел, пытаясь ударить их левой рукой – а может, он пытался схватить их и раздавить.

– Бвах! – Кузак бросился на землю головой вперёд, уворачиваясь.

– А! – Харухиро перекатился.

Снова бьёт. Сверху вниз.

– Ува-а-а-а?! – Кузак отбросил щит и отчаянно пополз вперёд.

Харухиро, разумеется, нёсся словно безумный.

Ударит? Он достанет меня? Мне конец?

Почву резко тряхнуло. Харухиро взвизгнул. Кажется, мимо.

– М-мой щит! – ахнул Кузак.

– Ж-ж-ж-жизнь дороже! – прикрикнул Харухиро.

Встаёт! Гигант поднимается на ноги!

Шестиметровый белый гигант вскочил и затанцевал. То есть, наверное, это был не танец, но он надвигался на Харухиро с Кузаком, а его ноги молотили по земле, словно в каком-то танце.

Я уже даже не понимаю, что происходит. Он будто повсюду. Не попасть под ногу. Главное, не попасть под нгу. Нужно догнать остальных. Хорошо бы, и мы уже отошли от оврага, но куда они побежали? Нет, это не…

– Взрывное Сальто-о-о-о!

А?

Белый гигант остановился. Точнее, споткнулся. Кто-то врезал палицей по его лодыжке – как раз той ноги, на которую гигант в тот момент опирался.

…Тада.

Что он тут делает?

И не только Тада.

– Ха! – голос Токимунэ.

Когда Тада ударил палицей, Токимунэ добавил Ударом Щита. Впрочем, на самом деле он просто врезался щитом с разбегу. И всё же, это ведь шестиметровый гигант. От такого он даже не вздрогнет. Ну, если бы не Тада и его Взрывное Сальто. Их совместная атака заставила его остановиться. А ещё…

– Дерм Хэль Ин Балк Зель Альв!

Вспышка и клуб дыма – на этот раз почему-то в районе паха. Взрыв Миморин.

Гигант потерял равновесие и сделал шаг назад, потом второй.

– Харухиро! – Токимунэ обернулся, ослепительно улыбаясь, – Мы у тебя в долгу! И не позволим умереть!

– Хватит болтать! – Тада крутанулся и ударил гиганта в левую голень, – Бей! Удар Торнадо!

Гигант снова содрогнулся. Вот это сила.

– Круто, – прошептал Кузак.

Харухиро тоже так считал, но от всей души надеялся, что никто не захочет последовать этому примеру. Он просто не переживёт, если его собственные товарищи начнут вести себя так же. У него сердце не выдержит. А ещё, это, конечно, спасло Харухиро и Кузака, но что дальше?

Вернулись не только Токимунэ и Тада. Миморин, атаковавшая заклинанием, тоже была здесь, а ещё Анна-сан. Киккава развернулся и тоже бежит сюда. Ранта, Юме, Шихору и Мэри тоже. А Инуй? Какая разница. Но шанс сбежать упущен.

Сектанты и четырёхметровый гигант скоро будут здесь. Остальные солдаты и гидра тоже. Тут начнётся свалка, и они окажутся в самом центре.

Нет гарантии, что там, куда мы бежали, было бы лучше. Но одно дело, иметь какую-то цель и направляться к ней, а другое – покончить со всем здесь и сейчас. Если нас захватит водоворот схватки, то, скорее всего, тут нам и конец.

Похоже, это всё. Я чувствую, как силы покидают меня. Ну, ничего удивительного. Это же тяжело. Как мне вообще изобрести какой-то выход? В смысле, даже если мы сможем бежать дальше, что потом? Уверен, нам конец так или иначе.

Вот бы можно было просто сдаться.

GAME OVER

В памяти всплыли слова.

Что это?

Я уже видел такое однажды?

GAME OVER

G A M E O V E R

- GAME OVER –

Game Over   Continue? Yes/No

Продолжить? Да/Нет

GAME OVER RETRY?

game over

GAMEOVER

G A M E O V E R

Игра? Но это же не игра.

– Правда же, Манато? Могзо?

И поэтому я не могу сдаться. До конца. Нельзя сдаваться.

Сначала, осмотреться. Верно. Осмотреться как следует.

Железные Кулаки и Берсерки по-прежнему держались более-менее цельной группой. Команды Ориона разделились, но оставались в контакте друг с другом.

Сектантов десятки – гораздо больше сотни. Несколько сотен. Что до гигантов, то, кажется, около десятка четырёхметровых, два шестиметровых, и один невероятно огромный, видимо, восьмиметровой.

И гидра. Дело очень плохо. Серьёзно.

– Кузак, щита у тебя нет, так что не лезь на рожон, – предупредил Харухиро.

– Понял. Да я и не смог бы.

– За мной!

Они подбежали к Ранте, Юме, Шихору и Мэри. Киккава, Анна-сан и Миморин тоже были там. И ту их настигли сектанты.

– Киккава, теперь основной танк ты! – позвал Харухиро.

– Окей! Я не подведу!

– Остальные, держитесь вместе!

Не обращая внимания на подтверждающие возгласы, Харухиро сосредоточился на том, чтобы смотреть и слушать. Это его обязанность.

Киккава, размахивая мечом, завладел вниманием врагов. Кузак и Ранта встали по бокам от него, защищая фланги и атакуя врагов. Если кто-то прорвётся мимо них, то Юме, Мэри, Миморин и наконец Харухиро разберутся с ним. Даже Анна-сан, продожавшая выкрикивать что-то ободряющее, держала наготове какую-то палку или посох.

Шихору хватала ртом воздух – видимо, бег дался ей тяжело. Она выискивала момент применить магию. Остальные солдаты добровольческого корпуса перестали отступать возле Харухиро и его товарищей.

Гидра. Она настигла задние ряды.

Даки что-то кричал, пряди его рыжих волос бились на ветру. Один из Берсеркеров попал под удар гиганта и, крутясь, взлетел в воздух.

О, понял Харухиро. Да, он погиб. Но сейчас не время горевать о других.

– Ау! – болезненно вскрикнула Юме, её тело сотрясла судорога. Тори-сан. Она попыталась отбить Громовой Меч своим кукри.

Тори-сан шагнул вперёд, снова занося меч.

Он убьёт её. Убьёт Юме. Нет, не позволю.

Харухиро бросился вперёд, но вместо того чтобы встать между ними, с разбегу врезался в бедро тори-сана и ударил, целясь в держащую меч руку. Попал. Получилось?

Нет, тори-сан удержал оружие, просто отдёрнулся. Что хуже, он разворачивается, замахиваясь рукой со щитом.

Плохо. Мне не увернуться.

– Угх! – от прямого удара щита Харухиро покатился кубарем.

Я умру? – промелькнуло у него в голове.

– Эй!

– Я-а!..

Было опасно, но товарищи защитили его. Миморин и Мэри вдвоём отогнали сектанта. Юме помогла Харухиро подняться.

– Прости, Хару-кун!

– Ничего!..

Ошибки неизбежны. Все их допускают. Главное – поддерживать друг друга, стараться не получать ран и выживать. Когда возникают прорехи, нужно их залатать или сделать незаметными. Если удастся достаточно долго повторять это, то как-нибудь получится выбраться живыми. И если бы одного этого было достаточно, то, даже при всех своих недостатках, Харухиро мог бы попытаться.

Но, разумеется, всему есть пределы.

Токимунэ и Тада всё ещё занимаются шестиметровым гигантом. Киккава, Кузак и Ранта сдерживают сектантов, а Харухиро, Юме, Мэри и Миморин охраняют их сзади. Анна-сан и Шихору остаются в центре построения. Таким образом, в случае нужды Шихору сможет помочь магией. Положение выглядит устойчивым – пока что.

Насколько мог видеть Харухиро, Железные Кулаки, Берсерки, Орион и остальные солдаты добровольческого корпуса образовали собственные построения и пока им удавалось, действуя сообща, сдерживать врагов.

Если бы противники были ограничены шестиметровыми гигантами, то, наверное, рано или поздно солдаты Красной Луны смогли бы мало-помалу уничтожить всех сектантов с гигантами и победить.

Но восьмиметровый гигант и гидра это проблема.

Движения огромного гиганта выглядят неуклюже даже по сравнению с остальными гигантами, но одно его присутствие на поле боя в корне меняло дело. И, разумеется, он тоже угроза.

Гидра размахивала пятью из своих щупалец, атакуя солдат добровольческого корпуса, и перемещалась с помощью остальных четырёх.

Когда гидра или восьмиметровый гигант наносят удар, остаётся только бежать или уворачиваться. И тогда сектанты и остальные гиганты получают возможность напасть. Эти двое разрушают любую попытку организовать оборону.

Так что, похоже, всё довольно просто. Если удастся что-то сделать с восьмиметровым гигантом и гидрой, то солдаты Красной Луны одержат победу. Вопрос лишь в том, смогут ли они что-то сделать.

Во всяком случае, Харухиро и его команда тут точно ничем не помогут. Да что там они, даже для Токкиз это проблема. Точнее, не проблема, а просто невозможно. Что же до Железных Кулаков, Берсеркеров и Ориона, то если бы они и могли что-то сделать, то к этому времени уже сделали бы. Значит, не могут.

И всё же, это ещё не разгром. Каждый раз, когда очередной солдат падал под ударами щупалец гидры, или взлетал в воздух от пинка гиганта, и команда погибшего, казалось, вот-вот была готова дрогнуть и побежать, кто-нибудь тут же приходил им на помощь. «Лентяй» Макс, «Рыжий Дьявол» Даки и Шинохара носились по всему полю боя, поддерживая своих людей.

С трудом, но солдаты добровольческого корпуса держали строй и медленно отходили. Харухиро и его команда тоже.

Пусть их и теснят, но они ещё держатся. Но, разумеется, это не может продолжаться вечно. Рано или поздно противник сомнёт их.

И всё же, это странно. Старшие солдаты даже сейчас ведут себя спокойно, и просто делают своё дело. Никто не паникует и не нервничает.

Может, они просто не задаются несущественными в данный момент вопросами, чтобы сосредоточиться на непосредственной задаче?

В конце концов, люди способны совершить лишь то, на что они способны. Можно стараться достичь того, чего ты в силах достичь, но всё прочее останется неподвластным. Дело повернётся так, как повернётся, и никакие мечты или молитвы не изменят этого.

– Собраться. Собраться. Собраться... – Харухиро, шёпотом повторяя это самому себе, осмотрелся. Оценить ситуацию. Отбить удар копья.

Между передней и задней линией появился разрыв, значит, стоящие сзади должны подойти ближе. Сзади нападает ещё один служка, Юме и Мэри нужно закрыть Шихору и Анну-сан.

Кузак очень устал. Харухрио хотел бы дать ему передохнуть, но в настоящее время это невозможно.

– Держись! – крикнул он.

Отбить копьё. Харухиро предпочёл бы тут же ударить Коленобоем, но отбросил эту мысль. Вряд ли у него сейчас это получится.

Восьмиметровый гигант бродил где-то в отдалении, но не гидра. Замечают ли это Токимунэ и Тада-сан, кружащие вокруг шестиметрового гиганта?

– Гидра приближается! – позвал Харухиро.

Во всяком случае, он предупредил. Отбить копьё. Приказать Киккаве, Ранте и Кузаку сдвинуться влево. И ещё раз влево.

Отбить, Отбить, Отбить.

Осмотреться. На восток. Мы движемся на восток, к исходному холму. И богу гигантов.

Иначе говоря, таким образом они рано или поздно окажутся зажаты между богом гигантов и кидрой. Если доживут, разумеется.

Нет, нет. Не думать об этом. Не отвлекаться. Собраться, собраться, собраться.

– Га-а-ах! – Киккава по ошибке ударил по Громовому Мечу и получил разряд.

– Идиот! – Ранта заслонил его собственным Громовым Мечом.

Построение рассыпалось. Кажется, сектанты вот-вот прорвутся.

На мгновение Харухиро испугался. Нет, мы справимся.

– Киккава, поменяйся с Рантой! Миморин, помоги Киккаве!

– Уже бегу! – Киккава тряхнул головой, пробегая мимо Ранты.

– Да! – Миморин встала за его плечом, отбивая посохом копья служек.

Здесь ведь был ещё один тори-сан, подумал Харухиро, осматриваясь. Вот он! Обошёл нас сзади.

– Мэри!

Та, предупреждённая его криком, едва успела отскочить от удара меча.

– Оом Рэль Экт Эль Уэль Даш!

Шихору применила Отзвуки Теней. Три элементаля полетели в тори-сана, почти в упор.

Попали. Нет, он заслонился от двух щитом. Но один ударил его прямо в лицо.

Голова сектанта откинулась назад, словно от удара. Мэри ударила посохом в его щит, вынудив отшатнуться ещё дальше. Но она не могла заниматься только им.

Мэри и Юме каждая отвлекали по одному служке. Теперь, когда вмешался тори-сан, у них возникнут проблемы. Анна-сан, даже если присоединится к ним, мало чем поможет, а Шихору вообще не может сражаться в ближнем бою. Сам Харухиро слишком занят своими двумя противниками.

Приказать Миморин отойти назад? Или переместить на заднюю линию кого-то спереди? Решай. Сейчас.

– Кузак, сюда!

– Понял! – Кузак тут же направился к нему.

Он, наверное, тревожится за Мэри. Ему наверняка будет легче здесь, рядом с ней. Далее, как закрыть прореху в переднем ряду?

Ранте хватает забот с тори-саном. Киккава уже держит на себе нескольких врагов. Миморин сейчас сражается только с одним служкой. Если Харухиро возьмёт на себя и него, а её освободит…

Собраться. Собраться. Собраться.

Гидра. Уже близко.

Слишком близко. Или нет? Не знаю. Но… Неуютно близко.

– Ого! – Токимунэ висел, держась за рукоять своего меча, вонзённого в белого гиганта примерно в районе талии и, казалось, был готов в любой момент сорваться.

Что он вытворяет? Однако, тела гигантов очень твёрдые. Хм, как ему вообще удалось воткнуть меч так глубоко?

Нет, не думай об этом. Успокойся. Отбивай. Отбивай.

– Буря! – крикнул Тада.

Он опустил палицу наискось, обрушивая её на левую голень гиганта. Тот содрогнулся всем своим массивным телом. Левая голень. А ведь Тада упрямо целился в одну точку всё это время. Он и правда собрался опрокинуть гиганта. Вместе с Токимунэ у них может получиться.

Вероятно, они смогли бы управиться с шестиметровым гигантом, если бы у них было на это время. Но тут что-то произошло – Харухиро не успел понять, что именно. Точнее, как оно произошло? Как такое возможно?

Он не верил своим глазам.

Голова шестиметрового гиганта вдруг взорвалась. Как арбуз под ударом палки. Для арбузов такое нормально, но никак для голов белых гигантов. Разве так бывает? Разве голова гиганта может вот так взорваться, разлетевшись на куски во все стороны? Это вобще нормально? Или это я сам ненормальный?

– Что-о-о-о-о?! – взревел Тада, – Моя добыча! Кто это сделал?!

Точно. Такое не могло произойти само собой, а значит, кто-то должен был сделать это. Магия? Но чья?

Ответа не пришлось долго ждать.

– О-о-о-о?! – Ранта отпрыгнул назад.

Да, могу его понять.

Голова слетела с плеч тори-сана.

Секира. Секира в руках кого-то невысокого, но мощно сложенного. Дварф с густой бородой подбежал к тори-сану сзади и снёс ему голову.

Не может быть. Их накидки ведь невозможно разрубить. Или этого дварфа – Бранкена – это не касается?

– Гвахахахаха! – Бранкен утробно, жутковато захохотал, кружа по полю боя и разрубая сектантов одного за другим пополам непринуждёнными взмахами своей секиры.

Довольно глупый вопрос, но разве эта секира лёгкая? На вид вообще-то вполне увесистая. Как Бранкен ухитряется так легко размахивать оружием больше него самого? Он просто ненормально силён? Да?

Харухиро отвлёкся на Бранкена, так что не заметил сразу, но прибыл не только дварф. Неподалёку он заметил высокую женщину, сражающуюся большим мечом. Сектанты падали вокруг неё один за другим, их накидки словно враз растеряли свои защитные свойства. Каё.

Кроме того, некоторые сектанты странным образом валились на землю мёртвыми, даже когда их вроде бы никто не атаковал. Харухиро задумался было о причине, и причиной оказались стрелы. Сектантов убивали выстрелом прямо в глазную прорезь.

Откуда летят эти стрелы? А, с запада.

Наверное, с запада. Обернувшись в ту сторону, он заметил его. Прекрасный мальчик-эльф с луком наготове. Таро.

Невысокий бывший Волшебник, Гох, и прекрасная Волшебница, Михо, стояли позади него, вид у них был сосредоточенный. Должно быть, гиганта убило заклинание Гоха.  А может, Михо.

И тут…

– Прошу прощения. Мы задержались.

Появился он. Бывший сильнейший солдат добровольческого корпуса и непререкаемая легенда прошагал мимо, извлекая меч из ножен.

– Его прямо аура окружает… – восхищённо протянул Ранта.

И не говори.

Про тех, кто выглядит внушительно, часто говорят что их словно окружает аура, но настоящая аура должна выглядеть именно так.

– Акира-сан! – выкрикнул кто-то его имя.

– Это Акира-сан!

– Здесь Акира-сан!

– Акира-сан!

– О-о-о! Акира-сан!

– Акира-сан с нами!

Всё переменилось в мгновение ока. Акира-сан. Это Акира-сан. Его аура словно окутала всё вокруг.

Сектанты погибали один за другим под ударами Бранкена, Каё и Таро, неспособные оказать никакого сопротивления.

О, о? Этот четырёхметровый гигант, он что, повернулся на Акиру-сана?

Акира-сан высокий человек, но гигант всё равно выше – разница в росте между ними гораздо больше, чем разница между взрослым и ребёнком. И всё же – до чего же Акира-сан огромен. Он, почему-то, казался даже больше гиганта.

Какое безрассудство, подумал Харухиро.

Гигант бесхитростно махнул рукой, целясь в Акиру-сана. Разумеется, у него не было ни шанса. Акира-сан развернулся, уходя от атаки так непринуждённо, словно уворачивался от порхающей рядом бабочки, и пропустил руку гиганта мимо себя. И одним движением оказался у того за спиной.

– И… оп! – взобрался по нему. Он не карабкался. Акира-сан оказался на уровне плеч гиганта так просто, словно взошёл по склону холма.

Харухиро смотрел, не отрывая глаз, но ничего не понял. Спина гиганта, может, и не вертикальная, но поднимается под очень крутым углом. Как это возможно – вот так взобраться по ней?

– Покойся с миром, ладно? – Акира-сан погрузил меч глубоко в единственный глаз гиганта. Движение выглядело почти пренебрежительным, словно он говорил – «Слушай, мог бы и посопротивляться для приличия»

Впрочем, враг бы всё равно не услышал. Слишком поздно.

Гигант рухнул.

И перед тем, как его спина с грохотом ударилась о землю, Акира-сан прыгнул и ловко приземлился на ноги.

– Да уж, он превзошёл всех, – восхищённо хохотнул Токимунэ, – Он словно из какого-то другого измерения, а?

– Да, и что с того?! – Тада поправил очки и бросился к ближайшему тори-сану, замахиваясь палицей, – Я создам новое измерение, своё собственное!

Зеркальный Щит, которым тори-сан пытался закрыться, раскололся вместе с его головой.

– Йах-хо! – Киккава подпрыгнул, – Не просто другое измерение, а своё собственное?!

Эти слова словно послужили сигналом для контратаки – хотя, этого, конечно никак не могло быть. Впрочем, контратаку правильнее было бы назвать просто резнёй.

Легендарная команда Акиры-сана перемалывала сектантов без остановки. Неизвестно, как гиганты, но сектанты явно способны испытывать эмоции, в том числе – ужас и панику. Они дрогнули. Солдаты добровольческого корпуса, воодушевлённые прибытием Акиры-сана, разом бросились на них.

Копья служек ломались одно за другим. Громовые Мечи Долфины уже не выглядели такими уж страшными, когда на их обладателей набрасывались со всех сторон. Оружие вырывали из рук тори-санов, Зеркальные Щиты втаптывали в землю. Белые гиганты падали один за другим.

Харухиро и его товарищи тоже внесли свой вклад. В особенности Ранта и Киккава, поддавшиеся общему порыву.

Что стало с той тяжёлой битвой, которую они вели всё это время? Харухиро подумалось, что дело, возможно, не в силе врагов, а в обстоятельствах. Стоило перемениться ветру, и всё разительно поменялось вместе с ним. А значит, всегда есть шанс что их нынешнее подавляющее превосходство тоже может внезапно превратиться в поражение, от которого уже не оправиться.

Действительно ли… Всё в порядке? У Харухиро никак не получалось поддаться общему настроению, и из-за этого он не знал, что с собой делать. Ну, вроде как… Наверное, всё хорошо? Может, мне и правда стоит поддаваться и плыть по течению, когда дела не кажутся плохими.

– Ты, я вижу, по-прежнему цел, Харухиро-кун, – произнёс голос.

Харухиро чуть не подскочил, обнаружив Акиру-сана рядом с собой. Тот вернул меч в ножны и стоял, невозмутимо скрестив руки на груди.

– А, э, да, м-мы все целы… – запинающимся голосом ответил Харухрио, – Ну, по крайней мере, моя команда…

– Мы вместе с Сомой и его командой пробовали всякое, пытались понять, можно ли что-то сделать с богом гигантов.

– О, вот как? …И?

Акира-сан покачал головой.

– Он практически не двигался после того, как встал над исходным холмом. Это проблема.

– Даже для вас?

– Мы точно такие же солдаты добровольческого корпуса как и вы все. Я просто прожил намного дольше прочих. Когда проведёшь вдвое больше лет, занимаясь тем же делом, неизбежно станешь чуть лучше.

– И всё? Так это работает?

– Ну конечно, – с улыбкой кивнул Акира-сан.

Несколько минут назад его аура, казалось, довлела над всем вокруг, а сейчас он выглядит как простой добрый старик. Но, разумеется, это не так.

– Я простой старик, – сказал Акира-сан, – И в мои года иногда мне хочется поучать. …Кузак-кун, взгляни-ка.

Акира-сан окликнул Кузака, после чего взял наизготовку щит и меч. Он двинулся вперёд, заслоняя половину своего тела щитом, и махнул мечом в косом ударе, опуская его на ближайшего служку. Даже Харухиро узнал этот приём. Навык Паладинов, Карающий Удар. Но Акира-сан намеренно сдержал удар меча на половине взмаха и отвёл его назад. Служка словно застыл, закрываясь руками.

– Видишь? Ты тоже сможешь так, если повторишь достаточное количество раз.

– О… – Кузак стоял навытяжку и смотрел во все глаза.

Да уж, подумал Харухиро.

Акира-сан снова выполнил Карающий Удар, и на этот раз до конца. Во всяком случае, это, наверное, был он, но выглядело совсем иначе.

Вроде как, не знаю, словно одно движение.

Заслонился щитом, шагнул вперёд, рубанул мечом. Три действия слились в одно плавное движение.

Меч Акиры-сана рассёк служку от левого плеча до правого бедра, словно вообще не встречая сопротивления. Похоже, когда достигаешь уровня Бранкена, Каё или Акиры-сана, эти непробиваемые накидки просто перестают иметь какое-либо значение. Неужели такого уровня мастерства и правда можно достичь простым повторением? Сложно поверить, но Акира-сан непохож на того, кто стал бы обманывать молодых и неопытных.

– Всё дело в том, что ты накапливаешь со временем, – Акира-сан снова вернул меч в ножны, – В опыте. Прочувствуй всё сам и опирайся на это. Навык, выученный в теории, это просто навык и ничего больше. Истинная сила лежит где-то дальше. Что же до того, как прочувствовать его, то способ всего один – снова и снова повторять в реальном бою.

– Пхм, – фыркнул Гох, – Опять важничаешь.

Прекрасная Волшебница Михо тоже стояла рядом. Может, сейчас превосходство и правда на нашей стороне, но почему они ведут себя так беззаботно, словно гуляют в собственном саду?

– Читать лекции это не твоё, – сказал Гох, – Сам-то ведь никогда не следовал теории. То, что тебе вообще хочется учить молодёжь, уже доказывает что ты стареешь.

– Ну, да, – Акира-сан пожал плечами, – Я знаю.

– Он ещё ого-го, – хихикнула Михо.

– Бвха! – Ранта, наверное, представил себе что-то не то.

– М-магия! – Шихору наклонилась вперёд, крепко стиснув посох, – А ч-что насчёт… Магии? М-можете что-нибудь подсказать?

– И мне, – кивнула Миморин.

– Эй, постойтье, – Анна-сан беспокойно озиралась, – Тут жье всьё ещё бой, ньет? Тут же кругом врагьи, ньет?!

– Ну, тогда пора немного поработать, – Гох окинул взглядом Шихору с Миморин, – И заодно отвечу на ваш вопрос. Выучить все элементальные глифы, которые можно узнать за деньги в гильдии – это только начало. Дальше дело за вами. …Михо.

– Ага.

– Начинаем.

Гох и Михо отошли в сторону. Акира-сан беззвучно шёл за ними. Сектанты, пытавшиеся атаковать их, тут же падали мёртвыми под ударом его меча.

Вскоре все трое остановились. Они смотрели на восьмиметрового гиганта.

Гох и Михо принялись вычёрчивать глифы наконечниками посохов.

– Де Хе Ру Эн Ба Зеа Рув Даг На Миту Ла Уэ Суа Уа.

– Нэ Вуэ Ру Шиа Рас Фэе Дэ Ге Хи Мина Шэ Куэ Дуу Иль.

– Никогда такого не видела, – прошептала Шихору.

Харухиро тоже впервые видел такие глифы, и впервые слышал такие заклинания. Они отличались чем-то от заклинаний Миморин и Шихору – может, интонацией?

Гигант, похоже заметив Гоха и Михо, посмотрел на них сверху вниз. И тут же раздалось громкое «Ту-у-у-у-у-уннн», звук на высокой и одновременно будто бы на низкой ноте, и голова гиганта взорвалась.

– …Одним ударом. – у Мэри отвисла челюсть.

– Н-ня… – Юме заморгала.

– А, ну, я бы многое мог добавить, но… – Гох развернулся к ним, картинно заправляя за ухо прядь волос, – Даже после того, как я перестал быть Волшебником и стал Жрецом, я всё равно, после достаточных изысканий, способен на такое. Впрочем, в одиночку я не смогу это повторить. Мы выпустили элементаль, а после – противоположную силу. В гильдии вас такому не научат. Учитесь сами, совершайте открытия и оттачивайте навыки… Ух, выдохся.

Гох вдруг поник и прижал ладонь ко лбу. Казалось, он вот-вот упадёт в обморок.

– Ох, – Михо закрыла рот руками.

– Мы оба стареем, – ободряюще сказал Акира-сан, – Впрочем, ты всегда был слабоват.

– …А, помолчи, – буркнул Гох, – Отвали от меня.

– Дорого-о-о-о-ой!.. – К ним побежала Каё, оставляя за собой запах свежей крови, – Что случилось?! Ты в порядке?! Дорогой?! Не смей умирать раньше меня, я тебя не прощу, слышишь?!

– Папа? Папа, что с вами? Не умирайте! – Таро тоже подбежал к ним, его лицо исказила тревога.

– Так, хватит! Я не умру от такого! – прикрикнул Гох, но грохот рухнувшего на землю гиганта почти заглушил его слова.

Подумать только, этот восьмиметровй гигант казался таким опасным, но его так просто унчтожили.

Вокруг них солдаты добровольческого корпуса разразились криками радости.

– Гва-ха-ха-ха! – Бранкен, зловеще расхохотавшись, указал секирой на вторую угрозу, – Твоя очередь! Готовься к смерти!

Харухиро попытался сглотнуть слюну, но в горле пересохло.

Гидра, наверное, тоже что-то почуяла, потому что стояла не двигаясь с места, её щупальца извивались. Нет, не просто извивались. Она широко развела щупальца в стороны, словно пытаясь придать своему и без того гигантскому телу ещё более внушительный вид.

– Ну что ж, – Акира сан пошёл к ней, доставая меч, – Для начала, посмотрим на что она способна.

Железные Кулаки. Берсеркеры. Орион. Одни из лучших солдат Красной Луны, но все они не двигались, или, может, не могли двинуться. К гидре приближались лишь Акира-сан, Каё и Бранкен.

Пять щупалец рванулись к ним одновремнено. Три на Акиру-сана, и по одному на Каё и Бранкена.

Быстрые. Огромные, но такие быстрые.

Харухиро показалось, что скорость щупалец сравнима с той скоростью, с какой человек делает взмах меча. От этого не увернуться, промелькнуло у него в голове.

Но Акира-сан два раза коротко переступил, Каё бросилась вперёд, а Бранкен перекатился. Каждый из них по-своему избежал удара щупалец.

Акира-сан заходил справа, Бранкен слева. Каё приближалась спереди.

Гидра взмахнула щупальцами. Видимо, ей доступны два вида ударов – горизонтальные взмахи и удары сверху вниз.

От ударов, пожалуй, ещё можно увернуться, но взмахи другое дело. Каждое щупальце больше двух метров в диаметре. Куда бежать, когда на тебя летит что-то настолько длинное и массивное? Как Акире-сану и его спутникам удаётся уворачиваться? Харухиро не мог даже представить.

Может, они предвидят удар? Они, наверное, знают где щупальцам их не достать. Может быть. Но как они это определяют? Загадка. Слишком много загадок. Возможно ли это, если не потратить много времени, внимательно наблюдая за врагом и изучая его?

– Нет, разве что для одного из гениев, какие редко являются в этот мир, – произнёс Гох, видимо, разгадавший ход мыслей Харухиро, – В конце концов всё решает опыт. Разумеется, мы ничего не знаем про врага, которого видим впервые. Но всегда будет нечто общее, какие-то сходства с врагами, которых мы встречали раньше. Что именно? В чём они схожи? Если задумываться о таком, то ничего не выйдет. Что делать сейчас? Какой вариант лучше? Твоё тело должно двигаться само собой ещё до того, как ты начнёшь задаваться этими вопросами.

– Э-эта штука… – простонал Ранта, – Они уже сражались с чем-то похожим раньше? Поэтому ведут себя как ни в чём не бывало?

– На мой взгляд, этот случай не из лёгких, – Гох пожал плечами, – С ней им придётся нелегко. А без доступа к магии света они будут осторожничать.

– Ты так говоришь, словно тебя это не касается, – Михо нахмурилась, но Харухиро не мог избавиться от ощущения, что и она совершенно не волнуется за исход боя.

– Некуда целиться, – Таро опустил лук, нахмурившись, – Ненавижу больших врагов. Вот бы помочь Маме…

Таро выглядел моложе чем Харухиро и члены его команды, но, должно быть, тоже весьма опытен. Ну, этого и стоит ожидать от того, кто путешествует с Акирой-саном и его командой.

– Можно спросить? – нерешительно спросил Кузак.

Гох покосился на него, и жестом велел продолжать.

– Вы сказали «если ты не гений», но… – Кузак задал тот вопрос, которым задавался и Харухиро, – Разве это не слишком – заявлять, что Акира-сан не гений?

Это касается и Бранкена с Каё, но Акира-сан совершал поистине невероятные вещи. Поначалу он просто уворачивался, но теперь, уклонившись от очередного удара, он рубил щупальца мечом. А ещё, он вроде с каждым разом приближается к гидре? Нет, не «вроде». Определённо приближается.

– Акира никакой не гений, – твёрдо сказал Гох, и ехидно усмехнулся.

Быть не может, подумал Харухиро. Или он намеренно принижает Акиру-сана?

– Да уж, – тут же заявила Михо. Нет, значит, дело не в этом. – Когда мы встретились впервые, он был безнадёжным трусом.

– Да он и сейчас довольно робок, а?

– Пожалуй.

– Даже в нашем поколении было полно народа сильнее него.

– Каё, пожалуй, была гораздо храбрее.

– Да она и сейчас храбрее.

– Мама самая храбрая в мире, а Папа самый умный. – Заявил Таро с пугающей серьёзностью, – А я самый удачливый.

– Это и есть, наверное, настоящая сыновняя любовь… – серьёзно сказала Юме.

– Ну конечно! – закричал Таро, вытаращив глаза, – Моя любовь к Папе и Маме не проиграет ничему! Никогда! Ни за что!

– Не уверен что это вопрос победы или проигрыша, – Гох, криво ухмыльнувшись, похлопал Таро по голове, – Впрочем, одно я могу сказать точно – Акира не гений. Но он выжил. Благодаря мне, Каё, Бранкену, Таро и многим прочим друзьям и товарищам, которых мы потеряли за эти годы. Множество выдающихся Воинов и талантливых Паладинов пало, а он уцелел. Не потому, что был силён. Что помогло ему? Если выразить одним словом, то, наверное, удача. Ему повезло, и он выжил, и смог стать сильным.

Не просто одна или две счастливых случайности – два десятка лет удачи. Вот что создало Акиру-сана.

Насколько же он удачлив? Ведь фортуне достаточно отвернуться всего на один раз, и наступит конец – как с Манато и Могзо.

С другой стороны, если бы Манато и Могзо не погибли тогда, когда погибли, то могли бы стать кем-то вроде Акиры-сана. Фактически, у них обоих было на это гораздо больше шансов чем у Харухиро. А значит, успех не гарантирован никому. Если солдату добровольческого корпуса не повезёт, не повезёт даже в какой-то мелочи, то он погибает.

Как бы то ни было, Акира-сан один из немногих избранных.

– …Я не такой, – пробормотал Харухиро.

Акира-сан, Бранкен и Каё уже почти подшли вплотную к гидре. Пять щупалец, похоже, не в силах их задеть.

Внезапно к ним рванулись те четыре, которыми гидра пользовалась чтобы перемещаться. Харухиро эта атака застигла в расплох, но, видимо, только его. Бранкен и Каё проскользнули между щупальцами и отступили, но.. Акира-сан вонзил меч в основание одного из них.

И, используя меч как опору, полез вверх. Те же самые движения, словно он просто поднимается по склону холма. Акира-сан взобрался на щупальце.

– О-о, – Гох щёлкнул пальцами, – Да, кое в чём он всегда был силён. Чувство равновесия у него феноменальное.

– И любит где повыше, – хихикнула Михо.

– Просто он идиот, наверное, – углы рта Гоха изогнулись вверх, – Кажется, пора.

– Да, точно.

Что – пора?

Щупальце попыталось сбросить Акиру-сана. Он прыгнул, оттолкнулся от одного, другого, и скрылся из виду позади гирды.

– С-с-с-с-с ним всё будет хорошо?! – воскликнул Киккава.

Гидра содрогнулась всем телом.

– Гья-я-я-я-я-а-а-а-а-а! – раздался дикий вопль.

Если бы женщина десяти метров ростом вдруг завизжала, то, наверное, получился бы похожий звук. Он раздался откуда-то из-под гидры, его сопровождал резкий порыв ветра. Щупальца взметнулись и забились.

Акира-сан выкатился сквозь промежуток между ними.

Гох и Михо принялись произносить заклинания, вычерчивая наконечниками посохов элементальные глифы.

– Эа Зу Фа Нуэ Мэу Хоа Рахи Куэ Ба Дзю Саи Ле Кту.

– Ни Фаау Щин За Уао Ики Ле Ву Дуума Гис Куа Зу.

– Горячо?! – Харухиро инстинктивно прикрыл лицо, пригибаясь. Его обдал поток жаркого воздуха. Точнее, не поток а яростный шквал.

Центром шквала была гидра. Она пылала – нет. Никакого огня не видно. Но был жар. Щупальца гидры терзал вихрь раскалённого воздуха. Он, казалось, направлялся к её сердцевине. Харухиро и тех, кто стоял рядом, просто задел дальний край вихря. И всё равно жар ужасал.

Что происходит? Что сейчас будет? Поток внезапно сменил направление. Он больше не давил на них, а тянул к себе.

Нас засасывает.

– Ува-а-а-а-а-а-а! – завопил Ранта.

– И-и-и-х-о-о-о-о-о?! – верещал Киккава.

Да заткнитесь вы.

Хотя, конечно, я могу их понять.

– …Кя-а-а-а-а-а?!

– Фуня-я-я-я-?!

– А-а-а-а-а?!

Шихору, Юме и Мэри кричали, держась друг за друга.

– Да что это?! – Кузак припал к земле.

– Уот зе хелл?! – вопила Анна-сан.

Миморин схватила её в охапку и, зачем-то, крепко прижала к себе и Харухиро.

– Э, нет, со мной всё в порядке!..

– На всякий случай!

Но со мной и правда всё в порядке, честно говоря, когда ты так сжимаешь, мне даже хуже. Кстати, а что с Токимунэ и Тадой? И где Инуй?

– О!

Ветер снова переменился. На этот раз он не затягивал и не толкал, а дул сверху вниз. Масса раскалёного воздуха давила на них, прижимая к земле.

Харухиро и его друзей, находившихся на периферии, лишь бросило на четвереньки. Но гидра в самом центре урагана приняла на себя всю его силу.

Не может быть.

Её расплющило.

Девять щупалец вдавило в землю, и стала видна центральная часть – главное тело? Торс? Чем бы это ни было, теперь эта часть, напоминающая мясистый белый клубень, открылась взгляду. Его верхушка с каждой секундой вдавливалась всё глубже.

Это магия? Школа Альв? Явно не Канон, правда же? На Фарц и Даш тоже непохоже. Значит, Альв? Гох что-то говорил, что нужно выпустить элементалей, а после – противоположную силу. Вот что вызвало этот обжигающий вихрь?

Жаркий ветер со временем утих.

Массивный клубень съёжился раза в два. Отсюда не видно, но верхушка, наверное, сильно вдавилась внутрь.

Гидра не шевелилась.

– Оно… сдохло? – отсутствующе спросил Ранта, перекатываясь набок.

– Устал… – Гох зашатался.

– Папа! Держитесь! – Таро взял лук и колчан со стрелами подмышку и согнулся перед Гохом, предлагая ему забраться на свою спину.

– Слушай… Я же твой отец, – Гох, хотя и запротестовал, всё же опёрся на спину Таро. Видимо, ему пришлось тяжело.

– Хи-хи, – Михо, похоже, не испытывала никаких затруднений. Она не просто красавица, но ещё и вынослива? Или Гох просто очень слаб?

– Всё… кончено?.. – Шихору дрожала, вцепившись в Юме.

– Наверное? – Юме успокаивающе погладила её по спине.

– Надеюсь, – Мэри тоже обняла Шихору.

– Фью… – Кузак нерешительно поднялся.

– Теперь безопасно? – спросила Мимрин.

Ана-сан, зачем-то державшая Миморин за пышную грудь, вопросительно наклонила голову.

Это нормально, когда девушки делают такое друг с другом? Ну, не то чтобы мне было завидно…

– Н-не знаю… – протянул Харухиро.

Но всё-таки?

Харухиро не был уверен, но, пожалуй, предпочёл бы чтобы Миморин отпустила его. Чувствуя, как её грудь давит на него, он уже собрался высказать ей это вслух, как неподалёку раздался вопль Тады:

– Нет, так не пойдёт! Слишком просто! Я даже ничего не сделал! Хватит валяться, оживай давай!

– Г-я-я-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

– Кя-а-а-а-а-а! – Миморин издала непривычный для неё взвизг и крепко стиснула Харухиро и Анну-сан. Правильнее сказать, она придушила его.

Спасите, мысленно умолял Харухиро. Но, впрочем, я могу её понять. Меня это тоже застало врасплох.

Гидра, которую он уже считал мёртвой, издала ещё один вопль откуда-то из-под этого мясистого клубня. На этот раз звук был ещё громче и яростнее. Щупальца бешено забились.

Акира-сан, Бранкен и Каё отступали. Ну, ничего удивительного. Вид опасный. Остальных солдат добровольческого корпуса это застало врасплох, как и Харухиро и его спутников.

– Ха-ха-ха-ха-ха! – но Тада, судя по всему, наслаждался происходящим, – Отлично! Вот как я люблю! Развлекай меня ещё!

– Отлично! Второй раунд! – воскликнул Токимунэ.

Они вообще нормальные?..

– Куа До Ро Уо Су Эк Луэ Ра Уа Ре, – Михо тем временем произносила заклинание.

Если выбирать один цвет, то, наверное, лиловый. Нечто лиловое, не пламя и не разряд, с резким звуком ударило в клубневидную часть гидры. Оно разорвало и посекло клубень, во все стороны брызнула какая-то слизь, гидра начала корчиться, но и всё. Михо, тем не менее, сохраняла уверенность. Она не только не попятилась, но даже шагнула вперёд.

– А Луа Дэ Муо Су Ви Гуа Па Ле Ту Кйа.

На этот раз зеленовато-чёрное. Тёмно-зелёный свет замерцал и поразил клубень. Пронзил, рассёк. Щупальца перекрутились. Гидра свилась, снова брызнула слизь, и тогда…

– Та Ту Руа Фа Йек Ниэ Шэ Ла Стоа Рю Куэ Вана.

А? Ещё? Ещё раз?

Над клубневидной частью гидры возникла розовая точка. И упала вниз.

Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш…

Что это за звук? Откуда он? Кажется, он раздаётся оттуда, где точка коснулась клубневидной части гидры. Что эта точка вообще такое? Она растёт.

Точка уже не была точкой. Она превратилась в шар, и шар становился всё больше.

Щупальца дико замолотили. Их концы били оземь, словно говоря – стоп, стоп, нет, правда, постойте, словно гидра просила о передышке.

Но, разумеется, никто не собирался давать ей передышку.

Розовая сфера уничтожала клубневидную часть гидры, словно плавила её. Сфера полностью погрузилась внутрь.

Щупальца обмякли. Клубень, кажется, тоже.

Михо выдохнула, потом хихикнула.

– Упрямцам и наглецам положено наказание.

Харухиро невольно вцепился в Миморин. Он что, садистка?

– Ну заче-е-е-е-е-ем?! – завопил Тада прямо в лицо Михо, – Только-только началось веселье, а ты всё испортила!

– Ох. Прости.

– Какое ещё прости! Так, слушай сюда… А?!

…Ого. Харухиро понимал, что нельзя поражаться каждому событию, но произошедшее и правда было поразительным.

В щупальца гидры вернулась сила. Она оттолкнулась всеми девятью и взлетела.

Она прыгнула.

Она может прыгать?!

– Чёрт! Назад! – закричал Акира-сан.

Харухиро впервые услышал тревогу в его голосе. Акира-сан, Бранкен, Каё, Михо, Таро, несущий Гоха на спине – все они, не колеблясь, побежали. То, как все они, не раздумывая, пустились наутёк, почти ошеломляло.

Гидра прыгнула. Она взмыла вверх, размахивая щупальцами во все стороны.

Токимунэ и Тада тоже бежали.

– Миморин, пусти! – Харухиро вывернулся из её хватки, – Б-б-бежим отсюда, скорее!

– Бежьим, да! – крикнула Анна-сан.

– Да, – Миморин понеслась прочь, неся Анну-сан.

Остальные тоже бежали, словно соревнуясь, кто быстрее. Нужно убраться от гидры подальше.

О нет. Нет. Просто нет. Харухиро переставлял ноги, словно вымещая на них все чувства, которые не мог выразить словами. Ранта, Мэри, Кузак, Юме, Шихору. Все целы. Киккава, Токимунэ и Тада тоже. Инуя всё ещё нет, но кому до него есть дело? А Железные Кулаки, Берсерки, Орион? Кажется, разбегаются врассыпную?

Что до команды Харухиро, то они всё ещё бежали за Акирой-саном. Это правильно? Или нет? Без понятия. Он не мог решить.

Гидра внезапно перестала прыгать.

Приближается.

Она ринулась в погоню, с силой отталкивалась от земли всеми девятью щупальцами.

– Ва-ва-ва-ва-ва-ва-ва?! – Харухиро подскочил и невнятно залепетал в панике.

Это же плохо? Плохо, да? А? Я ошибся? Я выбрал неправильно? Она же сюда бежит. Она бежит за Акирой-саном и его командой, да? Может, тогда лучше оставить их? Оставить?

– Де Хэ Лу Эн Ба Зэа Руф А Ту Ра! – Гох, которого всё ещё тащил Таро, повернулся и произнёс заклинание.

Бабах!

Взрыв раздался прямо под гидрой, во все стороны полетела трава и комья земли.

Гидра потеряла равновесие – магия выбила почву у неё из-под щупалец. Теперь нужно отбежать как можно дальше. Но что потом? Она же всё равно настигнет? И что тогда?

Для начала, просто бежать так быстро как можем, подумал Харухиро. Если она и правда нацелилась на команду Акиры-сана, то дело плохо. Как бы это сказать, может, мы не совсем правильно поступаем? Ну, вроде как, если речь о нашей безопасности, то тут и выбора особо нет.

Говоря совершенно откровенно, Харухиро полагал что лучше бы разделиться с командой Акиры-сана. Сейчас они как раз между ними и гидрой – не самое уютное место. Возможно, лучше сменить направление и действовать раздельно.

Но, правда, я буду чувствовать вину. А ещё – вдруг гидра вовсе не гонится именно за ними? Если мы развернёмся и побежим в сторону, а она возьмёт и погонится за нами – что тогда? Акира-сан и его команда уже не помогут нам и, в общем, тут нам и конец.

Впрочем, я бы поставил на то что она всё же гонится за Акирой-саном.

Так что, рискнуть?

Вероятность кажется достаточно высокой, но рисковать не хочется. Однако нужно решать, и лучше бы поскорее. Опять я колеблюсь. Сколько можно.

В конце концов, Акира-сан как-нибудь всё уладит, да? Вот что я думаю? Да, как минимум отчасти. То есть, просто пытаюсь переложить проблему на другого, а? По-моему это как-то неправильно. Неправильно ведь, да?

Но даже ведя этот внутренний диалог, Харухиро продолжал старательно перебирать ногами – и тут что-то пронеслось мимо него в противоположном направлении.

– А? – запоздало осознал он. В противоположном направлении?

Да. Несомненно. Что-то побежало ему навстречу, а потом пронеслось мимо.

Он обернулся.

Нечто, облачённое в чёрный доспех.

Обтягивающий, лёгкий на вид и чёрный, но что это за оранжевый свет, пробивающийся там и сям между пластинами? Как это работает? Короткий изогнутый меч, точнее катана, на одном бедре, и вторая, длинная катана на спине. Человек на бегу протянул руку за спину и взялся за рукоять. Он несётся прямо на гидру.

– Сома… – Харухиро обронил его имя, забыв прибавить обычное «-сан».

Он замер.

Сома.

Это Сома.

Гидра гонится за ними, а Сома бежал им навстречу, то есть, они непременно столкнутся.

Он… А как же он?

Будет ложью сказать, что Харухиро не беспокоился, но мысль о том, что Сома может погибнуть, просто не умещалась в его голове.

Гидра приподняла своё массивное тело и бросилась на Сому.

Сома не остановился, даже не замедлил бег.

Он выхватил катану.

До этого момента Харухиро видел всё отчётливо. Но что случилось потом?

Он смотрел во все глаза, не отрываясь, но всё же не различил.

Его взгляд ухватил лишь итог – одно из щупалец гидры отделилось от тела и отлетело в сторону.

Гидра приземлилась с сотрящим землю ударом – но что с Сомой?

Грудь Харухиро наконец сжала неуверенность. Она раздавила его?

Щупальца гидры изогнулись и сплелись, существо пыталось развернуться. Значит, Сома там? Он проскочил под ней?

Пока Харухиро пытался понять, что случилось, гидра прыгнула влево.

Вон он. Это Сома.

Он размахивал катаной. Длинная. Почему она кажется такой длинной – гораздо длиннее, чем в ножнах?

Как бы то ни было, гидра, похоже, опасалась этого оружия. Сома сошёлся вплотную с таким огромным существом, и всё же это именно оно пятится от него.

Странно. Это просто ненормально. Что происходит?

– Так вот, насчёт слова «гений» – Харухиро обнаружил рядом с собой Гоха, которого по-прежнему нёс на спине Таро, – Если и называть кого-то гением, то кого-то вроде него. Он состоит в добровольческом корпусе в пять раз меньше нашего. И способен вот на такое. Талант – жестокая и пугающая штука.

Невероятно, подумал Харухиро. Слухи не врут. Сома и раньше спасал наши жизни. Его не просто так зовут сильнейшим.

Харухиро знал всё это. Или думал, что знает. Но, видимо, не до конца понимал, что это значит.

Эта катана, наверное, какая-то особенная. Доспех, должно быть, скрывает в себе некую тайную силу. И всё же сам Сома просто человек, из плоти и крови. Не может не быть.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Но дейтвительно ли он человек, как все мы? Не верится.

Он теснит гидру одной своей катаной. Как он ухитряется разрубать щупальца толщиной более двух метров? Это же невозможно. Но не для Сомы.

Вряд ли Харухиро это кажется, а значит, это реальность. Реальность, превышающая то, что он понимал или воображал. Скорее, он просто не в силах вообразить себе что-то подобное.

Например, если он скажет «Когда-нибудь я одержу верх над монстром размером с двухэтажный дом одной катаной» над ним просто посмеются. Да он и сам рассмеялся бы. И счёл бы идиотом того, кто скажет такое.

А настоящие гении, значит, это люди вроде Сомы – те, кто способен сделать идиотские фантазии реальностью.

Гох прав – это жестоко. Эту пропасть не преодолеть, через неё не перебраться. Это как разница между луной и черепахой. И то и другое имеет округлую форму, но сравнивать просто нет смысла. Они слишком разные.

Даже мысли, приходившие в голову когда он размышлял об этом, казались настолько заурядными, что Харухиро хотелось провалиться сквозь землю. Он всегда считал себя самым обыкновенным, так что не досадовал на это, но всё же чувствовал пустоту внутри. Если бы он полагал, что обладает потенциалом, если бы стремился достичь высот, то шок мог бы оказаться невыносимым.

Как хорошо всё-таки, что и ему, и всем вокруг очевидна его заурядность. Благодаря этому он мучается лишь от осознания собственной беспомощности.

– Сома! – окликнуло существо нечеловеческой красоты и изящества, пробегая мимо Харухиро.

Ну, то что она выглядит нечеловечески – естественно. Она же не человек.

Эльф. Кстати, Таро тоже необыкновенно симпатичный. Может, эльфы прекрасны все до единого? И всё же её красота ослепляет. Должно быть просто незаконно иметь такую нежную кожу. И серебристые волосы. И глаза, сверкающие как драгоценные камни. Её фигура, её телосложение просто кричат о том, что она не человек. Такая маленькая голова. И бежит иначе. Шаги гораздо легче – словно она не отталкивается от земли, а скользит над ней.

– Ты опять побежал один! – Лилья выхватила тонкий меч, очень идущий ей, и бросилась к гидре.

Она танцор меча. И правда, она словно танцует. Лилья описывала круги вокруг щупалец, а меч плясал в её руках. Она не столько рассекала их мечом, сколько движениями меча и тела. Пусть она и не могла отсекать их как Сома, но, несомненно, наносила раны. И, разумеется, щупальца не могли её достать. Лилья просто не позволяла ничему приближаться к ней.

Пока Харухиро, затаив дыхание, смотрел на изящное фехтование эльфийки, рядом с ним раздался зевок. Он обернулся. Крупный человек с дредами прошёл мимо Харухиро расслабленными, но широкими шагами.

Кемури – Паладин, как Акира-сан, Токимунэ или Кузак. И, разумеется, у него на спине щит, но первым делом вниманием Харухиро завладел огромный длинный меч в заспинных ножнах.

Кемури, медленно вытянув оружие из ножен, шагал на гидру.

При всех его способностях, не слишком ли он самоуверен?

Одно из щупалец нацелилось на Кемури. Оно обрушилось на него сверху вниз по диагонали.

– И… – Кемури не уворачивался. Он встретил щупальце мечом, – Раз!

Щупальце, ударив в меч, разорвалось пополам. Как это возможно? Он что, только что пересилил двухметровой толщины щупальце?

– И как у него спина не болит от такого… – протянул Акира-сан, почёсывая подбородок. Он, похоже, не собирался помогать.

Вас удивило только это?

– Ну да, у тебя-то побаливает, – Михо погладила Акиру-сана по спине.

– Хмф! Я так тоже могу… – Бранкен держал секиру на плече, и, видимо, тоже решил сделать перерыв.

– Я, пожалуй, воздержусь, – Каё прошагала к Гоху и взяла на руки, как ребёнка, – Ты достойно потрудился. Устал от всей этой магии, да, дорогой?

– Не настолько, отпусти.

– Чему ты так смущаешься, в твоём-то возрасте?

– Именно из-за возраста и смущаюсь. Пусти!

– Не хочу.

– Проклятье!

Эльф-сын удовлетворённо улыбался, наблюдая за этой семейной перепалкой.

– О, Шима-тян, – сказала Михо. Харухиро обернулся. В их сторону изящно шагала красотка-Шаман.

– Привет, – Шима кивнула им, – Как тут дела?

– Сложнее чем мы думали. – Акира-сан покачал головой, – Похоже, ударить в какое-то слабое место и убить быстро не получится. Придётся изматывать. Где Пинго-кун?

– Он застрял с богом гигантов. И Зенмай тоже. Он держится при Пинго после того, как гидра перестала отвлекаться на него.

– Лала и Ноно сбежали, как думаешь? – спросил Акира-сан.

– Не знаю, – ответила Шима, – С ними никогда не угадаешь.

– Видимо, придётся первым делом разобраться с гидрой.

– Я вылечу вас, если что случится, – сказала Шима, – Впрочем, вряд ли моя помощь понадобится.

– Нет, ты очень кстати. В смысле, я же не становлюсь моложе. Всегда могу оступиться или ещё что.

– Всё шутите.

– Я серьёзно. …Бранкен, Каё, пора за работу.

– Отлично, – Бранкен погладил бороду, его глаза сверкнули.

– Подожди меня, дорогой, ладно? – Каё посадила Гоха на землю и несколько раз махнула руками, разминаясь.

– Я тоже помогу! – Таро приготовил лук.

О. Они и правда собираются это сделать. Ну, впрочем, у них ведь получится, да? В смысле, всё выглядит так будто Сома, Лилья и Кемури могут справиться и сами. Мы-то вряд ли сможем чем-то помочь, так что, наверное, просто постоим в сторонке. Точнее, только это нам и остаётся.

Заговорил Тада.

– Мы заберём их славу себе, Токимунэ.

– За дело, Тада!

Тада и Токимунэ рвались в бой, и Железные Кулаки, Берсерки и Орион, похоже, считали что это удачный момент чтобы перейти в наступление, но Харуиро не собирался в этом участвовать.

– Л-л-ладно, я тоже! – сказал Ранта дрожащим голосом. Безнадёжен.

– Ага, давай, – сказал Харухиро.

– ...Погоди, ты что, не остановишь меня? Проклятие на тебя и твои сонные глаза!

– Мои глаза тут не при чём…

– При чём, идиот! – завопил Ранта, – Твои глаза меня просто бесят!

– Акира-сан и остальные уходят без тебя, вообще-то.

– Ого, и правда! Я опоздал! А-а, прощай шанс. Ну, очень жаль. Придётся остаться. Всё из-за тебя, Парупиро.

– Из-за меня, значит…

Да иди уже и напади на неё… Харухиро осмотрелся. Сражаться с гидрой он не собирался, но на них всё ещё могут напасть сектанты или белые гиганты. Какое-то количество таких врагов они могли бы взять на себя.

Верно. Нужно сохранять бдительность. Мы, обычные люди, должны заниматься обычными делами. Это нормально – то есть, это всё на что мы способны. Пусть мы и заурядны, но не будем бездельничать. Иначе станем даже хуже чем заурядными.

– …А? Это что… Э?.. Постойте… Юме?

– Ня?

– Слушай, вон там… – Харухиро указал на юг, – Мне кажется, или?..

– А? Уху… Там что-то есть, – согласилась Юме, – Хм-м, что же, что же… Гидра, может?

– Да, тоже так подумал. Похоже на… – Харухиро в ужасе посмотрел снова, – Похоже на гидру?! На гидру, да? Да?!

– Ещё одна?! – вскрикнула Мэри.

– Не может быть… – Шихору дрожала.

– А? Это же плохо? – Кузак, казалось, ссутулился ещё сильнее обычного – может, от усталости.

– Что за шьутки… – Анна-сан, которую Миморин по-прежнему держала подмышкой, приложила ладонь козырком ко лбу и посмотрела вдаль, – …Вот зе фак?! Ноу уэй!!

– А, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!! – Ранта указал остриём Громового Меча Долфина на Харухиро, – Это всё из-за тебя! Ты виноват!

– Шо за хрень?[3] – монотонно проговорила Миморин и стукнула Ранту посохом по затылку.

– Угх… – Ранта скорчился от боли.

– Ва-ау! – Киккава зачем-то решил пошутить, – Это ж, типа, круче крутого? Даже я от такого разрыдаюсь!

– Хм… – Гох, похоже, обдумывал ситуацию.

– Что ж, это неприятно, – тон Михо совершенно не вязался с видимой серьёзностью положения.

Это потому, что она слишком красивая? – задумался Харухиро. Или красота тут не при чём?

– Так есть и другие, хм, – обронила Шима, нахмурив бровь. Выглядело это, если можно так сказать, соблазнительно.

Стоп, почему они так спокойны? Опыт? Такие переделки для них пустяк? Может, просто уверены что так или иначе выберутся?

– А-а-акира-сан! – Харухиро побежал вперёд.

Тот уже собирался напасть на гидру. И всё же, заметил Харухиро и развернулся.

– Что такое, Харухиро-кун?

– П-п-проблемы! Гидра! – Харухиро ещё раз посмотрел на запад, потом глянул на запад и восток.

И онемел.

Нет, не время молчать. Не сейчас.

Не только с юга. Хорошо, что я посмотрел на восток и запад тоже. Хорошо ли? Не знаю. Но факты есть факты.

– Н-н-новые! Ещё гидры! Я вижу одну, две… Три или четыре?! Где-то столько!

– Что ты сказал? – новости удивили даже Акиру-сана, но явно не шокировали. Он коротко осмотрелся, и поднял меч над головой, – Михо, Гох, оценить ситуацию. Всем, кто уверен в своих силах! За мной и Сомой! Не отставать! Победа принадлежит тем, кто вырвет её своими руками!

Солдаты добровольческого корпуса, воодушевлённые словами столь легендарной личности, разразились боевыми кличами.

А? Что он делает?..

На этот раз Харухиро и вправду онемел. Он просто стоял, ничего не понимая.

Нет, ну… Если так сказал Акира-сан… Это правильно – наверное. Может быть.

Первую гидру теснят. У неё осталось только три целых щцпальца. Пока она ещё может прыгать и бить, но как только эти щупальца отсекут, она перестанет представлять угрозу.

С этой гидрой скоро разберутся. То, что прибывают новые, этого факта не меняет. Их можно уничтожить по одной. Акира-сан, должно быть, уверен в этом. Если с ними Сома, то гидр можно убить. Он, наверное, принял решение основываясь на этом.

Харухиро вытер рот тыльной стороной руки и осмотрелся.

Гидры.

Одна с юга, одна с востока, одна с юго-востока. Три. Но, может, за ними придут и другие. Кроме того, видны не только гидры. Белые гиганты, сектанты. Они тоже наверняка нападут на солдат добровольческого корпуса.

Акира-сан собрался использовать остальных? – внезапно подумал Харухиро.

Сома, Акира-сан и его команда могут справиться с гидрами. Остальные им не нужны. И всё же Акира-сан воодушевил других солдат, убедил остаться. Они смогут отвлечь на себя слабых врагов, чтобы те не мешали в бою против гидр. Таков его план?

Нет, нет, Акира-сан не такой. Харухиро был уверен в этом. Он великий человек, добрый человек. Он не станет использовать других как расходные фигуры. Он заботливый и внимательный, идеальный…

Да?

Он был трусом, как сказала Михо. Хотя по нему и не скажешь.

Акира-сан кажется таким добрым. Он сильный, надёжный, и если что-то случится он защитит их, словно отец… Но правда ли это?

Акира-сан не гений. Было много тех, кто обладал большим талантом чем он, и все они погибли. Акира-сан выжил и стал сильнее. Так сказал Гох.

Почему Акира-сан выжил? Ему, наверное, приходилось много раз принимать тяжёлые, может, даже жестокие решения? Может, он выжил как раз потому, что умеет принимать такие решения?

Харухиро обернулся и спросил Гоха так непринуждённо, как только мог:

– Как вы думаете, каковы будут потери?

– О, так ты из таких, – Гох приподнял бровь, – Не ожидал.

– Что вы имеете в виду?

– Я думал ты из тех, кто склонен поддаваться эмоциям. Ну, я тебя почти не знаю, потому и предположил так. Если ты способен спокойно подсчитывать потери, то, пожалуй, годишься быть предводителем больше, чем мне показалось поначалу.

– …Вы так и не ответили.

– Как повезёт, – Гох покрутил указательным пальцем, – Если не повезёт, то даже мы погибнем. Вот и всё. Никак нельзя предвидеть, скольких мы потеряем. Но я, конечно, погибать не собираюсь. И предлагаю тебе держаться нас, если хочешь выжить.

– Не годится.

– А?

– Так не годится.

Кажется, к голове приливает кровь. Не поддаваться. Я не злюсь. Просто не злюсь и всё.

– Только задним умом можно утверждать, что выжил благодаря удаче, – продолжил Харухиро, – На самом деле удача это совокупность причин, разве нет? Вы бы назвали удачей то, что вас использовали как пешку? Я бы не назвал. Мне часто доводилось думать «Я выжил только благодаря ему» или «Я бы погиб, если бы всё не повернулось во так». Это не удача. Это всё благодаря кому-то или чему-то.

– И? – Гох едва заметно улыбнулся, – К чему ты ведёшь?

– Не знаю как это сказать, но…

– Говори как есть. Не люблю ходить вокруг да около.

– П-просто… Я думал, разве нельзя постараться свести потери к минимуму? Да, я уверен, сильные выживут. Может, это докажет что те, кто выжил, сильны. Но даже тот кто слаб, или неудачлив, он ведь всё равно живой человек!

– И почему мы должны заботиться о слабых и неудачливых?

– Я не думаю что вы обязаны…

– Именно. Мы не филантропы и не благотворительная организация.

– И всё же, если вы можете что-то сделать, пожалуйста, сделайте.

– Зачем?

– Но ведь если кто-то погибает, это конец!

Харухиро прикусил губу и потряс головой. Сумел бы он подобрать нужные слова и убедить Гоха, будь он чуть умнее? Или он изначально неправ?

– Когда умираешь, не остаётся ничего, – объяснил он, – По крайней мере, для того, кто погиб, будущего уже нет, никакого. Так разве это странно – желать, чтобы погибло как можно меньше? Если другого выхода нет, то так тому и быть, но если вы можете что-то сделать, я думаю, вам нужно это сделать. Разве жертвовать другими это не идти по пути наименьшего сопротивления?

– Ты хочешь сказать, что мы должны осознанно выбрать сложный путь? – потребовал Гох.

– Я думаю, так лучше.

– Какой наивный, – хихикнула Шима, – Впрочем, мне такие нравятся.

– Но Харухиро-кун, – Михо посмотрела ему прямо в глаза, – Что ты можешь поделать? Ты не хочешь жертв. Ладно, но что ты можешь изменить?

– Нет, я…

Её вгляд был необычно тяжёл. Харухиро почти опустил глаза, но, пусть и с трудом, удержался. Потребовались все его силы, но он не отвёл взгляда.

– Нет… Я ничего не могу сделать. Я бы сделал, если бы мог. Но не могу. Поэтому и прошу Гоха-сан.

– Ого, – глаза Михо чуть расширились.

– Нелепость, – Гох нахмурился и пожал плечами, – Эта твоя честность не кажется мне чем-то хорошим. Ничуть. Но это нечто, чего мы в какой-то момент лишились. Неплохо иногда вспомнить, какими мы были раньше.

– А знаете, Сому, возможно, всё-таки не подвело чутьё, – и с этими загадочными словами Шима наклонилась к Харухиро. Он почувствовал невероятно приятный аромат.

Стойте, она не слишком близко?

– Мы ищем способ вернуться в наш родной мир, – еле слышно прошептала она.

Харухиро прижал руку к уху и непроизвольно отшатнулся.

– …А? Родной? Что значит, «вернуться»?..

– Пока забудь, – Шима поднесла палец к губам, – Поговорим как-нибудь потом. Сначала нужно выбраться отсюда, верно?

– Это была твоя идея, – сказал Гох, прижимая указательный палец ко лбу Харухиро, – Даже если ты и не можешь ничего сделать, просто так убежать я тебе не позволю. Ты остаёшься с нами до конца. Хотя бы это ты должен для нас сделать.

– Хоро…

Он собирался согласиться сразу, но тут же пришёл в себя. Дело касается не его одного. Ведь он предводитель команды. Их это касается тоже.

Он обернулся. Ранта хохотнул и кисло посмотрел на него:

– Я бы и сам это сказал, если бы ты поджал хвост.

– Враки, – Юме надула щёку.

– Я уже решил, что последую за тобой, – Кузак казался большим верным псом.

– Я тоже, – с улыбкой кивнула Мэри.

– …Я думаю, можно, – Шихору тоже неловко улыбнулась.

– Эмм, эмм, а мы, а мы? – Киккава посмотрел на Миморин и Анну-сан, и вдруг беспокойно заозирался, – Что-о-о-?! А где Инуччи?!

– Этот полудурок свальил давньим-давно! – воскликнула Анна-сан.

– Что, правда?! Ая и не заметил, – заявил Киккава, – А, неважно! Всё с ним нормально! Ну, что до нас, то решает Токимунэ, да?

– Увы, – кивнула Миморин.

– А, да чтоб всё это. Одни проблемы, – Гох быстро окинул взглядом Харухиро и его товарищей. Несмотря на раздражённое выражение лица, в его глазах чувствовалась энергия, которой не было там мгновение назад, – Пока что будете сопровождать Михо, Шиму и меня. Держитесь рядом и делайте что скажу. Я научу вас, что значит идти по тернистому пути. С этого момента мы начинаем отступать, сводя потери к минимуму. Как-нибудь минуем бога гигантов и сбежим из Даскрэлма.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9. Если там есть свет

Харухиро и его товарищам почти ничего не приходилось делать. Они просто сопровождали группу Гоха. И всё же это было тяжело.

Как только Гох согласился изменить тактику, Акира-сан сразу же взял свои слова назад, и направил всех к исходному холму.

Но сам Акира-сан, Сома и их спутники не отступали. Просто не могли. Первая гидра вскоре лишилась последних щупалец и больше не могла передвигаться, но прибыли три новые. Сектанты и белые гиганты тоже наседали. Приходилось отходить, одновременно отбиваясь от врагов.

Первоначальным планом Акиры-сана,  видимо, было разбираться с сильными врагами, пока солдаты добровольческого корпуса принимают на себя атаки сектантов и гигантов. Но получилось наоборот – сам Акира-сан и его команда действовали как арьергард, давая остальным возможность сбежать.

Если бы не возражения Харухиро, этого бы, наверное, не случилось. Нет, не наверное – наверняка. Иными словами, Харухиро создал проблемы для Акиры-сана, Сомы и их команд.

Но никто из них не возражал. Ударить врага и отойти, зарубить и ещё отойти, пристрелить и отойти ещё чуть-чуть – все просто молча повторяли этот процесс снова и снова. Михо и Гох время от времени выпускали заклинание, но не слишком часто. Должно быть, берегли силы, предвидя долгий бой.

Токимунэ и Тада с удовольствием помогали, но команда Харухиро, а также Миморин, Анна-сан и Киккава, годились лишь в качестве живых щитов для Гоха, Михо и Шимы.

Харухиро не только досадовал на собственную бесполезность – ещё его тревожило, что он ничуть не чувствует своей вины за то, что создал другим проблемы.

А ещё ему было страшно.

Три гидры, около десятка гигантов, несколько дюжин сектантов – и все они упрямо преследуют их.

Что до сектантов, то Акире-сану, Соме и членам их команд достаточно было один раз махнуть мечом, ударить топором или выстрелить из лука. Но с гигантами приходилось уже тяжелее. Гидры, помимо того чтобы напрямую атаковать щупальцами, также били по земле, вызывая небольшие обвалы или бросая в отступающих комья земли, затрудняя движение.

Но несмотря на всю тяжесть отступления с боем, Акира-сан и его команда не позволяли врагам прорваться. Благодаря этому Харухиро и его команде не приходилось вступать в сражение – во всяком случае, пока. И всё же, вскрикивая когда в глаза попадала земля или спотыкаясь и едва не падая, он никак не мог чувствовать себя спокойно – скорее, он чем дальше тем сильнее ощущал собственную ничтожность.

– Начинаю выдыхаться, – пробормотал Акира-сан, уворачиваясь от кулака гиганта и разрубая служку на две аккуратные половинки, – Старость не радость.

– А? – Сома отсёк щупальце гидры и повернулся к нему, поражённый: – Неужели вы настолько стары, Акира-сан?

– Ты мог бы понять, что он просто преувеличивает шутки ради, если бы подумал хоть немного! – упрекнула его Лилья, зарубая двух или трёх сектантов.

– Гвахахахха! – Бранкен размозжил левое колено четырёхметрового гиганта ударом своей секиры, – Типично для эльфа! На вид нежные, а на словах грубые!

– Не поросшему шерстью дварфу говорить такое! – закричала Лилья.

– Лилья, перестань! – Сома отрубил ещё одно щупальце, – Дварфы все такие, с бородой и волосами! Тебе самой не помешает подумать немного.

– О-о, ты прав, – Кемури ухитрился блокировать удар кулака шестиметрового гиганта своим мечом, – У дварфа должна быть борода!

– А вам, я смотрю, всё нипочём! – Каё больше не размахивала мечом. Вместо этого она проскальзывала между врагами, вынуждая их бить друг друга, – У меня вот уже нет лишних сил на болтовню!

– Мама, отдохните, пожалуйста! – Таро выпускал одну стрелу за другой, поражая сектантов точно в глаз, – Предоставьте всё мне!

– А-а, да им всё нет конца! – улыбка Токимунэ по-прежнему сияла, но он выглядел ещё более уставшим чем Каё, – Ну, это хотя бы весело!

– Не перенапрягайся! – Тада же, наоборот, казался бодрее с каждым убийственным взмахом своей палицы, – Я разберусь! Я их всех убью! Хахахаха! Забью до смерти всех этих ублюдков!

Харухиро уже какое-то время хранил молчание. Да ему и нечего было сказать. Он словно выпил олова – живот налился тяжестью и болел. Тело казалось неповоротливым.

Почему? Почему команда Акиры-сана согласилась со словами Харухиро? У них ведь не было на то никаких причин. Да и Харухиро предпочёл бы, чтобы ему отказали. Если бы Гох заявил, что он несёт бред и наотрез отказался, Харухиро тут же извинился бы и отступил.

Так было бы лучше – или нет? Он не знал, но, в любом случае, это тяжело. Просто находиться здесь. Он чувствовал, что ему тут не место. Но теперь он нёс ответственность за происходящее.

А-а-а-а-а, вот бы просто броситься вперёд, в бой, – думал он. Может, было бы легче наброситься на врага и погибнуть. Нет, конечно, умирать он не хотел, но от всей души желал бы не переживать так как сейчас. Вопрос «что я здесь делаю» крутился в голове, всплывая каждые несколько десятков секунд.

Если кто-нибудь погибнет, ему останется только совершить сеппуку. Нет, возможно, он воткнёт кинжал себе в живот как только кого-нибудь ранят.

– Что такое, парень? – внезапно его схватил за шиворот Гох, – Ты какой-то смурной в последнее время. Нездоровится?

Нет, собирался ответить он, но не был уверен, послушается ли язык.

– А! – Ранта раздражённо ударил себя в шлем, – Парупиро, хорош унывать! Мне от одного вида тошно!

– Н-ну, прости что я не такой весельчак!

– Да уж, проси прощения! – заорал Ранта, – Мы ведь тоже настоящие Воины Рассвета, забыл? Н-н-незачем так их стесняться, идиот!

– По-моему ты сам очень даже стесняешься…

– Потому что я самый скромный в мире! А не из-за лицемерной вежливости как у тебя!

– Воины Рассвета… – пробормотала Юме.

– Ну да, так и есть! – Ранта глянул в сторону Михо и Шимы, – Правда же?

Обе лишь хихикнули. Намеренно, наверное. Ранта, не понимая что его дразнят, ответил похабным смешком. Идиот, да ещё и мерзкий идиот.

Воины Рассвета, подумал Харухиро. Ну да, это и мы тоже, но…

Нам это не под силу. Мы слишком незрелы, слишком слабы чтобы называть себя соратниками Сомы или Акиры-сана. Даже загадывая на будущее я не могу представить нас стоящими с ними плечом к плечу. Избавлюсь ли я вообще когда-нибудь от этого чувства неполноценности?

Или, может, лучше и правда называться Воином Рассвета – даже через силу? Но ведь он всё равно всегда и везде останется собой. Какой выбор у него есть, кроме как быть самим собой?

Живот ныл. Внутренности словно скрутились в клубок. К горлу подступала тошнота.

Сома и Акира-сан сражаются ярко, дико, яростно. На их великолепие, достойное называться искусством, было больно смотреть. Он не хотел смотреть, но не мог не смотреть. Пожалуйста, просто освободите меня – хотелось ему закричать.

Освободите? От чего? Он не знал. Нет, знал. Он просто хотел сбежать. Он хотел освободиться от всей этой ситуации. Он не хотел оставаться здесь. Ни на секунду. Здесь, где никакой угрозы для него самого не было.

Опасности подвергался не сам Харухиро – вместо него сражались Сома, Акира-сан и их спутники. Это было почти нестерпимо.

– Не по себе вот так смотреть сзади, да? – Гох издал горловой смешок, – Я был слабаком-Волшебником, и когда стал Жрецом, это не прибавило мне сил.

Харухиро опешил.

Если подумать, Мэри и Шихору, должно быть, постоянно переживают то же самое. Тем, кто держится позади, под защитой товарищей, тоже приходится нелегко – хотя и по-другому, не так как тем, кто рискует жизнью встречая врагов лицом к лицу. Харухиро впервые оказался в такой роли. Видимо, это одна из тех вещей, понять которые нельзя пока не испытаешь на себе.

Что ж, это лишь доказывает, что любой опыт полезен. Расширение кругозора. Да, это плюс. Верно. Нужно во всём искать плюсы. Да, лучше так.

– …Не могу, – пробормотал он.

Сейчас он может лишь держаться. Пока он терпел, время шло. Исходный холм становился всё ближе. Это ободряло и давало надежду: мучения скоро окончатся. Остальное подождёт. Сожалеть, каяться и извиняться можно и после.

Он, разумеется, не забыл что последняя, и наверное, величайшая преграда на пути домой ждёт их как раз у холма. Просто старался не думать об этом.

Харухиро наконец разрешил себе посмотреть в сторону исходного холма. Потом поднял взгляд к небу.

Нет, смотрел он вовсе не на небо.

– Бог гигантов!

Его высота оценивалась в триста метров. Он не просто доставал до неба, он словно заслонял его собой.

Сколько ещё осталось? Километр, наверное? Ближе, чем казалось. Харухиро и не заметил, как они подошли совсем близко.

Бог гигантов прямо перед холмом. Не просто стоит, движется. Он же движется! Шагает? Нет, скорее, топчется на месте. Почва под ногами ходила ходуном. Он словно пытался топтать муравьёв.

Для него, наверное, люди и кажутся муравьями.

Солдаты добровольческого корпуса, отступившие первыми, теперь бегали туда-сюда, стараясь не попасть ему под ноги. Возможно, кому-то даже удалось увернуться и сбежать из Даскрэлма. А может, и никому. Неизвестно. В любом случае, чтобы добраться до цели, нужно либо обойти бога гигантов по широкой дуге, либо проскочить между его ног. Иного пути нет.

А команде Сомы, Акиры-сана, Токкиз и команде Харухиро, тоже технически входившей в арьергард, нужно совершить это ещё и продолжая отбиваться от врагов – или постараться резко оторваться от них.

Есть ли вообще надежда? Или  нет? Непохоже…

– Акира-сан! – прокричал Сома, одним взмахом меча убивая нескольких врагов разом, – Когда я дам сигнал, бегите!

– Понял! Воспользуюсь твоей добротой!

– Токимунэ, Харухиро! – позвал Сома, – Вы тоже!

– Понял! – откликнулся Токимунэ.

Тада цокнул языком и обрушил палицу на голову очередного сектанта.

– Ты что, решил оставить себе и первое и десерт?! Жадная свинья!

– С тебья ужье хватит, поньял?! Факин Тада! Анна-сан устала, поньял?!

– Ну, если Анна-сан против, то ладно! На этот раз тебе повезло!

Харухиро никак не ответил. Нет, он, конечно, хотел бы сбежать как только появится шанс, но ему правда можно? Гох ведь сказал остаться до конца. Он, наверное, обязан? Или нужно подчиниться Соме? Что главнее?

Пока он ломал голову, время для решения истекло.

– Сейчас! – Сома принял низкую стойку и поднял катану на плечо. Внутри него словно копилась невероятная сила. Оранжевый свет его доспеха засиял ярче.

– Ха-а-а-аа!

Во все стороны полетели части тел сектантов, гигантов, щупальца гидр – не столько отсечёные, сколько перемолотые. Сома. Несомненно, это сделал Сома. Он бросился вперёд и взмахнул катаной? Наверное. И всё? Нет, конечно. Просто не может быть, чтобы это было единственным, что он сделал.

Но такова реальность. Один взмах катаны Сомы вывел из строя множество врагов – некоторые мертвы, некоторые больше не смогут продолжать бой. Одним ударом он проделал зияющую прореху в строю напирающих противников.

Лилья и Кемури тут же вклинились в эту прореху, расширяя её. И не только Лилья с Кемури. Шима. Даже Шима присоединилась к ним, размахивая чем-то похожим на металлический кнут. Как эта красотка собирается сражаться? В своей до неприличия открытой одежде?

Там был и ещё один. Мужчина в маске, с непропорционально длинными руками и в гротескных доспехах пробежал мимо Шимы и ворвался в самую гущу врагов.

Зенмай – голем. У него нет оружия. Точнее, обе его руки закованы  в металл, и могут сойти за мечи или молоты.

– Ухухуху… Решили остаться, отбросы?

Позади раздался жуткий голос. Харухиро поражённо обернулся. Сзади стоял человек с телосложением и лицом ребёнка, но глазами напоминающими бездонное болото.

– Мешаетесь… Прочь… – проговорил некромант Пинго.

– Д-д-да! П-п-простите! – взвизгнул Харухиро.

Верно. Он прав. Если Сома говорит бежать, нужно бежать. Мы должны. Мы опоздали. Мы слишком отстали. Сома просто слишком крут. Нет, не время для отговорок.

– Б-б-б-бежим!

О нет. Я слишком перепугался. Я даже не вижу лиц остальных. Не слышу их ответов. Но нужно бежать. Все здесь? Вроде все. Ранта и Юме, Шихору, Мэри, Кузак. А Токкиз? Акира-сан и его команда? Вон их спины, впереди. Они уже так далеко? Мы и правда отстали. О чём я думал?

Миморин обернулась и что-то прокричала.

Бог гигантов. Близко. Смотреть. Поднимает правую ногу. Хочет раздавить нас? Уворачиваться. Бежим, со всех ног. Во весь опор. Бежим, бежим, бежим. Неважно куда. Главное, не попадаться ему под ногу.

Харухиро рванулся вперёд. Раздался грохот, земля затряслась. Он чуть не упал. Значит, меня пока не раздавили, заключил он. Иначе уже не было бы никаких падений, вообще ничего не было бы.

Теперь он понимал, почему другие солдаты добровольческого корпуса бегали так беспорядочно. Им нужно было к норе в исходном холме. Умом они понимали это, но достичь входа не могли.

Из-за бога гигантов. Он слишком жуткий. От него хотелось бежать со всех ног. Их сердца занимал лишь этот порыв. А тела подчинялись тому порыву, что был наиболее силён в каждый конкретный момент.

А ещё – плохая видимость. Каждый раз, когда бог гигантов опускал ногу, понималось облако пыли. Сверху сыпался песок и комья земли. Иногда уже в нескольких метрах ничего нельзя было различить.

Куда бежать? Где исходный холм? Харухиро быстро потерял из виду и Акиру-сана, и Токкиз. А значит, он больше не сможет следовать за ними. Он почти остановился. Но останавливаться нельзя. Если остановимся, нас точно растопчут. И тогда его расплющит раньше, чем он осознает приближение смерти.

– Кто?!..– раздался возглас.

Да, прямо мои слова. Кто? Харухиро казалось, что его вот-вот вырвет кровью. Кто решил, что это замечательная идея – отправиться убивать бога гигантов?

А, ну да. Токимунэ. Ну, что толку обвинять его сейчас. Это ничем не поможет. Да, ничем.

– Все здесь?! – заорал Харухиро, чувствуя во рту вкус грязи.

– Да! – голос Ранты.

– Здесь! – и Юме.

– Ага! – откликнулся Кузак.

– В порядке! – Мэри.

Но голоса Шихору он не слышал.

Нет, нет, не может быть, пожалуйста, нет.

– Шихору? Шихору?!

– …Здесь!

Ох. Она здесь. Хорошо. Глаза болят. Грязь. И дышать тяжело. Бежать.

Всё равно нужно бежать. Практически вслепую, но что ещё остаётся? Харухиро уже даже не видел бога гигантов. Он слышал грохот, так что тот не мог быть далеко – бог гигантов совсем рядом.

Судя по уклону и белым колоннам вокруг, мы, наверное, взбираемся по склону? Повезло, если так. Именно, повезло. Совпадение, я ведь даже не видел куда мы бежим. Если совсем повезёт, может, даже сбежим из Даскрэлма.

– Вход! – крикнула Юме.

Она права. Завеса грязи и пыли расступилась как раз настолько, чтобы Харухиро мог рассмотреть впереди вход в пещеру. Он видел вбегающих внутрь людей.

Вход. Нора. Путь к спасению.

Внезапно он ощутил прилив храбрости. Мы спасены. Теперь мы выберемся. Мы не погибнем. Мы будем жить.

Харухиро попытался бежать быстрее. Всё это время он и так бежал со всех ног. Возможно ли ускориться ещё? Ему казалось, что да. Прилив адреналина, наверное? Поразительно, на что бывает способен человек.

– А, дерьмо! – заорал Ранта.

Внезапно Харухиро ощутил, как кто-то рванул его за плащ, не давая высвободить ту невероятную скорость за пределами возможного. Ранта. Всё из-за Ранты. Из-за Ранты Харухиро оступился и упал. Нет. Не из-за Ранты. Благодаря Ранте.

Ранта, возможно, только что спас ему жизнь.

Если бы Харухиро продолжал бежать, то могло случиться что-то плохое. Он совсем этого не заметил. Должно быть, его разум затуманило облегчение, уверенность в том что теперь они спасутся, выживут. Он совсем не смотрел по сторонам.

Бог гигантов. Правая ступня, а может и левая, опустилась на холм, прямо туда, где был проход.

– Не-е-е-е-е-ет! – закричала Шихору.

– Её больше… – Мэри даже не смогла договорить.

– Ох… – Кузак плюхулся на землю.

– Нам больше не вернуться… – с своём отрешённом изумлении Юме попала в самую точку. Ну да, она же стрелок.

…Нет, нет, нет, нет.

– Н-н-нужно бежать! – Ранта собрался куда-то рвануться, но тут его плечи обвисли, – Стойте, но куда?

– Куда-нибудь! – тут же ответил Харухиро.

Куда-нибудь? Это куда? Не знаю. Нам крышка. Но я должен держаться. Точнее, это уже неважно продержусь я или нет, но я должен, но это всё равно бесполезно, осталось лишь отчаяться и зарыдать.

Сверху снова посыпались грязь и песок. Ничего не видно. Для начала, нужно просто бежать прочь с холма.

Земля неровная. Очень неровная. Харухиро споткнулся обо что-то, покатился кубарем. Вскочил и побежал дальше.

Когда кто-то из товарищей оказывался рядом, он хватал их и тянул за собой. Они, в свою очередь, тащили его тоже, или подталкивали сзади. Когда рядом опускалась ступня бога гигантов, они кричали имена друг друга, убеждаясь что все целы.

Первым делом нужно выбраться из этого облака пыли и песка. Это стало целью. О том, что они будут делать дальше, Харухиро думать уже не мог – да это было и не нужно.

Бог гигантов, похоже, не собирался уходить от исходного холма, так что Харухиро и его товарищи, пусть и пройдя по лезвию ножа, но всё же достигли цели. И тут перед ними встала другая проблема.

Враги.

На них выбежали сектанты, и пришлось решать – убегать или сражаться.

Одного или двоих они убили бы быстро, набросившись все вместе. Но сейчас к богу гигантов стекались белые гиганты и сектанты со всего Даскрэлма. Иными словами, они собирались у исходного холма.

Что же до Харухиро и его друзей, то они, наоборот, пытались сбежать оттуда. А значит, они неизбежно будут натыкаться на врагов, а если задержаться и вступить в бой, то враги будут прибывать снова и снова, пока их просто не задавят.

Харухиро решил бежать. В том направлении, где не было видно врагов.

Со временем он начал сомневаться, правильный ли выбор сделал. Число преследователей постепенно росло, вскоре гнавшихся за ними сектантов стало больше десятка. Если спокойно взвесить шансы, то, пожалуй, такое положение неизбежно сулит им поражение и полное уничтожение.

Это моя вина, подумал Харухиро. Я ошибся, и теперь все умрут. В этом жутком месте.

Кстати, где мы вообще? Он видел бога гигантов, яростно топчущего исходный холм, так что примерно представлял, где находится. Впрочем, только примерно. В Даскрэлме не так много приметных черт пейзажа или зданий, так что определить, где именно они находятся, было непросто. Впрочем, это не мешало предполагать.

Ранта держался в тылу, позади совершенно выдохшейся Шихору. Он, несомненно, выбрал это место осознанно. Он защищает Шихору. Значит, в нём всё-таки есть что-то хорошее.

Харухиро шёл впереди, за ним Юме, Кузак и Мэри. Он не выбирал этот порядок, просто так получилось.

Сектанты не так уж и быстры. А ещё они не выказывали особого энтузиазма в преследовании Харухиро и его команды. Благодаря этому, до сих пор удавалось убегать. Если бы остались силы, можно было бы даже сбежать.

Но это лишь вопрос времени. Шихору уже почти совсем выбилась из сил. А если кто-то из них остановится, придётся драться. И в восьми или девяти из десяти шансов, по расчётам Харухиро, бой означал для них поражение.

Честно говоря, у него был один план. Но неизвестно, насколько выполнимый. Вероятность успеха, признавал он, не так уж высока.

Обернувшись, Харухиро увидел что преследователей снова стало больше. Пятнадцать? Может, шестнадцать?

Если бы только у Кузака был щит. Нет, это ничего бы не изменило. Он хотел окликнуть своих друзей. Чем-то ободрить их.

Что он может сказать? В этом положении, когда большее, что можно сделать, это подарить временное успокоение. Смогут ли Харухиро, Кузак и Ранта вместе продержаться несколько минут? За это время Юме, Шихору и Мэри смогут сбежать… Сбежать, а что потом? Или испытать удачу, вступить в бой сейчас, пока он ещё в состоянии думать и сражаться?

Шестнадцать против шести. Враги не только служки – среди них ещё и два тори-сана. Нам ведь не победить, да? Ни за что? Или, может, есть что-то вроде одной сотой шанса? Поставить на эту одну сотую? Или мы просто умрём все, сразу?

Мгновенная смерть под ногами бога гигантов была бы легче.

– Эй! – раздался женский голос. Не Юме, не Шихору и не Мэри.

Откуда? Харухиро осмотрелся.

Впереди и слева виднелась низина. Оттуда кто-то выпрыгнул – человек. Два человека, мужчина и женщина. Женщина очень высокая. Оба в очень странной одежде. Особенно женщина.

Её наряд, в целом, открывал не так уж много, но то, что он всё-таки открывал, явно намекало, что женщина как-то по-своему понимает слово «приличия».

А ещё, её фигура. Грудь, ягодицы, бёдра… Совершенная фигура, точёная талия, длинные руки и ноги. Роскошные вьющиеся волосы. Кричащая внешность. Безжалостный взгляд, крупные зрачки. Ярко-красные губы.

Доминатрикс. Единственное слово, которое приходило на ум.

– Мы спасём вас, а вы помогите нам! – окликнула она.

Мимо Харухиро пронёсся мужчина. Беловолосый, нижняя часть лица скрыта под маской. Он носил облегающий чёрный костюм, а может – доспех. А ещё он бежал на четвереньках, как собака.

Почему он в ошейнике? Словно он и правда собака.

Незнакомые мужчина и женщина… Не совсем. Харухиро никогда с ними не разговаривал, но ему доводилось их видеть. Незабываемая парочка. И довольно знаменитая.

Лала и Ноно.

Доминатрикс звали Лала, а беловолосый мужчина в маске и ошейнике – Ноно.

Что они здесь делают? Откуда мне знать.

Ноно миновал Ранту и бросился на сектантов. Нападал он тоже как собака – проскочил под копьями и вцепился в глотку одному из служек – во всяком, случае, так показалось. Он же в маске. Он не сможет укусить как собака, тем более что он человек а не собака. Он и не кусал. Перед прыжком Ноно выхватил кинжал из набедренных ножен и вонзил в глаз сектанта.

Говорят, без риска не бывает награды. Что ж, Ноно вполне доказал это. Разумеется, вклиниться в самый центр группы врагов очень опасно, но и для врагов это создаст проблемы.

Особенно для служек с их длинными копьями. Когда Ноно приближался вплотную, им становилось сложно отбиваться. Кроме того, Ноно двигался с ловкостью, больше присущей кошке нежели собаке. Он в мгновение ока сближался и наносил смертельный удар кинжалом.

Иногда он также бил левым кулаком. Обхватывал рукой голову и ломал шею. Одного из служек он взял в захват и использовал как щит против Громового Меча. Потом толкнул служку на Тори-сана и тут же убил следующего.

– Не стойте столбом! – прикрикнула Лала.

Пока они смотрели на действия Ноно, враги напали и на Лалу тоже. Доминатрикс не сражалась врукопашную, в отличие от Ноно. Она стреляла из небольшого лука. Наложила короткую стрелу на тетиву и выстрелила.

Натянула лук и выстрелила ещё раз.

И ещё раз.

Юме знает навык Беглая Стрельба, но Лала стреляла гораздо быстрее. С невероятной скоростью. И почти в упор.

– О? О-о? О-о-о?! – Ранта, подняв свой Долфин, бросился на сектантов.

– Э?.. – Кузак посмотрел на Харухиро.

– Д-да! Вперёд! – Харухиро кивнул и последовал за Рантой.

Немного неуклюже, но такой шанс упускать нельзя. Враги явно дрогнули. Если не сейчас, то когда?

Давить. Мы должны давить и додавить их сейчас. Да, мы выдохлись. Но нужно собрать те силы, какие остались и раздавить их.

Из шестнадцати Ноно, наверное, убил четверых или пятерых, и Лала застрелила столько же. Остальных прикончили Харухиро и его спутники, воспользовавшиеся инициативой. Ещё до того, как последний противник упал мёртвым, Ноно начал собирать стрелы Лалы.

Когда преследователей не осталось, Лала приняла свои стрелы от Ноно и сразу же скомандовала: «Бежим!»

Похоже, их мнения спрашивать не собираются. И, наверное, если не послушаться то случится что-то страшное. Простыми шлепками они не отделаются.

– П-почему?! – спросил Харухиро на бегу.

– Что – «почему»? – ответила Лала, не оборачиваясь.

– Ну, просто, Акира-сан сказал что вы, вроде как, сбежали…

– Ты так говоришь, словно это что-то плохое, – сказала Лала, – Мы лишились ездовых драконов, так что нам пришлось спрятаться.

Лала и Ноно привели в Даскрэлм своих ездовых драконов из Гримгара. А сейчас движутся пешком. Наверное, она говорит правду, и их драконы погибли или им пришлось бросить их.

– Э, ну… А куда мы бежим сейчас? – крикнул Харухиро.

– Есть одна идея, – ответила Лала, – Отстанете, и мы вас бросим. Ноно, понесёшь Волшебницу.

Ноно молча кивнул, подбежал к Шихору, посадил себе на спину и тут же снова догнал Лалу. Она разговаривала грубо, но, может, на самом деле она хороший человек? А может, просто планирует пожертвовать командой Харухиро, если понадобится. Как бы то ни было, эти двое спасли их, так что жаловаться не на что.

Верно. Мы спасены. По крайней мере, пока.

«Есть одна идея». Что ж, если Лала не лжёт, то надежда ещё есть.

Харухиро посмотрел на товарищей. Все покрыты потом, заляпаны грязью и пылью, выдохлись. Сложно поверить, что все не только живы, но даже не получили серьёзных ранений. От облегчения Харухиро едва устоял на ногах.

…Нет. Рано расслабляться. Ещё рано. Мы только начинаем. Мы должны жить. Выжить. Все мы. Что я могу для этого сделать? Что мне нужно сделать? Следовать за Лалой и Ноно. Другого плана нет, значит, пока это всё что я могу. Просто быть начеку, не делать ничего, что делать не стоит, и беречь силы. Мы движемся, но пока это просто беглый шаг. Ноно несёт Шихору, значит, мы вполне в состоянии не отставать.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Лала временами останавливалась и пригибалась, знаками приказывая остальным сделать то же самое. Ноно повиновался немедленно, и, разумеется, Харухиро с товарищами следовали его примеру.

У Лалы, должно быть, очень острое зрение – а может, какое-то особое чутьё на опасность. Ей удавалось даже издалека засекать приближение врагов и уводить отряд в сторону. Чтобы оставаться незамеченными сами, они старались избегать высоких мест и двигаться по низинам или меж холмов. Когда Шихору отдохнула и снова смогла идти сама, они начали устраивать засады и вырезать мелкие группы сектантов.

Разговоров не было. Молчал даже Ранта – он раскрыл рот и поражённо вскрикнул лишь когда они пересекли очередную долину и наткнулись прямо на группу сектантов и белых гигантов.

Лала решила бежать, не вступая в бой. Разумно; сектантов было меньше десятка, но белый гигант, пусть и четырёхметровый, это угроза для их маленького отряда.

Лала и Ноно всё ускоряли и ускоряли темп. Они собираются сбежать, а команду Харухиро бросить врагам? Он даже не мог злиться. Для этих двоих Харухиро и его команда, должно быть, что-то вроде страховки на случай неприятностей. Он с самого начала это подозревал.

Но и сам Харухиро тоже не терял времени даром.

– Лала-сан, я кое-что придумал! – позвал он.

Лала коротко обернулась, но не ответила.

Собрались уходить, так идите, подумал он. Я не против. Да, спасибо, благодаря вам мы смогли перевести дух. И теперь мы справимся даже и без вас. Во всяком случае, сможем оказать сопротивление. Харухиро достаточно пришёл в себя, чтобы думать так.

– Сюда! За мной! – крикнул он, – Все, за мной! Не отставайте!

Когда Харухиро сменил направление, Лала снова обернулась. Должно быть, она взвешивала варианты.

Делайте что хотите, подумал он. Всё это время он старательно пытался определить их местонахождение. И, если Харухиро понял всё правильно, это то самое место.

– Да будь они прокляты! – сплюнул Ранта.

Лала и Ноно исчезли из вида. И правда убежали, а? Не сказать что Харухиро не чувствовал разочарования.

– Не обращайте внимания! – позвал он, – Всё хорошо! Положитесь на меня!

– Да ты сам не свой, Парупиро! С каких пор ты научился так говорить!

А, заткнись. Без тебя знаю. Бесишь. Ну, это же Ранта. Типично для него. Всё, что сделано то сделано. Выбросить это из головы, сконцентрироваться на настоящем. Вложить всё в настоящий момент. Я выживу. Здесь и сейчас.

Выбирать дорогу полегче, где меньше неровностей, следить за направлением. Остальные держатся. Шихору, правда, тяжело. Дальше. Бежим дальше. Почти пришли. Повезло. Уже совсем рядом.

– Поняла! – слева, на возвышении, внезапно появились Лала с Ноно, – Так вот что ты задумал! С меня похвала, если сработает!

Всё же не сбежали? Харухиро ухмыльнулся Лале.

Они бежали со всех ног, сектанты и гигант гнались следом. На местности было много неровностей, что ухудшало обзор.

– А-а?! – вскрикнула Юме. Видимо, тоже поняла.

Они выбежали на открытое место.

Харухиро раскинул руки и побежал влево.

– В стороны! Не наступите!

Её укрывает сеть с насыпанной поверх травой,  но если присмотреться, то вполне можно разглядеть. Маскировка далеко не идеальна, но если не знать, что искать, то заметить на удивление трудно.

Вскоре сзади раздался звук падения. Харухиро глянул назад – один из сектантов свалился в яму-ловушку. В сети была дыра, в воздухе танцевали травинки.

Харухиро, Кузак и Мэри бежали по левой стороне ямы, а Ранта, Юме и Шихору по правой. Ещё один сектант попытался побежать через яму и тоже провалился. Белый гигант, кажется, пытался затормозить, но не устоял на ногах и тоже свалился в ловушку.

Ямы никак не пригодились против гидры или бога гигантов, но теперь Харухиро был рад, что они вырыли их. Но, конечно, им просто повезло. Вот и всё.

Разница между удачей или неудачей равнозначна для Харухиро и его команды разницу между жизнью и смертью. И сейчас, с небольшим, но решающим запасом, они по-прежнему оставались на этой стороне. На стороне жизни.

Сектанты, избежавшие ямы, похоже, не могли решиться что делать, и продолжать ли погоню. Тем временем Харухиро и его спутники продолжали бежать со всех ног, стараясь оторваться как можно больше.

Когда сектанты скрылись вдали, перед Харухиро появились Лала с Ноно. Эти двое просто невозможны. Но Лала сказала, что у неё есть идея. Они собирались использовать его, так что Харухиро тоже был готов использовать их.

– Вы вроде собирались похвалить меня?! – окликнул он.

– Попроси лет через сто! – рявкнула Лала.

Вот оно как. И правда, ведёт себя как доминатрикс, под стать наряду. Нет, она и правда невозможный человек.

Как бы то ни было, остальные ямы-ловушки далеко, и повторить фокус не получится. Харухиро снова пришлось пережить ощущение скручивающихся от тревоги внутренностей. Врагов вокруг них, казалось, становилось всё меньше, но нужно было оставаться начеку. Ранта иногда начинал болтать какие-то глупости, что только подпитывало тревоги Харухиро.

Иногда Лала объявляла привал, и в таких случаях она велела Ноно опускаться на четвереньки и садилась на него, как на стул. Само по себе не так плохо, но она также демонстративно клала ногу на ногу, или принимала позу, подчёркивающую грудь, так что Харухиро не знал куда девать глаза. Не то чтобы ему так уж хотелось смотреть, просто, как бы, было сложно удержаться.

И всё-таки, в каких отношениях эти двое?..

Он не мог решиться спросить, и были другие вопросы, ответы на которые он хотел знать сильнее. Например, куда они направляются.

Он пробовал задать вопрос, но Лала не отвечала. Похоже, придётся просто молчать и довериться ей.

Харухиро, приготовившись к худшему, так и сделал. Теперь Лала с Ноно не пытались бежать. Они шли. Они шли, шли, и шли.

Ни у кого из команды Харухиро не было при себе часов. Лала иногда на привалах доставала карманные часы, но на вопросы о времени отвечала «Чем тебе поможет, если я скажу?» Так что он не знал, сколько именно времени прошло, но, наверное, они шли больше суток.

Наконец они оказались в месте, напоминающем овраг возле которого солдаты добровольческого корпуса разбили свой лагерь. Правда, на дне не тёк ручей. И ничего не росло. Просто неглубокий, сухой овражек.

– Мы от души побродили по Даскрэлму, – певучим, весёлым голосом проговорила Лала, спускаясь по склону, – И нашли много всего. Большую часть сведений мы продали, но про это место не сказали никому. Лучшие открытия мы оставляем себе. Только мы про них знаем. Здорово, правда?

Харухиро ощутил, как каждый волос на его теле встал дыбом. Лала и Ноно в любой момент могут обнажить клыки и попытаться убить их. Вот что он ощутил. Или его страхи безосновательны?

Лала и Ноно беззаботно спустились в овраг. Однако, лучше оставаться начеку.

Когда Харухиро замедлил шаг, его спутники, заметив это, поступили так же. Но когда они добрались до дна оврага и увидели то, что там было, Харухиро стало не до тревог.

Под выступом, напоминающим навес или крышу, зияло отверстие. Сверху, не спускаясь вниз, его было просто не видно.

Пещера.

И явно не просто пещера. Но что в ней намекает на это?

Харухиро быстро осознал ответ. Исходный холм.

Эта пещера похожа на ту, что в исходном холме – точнее, на ту что была там. Больше её нет. Но эта в точности похожа на неё. На выход.

Лала и Ноно, не останавливаясь, вошли внутрь.

Харухиро и Ранта переглянулись. У Ранты был огорошенный вид.

Глаза Харухиро, несомненно, выглядят сейчас очень сонно.

– …Знаешь, что я думаю? – спросил Ранта.

– Нет, – тут же ответил Харухиро, – Знать не знаю, что творится в твоей башке. И не очень хочу знать.

– Это как понимать?!

– Именно так и понимать… – Шихору сделала глубокий вдох, – Думаете, мы сможем… вернуться домой? Этим путём?

– Фуэ?! – Юме издала странный возглас и вытаращила глаза, – Кариру[4]?! Где?

– Какое ещё «Кариру», дура! – завопил Ранта, – Что ещё за «Кариру»?!

– Кариру это соус карри, конечно, – ответила Юме, – А? А что это – карри?..

– Острое… – Мэри задумчиво наклонила голову, – …Наверное? Вроде бы… еда?

– Ах да, – пробормотал Кузак, – Там было что-то такое, да? Вроде, коричневое… Коричневое?

– …Да, – Харухиро кивнул. В уме крутились слова, которые прошептала Шима.

«Мы ищем способ вернуться в наш родной мир»

Родной мир.

Он посмотрел на вход в пещеру. Потом поднял взгляд к разноцветному небу.

Нам нужно вернуться.

Он посмотрел на товарищей. Все перемазаны грязью. Даже немного смешно.

– Идёмте, – сказал он.

Никто не возражал.

Они вошли по одному: Харухиро, Кузак, Мэри, Юме, Шихору, и последним Ранта. Внутри пещеры царила кромешная темнота. Но впереди виднелся свет.

Лала и Ноно ждали их. Свет был светом лампы в руках Ноно. Лала едва заметно улыбнулась и молча зашагала вперёд. Проход прихотливо изгибался. Он был пологим, но явственно уходил вниз. Они чувствовали ветер. Поток воздуха в сторону оврага, откуда они пришли.

Такая же, подумал Харухиро. Не просто похожая, такая же пещера.

Со временем проход выпрямился. Уклон тоже сошёл на нет.

– Мы открыли гремлинов несколько лет назад, – внезапно заговорила Лала певучим голосом, – Но держали в секрете. Потом вы тоже нашли их, и мы решили – ну, ладно. Кстати, то место не было первым, где мы их встретили.

– А?.. – Харухиро невольно остановился, – Не… первым?

– Верно, – сказала она, – Они слабые существа. Размножаются довольно быстро, но слишком слабы, чтобы защищаться от хищников. Однако у них есть одна странная сила, или способность. И они упрямо цепляются за жизнь. Это наша гипотеза.

Лала и Ноно не останавливались. Харухиро торопливо нагнал их.

Путь вёл всё дальше. Впереди виднелся слабый свет. До ушей Харухиро донёсся невнятный шум.

– Они способны создавать проходы между мирами, – сказала Лала, – Или, может, отыскивать такие проходы. Как бы то ни было, они находят другие миры и убегают туда.

Здесь. Они здесь. В каменных стенах было множество отверстий, больших и маленьких, а из отверстий струился голубоватый свет. Они сидели внутри или свисали у входа, без умолку треща между собой.

Гнёзда. Дома рикомо. То есть, Общежитие Гремлинов.

– Но на этом всё, – Лала остановилась и горделиво выпятила грудь, – Остальное для нас загадка.

– А? – вид самодовольной Лалы заставил Харухиро попятиться, – Н-ну, а вы, может, знаете в какой мир мы попадём?..

– Без понятия, – Лала широко улыбнулась, – Это совершенная тайна.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие.

Обычно в послесловиях к томам Гримгара я пишу про видеоигры, но на этот раз, пожалуй, напишу кое о чём другом.

Как уже было объявлено, эта новелла получит аниме-адаптацию.

Я этого совершенно не ожидал, и, честно говоря, поднял на смех своего редактора К-сана когда он сообщил мне об этом. Я был уверен, что идея не проживёт долго. Даже после встречи с режиссёром, Рёске Накамурой, а так же с Миеко Хосой-сан и продюсерами, я всё равно продолжал сомневаться.

Потом мне дали прочесть сценарий. Отличное произведение, подумал я. «О, Гримгар из пепла и иллюзий, какая интересная история. Интересно, кто написал оригинал. Что, я? Серьёзно?» Я просто не чувстовал эту историю своей, настолько нереальным всё это казалось.

Непосредственно со студией общались К-сан и Х-сан из отдела редактуры, так что для меня это всё казалось происходящим где-то далеко. Сжиться с этой мыслью было тяжело. Для меня тоже хватало работы, что-то проверить, что-то уточнить, высказать моё мнение. Я всегда оставался немного взвинчен, хотя и сохранял ясность рассудка. Но, понимаете, всё это просто не укладывалось в голове, да и до сих пор не укладывается.

Экранизация увидела свет, потому что кто-то прочёл новеллу и захотел сделать из неё аниме. Я, конечно, благодарен и очень счастлив. Встречаясь с людьми из студии непосредственно, я увидел ту отдачу и ту серьёзность, с которой они подходят к работе. Я поразился, как глубоко и кропотливо они подходят к каждой детали, и тот факт, что создаваемое ими произведение основано на моей работе, радовало меня до глубины души.

В создании аниме принимает участие много людей, и на это уходит очень много денег. Создать аниме неизмеримо сложнее, чем выпустить в свет новеллу. И, разумеется, они делают это не просто ради собственного развлечения, так что я искренне желаю им успеха.

Возможно, дело просто в моей психологии, но однажды я заметил, что рассматриваю аниме по «Гримгару из пепла и иллюзий» с поразительной объективностью.

Почему, задумался я. Ответ пришёл быстро.

По сути своей я человек, который даже когда ему плохо, когда ему больно и одиноко, способен быть счастлив если может писать. Думаю, писатель это поистине моё призвание. Но обязательно ли быть именно писателем? Не думаю.

Мне нравится воображать что-то в уме, а потом каким-либо образом воплощать это. Думаю, подошло бы что угодно – манга, фильмы, рисунки или музыка.

Но чтобы писать нужны лишь бумага и ручка, а в наше время хватит и компьютера. А ещё писать я могу один, без чьей-либо помощи. Это важный момент.

Я хочу создавать сам. Я хочу, чтобы то, что я создаю, было лишь моим.

Да, полагаю, есть люди, способные самостоятельно создавать мангу, но это не так просто, как писать новеллы. Что до рисунков, я мог бы попробовать если бы что-нибудь подтолкнуло меня к этому. Создавать музыку, а точнее песни, я пытался, но мне неприятен звук моего голоса. Мои песни, спетые моим голосом, выходят не такими, какими я себе их представляю. Вряд ли это можно исправить.

По ряду причин я выбрал новеллы, которые могу создавать в одиночку. Впрочем, даже с новеллами, когда дело касается публикации, нужна помощь редактора, дизайнера, пруфридеров и иллюстратора. Но первая редакция принадлежит исключительно писателю.

Вот почему я стараюсь вносить как можно меньше правок. Практически единственные исправления, которые я допускаю, случаются тогда, когда редактор или пруфридеры замечают ошибку или противоречие, а я чувствую, что они правы. Мои новеллы мои и только мои. Поэтому мне и нравится быть писателем.

И поэтому я благодарен тем, кто создаёт для меня мои книги. Я с большим уважением отношусь к талантам этих мужчин и женщин.

Да, аниме «Гримгар из пепла и иллюзий» основано на моей новелле, но, разумеется, аниме – это не моя новелла. Это плод совместного творчества режиссёра Накамуры и многих других людей. Я не имею к нему отношения. Если аниме получится замечательным, то это достижение принадлежит исключительно тем, кто его создал. Я лишь предоставил исходный материал. Аниме – полностью их работа.

Я оказался в положении где мог, прямо и косвенно, видеть тот невероятный труд, который они вкладывают в эту работу, их великолепные навыки и редкое чувство вкуса. Я тот, кто возлагает на будущее аниме самые высокие надежды, и с нетерпением жду его выхода.

Если бы аниме основывалось не на моей новелле, таких ожиданий и такого предвкушения я бы не ощущал. Это так. В общем смысле, наверное, я всё же один из создателей. И если я чем-то могу помочь аниме стать успешным, то сделаю это с радостью. Но, всё-таки, я писатель, а аниме – не моя новелла. Я провёл в своём уме твёрдую черту между ними, и, благодаря этому, могу ждать и надеяться.

Для меня это первый такой опыт, и мне непросто держать себя в руках, но, похоже, я всё-таки стану одним из счастливых зрителей аниме под названием «Гримгар пепла и илллюзий». Моё положение позволило краем глаза увидеть процесс его создания (и это тоже было очень интересно; сценарий, раскадровки, наброски, всё было просто поразительно), и могу сказать с уверенностью: аниме будет просто великолепным, правда. Нет, действительно.

Что ж, у меня кончается бумага.

Моему редактору, К-сан, и Ширай Эйри-сан, и дизайнерам из KOMEWORKS, и всем, кто участвовал в создании и продаже это книги, и наконец, вам, те кто держит её в руках – примите мою искреннюю благодарность и любовь. И на этом сегодня я откладываю перо в сторону.

Надеюсь, мы встретимся снова.

Дзюмодзи Ао.

[1] Гюдон, буквально «чаша говядины», — японское блюдо, состоящее из миски риса, покрытого тушёной говядиной и луком. (Википедия). Тушёное это конечно не варёное, но полноценно переводить все эти игры слов я уже не в силах. (П.п.) [2] «Спрыгнуть с веранды в Киёмидзу» - что-то вроде нашего «перейти Рубикон», то есть решиться на нечто отчаянное и бесповоротное. Судя по тому что я нагуглил, выражение происходит от поверья, что если загадав желание спрыгнуть с веранды храма Киёмидзу (высота 13 м) и выжить, то твоё желание исполнится. [3] Стандартная комедийная сценка: бокэ говорит глупость, цуккоми отвечает «шо за хрень» и бьёт его по голове. http://mangachan.me/online/219887-azumanga-daioh_v1_ch02.html#page=7 [4] «вернуться домой» по-японски «каэру» или что-то вроде, отсюда игра слов с карри. Я устал от Юме, если честно.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. Уровень 7 – Нездешняя радуга

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Тусклый кряж

Вокруг них бормотали гремлины. Нафшуперах, тоброх, фурагурашрах, пурапурапурёх. Анабушох, факанаканах, барауарафуренёх, куракошох. Качабюрёохох, кябашах, чапах, рюбарюбуряъ, хокошох. Из бесчисленных отверстий в стенах струился голубоватый свет. Сколько гремлинов живёт здесь? Сотни? Тысячи? Десятки тысяч? Эти существа, похожие на гоблинов скрещенных с летучими мышами, совершенно безобидны. Но даже зная это находиться здесь страшновато. Если что-то пойдёт не так и гремлины набросятся, у людей не будет ни шанса. Миновав Общежития Гремлинов они вышли к Инкубатору. Планировка Инкубатора проста. Длинный коридор, ведущий насквозь через несколько продолговатых комнат, где гремлины откладывают свои яйца. Путников яйца не интересовали, так что они просто проходили мимо. Просто идти дальше, верно? – подумал Харухиро. Он снова и снова обводил взглядом Ранту, Кузака, Юме, Шихору и Мэри, убеждаясь что все здесь, и спрашивая себя, стоит ли продолжать или лучше повернуть назад. Ответ так и не приходил. Он понятия не имел, как поступить. Доминатрикс, Лала, и её слуга Ноно, шли впереди, осторожно но уверенно. Ноно нёс лампу, свет которой озарял откровенную и кричащую внешность Лалы. Нет, серьёзно, ей совершенно незачем так подчёркивать очертания своей фигуры, и она могла бы выбрать немного другой крой костюма; сейчас она едва прикрывает те места, которые совсем нельзя показывать на публике. Не то чтобы Харухиро хотелось их увидеть, но… Его взгляд словно притягивало. Она просто любит выставлять себя напоказ? Может, просто пытается выжать какую-нибудь реакцию из тех, кто смотрит. Ноно, беловолосый мужчина в чёрной маске, хранил молчание. Харухиро ещё ни разу не слышал его голос. На привалах он служил для Лалы стулом. Это было, ну… Они, мягко говоря, странная пара. Эффективные. Пугающе эффективные. И надёжные. Но можно ли на них положиться? Вряд ли. Такое впечатление, что если довериться этим двоим, то получишь лишь проблемы и репутацию слабака. Наконец, отряд подошёл к концу Инкубатора. Дальше вёл просто один прямой коридор. Он начал загибаться по широкой дуге, потом резко повернул. И привёл к Т-образной развилке. Харухиро ощутил дежа вю. Почти то же самое, что вход в Инкубатор в Вандерхоуле. Один коридор, ведущий с Т-образной развилки, загибался в кольцо, а второй вёл в Вандерхоул. Может, отсюда мы тоже сможем вернуться? На мгновение он понадеялся на это. Но, разумеется, эта надежда не оправдалась. На следующей развилке Лала с Ноно повернули направо. Ещё один загибающийся коридор. Ещё развилка. Снова направо, дальше – длинный коридор. Узкий, извилистый туннель с низким потолком, казалось, тянулся вечно. До сих пор путь был похож, но этот коридор совсем не такой, как вход в Вандерхоул. Куда именно он ведёт? Смогут ли Харухиро и остальные вернуться домой? – Выход рядом, – прошептала Лала. Теперь и Харухиро ощутил движение воздуха. Стало чуть холоднее. Когда Ноно прикрыл лампу, воцарилась кромешная темнота. Ни отблеска света впереди. – Ночь? – прошептал Ранта, сглатывая. Послышался чей-то вздох. Шаги. Шорох одежды. Лязг доспехов. Дыхание. Свет не открывали. Лишь из-за створки лампы выбивался тусклый свет. Лала остановилась, и подала Ноно какой-то знак. Харухиро и его товарищи тоже остановились. Похоже, Лала собиралась поручить Ноно разведать, что впереди, в одиночку. Ноно знает навык Незримость, и использует его весьма умело. Харухиро, сам будучи Вором, мог это распознать. Ноно оставил лампу с Лалой, слился с темнотой и, не издавая ни звука, вскоре пропал из виду. Он вернулся, наверное, минут через пять. Вернувшись, Ноно придвинулся к Лале, вероятно, прошептал что-то ей на ухо, но Харухиро не сумел расслышать его голос. Тем не менее, Лала кивнула, вернула Ноно лампу и пошла вперёд. Харухиро его друзьям оставалось лишь следовать за ней. Лампу по-прежнему не открывали, вокруг всё так же царила темнота, но они определённо приближались к выходу. Ещё чуть-чуть, сказал себе Харухиро. Почти пришли. –Н-няа… – Юме издала странный звук. Снаружи было влажно, холодно и темно. Слышались звуки, но что их издавало? Оу, оу, оу…. Звук равномерно повторялся – это голос какого-то животного? Слышался ещё и какой-то высокий звук. Может, жужжание насекомого? Ещё один звук был похож на повторяющееся цоканье чьего-то языка. Жутковатый и неприятный. – Где мы? – тихо прошептал Кузак. Кто-то всхлипывал. Шихору, должно быть. – Всё хорошо, – ободряюще сказала Мэри, но её собственный голос дрожал. Ночь… – вдруг подумал Харухиро, – Может, это то место? Найтрэлм? Лала и Ноно обнаружили, что Общежития Гремлинов в Вандерхоуле ведут также в ещё один мир помимо Даскрэлма. В Даскрэлме не бывает ни утра ни ночи, но в этом, другом мире, была лишь ночь; день не наступал там никогда. Вот почему его назвали Найтрэлм, Ночной Мир. – Стойте, если это так… – Ранта подскочил, – …Мы же сможем вернуться, да?! – Может быть, – Лала фыркнула, – А может, и нет. В том месте хватает своих опасностей. Мы сами почти не совались туда. Слишком рискованно. Харухиро потёр живот. Живот ныл, не отпуская. Даже болтливый Ранта замолк. Даже в этот самый момент из темноты может выпрыгнуть какое-то неизвестное существо и напасть. – Ну, и на этом мы распрощаемся, – бросила Лала. Лала и Ноно пошли прочь. Харухиро потребовалась секунда, чтобы осознать смысл её слов и действий. – …А? Это… эй, эй, постойте?! – вскрикнул он. – Что? – спросила Лала. – Нет, вы уходите… А? Почему?.. Вдвоём… Одни? – Мы же не знаем, что нас там ждёт, – ответила она. – Нет, м-мы, конечно, тоже не знаем, но… Но, всё же… – Опыт говорит мне, что в незнакомом месте нам двоим лучше действовать отдельно. Мы работали так всегда, и я намерена действовать так и дальше. – Нет, н-но… – Не надо!.. – Ранта пал ниц, – Не бросайте меня-а-а-а-а! Пожалуйста, пожалуйста! Серьёзно, я умоляю вас! Не бросайте меня! Даже Харухиро, прекрасно знавший, каким человеком, а точнее, отбросом является Ранта, ощутил отвращение. Не мог не ощутить. Как он ухитряется так себя вести? Он вообще способен чувствовать стыд? И что это ещё за «меня»? Думает только о себе. Я и раньше это знал, но какое же он всё-таки ничтожество… – Пока, – Лала, может, помахала им рукой, а может и нет. Так или иначе, она пропала из виду. Доминатрикс и её слуга ушли. – Ч-что… дальше? – прошептал Кузак. А. Дело плохо, подумал Харухиро. Даже не верится, до чего темно. Ничего не вижу. Кромешная темнота. Словно его захватила тёмная трясина. Не двинуться, не сбежать. Конец. …Нет, это не так. Всё это ему лишь чудится. – Т-так, первым делом, нам нужен свет… – Харухиро порылся в сумке и достал лампу. Когда зажёгся свет, ему стало спокойнее. Юме тоже достала лампу, и собиралась её зажечь. – Хватит одной, – остановил её Харухиро, – Пока обойдёмся моей. Лучше поберечь масло. – О-о-о. Да, пожалуй… – Будь она проклята… – Ранта ударил по земле и стиснул зубы, – Не прощу… – Не плачь, – сказал ему Харухиро. – Я и не плачу! Тупой, тупой, тупой Парупиро! Агх… Мэри крепко обнимала Шихору. Если бы не это, Шихору, казалось, могла упасть в любой момент. Харухиро глубоко вдохнул, заставляя себя успокоиться. Держи себя в руках. Я же предводитель. Я должен быть опорой для всех. Вести их. Не позволю никому погибнуть. Мы выживем. Мы выберемся. – Идёмте, – сказал он, – Будем решать проблемы по одной. Всё получится. Я справлюсь. Я.. Точнее, ну, мы все справимся. Будьте осторожны и не шумите. Если покажется, будто что-то приближается, сразу говорите. Итак, будем действовать осторожно и… Да. Ладно. Идём. Это же просто бессвязный лепет. Даже я это чувствую. О чём я думаю? О чём я должен думать? Не знаю. Но оставаться здесь не стоит… верно? Или, может, я просто не хочу оставаться здесь? Может, мне просто страшно оставаться на месте. Но ведь Лала и Ноно сразу ушли. Да. Не стоит тут задерживаться. Харухиро и остальные стоят спинами к скале. Пещера, ведущая к Инкубатору, открывается в этой скале. Лала и Ноно ушли налево. Прямо перед ними пологий склон, спускающийся вниз. Земля неровная, каменистая. Направо, налево, или вперёд? Он колебался недолго. Харухиро решил пойти за Лалой и Ноно. Вряд ли удастся нагнать, но всё же эти двое выбрали путь налево. Значит, это надёжнее чем направо… Наверное? Осторожно выбирая, куда ставить ноги, они осторожно двинулись вперёд, держа скалу по левую руку. Словно пересекая узкий мост. Мы не слишком медленно? Может, поторопиться? А чем это поможет? Вот бы стало посветлее. В этом мире вообще бывает утро? Шихору непрерывно всхлипывала. – А, да перестань уже, а? – Ранта цокнул языком, – …Ай! – Заткнись, дурак! – похоже, Юме ударила Ранту. Если я открою рот, то, наверное, разревусь, подумал Харухиро. Время. Сколько прошло времени? Не могу даже представить. Сколько нам ещё идти? Предложить передохнуть? Спросить, не устал ли кто-нибудь? Может, остальные голодны? Хотят пить? Нам нужна вода. И еда. Что делать? Где всё это взять? Выживем ли мы? Возможно ли это вообще? Со временем Шихору перестала плакать. Скала по левую руку поначалу поднималась почти вертикально, но теперь стала совсем не такой крутой. Наверное, Харухиро смог бы даже взобраться наверх, но не видел необходимости. Справа простиралась лишь темнота, бесконечная темнота. Даже протянув лампу в ту сторону он ничего не видел. Временами с разных сторон доносились звуки – крики животных, жужжание, щёлканье… Внезапно налетел порыв ветра. – Постойте, – Харухиро поднял руку, и остальные остановились. Он двинулся вперёд. Вскоре земля перед ним исчезла. Обрыв. Тут обрыв. Насколько тут высоко? Он пригнулся, и опустил лампу так низко, как мог. Не видно. Дно слишком далеко. Он прислушался. Это… Плеск воды? Там внизу река? Вода. Если есть река, то есть и вода. Если, конечно, удастся спуститься вниз. Спрыгнуть тоже не получится. Харухиро поднял камень и бросил вниз. Вскоре раздался всплеск. Метров десять, вряд ли больше. – Там внизу вода, – сказал Харухиро. Ответа не было. Даже от Ранты. Все, должно быть, вымотались – физически и душевно. – Пройдём вдоль обрыва и отыщем спуск, – продолжил Харухиро, – Если сможем набрать воды… – …Да, – коротко ответил Кузак. – Шихору, ты в порядке? – спросил Харухиро, и та молча кивнула. Непохоже, что она в порядке. Его это тревожило, но если удастся найти питьевую воду, то даже Шихору будет чуть спокойнее. Но питьевая ли вода в этой реке? Вряд ли. Но если вскипятить – верно, разжечь костёр… Нужно постараться не сорваться с обрыва. Вряд ли кто-то настолько глуп, но на всякий случай. Вдоль обрыва дул сильный, влажный и неприятно холодный ветер. Если рано или поздно они не согреются, то им будет не просто холодно, они озябнут. Со временем поднялся ещё и туман. Почва больше не была каменистой. На грязи росло что-то вроде травы. Только не зелёной, а белой. Это действительно трава? – О! – Ранта вдруг подскочил, – А, а, а?!.. – Что? – спросил Харухиро. – Я н-на что-то наступил! Не живое, вроде, но… А-а! – Ранта поднял что-то с земли. Что-то белое, – Смотрите! Кости! Шихору взвизгнула. – Зачем подбирать их? – спросила Юме. – …Гадость, – пробормотала Мэри. – Чего вы так испугались каких-то костей? – принялся оправдываться Ранта, размахивая белым предметом. – Глупые девчонки! Чего тут бояться? Я вот не боюсь! Потому что я это я! – Что это за кости? – спросил Харухиро, всматриваясь. Рука. Похоже на кисть руки. Видимо, на костях были остатки плоти, но отвалились из-за неуважительного обращения Ранты. – Хм-м? – Ранта поднёс кости к лицу и принялся рассматривать, – Размер, вроде, человеческий… Но пальцы слишком длиные. Да, слишком. Стоп, их слишком много. Восемь? М-м? Кузак присел рядом с Рантой. Остальные кости тоже были здесь, скрытые под длинными, похожими на траву растениями. – …Да, непохож на человека, – согласился Кузак, – Какое-то другое существо, наверное. Юме, Шихору и Мэри попятились. Харухиро подошёл к Ранте с Кузаком. Скелет, наверное. Мёртвое тело. Носил что-то вроде металлических доспехов. Две руки, две ноги. И хвост. Значит, не человек. Головы не видно. Может, у него её и не было? А может, какое-то животное утащило её? Лежит, вроде, ничком. Длинный, тонкий предмет похож на меч. А тот круглый – щит? Обвит этой странной белой травой. Кузак взялся за край щита и потянул, разрывая стебли травы. – Как думаете, я смогу им пользоваться? – Паладин без щита не полезнее слизняка, – заявил Ранта, – Бери, – он отбросил в сторону кисть и подобрал меч, – А это не годится. Весь проржавел. Харухиро, нахмурившись, проводил взглядом отброшенную Рантой кисть, и снова посмотрел на тело. Может, конечно, это была и женщина, но Харухиро для простоты предположил что мёртвый был мужчиной. Он был вооружён, а значит, наверное, это какой-то разумный обитатель этого мира. Как давно он погиб? Вряд ли недавно. Несколько месяцев назад? Год? Несколько лет? Десятилетий? – Ранта, переверни его, – скомандовал Харухиро. – Да щас. Что ты тут раскомандовался? Сдохни. – Я это сделаю, – Кузак поднял скелет и перевернул, – Вот… Харухиро тщательно осмотрел тело ещё раз. Голова явно отрублена или оторвана. Он явственно различил что-то вроде шейных позвонков. На поясе погибшего были какие-то прямоугольные ёмкости. Харухиро открыл одну и пошарил внутри. Тёмное, твёрдое и круглое… Монета? А ещё что-то вроде семян и ржавый кинжал. А это, может, ключ? Какой-то инструмент. Он висел на шее скелета. Красивая цепь, подумал Харухиро. На вид как золотая. Но нет, конечно, не может же она быть из чистого золота. Он стряхнул с доспеха пыль и заметил на пластинах какой-то узор. Надписи, наверное. На монете тоже были какие-то символы. Между прочим, в Гримгаре он слышал, что орки говорят на своём языке, а нежить пользуется языком, напоминающим язык эльфов, дварфов и людей. Видимо, нужно предполагать что эта раса разумна, на том же уровне что и Харухиро и его друзья. – Хару-кун, – Юме потянула его за плащ, – Знаешь, Юме думает, что слышит какой-то шорох. Ранта вскочил и осмотрелся. Мэри и Шихору прижались друг к другу и затаили дыхание. Кузак выставил перед собой щит мертвеца, опустился на колено и взялся за рукоять меча. Харухиро торопливо бросил в сумку всё, что взял с тела, и прислушался. …Шорох. Шорох. Шорох. Он явно что-то слышит. С направления, противоположного обрыву. Ждать? Бежать? Харухиро решил сразу. Компромисс между этими вариантами. Осторожно отступать. – Отходим, оставаясь начеку, – приказал он, – Ранта, Кузак… – Харухиро махнул руками, показывая кому какое место занять. Сам Харухиро шёл впереди, Мэри, Юме и Шихору колонной следом, а Ранта с Кузаком рядом с ними, со стороны, противоположной обрыву. Может, нести свет это всё равно что говорить «Мы тут, хватайте нас»? Но если погасить свет, то просто ничего не будет видно. И есть риск сорваться с обрыва. Харухиро и остальные двинулись вперёд. Шорох…. Шорох… Шорох… Он всё ещё слышал звук. Гонится? Раздаётся не так уж далеко. Почти совсем рядом. В десяти метрах? Нет, наверное ближе. Ему хотелось собственными глазами увидеть, что это. Хорошая ли это идея? Нет. Он не мог решить. Проверяя дорогу, чтобы не упасть вниз, он продолжал вслушиваться, пытаясь уловить перемену в звуке… Я схожу с ума. С меня хватит, думал он снова и снова. Каждые несколько минут. Или даже каждые несколько секунд. Ему хотелось бросить всё и бежать. Бежать? Куда?.. Пламя лампы слабело. К тому моменту, когда он понял это, лампа уже погасла. – Что-о-о?! Парупиро! Ничего не вижу, дебил! Кретин! – орал Ранта. – Просто кончилось масло! Так, ладно, дальше возьмём лампу Юме и… – Постойте, – напряжённо произнесла Мэри, – Небо… Харухиро посмотрел вдаль, над обрывом. Она права. В небе что-то было. – Это… Рассвет? – медленно проговорил он. Дальний горный кряж тускло светился. Красным, или даже оранжевым. Это выглядело странно. Обычно, когда утром восходит солнце, темнота постепенно отступает от края неба. Чернота на краю неба превратится в синий или фиолетовый, потом нальётся красным. Не бывает такого, чтобы небо вдруг внезапно засветилось в каком-то одном месте. Он знает, что бывают миры вроде Даскрэлма. Странный вид неба уже не удивит его. Но, по крайней мере, это явно не Гримгар и не Даскрэлм. На душе Харухиро заскребли кошки – теперь у них есть подтверждение. Они в неизвестном мире. – А? Харухиро изогнул шею. Он больше не слышал шорох. То, что издавало его, ушло? Или просто затаилось? Как бы то ни было, лучше поскорее уйти отсюда. Харухиро дал сигнал двигаться дальше. И тут это случилось. – Уня! – Юме вскрикнула и упала. Нет. Не упала. Её повалили. Что-то набросилось на неё. «Что-то». Харухиро не видел. – О-о-о-о?! – Ранта попытался столкнуть это «что-то» с неё. – Проклятье, ничего не вижу! – кричал Кузак. – Юме! Юме! Юме! – Харухиро, выкрикивая её имя, бросился ней. В спешке он чуть не упал с обрыва и перепугался ещё больше. Слышались удары, звуки борьбы. Юме кричала и плакала. – Оно сбежало! – выкрикнул Ранта. Появился свет. Свеча. Карманый подсвечник? Шихору. – Юме! Держись! – Шихору присела рядом с ней, держа свечку. – Где он! Где этот ублюдок?! Где он? – Ранта яростно размахивал мечом. – Что это было?! – Кузак держал щит наготове, его плечи вздымались от тяжёлого дыхания. Юме лежала на спине, сжимая горло. Кровь. Это кровь. Шея. Оно ранило её в шею. Кровь. Сколько крови. Кхе. Кха. Кха. Ха. Ха. Кха. Юме дышала тяжёло, прерывисто и натужно. Харухиро застыл. Не может быть. Не поступайте так со мной. Это же шутка? Какого чёрта? Кто-нибудь, скажите что мне это кажется. Пожалуйста. Скажите, что это неправда. Нет. Так нельзя. Это ложь. Этого не может быть. Правда ведь? Это же бессмыслица. Это какой-то бред. – А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – заорал он. Его самоуважение. Его ответственность. Его долг. Его самоконтроль. Его рассудок. Его разум. Всё смело прочь. Харухиро даже не пытался держать Юме. Он просто стоял и кричал. Он знал одно – больше он не выдержит. Это конец. Пусть всё просто кончится. Нет, я не могу позволить всему кончиться, да? Но что я могу сделать? Это же безнадёжно, да? Юме же умрёт, да? – О свет!.. – Мэри приложила пять пальцев ко лбу, складывая их в пятиугольник, потом поднесла средний к переносице, завершая шестиконечный символ. И торопливо поднесла ладонь к горлу Юме, – Даруй нам божественную защиту Люмиариса! Чудо Света! …Что? – тупо подумал Харухиро. Что ты делаешь? Ты сошла с ума? Это не поможет. В Даскрэлме не работает магия света! Да, это не Даскрэлм, но это и не Гримгар, сила Люмиариса не защитит нас здесь, и… Мэри наверняка всё это знает. Она просто не может сдаться, даже зная это? Решила поставить на эту тонкую ниточку надежды? – …А-а… Кха… – Юме часто заморгала, – А?.. Её тело окутал тусклый свет. Мэри стиснула зубы. Её плечи, руки, кисти, всё её тело тряслось. Этого же не может быть, правда? – огорошенно думал Харухиро. Правда же? Это правда происходит? – …Твои раны! – глаза Шихору расширились, – Юме! Твои раны закрываются! Ранта перестал махать мечом и стоял, тупо глядя на Юме. – Хаха! – безумно расхохотался Кузак, – Ахаха! Хахахахаха! Вахахахаха! Харухиро хотелось рассмеяться вместе с ним. Да и как он мог не хотеть? Чего ещё он мог жеать? Но, почему-то, вместо этого заплакал. Юме ещё не поднялась. Исцеление ещё не закончилось – на удивление долго для Таинства. Харухиро опустился на четвереньки рядом с Юме. Мэри наконец убрала руку и упала набок. Она тяжело дышала. Похоже, совсем выдохлась. Юме посмотрела на неё и мягко улыбнулась. – Спасибо, Мэри-тян. А? Хару-кун, почему ты пла… – Юме! – Харухиро невольно обнял её, – Ты жива! Ты жива, Юме! Спаси… Прости! Я думал, ты погибнешь, и!.. – О-о, – сказала Юме, – Хару-кун, на тебя попадёт кровь, если будешь так сжимать. – Какая разница?! – Тогда ладно. Но знаешь, Юме рада что ты так сжимаешь её, но, честно говоря, это немножечко больно. – П-п-п-п-прости! – Харухиро торопливо отпустил её и отпрыгнул. И тут кто-то сильно стукнул его по затылку, – А? Что? Р-Ранта? За что? – Ни за что, идиот! – Ранта угрожающе уставился на него. Нет, серьёзно, что с ним? Лишился остатков ума? – Простите что вмешиваюсь, но… – нерешительно сказал Кузак, – …Вам не кажется, что лучше убраться отсюда? Та штука, что напала на нас, сбежала… – А! – Харухиро вытер лицо руками. Верно. Он прав. Совсем забылся. Потом нужно будет как следует обдумать свои действия, но это потом. Пока последуем совету Кузака. – Ю-Юме, можешь встать?! – воскликул Харухиро, – А ты, Мэри? О, отлично, кто-нибудь, зажгите лампу! Так, мы идём! Перед тем, как отправиться, он ещё раз посмотрел на светящийся оранжевым кряж. Это рассвет? Вряд ли.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Плиз

Тот, кто набросился на Юме, скорее всего взобрался по обрыву. Продвигаясь дальше, они старались держаться подальше от края. Магия света сработала, а значит, сила бога света Люмиариса простирается и над этим миром тоже. Но, как сказала Мэри, Чудо Света отняло у неё необычно много сил. А ещё, раны Юме исцелялись слишком медленно. И то и другое показалось Харухиро странным. Раньше Чудо Света исцеляло раны мгновенно. Ранта попытался призвать демона, и это тоже получилось. Демон выглядел как человек с фиолетовым колпаком, закрывающим голову, двумя глазами-дырами и провалом пасти под ними. В правой руке он сжимал нож, а в левой дубинку. Также он имел и ноги, несмотря на то что вроде как парил в воздухе. Демон Ранты, Зодиак… Но в три раза меньше своего обычного размера. Значит, силы тёмного бога Скаллхейла тоже действуют в этом мире. Но, то ли из-за расстояния, то ли по какой-то другой причине, божественные силы здесь действуют в три раза слабее. Что ж, треть или четверть – это уже больше чем ничего. Благодаря этой трети Юме выжила. Да восславится Люмиарис. И всё же расслабляться нельзя. Харухиро внимательно всматривался и вслушивался, чтобы не пропустить новое нападение. Это, разумеется, выматывало. Но как только ему начинало казаться, что больше он не выдержит, перед глазами вставал образ истекающей кровью Юме. Он не хотел снова пережить такое. Что значат его мелкие неудобства по сравнению с этим? И Харухиро терпел. Если он может терпеть, значит, силы ещё есть. Время шло, но светлее не становилось. Похоже, солнце этого мира весьма застенчиво. В итоге оно так и не взошло, а напоминающий пламя свет из-за дальнего горного кряжа угас. С наступлением ночи вокруг опустилась кромешная темнота, и Харухиро осознал, что в середине дня тут было ещё сравнительно светло. Все молчали. Ранта иногда произносил какую-то глупость, словно вспомнив что это его характерная черта, но никто не реагировал. Как только кто-нибудь останавливался, все остальные тоже останавливались передохнуть. Пришло утро, которое он никак не мог назвать утром, затем снова опустилась ночь темнее всякой ночи. «Рассвет» вызвал в нём разочарование. Но когда пламя за горным хребтом угасло, грудь сдавило чувство беспомощности. Пусть одни из худших, они всё же оставались солдатами добровольческого корпуса. Каждый нёс с собой запас воды и провизии. Но запасы быстро подошли к концу. Ранта время от времени призывал Зодиака и болтал с демоном. Наверное, пытался отвлечься. Харухиро начал сомневаться в собственном душевном здоровье. Иногда он видел впереди огни, но подозревал в них миражи или галлюцинацию. Откуда здесь взяться огням. Должно быть, какая-то иллюзия. Там и сям иногда вспыхивали огни, напоминающие пламя костров. Непохоже на какой-то природный феномен. Если это всё же не иллюзия, значит, огни зажигают какие-то разумные существа. Связаны ли они как-то с тем, кто чуть не убил Юме? Неизвестно. Земля под ногами полого уходила вниз. Как далеко этот свет? Примерно в километре? По мере того, как они приближались к свету, Харухиро постепенно смог рассмотреть лучше. Свет всё же не чудился ему. Он ясно видел несколько построек. А ещё что-то вроде дозорной башни. Свет, похоже, производили костры и светильники. Светильники свисали с карнизов крыш и на дозорной башне. Около двух десятков. Группа зданий слишком мала для города. Пожалуй, просто небольшая деревушка. Проблема в местных жителях. Они, очевидно, не люди. – Что… Будем делать? – нерешительно спросил Харухиро. – Что за тупой вопрос? – Ранта вздохнул, – …Да, так что будем делать? «Кихихи… Не спрашивай, ты, жалкий кусок дерьма, Ранта… Нервничай и бойся… До смерти… Ихихихи» – Не шути так, Зодиак, – сказал Ранта, – Только не сейчас. Сейчас это несколько угнетает. Это чересчур… «Успокойся… Кихи… Кихихи» – Ну, я спокоен! Это просто твой чёрный юмор, я ж понимаю! «Ихихихи… Ихи… Через ж и понимаешь… Зодиак всегда серьёзен… Ихи» – Что? Правда? Стой, ты что, передразнил меня?! – А Ранта-кун всё такой же бодрый… – пробормотал Кузак. Кто сказал, что бодрость духа позволяет достичь чего угодно? Харухиро был не согласен с этим. Но, наверное, есть много того, чего без бодрости не достичь. Так что, наверное, то что Ранта приободрился не так уж и плохо – но это снова сделало его шумным и надоедливым. – Наверное, не стоит идти так сразу… – опасливо произнесла Шихору. – Она права, – поддержала её Мэри, – Мы же не знаем, что нас там ждёт. – Но когда не знаешь, хочется пойти и узнать, – живот Юме вдруг громко забурчал, – Уф. Юме голодненькая… Да… Само собой, подумал Харухиро. Голод и жажда подобрались к опасному уровню. Нужно как можно скорее раздобыть воду и что-нибудь съестное. – Я пойду на разведку, – сказал Харухиро, – Вы ждите здесь. – Надеемся на тебя, Вор, – Ранта хлопнул Харухиро по плечу. Харухиро ощутил раздражение, но сдержался. – Если что-то случится, позаботься об остальных, – прошептал он Ранте на ухо. – К-конечно… Ну, если придётся. В-возвращайся, понял, придурок? Целым. – Вот теперь ты меня пугаешь, – пробормотал Харухрио. Он выбросил из головы всё лишнее. Сначала, устранить все следы своего присутствия – Прятаться. Далее, двигаться, продолжая скрываться – Перемещаться. И наконец, напрягая все чувства, наблюдать – Чуять. Иначе говоря, применил Незримость. Он представил себя беззвучно скользнувшим под землю, представил, что стал кротом, движущимся сквозь почву. И в то же время, выставил глаза и уши над поверхностью, наблюдал и слушал. Он услышал звук. Блам, блам! Словно удары по чему-то твёрдому. Ближайший источник света – костёр на вершине ближайшей дозорной башни. До башни метров двадцать пять, перед ней – ров, до него около двадцати. Глубину не определить, но вряд ли мелкий. На вершине башни сидит человекоподобное существо. Корпус странно большой, голова непропорционально маленькая, обёрнута в кусок ткани. Что там у него на спине – лук и стрелы? Дозорный, без сомнений. Жители этой деревушки отгородились от внешнего мира рвом, и даже выставили дозорного. Вряд ли удастся проникнуть внутрь. Нет, для такого вывода ещё рано. Харухиро двинулся влево, туда, где должна быть река. Вскоре он упёрся в обрыв. Впрочем, высота всего два или три метра. Скорее всего, удастся спуститься. Внизу берег реки, она течёт прямо под обрывом. Похоже, воду для рва набирают в реке. Харухиро перевёл взгляд с реки на ров. По ту сторону рва стояла ещё одна башня. На ней тоже горел огонь и сидел дозорный. Но этот дозорный намного ниже первого. Коротышка, почти как человеческий ребёнок. Но его голову тоже закрывает кусок ткани, как и у первого дозорного. Вооружён, вроде бы, тоже луком. Эту башню Харухиро решил называть башня Б, а первую – башня А. Он вернулся к башне А и пошёл дальше, направо. Ров начал изгибаться. По ту сторону Харухиро различил несколько зданий. Около десятка, все одноэтажные. Наконец, он подошёл к третьей башне. Башня В. Большая и крепкая. Ворота. В башне В есть ворота. К открытым воротам ведёт мост через ров. Деревянный? Но на вид прочный. Наверное, выдержит повозку. На башне В тоже находился дозорный, но этот стоял, а не сидел. И он, в отличие от двух предыдущих дозорных, необычно долговязый и тощий. А ещё его руки выглядели как-то странно. Слишком много суставов? Вроде бы два, или даже три локтя? Голова тоже обёрнута в ткань, но макушка и подбородок не закрыты. А ещё у него хвост. На башне В хвостатый дозорный. Во всяком случае, одно ясно точно – дозорные на башнях А, Б и В принадлежат к разным расам. То существо, останки которого нашёл Ранта, было одной расы с дозорным башни В? У него ведь тоже был хвост. И восемь пальцев. А у дозорного? Пока неясно. Харухиро не видел его пальцы. Дозорный башни В внезапно посмотрел в его сторону. Заметил? Харухиро затаил дыхание и замер. Нельзя терять голову, если сейчас попытаться сбежать, можно только всё испортить. Дозорный снял со спины лук, достал стрелу и чуть оттянул тетиву. О нет. Бежать. Хочу бежать. Нужно бежать. Нет… Стоп. Ещё не факт что меня заметили. Да и всё не так плохо. Если он решит стрелять, я успею увернуться, если брошусь бежать как только он выстрелит. Наверное. Дозорный расслабился, отпустил тетиву. Стрела крутанулась в его пальцах. Потом, словно спрашивая себя «показалось?» дозорный наклонил голову. Да, да, точно. Тебе показалось, ладно? Харухиро перевёл дыхание и прокрался дальше. Этот дозорный опасен. Чуткий. Я нашумел? Вряд ли. Да и этот постоянный лязг должен был всё заглушить. И всё же дозорный башни В что-то заподозрил. Нужно действовать осторожнее. Харухиро продолжил разведку. Он миновал мост и проследовал дальше вдоль рва. Башня Г. Башня Д, и обрыв. Внизу река. Иначе говоря, деревня образует неправильный круг, очерченный рвом с одной стороны и рекой с другой. Пути внутрь три: пройти по мосту и через ворота; переплыть ров; проплыть по реке к отмели возле деревни. Плыть через реку в темноте, пожалуй, опасно. Можно и утонуть. Перебраться через ров, наверное, проще, но потом ещё надо как-то взобраться по стене – это сложнее. Короче говоря, вариант один – по мосту. И, разумеется, дозорный скорее всего подстрелит его, если он пойдёт в открытую. Поручить Юме или Шихору подстрелить дозорного? А что потом? Прорваться внутрь с боем? Вшестером? Там внутри ещё как минимум четверо дозорных с луками, а может, и больше. Удастся ли одержать верх? Точнее, настолько ли отчаянно положение, что сражаться – единственный выход? Пока непохоже. Сейчас цель одна – получить воду и еду. Возможно, местные жители пустят нас внутрь, если мы как-нибудь покажем, что не враждебны? И тогда, может, удастся обменять что-нибудь из снаряжения или монет Гримгара на еду и питьевую воду? Получится ли?.. Харухиро двинулся обратным путём, по дороге наблюдая за деревней. Он заметил нескольких жителей, и удивился. Некоторые… даже непохожи на людей. Он не знал, как выразить это лучше. Самые необычные имели по шесть рук, напоминающих лапы насекомых, а нижняя часть их тел была шарообразной и покрытой волосками. Их головы тоже закрывали куски ткани. Не слишком ли тут разношёрстное население?.. Харухиро вернулся к товарищам и коротко изложил, что видел. Ранта тут же возбуждённо засопел и ударил себя в грудь: – У меня идея. Положитесь на меня. «Кихи… Уже предвкушаю… Кихихихи… Ранта направится в страну вечного сна…» – Эй, это не слишком похоже на доброе напутствие, а? – огрызнулся Ранта, – И я вроде уже говорил – если я усну вечным сном, ты тоже исчезнешь, Зодиак, понял? «О Рыцарь Ужаса… Ихи… Обнимем же вместе Владыку Скаллхейла… Ихихи…» – П-по-моему немного рановато, а? Слушай, эм, у меня ещё есть неоконченные дела, мечты… Ну там, поиграться с чьими-нибудь сиськами, и… Эй, в чём ты заставляешь меня признаваться?! – Никто тебя не заставлял, – сказал Харухиро, массируя переносицу. – Ранта просто хотел сказать «сиськи», – добавила Юме, и Харухиро счёл эту теорию вполне состоятельной. – Мерзость, – слова Мэри прозвучали почти как плевок. – Надеюсь, Зодиак прав… – Шихору вполголоса обронила что-то крайне бесчувственное, – ...Насчёт того предсказания… – Пф! – Ранта не смутился, – Такие пустяковые оскорбления меня не заденут, любители, не мечтайте. Короче, смотрите сами. Скоро вы все падёте на колени и будете молить о прощении, не сомневайтесь. И тогда я позабавлюсь с вашими сиськами. Возражения не принимаются. О, это касается только девчонок, само собой. – …Твёрдое же у тебя сердце, Ранта-кун, – сказал Кузак. – В самую точку, Кузакки. Моё сердце сделано из алмаза, понял? А теперь, все за мной. Смотрите и учитесь. Харухиро не видел иных вариантов. Если идея Ранты не сработает, они просто вернутся к тому с чего начинали. Пусть Ранта попробует. Так что все подобрались к мосту. Ранта надел шлем и опустил забрало. – Ждите здесь, – высокомерно бросил он Харухиро и остальным. – Что ты собрался сделать? – Харухиро, разумеется, не мог не спросить. – Всё под контролем, заткнись. Если я прав… «Кихи… Это же ты, Ранта… Ты всегда неправ… Кихи… Кихихи…» – Скоро увидим, – и Ранта пошёл вперёд. Не может быть, подумал Харухиро. Он велел остальным приготовиться бежать, просто на всякий случай. Куда ты? Прямо туда, серьёзно? С ума сошёл? Но Ранта вышагивал с невероятной самоуверенностью, даже принялся мурлыкать под нос. Всё-таки повредился рассудком? Харухиро и остальные могли только смотреть, затаив дыхание. Ранта уже подошёл почти к самому мосту. Дозорный заметил его, взялся за лук и наложил стрелу на тетиву. Даже этот дебил Ранта не мог не испугаться. Он съёжился… Но не остановился. Продолжил идти. Что, серьёзно? Но он же выстрелит. Ты же стрелу сейчас получишь. – Окей, окей, – сказал вдруг Ранта, помахав дозорному рукой. О чём он только думает? Скоро пойдёт по мосту. Ступил на мост. Дозорный опустил лук. – …Не может быть, – Харухиро разинул рот. – Вэлком, вэлком, – Ранта со смехом пошёл к воротам. Что ещё за «вэлком»? И почему тебя пустили? Не понимаю. Ранта без происшествий прошёл по мосту и посмотрел снизу вверх на дозорного. – А-а. Ми. Май. Фрэндз. Друзья, фрэндз, окей? Товарищи. Тугеза. Вместе. Я приводить. Сюда. Сейчас. Нау. Ты, ю? Окей? Дозорный наклонил голову набок. Похоже, не понимает. Ну, разумеется. – Окей, – Ранта, тем не менее, поднял большие пальцы, – Окей. Май товарищ. Тугеза. Нау, сейчас. Окей, окей. И оставив за спиной явно сбитого с толку дозорного, Ранта в бодром расположении духа вернулся к Харухиро и остальным. – Вот! Видали?! Я был прав! Склонитесь предо мной! Восхваляйте меня! Женщины, исполняйте уговор про сиськи! – Ни за что и никогда… – Шихору обхватила себя руками. – Ранта, ты, наверное, сделаешь Юме больно если разрешить, – может, она просто ничего не поняла, но всё-таки временами Юме говорит что-то странное. Харухиро хотел бы, чтобы она понимала, как иногда звучат её слова, но не знал, как объяснить. – Но… – Мэри наклонила голову, – Почему? Они явно не очень-то рады чужакам. – Загадка, – Кузак, похоже, тоже ничего не понимал. – А может… – Харухиро уже собрался высказать предположение, но Ранта оборвал его. – Идиот! Это я должен ответить! У меня было вдохновение! Не кради мою славу, Парупирорин! «Ихи… Лицо… Ты спрятал лицо… И потому тебя пустили… Ихихи…» – Зодиак?! Ты рассказал им?! Эй?! Я сам хотел это сказать!! И все пятеро дозорных, и жители деревни, которых видел Харухиро, закрывали лица тканью или чем-то похожим. Он тоже заметил эту странную деталь. И поэтому у него возникла теория – войти в деревню можно, если закрыть лицо. Да, но рисковать жизнью чтобы проверить… Безрассудство. В итоге всё прошло хорошо, так что, может, не развивать тему? Харухиро, как предводитель, не был уверен, как поступить. Его посетила мысль. – Ранта, – Харухиро строго посмотрел на него, – Идея сработала, так что всё в порядке. Но всё-так, что бы ты делал, если бы оказалось, что ты неправ? Что бы тогда случилось? Ты хоть немного подумал об этом? – А? Мне некогда думать о таких пустяках, идиот. И запомни, Ранта-сама всегда прав. – Случилась бы большая неприятность, и для тебя в первую очередь. Вот что я пытаюсь сказать. – С-слушай, это моя жизнь, делаю с ней что хочу, ладно? Я свободный человек, вообще-то… – Не смей так говорить. Мы товарищи, – сказал Харухиро, – Мы все – даже я – не хотели бы, чтобы с тобой что-то случилось. – З-заткнись! Х-х-хватит, ты смущаешь меня! Я понял, понял, ладно? – Тогда пообещай, что в дальнейшем будешь вести себя осторожнее. – Х-хорошо, ты же не отстанешь, а? О-обещаю! Всё, доволен? – Ты больше не сделаешь ничего такого? – Н-нет! – Отлично, – Харухиро торопливо отвернулся от Ранты. Не смеяться. Нельзя сейчас обронить смешок. Я только что изобразил «Заботливого предводителя». А Ранта, однако, на удивление податлив при таком обращении. И так смутился. Сейчас рассмеюсь. Нет, нет, нельзя. Я и правда расхохочусь, если буду думать, насколько это смешно. Харухиро откашлялся, и поручил всем прикрыть чем-нибудь лица. Юме витала в облаках, Мэри и Кузак огорошенно смотрели на него, Шихору опустила лицо, вероятно, подавляя смех. Похоже, Шихору раскусила его притворство. Кузак, как и Ранта, закрыл лицо шлемом. Харухиро натянул на лицо капюшон – сквозь прорехи он по-прежнему мог видеть. Юме, Шихору и Мэри сделали что-то вроде масок из полотенец. Что до Зодиака, то в каком-то смысле его лицо и так скрыто. Впрочем, местные могут иначе смотреть на этот вопрос, так что демона пока что решили убрать. Теперь их дико выглядящая группа готова. Этого правда хватит? Харухиро не был уверен, но дозорный пропустил их, даже не взявшись за лук. Похоже, в деревню и правда пускают всех, кто закрыл лицо. Внутри они насчитали четырнадцать зданий. Разных размеров, но все одноэтажные. В центре деревни располагалась площадь, а на площади что-то вроде колодца. Возле сооружения сидело крупное человекоподобное существо – стражник, наверное. Вооружён невероятно огромным молотом, на спине лук и стрелы. Лицо закрыто шлемом. Они обнаружили источник лязга. Возле центральной площади стояли пять зданий. У одного из них сбоку был навес, опирающийся на колонны. Под навесом стояла печь, где пылал красным пламенем уголь или какое-то похожее топливо. Видимо, горн. И ещё там была наковальня. С ней работало человекоподобное существо, с голым торсом, пугающе мощными мышцами, скрюченной спиной, выдающимся задом и короткими ногами. Оно закрепило на наковальне металлический слиток, и лупило по нему молотом. Этот процесс и производил лязг. – У них есть кузнец… – пробормотал Харухиро. Разнообразное оружие и доспехи, висящие на стенах или лежащие у стены, видимо, были изготовлены этим гротескным кузнецом или отданы ему для ремонта. Лицо кузнеца было замотано чем-то вроде бинтов. Но глаза, такие красные что кузнец казался плачущим кровью, и рот, ощерившийся двумя ровными рядами мощных зубов, оставались открытыми. Дальнейший осмотр показал, что кузницей дело не ограничивается. Остальные четыре здания на площади тоже предлагали товары. В здании рядом с кузницей, судя по всему, торговали одеждой и сумками. Готовый товар был разложен на прилавках или свален кучей на столе. На стуле возле стола сидело нечто, напоминающее сплюснутое яйцо. Из него выступало что-то вроде двух тонких рук, и оно носило шляпу – так что, наверное, это разумное существо. Вероятно, владелец магазина одежды. Напротив кузницы было ещё одно здание – точнее, навес. У здания либо убрали стену со стороны площади, либо этой стены никогда не было. Как бы то ни было, открывался прекрасный вид на то, что внутри. На внутренних стенах висели мешки с дырами, а также более сложные маски, вуали и шлемы. В центре сидело существо, тощее и иссохшее, словно мёртвое дерево. У хозяина магазина масок было шесть рук, его пальцы – более тридцати – переплетались на уровне груди в сложные узоры. Его лицо, как и подобает владельцу такого магазина, скрывал роскошный, блестящий золотой шлем, выглядевший как произведение искусства. Рядом с магазином масок и напротив магазина одежды возвышалось похожее здание, но в два раза больше размером. Его назначение было ясно с первого взгляда. Продуктовая лавка. С потолка свисало освежёванное мясо птиц и четвероногих зверей, на полках лежали вязанки каких-то растений и нечто вроде ягод. Вниманием Харухиро завладели шампуры с уже приготовленным мясом и какое-то блюдо наподобие пельменей. Перед лавкой стояло существо, напоминающее краба размером с человека. Над очагом стоял котёл, и краб помешивал булькающее варево черпаком. Он тоже носил маску, но глаза на стебельках полностью выступали из-за неё, так что закрыто его лицо или нет на самом деле, оставалось под вопросом. В здании по соседству с продуктовой лавкой было выставлено на обозрение множество, казалось, случайно подобранных товаров. Может, что-то вроде универсального магазина. Торговца Харухиро нигде не видел – может, тот сидит внутри. – Ну, что скажете? – Ранта горделиво выпятил грудь, – Ничего такая деревенька, а? – …Ты-то чем гордишься? – во взгляде, которым Шихору окинула Ранту, кипела ненависть. Выражение её лица можно было легко представить даже под маской. – Просто Ранта идиот, – вздохнула Юме. Мэри нервно осматривалась. – Нас игнорируют?.. – Эм… – Кузак помахал стражу возле колодца, – П-привет. Здоровяк положил руку на молот. Кузак сглотнул и попятился, но страж больше никак не отреагировал. Он не только не ответил, но даже не посмотрел в сторону Кузака. Игнорируют. Поблизости прохаживались несколько жителей деревни, но и они лишь окинули Харухиро и его спутников безучастным взглядом. Никто не обращал на них внимания. Харухиро скрестил руки на груди. «Хм-м», протянул он. Что делать? – Хватит хмыкать, – Ранта колупнул землю каблуком, – Давай, предводитель, сделай что-нибудь. Я позволил такому слабаку как ты стать главным именно на случай вроде этого. – Ты не слишком груб к предводителю, а, Ранта? – Ну так сделай что-нибудь умное и заткни меня, если не нравится. Хм, Паук или Удар в Спину? Каким приёмом будет сподручнее заткнуть Ранту? Харухиро на мгновение серьёзно задумался над этим вопросом. Но нет, есть дела поважнее, чем избавляться от этого вонючего отброса. Здесь есть вода и еда. Нужно во что бы то ни стало получить их. Харухиро откашлялся и попробовал подойти к колодцу. Стражник не пошевелился. Но какой же он здоровенный. Выше Кузака даже сидя, а ведь в Кузаке метр девяносто. Это не шутки. Жуть. И всё же Харухиро собрался с духом и пошёл вперёд. До колодца пять метров. Четыре. Три. Ещё немного и он окажется в пределах досягаемости стража. Тот, наверное, сможет убить Харухиро одним ударом, если захочет. Стало тяжело дышать. Желудок, казалось, вот-вот выпрыгнет из горла. Впрочем, это вряд ли. Так не бывает. Харухиро, пересилив страх с нерешительностью, сделал ещё один шаг вперёд. И тут страж колодца вдруг привстал. – Хи-и! – Ня-а?! – !.. Раздались вскрики – девушек, а не Харухиро. Он сам так перепугался, что не смог бы выдавить ни звука. О… О… О, о, нет, нет, я… он… он убьёт меня? – Я, я п-похороню тебя к-как следует… Наверное? – прошептал Ранта. – Никаких наверное, мы должны будем сделать хотя бы это, – возразил Кузак. Стоп, стоп, что? Не рановато ли? – П-плиз, – Харухиро поднял руки. Тело ещё слушается. Язык тоже. Что ещё за «плиз»? Я что, Ранта? Харухиро казалось, что он вот-вот расплачется, но всё же, продолжая держать левую руку высоко поднятой, он указал правой на колодец, на собственное горло и обратно. – В-воды. Я хочу пить. Воды. В горле, пересохло. Эм, мы путники. Воды, пожалуйста… Вы… Понимаете? Воды, воды! Можно… нам немного? Воды. Воды, из колодца! Страж не двигался. Это колодец с воротом. По обе его стороны стояли столбы, на перекладине между ними закреплён барабан, а с верёвки, намотанной на барабан, свисает бадья. Закреплённый на одном из столбов факел ярко освещает монстроподобного стража. «Подобного»? Нет, он и есть настоящий монстр. Руки толще человека. Слишком огромный. Это просто ненормально. – Позвольте… попить… – Харухио стиснул зубы и потряс головой. Не сдаваться. Нельзя. На кону жизни, – Воды! Уота, плиз! Пожалуйста, воды! Дайте попить! Ну же, мы хотим пить! Все же хотят, разве нет? Воды!.. Рука стража шевельнулась. Харухиро приготовился к смерти. Но не правая, державшая молот. Страж протянул к Харухиро левую руку, словно требуя чего-то. – Де!.. – выкрикнул Ранта, – Харухиро, деньги! Заплати ему, скорее! Да заткнись, идиот, сам понимаю. Харухиро торопливо вытащил несколько серебряных монет. Он опасался, что сердце разорвётся от страха, но всё же подошёл ближе к стражнику и положил монеты тому на ладонь. Страж поднёс руку к лицу и принялся рассматривать монеты. И тут же бросил их на землю. Харухиро чуть не лишился чувств. Вот теперь точно конец, пронеслось в его голове. Я всё испортил. – Чёрную!.. – прокричала Шихору, и Харухиро почувствовал мимолётную гордость за то, что понял её сразу. И восхищение перед Шихору за такую идею. – В-в-вот! – Харухиро торопливо вытащил из кошелька чёрную монету, которую подобрал с хвостатого мертвеца, и показал её стражу, – Вот, это подойдёт? Ну?! Подойдёт?! Страж снова протянул ладонь. Харухиро дрожащими руками вложил в неё монету. Страж взял её, и сделал жест подбородком. – Уа, гоо. «Уа, гоо»? Уагоо? Что? Верхняя челюсть [1] ? Нет, вряд ли… Наверное? – Йах-хо! – Ранта подбежал к колодцу и сбросил бадью вниз, – Вода, вода! – Нет, стой… – Харухиро, чувствуя как от лица отливает кровь, посмотрел на стража. Он… не против? Можно? Теперь нам можно пить? Похоже, да. При этой мысли Харухиро ощутил переполнивший его взрыв облегчения и радости, и в следующий момент осознал себя лихорадочно отхлёбывающим воду прямо из бадьи. – Вода-а-а-а-а-а!.. Это была, без всяких сомнений, лучшая вода какую он когда-либо пил. Подумать только, простая вода может быть так вкусна. Какое наслаждение. Он радовался, что родился на свет. Радовался, что жив. Все пили из бадьи по очереди, и каждый уже подошёл к ней по три или четыре раза, но никто не говорил, что с него хватит. Они пили, пили и пили. Впрочем, какой-то предел, наверное, всё же был. Шихору, а затем Мэри, Харухиро, Кузак, Юме и последним Ранта наконец прекратили пить. Ранта рухнул на землю и перекатился на спину. – Б-больно. Слишком много… – О-о, – Юме присела, потирая живот, – Юме никогда столько не пила. Животик аж надулся… – Ты раздулась. От воды, – Кузак зажал рот рукой. Кстати, они с Рантой подняли забрала. Их лица видны. Так можно? Страж никак не реагировал, значит, наверное, да, но Харухиро тревожился. – Может, если бы у нас были ещё такие деньги… – Шихору оглянулась на продуктовую лавку. – Здесь нужно платить этими чёрными монетами, да? – Мэри гладила Юме по спине. Харухиро обвёл глазами площадь. Если это правда, и они смогут придумать, где взять ещё таких монет, то смогут выжить, хотя бы первое время.

«Уагоо» созвучно с японским «верхняя челюсть»

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Проблемы даже с купанием

Они собрали все бывшие при них деньги. В итоге выяснилось, что на шестерых они владеют одним золотым, 87 серебряными и 64 медяками. Плюс личные вещи. Они обошли торговую площадь, показали монеты владельцу магазина одежды, владельцу магазина масок, владельцу продуктовой лавки. Деньги Гримгара никого не заинтересовали. Кузнец был занят, так что его решили не отвлекать – точнее, все опасались что он убьёт их, если его отвлечь. Они постучали в дверь универсального магазина, предполагая, что торговец внутри. Но не дождавшись ответа после трёх попыток, отступились. Вряд ли получится достать чёрные монеты в деревне. Это было бы слишком просто. Желудки на время удалось обмануть водой, но теперь голод вернулся с новой силой, подстёгивая к действию. Нужно попытаться найти монеты снаружи, пусть хотя бы одну или две. Они вышли из деревни, потирая пустые животы. Задача была ясна без слов – найти чёрные монеты. Они принялись обсуждать. Отходить от деревни опасно – точнее, им неизвестно насколько это опасно, так что было решено пока держаться рядом. Они попытаются исследовать окрестности, постепенно расширяя известную им область с деревней в центре. Первым делом они пересекли мост и попытались двинуться прямо вперёд, но примерно через сотню метров наткнулись на лес. Высокие, белёсые, искривлённые растения – наверное, деревья. Эти странные деревья стояли плотной стеной, и пробраться сквозь эту чащу, похоже, будет непросто. Путь вперёд закрыт. Они развернулись, прошли вдоль рва и спустились с невысокого обрыва. Берег реки оказался преимущественно песчаным. А ещё там было неожиданно тепло. Они подошли к кромке воды. Река выглядела глубокой, и с сильным течением. Харухиро нерешительно погрузил руку в непроглядно-чёрную воду, и поражённо раскрыл глаза. – Она… тёплая… Река тёплая. – Да ладно? – Ранта скинул ботинки, стянул носки и босиком шагнул в воду, – Ого! Не врёшь! Едва-едва, но тёплая! Можно мыться! – Вымыться… – отсутствующе протянула Шихору, – А хорошо бы… Вымыться… – И правда… – Мэри подняла глаза к небу и вздохнула, – Помыться… Юме глупо хихикнула. – А неплохонько бы помыться, угу. – Ага… – Кузак кивнул, – Мы все воняем. И я, конечно же. – Так давайте! – Ранта показал большой палец, – Все вместе! Ну, в смысле, что такого, правда? Говорят же, нужно отбросить лишние барьеры чтобы сблизиться! Прочь стеснение! Да и вообще, темно же! Никто ничего не увидит! Гихихихихихи! – Ты же сам знаешь, что никто не согласится, – Харухиро ощутил сильный позыв придушить Ранту, но ему не хотелось тратить силы впустую, – Простите, но давайте подождём с купанием. Сначала надо найти чёрные монеты и раздобыть еду. Вымыться можно будет потом. Убедимся, что это безопасно, и искупаемся по очереди, парни отдельно, девушки отдельно. – Да пошёл ты, Харухиро! Я против! Против, против, против! Про-о-о-отив! – Ранта никак не унимался, но остальные согласились с Харухиро. – …Хи-ньо? – Юме, явно не желавшая уходить, замешкалась на отмели, плескаясь в воде, и вдруг нагнулась, – О? Что это? Оно было… в песке? Такое круглое и… Харухиро взял предмет из её руки. – …Это чёрная монета. – А значит могут быть ещё, так ведь?! – Ранта прыгнул в воду, опустился на четвереньки и принялся шарить так энергично, что, казалось, вот-вот поплывёт, – Ну же, давайте! Ищите! Только имейте в виду, что найду я то моё, а что найдёте вы то, само собой, тоже моё! – Не надо бредить хотя бы наяву, а? – огрызнулся Харухиро, но тоже принялся шарить в песке. Все подошли к делу довольно-таки – нет, не довольно-таки, а весьма серьёзно. Со временем напоминающий пламя свет от далёкого кряжа угас, и опустилась кромешная темнота. Они отошли не так уж далеко от деревни, и до недавнего времени отчётливо слышали звон ударов кузнечного молота, но теперь звук затих. Ночь. Как долго мы искали монеты? Харухиро не знал, но, как бы то ни было, наступила ночь. – Всё! Больше ничего не найти! – Ранта ударил воду. – Похоже, это не так-то просто… – Кузак уселся на отмели. – И всё-таки… – Шихору отжала промокший подол своей мантии, – Можно вернуться и попробовать купить что-нибудь поесть на эту монету… – И правда, – в голосе Юме слышались слёзы, – Юме совсем голодненькая, и ей немножко грустно… – Может, за монету можно купить больше чем кажется, – Мэри, нетипично для себя, попыталась их ободрить. – Ага, точно… – Ранта повесил голову. Похоже, даже у его вечной энергии есть предел. Впрочем, неудивительно. – Да, давайте попробуем… – вяло сказал Харухиро, но тут же одёрнул себя: нет, так нельзя. Предводитель не должен позволять себе падать духом, – Правильно, идём! Время перекусить! Впрочем, даже забраться обратно по двухметровому обрыву оказалось непростой задачей. А когда они на подкашивающихся ногах добрели до моста, их глазам открылась жуткая картина. Башня В, в которую вёл мост, фактически представляла из себя ворота. Единственный проход в деревню. И эти ворота, совсем недавно открытые, теперь почему-то оказались запертыми. – Ч-что? Почему? – Харухиро прижал кулак ко лбу, – Потому что ночь? – Да плевать! – Ранта опустил забрало и побежал через мост. – Э-эй! – но в оклике Харухиро не было нужды. Дозорный башни В схватился за лук. Ранта увидел нацеленный на него наконечник стрелы, резко остановился, подскочил и припал к земле. – П-простите! Не стреляйте, прошу, не стреляете, пожалуйста, не стреляйте! Возможно, это помогло. Дозорный не опускал лук, но и не стрелял. Ранта, не поднимая головы, пополз спиной вперёд и в конце концов добрался до Харухиро и остальных. – Дебил! Мудак! Ублюдок! Я же чуть не погиб! – Нечего вымещать злость на мне… – у Харухиро закружилась голова. От голода он так ослабел, что даже говорить было тяжело. – Наверное, придётся подождать пока ворота откроют… Хотя, пожалуй, глупо просто ждать, так что, может, пойдём попробуем найти ещё монет? Нет, не выйдет… Мы все выдохлись… Никто уже не мог заставить себя пошевелиться. Или все просто лишились сил. Они просто попадали там, где стояли. Легче от этого не стало, но иного выбора, кроме терпеть и ждать, не оставалось. Глаза слипались, но вскоре гложущий голод вырывал из забытья. Болезненное пробуждение раздражало, злило. Пытаясь подавить порыв сорвать на ком-нибудь эту злость, они постепенно опять проваливались в неспокойный сон – только затем, чтобы вскоре проснуться снова. Девушки прижались друг к другу, то засыпая, то опять просыпаясь. – Как кушать-то хочется… – протянула Юме, гладя Шихору по макушке, – Шихору, а, Шихору, а можно Юме откусить от тебя? Совсем чуточку, можно? – Если мне тоже можно откусить от тебя… – О-о-о-о, – протянула Юме, – Юме, наверное, не против, если ей можно съесть немножко Шихору… – Хочешь попробовать поесть друг друга? – пробормотала Шихору. – Заманчиво… Шихору ведь такая аппетитненькая… – Эм, а можно мне тоже?.. – вмешалась Мэри. – Тогда и ты позволь поесть тебя, Мэри-тян… – Ну конечно… Ешьте… Я уже на всё готова ради еды… – …Ха-а-а…. – Ранта свернулся в клубок, словно дохлый слизняк, – Что вы там несёте, проклятые? А-а… Как же я завидую… Нет, серьёзно… Кузак лежал на спине, раскинув руки и ноги, и что-то бубнил: – …На дворе трава на траве дрова, за двором дрова, дрова вдоль двора… Косой-косой косой Косой косил косой-косой косой… Палач с палочкой палочками палочки на полочке на получку… – Ну, кажется, мы ещё держимся… – Харухиро слабо улыбнулся, – Держимся, да… Жердимся… Дрожимся… Ха… Ха-ха… Все уже утратили надежду, что в этот погружённый в вечную ночь мир когда-нибудь вернётся свет, но всё-таки утро наконец настало. Ещё до того, как горный хребет засветился, раздался зловещий рёв и дозорный башни В открыл ворота изнутри. И тут же далёкий кряж затеплился светом. Харухиро и его товарищи вскочили и побежали по мосту. Кузнец ещё не принялся за работу, но в котле продуктовой лавки уже побулькивало варево. Харухиро протянул чёрную монету гигантскому крабу-хозяину, помешивавшему содержимое котла черпаком. Краб перевёл взгляд своих торчащих из-под маски глаз-палочек с Харухиро и его спутников на монету и обратно. – Дайте нам поесть! – тут же принялся умолять Харухиро, – Мы умираем с голоду! Что угодно, правда, что угодно съедобное, пожалуйста! Гигантский краб достал шесть мисок, сделанных из дерева или чего-то похожего, и разлил по ним содержимое котла – нечто вроде супа. Харухиро и его друзья поблагодарили и взяли миски. Ложки, конечно, тоже не помешали бы, но необходимости в них нет. Харухиро отхлебнул густой, горячий, чёрный бульон. Он толком не прочувствовал ощущение на своём языке – но за этот вкус он готов был бы умереть. Он бросил взгляд вокруг – его товарищи жадно глотали суп. Какое счастье, от всего сердца подумал Харухиро. Мы счастливы. Так счастливы. Просто в голове не укладывается, что такое счастье возможно. Наши тела словно излучают счастье. Мы невероятно счастливы. Он осушил бульон в мгновение ока. Но ведь это не всё. Ещё есть гуща. Харухиро потыкал содержимое миски.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– А?! – поражённо воскликнул он. Это же… это же насекомые. Суп… из жуков? – Гахахахаха! Еда мужчины – его крепость! – Ранта выпалил что-то невразумительное, отважно запихнул жуков в рот и принялся жевать, – Гуабваха! Эугхбуээ?! Жуки явно оказались горькими. Ранта выплюнул их. Ну, этого и стоило ожидать – они выглядели отвратительно. Наверное, лучше не есть их. Но… Этого мало. Нет, действительно – одного бульона слишком мало. Харухиро посмотрел на краба. Тот тут же протянул ему что-то вроде шампура с жареным мясом. Харухиро ощутил, как в его сердце зарождается вера. Кем ещё может быть этот краб-торговец, если не божеством? Сдерживая слёзы, Харухиро с почтением и благодарностью принял шампур. Он вгрызся в мясо сразу, даже не задумываясь, съедобно ли оно. Кусок был холодным, жёстким, и, похоже, скорее закопчённым в дыму чем поджаренным, но вкус не был неприятным. Чем больше Харухиро жевал, тем больше сока источал кусок. Кажется, этим ему удастся на какое-то время утолить голод. Краб раздал шампуры и остальным. А значит, за чёрную монету можно купить как минимум шесть мисок супа из насекомых и шесть шампуров загадочного копчёного мяса. Теперь, когда они наелись, им захотелось пить. Впрочем, скорее всего понадобится ещё одна монета, чтобы их пропустили к колодцу. Пока придётся терпеть, и попозже вскипятить речной воды. Но пока Харухиро размышлял об этом, идиот Ранта не колеблясь подошёл к колодцу, сбросил вниз ведро, вытянул его наверх и принялся жадно пить. Страж колодца даже не пошевелился. …А? Можно? Когда Ранта напился, Харухиро тоже опасливо отхлебнул из ведра. Страж опять никак не отреагировал. Может, потому что мы заплатили вчера? Если за одну монету можно купить суп и мясо на шестерых, то такая же монета за воду на шестерых – это, наверное, переплата. И поэтому сегодня нам можно пить бесплатно… Наверное? Как бы то ни было, утолив жажду, они наконец снова почувствовали себя самими собой. Хотя, нет. Не совсем. – Эм, Харухиро-кун… – Шихору подняла руку, – Теперь я бы хотела помыться… Он не смог заставить себя сказать «Сейчас у нас есть проблемы поважнее». Что ж, рассудил Харухиро. Наверное, можно будет поразмыслить, как достать ещё монет, пока будем готовиться к купанию и пока моемся. Да, точно. А ещё, возможно, что-нибудь придёт в голову после того, как освежимся как следует. Верно. Вымыться. Хорошая мысль. Они вышли из деревни и поспешили к берегу реки. Возможно, для спешки и не было причин, но их подстёгивало нетерпение. Первым делом вырыли на берегу яму. Потом соединили яму с рекой канавой. Когда речная вода заполнила яму, канаву закопали. Было решено, что первыми вымоются девушки, а парни подождут своей очереди где-нибудь поодаль. Выкопанная яма была примерно полутора метров в диаметре и около метра глубиной. Температура речной воды едва достигала температуры тела, но это всё равно лучше, чем если бы вода была холодной. Воду рассмотрели внимательнее, поднеся к ней лампу – она оказалась прозрачной, и ничем не пахла. Работа прошла без помех, и вскоре ванна под открытым небом была закончена. – Ну, мы будем ждать вон там, – сказал Харухиро девушкам. Харухиро, Ранта и Кузак оставили Юме, Шихору и Мэри и отошли примерно на двадцать метров. К самому обрыву. Даже после восхода – точнее, после того как вдали на горном хребте поднималось пламя – этот мир оставался погружённым в темноту. С такого расстояния девушек уже не видно, так что, наверное, этого достаточно. И всё-таки, что-то не так. Ранта ведёт себя необычно тихо. Нет. Он вёл себя тихо. – Ну так что, начинаем? – спросил Ранта. – Так и знал… – вздохнул Харухиро. И как он должен остановить этого помойного слизняка? Но, к счастью, ему не пришлось ничего делать. Кузак внезапно схватил Ранту и прижал к земле. – Не позволю. – Ау! Ау, Ау! Что, Кузакки, какого хрена! Ай! Полегче руку, ай, плечо! Больно же, дебил! Отпусти, дубина! – Нет, Ранта-кун, ты ведь не так уж и слаб. Ты вырвешься, если я хоть немного уступлю. – Да ты мне руку сломаешь! Плечо! У меня сейчас кишки лопнут! Я же умру, идиот! – Ты не умрёшь от такого пустяка, Ранта-кун. Всё в порядке. – Ничего не в порядке, нет, нет, нет! Больно, больно, больно! Умираю! Пусти! Умираю, пусти! – Я вижу, что ты притворяешься, и ты это знаешь. – …Кузакки, ты обнаглел в край! Ты что, не знаешь, что старших положено уважать?! – Конечно знаю. И вполне уважаю тебя, Ранта-кун. – Тогда пусти! Голые! Я должен увидеть голых девчонок! Сиськи! Я смертельно болен, и лишь вид голых сисек может спасти меня! Правда, я не вру! – …Ну, моё уважение только что подразвеялось. – сказал Кузак, – Это уже немного слишком. Ранта не заслуживает вообще никакого уважения, так что всё в порядке – подумал Харухиро. И всё же, Кузак быстро среагировал. Это из-за неё? Из-за Мэри? Наверное. Не хочет, чтобы Ранта её видел. Она его… Кто? Девушка? Возлюбленная? Без разницы. Он не хочет, чтобы другие мужчины видели предмет его чувств без одежды. Дело в этом. Наверное. Ну, это естественно. Само собой разумеется, даже для меня. Ну, правда, я ведь ещё девственник. А Кузак? Может, они уже… ну… того… Занимались этим? Харухиро сел на землю и закрыл лицо руками. О чём я только думаю? Что за глупости. Какая разница? Сейчас не время для этого. Верно. Сейчас и в самом деле совсем не время. Чёрные монеты. Как достать ещё? Найти на трупах, или на берегу реки. То есть – положиться на удачу? Не подойдёт. Нет ли способа понадёжнее? Может, их можно как-нибудь заработать? Ну, например, выполнить какую-нибудь работу для жителей деревни? А получится? Не зная языка? Вряд ли. Деньги. Деньги, значит. Чёрные монеты это деньги. Деньги этой деревни? Если да, то здесь существует товарно-денежная экономика – но есть ли смысл в такой экономике для крошечной деревни? Здесь ведь от силы пятьдесят жителей. А в каждом магазине довольно большой выбор товаров. Не слишком ли много для деревни на пятьдесят обитателей? Может, у них есть другие покупатели? Кто-то вроде Харухиро и его команды? – Кя-я-я! – раздался чей-то голос. Не просто голос. Крик. – Прочь! – Ранта сбросил с себя Кузака. – Мэри?! Юме?! Шихору?! – Харухиро вскочил и сорвался в бег. – Ну-чя! Это боевой клич Юме. Она сражается? С чем? Враг? Послышался громкий всплеск. – Ва!.. Голос Шихору? Она попыталась отбежать и упала в реку? – Ха! Мэри. Голос Мэри. Звучит так, словно она дерётся с кем-то. – М-мы постараемся не смотреть! – Харухиро выхватил оружие. Но, впрочем, сейчас пожалуй не та ситуация, когда стоит волноваться о том что он увидит или не увидит. Он бежал так быстро, как только мог. Виднелись смутные силуэты – кажется, Юме и Мэри двигались, размахивая оружием, как Харухиро и предполагал. Они выбрались из ванны. А где Шихору? В реке? Кто враг? На первый взгляд враг показался Харухиро чем-то вроде ящера. Он прижимался к земле, словно полз. И двигался очень быстро. Ящер ловко прыгал влево и вправо, уворачиваясь от ударов девушек. Размером почти с человека. Харухиро бросился на него, не раздумывая. Он обхватил врага сзади. Паук. Это не ящер. Эта тварь вся покрыта волосами. Неважно. Харухиро попытался вонзить кинжал врагу в шею, но тот бешено задёргался. Прыгнул. Вверх и в сторону. Высоко. – А-а!.. – Харухиро вскрикнул, инстинктивно вцепляясь крепче. О нет. Враг извернулся в воздухе. Он приземлится на спину. Харухиро висит у него на спине, а значит… тварь сейчас ударит его оземь? Харухиро попытался оттолкнуться от врага, но существо обвилось вокруг него. Раздался мерзкий звук. Харухиро ударился о землю почти всем телом. Дыхание перехватило. В голове помутилось. Тварь отскочила от Харухиро, и тут же набросилась на него. Харухиро поднял обе руки, пытаясь защитить лицо и горло. Нужно попробовать хотя бы выжить, как-нибудь. – Га-а! – к ним подбежал Кузак и попытался проткнуть тварь мечом. Враг отскочил и пустился наутёк. – Попался! – на существо набросился Ранта. Хорошо сработано, подумал Харухиро. Но сначала, возможно, стоит позаботиться о себе, а не хвалить товарищей. Он попытался встать. Плохо. Боль пронзила всё тело даже когда он попытался перекатиться на бок. Сейчас, кажется, вырвет. Ничтожество. Я был неосторожен. Потерял самообладание. Почему я был так безрассуден? Досадно. Стыдно. Я что, новичок? Ошибка зелёного новичка. Мне нечем оправдаться. Как же больно… Кузак и Ранта гонялись за тварью. Мэри и Юме бросились к Харухиро. – Хару?! – Хару-кун! Нет, это конечно здорово, но не очень. Вы же обе голые. Я, конечно, ничего не вижу в темноте, но всё-таки. Харухиро зажмурился, решив что должен сделать хотя бы это. – Где… Шихору?.. – выдавил он. – Ня?! Точно! Шихору! Шихору, где ты?! Ты цела?! – Д-да, в п-порядке!.. – раздался голос Шихору. Харухиро почувствовал облегчение. Но расслабляться ведь рано, да? Вроде как, я не в том положении. – Хару! Сейчас, я вылечу тебя! – выкрикнула Мэри. – Нет, нельзя… То есть, магия света… Она же светит… Сначала… Надень что-нибудь… – Нашёл о чём думать! – прикрикнула Мэри. Прости. Прости, правда, прости. – Мэри… -сан, вот, одежда! – вернулся Кузак, бросая Мэри её одежду. – Да какая разница! – Мэри, впрочем, торопливо набросила на себя что смогла. И начала лечить Харухиро. – Дерьмо-о-о-о-о! – раздался крик Ранты, – Оно сбежало, дебил! – Не подходи! Тупой Ранта! – завопила Юме. – Да заткнись! Как будто мне так интересны твои крошечные сиськи! – Шихору тоже здесь вообще-то! – О, а вот на неё я бы глянул! Готов поспорить, там есть на что посмотреть! Гуэхехехехехехе! – Джес Иин Сарк Карт Фрам… – Эй, эй, эй, эй, Шихору, стой, стой! Не надо магии! Это же Гроза! Я же поджарюсь на месте! Харухиро изо всех сил держал глаза зажмуренными. Если открою, наверное, увижу много всякого. Мэри ведь совсем рядом. Я даже чувствую близость её тела, касание. Но смотреть не буду, конечно. Клянусь, не буду, ладно? Мне так стыдно за всё, я сейчас расплачусь. И всё-таки, мы что, даже вымыться спокойно не сможем? Как же тут тяжело…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. У Наа

В этом мире действует и магия света, и магия тьмы. Впрочем, сила заклинаний и длительность их эффекта уменьшены примерно в три раза, а ещё, как оказалось, применять божественную магию здесь гораздо тяжелее. Из-за этого Эгида Света оказалась практически бесполезной. Что же до магии исцеления, то семь Лечений, или четыре Исцеления или всего одно Чудо Света полностью истощали магические силы Мэри. Ранте поручили призывать Зодиака так часто, как только возможно. Всё равно Ранта никчёмный Рыцарь Ужаса, и не в состоянии толком использовать другие заклинания кроме Зова Демона. А Зодиак бывает полезен даже когда он просто рядом. Харухиро и его товарищи решили назвать деревню с колодцем Колодезной Деревней, а реку с чуть тёплой водой – Тёплой Рекой. Как определить стороны света они не знали, но решили считать что Тёплая Река течёт с севера на юг. Днём загоралось пламя, и восточный край неба над горящим горным хребтом чуть светлел. Пока что было непохоже, что они смогут пересечь Тёплую Реку, так что на первое время Харухиро и его друзья решили исследовать местность к западу от неё. На западе от деревни – густой лес. А на юге? У берега реки, похоже, водятся какие-то опасные существа, так что было решено взобраться выше по склону и оттуда двинуться на юг. – Мы… насколько далеко мы уже отошли? – спросил Кузак, оборачиваясь к деревне, – Где-то на километр? – Мюу-ун… – Юме издала странный задумчивый звук, – Вроде того, наверное? – Тц, – Ранта цыкнул языком и несколько раз топнул ногой, – Заколебало! Всё чавкает, и чавкает, и чавкает под ногами! Что это за дерьмо?! Оно что, издевается надо мной?! «Ихихи… Ранта… Ты сам ходячее издевательство… Ихи… Ихихихихи…» – Эй, Зодиак! Ты что хотел сказать, а?! – Н-но, пожалуй, это тяжело… – Шихору шла, опираясь на посох. – Справишься? Если хочешь, Шихору, можешь держаться за меня. – Спасибо, Мэри… Но если я споткнусь, то и тебя за собой потяну… – Будь что будет, – казалось, Мэри едва заметно улыбается. Харухиро тоже улыбнулся. Нет, бесполезный предводитель, совсем недавно совершивший глупую ошибку, не имеет права улыбаться. И всё же, судя по всему Мэри, Шихору и Юме отлично ладят. Прекрасно. Когда мы впервые встретились, Мэри вела себя отчуждённо, но я слышал что раньше она была весёлой и дружелюбной. Благословлённая красотой, ответственный Жрец, и очень добрая – просто воплощённый идеал. Как товарищ, как друг, я и мечтать не могу о большем. Как предводитель, я счастлив. Но Кузак, наверное, ещё счастливее – с такой-то девушкой… – Значит, к югу от Колодезной Деревни болото, – Харухиро сдержал чуть не сорвавшийся с губ вздох, – Похоже, оно простирается довольно далеко… – Идти, конечно, тяжело, но вообще-то тут не так уж и плохо, а? – заговорила Юме, – Когда шагаем, оно такое, чавк-чавк. А значит, сразу узнаем когда что-то приближается, правда? – Ого, Юме, – протянул Ранта, – Даже такая доска как ты может сказать что-то умное! – Не называй Юме доской! Но Юме действительно права, подумал Харухиро. Верно, здесь враги не застанут нас врасплох. Думаю, лучше попробовать разведать чуть подальше, так что попробуем зайти глубже в болото. Решение было принято, и они прошагали ещё около трёхсот метров, но теперь земля была не просто болотистой – появились озерца воды, а ноги с каждым шагом приходилось с силой вырывать из грязи. Уровень воды не поднимался выше пяти сантиметров, но дно было то вязкое, то твёрдое, и идти было тяжело. Кстати… – Слушайте, там вроде что-то есть? – спросил Харухиро. – Сокровище! – Ранта тут же сел на корточки и зашарил в грязи, – …О? И правда. Что-то есть. Это… – Может, посветить? – спросила Юме. Харухиро кивнул, – Н-щьо, – она достала лампу и зажгла её. Ранта поднёс ближе к свету найденный предмет. Белый и продолговатый. Харухиро догадался сразу. Впрочем, это было легко. – Кость?.. – Их там полно, – сказал Ранта, – Может, тут повсюду эти трупы? «Ихи… Ранта… Твои кости тоже будут гнить здесь… Ухехе… Ухехехехе» – Хватит каркать! Зодиак! – Давайте поищем, – Харухиро решился и кивнул, – Ну, я не уверен – но здесь могут быть не только кости, но и что-нибудь ещё – личные вещи тех, кто лежит здесь. И, может, чёрные монеты тоже. А они сейчас нужнее всего. Никто не возражал. В отличие от Тёплой Реки, вода в озерцах была холодной. Они быстро продрогли, пока шарили по дну. Дело оказалось нелёгким, но это ни шло ни в какое сравнение с голодом и жаждой. Наконец… – А!.. – вскрикнула Шихору, вытаскивая что-то, – Чёрная монета! – Ох-хо! – Ранта хлопнул её по спине, – Молодца! Отлично, Шихору! – …Не смей ко мне прикасаться. – Что-о? Ты чего окрысилась? Нет, серьёзно? Такая находка, ты что, не рада?! «Кихихи… Ранта… Твоё существование омрачит что угодно… Кихихихи…» – Если проблема в том, что я вообще существую, то придётся уж вытерпеть! – выкрикнул Ранта. Находки продолжились. Не только чёрные монеты. Они нашли два нетронутых ржавчиной коротких меча, один длинный меч, один металлический предмет, похожий на маску, и четыре чёрные монеты. – Хм-м… – Ранта изучил длинный меч и протянул его Кузаку, – Возьми себе, Кузакки. На вид неплох, и, пожалуй, если заточить неплохо послужит. А для меня простоват. И слишком длинный. Да и заряд Долфина ещё не кончился. – …Спасибо. – А короткие мечи для Харухиро, – продолжал Ранта. «Кихи… Ранта раскомандовался… Сдохни… Кихихи…» – Эй, Зодиак?! Может, хватит цепляться к каждому моему слову?! – Хм-м… – протянул Харухиро, рассматривая короткие мечи, – Нет, мне, пожалуй, хватит одного. Может, возьмёшь другой, Юме? Вот этот, подлиннее, кажется примерно с твой кукри размером. – Ня-а. А и правда ведь, а? Ну, тогда, наверное, Юме его возьмёт. – А что с маской? – Мэри попробовала надеть её на себя, – …О. Мне как раз. Маска изображала лицо какого-то существа. Не человека. Харухиро не знал какого именно, но, пожалуй… Что-то сродни обезьяне? Маска выглядела немного глупо и несерьёзно. – Т-тебе идёт… Правда… – Шихору изо всех сил старалась сдержать смех. – Бвахаха! – Ранта захохотал, указывая на Мэри, – И правда идёт! Идеально! Маска отходит к Мэри! Решено! – Н-не хочу! – Мэри сорвала с себя маску и попыталась передать кому-нибудь другому, но все отказывались, – Но я правда не хочу! Я просто примерила! Харухиро почему-то покосился на Кузака. Хотя, понятно почему. Кузак, ты что, не поможешь ей? Это же очевидно. Когда что-то такое происходит, ты же… Ну, они же… Ну, это… Кузак опустил взгляд. Казалось, ему неловко. Что? Почему? О-о. Понятно. Они же не сказали остальным про свои отношения. Вот почему Кузаку тяжело в такие моменты заступиться за неё – потому что они скрывают это? Да ладно вам. Незачем скрываться. Почему просто не рассказать? Это же, наверное, тяжело. Да и мне станет легче. Впрочем, сейчас, наверное, и правда не время объявлять об этом. Если они вдруг возьмут и скажут «Эй, народ, а знаете что…» то это прозвучит неловко. Пока Харухиро размышлял, Юме предложила взять маску у Мэри. – Тогда, может, Юме возьмёт её? С маской будет проще, когда вернёмся в деревню. Эта совсем не миленькая, но, может, когда Юме привыкнет, маска покажется ей миленькой… – Эм… Насчёт монет… – Шихору, державшая монеты на ладони, подняла одну и показала остальным, – Они отличаются размерами. Эта большая, а остальные три гораздо меньше. И надписи… Буквы, вроде, немного разные… – Ву-у-у, – Юме поднесла лампу поближе, – И правда. Эта намного больше. Харухиро сравнил монету с тремя другими. – Думаешь, у них разный номинал? Вроде, как с серебряными и золотыми? Но тут вроде один и тот же материал. А какие были первые две? Не помню… – Да ладно, уж такое-то мог бы и запомнить! – Ранта фыркнул, – Ну, не то чтобы я сам помнил! «Кихи… Потому что в твоей голове пусто… Кихи… Кихихих… Скоро ты окажешься в объятиях Скаллхейла…» – Зодиак внезапно понизил голос, – «Осталось недолго… Кихихихихи…» – Харухиро, – Ранта дёрнул подбородком. – …Да, – Харухиро согнул ноги в коленях, принимая боевую стойку, – Знаю. Интересно, все демоны Рыцарей Ужаса такие? Харухиро, Вору, неоткуда знать, но до чего же Зодиак своенравен. На него никогда нельзя положится. Но всё же демон полезен тем, что когда приближается опасность, он косвенно предупреждает их – иногда. В приказах не было нужды – все уже насторожились. Харухиро мгновение колебался – поручить ли Юме погасить лампу? Нет, тогда они почти ничего не смогут рассмотреть пока глаза не привыкнут к темноте. Это может кончиться плохо. Харухиро вслушался. Услышал. Шум. Плеск, с запада. Снова плеск. И ещё. Громче. Что-то идёт по воде. Приближается. Харухиро посмотрел на Кузака и указал на запад. Тот кивнул, опустил забрало шлема и развернулся в указанном направлении. И тут это произошло. Существо побежало. Юме развернула лампу в его сторону. Они увидели. Чёрный зверь. Огромный. Светящиеся жёлтые глаза – четыре глаза. Собака? Волк? Нет, ничего подобного. Размером почти с тигра или льва. А может, ещё больше. Зверь бежал прямо на них. Кузак попытался встретить его щитом, но с болезненным вскриком отлетел в сторону. – Что за?! – Ранта взмахнул Долфином. Зверь не уворачивался – он с невероятной скоростью подставил под удар лоб. Меч, вроде бы, ударил зверя разрядом, но тот даже не пошатнулся. Ранта отпрыгнул. – Крепкий! Башка как чугунная! – Оом Рэль Экт Дерм Прем Даш, – Шихору окутал Доспех Тени. Он отразит любой удар, а если не сможет, то хотя бы ослабит. Здравое решение, очень в стиле Шихору. – Кузак?! – закричала Мэри, но тот сразу откликнулся. Послышался плеск, словно кто-то вставал на ноги. Похоже, с Кузаком всё в порядке. Зверь медленно водил головой из стороны в сторону, глядя поочерёдно на каждого. В холке он, похоже, около двух метров высотой, а длиной, наверное, метра три. Невероятно огромный, и довольно-таки жуткий, но всё же не в десять раз больше человека, ничего настолько серьёзного. Впрочем, судя по всему, его челюсти с лёгкостью могут перекусить руку, ногу или шею. Кузаку повезло, что он уцелел после столкновения с такой тварью. Юме пригнулась и тяжело дышала. Она держала кукри наготове в левой руке, но за лук не бралась. Вряд ли её стрелы смогут ранить такого врага. В любом случае, сейчас уже ближний бой. Даже слишком ближний. Но если побежать, зверь тут же набросится, и тогда конец. Он убьёт их на месте. Существо до сих пор не подавало голос. Харухиро чувствовал, как ёкает сердце каждый раз, как раздавался лёгкий звук удара хвоста по воде. Если же зверь зарычит или завоет, то, наверное, Харухиро тут же умрёт от страха. Жуть… И что ему вообще от нас надо? Это его территория, и он пытается прогнать нас? Но тогда, наверное, он бы сначала просто попробовал нас отпугнуть? Значит, мы его добыча? Он охотится на нас, чтобы насытиться? Да?.. Харухиро хотелось убежать. Но бежать по болоту тяжело, да ещё и в темнота, а зверь явно быстр. Если побежим, кто-то, скорее всего, погибнет. Придётся сражаться… Так? Если он видит в нас добычу, то, наверное, достаточно только ранить его. Зверь решит, что такая трудная добыча не стоит усилий и оставит нас в покое. Наверное. Хочется в это верить. – Сражаемся! – объявил Харухиро так решительно, как только мог, – Разойдитесь в стороны! Старайтесь не стоять прямо перед ним, окружайте! Когда Харухиро и его товарищи начали действовать, зверь тоже пришёл в движение. Несмотря на свои размеры, он оказался очень быстр. Ранта. Зверь бросился на Ранту. – А-а! Непохоже было, что атака застала Ранту врасплох. Он странно переступил ногами – пытался уклониться? Наверное, это был один из навыков Рыцарей Ужаса – Недостижимость. На твёрдой почве, наверное, у него бы получилось. Но не здесь. Ранте удалось убраться с линии атаки, но он оступился и упал в воду. – Гва-а?! «В следующий раз повезёт, Ранта… Кихи… Ухихихи…» – Ранта-кун! – Кузак попытался достать зверя Карающим Ударом. Этот навык Паладинов очень похож на Удар Ярости Воинов, но сочетает атаку и оборону – воин, нанося удар, одновременно прикрывается щитом. Это различие спасло Кузака – зверь ловко уклонился и махнул правой лапой. Кузак сумел принять удар лапы на щит, но не сумел устоять на ногах и опрокинулся. – Джес Иин Сарк Карт Фрам Дарт! – Шихору ударила зверя Грозой. По его шкуре зазмеились тонкие электрические разряды. Зверь рыкнул, всё его тело сотряслось, но он устоял на ногах. Тряхнул головой, и развернулся к Шихору. – Чу-ва! – Юме со странным выкриком бросилась на зверя головой вперёд. Мэри тоже попыталась ударить его своим посохом. Зверь заревел и крутанулся на месте, сбивая с ног и Мэри и Юме. Обе упали в воду. – Рановато забыл про меня, псина! О Тьма, о Властитель порока! – Ранта стоял на колене, направляя на зверя остриё меча, – Порча Крови! Всякий раз, когда Ранта применял магию тьмы, происходило что-нибудь дурное. Даже когда жуткая аура сорвалась с тела Ранты и, как и полагалось, окутала зверя, нехорошие предчувствия не покинули Харухиро. Да и вообще, сила магии тьмы здесь ослаблена. Зачем вообще было её использовать? Но зверь всё же замешкался на мгновение. Он быстро пришёл в себя, но ему было явно не по себе. Порча Крови. Заклинание, ослабляющее жертву миазмами Скаллхейла – или что-то в этом роде. И правда, зверь, казалось, внезапно почувствовал себя нехорошо. Это шанс. Ну, поблагодарить Ранту можно будет потом. Хотя, если будет возможность его не благодарить, неплохо бы за неё ухватиться. Ранта это Ранта, наверняка будет только больше задирать нос и бахвалиться. Харухиро солгал бы, сказав что ему не страшно. Но он не сомневался – у него получится. Враг, каким бы свирепым он не был, всё-таки четвероногий зверь. Он бросился на зверя сзади и повис на спине. Вонзил кинжал в шею. С размаху, изо всех сил. Зверь, разумеется, забился. Он извивался, размахивал лапами, пытаясь сбросить Харухиро. Но строение тела не давало ему достать спину ни передними, ни задними лапами – точнее, так думал Харухиро. Внезапно коготь задней лапы вонзился глубоко ему в правое бедро и разодрал его. – А-а-а?! От резкой боли Харухиро разжал хватку, зверь сбросил его. Что ещё хуже, рукоять кинжала он тоже выпустил – оружие осталось в ране. Сверх того, он упал в воду лицом вниз. Харухиро ничего не видел и не мог вздохнуть. Это, пожалуй, плохо, да? Ну, вроде как, я же сейчас умру?.. – Джес Иин Сарк Фрам Дарт! Если бы не Молния Шихору, Харухиро вполне мог пасть первой жертвой зверя. Заклинание определённо причинило врагу боль. Зверь взвыл и опрокинулся набок, расплескивая во все стороны грязную воду. Сам Харухиро не мог этого видеть, но ощутил очень отчётливо. Кинжал. Всё благодаря кинжалу. Кинжал Харухиро остался вонзённым в шею зверя. И Шихору направила Молнию именно туда. «Ихи… Сейчас… Ихихи…» – Без тебя знаем! – завопил Ранта. – Да! – выкрикнул Кузак. Видя свой шанс, Ранта и Кузак набросились на зверя. «Мы сможем», подумал Харухиро, вытирая лицо и поднимаясь. Зверь бросился наутёк. Сбежал. Какой быстрый. Что ж, этот мир жесток ко всем. Секунда промедления может стоить жизни. Те, кто не способен принимать решения мгновенно, просто не выживут здесь. Зверь в мгновение ока растворился в темноте. – Кто-нибудь ранен? – спросил Харухиро, поднимая руку, – Кроме меня. – Спина немного болит, но я в порядке, – сказал Кузак. – У Юме всё чудесненько. – Я тоже цела, – проговорила Шихору, – Благодаря всем вам… – Ну, я-то просто неуязвим! – Ранта, как обычно, бахвалился. «Не волнуйся… Кихи… Завтра или послезавтра… Смерть настигнет тебя, опомниться не успеешь… Кихихихи…» – Так, Зодиак! Может, хватит каркать?! – Хару, дай посмотрю, – Мэри подбежала к нему, присела рядом и положила правое бедро Харухиро на своё колено, – Очень плохо. Ты слишком безрассуден. – …Эм, нет, я вовсе не пытался действовать безрассудно. Я просто не ожидал, что получу рану. Ну, вроде как, был слишком оптимистичен. Мне жаль, правда. – Хотел наверстать после прошлой ошибки? – шёпотом спросила Мэри. Это… Честно говоря, возможно, отчасти. Когда на них напали у реки, ранен оказался один Харухиро, и Мэри пришлось лечить его. То была грубая оплошность. На этот раз он надеялся впечатлить остальных, показаться в хорошем свете. Сможет ли он с полной уверенностью отрицать, что не пытался этого сделать? Вполне возможно, где-то в глубине души действительно затаилось такое желание. И всё же, он ведь лидер. Всего лишь Вор, не имеющий обыкновения вдохновлять остальных собственными подвигами, но… хотя бы время от времени. Ему очень помогло бы, если бы остальные хотя бы иногда думали – э, а он не так плох как нам казалось. А ещё, если Ранта начнёт презирать его, то это станет проблемой. Да и просто будет бесить. Кроме того, дело ведь не только в Ранте; то же самое касается всех остальных. Харухиро предпочёл бы, чтобы его уважали. – Наверное, отчасти, – тихо ответил он, глядя в сторону. – Я уважаю тебе, Хару, и благодарна тебе, – сказала Мэри ещё тише, – Как и все мы. Знай это. – Я знаю… наверное. – Вот и хорошо. Давай, я вылечу тебя. – Да… – Харухиро закрыл глаза. Не хочу смотреть на Мэри вот так, вплотную, подумал он. Не хочу, чтобы она была так добра ко мне. Да, это приятно. Но и больно, пожалуй. Хотя да, я благодарен ей. Харухиро получил рану, в очередной раз стал обузой для Мэри, да ещё и потерял свой излюбленный кинжал. Найденный в болоте короткий меч не получится использовать как есть. Харухиро, конечно, мог бы наточить его и сам, но у него нет точильного камня. И он предпочёл бы всё-таки поручить дело профессиональному кузнецу. Болотистые места, покрытые озерцами воды, укрывающие множество останков, было решено назвать Трупной Топью. Похоже, на Трупной Топи можно будет найти ещё чёрные монеты или какое-нибудь снаряжение, но здесь так же водятся опасные существа, вроде того четырёхглазого зверя. Нужно будет действовать очень осторожно. Одна промашка, и им конец. Лучше смотреть на дело так. Но сейчас, раз они достали одну большую чёрную монету и три маленьких, все согласились с тем, чтобы вернуться в Колодезную Деревню. На Трупной Топи и так холодно, а они ещё и промокли, так что все продрогли до костей. Им хотелось согреться у костра. А ещё есть и пить. Харухиро и его товарищи, закрыв лица, прошли по мосту. В деревне на всех накатило облегчение. Но всё же мрачный облик деревни и причудливая внешность обитателей, разговаривавших на неизвестном языке, действовали отрезвляюще. Проблем попросту слишком много. Удастся ли раздобыть здесь хотя бы предметы первой необходимости? Получится ли здесь жить? Смогут ли они обеспечить себе хоть какие-нибудь удобства? Впрочем, они ведь не планируют оставаться здесь. Они хотят вернуться домой. В Гримгар. Но есть ли вообще путь назад? Если нет… Что, если мы никогда не сможем вернуться? Что тогда? Что нам делать? – Эй… – Ранта указал на кузнеца, – Гляньте. Там… Кто-то есть, вроде? Мощно сложенный кузнец с кроваво-красными глазами работал молотом. Перед ним кто-то стоял. – Кто-то… да… – Кузак тряхнул головой, – …Ну да, кто-то. Покупатель? Может, это кто-то из обитателей Колодезной Деревни, но Харухиро впервые видел его. Иначе он бы запомнил. Высокий. В два раза выше Харухиро. Он выглядел, ну, как пугало. Нечто вроде пугала. Если бы это существо не перемещалось качающейся походкой, иногда нагибаясь и рассматривая товары кузнеца – иначе говоря, если бы оно стояло замерев на месте – Харухиро вполне мог удивиться, откуда тут вдруг взялось пугало. Пугала, разумеется, не ходят, так что это не настоящее пугало. У него были длинные, тонкие руки. На концах рук – кисти, на каждой около десятка напоминающих проволоку отростков-пальцев. Он носил нечто вроде плаща-дождевика, и маску на лице. – Думаете, покупатель? – прошептала Юме. – Покупатель… – эхом повторила за ней Шихору и вздрогнула, – Он что-то тащит за собой? – Труп?.. – Мэри закрыла рот руками. Харухиро глубоко вдохнул. Успокоиться. Так, всё хорошо. Успокоиться. Всё нормально. В деревне ведь безопасно, так? Он был уверен в этом. Даже если они встретят тут какое-то опасное на вид существо, то ничего не случится, если они будут вести себя дружелюбно или просто постараются не обращать на себя внимание… правда же? Или Харухиро просто хочется, чтобы это было так? А вдруг он ошибается? Есть ли вообще что-то, подкрепляющее это убеждение? Вроде бы нет… Труп. Мэри права, это, наверное, труп. Пугало-сан (временное прозвище) тащил за собой что-то, что могло быть только трупом какого-то человекоподобного существа. А если присмотреться, на плече он тоже тащит тушу какого-то животного? Пугало-сан резким движением взял массивный меч и повернулся к кузнецу. – У Наа? Нет, он действительно сказал «У Наа»? Голос был гортанный, неразборчивый, но Харухиро, вроде бы, расслышал именно это. Кузнец перестал колотить молотом, поднял три пальца на левой руке, потом восемь. – Сон Заа. Да. У кузнеца было не по пять пальцев на руках, а по восемь. – Оу-ун Даа, – произнёс Пугало-сан, покачав головой. – Боона Деэ, – отозвался кузнец. – Гиха, – Пугало-сан положил меч туда, где взял. – Зее Наа. Кузнец с недовольным видом помахал левой рукой, и снова принялся стучать молотом. Пугало-сан пытался купить меч, но они, вроде как, не сошлись в цене. Пугало-сан отошёл от кузнеца и направился к продуктовой лавке. – У Наа? – сказала Юме, вопросительно наклонив голову. Она носила ту обезьянью маску, – А может, это значит «Почём» или что-то такое? – Эй, то что ты доска не значит что можно говорить то, что собрался сказать я! – выкрикнул Ранта. – Хватит звать Юме доской, тупой Ранта! – Если это так… – Шихору едва заметно кивнула, – То, наверное, мы сможем узнать цены?.. – У Наа, – несколько раз повторила Мэри, – Да, думаю, стоит попробовать. – Хорошо звучит, – сказал Кузак. Харухиро молчаливо согласился. Хорошо звучит. Это «У Наа» Мэри. Даже чуточку мило. Да. Но, впрочем, что с того? Точнее, лучше бы перестать так странно реагировать на всё, что делает Мэри. Так не может продолжаться. Эти мысли ни к чему хорошему не приведут. Пугало-сан купил себе миску супа из насекомых. Поднёс её ко рту, осушил, и с аппетитом захрустел жуками. – …С каких по мы так боимся пробовать что-то? – обронил Харухиро, – Кажется, с тех пор, как потеряли его…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Кругом одни проблемы

«У Наа» = Сколько стоит? «Фаа Ноо» = Здравствуйте, «Зее Наа» = До свидания. А = 1, Муу = 2, Сон = 3, Жо = 4, До = 5, Куа = 6, Ши = 7, Заа = 8, Зама = 9, Заму = 10, Зан = 11, Зажи = 12. Юме с Рантой много раз пробовали по-разному заговаривать с кузнецом и крабом-поваром, и были сравнительно уверены в значении этих слов. С ценами всё оказалось несколько запутанно. Харухиро и его товарищи используют десятеричную систему счисления – вероятно потому, что у них, как и у всех людей, десять пальцев на обеих руках. Но у жителей Колодезной Деревни количество пальцев на руках разное. Так что те, у кого пальцев восемь, используют восьмеричный счёт, а те, у кого пальцев двенадцать – двенадцатеричный. Похоже, всё работает как-то так. Если они указывали пальцем и спрашивали «У Наа?», торговец поднимал несколько пальцев, показывая цену. Но если не знать, сколько всего пальцев у торговца на руках, то может возникнуть недопонимание. Черные монеты бывают трёх размеров. Те, которые Харухиро и его спутники считали большими, оказались средними, а маленькие были ненамного меньше их. Краб-повар проявил любезность и показал им большую монету. Она оказалась значительно крупнее средних, толще, и с серебристыми прожилками. Большие монеты назывались роу, средние – рума, а маленькие – вен. Роу, судя по всему, были очень дороги, так что в обычной торговле использовали рума и вен. Итак, сколько вен стоит один рума? Ответ на этот вопрос оказался тоже запутанным, так как, похоже, фиксированного соотношения не было. Что же до того, как это работало – для кузнеца и повара 1 рума стоил восемь вен. Но в магазине одежды и сумок 1 рума равнялся 12 вен, а в магазине масок – 5 вен. Соотношение отличалось в зависимости от магазина – точнее, в зависимости от торговца. Таким образом, когда кузнец сказал «Сон Заа», то есть три и восемь, поднял три пальца а затем восемь, это означало трижды восемь, то есть 24 вен, или же 3 рума. Если торговец одеждой говорил «Жо Зажи», то есть 4 а затем 12, поднимал 4 пальца, а потом 12 на обеих руках, это означало четырежды двенадцать, то есть 48 вен или же 4 рума. При такой странной системе разница между тремя и четырьмя рума в двух разных магазинах означала двукратную разницу в вен. Но, похоже, для Колодезной Деревни это было совершенно нормально. Монета, найденная в вещах скелета в самом начале, и та, которую они нашли в реке, обе были среднего размера. Краб-повар, как выяснилось, оказался не слишком скуп и если они платили 1 рума, позволял всем шестерым наедаться до отвала. Что же до колодца, то после первоначально уплаченного рума с них ни разу не требовали плату. Видимо, плата за доступ к колодцу взималась однократно. Набравшись храбрости, они спросили у кузнеца, сколько будет стоить наточить короткий меч. Тот поднял три пальца – 3 вен. Ранта испробовал всё, чтобы попытаться поторговаться и сбавить цену, но кузнец не уступал. Выбора не было, и, не обращая внимания на протесты Ранты, они заплатили три монеты. После этого их общие средства составили всего один рума. Достаточно, чтобы накормить всех шестерых, не больше и не меньше. Они подошли к крабу-повару, попросили у него всего, что только возможно за исключением супа из жуков, и ели пока не насытились. К тому времени кузнец закончил точить меч. Работа была выполнена великолепно, но уже наступила ночь, и ворота закрыли. Теперь выйти наружу не получится – разве что взломать замок. Спать пока не хотелось, и они решили пройтись по деревне. Пугало-сан, кстати, тоже остался и прилёг под дозорной башней А. Помимо стоявших на главной площади кузницы, магазина одежды, магазина масок, продуктовой лавки и универсального магазина, в деревне было ещё девять зданий. Самое большое из них тоже стояло у площади, прямо напротив ворот. Оно было выстроено из камня, и, на удивление, его окна даже были застеклены – стёкла, правда, оказались слегка мутноватыми. Из окон струился свет, так что, наверное, внутри кто-то живёт – впрочем, Харухиро и его товарищи не рвались нанести визит. Что до остальных, то слева от площади, к северу, стояло четыре здания, а другие четыре – к югу. Все они представляли из себя хижины, с деревянными или земляными стенами, крытые ветками или соломой. Пожалуй, можно было бы попробовать соорудить нечто подобное, если удастся достать стройматериалы. Они миновали нескольких жителей. Одни были человекоподобными, а другие нет, но все прятали лица. Они пробовали здороваться – «Фаа Ноо», но на них не обращали внимания. На берегу реки, во рву, они нашли причал. Но причал был ветхим и прогнившим. И ни одной лодки в пределах видимости. Возможно, они смогут вымыться, не опасаясь нападения, если будут делать это внутри деревни. Мысль казалась удачной, но они не знали, разрешат ли им выкопать тут яму-ванну. Команда Харухиро чужаки здесь. Они рассудили, что сначала постараются получше узнать местные порядки, а пока лучше не рисковать разозлить местных. Разбить лагерь решили на пустом клочке земли в стороне от зданий. Было холодно, но завернувшись в плащи, наверное, удастся заснуть. Девушки прижались друг к другу, чтобы сберечь тепло. Парни, разумеется, завидовали, но ни в коем случае не собирались следовать их примеру. Лучше терпеть. Как-нибудь да получится. Ранта вскоре захрапел. Девушки о чём-то тихо шептались. Кузак ворочался, и, видимо, тоже не мог заснуть. Ну, это естественно. Это Ранта какой-то ненормальный, раз может спать в таких условиях. Харухиро несколько раз собирался заговорить с Кузаком, но останавливал себя в последний момент. Со временем девушки затихли, а Кузак перестал крутиться. Мне лучше уснуть. Давай, засыпай, ну же, пытался приказывать себе Харухиро. Сон не шёл. В голову лезла всякая бессмыслица, и он мог лишь лежать и размышлять о кромешной безнадёжности ситуации. Это плохо. Я должен принимать решения. Есть то, о чём я должен думать, и то, о чём не должен. Обдумать всё то, что мы сделали сегодня. Осмыслить то, что узнали. А потом, завтра. Думать только том, что мы будем делать завтра. Пока оно не настанет. А обо всём, что после, лучше забыть. Всё равно я понятия не имею, что несёт нам будущее. Нет, пожалуй, кое-что я знаю. Однажды мы все умрём. Это точно. Да, точно. Мы умрём, неизбежно. Но, наверное, тогда в усилиях вообще нет смысла? Рано или поздно я умру. И все мои товарищи умрут. Интересно, как это будет. Больно? Страшно? Манато. Могзо. Каково было вам? Вы думали – «Нет, не хочу умирать», или что-то в этом роде? Смогу ли я умереть хотя бы отчасти довольным? Если бы я погиб прямо сейчас, то совершенно точно сожалел бы. Не хочу умирать сейчас. Не хочу видеть чью-то ещё смерть. Лучше не думать об этом. Слишком страшно. Что мы делали вчера и сегодня? Что будем делать завтра? Если сосредоточиться на этом, время пройдёт само собой, и… – Боуэээээээээээээ! – А?!.. – Харухиро подскочил и принялся осматриваться. Его товарищи тоже проснулись. – У Юме чуть сердечко не выпрыгнуло, – протянула Юме, потирая глаза. – Это… что-то вроде петуха? – Шихору держалась за грудь. – Жуть… – прошептала Мэри. – Н-ннгх! – Ранта потянулся, – Ну, вот это я называю отличным способом проснуться. – Что? – буркнул Кузак. Да уж, подумал Харухиро. Оглядевшись, они заметили на колодезном вороте какое-то существо, напоминающее коричневую курицу. Но вряд ли это курица – слишком крупное. – Боуээээээээ! Жуткий звук, судя по всему, издавало именно оно. – Всё тело ноет… – Кузак размял плечи и постучал себя по пояснице. – Что ж, давайте и сегодня потрудимся как следует, – Харухиро попытался воззвать к их чувству долга, но его голос звучал слишком слабо. – Потрудимся опять на пустой желудок! – Ранта хихикнул. – Ну и что, – Юме надула щёки под маской, – Можно считать, что это такая диета. – Твои сиськи и так только и делают что съёживаются, какая ещё диета? – Грудь Юме вовсе не съеживается! – Тогда дай потрогать! Я должен убедиться! – А ты не ходишь вокруг да около, а? – в голосе Кузака слышалось отвращение. – Потому что я голодаю! – заорал в ответ Ранта, – Маленькие сиськи, какие угодно сиськи, мне уже всё равно! Я хочу полапать, неважно какие! Все эти опасности пробуждают во мне вожделение! О-о-о-о-о! Инстинкт размножения! – Слушай, ты становишься опасным… – Харухиро всерьёз забеспокоился. – Вот бы он подох наконец… – Шихору, кажется, говорила как минимум наполовину серьёзно. – Потому что сейчас утро?.. – Мэри спросила что-то странное. Наверное, не проснулась до конца. – Ранта, – Юме, не вставая, отшатнулась, – Это было гадко. Её слова звучали так серьёзно, что не могли не задеть даже такого конченного отброса. – Так, ладно, пошутили и хватит, – Ранта изобразил как берёт что-то и отставляет в сторону, – Проехали. – Думаешь вот так легко отделаться? – Шихору не собиралась уступать. – Да, думаю! Уж сделай одолжение! – Почему это мы должны делать тебе одолжение? – вздохнул Харухиро, – Ну да ладно. Без завтрака нам будет тяжело, так что давайте постараемся достать сегодня как минимум 3 рума, чтобы этого не повторилось. – Отлично, Парупиро, а теперь давай, объясняй как мы это провернём, да как следует объясняй. А я, так уж и быть, выслушаю. Будь признателен. У Харухиро, разумеется, не было какого-то особенного плана. «Продолжать искать чёрные монеты и что угодно ценное в Трупной Топи. Оставаться настороже на случай нападения того четырёхглазого зверя и подобных существ». Вот и всё. – Ску-у-учно! – завопил Ранта. Он принялся было спорить, но все остальные поддержали план Харухиро. Они покинули деревню и направились к болоту. Что ж, оставаться настороже это, конечно, замечательно, но смогут ли они защититься если тот зверь нападёт снова? А ведь здесь могут быть ещё какие-то, неизвестные опасности. Справятся ли они с ними? Причин для беспокойства было множество, но на данный момент поиски в болоте выглядели самым надёжным способом достать чёрные монеты. А значит, придётся как-то справляться. В этот день они наши один рума, пять вен, ржавый меч и наконечник копья. Тот четырёхглазый зверь, к счастью, так и не появился. Они вернулись в Колодезную Деревню, и отнесли кузнецу ржавый меч и наконечник, а также вчерашнюю добычу – короткий меч, который взяла Юме, и длинный меч, доставшийся Кузаку. Кузнец поднял четыре пальца. Это, должно быть, означало 4 вен за всё. Он, наверное, видел в этих предметах лишь металлолом, потому и оценивал в один вен каждый. Цена выглядела смехотворной, но кузнец вряд ли стал бы торговаться, а оружие, которое они всё равно не будут использовать, это просто лишний груз. Так что было решено всё же продать добычу. В итоге их капитал составил 1 рума и 9 вен. Купить еды стоит 1 рума или 8 вен, так что теперь их сбережений хватит на два приёма пищи. Можно поужинать, а потом ещё и позавтракать утром! Отправляться на охоту с полным желудком было приятно. От голода все становились раздражительными и дёргаными. Постараемся сегодня достать больше вчерашнего, подумал Харухиро. Наша цель – 3 рума. Мысль о четырёхглазом звере пугала, но его по-прежнему не было видно. Юме довольно быстро нашла одну среднюю монету, потом Мэри – две маленьких, а Харухиро почти сразу после – два меча. Дела шли хорошо. – Хм? – Ранта вытащил из лужицы что-то длинное, – Это ещё что? – Кя-я-я-я-я! – Юме отскочила, – Извивается! – О?! Т-точно! Шевелится?! – Ранта попробовал выбросить предмет, но он обвился вокруг его руки и не отпускал, – Ч-ч-ч-то это?! З-змея?! – А… – Кузак опустил взгляд, – И-и на моей ноге тоже… И правда, что-то обвилось также и вокруг его левой ноги. Змея? Это змеи? Они опасны? Может, ядовиты? А как узнать? – Н-не шевелись, Кузак, – Харухиро запнулся, – Хотя… Может, наоборот, лучше шевелиться?.. – Так что делать? – Га-а-а-а-а-а-а! – Ранта отчаянно пытался стряхнуть с себя змееподобное существо, но ничего не получалась, – Какого хрена, что это за дрянь?! Пошла вон, жуть, жуть, жуть!! – А!.. – Шихору застыла, – А ч-что… А что если их там… М-много… Под водой… – А?.. – Мэри подняла посох – так, словно тот внезапно стал очень тяжёлым. Почему? Вокруг посоха тоже обвилась змея. – Т-так, у-успокойтесь, – Харухиро сделал глубокий вдох, – Они, к-кажется, не нападают. И, вроде, не собираются. Все хорошо. Я уверен. Ну, просто… Мне так кажется. «Кихи…» – ещё секунду назад Зодиак парил рядом с Рантой, но теперь почему-то отлетел далеко в сторону, – «Слепая вера… Глупа… Кихихи…» – Зодиак, ты что, бросить меня решил?! Эй, это же совсем хреновый знак! – Ранта попытался оторвать обвившееся вокруг руки существо. Змея не разжимала кольца, – Н-н-н-н! П-помогите же! Да не стойте столбами! Спасите, идиоты! – Фу-у-у-у! – Мэри беспорядочно размахивала посохом. Змееподобное существо не отцеплялось. – Ува-а-а… – Кузак зашатался. Что? Постойте, змея же вроде была на его левой ноге? Теперь и на правой тоже? Нет, ещё две, нет, уже три? Они пытаются опутать его? – О, Оом Рэль Экт Дерм Прем Даш, – Шихору произнесла заклинание. Доспех Тени. Решение, наверное, разумное и естественное – но Харухиро отчего-то было немного неуютно. – Х-хару-кун?! – позвала Юме. Он, разумеется, не мог сказать «Я не знаю что делать, отстань». Он ведь предводитель. Верно. Я предводитель. Лидер. Но даже для меня есть то, что я могу сделать, и то, что я сделать никак не могу, верно же? Однако, если ничего не сделать, всё станет ещё хуже, так?

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Д-давайте сначала выйдем из воды! – приказал Харухиро, – Здесь нам тяжело с ними справиться! Юме и Шихору побежали. Ранта, а затем и Мэри последовали за ними – пытаясь стряхнуть змей с руки и посоха. Харухиро схватил Кузака за руку и тоже побежал. Ранта вскрикнул. Кажется, змея укусила его. – Ранта?! Ты в порядке?! – заорал Харухиро. – Дебил! Конечно нет! Сдохни! А-а-а, как больно! Раз может кричать и бежать, значит, наверное, всё-таки в порядке. К счастью, как только они выбрались из Трупной Топи, змееподобные существа отступили. Но облегчение длилось всего мгновение – Ранта упал и начал корчиться. – Гхе… Гугугугугугу, оооооогх, Губубубубубу… – Ранта?! – Юме сорвала с него шлем, – Хя-а-а?! Даже на первый взгляд было ясно – дело плохо. У Ранты изо рта шла пена. Яд. Должно быть, те существа ядовиты. Мэри тут же применила Очищение, чтобы нейтрализовать яд, но Ранта не вставал. – Угх… Так подставиться…. Чуть не погиб, чёрт… «Ихихи… А мог бы… Просто принять объятья Скаллхейла… Ихи… Ихихи…» – Хватит, Зодиак! Нельзя сейчас дразнить Ранту! Получишь! – Юме почему-то вдруг встала на защиту Ранты. Кстати, Харухиро не заметил как это произошло, но теперь она положила Ранту головой себе на колени. Это выглядело настолько необычно, что Харухиро даже сначала не поверил своим глазам. – Постойте… Заклинание вообще работает? Я, кажется, умираю… Прости, Юме… Можно, я ещё полежу… – простонал Ранта. – А? Да, конечно, Юме не против. – Ещё часок... – Что? Как-то долгонько… – Ладно, тогда полчаса… – Н-ню… «Ги хи… Поддалась… Ранта обманул тебя… Гихихи…» – А? Разве? – Н-ничего подобного! – завопил Ранта, – Что ты там несёшь, Зодиак! М-мне правда плохо! Н-ну, типа, меня тошнит, и голова болит, и живот, понятно? Я не вру! – А звучит будто враньё! Ранта совсем не умирает! – закричала Юме. Она, разумеется, тут же согнала его со своих коленей. Что ж, отставляя это в сторону, похоже, мы в тупике. Трупная Топь выглядела таким надёжным источником монет, но, как оказалось, помимо того четырёхглазого зверя тут есть и ещё одна опасность – ядовитые болотные змеи. Теперь искать здесь уже не кажется хорошей идеей. – Ну? Что придумаешь теперь, Парупиро? Харухиро чуть не сорвался. Какое ещё «Что придумаешь?» Ты что, собрался всё спихнуть на меня? Мог бы спросить «Что будем делать дальше?» Сначала нужно обсудить всем вместе! Впрочем, мысленная расправа над Рантой помогла Харухиро успокоиться. Что толку срываться на этого бесполезного, тупого и самовлюблённого отброса. Можно сколько угодно объяснять отбросу что он не прав, отброс останется отбросом. Злиться на него значит впустую тратить силы. Он недостоин злобы. – Может, попробуем сходить в лес… – начал Харухиро. Остальные на удивление легко согласились. Это нормально? Может, нам стоило как следует всё обдумать? Харухиро никак не мог избавиться от таких мыслей но, может, ни у кого просто не было сил на размышления. Честно говоря, Харухиро и сам иногда ощущал, как просто, не думая, плывёт по течению. Плохая привычка. Впрочем, что-то делать всё равно надо. Иначе не выжить. Они решили, что для начала зайдут в лес возле моста в Колодезную Деревню. Это оказалось труднее, чем они ожидали. Искривлённые белёсые деревья росли так плотно, что с трудом удавалось найти просвет, в который пролез бы даже один человек. Может, попробовать рубить деревья перед собой? – Зато в такой чаще, наверное, не водятся никакие крупные звери, – обнадёжил всех Кузак. – Но вполне могут водиться змеи или что-то в таком роде… – напомнила им о неприятной реальности Шихору. – Шихору… – начал было Харухиро, но замолчал и покачал головой. – А? Что? – Н-нет, ничего. Ты права… Тут и правда могут быть змеи… Ядовитые… – Может, вернёмся? – Ранта явно испугался. И поделом, подумал Харухиро. Но и ему не хотелось связываться со змеями. Его ведь тоже могут ужалить. – Осторожнее, – предупредила Мэри, – Я могу применить Очищение всего четыре раза, как и Исцеление. – Эй, эй! – воскликнула Юме, указывая на запад, – Во-о-он там, смотрите, далеко-далеко, там же что-то светится, а? – Светится… – Харухиро всмотрелся, – И правда. Он не мог различить, что это, но за деревьями определённо что-то светилось. По крайней мере, так казалось. – Думаете, сможем туда добраться? – прошептал Кузак, – До того, как совсем стемнеет? – Всё-таки, трудно сказать, как оно далеко… – Ранта вёл себя необычно смирно. Кстати, Зодиак даже не последовал за ними в лес. Может, конечно, он остался потому, что опасался застрять в ветках. Но без Зодиака Ранта просто бесполезный отброс. – Пойдём назад? – нерешительно предложила Шихору. Харухиро посмотрел на Кузака, Юме, затем Мэри. Все не только молчали, но и никак не выказывали своё мнение. – Да… – с Шихору согласился лишь Ранта. Плохо. Все слишком упали духом. Харухиро хотел бы изменить это, но как? Он не имел ни малейшего понятия. Для начала, хорошо бы просто спокойно подумать… Наверное? Но помогут ли размышления найти хоть какой-то ответ? Нужно время… Нет, Харухиро ведь просто хочет на время сбежать от ответственности, от необходимости принимать решение, так ведь? А может, и не только он. Остальные, наверное, тоже. Да уж, совсем плохо. Так у нас ничего не выйдет. Совсем ничего. Никаких сомнений… Но, всё же. – Что ж, давайте на сегодня, и правда, вернёмся? – предложил Харухиро. Ну вот. Он сказал это. Хотя, как предводитель, должен был бы подстегнуть всех, воодушевить. Он как никто другой понимал, что сейчас нужна крепкая рука лидера, а не потакание слабостям товарищей. И всё же поддался. Он безнадёжен. Харухиро ощутил, как силы покидают его. Сможем ли мы вообще выжить здесь?..

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Жизнь – это

Сможем или нет, остаётся лишь попытаться. 1 вен у них уже был, в Трупной Топи они нашли 1 рума и 2 вен, и ещё 2 вен получили у кузнеца за два найденных меча. Итого 1 рума и 5 вен. На два полноценных приёма пищи не хватает двух вен, но, возможно, удастся договориться с крабом-поваром и получить на завтрак хоть что-нибудь. Повар, конечно, выглядит как краб, но он (она?) всё-таки добрый. Наверное. Харухиро не знал, сколько времени, и мог определить, не приближается ли ночь, только вглядываясь в пылающий горный кряж – затухает ли пламя, или ещё горит ярко. Или довериться интуиции и чувству голода. Интересно, как местные ведут счёт времени? Может, жители Колодезной Деревни и ответили бы, но такой вопрос вряд ли получится выразить жестами и крайне ограниченным набором слов, доступным Харухиро и его товарищам. Они поели, но по ощущениям до ночи ещё оставалось некоторое время. Молча сидеть и ничего не делать тоже оказалось по-своему тяжело. Шихору держалась пугающе тихо. Харухиро хотел что-то с этим сделать, но не знал что. – Бюко-он! – Юме издала странный вскрик и подскочила, – Слушайте, слушайте, у Юме идея! А давайте разожжём костёр, а? План Юме заключался в следующем. Лес очень густой, и идти через него очень тяжело, но зато там можно найти хворост. Они соберут топливо, и разожгут костёр у самых ворот деревни. Огонь согреет их, а с приближением ночи можно будет успеть зайти внутрь до закрытия ворот. Но возле деревни вряд ли так уж опасно, так что, наверное, можно будет остаться и поспать у огня. Все согласились. Они покинули деревню, и принялись собирать ветки у опушки леса. Юме выбирала те, что полностью высохли, а остальные откладывала в сторону. Место для костра выбрали чуть в стороне от моста. Толстые ветки сложили внизу, а тонкие навалили сверху. Таким образом толстые ветки внизу будут тлеть и поддерживать тепло. Юме умело разожгла огонь – как и ожидалось от Охотника. Когда огонь занялся, она постепенно подкладывала новые ветки и дула на пламя, чтобы оно горело сильнее. Полусухие ветки оставили рядом с костром – со временем они высохнут полностью, и их тоже можно будет использовать. – Тепло… – Ранта уселся, прижав колени к груди, и протянул руки к огню, – Тепло-то как… Обалдеть… Огонь это круто… Самая классная штука в истории… О, блага цивилизации… – Эм, Ранта, – Кузак сидел, скрестив ноги, – Ты плачешь? – Нет. Это сопли, а не слёзы… – Сопли из глаз?.. – Шихору придвинулась к костру почти вплотную, – Гадость… – Отвали! Я тут жизнью наслаждаться пытаюсь, а ты со своей критикой, дура! Мэри присела на корточки, и, закрыв глаза, протянула ладони к огню. Её губы приоткрылись в уютной улыбке. – Вот бы ещё рыбки поймать… – протянула Юме, сидя между Шихору и Мэри и глядя на пляшущее пламя, – Можно было бы зажарить, да скушать… – Рыба, хм… – Харухиро, разумеется, тоже сидел у огня вместе со всеми, – Думаешь, в Тёплой Реке водится рыба? Ну, она же тёплая… – Ну а чего такого? – хмыкнул Ранта, – Ну, например, рыбы-людоеды. А? – А вот если бы разжечь костёр у реки, – начала Мэри, – Может, он отогнал бы врагов, и мы смогли бы спокойно искупаться? – Нет, ведь тогда всё будет видно, – Кузак почему-то опустил взгляд, – Это же плохо, разве нет? – О, – Мэри повесила голову, – И правда. – А я не против, – ноздри Ранты раздулись, – Ну и что. Смотрите. Я вообще не против наготы. И чего тут такого? Ну, какая разница, видят тебя или нет. Неважно. Ради ванны можно пойти на жертвы. Что-то получаешь, что-то теряешь. Собственно, давайте, покажите. Мне всё равно. Давайте, дайте мне посмотреть, вы все. Это будет честно. И никаких проблем. Я всё увижу, и дело с концом, правда? Вот и славно. Тогда пойдёмте прямо сейчас. – Давай ты пойдёшь один, – холодно бросила Шихору. А всё же, хорошо бы помыться, подумал Харухиро. Кузак прав, если разжечь костёр то станет слишком светло, но ведь, наверное, всё-таки можно что-то придумать, чтобы мыться было безопасно? Ну, например, всё-таки попробовать вырыть яму для ванны на берегу внутри деревни. Мы же не знаем наверняка, может, жители и не рассердятся. Может, они даже внимания не обратят. Может, попробовать спросить краба, или кузнеца, или стража колодца. Правда, вряд ли получится объяснять, что именно нам нужно… Харухиро уже не ощущал в себе сил бороться с сонливостью, так что просто лёг и закрыл глаза. Что будет, если нападёт дикий зверь? Вот если нападёт, тогда и решим. Да, это дурной и безответственный образ мыслей, но он устал, и ему было тепло. Пожалуйста. Только один раз. Только сегодня, пусть… – …ро-кун… рухиро-кун… Эй… Харухрио-кун… Кто-то тряс его, пытаясь разбудить. Шихору. – А?.. Что?.. – Харухиро сел, и посмотрел на далёкий кряж, – А? Ещё ночь? – Смотри, – Шихору указала в сторону моста. – …Ум, ага… А-а-а?!.. – сказать, что он был шокирован, было бы преуменьшением. Там. Там что-то было. Перед мостом. Лошадь? Это лошадь? То поросшее длинной шерстью, огромное существо? Она запряжена в – карету? Фургон? Фургон, тоже огромный. Что там внутри? Он закрытый, не видно. Рядом с фургоном сидело на корточках человекоподобное существо. Оно, вроде, кого-то напоминает, подумал Харухиро. Короткие ноги, бугрящийся мышцами торс. Ах да, кузнец. Выглядит совсем как кузнец Колодезной Деревни. Может, они с кузнецом одной расы? Существо носило надвинутый на глаза капюшон, а во рту держало что-то вроде трубки. От трубки поднимался дымок. Видимо, оно курит. Остальные, кроме Харухиро и Шихору, по-прежнему спали. Костёр погас. На фургоне было подвешено нечто вроде ламп, дававших слабый свет. – …Давно он тут? – прошептал Харухиро. – Эм… Ну… – Шихору придвинулась к нему ближе. Она, похоже, напугана, – Я проснулась когда повозка подъехала… Кажется, откуда-то из леса… – Из леса? Такая большая повозка смогла там проехать? – Вон там, вдали… – Шихору указала подбородком куда-то на северо-запад, – Там, кажется, что-то вроде дороги. Во всяком случае, повозка там проехала… – Хм-м… По дороге, значит… Так что – давно она здесь? – Не знаю… Сначала я подумала, что это какой-то странный сон… – О-о… Ну да, пожалуй. Понимаю. Сложно поверить, что такая штука может просто появиться из ниоткуда. – Ну, и повозка остановилась там. А потом вышел… он. А потом я почти сразу тебя разбудила. – Интересно, кто он, всё-таки… Наконец, из деревни донёсся вопль гигантской курицы, и проснулись остальные. Когда они увидели повозку, поднялся шум, но стоило вознице обернуться, как все сразу же замолчали и сжались. – Н-н-нарываешься? – необычайно тихо обронил Ранта. Возница, наверное, услышал. Он поднялся, и Ранта тут же бухнулся на четвереньки. Если придётся, просто отдадим Ранту и пусть делает с ним что хочет, подумал Харухиро. Да, отличная мысль. К сожалению, этого не потребовалось. Дозорный башни В открыл ворота, и возница вернулся в фургон. Мохнатая лошадь тряхнула головой, и тронулась. Повозка покатилась вперёд. Они вообще смогут проехать? Смогли, но с трудом. Дело было даже не в ширине моста – прочности конструкции едва хватало чтобы выдержать вес, доски моста оглушительно скрипели с каждым поворотом колёс. Мост же выдержит, правда?.. Когда фургон наконец проехал через ворота, Харухиро чуть было не разразился аплодисментами. Но, разумеется, сдержался. Харухиро и остальные закрыли лица и тоже вошли в деревню. Повозка остановилась возле кузницы. И, как они и ожидали, кузнец и возница оживлённо беседовали, словно старые друзья. – Эти два хрена походу братья, а? – Ранта тут же испугался и принялся торопливо объяснять: – Я вовсе не хотел никого оскорбить, «два хрена» это просто вырвалось! Я с-совсем не это имел в виду! Я вообще их очень уважаю! Правда! – Да мне-то что… – Харухиро вздохнул, – Но да, они и правда похожи на братьев, или, во всяком случае, родственников. Думаете, груз как-то связан с кузнечным делом? – Смотрите, кажется, разгружают, – сказал Кузак. Возница и кузнец разгружали вместе. Они открыли фургон, и возница, стоя в кузове, передавал груз кузнецу. Тот оттаскивал грузы под навес и складывал на землю. – Эй, слушайте, – Ранта указал на кузницу большим пальцем, – А давайте подсобим, а? Может, нам потом скидку сделают? – Только и мыслей что о выгоде, и ни капли стеснения… – вздохнула Юме. Впрочем, не такая уж и плохая идея для Ранты. – Хорошо, – Харухиро кивнул, – Поможем. Но только мы, парни. Эти двое могут рассердиться и избить нас, так что Юме, Шихору и Мэри остаются здесь. Опасения Харухиро почти оправдались. Кузнец замахнулся молотом, намереваясь испугать и отогнать их, но когда Ранта бухнулся на четвереньки и принялся объяснять, кузнец, кажется, понял. Он по-прежнему смотрел на них с подозрением, но позволил помочь с разгрузкой. Фургон был нагружен древесным углём. Ещё в Ортане Харухиро слышал, что кузнецам для работы необходим кокс или древесный уголь. Как ему говорили, кокс изготавливают из каменного угля, который ещё нужно добыть, так что древесный уголь получить гораздо проще. А ещё древесный уголь используют для очистки воды. Возница, похоже, не просто доставил уголь кузнецу, но и сам его изготовил. В повозке лежало несколько больших топоров – пригодных, насколько мог судить Харухиро, в основном для того чтобы валить деревья. То есть, возница сам валит деревья, и сам делает древесный уголь. Он углежог. Когда с разгрузкой закончили, углежог принялся помогать кузнецу. Ему, похоже, это очень нравилось, но кузнец постоянно отпускал недовольные замечания. Судя по их поведению, кузнец, наверное, старший брат, а углежог – младший? Младший брат всегда мечтал стать кузнецом, как и старший, но оказалось что у него нет таланта к этой профессии, и тогда он стал углежогом чтобы помогать брату. Впрочем, это всё просто плод воображения Харухиро. Может, всё совсем не так. Кузнец потребовал оружие Харухиро и его товарищей, и, видимо в качестве платы за помощь, они с братом наточили их мечи и кинжалы. Потом кузнец достал меч. Прекрасный двуручник, с голубовато отливающим лезвием, украшенным сложными узорами, и изукрашенной рукоятью. Кузнец протянул меч Кузаку. И как только тот взял оружие… – О-о!.. – Кузак поражённо выдохнул. Меч оказался невероятно лёгким. Кузак встал в стойку, взмахнул, и возбуждённо содрогнулся. – Эта штука просто невероятна. Серьёзно, такого быть не может. Даже мне понятно. Это поразительный меч… Кузнец забрал меч у Кузака, показал им большую монету, после чего поднял пять пальцев, а затем ещё восемь. Сорок больших монет… То есть, кузнец продаст этот меч за сорок роу. Харухиро даже не мог представить себе эту сумму, но, если брать деньги Гримгара, то, наверное, сорок золотых? Большие монеты, похоже, очень ценны, так что, наверное, ещё больше. Как бы то ни было, сумма просто поражала. Должно быть, это самый дорогой из мечей кузнеца, или один из самых дорогих. Через некоторое время, пока команда Харухиро поедала свой скромный завтрак, повозка углежога тронулась с места. Фургон катился примерно со скоростью пешехода. Харухиро и его спутники попытались последовать за ней. Они были готовы отступиться если покажется, что углежог против, но он не обращал на них внимания. Повозка проехала по мосту, некоторое время двигалась на север, после чего повернула на запад. Шихору была права. Дорога. Через лес вела просека, и на земле виднелась колея. Колёса повозки в точности умещались в неё. Повозка катилась не останавливаясь. Время от времени дорога чуть виляла из стороны в сторону, но в целом шла прямо. Они слышали крики – птиц, а может ещё каких-то животных. По дороге Юме заметила, что фургон издаёт странные звуки. С сиденья возницы свисали какие-то предметы, вроде колокольчиков, и производили низкий, громкий звон. Интересно, у него есть какое-то предназначение? Например, отгонять диких зверей? Наконец фургон выкатился на открытое место. На поляне стояла небольшая изба. Рядом – печь под навесом и склад угля, а также загон и огромная поленница. Видимо, именно здесь выжигается уголь. Углежог остановил повозку и зашёл в избу. Харухиро с друзьями прошлись вокруг, попробовали зайти в лес. Большинство деревьев было повалено, идти по прореженному лесу было гораздо легче. Дорога, по которой они пришли из Колодезной Деревни, продолжалась куда-то дальше. На ней тоже виднелись следы колёс повозки. Куда она ведёт? Где-то там есть другие поселения? Когда они вернулись к избе углежога, хозяин сидел у входа, расслабленно покуривая трубку. На Харухиро и его спутников он даже не посмотрел. Мохнатая лошадь, выпряженная из повозки, паслась неподалёку. По виду её мощных ног казалось, что ей достаточно один раз лягнуть чтобы свалить наповал. Да что там лягнуть, наверное, даже ударом хвоста она сможет покалечить. Лучше к ней не соваться. – Кажется… Наш мир стал немного шире? – проговорила Шихору. – Да уж, – Кузак кивнул. – Вот только денег нам это не принесёт, – Ранта присел на корточки, выдернул несколько травинок, и смял их пальцами, – А, да, забыл призвать Зодиака. Ну, плевать… – Как будто деньги в жизни главное… – Юме повесила голову, – …Только вот Юме голодненькая… – Пойдём назад? – нерешительно предложила Мэри. Харухиро был благодарен ей за это. Они пришли сюда, повинуясь мимолётному порыву, но сложно сказать, что прогулка принесла им хоть что-то. Мысль о том, что всё это было лишь тратой времени, Харухиро старался гнать прочь но, скорее всего, она была не так уж далека от истины. Возвращаться с пустыми руками не хотелось, но что ещё им остаётся? – Вернёмся! – с энтузиазмом воскликнул Харухиро, пытаясь придать своему заявлению уверенности, но остальные поглядели на него странно. – …Наверное? – слабо добавил он, пытаясь сгладить впечатление. Ничтожество. Да, настоящее ничтожество. Харухиро никогда не считал себя особо крутым, но в последнее время дела шли совсем плохо. Манато смог бы поступить умнее. Токимунэ вёл бы всех за собой, вселяя уверенность своей энергией и жизнерадостностью. А Харухиро? Он может лишь делать то, что может и так, как может. Своим способом. Но в чём заключается этот «его способ»? В чём именно? Что ему делать? Сейчас, в этом тяжёлом положении, в котором все они оказались, его недостатки проявились сильнее прежнего. Мучительное осознание собственной неполноценности обессиливало, сбивало с толку. Харухиро хотелось бы опереться на кого-то. Хоть на кого-нибудь. Да, он не может переложить свою ношу на кого-то ещё, но ему очень хотелось это сделать. Бросить всё и сбежать. Они шли по дороге через лес, обратно в деревню. Что теперь? Что они узнали, и что с этим новым знанием делать? Харухиро нужно обо всём подумать. Он уже думал, но… разочарование, злость и отвращение к самому себе сбивали его с мыслей. А ещё – страх, неуверенность и бессилие. Может, просто признаться во всём? Что если сказать – Ну, вы все знаете, как у нас дела, а я, ну, предводитель, но у меня плохо получается, в общем, простите – что тогда? Может, станет легче. Но легче станет одному Харухиро. Что подумают товарищи? Ранта наверняка примется орать. Плевать на Ранту. А девушки? Они пожалеют его? Немного жалости ему бы не помешало. Он хотел бы хоть чуть-чуть расслабиться, избавиться от давления хоть ненадолго. Дорога была широкой, и идти было легко, но царила почти кромешная темнота, и Юме освещала путь лампой. Харухиро обернулся и увидел её лицо, затем посмотрел на шагавшую рядом Шихору, и его взгляд притянула определённая деталь её анатомии. Он торопливо повернул голову вперёд. Чёрт. Только что ему в голову пролезли кое-какие неприличные мысли. Нет, не мысли. Позывы. Теперь Харухиро смутился. И почувствовал отвращение к себе. Его окатил приступ похоти – почему-то направленной на Шихору. Может, всё дело в том что его взгляд упал на её грудь? Нет, что тут было причиной, а что следствием неважно. Важно то, что он почувствовал. А ещё на его мысли отозвалось кое-что ниже пояса – как именно, Харухиро не решился бы описать. О нет, о нет, о нет, о нет, о нет, о нет… Да, конечно, Харухиро, как и все, чувствовал тягу к противоположному полу. Но он полагал, что в его случае эта тяга не так уж и сильна, и предпочитал держать её в узде. В основном успешно – как ему казалось. Успокаивать себя фразой «Я молодой, здоровый мужчина, так что это нормально» ему не хотелось. Я молодой, здоровый мужчина, это нормально… А теперь вот приходится. И вообще-то меня это ничуть не успокаивает. Харухиро, что вообще на тебя нашло? Ты сходишь с ума. Ты устал. Ты что, решил превратиться в озабоченного зверя? Здесь? Сейчас? Пе-ре-стань… И пока Харухиро изо всех сил подавлял желание обхватить голову руками и завопить… – …Н-ня? – Юме издала странный возглас, – Эм, просто, может быть, но, кажется, там вроде что-то есть? – Что-то? В смысле? – Ранта сглотнул, – Что там? – С-с-стоп, – Харухиро быстро поднял руку, но все уже остановились, – Юме, где? – Там, наверное? – Юме указала назад и направо, – Какой-то звук. Или, вроде, просто что-то чувствуется? Кузак выдохнул, достал меч и взял наизготовку щит. – Мне пойти сзади? – Эм… Ну… – Харухиро тряхнул головой, приводя мысли в порядок, – Так… Посмотрим. Кузак, встань в том направлении, куда показала Юме. Ранта, ты… слева от Кузака. Я справа. Мэри, защищай Шихору. Юме, прикрывай нас сзади. Все моментально заняли позиции. Лишь Харухиро замешкался. В его голове снова пронёсся упрёк. Медленно думаю, медленно действую. А стояк-то прошёл, а? Харухиро поразился собственным мыслям. Я что, совсем тупой? Разве сейчас время об этом думать? Какое-то время они ждали, затаив дыхание. Ничего не происходило. Стояла тишина. – Тебе точно не показалось? – прошептал Ранта. – Мо-ожет быть… – протянула Юме. – Пока будьте наготове, – Харухиро осмотрелся. Ничего тут нет, подумал он, и собрался развернуться, – Обратно, к Колодезной Деревне… Раздалось несколько кашляющих звуков, между деревьями что-то замелькало. Приближается. Какие-то звери? Но не очень большие. Их больше двух. Пять, или шесть? Больше? Кохх. Кохх. Кохх. Это их лай? Вой? – Нападают! – выкрикнул Харухиро, сообщая то, что все уже и так поняли. Кузак тут же ударил щитом, отбрасывая прочь одного из нападавших. – Обезьяны?! – Ранта махнул Долфином. Мимо. Обезьяны. И правда, похожи на обезьян. Покрыты чёрно-коричневой шерстью, и хвостатые. Они отталкивались всеми четырьмя ногами от земли и бросались вперёд, но не бегали на четвереньках. Передними лапами они хватались за деревья и отталкивали в сторону ветви. Их морды напоминали не столько обезьяньи, сколько собачьи. Их, наверное можно назвать собакообезьяны – инузару. Харухиро отбросил одного инузару саппой и попытался пнуть второго, но тот увернулся. Первого он смог достать, но лишь вскользь. Инузару снова бросился. Харухиро пригнулся и попытался рубануть мечом, но существо ушло от удара. – Шустрые, сволочи! Выброс! – Ранта бросился вперёд, остриё Долфина описало восьмёрку, – И-и-и Рассечение! На этот раз инузару не сумел уклониться. Он издал предсмертный кашель и рухнул. – Ну как, а?! Я крут! – Ранта высоко поднял свой меч. Да, да, да, мы поняли, а теперь заткнись и продолжай сражаться, хотел было сказать Харухиро, но тут оставшиеся инузару снова завыли и бросились наутёк. – Эй, вы, я с вами не закончил! – Ранта пустился было в погоню, но тут же остановился, – Ну ладно, будем считать они как следует испугались меня. Я – величайший из Рыцарей Ужаса Ранта-сама, в конце-то концов! Кстати, величайший значит что я ужаснейший а не сильнейший, хотя и сильнейший тоже! Гахахахаха! – …В-все целы? – Харухиро обвёл взглядом товарищей, – Никто не ранен, да? – Порядок, – Кузак опустил меч. – Ня-а, – Юме, как обычно, ответила что-то невнятное, но, видимо, это значит что с ней всё хорошо. – Напугали… – выдохнула Шихору. – А они не нападут снова? – Мэри по-прежнему держала наготове посох. Похоже, пока что никого не задело. Ранта подошёл к трупу инузару. Нет, тот ещё жив. Его тело всё иссечено, он корчится в судорогах но, очевидно, ещё дышит. Ранта, не колеблясь, с силой опустил ногу на шею существа, добивая его. Харухиро на мгновение задумался – правильный ли это поступок? Но, наверное, всё же лучше прикончить врага быстро, а не продлевать его мучения. Ранта присел, осмотрел тело и повернулся к Харухиро. – Слушайте, а как думаете, если его приготовить, он съедобный? Ранта, похоже, не просто так назвал себя ужаснейшим. Титул он, конечно, присвоил себе сам, но его и правда посещают жутковатые идеи. Остальные, разумеется, не проявили энтузиазма. Убивать живых существ и есть их. Жестоко, как может показаться, но так же и совершенно естественно. И всё же, хотя они и убивали гоблинов, никому даже в голову не приходило пробовать их есть. Инузару выглядят как обезьяны, так что мысль о том, чтобы съесть их, тоже кажется глубоко неправильной. Но есть что-то надо, а денег нет. – Может, мы сможем его освежевать? – спросил Харухиро, чувствуя где-то в глубине души странную решимость. – Ун-гхх… – Юме, кажется, совсем не нравилась эта идея, – Н-ну, наверное... Юме совсем-совсем не хочется, но она могла бы… – Содрать шкуру и вытащить внутренности, а? – Ранта излишне фамильярно обхватил Юме за плечи, – Делов-то пара пустяков. Юме, давай, ты сможешь! – Отвали! – Юме оттолкнула руку Ранты, – Нет, Юме совсем не хочется! – Я просто не смогу такое есть… – прошептала Шихору, отшатываясь. – Да уж… – Мэри закрыла рот руками. – Я, наверное, попробую, если скажешь… – нерешительно проговорил Кузак. Молодец, Кузак. Да, верно. Это ведь всё-таки не человеческое мясо. Просто зверь, похожий на обезьяну. Может, он и невкусный, но это лучше чем голодать. Если их можно есть, значит нужно есть. – Юме, я тоже помогу, – Харухиро посмотрел ей в глаза, – Ты не могла бы всё-таки попробовать, хотя бы ради меня? Если правда совсем не можешь, просто скажи, я сделаю всё сам. В итоге Юме согласилась. Харухиро тащил труп инузару, пока они не подошли к деревне и не разожгли костёр возле моста. Когда пламя разгорелось, они начали свежевать тело. Если уж Юме бралась за что-то, на неё можно было положиться. Харухиро оставалось только держать тело, поднимать и поворачивать чтобы ей было удобнее. Юме поднесла кусок добычи Белой Богине Эльрих, нанизала аккуратно порезанные ломти мяса на палочки и принялась жарить над костром. Мясо приготовилось, и все дружно вонзили зубы в свои куски. Когда все прожевали и проглотили, Ранта покачал головой из стороны в сторону. – Ну, вроде мясо как мясо. Такое себе, не плохое, не хорошее. С солью, наверное, пошло бы лучше… – Мурргх… – Юме нахмурилась, – Пожалуй, всё же какое-то гаденькое…

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7. Проект будущего

Гадкое или нет, мясо, во всяком случае, было съедобно. Юме знает, как устраивать ямы-ловушки. В Гильдии Охотников также учат ставить капканы и силки, но этим навыкам она пока не училась. Кроме того, чтобы сделать капкан нужны инструменты. Впрочем, её учитель однажды показывал, как ставят силки, так что Юме полагала, что сможет попробовать повторить его действия. Если они поставят несколько ловушек возле дороги к поляне углежога, то, может, удастся поймать инузару. Ядовитые болотные змеи пугали. Да и четырёхглазый зверь очень опасен. Но в настоящее время Трупная Топь остаётся единственным более-менее надёжным источником дохода. Если встретим змей, попытаем счастья в другом месте, а если услышим шаги того зверя, сразу сбежим. Выработав такие правила, Харухиро и остальные продолжили искать монеты на болоте. Харухиро не мог позволить себе отчаиваться и унывать, несмотря на множество поводов к этому. Он постоянно оставался на самом краю, за которым зияла пучина самоуничижения. Этого не избежать. Так было всегда, так что он отчасти привык. И отчасти научился восстанавливаться из этого состояния. Просто принять всё как есть, сказать себе, что это естественное положение вещей, и терпеть станет легче. Харухиро всегда понимал, что не годится быть предводителем. Он никогда не хотел им становиться. Но он должен это сделать, и у него не было иного выбора, поэтому он главный. Но, разумеется, именно поэтому это было тяжело, и усталость лишь копилась с каждым днём. Харухиро не святой – фактически, он самый обычный, непримечательный человек, такой как все. Так что нет ничего странного, что он иногда немного сходит с ума и чувствует вожделение к своим товарищам по команде. Кроме того, он же пытается стать лучше. Он хотел бы стать более умелым предводителем – и ради товарищей, и ради себя. Если бы только он мог. Но это не так-то просто. Продвигаться непрерывно вперёд не получалось – шаг вперёд, два шага назад, ещё шаг вперёд, и ещё шаг назад. Ничего страшного. Всё хорошо. Он бы не смог продолжать, если бы не убеждал себя в этом. Был день, когда на болоте им встретилось сразу несколько четырёхглазых зверей, так что пришлось повернуть назад. В другой день они несколько раз переходили с места на место, но постоянно натыкались на змей. В итоге Кузака и Юме укусили, что вылилось в несколько крайне неприятных минут. Инузару иногда попадались в силки, но обычно им удавалось вырваться и сбежать. Впрочем, Юме, наверное, постепенно набиралась опыта, потому что теперь некоторых всё же удавалось ловить. А ещё методом проб и ошибок удалось выяснить, как готовить инузару. Если быстро слить из тела кровь, приправить пахучими травами и добавить соли, они получаются вполне вкусными. Краб-повар торговал солью, но требовал целый рума за крошечный мешочек. Соль, достававшуюся так дорого, тратили неохотно. Время от времени Колодезную Деревню посещали чужаки. Они представляли самые разные расы, но все закрывали лица, так что, видимо, были в курсе правила, по которому посторонних пускали в деревню. А может, это правило касается не только Колодезной Деревни, но и всего мира, или, по крайней мере, этой части мира. Чужаки приходили в основном для торговли. Некоторые продавали, некоторые покупали, а некоторые делали и то и другое. Продукты, которыми торговал краб-повар, добывали несколько жителей Колодезной Деревни или приносили охотники наподобие Пугала-сан. Обитатели каменного здания до сих пор ни разу не показывались на глаза. Остальных Харухиро и его спутники научились более-менее узнавать. Дозорные на башнях и страж колодца дежурили сменяя друг друга, и всего их было девять – по крайней мере, столько насчитал Харухиро. Краб-повар кормил их бесплатно. Прочие жители деревни, кузнец и все остальные, должны были платить за еду. Кстати, все местные ели один раз в день, максимум два. Впрочем, из-за недостатка средств Харухиро и его товарищи поступали так же. Они до сих пор не могли как следует общаться с местными жителями. Не умея сформулировать даже простые фразы, они не знали, как спросить разрешения, так что далеко не сразу набрались храбрости выкопать ванну внутри деревни, но зато теперь могли в безопасности мыться. Ещё через некоторое время они, забывшись, попытались развести костёр, но страж колодца подошёл и молча потушил его, так что, видимо, разжигать огонь внутри деревни запрещено. Спать без огня было холодно и неприятно, так что они, как правило, ночевали снаружи. Итак, наступила их девятнадцатая ночь в этом мире, их накопления составляли 4 рума, и они более-мене выработали постоянный режим дня. За 4 рума можно поесть четыре раза – иначе говоря, питаться два дня. Не так уж много, но даже крошечный резерв придавал немного уверенности. Пока что Харухиро держал их общие сбережения при себе, но намеревался разделить между всеми, когда они накопят побольше. Тогда можно будет купить себе каких-нибудь полезных мелочей, осуществить собственные крошечные мечты. – Нет, всё-таки, – заявил Ранта, ворочаясь, – Так продолжаться не может. Меня достало рыться в грязи. – Какая разница, достало или нет… – пробормотала Шихору. Они с Юме и Мэри сидели у костра, прижавшись друг к другу. Перед тем, как ворота деревни закрылись на ночь, девушки искупались и теперь Харухиро отчего-то казалось, что их фигуры будто светятся… он обнаружил, что не в силах смотреть на них прямо. Почему-то это его странным образом возбуждало. Впрочем, что-что, а сдерживать свои примитивные инстинкты он умеет хорошо. Да. Хорошо. Или всё же не очень? Может, и не очень… Как Ранте и Кузаку удаётся терпеть это? Может, Кузак время от времени находит время уединиться с Мэри и заняться, ну, этим? Но тогда даже Харухиро заметил бы, рано или поздно. Да, похоже, они ничего такого не делают. Сдерживаются? Но им совершенно незачем. Здесь и так мало удовольствий. Нужно урывать хотя бы те наслаждения, которые доступны. Но, с другой стороны, что тут может сделать Харухиро? Подойти к Кузаку, похлопать по плечу, сказать что всё в порядке, пусть не стесняются? Это тоже казалось каким-то неправильным… Во всяком случае, Харухиро никогда не сможет так сделать. – …Кажется, нам с каждым разом удаётся найти всё меньше… – Кузак, лежа на спине, кашлянул. Видимо, простудился, – Ну, мне так кажется. Пока что добыча ещё есть, но, похоже, скоро придётся зайти в те места, где водятся змеи или где часто бывают четырёхглазые звери… – А может, в следующий раз зайти куда-нибудь дальше? – Юме сидела, прижимаясь щекой к груди Шихору и в то же время обнимая Мэри. Чёрт, как же я завидую, подумал Харухиро. Нет, нет, нет, нет… – С поляны углежога вела ещё одна дорога, куда-то ещё… – Мэри выглядела уставшей и сонной. – Я, на самом деле, тоже про это думал, – Харухиро смотрел в огонь. О пламя, верни мне здравый рассудок, пожалуйста, молился он, – Ну, вроде, может там, дальше, ещё одна деревня? Или большой город? Хотя, даже если и есть, не уверен что для нас это что-то меняет. – Короче, это наш вариант номер один, – объявил Ранта, цокнув языком, – А ещё можно пересечь болото и пойти на юг. Или вниз по течению Тёплой Реки. Там, на берегу, была какая-то тварь, но мы сможем с ней разобраться, если захотим. Харухиро продолжал смотреть на огонь, ни на мгновение не отводя взгляда. – Но мы ведь не знаем, что там. – Ты тупой, Парупиро? – издевательски бросил Ранта, – Это же неизвестный новый мир. Конечно же мы не знаем, что можем встретить. – Ну, да, но я хочу сказать – то, что ты предлагаешь, необдуманно. – Просто я решительный и храбрый, – объявил Ранта, – Ну, тут всё просто. Сейчас мы просто должны разобраться, где тут что и что к чему. Но у нас есть и другая задача, а? Очень важная. – Не хочу слышать, – Шихору заткнула уши, – Я уже знаю, это какая-то гадость. Харухиро невольно посмотрел на неё, и тут же раскаялся в этом. Юме практически зарылась лицом в грудь Шихору, а Мэри прислонилась к Юме, полузакрыв глаза. Ну же, разделите и со мной это тепло, подумал Харухиро и ему захотелось стукнуть себя по голове. – Я хочу сказать, что нам, возможно, придётся навсегда остаться здесь, – произнёс Ранта необычно серьёзным тоном, – И лучше быть к этому готовыми… Понимаете? – Эй, эй… – Харухиро запнулся, пытаясь подобрать ответ, – Ты чего вдруг? – Это факт, и ты это знаешь. Или я ошибаюсь? – Надежда ещё… – Не потеряна, да? Да ладно тебе, Парупирорин. Не строй из себя крутого героя. Ты же никогда не был оптимистом. Прими реальность. Мы можем уже не вернуться домой. И тогда придётся жить здесь, пока не умрём. Мэри глубоко вдохнула, помедлила, и тихо выдохнула. Она невидяще смотрела в пламя. Шихору открыла было рот, но промолчала. Юме издала странное бурчание. – Не вернуться домой, говоришь, – Кузак сел, – Но домой – это куда? В Гримгар? – А? – Ранта изогнул бровь, – Ты к чему это, Кузаки? – Нет, просто подумал. Мы ведь, похоже, не всегда жили в Гримгаре. – Конечно, но мы же не помним ничего кроме этого. – Ну, да… – Тогда хватит нести чушь, – отрезал Ранта, – И вообще, я пытаюсь намекнуть не на это. Включи уже мозги, дебил… – И вовсе не зачем так выражаться. – А? Нарываешься?! Давай, попробуй! – Хватит, – одёрнула его Мэри. Обычно это сделал бы Харухиро, но сейчас его мысли занимало другое. «Мы ищем способ вернуться в наш родной мир», прошептала ему Шима. Вернуться, думал Харухиро. Веруться в наш родной мир. Что она имела в виду? Он нащупал под одеждой висящий на груди ресивер. После всего случившегося Сома вполне мог вызвать их. Харухиро втайне надеялся на это. Но ресивер оставался неподвижным и молчаливым. Может, он не работает через миры? Харухиро тряхнул головой. Нет никакого смысла зацикливаться на этом. Он и его товарищи здесь. Здесь и нигде больше. Они в другом мире, не в Гримгаре и не в Даскрэлме. Возможно, придётся прожить остаток жизни здесь. Ему в голову, разумеется, тоже приходила эта мысль. – Ранта, – сказал он, – Я и без тебя знаю. Это… вполне возможно. Я понимаю. Но что с того? Ты же понимаешь, от простого принятия этой возможности ничего не изменится. То, что мы должны делать, остаётся прежним. – Идиот. Ты совсем тупой? Ну конечно же изменится! – Ранта подскочил, и стукнул кулаком о ладонь, – Если мы остаёмся здесь, значит, пора задуматься о продолжении рода! А значит, делать детей! Де-тей! – Что-о-о-о-о-о-о… – Шихору крепко обхватила Юме. – Ты… – Харухиро не знал даже, что сказать. Мэри неверяще помотала головой. Юме просто молча таращила глаза. – Одного у Ранты-куна не отнять… – пробормотал Кузак, – Что бы ни случилось, он всегда останется Рантой-куном… – Итак, решено! – Ранта подпрыгнул и обвёл всех взглядом, – Надо разбиться на пары! У нас тут как раз три парня и три девчонки! Каждая пара заделает по десятку спиногрызов, и нас уже станет тридцать шесть, оглянуться не успеем! Ну как вам?! Что до меня.. Ну, это, типа, часть проекта по продолжению рода, так что я не буду привередничать, ну, да, но если уж нужно выбрать, то я хочу… Хм… – Отказываюсь, – подняла руку Шихору. – И я, – тут же последовала её примеру Мэри. – И Юме тоже, ни-за-что! – Юме высунула язык. – Э-эй, это ещё что, – Ранта подбоченился левой рукой а правой укоризненно поводил пальцем из стороны в сторону, – Ответ «нет» не принимается. Это проект нашего будущего. Не будьте эгоистками. Парни и девчонки не могут делать детей друг без друга, так что вам придётся сотрудничать, хотите или нет. Это ваш долг, в конце концов. – Хватит пытаться навязать всем этот твой проект… – пробормотал Харухиро. – Заткнись, Парупироноске. Я делаю это потому что на тебя надежды нет. А, ну да, да, точно. Меня никто не любит, да, я знаю. Что поделать, обойдусь тем что останется. Так, давай, Кузаки, выбирай первый. – …А? Я? Что? – Ну есть же у тебя предпочтения? Кого из троих хочешь? – А-а-а… – Кузак схватился своей большой рукой за затылок, и опустил взгляд… – Э… Харухиро и так знал ответ, но, честно говоря, ему было интересно что Кузак скажет. Как он выразит свои чувства перед всеми? А может, никак? Попробует отшутиться? – Ну, что? Давай, не тормози! – завопил Ранта, брызжа слюной, – Скорее! Ну же, ну же, давай! Скорее, давай, давай уже! – Хм-м… – Кузак скрестил руки на груди и закрыл глаза. Почему он тянет? Харухиро глянул на Мэри, пытаясь оценить её реакцию. А? Странно. Он ожидал, что Мэри будет ждать ответа Кузака с выражением беспокойства или неловкости. Но этого не было. Она сидела, обхватив колени обеими руками, а выражение её лица казалось виноватым. Что это она? Вроде как, извини, Кузак, что тебе приходится отдуваться за нас? Ну, может и так, но что-то казалось неправильным. Непохоже на Мэри. «Непохоже на Мэри»? А Харухиро разве знает Мэри так хорошо, чтобы определить, как похоже на Мэри а как нет? Он же, вроде как, почти совсем её не знает… – Да решай уже! – Ранта топнул ногой, – Что тут думать! Любишь сисястых – Шихору! Любишь смазливых – Мэри! Любишь долбанутых – Юме! Всё же просто! – …Может, мы его просто зароем? – произнесла Шихору тоном, от которого по спине пробежали мурашки, – Все вместе. – Поддерживаю, – Мэри поднялась, её лицо ничего не выражало. – По кусочкам-то хоронить проще, – Юме, широко улыбаясь, вытянула из ножен кукри. – Эй, да вы чего?! – Ранта плюхнулся на землю и отполз назад, – Хватит этих разговоров про похороны и способы закопать! Ну вы чего! Стойте, да стойте же! Всё, всё, я понял! Молчу! Ну я же шутил, что вы сразу начинаете! Простите, я просто пошутил, простите, пожалуйста! Пожалуйста!.. Ранта плюхнулся на четвереньки, и на этом разговор сам собой прекратился. Все легли спать. К Харухиро, впрочем, сон долго не шёл. В голове роились мысли. Что у Кузака с Мэри? У них всё хорошо? Ну, то есть, сейчас им, наверное, не до этого, да? Но в конце концов я всё же желал бы им счастья… Харухиро пытался притворяться хорошим парнем, но грудь стискивала боль. И вообще, что такое счастье? Не знаю… Они спали, пока их не разбудил предвещающий рассвет вопль гигантской курицы. Начался новый день. Для начала они прошли по мосту и утолили жажду водой из колодца. Потом умылись у реки, и направились завтракать. Во всяком случае, таков был план, но у продуктовой лавки уже кто-то стоял. Конечно, они уже привыкли видеть в деревне чужаков, но этот привлёк их внимание. – …Эй, смотрите, – Ранта указал на неизвестного, – Он как-то уж слишком похож на человека, а? Покупатель, только что принявший от краба-повара миску с супом из жуков, имел две руки, две ноги, одну голову. Хвоста нет. Рост около ста восьмидесяти сантиметров. Выше Харухиро, ниже Кузака. На нём широкополая шляпа – точнее, что-то вроде сплетённой из высушенной травы шапки в виде сплюснутого конуса, а также закрывающий нижнюю половину лица шарф и длинная, до колен, накидка. На бедре висит оружие, напоминающее топор, а на спине большой рюкзак набитый мечами, арбалетами и ещё каким-то оружием. Он словно ходячий арсенал. Покупатель оттянул шарф вниз и поднёс миску ко рту, чуть запрокинул голову и принялся прихлёбывать суп. Прикончив бульон, он взял пальцами гущу – то есть, жуков – положил в рот, с аппетитом прожевал и проглотил. Он никак не может быть человеком, на мгновение подумал Харухиро, но, с другой стороны, какому-нибудь человеку вполне может нравиться вкус жуков. Покупатель произнёс «Ро Кэ», вернул крабу миску и повернулся к Харухиро и его спутникам. – О?! – Ранта отпрыгнул, и встал в позу, из которой можно немедленно бухнуться на четвереньки. Было бы правильнее, если бы этот отброс (и слизняк) перестал уже звать себя Рыцарем Ужаса и назвался Пресмыкающимся Рыцарем. Впрочем, этот незнакомец и правда выглядел угрожающе. Несмотря на свою ношу он стоял так, словно ему вовсе не тяжело. Осанка ровная, центр тяжести устойчивый – он может быстро двинуться в любом направлении. Поза спокойная, никакого лишнего напряжения. В нём, как бы это сказать, не ощущалось слабины. Он, вроде как, словно излучает силу?.. Кузак потянулся было к мечу, но сразу же, медленно выдыхая, опустил руку. – А… – начала Шихору. Что – «А»? Хотел спросить Харухиро, но не смог. Тишина становилась всё тяжелее. Юме что-то буркнула, Мэри, кажется, попыталась заговорить. И тут это случилось. – Эй, вы, – заговорил незнакомец, – Вы что, люди?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8. Предшественник

– Меня зовут Унжо, – представился мужчина на том же самом языке, которым пользовались Харухиро и его спутники. Унжо-сан поразил их, объяснив, что с тех пор, как он попал в этот мир «ночь опускалась тысячи раз». Сутки этого мира длятся столько же, сколько в Гримгаре, или нет? Точного ответа никто не знал, но если предположить, что продолжительность суток одинакова, то даже две тысячи дней – это пять с половиной лет, а если три, то Унжо-сан провел в этом мире больше восьми лет. Он сумел выжить так долго. – Трудно поверить, – проговорил Унжо-сан хриплым голосом, в котором слышалась нотка усмешки, – Что встретил я… людей. Долго, так. Очень, давно очень не видел человека я. И не верил, увижу вновь, что. Но вот, люди передо мной. Харухиро понимал его, но Унжо-сан говорил с сильным акцентом и странным образом менял порядок слов. Должно быть, очень давно не говорил на человеческом языке. Когда они обнаружили, что Унжо-сан, как и они, человек, Ранта набросился на него с вопросами: – Сэмпай, сэмпай, сэмпай, пожалуйста, научите нас! Вы ведь тоже из Ортаны, да, сэмпай?! Вы тоже из добровольческого корпуса?! Как вы попали в этот мир?! Что с этим миром вообще такое?! – Ортана… – прошептал Унжо-сан, и надолго замолчал. – Да, да, Ортена, да, то есть, Орента! – тараторил Ранта, – Нет, Отерна! В смысле, Ортана! А-а, как же я хочу в Ортану! Моя душа стремится туда, а ваша, сэмпай?! Ну, если бы вы могли, вы бы вернулись?! Ведь есть путь назад?! Хотя вы бы, наверное, уже воспользовались им, да?! Нет, ну, вдруг вы, например, знаете какую-то зацепку, вы же скажете нам, да?! Правда?! Ранта не затыкался. Так, серьёзно, хватит уже, недоумок, подумал Харухиро и попытался остановить его но Ранта, как обычно, тут же взвился. – А-а?! Я не с тобой разговариваю, эй! Я спрашиваю Унжо-сэмпая! Заткнись и иди спать, дебил! Со своими сонными зёнками мог бы и не просыпаться! А ещё можешь облысеть и взорваться! – Эм… – Харухиро, не обращая внимания на этого отброса, склонил голову, извиняясь перед Унжо-саном, – Простите. Наш бесполезный спутник, наверное, раздражает вас. – Да ты сам бесполезный, Харухиро-о-о! Гори в аду! – завопил Ранта. – Разговорчивый, – Унжо-сан внезапно протянул руку и схватил Ранту за голову. – Нвах?! – Ранта замер. Этот отброс носил шлем, чтобы скрыть лицо, но Унжо-сан ухватил его за шлем и держал крепко. Он ниже Кузака, но его ладони намного крупнее. – Ортана… – снова прошептал Унжо, надавливая рукой с такой силой, словно пытался раздавить Ранту, – Ортану забыл я. Да. Никогда больше не вернуться мне потому что. – Ай, ай, ай-ай-ай... П-простите, пожалуйста, сэмпай… – От!.. – Юме сглотнула и шагнула вперёд, – Отпустите! Ранта не хотел оскорбить… Ну, может, хотел, но он всё-таки товарищ Юме и всех нас! – Товарищ… – Унжо-сан болезненно откашлялся и отпустил хватку, – Товарищ. Товарищей нет у меня. Ни одного. – Ва-а-а-а! – Ранта крутанулся и отскочил назад, подальше от Унжо-сана, – Я… Я с-с-спасён?! Я… Я жив?! – К сожалению, – равнодушно бросила Мэри. – Вы прошли весь этот путь из Гримгара.. – дрожащим голосом спросила Шихору, вцепившись в посох, – С-сами? В одиночку?.. Унжо-сан не ответил. Он снова взялся за шарф, закрывая нижнюю половину лица. – Не вернуться мне. Не вернуться вам [2] . Могила здесь. Моя. И ваша. – Что? – выдохнул Кузак. Харухиро хотелось в отчаянии опустить голову, но он заставил себя смотреть вперёд. Если поддаться сейчас, то снова собраться с силами не получится. Нужно превозмочь это чувство. Нужно что-то сказать. Не столько Унжо-сану, сколько собственным спутникам. – Но Унжо-сан, вы же ещё живы? Унжо-сан повернулся к Харухиро и чуть приподнял свою широкополую шляпу. Харухиро увидел его глаза. Он человек, снова подумал Харухиро. Настоящий человек. Он, наверное, гораздо старше, в буквальном смысле наш предшественник, но он человек, как и мы. Он жил в этом мире один, и выжил. Сколько он перенёс здесь? Ему, наверное, было тяжело. Одиноко. Но Унжо-сан всё-таки жив. Сам он, может, так не считает, но Унжо-сан – ходячее доказательство. Этот мир – не могила. Однажды он может ей стать, но рано или поздно смерть приходит к каждому. То место, где кто-то прощается с жизнью, становится его могилой. Но это время ещё не пришло. Если Харухиро и его друзья не совершат ошибок, то смогут здесь выжить. – Для нас честь встретиться с вами, – сказал Харухиро, – Если вы не против, я хотел бы встретиться с вами снова, и научиться у вас. – Учить. Мне, – плечи Унжо-сана дёрнулись вверх и вниз, – Вас. – Мы ничего здесь не знаем, – сказал Харухиро. – Вниз по течению, – Унжо-сан указал в том направлении, куда текла Тёплая Река, – Там. Мертвецы. Город, развалины. Не мертвы они. Но мертвецы. – …Что там? – переспросил Харухиро. – Город мертвецов. Руины. Солдаты добровольческого корпуса вы, – Унжо-сан отвернулся от Харухиро и его товарищей, – В самый раз. Для вас… И пошёл прочь. Харухиро хотелось догнать его, задать ещё два или три вопроса. Но он не смог. Спина Унжо-сана явственно отвергала их.

В версии с изображениями тут находится картинка.

«Оставьте меня». Его удаляющаяся спина отчётливо говорила это, и Харухиро чувствовал, что именно так и нужно поступить. Эта встреча, наверное, оказала на Унжо-сана не меньшее влияние, чем на них. Нет, учитывая, как долго он живёт здесь один, скорее всего, даже большее. Он, должно быть, в полном замешательстве. Унжо-сан вошёл в каменное здание. В окнах, как обычно, виднелись проблески света, так что обитатели, наверное, внутри. Значит, Унжо-сан знаком с ними. – Город! Мертвецов! – Ранта невероятно возбудился и издал зловещий хохот, – Никто не ожидал! Нет! Только я предвидел! Путь открылся перед нами! Йаххо-о! Я крут! – Что за глупости?! – Юме пихнула его локтём, – Ранта ничего не сделал! Это всё Кампьо-сан! – Унжо-сан, – вздохнув, поправил Харухиро, – Город мертвецов, значит… – …Жутковато звучит, – Шихору втянула голову в плечи и обхватила себя руками вместе с посохом. – Мертвецы… – Кузак смотрел на каменное здание. – «Не мертвы они», – Мэри непонимающе наклонила голову, – Что он имел в виду? Он назвал их мертвецами, значит, что-то вроде зомби или призраков? Поначалу при виде энтузиазма Ранты Харухиро хотел сразу отвергнуть этот вариант, но… Унжо-сан назвал их солдатами добровольческого корпуса. Прошлое Унжо-сана оставалось загадкой, но, может быть, он тоже когда-то давно состоял в Красной Луне. Возможно, он видит в Харухиро и его спутниках младших коллег. И он сказал, «В самый раз для вас». То место в самый раз подходит для солдат добровольческого корпуса. Город мертвецов. Неуверенность никуда не исчезла но, отчего-то, сердце Харухиро забилось сильнее. Нет, он не предвкушал приключения. Он же не Ранта. Но был немного возбуждён. Даже сейчас, оказавшись в этом непонятном мире, не зная как вернуться домой и что с нами будет завтра, мы всё равно остаёмся солдатами добровольческого корпуса? Это что, стало нашей второй натурой? Нет, мне это не нравится. Совсем. И всё же, несмотря на все эти мысли, Харухиро принял решение сразу же. – Давайте посмотрим, что там. Он не один чувствовал это. Ранта, разумеется, хотел пойти, но Юме, Шихору, Мэри и Кузак тоже. В конце концов, похоже, образ жизни солдат Красной Луны действительно стал их существом. Некоторые явно выразили желание идти, другие просто не возражали. Но в итоге все они, обладатели таких разных характеров, пришли к одному решению. Копание в грязи никогда не выглядело подходящим делом. Город мертвецов. Почему бы не посмотреть? Они позавтракали и покинули Колодезную Деревню. Их цель ниже по течению Тёплой Реки, но они решили держаться в стороне от берега. Там водятся какие-то агрессивные существа, которые могут подкрасться и незаметно напасть. А может, там окажется и что-нибудь похуже. Поначалу свет далёкого кряжа, еле теплившийся, помогал мало. Но когда пламя, не бывшее солнцем, разгорелось ярче, тьма отступила – впрочем, не настолько, чтобы можно было видеть всё как днём. Темнота развеялась лишь немного, но они привыкли к этому. Казалось, постепенно их способность видеть в темноте обострилась. Хотя вокруг не было светло, но это и не ощущалось как темнота. Теперь Харухиро мог видеть в полуденном сумраке гораздо лучше чем раньше. Его слух, кажется, тоже стал острее. Он научился явственно ощущать движение воздуха и запахи. Он мог не глядя определить, где находятся его друзья, различить звук их шагов и примерно оценить, насколько они устали. Через некоторое время от Тёплой Реки поднялся туман, застивший всё вокруг. «Кихи… Кихихи… Кихихихихихи… Кихи…» – Зодиак, молчавший с тех самых пор, как Ранта призвал его в Колодезной Деревне, внезапно рассмеялся. – Т-ты чего это? А? Зодиак-кун? – Ранта явно испугался. «Ихи… Ничего… Ихихи… Правда… Ничего… Ихихихи…» – Вот теперь мне совсем не по себе! «Кихи… Не бойся… Ранта… Всё хорошо… Кихихи… Вовсе не о чем тревожиться…» – Нет, постой, в этом же и дело. Я тревожусь потому что ты говоришь тревожные вещи. Может, хватит пугать меня? А, Зодиак? А? Ты чего молчишь? Отвечай, ну? Зодиак?.. – Ранта, помолчи лучше и ты, – Харухиро вслушивался и всматривался, пытаясь понять, не скрываются ли за туманом враги, – Зодиак пытается нам что-то сказать, пойми уже. – Ну да, а я разве не пытаюсь узнать подробности? – потребовал Ранта. «Кихихи… Так я и сказал… Кихихи…» – Так, Зодиак! – завопил Ранта, – Ты забыл, кто тут главный?! Я, Рыцарь Ужаса – командую, а ты, мой демон-прислужник, подчиняешься, ясно?! – Вот уж нет… – сказала Шихору. – Наоборот, – добавила Мэри. – Вот если бы Ранта был хотя б на одну пятисотую таким же миленьким как Зодиак, – вмешалась Юме. – Миленький Ранта-кун… – протянул Кузак себе под нос и вздохнул. – Э-э-э-э-э-эй! – Ранта взвыл, – Хватит болтать про меня всякую чушь! Перестаньте, а то получите у меня! Я серьёзно! Серьёзно серьёзно! Вы у меня узнаете, каким страшным я бываю когда по-серьёзному становлюсь серьёзным, и тогда… Харухиро остановился и поднял руку. Ранта тут же замолчал. Все замерли и затаили дыхание. Что теперь? Харухиро не был уверен. Впереди что-то было – хотя из-за тумана он не видел, что именно. Вроде бы здание. Пойти всем вместе и проверить? Или пойти одному? Харухиро Вор, и ему во многом проще в одиночку. Это проще, да, но и страшнее. – …Я пошёл, – сказал Харухиро, подавляя страх. – Будь осторожен, – сказала Мэри, – Не рискуй зря. Спасибо, подумал он. Это придаёт мне сил. А ещё, прости, Кузак. Хотя, наверное, тут не за что просить прощения. Мэри просто тревожится за одного из товарищей. Ну да, разумеется. И всё-таки теперь мне легче. Что в этом плохого? Ничего же, да?.. Харухиро отделился от товарищей и, используя Незримость, направился вперёд. Движется ли что-то ещё, кроме меня? Нет… кажется. По крайней мере, не сейчас. Течение тумана, движение воздуха и направление ветра переменились. Что-то впереди создаёт помеху, вынуждает ветер сменить направление. Харухиро приближался. Показалось. Здание. Кладка стен каменная, но здание выглядело давно заброшенным. Некогда, наверное, оно обладало правильной формой коробки, но сейчас от неё осталось лишь две трети. Крыши не было. Обвалилась? Здание давно разрушилось. Здание было не единственным. Ещё одно виднелось рядом. Нет, не одно – гораздо больше. Здесь, там, повсюду вокруг. Множество. Руины, сказал Унжо-сан. Значит, вот оно. Город мертвецов. Пришли. А значит… …Значит, они тоже здесь. Те, про кого они ещё ничего не знают – мертвецы, которые не мертвы. Харухиро положил ладонь на стену ближайшего здания и попробовал надавить. Держится. Он прислонился к стене спиной и перевёл дыхание. Сначала, попробовать обойти этот дом. Если найду вход… Попробовать зайти? Или не стоит? Ладно, сначала обойду. Харухиро осмотрелся, прислушался, и принялся обходить здание, внимательно следя, не покажутся ли враги. Описав примерно половину окружности, он наткнулся на проём. Вход? Здесь была дверь? Ну, сейчас её тут точно нет. Он просунул голову внутрь. Было слишком темно, но он различил какие-то обломки, завалившие внутреннее пространство. Ногу поставить некуда. Входить слишком опасно. Итак, что до мертвецов – тут их нет… наверное. Ведь нет, правда? Следующее здание. Харухиро решил обойти следующее ближайшее. Это чуть больше, и половина крыши ещё держится. Двери или дверного проёма не видно. Он ощутил дурное предчувствие. Нет, не только предчувствие. До него донеслись звуки. Что это? Хруст. Удар. Чавканье, чавканье. Сопение. Бульканье. Взрыкивание. У него были некоторые предположения, что это за звуки. Ему не очень хотелось на деле убеждаться в своей правоте, но всё же он должен проверить. Харухиро выглянул из-за угла. Итак, добрый день, мертвец-сан, мысленно поздоровался он, стараясь придать приветствию бодрое звучание. Вон он. Там, чуть поодаль. Человекоподобное существо, хвостатое, сидит на корточках и что-то ест. Это один из мертвецов? На вид вполне нормальный. Так, и что именно делает наш хвостатый мертвец-сан? Харухиро было любопытно. Но, наверное, лучше отступить? Пока он пытался пустить в ход свою природную осторожность, хвостатый мертвец-сан, заворчав, развернулся к нему… Заметил? Главное не делать резких движений. Сначала оценить реакцию врага. Харухиро собрался с духом и приготовился защищаться. А может, он и не враг вовсе, правда же? Может, он дружелюбный? Ага, конечно. Хвостатый мертвец подхватил с земли какой-то предмет и встал. Какой-то предмет? Не какой-то, явно оружие. Сабля с широким лезвием. Мертвец пошёл вперёд. Идёт. Идёт сюда. Медленно. Одет во что-то вроде кольчуги, на правом плече наплечник. Руки защищены рукавицами, ноги поножами. На голове шлем, но лицо открыто. Глаза... Что у него с глазами? Они белые. Мутные, почти не отражают свет, но очень белые. Из пасти сочится какая-то вязкая жидкость. Харухиро коротко глянул на то, возле чего сидел хвостатый мертвец. Увиденное не удивило его. Не так уж сильно потрясло. Он оказался прав, вот и всё. Там лежало тело ещё какого-то существа. Тоже человекоподобное, но вряд ли оно всё ещё живое. Харухиро не вглядывался долго, да и в темноте видно плохо, а ещё ему не очень-то и хотелось видеть. Ох, простите, Хвостатый Мертвец-сан, я вам помешал? Вы кушали? Что ж, Харухиро был бы готов извиниться, если бы это помогло, но хвостатый мертвец ускорил шаг. Извиняться поздно. Харухиро быстро попятился, и спрятался за соседним зданием. Хотя и нужно бежать, но лучше делать это тихо и осторожно. – Ш-ша-а! – зашипел хвостатый мертвец. Это, наверное, означает «Куда он делся?!»? Харухиро, вслушиваясь в шаги мертвеца, двигался с ними в такт. Может, отманить его, привести к остальным? Стоит попробовать? Здесь – город мертвецов. Если это существо – одно из них, то рядом могут найтись и другие. Но Харухиро не чувствует поблизости кого-то ещё. По крайней мере, пока. Его уже обнаружили. И они, солдаты добровольческого корпуса, пришли сюда не гулять и любоваться видами. У них другая цель: охота. Они пришли охотиться на мертвецов, делать то дело, которое умеют. Хвостатый мертвец. Пожалуй, подойдёт для проверки сил. Харухиро остановился. Хвостатый мертвец приближался. Вышел из-за угла. Взгляд белых глаз мертвеца упёрся в Харухиро. – Ка-а! – завопил он, раззявив пасть, и бросился вперёд. Отлично, подумал Харухиро. Давай. Он побежал. Так, где остались ждать товарищи... Да, всё в порядке. Он помнит направление и расстояние. Всё хорошо. Враг быстр, но вряд ли догонит бегущего со всех ног Харухиро. – Хару-кун?! – донёсся голос Юме. – Тут враг! – выкрикнул он, – Веду его к вам! Он один! – Мы справимся! – откликнулся Кузак. Вон они. Их уже видно. Кузак выбежал вперёд со щитом наготове. – Дело за тобой! – Харухиро побежал к нему. Как только они разминулись, Кузак принял на щит удар сабли мертвеца и ударил Выпадом. Мертвец наседал, не обращая внимания. Кузак тоже не поддавался. – Выброс! – Ранта налетел на мертвеца сбоку, его меч описал в воздухе восьмёрку, – Рассечение! Заряд Громового Меча Долфина истощился, так что они продали его, и теперь Ранта сражался своим основным оружием – Изменником мк. 2. Хвостатый мертвец низко пригнулся, уходя от атаки, но меч Ранты всё же задел его. Не ранил. На враге кольчуга. – Получай! – пока мертвец поднимался, на него напал Кузак, с силой опуская длинный меч. Это оружие они нашли на Трупной Топи и отремонтировали у кузнеца. Получив мощный удар по шлему, мертвец издал невнятный вскрик, но не упал. И тут же замахнулся саблей в ответ. Кузаку пришлось отступить. – А, чёрт! Слишком слабо! – Спокойно! – прикрикнул Харухиро, глядя на спину мертвеца. Юме и Мэри оставались наготове, защищая Шихору. Враг всего один, так что им пока лучше не вмешиваться. В конце концов, могут появиться новые. В таком случае Юме и Шихору лучше быть готовыми действовать сразу. Основная задача Мэри – защищать Шихору. Все знают, что им делать. «Ихи...» – Зодиак просто парил в стороне, – «Ранта... Только хвалиться и хорош... Ихихи... Прикончи уже его... Ихихихихи...» – Без тебя знаю! – Ранта набросился на хвостатого мертвеца. Комбинация из двух ударов. Диагональный Разрез Злобы, а как только Изменник ударился о саблю мертвеца – Отторжение. Стиль боя Рыцарей Ужаса в том, чтобы не пытаться пересилить врага. Там, где Воин принял бы удар вражеского меча, Рыцарь Ужаса отведёт его или оттолкнёт – как и сделал Ранта. – Пустота! – и тут же с огромной скоростью отпрянул назад сам. Мертвец пошатнулся, но тут же снова встал в стойку. Ранта снова прыгнул, на этот раз – вперёд. – Получай! Выброс! Ранта летел прямо на мертвеца. Тот никак не смог бы увернуться. Изменник мк. 2 вонзился ему прямо в солнечное сплетение. Ранта проткнул врага... или нет. Он повалил его, но вместо того чтобы добить, тут же отпрыгнул назад. – Чёрт! – Хашшааа! – хвостатый мертвец вскочил на ноги, размахивая саблей. Он, казалось, стал лишь сильнее. Кузак с громким лязгом отбил саблю, и, выкрикнув, протаранил мертвеца всем телом. Тот опрокинулся, но тут же снова поднялся. – Шихи! Хяахх! – Да что же это?! – выкрикнула Юме. И правда, что это за тварь? – Каким местом он мертвец?! – проорал Ранта, – Живее живого! Удары просто не причиняют вреда? ...Или нет? На животе хвостатого мертвеца расплывалось тёмное пятно. Меч Ранты пробил кольчугу и ранил врага. Кузак ударил его по голове мечом, и свалил на землю. Но мертвец по-прежнему способен сражаться. Ему не больно? Он ничего не чувствует? Это какая-то боевая одержимость, или он просто невосприимчив к боли вообще? Как бы то ни было, лучше действовать, предполагая что это существо не испытывает боли. Первым делом, повалить. А потом бить, пока не затихнет. Когда-то давно Харухиро и его команда охотилась в Старом Городе Дамроу, сражаясь там с гоблинами – существами, ещё слабее чем они сами. Их тактика, заключавшаяся в том, чтобы набрасываться на врага всем вместе и забивать до смерти, принесла им прозвище Гоблодавы. Сейчас нужно просто сделать то же самое. Харухиро как раз очень удачно стоит за спиной мертвеца. Тот так отвлёкся на Кузака и Ранту, что, наверное, вообще забыл про него. Но это не удача. Харухиро всё это время скрытно перемещался, так, чтобы уйти из поля зрения врага и выпасть из его внимания. Удар в Спину? Паук? Нет. Харухиро выбрал другое. Он побежал, стараясь делать это как можно тише. Враг ещё не заметил. Не повернулся. Отлично. Харухиро изо всех сил оттолкнулся от земли. Пинок в прыжке. Он ударил мертвеца в спину обеими ногами и повалил. – Фнго! – мертвец упал ничком. – Сейчас! – крикнул Харухиро, но Ранта уже бежал к нему. Кузак сразу за ним. Харухиро тоже не стоял в стороне. Не дать ему подняться. Выбить оружие. Подавить любое сопротивление. Не рубить, не колоть, вообще забыть что у нас в руках мечи. Просто бить. Из них троих у Ранты получалось лучше всего. Он сбил с головы существа шлем остриём меча. Разбить ему голову. Превратить в кусок мёртвого мяса. Умри. Перестань шевелиться. Опять дёргаешься? Опять хочешь встать? Что ж, не повезло. Значит, мы будем бить снова и снова. – А-а-а! - Кузак придавил существо к земле щитом. – Р-р-р-р-а-а-а-а-агх! – Ранта вонзил меч мертвецу в шею, с силой надавил и перерубил. Хвостатый мертвец наконец замер без движения. Харухиро, тяжело дыша, попятился и осмотрелся. Юме, Шихору, Мэри. Вон они. Мэри вычертила шестиугольник, на мгновение закрыла глаза и кивнула. Значит, всё в порядке. – Да-а-а-а-а! – торжествующе завопил Ранта, высоко подняв меч. И тут же бросился к трупу, – Добыча, добыча! Моя, моя, моя! Если у тебя ничего нет, ты у меня пожалеешь, тупой мертвец! Убью насмерть! – Слушай, ты... – начал было Харухиро, но осёкся. На этот раз он не вправе что-то говорить. И всё же, Ранта содрал с мертвеца кольчугу с невероятной ловкостью. Харухиро даже мог бы назвать это мастерством, но не хотел делать комплименты. – Хм? – Ранта покрутил что-то в пальцах, – Эй, эй, эй, э-э-эй?! Кузак поднял забрало и вздохнул. – Что там? Что-то хорошее? – Та-да! – Ранта с гордостью продемонстрировал находку, – Не просто что-то! Сердце Харухиро замерло. Честно. Это, наверное, любовь, подумал он. Шутка. Рука Ранты сжимала не один предмет. Несколько. Чёрные, круглые... – Ого... – Юме разинула рот. – А?.. – Шихору словно не верила своим глазам. – Что это? – спросила Мэри. – Чёрные монеты, глупая! О, и!.. – Ранта сиял, – Четыре! Вот, посчитайте! Четыре штуки! Спасибо! Харухиро чуть не улыбнулся, но вовремя сдержался. Рано расслабляться, рано радоваться. Они ещё не в безопасности. Если не держать себя в руках, он растеряет всю концентрацию. И всё же, четыре чёрные монеты. По виду, средние. Четыре рума. Нет, мысленно осадил себя Харухиро. Не давай волю воображению. Действуй спокойно. Надёжно. Шаг за шагом. Не позволяй надежде разгуляться и не испытаешь разочарования. Держать свои слабости в узде, и продолжать, не спеша...

«Вы» – Унжо ещё с предыдущей главы обращается к ним «кисамара», то есть очень грубо. Не знаю, значит это что-нибудь или опять же следствие того, что он долго не говорил с людьми.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9. Правила откровенности

Они все назывались одинаково – мертвецы – но среди них встречались представители самых разных рас. В лицо мертвеца врезался щит. Голову врага откинуло назад, но его четыре руки всё равно дёрнулись вперёд в попытке схватить Кузака. Справа и слева подбежали Ранта и Юме. Изменник мк. 2 и мачете вонзились мертвецу в бока. Тот закашлял, брызжа кровью из раззявленной пасти, сверкая парой белёсых глаз. И тут Харухиро обхватил его сзади и вонзил свой короткий меч в шею. Но одного удара недостаточно чтобы убить мертвеца. Или, скорее, упокоить. Мертвецы продолжают сражаться, пока их не уничтожат окончательно. Харухиро, выкрикнув от натуги, потянул меч, разрезая шею противника. Назад и вперёд, влево и вправо. Наконец, раздался хруст и шея переломилась. Тело мертвеца разом обмякло и опрокинулось – назад. Харухиро торопливо отскочил, отступился и плюхнулся на землю. Он хотел отбросить оторванную голову мертвеца, оставшуюся у него в руках, но передумал и аккуратно положил на землю. – О, да! Добыча! – Ранта уже рылся в останках. Неужели нельзя проявить к погибшему хоть каплю уважения? – в который уже раз подумал Харухиро. – Харухиро-кун! – Шихору указывала посохом куда-то в туман. Мэри торопливо подбежала к ней. Кузак тяжело дышал, но всё же снова взял щит на изготовку и крутанул рукой с мечом, сбрасывая напряжение. Ещё один – подумал Харухиро, вздыхая и поднимаясь на ноги. – Ранта, что там? – Потерпи! – Ранта хохотнул, – Так, две средние и маленькая! Два рума и один вен! Ну, неплохо, по-моему! – Если закончил, вставай и помогай! – Юме пихнула его коленом в спину. – Эй, не пинайся, доска! «Кихи... Просто не тормози... Ничтожество... Кихихи» – Зодиак! Как ты называешь меня, своего повелителя и господина!! – Как есть так и называет... – Харухиро всмотрелся. Приближается. Белые глаза. Мертвец. Бежит на нас. Этот, кажется, похож на краба. Вроде того, краба-повара из деревни. С таким придётся тяжело – впрочем, говорить это вслух не стоит. – На вид крепкий, осторожно! – крикнул Харухиро. Мертвецы бывают самыми разными, но есть признаки, общие для них всех. В том, что касается внешности – глаза. У всех мертвецов белые глаза. В их глазах есть зрачки, но глазницы словно заполнены какой-то белой жидкостью. Когда мертвеца уничтожают, его глаза возвращаются в норму – значит, это как-то связано с тем процессом, который сделал их ходячими мертвецами. Также, судя по всему, мертвецы не чувствуют боли. И поэтому они будут продолжать сражаться, пока их не упокоят – то есть, не поразят их сердце, мозг или не отрубят голову. Ещё одна общая черта – они каннибалы. Мертвецы никогда не действуют группами. Похоже, что друг в друге они видят лишь врагов – а точнее, добычу. Харухиро и его команда охотились в Городе Мертвецов уже неделю. За это время они много раз видели, как мертвецы питаются. И каждый раз пищей был другой мертвец. Мертвецы нападают друг на друга, после чего победитель пожирает плоть и внутренности проигравшего. Победитель также забирает с трупа снаряжение, которое может использовать сам, и чёрные монеты. Так ведут себя все мертвецы – во всяком случае, Харухиро и его товарищам пока не доводилось встретить мертвеца, который вёл бы себя иначе. Если все мертвецы действительно таковы, то Город Мёртвых, пожалуй, действительно очень удобное место для Харухиро и его товарищей, вынужденных даже в этом мрачном новом мире вести жизнь солдат добровольческого корпуса. Есть множество разновидностей мертвецов. А это значит также и широкое разнообразие их боевых возможностей. Возможно, существуют настолько сильные мертвецы, что Харухиро и его команде нечего и надеяться одолеть их. И они вполне могут встретить одного такого уже завтра... нет, сегодня. Так что, разумеется, риск есть. Но зато можно не планировать действия на случай сражения с несколькими врагами – потому что мертвецы не просто держатся поодиночке, но ещё и охотятся друг на друга. Как бы удивительно это не звучало, каждый раз, когда у мертвеца был выбор – атаковать команду Харухиро или другого мертвеца, он выбирал последнее. А когда двое мертвецов сражаются между собой, это отличная возможность. Да, конечно, пользоваться чужой слабостью это подло, но быть солдатом Красной Луны всегда означало делать грязную работу, в которой благородству места нет. Не та профессия, которую Харухиро мог бы порекомендовать приличному человеку – или тому, кто считает себя приличным человеком. Как бы то ни было, двое мертвецов, встречаясь, словно полностью забывали о Харухиро и его товарищах, и полностью концентрировались на сражении между собой. Так что убить обоих, пока они отвлечены, было очень просто. И большинство солдат добровольческого корпуса в таком случае просто сказали бы – а если не сказали, то уж точно подумали – «Спасибо за угощение». Само собой, те, кто подобно Харухиро был неравнодушен к тому, чем занимается, старались найти оправдание. Они, разумеется, не считали что делают что-то хорошее, и испытывали сомнения. «Я вынужден поступать так, чтобы выжить» повторяли они себе, успокаивая собственную совесть, пока наконец не привыкали. И впоследствии, даже если изредка и возвращались к мысли о том, что поступают отвратительно, на следующий же день просто забывали о ней. Итак, седьмой день охоты в Городе Мертвецов подошёл к концу, и команда Харухиро вернулась в Колодезную Деревню. За сегодняшний день они добыли 9 рума и 11 вен. Снаряжение мертвецов, как правило, было в очень плохом состоянии, за каждый предмет кузнец давал не больше одного вен, так что, за редким исключением, вещи врагов просто бросали. Их общие сбережения превысили 20 рума, плюс каждый получил по несколько монет, когда три дня назад они начали делить деньги между собой. Пища по-прежнему стоила 1 рума за один раз на всех шестерых, то есть – 2 рума чтобы всем поесть дважды в день. Теперь они могли позволить себе дополнительные расходы. Сегодня, пока девушки принимали ванну, Ранта купил в продовольственной лавке выпивку. Да, именно так. Краб-повар торговал и алкоголем. Выпивка различных видов продавалась кружками, самая дешёвая – по одному вен. Харухиро не очень нравился её вкус, но Ранта пристрастился, и в последнее время много пил. Возможно, большая часть его собственных сбережений уходила именно на алкоголь. Так что, когда девушки закончили мыться, Харухиро и Кузак решили предоставить разомлевшего Ранту самому себе, и принять ванну вдвоём. Яма возле реки, в которой они мылись, была вырыта подальше от глаз жителей деревни. Поначалу им было не по себе, но теперь они просто раздевались и забирались в воду. Лица тоже открывали, хотя и держали шлемы на всякий случай под рукой. Если кто-нибудь подойдёт, они смогут быстро прикрыться. Впрочем, до сих пор никаких проблем не возникало, так что, наверное, всё в порядке. Парней больше не заботило, что они моются вместе голыми. Их зрение приспособилось к темноте, но темнота всё же оставалась темнотой. Если не стараться что-то рассмотреть, то ничего и не увидишь. Первым делом Харухиро и Кузак вымыли лица и руки в Тёплой Реке. Мыло тоже можно было купить в деревне – почему-то в продовольственной лавке. После наскоро помылись сами. И наконец уселись в ванну. Температура воды Тёплой Реки была чуть ниже температуры тела – просто тёплая, в соответствии с названием. Хотелось бы, конечно, принять горячую ванну, но об этом, как и о прочих удобствах, оставалось лишь мечтать. – Фу-у... – Харухиро медленно покрутил шеей. Потёр плечи. Если усесться на дно ямы, то вода доходила ему до шеи. Можно было даже вытянуть ноги. Но для Кузака яма была тесновата. Быть высоким не всегда хорошо. Харухиро, правда, всё-таки слегка ему завидовал. – А-а-ахх... – Кузак потёр лицо обеими руками, – Знаешь, сегодня было... Ну, как бы.... Не знаю... Да. Изматывающе, пожалуй... – Точно. – согласился Харухиро, – Ты хорошо потрудился. Тяжело, наверное, было. – А, нет, тебе наверняка пришлось сложнее. Тяжелее чем мне, уж точно. – Но это ведь именно ты принимаешь большинство ударов на себя. Я-то просто держусь позади. – Зато ты думаешь, – возразил Кузак, – Это ведь по-своему ещё тяжелее. Я просто делаю то, что ты говоришь. Я исполняю приказы, и в итоге всё как-то улаживается. Это ведь ты подстраиваешь всё так, чтобы мы побеждали? – Мы побеждаем потому, что ты хороший танк. – Правда? Я хорошо сражаюсь? – Правда. – Нет, нет, мне ещё учиться и учиться. Я не так уж и хорош. – Знаешь, я не привык льстить, – сказал Харухиро, – Ты просто слишком строг к себе. – Ну, может быть, немного... – Кузак вдруг замолчал. Повисла неуютная пауза. Наконец, он продолжил – ...Эммм, мне редко выпадает такая возможность – ну, поговорить с тобой, наедине. Можно спросить кое-что? – А? Да, конечно. ...О чём? – О Могзо-куне. – ...Могзо? А, вот он про что. Хотя, с другой стороны, а о чём ещё? Но вопрос всё-таки застал Харуиро врасплох. Он не ожидал услышать имя Могзо от Кузака. – Конечно, я не против. Конечно нет. Но, эм, Кузак... Ты, ну, ты ведь никогда его не встречал, не лицом к лицу, во всяком случае, так ведь? – Нет, но я знаю, кем он был. – ...Тебя это беспокоит? – Просто вы никогда не говорите о нём. Например, может, вы сравниваете меня с Могзо-куном? Просто, ну, не упрекаете меня. – Не упрекаем... Да. – Но я всё равно думаю об этом. Ну, например, вы же не можете не сравнивать меня с ним. И я постоянно думаю, «Удаётся ли мне справляться как Могзо-кун?» или «Удаётся ли мне заменить его?». Прости. – Нет... Не за что извиняться. – Просто я думал, ведь это неправильно – если я буду думать, что смогу заменить Могзо-куна. Это просто невозможно. Это не та потеря, которую можно восполнить. Ведь он же был вашим товарищем. Это и значит – быть товарищами, да? Я уже какое-то время провёл с вами, и я вроде как начинаю это чувствовать. Незаменимый, да, так будет правильно. Вот что такое «товарищ». Может, есть способ выразить то, что я думаю, лучше, но когда кто-то погибает, нельзя взять кого-то другого и заменить погибшего. Не так просто. Даже попытаться это сделать – по необходимости, например – всё равно, ну, останется ощущение неправильности. Не знаю, как сказать. Ну, в общем, мне никогда не заменить Могзо. Но с другой стороны, я, по-своему, тоже хочу защитить всех вас – как и Могзо. Я ведь Паладин, пусть и не очень хороший, так что, наверное, это мой долг. – Ну... А-а, плохо дело, подумал Харухиро. Он брызнул себе на лицо водой. Да что с тобой? Перестань. Мне-то что отвечать, а? Я совсем не умею вести такие разговоры. Кузак не просто постепенно становился сильнее, мало-помалу врастая в роль танка. Он постоянно ощущал перед собой высоченную стену – память о Могзо – и сражался изо всех сил одновременно с врагами и с собой. С непреклонной целеустремлённостью он проливал кровь ради своих спутников, и мучительно, короткими шагами продвигался вперёд. А Харухиро? Он видел это? Он понимал, через что приходится проходить Кузаку? Он, разумеется, никак не может ответить утвердительно. На его уме постоянно было что-то ещё. Ему хватало и собственных проблем – впрочем, довольно оправданий. Факт остаётся фактом – Харухиро не ценил Кузака настолько, насколько тот этого заслуживает. Прости, что я такой бесполезный лидер, что так многое упускаю и так много ошибаюсь, уныло подумал Харухиро. Извиниться было бы проще всего. Но какой прок от извинений? Харухиро, может, станет полегче, но, наверное, на этом и всё. Самоуспокоение, не больше. – Могзо был... – нос заложило. Харухиро втянул воздух ртом. А, проклятье. Я же сейчас заплачу. Нет, всё хорошо. Я выдержу. – Да. Он был нашим другом. Мы дорожили им. Вряд ли кто-то сможет заменить его. Мы никогда не забудем его – да мы и не сможем. Но... Он мёртв. Его нет. Могзо больше нет. Не хочу сказать, что причина именно в этом, но... Сейчас, Кузак, танк нашей команды – ты, и вряд ли кто-то сможет заменить тебя. – ...О. – А? – Ха-ха... – Кузак закрыл лицо своими огромными ладонями, – Я... плачу? Смешно... – Я не собираюсь смеяться над тобой... – Знаешь, лучше бы засмеялся... Это так стыдно. – Ничего подробного. – Можно попросить? Не говори никому про это. Особенно Ранте-куну. – ...Думаешь, я стал бы? – Нет, просто на всякий случай. – Я никому не скажу, – Харухиро, сам не зная почему, щёлкнул по воде и брызнул в сторону Кузака. – Эй! – Кузак плеснул в его сторону в ответ. – Ты что, маленький? – Сам такой. – Ты первый начал. – Ну всё, всё, больше не буду. – Честно? – Честно, честно, – Харухиро тут же набрал воды в ладони и вылил Кузаку на голову. – Я знал! – Кузак тут же ответил тем же. Чем мы вообще занимаемся?.. Харухиро почувствовал себя глупо, и собрался прекратить это ребячество, но потребовалось некоторое время, чтобы оба угомонились. Нет, серьёзно, что с нами? Но это было весело. Так глупо, что оставалось только рассмеяться. А ещё он ощутил – сейчас можно заговорить об этом. Нужно просто спросить его прямо, подумал Харухиро. Нужно всё прояснить. Да, звучит странно, но он хотел, чтобы Кузак нашёл своё счастье. Может, Харухиро слишком много на себя берёт? Нет, он так не считал. Они, похоже, застряли в этом мире. Что, если придётся жить здесь год, или два, пять, десять? Или даже дольше? Они не могут постоянно вести жизнь солдат добровольческого корпуса – охотиться, есть, спать, и так день за днём. Им понадобится как-то обустраивать свою жизнь сверх этого. Например, возможно, удастся договориться с жителями Колодезной Деревни, и получить разрешение построить дом для себя. Или, может, найти какую-то работу, не связанную с постоянными сражениями. Возможно, по обоюдному согласию, кто-то образует пару. В результате могут появиться дети, и тогда им всем вместе понадобится заботиться о них. Это может дать им всем новую цель в жизни. Пока, конечно, всё это лишь смутные фантазии, но в будущем они вполне могут стать реальностью. – Слушай, Кузак, – заговорил Харухиро, – Можно, я... Тоже кое-что спрошу? – Ну конечно. Что? – Правда, ну, это личный вопрос. – Да ладно, мы же друзья... Нет, я, наверное, увлёкся... Опять опозорился... – Теперь я уже не уверен, что смогу спросить... – Да, знакомое чувство. Прости, – сказал Кузак, – Но нет, правда, спрашивай что хочешь. Мне, я думаю, скрывать нечего. – Н-ну, тогда... – Харухиро откашлялся. Что это? В ушах вдруг зазвенело? Или что-то ещё? Чего я так напрягся? Как заговорить об этом? Я совсем не мастер вести такие разговоры. Хотя, в чём я вообще мастер? Вроде ни в чём. Да, ни в чём. Ну и ладно. Быть обычным – нормально. Просто спрошу в лоб. Иначе никак. – К-к-как у вас дела? С М-м-мэри? Запнулся. Так явно запнулся. Хотел спросить буднично, но не смог. Всё-таки это было невозможно. Ну, как смог. – Эм-м... – Кузак прикусил верхнюю губу. Выглядело довольно странно, – В каком смысле – «как дела»? – А? – Харухиро замялся, – Ну, вы же, ну... Что? А? Ну, ты же понимаешь? Вы же с Мэри... Ну, вы... – Мы с Мэри...-сан... Что? – А? Т-ты... Рассердился? – Нет, вовсе нет. – Но ты, вроде, как-то разозлился... – Нет, я вовсе не злюсь. – Нет, нет, я же вижу? У тебя такая гримаса. – Не потому что я злюсь... А-ах, – Кузак принялся колотить себя по голове обеими руками, – Га-ах... Как вообще это выразить? Нет, правда, я не злюсь. Но, что, ты, имел, в виду? Что, с, Мэри, сан, и, мной? – Э-эй, Кузак, спокойно. – Я спокоен! – Да я же вижу. Ты же словно свихнулся. А? Но п-почему, в ч-чём дело? Вы же с Мэри, ну, вроде, встреча... – Ладно, ладно! Я понял, я объясню! – Кузак неловко замахал руками, – Слушай, между нами, ну, мной и Мэри...-сан, между нами было много всякого... Хотя, пожалуй, вообще ничего. Она замечательная, вот что я думаю. Ну, ты же знаешь, как это бывает. Я, вроде как, запал на неё.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– ...Да. – Ну, то есть, она же не просто красивая, она забавная. Как бы это сказать, она такая серьёзная, но и хрупкая тоже... Хрупкая? Нет, не так, наверное. Она милая. – ...А, да... Наверное. – Я так думаю, – продолжал Кузак, – Так что, ну, поэтому и влюбился. Нам с ней иногда удавалось поговорить наедине, ну, и я вроде как пытался намекать. – ...Как тогда, на передовом аванпосте? – А? Ты знал? Ты заметил? – ...Да, вроде того. – Ну, не знаю, что тут ещё сказать. Она, наверное, из тех кто легко поддаётся если слегка подтолкнуть. Ну, вроде как, податливая. Я сказал, что хочу посоветоваться о том, что меня тревожит, и она согласилась меня выслушать. А ещё, мы с Мэри...-сан, мы же присоединились к команде позже всех, и, вроде как, у нас было что-то общее. – Понятно. – И, вроде как, казалось что дела идут хорошо. Ну, типа, «Может, у неё тоже чувства ко мне? Вроде у нас всё неплохо, а?». Вот что я думал. – ...Ты так подумал. – Верно! Так я подумал. И, конечно, я должен был попробовать. – ...Попробовать что? – Признаться ей, разумеется. – Ты признался ей? – Да, взял и признался, – твёрдо сказал Кузак, – Ну, не мог же я вечно тянуть. Это было бы плохо. Для нас обоих. – ...Да? Почему?.. – Для всех по-разному. Но что до меня, если я вижу шанс и он кажется хорошим, то я за него хватаюсь. – Ты... Отвёл её в сторону? – Ну, предстоял же долгий разговор. Это было на передовом аванпосте. – ...В тот раз, перед тем как мы вернулись в Ортану? – Да. А? Откуда ты знаешь? Ах да, тебя ведь тоже не было в палатке. Ты был снаружи и видел? – ...Да, немного. – Ух. Так ты видел. Чёрт. Ну да, в тот раз. Я взял и признался ей. Думал, всё получится. Она ответила сразу. – ...Сразу? – Ей, похоже, не привыкать к такому. И, если подумать, она, пожалуй, выдерживала чёткую дистанцию. Я принял её доброту за что-то большее, ну или просто навоображал того, чего не было. Мне казалось, мы с ней стали чуть ближе. – ...И? – Она сделала так, – Кузак опустил подбородок и коротко мотнул головой влево и вправо, – «Нет». – ...Это ты изобразил Мэри? – спросил Харухиро. – Да. Очень в её стиле, если можно так сказать. Односложный ответ. Потом она, конечно, объяснила. Мы товарищи, и поэтому она может быть моим другом, но ничего больше. Сейчас ей просто не интересны отношения. Она не хочет отвлекаться. Мэри...-сан, она извинилась, и мне стало стыдно, что ей пришлось объяснять мне всё это. Так что я сказал что-то вроде «Прости, это было глупо с моей стороны. Давай останемся друзьями». На этом мы и закончили. – ...Так значит... – медленно проговорил Харухиро. И тихо продолжил: – ...Вы не в-встречаетесь? Неужели?.. Харухиро заметил, что погружается глубже. Вода подступила к подбородку. К губам. К носу. Эй, ты же утонешь, одёрнул он себя. – Харухиро?.. – тревожно окликнул Кузак. – А!.. – Харухиро подскочил, избегая опасность, – Так вот оно что. О... П-понятно... А я-то думал... Ну, думал, вы просто скрываете... Я... Ошибся? – Я хотел всем рассказать, если бы получилось, – ответил Кузак, – Скрываться было бы неуютно. Ну, вроде как, делать что-то за спинами у остальных, как-то неприятно звучит, разве нет? – Мне, наверное, было бы неприятно, – сказал Харухиро, – Да, ты прав. – Жаль, что не довелось сделать такое объявление. – ...Ну, да. – О, ты пытаешься утешить меня? – ...Вроде того? – Нет, всё нормально. Я уже смирился. Ну, то есть да, конечно, я всё ещё люблю её, и я бы соврал если бы сказал, что мне безразличен её отказ. Но у нас есть проблемы поважнее. – Да уж... – пробормотал Харухиро. – Я могу прожить без отношений. Ну, по крайней мере пока. Оставлю эту тему Ранте-куну. Хотя он, наверное, стремится к чему-то другому. – К чему-то примитивному, почти детскому... – Он просто честен с собой, – сказал Кузак, – Мне нравится это в нём. – А мне, пожалуй, не особо. Кузак рассмеялся, и потёр лицо руками. Всё-таки, похоже, он не был до конца честен когда сказал что смирился, подумал Харухиро. Но, похоже, в утешениях он не нуждается. Кузак твёрдо смотрит в будущее. А я? Харухиро поразмыслил над этим. Не знаю, но сейчас, не слишком ли сильное облегчение я испытал?.. С чего я так обрадовался?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10. Плюс и минус

Город Мертвецов оказался не только больше Колодезной Деревни, но, наверное, даже больше Ортаны. Тут наверняка был крупный город – до того, как он обратился в руины. И, разумеется, тут жило много народу – тысячи, а может, даже десятки тысяч. В центре возвышалась большая постройка, вроде крепости – собственно, скорее всего это и была крепость. Она состояла из большой центральной башни, окружённой ещё восемью башнями поменьше – впрочем, три из них полностью обрушились, а ещё две обвалились наполовину. Центральная башня выглядела нетронутой, но потребовалась вся их отвага даже чтобы просто попытаться открыть её проржавевшие ворота. Впрочем, ворота всё равно не поддались, как бы они не тянули и не толкали. Они обошли крепость вокруг и обнаружили ещё пару проходов внутрь, но не смогли заставить себя войти. Это было просто слишком страшно. От крепости на север, юг и восток вели мощёные камнем дороги, каждая из которых проходила через площадь. Центральные дороги и площади, к которым они вели, большую часть времени оставались поразительно пустыми, и они редко встречали здесь мертвецов. Иначе говоря, центральные улицы и площади сравнительно безопасны. Здания в северной части города были по большей частью разрушены. Кроме того, степень разрушений становилась тем больше, чем ближе здание располагалось к Тёплой Реке. Кварталы к югу от крепости оставались в основном нетронутыми. В частности, Юго-Западная четверть выглядела так, словно в ней и сейчас можно было бы с комфортом жить – если бы не мертвецы. Что, разумеется, перечёркивало всякую возможность там поселиться. При виде любого сравнительно хорошо сохранившегося здания можно было с уверенностью сказать, что внутри находится мертвец. Они, похоже, тоже нуждаются в отдыхе, и Харухиро с товарищами иногда находили их спящими в переулках или среди развалин. Впрочем, мертвецы спят очень чутко, и застать их врасплох было тяжело. Чем мертвецы занимаются внутри зданий? Неизвестно, но даже если и спят, малейший шорох разбудит их, и тогда они яростно набросятся на чужаков. Так что, не желая получать неприятные сюрпризы, команда Харухиро старалась держаться подальше от уцелевших зданий Города Мёртвых. Восточную часть города постоянно застилает поднимающийся от Тёплой Реки густой, непроглядный туман. Так что Харухиро и его спутники охотились на мертвецов в западной части. В частности, особенно удобным местом были развалины рынка в Северо-Западной четверти – или Складской Район, как они называли его за длинный ряд остовов больших зданий, напоминавших склады. Похоже, среди мертвецов существует некоторая система классов, или, скорее, рангов. В Северо-Восточной четверти обитают самые слабые, мертвецы в Северо-Западной чуть сильнее, дальше идёт Юго-Восточная и, наконец, Юго-Западная. Численность мертвецов подчиняется обратной зависимости – в Юго-Западной четверти их больше всего, в Юго-Восточной и Северо-Западной в порядке убывания меньше, а в Северо-Восточной ещё меньше. Для таких каннибалов как мертвецы большая плотность населения означает, что легче найти и жертву. Следовательно, в густо заселённых районах сильнее конкуренция, и там выжили лишь сильнейшие. Впрочем, у слабых тоже есть свои способы выживать. Мертвец, осознавший пределы своих сил, в поисках жертвы по силам оказывается в Северо-Восточной четверти, где ему могут встретиться лишь такие же слабаки как он сам. Пожирая слабых, мертвец обретает уверенность в себе, и перемещается туда, где добычи больше – в Северо-Западную четверть. Если ему удаётся выжить там, он перебирается в Юго-Восточную, и, в итоге, в Юго-Западную, где собираются и сражаются между собой сильнейшие мертвецы. Харухиро и его спутники старались избегать Юго-Западной четверти любой ценой. Мертвецы встречаются там практически на каждом шагу, и сражаться с ними очень опасно. Они могут использовать в качестве метательного оружия что угодно, попавшееся под руку а нападать предпочитают из засады. Если у них не получается убить первым же ударом, они убегают. Мертвецы Юго-Западной четверти отличаются хитростью и коварством. И, разумеется, там есть и такие, что выделяются даже на общем фоне. Однажды Харухиро и его товарищи наблюдали издалека за охотой одного такого мертвеца. Это было просто безумие. Существо напоминало вставшего на задние лапы льва высотой примерно три с половиной метра. Оно ударило кулаком другого – мертвеца ещё больше него самого, напоминавшего гигантского медведя, потом повалило парой быстрых пинков, а затем с лёгкостью подняло огромное тело над головой. Случившееся дальше заставило Харухиро усомниться в собственных глазах. Лев-мертвец одним движением порвал своего противника пополам. Насколько же он силён? Мертвеца обдал фонтан крови. Он громко расхохотался, и затрясся в явном наслаждении. Этот вид внушил команде Харухиро какой-то первобытный ужас. Если попытаться напасть на такого мертвеца, он наверняка убьёт их в мгновение ока. И, скорее всего, даже просто находиться в одном районе с ним опасно для жизни. Таким образом, Юго-Западная четверть слишком опасна. И Юго-Восточная тоже – в тумане мертвецы могут подобраться незамеченными слишком близко. В Северо-Восточной четверти их попросту слишком мало. В итоге, они все решили что Северо-Западная четверть в самый раз. И правда, это место подходило, можно сказать, идеально. Харухиро устранил все следы своего присутствия – Прятался. Далее, двинулся вперёд, продолжая скрываться – Переместился. И, наконец, напряг все свои чувства – Чуял. Применяя Незримость, он скользил вперёд, словно тень. Когда Харухиро использовал этот навык, он расслаблял локти и колени, сгибая их плавно и равномерно. Он двигался полуприсев, выгнув спину дугой и не напрягая шею, готовый в любой момент среагировать на любую неожиданность. Такая поза помогала ему легче вдыхать и выдыхать, пока его ступни равномерно отталкивались от земли. Вместо того, чтобы смотреть в какую-то одну точку, Харухиро смотрел во все стороны сразу. Это ощущалось так, будто его глаза втянулись внутрь черепа. На самом деле техника включала в себя особые движения зрачков и лёгкие повороты головы, что позволяло расширить поле зрения и даже смотреть за спину. Он слушал не только ушами – казалось, звуки ощущает всё его тело. Кожа будто превратилась в сплошную барабанную перепонку, воспринимающую не только звуки, но даже мельчайшие движения воздуха. Впереди, из развалин одного из зданий Складского Района, выглянул мертвец и принялся насторожённо озираться. Напасть всем вместе? Но мертвецы Северо-Западной четверти обычно спасаются бегством как только понимают, что бой складывается не в их пользу. Особенно такие как этот, примерно ростом с Ранту. На нём шлем и какой-то лёгкий доспех, в руках нечто вроде алебарды на коротком древке, но в поведении мертвеца читается какая-то нерешительность и боязливость. Он, похоже, не особо силён. Это, конечно, не означает что мертвец слаб, но он может попытаться сбежать, так что Харухиро решил обойти его сзади. Если удастся убить мертвеца внезапным ударом в спину, хорошо. Если нет, то мертвец побежит от Харухиро – прямо туда, где будут ждать остальные. Возражал лишь Ранта – значит, план принимается к действию. Итак, Харухиро приближался к мертвецу сзади. Осталось меньше десяти метров. Восемь метров. Нет, Харухиро не переставал двигаться пока размышлял обо всём этом, так что расстояние сократилось уже до семи. Шесть. Он солгал бы, если бы сказал что совсем не нервничает, но вид вражеской спины странным образом успокаивал. Должно быть, так на него влияет профессия Вора. А может, дело в характере самого Харухиро. Ему часто удавалось узнавать что-то о врагах, глядя им в спину. Даже в самых напряжённых ситуациях, когда у него не было времени спокойно наблюдать за противниками, их спины сообщали Харухиро многое. Легче всего было определить, лжец ли перед ним. Или, говоря другими словами, почуять гнильцу. Прямолинейный или хитроумный? Можно ли ему верить? Этот мертвец был лжецом, подлецом из тех, что пытаются заманивать врагов в ловушки. Харухиро чувствовал это по тому, как мертвец пригибался, по его искривлённой осанке. Но этот враг также простоват. Его ложь прямолинейна. Полагаясь на чутьё, он выискивает таких жертв, которые достаточно глупы, чтобы всё же попасться на его обман. Если же этот мертвец сочтёт, что ему не победить, то бросится наутёк без промедления. Прости, подумал Харухиро, но я не собираюсь позволить тебе сбежать. Он тихо вытянул меч из прочно прилаженных и хорошо смазанных ножен. Осталось три шага, два, один. Нельзя думать о любом из этих шагов как об особенном. Стоит даже в мыслях вложить значение в какой-либо из шагов, и цель тут же заметит его. В этом и суть, сказала ему однажды Барбара-сэнсэй. Неважно, прячешься ты, крадёшь или убиваешь – всё, что ты делаешь, нужно делать буднично. В этом мире, да и в любом другом, ничего не имеет особого значения. Не думай ни о чём как об интересном или скучном. Всё нужно делать буднично, не вкладывая ни во что никаких чувств. Но у меня ни за что не выйдет, Барбара-сэнсэй – пожаловался в тот раз Харухиро, но, к его удивлению, иногда всё складывалось удачно и у него получалось действовать буднично. Харухиро приблизился сзади к мертвецу, навис над ним, после чего обхватил левой рукой за голову, а правой вонзил взятый обратным хватом короткий меч в горло, и навалился всем телом, ломая шею. Если бы он сейчас издал вздох облегчения, Барбара-сэнсэй непременно отругала бы его. Нет, не просто отругала бы – она бы повалила его, схватила в болевой захват и держала, пока он не потерял бы сознание. «Буднично! Всё нужно делать буднично! Сколько раз повторять, пока до тебя не дойдёт, Старый Кот?!» Это был тяжкий путь. Нечто вроде крутого склона, на котором, оступившись, не просто потеряешь время, но скатишься обратно, к подножию. Харухиро не знал, увидит ли ещё когда-нибудь Барбару-сэнсэй, но её наставления засели в нём глубоко. Наверное. Нет, точно. Он ведь всё ещё продолжает карабкаться вверх по этой крутой, неверной тропе, правда же? Да, по тропе Вора! – Э-эй! Дело сделано! – позвал Харухиро. Я как-то странно себя веду, подумалось ему. Не слишком ли я расслабился? В последнее время нам сопутствует удача. Охота в Северо-Западной четверти идёт очень хорошо и мы много зарабатываем каждый день. Мне достаточно просто делать своё дело как Вору чтобы вносить свой вклад как лидеру команды. Да, просто делать свою будничную работу. Но всё-таки... Да. Это пугает меня. Всё идёт слишком хорошо. А жизнь не настолько проста. – Эй, Парупироринноске! – подскочил к нему Ранта и тут же принялся обшаривать мертвеца, – Не слишком ли шикарно для такой мошки как ты – охотиться в одиночку?! «Кихи... Считать себя человеком слишком шикарно для тебя, Ранта... Кихи...» – Нет, Зодиак, я же самый настоящий человек! Всеми уважаемый мужчина, разве нет?!! Подошедшие тем временем вслед за Рантой Юме, Шихору, Мэри и Кузак остановились и попятились. – А? – Ранта оглянулся на них, – Вы чего? Что не так? Вас пугает подавляющая аура слишком взрослого, уважаемого и особенного для вас человека? – ...Взрослого? – фыркнула Шихору, – ...Это чья? – Уважаемого? – Юме нахмурилась, выпятила нижнюю губу и демонстративно пожала плечами, – Кто бы это мог быть? – Не могу даже назвать это ребячеством, чтобы не обижать настоящих детей, – покачала головой Мэри. – А вы все заодно, а? Прямо в унисон! Идеальное трио! Вам бы на сцене выступать! – огрызнулся Ранта, продолжая обшаривать труп, – А, плевать! Болтайте что угодно! У меня есть мой задушевный друг, Зодиак... А? – Был, – сказал Кузак, – Он исчез только что. – ...Ого, – поразился Харухиро, – Зодиак выучил новый приём специально чтобы издеваться над Рантой... – Н-нет! – Ранта подскочил и накинулся на Харухиро, – Т-Ты просто ничего не понимаешь! Зодиак не издевается! Этот парень так выражает свою любовь!.. – "Этот парень"? – переспросил Харухиро, – Звучит как-то отстранённо... – Н-н-ничего подобного! Мы с Зодиаком не разлей вода! Любовь навечно, дурак! – Ладно, ладно, я понял. Не отвлекайся, ищи, что мы там добыли. Тебе же нравится обирать тела, а? – Ничего подобного! Ненавижу! Сам ищи, дебил! – О, вот как? Ну ладно, поищу сам. – Идиот! Я это сделаю! Тебе не дам, Парупиро, и не мечтай! Я сам всё найду! Это моё дело, Парупару, запомни! – Что ещё за Парупару?.. – Паарупарупарупарупарууууу, – Ранта рассмеялся. Иногда Харухиро всерьёз хотелось просто прирезать этот кусок дерьма (и отброс) прямо на месте. Он, впрочем, не собирался этого делать. Ранта вернулся к делу, и в итоге нашёл две средние монеты и три маленьких. На пальце мертвеца также нашлось кольцо. Его, возможно, получится продать, так что кольцо взяли с собой. Что же то тела – рано или поздно его отыщет другой мертвец и приберёт – ну, сожрёт, если говорить прямо – так что труп оставили лежать как есть. – Идём дальше, – произнёс Харухиро. Дело сделано, и задерживаться здесь не стоит. Все его спутники тоже понимали это, так что даже Ранта подчинился без возражений. Они быстро двинулись прочь в поисках следующей цели. Нужно вернуться в Колодезную Деревню до того, как потухнет пламя, так что нельзя терять времени. Мы, правда, почти и не теряем времени, подумал Харухиро. Удача, кажется, на нашей стороне, и всё идёт хорошо. Но это не может продолжаться вечно. Не расслабляйся, напоминал Харухиро сам себе по нескольку раз на дню. Оставайся настороже. На каждом шагу может таиться западня. Всё это время нам просто везло. Это не может длиться долго. Мы не знаем, что принесёт нам завтрашний день. Нет, удача может отвернуться от нас даже сегодня, даже прямо сейчас. Кто-нибудь, в том числе и я, может совершить ужасную ошибку. Он встретился глазами с Мэри. Мэри отчего-то улыбнулась ему. А всё идёт неплохо, а? – подумал Харухиро. Нет, нет, нет. О чём я вообще думаю? Нет, я вообще не думаю. То есть я, конечно, думаю, но, в смысле, ничего такого про Мэри я совсем не думаю. Я не собирался ничего такого думать. Но и не обращать на неё внимания тоже не получается. Это всё Кузак виноват. Он, конечно, ничего плохого не сделал, нет. Просто тот разговор с ним разбередил меня, вот и всё. Харухиро, как предводитель, разумеется не должен питать каких-то особых чувств к одному из членов команды – к Мэри, например. Это, наверное, плохо. ...Плохо ведь, да? Это же не может быть правильным, правда? Но ведь Акира-сан и Михо женаты, напомнил он себе. Отношения между членами одной команды. И Гох с Каё тоже. У них даже приёмный сын есть. Если так подумать то, наверное, кода проходишь вместе с кем-то через столько опасностей, вполне естественно, что между вами зарождаются такие сильные чувства. С другой стороны, заводить отношения с кем-то вне команды – это выглядит нереалистичным. Точнее, это, пожалуй, просто невозможно. Ну да, есть Миморин, но ведь Харухиро не испытывает никаких чувств к ней, а ещё они, может, вообще больше никогда не увидятся. Если так... Нет, нет, о чём я думаю? Это ещё ничего не значит! Что я тут себе навоображал? Так, это уже становится ненормальным. Ты лидер. Ты должен серьёзно, прилежно и тщательно делать своё дело, а не витать в облаках. Нет, я правда совсем не разбираюсь в таких вещах. Думать об одном, и в то же время о чём-то другом – мне такое не под силу. Если не сконцентрироваться на чём-то одном, ум просто заходит за разум. Харухиро остановился. Они шли по узкому переулку в Складском Районе. Харухиро, как Вор, шёл впереди. Кузак следовал сразу за ним, готовый, если что, выступить вперёд. За ними – Юме. Дальше Шихору и державшаяся подле неё Мэри. Ранта замыкал. Таково было их типичное построение при исследовании Города Мертвецов. – ...Харухиро? – Кузак уже держал наготове щит и меч. – Ня? – Юме издала странный возглас и принялась озираться. – А-а-а? Ну что там? – Ранта развернулся, наблюдая за тылом. Шихору втянула воздух и сжалась. Мэри уже стояла рядом с ней в оборонительной стойке. В такие моменты она выглядит очень доблестно – впрочем, нет, не время глазеть и восхищаться. От лица Хархиро отхлынула кровь. Он и сам не знал, как ему удалось среагировать. Он бросился вперёд. И прежде чем успел завершить кувырок, что-то крупное с грохотом врезалось в землю позади него. – Бегите! – завопил Харухиро, не оборачиваясь. Откуда оно взялось? Сверху? Ну, здания тут сравнительно целые. Должно быть, пряталось на соседней крыше, поджидая их. Команду Харухиро, или самого Харухиро? Гонится. Гонится за мной. Жуть! Харухиро побежал. Он бросился вперёд со всех ног и завернул за угол. Про нападавшего он знал лишь, что это мертвец, и что он огромен – а раз так, наверное, ему трудно будет резко повернуть? Вся надежда была на это. Действительно, врагу пришлось затормозить. Харухиро смог чуть увеличить дистанцию, что позволило ему бросить короткий взгляд назад, и пусть мельком но рассмотреть преследователя. Ну конечно, подумал он. Похожий на льва. Я так и думал, почему-то. Выглядит как лев, стоящий на задних лапах. Но он вроде немного, или даже нет, гораздо меньше того льва, которого мы видели в тот раз, правда? Может, мне просто показалось, что они похожи? Нет, он ведь и правда не такой и большой, да? Если бы это оказался тот могучий, похожий на льва мертвец, Харухиро был бы давно мёртв. Да, конечно, этот очень страшен. Харухиро чувствовал, как внутренности сдавило от ужаса, но тот враг нагнал бы ещё больше жути одним своим видом. В таком случае Харухиро, наверное, просто сжался бы в клубок и оцепенело ждал смерти. Тот, сильный лев, был просто невероятно кошмарен. Этому далеко до него. Харухиро выбежал на улицу пошире и запрыгнул в здание через полуобвалившуюся стену. А что с остальными? Все целы? Им удалось сбежать? Харухиро, впрочем, не верил что они настолько бессердечны чтобы бросить его тут одного. Они не убегут. Наверное. Наверное, не убегут. Точно, они не бросят меня. Враг – вероятно-не-настолько-сильный лев-мертвец – продолжал преследовать Харухиро. Харухиро выбежал из здания через дверной проём, мертвец проломился следом. От него не убежать. Эта тварь быстрее меня. – Харухиро-о-о!.. – донёсся голос Ранты. И всё же, как я только ухитрился увернуться в тот раз, когда он прыгнул на меня? – думал Харухиро, вкатываясь в следующее здание. Эта постройка была двухэтажной. Лестница. Харухиро побежал вверх по ступенькам. Деревянные, еле держатся. Одна подломилась под ним, но он успел выдернуть ногу. Неважно. Перепрыгивая через ступеньки, он взбирался наверх. Лев-мертвец попытался погнаться за ним, но лестница обвалилась под его весом. Он издал долгий рёв. Харухиро добрался до второго этажа. Окно. Через оконный проём он увидел товарищей – Ранта, Кузак. Юме, Шихору и Мэри тоже. Они бежали к дому. Никто из них пока не заметил Харухиро на втором этаже. Харухиро – не выпрыгнул. На это его отваги не хватило. Он пролез через остатки рамы, повис на руках, и отпустил хватку. Удара он почти не ощутил – ноги лишь едва заметно заныли. – Ну же, давайте, копуши, убираемся отсюда! – Ранта уже бросился наутёк. – Это кто тут клуша! – завопила в ответ на бегу Юме. – Я не это сказал, ты, плоскодонное чудище! Эй, девчонки, держитесь от неё подальше, а то вдруг это заразно! Ваши сиськи съёжатся и станут такими же крошечными как у неё! – ...Это ты тут чудище. Ничтожнейший из всех кого носит земля, – пробормотала Шихору, нагоняя Юме. – Если я ничтожнейший, значит превосхожу в ничтожности всех остальных! Ура! Ура! Гахахаха! – Не могу не уважать твой дух... – Кузак, лязгая доспехами, не отставал от остальных. – Незачем ограничиваться этим, поклоняйся мне! Мои последователи получают великий дар – они становятся тысячекратно озабоченнее! Гвехехехехе! – Это не дар, а неснимаемое проклятие... – Харухиро, напрягая уставшие ноги, догнал товарищей. – Хару! – прикрикнула на него Мэри. – Да?! – За сегодняшнее! – Сегодняшнее? Мэри выдержала театральную паузу. Хотя, может, она не пыталась делать паузу, но какое-то время не продолжала. Тем временем лев-метрвец высунул голову из того окна, откуда выпрыгнул Харухиро, и заревел им вслед. Харухиро заставил себя ускориться, поравнялся с Мэри и повернул за угол. И почти в этот самый момент она внезапно с силой хлопнула его по плечу. – За сегодняшнее, минус балл! – Что-о?!.. Что это значит? Он, вроде бы, понимал, и в то же время нет. Мэри отвела взгляд. Злится? Или смущается? А может, и то и другое.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11. Проект в стадии разработки

Смертельная угроза может подстерегать на каждом шагу. Любая ошибка способна повлечь за собой трагедию. Они уже много раз ходили по тонкой грани – так часто, что это уже можно назвать повседневным событием. Харухиро лежал, глядя на огонь. Он завернулся в сделанное из какой-то странной ткани одеяло, купленное у сплющенного яйца с руками – хозяина магазина одежды, а под голову подложил собственную сумку. Постель вполне удобная, несмотря на простоту. Усталый, он постепенно проваливался в сон, но пока ещё не заснул. Это состояние, полу-сна, полу-яви, было довольно приятным. Одна из немногих доступных сейчас роскошей – наслаждение покоем и безопасностью. Остальные уже спали. Слушая, как они кто храпят, кто тихо посапывает во сне, Харухиро думал: Мы пережили ещё один день. Хорошо. Неважно, что было до этого – у нас есть завтрашний день, и это прекрасно. Юме и Мэри спали обнявшись. Похоже, у Юме есть привычка во сне прижиматься к тому, кто оказывался ближе всего. Может, её притягивает тепло соседа? Мэри, похоже, была не против. Но Шихору сегодня легла чуть в стороне от них. Внезапно Шихору встала. – Харухиро-кун? Ты... Не спишь? – А?.. – Харухиро приподнялся на локте, – А, нет. – Я хочу поговорить... Кое о чём. Можно? – ...Поговорить? Конечно. Да, конечно можно. Разговаривать возле спящих товарищей было неудобно, так что они чуть прошли вдоль окружающего Колодезную Деревню рва, и присели бок-о-бок на корточки. – О чём ты хотела поговорить? – спросил Харухиро, – ...А знаешь, довольно странно сидеть вот так... – Да... Наверное. Эм... Две вещи. Первое, насчёт того, что произошло сегодня... – Шихору замялась, словно ей было неловко, – Это, может быть, не моё дело... Но, ну, понимаешь... Меня это правда тревожит... – Всё в порядке, я слушаю тебя, – сказал Харухиро. – Харухиро-кун... Мне кажется, ты слишком низко себя ценишь. – Разве?.. А? Я что, правда так себя веду? – Да. Ведь если что-то случится, ты попытаешься пожертвовать собой, правда? – Может быть? М-м. Ну, я такого не планирую... – Я хочу, чтобы ты перестал, – Шихору опустила голову, её плечи вздрогнули, – Прости, не знаю, можно ли мне вообще это говорить, но... Это похоже на Манато. Не хочу, чтобы ты... погиб из-за нас. – Да... – Харухиро потёр лоб, – Ну, я тоже не хочу умирать. Правда. – Тогда... Пожалуйста, заботься о своей безопасности получше. – Не сказать, что я не забочусь о себе... – Харухиро сжал внутренние уголки глаз. Он чувствовал потребность сдавить как можно сильнее, – Просто, наверное, о всех остальных я забочусь больше. Ну, в смысле, без вас всех я же просто ничего не могу. К тому же, к чему мне вообще жить если все погибнут? Так что, например, если мне придётся выбирать – ты или я, я, наверное, постараюсь сделать так, чтобы выжила ты. Вряд ли это будет даже осознанным решением – скорее, инстинктом, наверное. – Если бы из нас двоих мог выжить кто-то один... Я хотела бы, чтобы этим кем-то оказался ты, Харухиро-кун. – Дилемма, да. – А если выбирать между тобой и Рантой-куном? Кого бы ты выбрал? – Ранту, – не задумываясь, ответил Харухиро, и сам поразился этому, – ...Ого. Правда? Это же, ну, Ранта... Вот не ожидал от себя... – ...Я рада. – А? Ч-чему? – Тому, что ты... наш предводитель, – сказала Шихору, – Наш товарищ... Наш друг. – ...Знаешь, от таких слов мне хочется прямо сейчас нырнуть в ров. Шихору рассмеялась, и Харухиро тоже смог улыбнуться. Он тоже был рад, что Шихору его друг и товарищ. От всего сердца. – А вторая вещь? – спросил Харухиро. – Вторая вещь... – Шихору закрыла глаза, приложила руку к груди и глубоко вдохнула. Что она делает? Харухиро не знал, но понимал, что она пытается что-то ему показать. В воздухе повисло напряжение. Харухиро ждал, затаив дыхание. Шихору открыла глаза. – Явись... Элементаль... – Ого! – Харухиро от неожиданности откинулся на спину. Перед лицом Шихору появился какой-то крутящийся вихрь. Крошечный. Может, не с горошину, но с ноготь точно. Харухиро не мог рассмотреть очертаний, но что-то там определённо было. Шихору протянула правую руку, и вихрь сел на её ладонь. – Взлети... – скомандовала Шихору, и вихрь поднялся выше, – Опустись, – сказала она, и вихрь спустился обратно к ней на ладонь Она несколько раз повторила этот процесс, сохраняя всё время заметную даже взгляду невероятную концентрацию. Наверное, не было бы преувеличением даже назвать это одержимостью. Шихору скрипела зубами, её глаза застыли, не моргая. Волосы шевелились сами собой. По коже Харухиро побежали мурашки. – ...Высвободись, – с усилием выдавила Шихору. Вихрь неожиданно издал странный шум и начал меняться. Его словно выворачивало наизнанку. Появилось нечто – тёмно-фиолетовое, нечто между светом и дымкой. Нет, оно пыталось появиться. Пыталось родиться, так это выглядело. Его можно было назвать звездообразным, или даже человекообразным, и оно словно пыталось выкарабкаться, размахивая руками и ногами. Но внезапно силы будто оставили его... и, издав тихий хлопок, нечто испарилось. – Не выходит... – Шихору разочарованно повесила голову, – Я пробовала уже много раз, но... Не получается. – Не получается... что? – Харухиро потёр горло. Он пытался сглотнуть, но во рту пересохло, – Шихору... Что это было? Магия?.. Но нет, ты же не читала заклинание... И не чертила глифы... – Помнишь, что сказал в тот раз Гох-сан? … «Выпустить элементаль, а после – противоположную силу. В гильдии вас такому не научат» – А-а... Да, смутно помню. – С тех самых пор я думала, – сказала Шихору, – В гильдии нас научили, что в мире есть элементали – невидимые обычному взгляду магические духи. Я, можно сказать, научилась приручать их, и моя магия – это прирученные элементали, исполняющие мои команды. – Я, честно говоря, не очень понимаю, но продолжай. – И уже некоторое время кое-что меня озадачивает. – Э, и что же? – Даже в знойный день можно призвать ледяных элементалей и использовать магию школы Канон. Даже когда ярко светит солнце магия теней из школы Даш всё так же эффективна. – То есть, элементали сами по себе, а реальный, материальный мир – сам по себе? Жара, свет, тени и всё такое, они не воздействуют на элементалей напрямую... Так? – Но, с другой стороны, магией можно заморозить что-то, или взорвать, и так далее, – продолжала Шихору, – И тогда я задумалась. А что, если всё-таки на элементалей можно как-то воздействовать... Иначе это странно, как мне кажется. – Эм, прости, я не уверен что понял, но... В общем, то что ты сейчас делала, это была не магия... Да? – Я попробовала взять на вооружение теорию, что элементали это просто элементали. Альв, Канон, Фарц, Даш... Я подумала, а может, это всё просто слова придуманные людьми, и не имеет отношения к истинной природе элеметалей. Это было бы ближе к тому, как их понимаю я. – Магия, которой не научат в гильди... – Я хочу стать лучше как Волшебница. Все всегда защищают меня, так что и я хочу быть в силах что-то сделать для команды. – Но ведь ты и так помогаешь нам. – ...Я думаю, этого недостаточно. Ну и, кроме того, здесь же нет гильдии? – А... Ну да. Конечно, нет. – Если я не смогу изучить новые заклинания, новые силы, самостоятельно... То я не изменюсь. И поэтому... Я захотела попробовать что-то сделать сама. Ты невероятна. Хархиро в голову пришли лишь эти слова. Шихору просто поразительна. «Раз здесь нет Барбары-сэнсэй, значит, я должен попытаться сам изобрести что-то новое». Он хоть раз задумывался об этом? Нет, никогда. – Но... – Шихору нахмурилась и повесила голову, – Кое-что в этом тревожит меня. Мне, можно сказать, немного не по себе. В каком-то смысле... В каком-то смысле я отвергаю то, как до сих пор пользовалась магией. Возможно, это повлияет на ту магию, которой меня научили в гильдии. – А, то есть... Ты не уверена, стоит ли продолжать изучать эту новую магию?.. – ...Верно. – Всё будет хорошо, – заверил Харухиро. Ну, то есть, мне просто неоткуда знать, но всё же... Харухиро не Волшебник. А если бы и был, то, наверное, всё равно не смог бы сказать ничего определённого. Его слова, возможно, были безответственны. И всё же он хотел подбодрить её, побудить двигаться вперёд. Он хотел поддержать Шихору в её нелёгком труде. Он считал это своим долгом, тем более что хотя бы на словах он вполне в силах ей помочь. – Слушай, если что-то пойдёт не так, я буду рядом и помогу, – сказал он, – Мы все поможем. Всё будет в порядке. К тому же, это ведь легче, когда есть цель. И это же будет твоя собственная, особенная магия, верно? Я хочу увидеть это. Да, и я уверен что это пойдёт на пользу команде. – ...Спасибо. – Нет-нет-нет, это я должен благодарить. Теперь и я чувствую себя бодрее. Я ничего не знаю про магию, но если в дальнейшем что-то случится, просто приходи и обсудим это, ладно? Если ты согласна, то я готов выслушать тебя в любое время. – Хорошо. – сказала Шихору, – Я займусь этим. – Правда? «Магия, которой не научат в гильдии», значит... Наверное, это работает не только с заклинаниями. Я тоже попробую подумать на эту тему. – Ты хороший предводитель, – вдруг проговорила Шихору. – А? – Да, Харухиро-кун, – Шихору бросила на него взгляд и, необычно для себя, ухмыльнулась, – Знаешь, я думаю, ты лучший предводитель, о котором мы могли бы мечтать... – Хе-хе.... – Харухиро тоже не сдержал глупую улыбку, и был вынужден прикрыть рот рукой, – П-перестань. Я так могу вообразить себе что-то не то. – Но этого не случится, верно?.. Не с тобой, Харухиро-кун. – Думаешь? Не знаю... Я стараюсь, чтобы этого не происходило. Очень осторожничаю, честно говоря. Ну, в смысле, бывает что я увлекаюсь. И это пугает. – Вот поэтому мы и доверяем тебе. – Ты пытаешься захвалить меня до смерти? Знаешь, такое чувство что да. Мне аж щекотно... – Прости, – Шихору уставилась в ров и коротко перевела дыхание, – Просто... Я хотела сказать тебе, что думаю. Передать то, что чувствую, так хорошо, как могу. Не хочу... Не хочу снова жалеть о несказанном. Харухиро не нашёлся с ответом. Желая согласиться с ней, он просто кивнул. Некоторое время они сидели молча, на корточках, бок-о-бок на краю рва. Странно, подумал Харухиро. В этой тишине совсем нет неловкости. Наверное, поэтому что я с Шихору. С Мэри, наверное, было бы иначе.

В версии с изображениями тут находится картинка.

И тут это произошло. – Харухиро-кун... Тебе нравится Мэри? – А-а?!.. – Харухиро от неожиданности чуть не свалился в воду. Потом, разумеется, он изо всех сил постарался развеять её подозрения. Похоже, Шихору не была особо уверена, и, кажется, поверила когда он сказал что не испытывает чувств к Мэри. Но Харухиро всё же намеревался постараться, чтобы в будущем подобных недоразумений не возникало. Недоразумений? – подумал он. А правда ли это? Как знать...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12. Кинуко-сама

– Ай! Больно! Умираю! – Ранта, продолжая вопить, налетел на врага Выбросом, – Сорок девятый день проклят! Противник попытался развернуться к Ранте, но Кузак тут же с силой оттолкнул его своим новым щитом. – Ха!.. – Ранта с силой рубанул врага в бок чёрным мечом, недавно купленным у кузнеца, — Проклят для тебя, друган! Лев-мертвец выкашлял кровь из жуткой пасти и обхватил Ранту левой рукой. Правую руку мертвеца блокировал Кузак, так что завершить захват ему не удалось. И Кузак не просто сковывал движения врага – он также раз за разом вонзал меч ему в брюхо. Юме спустила тетиву. Стрела свистнула в воздухе и ударила мертвеца в лоб. Неплохо, подумал Харухиро, но Юме издала разочарованный возглас. Наверное, целилась в глаза, но промахнулась. И всё же, почти попала. Сам Харухиро, сохраняя полное спокойствие, бросился врагу на спину и вонзил короткий меч ему в шею. Пышная, жёсткая грива льва-мертвеца поглотила большую часть удара. Харухиро снова занёс меч... нет. Он ощутил: тело мертвеца налилось неестественной силой. Харухиро разжал хватку и отскочил. – Отойдите от него! Ранта и Кузак мгновенно подчинились и отпрянули. И тут лев-мертвец издал поистине душераздирающий рёв. Звук, казалось, пробирал до костей и сотрясал внутренности. Они были готовы, но им всё равно пришлось тяжело. Харухиро, Кузак, Ранта и Юме дрогнули, им хотелось прикрыть уши руками и скорчиться. Рёв подействовал даже на Зодиака. И на Мэри тоже. Одна Шихору, хотя и стояла рядом с ней, сохраняла концентрацию. – Дарк! – выкрикнула она. Повинуясь её зову, появилось нечто – словно из двери в мир духов. Длинные тёмные полосы свились в спираль и приняли форму – форму человека. Размером примерно с ладонь. Тьма размером с ладонь. Элементаль. Путём долгих проб и ошибок Шихору остановилась на этой форме. Впрочем, она говорила что работа ещё не окончена и у элементаля должна быть истинная, более подходящая ему форма. Как бы то ни было, Дарк привязался к Шихору – по крайней мере, Харухиро понял это так. И сейчас, появившись, он взлетел к её лицу и сел на плечо. Это, однако, было не всё. – Вперёд! – приказала Шихору, и Дарк повиновался. Он спрыгнул с её плеча, и со странным завывающим криком – а может, это просто шум? – понёсся к мертвецу. Дарк врезался ему прямо в грудь. Столкновения не было – элементаль просто просочился в тело. Что произошло дальше? Дарк как-нибудь подействовал? Харухиро не знал, но лев-мертвец вдруг рыкнул, согнулся пополам, словно получил мощный удар в солнечное сплетение, и упал на колено. Ранта, опережая возглас Харухиро "Сейчас!" уже летел вперёд. Его меч прочертил восьмёрку... нет. Ранта вычертил знак бесконечности. – Бесконечный... Танец Чёрного Очищения! Бесконечность, затем восьмёрка. А после восьмёрки ещё одна бесконечность. А затем снова восьмёрка. Одна атака перетекала в другую, снова и снова. Лев-мертвец не носил доспехов, но его тело защищала жёсткая, густая шерсть, подкожный жир, поглощающий удары, и мощные мускулы. Режущие атаки против него почти бесполезны. И всё же Ранта резал его мечом снова и снова, как сумасшедший. В конце концов он отшатнулся, переводя дыхание. – И где... – Кузак снова вонзил меч в живот мертвеца, точно в то самое место, куда и раньше, и провернул оружие в ране, – ...Эта твоя бесконечность?! Лев-мертвец взвыл, корчась и кашляя кровью. – Ранта есть Ранта! – Юме выпустила несколько стрел одну за другой. Беглая Стрельба. Три выстрела. Первая стрела промахнулась, но вторая попала идеально в правый глаз мертвеца, а третья клюнула Кузака в шлем. – А! – тот вскрикнул. – Н-ня?! П-прости! – Бва-ха-ха! – тут же расхохотался Ранта, – Юме есть Юме! – Заткнись, тупой Ранта! «Ихи... Правда... Заткнись, Ранта... Навеки.... Ихихи...» – Зодиак! Ты мне сейчас смерти пожелал, что ли?! – Аууугх!.. – лев-мертвец попытался оттолкнуть Кузака. Кузак упёрся ногами в землю, стараясь удержаться, и вонзил меч ещё глубже, крутя и проворачивая. Харухиро прыгнул на мертвеца сзади, и пырнул мечом в спину. Удар прорубил шерсть, плоть и подкожный жир. Клинок проник между рёбер – нет, бесполезно. Органы задеть не удалось. – Хару! – окликнула Мэри, и Харухиро решил отступить. Обычный Вор, такой как Харухиро, просто не в силах нанести смертельный удар врагу вроде этого. Надёжнее просто не соваться. Если бы он увидел ту линию, другое дело, но линии нет и с этим ничего не поделать. Лев-мертвец заревел и попытался оттолкнуть Кузака обеими руками. Тот сопротивлялся, но враг был намного сильнее. – Да сдохни наконец! – Ранта изо всех сил рубанул мертвеца мечом по голове, но всё равно не смог ранить. Лев пнул Кузака, и наконец выбил его из равновесия. – Гах! И тут же развернулся и побежал. – Я с тобой не закончил! – завопил Ранта и погнался за ним. Нет, только сделал вид. Он сделал два, три шага, и остановился, цокнув языком. – Мы упустили свой шанс! И всё из-за вас! Вы просто безнадёжны и знаете это! Был бы у нас ещё один я, мы бы завалили его! – Да, да, конечно... – Харухиро осмотрелся, убеждаясь что других врагов рядом нет, и глубоко вдохнул. «Кихихи... С двумя Рантами... Мир превратился бы в кошмар... Кихи... Кихихихи...» – Это как понимать?! – взвился Ранта. – Как есть так и понимать, – пробормотала Шихору. – Зодиак так добр, – холодно улыбнулась Мэри, – Такая щедрая оценка. – Э-эй, вы что-о-о?! Что я вам сделал?! – Ранта натворил кучу всего, – Юме надулась и звякнула тетивой своего лука, – Н-ня-а. А почти получилось... Правда же? – Не знаю, – Кузак поднял забрало и хрустнул шеей, – Думал, смогу его пересилить, но не сумел. Нам, как будто, не хватает какого-то решающего преимущества? Наверное? – Но магия Шихору сработала отлично, – Харухиро показал большой палец. – Правда? – Шихору смущённо втянула голову в плечи, – Надеюсь, так и было. – Ты молодец, – Мэри похлопала её по спине, – Создала собственную магию. Мне стоит взять с тебя пример. – Эхе... – И всё благодаря мне! – Ранта выпятил грудь, – Потому что я всегда демонстрирую свой свободный стиль! Моя школа! «Кихи...» – Ч-что, Зодиак?! Хочешь что-то сказать, так говори. Мы же друзья, не стесняйся... Эй, ты что, исчезаешь? Почему?! Стой, Зодиак, вернись! Тебе же самому будет неловко когда я снова тебя призову! Лев-мертвец – сложный противник, время от времени забредающий в Северо-Западную четверть Города Мертвецов. До недавнего времени в случае его нападения команде Харухиро оставалось лишь спасаться бегством, но теперь они могут сражаться с ним на равных. Они встречали его уже много раз, и уже привыкли. И, как бы то ни было, наверное, можно с уверенностью утверждать – Харухиро и его друзья постепенно становятся сильнее. Их снаряжение тоже улучшилось. Кузак купил в деревне выпуклый прямоугольный щит – «Гуштат», как назвал его кузнец – а также пару прочных, лёгких рукавиц. Ранта заменил свои доспехи на другой комплект, легче и более угрожающего вида. Он назвал их «Броня Смерти». Законченный идиот. Что до самого Харухиро, то его плащ, кожаный нагрудник, перчатки, брюки и всё остальное так обветшало и износилось, что чинить и штопать уже не было никакого смысла, так что он купил новую удобную, тёмную одежду. В качестве защиты он выбрал комплект лёгких доспехов из того, что при ближайшем рассмотрении напоминало змеиную кожу. Харухиро очень привязался к своим новым доспехам. Семипалые перчатки, возможно, как-нибудь потом всё же нужно будет переделать под руку с пятью пальцами, но они ощущались странно знакомыми и удобными. Юме, похоже, решила добавить себе защиты так, чтобы она не мешала стрелять из лука. Теперь она носила наколенники и налокотники – видимо, из кости и покрытые чем-то вроде резины, и очень лёгкие. Шляпа и мантия Шихору тоже износились, так что девушки вместе подобрали ей подходящую замену в магазине одежды. Новый костюм, впрочем, оказался слегка тесноват в области груди. Хотя, может, просто её старая мантия была слишком мешковатой. – Гляньте, что прятала, – сказал Ранта Харухиро и Кузаку, для разнообразия шёпотом, неслышно для Шихору, – Во батоны, а? Ещё здоровее чем я думал. Хархиро, честно говоря, был согласен, но желание прибить Ранту это не ослабило. Что то Мэри, то ей, пусть и нехотя, но всё-таки пришлось избавиться от жреческой робы. Она хотела найти белый плащ на замену, но в итоге пришлось ограничиться синим. Плащ оказался ей точно по фигуре, и очень шёл. Ещё она обзавелась посохом с тяжёлым набалдашником, но это была добыча, а не покупка. Также все они купили себе по маске, и закрывать лица в Колодезной Деревне стало удобнее. Ещё они по мере нужды покупали себе предметы повседневной необходимости. Теперь их жизнь приобрела некоторый комфорт. Помимо этого, самой значительной переменой стала новая магия Шихору. Она придала форму элементалю, которого назвала Дарк, и научилась им управлять. Похоже, Дарк напоминает теневой элементаль потому, что Шихору специализируется на школе Даш, магии теней. Элементаль, чтобы обрести форму и поддерживать свои силы, должен питаться энергией мага, и тем самым они с магом непосредственно воздействуют друг на друга. Харухиро, Вор, не особо понимал это, но, наверное, это чем-то напоминает демонов Рыцарей Ужаса. Как бы то ни было, новая магия Шихору – Дарк – была ещё не закончена, и могла преподнести новые сюрпризы в будущем. Шихору выбрала школу Даш, магию, преимущественно ориентированную на поддержку союзников и создание помех врагам, но также изучила и школу Фарц, чтобы приобрести некоторые атакующие возможности, плюс немного школу Канон. Её путь претерпел несколько поворотов, но в намерения Шихору вряд ли входило метаться от одного к другому. Она из тех, кто прилежно стремится к одной цели, стараясь достичь как можно большего в избранной области. Может, для Шихору этой целью станет Дарк? Харухиро надеялся, что так и будет. Их сорок девятый день в этом мире миновал, и начался день пятидесятый. Харухиро и его товарищи вошли в Колодезную Деревню, чтобы умыться и позавтракать. И внутри снова встретили его. – Ох-хо! – Ранта подскочил, – Это же Унжо-сан! Увешанный оружием человек в широкополой шляпе потягивал из чашки суп из жуков. Они узнали его с первого взгляда. Унжо-сан. Он допил бульон, потом пальцами вытащил из чашки жуков и съел их. Опустошив чашку, он произнёс «Ро Кэ», вернул чашку крабу-повару, и наконец развернулся к команде Харухиро. – Вы, вижу я. Солдаты добровольческого корпуса. Живы ещё вы. – Благодаря вам! – Ранта подбежал к нему, радостно жестикулируя, – В смысле, серьёзно! Город Мертвецов! Вы так нам помогли! Наши дела разом пошли в гору! Унжо-сан, вы лучше всех! Унжо-сана в президенты! Президенты?.. Или, может, лучше в короли? Ну, неважно. Э-хе-хе-хе. Как вам больше нравится, ваше высочество?! Нет, может, лучше ваше величество? Как лучше?! – Слушай, ты серьёзно достал... – Харухиро, борясь с внезапно разгоревшейся ноющей болью в голове, оттолкнул Ранту и поклонился, – Прошу прощения за этот идиотский, бесполезный отброс... Унжо-сан молча взялся за поля шляпы и натянул её на глаза. Что это значит? Он... Разозлился? Ранта громко сглотнул, и ткнул Харухиро локтём. – И-идиот. Это ты виноват! Всё из-за тебя!.. – С чего это?.. – Ты наш предводитель, раздери тебя! Ты ответе за всё, тупой кусок смегмы! Унжо-сан бросил взгляд через плечо на разозлённого до онемения Харухиро и пошёл прочь. Куда он? К универсальному магазину, тому, что рядом с продуктовой лавкой? Ну, это они называли магазин универсальным, но в основном там продавался какой-то мусор. Кроме того, за исключением тех редких случаев когда долговязый, закутанный в тёмно-серые одежды хозяин выходил наружу, магазин был закрыт. Сегодня хозяина тоже не было видно. Дверь в здание оставалась закрытой. Однажды Ранта ляпнул какую-то глупость насчёт испытания храбрости и постучал в дверь. Ответа они так и не дождались. Универсальный магазин был самым загадочным среди лавок Колодезной Деревни. Для начала, Харухиро и его товарищи просто назвали его магазином между собой. Может, это и не магазин вовсе. Унжо-сан не стал стучать в дверь, а просто отворил её. Она оказалась раздвижной. Унжо-сан, по-прежнему молча, вошёл внутрь. Ч-что? – подумал Харухиро, – Так можно? – Ч-что нам делать? – Ранта отчего-то прятался за Харухиро. – В смысле, «что»?.. Для начала, отойди от меня. – Эй, слушай, я жмусь к тебе не потому что мне это нравится. Не воображай там себе ничего такого, дурак. – Хм-м... – Кузак взялся за шею и покрутил головой, – Мне, честно говоря, интересно. – Угу-у, – лениво протянула Юме, – Давайте войдём. Ну, мы ведь в Колодезной Деревне. Нас же не убьют, попытался успокоить себя Харухиро. Наверное. Дверь оставалась открытой. Харухиро для начала заглянул внутрь... И не поверил своим глазам. В помещении не было ни одного окна, а стены, освещённые тусклой лампой, покрывали... Каменные плитки? Или глиняные таблички? В любом случае, зрелище было поразительным – стены сплошь покрывали прямоугольные таблички, испещрённые символами и рисунками. Эти символы – это какой-то алфавит? Некоторые даже раскрашены. Долговязый хозяин, даже сидя на стуле в дальнем конце комнаты, выглядел высоким и тощим. Унжо-сан положил свой огромный рюкзак на землю и рылся там, видимо, пытаясь что-то вытащить. Это «что-то» оказалось каменной табличкой. – О-го-о... – Юме присела на корточки у входа, – Что это? Обалденненько... Ранта поднял забрало шлема и, тараща глаза, обвёл комнату взглядом. – Сокровища?.. – И это всё? – Шихору осмотрелась, и вздохнула, – Хотя, в каком-то смысле, может, это и правда сокровища... – Наверное, это и правда не универсальный магазин, – тихо проговорила Мэри, – Может, музей? – Выглядят довольно старыми, – Кузак вошёл внутрь. Он потянулся было к одной из табличек, но тут же отдёрнул руку, – Наверное, не стоит их трогать. Долговязый хозяин принял табличку от Унжо-сана, положил на стол и распростёр над ней обе ладони. Харухиро передёрнуло. Он увидел нечто жутковатое. Руки хозяина. С пятью пальцами, но ладони – если Харухиро не примерещилось, то там были глаза. Долговязый хозяин изучал табличку этими глазами. Унжо-сан обернулся к ним. – Книг нет здесь. Бумажных, нет. Записи, однако, есть. На камне. На глине. На табличках. Рукоглазый мудрец, Ообу – учёный. Таблички собирает он. Табличка цену имеет если, цену заплатит он. Под рукоглазым мудрецом Ообу, вероятно, подразумевался долговязый хозяин магазина. Тот, наконец, убрал руки от таблички, порылся в ящиках стола и вытащил чёрные монеты. Большие. Не маленькие, и не средние. Две большие монеты. Две большие монеты – значит два роу. В зависимости от того, в какую из лавок обратиться, точнее, к какому продавцу, это может быть что угодно от двадцати до пятидесяти рума. Целое состояние. Унжо-сан принял от мудреца монеты и сунул в свой рюкзак. – Ро Кэ. – Абруу Сэха, – отозвался мудрец Ообу, снова протягивая руки к табличке. Он принялся тщательно рассматривать своё приобретение. – Люмиарис и Скаллхейл, – Унжо-сан внезапно назвал два неожиданных имени и указал на одну из табличек, – Битва богов изображена. – О-о!.. – Ранта подскочил к указанной табличке, почти ткнувшись в неё носом, – И правда! Вот этот парень справа! У него лицо как символ Скаллхейла! – Люмиариса символизирует гексаграмма, его никогда не изображают, но... – Мэри, видимо тоже заинтересованная, всмотрелась в табличку, – Эта женщина слева? Это Люмиарис?.. Табличка была прямоугольной и вытянутой. Справа стоял одноногий мужчина с голым черепом вместо лица, а слева – длинноволосая обнажённая женщина. Мужчина держал в правой руке огромную косу, в правой – меч. У женщины в правой руке был большой шар, маленький – в левой, и радуга на спине. На правом краю таблички царила ночь, а на левом – день. Внизу были изображены множество крошечных существ. Существа стояли каждое на стороне либо мужчины либо женщины, и сражались друг против друга. Они рубили друг друга мечами, во все стороны летели стрелы, а под их ногами громоздились горы трупов. Шла кровавая битва. – Случилось это здесь, – тихо сказал Унжо-сан, – Были здесь Скаллхейл и Люмиарис. Здесь, в Дарнггаре. – Дарнг... гар? – переспросил Харухиро. – Называют этот мир так. – Богиня света, Люмиарис, и бог тьмы, Скаллхейл, сражались друг с другом здесь, в Дарнггаре, – осторожно проговорила Шихору, – И когда-то давно, жители Дарнггара приняли сторону одного из богов, и воевали между собой... Так? – Кто победил, интересно?.. – Кузак потёр вырезанную на его доспехах гексаграмму. – Не тупи, – Ранта фыркнул, – Что, не видишь, как тут темно? Владыка Скаллхейл одержал верх, очевидно же! – Но ведь магия света здесь работает! – тут же возразила Мэри, – Почему сила Люмиарис всё ещё достигает этого мира, если она проиграла? – Говори что хочешь, но ведь и магия тьмы работает, забыла? Ну, правда, и та и другая ощущаются тут вполовину слабее. – Ну, тогда... – Юме смотрела на другую табличку, – Тогда, наверное, у них ничья? – А теперь, значит, они оба ушли в Гримгар? – Харухиро наклонил голову, – Как, кстати, называют группу богов?.. Шайка? Нет... Толпа? Тоже нет. Команда?.. Нет, пантеон? – Неизвестен битвы исход, – Унжо-сан взвалил рюкзак себе на спину, – Рукоглазый мудрец Ообу говорит что не знает он. Изучает он вопрос этот. Но Дарнггар покинули Люмиарис со Скаллхейлом. Дарнггар – мир без богов. – Они ушли... – Харухиро слегка потянул волосы на затылке, – ...Постойте, а как они ушли? – Значит... – Шихору сглотнула, – Значит, есть путь? Они же не могли уйти просто так... Должен быть путь из Дарнггара в Гримгар... Так ведь? – Это значит одно! – воскликнул Ранта, – Мы можем вернуться! Кузак покосился на Унжо-сана. – Но если путь и правда есть, он бы уже давно ушёл, нет? – И правда... – Юме разочарованно выдохнула, – Кунжо-сан до сих пор тут... – Унжо-сан, – машинально поправил её Харухиро, прежде чем вернуться к собственным мыслям. Честно говоря, он не чувствовал особенного возбуждения. Да, ему хотелось вернуться. Харухиро был бы не прочь найти дорогу обратно в Гримгар, но в последнее время его всё чаще посещала мысль – ну, если не получится, то ничего страшного. Если с момента прихода в этот мир пройдёт сто, или двести дней, нужно будет по-настоящему исходить из того, что остаток жизни придётся провести здесь. Нужно будет всерьёз обустраивать свою жизнь в Дарнггаре. Например, создать семьи? Разумеется, это одна из тем, которые нужно будет обдумать. Наверное, это важно. И Харухиро нельзя будет отвертеться от участия, заявив – «я предводитель, мне нельзя». Нет, он, как предводитель, должен будет подать пример. Ему, наверное, нужно будет сделать первый шаг. Признаться. Нет, стоп, как это? Я же не смогу, верно? То есть, для начала, какое признание? В чём? Кому? Вообще не понимаю, о чём речь. Пока Харухиро задавался этими бессмысленными вопросами, Унжо-сан покинул лабораторию Ообу – в итоге всё же оказавшуюся вовсе не универсальным магазином. Он, в общем-то, мог бы что-нибудь сказать с самого начала, но это же Унжо-сан. Тяжело винить его в необщительности. Команда Харухиро покинула лабораторию вслед за Унжо-саном. Он направлялся к другому зданию – самой крупной постройке в деревне, каменному дому с застеклёнными окнами. Кто-то наверняка живёт там – точнее, Харухиро предполагал это, но ни разу не видел обитателей. В прошлый раз Унжо-сан тоже входил внутрь. Харухиро помнил это. Ни до того, ни после никто при нём не заходил в тот дом и не выходил наружу. Унжо-сан отворил дверь, и бросил взгляд на Харухиро и его товарищей. «Следуйте за мной», словно бы говорил этот взгляд. Во всяком случае, так они поняли и вошли в дом за Унжо-саном следом. По коже Харухиро побежали мурашки. Очень странное чувство. Что это за место? Мир по имени Дарнггар. Колодезная Деревня. Комната казалась здесь какой-то чуждой, не принадлежащей ни тому ни другому. В отличие от остальных зданий Колодезной Деревни, здесь был пол, и ковёр на полу. Книжные полки. Стол. Пять стульев. Дверь – видимо, ведущая в ещё одну комнату в глубине дома. Занавески на окнах. Подсвечники, расставленные там и сям, все с горящими свечами. Четыре стула стояли вокруг стола, а один – в центре комнаты. И там, посреди всего этого, сидела она. Человек. В красном платье. В белых носках, чёрных башмаках, с красной лентой в светлых волосах, голубоглазая. Юная девушка с белой кожей. Так Харухиро показалось сначала. Он быстро понял свою ошибку. – Кукла?.. – Харухиро сморгнул и всмотрелся ещё раз. Почему он принял её за человека? Она изготовлена искусно, но явно очень старая и потрескавшаяся. Глаза широко распахнуты. Однако, волосы словно расчёсаны, а платье, хотя и выцвело, на вид целое. – Постойте... – Ранта лишился дара речи. Дело не только в кукле и мебели. По всей комнате лежало множество странных предметов. На полках, на столе, и даже на полу. И более того, некоторые из них... Вон то, и то, и то, и это. Они выглядят знакомо. Нечто вроде рамы для картин, прислоненное к стене. Круглый предмет на столе. Толстый, прямоугольный предмет. Нечто вроде ободка с дисками на концах. Тонкий прямоугольный предмет размером с ладонь. Что-то вроде доски с множеством кнопок. Параллелепипед со скруглёнными углами и стеклом на передней стенке. Я уже видел это. Наверное. Наверняка. Харухиро не сомневался в этом. И в то же время его уверенность начала колебаться. Он чувствовал, как она быстро покидает его. Он видел эти предметы? Разве? С чего он так уверен? Он не знал. Он не помнил их названий, и где он мог их видеть. Он не мог вспомнить, но... Как он мог видеть такое раньше? Почему он так решил? Кроме того, в комнате были вещи, которые он хорошо знал. Например, очки. Одни с чёрной оправой, другие с металлической, третьи цвета черепаховой кости. Стёкла либо треснули либо выпали, но это определённо очки. На полках стояли книги. Но не такие, какие Харухиро видел в Гримгаре. Эти тоньше, и некоторые гораздо меньше размером. Также он видел банки и прозрачные коробки. Прозрачные, но явно не из стекла. Унжо-сан поставил рюкзак на пол и вытащил что-то изнутри. Белый, шарообразный предмет. Когда Унжо-сан положил его на стол, раздался стук. Шар не покатился. Поверхность, наверное, шероховатая. – Ч-что это? – спросил Кузак, – Я знаю это... Или кажется, что знаю, но что это? – Как знать, – Унжо-сан медленно обвёл комнату взглядом. Может, проверял, насколько прогорели свечи, – Неизвестно. Не мне. Другие они, вот что знаю я. Вещи, здесь собранные, другие. – Другие... – Шихору тряхнула головой. – Мне тоже так кажется. Они другие. Мэри прижала руку к груди. – Вы собрали всё это? – Нет, – тут же отозвался Унжо-сан, – Когда пришёл я, комната была здесь уже. – Н-ня... – Юме взяла со стола тонкий, прямоугольный предмет. Когда она потёрла его пальцем, пыль слетела, и поверхность оказалась невероятно гладкой. Юме наклонила голову набок и нахмурилась, – Н-ня?.. – Значит, это местные начали собирать коллекцию? – Ранта уставился на куклу, ему было явно не по себе, – Тут никто не живёт? Кроме неё? Унжо-сан дёрнул подбородком в сторону куклы. – Не прикасайтесь к Кинуко. – Кину... ко?.. В смысле, эта кукла? – Так называют её. – Хм-м, – протянул Ранта, – Ну, я бы не назвал её Кинуко. Скорее, что-то типа Нэнси. – Никакая она не Нэнси, – заспорила Шихору, – Ничего похожего. – Тогда кто, а? Ну, говори, батоновоз! – Бато... – Шихору закрыла грудь руками, – ...М-может, Элис? Что-то вроде этого... – Элис, а? Хм-м, – Ранта скрестил руки, – Во всяком случае, точно не Кинуко. – Дарнггар боги покинули, – Унжо поднял рюкзак, – Вместо них, она. Поклоняются в этой деревне Кинуко. Из другого мира пришла она... Так говорят. – Пожалуй... – Харухиро кивнул, – Она не похожа ни на что из этого мира. Да. И всё же, если спросить меня, не из Гримгара ли она... – Ни за что, – Юме всё ещё крутила в руках тонкий прямоугольный предмет, – Но Юме, она чувствут что-то странненькое. Как будто бы знакомое. Юме совсем-совсем не знает, что это, но ей будто кажется, что она знает. Чудно... – Чужим вещам поклоняются тоже, – сказал Унжо, – Найдёте если что-то, чужим что кажется, сюда принесите. Поднесите Кинуко. – В смысле, ну... – Ранта был в своём репертуаре, груб и бестактен, – Задаром? Унжо-сан лишь хмыкнул. – Прошу прощения за него. От всего сердца, – Харухиро коротко поклонился. – А-а? За что ты извиняешься, Парупиро-о? Ты дурак, что ли? Хотя да, ты дурак и есть, – Ранта не испытывал никаких угрызений совести, – Хотя, ну, наверное можно и так. Пусть и задаром, но он же говорит, что Кинуко богиня. Может, мы получим типа, ну, благословение? Тогда можно попробовать. Ага. Если что-то найдём, принесём сюда. – И всё же... – Кузак присел перед предметом, напоминающим раму для картины, – Почему все эти вещи здесь? Или «почему» – неправильный вопрос? Что это? Я не могу выразить вопрос, но это как-то странно, нет? Харухиро понимал, что Кузак хочет сказать. Понимал, но тоже не мог выразить это словами. Ощущение было очень странным и неприятным. «Мы ищем способ вернуться в наш родной мир» – вспомнились ему слова Шимы. Вернуться. В наш родной мир. В голове зародилась боль. В висках – нет, где-то глубже – он ощутил тяжёлую, но в то же время резкую боль. Как будто там что-то есть. Но он никак не мог это достать. Это же внутри головы, в конце концов. Он ведь не может сунуть палец в мозги и пошарить там. Эх, если бы он мог! – Унжо-сан, – сказал Харухиро. – Что? – Унжо-сан, вы... Вы когда-нибудь думали о том, чтобы вернуться в родной мир... Или о чём-то таком? – Родной мир... – эхом повторил Унжо-сан, и замолчал. – Постой... – Мэри повернула к Харухиро закрытое маской лицо, – Родной мир, в смысле, Гримгар?.. – А?.. – Шихору поднесла руку ко рту, – Не Гримгар, наш родной... – Фвня?.. – Юме уставилась в потолок. – Родной... – проговорил Кузак, словно о чём-то задумавшись, – Наш родной мир... – Эй, эй, эй, что значит родной? – засмеялся было Ранта, но осёкся, – А?.. Мы были в каком-то ещё мире, прежде чем попали в Гримгар... Да? – Иначе откуда мы взялись? – спросила Мэри, в той же степени себя что и всех остальных, – Я не помню ничего до Гримгара, но... Мы должны были откуда-то взяться. Мы же не могли просто появиться на свет такими какие мы сейчас. – Тогда, откуда мы взялись? – голос Шихору подрагивал, – Под «откуда» я хочу сказать... я, кажется, вспоминаю... Я спросила Харухиро-куна, «где мы?» [– Простите... – робко сказала стоящая прямо за спиной девушка, – Вы не знаете, где мы?] [– Нет, откуда мне знать] – Харухиро, кажется, ответил именно так. Шихору, вспомнил Харухиро. Да, той робкой девушкой была Шихору. Но где мы были? – Мы смотрели на Госпожу Луну! – Юме всплеснула руками, – Она была алая! Мы так удивились! [– А-а, – Косички, похоже, тоже заметила. Заморгав, она вдруг рассмеялась, – Госпожа луна, как вам идёт алый цвет!] Юме. Это была Юме. Харухиро вспомнил. Красная. В тот момент они увидели луну. Она была кроваво-красная, нечто среднее между серпом и полумесяцем. Почему луна красная? – подумал он тогда. Красная луна – это странно. Где они тогда были? – Холм?.. – пробормотал Харухиро. Они стояли на холме возле Ортаны. На холме с могилами. Там, где похоронены Манато и Могзо. Они остались там... И Шоко тоже. Шоко. Шоко?.. Товарищ Кузака, Вор из его первой команды. Одна из новоприбывших солдат добровольческого корпуса. Она погибла в бою за Мёртвую Голову. ...И все? Харухиро не знал. Чего-то не хватало. Словно он о чём-то забыл... Большие, заспанные глаза. Поджатые губы. Стрижка-каре. Шоко. Соратница Кузака... Она погибла. Он никогда её больше не увидит. – Мы стояли на холме, – Харухиро посмотрел на товарищей, – Ведь так... да? Шихору, Юме, Ранта... И Манато с Могзо, мы точно там были. Киккава. Рэнджи. Рон. Сасса. Адачи. И Чиби-тян. Они были вместе с нами, на том холме. Мы видели красную луну. А вы, Мэри, Кузак? – Холм... – отсутствующе пробормотала Мэри, – ...Я помню. Очень смутно, но помню. Кажется, это моё самое раннее воспоминание – холм возле Ортаны. – И я, наверное, тоже помню, – Кузак кивнул, – Вроде как... Да, я был там. С ними. Не помню, правда, о чём мы говорили... – Какое совпадение, – даже Унжо-сан, едва заметно улыбаясь, включился в разговор, – Красную луну над холмом тем помню и я. «Луна алая», подумал тогда я. «Жутко...» – Разве это не странно? – Харухиро отодвинул один из стульев, стоявших вокруг стола, и уселся, – Ну, то, как мы все появились на том холме. Ну... это необычно. Правда. Если так подумать, то где бы мы ни были до того, как очутиться в Гримгаре, мы, эм... Там было что-то... Вроде туннеля. Мы прошли через что-то такое, да? А потом появились... На холме. – Башня была там, – Унжо-сан внезапно снял шляпу. Его коротко стриженые волосы наполовину поседели. Нижнюю часть лица по-прежнему закрывал шарф, но всё что выше глаз теперь открылось взглядам. У него оказался резко очерченный лоб, и на вид ему можно было дать от сорока до пятидесяти лет. Он положил шляпу на стол и тоже сел, – «Запретная Башня» зовётся она. Если не подводит меня память. – Башня без входов и выходов... – Шихору дрожала всем телом, – Я никогда не понимала, зачем она... Всё это время... Она казалась мне странной... – Неужели... – Ранта сел на пол, – Может, мы вышли из той башни? – Но ведь там нет дверей? – с сомнением спросила Мэри. – Хм... – Ранта постучал себя по голове, – Ну да. Это проблема. Но, это же тупо, если никто не может войти или выйти. Ну, в смысле, зачем она тогда? Наверняка там где-то потайной вход. – А может, Хиёму знает, а? – сказала Юме, – Ну, Хиёму, она ещё привела нас к Бри-тян, в Ортану. – Меня тоже, – кивнула Мэри. – Да, и меня, – добавил Кузак. – Меня же... – Унжо-сан сжал переносицу, – Мужчина, кажется... «Зовите меня Саа» сказал он нам. Кто это, Бри-тян? – Э-эм... – начал Харухиро, – Ну, он командир Красной Луны, добровольческого корпуса пограничной армии Ортаны. Его зовут Бриттани. – Бриттани, – глаза Унжо-сана расширились, – ...Мужчина, голубоглазый? И ведущий себя женщина как? – Вы его знаете? – Знаю. Шибутори имя его. – Шибутори?! – воскликнул Ранта, – Настоящее имя Бри-тян – Шибутори?! – Из молодых он, Шибутори. Со мной по сравнению. Командир добровольческого корпуса теперь он? – Эм, Унжо-сан, – нерешительно спросил Харухиро, – Напомните, как давно вы очутились в Дарнггаре? – Пять тысяч, шесть сотен и ещё семьдесят шесть раз, – проговорил Унжо, глядя куда-то в пустоту, – С тех пор как начал считать я. Раз столько рассеивалась тьма, и бледное утро приходило. – Пять тысяч шестьсот... Равна ли продолжительность суток Дарнггара продолжительности суток Гримгара? Или отличается? Они до сих пор не знали, но если равна... Тогда Унжо-сан провёл в Дарггаре полных пятнадцать лет и ещё двести один день. – До этого, вы... Встречали других людей, вроде нас? – задал вопрос Харухиро. – Нет. Первый раз был это. Первыми были вы. – Серьёзно?.. – казалось, даже Ранте больно это слышать, – Это... Это... Ну, это, наверное, было по-серьёзному тяжело. Серьёзно... – Привык я, – Унжо-сан посмотрел вниз, на столешницу, – ...Привык я. Вернуться всё равно не могу я. Давно сдался я. Жить можно здесь. Дом мужчины – крепость его. Некогда чуждое привычным становится. Язык выучить можно. Знакомые есть у меня здесь. Язык ваш для меня чужой теперь. Половину забыл я. Когда говорим, вспоминаю. Но вернуться всё равно не могу я. Приготовьтесь к тому и вы. Холм тот. Башня запретная. Не имеют больше значения. Дверь потайная. Не найти вам её, даже если существует она. Не узнаете вы, существует ли она. Живите здесь. Других нет вариантов. Живите, живы пока. Неважно, в мире каком, эта истина абсолютна. Для всех нас. – Здесь не только мы, – выдавила Шихору, – Лала и Ноно... С нами в Дарнггар пришли ещё двое. Они гораздо опытнее и сильнее нас. Кроме того, мы пришли не прямо из Гримгара. – Где? – Унжо-сан вдавил указательный палец в столешницу, – Где вошли вы в Дарнггар? Харухиро не смог бы сказать, что хорошо помнит. Расстояние, пройденное ими, и направление, в котором они шли, он мог воспроизвести в голове лишь смутно. И всё же Харухиро постарался как можно точнее, но не вдаваясь в излишние подробности, описать ход событий, в результате которых они попали из Даскрэлма в Дарнггар, а после добрались до Колодезной Деревни. – По течению вверх... – Унжо-сан удивлённо усмехнулся, – В рубашках родились вы. Чудом что все вы целы. Как поведал им Унжо-сан, в лесах к северу от Колодезной Деревни обитают йегйорны – или "туманные мотыльки" на местном наречии, ядовитые насекомые. Их яд невероятно силён, и любое живое существо теряет сознание от боли за считанные мгновения после укуса. Единственное исключение – гетагны, напоминающие ласок существа. На них не действует яд йегйорнов – те даже не пытаются нападать на них. Йегйорны налетают на своих жертв огромной стаей, и жалят пока та не теряет сознание. Вслед за ними прибегают гетагны и пожирают внутренности. Йегйорны пьют кровь жертвы, после чего откладывают в плоть свои яйца. Со временем из яиц проклёвываются личинки, они пожирают гниющую плоть, растут, преобразуются в мотыльков и улетают. Йегйорны очень маленькие, размером с ноготок младенца. Избежать встречи с ними в тёмных лесах Дарнггара почти невозможно, а к тому моменту, когда ты замечаешь их, тебя уже ужалят. На самом деле, как сказал Унжо-сан, один укус не так уж страшен. Но где один йегйорн, там же рядом сотни. Йегйорны обитают также и в верхнем течении реки. Кроме того, в прибрежных землях водятся тобати – что, судя по всему, означает "подлые" или "изворотливые" – существа, предпочитающие охотиться из засады. Есть много видов тобати, и это, скорее, собирательное название самых разных хищных существ, живущих у реки. И, разумеется, эти тобати часто становятся добычей йегйорнов и гетагнов. Помимо этого, в лесах обитают обезьяноподобные гаугай – наверное, те самые которых команда Харухиро окрестила "инузару". Они всеядны, но любой пище предпочитают мясо гетагнов. Лес мотыльков, Адунйег, очень опасное место, и никто в своём уме не суётся туда. Судя по рассказу Унжо-сана, если они соберутся пересечь Адунйег чтобы снова попасть в Даскрэлм, то им лучше приготовиться к смерти. Унжо-сан попросту не представлял себе, что можно побывать в Адунйеге – неважно, три дня, два, или один – и не наткнуться на йегйорнов. А встреча с ними означает конец. Бывало, что в Колодезную Деревню залетало два или три йегйорна, и каждый раз это вызывало панику. – Н-ну, здорово же, что мы решили не ходить обратно, а? – Ранта сглотнул, – Да и что нам делать в Даскрэлме. Там ведь тоже опасно. А ведь у Лалы с Ноно, наверное, всё не так круто как у нас. Ну, в смысле, не могут же они быть такими же удачливыми как я. Наверняка они уже мертвы. Хотя, они ведь воспользовались нами, а потом бросили, так что поделом... – В любом случае они не приходили в эту деревню, да? – спросил Кузак. – Наверное нет, – речь Унжо-сана с каждым новым словом становилась всё нормальнее, – И всё же другие деревни есть. Или города. Это, если подумать, естественно. Было бы очень странно и ненормально, если бы после битвы между Люмиарис и Скаллхейлом осталась лишь одна эта деревня. Но Харухиро лишился дара речи. – Э-э... – протянул он, глядя на товарищей. – Н-ня... – Юме прижала ладони к щекам, – Так тут есть города... – Г-где?! – Ранта тут же поправился, – Где, скажите, умоляю! – «Умоляю»?! – с насмешкой повторила Шихору. – Я могу рассказать вам, – Унжо-сан надел свою шляпу, – Причину, по которой в Гримгар не вернуться. И, тем временем, могу отвести вас в Хербзит. Если вы не против, конечно.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13. Открытие

Послушавшись советов, а точнее, инструкций Унжо-сана, команда Харухиро занялась приготовлениями к путешествию. Хербзит расположен к западу от Колодезной Деревни, в трёх днях пути пешком. По дороге придётся разбить лагерь в лесу. В западных лесах йегйорны встречаются редко, но зато там водятся гаугай (инузару). Также там обитают самые разные хищные звери, а ещё дурзой – что, вроде бы, означало «старшие» на местном языке – раса человекоподобных существ с четырьмя руками. Унжо-сан описал их как свободных охотников, основной добычей которых являются крупные хищники – вагульсы. Дурзой жестоко мстят тем, кто пытается отнять их добычу, и могут быть очень опасными врагами, но если оставить их в покое, то и они не проявят враждебности. Тем не менее, вагульсов следует опасаться, а также всех прочих населяющих лес зверей – сидд, вепонгов и гаугай. Каждое из этих существ охотится по-своему, и, едва почуяв какую-либо слабину, тут же воспользуется ею. Есть один способ обезопасить себя почти от всех лесных существ – и это колокольчик, вроде того, какой был на фургоне углежога. Колокольчик удалось купить у кузнеца. Стоил он недёшево – целых двадцать рума – однако, он необходим для того, чтобы пересечь лес, и, видимо, стоит этих денег. Попросту говоря, в лесу им придётся звонить в колокольчик постоянно. Унжо-сан, разумеется, тоже имел один при себе, но, как он сказал, с одним колокольчиком им будет тяжело. Со спутниками, объяснил он, гораздо проще – кто-нибудь может продолжать звонить, пока остальные спят. Кроме того, несмотря на низкую вероятность наткнуться на йегйорнов, всё равно стоит опасаться других ядовитых насекомых и змей, в обилии населяющих лес, так что лучше не оставлять кожу открытой во время сна. Они купили в магазине одежды плотную ткань, чтобы сшить палатки. Также они изготовили новые комплекты нижнего белья из мягкой матери. В продуктовом магазине купили в дорогу продуктов, способных долго не портиться, а также свечи и масло, изготовленное из какого-то растения. Команда Харухиро считала универсальным магазином лабораторию мудреца Ообу, но настоящим универсальным магазином оказалась продуктовая лавка гигантского краба. Когда с приготовлениями было закончено, они, ведомые Унжо-саном, покинули Колодезную Деревню. Сначала они прошли по колее, ведущей к поляне углежога. Там путь не заканчивался. Харухиро с товарищами уже задавались этим вопросом – куда бы они пришли, если продолжили идти? По словам Унжо-сана, дорога со временем привела бы к развилке. Унжо-сан шёл первым, и колокольчик, свисающий с его рюкзака, мерно позвякивал. Хархиро и остальным пока оставалось лишь следовать за ним. Возможно, им хватило бы и одного колокольчика – но, с другой стороны, наверное, не стоит слишком сильно зависеть от незнакомца. Углежог, так похожий обликом на кузнеца Колодезной Деревни, что-то делал возле печи. Унжо-сан, вероятно хорошо с ним знакомый, перекинулся несколькими словами, после чего скомандовал привал. – В этих лесах не найти места безопаснее, – объяснил Унжо-сан, – И в дальше в пути мы не встретим никого более дружелюбного чем он. А теперь отдыхайте. Из слов Унжо-сан можно было заключить, что в Хербзите их совсем необязательно ждёт тёплый приём. На девяносто девять процентов Харухиро переполняли тревоги, но один процент надежды удерживал его от отступления. Им необходимы знания – и не просто знания из чужих уст, они должны узнать на собственном опыте, увидеть собственными глазами. Некоторые вещи можно понять лишь тогда, когда испытаешь сам. Не стоит принимать решения полагаясь лишь на то, что услышал от других – в особенности решения, от которых зависит будущее. После короткой передышки Унжо-сан заявил, что пора отправляться. За поляной углежога открывается мир, совершенно неизвестный Харухиро и его товарищам. Им было не по себе, но Унжо-сан быстро шагал вперёд, и ничего не происходило. Похоже, колокольчик действовал как надо. В лесу светящийся горный кряж скрылся из вида. Впрочем, днём небо всё равно слегка светлело, и они могли отличать день от ночи. В тот же день они прибыли к развилке. Унжо-сан выбрал путь, ведущий на юго-запад. Северо-западная тропа, как он сказал, ведёт к склонам гор – в отдалении виднелись их очертания. Дорога с колеями от колёс не была проложена фургоном углежога; она, судя по всему, существует уже очень давно. Точно так же как и печь углежога – до него ею владел кто-то ещё. Согласно записям на глиняных и каменных табличках, война между последователями богини света и бога тьмы продолжалась даже после того, как Люмиарис со Скаллхейлом покинули Дарнггар. Обитатели этого мира, разделённые на два противоборствующих лагеря, не смогли прийти к взаимопониманию даже в отсутствии своих господ. И, каким бы удивительным это не казалось, та давняя распря продолжается и по сей день. Например, мертвецы, на которых охотилась команда Харухиро, это потомки последователей Скаллхейла. Они убивают и пожирают друг друга во имя грядущего уничтожения всего сущего. Жители Колодезной Деревни – потомки последователей Люмиарис, и среди них из уст в уста передаётся пророчество о том, что однажды Люмиарис вернётся, и вместе с ней в Дарнггар вернётся свет. С другой стороны, они считают это всего лишь легендой – как и пророчество о том, что со временем мир сгинет во тьме. Вероятно, их поклонение кукле Кинуко и предметам из иного мира является выражением этих запутанных чувств. Как рассказал Унжо-сан, в табличках также были записи о том, что некоторым расам удавалось создавать королевства, где осколкам армий света и тьмы удавалось сосуществовать. Но любое общество размерами больше деревни всё равно рано или поздно рушилось под воздействием внешних или внутренних сил. Правитель, сумевший объединить враждующие стороны, погибал или умирал от старости, после чего вспыхивала междуусобная война, и все его достижения погибали. Само слово «Дарнггар», как выяснилось, означало «земля отчаяния». Впрочем, мир не всегда назывался так. Изначально он носил название Фанангар («земля обетованная»), и в нём правил Энос – единый бог. Когда Энос раскололся на враждующих Люмиарис и Скаллхейла, мир стал Джидгаром – «полем битвы». А когда оба бога покинули мир, небеса и землю окутало отчаяние. Они продолжали идти по дороге через чащу. Им по-прежнему не встретился ни один зверь – вероятно, за это стоило благодарить колокольчик. Когда наступила ночь, Харухиро ощутил, что за ним кто-то наблюдает. Он сказал Унжо-сану, и тот ответил, что, должно быть, это дурзой. – В этих лесах такое случается часто, – объяснил Унжо-сан, – Не пытайтесь их найти. Не стоит. Вам это не удастся. А если они рассердятся, то на вас начнётся охота. Харухиро, возможно, мог бы просто послушаться и не обращать внимания. Но, честно говоря, ему не удавалось избавиться от тревог. Стемнело, так что они поставили палатки и спали по очереди, продолжая звонить в колокольчик. В палатке Харухиро ничего не ощущал, но когда наступала его очередь сторожить с колокольчиком, иногда ему становилось немного не по себе. В кустах иногда раздавались какие-то звуки. Наверное, это они специально. Охотники-дурзой, должно быть, шуршат ветвями, чтобы проверить, как Харухиро поступит. И если он поведёт себя враждебно, то в него тут же полетят стрелы. А может, дурзой гораздо ближе, чем ему кажется. Может, они прямо за спиной, может, стоит резко обернуться как столкнёшься нос к носу с одним – перед тем, как он тебя придушит. Такое вполне возможно. А может, они забавляются, пугают нас, сбивают с толку... Ночью Харухиро едва сомкнул глаза, но утром уже не ощущал присутствие дурзой. Ушли, значит – подумал он. Нет, не стоит расслабляться. Ни в чём нельзя быть уверенным. Или я слишком зациклился на них? – Будешь так волноваться по каждому пустяку, у тебя все волосы выпадут, – издевательски фыркнул Ранта. Харухиро разозлился, но реагировать на Ранту значит впустую тратить время. – Да, да... – бросил он, стараясь чтобы слова прозвучали равнодушно. – Вы-па-дут, – прошептал ему на ухо этот отброс, не желая угомониться. Вот бы вместо дурзой пропал Ранта. И вообще, было бы неплохо обменять Ранту на охотника-дурзой. На этой мысли Харухиро почувствовал, как его страх и беспокойство перед дурзой отступают. Что ж, похоже, даже от отброса иногда бывает польза. Позже, когда небо уже начало темнеть, случилось ещё одно происшествие. Впереди на дороге что-то было. И, что хуже, это «что-то» двигалось. Или, наверное, «извивалось» было бы более подходящим словом. Какие-то тонкие, длинные существа. И их было много. Очень много. На первый взгляд они напоминали... внутренности. Кишки. Если попытаться подобрать более осмысленное сравнение то, наверное, существа были похожи на червей. Кишки толщиной с запястье. То есть, черви. Их было очень много, и они перегораживали дорогу. – Что это? – хрипло спросил Кузак. Унжо-сан, к их удивлению, покачал головой. – Не знаю. – К-кя-а... – Шихору тихо взвизгнула и попятилась. Ну, её можно понять. – В-всё ведь будет хорошо, да? – Юме посмотрела на Харухиро, – ...Всё будет в порядке, правда? Не спрашивай меня, хотелось ему ответить, но он сдержался. – ...Н-ну, не знаю. – Парупиро! – Ранта хлопнул Харухиро по спине, – Давай! Перепрыгни их! Мы тогда поймём, опасные они или нет. Ну, давай! Ты же предводитель! Будь мужиком! – Перестань, – в такие моменты Мэри выглядит пугающе, – Может, сам прыгнешь? Если с Хару что-то случится, нам всем будет плохо. – А я? Тебе что, всё равно, что будет со мной?! Знаешь, поздно будет жалеть когда меня не станет! Ты вообще подумала об этом?! Ты понимаешь всё мое величие?! Ты понимаешь, насколько я полезен, насколько я особенный, и какой потенциал во мне скрыт?! – О, вот в том, что ты особенный никто не сомневается, Ранта-кун, – сказал Кузак. – Кузакки! Молодца, молодца! Я знал что ты меня поймёшь! Ты всё же не просто каланча, ты, ну, типа, каланча второго уровня! Или даже третьего! – Что-то непохоже на комплимент... – Да я тебя захвалил просто, ты что, не видишь, идиот? Нет, серьёзно, у тебя там, наверху, вообще пусто, да? Вот поэтому ты и каланча, а? Ахаха! Ну да! – А ну-ка, – Унжо-сан внезапно схватил Ранту за воротник и поволок вперёд. – Вхах? Ч-что?! Что происходит?! Унжо-сан?! В смысле, Унжо-сама?! Что, что?! П-перестаньте! Эй! Это же, э-это... Унжо-сан был силён. Он с лёгкостью протащил Ранту одной рукой, и швырнул прямо в центр скопления червей – или шевелящихся внутренностей. – Не-е-е-е-ет! – Ранта плюхнулся среди них на спину, – Гва-а-а-а-а... Всё произошло мгновенно. Черви облепили Ранту, и он пропал из виду. Интересно, что бы сейчас сказал Зодиак, будь он здесь? Хотя, наверное, сейчас не время об этом думать... Так ведь? – Р-ранта? – нерешительно позвал Харухиро. – Бва-а-а-ах?! – Ранта вынырнул из центра клубка. Черви по-прежнему оплетали его шею, руки, ноги и туловище, пытаясь затянуть обратно. Ранта боролся, – Умираю! Умираю, спасите! Я же умру! Спасите-е-е-е! – Ну, наверное придётся... – пробормотал Кузак, и протянул Ранте руку. Мужественный поступок. Харухиро был впечатлён. Но разве это не опасно? И, как он и опасался, гигантские черви, или внутренности, набросились и на Кузака. – А! О, чёрт! – вскрикнул Кузак. – Дарк! – Шихору призвала элементаль и направила внутрь скопления. Это отогнало нескольких, может даже несколько дюжин червей, но делу это мало помогло. Будь Ранта там один, Харухиро, может, и бросил бы его, но в ловушку угодил и Кузак, так что теперь остаётся лишь спасать обоих. В итоге всем кроме Унжо-сана пришлось по одному отрывать от Ранты с Кузаком червей. Потом они немного отошли в сторону, пережидая, пока поток этих странных существ пересечёт дорогу. К утру путь был свободен. Но что это вообще такое было? Впрочем, простые размышления не принесут никакого ответа. Сделав мысленную заметку о том, что такие вещи возможны, они продолжили путь, пока примерно через шесть часов лес внезапно не закончился. Дорога вела дальше по пологому склону вниз. А напротив раскинулся город. Его окружала крепостная стена – пусть и полуразрушенная. На первый взгляд, он где-то в километр шириной... нет, больше. Километра полтора. Город сиял. Там были огни. Городе, несомненно, населяют сотни, а то и тысячи жителей. На улицах отчётливо виднелись фигуры прохожих. Большинство зданий, кажется, каменные. Одно-, двух-, трёхэтажные, и даже выше. В небо поднимались несколько башен. Внезапно подул ветер, и зашелестел листьями в кронах деревьев. Вскоре раздался звон – не такой, как у колокольчиков, которыми Унжо-сан и команда Харухиро отгоняли зверей. Этот звон звучал громче, тяжелее, и в нём ощущалась какая-то печаль. Видимо, где-то в городе есть колокольня, и её колокол раскачивается на ветру. Должно быть, одна из башен. – Это город Хербзит, – Унжо-сан, стоявший впереди всех, снял свою шляпу, – Не скрывайте лиц в Хербзите. Но также не встречайтесь ни с кем взглядом. Это считается вызовом. Не реагируйте на провокации. Жители города любят сражаться. Если не хотите проблем, то идите, опустив голову, и держитесь тихо. Но, если желаете сразиться с кем-то насмерть, то дело ваше. Харухиро и его спутники содрогнулись. Насколько же там опасно?.. Как они вскоре узнали на собственном опыте, очень опасно. Проблемы начались сразу же, как только они вошли в город. Два человекоподобных создания, скрюченных в три погибели, но даже так выше ростом чем Кузак, подошли и принялись их задирать. Слов Харухиро и его спутники не понимали, но это явно были какие-то оскорбления. Одно из существ прыгало перед Унжо-саном, издавая угрожающие возгласы и хлопая в ладоши. Второе придвинуло своё лицо почти вплотную к Шихору, и пронзительно верещало «Ии-ха, ии-ха!» Шихору едва сдерживала слёзы. Харухиро хотел бы ей помочь, но если он посмотрит на тех существ и прикрикнет, то им придётся сражаться за свои жизни. Шихору придётся терпеть, как и всем остальным. Те двое наконец ушли, но тут раздался странный вскрик – «Яу!». Харухиро обернулся, и увидел, как Юме потирает затылок. Кто-то бросил в неё камень, и попал. – Юме?! Ты цела?! – Ранта принялся озираться, – Эй! Кто это сделал?! – Перестань! – Мэри тут же стукнула его посохом по голове, – Нас же провоцируют. Не поддавайся! – А ты сама не провоцируешь ли, а? – огрызнулся Ранта, – Больно, вообще-то... – Да неужели, – бросила Мэри, – Юме. Я знаю, что больно, но потерпи. Я вылечу тебя чуть позже. – Н-ня-а. Спасибо. Просто камешек прилетел так внезапненько. С Юме всё в порядке. Только чуть-чуть кровь потекла. – Кровь?! – Ранта, не поднимая головы, цокнул языком, – Эти мрази решили, что с нами можно в эти игры играть? Да я их порву. На кусочки. Серьёзно... – Необучаемый... – криво улыбнулся Кузак. – Ну конечно. Это же Ранта, – холодно усмехнулась Шихору. – И что с того, что это я, а? А, ты, батоновоз?! А ну, давай, я полапаю! – Эй... – начал было Харухиро, но замолчал. Глупо встревать в перепалку с Рантой. Провокации продолжались и после этого, почти без перерыва. На них пялились, выкрикивали оскорбления, бросали камни, преграждали путь, и это ещё сравнительно безобидные варианты. Иногда им ставили подножки, или даже толкали. Как бы Харухиро со спутниками не пытались не обращать внимания, уворачиваться и обходить, нападения не прекращались. Это выматывало, и физически, и психологически. Если бы не Унжо-сан, они или сбежали бы из города, едва войдя внутрь, либо ввязались в драку. Может быть, на Харухиро и его товарищей нападают просто потому, что они чужаки? Нет, похоже, что не из-за этого. Время от времени они видели, как завязываются жестокие схватки один-на-один, один-против-нескольких, или многие против многих. Иногда откуда-то доносился леденящий кровь предсмертный вопль. В это не верилось, или, по крайней мере, в это не хотелось верить, но жители не просто сражаются, они убивают друг друга. Что не так с этим городом? Даже на главной улице регулярно завязывались рукопашные, а окружающие делали ставки на победителей. Унжо-сан повёл их в переулок, в сторону от крупных улиц. В переулках было немногим лучше. По обеим сторонам улочек, иногда сужавшихся до пары метров, сидели на корточках существа самых разных рас. Они что-то жалко бормотали, протягивая вперёд руки. Стоило Харухиро зазеваться, как его хватали за край плаща. Насколько он мог видеть, многие из них были искалечены. Видимо, это нищие. Они выглядели неприятно, подавляюще, и Харухиро очень быстро устал смотреть на них, но всё же это лучше чем крупные улицы, где все рвутся развязать схватку и где постоянно кто-то гибнет. И всё же, получится ли здесь жить? Некоторые из нищих явно находились на грани смерти, или вовсе не двигались. В воздухе висел запах гниения. Похоже, многие из нищих выжить не смогли, и смерть забрала их. – Без нужды ничего здесь не трогайте. И не позволяйте никому прикасаться к себе, – предупредил их Унжо-сан, избегая рук нищих, – Лучше не рисковать. Тут нередко случаются эпидемии. – Бррр.. – пробормотал Ранта. Даже это мусор, сам мало чем отличающийся от заразы, боится заболеть. Харухиро, разумеется, тоже боялся болезней. Мэри знает Очищение, магию, способную лечить отравление и некоторые болезни. Ключевое слово здесь – «некоторые». Обычную простуду, например, магией не вылечить. Если они заболеют, то придётся полагаться лишь на лекарства, которые удастся достать, а также на собственную выносливость и душевную стойкость. Харухиро хорошо понимал, что не отличается ни особо крепким здоровьем, ни особой стойкостью. Так что лучший из доступных им способов справляться с болезнями – это не заболевать вовсе. Лавируя между попрошайками в переулках, они подошли прямо к невысокой – метров пять – башне. Унжо-сан постучал дверным молотком. Вскоре дверь распахнулась. Наружу вышла женщина, в коричневом плаще и с белой, почти прозрачной кожей. У неё были серые, зачёсанные назад волосы. Она человек? Нет. Выглядит почти как человек, но в её глазах нет белков. Словно кто-то вложил в её глазницы стеклянные шарики. Кроме того, на каждой её щеке виднеются три узкие щели, равномерно расширяющиеся и сужающиеся. Словно жабры. – Унжо, – сказала женщина, и перевела взгляд своих стеклянных глаз на Харухиро и его товарищей, – Акуаба? – Моа ворте, – Унжо-сан дёрнул подбородком, словно говоря – впусти нас. Женщина посторонилась, пропуская их всех внутрь башни. Потолок был высоким – может, он поднимается до самой крыши? Стены почти сплошь закрывали полки. На полках лежали таблички, оружие, доспехи, разнообразное снаряжение, какие-то странные предметы, растения в горшках, и многое другое. Там и сям горели лампы, виднелись также стулья и приставные лестницы. – Это Рубиция, – представил женщину Унжо-сан. Женщина сложила руки перед грудью и поклонилась им. Это, наверное, местное приветствие. – З-здравствуйте, – Харухиро попытался воспроизвести её жест, – Я Харухиро. – Ранта, – Ранта нахально скрестил руки на груди, – Меня называют Ранта-сама! – Кузак, – Кузак коротко кивнул. – Ю-мэ! – громко сказала Юме, явно стараясь отчётливо выговорить слоги. И хихикнула. – Меня... зовут Шихору, – Шихору, как и Харухиро, постаралась повторить поклон Рубиции. – Мэри, – Мэри вежливо поклонилась, – Рада встрече с вами, Рубиция-сан. Рубиция медленно кивнула, обменялась несколькими словами с Унжо-саном, и спустилась вниз по лестнице возле стены. Там, должно быть, какое-то подвальное помещение. – Здесь безопасно, – Унжо-сан снял рюкзак и положил его на пол, – Можете отдохнуть. Рубиция скоро принесёт воды. Вода чистая, её можно пить. Не волнуйтесь. – Отлично! – Ранта тут же уселся, – Эй, Унжо-сан, могли бы и сразу сказать, что у вас есть такой классный домишко. Кстати, что это за Рубиция-сан? Она ваша, ну... Да нет, быть не может... – Да, – ответил Унжо-сан, – Рубиция – моя жена. – Ого... – неверяще прошептал Харухиро.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14. Склонность доверяться.

Любовь – сильное чувство. Наверное. Харухиро прекрасно осознавал, что не имея опыта в таких делах может только строить догадки. Происхождение, воспитание, даже раса – всё это не имеет значения... наверное? Хотя, впрочем, действительно ли Рубиция и Унжо-сан любящие муж и жена оставалось загадкой. Может, Унжо-сану, чужаку в неизвестном мире, просто было одиноко, и он попытался найти утешение у случайно встреченной женщины. А женщина, возможно, просто пошла ему навстречу из жалости. Харухиро, в общем-то, неоткуда было знать про это, но ведь такое возможно... правда же? А если да, то, может, это тоже одна из форм любви? Это ведь можно так назвать? Наверное? Хм-м... Как знать... Казалось странным, что Унжо-сан и Рубиция держатся друг с другом несколько отчуждённо. Может, это просто из-за присутствия посторонних? Они смущаются? Может, они заигрывают друг с другом когда никто не видит? Или просто в Дарнггаре так заведено? Харухиро было трудно себе представить, что здесь, в Хербзите, пара может заниматься всем тем, чего он ожидал бы от мужа и жены. Может, один тот факт что они не убивают друг друга уже означает, что они в очень близких и тёплых отношениях? Но Рубиция выглядит таким тихим и интеллигентным человеком – ну или кем-то вроде человека, то есть, она конечно не человек, но Харухиро предпочитал думать о ней так – короче говоря, она совершенно не вписывалась в общество Хербзита. Или, может, в городе хватает и миролюбивых жителей, просто они стараются не показываться на глаза? За следующие пару дней Унжо-сан показывал им город. Узнать удалось многое. На большей части территории Хербзита правит бал нескончаемое насилие. Даже, казалось бы, пустые улочки иногда оказываются на поверку территорией разбойничьих банд, так что необходимо соблюдать осторожность. Колокольню в центральной части города контролирует банда Гарафан – что примерно переводится как «острый коготь» – и в том районе особенно опасно. Унжо-сан говорил, что даже он сам никогда не рисковал приближаться к колокольне. В городе присутствуют и другие две банды – Джагма («великая буря») или Скаллхельгз («дети Скаллхейла»). Банды, разумеется, яростно враждуют между собой. Говоря грубо, центр Хербзита контролируют Гарафан, Западную Половину – Джагма, а Восточную – Скаллхельгз. Все эти банды стоит опасаться. Существует также Старый Город Хербзита – подземный водопровод, правда, в основном уже не работающий, и кладбище. В подземельях Старого Города правят Зеран («мудрецы»), необычное сообщество, предпочитающее обходиться без насилия. Впрочем, они с готовностью применяют силу чтобы поддерживать порядок, и любые конфликты в подземельях жестоко пресекаются. Зеран отлично ориентируются в запутанных тоннелях, и среди них есть много сильных бойцов, так что их никак нельзя назвать слабыми. Фактически, не будет преувеличением утверждать что в подземельях они очень сильны. Даже Гарафан, Джагма и Скаллхельгз, сильнейшие банды Хербзита, не рисковали соваться в Старый Город. Таким образом, можно подумать что подземелья Хербзита это нечто вроде рая для слабых, где они все могли бы безопасно жить, но на самом деле это не так. Зеран не столь фанатичны, чтобы отвергать чужаков, но их общество довольно элитарно, и они не позволяют посторонним селиться в подземелье. Кроме того, вход в некоторые районы тоннелей запрещён для всех, кто не входит в Зеран. А для того, чтобы стать одним из них, необходимо принять их учение и пройти тренировки. Кстати, Рубиция раньше тоже была одной из Зеран, и жила в подземелье, но по каким-то причинам переселилась на поверхность. У неё оставались связи среди Зеран, но в целом отношение к ней теперь было таким же, как и к обычному постороннему. Итак, Харухиро с товарищами решили посетить подземелье. Там был рынок, и продавцы принимали их чёрные монеты. Там продавали оружие, доспехи, продукты, одежду, и многое, многое другое – выбор был гораздо богаче, чем в Колодезной Деревне. Однако, стоило всё вдвое или втрое дороже. А также все пользовались десятеричной системой счисления. Также, даже за то недолгое время, которое команда Харухиро провела на рынке, они успели прочувствовать отношение Зеран к чужакам. Точнее, им рассказал Унжо-сан. По его словам, посторонним приходится платить там вдвое больше, чем спросили бы с одного из Зеран. А на любые попытки торговаться ответ всегда один – если что-то не нравится, убирайтесь вон и не возвращайтесь. На поверхности тоже есть несколько рынков, но каждый из них контролируется той или иной бандой – иначе говоря, никак не может считаться местом, куда можно спокойно сходить за покупками. Желающим избежать проблем остаётся лишь рынок подземелья. В подвале башни Рубиции располагалась печь с трубой выходящей на крышу, кухня, очень глубокий колодец, и труба в канализацию; всё, нужное для жизни. Вдобавок под крышей башни, как выяснилось, есть пара этажей, и комнаты Унжо-сана и Рубиции расположены там. Они женаты, но спят в разных комнатах?.. Впрочем, Харухиро, хотя ему и было любопытно, не смог заставить себя спросить об этом. Их команда и так пользуется гостеприимством этих двоих. Было бы невежливо если он ещё и примется совать нос не в своё дело. На третий день, когда они немного разобрались с положением дел в Хербзите и немного расслабились, Унжо-сан сказал, что им пора покидать город. – Я покажу вам выход. Подход к выходу, точнее. То место, где я пришёл в Дарнггар. Все мои товарищи погибли, остался лишь я. У меня уже нет желания вернуться. Путь назад есть. Он есть, но я слишком дорожу своей жизнью, чтобы пытаться им воспользоваться. Жить – вот чего я хочу. Только этого. Перед тем, как они отправились, Рубиция взяла обеими руками ладонь Унжо-сана, и на несколько секунд прижала к щеке. Они не проронили ни слова, словно исполнили какой-то ритуал. Унжо-сан сказал, что не хочет возвращаться. Может, из-за Рубиции? Может, именно встреча с ней дала ему силу жить в этом мире. Они вышли из башни Рубиции, покинули город и направились на запад, прочь от горного хребта, над которым поднимались языки пламени, заменяющие солнце. Местность к западу от Хребзита оказалась холмистой. Там и сям встречались фермы, обнесённые заборами. Какие-то существа, низенькие, словно дети, рылись там в грязи или убирали какие-то тёмно-серые растения, напоминающие камыш. Несколько раз из-за заборов на путников лаяли посаженные на цепь гаугай (инузару). – Не пытайтесь зайти за изгородь, – строго предупредил Унжо-сан, – Будут проблемы. Впрочем, в предупреждении не было нужды – никто и не собирался так поступать. За заборами они видели не только этих низеньких рабочих – или, скорее, рабов – и гаугай. Также там были существа, напоминающие вставших на задние лапы львов, и другие, выглядевшие как мускулистые люди с головой быка. Вооружённые. Они присматривали за рабочими, и следили, чтобы никто посторонний не проникал на фермы. Даже если кому-то и удалось бы скрыться от их глаз, гаугай наверняка подняли бы дикий лай и чужака сразу бы обнаружили. Наконец последняя ферма осталась позади. В этой пустынной местности пологие склоны холмов покрывали какие-то белые предметы. Все сразу поняли, что это, даже не нагибаясь чтобы подобрать и рассмотреть поближе. Кости. Поле Костей, Зетесдония. По словам Унжо-сана, когда-то давно здесь сошлись в жестоком побоище армии Люмиарис и Скаллхейла, и какая-то невероятная сила разом сразила десятки тысяч воинов. Мертвецы сгнили, их имущество давно разворовали, и остались лишь кости. Впрочем, даже кости не оставляли в покое – их измельчали в порошок и использовали на полях как удобрение. Но залежи костей Зетесдонии не истощились даже после многих лет. В некоторых местах, где завалы были слишком глубоки, путники рисковали провалиться с головой. Приходилось высматривать места, где из-под костей проглядывала почва. Впрочем, постоянно смотреть под ноги тоже было нельзя – в Зетесдонии были и другие опасности. Там водились скарды – птицы-падальщики, похожие на огромных ворон, но почти неспособные летать. Их тела слишком тяжелы. Но взамен крыльев у этих существ развились мощные ноги. Скарды намечали себе цель и с разбегу таранили её на ужасающей скорости. Если удар скарда отбросит на глубокий костяной завал, то жертве придётся туго. Должно быть, так эти птицы и охотятся – сталкивают в глубокую яму с костями, а потом заклёвывают, пока жертва пытается выбраться. К ночи они добравлись до красновато-бурой реки, Дендоро. Река была не такой уж большой, всего метров десять в ширину, но глубокая и с быстрым течением. Пересечь её вброд или переплыть не получится. Выше по течению, как рассказал Унжо-сан, есть мост, но так как идти туда неблизко, то было принято решение остановиться на ночь на берегу. Когда огни на горном хребте погасли, скарды принялись зловеще каркать. Звук доносился и до реки, так что спать под такой аккомпанемент было практически невозможно. Карканье стихло лишь когда огонь зажёгся вновь. Харухиро не смыкал глаз всю ночь, но ничего особенного в этом не было. Он уже привык. Они двинулись вверх по течению, и через несколько часов подошли к мосту. Мост Харухиро сразу не понравился. Когда они приблизились вплотную, его опасения подтвердились. Сваи ещё стояли, и балки держались более-менее крепко, но настил отсутствовал – то есть, по сути дела, мост мало чем отличался от переброшенного через реку бревна. Харухиро, как Вор, скорее всего сможет пройти без проблем, но заставлять перебираться тут Волшебницу Шихору или носящего тяжёлые доспехи Кузака было бы довольно жестоко. Однако, как сказал Унжо-сан, другого способа переправиться нет. Значит, либо попытаться, либо поворачивать назад, подумал Харухиро. Шихору потребовалось много времени, чтобы перебраться на другой берег, и было несколько моментов когда казалось, что Кузак вот-вот свалится в воду, но всё обошлось. Остальные члены команды Харухиро, как и, разумеется, Унжо-сан, переправились без затруднений. На другом берегу начинались руины. Точнее, Харухиро назвал это руинами, но они выглядели гораздо хуже чем руины Города Мертвецов. Возможно, правильнее было бы назвать их развалинами руин. Тем не менее, эти развалины руин занимали достаточно большую площадь. – Здесь был город Аллуджа, – объяснил Унжо-сан, – Иногда здесь можно найти таблички, если поискать. – А?! – Ранта подскочил и указал куда-то вдаль, – Э-э-эй, там, там что-то есть?! – Наверное, просто колонна... – Харухиро на всякий случай взялся за оружие и всмотрелся. Предмет, на который указал Ранта, не шевелился. Да, очертаниями напоминает человека, но скорее всего это просто обломок здания... Или нет? Харухиро напрягся и вытащил свой короткий меч из ножен. – Оно двинулось? Вон то, только что... – Видите! – Ранта, уже державший наготове свой чёрный меч, спрятался за спину Унжо-сана, – У-убейте это, Унжо-сан! Я помогу вам! Обещаю! – Ага, конечно. Ни секунды не сомневаюсь... – Кузак поудобнее перехватил щит, достал меч и шагнул вперёд, – Там что-то есть, да? Вон там? – Логоки, – сказал Унжо-сан, – Их называют людьми-деревьями, – он взялся за висевший на поясе топор. Нечто, выглядевшее как обломок здания, неверными шагами брело в их сторону Постепенно набирало скорость. Оно идёт на нас. Бежит. Логок. Человек-дерево. И правда, похож на дерево. Туловище как пень, и ветки похожие на руки и ноги – нет, может, руки и ноги в виде веток? Как бы то ни было, движется неуклюже, но быстро. Кузак готовился встретить существо в лоб, но Унжо-сан метнул топор. Топор, вращаясь, полетел вперёд и отсёк одну из ног логока. Тот потерял равновесие и упал. – Логоки не умирают, – спокойно объяснил Унжо-сан, – Разрубите его, чтобы он не мог двигаться. – Вас понял! – Ранта прыгнул вперёд и рубанул логока, – Охохохохохо! Лёгкая добыча! Гахахахаха! – Слушай, ты... – Харухиро почувствовал тошноту от отвращения к Ранте. – Н-ня! – вскрикнула Юме, – Там ещё! Харухиро ждал этого. Ну, точнее не ждал, но не видел ничего удивительного в том, что этот логок был не один. Он осмотрелся. Вокруг выросло ещё несколько человекоподобных фигур. Выросло? Может, не самое удачное слово. Тем не менее, это, судя по всему, тоже логоки. Пять или шесть. Может больше. – Они слабы, – произнёс Унжо-сан, вытаскивая ещё одно оружие из своего рюкзака, – Но многочисленны и утомительны. – Я защищу Шихору! – Мэри, крепко держа посох, встала за её спиной. Шихору кивнула, словно говоря – Мэри со мной, не волнуйтесь за меня. Многочисленны и утомительны, про себя повторил Харухиро. И правда, логоков было очень много. Перед тем, как все смогли передохнуть, им пришлось разобраться примерно с четырьмя десятками существ. Может, с полусотней. – Нам что, в-вечно придётся их рубить?... – простонал Ранта, стоя на четвереньках и пытаясь перевести дыхание. – Нет. Воспользуемся этим, – Унжо-сан подобрал сухую ветвь, видимо, только что бывшую рукой или ногой одного из логоков. Он поджёг её, и в воздух поднялся белый, горько пахнущий дым. Запах можно было стерпеть, но ни у кого не повернулся бы язык называть его приятным. – Эм... Эта вонь отгонит логоков? – спросил Харухиро, старясь дышать ртом. – Да, – Унжо-сан осмотрелся, – Наберите побольше. На всякий случай. – Фу-у, – проныл Ранта, пиная куски логоков, – Оно воняет. Оно гадкое... Бва?! – Унжо-сан отвесил ему пинка под зад, – П-простите! О-оно чудесно пахнет, правда! Прекрасный запах! Ну, я наберу полную охапку! Что ж, Харухиро сомневался что Унжо-сан станет пинать кого-то кроме Ранты, но ему также совсем не хотелось постоянно отбиваться от толп логоков, так что все постарались собрать как можно больше веток. Наконец, они снова пустились в путь. Сколько времени прошло, когда это случилось? Харухиро обернулся. Показалось? Он снова повернул голову вперёд, продолжая шагать. А?.. Нет, всё-таки, что-то не так. Харухиро поднял руку, командуя всем остановиться. – Эм, Унжо-сан? – Что? – А... Мне кажется, на нас охотятся. – Вполне возможно, – как ни в чём не бывало отозвался Унжо-сан, – Запах логоков отгоняет логоков. Но взамен на него сходятся зазги [3] . – Соски? – Юме наклонила голову, – Что? Унжо-сан надвинул шляпу на глаза. – ...Зазги. – Дура, – Ранта указал на собственную грудь, – Сосков у тебя и так два, зачем им идти сюда? Ты озабочена сосками, что ли, а, Юме? – ...А что это, зазги? – спросила Шихору, игнорируя Ранту. – Ящеры, – тут же отозвался Унжо-сан, – Примерно четырёх метров в длину. – Четыре метра! – Кузак странно, коротко хохотнул, – В-великоваты, а?.. – Да уж... – Мэри оглянулась, – Не маленькие... Унжо-сан взялся за топор. – Они даже не столько ящеры, сколько мелкие драконы. – О-ох... – Харухиро запнулся. В животе заныло, – Лично я предпочёл бы не встречаться с драконами... Не здесь... Да и вообще нигде... – П-п-подумаешь! А я в-в-в-вот в л-лёгкую! – заявил Ранта. – Но голос-то у Ранты дрожит. – Ю-юме! А ты чего такая спокойная? Это же дракон! Дракон! – Но дранго [4] же миленький. – Дракон а не дранго, дура! – Не называй Юме дурой! – В-в-вон он!.. – Харухиро резко втянул в грудь воздух. Существо выглянуло из-за разрушенной стены, примерно в пяти метрах позади. Высотой оно было примерно метр, но для четвероногого крупное. Очень крупное. Тёмно-зелёный ящер... или крокодил? Нет, дракон? Над головой существа поднимался мясистый гребень. – Бежим?.. – нерешительно спросил Харухиро. – Зазги настойчивы, – отозвался Унжо-сан, – Он может преследовать нас несколько дней. Лучше разобраться с ним сейчас. Будьте осторожны – его укус ядовит. – Поня-атно... – механически отозвался Харухиро. Нет, не пойдёт. Соберись. Видимо, я расслабился из-за того, что с нами Унжо-сан. Но предводитель я. Да уж, предводитель – как только рядом оказался опытный человек, я сразу доверился ему. Слабак. И ведь так происходит каждый раз, и каждый раз меня тошнит от самого себя. Да. Слабак. Безнадёжный слабак, но нужно хотя бы попытаться вести себя как лидер команды. Зазг тем временем неуклонно приближался. Он двигался почти бесшумно. Даже удивительно, как Харухиро удалось заметить его. А если бы не заметил то, наверное, ящер рано или поздно набросился бы на них внезапно, сзади. Даже если бы они побежали со всех ног прочь, и решили, что опасность миновала, зазг, возможно, всё равно продолжил красться по их следу. Унжо-сан прав. Нужно решить всё здесь. – Кузак, полагаюсь на тебя, – сказал Харухиро, – Ты впереди. Юме и Ранта, по бокам. Мэри, оставайся с Шихору. Шихору, вызовешь Дарк нам на помощь. Выбор момента за тобой. Унжо-сан, пожалуйста, помогите, если придётся. – Хорошо, – отозвался Унжо-сан. В его голосе Харухиро почудилась нотка доброты. У Харухиро сейчас, наверное, очень сонные глаза. – ...Ну, – сказал он, – За дело.

На самом деле не зазги а нивелы, ну а Юме послушалось «nipple». Придётся принести название в жертву оговорке. Надеюсь, эти твари больше не встретятся.

Не совсем понимаю о чём она. Дранго это вроде такой персонаж какой-то игры.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 15. Потому что у него есть причины

Аллуджа оказалась весьма обширной. Согласно некоторым теориям, до того, как началась война между Люмиарис и Скаллхейлом, тут был крупный, процветающий город. На то, чтобы пересечь руины Великой Аллуджи, ушёл целый день. За это время они несколько раз делали привал, и те, кто мог, получали возможность вздремнуть. Однако, даже если логоков можно было не опасаться, страх перед зазгами оставался. Похоже, основная добыча зазгов это логоки, но люди выглядят для них гораздо более привлекательно. Если зазг увидит, услышит или почует человека, то и в самом деле будет гнаться за ним до края света. Более того, зазги весьма коварны; они не нападают в лоб, а стараются выбрать момент, когда жертва меньше всего готова защищаться. Унжо-сан сказал, что они четырёх метров в длиной, но на самом деле размеры этих ящеров могли меняться в пределах от трёх до пяти метров. Самцы были с гребнями на головах, самки без. Чем больше гребень, тем сильнее и агрессивнее самец – но такие чаще всего действовали самоуверенно, и разобраться с ними было проще. А вот самки, выглядящие более невзрачно, оказались более опасными. Они действовали расчётливо и быстро, что делало их опасными врагами. В течение всего времени, когда Харухиро и его спутники пересекали разрушенный город, зазги нападали на них семь раз. Четыре раза самцы, и трижды самки. Каждая схватка была смертельной. Счастье, что зазги охотятся поодиночке. Против двух таких противников им бы не выстоять. Шкуры зазгов высоко ценятся, но они также очень тяжёлые, так что брать их с собой никто не захотел. Они попробовали жарить и есть мясо – оно оказалось вполне съедобным. За окраиной города им открылся склон вниз. Довольно пологий, но уходящий очень далеко, словно в самые глубины земли. Даже днём они не могли различить, что там, дальше внизу. Если бы не их проводник, Унжо-сан, сами они ни за что не стали бы спускаться. Склон выглядел жутковато. – Эм, а что там, дальше?.. – набрался храбрости Харухиро. – Орки, – ответил Унжо-сан в своей обычной равнодушной манере. – Волки? – повторила Юме. Нет, Юме, подумал Харухиро. Какие ещё волки? Ну, хотя, волки тоже могут быть. – Постойте, – вмешалась Мэри, – Под «орками» вы подразумеваете... – Они, во всяком случае, похожи, – сказал Унжо-сан, не спеша спускаясь по склону, – Кроме того, здесь, в Дарнггаре, их тоже называют орками. – Ого! – Ранта вздрогнул, – Ну, блин. Аж мурашки по коже. Ну, типа, вы знаете. В нашем мире они враги, но здесь, я как-то словно родню встретил. Ну, не совсем, но всё же... – Здесь они тоже враги, – хмыкнул Унжо-сан. – А эти орки, – едва слышно прошептала Шихору, – Может быть, они пришли из Гримгара? – Подход к выходу, – пробормотал себе под нос Кузак. – Кто знает? – просто отозвался Унжо-сан. И, помолчав, добавил: – Возможно, их родина именно здесь. Склон покрывали камни, точнее, даже галька – мелкая, почти как песок. Приходилось идти осторожно, чтобы не подскользнуться. Здесь, похоже, зазги уже не водились. Вероятно потому, что логоки, их основная добыча, живут в Аллудже. Там и сям виднелись ямы, примерно метр в диаметре. Унжо-сан держался от них в стороне. На вопрос, почему, он отвечал «Из-за гуджи». Из его объяснений стало понятно, что гуджи – это существа, представляющие собой нечто среднее между медведем и обезьяной. Свои гнёзда они защищают яростно, и стоит приблизиться к одному такому, и наружу могу выскочить до десятка гуджи, что станет серьёзной проблемой. Их мясо съедобно, но их мускулистая плоть, даже приготовленная, остаётся очень жёсткой. Впрочем, если долго варить, пока мясо не размякнет, может получиться очень вкусный суп. Правда, никто не собирался этим заниматься. Через некоторое время впереди показались красные огни. Температура повышалась, стало даже немного жарковато. Отовсюду поднимался пар. На ум Харухиро пришло слово «кратер». Неужели это лава?.. Прошло всего немного времени, и отряд прошёл мимо одного такого огня. Нечто пузырилось, вверх поднимался нагретый воздух. И правда, похоже, это действительно лава. Если кто-то оступится и упадёт, одними ожогами не отделается. Они подошли к реке. В реке было мелко, даже не по колено, а ещё вода была даже не тёплой – горячей. Впрочем, вполне терпимой температуры. – Горячий источник? – спросила Мэри. – Совместное купание! – воскликнул Ранта. – Ни за что! – Юме стукнула его по затылку. – Воду можно пить, – произнёс Унжо-сан, указывая на реку движением подбородка, – Вкус необычный, но она безопасна. Остановимся здесь. Купаться все вместе они, разумеется, не стали, но выкопали на берегу углубление для ванны, и парни с девушками по очереди вымылись. Унжо-сан вызвался сторожить. – Просто нет слов... – протянул Кузак, погрузившись в воду по плече, – Какое счастье жить, правда же? Или я один так чувствую? То есть, умри я прямо сейчас, я умер бы довольным. Нет, не хочу умирать. Здорово... – Понимаю... – Харухиро зачерпнул воду в ладони и окунул лицо, – Приятно. Да нет, что там, лучше всего на свете... – О чём это ты? – Ранта скрестил руки на груди, – Вы двое бесполезны! Мы бы могли уболтать их купаться вместе с нами! Если бы только вы поддержали меня! Они бы тогда такие «Ну, наверное, на этот раз придётся». Вы что, тупые? У вас что, дерьмо вместо мозгов? – ...Мне даже немного интересно, с чего ты взял, что был хоть какой-то шанс их уговорить? – спросил Харухиро. – А? Чувства, друг мой, чувства. Говорят же, когда отправляешься в путешествие, стеснение лучше оставлять дома. Если все так сделают, то какие проблемы купаться вместе? Девчонки же не дуры. – Ну, Юме, Шихору и Мэри явно не такие глупые как ты, так что вряд ли будут рассуждать таким образом. – А, заткнись! Я хочу купаться вместе! Вместе с девчонками! Хочу-у-у! – Это уже одержимость какая-то... – Кузак тяжело вздохнул, – Нет, но до чего же тут здорово... Может, благодаря ванне, а может, из-за усталости, Харухиро спал беспробудным сном. Юме пришлось расталкивать его, и ему было за это стыдно. Унжо-сан рассказал им, что когда-то выживал, пользуясь этой Горячей Рекой как источником питьевой воды. Видимо, как раз в то время он и попробовал варёное мясо гуджи. На другом берегу Горячей Реки склон перешёл в равнину. Они пересекли реку и продолжили путь, но почти сразу упёрлись в утёс. Впрочем, путь на этом не кончался – в утёсе были расщелины. Расщелины вели внутрь, прихотливо изгибаясь, сужаясь и расширяясь. Обзор был ограничен всего несколькими метрами, и все чувствовали себя неспокойно. Унжо-сан, что, нашёл этот путь сам и прошёл здесь совсем один? Окажись Харухиро на его месте... Он бы вряд ли смог. Ему даже не хотелось об этом думать. Для него такое просто невозможно. Он не имеет ни таких способностей, ни такой воли к жизни. Ради своих товарищей Харухиро мог бы сделать многое. Но в том, что касается него самого, он бесполезен. Он не может терпеть боль, мучения, или даже безнадёжность. К лучшему или к худшему, но такой уж он человек. А его товарищи? Кузак, Юме, Шихору и Мэри, наверное, в этом смысле очень похожи на Харухиро. Наверное, один Ранта смог бы превозмочь многое ради себя самого. В этом, наверное, сила их команды, но одновременно и слабость. Они, за одним исключением, отлично ладят, и могут действовать сообща. Но, глядя на вещи прямо, это делает их зависимыми друг от друга, а всю команду – хрупкой, готовой сломаться при любой потере. Если кто-то погибнет, все остальные, скорее всего, потеряют волю сражаться и защищать свои жизни. Харухиро не хотелось думать об этом, но, как предводитель, он считал себя обязанным. Они, в конце концов, на вражеской территории. – Ва-а-а-а-а-ау... – выдохнул Ранта. Как идиот. Впрочем, вид и правда поразительный. Они вышли из расщелины, и перед ними раскинулся величественный пейзаж. Во все стороны текли сотни, а может тысячи потоков лавы. Виднелись холмы. Горы. Булыжники. А также здания, большие и маленькие. Да. Большинство зданий были высечены в скале, но, совершенно определённо, это здания. Здания были укреплены и украшены железными подпорками. Одно из зданий напоминало храм. А ещё там были башни. Не очень высокие, но и не очень низкие. Вон там, между двух узких потоков лавы, дорога? – улица, а от неё отходят переулки. Вдоль центральной улицы возвышались большие здания, а здания поменьше теснились вдоль переулков. Небо уже тёмное. Сейчас ночь. Но благодаря лаве, в этом городе никогда нет ночи. Город. Это город. А может, даже столица. – Не может быть... – прошептал Кузак. – Это... – у Харухиро не было слов. – Это... – едва слышно спросила Шихору, – Это город орков? Всё это?.. – Фью-у, – сказала Юме, – А большой городишко, а? Она, как всегда, беззаботна. Слишком беззаботна. – Это здесь? – озвучила Мэри вопрос, повисший на языке Харухиро, – Тот подступ к выходу? – Да, – в голосе Унжо-сана отчего-то слышалась нотка смеха, – Это подступ к выходу. Я прошёл через этот город, Валуандин. – Они наши враги, да? – Кузак потёр поясницу, – Ну, орки? – Определённо, – заявил Унжо-сан, – Орки не пропустят никого, кроме своих сородичей. Скот, правда, дело другое. – Д-думаете, стоит пойти к оркам домашними животными? А что, было бы, наверное, проще... – Ранта обвёл всех глазами, и откашлялся, – Ш-шучу, конечно же. Я же не серьёзно, ну что вы. – А неплохой ход, – Унжо-сан погладил подбородок, – Уж точно надёжнее, чем прорываться. – Н-ну да, правда же? Я ведь прав? Хе-хе-хе-хе... – Это сарказм, – Харухиро вздохнул, – Мог бы и сам догадаться. – Заткнись! Я знал! Просто прикидывался дураком, тупица! – заорал Ранта. – Так что... – Юме надула щёки и указала в сторону Валуандина, – Что теперь? Мы уже тут. Может, попробовать подобраться поближе? – Юме-сан такая храбрая... – Кузака, похоже, по-настоящему поразило это предложение. – Ну, только если не опасненько же, – сказала Юме, – Иначе Юме думает, что нам лучше бы уйти. – Ну конечно там опасно! – Ранта топнул ногой, – Очевидно же! – Если только чуточку опасненько, то можно попытаться! – Вряд ли... – Шихору, казалось, едва стоит на ногах. – Г-где... – Харухиро сжал горло рукой. Соберись, будь мужчиной. Может, он и шокирован, но хотя бы спросить-то он должен быть в состоянии. Впрочем, на большее он вряд ли способен, – Где вы вошли? Унжо-сан. В смысле, где именно? – Не помню. Я был в отчаянии, – Унжо-сан положил на землю свой рюкзак и присел рядом, – Я знаю лишь, что в Валуандине погибли двое моих товарищей. Йехата и Акина. Орки убили их, а я сбежал. Один. Из немногословного рассказа Унжо-сана они выяснили, что его команда попала в переделку на границе королевств Нананка и Ишмаэл. Территорию бывшего королевства Нананка захватили орки, а в бывшем королевстве Ишмаэл царит нежить. Товарищи Унжо-сана и он сам, в то время молодой и энергичный, отважно ворвались в самый центр вражеских земель, и сражались на равных с сильнейшей нежитью. Но однажды они попали в засаду, и одна из их команды, Вор Кацуми, погибла. Спасаясь от погони, они забрели в земли, которые застилал туман, и заблудились. Потом они прошли через какую-то пещеру и вышли в тёмной, гористой местности покрытой реками лавы, где, как им показалось, они были в безопасности. Впрочем, вскоре обнаружилось, что в лаве лениво плавают какие-то ящеры, и они заподозрили неладное. К счастью, те ящеры – которых команда Унжо решила называть саламандрами – были не агрессивны, но вскоре появился ужасный дракон, охотившийся на саламандр. И этот тёмно-красный, огненный дракон погнался за людьми. Двое из товарищей Унжо-сана, Паладин Укьта и Волшебник Мацуро, погибли. Пока дракон пожирал их, остаток команды – Охотник Унжо, Воин Йехата и Жрец Акина бежали прочь со всех ног. А потом они достигли Валуандина. Там их ждали тысячи, десятки тысяч орков. Харухиро попытался собраться с мыслями. Сейчас им известны два пути из Дарнггара. Первый вариант – вернуться тем же путём, каким пришли. Отправиться обратно в Колодезную Деревню, а оттуда через старое доброе гнездо гремлинов в Даскрэлм. Впрочем, северные леса кишат йегйорнами. Хотя, команда Харухиро в тот раз ведь добралась до деревни без происшествий, так что, наверное, сможет повторить этот путь... Но Харухиро эта точка зрения казалась излишне оптимистичной. Тогда им просто повезло, что на пути в Колодезную Деревню им не встретились йегйорны. Нельзя рассчитывать, что чудо повторится вновь. И даже если они положатся на чудо, это будет слишком большой авантюрой. Если у них всё получится, что потом? Есть ли для них какая-то надежда в Даскрэлме? Да, возможно, что и есть. Но им придётся выискивать эту крупицу надежды, непрерывно спасаясь от сектантов, белых гигантов и гидр. Непросто. Откровенно говоря, невероятно, непредставимо сложно. Второй вариант – каким-то образом миновать ту гору огненного дракона, что за Валуандином, и добраться до того места с туманом. Там опасно, там территория врагов, но даже если на мгновение отвлечься от этого факта, Валуандин тоже проблема. Можно ли как-то пробраться к той горе, минуя кишащий орками город? Даже если и можно, после их всё равно ждёт огненный дракон. ...Нет, тут точно без шансов. Второй вариант вообще не казался Харухиро реалистичным. Нулевые шансы, или что-то в этом роде. И что дальше? Возможно, пора принять положение дел таким, какое оно есть. Забыть про Гримгар и жить здесь. В Дарнггаре. И если ничего особенного не случиться, то провести тут остаток жизней. Что им для этого понадобится? От них потребуется сотрудничать, делиться знаниями, и создать надёжную основу для жизни здесь. Шаг за шагом. Можно будет продвигаться постепенно, никуда не торопясь. Смогут ли они выжить в этом, чужом мире? Унжо-сан – живое свидетельство том, что это возможно. Он очень бледен, видимо, из-за отсутствия солнца, но выглядит вполне здоровым. Нет ничего невозможного в том, чтобы провести тут десять или двадцать лет. Теперь, когда Харухиро взглянул в лицо реальности, эта мысль начала постепенно укореняться в его мозгу. Слушайте, это ведь и правда может сработать, да? Тут тоже по-своему нормально. Ну, то есть, Гримгар ведь тоже не наша родина – в этом я уверен. Просто мы очутились там, когда пришли в себя. Нас заставили жить там, вот и всё. В этом мире темно. Честно говоря, слишком темно, и слишком мрачно. И здесь говорят на чужом языке. Кроме того, тут фактически нет людей. Тут полно опасностей. Харухиро опасался многого, но, скорее всего, они смогут преодолеть все невзгоды. Со временем они привыкнут. Кроме того, в отличие от Унжо-сана, у Харухиро есть товарищи. Он не один. Его положение гораздо легче. Даже осознавая, что это совсем на него непохоже, Харухиро попытался взглянуть в будущее с оптимизмом. Гримгар был первой главой их истории. Теперь, в Дарнггаре, началась вторая. В будущем, скорее всего, их ждут третья и четвёртая. Харухиро, во всяком случае, надеялся на это. Следующая глава может начаться в Дарнггаре, а может и где-то ещё. Харухиро никогда не мог предвидеть, что ждёт их в будущем. Это то же самое. Всё это большая неизвестность. Дела, возможно, не всегда будут идти хорошо, но совершенно необязательно их ждут одни неприятности. Если будут проблемы, то будут и радости тоже. Даже здесь, в мрачном Дарнггаре, тьма не царит безраздельно. Тут есть и свет. – Что ж, – Унжо-сан поднялся и взвалил на плечи рюкзак, – Думаю, вы поняли. В Гримгар не вернуться, и теперь вы знаете почему. Я возвращаюсь в Хербзит. Поступайте как хотите. Харухиро закрыл глаза и кивнул. Мысль о том, чтобы остаться здесь, ему совсем не нравилась. Они тоже повернут назад. Было бы неправильно слишком уж полагаться на доброту Унжо-сана, но он хотел бы остаться с ним в дружественных отношениях. В конце концов, они же с ним одной расы, и все они солдаты добровольческого корпуса – то есть, бывшие солдаты. Унжо-сан в этом смысле их предшественник. Харухиро хотел бы и дальше иметь возможность получить его советы и наставления. Пока что, подумал Харухиро, последуем за Унжо-саном, и постараемся не обременять его лишний раз и не надоедать ему. Для начала. – Мы... – начал Харухиро, и тут его глаза расширились, – ...Что? Он засунул руку под рубашку и вытащил висевший на груди предмет. Именно сейчас? Что, правда? Чёрный, плоский, напоминающий камень предмет. Но это не камень. Он завибрировал, а нижний торец засветился зелёным. – Ресивер... – прошептала Шихору. – Что это? – Унжо-сан приподнял край своей шляпы, его глаза заблестели, – Вещь из иного мира? – Харухиро, – донеслось из ресивера. – ...Сома-сан, – руки Харухиро, как и его голос, дрожали и тряслись ещё сильнее, чем ресивер. Остальные сгрудились вокруг, отчаянно стараясь расслышать слова. – Ты слышишь меня? – сказал голос Сомы, – Харухиро. Сколько раз я уже вызывал вас? Мы в Гримгаре. Акира, Токимунэ и их команды тоже здесь. Со всеми всё хорошо. – Ого... – Ранта чуть не плакал, – Ну да... конечно. Конечно, с ними всё хорошо. Ещё бы. Но я, я просто... Я так рад. Да. У нас всё хреново, но как же я рад... – Харухиро. Ранта. Юме. Шихору. Мэри. Кузак, – продолжал голос Сомы, – Я знаю, что вы живы, что где-то там вы слышите меня. Я верю в вас. – ...Чёрт, – Кузак взялся за затылок, – Сома-сан назвал меня по имени... – Сколько раз... – Мэри опустила голову. Сколько же раз он вызывал нас вот так? – наверное, хотела она спросить. – Мы все надеемся увидеть вас снова, – сказал Сома, – Не только я. Все так говорят. – Фью, – Юме плюхнулась на землю. – Кемури, – добавил Сома. – Хм-м, – произнёс голос Кемури, – Как дела? – Шима. – Ага, – сказал голос Шимы, – ...Харухиро. Помнишь, что я сказала? Поговорим об этом в следующую нашу встречу. – Хм? Ты про что? – спросил Сома. – Ой-ой, Сома, ты чего это? Интересно стало? – Да, интересно. Ну, думаю, ничего страшного. Лилья, держи. – Мне нечего сказать кучке несмышлёных детей, – объявил голос Лильи, – Только вот... будьте осторожны. Верьте в себя, и в своих товарищей. Будьте внимательными и чуткими. Держите сердца открытыми свету, а не тьме. Никогда не останавливайтесь, и рано или поздно путь найдётся. А теперь, слушайте. Если позволите себе сдаться, я никогда не прощу вас. Э-это всё! – Нечего сказать, а разговорилась-то как, а?! – Ранта хихикнул, – О-о, Лилья-сан такая милашка! Вот бы снова её увидеть... – Пинго? – спросил Сома. – Сдохните. Ихихихи... Шучу. Эй, Сома... Ты, конечно, можешь попытаться, но Зенмай не заговорит. Идиот... Ихихихи... – А, точно, – произнёс Сома, – Что ж, вас ждём не только мы. Акира-сан, Михо-сан, Гох-сан, Каё-сан, Бранкен, и Таро тоже, все они волнуются за вас. А ещё Рок, Каджита, Моюги, Кроу, Саканами, Цуга, Ио, Катацу, Таскете, Джем, Тонбе и Гоми. Вы, наверное, ещё не встречались с ними. Я рассказал им про вас. Всем очень интересно встретиться с вами. – Команды Рока и Ио-сама! – Ранта аж взвизгнул, – Стоп, что это за имена, Таскете и Гоми? "Спасите" и "Мусор"?! Ну, неважно, я слышал, Ио-сама просто обалденная красотка. Вот бы встретиться с ней... – Он всё не унимается... – холодно бросила Шихору, – Но... – Харухиро, – Сома снова назвал их имена, словно запечатлевая, – Ранта. Юме. Шихору. Мэри. Кузак. Мы ждём вас. Увидимся. Ресивер затих, перестал вибрировать. Зелёный свет угас и пропал. Харухиро по-прежнему держал ресивер в руках и пытался успокоить дыхание. – Акира, он сказал? – Унжо-сан вдруг низко хохотнул, – И Гох? Нелепица. Невозможно. Этого не может быть... – Вы... знаете их? – нерешительно спросил Кузак. – Я знаю про них... – Унжо-сан осёкся и вздохнул, – Может быть, это другие люди. Наверное, просто тёзки. Скорее всего... Акира и Гох одного возраста, и оба состоят в добровольческом корпусе по двадцать лет. Харухиро не знал, сколько точно им лет, но предполагал, что около сорока. Как и Унжо-сану. Возможно, он и правда их знает. Харухиро сделал глубокий вдох. Ему до сих пор не вернулась ясность мысли. – Думаю, это те самые Акира-сан и Гох-сан. – Соман сказал, что вызывал нас кучу раз... – протянула Юме мягким, отсутствующим голосом, – Так почему же мы слышим его впервые? – Погоди, что за «Соман»... – начал было поправлять её Харухиро, но передумал. Нормальное прозвище, подумал он. Или нет? Не знаю. Правда, не знаю. – Может быть... – Мэри посмотрела вдаль, за Валуандин, – ...Может, потому что мы рядом? – Точно! – Ранта указал на неё, – Мэри, цыпочка, а ты соображаешь! Ну, я тоже догадался, просто не успел сказать! – «Цыпочка»? А? Что? – спросила Мэри, – Я так понимаю, ты больше не хочешь, чтобы тебя лечили? – ...А! Прости, я... я немного забылся. Я буду вежливее, миледи. Виноват. Нет, я серьёзно! Я больше не буду! Простите! Пжалуйста! – Это «пжалуйста» звучит как-то отвратно... – пробормотала Шихору. Харухиро мысленно с ней согласился. Но, пока что откладывая это в сторону... – Значи, мы близко? – Харухиро посмотрел на ресивер, – Понятно. Значит, мы близко. Блико к Гримгару. – Юме хочется домой, – Юме крепко прижала руку к груди, – А ещё Юме хочется снова увидеть учителя. Если бы ей никогда больше не удалось встретиться с ним, ну, Юме бы расстроилась. – Да... – Кузак посмотрел в тёмное небо, – Не могу не согласиться. Перестаньте, подумал Харухиро. Пожалуйста, перестаньте. Не говорите мне такую правду. Потому что если даже вы и правда так думаете, это просто невозможно. Если спросить меня, хочу ли я вернуться, то да, конечно хочу. Я бы даже в шутку не сказал, что хочу остаться тут навсегда. Но какой у нас выбор? Если попытаемся вернуться, то обязательно придётся рисковать жизнями. А если мы пойдём на такой риск, то нет никакой гарантии, что риск окупится, и я даже не представляю ситуации, в которой у нас всё получилось бы. Я не могу идти на такую авантюру. И не могу позволить вам. Я не хочу никого терять. Я не хочу, чтобы вы погибали. Мы будем жить. Все мы. Это лучший выбор. «Если позволите себе сдаться, я никогда не прощу вас», сказала только что Лилья. Но что это должно означать? Что они не должны поддаваться, должны бороться и выжить? Или... «Мы ждём вас», сказал Сома. «Увидимся», сказал он. – Мы не можем рисковать, – прямо сказал Харухиро, – Во всяком случае, сейчас риск слишком велик. Но мы можем позаботиться о собственной безопасности, и, никуда не спеша, искать путь. – А? – Ранта скрестил руки и наклонил голову, – И что это значит, в общем? – А? – спросил Кузак, – Ты что, тупой? – Кузакки! Не смей передразнивать старшего! Супер-старшего! Я тебя дерьмом забросаю, дебил! – Фу! Гадость! – прикрикнула Юме, – Но в общем, ну, это значит... Ну, то самое, да? То есть... Оно, да? Да?.. – Да ты сама не понимаешь! – заорал Ранта. – Мы постараемся избегать опасности, и будем действовать осторожно, – сочувственно сказала Шихору, - Мы будем неотступно искать, и если когда-нибудь сможем найти путь... – ...То вернёмся, – закончила за неё Мэри. Она прикусила губу, – В Гримгар. – Ну, это и значит? – Ранта нахально выпятил грудь, – Я так и понял, тупица. Унжо-сан снова взвалил на плечи рюкзак и отвернулся. – Поступайте как знаете. Унжо-сан не вернётся, даже если сможет. Может, дело не только в том, что у него есть Рубиция. Он выберет остаться в Дарнггаре. Что ж, каждому своё. Харухиро низко поклонился. – Эм... спасибо вам за всё, Унжо-сан. От всего сердца! Унжо сан остановился. – ...Не умирайте, молодёжь, – бросил он, не оборачиваясь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 16. До лучших времён

Нужно многое обдумать, и многое сделать. Для начала Харухиро решил проверить, как близко он смог бы подобраться к Валуандину. Остальным участвовать необязательно – точнее, Харухиро предпочитал сделать всё сам. Фактически, спутники всё лишь усложнили бы. Используя навык Незримость, которому его научила Барбара-сэнсэй, Харухиро направился к городу орков в одиночестве. Валуандин находился возле подножия Горы Огненного Дракона, за котловиной. Харухиро попытался пересечь её, но котловина вовсе не была пустынной. Всю её усеивали поселения. Поселение могло содержать от десятка до нескольких дюжин куполообразных, напоминающих эскимосские иглу зданий. Харухиро даже удалось издалека рассмотреть обитателей. Человекоподобные и зеленокожие. Носы сплюснуты. Изо ртов торчат крупные клыки. Мускулситые, широкоплечие и высокие. Попросту говоря – орки. Никаких сомнений. Они ходили полуголыми, в одних коротких штанах. В этих местах было уже не просто тепло, а даже довольно жарко, так что, наверное, другая одежда оркам и не нужна. Кожа орков на всём их теле была гладкой. Они бреются или на их телах просто не растут волосы? Кстати, Харухиро заметил и нескольких женщин-орков – те, вдобавок к штанам, закрывали грудь и головы повязками ткани. Жившие в деревнях орки вскапывали грязь, и делали какую-то работу на отмелях. Харухиро также видел, как они ухаживают за какими-то напоминающими гусениц существами в загонах. Эти существа немного походили на свиночервей из шахт Сайрен. Вероятно, орки разводят их на еду? В земле были вырыты ямы, и Харухиро удалось рассмотреть, как орки что-то делают в них. Видимо, эти поселения – фермы, производящие пищу для Валуандина. Что несколько беспокоило Харухиро, так это впечатляющее телосложение орков-фермеров. Ну, может, просто дело как раз в том что они фермеры, и своей мускулатурой обязаны ежедневному труду? Ему, во всяком случае, хотелось в этом верить. Но ведь все они, и мужчины и женщины, на вид крупнее тех орков, с которыми Харухиро сражался в Мёртвой Голове? Или просто так кажется? Надеюсь, кажется... Фермеры, занятые работой, ни разу не заметили Харухиро. А что, если бы он пытался пробраться мимо не один, а с товарищами? Сложно сказать, но, пожалуй, при тщательном выборе маршрута, наверное, получилось бы. Да и орки, наверное, работают не сутки напролёт. Из-за лавы определить время суток сложно, но, скорее всего, по ночам орки всё-таки отправляются спать. Как бы то ни было, Харухиро проскользнул мимо орочьих поселений без проблем. Но, конечно, это заняло солидное время. Наверное, около трёх часов – впрочем, Харухиро не был уверен, что оценил правильно. Если он не забудет маршрут, то, наверное, в другой раз сможет пройти по нему раза в два быстрее. Но дальше начнутся проблемы. За фермами протекала река лавы, отделяющая их от улиц Валуандина. В ширину река не превышала метра, через неё переброшено множество мостов, и, в общем-то, не составит труда её просто перепрыгнуть. Видимо, река служит чем-то вроде разграничительной линии. Вдоль улиц Валуандина стояли прямоугольные здания, двухэтажные, судя по расположению окон. Впрочем, дома выглядели слишком низкими – видимо, первые этажи наполовину уходят под землю. Двери, видимо, выходят на противоположную от реки сторону. В проёмах некоторых лишённых рам окон сидели, свесив ноги наружу орки. Необычно низкорослые и худые. Дети. Удастся ли пересечь реку незаметно для орчат и скрытно войти в город? Харухиро побаивался пробовать. Попытка войти в Валуандин с главного входа выглядела верной смертью. Харухиро направился влево, вдоль лавовой реки. Вскоре его ушей достигли знакомые звуки – звон кузнечных молотов. В обширной мастерской, представлявшей из себя просто несколько врытых в землю шестов и постланную поверх них крышу, трудились несколько всё тех же накачанных орков. У кузнецов Валуандина нет нужды в угле. Вместо этого они просто отводят в свои печи раскалённую лаву, пользуясь её легкодоступностью. И, наверное, не только кузнецы: никто в городе не нуждается в горючем топливе. Это, конечно, рискованно, и при малейшей ошибке могут быть жертвы, но вместе с тем и удобно. Мастерские занимают довольно большую площадь. Орки Валуандина куют металл и массово изготавливают самые разные изделия. И, разумеется, они должны где-то добывать сырьё. За мастерскими лавовая река обрывалась, а путь упирался в скалу. Харухиро вряд ли сумел бы вскарабкаться по такой; но в стене были прорублены тоннели. Широкие. Через тоннели входили и выходили орки, толкающие чем-то наполненные тележки. Должно быть, рудой. Через некоторое показался и склад с рудой. Значит, здесь шахты. Харухиро также заметил орка-бригадира. Тот носил тускло поблескивающие наплечники и набедренники, в руках держал длинную палку и начальственно покрикивал на остальных орков. А ещё он был заметно крупнее остальных. Харухиро мог лишь прикидывать на глаз, но рост орков-фермеров он оценил примерно в два метра и тридцать сантиметров. Орки-кузнецы, пожалуй, ростом не превышали фермеров, но зато гораздо шире в плечах, и более крупного телосложения. А орки-шахтёры, наверное, почти как фермеры? Бригадир, впрочем, вполне может быть целых трёх метров ростом. И ещё одно. Харухиро, возможно, ошибся, когда счёл этого огромного орка бригадиром. Таких оказалось несколько – хотя и меньше чем по одному на десяток шахтёров. Возможно, они не просто начальники, а какая-то отдельная каста. Как бы то ни было, эти орки, если при своём телосложении ещё и вооружатся, будут непростыми противниками. Шахта выглядит как очень опасное место. Закончив разведку Валуандина, Харухиро вернулся к товарищам. Ранта тут же принялся надоедать вопросами и никак не отставал, так что Харухиро, утоляя голод долго хранящейся, но в остальном оставляющей желать много лучшего походной пищей, сжато пересказал всё что видел. Путешествие немного... нет, изрядно утомило его, так что закончив рассказ, он улёгся где сидел и отключился. Когда он наконец проснулся, остальные, сторожившие сменяя друг друга пока он спал, доложили о своих наблюдениях. – Ночью орчики и правда ложатся баиньки! – первой высказалась Юме. В её изложении орки представали миленькими маленькими существами, но, разумеется, этот образ довольно далёк от реальности. – Насчёт самого города, пожалуй... Не знаю... – слова Шихору не звучали так уверенно, – Но орки на фермах действительно до недавнего времени спали. – А я дрых без задних ног и ничего не видел! – объявил Ранта. – И чем ты так гордишься? – поинтересовалась Мэри, – Своими отбитыми мозгами? Гнилой душонкой? Ну, чем? Не расскажешь? – Э-э-эй, – протянул Ранта, – А ты не слишком жестока со мной в последнее время, а? Ты же не переломишься если будешь ко мне чуть подобрее... – Не факт... – пробормотал Кузак. – Эй, Кузакки! А ну не умничай про старших! В этот день они решили попытаться пробраться мимо орочьих деревень всей командой. Харухиро предпочёл бы сделать это без Ранты, но, разумеется, не мог так поступить. Во время своей одиночной разведки Харухиро приноровился прятаться от орков, но также ему стали ясны предстоящие трудности. И действительно, как только они приступили сразу стало очевидно, что сам факт того, что теперь их шестеро, сильно осложняет дело. Например, во впадинах где один Харухиро мог бы залечь и спрятаться, шестеро зачастую просто не умещались. Он попытался вести команду примерно тем же путём, которым прошёл вчера сам, но несколько раз орки-фермеры едва не заметили их. Каждый шаг требовал много времени и усилий; Харухиро время от времени хотелось сдаться и повернуть назад. Его спутники – за исключением Ранты – старались помогать, и беспрекословно слушались приказов. Но на этом и всё. Если бы Харухиро не думал, не принимал решения, и не говорил им делать то или это, никто из них не сделал бы вообще ничего. Впрочем они, наверное, и не смогли бы ничего сделать. У них не оставалось другого выбора, кроме как полагаться на Харухиро. Он, конечно, понимал это, но ситуация всё равно его бесила. Несколько раз Харухиро едва не сорвался. В такие моменты он делал глубокие вдохи, пытаясь успокоиться. Эмоции неизбежны, но нельзя давать им управлять собой. Если Харухиро позволит чувствам взять верх над разумом, то лишь измотает себя, и в результате совершит какую-нибудь ошибку. По его внутреннему ощущению времени они добирались до Валуандина четыре, а может, и все пять часов. И даже если повторить маршрут снова и снова, вряд ли удастся как-то сократить это время. Один Харухиро, наверное, управился бы за полтора часа. Значит, вшестером они тратят втрое больше. Одна дорога до города и обратно отнимет треть дня. Прятаться у лавовой реки перед Валуандином вшестером тоже было тяжело. Харухиро, как Вор, не нуждался в укрытиях - он мог залечь, присесть, или, в некоторых случаях, использовать Скрытность. Но не его товарищи. Если оставаться на одном месте, их обнаружат. Нужно двигаться дальше. Кузни слева, а за ними – шахты. Харухиро повёл остальных направо. Временами им на глаза попадались дети орков, сидящие в оконных проёмах зданий за лавовой рекой. Орчата постоянно озирались, так что нужно было двигаться очень осторожно. – Орчики такие миленькие когда маленькие, – прошептала Юме. – Что? – Ранта с отвращением сплюнул, – Какие они маленькие, они, поди, больше и тебя и меня... – Размер тут не при чём. – Нет, при чём. И хари у них отвратные!.. – Они смотрят сюда просто потому что им скучненько, – сказала Юме, – А Ранте они не нравятся, потому что Ранта трусит! – Ничего подобного, – возразил Ранта, – Да я их влёгкую уделаю. Думаешь, вру? Могу доказать. Я вообще их не боюсь. Серьёзно. Из-за этого идиота (и отброса) Харухиро прошиб холодный пот. Он испугался, что орчата вот-вот заметят их, но, к счастью, всё обошлось. Однако они упёрлись в тупик. Ряд прямоугольных, двухэтажных зданий резко оборвался. Дальше было открытое пространство – но «открытое» не значит «пустое». Там толпилось множество орков. Стоял гвалт, будто они все разом кричали друг на друга. На земле были разложены разнообразные предметы, так что, может, они торгуют? Это рынок? Местами виднелись и повозки. Кое-где Харухиро замечал что-то жующих и пьющих орков, стоящих и сидящих. Если подбирать этому определение, то, похоже, это нечто вроде торговой площади совмещённой с парком отдыха. На вид царила полная неразбериха. Например, прыжки туда-сюда через лавовую реку не казались Харухиро чем-то забавным, но орки, похоже были другого мнения – они словно состязались друг с другом и утробно хохотали. Приближаться опасно, нас наверняка заметят. Можно попытаться обойти по широкой дуге, но тогда придётся снова приблизиться к орочьим поселениям. Взвесив варианты, Харухиро решил повернуть назад. Они вернутся в Хербзит – по крайней мере, на какое-то время. Исследовать подступы к Валуандину лучше медленно и осторожно. Это не та задача, которую можно решить за пару дней. Понадобятся серьёзные приготовления. Например, добыть еду вряд ли будет так уж просто. Короче говоря, остаётся лишь вернуться в город. Они просто возвращались по тому пути, по которому шли сюда, но Харухиро всё равно очень остро ощутил, насколько они беспомощны без Унжо-сана. После передышки у Горячей Реки возможности расслабиться больше не предоставлялось. В Аллудже, при каждой встрече с ящерами – зазгами, Харухиро ощущал как сердце начинает грызть тревога. Каждая такая встреча не обходилась без ранений. Они пересекли мост через красно-бурую реку Дендоро, и несколько раз подвергались таранящим атакам скардов на Зетседонии, Поле Костей. Когда впереди показались фермы – западный пригород Хербзита, Харухиро ощутил как самоконтроль, несмотря на все его усилия, начинает ослабевать. Он ломался. Сможет ли он вообще когда-нибудь решиться вернуться к Валуандину? Возможно, и нет. Ему совсем не хотелось ещё раз видеть Зетседонию или Аллуджу. Не говоря уже о том, чтобы встречаться с орками. Разве нельзя всё-таки остаться жить в Дарнггаре? Нет?.. Правда?.. Впрочем, Хербзит тоже нельзя назвать безопасным местом, так что Харухиро постарался вернуть себе способность здраво рассуждать, и они ухитрились пробраться в подземелье. Но, когда с покупками было покончено, встал вопрос, что делать дальше. Унжо-сана с ними нет, так что мысль пойти в башню Рубиции казалась какой-то неправильной. Харухиро и его товарищи не принадлежат к Зеран, так что и остаться в подземелье им не позволят. А надземные обитатели Хербзита слишком шумные и агрессивные. И что теперь? Что делать? – Эй, но ведь даже наверху есть приличные люди, вроде жены Унжо-сана, – предложил Ранта, – Может, тут есть что-то типа постоялого двора, и нас пустят переночевать, если заплатим? Может, если поискать, что-то найдётся? Ну, в смысле, должно найтись. Так, Кузакки. Ты пойдёшь пошныряешь по поверхности и что-нибудь по-быстрому нам найдёшь. А мы тут подождём. Я даже по доброте душевной буду болеть за тебя, окей? – Почему это звучит так, словно ты делаешь мне одолжение? И вообще, почему я? – Потому что ты самый молодой! А я твой старший, забыл? Я старший, ты младший, вот и делай что говорят, понял? – Не понимаю, о чём ты. – О-о? Думаешь, крутым стал? Думаешь, я тебе не указ? А ну, давай, попробуй. Я надеру тебе зад только так! А ну, хочешь рискнуть? А? Давай! – ...Мне, кажется, впервые хочется подпалить эти твои кучерявые волосы, Ранта-кун. – Что? Что ты сказал? Ты назвал меня кучерявым?! Меня?! – Но ты и в самом деле кучерявый, – холодно заметила Мэри. – ...Кучерявый, – произнесла Шихору. – И действительно кучерявенький, – присоединилась Юме. – Достали! Кучерявый, кучерявый, кучерявый, да заткнитесь уже! Те, кто зовёт меня кучерявым, те сами кучерявые, ясно?! – Эй, но ведь быть кучерявым это нормально. Не пытайся представить это каким-то ругательством, Кучерявый... – сказал Харухиро. Он вздохнул и осмотрелся. Подземелье Хербзита изначально было водопроводом и катакомбами, так что кое-где текла вода, и во все стороны расходились туннели. Попахивало чем-то неприятным, но к вони подмешивался и некий аромат. Должно быть, местные жители добавляют благовония в масло для освещающих подземелье ламп. Возможно, именно благодаря этому аромату посетители ведут себя спокойно и довольно тихо. Зеран, чьи лавки располагались по обеим сторонам того туннеля, в котором стояли Харухиро с товарищами, уже посматривали на них недовольно – вероятно, шумная перепалка пришлась им не по нраву. Наверное, стоит прямо сейчас заткнуть Ранту – в идеале, навечно – и поскорее уйти, пока их не вышвырнули. Обдумав варианты, они решили вернуться домой. В Колодезную Деревню. Рассматривался также вариант подыскать ночлег в Хербзите и попытаться искать в руинах Аллуджи драгоценные таблички, но от него решили отказаться. Жить в Хербзите слишком тяжело. Они приготовили колокольчик, пересекли лес, и направились к поляне углежога. При виде их тот не проявил никакой радости, но и прогонять не стал. Харухиро с товарищами переночевали на краю поляны, а когда проснулись, углежог готовил свою повозку. Они знаками показали, что хотят помочь. Углежог был не против, и команда Харухиро помогла ему загрузить повозку углём. После чего они проводили её до деревни. Там у них нет ничего похожего на жилище, но Колодезная Деревня казалась на удивление родным и близким местом. Обитатели деревни держались всё так же неразговорчиво и отчуждённо, но краб-повар улыбнулся им и весело болтал. Он явно был рад видеть Харухиро и его спутников. Ну, впрочем, определить выражение его лица они не могли, но, во всяком случае, речь краба звучала так будто он улыбается, а голос производил впечатление счастливого. Так им показалось. Некоторое время они, стоя перед продуктовой лавкой, обсуждали что делать дальше, но слово «Валуандин» не произнёс никто. Может, Харухиро стоит самому поднять эту тему? Некоторое время он мысленно спорил сам с собой, но в итоге не стал. Поспешишь – людей насмешишь. Нужно проявить терпение. Выждать подходящий момент. Харухиро мог придумать много поводов, но результат это бы не изменило. Он решил ждать лучших времён.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 17. Череда мимолётных дней

И всё же через десять дней охоты в Городе Мертвецов Харухиро начал задумываться, правильно ли поступает. И не только он; остальные, видимо, тоже. Временами, пробираясь по разрушенному городу, он ощущал, что его спутники не полностью концентрируются на задаче. Да, конечно, когда начиналась схватка каждый приводил себя в порядок, но всех, очевидно, мучили сомнения. Как и самого Харухиро, так что он хорошо понимал чувства товарищей. Наконец он набрался храбрости и, как предводитель команды, предложил вернуться. Никто не возражал. На этот раз они заранее спланировали, что поход займёт пятнадцать дней. Может, чуть меньше или больше в зависимости от обстоятельств, так что приготовления были сделаны с запасом на случай чего-то непредвиденного. А так как с самого начала было решено, что путешествие будет коротким, то Харухиро неожиданно ощутил прилив энергии. Верно, думал он. Незачем затягивать. За короткий период легче сохранять концентрацию. Второе путешествие к Валуандину прошло на удивление гладко даже без Унжо-сана. На ум напрашивались мысли вроде «Мы привыкли к Дарнггару», но Харухиро гнал их прочь. Он боялся привыкать. Лучше уж шарахаться от каждой тени и постоянно ощущать, как внутренности скручивает от страха. Он отправился на разведку Валуандина в одиночку. Так гораздо эффективнее, да и безопаснее. За рыночной площадью начинался район, тесно застроенный теми же похожими на иглу хижинами, которые Харухиро видел в фермерских поселениях. Должно быть, тут живут орки низшей касты. Трущобы. Иглу были построены даже на крутых склонах, словно прилепляясь к ним. Выглядело, признаться, впечатляюще. Гора Огненного Дракона высится по ту сторону Валуандина. А где-то там, наверное, путь в Гримгар. В целом, есть два пути к горе. Первый – пробраться через Валуандин. Второй – обойти город и перелезть через горы. Если они выберут второй вариант, то придётся пробираться мимо шахт или трущоб. И там и там довольно опасно, а ещё понадобится скалолазное снаряжение. Кстати, сам Харухиро понятия не имел, какое снаряжение нужно для лазания по горам. В конце концов, это не его специализация. И даже Охотница Юме, их специалист по выживанию в дикой природе, не имеет опыта восхождения на горы. А значит, если будет решено идти в обход, понадобятся приготовления. Может, не первым делом, но вторым уж точно. В случае же, если команда Харухиро решит пробираться через город, то нужно будет выбрать время дня, когда большинство орков спят, и маршрут, на котором минимален риск обнаружения. Им известно, что орки-фермеры спят по ночам, так что, скорее всего, городские орки придерживаются такого же распорядка дня. Харухиро, пользуясь Скрытностью и разведывая в одиночку убедился, что орки Валундина – сокращённо «валуо» – тоже подчиняются циклу дня и ночи. На рыночной площади валуо толпятся всегда. Но, похоже, вечером и ночью их там становится особенно много, а рано утром и перед полуднем толпа редеет. В кузницах и на шахтах по ночам никто не работает. А в трущобах, похоже, в любое время дня кто-нибудь да бодрствует. С другой стороны, сейчас Харухиро знает лишь о тех районах, которые выходят к служащей городской чертой лавовой реке. Даже если им и удастся пробраться ночью через район кузниц и шахт, дальше может встретиться какое-нибудь препятствие. Харухиро хотел бы проникнуть в Валуандин и узнать побольше, но взять с собой товарищей, разумеется, не смог бы. Говоря откровенно – что он, разумеется, делать не собирался – все остальные будут просто обузой. Харухиро придется сделать это в одиночку. Но это в следующий раз. На этот раз они решили не жадничать, и когда пятнадцатидневный период подошёл к концу, команда Харухиро без происшествий вернулась в Колодезную Деревню. На следующий день они отправились в Город Мертвецов, зарабатывать. И на следующий, и на день после следующего, и на следующий, на следующий, на следующий, и на следующий, на следующий, следующий, следующий и на следующий день, и на следующий, следующий, следующий, следующий и следующий день. Охота – смысл существования солдат добровольческого корпуса, но нельзя допускать, чтобы она становилась чем-то будничным. Команда Харухиро заработала прозвище Гоблодавы за привычку необычайно долго оставаться в одних и тех же угодьях, охотясь на одних и тех же монстров. Они хорошо умели это делать – и в то же время, слишком хорошо знали, как опасно к чему-то привыкать. – Угх! – Кузак стойко сдерживал яростные атаки льва-мертвеца. Не только щитом – он использовал для защиты также и меч. Кузак чуть присел, чтобы во что бы то ни стало не потерять равновесие, и оборонялся. У него получалось. Кузак выдерживал одну и ту же дистанцию с врагом, не позволяя тому ни отступить, ни слишком приблизиться, ловко реагируя на каждое его движение. Льву-мертвецу это явно доставляло неудобства. Теперь Кузак уже мог неограниченно долго отвлекать его на себя в одиночку. Как танк, он явно прогрессировал. Все видели это, и доверяли ему. Именно поэтому Мэри выступила вперёд и нанесла льву-мертвецу быстрый удар по ногам. Кузак ни за что не отпустит врага. Мэри понимала это, и могла позволить себе оставить Шихору без защиты. Мэри, кстати, не отличается особенной силой, но приёмы самообороны Жрецов и не требуют большой силы. Они разрабатывались для того, чтобы слабые могли защищать себя. Используя принцип центробежной силы, или нечто в этом роде, Мэри могла сравнительно небольшое усилие превратить в мощный удар по тем, кто пытался на неё нападать. При попадании точно в цель её посох мог оказаться даже опаснее меча Ранты. Лев-мертвец упал. Кузак тут же прыгнул к нему... нет. – Гвахаха! – это Ранта. Всё это время выжидавший момента, он уже летел на врага. Пожалуй, постоянная готовность так без оглядки кинуться в бой – это единственное его качество, заслуживающее похвалы. Чёрный меч Ранты пронзил правую глазницу мертвеца – Получай! – Назад! – завопил Харухиро. Ранта отпрянул – возможно даже раньше, чем окрик Харухиро достиг его. Чёрный меч остался в глазнице льва-мертвеца. Тварь, пусть и корчась от боли, попыталась обхватить нападавшего. Иначе говоря, Ранта едва успел увернуться от способных переломать ему позвоночник лап. «Ихихи... Да опустится проклятье...» – паривший неподалёку Зодиак пробормотал что-то не то угрожающее, не то обнадёживающее. Лев-мертвец поднимался на ноги. Юме выстрелила, но существо дёрнулось в бок и увернулось от стрелы. Шихору тут же выкрикнула «Дарк!» и выпустила элементаль. Человекоподобный – или, скорее, подобный звезде элементаль, Дарк, втянулся в грудь мертвеца. Тот сразу же начал корчиться и упал на колено. – Ха! – Кузак, широко размахнувшись, рубанул мечом по шее врага, и добавил ударом щита в подбородок. – Да! – Мэри ударила своим посохом. – Получай! – Ранта снова прыгнул вперёд. Он вырвал свой меч из раны и обрушил на мертвеца град секущих ударов. Пусть ни один из них не мог прорезать шкуру, Ранта продолжал бить. Каждый раз, как он останавливался передохнуть, Кузак и Мэри наносили один или два удара, после чего за дело снова принимался Ранта. Харухиро наблюдал за схваткой, не забывая посматривать по сторонам. Юме стояла рядом с Шихору, держа наготове лук. Команда Харухиро сменила охотничьи угодья. Они ушли из Северо-Западной четверти, где располагались остатки рынка и складской район, в Юго-Западную. По логике вещей, следующим по сложности районом была Юго-Восточная четверть, но восточную половину города по большей части застилал туман. Мертвецы Юго-Западной четверти хитры и яростны, но, как выяснили Харухиро с товарищами, тех, кто держится в прилегающих к Северно-Западной четверти районах победить сравнительно легко. Здешние мертвецы по большей части похожи на этого, львиноголового, с которым они сражаются сейчас. Да, конечно, они сильны. Но команда Харухиро уже достигла того уровня, когда при должной концентрации и точном взаимодействии победа над таким врагом практически гарантирована. Именно тот противник, какой им нужен – не дающий расслабиться, привыкнуть. Победа возможна, но ни одну такую схватку будничной не назовёшь. Каждый бой требует напряжения – пусть чуть-чуть, но всё же выше среднего. Здесь, чтобы выжить, нужно постоянно приспосабливаться, совершенствоваться. Но, если делать всё правильно, то задача вполне решаема. – Хару-кун, – Юме мотнула подбородком в сторону здания на юге. – М-м? – Харухиро всмотрелся. Из пролома в стене полуобрушившегося дома, на уровне второго этажа, кто-то выглядывал. Нет, это просто обман зрения, ничего больше. – Нет, всё в порядке. – Харухиро помотал головой. – Юме обозналась? Прости. – Да ладно, ничего страшного. – Получай! Прими объятья Скаллхейла! – Ранта наконец нанёс смертельный удар, – Бвахахаха! Сегодня снова бухаем! – Бандита из себя решил строить? – Харухиро вздохнул. Пусть сам он Вор, но, во всяком случае, совсем не такой, как этот Ранта. Определённо. Они охотились в Городе Мертвецов десять дней, после чего отправились в ещё одну пятнадцатидневную экспедицию. Такой подход придавал им определённости и уверенности в завтрашнем дне. Не стоит слишком волноваться из-за неизвестности будущего, но нельзя также и с головой погружаться в каждодневные проблемы. Необходимо соблюдать равновесие. Если слепо броситься к сияющей надежде, можно споткнуться и упасть. А если согнуть голову под тяжестью нынешнего положения, то очень быстро выбьешься из сил и вообще не сможешь двигаться вперёд. Нельзя жить одними неудачами, но и благополучие не может длиться вечно. Лучше плакать, когда хочется плакать, и улыбаться – даже тогда, когда не до улыбок. Во время их третьей экспедиции, когда Харухиро снова ушёл один в разведку, на оставшихся его ждать товарищей напали орки. Врагов было всего двое, и с ними удалось справиться, но Кузак с Юме получили ранения, и какое-то время судьба команды висела на волоске. Оба орка были сравнительно щуплыми и молодыми. Они не носили доспехов, но при себе имели луки со стрелами, мечи и ножи. Снаряжение охотников. Должно быть, они искали добычу и случайно наткнулись на лагерь людей. Это событие побудило команду Харухиро перенести лагерь, и во время четвёртой экспедиции они разместились возле Горячей Реки. Ранта и остальные охотились на напоминавших барсуков гуджи, пока Харухиро исследовал Валуандин. Теперь, путешествуя один, он мог даже проводить ночи в городе. Во время пятой экспедиции они нашли в развалинах Аллуджи небольшую каменную табличку. По возвращении в Колодезную Деревню Глазорукий мудрец Ообу купил её у них за большую чёрную монету – один роу. – А знаете... – с нетипичной откровенностью заговорил вдруг Ранта, когда позже тем вечером они разбили лагерь возле деревни, – Я, пожалуй, могу понять, почему местных притягивает Скаллхейл. Когда вокруг такая темень, любой захочет милости бога тьмы. – Мне проще понять, чем притягивает Люмиарис, – парировала Мэри, – Нормальное поведение в темноте – искать свет. – Для тебя-то может и нормально, – возразил Ранта, – Но понимаешь ли, детка, норма у каждого своя. – «Детка»? – ...Прости, – в голосе Ранты вовсе не чувствовалось раскаяние, – Простите, Мэри-сан, пожалуйста. – Ему будто вообще всё равно... – сказала Шихору. Ранта бухнулся на четвереньки. – Мне очень жа-а-аль! Я ошибался! Пвостите! – Эти твои поклоны обесцениваются с каждым разом, – усмехнулся Харухиро, поворошив палкой в костре, – ...Боги, хм. Мне всё это до сих пор кажется каким-то нереальным. Ну, в смысле, настоящие боги. То, что они существуют. Я всегда думал что они, ну, что-то вроде выдумки... – Если бы они не существовали, я бы не могла колдовать, – Мэри показала ему свою ладонь, – Но до того как мы оказались здесь я и сама, пожалуй, до конца в них не верила. – Да, – кивнул Кузак, – Боги же, ну, они как бы – пример? Правила? То, что задаёт правила? Ну вроде как, взять Люмиарис, если предположить что она постоянно присматривает за нами, то нам нужно вести праведную жизнь? – Белая Богиня Эльрих-тян настоящая, – Юме лежала, положив голову на колени Шихору, а ногами прижимаясь к Мэри, – Эльрих-тян является Юме во сне... Вот бы встретить её наяву... – И всё-таки, если серьёзно, – Ранта наконец перестал кланяться, уселся по-турецки и скрестил руки на груди, – Все ведь боятся смерти, так? Мы живые, и не хотим умирать. Но нам придётся. Когда-нибудь все отбросим копыта, без вариантов. Смерть, типа, итог любой жизни. И когда так вот думаешь, ну... Как-то чутка слишком, а? Ну, как-то, трудно это принять. – Даже тебе?.. – спросил Харухиро. Он никак не ожидал от Ранты таких слов. Ранта насмешливо хмыкнул – впрочем, выглядело это немного наигранно. – Я в общем говорю. Сам-то я, конечно, выше всей этой фигни. И вообще, смерть просто часть моей жизни. Хотя когда умирает кто-то другой, ну... Вы и сами знаете. Но свою смерть просто принимаешь, иначе не сможешь жить. Мы рождаемся, а потом умираем, такова жизнь. Короче, это цикл, круговорот, – Ранта покрутил в воздухе указательным пальцем, – Спорим, вы все ничего не поняли, но учение Скаллхейла говорит и о таких вещах про жизнь со смертью. – Религия Люмиарис, разумеется, тоже учит о таком, – тихо проговорила Мэри, поглаживая Юме по бедру, – В начале был свет. Всё живое рождается из этого света, и всё в него вернётся. Вот почему, умирая, мы видим свет. – Ничего подобного. Когда умираешь, падаешь в темноту, – фыркнул Ранта. – Нет. Тьма это просто побочный эффект отсутствия света. Когда отворачиваешься от света, то погрязаешь во тьме. Вот и всё. – Всё не так. Тьма изначальна, а свет – её порождение. Говорю тебе, всё началось с тьмы. – Вот почему мне никогда не понять тех, кто слепо следует учению Скаллхейла, – пробормотала Мэри. – Больно надо! Мне плевать! Какое мне дело до трусов, верящих Люмиарис! – Не ссорьтесь по пустякам, – Харухиро, как предводитель, попытался унять спор, но и Мэри, и Ранта рассерженно уставились на него. – «Пустякам?!» – Каким ещё пустякам, эй, ты?! – заорал Ранта. – П-простите... – А может... – Шихору пришла ему на выручку, – А может, было и то и другое? В начале были и тьма, и свет. По-моему, они хотя и соперничают, но взаимно дополняют друг друга... – Как и наша команда, а? – расслабленно протянула Юме, прижимаясь крепче щекой к бёдрам Шихору, – Юме до сих пор жива, потому что все всегда помогали Юме... Это разрядило обстановку. Ну, они ведь всегда вместе, и разговоры вроде этого неизбежны. Парни между собой вечно обсуждают всякие глупости, но что насчёт девушек? Может быть, они говорят про всякое вроде любви и романтики? Или нет? Или да? Харухиро было любопытно, но спросить, разумеется, он не мог. Этой тайне предстоит оставаться тайной вечно. Ранта потратил все свои накопления – общей суммой в десять роу – и купил у кузнеца Колодезной Деревни двуручный меч. Оружие обладало длинной рукоятью, но сам по себе клинок был не так уж и велик, что делало меч на удивление лёгким. У клинков большинства мечей возле самой гарды есть незаточенная часть – рикассо. У нового меча Ранты рикассо было длинным, с выступом в том месте, где начиналось лезвие. Похоже, хват за рикассо делал нанесение добивающего удара удобнее, и, наверное, у него могут найтись и другие применения. Зная Ранту, методом проб и ошибок он наверняка сможет нащупать множество вариантов использования нового оружия. Ранта назвал меч Упокойник, и купил латные перчатки, в которых держаться за рикассо было удобнее. Ксати, деньги на перчатки он одолжил у остальных. Свой чёрный меч, по-прежнему крепкий и вполне годный для боя, он передал Кузаку. Тот провёл над мечом ритуал Паладинов – выцарапал на клинке гексаграмму и пометил её своей кровью. Теперь он мог использовать на мече магию света – Сэйбер, благословляющую оружие силой Люмиарис. В Городе Мертвецов они добыли шлем, напоминающий голову ястреба. Шлем Кузака как раз начинал приходить в негодность, так что находку отдали ему. Ранта назвал шлем Ястребиным Шлемом, но Кузаку, похоже, имя не слишком-то нравилось. Основным оружием Юме стал подобранный ею в Городе Мертвецов изогнутый меч, длиной примерно с её прежнее мачете. Харухиро называл его «ванто», что собственно и означало «кривой меч», и Юме решила называть своё оружие «Ван-тян». Имя, пожалуй, больше подошло бы милому щеночку, и Харухиро оно казалось каким-то неправильным. Посох с набалдашником, которым пользовалась Мэри, сломался, так что она купила у кузнеца новый, с молотом вместо навершия. Теперь ей чаще выдавалась возможность участвовать в бою, так что она, очевидно, основывалась в своё выборе прежде всего на атакующих качествах. Шихору не меняла своё снаряжение, но Дарк, её элементаль, постепенно становился всё сильнее. Чем сильнее Дарк привязывался к Шихору, тем крупнее, и... милее он становился. Сверх того, теперь он мог создавать эффекты, схожие с Тенью Сна, Теневым Эхо или Теневыми Путами. Впрочем, у возможностей элементаля был предел – Шихору могла выбрать лишь что-то одно между ударом, оглушением, сном или сковыванием движений. И всё же это было поразительно. По словам Шихору, со временем элементаль сможет производить сразу несколько воздействий. Если это так, то Шихору сможет одновременно причинять урон и сковывать врага, или ослаблять сверх того, и многое другое. Это ещё более поразительно. Оружием Харухиро теперь был стилет в правой руке, годившийся исключительно для колющих ударов, а в левой – нож с гардой для режущих ударов и обороны. Стилет Харухиро купил в подземельях Хербзита, а нож добыл с мертвеца. Унжо-сана они больше не встречали. Он, скорее всего, время от времени навещал Колодезную Деревню, но команда Харухиро проводила много времени в походах вне деревни так что, видимо, их с Унжо-саном пути просто не пересекались. Каждый раз, когда они оказывались в Хербзите, Харухиро на ум приходила башня Рубиции. Он подумывал зайти, но никогда не делал этого. Однажды Ранта пригласил его в продуктовую лавку Колодезной Деревни, где они много выпивали и в итоге напились в стельку. Не только Харухиро. Каждый выпил столько, сколько в него вмещалось, и они устроили настоящий пир вместе с кузнецом, сплющенным яйцом с руками – хозяином магазина одежды, свободными стражниками и даже крабом-поваром. Ранта, Харухиро и Кузак по очереди пытались бороться на руках с кузнецом и моментально проигрывали. Потом они попытались одолеть его все трое разом, и всё равно ничего не получилось. Харухиро помнил эти события очень смутно. Так же Харухиро помнил, что пока остальные становились всё пьянее и пьянее, сам он сидел рядом с Мэри и они о чём-то беседовали. О чём? У Харухиро осталось впечатление, что они отлично проводили время, но всё сказанное в тот вечер истёрлось из его памяти. Ну, если он не говорил никаких глупостей, то всё в порядке. Наутро Мэри держалась с ним как обычно, так что, видимо, всё хорошо. Всё ведь хорошо, да? – пытался убеждать себя Харухиро. С того раза возле Валуандина ресивер больше не вибрировал. Никто не вспоминал тот случай, но, наверное, просто не приходилось к слову. Дело только в этом. Во всяком случае, Харухиро решил воспринимать это так.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 18. Канун фестиваля

– ...О. Уже двухсотый, – проронил Харухиро. Пробираясь в Валуандин он вдруг осознал, что сегодня их двухсотый день в Дарнггаре. Хотя, конечно, это не имеет особого значения. Разумеется. Будь сегодня их двухсотая, или трёхсотая, или даже шестьсот шестьдесят шестая ночь – жителям этого мира никакой разницы. И всё же, эта ночь в Валуандине была какой-то не такой. Точнее, разница была заметна даже в орочьих поселениях под городом. Обычно орки-фермеры рано ложились спать, и рано вставали. Раньше чем орки Валуандина – валуо, говоря коротко. Обычно Харухиро пробирался мимо поселений пока фермеры спали, после чего проникал в город через район мастерских, когда орки-кузнецы уходили. Среди мастерских было много укромных мест, так что даже если какие-то валуо задерживались, Харухиро мог с лёгкостью дождаться их ухода. Но сегодня орки-фермеры отчего-то не спали. Из их хижин струился свет, доносились голоса. Харухиро даже заметил нескольких фермеров, чем-то занятых снаружи. Это не помешало ему, используя Незримость, миновать их, но всё же усложнило задачу. Работа в кузницах, как и обычно, прекратилась на ночь, там стояла тишина. Но дальше начинались неожиданности. За районом мастерских начинался жилой район. Обычно по ночам там было мало людей – в смысле, валуо. Обычно. В эту ночь они толпились на каждом шагу. В окнах домов ярко горел свет. Часть валуо суетилась внутри домов, остальные о чём-то переговаривались на улицах. И, наверное, не только здесь – весь Валуандин бурлил. Словно они готовятся к какому-то празднику. На улицах болтается слишком много валуо. Опасно. Но, по предыдущему опыту Харухиро, местные жители будто бы вовсе не думают, что рядом может быть чужак. Возле рынка он видел нечто вроде арены, и там часто проходили схватки. Валуо азартно болели и ставили на победителей так что, видимо, военное дело у них в почёте, но сам город практически никак не защищён. Возможно, оркам даже в голову не приходит, что на них может напасть какой-то внешний враг. Они и представить себе не могут, что в город могут просочиться люди, вроде Харухиро и его команды. Так что если держаться осторожно и не привлекать внимания то его вряд ли обнаружат. Харухиро, конечно, трус, и ему было страшно, но он сохранял спокойствие и осмотрелся. На их двухсотую ночь в Дарнггаре Валуандин, определённо, переменился. Но почему? Харухиро хотел разузнать подробности. У орков какой-то фестиваль? Почему у него возникло такое впечатление? Он крался от улицы к улице, периодически взбирался на крыши, чтобы осмотреться, и со временем понял. В Валуандине всегда было светло благодаря протекающей поблизости реки пылающей лавы. И всё же сейчас в городе ещё ярче обычного. Орки что-то изготавливают. На самом деле, много чего. Например, через лишённые ставней окна Харухиро мог заглянуть внутрь зданий. Там, как он уже заметил, было необычно светло, и он смог рассмотреть валуо-женщин, работающих за ткацкими станками. Зачем они ткут сейчас? Ведь можно просто подождать дня. Харухиро впервые видел, чтобы валуо-женщины ткали по ночам. На улице множество валуо-мужчин украшало фасады домов резными дощечками. Они переговаривались с соседями и что-то жевали в процессе, но, всё-таки, вряд ли они делают это для развлечения. Харухиро никогда раньше не видел орков за таким занятием. Харухиро не имел не малейшего понятия, зачем эти дощечки, но наверняка есть какая-то причина. Оркам зачем-то нужно делать их именно сейчас, потому они их и делают. Орчата собирались в стайки и сооружали нечто вроде клеток. Старшие валуо раздавали мальчишкам указания, и те помогали. Приготовления. Валуо явно к чему-то готовятся. Они готовят костюмы и декорации, а потом наденут их, будут пользоваться ими, и будут что-то делать. Похоже, событие затронет весь город. Ритуал? Праздник? Что бы то ни было, Валуандин погрузился в атмосферу, совершенно отличную от повседневной. В центре Валуандина возвышалось одно особо крупное здание, чем-то напоминающее припавшего к земле дракона. Харухиро не знал, есть ли у валуо король, но для простоты решил называть это здание дворцом. Улицы вокруг дворца были просторными, вокруг протекало несколько узких лавовых рек, а одна широкая дорога вела в сторону Горы Огненного Дракона. Также рядом находилось много высоких зданий, и множество валуо днём и вечером входили и выходили из дворца. Вокруг даже поздней ночью патрулировали вооружённые стражники. Короче говоря, приблизиться было непросто, но Харухиро решил, что этой ночью пересилит страх и проберётся внутрь. Он, разумеется, взвесил риски. Валуо дворцового района, как и все остальные, этой ночью к чему-то готовились. Обычно здешние жители предпочитали ночные прогулки, но сегодня всё изменилось. Большинство погрузилось в работу, так что Харухиро счёл, что сможет, используя Незримость, проскользнуть мимо. Но... Одна вещь никак не выходила у него из головы. Здесь, в Валуандине, жизнь по-настоящему цивилизованная. По сравнению с этим городом, Колодезная Деревня выглядит примитивной, а Хербзит – варварским. Здесь же царит порядок. Валуо, как правило, не грабят друг друга. Они совместно трудятся, зарабатывают, и живут нормальной жизнью. Они не просто едят, работают и спят. В их жизни бывает и отдых. Да, их общество жёстко разделено на касты, но такая система позволяет половине... нет, большинству валуо вести безопасную и, возможно, более роскошную жизнь чем Харухиро и его товарищам. – Алтарь?.. – пробормотал он себе под нос. Харухиро стоял на крыше смотрящего на площадь перед дворцом здания, и пытался успокоиться. Он впервые зашёл так далеко. Но раньше он уже видел площадь издалека, и этого там не было. На площади находился квадратный помост примерно два на два метра, высотой в три. На помосте стояла ещё одна платформа, а на платформе – клетка. Наверное, клетка. Просто позолоченная, украшенная и очень роскошная. Обычно в клетки сажают преступников и узников но эта, похоже, предназначалась для чего-то ещё. Тучная женщина-валуо в клетке не была похожа на узницу. Она носила типичный для орочьих женщин наряд – кусок ткани на голове, повязка вокруг грудей и юбка, но все элементы её одежды выглядели роскошно. На них были вышиты чем-то блестящим яркие узоры. Видимо, из драгоценных камней. Даже зелёная кожа женщины казалась глянцевито поблёскивающей. А ещё... На ней макияж? Поведение тоже не выдавало в этой женщине узницу. Она держалась спокойно и даже важно. Кроме того она, хотя и сидела в клетке, не была одинока. На помост один за другим поднимались валуо. Они о чём-то беседовали с женщиной сквозь решётку, иногда держались с ней за руки. Может, это её знакомые. Но женщина определённо одета богаче любого из них. Харухиро присмотрелся к клетке внимательнее. Те фигурки на углах – драконы? Драконий мотив проглядывал и в прочих украшениях помоста. И в узорах на одежде женщины. Это же дракон там вышит, на юбке? Поверх головной повязки она носила нечто вроде короны. Тоже в виде дракона. Кстати, что вырезали валуо-мужчины на дощечках, которыми украшали свои дома? Драконов. Они вырезали драконов. Кстати, если подумать, дворец тоже напоминает дракона. Как Харухиро не заметил этого раньше? В Валуандине полным-полно изображений драконов. Они на каждом шагу. Харухиро повернулся к Горе Огненного Дракона – кажется, будто бы готовой извергнуться в любой момент. Как следует из имени, минимум один дракон там есть. Огненный дракон. Орки построили свой город у самого подножия драконьей горы. Дракон пожирал саламандр и, как рассказывал Унжо-сан, также он пожирал и людей. А орков? Может, орки ему просто не по вкусу? Вряд ли. Дракон должен быть очень опасным существом. А орки почему-то живут с ним рядом. И, возможно, не будет преувеличением сказать также – процветают? Может быть, орки поклоняются этому ужасному дракону. Может быть, дракон для них как бог. А может, он и есть бог. Сейчас они наполняют город драконами и готовятся к чему-то. Видимо, к какому-то празднику или ритуалу. Тогда, та женщина в клетке?.. – Жертва?.. – пробормотал Харухиро. Валуо подходят к женщине в клетке. То, как они общаются с женщиной, вполне может быть прощанием. Непохоже, что кто-то горюет – может быть, роль жертвы это честь? Нет, стоп, для начала, рано утверждать что она жертва. И нет никаких однозначных доказательств в пользу того, что орки действительно поклоняются дракону. Может быть, Харухиро просто слишком дал волю воображению? Он не мог не взвешивать в уме разные варианты, но если позволять себе слишком сильно отвлекаться во время разведки, то рано или поздно неизбежна ошибка. И в любом случае ночь подходит к концу. Самое время отступить, что Харухиро и сделал. Он, как и планировал, покидал город также через район мастерских. Двигаясь обратно, Харухиро неустанно повторял себе – «войти легко, выйти страшно». Нельзя спешить, нельзя расслабляться. Лучше оставаться настороже. Пробираясь мимо кузниц он ощутил, как волосы на затылке встали дыбом. Харухиро торопливо нырнул в ближайшее укрытие. Он что-то почувствовал – но что? Спрятаться и посмотреть, что происходит? Нет... лучше уходить. Харухиро двигался, пригибаясь и используя Незримость. Он не слышал ни своих шагов, ни шороха одежды, ни даже дыхания. Его словно вовсе тут не было. Двигался ли кто-то ещё? Он никого не видел. Показалось? Не факт. Харухиро собрался. В его движениях не было изъяна. Но он что-то ощутил. Тут есть кто-то – или что-то? За мной следят? Впрочем, неважно. Если просто следят, пусть следят. Если нападут, пусть нападают. Когда приблизятся, я наверняка их засеку. Я смогу отреагировать. За время этих одиночных проникновений в город я многому научился. Я не тратил тут время впустую. Не зазнавайся, тут же одёрнул он себя. Не увлекайся. Не думай, что у тебя всё хорошо. Всегда старайся достичь большего. Всегда вкладывай все свои силы. У Харухиро больше не было сомнений. Поблизости кто-то есть, и этот кто-то наблюдает за ним. Следует за ним, соблюдая дистанцию. Пока что Харухиро лишь ощущал чьё-то присутствие, не больше, но в своих чувствах он был уверен. Рядом кто-то есть. И этот кто-то не один. Одного из преследователей он ощущал за спиной – иногда чуть справа или слева. Этот всегда держался поблизости, на постоянном расстоянии от Харухиро. Второй то приближался, то отдалялся. Иногда Харухиро терял его, но тот всегда возвращался. Ему, разумеется, было не по себе. Даже страшно. Но, с другой стороны, преследователи до сих пор не напали. А от паники никакого проку не будет. Харухиро понимал это, и старался держать себя в руках. Он перепрыгнул через лавовую реку, оставляя Валуандин за спиной. Помедлил и развернулся назад. Ощущения присутствия посторонних пропали. Ушли? Нет, рано судить. Харухиро остановился, и те остановились тоже. Поэтому их стало сложнее обнаружить. Возможно, причина лишь в этом. Не стоит спешить с выводами. Орки-фермеры наконец улеглись спать, так что Харухиро решил рискнуть и пробежать мимо поселений. Кто его преследователи? Валуо? Вполне возможно. Среди людей есть Воры вроде Харухиро, так что и среди орков могут найтись разведчики. Пара валуо-воров обнаружила чужака, Харухиро, в Валуандине и решила проследить за ним, выяснить кто он и что ему тут нужно. Возможно? Возможно. Наверное, так оно и есть. Эта мысль тревожила. Раньше, когда они убили наткнувшихся на лагерь орков-охотников, Харухиро уже беспокоился, но, к счастью, это не создало проблем. Но если валуо узнали про Харухиро, то в дальнейшем могут появиться трудности. Орки могут выставить охрану, и пробираться в город станет гораздо сложнее. Лучше исходить из того, что валуо при желании смогут организовать достойную защиту от внешнего врага. Орки Гримгара были примерно настолько же разумны, насколько и люди, и нет никаких оснований полагать, что орки Дарнггара глупее. Да, они другая раса, во многом совершенно чуждая людям, но нельзя сказать, что они ниже или выше людей. В Гримгаре люди потерпели поражение и были вынуждены отступить за хребет Тенрю – поражение от конфедерации королей, в которую входили и орки. А значит, орки – более чем равные соперники людей. Харухиро старался не заходить на участки возделанной земли. На рыхлой почве быстро двигаться не получится. Он быстро бежал по узким тропинкам между грядок. По дороге он снова ощутил присутствие за спиной. Ну конечно. Похоже, преследователи не намерены его отпускать. Харухиро ещё не обдумал детали, но в целом составил план. Первым делом, постараться понять кто за ним гонится, и как можно скорее убраться из орочьего поселения. Если на него нападут – сразу броситься наутёк. Удастся ли сбежать? Неизвестно. По правде говоря, в плане слишком много неизвестных, но пока Харухиро не попытается, точного ответа всё равно не будет. Жуть. Два раза ему удалось заметить движущиеся тени. Пробираясь через расселину в скале он снова перестал ощущать присутствие посторонних, но безопаснее исходить из того, что преследователи не отстали. Ну конечно, не отстанут. Сохранять хладнокровие становилось всё труднее. И всё же он как-то ухитрялся не ударяться в панику. Уже неплохо, а? Харухиро хотелось похвалить себя. То есть, нет. Он ещё не в безопасности. Рано радоваться. Он выбрался из расселины на равнину. Место встречи у Горячей Реки совсем рядом. Ночь подходит к концу. Остальные, наверное, спят, а кто-то один стоит на страже. Днём они бы, наверное, охотились на гуджи или отправились в Аллуджу. Это затруднило бы встречу с ними, так что, наверное, можно назвать это светлым проблеском в чёрной полосе. Можно ли? Живот болит, думал Харухиро. Ну, как обычно. Не нажить бы язву. Интересно, можно ли вылечить язву магией света? Действует ли вообще магия на болезни внутренних органов? Не знаю. Надо будет при случае спросить Мэри. В голову лезут посторонние мысли. Он начинает терять концентрацию. Харухиро вернул свои размышления к текущей задаче. Он уже видел впереди лагерь. Кто дежурит? Вроде, Шихору. Остальные лежат, одна она сидит. Плохо. Харухиро вдруг пробил холодный пот, он ощутил, как из живота вверх поднимается гадкое чувство. Он облажался? Он же практически привёл преследователей к своим товарищам. А если это и было их целью? Обнаружили подозрительного чужака – Харухиро – но не были уверены, что он один, что поблизости нет кого-то ещё. И тогда решили проследить за Харухиро, чтобы накрыть всех разом – или вырезать всех разом. Вот почему они решили не нападать. Ему просто позволили сбежать. А теперь могут оставить напоследок, а сначала разобраться со спящими товарищами. Что делать? Как поступить в такой ситуации? На раздумья нет времени. Харухиро рванулся вперёд. – Шихору! Буди всех! Бегите! – А... А? Харухиро-кун? А! – Шихору торопливо вскочила и стукнула Ранту посохом по голове, – В-вставай!.. – Нга-а-а?! – Ранта вскочил, – Ч-ч-что?! Что ты творишь?! – ...Ува? – Юме села, протирая глаза. – Га?! – вскрикнул Кузак, торопливо поднимаясь. – Я не спл... – Мэри, едва вскочив, побежала было, но споткнулась, – А! О нет, отчаянно подумал Харухиро. Его сердце заколотилось. Нет, не время тревожиться за неё. Есть проблемы поважнее. Да, точно. Наверное. – Здесь, наверное, враги! Бегите! Не разделяйтесь! – кричал он, оглядываясь на бегу. – Оп! – Юме вздёрнула Мэри на ноги, и подхватила свою сумку. – Спасибо, – Мэри подняла собственные вещи. Шихору уже убегала прочь. Кузак держался впереди. Ранта выхватил Упокойник. – Враги?! Где! Я их... И прежде чем Харухиро успел прикрикнуть на него... – Стойте! – прозвучал знакомый голос. – Но... – Харухиро остановился так резко, что чуть не упал, и развернулся в сторону, откуда раздался голос. Стоп, что за «но»? Какое «но»? Она не «но», она, эм, как там? В общем... Позади, справа. Из тени выступила женщина в чёрном плаще и широкополой шляпе. Плащ и шляпу она зачем-то сразу же сорвала и отбросила с сторону, открывая взорам – да, как ни посмотри, никак иначе это не назвать – открывая взорам свой облик доминатрикс. Зачем ей обязательно нужно подчёркивать свою женственную фигуру, оставляя закрытыми лишь те места, которые действительно не стоит открывать чужим взглядам? Когда женщина выпятила грудь, отвести взгляд стало почти невозможно. Она не «Но», она «Ла». – Лала-сан?.. – медленно проговорил Харухиро. – Давно не виделись, – обольстительно улыбнулась Лала, облизывая губы, – Удивлена, что вы ещё живы. – Так это вы следовали за мной от Валуандина... Вы и Ноно-сан? – Ну конечно, – ответила Лала, – Вот не ожидала, что заметишь. ...Ноно! Со стороны скал появился мужчина. Беловолосый, в чёрной маске, закрывающей нижнюю половину лица. Ноно подошёл к Лале и встал на четвереньки. Та уселась ему на спину и положила ногу на ногу. – Так что? Что вы затеяли возле города орков перед самым Драконьим Фестивалем? – Вестифалем?.. – Юме удивлённо склонила набок голову. – А-а ну стоп! – Ранта уже собрался спрятать меч в ножны, но теперь снова держал оружие наготове, – Харухиро, это же те самые враги, да? То, что они люди и мы их знаем, ещё не значит что они на нашей стороне! Они ведь уже бросили нас однажды! – Бросили? – фыркнула Лала, – Да неужели? – Д-да! Вы оставили нас а сами ушли, разве нет? Я не забыл! – Это не было нашей целью – да если и была бы, какая сейчас разница? Ты такой зажатый. Даже не хочется пытаться подразработать тебя. – Р-разработать... – запнулась Шихору. Эм, Шихору. Почему из всех именно ты на это отреагировала? – Замолчите! – взвился Ранта, – Слушайте, нам вообще-то пришлось нелегко! Мы столько пережили! Мы же тут ничего не знали! – Как и мы, – заметила Лала. – В-всё равно! Да, я вас понимаю, но всё равно! – Ранта-кун... – прошептал Кузак, – Ты обращаешься к ней на «вы». – Тебе показалось, дебил! Идиот! Переросток! Мэри смотрела на Харухиро. В её взгляде явственно читался вопрос – что дальше? Харухиро почесал поясницу, незаметно положив пальцы на рукоять стилета. – Я не думаю, что вы бросили нас. Нет, не только я... Никто из нас так не думает, кроме этого идиота. Наша встреча, наверное, что-то вроде судьбы. Я хотел бы обменяться информацией. Но, конечно, если Лала и Ноно попытаются причинить вред команде Харухиро или как-то их использовать, он этого не спустит. – Мы, разумеется, тоже так считаем, – Лала прищурилась и игриво прикоснулась к губам, – А ты интересный. Харухиро, да? У тебя хорошее лицо. – Мне, правда, говорят что у меня сонный вид, – Харухиро изо всех сил старался сохранить непроницаемое выражение лица. Лала явно видит меня насквозь, – Так что там насчёт Драконьего Фестиваля? – Ты же видел их приготовления, да? – спросила Лала, – Они регулярно такое устраивают – правда, мы пока не знаем, как часто. Это большой ритуал, во время которого они приносят жертву огненному дракону. Весь город празднует. Кстати, Драконий Фестиваль – это придумали мы сами. Печально, да? Похоже, подружиться с орками не получится. – Ритуал и жертвоприношение?.. – Ранта убрал меч в ножны и уселся на колени. Словно готовится, если потребуется, бухнуться на четвереньки. – То есть, эм... В общем, ну... – сказал Харухиро, – Они приносят жертвы дракону? Серьёзно? – ...Она так и сказала, – с отвращением прошептала Шихору. Можно и ещё раз повторить, подумал Харухиро. Так значит, он был прав? Драконий Фестиваль. Жертвоприношение. Праздничные толпы, заполонившие улицы. А вдруг, может быть, это шанс? Шанс... на что? Очевидно. Если воспользоваться этим шансом то, может быть, получится. Мысль оформилась в голове Харухиро. Они все смогут пробраться через Валуандин и, возможно, добраться до драконьей горы. Там найти пещеру и, возможно, вернуться через неё. – А ты, кажется, знаешь что-то полезное, – Лала-сан завлекательно улыбнулась и поманила Харухиро пальцем, – Расскажи мне всё. Лала-сама, возможно, наградит тебя чем-то приятным, м-м?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 19. Over the Rainbow

Все орки носили вышитый кусок ткани, завязанный в узел над плечом, и раскрасили свои тела красной и чёрной краской. Мужчины и женщины, старые и молодые. Некоторые орки били в барабаны. Другие играли на каких-то струнных инструментах. Третьи дули в трубы. Орки, в том числе и дети, хлопали в ладоши, топали ногами, и хором пели. Орки, нёсшие палки с вырезанными на них фигурками драконов, не пели, а что-то громко говорили. Судя по их жестам, движениям и тому, как слова попадали в общий ритм, они либо выкрикивали инструкции, либо дирижировали музыкантами и певцами. Действо было невероятно энергичным, и казалось, что вот-вот либо певцы либо музыканты собьются с ритма, но этого не происходило. Представление было буйным, но никак не примитивным. Исполнение, пожалуй, можно назвать отточенным. Даже прекрасным. Песня захватывала. Нет, подумал Харухиро, скрывавшийся под забором, огораживающим загон гигантских гусениц. Он тряхнул головой. Не слушай. Да, песня поразительна. Да, её хочется слушать. Да, она притягивает. Но сейчас не время заслушиваться орочьими песнями. Харухиро высунул голову из-за ограды, чтобы ещё раз взглянуть на орков, праздновавших в центре их поселения. Ещё не перевалило за полдень, но орки уже выпивали. В толпе носились дети. До них двадцать метров, так что даже сейчас эта суматошная толпа вряд ли заметит его. Нет, ни за что не заметят. Он махнул рукой, подавая сигнал своей команде, ждущей позади. Потом ещё раз, для Лалы с Ноно. Произошла небольшая заминка – Юме отвесила подзатыльник зазевавшемуся Ранте; тот раскрыл рот чтобы возмутиться, но сразу же получил по голове древком молота-посоха Мэри. Все, пригибаясь, перебежали к укрытию Харухиро. Доспехи Кузака громко лязгали на бегу – но, к счастью, шум праздника заглушил эти звуки. Харухиро кивнул, и двинулся к следующему укрытию. Убедился, что всё безопасно, и подозвал спутников. Их передвижение состояло из таких вот нудных и повторяющихся бросков от одного безопасного места до другого. Но, к удивлению Харухиро, не только его товарищи (за исключением одного отброса по имени Ранта), но и Лала с Ноно подчинялись командам без единого возражения. Впрочем, эти двое могут выкинуть что-нибудь в любой момент. С помощью карманных часов Лалы они могли сравнительно точно определять время. Этот шумный праздник начался примерно через три часа после того, как загорелся огонь. Харухиро и его спутники подошли к поселениям орков-фермеров часом позже, и уже полтора часа пробирались в сторону Валуандина. Кстати, по словам Лалы от рассвета – то есть, зажжения пламени, до заката – затухания пламени, проходило от десяти до пятнадцати часов. Точно так же, тёмное время суток тоже длилось от пятнадцати до десяти часов. Продолжительность дня и ночи менялась, но если сложить, то получится двадцать пять часов – то есть, сутки в Дарнггаре длятся на час дольше, чем в Гримгаре. Как бы то ни было, через ещё полтора часа они подберутся к городу... Во всяком случае, так рассчитывал Харухиро, пока не произошло ещё одно событие. О нет, подумал он. Это же дракон. От Валуандина сюда идёт дракон! Хотя, если присмотреться, этот дракон... он же ненастоящий... а... Больше трёх метров в высоту, и свыше десяти метров в длину. Огромный. Выкрашен в чёрное и красное – в те же цвета, которыми раскрасились празднующие орки. В глазницы вставлены желтовато поблескивающие драгоценные камни – или что-то в этом роде. Шея, челюсти, туловище, хвост и все четыре конечности подвижные; свыше трёх десятков одетых в чёрное орков несли этот макет и с помощью шестов заставляли части тел дракона двигаться. С приближением дракона праздничные орки пришли в ещё большее возбуждение. Видимо, это тоже часть Драконьего Фестиваля. Песни и музыка зазвучали с новой силой, орки с драконьими посохами заговорили громче, орчата в страхе побежали прочь. Макет дракона гонялся за ним, некоторые орчата закричали и заплакали. Женщины – видимо, их матери – смеялись и успокаивали детей. Ранту явственно тянуло присоединиться к веселью но, разумеется, это невозможно. Харухиро снова пошёл в сторону Валуандина. В этой суматохе их точно не заметят. Собственно, именно поэтому они и решили дождаться начала праздника. Всюду на фермах, куда бы они не пошли, стоял шум – но он происходил из нескольких определённых мест. Все орки-фермеры собрались на площадях своих поселений. Они пели, музицировали, веселились когда к ним приносили макет дракона, и, в общем, праздновали весьма оживлённо. Но это также означало, что вне поселений не было ни души – Харухиро не заметил ни единого орка. Впрочем, это не повод расслабляться. Харухиро старался не спешить и тщательно всё проверять перед тем, как продвинуться вперёд. В итоге его самого утомила собственная дотошность. Валуандин бурлил. Но, похоже, на время праздника работа в кузницах и шахтах остановилась – там не было ни одного валуо. Харухиро выбрал один из не слишком больших и не слишком маленьких складов в районе кузниц. Он взломал замок, и решил что все они некоторое время переждут там. Ранта, Шихору, Юме, Мэри, Кузак и Лала остались внутри, а Харухиро с Ноно, разделившись, отправились на разведку. Происходящее в Валуандине, в общем, повторяло то, что они видели в поселениях фермеров. Валуо собирались на улицах, пели, играли на музыкальных инструментах, танцевали и веселились. Каждый носил декоративный кусок ткани и праздничную раскраску. Примерно один из двух или трёх десятков держал в руках шест с резьбой в виде дракона, и был одет в роскошный наряд. Там и сям на виду лежали напитки и еда; похоже, валуо могли есть и пить сколько им угодно. Харухиро направился обратно, туда, где его ждали товарищи. Он крался по узким улочкам жилого района. Жителей – орков – нигде не видно. В домах никого. Но это не значит, что кто-то не мог зачем-то остаться дома. Нужно оставаться настороже. Повторяя это про себя, Харухиро шагнул в переулок. Он сглотнул. Там был валуо – очень молодой, судя по виду. Орк сидел на корточках, обхватив голову обеими руками. На его тело был нанесён черно-белый раскрас, но праздничную накидку он снял – она лежала смятая у его ног. Что делать? Что делать? Что делать? За долю секунды вопрос пронёсся в голове Харухиро больше десятка раз. Наконец, пришёл ответ. Развернуться и тихо уйти. И в этот самый момент орк поднял голову. Увидев человека, валуо резко вдохнул и открыл рот, чтобы закричать. Тело Харухиро само собой дёрнулось вперёд – он бросился на орка. Опрокинул того на землю и взял в захват. Если бы он попытался сделать это стоя, то орк, вырываясь и извиваясь, вполне мог приложить его головой или другой частью тела о стену или землю и вырваться. Но теперь, прижатый к земле, валуо более-менее беспомощен. Харухиро обхватил его шею правой рукой, а левой удерживал правую. Вырваться не так-то просто. Валуо пытался обеими руками вцепиться в лицо Харухиро, но тот как-то ухитрился увернуться. Я справлюсь, сказал себе Харухиро. Похоже, работает. Так. ...Вырубился. Валуо обмяк, на его лице застыл оскал. Да, точно. Не притворяется. Он точно потерял сознание. Харухиро оттолкнул орка и поднялся. Собрался уйти, но... Нет, нет, нет... Харухиро затряс головой. Так, наверное, нельзя? Ну, то есть, да, он без сознания. И вряд ли скоро очнётся. Но просто так оставить его ведь нельзя, да? Нужно что-то сделать. Что-то? Чтобы он не смог двигаться? Связать? Или... Сделать так, чтобы орк не очнулся уже никогда? Например... придушить? – Проклятье... – Харухиро прижал ладонь ко лбу. Не знаю, что делать. Я устал. Я не хочу. Этот молодой орк был совсем один. Хотя сейчас Драконий Фестиваль. Почему он сидел тут, вдали от всех, один? Он не любит большие сборища? Одиночка? Или изгой? Может, его травили? Может быть. Неважно. Он меня видел. Оставлять его в живых слишком опасно. Убью его. Один быстрый удар. Пора. Закончив, Харухиро покинул переулок и заторопился туда, где его ждали остальные. Не зацикливаться на этом. Незримость. Незримость. Собраться. Это случалось раз, значит, может повториться. Я могу встретить ещё одного валуо. Всё в порядке. Я всё сделал как надо. Всё хорошо. Никаких проблем. Чёрт. Так бывает. Нет, но как внезапно. Не ожидал. Нужно быть осторожнее. Конечно. Я буду осторожнее, ладно? Осторожнее осторожного. Ну да. Само собой. Чёрт... Хаухиро обернулся. Ноно. Стоит как труп. Нет, трупы не стоят. Харухиро часто говорят, что у него сонные глаза, но у Ноно глаза мертвеца. Он смотрит на Харухиро? Или нет? Не понять. Харухиро поклонился ему, и помахал рукой. – ...Привет. Голова Ноно склонилась направо, потом медленно снова налево. Выражение его лица не изменилось. Точнее, маска мешала Харухиро рассмотреть выражение лица. Жутковато как-то... – Эм... может... вернёмся? – Харухиро нерешительно показал в сторону склада, где прятались остальные. Ноно кивнул. Харухиро знал, что тот не разговаривает, но невольно подумал – «Да скажи же что-нибудь!». Хотя, возможно, говорить ему мешает маска-намордник. Возвращаться вместе с Ноно было по-странному неуютно. Когда Ноно успел подобраться сзади? Харухиро обернулся, потому что ощутил его присутствие? Или просто повинуясь какому-то подсознательному порыву? Неизвестно. Наконец, они подошли к складу. Там, судя по всему, обошлось без происшествий. Сидевший в углу Ранта при виде их подскочил с возгласом «Эй!» И тут это случилось. Ноно внезапно схватил Харухиро за шею. Тот не ожидал такого, и стоял спиной, так что увернуться не мог. Впрочем, Харухиро не был уверен в том, что смог бы увернуться даже ожидая нападения. Ноно прижал свой закрытый маской рот к уху Харухиро. Его голос, разумеется, звучал приглушённо. Скорее, даже хрип, а не голос. Слова звучали почти неразборчиво, но Харухиро почему-то отлично понял смысл сказанного. – ...Понял, – ответил он, и Ноно отпустил его. Потом подошёл к Лале и опустился на четвереньки. Едва вернулся, и его опять используют как стул. Лала не произнесла ни слова благодарности. Просто безжалостно уселась на спину Ноно, словно это совершенно нормально, и положила ногу на ногу. Выглядела она при этом весьма самодовольно. Харухиро, бессильно волоча ноги, подошёл к своим товарищам. – Ч-что... это было? – тревожно спросила Шихору. – Ничего... – Харухиро помотал головой, – Правда, ничего такого. – Этот тебе что-то сказал? – Ранта указал глазами на Ноно, – ...Стоп, он вообще говорить умеет? Хотя... должен, наверное.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Не называй его «этот», – бессильно одёрнул этого отброса Харухиро, – Его зовут Ноно-сан, ладно? – Л-ладно... – сказал Ранта, – Погоди, ты в норме? Как-то странно себя ведёшь. Что-то случилось? – Хе... Если уж ты волнуешься обо мне, значит, мне конец... – А ты то ещё хамло, а? – вскинулся Ранта, – По мне может и не скажешь, но я полон заботы, ясно? Рыцарь Заботливого Ужаса, понял? – Ты? Заботишься о Харухиро? – в словах Мэри звучала неприязнь. – Н-нет конечно! Что за глупости! Я не это хотел сказать! – Может даже не забота, а настоящая любовь? – хихикнула Юме. – Никакой заботы и любви! Дура! Что ты там себе навоображала, извращенка! Кузак коротко хохотнул. – Чем яростнее ты отрицаешь, тем больше это похоже на правду. – Кузакки! Я из тебя отбивную сделаю! Не шути с Рыцарем Ужаса! – Эй, – окликнула Лала-сама, – Ты, да, ты, макака. Надоел. Заткнись. Ранта немедленно вытянулся по струнке и отсалютовал. Его рот шевельнулся, произнося «слушаюсь!», но звуков не раздалось. Словно Лала на мгновение полностью починила его себе. Жутковато. Да, она и правда жуткая. Харухиро содрогнулся. И не только Лала-сама. Ноно тоже. Недавнее происшествие было просто до безумия страшным. Ноно сказал ему: «Если из-за вас Лала-сама получит хоть царапину – перебью всех. До последнего». Вот что он сказал. И, наверное, это не была пустая угроза. Ноно говорил всерьёз. А ещё он не выглядит нормальным. Но при это – вполне способным исполнить угрозу. Скорее всего, если Ноно решит убить их, то никто в команде Харухиро не успеет даже моргнуть, не говоря уже о том, чтобы защититься. Вопрос в том, почему Ноно выбрал именно этот момент для угрозы? Ну, не то чтобы у Харухиро не было предположений, но ему не хотелось об этом думать. И в любом случае, размышления тут не помогут. Харухиро решил пока что забыть про случившееся. Есть другие проблемы, требующие внимания. Множество проблем. Харухиро и его спутники покинули склад. Вышли из района мастерских, и миновали лежащий за ним жилой квартал. Харухиро шёл впереди. Как и раньше, он проверял, безопасен ли путь, а после давал сигнал остальным. Они избегали тех мест, где собирались празднующие орки, так что им мало кто встречался – но стоило оставаться настороже. Да, конечно, маловероятно встретить ещё одного орка-одиночку, но нельзя быть в этом уверенным. С другой стороны, если быть слишком осторожным, то они вообще никуда не дойдут. Если их обнаружат – или они сами наткнутся на валуо, придётся просто разобраться с ним быстро. Придётся смириться с этим. Ничто не идеально. ...Так ведь? Живот ныл. С лица лил пот. В горле пересохло. Они приближались к довольно широкой улице – но Харухиро уже разведал её, и, вроде бы, пересечь её получится. Он высунул голову. Валуо нет. Подал сигнал, и первым перебежал на другую сторону. Его товарищи вместе с Лалой и Ноно последовали за ним. Они всё ещё шли по жилым кварталам, но земля под ногами постепенно переходила во всё более крутой склон. То, что находилось дальше вверху, рассмотреть было сложно, но сверху их, должно быть, заметить легко. Нужно продвигаться вперёд как можно осторожнее. Живот ныл всё сильнее. Теперь Харухиро, наверное, с каждой секундой старел на год. Во всяком случае, он никак не мог отделаться от такого чувства. Вместо того, чтобы направиться прямо к Драконьей Горе, Харухиро старался при каждой возможности выбирать путь по узким переулкам. Каждую улочку, каждый поворот он внимательно проверял, прежде чем свернуть туда. Но даже такая разведка не идеальна. Нужно стараться сохранить самообладание, что бы ни случилось. Харухиро напрягал все свои силы. Всё его тело напоминало натянутую струну. Полегче, полегче – повторял он себе. Спокойнее. Оставаться спокойным. Нет, он не мог. Казалось, сердце вот-вот разорвётся на тысячу кусочков. Харухиро едва держал себя в руках – на одной силе воли, или упрямстве, или чём-то в этом роде. Но несмотря на это состояние, внешне он, наверное, выглядит сонным и равнодушно делающим своё дело. Харухиро не знал, хорошо это или плохо. Но, во всяком случае, он ещё не подошёл к своему пределу. Я справлюсь. Как-нибудь. С момента той неожиданной встречи он не видел ни одного валуо. Может, всё-таки получится пройти насквозь весь Валуандин без происшествий? Каждый раз, когда Харухиро надеялся на лучшее, случалось что-нибудь плохое. Впрочем, его худшие опасения тоже проявляли тенденцию сбываться, так что, наверное, не так уж и важно что именно он думает сейчас. – Слушайте... Барабаны вроде звучат совсем рядом, а?.. – проронил Ранта. Харухиро знал это ещё до его вопроса. А Лала с Ноно наверняка заметили всё задолго до него. Но ничего не сказали. Харухиро снова напомнил себе, что доверять им нельзя. Да, может они и не замышляют ничего злого (а может, и замышляют), но Лала с Ноно заботятся лишь о самих себе. Они решили сопровождать команду Харухиро только потому, что сочли это в нынешней ситуации полезным. Если положение поменяется, они наверняка без раздумий бросят Харухиро и его товарищей. Или, если понадобится, пожертвуют ими. И не испытают ни малейших угрызений совести. Но, с другой стороны, Харухиро с товарищами тоже сотрудничают с ними потому, что это выгодно. Так что, в каком-то смысле они квиты. Ну, если дело дойдёт до того, что встанет вопрос – бросать Лалу с Ноно или нет, то это будет другое дело. Харухиро, наверное. будет непросто принять такое решение. Может, он просто... наивен? Вполне возможно. Оставив остальных семерых ждать, Харухиро вскарабкался на крышу ближайшего здания и осмотрелся. По Валуандину передвигались колонны огней – наверное, факелов. Одна менее чем в сотне метров отсюда – иначе говоря, слишком близко. Что нам делать? Харухиро спустился вниз. Как объяснить? Мысли путались. – Ну, что? Уснул, что ли? – накинулся на него Ранта, пока он стоял, погружённый в размышления, – Ну, что? Что случилось? Харухиро! Я задал вопрос, отвечай, лысый дебил! – ...Похоже, проблемы. – Какие проблемы? – Они, наверное, ищут... нас. – Ищут нас... Стоп, что-о-о-о?! – Ранта ведь всё это время так громко болтал, – сказала Юме. – Заткнись, доска! Просто заткнись! У нас тут важный разговор? – Но откуда им знать что мы здесь? – спросила Шихору. Вполне резонный вопрос. С точки зрения его товарищей это, несомненно, загадка. Но не для Харухиро. Нет. Фактически, он более-менее мог предположить, откуда. Ему не хотелось в это верить, но оставалось лишь предположить, что всё именно так. – Для начала, надо бежать, – сказала Мэри, словно пытаясь убедить саму себя, и посмотрела на остальных, – Вопросы могут подождать. – Да, пожалуй, – кивнул Кузак, – Нужно убираться, пока нас не нашли. – Куда убираться? – заорал Ранта, – Мы вообще-то довольно далеко зашли! Куда тут бежать! Мы посреди города! – Бежать незачем, – Лала облизнула свои алые губы, и указала на Гору Огненного Дракона, – Для орков Валуандина Драконья Гора должна быть святым местом. Они не погонятся за нами туда, правильно? Ноно не сводил презрительного взгляда с Харухиро. ...Ж-жуть. Он явно взбешён. Они винят меня, чёрт. Во всяком случае, Ноно знает. Знает, кто виноват в случившемся. Да. Верно. Харухиро. Наверное. Ну, почти наверняка. Сам Харухиро дал бы от восьми до девяти из десяти, что виноват он. Он не убил того орка. Не смог. Только не того юного валуо. Он связал его по рукам и ногам, заткнул ему рот, и оставил в переулке. Наверное, нужно рассказать остальным, подумал Харухиро. Но времени ведь в обрез. Может, не сейчас? И кстати, почему Ноно не раскрыл меня? Ситуация, как ни посмотри, критическая. В том числе и для Лалы, она тоже в опасности. Так почему? Потому что Ноно не хочет говорить? Предпочитает сначала убить, а потом обвинить? Ждёт удобного случая? Неважно, надо торопиться. Мэри права. Выяснить причины можно и потом. – Скорее! К Драконьей Горе! – скомандовал Харухиро. Валуо били в свои барабаны, размахивали факелами и что-то кричали, прочёсывая город. Факелов было даже на первый взгляд очень много. Несколько сотен. А ещё, вполне возможно что далеко не каждый орк держит факел. Может, факелоносцев совсем немного – один из десяти или ещё меньше. Лучше исходить из того, что факел несёт лишь каждый десятый орк. То есть, всего больше тысячи – а может, в поисках Харухиро и его спутников занято даже несколько тысяч валуо. Харухиро попытался снова пойти впереди, но Ноно обогнал его. Ему оставалось лишь идти следом. Сказать «нет, я сам» Харухиро не мог. Тогда Ноно, скорее всего, просто убил бы его. А ещё он подозревал, что снова в чём-то ошибётся. Лучше пока не зацикливаться на том инциденте с юным валуо. Харухиро понимал это, но никак не мог выбросить тот эпизод из головы. И, честно говоря, сейчас он не чувствовал никакой уверенности в своей способности принимать решения. Сейчас? Только сейчас? А потом? Сможет ли он когда-либо сказать – «Так, теперь всё хорошо, я уверен»? Харухиро не мог себе такое представить. Ноно продвигался уверенно – иногда прямо вперёд, иногда поворачивал, а временами вёл всех назад другой дорогой. Как ему удаётся так легко, без сомнений выбирать маршрут? Время от времени шедшая позади всех Лала окликала его, приказывая повернуть направо, или налево, или идти прямо. Может, дело в ней? Потому что Лала поправит его, если Ноно ошибётся? Потому что она исправит его ошибки? Потому что они пара, они доверяют друг другу? Короче говоря, потому что Ноно не один? А Харухиро? У него ведь тоже есть товарищи. Не то чтобы он не доверял им, просто... просто... – Стоп! – выкрикнула Лала, и Харухиро осознал, что прямо перед ними появился отряд орков. На здоровенных валуо, чей рост превышал два метра а тела покрывала красно-чёрая краска, было страшно даже просто смотреть. Сердце Харухиро подскочило, и тут же рухнуло куда-то в пятки. Грудь пронзила резкая боль. Ноно накинулся на ведущего орка. Кузак поднял щит и бросился вперёд. Ранта следом. Ноно в мгновение ока рассёк горло первого валуо кинжалом в правой руке, и тут же прыгнул к следующему. Кузак врезался в другого, вероятно пытаясь сбить с ног ударом щита, но тот, превосходящий его и ростом и весом, устоял. Ранта рубанул валуо с факелом, но, хотя и заставил отпрянуть, серьёзной раны не нанёс. Харухиро схватился за рукоять стилета, перехватил поудобнее, и крепко сжал. Чёрт. Чёрт. Плохо. Он словно прирос к месту, ноги одеревенели. Что я делаю? Ничего. Харухиро не делал ничего. Он закрутил головой. Осматривался, и думал. Делал вид, что думает. Но, откровенно говоря, все мысли вылетели из головы. – Сюда! – крикнула Лала. При звуке её голоса Харухиро ощутил, как с плеч сваливается гора. Она указывала на переулок чуть в стороне о того, из которого они пришли. Харухиро отправил Юме, Шихору и Мэри вперёд, дождался пока Ранта развернётся и побежит, а Кузак, заслоняясь щитом от пинков противостоящего ему орка, попятится назад. Ноно задерживал валуо, кружа между ними, нанося смертельные выпады кинжалом и сокрушительные удары ногами. И ведь он не так уж и высок и силён с виду, но ухитряется одолевать огромных валуо. Одним кинжалом. Как ему это удаётся? Нет, не время восхищаться. Ранта скрылся в переулке. Кузак всё ещё пятился – противник продолжал наседать на него. Нужно что-то сделать, подумал Харухиро. Да, точно. Я должен. Должен сделать хотя бы это. Ну же. Он пронёсся мимо Кузака и его противника, потом резко развернулся, нанося орку Удар в Спину. Харухиро рассчитывал поразить почки, но достать до органов у него не вышло. Орк обернулся. Кузак ударил его щитом в челюсть, и проткнул выпадом своего чёрного меча. Слова были не нужны. Не сговариваясь, они с Харухиро бросились к переулку. Ноно за ними. К переулку. К переулку. Переулок оказался очень узким, наверное, всего метр в ширину. Лала поджидала их, изящно указывая направо. Почему она до сих пор не бросила команду Харухиро? О чём думает Ноно? Нет. Неважно. Не сейчас. Пока остаётся только молча следовать за Лалой. Это единственный и лучший выбор. В конце концов, сам Харухиро не справится. У него нет плана на этот случай. Он сможет лишь слепо бросаться из стороны в сторону. Лала не такая. Она ничем не выказывает, что напугана. И Ноно тоже. Они спокойны, как всегда. Мне стоило бы брать с них пример, думал Харухиро. Но, пусть он и хочет быть таким, удастся ли? Вряд ли. Невозможно. Он может трудиться всю жизнь, но никогда не сможет стать таким как Лала и Ноно. Они выбежали на широкую, мощёную булыжниками дорогу. Отсюда открывался вид на весь город – они уже забрались довольно высоко, почти к окраине. А по дороге к ним уже неслись орки. – Ахаха! – расхохоталась Лала, – Тормоза! Мы победили! Правда? Или она лжёт? Лала выбежала вперёд, и повела их отряд по дороге, вверх по склону. – Кру-у-уто! – завопил Ранта. Валуо уже практически настигли их. Это, похоже, та самая дорога от дворца к Драконьей Горе. Откуда Харухиро это знает? Потому что видит. Дорогу чётко обрисовывали в темноте сотни горящих факелов. Невероятно. Там полно орков. Киккава, будь он здесь, наверняка воскликнул бы что-то вроде «тельно-офиги!» Ну, или нет. Как же я скучаю по Киккаве, подумал вдруг Харухиро. Ну, с ним вроде всё в порядке, так что, наверное, они смогут однажды встретиться? Но, пожалуй, надежды на это мало. Харухиро никак не мог отделаться от пессимистичных мыслей. Грязевой поток. Размахивающие своими драконьими шестами орки, в своей чёрно-красной раскраске и напоминающей перевязь праздничной одежде казались грязевым потоком, хлещущим вверх по склону, стрямящимся поглотить Харухиро и его спутников. Сложно было определить, сколько метров разделяет замыкающего Ноно и передних преследователей, но вряд ли больше десяти. На самом деле, наверное, даже меньше. Ноно, возможно, смог бы оторваться от них, если бы по-настоящему захотел. Но Шихору и Кузак, похоже, бегут на пределе сил, да и Мэри, кажется, приходится нелегко. Судя по всему, рано или поздно их всё-таки настигнут. Неужели ничего нельзя сделать? Неужели это конец? Это я во всём виноват. Это я всё испортил. Простите. Простите меня. Простите. Мне так жаль. Всё из-за меня. Это я виноват. Я всё испортил. Всё. Я. Что мне сделать, чтобы вы простили меня? Да, ничего. Конечно же. Это ведь я во всём виноват. Никто другой. Только я! Харухиро бежал со всех ног, плача и крича. Он не оборачивался. Он смотрел только вперёд. Не просто потому, что боялся. Он не хотел ничего видеть, не хотел ничего знать. Хватит. Всё равно всему конец. Из-за меня теперь всем конец. Мы все умрём. Нас забьют до смерти, превратят в кровавый фарш. Странно. Время шло, но этого не происходило. Смерть, казалось, должна была настигнуть его в любой момент, но Харухиро всё ещё был жив. Он пробежал между двумя каменными колоннами, покрытыми резьбой, изображающей стилизованных драконов. Они наконец покинули город. Дорога продолжалась, уходила вверх по крутому склону, но зданий по бокам больше не было. По обе стороны лишь каменные склоны. Ни деревца. Там и сям, словно пульсируя, из горы вырывалась лава, и поднимались клубы дыма. – Они не гонятся! – радостно прокричала Юме. Понятно. Вот оно что. Харухиро утёр с лица пот, слёзы, сопли и слюну, и обернулся. Валуо были там. Они не ушли, но остановились возле колонн. Их словно сдерживал какой-то незримый барьер. Священная земля. Вероятно, для орков Валуандина Драконья Гора священна, и, возможно, они не могут последовать за ними сюда. Так оценивала положение дел Лала, такое предположение она высказала и, в итоге, оказалась совершенно права. Лала действовала расчётливо, и победила. Надежда, наверное, была не только у Ноно, но и у Ранты, Юме, Шихору, Мэри и Кузака. Один Харухиро лишился её. То отчаяние испытал он один. Страх лишил его рассудка. Он опозорился. Невероятно опозорился. Ему захотелось провалиться под землю. Просто умереть, чтобы не жить с этим позором. Дорога превратилась в каменные ступени. Склон был таким крутым что, казалось, без ступеней они просто сорвались бы вниз. Наконец, они преодолели обрыв. Дальше склон стал почти горизонтальным, а дорога резко оборвалась. – Офуахаха!.. – невнятно воскликнул Ранта, – Вон! Вон они! Это же и есть саламандры, да?! Стойте, а им вообще нормально там, в лаве?! Горный склон был испещрён впадинами и возвышениями, повсюду текли реки лавы и били лавовые фонтаны. В лаве плавали саламандры, ныряли в глубину и выпрыгивали вверх. Собственно, если попытаться описать их внешний вид, то они выглядели как сгустки лавы в форме ящериц. Неподвижные, они были неотличимы от окружающей лавы. Так что, фактически, Харухиро не знал, сколько именно саламандр вокруг. Возможно, вся эта лава и есть саламандры. Ну, скорее всего нет, но исключить этот вариант он тоже не мог. – А теперь давайте поосторожнее, – тихо сказала Лала, словно до этого момента все вели себя беззаботно. Насколько же у неё крепкие нервы? Или она боится, просто не подаёт виду? Нет, не может быть. Просто у неё нервы из стали. Ноно шёл впереди, пробуя ногой землю перед каждым шагом. Лала сразу за ним, а следом Ранта, Кузак, Мэри, Шихору, Юме и наконец Харухиро. Они не обсуждали это заранее; такой порядок организовался сам собой. Сам Харухиро не сказал ни слова и поэтому, наверное, остальные предположили что он согласен идти последним. На самом деле он ни о чём таком не думал, но также и не был против. Скорее, он чувствовал благодарность. Ему нравилось позади; позади просто чудесно. Сзади на него никто не смотрит. В своём нынешнем состоянии он просто не смог бы вести остальных. – Изначально мы заинтересовались этим местом, – принялась объяснять Лала, несмотря на то, что никто не спрашивал, – Из-за того, что здесь живут орки. Потому что они живут и в Гримгаре. Раз эта раса существует в двух разных мирах, то логично предположить, что миры связаны. По нашему опыту, если эта раса создаёт где-то колонию, то от колонии до других поселений должен быть путь. Хотя, бывают случаи когда пройти по этому пути назад не так-то просто. – Здесь огненный дракон... – Шихору, придерживая рукой шляпу, боязливо перепрыгнула через узкий поток лавы. Одновременно с этим из лавы вверх выпрыгнула саламандра, и почти задела её ногу. – А-а!.. – Думаете, тут правда есть дракон? – Юме непринуждённо перескочила вслед за Шихору, и, разумеется, саламандра тут же снова прыгнула вверх. Юме с лёгкостью увернулась, – Как-то тут тихохонько. Харухиро разбежался и оттолкнулся изо всех сил, стараясь не смотреть ни на лаву, ни на саламандру. Нужно что-то сказать. Не стоит так замолкать. Но что говорить? Да, ему, пожалуй, найдётся что сказать остальным. Но что будет, если он скажет? Неизвестно. Он не хотел даже представлять себе это. – Думаете, это вершина? – Кузак показал куда-то вверх и влево. Там и правда вырисовывался на фоне неба тёмный силуэт. Как далеко, интересно? Несколько сотен метров? Или больше? – Погоди-ка... – Ранта вдруг остановился, – Харухиро. Ты ведь что-то там говорил, раньше, а? Ещё в Валуандине. А ещё... ты плакал. Или мне показалось? Харухиро просто помотал головой. Он не ответил. Когда он попытался шагнуть вперёд, Ранта оттолкнул остальных и подошёл ближе. – Ты что-то говорил, что-то о том, что всё из-за тебя. Что это было? Типа, это ты во всём виноват. И сейчас как-то странно себя ведёшь. Ну, типа, ты всегда странный, ясное дело. Эти твои сонные глаза и всё такое. Но сейчас ты какой-то не такой. Что на тебя нашло? – ...Потом, – прошептал Харухиро. – А-а-а? – Потом расскажу. Обещаю. Сейчас... это неважно. – Нет, важно, – Ранта схватил его за воротник, – Важно, я сказал! Хватит выкручиваться! Слушай сюда, меня просто бесят такие уклончивые ответы! – Поэтому я и обещаю рассказать позже! Сейчас не время! – С чего это? Ты от меня не отделаешься! Когда я решаю что-то сделать, я делаю! Я выбью из тебя правду, чего бы это не стоило! – Ранта! Хватит! – Юме попыталась встать между ними. Её движение оттолкнуло Харухиро назад. Он оступился. А позади, неважно насколько узкий, тёк поток лавы. Он не наступил ногой прямо в него, но задел край правым каблуком. Раздалось шипение, запахло палёным. – Угх!.. – Хару-кун?! – вскрикнула Юме. – Нет, я... в порядке?.. – Харухиро присел и ощупал ступню. Он отдёрнул ногу почти сразу, так что вряд ли ожог серьёзный. По крайней мере, он на это надеялся. Харухиро провёл пальцами вдоль подошвы. Вроде, каблук оплавился? Но ведь пострадал только ботинок? А то что внутри? Болит, и вроде... горячо?.. – Я и-извиняться не собираюсь, понял? – бросил Ранта, – Э-это Юме виновата, и ты сам! А я нет! Во всём этом нет ни крупицы моей вины! – Ты сам крупица... – пробормотала Шихору. – А?! Что ты там вякнула, тухлый дряблый батоновоз?! – Т-тухлый... Д-дряблый?!.. – Хару! Дай посмотрю! – Мэри протиснулась мимо Шихору, Юме и Ранты, и присела рядом с Харухиро. Лала пожала плечами, насмешливо наблюдая. Ноно придвинулся к ней вплотную и что-то прошептал на ухо. Возможно, убеждает принять решение. Вроде, «не пора ли бросить их», например. Плохо. Очень плохо. Нужно убедить их передумать, иначе быть беде. – Эй, не на... – Харухиро оттолкнул собравшуюся вылечить его Мэри в сторону и поднялся. Правую пятку пронзила боль, он тихо взвизгнул. – А? Вершина пошевелилась? – Кузак произнёс что-то странное. – Горы не движутся, – произнесла Лала насмешливым, мурлыкающим голосом, – То есть это не гора, не так ли? – Но если это н-не... – Ранта повернулся и посмотрел на вершину – точнее, на то, что они считали вершиной, – Э-это... Это же?.. Нечто покачивалось влево и вправо – нет, не только. Этот звук. Точнее, удары. Сотрясалась сама земля. Нечто приближалось. – Бежим! – инстинктивно закричал Харухиро. – К-куда?! – закричал в ответ Ранта. – Не знаю!.. Куда? Куда бежать? Назад, откуда пришли? Но далеко ли они убегут? Смогут ли спуститься с горы? Путь в Валуандин закрыт, это очевидно. Но тогда что? Откуда ему знать? Харухиро, разумеется, предпочёл бы последовать за Лалой и Ноно. Те пропали. Секунду назад они были здесь. Нет. Харухиро увидел их спины. Они убегают. На мгновение они пропали из виду в тени большого булыжника. До них уже больше пятнадцати метров. – З-за ними! За теми двумя! Скорее! – Чёрт! Вот сука! – взвыл Ранта. – Шихору, беги первая! – выкрикнула Юме, – Юме будет сразу за тобой! – Д-да! Поняла! – Мэри-сан, и вы! – Ладно! Хару, бежать можешь?! – Д-да, могу! Скорее! Кузак, за ней! – Да! Удары становились всё громче, они всё сильнее сотрясали землю. Харухиро отчаянно старался не отстать от Кузака. Каждый шаг правой ноги отдавался во всём теле пронзительной болью. Он старался бежать, не наступая на правую пятку, но это отнимало много сил. Если принять во внимание вес доспехов и прочего снаряжения, то по скорости Харухиро был бы первым или вторым в команде. Кузак же – последним. И всё же положение Харухиро выглядело безнадёжным. Он не только не догонял Кузака – с каждым шагом он всё больше отставал. Кузак иногда оборачивался, сбавлял шаг и ждал его. Харухиро в такие моменты едва не рыдал от счастья, но это не помогало. Пусть ему и удавалось чуть нагнать, он очень быстро отставал снова, зачастую ещё больше чем раньше. Внезапно Кузак исчез. Он наконец бросил Харуиро? Нет, не может быть. Харухиро протиснулся между двумя булыжниками, на небольшую площадку. Там был не только Кузак – и все остальные тоже. Даже Лала с Ноно, хотя они и держались чуть поодаль. Кузак обернулся, посмотрел на Харухиро – и на что-то за его спиной. – !.. – его тихий выдох звучал, по меньшей мере, зловеще. Возможно, это и преувеличение, но для Харухиро этот выдох прозвучал как звук труб Страшного Суда. Он не мог решиться. Посмотреть самому, или лучше не надо? Его голова повернулась почти сама собой, глаза сами собой нашли то, что настигло их. Харухиро не сожалел, что посмотрел, и не радовался тому, что сделал это. Все мысли просто вылетели из головы. Ему нравилось думать о себе, что он повидал всяких существ. Например, бога гигантов Даскрэлма. Ну, вопрос о том, можно ли считать его живым существом оставался открытым, но он был поистине огромен. То же существо, что Харухиро увидел сейчас, не выглядело как что-то непомерно большое, превосходящее их размерами на порядок. Но нечто в форме глаз этого существа пробудило какие-то потаённые инстинкты в Харухиро. Оно не было красивым, не было прекрасным. Нет, что-то иное. Если назвать одним словом... Ужасающее. Да, оно, пожалуй, было и таким, но это далеко не всё. Всё его тело покрывала красноватая чешуя – или, может, чешуя была чёрной с красным отливом. Этим оно напоминало рептилию. Пожалуй, можно было бы назвать его гигантским ящером, но такое определение ему совсем не шло. Оно стояло на четырёх лапах, но две передние, похоже, могли служить и в качестве рук. Передние лапы выглядели удивительно ловкими. Длинная шея, и маленькая голова – относительно маленькая. Маленькая в плане пропорций тела, но достаточно большая, чтобы проглотить человека целиком. Туловище поджарое. Существо не выглядит грузным и неповоротливым. Его мощные задние лапы, пожалуй, могут придать ему значительную скорость. Длинный хвост вытянут и поднят вверх. Дракон. Скорее всего любой, даже тот, кто не знает про существование драконов, с первого взгляда понял бы – это существо особенное. Услышав, что это дракон, любой поверил бы сразу, без сомнений. Даже не зная, что такое драконы, любой подумал бы – о, вот оно что, вот они какие. Драконы, должно быть, запечатлены во всех нас на уровне инстинктов. Неудивительно, что орки Валуандина поклоняются ему. Неудивительно, что они приносят ему жертвы. Харухиро, разумеется, дрожал. Ему было страшно – так страшно, как, возможно, никогда в жизни. Но в то же время, им завладело и ещё одно чувство. Драконы невероятны. Правда, это просто круто. Существа вроде этого и правда существуют. Он, в каком-то смысле, идеален. Хотя, не совсем понятно чем именно, но он великолепен. Дракон.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Огненный дракон разинул пасть, изогнул шею, и втянул воздух. Он делает глубокий вдох? Харухиро не знал, что происходит, но напряжённо наблюдал. Или, точнее, вид дракона заворожил его. В глубине драконьей глотки плясали слабые огоньки. Что это, подумал он. Только лишь это. – Ува-а-а-а-а-а! – при звуках вопля Ранты Храухиро наконец задумался что, пожалуй, чутьё на угрозу подвело его. Он обернулся. Товарищи разбегались в отчаянной попытке убраться как можно дальше. Словно травоядные, бегущие при виде волчьей стаи. Разумеется, Ранта и остальные вовсе не травоядные, а на горе не водятся волки. Только саламандры и дракон. Похоже, все просто пытаются убежать от дракона. Ну, да, разумеется они хотят сбежать. Почему Харухиро до сих пор стоит? Это он тут ненормальный, а не остальные. Дракон втягивал, втягивал, втягивал воздух – и, наконец, выдохнул. Нет, не просто выдохнул. Или драконье дыхание всегда такое? Харухиро покатился кубарем. Налетевший горячий вихрь сбил его с ног. Огонь. Пламя. Дракон изрыгнул пламя. Харухиро, возможно, получил ожоги. Было так горячо, что он словно плавился – так ему показалось. Сколько времени прошло? Несколько секунд? Минут? Или ещё больше? Харухиро не знал. Он лежал на боку, словно иссушённый трупик гусеницы. Впрочем, он буквально ощущал себя иссушённым. От всего тела поднимался пар. Одежда стала ломкой и крошащейся. Глаза, нос и рот пересохли. Кожа, казалось, готова в любой момент лопнуть. Харухиро боялся даже моргнуть. Но если он не моргнёт, если не сможет выдавить хоть пару капель слёз, с глазами случится что-то совсем нехорошее. То же самое касается носа и горла. Он должен использовать всю оставшуюся в теле влагу чтобы смочить их, иначе у него появятся большие проблемы. Он, похоже, не горит. Огненное дыхание не обожгло его. Но, впрочем, наверное это просто потому, что Харухиро не получил прямого удара – поток пламени пронёсся над ним. Но даже этого хватило, чтобы оставить его в таком состоянии. Если бы драконье дыхание попало точно в него, то от Харухиро в мгновение ока остался бы лишь пепел. Значит, дракон не целился в него когда изрыгал пламя. Но тогда в кого? Харухиро слышал удары – шаги огненного дракона. Он ощущал их. Дракон уходит. – Ранта... Мэри... Юме... Шихору... Кузак... – выдавил Харухиро. Его товарищи пытались сбежать – очевидно, от огненного дракона. Или от его огненного дыхания. Дракон метил в них? Не в Харухиро, а в них? Он изрыгнул пламя в них? Вот почему Харухиро уцелел? Благодаря им? Что произошло? – Я должен... найти их... Верно. Неважно, что случилось. Первым делом он должен их найти. Цепляясь за каменистые выступы Харухиро заставил себя подняться на ноги. Правая пятка болела с такой силой, словно вот-вот отвалится. Впрочем, пожалуй, эта боль и спасла его. Он был за это благодарен. И, честно говоря, был бы рад потерять сознание от боли. Но нет, судьба не столь благосклонна. Придётся всё же искать остальных. Повернувшись в ту сторону, куда убегали его спутники, Харухиро увидел спину дракона. Там, куда излилось огненное дыхание, образовался оплавленный кратер. Теперь он наконец осознал всю мощь драконьего огня. Прямое попадание не обратило бы Харухиро в пепел – вполне возможно, от него попросту ни осталось бы ни следа. А ещё это может означать, что ему не удастся найти товарищей. Не думай об этом, прикрикнул он на себя. Не смей воображать всякие глупости. Вообще не думай. Иди. Заставь себя идти. Шевелись. Для начала, шевелись. Убедить себя следовать прямо за драконом не получилось. Слишком опасно. Харухиро решил идти в обход. Дракон, наверное, что-то ищет. Возможно, его спутникам удалось сбежать. Тогда дракон преследует их. Если обойти его и обогнать то, может быть, удастся воссоединиться с ними. Верно. Надежда есть. Ещё не всё пропало. Харухиро начал пробираться вперёд, не выпуская дракона из поля зрения, стараясь не подходить слишком близко и не отдаляться слишком далеко. Местность работала против него. Слишком много неровностей, выступов, спусков и подъёмов. Во впадинах, там где, казалось, будет легко пройти, бурлила лава, а в лаве всегда были саламандры. Потом он всё же потерял дракона из вида, и ощутил внезапную вспышку паники. Лихорадочная спешка стоила ему нескольких ожогов. Харухиро поймал себя на мысли – «не лучше ли прыгнуть в лаву и покончить со всем этим?» Наконец он заметил вдали дракона, и самообладание вернулось к нему. Дракон здесь. Харухиро не смог сдержать смеха облегчения. – Они ведь живы, да?.. Все живы, – пробормотал он себе под нос. Не сомневайся в этом. Усомнишься – проиграешь. Проиграешь? Кому проиграешь? Себе, наверное. Слабости в моём собственном сердце. Хархиро никогда не считал себя сильным, но разве он всегда был настолько слаб? Он-то считал что вырос – пусть и не знал точно, насколько. Но что с ним такое ни с того ни с сего? Он в совершенно ужасном состоянии. Я думал, что вырос? Я думал, что со всем справлюсь? А вырос ли я вообще? Как я вообще ожидал от себя чего-то? Идиот. Когда дошло до дела, я всё та же жалкая мошка. Я бесполезен. В смысле, у меня же нет никакого таланта. Я старался, потому что ничего другого мне не оставалось. И, вроде, сделал всё что мог. Этого мало? А может, не имеет никакого значения – много или мало. Всё равно никакой надежды не было. Как бы я ни старался, как бы ни выкладывался, неважно, что бы я не делал, всегда есть пределы моим возможностям. Я что, действительно думал, что смогу что-то изменить? Правда? Это же просто смешно. Будь реалистом. Я же знал с самого начала. Я не смогу быть никем, кроме себя самого. Я не смогу стать кем-то лучше, чем я сам. Я это просто я. Хрупкий и безнадёжно слабый. Этого не изменить. В конце концов я остался самим собой. Иначе и быть не могло. Я крошечен и ничтожен. Да, пока я ещё способен жалко цепляться за что-то, пока я ещё жив, но это ненадолго. Я это я. С меня хватит. Пора покончить со всем этим. Вон он, этот дракон. Так далеко впереди. Обогнать его? Мне? Как будто я могу. Больно. Не только пятка, всё тело одна сплошная боль. Не хочу идти. Не могу. Я просто останусь здесь. Сяду, и останусь здесь. Харухиро и правда уселся, обхватил колени руками и долго смотрел в пустоту. – Как же я жалок... – пробормотал он. Смехотворно. Нет, серьёзно. Раз уж я отчаялся, почему бы не сдаться совсем? Или я не могу? Слабо? Да, конечно. Мне не под силу даже это. Вот оно, истинное положение вещей. Меня сейчас просто стошнит от собственного ничтожества. А ведь я хотел стать кем-то особенным. Хотел же, да? Надеялся. Вроде тех, выдающихся людей. Тех, кем я восхищался. Сома, Кемури, или Акира-сан и Михо, или даже Токимунэ и его команда. Ах да, и Рэнджи. Они поразительны. Глядя на них, я думал «вот бы и мне стать таким, как они». Но только думал, и всё. Потому что это невозможно. Что я мог сделать, чтобы хоть чуть-чуть к ним приблизиться? Ничего. Вообще ничего. Здесь ничего нельзя сделать. Да, я знал это с самого начала – но теперь просто умру здесь, ни разу, ни единого разу не став кем-то особенным. Что можно сказать про такую жизнь? Это одиноко. Это печально. Ну, я смирился. Жизнь одна, неважно, какая она – другой не будет. Жизнь это нечто незаменимое и драгоценное, правда же? Незачем сравнивать себя с другими. Когда смотришь на себя, и смотришь на кого-то ещё, мера может быть лишь одна. То, что ты думаешь о себе самом. Я, конечно, не знаю будущего, но, в общем-то, вижу к чему всё идёт. Похоже, совсем скоро все будет кончено, так что нужно хотя бы произнести слова благодарности моей никчёмной жизни. – ...Как будто ты сможешь. Идиот, – пробормотал Харухиро. Мне хотелось прожить такую жизнь, о которой смог бы рассказывать с гордостью. Хотелось быть кем-то, кому завидуют. Но я убедил себя, что ни на что не способен, и жил скромно, робко. А потом использовал это как оправдание, делал вид, что вкладываю все силы чтобы достигать того, на что способен. И пытался удовлетвориться тем, что имею – но, в конце концов, это смехотворно. Я не сделал всего, на что был способен. Такое чувство, что всё в своей жизни я делал спустя рукава – и это совершенно никуда не годится, но, похоже, занавес всё равно вот-вот упадёт, и никакое моё недовольство этого уже не изменит. Нет, Харухиро не собрался с духом, не решился бороться до конца. Просто сидеть стало слишком невыносимо. Он просто не мог оставаться в той же позе и, не видя иного выбора, поднялся. Такова истина. В тот момент Харухиро вовсе не назвал бы свои инстинкты натренированными и обострёнными – но затылок пронзило какое-то колющее предчувствие. Не оборачиваясь, он кувыркнулся вперёд – и тут же сзади что-то врезалось в землю. Избегая опираться на правую ногу, он резко крутанулся на левой, одновременно выхватывая стилет. Его враг, вооружённый чем-то вроде длинного мачете, уже замахивался снова. Харухиро не думал – «он убьёт меня, если попробую увернуться», в его действиях не было расчёта. Тело среагировало само. Он бросился вперёд, и боднул врага головой в живот. Харухиро попытался пырнуть противника стилетом, но тот отскочил назад. Харухиро продолжал наседать, не отвлекаясь и не задаваясь вопросами – кто ему противостоит и что вообще происходит. В какой-то момент он осознал, что уже держит в левой руке свой кинжал. Правая пятка болела. Он солгал бы, если бы сказал что рана не беспокоит его, но не позволял боли отвлечь себя. Харухиро нападал. И нападал снова. И снова. Вражеский клинок был примерно 120 сантиметров в длину, то есть гораздо длиннее, чем оружие Харухиро. Враг также превосходил его самого размерами, а значит, Отбив тоже не поможет – долго отражать удары не получится. Харухиро не анализировал положение – вывод пришёл инстинктивно. Нужно держаться вплотную и нападать. Противнику оставалось лишь уклоняться и убегать. Он был вооружён, но почти гол. Внешне, пожалуй, напоминал орка – но не такого мощного телосложения, как орки Валуандина. И, пожалуй, этот орк не просто тощий – его тело напоминает натянутую струну. Кожа выцветшая и шероховатая. В некоторых местах виднелись странные вздутия, в других – морщины. Возможно, это ожоги. Не просто какая-та часть, всё тело. И эти глаза. Он вообще видит? Оба глаза белые и мутные. Впрочем, зрячий или нет, но враг, даже отступая, всегда держался в стороне от лавы. Орк двигался изящно, словно мастер боевых искусств. И, пожалуй, так оно и было. Харухиро наседал, а орк защищался – но это вовсе не означало, что он загнан в угол. Харухиро попросту вынужден нападать. Если он не будет атаковать, то атакует противник. А защититься от его удара вряд ли получится. Если бы не правая пятка, то Харухиро, возможно, рискнул бы и попытался сбежать, но сейчас, когда он едва может наступить на ногу, сбежать ни за что не удастся. О том, чтобы вступить в переговоры и выторговать себе жизнь, тоже оставалось только мечтать. А значит, единственный вариант это сражаться – пусть схватка и выглядит безнадёжной. Выхода может быть только два. Убить или быть убитым. Прикидывать шансы не было времени, но мысли роились в голове сами собой. Враг движется очень странно. Он стоит на цыпочках. Его ноги словно врастают в землю. Невероятно ловкий. Орудует своим мачете одной правой рукой. Левая даже не держит рукоять. Мачете. На вид не из металла. Каменное? Оружие словно высечено из камня. Длинное мачете, высеченное из камня. Может быть, самодельное. Он живёт здесь? А что он ест и пьёт? Тут вообще можно выжить? Сейчас нападёт. Да, замахивается. Орк изогнулся и отклонился вбок. Длинное каменное мачете рванулось вперёд. Харухиро не отступил. От этого удара не уйти. Он вложил все свои силы в Отбив кинжалом с гардой. Серию ударов он не отразит, но если только этот... Тяжелый. Орк оказался очень силён – но Харухиро выдержал. Защитившись, он тут же атаковал сам, но орк, странно сморщившись, ускользнул назад и в сторону. Улыбается? Пускай себе. Пусть улыбается. Я улыбаться не буду. Я нападу. Харухиро сблизился, нанося укол стилетом. Кинжал он постоянно держал наготове. Он знал. Знал, даже не раздумывая об этом. Орк наслаждается схваткой. Видимо, этот орк ненормальный даже для орка. Он упивается боем, старается смаковать каждый момент. Наверное, орк намерен заставить Харухиро показать всё, на что тот способен, а после убить, когда удовлетворится тем, что увидел. В таком случае, у Харухиро, пожалуй, есть крошечный шанс на победу. Кроме того, он уже и так выкладывался в полную силу. Он не сможет двигаться быстрее, не сможет сильнее бить стилетом. Это предел его возможностей, так что, продолжая в том же духе, он будет лишь слабеть. Нельзя затягивать. Шансы нанести удачный удар тают с каждой секундой. И орк, должно быть, тоже это понимает. Если они будут сражаться, сражаться, и снова сражаться, то в конце концов удача, положение противников и множество различных факторов будут постепенно склоняться в пользу одного из них пока, в конце концов, сильнейший не одержит победу. И, в данном случае, этим сильнейшим не будет Харухиро. Победит орк. А значит, не дожидаясь этого неотвратимого конца, Харухиро должен поставить всё на одну отчаянную попытку. И орк, разумеется, тоже это знает. Он пытается вынудить его поступить именно так. Давай, попробуй – словно бы говорит он. Ну же, решайся. Линия света не появлялась. Перед мысленным взором Харухиро встал невидимый, узкий мост – и у него нет иного выбора, кроме попытаться по нему пройти. А на другом конце моста – он. Орк. Он знает, что Харухиро идёт, и нетерпеливо ждёт возможности сокрушить его. Шансы Харухиро, пусть и не нулевые, но очень близки к нулевым. И всё же он пройдёт по мосту. Потому что у него нет выбора? Потому что он должен? Нет. Вовсе нет. Потому что я хочу жить. Я не хочу умирать. Я не могу позволить себе умереть. Я убью его и выживу. Выживу. Выживу. Выживу, ради всего, чего я стою. Я одолею его. Я одержу победу. А теперь, вперёд. Штурм. Раньше он думал, что сражается на пределе сил но, наверное, ошибался. Харухиро удивил даже самого себя. Он не знал, что может двигаться так быстро. Благодаря этому, похоже, ему удалось превзойти и ожидания орка. Повезло. Харухиро ринулся вперёд, мгновенно сократив дистанцию настолько, что мачете врага уже не могло достать его. Всё, что ему оставалось – это с одержимостью безумца колоть стилетом и резать кинжалом. Орк поспешно поднял колено в попытке защититься. Харухиро бешено рубанул кинжалом, отбивая колено обратно вниз. Орк выбросил вперёд левую руку. Он пытался обхватить Харухиро, прижать к себе и не дать наносить удары. Харухиро не обращал внимания. Он воткнул стилет в живот врага. С силой ударил ножом орку подмышку. Напряг ноги и повалил его. Орк обхватил Харухиро обеими ногами и стиснул, левой рукой вцепившись ему в волосы. Врезал рукоятью своего каменного мачете по голове. И всё же Харухиро продолжал проворачивать стилет у орка в кишках. Бешено врубаться ножом в подмышку, пытаясь отпилить правую руку орка от плеча. Вцепился зубами тому в шею. Вгрызался в кожу, мясо и артерии. Хлынула кровь. Не просто тёплая – горячая. Харухиро рванул зубами и снова впился зубами в открытую рану. Орк завопил. Харухиро лишь сдавленно хрипел. Уничтожу, уничтожу, я уничтожу тебя, уничтожу, уничтожу пока ты не сдохнешь. Жить, жить, я выживу, я буду жить. Победить и жить. Я выживу. Убей или будь убитым, выживи или умри, и умирать буду не я. Умрёшь ты. Стоп, может, уже всё?.. Нет. Рано. Харухиро не останавливался, пока не остыла вытекающая из орка кровь. И лишь когда он полностью, безошибочно убедился что враг мёртв, силы оставили его тело. Он разрыдался. Харухиро заревел. Он победил. Харухиро победил. Противник был силён. В плане чистой силы, наверное, сильнее его. Гораздо сильнее. Так почему же Харухиро победил? Вряд ли враг был небрежен. Орк постоянно оставался наготове, настороже. Однако, если сила врага была, скажем, десятью, то он, наверное, оценил силу Харухиро в пять, или даже четыре. Харухиро и сам так считал. Но в тот, последний момент, он сумел добавить к этой пятёрке ещё самую малость. Исход боя решило именно это. Да, Харухиро рискнул всем. Всё прошло так, как он планировал. В каком-то смысле, идеальная победа. Слабый одолел сильного, одолел сам, вырвал победу полагаясь лишь на себя и собственные способности. Харухиро посмотрел на труп врага. Нужно узнать о нём как можно больше. Рост орка, наверное, что-то вроде двух метров и двадцати сантиметров. Взвесить его нечем, но, наверное, гораздо больше ста килограммов. А может даже двести или триста. Огромный. На вид тощий, но всё же огромный. Всё тело покрывают следы ожогов. Шрамы даже на кончиках пальцев ног. Наверняка нанесены самостоятельно. Орк сам жёг себя. На оскаленных клыках вырезан какой-то сложный узор. Дракон, конечно же. Харухиро обшарил вещи орка. На талии у того был пояс, и на поясе – подвешенные к нему мешочки и ножны. Харухиро нашёл кольцо, на вид золотое, четыре чёрных предмета напоминающих чешую и маленький нож. Он решил забрать всё себе. Глаза орка были широко раскрыты, так что Харухрио закрыл их и сложил руки мертвеца на груди. Это просто показалось ему правильным поступком. Его посетило странное чувство родства. Этот орк словно разделил его жизнь с ним. Благодаря ему Харухиро теперь жив. Но Харухиро с ног до головы покрывали ссадины и царапины. Теперь было бы проще назвать ту часть его тела, которая не саднила и не болела. Жизнь, которую орк подарил ему, может очень скоро угаснуть. И всё же, сейчас он почему-то жив. А раз он жив, значит, есть то, что он должен сделать – точнее, то, что он очень хочет сделать, и то, что он не может не сделать. Ему отчаянно хотелось найти товарищей. Даже не секунду он не подумал – «Уверен, с ними всё в порядке», или «Мы обязательно увидимся». Он не надеялся ни на что, но он очень хотел найти их. Он решил искать. Пока жизнь теплится в нём, он будет искать. Оставив мёртвого орка, Харухиро пошёл прочь. Когда через некоторое время он оглянулся, труп облепили саламандры. Без следа насмешки Харухиро подумал что, наверное, это второй по достоинству конец, который можно встретить здесь. Первый, пожалуй, это вызвать на бой дракона и либо погибнуть в его пасти, либо в пламени его дыхания. Орку такой конец не достался. Харухиро не знал, где искать. Он не знал даже, в каком направлении идти. Временами вдали он замечал огненного дракона. Странно, но вид дракона ободрял его и вызывал на его лице улыбку. Когда боль и усталость завладевали им настолько, что он не мог идти, Харухиро принимал это и садился передохнуть. Иногда ложился. Если не получится снова встать, что ж, пусть так. Он мог бы просто смириться – но смирение не приходило. Если Харухиро потеряет сознание, то, конечно, сделать уже ничего не сможет. Но до тех пор он был уверен – его воля не ослабнет. Я хочу найти товарищей. После всего, через что я прошёл, это уже не кажется жалким. Я просто не хочу бродить здесь один. Здесь слишком одиноко. Несколько раз он засыпал – даже не столько засыпал, сколько отключался. Каждое пробуждение приносило ему счастье. Я всё ещё жив. Я могу искать дальше. А ведь, пожалуй, я чувствую себя так, словно могу пойти куда угодно. Когда в я ощущал это в последний раз? Я катался на велосипеде... Велосипеде? Не знаю, что это, но тогда я думал, что он может привезти меня куда я захочу. Тогда мне казалось, что весь мир открыт передо мной. Что тогда вывело меня на улицу? Ах да, то самое. Та самая обычная вещь, её видишь постоянно. Радуга. Тогда только-только прошёл дождь. И я увидел радугу. Где она начинается и где заканчивается? И я решил пойти посмотреть. Я поклялся, что найду. Тогда я сдался на полдороге. Но не сейчас. Я буду идти, пока меня несут ноги, и даже если радуга исчезнет, я просто подожду, пока она появится вновь. Когда я закрываю глаза... Да. Я чётко её вижу. Радуга. Семицветная дуга в небесах. Я пойду к радуге. Пойду к радуге, и не остановлюсь, пока не приду. Харухиро ощутил сотрясение почвы, и открыл глаза. Огненный дракон был почти рядом – так близко, что приходилось запрокидывать голову, чтобы окинуть его взглядом. Харухиро подумал было помахать рукой, но остановился. Он решил не шевелиться. Да, возможно, дракон растопчет его. Что ж, будь что будет. Он ничего не сможет изменить. Харухиро закрыл глаза, и любовался радугой. Через какое-то время дракон ушёл. Я жив. Всё ещё жив. Но тело так отяжелело. Отяжелело и стало неповоротливым. Наверное, можно передохнуть. Да. Сделаю привал. Харухиро нашёл отличное место. Впадина, и почему-то прохладная. Прохладная? Да нет, очень холодная. Как странно. Ведь вся земля вокруг горячая. Постепенно он осознал, что ползёт. Ну да, идти ведь так тяжело. Ползти, конечно, тоже не легко, но легче чем идти. Как далеко простирается эта впадина? Похоже, довольно большая. Но, наверное, это хорошо. Здесь хорошо. Внезапно его окутала кромешная темнота. Он смутно запомнил свою мысль перед тем, как сознание покинуло его: «Ну вот, наверное, и конец». И всё же его глаза распахнулись вновь. Похоже, я ещё жив. Упрямый, однако. Ну, в конце концов, жить значит не умирать. Не получалось пошевелить даже пальцем. Все силы уходили только на то, чтобы дышать. Харухиро оставался в этом состоянии очень долго, уже не надеясь ни на что, но внезапно его посетила мысль что он может встать. Что ж, почему бы и не попробовать. Он попробовал, и у него получилось. Такими темпами он, пожалуй, умрёт ещё не прямо сейчас. То есть, придётся до тех пор пожить? Ну, что ж, ничего другого не остаётся. Но когда он сел, привалившись спиной к каменной стене, все мускулы расслабились так, словно из него вырвали какое-то жизненно важное ядро. Я больше не вижу радугу. И как же тут темно. Очень темно. Стоп, где я?.. Впадина. Та прохладная впадина? Харухиро осмотрелся. Это... это же пещера, вон там? – Что, правда?.. – прошептал он. Было темно, в глазах мутилось, так что он почти ничего не видел но, наверное, это вход в пещеру. На дне впадины была дыра, шириной примерно в два метра. Не вертикальная – что-то вроде диагональной щели. Непохоже на обычную пещеру. Слишком тут холодно. Это неестественно. Это же вулкан, покрытая лавой гора. Харухиро сидел перед самым входом в пещеру. Это туннель. Ничем другим он быть не может. Туннель в Гримгар. – Невозможно... Он сможет вернуться. Вернуться в Гримгар. – Это... радуга... Из горла вырвался стон. ...Как? Как это может быть началом радуги? Это конец радуги. Нет никакой радуги. Никогда и не было. Радуга лишь мерещилась ему. Этого не может произойти. С самого начала не могло. Я ведь уже не могу двигаться. И как я могу вернуться один? Так нельзя. Вернуться можно лишь всем вместе. Пусть я и нашёл нашу цель, но какой в этом смысл, если я один? Так вот какой финал припасла для меня судьба? Таков мой конец? Как глупо. Но если, просто если, если вдруг хоть часть моих сил вернётся, и я смогу двигаться, я пойду искать их. Я обязательно пойду их искать. И, в конце концов, умру в одиночестве. Пусть это бессмысленно. Пусть это больно и неприятно, до самой своей смерти я буду жить ради чего-то. Я буду жить. Не знаю, смогу ли я вообще подняться. Не буду даже надеяться, что смогу проснуться. Но если проснусь, то обязательно продолжу, как бы бессмысленны не были мои усилия. А сейчас, спать. Вот бы кто-то спел мне колыбельную. Не люблю одиночество. Кто-нибудь, побудьте со мной. Кто-нибудь. ...Пожалуйста. Мне просто нужно, что бы кто-то был рядом. «Пробудись» Сон. Это, наверное, был сон. Этот голос. Я уже слышал его. Мужской голос. Кто это был? Но я никак не мог его слышать. Наверное, просто приснилось. Веки слиплись. Харухиро попытался открыть глаза. Что он думал при этом? «Я всё ещё жив»? Просто чудо, что он жив. Но жив ли он? Это же не загробный мир, нет? Неудивительно, что его посетили сомнения. Он что-то слышал. Если слух не обманывает его то, пожалуй шаги. Он всё-таки остаётся Вором, пусть и ничем не выдающимся, так что уж шаги-то определить в состоянии. Шаги приближаются. Несколько человек. Пятеро, кажется. – А-а!.. Он услышал голос. Не отдавая себе в этом отчёта, он заставил себя приподнять голову и развернуться в том направлении, откуда голос донёсся до него. Я жив. – Хару!.. – к нему подбежала Мэри. Она обняла его, провела ладонью по его лицу. Мэри. Какая же она красивая. Я словно заново это осознаю сейчас. Да. Ну, не знаю. Что тут сказать? Просто нет слов. Харухиро попытался улыбнуться. Он не знал, получилось ли. Не факт. – Хару-кун, Хару-кун! – Юме рыдала. – Харухиро-кун!.. – Шихору. – Харухиро! – Нет, чёрт, дерьмо! Нет, нет, нет! Дерьмо-о-о!.. Хватит сквернословить, подумал Харухиро. Перестань. Хотя, пожалуй, нет. Не переставай. – Я тебя вылечу! Сейчас! Хару! Ты слышишь?! Держись! Всё будет хорошо! Все здесь! Харухиро кивнул, и закрыл глаза. Он увидел радугу.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Послесловие Экшн-игры даются мне нелегко. Пожалуй потому, что я не в состоянии повторять одно и то же снова и снова. Во время игры я начинаю замечать – О, вот тут я должен делать вот так и вот так. Раз или два я так и делаю, но дальше уже тяжелее. Я начинаю хулиганить и поступаю иначе. Нет, вы, должно быть думаете что всё дело в недостатке практики, и поиграв достаточно долго я смогу всё сделать правильно. Может и так, но, честно говоря, похожую проблему я испытываю с выстиранным бельём. У меня никогда не получается свернуть простыни одинаково – разве что я изо всех сил заставлю себя складывать их все как положено, и направлю на это всё своё внимание. Кстати, странное дело... У меня есть десять похожих футболок, и все они свёрнуты по-разному. Вот так бывает. А когда все футболки свёрнуты по-разному, их не получается аккуратно сложить в шкаф. Как и носки с нижним бельём. Так что у меня в шкафу вечно беспорядок. Ну, наверное, это просто особенность моего характера, или, возможно, особенность устройства моего мозга. Просто почему-то мой мозг работает так. Я люблю экшн-RPG, но играю в них отвратительно. Это печально. Между двадцать четвёртым ноября, тем днём когда я пишу эти строки, и датой начала трансляции аниме «Гримгар из пепла и иллюзий» ещё остаётся время, но уже совсем немного. Вчера мне позволили присутствовать в студии озвучивания. Аниме получается замечательное, и я с нетерпением его жду. И, пожалуй, это будет познавательно. Манга-версия Гримгара, созданная Окубаши Муцуми-сан, изданная в Gangan Joker, следует в общих чертах тому же сюжету, что и новелла, но слегка отличается в некоторых деталях и нотках. Я нахожу это весьма ободряющим. Я, как писатель, должен трудиться ещё лучше. В конце концов, Гримгар только начинается. Харухиро и его товарищи могут продвигаться лишь на один шаг за раз – если могут вообще. По тому, как развиваются события, я не совсем уверен, куда именно они смогут добраться, и смогут ли хоть куда-то, но если продолжать идти, то дорога обязательно откроется. Впрочем скажу, что у меня есть некоторые мысли о том, где я хотел бы закончить историю. Впрочем, всё зависит от героев, так что они могут оказаться где-то в совершенно другом месте, но будь что будет. Некоторым до сих пор почти не выдавалось шанса показать себя, так что я планирую время от времени давать им такую возможность. У меня кончаются страницы. Благодарю моего редактора, К-сан, Ширай Эйри-сан, дизайнеров из KOMEWORKS, а также всех, занятых в издании и распространении этой книги, и, наконец, всех вас, тех, кто держит эту книгу. Позвольте выразить вам мою глубочайшую благодарность и любовь. И на этом я на сегодня откладываю перо. Надеюсь, мы увидимся снова. Дзюмодзи Ао.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начлаьные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Блуждания в тумане

Проход был тёмным и извилистым. А ещё временами он становился настолько узким что, казалось, они упирались в тупик. Свет лампы выхватывал из черноты лишь ближайшие полметра. Временами он касался стен – на ощупь твёрдых и шероховатых. Почва под ногами ощущалась такой же. Чем дальше они уходили, тем слабее становился огонёк надежды. Казалось, теперь хватит слабейшего дуновения чтобы погасить его. Да, они были осторожны, да, они двигались осторожно, выверяя каждый шаг. Но оправдаются ли их усилия? Правильный ли выбор он сделал? Или всё это – одна большая ошибка? Сначала, когда они только вошли сюда, было жарко, но с тех пор температура опустилась. Сухой воздух почему-то пах тиной. – Эй, Парупиро... – начал Ранта. – Чего тебе, Рантароноске? – Так, приятель, а ну не смей прилеплять всякую хрень к моему великому имени. Пришибу. – Сначала перестань коверкать моё собственное, и я подумаю. – У меня есть права, Парупёрорин, и лучше бы тебе не пытаться их нарушать, – угрожающе сказал Ранта, – Но погоди, ты точно уверен?.. – Всё в порядке, – тут же ответил Харухиро, и прикусил губу. Действительно? Я уверен в этом? Нет. Ну конечно же нет. Он не знает, всё ли в порядке. Да и откуда ему это знать? Этот проход ведёт из Дарнггара в Гримгар. Есть ли что-то, подтверждающее эту теорию? Да. Рассказ Унжо-сана. На границе бывших королевств Нананка и Ишмаэл команда Унжо-сана забрела в какую-то местность, застланную туманом, и через найденную там пещеру попала в Дарнггар. Унжо-сан – бывший солдат добровольческого корпуса, намного опытнее Харухиро и его товарищей. Вряд ли такой человек стал бы им лгать. Ему можно верить. Но даже он мог искренне заблуждаться, например забыть или что-то перепутать. И даже если рассказ Унжо-сана – совершенная истина, кто сказал что это тот самый проход? И вообще, проход ли это? Если нет... Для начала, как они определят, что это никакой не проход? Если они упрутся в тупик, то Харухиро придётся признать – он ошибся. Верно, подумал он. У нас нет иного выборы. Мы должны пройти так далеко, как только сможем. Но так ли это? А что, если они зайдут так далеко, что уже не смогут вернуться назад, и лишь там обнаружат, что прохода дальше нет – что тогда? Не лучше ли выбрать момент и вернуться, пока они ещё могут это сделать? Выбрать момент? Но как? Как его определить? Терзаемый вопросами, Харухиро посмотрел вверх. Поднял лампу. Потолка видно не было – они словно шли по глубокому, тёмному ущелью. Тут всё не так, подумал он. Этот проход совсем не такой, как те туннели, по которым они прошли из Вандерхоула в Гримгаре в Даскрэлм, а потом из Даскрэлма в Дарнггар. Для начала, здесь нет гремлинов. Лала рассказывала про них. Гремлины умеют перемещаться между мирами – или же находить места, где миры соединяются, и прокладывать путь через них. А здесь гремлинов нет. Не значит ли это, что я ошибся? Может, и значит. А может, и нет. Неизвестно. Как давно они вообще идут по этому проходу? Чувство времени не просто притупилось – оно будто полностью изменило им. Дни, проведённые в Дарнггаре казались каким-то давним воспоминанием; что же до Гримгара, то Харухиро уже не верилось, что они вообще там были. Существует ли Гримгар? Или это просто плод воображения? Как можно вернуться куда-то если не уверен даже существует ли это место? Идти вперёд, повернуть назад – какая разница. Им уже не выбраться отсюда. Им остаётся только идти дальше, пока держат ноги. Какое же это «всё в порядке»? Ничего не в порядке. Харухиро обманул. Он солгал своим товарищам. Солгал себе. Сожаление, ненависть к самому себе, груз ответственности, беспомощность, отчаяние – все эти чувства разом навалились на него. Опутали его. Сковали. Как можно идти дальше под таким грузом? Не лучше ли остановиться? Рядом по-прежнему были товарищи, но Харухиро чувствовал себя одиноким. Лампа в руках освещала путь, но он ничего не видел. Он словно очутился в непроглядной темноте, брошенный и одинокий. Разве этого не достаточно? – в отчаянии подумал он. Пора остановиться. Это же нечестно. Почему я один должен всё это переживать? Ранта может возражать сколько хочет. Ему-то хорошо. А знаешь, приятель, если не нравится, попробовал бы сам. Прими ответственность на себя. И посмотрим, как ты справишься. Я-то никогда этого не хотел. Я не стал бы предводителем, если бы у меня был выбор. И я не шучу. С меня хватит. Пусть кто-нибудь заменит меня. Неважно кто. – Уверен? – прозвучал вопрос. Харухиро обернулся и встретился глазами с Мэри. – Что случилось? – спросила она. – Только что... – начал было Харухиро, но осёкся. Никто ничего не спрашивал. Вопрос прозвучал лишь в его голове. Голос просто послышался ему. Конечно. Он никак не мог услышать этот голос наяву. Ведь это был голос Манато. Манато больше нет. Он остался лишь в воспоминаниях Харухиро и его товарищей. Но, что если бы Манато и правда спросил об этом? Уверен ли Харухиро? Как бы он ответил? Если бы Манато мог спросить, то Харухиро наверняка попросил бы его о помощи. Пожалуйста. Вернись к нам, прошу. А Манато, наверное, улыбнулся бы немного неловко, и ответил «Я не смогу заменить тебя, даже если захочу. Ты ведь знаешь это, Харухиро». – Ну, не мне судить, но... – снова заговорил призрачный голос. Странно. Очень странно. Голос Могзо звучит совсем как живой. – Если ты правда не хочешь... Если тебе тяжело... Думаю, ты можешь отказаться, – проговорил Могзо, – Если ты всё расскажешь им, они поймут. Но... – Но уверен ли ты в этом, Харухиро? – снова спросил Манато. – Если ты устал... – при звуках голоса Шихору Харухиро подумал что, может быть, разум ещё не покинул его. Его ноги продолжали шагать. – Нет, всё хорошо, – Харухиро покачал головой, но потом подумал – а остальные? Похоже, он по-прежнему способен на здравые мысли. Так уверен ли я, что с меня хватит, подумал он. Ну, не знаю? Может, нет? А что думают остальные? Ну, если даже я вдруг скажу «С меня хватит. Я больше не предводитель, пусть кто-нибудь заменит меня», они, наверное, будут в замешательстве. Наверное, просто попытаются уговорить меня передумать? Ну, тогда я останусь главным. Никто другой ведь не хочет, и я это знаю. Так что я соглашусь. Только потом, что бы ни случилось, чур не жаловаться. Если дела пойдут совсем плохо, то и остальные разделят вину с ним – за то, что так долго заставляли такого никчёмного человека быть предводителем. Это не будет только его вина. Харухиро ведь не один. Пусть он, как предводитель, и напортачил, но вина всё равно будет общая. – Ты правда так думаешь? – спросил Могзо. Да, Могзо, подумал Харухиро. Я вовсе не такой отличный парень. У Харухиро нет силы воли. С тех пор, как погиб Манато, у него было полно времени свыкнуться с ролью лидера – но, получается, он даже не знал, насколько не готов к ней. Он плыл по течению, подстраивался под обстоятельства, и до сегодняшнего дня кое-как ухитрялся разбираться с возникающими перед ним задачами. Вот и всё. Манато был не таким. Он вёл команду совсем недолго, но создавалось такое чувство, что следуя за ним они смогли бы чего-то достичь. Словно Манато привёл бы их к чему-то большему, лучшему. Манато был бы настоящим лидером. – Мы стали хорошей командой, – сказал он как-то раз. Теперь, вспоминая те времена, кажется что Манато в тот момент увидел что-то. Некий путь, по которому им нужно идти. У него было видение их будущего. Он стоял впереди всех, смотрел дальше всех, вперёд и вверх. А Харухиро не видит ничего. Даже не пытается смотреть. Он даже думать не может о том, что ждёт их в будущем. Что будет с ними завтра... нет, даже сегодня? Что произойдёт? Харухиро этого не знает. Нет, не только он – никто этого не знает. Он не хотел надеться на лучшее. Он вообще старался ни на что не надеяться. Он не хотел переживать разочарования. Он не хотел, чтобы разочарования причиняли боль. Он никогда не задавал себе высоких целей. Он желал лишь о том чего, как ему казалось, он способен достичь. Если же это не срабатывало, ну, значит так тому и быть. Можно просто в последний момент отказаться от ответственности. А какой ещё выбор у него был? Он просто не годится для такого. – Ты точно уверен? – снова спросил Манато. Нет. Нет. Конечно нет. Манато ничего не говорит ему. Он просто не может. Манато не подскажет ему выход. Могзо на заслонит его собой, не взмахнёт мечом. Эти двое не помогут Харухиро. Не ободрят его. Потому что их здесь нет. Потому что они мертвы. Харухиро остановился, и его спутники остановились тоже. Он глубоко вдохнул. Здесь пахло немного иначе – хотя он и затруднился бы объяснить, в чём отличие. Воздух был влажным. – Некоторые препятствия попросту непреодолимы, – сказал Харухиро вслух, – Такова жизнь. Иногда ты просто бессилен. И я не могу обещать, что с нами в итоге всё будет хорошо. Харухиро, разумеется, не может стать как Манато. Но всё же он хочет открывать вместе со всеми что-то новое. Хочет вести их за собой так, как это делал Манато. И он найдёт способ осуществить это – не потому, что не имеет выбора, а потому, что таково его желание. Он решит свои проблемы – по одной за раз. И для начала, во что бы то ни стало он не сбежит. Не бросит свой долг, свою роль. Он решился – это тот поступок, который он никогда не совершит. – Но всё же, – продолжал Харухиро, – Мы справимся. Ну, мы ведь столько пережили вместе. Нынешняя ситуация и близко не так тяжела как всё то, через что мы прошли. Когда мы все вместе, я спокоен. – Сколько пафоса, – Ранта фыркнул, – Ну, если что случится, у тебя есть я. Я всё улажу. – Если о чём-то и тревожиться... – пробормотала Шихору. – Что-о?! Я тебя сейчас лапать начну! Ты и эти твои сиськи! – Твоя похоть слишком уж даёт о себе знать, – вздохнул Харухиро. – Завались, Пярупёророн! И вообще, отвали! Меня уже распирает, понял! – Слишком много информации, Ранта-кун... – проговорил Кузак. – Заткнись! Ладно, Кузакки, Парупиро, а что насчёт вас?! При том, как мы всё это время жили вместе с женщинами, любого здорового мужика уже давно бы распирало так, что он бы взорвался! Скорее, с ним что-то не так если он спокоен в такой ситуации! – Это так? – Мэри, бросив взгляд на Харухиро с Кузаком, обронила вопрос, ответить на который не так-то просто. – Ну... – они переглянулись. Кузак мотнул головой в не совсем понятном жесте. Харухиро опустил взгляд и покрутил шеей. – ...Не совсем, ну, во всяком случае для меня. Ну, в смысле, у каждого это индивидуально, ну, то есть да, это бывает у всех, но каждый, скажем так, справляется с этим по-своему... – Хр-рм... – Юме скрестила руки и надула щёку, – Эй, эй, Ранта вот всё говорит что его распирает, но что там у него распирается? – Э, ну... – О, и ещё Юме думает что если у него там вот-вот что-то взорвётся, то ему наверное надо просто выпустить это всё из себя. – Юме... – Шихору потянула её за рукав с почти сочувствующим видом. «А?» Юме прозвучало настолько естественно, словно она вовсе не дурачилась. Харухиро это отчего-то по-настоящему обеспокоило. Мэри смотрела под ноги, словно размышляя о чём-то. Не знает, что делать? Кузак почему-то смотрел вверх. Очевидно, пытается сделать вид что разговор его не касается. Нечестно. – Хихихихи... – Ранта мерзко рассмеялся, – ...Хихихи. Гвахахахаха! Верно, Юме. В точку. Раз меня распирает, то нужно просто выпустить это из себя! Вот он, единственно верный ответ! – Угу, потому Юме и предложила. – Но! Проблема в том, что я не могу просто захотеть и выпустить, – объявил Ранта. – А? Не можешь? – Ага. Типа того. Короче, мне нужно чтобы ты мне немножко помогла. Ну, в конце концов это же твоё предложение. Мне нужно полапать сиськи. Так что ты позволишь мне полапать твои. А пока я буду лапать твои сиськи, я... – Дарк, – произнесла Шихору. Появился элементаль, словно пройдя через дверь в невидимый мир. Он выглядел как чёрная нить свитая в форме человека. Элементаль Дарк примостился у Шихору на плече. – ...Э-эй, – Ранта попятился, – П-постой. Шихору? Не надо – Не смей называть меня по имени. Ты мерзок. ...Дарк. – Эй, эй, эй, эй, я, я п-понял, ну что, погоди, ты всё не так поняла, я-я-я-я, это была шутка, понятно? Просто маленькая шутеечка! Пойми же! – Не понимаю и не хочу понимать. – Простите!!.. – Ранта с такой силой бухнулся на четвереньки, что ударился головой об землю, – Мне правда жа-а-аль! Извините! Я был кругом неправ! Этого не повторится, клянусь! Поверьте! Прошу, умоляю! Ранте лучше быть благодарным за то, что его дешёвого поклона оказалось достаточно, чтобы Шихору смягчилась. А ещё ему лучше бы как следует переосмыслить своё поведение. Ни единого шанса на это? Да. Ни одного. Как бы то ни было, им, наверное, осталось пройти ещё совсем немного. Воздух был влажным. А ещё Харухиро чувствовал дуновение – пусть и едва заметное, и с той стороны, куда они идут. Он старался держать в узде свой оптимизм, но и в излишнем пессимизме нет никакой нужды. В любом случае, ответ не заставит себя долго ждать. Продолжаем идти, подумал он. Если не останавливаться, то скоро всё узнаем. – Туман, – прошептала Мэри. – Ага, – согласился Ранта. Повисла долгая пауза, – Э-эй?! Почему все молчат?! Ну же, говорите же! «Точно», «Эй, а он прав», или ещё что! Самое время сказать что-то такое! Вы что, издеваетесь надо мной?! Мои чувства, вообще-то, тоже можно ранить! Хотя, нет, не дождётесь! – «Не дождётесь», значит, – вздохнул Харухиро. Он даже немного завидовал толстокожести Ранты. Туман. И правда, в проходе теперь висела какая-то тонкая дымка, или пелена или марево. Наверное, точное название зависит от видимости, да? Может, маревом это называют только весной. Как бы то ни было, в воздухе висело множество крошечных капелек воды, всё вокруг казалось белым. Чем дальше они заходили, тем гуще становился туман – пусть и едва заметно. Унжо-сан, старший солдат добровольческого корпуса, однажды забрёл в застланное туманом место на границе бывших королевств Нананка и Ишмаэл,и заблудился. А потом он нашёл пещеру, и через проход в этой пещере попал в Дарнггар, на гору огненного дракона. Пол внезапно перешёл в подъём. Наверху показался яркий белый круг. Как луна, подумал Харухиро. В Дарнггаре нет ни солнца ни луны, а луна Гримгара красная. Эта же – белёсая. Где я видел такую луну? Харухиро не знал, но отчётливо её помнил. Белая луна в непроглядно-чёрном небе. Это, должно быть... наш родной мир, наверное? – Это не выход, вон там? – спросил Ранта необычайно сдержанным, даже опасливым тоном. – Давайте не будем спешить, – Харухиро понимал что сейчас у него, должно быть, очень сонные глаза. Он, разумеется, не устал. Скорее, все его чувства сейчас напряжены. Я хочу оказаться там как можно скорее, думал он. Но спешить нельзя. Нельзя торопиться. Осмотримся и медленно приблизимся. Он оглядел товарищей. Все напряжены. И возбуждены. Не слишком ли натянуто они держатся? Ну, их можно понять. В конце концов... возможно, мы наконец вернёмся домой. А может быть, мы уже дома. Харухиро погасил лампу. Её свет больше не нужен. Белое. Туман такой густой. И всё же, светло. Так светло, что режет глаза. Он сделал глубокий глоток холодного, влажного ветра. Воздух совсем не такой, как в Дарнггаре. Другой вкус, другой запах, всё другое. Казалось, что каждая клетка в его теле поёт от радости. Харухиро поймал себя на том, что ему хочется прямо здесь станцевать небольшой победный танец. Он, впрочем, не стал. Рано праздновать. Выход прямо здесь. Всего в трёх метрах. Они идут вверх по склону, так что сейчас одним шагом Харухиро преодолевает около сорока сантиметров. Значит, до выхода семь или восемь шагов. На шестом шаге он вдохнул, и остановился. Седьмой шаг. Восьмой наконец вывел его наружу. Вокруг всё белое. Харухиро почти ничего не видел. Он снова напомнил себе – рано радоваться. Они не знают ни рельефа местности, ни вообще где они оказались. – Мы всё же вернулись... – произнёс за его спиной голос Юме. В нём слышались плачущие нотки. Шихору молча вздохнула. Мэри обняла их с Юме за плечи. Кузак просто торжествующе стукнул себя в грудь и снова сосредоточился на деле. Это зрелище ободрило Харухиро. Ранта просто крутил головой. Небо затянуто тучами, или дело лишь в тумане? Солнца не было видно, но, судя по тому, как светло вокруг, оно довольно высоко в небе. – Мы где-то на границе бывших королевств Нананка и Ишмаэл... Наверное, – сказал Харухиро. Ноги едва слушались. Он цокнул языком. Хорошо бы преодолеть эту слабость. Нет, он просто должен. – Где мы находимся в точности я не знаю, – добавил он, – Но одно ясно – нам нужно на юг. А юг... эм, Юме? – Н-ня? О. Ну, если бы солнышко было видно, Юме бы сказала. Госпожа Луна или звёзды тоже бы помогли. О, ну ещё можно попробовать определить по древесным кольцам на пеньках. – Солнца не видать.. – Кузак посмотрел в небо, потом огляделся вокруг, – А вот пни есть. Во всяком случае, деревья точно есть. Как и сказал Кузак, вокруг росло множество деревьев. Некоторые стройные, некоторые искривлённые, не толстые и не тонкие. Землю покрывали растения, напоминающие папоротник. После пары шагов обнаружилось, что земля очень мягкая – почти как грязь. – Тяжело идти... – пожаловалась Шихору. – Пфех, – сплюнул Ранта, – Не знаю уж, насколько эти твои сиськи тяжёлые, но терпи и не ной. Это пустяки. Мэри, с ничего не выражающим лицом, замахнулась посохом. – Кажется, в прошлый раз ты маловато поползал на карачках. – А-ай! Н-ну я же говорил, шучу, просто шучу! Ну что ты сразу! Где чувство юмора! Смех – смазка для отношений! Как я! Харухиро мог бы подобрать острую реплику в ответ, но тогда перепалке не будет конца, и Ранта будет становиться тем невыносимее, чем больше внимания получит. Впрочем, забудем про Ранту. Они немного побродили возле входа в пещеру. Вокруг было множество оврагов и возвышенностей. Пней Харухиро не нашёл. Похоже лес тут никто не рубит – ни люди, ни кто-либо ещё. Может, попробовать срубить дерево самим? Пожалуй, это можно сделать оружием, но Упокойник Ранты и чёрный меч Кузака плохо приспособлены для этого. Ван-тян Юме напоминает мачете, так что, наверное, им легко рубить ветки. Но вот с целым деревом, пожалуй, придётся нелегко. – Ну что, не может даже по-быстрому свалить дерево магией? Кроме сисек никакой пользы... – вполголоса обронил Ранта. Шихору, кажется, не расслышала – но он определённо не усвоил урок. Так что, попытаться срубить дерево? Или нет? Мелкое решение, но Харухиро удивительно долго не мог его принять. – Хмм, а кста-ати, – протянула Юме, пока он ещё колебался, – По деревьям конечно можно определить где юг, но учитель Юме говорил ей, что у этого метода низкая точность. А когда Юме спросила, значит ли это что надо делать срез пониже, он ответил «Нет, это значит что направление удастся определить только примерно». Сложно быть решительным предводителем. И всё же Харухиро всё ещё стремился таким стать. – Первым делом... – он решил заговорить. Если молчать, остальные занервничают. Лучше просто скажу что-нибудь, подумал Харухиро. А пока буду говорить, может, появится какая-нибудь мысль, – ...Первым делом, мы направляемся в Ортану. Это наша основная цель, но она очень далеко. Километров шестьсот, а может, и семьсот отсюда... Расстояние ошеломляло, даже притом что он сам его назвал. Триста километров нужно пройти только по Ветреным равнинам к северу от Ортаны, чтобы добраться до Леса Теней, где, по рассказам, живут эльфы. К северу от Леса Теней располагаются земли бывшего королевства Аравакия, а ещё севернее – Нананка и Ишмаэл. Иными словами, от Ортаны их отделяют пятьсот, шестьсот, а то и все семьсот километров. А может, даже больше. Как они доберутся до города? Они же не знают дорогу. К тому же здесь вражеская территория. Задача выглядит невозможной. Нет, нет, нет. Перестань, сказал себе Харухиро. Не смей сдаваться. – Если предположить, что до Ортаны семьсот километров, то путь займёт тридцать пять дней при условии, что мы будем проходить двадцать километров в день, – продолжал Харухиро, – Думаю, нам это вполне под силу, но это значит, что путь предстоит долгий. Потребуется вода и еда. Из-за тумана тут очень плохо видно, и это одновременно плохо и хорошо. Если тут есть враги, им будет сложнее нас заметить. А даже если заметят, в тумане нам будет проще скрыться. Что же до направления... Ну, туман со временем должен рассеяться. Если бы он висел тут круглый год, здесь бы не росло столько деревьев. Если отправимся наобум и лишь много позже выяснится, что мы выбрали неверное направление, то никакого проку в этом не будет. Так что на первое время останемся у пещеры и подождём, пока туман хотя бы немного не прояснится. Как только определим направление, отправимся в путь все вместе. А пока я пойду на разведку один, буду стараться не заблудиться. Одному мне идти безопаснее; я понимаю, что вам сейчас нелегко, но постарайтесь хотя бы немного отдохнуть. – Эм, – Юме подняла руку, – А можно Юме с тобой? – Не надо, – зашептал Ранта, – Это может быть опасно. – Чего это ты так волнуешься за Юме? Занимайся своим телом! – Я-я не волнуюсь! К-кто станет волноваться за тебя, д-дура! И говорят "своим делом", а не телом! – А-а. Юме оговорилась. Своим делом, ну да. – Т-так будь внимательнее!.. – Чего ты так трясёшься?.. – передёрнула плечами Шихору, – Ты гадок. – Да уж, – Мэри кивнула и смерила Ранту холодным взглядом, – Мне от него как-то не по себе. – У меня тоже есть права! – завопил Ранта, – Я заплачу! Серьёзно! Уваа, уваа, уваа, женщины издеваются надо мной! Дискриминация! Дайте мне полапать сиськи! Просто попробовать, как это наощупь! И почему он так упорно хочет потрогать женскую грудь? Должен же быть предел его сексуальной озабоченности. Он вообще нормальный? Смотрится немного жутковато но, пожалуй, беспокоиться не о чем. Ранте не хватит духу попробовать добиться своего силой. Харухиро обдумал вопрос Юме. Юме Охотник. Её знания и навыки могут помочь. А ещё у неё острое зрение и слух. Также она быстрая и ловкая, а значит, не будет обузой. – Хорошо. Юме, ты тоже со мной, – решил Харухиро, – Остальные – ждите здесь. – Някей! – объявила Юме. Они отправились на разведку. Харухиро, просто на всякий случай, по пути оставлял на деревьях пометки ножом. Так что теперь, даже потеряв направление, они смогут вернуться к товарищам. И всё же, местность была неудобной – или, попросту говоря, невыносимой. Внезапные спуски и подъёмы, почти без ровных участков. Вряд ли здесь удастся как следует осмотреться даже если туман рассеется. Фактически, в какой-то момент туман и правда стал реже, но обступившие со всех сторон деревья и склон очередной возвышенности всё так же блокировали обзор. – Сейчас, наверное, где-то между полуднем и вечером, – заговорила Юме, – Ну, Юме так чуется. – Да, пожалуй что так, – согласился Харухиро, – Но я тоже полагаюсь на догадки, впрочем. По ощущениям Харухиро, они уже прошли примерно пятьсот метров по более-менее прямой линии от пещеры. И не нашли ничего. Ощущение, что задача предстоит не из лёгких, с каждой минутой всё усиливалось. И всё же Юме была бодра и весела, так что при всей тяжести их положения оно не казалось настолько безвыходным каким, вероятно, являлось. – Ты всегда выручаешь меня, – сказал ей Харухиро. – Фува? Чего это вдруг? – Ну, в смысле, без тебя наша команда была бы довольно угрюмой. – Хм-м... Но ведь даже без Юме Ранта был бы всё таким же шумненьким, правда ведь? – Да, но благодаря тебе мне не приходится так уж сильно бодаться с ним. – Этот Ранта... – Юме внезапно остановилась и склонила голову набок, – Почему он всегда так сильно хочет потрогать грудь? Всем мальчикам хочется трогать девочек за грудь? – Ну... – если смотреть на мужчин как на одно целое то, наверное, это правда, но с другой стороны, если так обобщать то это, наверное, и неправда тоже. А может, и правда. Но Харухиро отчего-то был твёрдо уверен, что это не так. – Зависит от человека, – ответил он наконец. – А Хару-куну? – А? Мне? Н-нет, я... Да что же это? – подумал он, внезапно напрягшись. Что делать? Безопаснее, наверное, сказать «нет»? Но тогда я совру Юме? Не хотелось бы лгать своему товарищу. Но какой вред от небольшой лжи? И всё же, при всех моих и так не слишком значительных достоинствах, я хочу по крайней мере быть честным с друзьями. – ...Е-если это грудь кого-то, кого я люблю... – осторожно произнёс он наконец. – О-о-о. Ага. Вот оно что. Ну да, Юме ведь так нравится мять титечки Шихору и Мэри тян. Потому что Юме любит их обеих... Хм? – А?.. – смущённо спросил Харухиро. – Тогда, значит, Ранта так хочет потрогать грудь Юме, потому что любит её? Он бы, наверное, не хотел если бы ненавидел её... Юме, подумал, содрогнувшись, Харухиро. Жуть какая. Как ни в чём не бывало взяла и открыла ящик Пандоры. Честно говоря, он не мог отбросить такую возможность, и уже задумывался на эту тему раньше. Например, что-то в отношении Ранты к Юме ему казалось необычным. Впрочем, недостаточно чтобы быть уверенным, да и вряд ли Ранта сам осознавал это. Так что при всей этой неопределённости Харухиро не хотелось создавать себе дополнительную проблему, и он считал за лучшее делать вид, что ничего не замечает. С другой стороны, Харухиро скорее всего их тех, кто плохо разбирается в таких вещах, так что, возможно, он всё неправильно понял. – ...Вряд ли он ненавидит тебя, – наконец ответил он, – Конечно же нет. У того, кто может ненавидеть тебя, Юме, должно быть что-то не так с головой... Ну, хотя у Ранты определённо что-то не так с головой... – Почему у того, кто ненавидит Юме, должно быть что-то не так с головой? – А, ну, в смысле, не знаю. Просто в тебе считай что нечего ненавидеть. – Правда? Значит, Хару-кун любит Юме? – Да, конечно, – ответил он, и тут же подумал – стоп, что я говорю? У меня проблемы? Она же не так поймёт? Но когда Юме просто с улыбкой сказала «О, вот как», Харухиро стало стыдно за свою испорченность. Да. Да! Верно. Всё верно. Испытывать привязанность к человеку значит то, что он тебе нравится – а не в романтическом или сексуальном смысле. И в этом смысле Харухиро определённо любит Юме. Он может открыто и прямо об этом заявит. Да, он любит её. Разумеется. Она же Юме. О чём тут думать. Её нельзя не любить. И всё же... – Юме тоже, – сказала она ему расплывшись в улыбке от которой его сердце забилось чуть чаще, – Юме тоже любит тебя, Хару-кун. – ...С-спасибо, – Харухиро почесал в затылке, – Эм, наверное глупо звучит? – Разве? Но Юме думает, что нет ничего плохого в том, чтобы сказать спасибо когда благодарен. И тогда тому, кому ты благодарен, тоже станет приятно. И, конечно, Юме тоже. Она сейчас супер-счастливенькая. – Н-наверное... – Харухиро замялся, – Если не сказать, что чувствуешь, то другой человек может никогда и не узнать. Да... – Так если Ранта любит Юме, он мог бы просто взять и сказать, а? А он всегда дразнит её, называет доской... – Должно быть, ему непросто признаться, что он чувствует на самом деле, – сказал Харухиро. Или, скорее, то, что под словом любовь понимает Юме может сильно отличаться от того, что значит любить кого-то в понимании Ранты. Если даже Ранта действительно честно признается в своих чувствах, Юме может неправильно его понять, что может привести к большим проблемам. Тут есть много поводов для беспокойства. В итоге Харухиро поймал себя на мысли что, пожалуй, лучше пока оставить всё как есть. А может, ему стоит поработать над его вечной склонностью занимать выжидательную позицию. Надо будет об этом подумать. Но не сейчас. Сейчас, похоже, есть вопросы поважнее. Харухиро приложил палец к губам. Он прижался к ближайшему дереву, Юме встала прямо позади него. Он услышал шум. Что это было? Юме показала куда-то вперёд и влево. Харухиро посмотрел туда. Всмотрелся. Сквозь туман ничего не видно. Но если прислушаться, сконцентрироваться на том направлении, то звук слышен отчётливее. Шум? Голоса? Сражение? Это дикие звери? Или?.. Пора что-то решать. Он, разумеется, предпочёл бы держаться в стороне от опасности. Поскорее отступить? Пока что неизвестно даже есть ли вообще какая-то опасность, так что, возможно, нужно прояснить хотя бы этот вопрос? Сам Харухиро хотел только со всех ног бежать прочь, но это просто потому, что он трус. Он всё ещё слышал звуки. Они постепенно приближаются? Стоп это... это голос. Да. голос. Не крики или вопли. Слова. Звучало так, словно кто-то что-то говорил. – Люди... – приглушённым голосом обронила Юме. Верно. Трудно в это поверить, учитывая где они находятся, но, кажется, это мужской, человеческий голос. Харухиро, разумеется, был удивлён. Огорошен? Нет, не настолько. Сердце заколотилось чуть сильнее, но он всё же полагал, что по-прежнему спокоен. Харухиро подал Юме знак следовать за ним, и двинулся вперёд. И меньше чем через полминуты ощутил словно укол в затылок. Сзади кто-то есть. Юме, похоже, не замечает. Если повернуться, нападёт. По крайней мере, такое чувство. Но стоять вот так тоже нельзя. Незнакомец не будет вечно смотреть. Нужно действовать, и действовать первыми. – Юме, пригнись! – крикнул Харухиро и резко обернулся. Юме уже падала на землю. Харухиро перебросил нож в левую руку, правой выхватил стилет и перепрыгнул через Юме. – Стойте, стойте, стойте! – выкрикнул он. Человек. Мужчина, одетый во что-то вроде отделанного мехом плаща и вязаной шапки. В правой руке лук, в левой стрела. Обе руки подняты. Этот бородач приблизился к Юме и Харухиро сзади на расстояние тридцати метров. Невероятно. То есть, Харухиро не хотелось в это верить. Не хотелось верить в то, что он заметил чужака только когда тот подобрался настолько близко. Он всё ещё держал наготове нож и стилет – просто на всякий случай. Но самым сильным его чувством было удивление. Он ощущал потрясение, мысли путались. В таком состоянии он не смог бы сражаться. – «Стойте», говоришь? – угловатое лицо мужчины расплылось в улыбке, и он отбросил свой лук, а затем и стрелу, в сторону, – Вот. Я вам ничего не сделаю. Всё хорошо. Я и не собирался вас убивать. Но вы же понимаете – выглядите вы подозрительно. Люди вроде вас, в местах вроде этого. И на деревенских непохожи. Но я, знаете ли, и сам не из тех. – ...Хрм-м, – Юме, всё ещё лёжа ничком и закрывая голову руками, посмотрела на него, – Вро-о-оде как похож на Охотника, а? – О? А вы тоже Охотник, барышня? Ну, для меня это пройденный этап. Сейчас я Воин, – сказал мужчина, – То есть, вы из Красной Луны. – И вы тоже? – Харухиро хотел облегчённо вздохнуть, но сдержался и лишь украдкой перевёл дыхание. Не расслабляйся. Рано радоваться, предупредил он себя. Оставайся настороже. – Вы тоже из добровольческого корпуса? – переспросил он. – Да, уже с десяток лет, – ответил мужчина, – Уже состариться успел. – Значит, вы наш сэмпай... наверное. – Ну, пожалуй единственное чему я могу вас научить, так это пить до одури, – бородач пожал плечами, и беззаботно улыбнулся, – Я Кроу. – Кроу... Постойте... – пробормотал Харухиро. Стоп, подумал он. Стоп, стоп, стоп. Я же вроде знаю это имя. Я где-то его уже слышал. Просто совпадение? Тёзка? Но, может, это и правда тот самый человек. Учитывая, где мы. Вряд ли многие солдаты добровольческого корпуса могли забраться настолько далеко. – Вы, случайно, не Кроу-сан из Воинов Рассвета, нет?.. – Хм?.. – Кроу указал на себя, его глаза расширились, – Погоди, я что, знаменит? – Нет, эм... Я, то есть мы, вроде как тоже... члены клана Воинов Рассвета. – Ты, судя по одежде, Вор, – сказал мужчина, – ...Харухиро? – Да. ...А? Откуда вы знаете? А, наверное, слышали от Сомы что... Кроу расхохотался. – Так вы живы! Бвахахахаха! – Н-над чем вы смеётесь?! Что смешного?! – Как грубо, – Юме всё ещё лежала на земле, – Это же счастливый день, правда ведь? Правда? – О, счастливый день! – Кроу указал на Юме и расхохотался ещё громче, – И правда, счастливый день, бвахахаха! Ну, я рад что вы живы, да уж, очень рад! Счастливый день! Я-то думал вы давно дуба врезали! Гвахахахаха! Харухиро не знал, как реагировать. Кроу держался за живот, в его глазах даже появились слезинки. Он слишком сильно смеётся. Что с ним? Он какой-то странный. Или даже, скорее, бесящий. – Фью, простите, увлёкся, – Кроу смахнул большим пальцем слёзы с глаз и подобрал свой лук и стрелу, – Но это определённо совпадение. Как бы мы иначе могли так наткнуться друг на друга? Ну, я рад что вы не враги. Меньше мороки убивать вас. У меня и без того дел хватает. Ну, и на этом всего хорошего. Присматривать за вами мне некогда, удачи. Кроу вернул стрелу в колчан, помахал им рукой с луком и пошёл прочь. Его походка выглядела медленной и расслабленной, но притом она оказалась на удивление быстрой. И тихой. Он практически не производил звуков. На первый взгляд его спина казалась совершенно беззащитной, но Харухиро отчётливо понимал – если они нападут, то он с лёгкостью увернётся. Или, скорее, тут же сам ударит в ответ – точно и болезненно. Он хорош. – Постойте... А? – взорвался Харухиро, – Э? Постойте, куда вы... Э? Нет, не может быть, п-подождите, пожалуйста, куда вы?! Э-эй! Мы заблудились! Мы не знаем дорогу назад! – А-а-а? – Кроу развернулся и снова захохотал, – Бвахаха! Заблудились?! Вы заблудились, что?! Серьёзно, да нет, ты же шутишь, да?! Вы не можете вернуться домой?! Вот умора! Вы просто нечто! – ...Ничего смешного, – пробормотал Харухиро. – Хихи... – Юме тоже захихикала. Она, кстати, всё ещё лежала, – А Юме почему-то тоже начало казаться, что это смешно. Хихи, Хихихихи... – Ладно, я понял, – Кроу шмыгнул носом и поманил их, – Пойдёмте-ка пока со мной. Что-нибудь сообразим. Но я говорил – у меня дела. Сначала я должен их закончить. Можете не помогать; просто смотрите. Лады? Отказаться они не могли. Кроу, определённо, очень странный, но он тоже из клана Воинов Рассвета. Наверное. Должен быть. Им неожиданно повезло. Это ли не то, что поможет разрешить нынешние проблемы? Нет ведь никакой угрозы, правда? Некоторые вещи по-прежнему заставляли Харухиро сомневаться но, возможно, если упустить этот шанс, то они уже никогда не вернутся в Ортану. – М-мы поможем! – Харухиро схватил Юме за руку и вздёрнул на ноги, – Ну, если это что-то, что нам под силу! – Расслабьтесь, – Кроу ухмыльнулся, и зашагал. Он двигался довольно быстро, и держаться с ним наравне оказалось тяжело. Проблема была не просто в скорости. На слишком рыхлой и неровной почве один неверный шаг мог привести к тому, что они спотыкались или оступались. Неосторожное движение могло, наверное, даже стоить вывихнутой лодыжки. Лишь тренировка Вора и Охотника помогала Харухиро с Юме не отставать. На что-то большее их не хватало. Им было не под силу даже смотреть по сторонам. Впрочем, звуки Харухиро слышал. За туманом было что-то... кто-то. Впереди внезапно возникло всхолмье, а на другой его стороне виднелось несколько силуэтов. Сквозь туман было видно плохо но, похоже, как минимум некоторые не были людьми. Нет, не «похоже». Определённо не были. – Стоп, – Кроу предупреждающе поднял руку, – Ну, ну. Моюги-кун старается вовсю. Ну, с ним ведь ещё Мойра. – Мойра... – медленно протянул Харухиро. Это имя он не знал. Но «Моюги» звучало знакомо. Тоже член Воинов Рассвета, как и Кроу. Из знаменитой команды «Тайфун Рокс» под командованием Рока. Кто из них Моюги? Силуэтов в тумане, кажется... шесть? И один из них, должно быть... – О... – выдохнул Харухиро. Одной фигурой стало меньше. Тот белёсый силуэт. Тот, что больше всего похож на человека. Фигура отшатнулась, сделала выпад каким-то оружием, и другая фигура упала. Он прикончил одного из врагов. – Ну, думаю, стоит помочь, – Кроу наложил стрелу на тетиву. Или так подумал Харухиро, но к тому моменту как он это осознал, стрела уже неслась к цели. Не слишком ли он быстро? Он вообще прицелился? И всё же стрела, похоже, попала в цель. Ещё одна фигура рухнула на землю. – Не встревай, будь любезен! – закричал кто-то. Видимо, Моюги, а слова обращены к Кроу. – Да, да, – откликнулся тот, и опустил лук. Наверное, это их дело, но Харухиро засомневался – правильно ли им так поступать? Юме, пригнувшаяся возле Харухиро, восхищённо выдохнула. Эй?.. Ты чего расслабилась? Хотя, конечно, я тоже это чувствую. Тут, кажется, разберутся без нас. – У меня всё под контролем! – объявил голос – видимо, Моюги. Светлая фигура двигалась плавно и ловко. Оставшиеся трое пытались окружить того, кто, наверное, был Моюги, с трёх сторон. Моюги побежал. Или, точнее, побежал в сторону Кроу, Харухиро и Юме. К ним. Стоп, мне кажется? Он что... бежит спиной вперёд? Моюги словно бы бежал лицом к своим преследователям. Они же нагонят его, нет? Ему же так не сбежать. Ни за что. Может, помочь? Но когда Кроу попытался, он рассердился. И сказал что всё под контролем. – Фуха! – Юме издала странный возглас, и Харухиро сглотнул. Моюги вдруг споткнулся. Хотя, пожалуй, это выглядело не так, что он упал, а словно бы сел сам?.. И преследователи, разумеется, сочли что момент удачный и бросились к нему. Вон тот – орк, осознал Харухрио. Судя по телосложению, одна из фигур, замахнувшаяся на Моюги изогнутым однолезвийным мечом – орк. Другие двое похожи на людей, но что они такое, не разобрать. Внезапно над головой орка появилось нечто. Точнее, так это выглядело, но это же невозможно, так что оно, должно быть, просто где-то пряталось. Оно оседлало шею орка. Обхватило её обеими ногами, сжало, и вонзило в череп напоминающий ножницы клинок. Нечто издало вопль, жутковатый и скребущий по нервам любого, кто его слышал. «Нееееееет!» Увидев жуткую судьбу своего соратника, оставшиеся двое застыли. Ну, да, конечно же они шокированы. Они дёрнулись, что-то крикнули и остановились. Моюги встал. Значит, всё-таки не споткнулся, а сел сам. Иначе не смог бы так подняться как ни в чём не бывало. Он, словно между делом, вонзил своё тонкое оружие в лицо одному из врагов, и тут же вырвал клинок. Движение не выглядело особо выверенным, и Харухиро против своей воли подумал – что, он убил его вот просто так? А ещё он думал – скорее, скорее. Один враг ведь ещё жив. Ну не стой же столбом, скорее, напада... Ну вот же! Я же говорил! Я же говорил. Ну, то есть нет, не говорил, но подумал. Я знал, что нельзя ждать. Оставшийся враг, возможно разъярённый гибелью своих товарищей, с удвоенной силой накинулся на Моюги. Кстати, как только что заметил Харухиро, Моюги носит очки. Он поправил их левой рукой, и встретил нападавшего... ничем. Он отступил. Впрочем, не столько отскочил, сколько отошёл. Моюги попятился, уклоняясь влево и вправо. Враг наседал. О нет, подумал Харухиро. Плохо. Он сейчас догонит. Ещё один шаг, и... И тут враг почему-то потерял равновесие. Споткнулся обо что-то? По крайней мере, выглядело это так. Для Моюги это была идеальная возможность и он, разумеется, ей воспользовался. Похоже, он даже рассчитывал, что это произойдёт. Тонкое оружие Моюги пронзило последнего противника. Тот рухнул на землю. Нечто, оседлавшее орка, теперь рылось внутри его черепа своими клинками-ножницами. Наконец, похоже, оно закончило, бросило труп и встало возле Моюги. Оно напоминало длинноволосую женщину, но вряд ли это человек. Слишком угловатые плечи, слишком сгорбленная спина, и слишком узкая талия. Это нечто иное. – Кажется, дело сделано, – Кроу пошёл в сторону Моюги. Харухиро переглянулся с Юме, и последовал за ним. Юме, шагая вприпрыжку, присоединилась к нему. Моюги оказался одет ещё легче чем Кроу. На нём было нечто вроде белой футболки, обычные брюки и ботинки. Небольшой рюкзак. На бедре ножны. В руках тонкий, длинный меч. Честно говоря, совершенно не выдающееся снаряжение. Скорее, странное и чем-то страшноватое. Более того, Моюги сразу же подал руку Харухиро и как ни в чём не бывало представился. – Приветствую. Моюги, сильнейший из действующих Рыцарей Ужаса. Не имею удовольствия быть знакомым, но рад встрече. – Р-рад встрече... – Харухиро невольно взял протянутую ему руку, – Эм, ну.. Я Харухиро. Из Воинов Рассвета... – Ну конечно, – Моюги выпустил его руку и средним пальцем правой руки поправил очки. Уголки его рта загнулись вверх, – А я-то думал, кем бы вы могли быть. Кроу, конечно, неисправимый глупец, но он не притащил бы с собой первых встречных. По вашему виду я заключаю, что вы – молодой Вор, мужчина. А та юная леди – Охотник. Значит, Харухиро-кун и Юме-кун, не так ли? Сома рассказывал про вас. Подумать только, вы сумели выбраться живыми из Даскрэлма. Я впечатлён. Вас только двое? А Ранта-кун, Шихору-кун, Мэри-кун и Кузак-кун? Они погибли? – Конечно живы! – лицо Юме исказила гримаска ярости – впрочем, в её исполнении это не выглядело так уж страшно. И всё же она наседала на Моюги с довольно необычным для неё гневом. Её брови нахмурились, она надула щёки и встала на цыпочки, придвинувшись к лицу Моюги так близко, как могла. Должно быть, в её понимании это выглядело угрожающе. – Вот как, – Моюги, ничуть не изменившись в лице, схватил Юме за подбородок, – Замечательно. Кстати, не дозволите ли я засосать этот ротик? – Ро.. тик? – Юме моргнула, – За... сосать? Что?.. – Эй, эй, эй, эй, что вы делаете?! – Харухиро торопливо оттащил Юме от Моюги, – Что вы творите?! Вы в своём уме?! – В своём ли я уме? Какой странный вопрос, – Моюги склонил голову набок, – Когда видишь женщину, первая же мысль должна быть о том, как бы завладеть ею, разве нет? Вы же понимаете, что я сильнейший из действующих Рыцарей Ужаса? – Ну, и правда, – Кроу почесал бороду, – Не знаю, что там насчёт сильнейшего Рыцаря Ужаса, честно говоря, но когда видишь женщину и всё похоже на то, что ей удастся впендюрить, то нет причин мешкать. Правда, лично я не по малолеткам. – Я натурал, так что ограничиваю себя женщинами, но уж женщины мне подходят любые, – объявил Моюги, – Внешность неважна. У каждой, так сказать, уникальный вкус. Да что с ними? Может, мы наткнулись на пару безумцев? Нет, никаких «может» – эти двое определённо ненормальные. Наверное, с ними лучше не связываться. Харухиро, по возможности, предпочёл бы держаться от них подальше. Но даже если забыть их членство в одном клане, без помощи этих двоих путь в Ортану может сильно затянуться. Что хуже, без них, возможно, вернуться не удастся вовсе. Харухиро задвинул Юме себе за спину, его глаза уже почти вращались в глазницах. Что делать? Что я могу сделать? Как я должен поступить? – Ну, с этим можно подождать, – Моюги убрал меч в ножны. – Сейчас, как вы видите, мы немного заняты. Пойдёмте. Кроу, Мойра. «Не-е-ет...» – печально отозвалось нечто, похожее на длинноволосую женщину. Видимо, это и есть Мойра. Моюги – Рыцарь Ужаса, так что Мойра, наверное – его демон. Моюги быстро зашагал прочь, Мойра следовала за ним. – Вы тоже, идёмте, – Кроу мотнул подбородком и пошёл вслед за Моюги. – ...Эм, наши товарищи ещё не с нами, – заговорил было Харухиро, но Кроу обернулся и злобно оскалился. – С этим можно подождать. Мы вроде как торопимся. Я вас тут брошу. Вообще-то подождать нельзя, та и вы с виду не особо-то и торопитесь, а? Харухиро хотел бы возразить, но было непохоже, что этим можно чего-то добиться так что он просто подчинился. Моюги и Мойра уже исчезли в тумане. – Хару-кун, Хару-кун, – Юме подёргала его за плащ, – Юме думает, может, ей лучше вернуться. Может быть, Хару-кун подскажет ей путь?.. – Идём за ними, – тут же ответил Харухиро и потянул Юме за руку вслед за Кроу. Когда Юме задала вопрос, он осознал что совершил страшную ошибку. Так что, вместо того чтобы блуждать в тумане, лучше сотрудничать с их явно весьма способными старшими товарищами по клану. Они, очевидно, хорошо знакомы с местностью. Так что разделяться с Кроу и Моюги нельзя. До того момента, как он заметил подкравшегося к ним Кроу, Харухиро оставлял на деревьях пометки. Но после этого необходимость помечать путь вылетела у него из головы. – Прости, Юме, – сказал он, – Я совсем забыл оставлять метки. – Что поделать, – Юме крепко сжала его руку, – Юме тоже ведь их не оставляла. Хару-кун, это плохая привычка – то, как ты всегда винишь себя за всё. – ...Может быть. Постараюсь исправиться. Но, хотя мы оба ошиблись, вина всё равно на мне. Потому что я предводитель. Он не сказал это вслух из-за стыда? Или потому что пока ещё не в силах взвалить на себя весь груз ответственности? Между тем, им ведь необязательно держаться за руки, да? А уж сейчас это выглядело совсем ненужным. И всё же Юме сжимала руку Харухиро довольно крепко, так что высвободиться было бы тяжело. А ещё он чувствовал себя обязанным сейчас поддерживать её всем, чем был в состоянии, так что, наверное, отпускать руку просто нельзя. Честно говоря, самого Харухиро это тоже ободряло, так что выбрать подходящий момент было непросто...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Странная пара

– Ну что так долго! – заорал, выпучив глаза Ранта, – Когда они уже вернутся?! Они же на разведку пошли, чёрт их дери, на разведку! Сколько можно! Это ненормально! Что-то случилось! Стойте, а вдруг... Наедине, в тумане... Они почувствовали как между ними пробежала искра, ну и... занялись... этим?! – ...Не-а, – Кузак махнул рукой, – Никогда. Только не Харухиро. Он ведь не Ранта-кун. – Не отхамывайся от меня! – Не отмахивайся, наверное, – Мэри вздохнула, – И почему ты вообще придумываешь такое про собственных товарищей? Отвратительно. – А вдруг?! – выкрикнул Ранта, – Они же парень и девчонка! И с чего бы это Юме сама вызвалась с ним пойти! Харухиро мог бы как обычно пойти сам! Д-да... Точно, Юме наверняка в тайне запала на него... – Юме такие вещи не интересуют... – холодно произнесла Шихору, – Но даже если бы интересовали, что в этом такого? – К-как что! Это же проблема! Сама знаешь! Это же влияет на нашу, ну... как это... Ну, ты знаешь! Не то чтобы это против каких-то правил, но они могли бы не скрываться. Иначе, ну, в смысле, это же просто неприлично! Эй, ну что это за лица! Вам что, плевать? Я вообще-то важные вещи говорю! – Откладывая пока в сторону вопрос о том, важно это или нет, у нас действительно сейчас нет других поводов для тревоги? – ледяным тоном спросила Мэри. – Ладно, понял! – Ранта скрестил руки и выпятил грудь, – Тогда давайте поговорим о действительно важном. Харухиро с Юме отправились на разведку и до сих пор не вернулись. Их нет уже слишком долго. Думаю, что-то случилось, а что мы? Будем просто сидеть здесь? До заката? До ночи? До завтра? Или до послезавтра? Как по-вашему, хороший план? – ...А что предлагаешь ты, Ранта-кун? – Отличный вопрос, Шихору! – Ты меня бесишь... – Бесись сколько хочешь, мне плевать! Ну, короче, я считаю что надо пойти их искать! – А что если мы разминемся с ними? – Отличный вопрос, Мэри-саан! – ...Убью. – Ну, ну, не злись так по пустякам! К чему хмурить такое милое личико! Улыбайся! – Не мог бы ты перестать? Не уверена, что найду в себе силы выносить тебя дальше. – Ладно, ладно. Вообще-то необязательно так срываться из-за комплимента, но я перестану, вот, всё, взял и перестал. Ну, так насчёт разминемся. Это, конечно, проблема. Меня это тоже беспокоит, но, может, просто половина из нас останется здесь? Идеальное решение. – Хм-м... – протянул Кузак, – Ну да, да и я, пожалуй, тревожусь... – Это... – Мэри, конечно же, тоже волновалась за двоих ушедших на разведку, – ...Да, действительно. – Но оставить здесь двоих... – пробормотала Шихору, опуская голову и прикладывая пальцы к губам. – Ну, для начала, я пойду искать, так? – Ранта указал на себя большим пальцем, – То есть, это само собой. А значит Кузаку придётся остаться. Мэри глянула на Кузака. Он, по какому-то совпадению, в этот самый момент смотрел на неё, и их глаза встретились. Оба тут же отвели взгляд. – Я пойду, – сказала Мэри, вздохнув и тряхнув головой, – Предоставленный самому себе ты только попадёшь в беду, а подвергать Шихору опасности я не хочу. – Ты так говоришь, словно она обязательно окажется в опасности если пойдёт со мной. – Да просто быть с тобой уже опасно. Ты никогда не задумывался над своим поведением, а? – Ну ладно, ладно, признаю, я говорил что хотел бы помять её сиськи и просил разрешения, но не буду же я пытаться это сделать в такое время! Где твой здравый смысл! – Здравый смысл?.. – Шихору смерила его неверящим взглядом, – Ты – и здравый смысл? – Короче говоря, я защищу Шихору-сан, – произнёс Кузак, покосившись – но не на неё, а на Мэри, – Но всё же, Ранта-кун, не заходите далеко. Не хватало ещё чтобы и вы потерялись. – Будьте осторожны, – добавила Шихору, очевидно имея в виду только Мэри. – Да, – Мэри улыбнулась – только ей, – И ты, Шихору. ...О, и Кузак тоже. – Меня аж тошнит от ваших игр в дружбу. Тьфу... – пробормотал Ранта, входя в туман. Мэри молча последовала за ним. А? – подумал он. Как-то она необычно близко держится, а? Может, при всех своих придирках, она всё-таки не так уж сильно меня ненавидит? Нет, нет, может, я ей даже нравлюсь? Ага, конечно. Не мечтай. Просто старается идти рядом потому что тут повсюду этот туман, и она не хочет потеряться. – Могла бы и сделать вид, что я не просто спутник, – пробурчал Ранта. – Ты что-то сказал? – Ничего. ...Ах да. Самое время... О тьма, о властитель порока... Зов Демона. При словах призыва возникло тёмно-фиолетовое облако, закрутилось в вихрь... и явился он. Существо напоминало человека с закрывающим лицо фиолетовым листом бумаги, с двумя злобными глазами-дырами, и злобным провалом пасти под ними. В правой руке оно держало нож, а в левой – дубину. У него были ноги, но оно висело в воздухе. Размерами оно было почти с человека. – Зодиак! В Дарнггаре ты был таким маленьким! – Ранта в восторге попытался обнять демона, но тот увернулся, – ...Эй, ты чего?! «Ихи... Ихихи... Ранта... Достал... Кихихихи...» – Эй, приятель, мы же с тобой одно целое! Ты – продолжение меня! «Надоел... Ихихихи...» – Бедный Зодиак, – вздохнула Мэри. – Нечего его жалеть, Мэри! З-зодиак, он, ну, понимаешь, стесняется! В общем... Он никогда не признается самому себе в своих чувствах, но на самом деле он любит меня... «Ранта...» – Ч-что, Зодиак? Ты что-то хочешь сказать? «В том, что касается тебя...» Да, сейчас. – Д-да? «Я... От всего сердца...» – Да-да? «...чувствую лишь отвращение... и ненависть... Ихи...» – Ай! Ну, хотя демон и говорит такие вещи, но всё-таки приходит на зов и остаётся при Ранте. В этом можно быть уверенным. А значит, Зодиак любит его. Может быть, он один на всём свете его любит, но уж в этом-то Ранта уверен. – ...Ну, в смысле, разве Рыцарю Ужаса нужен кто-то ещё, да? «Ихи... Говоришь с самим собой, Ранта? Как ты жалок... Кихихихи...» – Заткнись! – сорвался Ранта, – Просто заткнись! Я твой хозяин, понял?! Если не будешь слушаться, я больше никогда тебя не вызову! «...Кихи... Вот и славно...» И Зодиак испарился. – А? Что... Зодиак? Н-ну и ладно. Просто вызову снова. О тьма, о властитель порока, Зов Демона... А? Ничего? Но почему?.. – Тебе не кажется, что ты наконец надоел даже Зодиаку? – спросила Мэри. Её слова отозвались в груди Ранты режущей болью. Что значит, «наконец»? Что значит, «даже» Зодиаку? Чёрт.... Ранта повесил голову. И в следующую секунду выпятил грудь и задрал нос. – Гахаха! Отлично! Кому нужен Зодиак?! Я и рад отделаться от него! – ...А выглядит так, словно ты плачешь. – Тебе кажется. Как будто я хоть раз в жизни плакал. Я никогда не плачу. Кто угодно, но не я. – Уверена, рано или поздно Зодиак снова появится. – Мэри-и-и-и! Не утешай меня так внезапно! Я же влюблюсь! – Я больше не буду тебя утешать. Никогда, что бы ни случилось. – Но если что-то случится, не стесняйся, ладно?! Я не влюблюсь! Обещаю! Пожалуйста! Впрочем, Мэри упрямая, и на мольбы не поддаётся. Ну и ладно. Рыцарю Ужаса не нужны чужие утешения. Всё отлично. Ну, и как же нам искать Харухиро с Юме? Внимание Ранты привлекла пометка на стволе одного дерева, оставленная ножом или чем-то похожим. Потом он заметил вторую, и картина в его голове сложилась. – Эти тупые отметки, – сказал он, – Наверняка их оставил тот дурак Харухиро. Идейка как раз в его стиле. – Незачем называть их тупыми а его дураком, – возразила Мэри, – Но да, я тоже так думаю. – Он же оставил их чтобы найти обратный путь, так почему же они до сих пор не вернулись? – пожаловался Ранта. Мэри промолчала но, похоже, была с ним согласна. Что-то, должно быть, случилось. Иных объяснений Ранта не видел. Он начал злиться. – ...Неудачник, – бормотал он, – Со своими сонными глазами. Уводит с собой Юме, и на тебе. Вот почему я не доверяю ему. Отброс. – Ты так тревожишься за Юме? – Н-ну конечно тревожусь. М-мы же товарищи. ...И ничего больше. Никаких других чувств. Только не к этой доске. Как бы то ни было, оставалось лишь следовать за пометками на деревьях. Харухиро с Юме, судя по всему, придерживались более-менее одного направления, так что идти по следу оказалось довольно просто. Судя по всему, разведка продолжалась вполне успешно. Но потом что-то произошло. В голове Ранты пронеслись мысли о худшем, но он тут же отбросил их. Нет никакого проку думать о том, на что никак не повлияешь. – Я прагматичный человек, – сказал Ранта. – Туман... – вдруг произнесла Мэри. Ранта тоже заметил. Туман вдруг начал рассеиваться. Раньше он видел лишь на пять или шесть метров вокруг, но теперь поле зрения стало заметно шире. Он видит. На десять метров вперёд. Нет, не только. Гораздо дальше. Местность очень неровная, и вокруг густо растут деревья, так что рассмотреть, что вдали, всё-таки нельзя... Но вон та круглая белая штука, высоко в молочно-белом воздухе... Это солнце? – Глаза болят, – Ранта криво ухмыльнулся, щурясь. Он, не отдавая себе отчёта, слишком долго смотрел на солнце. – Мы пришли оттуда, – Мэри обернулась назад, – А если солнце там, значит... – Просто так стороны света не определить. Нам, надо сделать что-то вроде, как их там, солнечных часов... Проклятье. Была бы тут Юме... – Ранта наклонил голову набок, – А? – Что? – Нет, просто, вот сейчас, вроде бы... что-то пошевелилось, – Ранта указал налево, – Вон там. Но вроде ничего нет. Показалось? – Даже если показалось, лучше быть настороже. – Ага, – Ранта облизнул губы. Она могла бы и не говорить; он уже настороже. Но Ранта не такой трус как Харухиро. Неприятности лишь придают ему новые силы. Он – Рыцарь Ужаса, питаемый напастями. – Если что, я нас вытащу. Легче лёгкого. – Не увлекайся. Тебя могут ранить, если недооценишь угрозу, а я не смогу тебе помочь. – Разумно. В случае чего, бросай меня и беги. Я не буду винить тебя. Мэри ничего не ответила. Сложно сказать, впечатлили её слова Ранты или нет. Неважно. Пока нужно просто идти по следу. Туман начал рассеиваться, так что идти внезапно стало гораздо легче. Это позволило ускорить шаг. Они шли значительно быстрее. – А ты не думаешь, что мы слишком торопимся? – спросила Мэри. – Что-о-о? Не можете угнаться за мной, Мэри-сан? – Разве я это сказала?.. – Ха-ха-ха, – Ранта обернулся. Мэри дышала немного тяжело. Да и Ранта немного сбил дыхание. Мы торопимся? Да, пожалуй. Ранта остановился. – ...Погоди. Кошка? – А? – Вон, – Ранта указал направо, – Там. В той стороне была возвышенность, и из склона под углом росли деревья. На одной из веток сидело существо. Это... кошка? Шерсть короткая, коричневатая, а лицо, точнее морда, явно кошачья. И хвост есть. Оно сидело, сложив вместе передние лапы и навострив уши – тоже по-кошачьи, но что-то в нём было не так. – ...Миленькое, – обронила Мэри, и кошка дёрнула ушами. Потом быстро развернулась и исчезла. – А!.. – Мэри протянула руку ей вслед, но, заметив взгляд Ранты, остановилась, – М-миленькое же, да? Это животное. Совсем как кошка. – Мне всё равно, миленькое или нет. Оно было похоже на кошку, но не кошка, так? – Ну, пожалуй, ты прав... Но ничего странного, правда же? Это просто значит что здесь водятся милые существа, похожие на кошек. – Разве так важно, что они милые? – Н-не то чтобы это важно, просто факт – они милые, вот я и... – лицо Мэри вдруг застыло. На этот раз заметила какого-то монстра вместо этих не-кошек? Нет, похоже что нет, – ...Тут не только та кошка, которую мы видели. Здесь ещё. Четыре... Нет, больше. – А? – Ранта оглянулся, и сглотнул, – И правда... Да, точно. Гораздо больше. Вон там, в тени, серая в полоску. На дереве – двухцветная, чёрно-белая, с рисунком напоминающим маску и накидку. Ещё одна – угольно-чёрная. И серая. И грязновато-белая. У некоторых кошек явственно поблескивали зрачки, и это выглядело довольно жутко. Кошки... Нет, всё-таки это, наверное, не кошки. Ранта наконец понял. Их головы немного больше нормального. Туловища тоже сравнительно крупные, но относительный размер голов скорее такой, как у котят, а не взрослых кошек. Поэтому, наверное, Мэри и назвала их милыми. Но передние лапы... О, и задние тоже... Пальцы не такие, как у кошек. Длинные, такими, пожалуй, можно хвататься за что-нибудь. Собственно, некоторые кошки именно это и делают – свисают с веток, держась за них. Их не две и не три. Они повсюду. Четырнадцать. Нет, их было четырнадцать. А теперь ни одной. Все разом, бам... и нет. Ранта ощутил, как по коже побежали мурашки. – Как-то неестественно, а? – спросил он. – Ну, наверное... пожалуй, да. – Да уж... Ранту посетило странное чувство. Точнее, ощущение что он не может ничего делать так, как хочет. Тело словно не слушалось. Это уже случалось – в Дарнггаре. Когда Харухиро отправился один в Валуандин, на лагерь напали два молодых орка. Ранту это застигло врасплох, и у него не получалось двигаться так, как обычно. Нет, на самом деле, всё было даже хуже. Его одолела внезапная нерешительность, и, в итоге, всё что он делал шло не так. Кузак был ранен, и даже Юме пострадала. Ему не хотелось это признавать, но теперь он знал причину. Потому что тогда с ними не было Харухиро. В одиночку Ранта мог действовать и заботиться о себе. Остальные нужны просто для компании. Он не рассчитывает на них. Ну, ему более или менее известно как каждый из них поступит в той или иной ситуации. Ранта учитывал их действия, но главная роль всё же у него, а остальные на втором плане. И когда Харухиро рядом, всё работает именно так. Но когда его нет, дела приобретают немного иной оборот. Например, прямо сейчас Ранта с Мэри, а Харухиро не с ними. Мэри – Жрец. Пусть она и может защитить себя, рукопашный бой – не её специализация. А ещё она женщина. Её нужно защищать, но так будет сложнее сражаться. Ранта не сможет сражаться в полную силу, а значит, возможно, не сможет победить, и тогда они проиграют. Возможно, лучше просто не думать о таких вещах, но мысли лезли в голову сами. Ранта, непривычно для себя, не знал что делать. И это он виноват – тот, кого сейчас тут нет. Харухиро, чтоб тебя. – С ним хреново, а без него невыносимо... – Ранта вытащил Упокойник из ножен, – Мэри, готовься к бою. Ну, на всякий. Будь настороже. – Думаешь, они враги? – Мэри удобнее перехватила посох, – Те существа напоминающие кошек? – Кто знает. Будем надеяться, что... – Ранта тряхнул головой. Что это он такой робкий? – Просто не хочу рисковать. Да и ты, небось, пока не хочешь объятий Скаллхейла, слепая слуга Люмиарис. – Ты тоже не позволяй пока Скаллхейлу заманить тебя к смерти, ладно? – Не дождёшься, – ухмыльнулся Ранта. Ну, пора за дело. Он со всем разберётся, как обычно. – Идём дальше? Или назад? – шёпотом спросила Мэри. Не спрашивай меня, чуть не вырвалось у Ранты, но он сдержался. Что? Почему я злюсь? Продолжать или идти назад? Нужно просто взять и решить. Вот и всё. Да и Харухиро же принимает решения. Раз может он то, разумеется, сможет и Ранта. Да. Решить. Сейчас. Ну же. Решайся. – Эй, – поторопила его Мэри, пока Ранта всё ещё размышлял, – Так мы идём или нет? – Отстань! Своих мозгов нет, что ли?! Почему я должен решать?! – Не кричи на меня ни с того ни с сего. Ладно, решу я. Идём назад. – Назад ни с чем?! Моя честь не позво... У Ранты перехватило дыхание. Лоб покрылся холодным потом. Он услышал голос. Не человеческий и не кошачий, скорее... собачий вой? Или волчий? Ранта и Мэри, не сговариваясь, стали спина к спине. Туман снова сгустился. Там? Откуда оно появится? Ранта услышал шаги. В тумане, там и сям, со всех сторон, приближались чёрные тени. Да, волки. Чёрные. Хотя, конечно, то, что появилось над ними и справа, там, где они впервые заметили кошкоподобное существо, сложно было бы назвать волком. Похожее на волка, но слишком крупное. Почти как медведь. А на спине существа кто-то сидит. Изжёлта-зелёная кожа. Омерзительное лицо. Ранта не верил глазам – но это, определённо, он. – Что-о-о?! Гобли-и-и-ин?!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. Незримое противостояние

– ...Ты слышала? Вот сейчас? – Кузак сидел у выхода из пещеры, так, что сложно было сказать, внутри он или снаружи, и пристально вслушивался, – Или показалось? Да нет... Я точно слышал. – Правда?.. – Шихору подошла и села рядом с ним, повернув правое ухо к выходу, – ...О. Ты прав. Это... собачий вой? – Скорее уж волчий, – Кузак откинулся назад, стараясь держаться от Шихору как можно дальше, – Ну, это же лес, так что, наверное, тут могут водиться волки, но... Проблема была не в Шихору; он просто совсем не хотел сейчас оказаться рядом с любой представительницей женского пола. Кузак, конечно, не Ранта, но в то же время хорошо осознавал, что не настолько равнодушен к девушкам как Харухиро. В голову могут начать лезть всякие нехорошие мысли, а девушки так беззащитны и вряд ли о чём-то таком подозревают. Нужно самому держать себя в узде. – Мне неспокойно, – сказал Кузак, – Думаешь, с ними всё в порядке? Ну, я думаю да, но... – Сидеть и ждать тяжело, – согласилась Шихору. – Да уж. Но ничего другого не остаётся. У каждого из нас свои обязанности, и надо их выполнять. – Да, – протянула Шихору, – Мне надо больше тренироваться... – А? Тебе? В смысле, накачать мускулы? – Н-нет, не до такой степени. У меня никогда не получалось развить мускулатуру. Я набираю вес только в тех местах, где не надо... – Но я не думаю что тебе стоит отказываться... э, я не имел в виду ничего странного. Ну, не знаю. Лучше поддерживать здоровый вес. Типа, наверное тебе не стоит пытаться стать слишком худой... А? Мне кажется, или я с каждым словом делаю только хуже? Э... Прости? Я, кажется, был немного груб. Надеюсь, тебя это не задело? – Всё хорошо. Незачем так осторожничать. – Шихору повесила голову и криво ухмыльнулась, – ...Я не только толстая, но и толстокожая. Самоуничижительная шутка? Усмехнуться? Или сказать ей что она не толстая, сделать комплимент? Кузак не знал, как лучше поступить. Честно говоря, эта сторона характера Шихору до сих пор доставляет ему проблемы. – Ну, нас ждёт ещё долгий путь, – сказал он, – В Ортану. Но, всё же, мы уже в Гримгаре, а не в Дарнггаре, так что это, пожалуй, шаг вперёд. – Эм... – Да? – Глупо прозвучало, да?.. Прости. Я хотела пошутить, но... Мне редко удаётся придумать что-нибудь смешное... Что-о-о-о. Ты хочешь дальше об этом говорить? Серьёзно? Обычно неудачную шутку стараются как можно скорее замять. Кузак, определённо, подумал об этом, но раз уж Шихору так хочет, то ему остаётся только поддержать разговор. В конце концов, она ведь не кто-то чужой; они товарищи. – Да, – сказал он, – Пожалуй, не очень смешно. Ну, в смысле, тело вообще довольно деликатный вопрос Даже если бы это было смешно, я бы думал, вроде, стоит ли смеяться или нет? Ну, ты понимаешь? И ещё ты, конечно, не толстая. И вообще я думаю, в том мире мы все сильно исхудали. Там было нелегко... – Н-наверное... – Шихору посмотрела на Кузака исподлобья, – Спасибо за откровенность. Я правда благодарна тебе... Спасибо. – О, да? Ну, хорошо, – облегчённо сказал Кузак, – От меня потребовалась некоторая храбрость, честно говоря. Боялся тебя обидеть. Но мне, наверное, не следует так уж волноваться, мы же не чужие друг другу. – Мы товарищи, да? – Так и есть. – И всё же... тебе не кажется, что иногда ты излишне вежлив? – Это, скорее, привычка. Наверное. Я ведь последним присоединился к команде, вы все в некотором роде мои старшие товарищи. – Мы, правда, не самые лучшие сэмпаи. – Неправда, – сказал Кузак, – Я всегда полагаюсь на вас. У меня даже такое чувство, словно где-то у меня есть старший брат или сестра. Я, правда, не помню, так ли это. И, честно говоря, мне немного стыдно. Я ведь танк нашей команды. Мне стоило бы стать тем, на кого вы могли бы положиться. – Я, во всяком случае, полагаюсь на тебя, Кузак-кун... Наверное. Ну, ты ведь меня защищаешь. – Недостаточно хорошо. Ну, я ведь высокий, и руки у меня длинные. Наверное, если бы я делал всё как надо, то смог бы отвлекать всех врагов на себя. Мне лучше научиться этому, или... – Нет! – Шихору вдруг схватила Кузака за руку, – ...Нельзя. Ты не должен так изнурять себя, Кузак-кун. Не взваливай на себя всё разом. – Разве я это делаю? Вроде нет... – Именно это ты и делаешь... наверное. Ты был со мной откровенен, так что и я скажу прямо. Могзо-кун всегда старался слишком усердно, думал, что должен... И поэтому для него всё кончилось тем, чем кончилось. И ты, я думаю, совершаешь примерно ту же ошибку. Мы были слишком слабы, и он ради нас старался стать слишком сильным. Я не хочу чтобы ты пытался совершить то же самое, Кузак-кун. Не позволю. Нельзя, чтобы кто-то один страдал из-за всех. Нельзя, чтобы кто-то один жертвовал собой – нет, мы должны действовать сообща и компенсировать недостатки друг друга. Вот что я думаю. – О-о-о, – протянул Кузак, – Да... ты, наверное, права. Ну, хотя, я ведь не хотел сказать что тороплю события. Просто я отчётливо ощущаю, что отстаю от вас всех, вот и пытаюсь нагнать... – Кузак осознал, что именно говорит, – ...Ха-ха. Да, верно, я и правда тороплюсь. Но это и правда тяжело, понимаешь? Мне, можно сказать, не остаётся ничего кроме пытаться прыгнуть выше головы. В смысле, Харухиро просто потрясающий. Он какой-то словно очень далеко... В хорошем смысле. Такой спокойный. – Харухиро-кун... Я думаю, внутри он очень переживает, – сказала Шихору, – Просто не говорит об этом Потому что он главный... Наверное, просто не может. Если предводитель волнуется, если он не может принять решение, то всем станет не по себе. Вот, наверное, что он думает. – Хочешь сказать, он превозмогает себя? – ...Думаю, ему приходится нелегко. Но мы вряд ли можем чем-то ему помочь... От нас, всех остальных, толку было мало, поэтому Харухиро-кун и стал главным... Не сказать, что мы вынудили его... Но он не из тех, кто вызвался бы на такую роль сам... – Ну... Пожалуй. Харухиро терпеть не может выделяться. И, наверное, он не из тех, кого можно назвать прирождёнными лидерами. Но он мне нравится, как он руководит. С ним гораздо легче, чем с тем кто может заявить «Просто заткнись и делай что говорю.» – Да, мне тоже, – губы Шихору тронула улыбка. О, а она симпатичная, подумал Кузак, и тут же устыдился своих мыслей. – Просто... – Шихору потупилась, – Думаю, мы создаём ему слишком много проблем. Как ни посмотри, но ему так тяжело именно из-за того, что он главный... Мне бы хотелось помочь ему хоть чем-то, но я не знаю как... – Чем-то помочь, хм... Я, пожалуй, не из тех кто мог бы тут чем-то помочь... Но ведь и Харухиро тоже, а он старается как может. Ради нас всех. – Если бы мы могли хоть чуть-чуть облегчить его бремя... – сказала Шихору. Кузак скрестил руки на груди, повернул голову вперёд и прикрыл веки. Вопрос казался по-настоящему заслуживающим размышлений. Во всяком случае, ему хотелось как следует всё обдумать. Пусть вдохновение и не снизойдёт сразу, но если держать задачу в голове постоянно, рано или поздно какой-нибудь ответ может найтись. – Но, всё-таки, размышлять на такие темы уже лучше, чем не размышлять. Особенно в такие юные годы. Одно из достоинств молодости – времени на раздумья более чем достаточно. – О, ты так думаешь? – сказал Кузак, – Да, наверное... – ...А? – вскинулась Шихору. – Погоди, что? – глаза Кузака расширились. – М-м? Тут кто-то есть?.. – подумал Кузак. То был явно не Кузак и не Шихору. Более того – голос принадлежал и не Харухиро, и не Юме, не Ранте и не Мэри. У выхода из пещеры, совсем рядом с ними, сидел мужчина. Он держал в охапке ножны с мечом. Рассмотреть его лицо мешали очки – точнее, гогглы. У него были волосы с прямым пробором, а лицо покрыто щетиной. Он выглядел довольно зрелым. Кузак заключил что он, скорее всего, человек. Но мужчина носил длинный плащ с поясом, и напоминающие галифе брюки, так что внешне довольно сильно отличался от жителей Ортаны. – О, прошу прощения, – мужчина поднял одну руку и осклабился, – Не хотел подслушивать, но вы меня не замечали. Я подумал, что просто молча слушать будет неправильно, так что попытался ненавязчиво включиться в разговор. – Нет... – Кузак торопливо встал, закрывая собой Шихору, и положил руку на рукоять меча, – Это было совсем не ненавязчиво, знаете ли. Определённо. Я даже не знаю, кто вы. – Так и есть. Ты совершенно прав, – Мужчина почесал в затылке и нахмурился, – Но позволь заметить, если бы я хотел причинить вам вред, то уже бы это сделал. Не хочу обижать, но вы были беззащитны. Даже моих скромных сил хватило бы на то, чтобы разделаться с вами без лишней суеты.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Кузак не мог не признать правоту незнакомца. Его так увлёк разговор, что он совсем не смотрел по сторонам. А ведь предполагалось, что он остался защищать Шихору. Ничтожество. Впрочем, вряд ли он смог бы одолеть этого мужчину даже в открытом бою. Кузак до сих пор не обнажил меч. Просто не мог. Даже без увещеваний мужчины он просто чувствовал – если сейчас достать оружие, то у него будут большие проблемы. – Мы солдаты добровольческого корпуса, из Ортаны, – проговорил Кузак, – Это значит для вас что-то? Как объяснение? – Ну конечно. Добровольческий корпус приграничной армии Аравакии, да? Знаю, знаю. У меня есть несколько знакомых оттуда. – Я – Кузак, – представился Кузак. – Шихору... – тихо добавила Шихору. – Меня зовут Кацухару, – мужчина поднял гогглы на лоб и прищурился, – Вы поймёте, о чём я, если скажу что я из деревни? Мы называем её просто «деревня», но чужаки предпочитают называть нас «Скрытой Деревней». – ...Скрытая Деревня, – прошептала Шихору. Ей, похоже, знакомо это название. Кузаку тоже казалось, что он его где-то слышал – а может и нет, но, во всяком случае, ему было понятно что это какое-то место, где живут люди вроде этого Кацухару. И что это значит? – А? Что это значит? – Кузак наклонил голову набок, – Не уверен, что понимаю... – Это значит что мы не враги, – сказала Шихору, – Королевство Аравакия, в которое входит и Ортана, и Скрытая Деревня не враждуют, – шёпотом объяснила она, – Впрочем, мы и не то чтобы друзья... Из названия и так понятно, но никто не знает в точности, где находится Скрытая Деревня... – Так вот почему она скрытая? М-м... Ну, то есть, Кацухару-сан оттуда, и... И что? Эм... – А вы, я вижу, не слишком заморачиваетесь. Что ж, неплохо, – Кацухару уселся и потёр переносицу. Впрочем, он и сам казался довольно легкомысленным – но при этом казалось, что он по-прежнему готов в любой момент выхватить меч. Загадочный человек. – А всё-таки немного странно наткнуться здесь на солдата Красной Луны. Неужели вы двое только что вернулись из мира, что лежит за этим проходом? – ...Вы знаете про Дарнггар? – нерешительно спросила Шихору. – Название «Дарнггар» впервые слышу, – ответил Кацухару, – Но в нашей деревне есть те, кто знает, что эта дыра ведёт в иной мир. Эта местность, Тысяча Лощин – нечто вроде нашего заднего двора. – Тысяча Лощин... – Кузак огляделся. Вокруг – один туман. И вдруг он понял, – Постойте, если это ваш задний двор, то вы тут хорошо ориентируетесь? И знаете дороги? И в Ортану тоже? Да? – Конечно. Я ведь и сам много раз бывал в Ортане. – Тогда вы сможете показать нам дорогу! – воскликнул Кузак, – О, нет, простите, я не должен ни с того ни с сего просить вас о помощи. Вы же не обязаны нам помогать. – Как ты и сказал, не обязан, – сказал Кацухару, – По крайней мере, сейчас. Мы ведь только что встретились. Но в нашей встрече мне видится некий знак судьбы, и, возможно, когда мы познакомимся получше, почувствую себя обязанным помочь. – ...В каком смысле? – Наверное, я выразился недостаточно ясно, – Кацухару стукнул себя по голове, – Честно говоря, я кое-кого ищу. И вы, возможно, могли бы мне помочь? В таком случае я, закончив с делами, мог бы провести вас в деревню. Вы, наверное, сильно устали в пути? Почему бы не отдохнуть у нас? – ...По-моему это немного подозрительно, – зашептала Шихору Кузаку на ухо, – Не слишком ли он щедр к первым встречным? И ведь если он проведёт нас, мы узнаем, где деревня... – Я всё слышу, – Кацухару потянул себя за мочку уха и ехидно улыбнулся, – Видите ли, у меня довольно острый слух. Ну, полагаю, вашу осторожность можно понять. Но вы кое в чём ошибаетесь. Можно ли ему доверять? Кузак никак не мог определиться. – ...В чём ошибаемся? – осторожно спросил он. – Скрытой нашу деревню называют чужаки, а не мы. Я же говорил, нет? Мы переносим деревню каждый год, а то и чаще. Большинство жителей, как бы, не очень любят чужаков, но это не значит, что ворота закрыты для посторонних. Собственно, вы же знаете такого – Сому, да? Его признали самураем четыре самурайских рода. – Да... – сказал Кузак, – Технически, мы соратники Сомы-сана?.. Ну, мы в его клане. – О, неужели? Вы, должно быть, весьма умелы. Кузак и Шихору невольно переглянулись. Как на это ответить? – К сожалению, нет, – заговорила Шихору пока Кузак ещё размышлял, – Нам ещё очень далеко до кого-то вроде Сомы-сана. – Похвальная скромность, – Кацухару ухмыльнулся. Похоже, он уже и сам определил уровень их способностей, и теперь просто поддразнивал. Во всяком случае, такое складывалось ощущение. Впрочем, это было совершенно беззлобно, кроме того, они и правда неопытны, так что Кузак не чувствовал злости. Он шёпотом, хотя и понимал что Кацухару всё равно услышит, посовещался с Шихору, и решил рассказать ему об их положении. – Кацухару-сан, здесь есть ещё наши товарищи, – заговорил Кузак, – Четверо. Двое чуть раньше ушли на разведку, а другие двое пошли их искать, когда они не вернулись. А мы остались тут, ждать их. – Тогда... – Кацухару едва заметно помрачнел, – Возможно, ваши друзья уже впутались. – Что вы имеете в виду? – С чего бы начать? Попросту говоря, сейчас происходят некоторые неприятные события. И моя милая племянница оказалась в них вовлечена, так что я не мог стоять в стороне. Именно её я и ищу. А-а, ну что за докука, – Кацухару опустил гогглы обратно на глаза и встал, – Пойдёмте со мной. Остальное объясню по дороге. Или вы предпочтёте остаться и ждать своих товарищей? Как бы то ни было, я пошёл. – ...Наверное, стоит пойти с ним, – сказала Шихору. Раз она так говорит... Ну, Кузак всё равно не мог принять решение, так что не возражал. Путь, разумеется, указывал Кацухару, а Шихору с Кузаком шли сквозь туман за ним. Идти было на удивление легко. Кацухару, похоже, выбирал те места, пройти по которым было легче всего. Он сказал что здесь словно его задний двор, и, очевидно, это была не просто фигура речи. – Эм, Кацухару-сан, – заговорил Кузак, – Честно говоря, я вспомнил что недавно слышал что-то вроде волчьего воя. – Звери Форган, наверняка, – Кацухару не оглядывался. Он просто шёл, глядя вперёд. – Это плохо? – спросил Кузак. – Ну, тут есть такой орк по имени Джамбо. Форган это банда, которой он командует. – А? Как банда этого орка и волки связаны друг с другом? – Тихо, – Кацухару присел и взялся за меч. Шихору пригнула голову и затаила дыхание. Кузаку, похоже, тоже лучше послушаться. Следующие две, три минуты от стоял, опасаясь шевельнуть даже мускулом. С каждой секундой это становилось всё тяжелее. Но если Кузак совершит хоть одно неуклюжее движение, то его снаряжение обязательно лязгнет или звякнет. Придётся терпеть и ждать. И всё же, может, хватит? – думал он. Чем думать о том, как тяжело, стоило бы осматриваться и планировать действия на случай какой-то неприятности Я действую слишком легкомысленно. Нужно исправлять эту свою привычку. Иначе мне никогда не догнать Харухиро и остальных. Но я же ничего не вижу в тумане, и ничего не слышу, так что если враги нападут, то я смогу лишь защищать Шихору, так что... может, уже можно идти? – Там были няа, – приглушённо сказал Кацухару. – Няа?.. – спросила Шихору. – Да. Не слышали про них? Это животные. Дикие няа почти не показываются людям на глаза. Оммицу нашей деревни приручают их, но это были другие. Значит, скорее всего – дрессированные няа Форган. Чем дольше Кузак слушал, тем смешнее казалось это слово. Няа. Слишком миленькое. Домашняя няа. Нет, не время смеяться. Дело, наверное, серьёзное. Кузак откашлялся. – Но я ничего такого не видел и не слышал, – сказал он. – Чуть раньше я слышал едва различимое мяуканье, – объяснил Кацухару, – Это были няа. Теперь ушли. Похоже, не заметили нас. Поторопимся. Что ж, раз Кацухару говорит, то наверное так оно и есть, подумал Кузак. Как всё-таки легко, когда достаточно делать то, что говорят. Так гораздо проще. Думать самому тяжело. Невероятно, как Харухиро постоянно с этим справляется. Честно говоря, Кузак сам поразился когда осознал, как быстро привык повиноваться каждому слову Кацухару. – Я словно пёс, – пробормотал он. – И правда, – шедшая впереди него Шихору хихикнула, – Ты и правда характером напоминаешь собаку, Кузак-кун. – О, ты слышала? Ха. Я и правда похож на пса? Хрмм. Ну, да, наверное на кота я точно не похож. Ты кого больше любишь, кошек или собак, Шихору-сан? – ...Собак, наверное. – О? Правда? – А?.. О, э-это никак не связано с твоим сходством с собакой, Кузак-кун. – Нет, я не подумал ничего такого, не бойся. Ты, наверное, вообще не видишь во мне мужчину. Ну, наверное, как и все девушки в нашей команде... – Я бы так не сказала... – Нет, я уверен. Ну, вспоминая как всё прошло... Нет, нет, я не должен так говорить. – Как прошло что?.. Теперь мне стало интересно. – Да, наверное. Ну, я всё равно уже столько сказал. Только никому не говори, ладно? Не скажешь?.. Ну, понимаешь... В смысле... Я признался Мэри, и она тут же ответила отказом. – Так и думала. – Угх. Ты заметила?.. – Просто предполагала. – Ну, мне стало стыдно. Но факт есть факт, что тут поделаешь? В конце концов мы решили остаться просто товарищами. – Тяжело, должно быть. Мэри всегда прямая и откровенная, легко принять это за что-то большее. – Ну, я смирился. Стараюсь жить дальше. Но я тревожусь... С ней ведь Ранта-кун. – Знаете, от ваших разговоров прямо-таки щекотно, – со смехом сказал Кацухару, делая вид что чешется. – П-простите... – Шихору втянула голову в плечи. – Ничего, всё нормально. Я в своё время тоже таким был. Эх, давние времена, но сколько воспоминаний. Но хватит пока об этом.... Кацухару резко остановился и присел, поводя рукой по земле. – Тут, кажется, что-то произошло. Эти отпечатки ног, похоже, человеческие. Два, может три человека... Двое, пожалуй. Их окружила стая волков, а потом... следов борьбы нет. Двое ушли сами. На юго-запад. Надеюсь, мы сможем пройти по следу...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Тяжкий труд

Они шли вниз по пологому склону, а вокруг них вился туман.

С той стороны слышны звуки сражения, подумал Харухиро.

Группу вёл Моюги, неуклонно и быстро шагая сквозь туман, а Мойра шла за ним по пятам.

– Хава?! – Юме издала странный возглас, – А где Кророн?

Харухиро от неожиданности остановился. Кроу исчез. Всего секунду назад он был прямо перед ними.

Впрочем, некогда потрясённо озираться. Если не поспешить и не нагнать Моюги с Мойрой, они пропадут в тумане. А оказаться вдвоём с Юме неизвестно где Харухиро совершенно не хотел.

Они ускорили шаг. Пока что им как-то удавалось не терять из виду Моюги. Но с другой стороны, они ведь заходят в неизвестность всё дальше и дальше. Остальные, ждущие у пещеры, должно быть уже волнуются. А Ранта... Харухиро надеялся, что тот не наделает никаких глупостей.

Проклятье.

Он едва-едва собрался с духом дальше вести команду, и старался как мог действовать осторожно, а тут такая ошибка. Всё против него. Харухиро вновь ощутил презрение к собственной посредственности.

Тем временем... да. Здесь. Сражение уже совсем рядом.

Из тумана доносился хриплый мужской голос. Человеческий. Кроме него, слышались и другие.

Моюги остановился. Мойра вошла в туман и пропала из виду. Харухиро с Юме догнали Моюги и встали рядом.

Харухиро, всмотревшись, различил в тумане смутную фигуру. Она размахивала довольно большим мечом – наверное, тот самый мужчина с хриплым голосом. А те, кто нападают на него? Это орки? Или представители какой-то другой расы? Харухиро не мог разобрать, но сражался явно один человек против многих врагов.

Но, несмотря на численное превосходство соперников, мужчина не отступал ни на шаг. И всё же, он один.

– Эм, Моюги-сан? – нерешительно спросил Харухиро, – Там же человек, да? Разве не надо ему помочь?..

– Я бы помог, если бы была нужда. Само собой. Ты что, идиот?

– Просто спросил. Незачем так злиться...

– Вопросы это хорошо, но мог бы сначала подумать и сам, – сорвался Моюги, – Попросту говоря, ты видишь во мне своего рода сэмпая, и ждёшь от меня приказов, так? Иначе говоря, ты идиот. Говорят, что из идиота можно сделать то, что хочется, и, само собой, я могу найти тебе неплохое применение. Что скажешь на это, идиот Харухиро-кун?

– ...В следующий раз я подумаю сам, прежде чем спросить.

– Будь добр. Видишь ли, я очень не люблю когда мои размышления прерывают идиотскими вопросами.

– Моюгин просто злюка, – Юме сердито надулась, но Моюги просто безразлично усмехнулся. Ну, впрочем, он был совершенно прав. Попал прямо в точку. Моюги состоит в добровольческом корпусе гораздо дольше, чем Харухиро и его товарищи, и, разумеется, гораздо опытнее. Наверняка он превосходит их во всём. И, естественно, Харухиро принял его превосходство, и решил выполнять всё, что тот скажет.

И ехидный вопрос Моюги относился именно к этому. «Тебя это устраивает?»

Моюги ясно дал понять, что если Харухиро с Юме будут вести себя как преданные собачонки, готовые без вопросов вилять хвостами и подбегать к ноге, то он с удовольствием использует их как пешек или разменные монеты, не более того. Да, они все члены клана Воинов Рассвета, но что с того? Если Харухиро думает, что это делает их товарищами, то он глубоко заблуждается, и тем самым глубочайше раздражает Моюги. Иначе говоря, от них потребовали чем-то завоевать его уважение.

Пусть Моюги и резок в выражениях, но по-своему заботлив. Во всяком случае, Харухиро решил понимать сказанное именно так. Он, конечно, не настолько ревностно относится к своей репутации чтобы решить «Отлично, ты ещё поймёшь что недооценил меня, вот увидишь!», но, во всяком случае, не собирался позволять использовать себя как пешку.

Пусть пока что мы и не ровня Моюги с Кроу, но всё равно можем хотя бы оценить свои недостатки, научиться тому, чему нужно научиться. Можем поработать над тем, что требует улучшения. И, мало-помалу, сократить дистанцию, разделяющую нас от старших солдат Красной Луны.

Но под силу ли это нам? Ну, задача не из лёгких, но можно хотя бы попытаться.

Думай. Думай как следует. Нет, простых размышлений недостаточно. Или, точнее, для начала нужна какая-то основа, из которой уже можно делать выводы. Нужна информация. Увиденная собственными глазами, услышанная собственными ушами, испытанная на собственной шкуре.

Что здесь происходит? Что делают Моюги и его спутники? Сражаются. С кем сражаются? С орками. Но, похоже, не только с орками. Кто эти враги, что наседают сейчас на мужчину с хриплым голосом? Только орки? Или представители каких-то ещё рас? Нужно узнать. Нужно узнать как можно больше.

– Я продвинусь чуть вперёд, вы не против?.. – начал Харухиро. И тут же поправился, – Нет, я просто пойду вперёд.

Не дожидаясь ответа, он прошёл мимо Моюги. Юме последовала за ним.

Теперь он видел отчётливо. Мужчина держал в руках огромный меч странной формы, и размахивал им направо и налево.

Ну и меч, подумал Харухиро. Никогда не видел ничего подобного.

У каждого меча есть центр тяжести. Это та точка, которая делит оружие на две равные по весу половины, так, что подвешенный за неё меч будет находиться в равновесии. Обычно она расположена на клинке, на расстоянии от десяти до двадцати пяти сантиметров от гарды. Если же центр тяжести отдалён от рукояти, то сражаться таким мечом становится очень неудобно – почти невозможно. Но.

Но меч мужчины был, скорее всего, более чем полутора метров в длину, что уже само по себе делало его слишком большим. Вдобавок клинок заканчивался не остриём, а наоборот – расширялся на конце. Его форма чем-то напоминала тонкий срез гигантского гриба. А значит, центр тяжести такого оружия должен располагаться слишком далеко от эфеса. И, в результате, каждый взмах был очень медленным.

Мужчине приходилось ограничиваться долгими, мощными ударами, и в результате он оставался беззащитным перед контратаками. Но для этой проблемы у него было решение.

Его ноги.

Каждый раз, когда враг подходил близко, мужчина наносил удар ногой. Каждый пинок обладал невероятной мощью. Похоже, этот человек вполне способен потягаться в силе с орками – а то и превзойти их.

Харухиро, получив хотя бы один удар этих бревноподобных ног, скорее всего уже не сможет снова встать. И, разумеется, от огромного меча мужчины его не защитят ни доспехи, ни щит. Приблизишься – уложит пинком, будешь держаться в стороне – разделает ударом меча. Тогда как быть, если этот мужчина окажется врагом?

Ответ лишь один.

Бежать. Что ещё?

На этого человека страшно даже просто смотреть. Он не носит шлема, демонстрируя свою лысину, и хотя тонкие усики ещё туда-сюда, но зачем ему тёмные очки? Жутковатый вид. Этот парень ненормальный, как ни посмотри.

Он снова выкрикнул и махнул своим мечом-грибом, и один из противников упал замертво. Ещё три выкрика, каждый сопровождаемый взмахом, и после каждого взмаха на землю падало ещё одно зверски изувеченное мёртвое тело. Один из противников попытался улучить момент и прорваться вплотную, но резкий пинок отбросил врага в сторону, а следующий удар меча прикончил.

Гора трупов росла на глазах. Ну, может это и преувеличение, но глядя на этот огромный меч, мастерские удары и невероятно ловкие для человека такого телосложения пинки, Харухиро не мог не преувеличивать.

Вдобавок мужчина использовал в свою пользу даже окружавший его туман. Для него любой, приблизившийся на расстояние удара, был врагом – но не для его противников. При такой плохой видимости им наверняка тяжело скоординироваться, окружить человека со всех сторон и задавить числом.

Теперь Харухиро понял, почему Моюги не спешил присоединиться к резне. Если кто-то будет настолько неосторожен чтобы в попытке помочь приблизится к этому мужчине, то, скорее всего, лишь отвлечёт его. Тогда, наверное, можно просто прикрыть его издалека?

Харухиро, в общем-то, именно этим и собирался заняться.

Но, как оказалось, он был небрежен. Враги заметили его.

– Юме! – он взял наизготовку стилет и нож.

Враги оказались ближе, чем он думал.

Нападают. Зеленокожие. Орки. Двое орков. Один с синими волосами, другой рыжий. В металлических доспехах. Мечи, кажется, однолезвийные. Изогнутые. Сабли?

Если нападут одновременно, то они с Юме, скорее всего, не продержаться и секунды. Значит, первым делом нужно разделить врагов. Одного возьмёт Харухиро, второго Юме.

Харухиро бросился на синеволосого, осыпая его градом ударов. Он концентрировался на скорости, а не точности. В любом случае даже если орк и пропустит удар, своим оружием Харухиро вряд ли сможет его серьёзно ранит. Но, во всяком случае, он сумел заставить противника поумерить пыл.

Он слышал, как Юме с воинственными выкриками рубится со вторым орком. Не позволяя синеволосому орку опомниться, Харухиро переместился так, чтобы Юме оказалась у него за спиной. Теперь даже если появятся новые противники, на них с Юме хотя бы не нападут сзади.

Моюги, Мойра, Кроу, кто-нибудь. Вас не затруднит помочь нам?

Не надейся на других, одёрнул он себя. Если ты не сможешь справиться сам хотя бы с этим, то с чем вообще ты сможешь справиться?

Фактически, это мгновение слабости, желания положиться на кого-то ещё, стоило ему инициативы. Харухиро попытался отступить, а синеволосый орк контратаковал.

– А!..

Чёрт! Ого! Быстрый!

Харухиро махнул ножом в Отбиве, отражая яростный рубящий удар, направленный ему в горло. Орк резко изогнул кисть и замахнулся из-за головы, сверху вниз. Харухиро уже не успевал поднять нож снова, и попытался отбить стилетом. Отбил, но полностью удар погасить не смог.

Орк пырнул его. Левой рукой, похоже, отразить эту атаку не удастся Харухио снова защитился стилетом. Отбив, Отбив, Отбив.

Сильный.

Харухиро был готов к мощи ударов, но орк также сражался весьма умело. Враг действовал ловко и умно, не полагаясь на одну только силу. Будет ли преуменьшением сравнить его с человеком? Харухиро чувствовал именно так. Этот орк выглядит иначе, но сражаться с ним это как сражаться с человеком.

С человеком?..

Нет. Это не человек. Он крупнее и сильнее. А если сверх этого он также ловчее и умнее, то, в целом, это существо превосходит человека.

Харухиро, уйдя в глухую оборону, снова и снова отбивая удар орочьей сабли стилетом, содрогнулся. Видимо, всё это время он кое в чём ошибался.

Примерно полтораста лет назад появился Бессмертный Король, создал нежить, и объединил под своей властью орков, кобольдов, гоблинов и прочие расы. Они уничтожили человеческие королевства Нананка и Ишмаэл, а королевству Аравакия пришлось отступить за Хребет Тенрю. В итоге главной силой в Приграничье Гримгара стали орки и нежить.

Харухиро, когда узнал эту историю, принял её просто как свидетельство поразительных способностей Бессмертного Короля.

Но думал ли он хоть раз что, возможно, орки вытеснили людей с этих земель просто потому, что оказались лучше их?

Откровенно говоря, нет. Ни разу.

Возможно, Харухиро всё это время заблуждался относительно того, чем на самом деле являются орки.

– Юме! – Харухиро в последний момент отразил очередную атаку синеволосого орка – комбинацию из горизонтального взмаха, перетекающего в удар по ногам, и бросил взгляд за спину. Он видел Юме лишь долю секунды, но ей тоже явно приходилось нелегко.

Нам не выстоять, осознал он.

Если продолжать так дальше, то рано или поздно орки одолеют нас.

Явственное и чёткое напоминание о том, насколько Моюги и его спутники превосходят команду Харухиро. Положение, определённо, безнадёжное, и победы не видать. Тогда, что делать? Просто сдаться? Нет, это не вариант. Действуй умнее. Нужно быть умнее. Может, Харухиро и заблуждался относительно орков, но ведь и орки тоже ничего про него не знают.

– Раз, два!.. – выкрикнул он.

– Ня-а! – Юме резко развернулась. Харухиро повторил её движение.

Они поменялись местами.

Синеволосый орк приноровился к стилю боя Харухиро, а рыжий, скорее всего, тоже разобрался в том, как движется Юме. Но если соперник внезапно поменялся, то кто угодно будет в замешательстве, неважно, человек или орк.

Харухиро бросился вперёд. Да, конечно, это новый, незнакомый противник, так что он сильно рисковал. Но если до этого шансов не было вообще, то сейчас у него появилась возможность атаковать.

Он ухватился за неё, сходясь с рыжим орком вплотную. Оттолкнул саблю в сторону, пнул врага в колено, сделал вид что пытается нанести укол но резанул ножом, и снова пнул в колено. Он не вкладывал в удары всю силу, но орка эта комбинация, похоже, застала врасплох.

Сейчас.

Харухиро проскользнул мимо врага, заходя ему за спину. Удар в Спину, стилетом.

Не один – два, затем третий. Ему удалось пробить доспех, но не нанести смертельную рану.

Рыжий орк развернулся к нему лицом.

Харухиро снова обошёл его, и снова трижды пырнул в спину.

Орк пошатнулся, но с выкриком «Оршш!» умудрился устоять.

Ожидавший этого Харухиро тут же схватил орка в захват. Противник носил шлем, но в шлеме были широкие прорези для глаз и рта, и из-под него выбивались рыжие волосы.

Харухиро вбил нож в прорезь для рта, ткнул стилетом в правый глаз. И тут же, вырвав оба оружия, отскочил назад.

Орк с рёвом припал на колено, но ещё не падал.

Да что же он какой крепкий? Может, орк и умирает, но кто знает, на что он способен в последнем предсмертном усилии. Нельзя недооценивать его.

Харухиро повалил врага пинком, и глубоко вонзил стилет в его правую глазницу.

– Уж прости! – проорал он.

Умри. Умри. Умри. Умри. Умри, пожалуйста.

Оставив наконец бездыханного рыжего орка, Харухиро обернулся к Юме. Та размахивала Ван-тяном, защищаясь от ударов синеволосого орка, но схватка явно вымотала её. Харухиро хотелось вскочить и сразу броситься на помощь...

Нет, не спеши, одёрнул он себя. У тебя свой образ действий.

Сначала – успокоить дыхание, контролировать его, выпустить из тела лишнее напряжение, и скрыть своё присутствие. Он не в силах заставить туман развеяться, но в силах очистить свой разум.

Поле зрения Харухиро резко расширилось. Он видел. Он слышал. Он ощущал. Разум освободился от плоти, Харухиро словно видел всё вокруг, включая себя, сверху и немного под углом. Это немного отличалось от Незримости, которой он научился от Барбары-сэнсэй, но так у Харухиро получалось лучше.

Моюги не сдвинулся с того места, где остановился изначально, ни на шаг, словно говоря – покажите, на что способны. Харухиро ожидал этого, и даже не разозлился. Вряд ли получится выдавить из Моюги даже одобрительное хмыканье, но Харухиро собирался сделать всё, что в его силах.

Харухиро, двигаясь спокойно, словно став единым целым с туманом, обошёл синеволосого орка сзади. Его не заметили ни орк, ни даже Юме.

Он не видел ту линию света, но двинулся вперёд без малейших сомнений. Нож он вложил в ножны, и нанёс Удар в Спину стилетом. Оружие вонзилось по самую рукоять, орк на мгновение замер.

Харухиро, не упуская шанса, использовал Арест. Он схватил орка за левую руку – за локоть, крепко и внезапно. Сила орка и разница в размерах мало помогли ему. Харухиро с лёгкостью смог выбить его из равновесия и повалить. Он тут же вбил стилет в правый глаз упавшего врага.

– Н-няа! – подлетела Юме, и рубанула орка по правому запястью. Она не смогла отрубить ему руку, но тот выронил саблю.

Вероятно, синеволосый орк в этот момент подумал – «мне конец». Его отчаяние было почти осязаемо. И всё же он нашёл в себе силы попытаться снова встать на ноги.

Не позволю, подумал Харухиро.

Он оседлал врага, вырвал стилет и вонзил обратно. Вырвал и снова вонзил. И ещё раз. И ещё.

Стилет – оружие, предназначенное для колющих ударов, обладающее мощной пробивной силой и способное при умелом применении наносить тяжелейшие раны. Вскоре синеволосый орк затих.

Ну, что скажете? – подумал Харухиро. Произносить это вслух он не собирался, но обернулся, ища взглядом Моюги. Тот исчез.

Лысый мужчина в тёмных очках тем временем продолжал бой. Он рубил подступающих противников своим мечом-грибом, отпугивал, заставляя отскакивать, а тех кто не пугался – отбрасывал пинками прочь.

Один из таких орков, сбитый с ног пинком, попытался встать – и не смог. Моюги, когда-то успевший переместиться ближе к схватке, пронзил его затылок своим тонким мечом.

– Ну что ж, – высвободив оружие, Моюги поправил очки средним пальцем левой руки, – Думаю, пора. Я досчитаю до восьми, и мы закончим дело. Раз...

Ход сражения ощутимо переменился. Враги, до этого момента наседавшие только на лысого здоровяка, разделились. Примерно половина переключилась на Моюги.

Один вскоре рухнул.

Стрела?

Должно быть, сработал Кроу. Но к Моюги уже ринулся второй.

Тот не уворачивался. Только произнёс «Два», продолжая придерживать очки.

Что он делает? Это же опасно?

Словно давая отрицательный ответ на мысленный вопрос Харухиро, из тумана вырвалась Мойра. С воплем «Не-е-е-е-ет» она повалила орка, уже замахнувшегося на Моюги. И почти сразу ещё один упал, поражённый двумя стрелами сразу.

– Три, – Моюги скрестил мечи со следующим врагом, на этот раз – беловолосым орком. И покосился на Харухиро.

Что? – подумал тот. Ты всё же решил использовать нас? Ну, не сказать что я против.

Харухиро, активировав Незримость, скользнул сквозь туман. Когда он зашёл беловолосому орку за спину, Моюги произнёс «Четыре», повернулся налево, словно внезапно потеряв интерес к противнику, и спокойно пошёл прочь. Орк, застигнутый этим поступком врасплох, и вероятно разъярённый, попытался броситься на него.

И совершенно не смотрел при этом по сторонам. Что ж, остаётся одно. Харухиро бросился на орка и схватил его в захват – Паук. Моюги, равнодушно бросив взгляд на то, как Харухиро, напрягая все силы, пытается прикончить врага, продолжил шагать, лавируя между остальными противниками.

– Пять, шесть.

Да что с ним такое?

Вражеский отряд таял на глазах.

Кроу, скрытый в тумане, расстреливал орков из лука. Мойра атаковала тех, кто пытался напасть на Моюги. Моюги, в свою очередь, непринуждённо протыкал врагов своим тонким мечом. И, разумеется, лысый продолжал разрубать орков одного за другим.

Как именно они убивают врагов мог понять даже кто-то вроде Харухиро. Но почему у них всё получается настолько гладко? Харухиро казалось, что ему показывают какой-то фокус.

– Семь, – Моюги отпрянул, казалось, готовый в любой момент опрокинуться. Этот враг был не орком – на Моюги бежало какое-то четверорукое существо.

В правый бок существа впилась стрела, а с другой стороны с криком «Не-е-е-ет!» в него вцепилась Мойра.

И повалила.

«Не-е-е-ет... Не-е-е-е-ет... Не-е-е-е-е-е-ет!..»

Бросив короткий взгляд на Мойру, расправлявшуюся с противником невыразимо жестоким способом, Моюги элегантным жестом вложил свой тонкий меч в ножны.

– Восемь. Сделано. Всё по плану.

– Ву-у... – Юме обвела взглядом вокруг.

Харухиро мог лишь выдохнуть. Он тряхнул головой.

Орков не осталось. И ведь их было так много. Но сейчас все они лежали убитые – во всяком случае, Харухиро не видел ни одного живого.

Всё и правда закончилось к тому моменту, когда Моюги досчитал до восьми.

Он, конечно, считал сам и мог делать такие паузы, какие хотел, но всё же.

– Хрм-м... – лысый в тёмных очках низко рыкнул, воткнул свой огромный меч в землю и медленно покрутил головой из стороны в сторону, – И правда.

– Молодца, – откуда-то появился Кроу и хлопнул лысого по плечу, – Каджита.

Лысый в тёмных очках – Каджита – улыбнулся и показал Кроу большой палец.

Мойра медленно поднялась. Её четверорукий противник лежал без движения – точнее, от него осталась лишь груда до неузнаваемости изувеченной плоти. Неужели обязательно было так с ним поступать – пусть даже он и враг?

Или просто такова натура демонов? Зодиак Ранты тоже со временем станет таким?

Харухиро сморщился. Мысль была неприятной.

– Эм... – он снова тряхнул головой, – Это... Не знаю, как правильно назвать, это четверорукое существо... Кто это?

– Что? Не знаешь? – наигранно поразился Кроу, – Нежить, конечно. Те, у которых четыре руки, зовутся двойнорукими. Ну или точнее это они себя так называют.

– Нежить... – Харухиро потёр горло.

Убитый Мойрой был слишком изуродован, так что Харухиро осмотрел другие тела – и сразу же нашёл. Там, тут, повсюду. Должно быть, все враги, не являвшиеся орками, были нежитью.

Нежить не так уж сильно отличалась от людей. Они все выглядели более или менее человекоподобно, но у двойноруких было по четыре руки. У некоторых существ руки было две – но неестественно длинных, у других – слишком длинные туловища и короткие ноги, или огромные ягодицы, или непропорционально большие головы. А ещё у них почти не было открытых участков кожи. Все тела были укутаны в ткань, защищены кожей или металлом, а те редкие кусочки кожи, которые всё же открывались взгляду, были или угольно-чёрными, или коричневыми, или серыми, или бледно-синими.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Ещё одним отличием от орков было то, что из их ран текла не кровь, а какая-то зелёная слизь неуютного вида.

– Ха-а... – Юме нерешительно подошла и присела возле трупа нежити, – А знаете, Юме уже некоторое время кое-что не может понять...

– Хорошо, – Кроу подошёл и присел на корточки с ней рядом, – Спрашивай. Но имей в виду, я смогу только соврать если не знаю ответа.

– Тогда лучше сказать Юме что это ложь, ладно? Чтобы Юме не поверила. Ладно?

– Ва-ха-ха! Ладно, ладно. Обещаю.

– В общем, нежить это как жить, только не? Да?

– А? Чего? Жить только не? Что за ерунда?

– Ну как же, жить, только не! Всё просто!

– Вахаха! – Кроу опять рассмеялся, – Забавная шутка, но я понятия не имею, о чём ты. А знаешь, ты миленькая. Как зверушка.

– Мурргх! Юме не животное, а человек, понятно! А, но люди ведь тоже животные.

– Ха-ха! Ты как милая комнатная зверушка! Вахахаха! – Кроу притянул к себе голову Юме и принялся гладить, – Эй, Моюги, Каджита, можно я её себе оставлю?

– Только кормить будешь сам, – глаза Моюги неприятно блеснули.

– Конечно. – Каджита осклабился и поднял большой палец.

– В общем... – похоже, разговор сильно отклонился от темы, так что Харухиро посчитал за лучшее вмешаться, – ...«Жить» это жизнь, а «не» – негативная приставка, то есть нежить это что-то уже неживое. Как, в таком случае, то что уже не живо, может умереть?

– Верно, Хару-кун! – Юме оттолкнула руку Кроу, – Ну вот! Теперь волосы Юме все разъерошенные!

– ...Юме, наверное «разъерошенные» это не совсем то слово...

– А? Съерошенные? Отъерошенные? О, Юме запуталась.

– Хи хи хи... – Кроу согнулся, хватаясь за бока, – Ох, не могу. Сейчас умру. Ну ладно, ладно. Я понял. Да, конечно. Вы правы. Если записать слово «нежить» кандзи, то получится «раса, чуждая смерти». Но, тем не менее, они умирают как и все остальные.

Кандзи? – озадаченно подумал Харухиро. Ах да, кандзи. Если записать с помощью кандзи... Стоп, что?..

Я знаю, что такое кандзи. Это письменные символы. Здесь, в Гримгаре, тоже есть письменность. Но... Да, точно. Кандзи?

Вроде бы никто не называет местный алфавит «кандзи»?

Я слышал только, что местные письменные символы называют идеограммами. Может, у них есть и название, но я его не знаю. Но это определённо кандзи.

– Что такое, парень? – спросил Кроу.

Харухиро поднял голову. Кроу смотрел на него с глупой улыбкой, но в его глазах виднелся острый блеск.

– Тебя что-то беспокоит? Говори.

– Н-нет... – Харухиро помотал головой, – Ничего.

– Правда? – Кроу коротко выдохнул, и мотнул подбородком в сторону тел нежити, – Ну, да ладно. Так насчёт нежити. Говорят у них есть такая штука, которая называется ядро, и есть предположение что они погибают, если ядро разрушить. Обычно ядро в голове, так что если всё, что выше шеи уцелело, то со временем нежить соберёт достаточно мёртвых тел и воскреснет. Дичь, да?

– Это просто слух? – Харухиро поднял брови, – Никто не проверял наверняка? Что это ядро, или как его там, существует?

– Именно. Ядро ещё никто не находил, – заговорил Моюги, – Нежить, как говорят, создал своим проклятием Бессмертный Король. Фактически даже сейчас, если человек остаётся как есть после того, как его жизненные функции прерываются, со временем он снова приходит в движение под действием проклятия. Это, кстати, касается не одних людей. Мы знаем, что через пять дней после смерти восстают не только эльфы, дварфы, орки, гоблины, кобольды, кентавры и гномы – доминирующие разумные расы – но и все прочие разумные существа. Впрочем, они становятся зомби, но не нежитью. Почему так? Существует теория, что это как-то связано с тем, что Бессмертный Король покинул этот мир, но, как бы то ни было, его проклятие до сих пор действует. Из этого я предполагаю, что так называемое ядро это не то, что зарождается само, но нечто, внесённое в тела нежити извне. И когда это нечто ломается, нежить перестаёт быть нежитью. Иначе говоря...

– Долго, – Каджита показал большой палец, и перевернул его вниз, – Слишком долго.

– Ну, тогда пока остановимся, – Моюги цокнул языком, – Мы увлеклись. Моя операция, разумеется, продолжается. Идёмте, пора переходить к следующей локации. Ну же!

– А?.. – Харухиро и Юме переглянулись.

Юме смотрела ничего не понимающим взглядом. Как, честно говоря, и Харухиро.

– Что значит, следующей? – спросил он.

– Наверное, пора, – Кроу встал и хрустнул костяшками, – Ещё две. Эх, староват я уже для такого.

– Верно. – Каджита взвалил на плечо свой огромный меч так, словно тот ничего не весил.

– Нет, Каджита, я конечно знаю что по виду не скажешь, но ты ведь намно-о-ого моложе меня, а? Тебе-то поди легко. Легче лёгкого, а?

Каджита в ответ лишь молча поднял большой палец.

Моюги уже ушёл далеко вперёд вместе с Мойрой.

– Ещё две... – Харухиро встал, шатаясь, – Наверное, лучше закончить поскорее?

Правильно ли я поступаю? Или нет? Он уже не был ни в чём уверен.

Всё вокруг застилал туман, по-прежнему густой и непроглядный.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Неотыгрываемый счёт

Ситуации, в которых любой другой давно бы потерял надежду и сдался, им встречались уже много... нет, бесконечно много раз, но Ранте всегда удавалось выкрутиться и обернуть всё в свою пользу. Для меня не существует трудностей. У меня всегда всё под контролем. В это он верил. В этом был уверен. Абсолютотально. Ранта мысленно ухмыльнулся. Крутое слово. «Абсолютотально». Может, выкрикнуть его в полный голос? Хм, сложно сказать. А если эти разозлятся? Или хуже, чем разозлятся? А может, обычная злость – это последнее, что его сейчас должно волновать? Туман. Ранта уже некоторое время находился в тумане. Вокруг ничего кроме тумана, и его, честно говоря, это достало. Эх. Нет ли какого-то способа воспользоваться туманом и сбежать? Ага, конечно. Даже для кого-то настолько крутого как он эта задача слишком сложна. Его ведь, в конце концов, связали. Умело скрутили, если можно так сказать. В тело врезались верёвки. Ну, как оно там – черепаховый? Черепаховый узел. Ноги, на удивление, оставили свободными, но обе руки связаны в запястьях за спиной, и двигать ими Ранта не мог. Верёвка от узла на руках привязана к стволу ближайшего дерева. Стоя он быстро устал, так что сидел, скрестив ноги. Шлем с Ранты сорвали, но остальные доспехи оставили. Перед этим его также обыскали с ног до головы – не столько тщательно, сколько грубо, и отобрали всё, что у него было – включая оружие. Ну, само собой. Обыск есть обыск. Ему пришлось через это пройти, и ей тоже. Ранта покосился вбок. Они соприкасались плечами. Она сидела рядом, на коленях, повесив голову. Эй, эй, эй, чего ты жмёшься? Запала на меня? Ну, а? Ранта мог бы завести лёгкую перепалку, но не стал. Не мог. Эти могут разозлиться. А может, просто теоретически, больше чем разозлиться. Если не повезёт... убить его? Туман мешал как следует осмотреться но, во всяком случае, они не на вершине холма. Поблизости пещера. Разумеется, не та, через которую они вернулись в Гримгар. Здесь не только Ранта с Мэри. Есть и другие. Много других. Для начала, те твари. Существа, напоминающие кошек с ловкими руками и большой головой. Собственно, они повсюду вокруг. На деревьях, на земле, лежат просто так или свернувшись калачиком, самых разных цветов – и словно следят. Ну, точнее, они явно следят. Ранта уже понял, что это не дикие звери. И не только эти кошки. Возле входа в пещеру расположились угольно-чёрные волки. Тоже, определённо, дрессированные. И тот гоблин. Рядом с пещерой лежал один особенно крупный волк – поразительно крупный. Рядом с ним, ласково его поглаживая, сидел гоблин – видимо, смотритель и над волками, и над кошками. Во всяком случае Ранта, наблюдая за ним, пришёл к такому выводу. Однако, этот гоблин носит что-то вроде костюма из облегающей кожи... У него гоблинское лицо, гоблинская фигура и гоблинское телосложение – самый гоблинский из всех гоблинов – но он производил странное впечатление. Он держался совершенно спокойно, словно разумный, и выглядел чем-то опечаленным. Это необычный гоблин, подумал Ранта. Ну, наверное, какой-то особенный, а? Очевидно. Само собой. – Э-эй, – попытался заговорить Ранта так тихо, как только мог, – Ну, хорош унывать. Мы ещё живы. А пока живы, сможем что-то придумать. Эй?.. – Ну да, – бросила Мэри, не поднимая головы, – Пока жив, можешь ползать на коленях сколько душе угодно. – Кх... В голове пронеслись неприятные воспоминания. Ползать на коленях. Ну да, она права... Да, я бухнулся на четвереньки и поклонился! И что! Нас окружили волки, и вот-вот всё пошло бы совсем хреново! Я просто поддался порыву! Инстинктивно! А чем не вариант?! В итоге-то выбор был правильный! Да, я взял и сделал это! Взял и сделал! Сделал, а что ещё оставалось?! Ну да, встал на колени! И что? Я сделал всё как надо! – Б-благодаря этому мы всё ещё живы, – сказал Ранта, – Иначе нас бы убили прямо там. Могла бы и поблагодарить. Их потряс мой молниеносный поклон. – Скорее уж насмешил. – ...Главное, мы выжили. Смотри на вещи позитивно. – Позитивно? Сейчас? – Мэри сдавленно вздохнула, – Не придуривайся. Ранта снова покосился на неё. Ну, пожалуй, нельзя винить её в недостатке оптимизма. Их ведь, в конце концов, связали. И верёвки довольно сильно стягивают тело. Немного эротично, а? Нет, не немного – очень даже эротично. Кстати, Ранту с Мэри связал тот самый гоблин. И обыскивал тоже он. Значит, ему довелось как следует облапать Мэри. В тот момент Ранта об этом не подумал но теперь, пожалуй, ему стало завидно. Нет! Это отвратительно! Как смел этот ничтожный гоблин к ней прикасаться? Я-то сам её ещё не трогал! – ...Что уставился? – Н-ничего, – Ранта торопливо посмотрел вперёд, – ...Ну ладно, ладно, я смотрел. Да, смотрел, правда, смотрел. И что? Нельзя? Ну, типа, проверял... Может верёвки слишком тугие, и не больно ли тебе... – Извращенец. – Я-я просто волновался! – Тише. – Э... – Ранта торопливо закрыл рот и огляделся. Похожие на кошек существа смотрели в их сторону. И волки. И тот гоблин. И другие. Честно говоря, помимо кошек, волков и гоблина тут было ещё множество зеленокожих орков. И ещё каких-то существ, человекоподобных, плотно закутанных и прячущих кожу. Они входили и выходили из пещеры, или бродили поблизости. Что тут вообще происходит? Кто они все? И, для начала, почему не убили нас? Им ведь достаточно было захотеть. Да они и сейчас могут это сделать. Разве орки не враги людей? И что тут делает гоблин? Они же живут в Дамроу? Ранта снова посмотрел на Мэри. Они не убьют нас сразу... так? Типа, сначала позабавятся? В этом смысле? Это они собираются сделать? Типа, эй, народ, в порядке очереди? Типа, Мэри будет в беде? Хотя, она и так уже в беде. Да... Похоже на то. Они в том положении, когда их враги могут поступить с ними как захотят в любой момент. А значит, и с Мэри могут поступить как захотят в любой момент. И Мэри наверняка это понимает. Ей явно не светит ничего хорошего. Она, должно быть, думает что лучше бы её убили сразу и дело с концом. Что будет сначала? Сначала они убьют меня, или займутся ей? А может, они сделают это прямо здесь, у меня на глазах, пока я ещё жив... Не двинуться бы крышей от такого. Не хотелось бы это видеть... или хотелось бы. Нет, нет, совсем нет. Ни за что, не хочу. Ранта зажмурился. Жу-у-ть. Как же страшно. Нет, нет, нет, не хочу. Спасите, кто-нибудь, умоляю, спасите! Он услышал, как Мэри громко сглотнула. Ранта открыл глаза. Вытаращил. Из пещеры кто-то вышел. Не орк, не гоблин, и не те закутанные человекоподобные существа. Но, впрочем, этот тоже человекоподобный. То есть, он и есть человек. Идёт. Идёт сюда. Человек. Длинные волосы, собранные как попало в узел над головой. Заросшее лицо, впалые щёки. Кимоно? На нём какой-то костюм, крепко перевязанный оби. Левую руку он держал заложенной за отворот. А правая... У него нет правой руки? Или она просто спрятана в рукаве? Тот длинный, тонкий предмет у него во рту, должно быть, трубка. Он курит. И ещё он одноглазый. Левый глаз не просто закрыт – на его месте шрам. Лет сорок, наверное? Старый. Но... Что происходит? Тут человек, вместе с орками и гоблинами? Они друзья? – Хм-м... – мужчина остановился перед Рантой с Мэри, высвободил руку и почесал подбородок. Раздался скребущий звук. На его поясе висел изогнутый меч – похож, пожалуй, на катану. – Хороша. Аппетитная. – Ты её есть что ли собрался?! – не сдержался Ранта. Старик приподнял кустистую бровь и посмотрел на него. – И соплячок бодренький да свеженький. – «Свеженький»?! Чё-ё-ё-ё-ёрт... Вы что, правда нас сожрёте?! – ...Это вряд ли, не думаешь? – Заткнись, Мэри! И вообще, что ты такая спокойная?! – Я бы не назвала это спокойствием... – Ну хватит, – мужчина зевнул, – Если мы захотим сварить вас, или испечь, и съесть в своё удовольствие, то именно это и сделаем. Мы можем сделать с вами всё что захотим, когда захотим. Если бы не каприз Онсы, вы двое давно пошли бы на корм волкам. Вам удалось этого избежать. Почему бы не порадоваться удаче? М-м? Гоблин, глядя на них, продолжал поглаживать волка. Должно быть, Онса – его имя. Ранта глянул на Мэри. Та смотрела себе под ноги, наклонившись вниз и вперёд. Она дышала прерывисто. Всё её тело тряслось. Ей страшно? Ну конечно страшно. Ранта глубоко вдохнул и поднял глаза на старика. Он был перепуган до ужаса, но не собирался позволять кому бы то ни было считать себя трусом. Он ведь должен заботиться о своей репутации свирепейшего из Рыцарей Ужаса. – Убейте меня, – сказал Ранта мужчине, – Убейте нас, если хотите. Но вы ведь этого не сделаете, да? У вас ведь есть какая-то причина оставлять нас в живых? – Не то чтобы причина, – старик выдохнул клуб дыма, – Но если уж мы берём пленных, то не убиваем их просто так, кем бы они ни были. Таков закон. – Закон?.. Вы кто такие? – Ты что, про нас не знаешь? – Ну, нет, – Ранта облизнул губы. Так вот оно что, подумал он. Они не убьют нас сразу. Этот дед пообещал. Тогда, чего бояться? Мне не страшно. Вот вообще не страшно. – Понимаете, мы только что вернулись из небольшого путешествия в другой мир, – сказал Ранта. – Другой мир? – взгляд мужчины чуть переменился. Похоже, удалось завладеть его вниманием. Отлично, отлично. – По мне, может, и не сказать, но я довольно знаменитый солдат добровольческого корпуса, – похвастался Ранта, – Так что я поднабрался опыта в другом мире и вернулся обратно в Гримгар. Я стал лучше и сильнее чем когда-либо. Могу много рассказать, если интересно. – Ты дурак? – тихо зашептала Мэри, но Ранта пропустил это мимо ушей. – Это рассказ, от которого вскипит кровь и взбунтуется плоть! – объявил Ранта, – Мы пережили кучу невероятных приключений! Неизвестные земли, странные твари, наше золото ничего не стоит, наших слов никто не понимает, наш с трудом завоёванный опыт бесполезен, мы прошли через жесточайшую школу выживания! Как вам?! Если упустите шанс услышать мой рассказ, то потом сильно пожалеете! Вы этого хотите? Остаться без моего рассказа?! Я бы на вашем месте послушал! – Дай-ка подумать, – старик наклонил голову набок и выдохнул ещё один клуб дыма, – Обойдусь, пожалуй. – Не-е-е-ет... – Ответь на вопрос. – С-спрашивайте! Т-то есть нет! С-смотря что за вопрос?! Н-ну, то есть я не против, я рад сотрудничать... Правда! – Ответить в твоих интересах, – сказал старик, – Как вы двое связаны с деревней? – Деревней?.. – Ранта и Мэри переглянулись. Мэри покачала головой, похоже, не понимая вопроса. Ранта тоже понятия не имел, о чём его спросили, но хорошая ли это идея – отвечать правдиво? – Деревней? – Ранта посмотрел на мужчину. Он попытался по выражению его лица угадать намерения, но бесполезно. Старик не выказывал никаких эмоций, просто бесстрастно ждал ответа. Ну, придётся довериться чутью. – ...А, деревней, – заговорил Ранат, – Да, я знаю что это. Ну, типа, я же самый прошаренный парень в мире. Если кто-то скажет что это не так, то он лжец. Да я всю ночь могу вам рассказывать про деревни! Но давайте отложим это на другой раз... – Ясно, – старик нахмурился и почесал в затылке, – Вы то ли пытаетесь изобразить что знаете, то ли изо всех сил стараетесь притвориться что не знаете – не разобрать. – Хе... – Ранта закрыл глаза. Ну конечно не разобрать, подумал он. Я на это и рассчитывал. – Похоже, от вас можно избавиться без проблем. – Что-о?! Почему?! Почему без проем? Что проем? Каких проем? – Забавно, но заткнись. – З-заткнуться... Уже заткнулся. Хорошо? – Женщина, – старик присел и словно облизал Мэри взглядом с ног до головы, – Странное дело, но почему-то мужчинам других рас тоже по вкусу человеческие женщины. А у нас тут чисто мужское общество. Если не будешь дурить, сможешь выжить. Мэри промолчала. Она смотрела в землю, стиснув зубы. Может, мысли о той ужасной судьбе, что ждёт её в ближайшем будущем, лишили Мэри дара речи. У Ранты не было времени жалеть её. Если события пойдут своим чередом, то она пойдёт на утеху оркам с гоблинами, а самого Ранту убьют – до или после. Ранта-сама, свирепейший из Рыцарей Ужаса, никак не рассчитывал вот так окончить свою жизнь. Происходящее казалось нереальным. Это, наверное, такая уловка. Хотят напугать, хотят чтобы я обделался со страху, думал «я умру, я умру» или даже «меня убьют, точно убьют». Они не собираются убивать меня по-настоящему. Да. Точно, всё будет нормально. А может, мне просто хочется в это верить?.. Может, умереть и правда вот так просто? Умереть. Я умру? Ни за что. Я не могу. Не сейчас. У меня даже женщины ни разу не было! Ну, то есть, я не помню ничего до того момента, когда попал в Гримгар, так что, может, у меня уже есть опыт. Но раз я ничего не помню, то это всё равно что не было. Хочу перед смертью сделать хотя бы это. Нет, нет, нет, не хочу умирать. Хочу переспать с женщиной, оттянуться как следует, и жить дальше. Жить во что бы то ни стало. Человечество многое потеряет, если свирепейший из Рыцарей Ужаса просто погибнет здесь. Я должен выжить ради всего человечества. Но как? – Сидите смирно, – с усмешкой бросил старик, затянулся трубкой и пошёл к пещере. Ранта цокнул языком. Дерьмо. Стоило попробовать на этом старике один последний драматичный, великолепный и непобедимый поклон...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Две стороны одной монеты

– Необучаемы, – коротко стриженый мужчина в жреческой робе выставил перед собой металлический стержень, который держал в руках. Орк с разноцветными волосами ударил по стержню своей саблей. Во всяком случае, для Харухиро это выглядело так. Но это не могло быть так. Стриженый мужчина довольно низкоросл, а в орке как минимум метр девяносто. Сильнейшим из двоих должен был быть орк, но ему явно было не под силу разрубить стержень. Должно быть, это какой-то навык Стриженого: заманить врага, вынудить ударить туда, куда ему надо, и использовать силу противника против него самого. Стержень в руках Стриженого крутанулся и ударил орка в висок. Но орки выносливы. Даже получив в лицо стержнем из железа – или ещё какого-то тяжёлого металла – орк покачнулся, но не упал. Стриженый был более чем в состоянии нанести ещё удар, но не стал. Он отступил. – Я сделаю! – из тумана вырвался худой мужчина и напал на орка сзади. Он держал в каждой руке по оружию. А судя по манере нападать сзади, это Вор. Вот только... – Это всё ты! Причина моих несчастий, причина моих вечных печалей, причина страданий моей души, причина, по которой никто не признаёт моих успехов и причина, по которой у меня нет гарема – ты, ты, ты! – орал он. Движения Вора, казалось, бросали вызов гибкости человеческого тела. Он двигался быстро, и притом извивался как ненормальный, и выглядело это довольно мерзко. И да, хорошо, конечно, что он повалил орка, и то что он проткнул его насмерть тоже хорошо, но зачем делать это так эмоционально? Тем более что, очевидно, во всём перечисленном орк не виноват. Это же просто вымещение злобы, нет? Более того, когда орк затих, мужчина медленно поднялся, мокрый от крови своей жертвы, и пробормотал: – И вновь я согрешил. Господь мой, бог внутри меня, умер! Бессмыслица. Ну, неважно. Это его дело. Может делать что хочет. Да он, похоже, и не нуждался в одобрениях; Вор, двигаясь всё той же извивающейся походкой, снова скрылся в тумане. Стриженый, тем временем, повторил приём с металлическим стержнем против следующего орка. – Согласно плану, Цуга и Саканами продолжат действовать самостоятельно, – объявил Моюги, поправляя очки и стремительно шагая прочь, – Движемся дальше. То, что Мойра молча последовала за ним было естественно – она же, в конце концов, его демон. Но почему Кроу сказал «Ага» и тоже пошёл с ним? Этот Жрец с короткой стрижкой, Цуга, и странный Вор, Саканами – это же их товарищи, разве нет? Тоже члены команды Тайфун Рокс. А они просто посмотрят со стороны и пойдут прочь словно это не их дело? Не попытаются помочь? На плечо замешкавшегося Харухиро опустилась огромная рука. Он обернулся. Лысый здоровяк в тёмных очках, Каджита, показывал ему большой палец. Усики Каджиты приподнялись в улыбке. Что? Что это должно означать? – ...А. Ну ладно, – наконец выдавил Харухиро. Каджита взвалил свой огромный меч на плечо и пошёл за Кроу. Он шагал непринуждённо, вразвалочку. Как на прогулке. Наверное, такие люди никогда не сомневаются, не колеблются? Или нет? Юме потыкала Харухиро в спину. – Хару-куну и Юме, наверное, тоже пора? – А... Да. Она права. Мы должны идти. Я не перестаю думать об этом, да? Это действительно правильно? Харухиро чувствовал себя совершенно не в своей тарелке. Он будто никак не мог поспеть за остальными. А может, он всегда и был не на своём месте? Чёрт, да соберись уже, думал Харухиро, шагая за Каджитой и Юме. В их обычной шестёрке ему как-то удавалось вести команду, собирать их в единое целое. Но когда ситуация меняется, вот как сейчас, Харухиро внезапно оказывается ни на что не способен. Всё разваливается при первом же прикосновении, а он не знает, что со всем этим делать. Почему?.. – задумался он. Что не так? Чего мне не хватает? Что я упускаю? Напрашивался ответ «всё», но это лишь уход от вопроса. Ответить так значит расписаться в собственной бесполезности. Харухиро чувствовал досаду, и бессильную злобу на себя. Он не желал оставаться таким вечно. – Юме... Постой, – внезапно сказал Харухиро. – Фуа? – Я хочу поговорить с Моюги-саном. – Някей. Тогда Юме останется с Каджитаном. Каджита обернулся и молча показал большой палец. Он неразговорчив, и его характер сложно определить, но его присутствие ободряет. Харухиро побежал вперёд, миновал Каджиту, затем Кроу, и наконец нагнал Мойру. Та резко обернулась и уставилась на Харухиро провалами глаз. «Не-е-е-е-ет...» У меня от тебя поджилки трясутся, нервно подумал Харухиро. Нет, некогда пугаться. Он здесь чтобы учиться. Умолять о советах, или делать что угодно, но впитывать как можно больше опыта. – Эм, Моюги-сан, это... – Если это очередной глупый вопрос, то я не отвечу, – впрочем, само то, что Моюги решил предупредить Харухиро, наверное, означает что он на удивление заботлив о других. Или просто любит говорить. – Я постарался понять сам, но... Ваш план... Обычно стараются собрать все силы воедино, но вы поступаете с точностью до наоборот, – несмело сказал Харухиро, – Может быть, врагов просто слишком много, и вы решили разделиться, чтобы враги тоже разделились, а вы потом могли разгромить их по частям? – Если бы решал я, то мы никогда не приняли бы настолько тупой план. – ...Я согласен. Пусть мне и пришла в голову эта мысль, но я вряд ли смог бы осуществить её. Слишком опасно. – Однако, тактика это не какая-то формула, в которую можно подставить переменные и получить результат. Ситуация может меняться постоянно, всегда есть множество вариантов развития событий и, требующих разного подхода. И, разумеется, влекущих за собой разный результат. Это Харухиро понимал. Даже когда их команда действует отдельно, их тактика зависит от того, с кем они сражаются. Что это за враги. Где происходит схватка. Удастся ли напасть врасплох. Есть ли опасность самим попасть в засаду. Приходится учитывать множество факторов, постоянно менять планы. – На этот раз вышло так, что положение вынудило вас избрать тот план, который в обычной ситуации вы бы не выбрали?.. – Можно сказать, у нас вовсе нет плана, – сказал Моюги, не отвечая на вопрос Харухиро напрямую. – Мы, конечно, следуем некоторым общим правилам. Вроде, положение вот такое, и если случается вот это, то нужно сделать то-то и то-то. Но даже тут бывают исключения. И в конце концов, когда приходит время принять решение, такие правила это просто ещё один фактор. Как ты думаешь, что такое сила? – А? Что за смена темы, подумал Харухиро. Или тут есть какая-то связь? – Ну, способность победить, наверное. Прозвучит, наверное, банально, но я скажу что-то вроде «Побеждает не тот, кто силён; силён тот, кто побеждает». – В этом есть истина. Например, я, сильнейший из действующих Рыцарей Ужаса, не обладаю ни выдающейся физической силой, ни какой-то особой предрасположенностью к тёмной магии. Похоже, Моюги не намерен упускать случая ввернуть про «сильнейшего из действующих Рыцарей Ужаса», подумал Харухиро, кивая. – Представим, что где-то есть великий воин, способный убить дракона одним щелчком по лбу. Но его можно с лёгкостью одолеть, если отравить или напасть на него во сне. Фактически, есть множество историй о героях, закончивших свою жизнь таким образом. Я знаю, что прав. К сожалению, моя память о нашем родном мире утрачена, так что конкретных примеров я привести не могу. Но, наверное, в здешнем мире таким примером может служить Бессмертный Король? – Выдающиеся возможности не равны силе, – проговорил Харухиро, – Вы это хотите сказать? – Ну, иметь их не повредит. Нужно пользоваться всем, что есть под рукой. Но даже пройдя тренировки не все смогут пробежать стометровку быстрее чем за десять секунд, верно? Хотя я сомневаюсь что в этом мире, по крайней мере сейчас, есть способы измерять промежутки времени меньше секунды. Но, я думаю, в нашем родном мире такие способы были. – Вы всё время как бы невзначай упоминаете наш родной мир... – Тебя же волнует этот вопрос, нет? Если нет, то ты глупец. Хотя, подозреваю, большинство людей глупцы. – Не уверен, глупец я или нет, но... Честно говоря, волнует, и даже очень. – Ну да, ты ведь тоже член Воинов Рассвета. Другого я не ожидал. «Мы ищем способ вернуться в наш родной мир» – вспомнились Харухиро слова Шимы. – Сома говорил, что есть признаки, предвещающие возвращение Бессмертного Короля, и клан Воинов Рассвета создан для похода в столицу нежити, в бывшем королевстве Ишмаэл, – сказал Моюги, – Ну, правда это или нет вопрос отдельный, но Бессмертный Король, говорят, покоится там, и, я уверен, однажды снова восстанет. Его проклятье до сих пор действует, в конце концов. И когда это случится, в опасности окажется не только Ортана, но и всё королевство Аравакия. Мы будем вынуждены сражаться за само существование человечества, защищать его собственными жизнями. Я предпочёл бы по возможности устранить проблему до того, как дела примут настолько крутой оборот. А значит, устранить Бессмертного Короля сразу же, как представится возможность. Для этого Сома и собирает силы. По крайней мере, так он говорит. – Но его истинная цель – вернуться в наш родной мир? – В какой-то момент, возможно, нам так или иначе придётся иметь дело с Бессмертным Королём, так что официальная цель – не просто прикрытие. Да и я хотел бы стать сильнее. Защитить то, что нужно защитить, добиться того, чего я хочу добиться, и вернуть то что я, несомненно, потерял. Моюги не коротышка, но и не очень высок. Он выглядит долговязым просто потому, что очень худ. Мускулистым его тоже не назвать. В его движениях не чувствуется ловкости и силы, и, как он сам сказал, у него нет таланта к магии тьмы. Фактически, Харухиро, при желании, вероятно смог бы подкрасться к нему со спины. Вполне возможно, что в плане чистой физической силы, ловкости и даже выносливости Харухиро превосходит Моюги. Но одолеть его он не сможет. Даже если Харухиро зайдёт ему за спину, нацелясь нанести смертельный удар, Моюги его переиграет. Такое было впечатление. Для начала, есть Мойра. А ещё, если Харухиро и нацелится нанести удар, Моюги наверняка будет к этому готов, и приготовит контратаку. Зная, что Харухиро превосходит его, Моюги расставит ловушку. Какую ловушку? Неизвестно. Даже представить невозможно. Сможет ли Харухиро уцелеть, если попадёт в неизвестную ему ловушку? Неизвестно. По спине побежали мурашки. Мысли путались. Значит, поражение гарантировано. – Все планируют на шаг вперёд, прежде чем действовать, – произнёс Моюги. – Значит, вы планируете ещё дальше? – Я хотел бы иметь возможность сказать, что планирую на сто шагов вперёд, но это просто невозможно. Слишком много вариантов. – Эм... Тогда, рассчитываете примерно на десять шагов, да, Моюги-сан? – На три. Я всегда на три шага впереди. Даже для меня, сильнейшего из действующих Рыцарей Ужаса, это предел. Вроде не так уж много, подумал было Харухиро, но потом к нему пришло осознание. Моюги сказал «всегда». Это значит, что он начинает бой, предвидя ход событий на три шага вперёд, но не только. При каждом событии он должен снова просчитывать всё на три шага вперёд – а значит, Моюги вынужден думать постоянно. Это, должно быть, тяжело. Выматывающе. Невыносимо. Нужно ли заходить так далеко, чтобы стать сильнее и победить? Да. Моюги не гений, не какой-нибудь избранный, так что это лишь необходимый для победы минимум. Иначе ему не стать сильным. Вот, наверное, что он имеет в виду. В нашем деле поражение зачастую равно смерти. А значит, если Моюги не хочет умереть, он должен постоянно думать, каким бы тяжёлым и выматывающим это не было. Без планирования он сможет какое-то время выпутываться, но рано или поздно удача подведёт его, и тогда – поражение и смерть. А значит, либо это, либо бросать добровольческий корпус. – Эм, Моюги-сан, – заговорил Харухиро. – Что? – Спасибо. Вы мне очень помогли. Я многому научился. Моюги лишь молча хмыкнул. Думать. До этого момента Харухиро считал, что тоже думает. Но если бы кто-то спросил его, правда ли он думает, думает, и думает пока не достигает своего предела, он не сможет с чистой совестью ответить «конечно». Раньше Харухиро казалось, что он старается. Но разве не бывало так, что он говорил себе – я уже обдумал всё как следует? Во всяком случае, он не заставлял себя напрягать все силы без остатка. Иногда он и правда старался, но в итоге наступал момент, когда Харухиро просто останавливался, решая, что сделал что мог, а дальше будь что будет. Он считал, что этого достаточно, так что, наверное, всё в порядке. Никто ведь не будет жаловаться. Так что нет ничего удивительного, что от человека, думающего и просчитывающего варианты постоянно, его отделяет такая пропасть. Это не разница в способностях. Разница в том, кто прилагает все силы, а кто нет. Это единственное отличие, но его достаточно, чтобы ставить их двоих на совсем разные уровни. – Кстати.. – начал Харухиро, не ожидая ответа, – Кто эти враги? Почему вы с ними сражаетесь? – Если излагать причины наших действий простыми словами... – Моюги, на удивление, ответил, – ...То, пожалуй, по прихоти. – По... прихоти? – непонимающе посмотрел на него Харухиро. Переварить ответ он не успел – на них напала очередная группа врагов. Туман был всё таким же густым. Из-за этого видеть противников он не мог, но слышал шум. И голоса. Харухиро ожидал, что Моюги снова остановится пронаблюдать, но тот не замедлял шага. Земля была совершенно ровной, но вокруг плотной стеной росли тонкие, чёрные деревья. Проходилось протискиваться меж стволов, что сильно затрудняло передвижение. – Кроу. Каджита, – Моюги, не останавливаясь, просигналил руками. Харухиро чуть было не спросил, что делать ему, но спохватился. Сначала думать. Он обернулся. Кроу повернул налево, Каджита направо. Юме выжидающе смотрела на Харухиро. Кроу специализируется в скрытной стрельбе, так что лучше не путаться у него под ногами. Поддержим Каджиту, стараясь не лезть под руку, но и не отходить слишком далеко, решил Харухиро. Он вернулся к Юме, и они вместе пошли за Каджитой. Моюги продолжал идти вперёд, Мойра следовала за ним. Каджита обернулся к Харухиро с Юме и показал большой палец. Харухиро помедлил, но игнорировать было бы грубо. Он показал большой палец в ответ. Каджите, похоже, это понравилось. Ну, так казалось. Харухиро до сих пор не видел врагов, но слышал голоса. Похоже, несколько орков. А ещё человеческие голоса, мужские и женские. Похоже, один мужчина и одна женщина? Они, впрочем, не кричали – только иногда издавали резкие боевые кличи. – Ро-ок! – заорал Моюги, судя по всему намеренно. – Да-а! – тут же отозвался воодушевлённый мужской голос, – Всё по плану! Убить всех! – Ра-а-а-арр! – Каджита издал низкий рык от которого, казалось, содрогнулись небо и земля. Это был не просто крик. Каджита применил какой-то особенный метод вокализации, устрашающий любого, кто слышал вопль. Боевой Клич Воинов. Самый мощный из всех, когда-либо слышанных Харухиро. Он непроизвольно прижал ладони к ушам и едва удержался от того, чтобы присесть. Юме пошатнулась и заморгала. Да, как дубиной огрели, согласился Харухиро. Враги двигались в их сторону. Боевой Клич, разумеется, предназначался именно для этого. – Юме, выйди вперёд! – Ня! – Юме энергично кивнула, выхватила Ван-тян и встала перед Харухиро. Харухиро уже держал стилет и нож наготове. Он успокоил дыхание, скрыл своё присутствие, и погрузился в Незримость. Прятаться за Юме, конечно, жалкий поступок, но сейчас не время строить из себя рыцаря. Вместо того, чтобы стыдиться собственных поступков, нужно думать, и действовать. Научиться этому – его долг. Получилось так, что стиль боя, при котором он защищался Отбивом и ждал возможности нанести ответный удар, стал его второй натурой. Но Харухиро – Вор. Отбив предназначен лишь на тот случай, когда противник вынудит его вступить в открытый бой. Вор не должен отвлекать врагов на себя. Его навыки можно разделить на три категории: атаки из засады, воровские приёмы, и убийственные удары. Вор должен не защищаться, а нападать. Из тумана выскочил орк. – Щас! – Каджита встретил его своим огромным мечом. Он попытался разрубить и орка, и плотно окружающие их чёрные деревья, но орк отскочил. Появился второй, третий орк. Они накинулись на Каджиту. Он справится? Но, наверное, Харухиро не нужно об этом тревожиться. Каджита скорее всего предполагал такую возможность, и не нуждается, чтобы за него волновался кто-то незначительный, вроде Харухиро. Кроме того, к ним с Юме тоже приближается враг. Спереди, слева. Это... не орк. Нежить, значит? Один из тех, с четырьмя руками – двойнорукий. Шея странно длинная, ненормально вывернутые плечи и длинные руки. Харухиро тихо шагнул вбок. Теперь он находится на прямой, проходящей через нежить и Юме. Это место. Здесь двойнорукий не видит Харухиро. Он не знает, что против него двое. Юме бросилась вперёд. Нежить – ей навстречу. Выждать? Нет. Харухиро отбросил нерешительность и начал движение. Он поддерживал Незримость и, обходя Юме по широкой дуге справа, приближался к врагу. Двойнорукий до сих пор его не замечал. Вскоре кривой клинок Юме и меч нежити с лязгом ударились друг о друга. И к этому моменту – нет, как раз перед ним – Харухиро зашёл врагу за спину. Он взмахнул стилетом и ножом, крестообразно рассекая длинную шею твари. Существо рухнуло. – Чуах! – Юме, подскочив, вбила Ван-тян в его затылок. Голова нежити раскололась, и существо разом обмякло, словно сломанная кукла. Харухиро, не задерживаясь, снова встал за спину Юме. Каджита сражался с тремя орками разом. Он ещё не убил никого из них. Эти, похоже, крепкие. – Давай избавим Каджиту-сан от одного, – сказал Харухиро. – Някей, – Юме быстро двинулась к одному из орков. Её тень. Харухиро превратился в тень храброй Юме. Орк заметил её. Нападает. Только один. Остальные двое по-прежнему сражаются с Каджитой. У этого волосы выкрашены в золотой и заплетены в косы, а оружие – вроде, катана. Почти такой же высокий, как Каджита. Но при своём росте движется очень быстро. Голову держит ровно – значит, постоянно сохраняет равновесие. Выглядит на первый взгляд легко снаряжённым, но на самом деле всё тело орка ниже шеи защищают доспехи. У него наколенники, налокотники и поножи, а также латные рукавицы. А при том, что он доставил проблем даже Каджите, этот орк наверняка умелый воин. Харухиро попытался скрытно выдвинуться слева от Юме, но золотоволосый орк тут же его заметил. Чуткий. Харухиро тут же снова спрятался за Юме. Та уже сошлась с орком, началась схватка. Катана орка немного длиннее, чем Ван-тян. А сам орк явно крепче сложен. Юме пришлось пятиться, ей, похоже, едва удавалось отражать удары. Орк теснил её, но успевал следить и за Харухиро. Нужно скорее ей помочь. Не действовать наобум. Думай. Скорее. Не теряй голову. Думай. – Юме, назад! – позвал он. Юме быстро перекатилась назад и влево. Кувырок земляной крысы. Харухиро тут же бросился вперёд, отвлекая орка на себя. Он постарался придать себе как можно более угрожающий вид, и встал в стойку для Штурма. – О-о-о!! Харухиро хорошо понимал – если не ударить орка всем, что у него есть, тот его просто сметёт. Нельзя беречь силы. Золотоволосый орк словно говорил – давай, попробуй. Он, похоже, трезво понимал возможности Харухиро, не недооценивая его. Неприятный враг. А ещё его оружие гораздо длиннее, так что если Харухиро не подойдёт вплотную, то схватка закончится очень быстро. Он бросился вперёд, словно пытаясь протаранить орка всем телом. Точнее, он изобразил такое намерение, но после пнул правой ногой, посылая в полёт комья мягкой земли. Уловка. Фактически, приём заключается просто в том, чтобы бросить грязь в глаза противника. Харухиро почти не использовал этот приём в бою, но земля полетела в лицо орка, как он и рассчитывал. Орк даже не дёрнулся, лишь заслонился рукой. Харухиро, тем временем – не бросился к нему. Резко развернулся и побежал в другую сторону. – Урга?! – золотоволосый орк явно этого не ожидал. Он замешкался. Наверное, заподозрил ловушку. Ну, в каком-то смысле так оно и было. Харухиро пробежал примерно четыре метра, и развернулся к орку. Шагнул вбок, так, чтобы развернуть врага к Юме спиной. Харухиро указал ей глазами, но в этом не было нужды. Юме вложила Ван-тян в ножны, выхватила метательный нож, и бросила в орка. – Меткий Бросок, ня! Орк тут же среагировал, отскочил в сторону. Харухиро попытался сблизиться, пока орк развернулся к Юме, но тот сразу же заметил и отступил. Юме, тем временем, тянулась за стрелой. Выстрелила. Три выстрела. Беглая Стрельба. Орк с легкостью уклонился от первых двух стрел, и отбил катаной третью. И тут, на мгновение, упустил из виду Харухиро. Когда он заметил, что Харухиро уже подобрался на расстояние удара, то даже этому орку, должно быть, стало не по себе. Харухиро словно всем своим видом говорил ему – попался... Но не напал. Он отскочил, снова отдаляясь от орка. Золотоволосый орк выглядел удивлённым и разочарованным, но так же и насторожённым. Возможно, уже понял намерения Харухиро. Но даже если он разгадал его план, вряд ли ему под силу что-то изменить. Во всяком случае, быстро разобраться с Юме и Харухиро орку не под силу. Потому что они просто выигрывают время. Да, конечно, если бы оказалось, что им под силу убить орка, они так бы и сделали. Но они не собирались рисковать. Орку же нужно выбирать – либо согласиться на затяжную схватку и, полагаясь на свою выносливость, ждать пока люди вымотаются, или быстро убить одного из них и продолжать бой один-на-один с оставшимся. Но, конечно, если бы он мог исполнить второй вариант, то уже бы это сделал. Орк сильнее и Харухиро, и Юме, но не настолько, чтобы те были не в состоянии сопротивляться. И он тоже это знает. В итоге, если они пойдут на риск, то орку это будет выгодно – но они не собираются так поступать. Орк, похоже, смирился с необходимостью боя на истощение. Вероятно, он заключил что в конце концов победа будет за ним. Он, должно быть, понял что победит, пусть и не сразу, так что собирается действовать не спеша и выверенно. Видимо, уверен в себе. И, собственно говоря, при таком раскладе у Харухиро с Юме, вполне возможно, действительно нет шансов на победу. Так что орк выбрал правильную тактику. Харухиро с Юме также следуют оптимальному для их положения плану, так что, если ни одна из сторон не совершит ошибку, победит тот, кто заслуживает победы. Орк стоял наготове, ничем не выказывая самоуверенности – и тут в его левый бок вонзилась стрела. – ...Ува? – Юме склонила голову набок. Стрела всё ещё лежала на тетиве её лука. Стреляла не она. Золотоволосый орк низко рыкнул, но, собравшись с силами, развернулся в ту сторону, откуда прилетела стрела. В воздухе свистнула вторая, пронзая его правую руку. И тут же третья ударила орка в центр груди. Каждая с лёгкостью пробивала доспехи. Какой мощный лук. Орк припал на колено. – Подумать только, использовали меня, – из тумана вышел Кроу. Он повесил лук на спину, и держал в руке свой однолезвийный меч. Он напоминал орочью катану, – Наглецы. Орк поднялся, перебросив катану в левую руку. Его удары, даже нерабочей рукой, были всё так же сильны. Но Кроу с лёгкостью отбил их, и отсёк орку голову. – Использовали вас? – Харухиро легко выдохнул, – Вы говорите так, словно это что-то плохое. – Не вздумайте полагаться на меня. Я из тех, кому хочется отвернуться когда от него начинают что-то ожидать, – Кроу выдернул свои стрелы из трупа орка, беззаботно махнул рукой и снова скрылся в тумане. – Хару-кун ждал, что придёт Кророн? – спросила Юме. – Я думал, что, в худшем случае, придётся дождаться пока Каджита-сан разберётся с теми двумя и придёт помочь. Во всяком случае, такой был план. Харухиро посмотрел в сторону Каджиты. Тот как раз зарубил одного из орков своим огромным мечом, так что у него остался только один противник. Нет, похоже, подходят новые. В тумане Харухиро видел лишь силуэты, но, кажется, один орк и один – нежить. Он подал знак Юме, но пока они собирались выйти наперерез новоприбывшим, орк рухнул, а воин-нежить остановился. Работа Кроу? – Дра-а-а-а! – заревел Каджита, тесня последнего орка. Он наступал на него, толкая мечом. У него не просто получалось состязаться в силе с орком – Каджита явно побеждал. Нежить, застывший от неожиданности, бросился вперёд, видимо стараясь помочь орку, но не успел. Огромный меч Каджиты разрубил катану отчаянно отмахивавшегося орка пополам. В этот миг исход схватки стал ясен. Каджита резко шагнул вперёд, пинком повалил орка, и с силой опустил на его голову свой меч. Череп врага раскололся. Каджита, не мешкая, тут же развернулся к нежити. Помощь ему явно не нужна. Харухиро с Юме кивнули друг другу, и двинулись вперёд. Что-то словно тянуло их дальше и дальше, туда, откуда доносился мужской голос. Там, впереди – Рок, предводитель команды Тайфун Рокс. Кроу, Моюги, Каджита, Саканами и Цуга. Каков, интересно, сам Рок – лидер всех этих довольно эксцентричных личностей? Такой же странный, как и все они? Или, может, наоборот – на удивление здравомыслящий? Хотя, пожалуй, среди солдат добровольческого корпуса, а в особенности среди лидеров команд, мало кого можно назвать нормальным. Если уж кто не чужд такому понятию как «здравый смысл» то это, разве что, Шинохара-сан из Ориона, и, пожалуй, всё. Кто-то вроде Харухиро никогда не прославится. Но, с другой стороны, одно то что их ничем не выделяющаяся команда, возглавляемая такой посредственностью как он, входит в клан Воинов Рассвета, уже выделяет их – в плохом смысле слова. Кроме того, они ведь потерялись в Даскрэлме, и, наверное, уже числятся погибшими. Наверное, их уже начинают забывать. Когда станет известно, что они выжили, и когда они вернутся в Ортану, может, их команда станет предметом всеобщего внимания? Все будут насмехаться над ними, дразнить? Может, лучше вообще не возвращаться? Хотя, конечно, Харухиро забегает вперёд. Слишком далеко вперёд. Пока что неясно, смогут ли они вообще вернуться. Для начала надо сконцентрироваться на том, чтобы воссоединиться с остальными. А для этого нужно пережить битву. Но, впрочем, как бы он не подбадривал себя, как бы не ломал голову в поисках того заменителя мудрости, на который способен его умишко, есть то, на что он никогда в жизни не будет способен. – ...Ну и ну, – Харухиро остановился. Юме застыла рядом с ним. – Хучау... – она издала странный вздох удивления. Один на один. Человек – мужчина – и четверорукая нежить, очевидно один из тех двойноруких, сошлись в схватке. Харухиро с первого взгляда стало ясно – этот двойнорукий опасен. Для начала, он держал по оружию в каждой руке. Четыре катаны, и всеми он размахивал совершенно свободно. Если Харухиро попытается напасть на это существо, то погибнет, не успев ничего сделать – в этом он был уверен. Хотя, наверное, это не то чувство, которое можно назвать уверенностью. А ещё существо перемещалось невероятно быстро. Оно то замедлялось, то ускорялось, но не останавливалось ни на мгновение. Двойнорукий был непрерывным потоком движений. Его катаны словно танцевали в воздухе, плавно и грациозно. Но в этом танце была также жестокость. Атаки напоминали горный поток, чистый, но в то же время неукротимый. Человек же сражался одним мечом, парируя или отводя в стороны удары катан. Невероятно. Ведь этот мужчина, с волосами, отчего-то стоящими торчком... Он коротышка. Если сравнить с другими знаменитыми солдатами Красной Луны, то «Тайман» Макс из Железных Кулаков, которого тоже никто не назвал бы здоровяком, тем не менее ростом с Харухиро. А этот незнакомец даже меньше Ранты, который в свою очередь ниже Харухиро. В нём, возможно, нет и метра шестидесяти. Бывает, что ловкость лучше физической силы. То, что кто-то высок ростом, ещё не значит что он силён. Но всё же размер тела – главное оружие. В рукопашном бою преимущество на стороне того, кто больше. Даже Харухиро, со своими ста семьюдесятью двумя сантиметрами, предпочёл бы вырасти повыше. Может, не таким как Кузак, но хотя бы до метра восьмидесяти. В двойноруком, наверное, метр восемьдесят пять. Он более чем на двадцать сантиметров выше противостоящего ему мужчины, и у него в два раза больше рук. А оружия в четыре раза больше. Кроме того, меч мужчины не такой уж и длинный. Не кинжал, конечно, но сравнительно короткий. Ему не победить, подумал Харухиро. У него нет ни шанса, как не посмотри. Фактически, судя по тому как человек прыгал влево и вправо, отскакивал назад, пригибался и перекатывался, ему было сложно даже просто блокировать или уворачиваться от катан двойнорукого. Оружие врага может настигнуть его в любой момент. Это лишь вопрос времени. Мужчина балансирует на грани, но до сих пор ему как-то удавалось удерживаться. Харухиро не мог даже сглотнуть. Жуть. Нежить его убьёт. Он его точно убьёт. Хочу отвернуться, не смотреть. Погодите... Это мужчина, он что-то сделал? Достал другой меч? Но у него по-прежнему в руках один. Значит, выхватил другой, и обменял с прежним? А первый вернул в ножны. Зачем? Харухиро не знал, но мужчина, сменив оружие, тут же бросился в атаку. – Ха-ха-ха-ха! – он хохотал, наседая на нежить. Двойнорукомоу пришлось защищаться. Харухиро никак не удавалось уследить за движениями меча человека. Не из-за тумана, и не из-за расстояния. Каждый выпад был стремителен, почти неуловим для человеческого взгляда. Каждый удар, нанесённый с невероятной силой, летел в нежить почти по прямой линии. Как только Харухиро показалось, что он наконец понял происходящее, мужчина сменил хват, обошёл двойнорукого, и принялся рубить. Двойнорукий, впрочем, не уступал. Он ухитрялся защититься при внезапной смене стиля боя. Не только защититься, но и контратаковать. Мужчина тут же снова перехватил меч для колющих ударов. Нежить не отступила. Двойнорукий захватил меч мужчины двумя катанами, как ножницами, а оставшимися двумя нанёс удар. Человек, не медля не мгновения, выпустил меч и выхватил другой. Роли нападающего и обороняющегося менялись с головокружительной скоростью. У Харухиро по коже шли мурашки. Дыхание перехватывало. Нет времени пялиться, но он никак не мог заставить себя отвести взгляд. – Йа-а-а-а-а-а! – из тумана раздался высокий боевой клич. Харухиро, не ожидавший что кто-то вмешается, лишь тупо смотрел. Неужели кто-то может сражаться наравне с этими двумя? Но она, не колеблясь, шагнула вперёд. Женщина с длинными чёрными волосами. Занеся катану, она ринулась прямо на нежить. – Арара?! – выкрикнул мужчина, оборачиваясь. Двойнорукий не собирался упускать свой шанс. Все четыре катаны рванулись на человека. Тому оставалось лишь отпрыгнуть назад. Двойнорукий попытался нанести ещё один удар, но черноволосая женщина вмешалась. – Это за Тацуру-сама! Приготовься! Йа-а-а-а!! Это было неожиданно. Незнакомка тоже сражалась впечатляюще. Она держала катану двумя руками, сделала выпад, другой, так быстро словно перед ней выросла стена копий. Двойнорукий попятился. Но, впрочем, она не могла наносить эти удары вечно. Вскоре женщина замерла – лишь заманивая двойнорукого. Тот ударил в ответ, отпрыгнул от её контрвыпада, увернулся от подсекающего удара по ногам. Женщина снова обрушила на него град выпадов, вынуждая отступать. – Арара! – мужчина подхватил упущенный ранее меч и снова напал на нежить, – Я же сказал, что Арнольда беру на себя! Двое на одного. Двойнорукий загнан в угол. По крайней мере, так это выглядело для Харухиро. – Хочешь сказать, мне это не по плечу?! – катана женщины не замедлилась даже когда она заорала на мужчину в ответ, – Пусть мне и недостаёт сил, но я должна уничтожить его сама! Харухиро начал понемногу понимать происходящее. Эту женщину зовут Арара, а двойнорукого, похоже – Арнольд. Нападая на него, Арара выкрикнула что-то вроде «Это за Тацуру-сама». Кто такой этот Тацуру-сама, может, её родственник, а может и нет, но явно кто-то очень ей дорогой. Арнольд убил его, и Арара хочет отомстить. Этот низкорослый мужчина с волосами ёршиком, наверное, Рок. Он зачем-то ей помогает. – Значит, сделаем это вместе, Арара? – окликнул Рок, – Ха-ха-ха! Ну, будет забавно! – Не неси ерунды! – Но я не шучу, правда! – Тем более! Рок и Арара, хотя и спорили, атаковали яростно и совершенно синхронно. Они осыпали Арнольда градом ударов с двух сторон, почти не оставляя пространства для манёвра. Двойнорукому приходилось защищаться, в его движениях начала проглядывать паническая торопливость.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Ха-ха-ха! – Рок зашёл Арнольду за спину, – И это после всех моих стараний одолеть тебя один-на-один! Арнольд в самый последний момент всё же сумел отразить удар Рока одной из катан. Арара, тут же выкрикнув свой боевой клич, ударила его спереди. Арнольд не просто отдёрнул голову, избегая выпада, но и заслонился двумя катанами. Если бы он просто увернулся, то Арара наверняка нанесла бы ему тяжёлую рану вторым выпадом, но теперь, когда её оружие налетело на катаны врага, потеряла равновесие. Но с ней был Рок. Как только двойнорукий начал поворачиваться, он принялся с бешеной скоростью рубить его мечом. Арнольд оказался не готов к этому. Он сумел отразить шесть или семь ударов, но следующий пропустил, получив лёгкий порез на одной из рук. Может, это испугало его – двойнорукий кувырнулся вперёд, словно споткнувшись о камень. Сейчас, подумал Харухиро. Вы сможете. Прямо сейчас. Давайте. Это выглядело как идеальный шанс. Рок, видимо, тоже так решил, уже напружинившись для прыжка вслед – но помедлил. И отскочил. – Арара! Арара резко втянула воздух. Наверное, что-то почувствовала. Она попыталась отступить – не прямо назад, а наискось от Арнольда. Харухиро никак не смог бы заявить, что она замешкалась – Арара среагировала быстро. Но не успела. Двойнорукий превратился в смерч. Это даже не было метафорой. Арнольд, кружась, подпрыгнул, закрутился волчком. И с силой смерча ударил её в спину. Получив рану, как минимум достаточно глубокую чтобы хлынула кровь, Арара рухнула. Если бы Рок, убегая, не подхватил её, могло бы произойти что угодно. Арнольд вполне мог порубить её на куски своими катанами. – Отходим! – взвыл на бегу Рок, – Арару достали! Отходим! – KYYYYYYYYYYYYYYYYYYYYYYYYY! Раздался звук, напоминающий вырывающийся из земной утробы гейзер нечистот, предвещающий всему живому разложение и гниение. Это голос? Арнольд запрокинул голову, широко распахнув руки. Нападает? Или нет? Ну конечно, нападает. Харухиро схватил Юме за руку и бросился наутёк. Делать это было вовсе необязательно, хватило бы одного слова. Но у Харухиро перехватило в горле, он не смог заставить себя издать ни звука. И, наверное, к лучшему. Сейчас нужно просто заткнуться и бежать. Прочь отсюда. Нужно оказаться как можно дальше от этого места, и от этого Арнольда, и как можно быстрее. Не оборачивайся, говорил он себе. Если у тебя есть силы оборачиваться, то направь их в ноги. Юме, похоже, была того же мнения. Они словно бежали наперегонки. Вскоре впереди показалась спина Каджиты. Он тоже спасался бегством. Последуем пока за ним, решил Харухиро. Будем бежать, пока есть силы. До края земли, если придётся. Беги или умри. Он точно нас убьёт. Арнольд. Этот двойнорукий. Он опасен. Харухиро молился, что Арнольд не заметил их с Юме. Если он не смотрел на них, то, может быть, им удастся скрыться. Но если их видели то, возможно, бегство не поможет. Никакие усилия не помогут – нежить настигнет их и прикончит. Харухиро уже выдохся. Горло, грудь и лёгкие кричали в агонии. Но он не сбавлял бег. О том, чтобы остановиться передохнуть, не может быть и речи. – Фуа.. – Юме рухнула. Харухиро тут же вздёрнул её на ноги. Он обернулся. Каджита остановился и смотрел назад. Потом повернулся к Харухиро с Юме и показал большой палец. Теперь безопасно. Он это хотел сказать? Но можно ли ему доверять? Харухиро не знал, но, похоже, бегство стоило ему всех сил – казалось, будто из его тела вдруг вынули все кости. Он обмяк. Может, ему и удалось бы заставить себя снова побежать, но он сильно в этом сомневался. Ему удалось поднять Юме на ноги, но она тут же снова осела на землю там, где стояла. – Ж-жуть какая... – протянула Юме. Харухиро, как предводитель, хотел бы напустить на себя уверенный вид. Но не мог. – Д-да уж...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7. Решающий выбор

Легче было бы просто умереть. Мэри не впервые испытывала это чувство. Когда-то, после того как трое её прежних товарищей погибли, она долго, и ночью и днём, жила с мыслью о смерти. Точнее, чувства скорби, вины и потери терзали её, и смерть казалась единственным спасением. Тогда Мэри думала о самоубийстве, но это казалось неправильным. По сути дела, она выжила благодаря тому, что её товарищи пожертвовали собой. Она выжила благодаря им – разве у неё есть право умереть? Нет – пока не испытает намного, намного горшую муку. Это наказание, которое она заслужила. И поэтому даже когда ей становилось совсем невыносимо, она терпела. Она не могла позволить себе умереть. Но на этот раз всё иначе. Возможно, ей и в самом деле лучше умереть. Фактически, Мэри всерьёз сомневалась, что ей действительно нужно жить. В конце концов, её будущее выглядит ужасно. С ней поступят кошмарно, грязно – как именно, ей не хотелось даже представлять. Не хотелось, но мысли сами собой лезли в голову. Что с ней сотворят орки? А этот гоблин, он тоже? Нет. Сейчас всё серьёзно. Я умру. Верно. Откушу себе язык и умру. О, но, возможно, смерть не помешает им осквернить её тело. Хотя, она же всё равно уже будет мертва, так какая разница? И всё же мысль об этом была невыносима. Нет. Нет. Нет. Нет. – Мэри. – А?.. – Мэри подняла голову. Ранта выглядел подавленно, и обильно потел. Словно над ним нависла тень смерти. И всё же, подумала она, тебе-то легче. Тебя всего лишь убьют. Её же ждёт гораздо худшая судьба. Они будут истязать её, как им заблагорассудится, терзать её тело и душу, а потом, наигравшись, убьют каким-нибудь жестоким способом. Такая участь ждёт Мэри. Ей хотелось завопить во всю силу лёгких – «Ты думаешь, что понимаешь, каково мне сейчас?!» Но, конечно, Ранта не виноват. – ...Что? – спросила Мэри, отчаянно стараясь успокоить дыхание. – Ничего... Просто я несколько раз тебя окликал, но ты не отвечала... – Несколько раз? – Ты не слышала? – Ну... – Мэри тряхнула головой, и моргнула. а, несколько раз. – ...Нет. Слышала. Но какая разница. От моего ответа ничего не изменится. – Незачем так говорить, – заспорил Ранта, – Я тревожился за тебя. – Можешь не тревожиться. – Не пытайся хорохориться. Это просто глупо – заявлять, что можно не тревожиться когда у тебя такое лицо. – У меня совершенно... В глазах вдруг помутилось. Слёзы. Она вот-вот расплачется. – Всё нормально, – Мэри зажмурилась, – Я в порядке. – Да ладно? – Да. – Ну ты и стерва. – Конечно. – Нет, серьёзно, кроме лица тебе и похвастаться нечем. Характер у тебя хуже некуда. – Ты последний, от кого я готова это выслушивать. – Нет, нет, нет. Даже я, великий Ранта-сама, в подмётки тебе не гожусь. С такой язвой как ты мне в жизни не сравниться. А твоя твердолобость способна разрушить вековую любовь. Ты просто мастер отталкивать от себя людей. – Ну так оттолкнись уже подальше. Мне же легче. Ранта цокнул языком. Но один раз его, похоже, не удовлетворил. Он цокнул ещё и ещё раз. Звучало до невозможности надоедливо. Но благодаря этому страх чуть приразжал когти. Да, конечно, он может моментально снова вцепиться в неё, и тогда Мэри вернётся к тому, с чего начала, но сейчас в голове прояснилось. До чего же слабым может сделать человека страх. Если бы сейчас Мэри предложили условия хотя бы самою малость лучшие, чем её худшие страхи, то она согласилась бы не раздумывая, забыв и о самоуважении, и о чувстве собственного достоинства. Вот почему она мечтала умереть до того, как её бросят в пучину истинного отчаяния. Это было бы легче. А может, даже упав так глубоко, как только возможно, она должна будет всё равно цепляться за жизнь? Но, вне зависимости от выбора, вряд ли ей ещё когда-то доведётся увидеть остальных товарищей помимо Ранты. Юме. Шихору. Наконец-то мы смогли подружиться. Кузак. Прости за всё, что я сделала тебе. Харухиро. Хару... Спаси. Это слово, единственное, она произнести не могла. Не могла даже подумать об этом. Она и так чувствовала себя бессильной, а надежда лишь подкосит решимость. Нельзя, чтобы Ранта видел её такой. Хорошо бы, чтобы Ранта – чтобы любой из её товарищей – не видел того, что с ней собираются сделать. Но не Мэри это выбирать. Возможно, для большего унижения они решат надругаться над ней прямо на глазах у Ранты. Лучше быть готовой к этому. Нужно вынести всё без плача и криков. Просто вытерпеть. Тогда, возможно, они решат, что истязать её дальше скучно. Это единственный оставшийся Мэри способ сопротивления. А если других нет, значит, нужно избрать этот. Не дрожать. Не смотреть вниз. Выше голову. Впереди зиял вход в пещеру. Рядом, поглаживая большого чёрного волка, сидел гоблин. Того мужчины, что подходил к ним с Рантой, нигде не видно. Вокруг бродит множество орков. И нежить тоже здесь. Стая чёрных волков. Множество тех напоминавших кошек существ. Туман. Белый туман. Она постаралась выжечь в памяти этот пейзаж. Мэри умрёт здесь. Возможно, худшим из возможных способов. Но она не проклянёт день, когда родилась, не отвергнет свою жизнь. Это единственное, чего она не сделает, что бы ни случилось. – Ранта. – ...А? – Спасибо. Что тревожился за меня. – Д-ду... П-перестань, детка. Я вовсе... – «Детка»? – П-простите, Мэри-сан... Она слабо улыбнулась их глупой перепалке. Сказать правду, ей хотелось поблагодарить и остальных товарищей тоже. Выразить им свою благодарность, каждому. Сказать, как они важны для неё, и что она их любит. Но этому желанию не сбыться. Но хотя бы Ранте она спасибо сказала. Ранта, честно говоря, злил её больше чем кто-либо ещё. Возможно, он никогда не будет нравиться Мэри как человек, но она понимала – он не так уж и плох, и у него есть свои сильные стороны. При всей неприязни, которую он вызывает, Ранта остаётся незаменимым товарищем. – У меня есть просьба, – заговорила Мэри. – А? Конечно. ...К-какая? – Не жалей меня, что бы ни случилось. Я хочу быть сильной, но могу проиграть. Можешь издеваться надо мной, если это случится, но ни в коем случае не жалей. – Понял, – тут же ответил Ранта, – Клянусь именем Скаллхейла-сама. Я не буду жалеть своих товарищей. Во что бы то ни стало, так?.. Мэри. – Что? – Не сдавайся. Потому что я сдаваться не собираюсь. Пока мы живы, мы не проиграли. – Конечно, – Мэри вряд ли сможет заставить себя перенять образ мыслей Ранты. Но полагала, что его решимость заслуживает уважения. Пусть ему удастся как-нибудь выжить, понадеялась она. Зная Ранту, он не остановится ни перед чем, и пойдёт на всё. Будет умолять, или сделает всё, что потребуется для выживания. Мэри села прямо. Выпрямила спину. Верёвки болезненно впились в тело. Пустяки. Не нужна какая-то особенная сила воли, чтобы вытерпеть такую ерунду. Она выбросила из головы все те ужасы, что представляла. Но когда попыталась думать о чём-то хорошем, на глаза навернулись слёзы. Нет, подумала она. Хочу ещё побыть со всеми, пусть чуть-чуть. Не могу умереть вот так. Не хочу. Но ведь кому-то вроде меня было дозволено встретить таких прекрасных товарищей. Делить с ними радости и горести. Нет, нужно быть благодарной за то, что уже было. Жизнь не была пустой и напрасной. Ей повезло. Пусть теперь всё закончится кошмаром и мучениями, это не обесценивает время, проведённое в обществе друзей. Все волки и кошкоподобные существа дружно развернулись в одном направлении. Мэри ощутила – время пришло. Что произошло? Что сейчас произойдёт? Мэри не знала, но что-то необычное. Уж это она поняла. Гоблин встал. Волк, наоборот, припал к земле. Остальные чёрные волки повторили его движение. «Кошки» широко раскрыли глаза, и тихо дышали через носы. Их позы выглядели напряжённо. Орки и нежить расставили ноги на ширину плеч, положили руки на бёдра и чуть согнулись в поклоне. Из тумана вышел тот мужчина средних лет. Он вёл с собой кого-то ещё. Двоих. Его спутников плохо видно, но один очень большой. Массивный, высокий силуэт. Орк? Но великоват даже для орка. Какой-то гигант? Второй, наверное, человек или нежить. Второй силуэт был примерно схож ростом с мужчиной, так что вряд ли это орк. До того момента, когда трое подошли настолько чтобы их можно было рассмотреть в тумане, Мэри поверить бы не смогла, что оба спутника мужчины – орки. Первый ростом в два с половиной метра, а второй, скорее всего, не выше метра восьмидесяти. По сравнению с орком-великаном второй выглядел почти хрупким. У орков, похоже, есть обычай красить волосы в яркие цвета. Но эти двое отличались. Их волнистые волосы были чёрными, почти лоснящимися. Низкий орк, вероятно, старше. Дело было не в его внешнем виде – орка словно окружала аура спокойствия. Это он, подумала Мэри. Все эти волки, орки и нежить оказывают почести вовсе не огромному орку. Таких низких как этот, второй, она никогда ещё не видела. Его кожа сероватого цвета, а глаза – пронзительно-оранжевые. Но самое заметное в его облике это, конечно, костюм. Сшит из тёмно-синей ткани, по которой разбросаны вышитые серебряные цветы. Как называется этот наряд? Кимоно? Как бы то ни было, сшит великолепно. Костюм с рукавами, открывающий грудь и опускающийся ниже колен. В поясе перетянут тонким поясом. Вместо ботинок нечто вроде сандалий. Тот продолговатый предмет на поясе наверное оружие, хотя нужно смотреть очень пристально чтобы его заметить. И звери, и орки совершенно явно боятся его и уважают. Но, несмотря на это, орк не выглядит агрессивным. Он держится спокойно и тихо. А ещё, невзирая на свой невысокий для орка рост, он огромен. В нём чувствуется некая внушительность. Или, скорее, обширность. Или глубина. Да, пожалуй, это наиболее подходящее слово. Судя по всему, высоченный орк пытается подражать низкому. Он определённо восхищается им, и непроизвольно копирует костюм и повадки. Этот низкий орк здесь главный. Это он собрал воедино эту странную группу орков, нежити, гоблинов, зверей и даже людей. Тем временем мужчина и двое орков подошли прямо к Мэри с Рантой. Раздалось внезапное хлопанье крыльев. Что-то упало с затянутых туманом небес. Птица. Большая. Хищная. Орёл, наверное? С мощного крыла сорвалось перо, и упало на землю перед коленями Мэри. На плечо низкого орка сел огромный чёрный орёл. Тот, хотя и невысокого роста, обладал достаточно широкими плечами, чтобы настолько большая птица могла использовать их как насест. У орка широкая грудь, толстые руки и шея. И, тем не менее, он производит впечатление скорее грациозности, чем силы. – Джамбо, – мужчина указал на Мэри с Рантой подбородком, и произнёс что-то неразборчивое. Наверное, это орочий язык. Низкий орк кивнул. Его оранжевые глаза остановились на Мэри. Зрачки, казалось, сияли. Наверное, сейчас не время и не место для таких мыслей, но Мэри его глаза показались красивыми. Белки были чистыми, как у ребёнка. Умом она всегда понимала, что орки – разумная раса, ничем не уступающая людям. Но она не могла не признать, что всегда испытывала к ним предубеждение, считала их просто опасными дикарями. Вот почему сейчас она так ошеломлена. Подходящие слова не приходили в голову, но если использовать ближайшее подходящее то, пожалуй, этот орк выглядел благородным. В нём было достоинство, изящество. Впрочем, по-прежнему нет причин надеяться на мягкое обращение. Это будет лишь ни на чём не основанным оптимизмом. – Меня зовут... – губы орка явно шевелились, но всё равно не верилось, что говорит именно он. Хотя, кто же ещё. Он говорил на человеческом языке, чисто и без акцента. Сам голос, низкий и немного горловой, звучал плавно и очень приятно для слуха, – ...Джамбо. Для начала, назовите свои имена. – А?.. – Ранта посмотрел на Мэри, потом снова на Джамбо, склонил голову набок, посмотрел на мужчину. Когда тот пожал плечами, Ранта наконец смирился, – ...Р-р-ранта. Ну, в смысле, Ранта. ...Ранта ...Вы понимаете? – Ты? – Джамбо посмотрел на Мэри. Мэри резко втянула в грудь воздух. Всё тело словно онемело. Соберись. – Мэри. – Ранта. Мэри. Судя по всему, вы двое не из деревни. – ...Что такое эта деревня? – спросила Мэри. – Э-э-эй, Мэри, не говори больше чем нужно... – Ранта, чертыхнувшись, тряхнул головой, – Да, всё верно! Мы без понятия что за деревню вы всё поминаете! Мы не знаем что это, так что мы не оттуда, всё так! И что?! – Значит, солдаты добровольческого корпуса Аравакии? – спросил Джамбо, – Или вы из Веле? Веле это, скорее всего, вольный город Веле. Ортану посещали торговцы оттуда. Но Веле, несмотря на то что это человеческий город-государство, торговал также с оркам и нежитью. Он сохранял нейтралитет. Если заявить, что мы граждане Веле, Джамбо может отпустить нас. Если не поверит. Если не раскроет ложь. – Мы из добровольческого корпуса, – Мэри смотрела прямо на Джамбо, – А что? Ранта уже сказал тому мужчине что они с Мэри солдаты добровольческого корпуса. Странно было бы предположить, что тот не передал Джамбо их разговор. Джамбо наверняка знает. А раз задаёт вопрос на который уже знает ответ то, должно быть, это ловушка. Возможно, Мэри переоценила его, раз он опускается для таких глупых трюков. А возможно, и нет. – Такасаги, – Джамбо бросил ещё один взгляд на Мэри, – Это так? – Да, – отозвался мужчина – Такасаги, – Онса нашёл их значки. Не представляю, зачем кто-то стал бы таскать на себе поддельные, так что сомнений быть не может. Впрочем, насчёт их связей с деревней ничего сказать не могу. Те, кто сейчас нападает на нас, тоже из добровольческого корпуса, так что они подозрительны. – ...Подозрительны-ы?! Какое оскорбление, – Ранта насмешливо фыркнул. Он, наверное, нахально скрестил бы сейчас руки на груди, не будь они связаны за спиной, – Что-о-о? Вы что, думаете, мы шпионы какие-то? Позвольте заметить, я в жизни бы не подписался на такую чушь. Если бы мне захотелось уничтожить вас, я сделал бы это в честном бою! – В честном бою, говоришь... – курительная трубка в зубах Такасаги колыхнулась в такт усмешке, – Слабоват ты для этого. Тебе ни за что не одолеть нашего босса – да что там босса, ты и меня-то, наверное, победить не сможешь. – Эй, старик, не смей меня недооценивать! – вены Ранты вздулись, он высоко задрал брови, лицо исказилось. Он что, думает, что выглядит угрожающе? Он что, тупой? И слишком тяжело дышит через нос. О чём этот идиот думает, так раззадориваясь? Он что, вообще не думает? Так, наверное, невозможно, но для Ранты, пожалуй, вполне. Его глупость нельзя недооценивать. – Я суперзвезда добровольческого корпуса! – орал Ранта, – Сверхновая! Меня даже называют Ультра Идатен!.. Идатен?! А, неважно. В общем, когда кто-то рассуждает про великого мечника, известного как Сверхпространственный Бог Разрушения, то это речь про меня, Ранту-сама! Я не проиграю какому-то старикану! Научись как следует оценивать соперника, приятель! – Перестань, – настойчиво зашептала Мэри, – Ты... – Заткнись! Сейчас я говорю! – прикрикнул на неё Ранта, повысив голос ещё больше, – Что, схватили нас кучей и решили что крутые? Вы трусы, которым не под силу честный бой! Кого ты обманываешь своим «ты и меня-то победить не сможешь»! Попробуй скажи это, когда мы и вправду сразимся! Болтать-то каждый может! Давай, выйди против меня, если так уверен! – Резонно, – Джамбо, сохраняя всё такое же спокойное выражение лица, кивнул, – Такасаги. Ты сам сказал, что сможешь его победить. Сразись с ним. – Эх. Ну, будет мне уроком держать рот на замке... – Такасаги развернулся к пещере, – Онса, можешь попросить няа развязать его? Гоблин Онса свистнул. Кошкоподобные существа бросились к Ранте и споро развязали верёвки. Эти существа называются няа? Не самое изобретательное слово, но милое. И они с такой потешной старательностью шевелили своими лапками, развязывая узлы... Нет, нет. Сейчас не время умиляться. – Отлично! – Ранта вскочил, крутанул головой, и размял руки и ноги, – Постарайся, чтобы мои гипер-крутые навыки тебя не растоптали. Кстати, ты же не собираешься сражаться с мечом против безоружного? Хотя, конечно, если хочешь на кулаках, то сколько угодно. Могу и так. Я ведь мастер во всём. Вскоре трое няа притащили из пещеры Упокойник Ранты. Они выглядели очень забавно, когда, напрягая все силы, торопливо тащили оружие, но Мэри, разумеется, не была в том состоянии чтобы смаковать вид этих миленьких существ. Она просто огорошенно наблюдала за происходящим. Поток событий оставил её совершенно беспомощной и неспособной на что-то повлиять. Она винила Ранту. Он идиот. Это всё его вина. Чёрные волки, няа, орки, нежить и Джамбо с большим орком расступились, освобождая место для поединка. Мэри оставалось лишь молча смотреть. Возможно, у Ранты есть какой-то план. Как бы то ни было, он теперь свободен. И даже получил обратно оружие. Может, это означает что есть какой-то шанс для побега?.. Поймав на себе взгляд Ранты, Мэри на мгновение воспряла духом – но тот сразу повернулся к Такасаги, обнажая меч. Ножны он бросил тут же, себе под ноги. Мэри стало стыдно за тот проблеск надежды. – Так! – Ранта хлопнул себя по левой щеке, – Я готов! Ну, давай, старик Такасаги! – Не могу понять, храбрость это или отчаяние, – Такасаги, не выпуская трубку из зубов, медленно вытянул из-за спины свою катану, – Могу позволить тебе напасть первым, если хочешь. – Точно? Потом не пожалеешь? – Можешь не волноваться. Я, наверное, старше тебя раза в два. Могу дать фору и побольше, если надо. – Что, твои года твоё богатство? – Ранта встал в стойку, держа наготове меч, – Ну, я не против. Первым так первым. Смотри, не умри с первого же удара. Мне нечасто выпадает возможность поединка, так что постарайся меня развлечь. – Болтать, по крайней мере, у тебя неплохо выходит. – Скоро увидишь, что это не все мои таланты. Неужели?.. Других возможностей, впрочем, всё равно не видно, но неужели Ранта всерьёз рассчитывает одолеть Такасаги? Выиграть в поединке и тем самым выторговать какую-то сделку? У Такасаги на левом глазу рана, или ещё что-то, и, судя по всему, с левой стороны он слеп. Кроме того он, похоже, не прячет правую руку – у него её просто нет. Одноглазый и однорукий. И уже немного в возрасте, так что Ранта, наверное, сможет с ним совладать. Но если таковы мысли Ранты – а зная его он, наверное, рассуждал именно так – то это излишне самонадеянно. Такасаги медленно поднял катану. Как только остриё нацелилось на Ранту, тот замер. Наверное, просто не мог пошевелиться. Влажный воздух внезапно похолодел. Взгляд Мэри сам собой остановился на клинке Такасаги. Она не могла заставить себя посмотреть на что-то ещё. Если с Рантой происходит то же самое, то всё кончено. Исход боя решён. Ему не победить. – Меня не заворожишь, – пробормотал Ранта себе под нос. И тут же ринулся вперёд. С силой извержения он бросился на Такасаги слева, атакуя Разрезом Злобы. Такасаги отмахнулся катаной. Ранта отпрыгнул Выбросом направо, и взмахнул мечом, вычерчивая в воздухе восьмёрку. Такасаги с лёгкостью уклонился Ранта сражался в очень несвойственной ему манере, почти молча, не выкрикивая названий приёмов. Его ноги не останавливались ни на мгновение, он двигался и атаковал непрерывно. Мэри не очень хотелось его хвалить, но противнику, должно быть, нелегко противостоять Ранте, когда он движется с такой скоростью. В Ранте словно проснулась сверхъестественная сила. Кроме того, он не мечется туда-сюда беспорядочно – Ранта постоянно старался напасть с той стороны, с которой Такасаги было бы сложнее всего защититься. Как будто Ранта стал совсем другим человеком, не таким, каким был тогда, когда Мэри только присоединилась к команде. Он стал настолько сильнее, что теперь почти неузнаваем. Однако, всегда найдётся кто-то лучше. Это было очевидно даже для Мэри, Жреца. По крайней мере сейчас Ранта, как бы он ни старался, ни за что не сможет достать Такасаги. Он может прыгать направо и рубить, или бросаться влево и колоть, но Такасаги всегда успевает развернуться к нему лицом, готовый одним-двумя шагами уклониться от атаки. Необычный стиль боя Ранты для него не преграда и не загадка. Не будет преувеличением сказать, что Ранта ему не ровня. И сам Ранта наверняка осознаёт это острее чем кто-либо. И всё же продолжает атаковать. Повторяет свои бессмысленные удары снова и снова. Просто перестань, хотелось сказать Мэри. Но что случится, если он отступит? Не сдавайся, сказал ей Ранта. Потому что я сдаваться не собираюсь. Сейчас идёт самый настоящий бой, и если он решит сдаться сейчас, то всё кончено. Путь ему ни за что не победить, он должен сражаться. Вот почему он так отчаянно нападает. Ранта не остановится, пока его не покинут последние остатки сил, либо пока Такасаги не зарубит его. – ...Давай, – выдавила Мэри, – Давай, Ранта! Давай! – О-о-о-о-о-о-о-о! – заорал Ранта. Это не было ответом на возглас Мэри. Он слишком сосредоточен на поединке и, наверное, даже не слышал её голос. Но скорость Ранты, и резкость его движений, чуть возросли. Возможно, это лишь самообман, но для Мэри это выглядело так. Если он, нанося удар, выступит вперёд на несколько сантиметров дальше, то и его меч достанет дальше. Движения Такасаги тоже изменились. Всё это время его шаги казались почти ленивыми, но теперь иногда его ноги перемещались чуть быстрее, торопливее. У него стало меньше простора для ошибки. – Это же не всё, на что ты способен, а?! – крикнула Мэри, – Ты же гораздо сильнее! Ты можешь! Это, разумеется, ложь. Ранта уже выкладывается в полную силу, он уже превзошёл собственные способности. Но Мэри, даже понимая это, может поддерживать его лишь так. Она возненавидела себя. Её товарищ сжигает сам себя у неё на глазах, а она не может подбодрить его добрым словом? – Сейчас!.. – Ранта внезапно отпрянул на несколько метров назад, словно подхваченный порывом ветра. Навык Пустота. Он разорвал дистанцию с противником, но что дальше? Такасаги стоял на месте, видимо, выжидая. – Тайная техника... – Ранта держал Упокойник двумя руками, раскачиваясь всем телом, – Хачиоджи Бета Очищение... Нет, забудьте, надо что-то покруче.. Тысячерукий Боддхисавта Каннон... Нет, не годится... Горький Аромат?.. А? Нет, тоже не то. Как-то слишком миролюбиво, м-м... Непревзойдённый Скайбой?.. Мэри не верила ушам. Разве сейчас важно название? Оно вообще не нужно. Ну, Ранта есть Ранта. Идиот. Идиот остаётся идиотом всегда и везде. Такасаги стоял, разинув рот. Постойте, неужели в этом и был замысел?.. – Попался! – Ранта налетел на Таксасаги, нанося глубокий выпад из-за пределов досягаемости его катаны, – Получай! Ноги Такасаги замерли. Ему не увернуться. Неужели... Такасаги впервые использовал оружие, и... – Ух! – меч Ранты был отброшен в сторону. –Га?! – удар также выбил и самого Ранту из равновесия. Такасаги наконец пошёл в атаку сам. Или, точнее, все закончилось одним ударом. Если это вообще можно назвать ударом. Он протянул катану словно продолжение своей руки, обхватывая ею меч Ранты. Упокойник, крутясь, отлетел на пять метров в сторону. – Храбрости тебе не занимать, – Такасаги приставил ко лбу Ранты остриё катаны, – Но это всё, что у тебя есть. Ну, лет через десять годы, наверное, начнут брать своё, и тогда у тебя могло бы что-то получиться. Но не сейчас. Кончено. Всё кончено. Так просто. Мэри криво улыбнулась, чувствуя, как её покидает остаток сил. Очень в стиле Ранты. Хотя, пожалуй, Ранта сделал всё что только мог. Верно. Он всё сделал как надо. А Мэри не сделала ничего. Она не смогла ничего, и не имеет права его винить. – Думаешь, это всё? – дрожащим голосом спросил Ранта, чуть переступив ногами. Ещё нет. Ранта не сдался даже сейчас. Что за идиот. Идиот, но восхитительный идиот. Великолепный. Мэри, как его товарищ, испытала гордость за него. В уголках глаз защипало. Она бы, наверное, расплакалась от восхищения – если бы Ранта не бухнулся с молниеносной скоростью на четвереньки. Мэри показалось, что её глаза вот-вот вывалятся из орбит. Она никогда в жизни не видела ничего настолько абсурдного. – А?.. – обронил Такасаги. – Вы победили! Пожалуйста, возьмите меня в ученики! Я могу носить ваши сандалии, чистить ваши сандалии, полировать ваши сандалии, что угодно, пожалуйста! Вам нравятся сильные мужчины? Я их обожаю! Я хочу быть сильным! Правда, правда хочу! Я всегда искал способ, всю жизнь, можно сказать, и наконец нашёл! Это вы, Такасаги-сэнсэй! Я нашёл вас! Вы так сильны а я настолько беззащитен перед вами, что влюбился! Пожалуйста, пожалуйста, возьмите меня в ученики! Я могу начать с мальчика на побегушках если надо! Умоляю! Пожалуйста-а-а! – Слушай, я не беру учеников... – Такасаги нахмурился, и со вздохом положил катану плашмя себе на левое плечо, – И ты разве не понял? Мы не служим никаким королям, но люди Аравакии всё же наши враги. Мы не сможем с ними сосуществовать. Ты понимаешь, что это значит? Предположим на минутку, что я согласился. Этому никогда не бывать, но если это случится, ты станешь предателем Аравакии. – Всё окей! – ...А? – Нет, сэнсэй, учитель, это вы, кажется, не понимаете, так что я объясню, хорошо? Я вступил в добровольческий корпус просто потому, что так получилось. Я вовсе не приносил присягу королевству Аравакия, и никогда не хотел. Просто в какой-то момент я очутился в Гримгаре, без гроша в кармане, а они сказали что если я запишусь новобранцем то мне дадут денег, и других вариантов похоже не было, вот я и вступил. Ну, в каком-то смысле они всё равно что обманом заманили меня, так? Вот как я стал солдатом добровольческого корпуса! – Я и сам был в добровольческом корпусе, так что, пожалуй, могу это понять... – Ого! Вы тоже были в Красной Луне, сэнсэй? Учитель? – Я тебе не учитель... – А как так вышло, что вы стали работать на Босса Джамбо, а? – с жаром спросил Ранта, – Мне очень интересно! – Это долгая история... – Такасаги цокнул языком, – А ты хитрец, а? Я ведь почти пошёл у тебя на поводу. – Так и есть! У меня, как говорят, серебряный язык! У меня дар к болтовне! Я говорю всё время, и мне вечно говорят что я надоедлив! Но знаете что?! У меня горячее сердце! И широкая душа! Я хочу стать вашим учеником от всей души, Такасаги-сэнсэй! Я серьёзно хочу стать сильнее, по-настоящему! То, как я жил до сих пор – жил как солдат добровольческого корпуса, делая всё то же, что и остальные – так мне никогда не вырасти! Меня только что ударило! – ...Что тебя ударило? – Вот, вот это всё! Точнее, всё это место! – Ранта крутанулся вокруг, глядя на Джамбо, большого орка, гоблина, чёрных волков и остальных, – Вы, человек, работаете на Босса Джамбо! У вас наверняка были на то серьёзные причины! Но я чувствую ещё что-то! И это притягивает меня! Если я стану одним из вас то, может, смогу что-то найти! Может, мой путь к тому, чтобы стать величайшим воином всех времён, всегда вёл сюда?! – Так, позволь переспросить, – сказал Такасаги, – Отставляя пока в сторону вопрос про ученичество, ты хочешь уйти из добровольческого корпуса, и присоединиться к Форган, пусть даже в качестве самой мелкой сошки? – Эм-м, Форган? – Форго, – произнёс Джамбо, глядя на сидящего у него на плече гигантского орла, – Так зовут моего уважаемого друга. Это означает «чёрный орёл» на языке людей. А Форган, полагаю, будет «Банда Чёрного Орла». – Вот! – Ранта кивнул, словно Джамбо только что дал верный ответ на какой-то вопрос, – Вот оно! Прошу, позвольте мне вступить в Форган! Я могу стирать, убирать, готовить, что угодно!.. Заваливайте меня какой угодно работой, потому что я всё равно намерен идти вперёд! Я уверен в своём таланте, потенциале, духе, жухе, чём угодно! Не совсем знаю что такое «жух» но, короче, я серьёзно совершенно серьёзен! Пока Ранта умолял, тычась головой в землю, Мэри никак не могла решить – то ли он и правда просит всерьёз, то ли это такой способ просить пощады, то ли просто несёт бред. Любой из вариантов выглядел возможным, и ни один – достойным. Возможно, Мэри ошиблась в нём. Ранта, похоже, ещё больший отброс чем она когда-либо думала. Теперь ей хотелось плакать по другой причине. Ей, как товарищу Ранты, было стыдно за него. И безнадёжно стыдно за то, что раньше она позволила себе быть тронутой его действиями. – Ну, как бы то ни было... – Такасаги вернул катану в ножны, – Такие решения принимаю не я. Джамбо. Решает он. А мы подчиняемся. Таково правило в Форган. Форго, гигантский чёрный орёл, пронзительно крикнул и взлетел с плеча Джамбо. Орк шагнул вперёд. Вокруг него словно вился лёгкий ветерок. Он подошёл, спокойно и не спеша, и вдруг присел перед Рантой на корточки. – Ранта, – сказал Джамбо. – Д-да... – Ранта выпрямил спину, и ровно сел, – Да, босс! – Я не сторонник бессмысленных убийств. – Босс! А? Босс?! – Мы, конечно, иногда убиваем тех, кто противостоит нам. Иногда мы крадём. Мы причиняем боль. Некоторые из наших товарищей, как ты видишь, несколько необычной природы. Есть также те, кто готов очернять Форган, заявляя что мы жестоки и безжалостны. Не буду этого отрицать. Но лично я не убиваю без нужды. – Д-да, босс. – Если ты хочешь стать одним из нас, я приму тебя. – Да, босс. ...А?! Примете меня?! То есть... Вы сделаете меня своим товарищем?! – Если ты этого хочешь. Сейчас Такасаги единственный человек среди нас, но если примем тебя, значит, вас станет двое, вот и всё. И, возможно, будет интересно. – Я... Я смог? – Но, – добавил Джамбо. – Н-но?.. – Как поступит женщина? – Джамбо указал на Мэри – точнее, обратил к ней взгляд своих оранжевых глаз, – Станет ли эта женщина моим товарищем вместе с тобой? Она этого хочет?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8. Гордость

В деревне есть четыре клана самураев. Крупнейший – Дом Ниги, следом за ним – Дом Шигано, Дом Ганата и, наконец, Дом Мишио. Вместе с Домом Кацурай, откуда происходят шпионы-оммицу, и Домом Шуро, хранящим традиции некромантии, они составляют Шесть Домов. Жил один юноша. Он родился в Доме Мишио, но в деревне род передавался по женской линии. Мальчики, неважно кем бы ни рождались, не получали имени своего клана. Мальчик считался мужчиной лишь после женитьбы, и он принимал родовое имя своей жены. Этот юноша не был женат. Более того, его мать не занимала сколь-нибудь видной позиции в Доме Мишио, а сам он не проявил особого таланта мечника – того, чем определяется ценность ребёнка, родившегося в клане самураев. Он был привлекательным молодым человеком, но приятная внешность лишь сделала его объектом насмешек. Прирождённая доброта к окружающим лишь подливала масла в огонь незатухающего пламени постоянных издёвок. Юношу звали Тацуру. Ниги Арара была старшей дочерью главы Дома Ниги, и на год младше Тацуру. И положение Тацуру всегда, сколько она помнила, очень злило её. Дети самурайских родов с малых лет проходили тренировки – строгие даже по стандартам самураев. Арара и Тацуру, будучи сравнительно ровесниками, зачастую вместе проливали пот, а иногда и кровь. Но Тацуру всегда считался мягко говоря недостойным, а говоря более прямо – законной жертвой. Любой, кого с детства подвергали нападкам, стал бы отчуждённым и угрюмым. Не было бы ничего удивительного, если бы Тацуру обозлился на всех окружающих. Но он был не таким. Сколько бы над ним не насмехались, сколько бы ни оскорбляли, сколько бы не отвергали – он оставался самим собой. Он лишь усерднее тренировался, пытаясь хоть так завоевать признание. Он всегда был вежлив, скромен, и никогда не жаловался на притеснения и несправедливость. Нужно также заметить, что он всегда, разговаривая с кем-то, смотрел собеседнику в глаза. При всей скромности он не был подобострастен. Его лицо было приятным, но не холёным. Но его поступки, как и его душа, были прекрасны. Арару всё это злило ещё больше. При всех своих скромных способностях Тацуру, благодаря усердным тренировкам, мало-помалу вырастал достойным самураем. С точки зрения Арары окружающие были крайне несправедливы к нему. А Тацуру лишь достойно терпел все невзгоды. Арара, наследница Дома Ниги, должна была поддерживать репутацию клана, и не могла просто заявить о своём неодобрении. Но когда ей исполнилось четырнадцать лет, её терпение окончательно лопнуло, и она обратилась к своему дяде в поисках совета. – Дядя, известен ли вам Тацуру из Дома Мишио? – начала она, – Он на год старше меня. Почему он такой, какой есть? Меня это злит несказанно. – Злит, говоришь? – спросил дядя, – Но всё-таки он не так уж значителен. Тебе, той кто однажды встанет во главе Дома Ниги, не стоит так тревожиться о нём. – Я вовсе не тревожусь о нём. Меня это просто злит. – Но почему тебя сердит отношение к кому-то вроде него? А-а... Отец Арары был родом из Дома Ганата, а её дядя, который на восемь лет младше – довольно эксцентричный человек, остававшийся холостым даже в возрасте тридцати лет. Он с юношества просто бродил, где хотел, брился редко и небрежно, а также постоянно носил странные очки, добытые в одном из странствий. Но Арара очень любила своего беспутного дядю, даже несмотря на его незначительные способности к бою на мечах – и ведь при том, что отец Арары, его брат, обладал настолько впечатляющим талантом что, несмотря даже на свой мужской пол, получил прозвище «бог войны» и смог жениться на главе Дома Ниги. И, честно говоря, при слове «родственник» первым в её голове всплыло бы лицо дяди. Тот, в свою очередь, обожал её. – Во-от оно что. Понятно, – сказал дядя, – Ты, похоже, находишь этого юношу не таким уж и неприятным, а, Арара? – О чём вы, дядя?! Я лишь хочу сказать, что на него невыносимо смотреть! Почему он молча терпит недостойное отношение к себе? – В таком случае, пожалуй, это можно назвать праведным негодованием. Почему бы тебе просто не высказать это перед всеми, а самому мальчишке сделать выговор? – Это не подобает дочери главы клана. – Хм-м. Да, пожалуй, как дочь главы клана ты не можешь высказывать всё, что думаешь. Не слишком-то удобное общественное положение. Тем более, что ты родилась в Доме Ниги. – Я горжусь моими матерью и отцом! – возразила она. – Хорошо, хорошо. Ты молодец. – Как вы смеете гладить девочку по голове! – О, прости. Я больше не буду, прости своего безрассудного дядю. Я не смогу жить дальше, если ты возненавидишь меня. – В моём сердце нет места для ненависти к вам, дядя! И я не просила останавливаться. Нет... Отец и мать Арары были в первую очередь главами сильнейшего из самурайских кланов, и лишь потом её родителями. Их отношения с ней скорее напоминали отношения учителя и ученика. Притом главы Дома Ниги были строжайшими из учителей, а от Арары ожидалась в первую очередь прилежность и верность. С другой стороны, её дядя, пусть и безответственный, был также очень добрым. Он часто обнимал её, когда она была маленькой, и даже сейчас иногда гладил по голове. Арару это очень смущало, но чувство родственного тепла радовало её. Дядя был единственным, кому Арара могла доверить любой секрет. Свои истинные мысли по многим вопросам она могла поведать лишь ему. И поэтому, когда ей исполнилось семнадцать а дядя вернулся из очередного путешествия, Арара призналась ему: – Дядя, я... Похоже, я влюблена в Тацуру. – Вот как, – дядя улыбнулся, – Чудесно. Моя племянница наконец открыла для себя любовь. Да, чудесно. – Как вы думаете, мы сможем обручиться? – Ого! Арара и сама понимала – вопрос непростой. Для начала, следует узнать о чувствах самого Тацуру. Они часто тренировались вместе – как и все дети четырёх самурайских семей, но Арара никогда не разговаривала с Тацуру наедине. Женитьбы, конечно, далеко не всегда начинаются с того, что юноша с девушкой решают пожениться, так что само по себе отсутствие близких отношений может и не быть препятствием, но если Тацуру откажется, то свадьбе не бывать. Но даже если Тацуру примет предложение, остаётся вопрос – дозволят ли это главы Дома Ниги. Фактически, это главный вопрос. Тацуру, грубо выражаясь, лишь мелкая сошка в Доме Мишио, в то время как Арара, наследница Дома Ниги, обладает солидным влиянием. Ей не составит труда заставить Тацуру подчиниться, но без одобрения родителей она ничего не сможет предпринять. К ней сватались уже несколько лет. Если родители Арары согласятся на одно из этих предложений, то её могут сразу же выдать замуж, невзирая ни на её чувства, ни даже на возражения. В настоящее время её руки искали второй и третий сыновья Дома Шигано, старший сын Дома Ганата, и старший сын Дома Мишио. Араре было не столько сложно решить, кто из них наиболее достоин жениться на ней, сколько попросту безразлично. Эти юноши немного отличались возрастом, внешностью и телосложением, но как мечники были примерно равны Араре. Никто из них не обладал выдающимися способностями. Главы клана обдумывали вопрос, но, похоже, пока затруднялись выбрать наилучшего мужа для дочери. Что до Арары, то она, пока не открыла в себе любовь к Тацуру, не особо интересовалась женитьбой. Ей подошёл бы любой из женихов. Она полагала, что просто выйдет за кого скажут, родит детей, будет воспитывать и тренировать их. Это было бы правильно. Она исполнит свой долг. Для неё это было чем-то естественным. Если бы она не влюбилась, то никогда бы не усомнилась в правильности этого. Но теперь не могла оставить всё как есть. Вскоре после того, как Арара рассказала дяде о своей влюблённости, она вытащила Тацуру в укромное место, где их никто бы не увидел, и излила ему свои чувства в той же манере, в какой бросила бы вызов на дуэль. – Тацуру-сама, я влюблена в вас. Прошу вас жениться на мне! – А?.. – Тацуру некоторое время ошарашенно смотрел на неё, разинув рот. Но в итоге ответил, что должен всё как следует обдумать, и учтиво попросил семь дней на размышление. Арара ждала. По ночам она спала хорошо, но днём мысли роились в голове, мешали сосредоточиться на тренировках. Главы Дома даже несколько раз ругали её. Но сколько Арара не пыталась взять в себя в руки, размышления о том, что делать, если он даст отрицательный ответ, или о том, что делать, если он не ответит через шесть дней, продолжали беспрестанно и неотступно мучить её. Ровно через семь дней в Дом Ниги пришёл Тацуру. Арара думала, что он пришёл к ней, но, как оказалось, ошиблась. Тацуру попросил встречи с главами семьи. Её родители, ничего пока не знавшие, оказались в этот момент свободны, и согласились встретиться с ним. Когда Тацуру впустили, он, встав перед родителями Арары, внезапно пал ниц. – Нижайше молю вас, дозвольте мне взять в жёны Арару-сама. В этот момент не только Дом Ниги, но и вся деревня зашумела, подобно растревоженному улью. Поначалу все подумали, что Тацуру влюбился в Арару, и его нахальный поступок вызван помешательством. Если оставить всё как есть, то голова Тацуру вполне может закончить на острие копья, так что Арара торопливо объяснила ситуацию. Что это она влюбилась в Тацуру, и сама сделала ему предложение. Тацуру, спустя семь дней размышлений, согласился и решил, что подобающим поступком для него будет самому обратиться к главам клана. В конце концов, женитьба – важная часть отношений между Домами. Арара – старшая дочь Дома Ниги, сильнейшего клана самураев, так что первым делом, разумеется, стоит получить разрешение её родителей. Очень в стиле Тацуру, всегда действовать по правилам и традициям. Однако, хотя его поступок и правилен, он мог бы сначала сказать хоть слово Араре. Но он поступил хорошо. Эта черта его характера была одним из качеств, так привлекавших Арару. Теперь она уже и подумать не могла о том, чтобы выйти за кого-то другого. В её жизни не будет другого мужчины. Для начала, она никогда, ни разу в жизни не думала как о мужчине ни о ком, кроме Тацуру. Есть лишь он. Для неё есть лишь он. Главы семьи, похоже, не собирались даже обдумывать просьбу Тацуру, но Арара преклонила колено и попыталась уговорить их. Она также склонила голову, и принялась умолять их дозволить ей выйти за Тацуру. Разумеется, отчасти она также хотела и спасти Тацуру. О нём не просто злословили, зачастую в него открыто бросали камни вместо того, чтобы говорить дурные слова из-за спины, а родители и братья постоянно отчитывали его. Тацуру не просто был белой вороной – его травили. Многие самураи кровожадны. Если оставить всё как есть, рано или поздно прольётся кровь. – Госпожа! Нет, матушка! Прошу вас! Прошу вас, разрешите! Я, Арара, прошу вас, удовлетворите мою эгоистичную просьбу и дозвольте обручиться с Тацуру-сама! – Невозможно, – отвечала её мать. – Поэтому я и стою перед вами, умоляя отступиться! – Я не отступлюсь. – Вы так твердолобы! – Как ты смеешь называть главу семьи твердолобой! – Почему нельзя назвать твердолобого человека твердолобым?! – Если ты не понимаешь моих слов, то твердолобая здесь ты! Будешь сидеть в пещере, пока не остынешь! Впервые в жизни Арара возразила матери. В наказание её заточили в пещере. Она провела в темноте пять дней, ничего не пила и не ела. Арара, совершенно истощённая, надеялась, что, может быть, теперь мать уступит. Её надежды были тут же разбиты. – Матушка... Пожалуйста... Умоляю, разрешите мне выйти за Тацуру.... – Невозможно, – отвечала мать, – Видимо, ты недостаточно раскаялась в своём поступке. Обратно в пещеру. Она, должно быть, шутит, подумала Арара. Я же умру, если меня снова бросят туда. Но мать не шутила. По приказу главы клана Арару снова посадили в пещеру. Во второй раз она провела в пещере шесть дней, и выжила лишь благодаря тренированному телу, закалённому духу, а также потому, что, проглотив собственную гордость, слизывала со стен пещеры капельки влаги. Видимо, мать настроена решительно. Если Арара не подчинится, то, возможно, глава клана готова отправить её на смерть, невзирая на то, что она её дочь. Или, возможно, мать уверена, что Арара, осознав серьёзность её намерений, уступит. Арара не собиралась подчиняться. Но также не хотела погибать. В конце концов, умерев, она не сможет быть с Тацуру-сама. А ещё, если Арара погибнет из-за собственного упрямства, Тацуру будет горевать. Возможно, даже покончит с жизнью. Арара не хотела этого. Так что она отказалась от идеи напрямую обратиться к главе клана. Она вернулась к своим тренировкам, и на поверхности всё шло по-прежнему, но они с Тацуру начали тайно встречаться. Впрочем, встречами это было назвать сложно – оба были довольно неумелыми собеседниками, так что они просто перебрасывались несколькими фразами, и обменивались письмами. По приказу глав клана оммицу приставили няа следить за обоими, так что даже это требовало больших усилий. Письма приходилось уничтожать сразу после прочтения. Если спрятать письмо, то ловкие и умные няа рано или поздно найдут его. Со временем родители Арары захотят выдать её замуж за кого-то ещё. Что тогда? Глава клана, возможно, в конце концов сможет добиться своего в любом случае. Арара, конечно, может возражать, но поможет ли это? Её мать, скорее всего, всё равно получит что хочет. Тацуру всегда терпел отчуждённость и одиночество. Над ним постоянно издевались, злословили и поносили, но он никогда не терял присутствия духа. Более того, он полагал такое отношение к себе неизбежностью, так что не держал ни на кого зла, и раз за разом повторял Араре, что и она не должна злиться. Судя по всему, он говорил это от всего сердца. Уважение Арары день ото дня росло, как и её любовь к нему. Пришёл день, когда она устала терпеть и проговорилась дяде, что хочет сбежать с Тацуру. – Если ты действительно хочешь этого, то не буду вас останавливать, но мне будет немного неуютно отпустить вас одних в большой незнакомый мир, – сказал дядя, – Позвольте мне сопроводить вас туда, куда вы соберётесь. – Дядя, я совершенно серьёзна. – Как и я. Ну, если правда откроется, твои родители наверняка убьют меня, но ради тебя я с радостью отдам жизнь. – Я верю вам. – Конечно, не сомневайся. Отчасти благодаря поддержке дяди Арара решила высказать идею о побеге на следующей тайной встрече с Тацуру. Конечно же, он согласится. Она ошибалась. – Нам нельзя, Арара-сама, – сказал он, – Нам нельзя убегать. Я не пойду на такое. Даже если у нас получится, в будущем всех замешанных в этом будут ждать лишь несчастья. – Но Тацуру-сама... Разве мы сможем быть вместе в этой жизни иначе, чем после побега? Глава клана скоро найдёт для меня мужа. Мои возражения её не остановят... – По правде говоря, у меня есть план. Выслушав, Арара узнала, что Тацуру разрабатывал план и тренировался день и ночь для того, чтобы его исполнить. И правда, с тех пор, как Арару бросили в пещеру, тело Тацуру стало намного крепче и мускулистее. По словам Тацуру, причина всего происходящего – его собственная слабость, и если он проявит такую доблесть, которую не смогут не признать даже главы кланов, то родители Арары не будут возражать против их свадьбы. Разумеется, самурай должен быть силён. Сила это не повод для хвастовства, но, с другой стороны, если её не проявлять, то никто о ней и не узнает. Тацуру объяснил, что избрал неверный путь, перепутал последовательность действий. Чтобы получить одобрение её родителей, ему сначала нужно стать достойным Арары самураем. Просить её руки до того было ошибкой. – Но как вы заставите всех уважать вас? – спросила Арара. – Одержу победу над могучим противником, разумеется. – Неужели вы имеете в виду... – Совершенно верно, Арара-сама. В последнее время есть лишь один враг, перед которым в страхе дрожат жители деревни. – Вы убьёте Арнольда Кровавого Вихря? Деревня не оставалась на одном месте. С тех пор, как жители лишились родины, у них появился обычай проводить ритуал гадания, и, определив благоприятный день, перемещать деревню. Кроме того, все жители хорошо знали запутанную подобно лабиринту территорию Тысячи Лощин, так что деревне редко угрожали внешние враги. Ни нежить, заполонившая бывшее королевство Ишмаэл, ни орки, основавшие своё королевство Вангиш на территориях бывшего королевства Нананка, никогда не пытались напасть на деревню. Причиной тому была постоянная готовность жителей к обороне, а также их неустанные тренировки. Лучше быть готовым сейчас, чем жалеть потом. Деревня была готова всегда. Нежить и орки, уничтожившие их родину, тоже знали это, и не нападали. Жители не расслаблялись, не поддавались иллюзии безопасности. Но примерно полгода назад, глубокой ночью, двойнорукая нежить – Арнольд – проломил ограду и вошёл в деревню. Та ночь стоила деревне семерых убитых и двадцати трёх раненых. Двойнорукий размахивал своими четырьмя катанами, разрубая одного за другим самураев и созданных некромантами големов плоти. Он, образовавший вокруг себя кровавый вихрь, явно наслаждался резнёй. Это казалось невозможным, но двойнорукий пришёл один. Единственный враг вошёл в деревню, забрал множество жизней, нанёс ещё больше ран и ушёл, скрывшись от гнавшихся за ним самураев и оммицу. Для деревни случившееся, разумеется, было весьма болезненным. Ужасная трагедия и ужасное унижение. Вскоре удалось определить происхождение нападавшего. Член Банды Чёрного Орла, Форган, возглавляемой орком Джамбо, по имени Арнольд. Говорили, что он – один из сильнейших среди Форган. Форган действовали на довольно большой площади, охватывающей территории бывших королевств Ишмаэл, Нананка и Аравакия. Их истинная сущность оставалась загадкой, но в них видели кочующую группу бродяг, готовых пойти на конфликт с любыми властями и фракциями. Впрочем, простыми бродягами они точно не являются. Форган участвовали во множестве кровавых схваток, в том числе нескольких битвах, самые крупные из которых вполне могли быть достойны называться войнами. Они, разумеется, тоже несли потери и терпели неудачи, но со временем их слава всё росла. Говорили, что однажды новый король Вангиша предложил Джамбо пойти к нему на службу, но тут же получил отказ. Это нанесло ощутимый удар его репутации. Обозлившись, король отправил армию в попытке подчинить Форган силой. Но, несмотря на отвагу и подавляющее численное превосходство, армия Вангиша была уничтожена. Король, в попытке восстановить свою репутацию, обрушил её окончательно. Странным было то, что Арнольд напал в одиночку. Оммицу сумели обнаружить, что Форган разбили лагерь совсем рядом, всего в десяти километрах от деревни. Но Арнольд больше не атаковал. Фактически, он словно потерял интерес к деревне. Как поступить? Выждать? Или попытаться отомстить? Главы Шести Домов собрались на совет и приняли решение. Они усилят оборону, устроят в отместку за нападение несколько засад и внезапных атак, после чего пронаблюдают за реакцией Форган. Был немедленно собран и отправлен карательный отряд самураев, оммицу и некромантов, но Форган, словно ожидавшие этого, разделились и растворились в лесу. Если враги знают, что крупный отряд из деревни выступил против них, то могут напасть на деревню сами. Пусть оборона и усилена, но боевой потенциал деревни после ухода карательного отряда снизился. Да и сам отряд рискует попасть в засаду. Судьба жителей деревни никогда не была простой, и в прошлом им приходилось встречать самые разные угрозы. Нынешние главы Шести Домов имели опыт преодолевания чрезвычайных ситуаций, угрожавших самому существованию деревни. Но никто из жителей деревни, включая и правителей, никогда не знал войны. Когда-то давно их предки противостояли великой армии Бессмертного Короля, доблестно сопротивлялись, но в итоге были разгромлены и разбиты. Вот почему теперь они старались избегать войн любой ценой. Вот почему они построили весь свой жизненный уклад так, чтобы никто и никогда не захотел на них напасть. Вся политика деревни строилась вокруг этого. Главы Домов решили отозвать карательный отряд, усилить патрули, и поддерживать готовность к битве. Некоторые упрекали их за слабость, но все подчинились. Форган, похоже, не планировали ничего особенного. Они определённо оставались в Тысяче Лощин, но держались тихо, словно избегая контакта с жителями деревни. Прошёл месяц, затем два, три... Вскоре миновало полгода. К этому времени почти все пришли к выводу, что Форган, наверное, не собираются воевать. И всё же терять бдительность было нельзя. Устроенная Арнольдом резня случилась вскоре после того, как Арару заточили в пещере во второй раз. Нервы всех оставались на пределе, и Тацуру, наверное, планировал развеять некоторые из страхов. Если он убьёт Арнольда, то никто не сможет игнорировать его подвиг. Но также тем самым он может дать повод к войне. Арара же оставалась наследницей Дома Ниги, пусть и не всегда довольной своим положением. Эта тревожная мысль сразу же посетила её, но она не решилась использовать это как повод отговорить Тацуру. Сказать, что враг ему не по силам, тоже было тяжело. Она не хотела ранить его гордость. – Тацуру-сама, я всё же считаю, что нам лучше сбежать, – сказала Арара, – С вами мне не нужен никто другой. Пусть даже мне придётся отбросить всё остальное, я не пожалею. – Я ничего не хочу отбрасывать, Арара-сама, – ответил Тацуру, – Главы вашего Дома очень волнуются за вас. Наш побег глубоко ранит их сердца, и в будущем мы обязательно в этом раскаемся. – Эти двое думают лишь о клане и деревне! – Нет. Вы неправы, Арара-сама. Ваши родители тоже люди. Но как главы величайшего из четырёх кланов самураев они вынуждены запереть в себе слёзы и убить собственные эгоистичные желания. Как вы это не понимаете?! Его упрёк обезоружил Арару. Храбрость и благородство Тацуру тронули её. И всё же ей не следует его отпускать. Тацуру не сможет стать мастером меча, сколько бы не тренировался. Однажды, возможно, из него получится отличный инструктор, но о большем он не может мечтать. Арара, обладавшая врождённым даром под стать своему происхождению, почти идеально осознавала способности Тацуру и их предел. Лишь невероятная удача может обеспечить ему победу над Арнольдом Кровавым Вихрем. Но даже понимая это, Арара не остановила его. Нет, не могла остановить. Он – самурай, воин, рискующий жизнью ради подвига. Пусть он поступает самонадеянно, необдуманно – она не может просить самурая отвергнуть свою решимость. Она любила его, и не могла заставить себя так поступить. Таков путь самурая. Были времена, когда главы Домов, зная это, приказывали самураям отступить. Но пока никто из вышестоящих не отдаёт непререкаемый приказ, самурай не останавливается. На следующий день Тацуру покинул деревню, и не вернулся больше никогда.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9. Что кем движет

– ...И поэтому Арара ненавидит Арнольда, – закончил Рок. Во время рассказа он постоянно вставал, расхаживал туда-сюда, снова садился – короче говоря, вёл себя беспокойно. А ещё его волосы стоят торчком. Как он делает такую причёску? Использует крем или что-то ещё, чтобы сделать волосы негнущимися? Как бы то ни было, Рока словно переполняла энергия, которой он никак не мог дать выход. На плечах Рока сидело некое существо, большеротое и с полосатой шкуркой, напоминающей окрасом тигриную. Оно обхватывало его за шею и каким-то образом ухитрялось не падать. Такие зверушки называются мируми, и в Гримгаре они довольно широко распространены. Эта, как выяснилось – питомец Рока по кличке Геццу. – Короче говоря, она хочет отомстить, – продолжал он, – Ну, что тут удивительного? Я на её месте тоже бы хотел. Он убил любовь всей её жизни. Вы ведь тоже должны это понимать. Так ведь? Харухиро, Юме? – Ну, да... – Харухиро повесил голову, наморщил лоб и вздохнул. – Хрм... – Юме надула щёку и склонила голову набок. Туман прояснился, но теперь опустились сумерки. С каждой минутой становилось всё темнее. Впрочем, некоторое время назад в воздухе принялись плясать зелёные огоньки. Это насекомые – руракас, они светятся с раннего вечера до поздней ночи. Их свет придавал вечеру какую-то почти волшебную красоту. Впрочем, Харухиро этот вид оставил практически равнодушным. И его это несколько печалило. Печалило? Ну, честно говоря, он был довольно зол. Вместе с несущим раненую Арару Роком они все бежали, пока хватало сил, и наконец собрались здесь. Харухиро понятия не имел, где именно это «здесь», но, судя по всему, команда Рока заранее договорилась собраться в этом месте, если что-то пойдёт не так. Лысый здоровяк, Каджита, вонзил свой огромный меч-гриб в землю и сидел, скрестив ноги. Он уже некоторое время не двигался. Уснул? За тёмными очками не видно, закрыты его глаза или нет. Сильнейший из действующих Рыцарей Ужаса, Моюги, сидел на кочке, положив ногу на ногу, и пил что-то из кружки. Ну, это наверное неважно, но не слишком ли он беззаботен? В его позе и поведении ощущалась какая-то расслабленная ленца. Его демона, Мойры, поблизости не было. Время от времени откуда-то доносилось её «Не-е-е-е-ет...», так что, наверное, она пряталась где-то неподалёку. Вор Саканами почему-то лежал на земле ничком. С ним всё в порядке? Остальные, впрочем, не обращали внимания, так что, наверное, тревога Харухиро беспочвенна. Кроме того, он изначально казался не совсем нормальным. Возможно, для него в порядке вещей быть немного не в порядке. Цуга, жрец с короткой стрижкой, закончил лечить Арару и с тех пор медитировал в позе лотоса. Его глаза были закрыты, и он не шевелился. Между тем Кроу, бывший Охотник, отсутствовал. Он сказал, что у него есть некие дела, и ушёл один. – Мы потерпели неудачу. Тацуру-сама остался неотмщённым, – Арара сидела на пне, понурив голову, – Всё из-за меня. Из-за моей раны! – Не унывай, Арара, – Рок присел перед ней на корточки, – У нас ещё будет шанс. Мы предоставим тебе столько возможностей, сколько понадобится. Хорошо? Мируми Геццу громко пискнул. Питомец словно пытался помочь хозяину подбодрить Арару. – Благодарю, – Арара вздохнула и подняла голову, – Я у тебя в долгу, Рок. Смогу ли я когда-нибудь отблагодарить вас по достоинству?.. – Забудь, глупышка. Мы делаем это, потому что хотим. – Но... – Нет, правда, забудь! Пока сосредоточимся на этом Арнольде. Моюги что-нибудь придумает. А если не выйдет, попробуем что-то ещё, пока не справимся. Просто же, да? – Когда это говоришь ты, почему-то начинает казаться, что всё действительно просто. – Ничего сложного, – твёрдо сказал Рок, – Просто положись на нас. На Рокс. – ...Но, – Арара снова опустила взгляд, и крепко обхватила свою левую руку правой, – Вы не обязаны помогать мне отомстить... Харухиро и Юме переглянулись. Вот именно, – подумал Харухиро. В этом и проблема. Тацуру, возлюбленный Арары, пытался убить Арнольда – врага деревни, но был побеждён. Арара хочет отомстить за любимого. Это понятно. Но при чём тут Рок и его команда? Они же солдаты добровольческого корпуса. И, очевидно, они не из деревни. Это же не их дело, так? – Арара. Арара. Эй, Арара! – Рок вдруг резко встал и широко распахнул руки. Геццу чуть не свалился, но как-то ухитрился удержаться у него на плечах, – Ну что ты такое говоришь! Ты же нам не чужая! Конечно же мы обязаны помочь! Как иначе! – Но мы ведь познакомились совсем недавно... – Какая разница?! Срок тут вообще не важен! – Если бы я тогда ничего не рассказала, вы бы не оказались втянуты во всё это... – Мы вовсе не считаем, что нас кто-то куда-то втянул! Так, Моюги?! – Вообще-то нет. Я определённо чувствую, что меня впутали. – Что-о-о-о-о?! – Впрочем, мне не привыкать, – добавил Моюги, – Я понимаю, что меня будут впутывать во все возможные проблемы столько, сколько я буду оставаться с вами. – Ха! И ты вместе с Рокс потому, что тебе всё мало, а? – Верно. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на всякую нудятину. – Именно, – Каджита поднял большой палец. – Ургх... – простонал Саканами, корчась на земле словно от боли. На умиротворённом лице Цуги расцвела улыбка. Он близок к просветлению, или что с ним? Харухиро, пожалуй, на многое мог бы возразить. Фактически, пожалуй, он чувствовал себя готовым поспорить практически с каждым из высказанных утверждений. Итак, если простыми словами подытожить причины, по которым Рокс участвуют в этом конфликте, то это будет каприз. Как и сказал Моюги. О-о, – подумал Харухиро. Ясно. Понятно. Они все ненормальные. Сборище ненормальных. У него и раньше было такое чувство. Они ведь не какие-то обычные люди, вроде Харухиро и его товарищей, так что никак не могут быть нормальными. А ещё им, наверное, нет дела до того, что про них думает такой непримечательный человек как Харухиро. У выдающихся людей всегда есть те или иные странности. Являются ли эти странности первопричиной, тем, что позволило этим людям подняться над общим уровнем? Или странные черты характера появляются из-за того, что человек стал в чём-то выдающимся? Может, выделиться из массы средних людей невозможно без того, чтобы стать немного безумным? Харухиро мог лишь гадать. Впрочем, пусть он и не разбирается в вопросе, это не должно быть важным. Дела и мотивация этого сборища ненормальных не его проблема. Точнее, не было бы его проблемой, но сейчас Харухиро вынужден действовать совместно с ними. – Эм-м... – Юме кивнула, словно пытаясь убедить себя в чём-то, – То есть, поэтому? Роккун и Рокс недавно повстречали Араран, но решили обязательно помочь ей, потому что они хорошие? – М-м? Мы? Хорошие? – Рок уставился на неё и оскалился. Вид был жутковатый, – Это как понимать? Ты что, смеёшься над нами? – Почему это называть кого-то хорошим значит смеяться над ним? – Слушай, Юме, вообще-то назвать кого-то хорошим не значит похвалить. Хороший человек – это тот, кому можно сесть на шею и свесить ноги! – Юме вовсе ничего такого не имела в виду! – Да ладно? Ну, короче, мы не хорошие. Мы что, похожи на хороших? – Не-а, – Юме помотала головой, – Совсем-совсем не похожи. – Хахаха! Само собой! Нам плевать на справедливость, честность, мораль и всю эту ерунду! – А на что не наплевать? – спросила Юме. – Ну, много на что. Но на этот раз... – Рок горделиво поднёс руку к груди, – Нас ведёт Любовь. Харухиро тупо смотрел на него. – Любовь?.. – переспросил он. – Да нет же. Не любовь, а Любовь. Любовь. Какая разница? Слово-то одно и то же. Эх. У Харухиро немного закружилась голова. Что происходит? – А?.. Постойте, любовь... К кому? – К Араре, разумеется. – Нет, но... – Харухиро посмотрел на Арару, на Рока, снова на Арару. Рок говорил, гордо задрав нос, но Арара всё так же смотрела себе под ноги – то ли смущённая, то ли не зная, что сказать, – Но, эм, Арара... -сан ведь уже влюблена, разве нет?.. Она делает всё это как раз из-за того, что стало с её любимым, так?.. – И что с того?.. – Как что?.. То есть, я вообще-то неопытен в таких вопросах, и, наверное, ничего не понимаю, но... – При первой нашей встрече Арара шла с катаной в руках. Она внезапно выпрыгнула из тумана и побежала на нас, размахивая мечом. – Н-ну и что!.. – Арара надулась, как ребёнок, – ...Я п-просто была сама не своя. Я не могла думать ни о чём, кроме мести за Тацуру-сама, и сбежала из деревни, хотя дядя и пытался меня отговорить, так что всё, что движется, казалось мне врагом... – Она была прекрасна, – по лицу Рока расплылась ухмылка, – Развевающиеся волосы, искажённое яростью лицо, заплаканные глаза. Я сразу запал. Любовь с первого взгляда. «Почему она плакала? Что происходит? Может быть, я смогу помочь?» Мной завладели эти вопросы. – Она разожгла огонь в его сердце, – хриплым голосом проговорил Каджита. – Точно, – развернулся к нему Рок, – Когда мои тело и душа пылают огнём Любви, меня никто не остановит. Я буду бежать, пока не сгорю дотла. – Он легко втрескивается, – осуждающе проговорил Моюги, – И вечно в недоступных женщин. Чем может привлекать девушка, с которой никогда не сможешь переспать? Не понимаю. – Это твоя скучная черта, Моюги, – заявил Рок, – Когда даришь любовь, ожидая взаимности, это не Любовь. Это просто похоть, вот и всё. А моя Любовь не такая. Моя Любовь даётся даром. Я влюбился в Арару, и поэтому хочу исполнить её желание. Ради этого я пойду на всё. Это же так воодушевляет, верно? Это же здорово, согласны? Да, Харухиро? Понимаешь? – Нет, не понимаю. – Нет?! – Я, эм, не очень опытен в любовных делах, так что... – О, так ты девственник! – Чему вы так удивились?.. – Девственник... – протянула Юме, кивая. Только вот, она действительно понимает, что это значит? Зная её – вовсе не обязательно. – И вот надо было тебе оказаться девственником, – Рок цыкнул языком, – Девственник, значит. Ну, не знаю, девственнику наверное понять будет непросто... – Не могли бы вы перестать повторять это слово?.. – попросил Харухиро. – Харухиро, – Каджита посмотрел на него и поднял большой палец, – Новичкам везёт. – ...Не понимаю. – Гяхахахаха! – Саканами внезапно расхохотался, продолжая корчиться, словно в агонии, – Охренеть! Девственник! Девственник, розовый лепественник! Посадим тебя на трон, будешь наш Розовый Император! Мальчик-скорострел! Ахахахаха! – ...Это я ещё меньше понял. – Да уж, – Рок кивнул, почёсывая горло Геццу, – Это и я не понял. Саканами немного чудной. Старайтесь не злить его, понятно, Харухиро? Юме? Не знаю, на что он способен. – ...Как вам только удаётся работать с таким человеком? – Но это же интересно, разве нет? – Для меня это постоянная головная боль, – Моюги переложил кружку в левую руку и средним пальцем правой поправил очки, – Приходится постоянно учитывать его в моих планах. – Разве это не прибавляет азарта? – спросил Рок. – Не буду отрицать. Подводя итог, ситуация выглядит так: Команда Тайфун Рокс действует, поддерживая Рока и его влюблённость. А ещё они помогают Араре отомстить, потому что это выглядит интересным делом. То есть, Рокс и в самом деле подчиняются своему капризу. – А в клан Воинов Рассвета вы вступили тоже потому, что это было интересно? – спросил Харухиро. – Отчасти, – глаза Рока прищурились, уголки рта поползли вверх, – Правда, была и другая причина. Но я тебе про неё не расскажу. – А? Почему? – Но разве так не интереснее? О... – Рок осёкся, а за мгновение до этого Геццу повернул голову направо, – Кроу, ты? Через подсвеченные огоньками руракас сумерки шагала человеческая фигура. Она помахала. Действительно, Кроу. – Их там не было, – первым делом сказал Кроу, устало опустившись на землю возле Харухиро, – Возле той пещеры, про которую ты говорил. Твоих друзей там не было. – Не может быть... – Харухиро на мгновение онемел, – Н-но, может, вы ошиблись? Не там искали? – Невозможно. Это же она, да? Пещера, из которой ведёт проход в другой мир? Я и раньше примерно знал, где она. И там были следы. – Хрм-м... – Юме скорчила странную рожицу и прижала пальцы к вискам, – Значит... Что это значит? Юме не знает... – Вы всё не возвращались, и они, видимо, пошли искать, – сказал Кроу, – А потом попали в беду. Похоже на то. – Вы так легко это говорите... – пробормотал Харухиро. – Вы двое даже не знаете, где тут что, да и в любом случае проще и безопаснее было мне пойти одному, так что я взял и пошёл вместо вас. Между прочим, был не обязан. – Простите, вы... вы правы. Спасибо, Кроу-сан. – Да уж. Вы у меня в долгу. Вернёте с процентами, понятно? Даже если забыть про внезапно свалившийся на голову долг, исчезновение товарищей стало для Харухиро огромным шоком. Ого... Мысли не слушаются. Не могу ни о чём думать. Нет, я должен думать, даже если не могу. Может, всё-таки пойти туда самому? Искать остальных? Но уже темно. А ещё враги. Там могут оказаться враги. Самому Харухиро нет дела до Форган, но Форган, вполне возможно, окажется дело до него. Ну, я ведь убивал их собственными руками. У них полное право напасть на меня. – Эй, эй! – позвал его кто-то. Харухиро, напуганный, поднял голову и обнаружил рядом с собой извивающегося Саканами, – Ну, как? Как это? Ну, давай, скажи, что чувствуешь? Печаль? Боль? Отчаяние? Плакать хочется, а? Или тошнит? Каково это, а? Ну? Ну? – Для начала, вы немного меня бесите... – Гяхохо! Гяхахахаха! Круто! Ахахаха!.. – Да что с ним такое? – пробормотал Харухиро. – О, с ним? – весело спросил Кроу, – Он просто поехавший. – Как грубо! – Саканами развернулся к Кроу, – Кто бы говорил, ты, бесчеловечное чудовище! Ты охотишься на людей! Ты, а не я! Я не охочусь на людей, но пожираю богов! Я Пожиратель Богов! Круто, а? Гяхахахахаха! Наверное, лучше просто не обращать внимания. Точно. Игнорировать. Не отвлекаться на него и думать. Думать. – Так, – Моюги поднялся, – По моей оценке, начиная с этого момента Форган могут в любой момент прибыть сюда. Уходим сейчас. – Хорошо, – Рок обвёл взглядом остальных, – Идём, Арара. Вы тоже. Очевидно, это «вы тоже» включало и Харухиро с Юме. Что ж, Харухиро не желал оставаться здесь, значит, надо идти. Придётся думать на ходу. – Хару-кун... – Юме подёргала его за плащ. Она, как и следовало ожидать, выглядела встревоженной, – Куда делись остальные, как думаешь? – С ними всё хорошо. Я уверен, – даже произнося эти слова, Харухиро сам не знал, пытается он убедить Юме или себя самого, – Ну, с ними ведь Ранта. Его так просто не возьмёшь. – Угу... Юме отпустила плащ Харухиро. И тут же взяла его за рукав. Он сразу понял, что ей нужно от него, и подчинился. Харухиро взял Юме за руку. Она крепко сжала его ладонь в ответ.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10. Ради чего?

Голова кружилась. Вокруг бешено мельтешило множество сияющих во тьме огоньков, и это было ужасно. Шихору постоянно спотыкалась обо что-то, или наступала в яму и чуть не падала, но Кузак каждый раз подхватывал её. Она перестала извиняться. Говорить уже не было сил. Я больше не могу. Не смогу сделать ни шагу. В голове Шихору уже некоторое время крутились только две эти мысли. Пусть они просто бросят меня здесь. Но даже если она это скажет, Кузак не бросит её, и Кацухару, наверное, тоже. Шихору, понимая это, молчала. – Кацухару-сан! – закричал Кузак, обращаясь к бегущему впереди мужчине, – Ну как?! Мы сможем оторваться?! – Не знаю! – откликнулся Кацухару, явно запыхавшийся, – До деревни неблизко, так что всё зависит от вас! – Чёрт! Если бы я не нашумел, то няа бы нас не заметили!.. – Что толку сейчас сожалеть? К тому же, это ведь я вас позвал с собой. Не стоило подходить так близко. Я сам виноват. – Постойте, почему вы так спокойны?! – Разве паника чем-то поможет? Няа. Они были позади, само собой, но также справа и слева. Было темно, несмотря на роящихся вокруг светящихся жуков – руракас. Но, хотя няа и не было видно, их голоса доносились отчётливо. Няа-а... Няа-а... Няа-а... Няа-а... Мяуканье раздавалось со всех сторон. Они близко? Или далеко? Сколько здесь этих няа? Шихору не знала. По словам Кацухару, прирученные няа иногда не торопятся, медленно загоняют свою добычу в угол, так, как сейчас. И правда, казалось, что никакого спасения нет. Во всяком случае, для Шихору и Кузака. – Ну, – произнёс Кацухару голосом, слишком спокойным для спасающегося бегством человека, – Пока что нас, кажется, преследуют только няа. Так что, возможно, нам всё-таки удастся как-то добраться до деревни. Поднажмите. Поднажать. Вообще-то Шихору и так бежит во весь дух. Старается изо всех сил. Но как бы она не старалась, у её возможностей есть предел. Как только Шихору выдохнется и не сможет бежать дальше, она станет обузой для Кузака и Кацухару. И это случится... Внезапно Шихору ощутила слабость в коленях, ноги перестали слушаться. Она торопливо вцепилась в посох. Это помогло ей устоять на ногах, но бежать она больше не могла. И, наверное, идти тоже не сможет. Вот и всё. Предел. – Шихору-сан?! – Кузак остановился, – Что случилось? Почему ты остановилась?! – Эх, – Кацухару развернулся, подошёл к Шихору и присел, повернувшись к ней спиной, – Вот. Я понесу тебя на спине. Залезай. – Н-нет, я не могу... – Шихору-сан, пусть он понесёт тебя! Я отвлеку на себя врагов, если придётся! – Ты не могла бы поторопиться? – спросил Кацухару, – У меня спина начинает болеть в этой позе. – И-извините... Т-тогда, прошу прощения!.. Спина Кацухару оказалась шире, чем казалось Шихору, и внушала странное чувство спокойствия. Похоже, он надёжнее, чем выглядит – ему хватает сил нести довольно тяжёлую Шихору, да ещё и бежать в прежнем темпе. – Прости, но не могла бы ты прижаться покрепче? – К-конечно!.. – Да, я и правда счастливчик. – ...Что? – Нет-нет, просто говорю с самим собой. Забудь. Однако, надо было так сделать с самого начала. Хехе... Шучу. Просто пытаюсь разрядить обстановку, понимаешь? Может, он и надёжный, но кажется немного опасным. Кстати об опасности, что с няа? Из-за Шихору их маленький отряд потерял так много времени, что положение вряд ли могло стать лучше. Точнее, оно могло лишь ухудшиться. Вдалеке раздался волчий вой. – Что это было?.. – Кузак на бегу оглянулся. – Плохо, – прошептал Кацухару, бросив короткий взгляд по сторонам. Слева местность была ровной, но справа от них поднимался пологий склон. Они бежали по узкой тропе между деревьев, – Нехорошее место. Пожалуй, придётся сделать это, когда доберёмся куда-нибудь, где удобнее сражаться. Я проложу вам путь мечом, чтобы вы двое могли сбежать. – Нет, Кацухару-сан, вы не должны так поступать из-за нас! – воскликнул Кузак. – Будь вы двое старше меня, я бы пожертвовал вами ради собственной шкуры, но смотреть, как гибнуть молодые, мне не по нутру. О, не волнуйтесь, меня не так-то просто взять. Чего-чего, а опыта мне не занимать. – Я всё равно далеко не убегу... – Шихору стиснула зубы. Пусть Кацухару и нёс её, ей так и не удалось восстановить дыхание, – Останусь с вами. Я должна. Поддержу вас магией. – А мне-то хотелось покрасоваться. Ну, видимо, выхода нет. Вскоре они выбежали на ровное место с множеством деревьев. Кацухару ссадил Шихору на землю и вытащил из ножен катану. Кузак, с чёрным мечом в руке и щитом наготове, встал перед Шихору. Руракас почти не было. Няа-а... Няа-а... Няа-а... Судя по мяуканью, няа уже совсем рядом. Выли волки. – Дарк... – позвала Шихору, сосредоточившись. Словно из двери в иное измерение возник элементаль Дарк. Тёмные нити сплелись в спираль и приняли форму человека. Дарк проплыл по воздуху и уселся на плечо Шихору. – Ого, – восхищённо протянул Кацухару, – Впервые такое вижу. – Это изобретение Шихору-сан, – Кузак, внимательно осматриваясь, глубоко вдохнул, – Как вы думаете, няа нападут на нас сами? – Нет, обычно няа не сражаются сами. Они перестают подчиняться, если видят мучения сородичей, так что дрессировщики няа стараются не подвергать их опасности. – Значит, на нас нападут... – начал Кузак, но тут же замолчал. Раздался шум. Шаги? Что-то несётся на них. Слева. Волк. Чёрный волк? Шихору собиралась отправить Дарк перехватить его, но передумала. Ей не успеть. Кацухару переступил влево, странной походкой, при которой талия и голова не поднимались вверх и не опускались вниз. Он взмахнул катаной, опережая собравшегося броситься на него чёрного волка. Тот рухнул с раскроенным черепом. Кацухару, той же странной походкой, вернулся на своё место. – Ещё один. – Угх!.. – что-то ударилось о щит Кузака. Второй волк пытался протаранить его? – Если попытаетесь уследить глазами, опоздаете, – Кацухару снова махнул катаной. Похоже, опять попал, – Не смотрите. Чувствуйте. У Шихору ни за что не получится. Она ведь Волшебница. Нет, заявлять, что ничего не выйдет, потому что она Волшебница, будет простым слабоволием. Ещё один, сзади. Шихору развернулась. – Вперёд! В отличие от заклинаний, которым Шихору научилась в гильдии, Дарк не просто летит по прямой. Им можно управлять, в некоторых пределах. Сзади был чёрный волк. Не сказать, что Шихору удалось рассмотреть бросившегося на неё из темноты хищника. Но слова Кацухару тут же пришлись кстати. Не смотри, чувствуй. Что-то бежало на неё, и Шихору велела Дарку врезаться в это. И всё. Дарк защитил её. Волк взвизгнул и бросился наутёк. – Приди, Дарк! – Шихору тут же призвала элементаль снова. – Прости, Шихору-сан! – Кузак отбрасывал волков в стороны ударами меча и щита, как-то ухитряясь не подпускать их к ней, – Да что ж так много?! – В таких ситуациях стоит исходить из того, что тебе не видна вся картина, – Кацухару, двигаясь всё той же необычной походкой, махнул катаной, снося голову очередному волку. Удар выглядел почти будничным, но даже для Шихору, Волшебницы, был очевиден стоящий за ним опыт, – Сейчас будет передышка. Так и произошло. Чёрные волки внезапно перестали кидаться и лишь рычали с безопасного расстояния. Шихору едва сдержала облегчённый вздох. – Сейчас! – Кацухару сорвался на бег, – За мной! – Шихору-сан! – Д-да! Она не знала, что и думать. Правильно ли они поступают? Но на размышления не было времени. Шихору побежала за Кацухару. Тот зарубил одного из волков, разрывая их кольцо, и побежал дальше. Чёрные волки пытались накинуться на Кацухару со всех сторон, он словно притягивал их. Его катана взметнулась в двух коротких взмахах влево и вправо, расчищая дорогу. Кузак с Шихору бежали. Кузак тоже помогал, оттолкнув двух или трёх волков щитом и мечом. Сама Шихору не столько берегла силу Дарка, сколько все её собственные силы занимал бег. Она быстро выдыхалась. Сердце громко стучало и, казалось, было готово в любой момент разорваться. Она, наверное, уже на пределе своих возможностей. И тут Кацухару остановился. Кузак и Шихору по инерции пронеслись мимо него. Кацухару развернулся назад так резко, что едва не упал, выставил перед собой катану, чуть приопустив к земле, и уставился на волков. Чёрные волки рассыпались полукругом, не решаясь приблизиться. Снова пытаются окружить? – И что, мы так и будем это повторять? – простонал Кузак, – Сил нет. Ну, наверное, ничего другого не остаётся. Шихору хотела что-то сказать, но голос не слушался её. Кацухару начал пятиться, так что Кузаку с Шихору пришлось пятиться вместе с ним. Ситуация выглядела безнадёжной. Сколько ещё таких стычек им придётся пережить, прежде чем они смогут добраться до деревни? Няа-а... Няа-а... Няа-а... Со всех сторон слышалось мяуканье. Мы здесь. Мы совсем рядом. И нас тут много. Это мяуканье словно говорило – мы будем гнаться за вами, как бы вы не убегали. Прежняя Шихору уже, наверное, сдалась бы. Но сейчас, даже на грани паники, она сможет продержаться дольше – пусть и немного. Даже если предположить худшее, даже если ей придётся остаться одной и заставить Кузака с Кацухару спасаться без неё, Шихору не будет смиренно ждать смерти. Она, может, и не стала сильной, но хочет быть сильной. – Всё будет хорошо, – Шихору кивнула, – Я должна снова увидеть остальных. ...Потому что я хочу этого. – Да, – Кузак едва заметно улыбнулся, – Мы не можем погибнуть из-за такой ерунды, верно? – Так держать, – Кацухару развернулся и снова побежал, – Вперёд! Шихору и Кузак попытались побежать за ним. Но тут Кацухару резко остановился. Ничего другого не оставалось. Что-то преграждало им путь. Что-то, чего тут раньше не было. Иначе, конечно, Кацухару не побежал бы в этом направлении. На мгновение Шихору показалось, что это тигр, или лев, или ещё какая-то большая кошка. Но она ошиблась. Судя по очертаниям, это существо тоже волк. Но невероятно большой для волка. А на его спине, там... Там кто-то сидит?! – Оу... – Кацухару хлопнул себя по лбу левой рукой, – Дрессировщик тоже здесь? Жаль, но, похоже, теперь нам не уйти. – Не только дрессировщик, – прозвучал мужской голос. Он раздался сзади – иначе говоря, оттуда, где чёрные волки впервые окружили их. Шихору обернулась. Позади, за ощерившимися волками, виднелся человекоподобный силуэт. Не один. Несколько. Но человек?.. – Я тоже здесь, чужаки. Накажу вас для разминки. Сомнений нет. Этот мужской голос принадлежит человеку. Уже это было бы неожиданностью, но кое-что ещё шокировало гораздо, гораздо сильнее. Фигуры приближались. Впереди, как и думала Шихору, шёл человек. Его сопровождало пять или шесть орков. Но один из них – совсем невысокий. – Не... может... быть... – Кузак содрогнулся, – Что это значит?.. Шихору заморгала, тряхнула головой. – Почему?.. – Эй, Ранта, – мужчина мотнул головой, указывая на них своему низкорослому спутнику, – Задай им, сейчас. Я не прошу тебя доказать свою верность, но если ты один из нас, то, по крайней мере, должен сражаться вместе с нами. – Само собой, – низкорослый человек опустил забрало и вытащил из ножен Упокойник, – Я готов. Смотри, старик Такасаги. Скоро ты сам будешь умолять меня пойти к тебе в ученики, вот увидишь. – Ранта-кун... – прошептала Шихору. Ей показалось, что земля уходит из-под ног. Это какая-то ошибка. Или дурной сон. А, зная Ранту, это, должно быть, очередная дурная шутка. Он хочет их напугать, а потом посмеяться. Но если нет... – Вы его знаете? – спросил Кацухару, и тут же тот старик Такасаги, или как там его зовут, спросил Ранту: – Ты их знаешь? – Не просто знаем... – Кузак скрипнул зубами. Шихору смогла лишь кивнуть. – Ну, да, – Ранта гнусаво хихикнул, – Но это неважно. Теперь я – один из Форган. Мне всё равно, кто они, я сокрушу любого, кто нападает на наших. Пусть знают, с кем связались. – Надеюсь, это не пустая похвальба, – Такасаги заложил руку за отворот. Его правая рука... У него, кажется, её нет. – Сейчас сам увидишь, – Ранта мотнул головой влево и вправо, разминая шею, – Приготовьтесь. Пришло время боли. Шихору до сих пор не могла поверить в происходящее. Он бросился на них. Приём Выброс. Ранта нападает на нас. Кацухару мгновение помедлил, видимо, пытаясь решить, стоит ли заступать ему дорогу, и остался на месте. Кузак стоял столбом, словно врос в землю. Ранта налетел на него. – Ва?!.. – Кузак торопливо заслонился щитом. – Получай! – Ранта, не давая ему времени опомниться, рубанул мечом, – Каланча! – Угх! А! Что?!.. – Кузак едва успевал блокировать щитом. Нет, он уже пропустил несколько ударов. Он до сих пор жив лишь благодаря прочным доспехам, – Р-р-ранта-кун?! П-подожди! – Что за дебил будет ждать, потому что его просят?! – Ранта очередным Выбросом резко прыгнул в сторону, заходя Кузаку с правого бока, и, перехватив Упокойник двумя руками, широко замахнулся, – О-о-ора-а-а! Кузак держит щит в левой руке. Заслониться справа он не сможет. Он не успеет даже поднять меч, чтобы парировать. Кузак принял удар на правое предплечье. – Га?!.. Его руки тоже защищены доспехами, так что раны он не получил. Но Кузак выронил меч и, очевидно, ушиб оказался очень болезненным. Кацухару тут же шагнул вперёд, и Ранта отскочил прочь. Шихору облегчённо выдохнула. Если бы не помощь Кацухару, следующий удар мог бы стать для Кузака смертельным. Следующий удар Ранты, того, кто должен был быть с ними заодно. – ...Дарк, – Шихору собралась отдать элементалю приказ. Но что именно она должна приказать ему сделать? – А ну-ка, – Такасаги вытянул катану из ножен на спине, – Пожалуй, разомнусь и я. Вас тут аж трое, и один, кажется, на что-то способен. Постарайтесь меня развлечь, ладно? – Незачем, старик, – Ранта пригнулся всем телом, – Я с ними разберусь. Кузак. Шихору. Вы двое мои. Считайте это той крупицей милосердия, которую я могу предложить. Я сделаю всё быстро. – Если это твоё милосердие!.. – Кузак упёрся покрепче ногами и занёс свой меч. Похоже, его рука до сих пор болит, но он всё же ухитрялся ей шевелить, – ...То оставь его себе! Ранта-кун! Что с тобой?!.. Шихору вдруг осознала кое-что. – ...Где Мэри?! Голова и плечи Ранты содрогнулись. И тут это произошло. Внезапно няа подняли громкий мяв, а человекоподобное существо на спине волка что-то прокричало. – А? – Такасаги огляделся, – Ещё враги, говоришь? Судя по быстро удаляющимся звукам мяуканья, няа бросились врассыпную. Чёрные волки, казалось, тоже на мгновение дрогнули, но гигантский волк издал оглушительный вой, возвращая их к порядку. Такасаги что-то кричал на незнакомом языке. Орки, похоже, пытались занять оборонительный строй. – Эй, – бросил Кацухару, не глядя на Шихору, – Сейчас самое время убираться. – Но!.. – Кузак пнул землю, – Чёрт! Что за бред! Как он прав. Ранта стал их врагом... Шихору хотелось плакать, таким бредовым казалось происходящее. – Ранта-кун! – она всхлипнула, не сдержавшись. Но ей нельзя плакать, пока не узнает хотя бы это, – Что с Мэри?! Что случилось с Мэри?! Кузак резко развернулся. Ранта промолчал. У него нет ответа? Или он не может ответить? – А-а-а-арно-о-ольд! Где ты?! – раздался громкий голос. Он звучал довольно близко. И приближался. Гигантский волк отпрыгнул в сторону. Что-то – кто-то – напал на него. Все чёрные волки разом бросились вперёд. Пытаются помочь вожаку? – О?.. – Такасаги махнул катаной, сбивая что-то в полёте. Стрелу, – Да у нас тут снайпер. Не хотелось бы получить стрелой. Хватит! Это «хватит» означает сигнал к отступлению? Враги двигались прочь, словно позабыв про Шихору, Кузака и Кацухару. Гигантский волк, чёрные волки, орки, Такасаги и даже Ранта. – Ранта-кун, подожди! – Шихору чуть было не бросилась следом за ними, но Кацухару остановил её. – Нет! – приказал он, – Не знаю, что происходит, но не сейчас! – Н-но, Мэри!.. – Эй! Ранта-кун! – Кузак побежал, но тут же остановился, – Угх! Я его не догоню... Чёрт, Ранта! Когда он убегает, с ним никто не сравнится! Шихору больше не могла это вынести. Она осела на землю, и Дарк на её плече разочарованно растворился в воздухе. Это. Это чересчур. Это ужасно. Слишком ужасно. – А! – воскликнул Кузак. Она подняла взгляд. На Ранту, бежавшего последним, кто-то набросился сбоку. Они принялись бороться, катаясь по земле. Сверху оказывался то один, то другой. Такасаги, заметив, бросился к ним, занося катану. Он, похоже, собирался не столько разделить их, сколько разрубить обоих, так что противники, спасаясь, отпрыгнули друг от друга. Ранта тут же вскочил и бросился наутёк. Такасаги тоже ушёл. Остался лишь новоприбывший. – Харухиро-кун... – прошептала Шихору. Она узнала его, несмотря на темноту. Это Харухиро. Харухиро стоял на колене, глядя вслед уходящим врагам. Что происходит? Мысли Шихору путались. Впрочем, вряд ли она разобралась бы, даже если бы могла соображать. Да ей и не хотелось сейчас ни о чём думать.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11. Глубокой ночью

...Разобраться. Я должен уложить всё это в голове,– думал Харухиро. Моюги заявил, что нам пора уходить. Мы все, возглавляемые Роком с мируми Геццу на плечах, двинулись туда, куда указал Моюги. «Мы все» – это команда Рока, Ниги Арара – старшая дочь Дома Ниги, а также мы с Юме. Через некоторое время мы заметили нечто необычное. Форган, похоже, с кем-то сражались. Враг нашего врага – не обязательно наш друг, но Арара и Рокс собирались отомстить Арнольду из банды Форган. Если он там, то, возможно, удастся застать его врасплох. У нас с Юме был другой мотив. Что, если Форган нападают на Ранту и остальных? Это вполне возможно. И в таком случае нужно им помочь. Я выдвинулся вперёд, вместе с Вором команды Рокс, Саканами, и бывшим Охотником Кроу. Потом няа заметили Саканами. Точнее, он заметил няа и зачем-то попытался его поймать, и, разумеется, няа тут же подняли тревогу. И всё же, пока Саканами продолжал свои странные выходки, мы с Кроу смогли подобраться ближе. Как оказалось, орки и волки окружили трёх человек. Один был незнакомым, но других двух я узнал. Шихору и Кузак. С ними всё хорошо. Гора с плеч. Но почему их только двое? Где остальные? На половину этого вопроса я получил ответ секундой позже. Ну, наверное, «ответ» не совсем подходящее слово. В рядах врагов были люди. Двое людей. И один из людей оказался Рантой. Всё дальнейшее застилала какая-то дымка. У Харухиро никак не получилось воспроизвести в голове то, что произошло дальше. Он помнил, что Рок и остальные набросились на Форган, помнил чувство облегчения от того, что хотя бы с Кузаком и Шихору всё в порядке. Шихору и Кузак что-то кричали Ранте. Харухиро погнался за ним. Прыгнул на него, схватил. Кричал что-то вроде «что ты творишь» или «что на тебя нашло» или «куда ты, идём с нами». Это, а ещё – Мэри. Что с Мэри? На него бежал однорукий мужчина с катаной. Если бы Харухиро не убрался с дороги, то, наверное, незнакомец разрубил бы их обоих. Тот человек явно не угрожал. Оставалось лишь отступить. Харухиро запомнил, что сказал Ранта перед тем как сбежать, слово в слово. «Женщина – моя! Хочешь её вернуть – отбери, если сможешь!» Но что это значит? Как это понимать?.. «Женщина», должно быть, Мэри. Это ясно. «Она – моя»? «Отбери, если сможешь»? О чём он? Он идиот? Ну то есть да, это Харухиро известно. Но он никогда не считал Ранту идиотом такого рода. Харухиро и представить себе не мог, что Ранта объявит Мэри своей собственностью или предаст команду. Впрочем, Харухиро не был уверен, что действия Ранты в той ситуации можно назвать предательством. И всё же он нанёс им удар в спину. Так это ощущалось. Ранта ударил в спину и Харухиро, и остальных. И теперь, пусть даже они воссоединились с Кузаком и Шихору, Харухиро не чувствовал радости. И даже когда выяснилось, что сопровождавший их человек – дядя Арары, он лишь безучастно кивнул. У Моюги, похоже, был какой-то план, так что команда Рокс, Арара и её дядя объявили о возвращении в Скрытую Деревню. У Харухиро не возникло и мысли о том, чтобы пойти своим путём. Так что они пошли тоже. Группа миновала множество ловушек, укреплений, рвов и прочего, и наконец, назвав пароль стражу, прошла в деревню. Откуда-то сразу же возникли около десяти вооружённых катанами мужчин и женщин и увели Арару с собой. Рок пытался вмешаться, но Арара остановила его. По их с Кацухару словам, её, вероятно, отведут к родителям. Ну или, скорее, притащат к ним силой, но, в конце концов, она ведь наследница крупного клана. Её побег наверняка создал много проблем. Кацухару отвёл Рокс и Харухиро с товарищами к своей хижине на окраине деревни. Впрочем, «хижина» оказалась простым навесом, даже без пола. Внутри хватило бы места для пятерых, ну, может, шестерых. Харухиро счёл, что лучше уступить место старшим, да и в любом случае ему не очень-то хотелось заходить внутрь, так что он и трое его спутников решили переночевать снаружи. В Дарнггаре они привыкли проводить ночи под открытым небом. Их не отпускало ощущение, что отдыхать или ложиться спать сейчас не время, но до рассвета они всё равно не смогут никуда пойти. Харухиро поручил Юме развести костёр. Огонь – это хорошо. Когда они вчетвером уселись вокруг костра, он наконец почувствовал, как здравомыслие мало-помалу возвращается к нему. Юме и Шихору сидели, прислонившись друг к другу, справа от Харухиро. Они, похоже, совершенно вымотались. Кузак сидел прямо, поджав ноги под себя и упершись руками в колени. – Кузак, – начал Харухиро. – М-м. – ...Что за «м-м»? – Н'чво. – ...Ты плачешь? – Нет, – заспорил Кузак, – С чего бы мне плакать. Слезами тут не поможешь. – Ну, это точно. – Что ты хотел? – А, просто хотел спросить, зачем ты сидишь на коленях. – ...Просто так? – А, ладно. Да, дело плохо. Плохо,– подумал Харухиро. Когда расслабляюсь, в голове пустеет. Нужно думать, но в голову ничего не приходит. И вообще, думать? О чём? Ранта ударил нас в спину. Мы не знаем, что с Мэри, всё ли с ней хорошо. Нет, Ранта сказал, что она принадлежит ему. Значит, ещё жива. Хотелось бы верить в это. Наверное, можно исходить из того, что она жива? В версии с изображениями тут находится картинка. По-прежнему неизвестно, всё ли с ней в порядке, но она, по крайней мере, жива. Значит, вне зависимости от слов Ранты, её нужно вернуть. Спасти её. Судя по всему, Ранта присоединился к Форган. А Мэри, должно быть, взяли в плен. Остаётся лишь надеяться, что с ней обходятся хорошо. ...Но так ли это? Надежды на лучшее не так уж много. Да, среди врагов почему-то был человек, тот Такасаги, но главный среди них – орк по имени Джамбо. Форган – независимая, разношёрстная банда, состоящая в основном из орков и нежити. И, само собой, орки и нежить – враги человечества. Но, несмотря на это, Такасаги с Рантой с ними заодно. Харухиро трудно понять их мотивы, но сложно ожидать от них доброго отношения к Мэри. Скорее, им ничего не будет стоить обойтись с ней грубо. Или Харухиро рассуждает предвзято? Он, откровенно говоря, надеялся, что так. Может, банда Форган состоит из джентльменов и во всех отношениях приятных личностей, таких, кто не станет бить женщин или делать с ними что-нибудь плохое. Но вот если всё обстоит иначе, то дело плохо. – Ведь всё будет хорошо, да? – внезапно спросила Юме, – С Мэри-тян? – Угу... – Шихору гладила Юме по спине и плечам, пытаясь успокоить, но и сама плакала, – Обязательно... – А-а-а-а-агх! – Кузак ударил кулаком по земле, – Ранта-а-а! Ублюдок кинул нас! Поверить не могу! Да, точно. В итоге всё сводится к этому. Харухиро до сих пор не был уверен, и хотя всё, казалось, говорило в пользу этого, всё ещё не был готов считать Ранту предателем. Да, он нанёс предательский удар, но, возможно, у него просто не было выбора. Мэри, – подумал Харухиро. Я тревожусь насчёт неё. Да, конечно, я обеспокоен её судьбой, но меня беспокоит ещё и то, как о ней говорил Ранта. Сначала, Ранта сказал «Женщина – моя». То есть, понимая это буквально, Ранта объявил Мэри своей. Сложно представить, что это чувство взаимно. Ранта объявил её своей собственностью. Почему он так сказал? Да, конечно, Мэри красивая и добрая, так что не было бы ничего странного в том, что Ранта втайне был в неё влюблён. Но он никогда и ничем не выказывал этого. Скорее, насколько Харухиро мог судить, Мэри не в его вкусе. А заходя ещё чуть дальше, Ранте, скорее всего, больше по вкусу Юме. Харухиро даже полагал, что она очень ему нравится. Ранта много шумел, орал, что ему нужна женщина, что он хочет сделать то или это, но никогда не переходил от слов к делу. Заявление вроде «Женщина – моя» просто как-то не вяжется с Рантой. А ещё он сказал, «Хочешь её вернуть – отбери, если сможешь!». В этом тоже было нечто странное. Зачем Ранте говорить это? Спровоцировать Харухиро? Ну, сам по себе ход не такой и странный, но всё же тут что-то не так. Что не так, и почему? Думай. Ты должен думать. – Ранта сказал, что Мэри принадлежит ему, – медленно проговорил Харухиро, – А ещё он сказал, что если мы хотим вернуть её, то должны «отобрать, если сможем». А перед этим я спросил его «что с Мэри?». Таким был его ответ, – Харухиро прикусил губу, – Из этого ясно, по крайней мере, одно. Мэри жива. Иначе он не объявлял бы её своей. И мы не смогли бы отобрать её. – Ранта-кун... – выдавила Шихору, – ...Он пытался что-то нам сказать? – Не знаю, – Харухиро покачал головой, – Я не уверен. Но, возможно. Полагаю, тут есть два варианта. Или Ранта предал нас, или только притворяется, что предал. Как бы то ни было, он просто не мог тогда сказать, что с Мэри всё хорошо, и чтобы мы не волновались. Он ведь был на стороне врагов. Но всё же. Это его «Хочешь вернуть – отбери» звучит как-то странно. В смысле, зачем было вообще это говорить? Он мог бы просто заявить «она моя, забудь» или как-то так. Но «хочешь вернуть – отбери»... Может, он пытался сказать, что мы должны прийти и забрать её. Может, это значит, что Мэри там же, где и он, а нам надо её спасти. Это лишь возможность, но... – Слушайте... – Юме прижалась к Шихору, – Юме всегда считала Ранту идиотским идиотом, и она до сих пор так считает, но чтобы он предал Юме, предал всех нас... Он же просто не такой, правда ведь? – Ну, не знаю... – Кузак тяжело упёрся руками в колени, – Во всяком случае, тогда он не шутил. Он был готов убить. Если бы Харухиро и остальные не появились, то, думаю, для нас всё закончилось бы плохо. Вы оказались рядом, нас спасли, и с нами в итоге всё хорошо, но если бы вас не было, Ранта, этот ублюдок... Думаю, он убил бы и меня, и Шихору. – Хм... – Харухиро почесал в затылке, – Ты же знаешь, он иногда увлекается... – Мне совсем не хочется умирать от того, что он увлёкся, – сказал Кузак. – Ну, да... – Эм... – Шихору подняла руку. Она спрашивает разрешения заговорить? Но зачем? – Прошу, – сказал Харухиро, и Шихору кивнула. – Я думаю, мы не получим никаких ответов, сколько бы ни ломали голову, так что лучше пока об этом не думать. В конце концов, лишь Ранта-кун знает, что им двигало. Гораздо важнее, что нам делать теперь? Какова наша цель? По-моему, первым делом мы должны ответить на эти вопросы. – Это Мэри-тян, так ведь? – заговорила Юме. – ...Согласен, – сказал Кузак. – Точно, – выдохнул Харухиро и посмотрел на Шихору. Вид её слабой улыбки отчего-то придал ему уверенности. Харухиро, при всей своей бесталанности и незрелости, должен думать, думать и ещё раз думать, пока они все не окажутся в безопасности, но это не означает, что ломать голову он должен в одиночестве. У него есть товарищи, на совет которых можно положиться. Более того, осознавая свои недостатки, он должен полагаться на помощь друзей всегда, когда только можно. Будь Харухиро в состоянии делать всё сам, то не был бы бесталанным и незрелым. Какой смысл загонять себя в угол, повторяя раз за разом – я должен сделать это сам, сделать сам, сделать сам – если вообще не можешь это сделать? Такое поведение лишь помогает тешить собственное самолюбие. Пусть Шихору боязлива, но в то же время это значит, что она привыкла действовать осторожно, внимательно смотреть по сторонам и пытаться предугадывать события. Она гораздо наблюдательнее, чем Харухиро, и способна лучше анализировать факты. Стоит почаще советоваться с ней. – Наша главная цель – спасение Мэри, – согласился Харухиро, – Рантой займёмся потом. Мэри, скорее всего, захватили Форган, а значит, спасти её нам одним не под силу. Получается, что нам понадобится помощь Рокс, а раз их цель – Арнольд, то и мы должны будем им помочь. Шихору опустила глаза и тревожно нахмурилась, но, поймав на себе взгляд Харухиро, кивнула. – Я тоже думаю, что это единственный путь. Если мы направим Рокс сражаться с Форган... А сами тем временем выручим Мэри... – То есть, использовать Рокс как приманку? – спросил Кузак. – Кузак, – прошептал Харухиро, – Это уже слишком... – О. Точно, – тот оглянулся на хижину, – Но, по сути, именно это мы и сделаем, так? – Нет, я имел в виду, так нельзя. Рокс – такие же члены Воинов Рассвета, как и мы. Раз нам нужна их помощь, то мы будем с ними честны. Поклонимся и попросим. И, разумеется, поблагодарим. – Интересно, как там Араран? – Юме посмотрела в ту сторону, куда увели Арару. – Они выглядели жутковато, – Шихору сжала губы. Действительно. Если Арару накажут за самовольное нападение на Форган и посадят под замок, что станет с планом отмщения? Если его отложат, то у них проблемы. Впрочем, Харухиро и его товарищи никак не могут на это повлиять. Пока что им остаётся только ждать и гадать. И тут чей-то желудок громко забурчал. – Ой! – глаза Юме расширились, она схватилась за живот, – Вот это да. Юме и не знала, что там может бурчать так громко. А может, там живёт какая-то зверушка? – А-а... – Кузак повесил голову, – Есть хочу. И устал. – Это значит, что ты ещё жив... – пробормотала Шихору. События прошедшего дня явно измотали и её тоже. Харухиро поднял взгляд к небу и вздохнул. Ранта. Можно ли положиться на тебя? Перед глазами встаёт лишь твоё нахальное лицо. Неужели я всё же ошибся?.. Как бы то ни было, сначала нужно решить проблему ужина. Харухиро начал вставать, и тут из хижины вышел Кацухару. Он нёс что-то вроде битком набитой сумки или сетки. – Вы, должно быть, голодны. Моя лачуга мало что может предложить, но поешьте этого. – Спасибо! – Кузак молитвенно сложил ладони. Харухиро и Шихору переглянулись. Согласиться? Наверное. В конце концов, нельзя же воевать на пустой желудок. В сетке, принесённой Кацухару, обнаружился какой-то липкий пирог из картофеля или похожего овоща, высушенное мясо, и нечто вроде кисло-сладкого пудинга. Все блюда были незнакомы, но вполне приятны на вкус. Назвать их деликатесами не повернулся бы язык, но они оказались вполне питательны. Пока Харухиро и его товарищи насыщались, Кацухару принёс для них ведро с питьевой водой. Он оказался весьма заботливым хозяином. Более того, он присел рядом, улыбался и, похоже, с удовольствием наблюдал за трапезой. – Эм... спасибо, – неловко сказал Харухиро. – Ничего, ничего. – Эрм... А что с Арарой-сан? Что с ней будет, как вы считаете? – Ну, это не мне решать. – Но вы же её дядя... – начал Харухиро. – Я всего лишь путешественник, и для жителей деревни нет особой разницы – здесь я или меня вовсе нет. Я хотел остановить племянницу до того, как она сбежала, но опоздал. Теперь я ни на что не могу повлиять. – Ужасно... – Ну, мой старший брат, один из правителей Дома Ниги, не так бессердечен, чтобы заставлять свою непослушную дочь совершать сэппуку. Пока она жива, всё в её руках. Верно? – ...Вы так думаете? – К счастью, я, как путешественник, могу уйти из деревни когда захочу, – добавил Кацухару. О, так вот оно что. Он, наверное, уже принял решение. Он спасёт свою племянницу и поддержит её, что бы ни случилось. Вот почему он так беззаботен. – Они, – Кацухару мотнул подбородком в сторону хижины, видимо, имея в виду Рокс, – Говорили, что выйдут с восходом солнца. Вам лучше лечь пораньше, если собираетесь с ними. – Верно. – А-а, спина болит, – Кацухару встал и потёр поясницу, – Вот, должно быть, морока – заботиться о клане и всём таком. Все мы рождаемся, проходим через встречи и расставания, радости и горести, все одинаково встречаем смерть, но как же мне жаль брата и его жену. Хотя им, конечно, вряд ли понравится слышать это от ничтожества вроде меня. Юме уже тихо посапывала. Она заснула сидя, привалившись боком к Шихору. Та тоже клевала носом. Когда Харухиро осторожно уложил Юме на землю, Шихору легла с ней рядом. – Спасибо, Харухиро-кун... – сонно проговорила она. – Нет, это тебе спасибо. – С ней... С ней всё будет хорошо. – Ага. Кузак свернулся клубком, зажмурился и явно изо всех сил пытался заснуть. Тревога за Мэри наверняка гонит сон прочь от него. Я понимаю тебя, – мысленно прошептал Харухиро. Потому что чувствую то же самое.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 12. Новое чувство

В голову внезапно пришло слово «поход». Он смутно припоминал, что уже когда-то видел похожую сцену. Может, даже сам участвовал. Горел костёр – точнее костры, множество их было разбросано вокруг. Стоял неразборчивый гвалт. Орки выпивали и обсуждали что-то. Иногда смеялись. Некоторые сидели, обхватив друг друга за плечи. Иногда вспыхивали драки, но они не выходили за грань беззлобных потасовок. Схватки выглядели пугающе лишь из-за размеров орков. В остальном же они занимались тем же, что делали бы на их месте и люди. Нежить, на удивление, тоже ела и пила. Некоторые группки орков и нежити держались обособленно, лишь вместе с сородичами, но это было скорее исключением, чем правилом. Большинство присутствующих болтали, выпивали и ели вяленое мясо и рыбу, не делая расовых различий. Гоблин Онса держался в стороне, окружённый волками и няа, но не чурался и общества орков или нежити, время от времени подходивших к нему с выпивкой. Он немного говорил с каждым, и даже улыбался. Помимо орков и нежити здесь было также несколько представителей других рас. Кентавр – получеловек, полуконь. Тот тощий, остроухий парень с пепельной кожей, должно быть, эльф. Ещё было несколько дварфов. А ещё несколько существ, выглядевших как уменьшенные почти вдвое люди, а также создания настолько странные, что не показались бы чужаками и в Дарнггаре. Непохоже, что все они прекрасно ладили, но, во всяком случае, спокойно ужинали друг подле друга. Ранта отвернулся от своих веселившихся новых товарищей и пошёл прочь, потягивая из чашки медовуху с пряностями. Чуть в отдалении за ним следовали двое или трое няа. За Рантой наблюдают. Онса послал няа следить за ним по собственной инициативе? Или за этим стоит кто-то вроде Такасаги? Неизвестно, но, наверное, Форган пока не очень-то доверяют Ранте. Ну, чего и следовало ожидать. – Эй, – Ранта остановился, глядя сверху вниз на девушку, сидевшую на земле опустив голову, – ...Я сказал, «эй». Могла бы и ответить. Девушка сидела неподвижно, чуть в стороне от костров. Её руки по-прежнему были связаны, но уже не за спиной. Она была прикована к столбу, так что ходить не могла, но зато могла встать. И всё же она сидела, поджав ноги, почти не шевелясь. На её коленях лежала фляга с водой и поднос с едой. Она едва притронулась к пище. – Хотя бы попей немного, Мэри. Умрешь ведь. Мэри лишь слабо покачала головой. – Вот упёртая... – вздохнул Ранта, – Хватит уже. Просто признай, что ты моя, и тебя хотя бы развяжут. – Скорее умру... – Умрёшь? Ну давай, умирай. – Предатель... – Говори что хочешь, мне плевать. Тебе меня не задеть. Даже не щекотно. Ранта отвернулся. Как ему влиться в эту весёлую компанию? Что сделать, чтобы его приняли как своего? Большинство из них даже не говорит на языке людей. Это главное препятствие. Ну, тогда, в Дарнггаре, ему удавалось неплохо объясняться с жителями Колодезной Деревни. Если раззадориться, ринуться вперёд и веселиться как ненормальный, то всё должно получиться. – Только вот что-то не чувствую задора, – пробурчал Ранта. Поищу-ка Такасаги, – подумал он. Но тот, как выяснилось, прекрасно проводил время, выпивая в обществе орков и нежити. В окружавшую его группу затесались также кентавр, дварфы, эльфы и недомерки. К нему относились с необычным почтением. Может, он и не был для членов банды кем-то вроде отца, но, возможно, кем-то вроде старшего брата. Ранта почему-то не смог убедить себя попытаться присоединиться к ним. Им завладела странная, нетипичная для него застенчивость. Бросив взгляд за спину, он обнаружил что Мэри обступила группка нежити. Та смотрела в землю. Что они с ней сделают? Ранте захотелось тут же подбежать к ним, но он сдержался. Сама виновата. Так ведь? Если хочет выжить, если не хочет неприятностей, то могла бы просто присоединиться к Джамбо. Да, конечно, она стала бы единственной женщиной в мужской банде. Да, дикое положение. Но всё же Джамбо, наверное, сказал бы что-то вроде «это, возможно, тоже будет интересно» и принял бы её. Если Джамбо так решит, остальные подчинятся. Но она сразу же прямо сказала, что никогда не вступит в Форган. Что за дура! Упускать такую возможность просто идиотизм. Ранта не выдержал. Ну и ладно, пусть получает что хочет, – подумал он тогда. Пусть позабавятся с ней, изобьют до потери сознания, убьют и бросят зверям. Мне плевать. Так он подумал, но потом ему зачем-то понадобилось разинуть рот: «Я уже некоторое время собирался сделать её своей. Так что, пожалуйста, пусть какое-то время её не трогают. Если будет упрямиться, отказываться, тогда поступите с ней как пожелаете, мне она будет уже неинтересна.» Технически она всё ещё его товарищ. Он, наверное, будет плохо спать по ночам, если бросит её, хотя бы не попытавшись что-то сделать. Ранта полагал, что ему всё равно откажут, но попробовать стоило. Его ждал сюрприз. – Хорошо, – с удивительной лёгкостью согласился Джамбо, – Можешь держать её связанной, пока не наиграешься, – и велел остальным: – К женщине не лезть. Таков был приказ Джамбо. Значит, нежить не сделает ей ничего особо плохого – ну там, не съест и ничего в этом роде. Ну, впрочем, может, они захотят позабавиться. ...Позабавиться с ней? – подумал Ранта. Как? Немножко того, немножко этого?.. – Интересно будет взглянуть, – Ранта выдавил смешок, – Ну, она заслужила. Я тут значит пытаюсь её спасти, а она так мне отплатила. Неблагодарная сука... Пока он смотрел, затаив дыхание, нежить отошла от Мэри. Ранта ощутил облегчение, но в то же время злость на самого себя. С чего это ему волноваться за эту суку? Идиотизм. Внезапно раздался взрыв хохота. Огромный орк поднял Такасаги на плечи, а тот в панике орал «Эй, перестань! Отпусти!» Если Ранта запомнил правильно, то этого орка, здоровенного даже по стандартам орков, зовут Годо Агайа. Одеждой, оружием и поведением он явно пытается подражать Джамбо, но в такие моменты здоровяк совершенно отличается от вожака Форган. Гигантский орк, дурачившийся пуще всех прочих, не то чтобы был забавным, но выглядел очень простодушно. Должно быть, несмотря на свой внешний вид, он очень молод. Им всем, похоже, весело. Ранте хотелось присоединиться. Нет, не то чтобы ему тоже хотелось развлечься – просто было впечатление, что лучше поскорее влиться в общество. Но Ранта никак не мог решиться. В стороне, на небольшом холме, сидел Джамбо и выпивал. Может, это совпадение, но Джамбо был один. – ...Ладно, – тихо сказал Ранта, стараясь придать себе уверенности, и пошёл к нему. Он думал, что Джамбо один, но, как выяснилось, ошибся. Ранта едва не подскочил. У подножия холмика, перед Джамбо, кто-то сидел. Сидевший вынул свои четыре руки из рукавов робы, оставшись одетым лишь по пояс. Впрочем, всё его тело было замотано в чёрные бинты, полностью закрывавшие кожу. Рот под этими бинтами казался чёрным провалом. Потухшие глаза, лишённые жизни. Словно глаза снулой рыбы. Он нежить, так что, наверное, это естественно, правда ведь? Впрочем, по сравнению с другими воинами-нежитью глаза этого, пожалуй, выглядят особенно мёртвыми. – П-привет, Арнольд-сан, – боязливо сказал Ранта. Арнольд казался довольно важной персоной, и Ранта счёл, что стоит хотя бы поздороваться, но ответа не получил. Что, игнорируешь меня? – подумал он. Но когда Ранта попытался пройти мимо, его обдал холодный, влажный воздух. – О-о-о... – послышалось сзади. Это голос?.. Может... Это ответ Арнольда-сан? – Р-рад встрече, – сказал Ранта, изобразив смешок, взобрался по склону и сел рядом с Джамбо. Жуть какая. Или нет? Ну конечно нет. Нечего бояться. Просто Арнольд – нежить, вот и отвечает таким образом. Это в его стиле, вот и всё. Ранту это просто застигло врасплох, и ничего больше. Он откашлялся, размышляя, как заговорить с Джамбо. И пока он думал... – Выпиваешь? – тихо спросил его Джамбо. – Н-ну, да, – Ранта торопливо отхлебнул медовухи, – Эм, как бы... Вы не присоединитесь к ним? – Я, видишь ли, слишком высокомерен. – А?.. – Не умею расслабляться. Джамбо не из тех, кто легко вливается в общество – он это имеет в виду? Но будь он действительно высокомерен, стал бы он сам себя так называть? Кроме того, он улыбается. Иногда даже посмеивается. Ему, похоже, приятно смотреть, как его товарищи выпивают, болтают и развлекаются. – Мы с Арнольдом похожи, – сказал Джамбо. – О-о. Р-разве? Арнольд совсем не такой, как ты, – невольно подумал Ранта. У него было чувство, что Арнольд, предоставленный самому себе, всегда будет один. Вот почему Джамбо делает вид, что понимает его, что и он предпочитает одиночество. Сам Ранта никогда бы даже не подумал так поступить, но ему известны несколько человек, способных на это. Те, кто слишком много заботится о других. Он таких людей ненавидел. Если кто-то один, то пусть и будет один. А если ему в итоге мучительно оставаться одному, то он сам в этом виноват. Не слишком ли Джамбо тактичен? Не совсем то, чего ожидал Ранта. Босс Форган на деле оказался слишком обычным. Есть пословица «Если хочешь попасть в генерала, сначала подстрели его лошадь». Но ведь если первым делом попасть в генерала, то остальное пойдёт как по маслу. Забудем про мелких мошек. Если и добиваться чьего-то расположения, то пусть этим кем-то станет Джамбо. – ...Эм, а может, попробуете подсесть к ним? – спросил Ранта, – Вдруг им понравится? Я бы не удивился. – Не хочу мешать веселью. – Не, вы не помешаете. Быть того не может. Я думаю, просто от того, что вы с ними, все обрадуются – ну, знаете как это бывает? Воодушевятся? – Нам с Арнольдом лучше так, – сказал Джамбо, – Мои товарищи это понимают. – А-а... – Ранта ощутил, как лицо искажается в гримасе, – Я, наверное, сказал лишнее?.. – Незачем так осторожничать, – мягко ответил Джамбо, – Ты тоже один из моих товарищей. – Но я же едва-едва вступил... – Товарищ есть товарищ. – Ну, да... Конечно, но... Ранта провёл по лицу левой рукой. Как странно. Если Арнольд большая шишка, то Джамбо, разумеется, ещё большая шишка. Он мог бы вести себя соответствующе. Ранта понял бы, если бы Джамбо держался надменно, и, возможно, ему было бы легче принять такое отношение. Но что он делает вместо этого? Джамбо говорил открыто и ни разу не давал почувствовать разницу в их положении. В его словах была даже теплота. – А, типа, как вы так круто говорите на нашем языке? – Меня воспитал человек. – О... Ясно, воспитал человек... – глаза Ранты едва не вывалились из орбит, – Что-о-о? Человек?! – Да. – В смысле, человек... Как я? Человек? – Конечно. В моих самых ранних воспоминаниях я уже был вместе с ним. Имени его я не знаю. Он до самой смерти не говорил, как его зовут. Сам я даже не догадывался, что принадлежу к расе орков. Я всегда считал себя таким же, как он, и мне не приходило в голову усомниться в этом. Человек не назвал Джамбо своего имени, не говорил кто он и откуда, вообще ничего не рассказывал о себе. Но, тем не менее, вместе с Джамбо он обошёл весь Гримгар. Насколько помнил Джамбо, они с тем мужчиной провели в путешествиях больше десяти лет, побывали в холодных землях севера и возле южного Хребта Тенрю, видели синие моря востока и бурые моря запада. О себе мужчина не говорил, но это не означает, что он был молчуном. При каждом удобном случае он рассказывал Джамбо о местах, где они бывали – их историю, обычаи населявших те места народов и ходившие среди них сказки и легенды. Человек знал множество языков. Он был как дома везде, и среди гор, и в пустынях, и в крупных городах, и в пустошах, но нигде не вёл себя беспечно. Тот человек отлично умел избегать опасностей, а если попадал в неприятности, то всегда успешно из них выбирался. И, разумеется, Джамбо учился у него, и овладел этими навыками сам. Иначе он не смог бы сопровождать того человека. Он остался бы один. Путешествия с человеком. Для Джамбо они были всей его жизнью. Он верил, что их путешествие будет продолжаться вечно. А потом настал день, когда мужчина лёг, жалуясь на головную боль, и больше не поднялся. Его сердце остановилось. Джамбо знал, как следует хоронить умерших. Так что он сделал это. А потом остался один. – Вот оно что... – медленно проговорил Ранта, – Значит, ты научился языку людей у него. – Я, пожалуй, унаследовал всё, что он умел. – Но всё же, интересно, кто это был? – спросил Ранта. В какой-то момент он осознал, что начал обращаться к Джамбо как к равному. Но у Ранты не возникало чувство, что нужно поправиться, и не было ощущения, что от него этого ждут, – Сколько же в мире разных людей. И все живут жизнью, которую я не могу себе даже представить. – Ты тоже идёшь по пути, доступному лишь тебе. – Ну, да, можно и так сказать. – Жизни и смерти всех нас бесконечно разнятся. – ...А ведь сегодня погибло много твоих товарищей. – Я скорблю о потере. Чуть раньше я выпил в их память. – А остальные, похоже, не слишком опечалены, – заметил Ранта. – В смерти мы все равны. Даже нежить, существа, лишённые жизни, могут лишиться своей формы и быть уничтожены. О чём тут печалиться? – Но всё же, – Ранта повесил голову. Что это? – задумался он. Когда я говорю с ним, мне хочется говорить искренне. Или, точнее, я просто не могу притворяться. Нет, не так. Я не хочу говорить ему ничего, кроме своих истинных мыслей. – Но ты больше не сможешь увидеть своих друзей, своих товарищей. Разве тебе не одиноко? – Рано или поздно придётся расстаться со всеми, – ответил Джамбо. – Но что, если я пока не хочу расставаться? Это эгоизм? – Многие орки смотрят на это так: смерть суждена нам всем от рождения. Когда смерть неизбежно приходит к нам, наши тела гниют, становятся почвой, и мы снова проходим через цикл возрождения. – Ты тоже в это веришь? – Я не знаю, как работает мир. – О-о. Значит, есть что-то, что не знаешь даже ты... Просто, мне казалось, будто ты знаешь всё. – Я не знаю того, чего не знаю, – сказал Джамбо, – За наши короткие жизни мы можем познать лишь крупицу знаний мира. Это верно для всех нас. – Джамбо. – Что такое? – Насчёт той моей просьбы, ну, про женщину... Прости. Я... – Пей, – Джамбо поднял свой стакан и улыбнулся Ранте. Ранта ощутил, что с ним происходит нечто странное. При виде улыбки Джамбо что-то слово сдавило грудь, а на глаза отчего-то навернулись слёзы. Это... любовь? Нет-нет-нет. Невозможно. Разумеется. Как будто я могу влюбиться, что за чушь. Но меня и правда пробрало, это факт. Ранта опрокинул чашку, допивая медовуху. – Ух, ну и сладкая же... – Тебе не нравится? – Ну, не совсем так. Наверное, я быстро привыкну, и тогда мне будет в самый раз. – Вот как. – Э-эй... – снизу донёсся голос, больше напоминающий порыв влажного ветра. Ранта повернулся. На него смотрел Арнольд, собираясь что-то бросить. Какой-то сосуд, закупоренный пробкой. Ранта непроизвольно протянул руку, и Арнольд кинул сосуд. Ему кое-как удалось поймать предмет. Ранта чуть тряхнул его, изнутри донёсся всплеск. – Жюу-ин, – сказал Арнольд, жестом изображая, что пьёт. – А? Это мне? Выпить? – А-а.. Яа-а... – Ну, тогда чуть-чуть. Ранта вынул пробку и плеснул немного содержимого в свою кружку. Медовуха была янтарного цвета, но этот напиток оказался белёсым. Ранта отхлебнул. Чуть кисло. Сладости почти не ощущалось, и он мгновенно осушил кружку. – Ага, – сказал Ранта, – Нормально. Арнольд издал жутковатое «Хи-и...». Наверное, смешок. Ранта, разумеется, усмехнулся в ответ. – ...Спасибо, Арнольд. – ...элком. – Хе... – Ранта опустил глаза, – ...Я не вынесу. Чёрт, – пробормотал он себе под нос.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 13. Не решать, а решаться

На рассвете деревню окутал утренний туман. Всё-таки здешние туманы какие-то неестественно густые. Не видно даже пальцев собственной вытянутой руки. Харухиро рассчитывал, что с рассветом сможет увидеть всю деревню целиком, но его надежды не оправдались. Он не мог разглядеть даже хижину Кацухару, хотя и сидел возле неё. И не заметил Рока, пока тот не пнул его в спину. – Мы уходим, Харухиро. Пошли. – А?.. Куда? – Вы ведь хотите спасти своего товарища, захваченного Форган, так? Мы хотим убить Арнольда. Не сказать, что наши интересы полностью совпадают, но вам без нас её не освободить. А нам пригодится любая помощь. Так что вы поможете нам, а мы в ответ поможем вам. У Харухиро не было возражений. Именно это он и надеялся услышать, но Арара так и не вернулась, и до сих пор не было известно, что решили главы клана. Так что они собираются делать? Пока что от команды Харухиро был нужен только он сам. Вместе с Роком, нёсшим на плечах Геццу, шли также Моюги, сильнейший из действующих Рыцарей Ужаса, Цуга – коротко стриженый Жрец, и Кацухару. Группа из пяти человек и одного животного пробиралась через густой туман, не видя перед собой ничего дальше пары шагов. Деревня стояла среди множества холмов и оврагов. Земля была хорошо утрамбована, но туман позволял рассмотреть лишь неясные очертания ближайших зданий, и вокруг не было видно ни души. Однако Харухиро вскоре ощутил, что за ними наблюдают. Наверное, няа. Эти существа, напоминавшие одновременно кошек и обезьян, наблюдали за группой из тумана. Их было не один и не два. Гораздо больше. Вскоре стала ясна и причина слежки. Инстинкты не обманули Харухиро. Перед ними проступило здание вдвое выше хижины Кацухару и, пожалуй, втрое шире. И стены, и крыша были отделаны шкурами. А ещё, няа. Няа в окнах, няа снаружи, няа на крыше. Повсюду няа. Огромное количество. И все пристально наблюдают за чужаками. Жутковатый вид. – Э-это... дом няа? – запинаясь, спросил Харухиро. – Здесь обитает некто по имени Сетора, из Дома Шуро, – ответил Кацухару, – Ждите здесь. Если сделаете ещё хоть шаг без приглашения, даже не знаю, что может случиться. Я поговорю один. – А мы просто подождём тут, как оно пройдёт? – Рок ухмыльнулся. Моюги молча поправил очки движением среднего пальца правой руки. Собственно, он молчал всё утро. Похоже, у него было дурное настроение, и он даже не пытался это скрыть. – Он всегда такой по утрам, – прошептал Цуга на ухо Харухиро, – Всегда такой важный, а ведёт себя как маленький. – Цуга, – угрожающе произнёс Моюги, – Я всё слышу. – Само собой, – как ни в чём не бывало откликнулся Цуга, – Я сказал так, чтобы ты слышал. Не могу же я перемывать косточки товарищу у него за спиной. Моюги цокнул языком, Рок фыркнул. Кацухару шагнул к дому Шуро Сетора, оказавшемуся вовсе не домом няа. И тут же все няа уставились на него. Если бы Харухиро вот так оказался центром их внимания то, должно быть, тут же против воли застыл на месте. Кацухару же спокойно шёл дальше. Впрочем, до двери он так и не добрался. Прежде чем он подошёл к ней, дверь открылась сама, и наружу кто-то вышел. Это... человек? Это Шуро Сетора? Одеяние незнакомца не оставляло ни клочка открытой кожи. Его лицо было замотано в ало-синюю ткань, или кожу, или ещё какой-то материал. Он, пожалуй, того же роста, что и Харухиро. Но выглядит огромным. Собственно, он и есть огромный. Его руки просто ненормально большие, длинные и мощные. А ещё они закованы в нечто вроде металлических наручей. Что он вообще такое, этот Шуро Сетора? – О, – сказал Кацухару и сделал шаг назад, – Энба, значит. Видимо, это не Шуро Сетора. Энба промолчал, два раза повернул голову направо и три раза налево. Жутковато как-то, – подумал Харухиро. – Энба, – Кацухару отступил ещё на полшага, – Вообще-то мне нужно обсудить кое-что важное с Сеторой. – Обсудить что-то со мной, говоришь? – произнёс кто-то ещё, высунувший голову из окна второго этажа. Голос был женский. Голова этого человека тоже была замотана в ало-синюю ткань, или кожу, или что-то ещё. Но в отличие от повязок Энбы, эти оставляли две широкие прорези для глаз. – Чего тебе, бродяга? – спросила Сетора, – Какой-нибудь пустяк, поди. – Так-то ты меня приветствуешь, Сетора, – огрызнулся Кацухару, – И это мне благодарность за всё то время, которое я проводил с тобой, пока ты была всего лишь маленькой девочкой. – Это лишь означает, что ты даже тогда был разгильдяем. Уважаемый человек не стал бы тратить время на игры с мелюзгой. – Ну да, тут мне крыть нечем. – Сетора, – окликнул Рок. Без «-сан»? Они знакомы? – У меня просьба. – Отказано, – Сетора отошла от окна. – Ты всегда такой грубый, Рок, – презрительно сказал Моюги, вздохнул и посмотрел на окно, лёгким движением руки откидывая чёлку назад, – Миледи! Могу ли я осмелиться умолять вас снова явить нам ваш прекрасный образ? Пусть лишь на мгновение. Прошу, дозвольте сложить поэму, прославляющую ваше великолепие. Э, что это было? Звучит как-то дико, – подумал Харухиро. Но, на удивление, прошло немного времени, и Сетора снова высунула голову из окна. – Что с этим чужаком? – требовательно спросила она, – У него что, опарыши вместо мозгов? – Ну вот, клюнула, – шёпотом сказал остальным Моюги и с улыбкой повернулся к Сеторе: – Шуро Сетора. Я Моюги, сильнейший из действующих Рыцарей Ужаса. Я здесь ради вас. – Ненормальный какой-то... – пробормотала она. – А вы предпочитаете заурядных? По вам не скажешь. – Энба. Избавься от него. Харухиро не успел даже удивиться, как Энба напал на Моюги. Наверняка первый же удар его могучих рук был бы смертельным, но Моюги, очевидно ожидавший этого, увернулся плавным движением. Энба замахнулся снова, но тут к нему подскочил Рок. Он нырнул под левую руку Энбы, подошёл вплотную, и – пока Харухиро недоумевал, что Рок собирается делать – обхватил Энбу руками. Напрягся и поднял его вверх. – О-о-ора-а!! Рок бросил его. Энба, может, не так уж и велик, но всё же выше Рока. А учитывая мощное телосложение он наверняка тяжелее раза в два. И всё же Рок сумел его бросить. Что за безумная сила. Энба, сгруппировавшись в полёте, упал и тут же вскочил, готовый ринуться обратно к Року. – Стоп! – окрикнула Сетора, – Энба, он просто сломает тебя. Прости, что не смогла сделать тебя сильнее. – Не, я всё равно не собирался его ломать, – Рок ухмыльнулся. Геццу взобрался обратно ему на плечи, – Это один из тех големов, а? Совсем как Зенмай Пинго. – Пинго... – сказала Сетора, – Вы знакомы с Сомой? – Мы в его клане. Знаешь, что такое клан? – Нет, но догадываюсь. Энба, лови. Энба тут же подбежал к окну. Сетора ловко соскочила вниз, приземлившись на его левое плечо. – Я, так уж и быть, выслушаю вас. Но сначала, ответьте-ка вот на что. Это как-то связано с Арарой? Как выяснилось, Сетора с Арарой почти ровесницы, и в детстве дружили. Сетора – третья дочь глав одного из Шести Домов, Дома Шуро, хранящего традиции некромантии. И поэтому с Арарой, наследницей Дома Ниги, она общалась теснее чем с кем-либо ещё из четырёх самурайских кланов. Но при этом у Сеторы было три старших сестры, и наследницей она не была. Кроме того, происходя из клана некромантов, она посвятила себя изучению навыков оммицу. И, очевидно, этими навыками оказалась дрессировка няа. Сетору совершенно пленяли эти существа, разведение и дрессировка которых было ремеслом деревенских шпионов-оммицу. Как некромант, она всё же умела создавать големов плоти, но своим призванием считала выращивание и разведение няа. Собственное семейство считало её занятие позорным, а её саму – пятном на репутации Дома Шуро. С точки зрения Харухиро такое отношение выглядело довольно дико, но, должно быть, здесь замешаны вопросы традиций, обычаев и прочие непонятные чужаку вещи. Одна – наследница Дома Ниги, вторая – позор Дома Шуро. В прошлом это делало Арару с Сеторой почти противоположностями. Впрочем, это вовсе не обязательно означает, что между ними возникла отчуждённость. – Арара была такой дурой. Запасть на этого слабака Тацуру, – заметила Сетора, – Впрочем, у меня всегда было предчувствие, что однажды она сорвётся с привязи. Женщина, готовая смирно делать что скажут и со временем встать во главе Дома Ниги на меня и не посмотрела бы. – Я тоже ошибся, – Кацухару понурился, – Нужно было остаться бродягой и не связываться с Арарой. Наверное, я плохо на неё повлиял. – Вот именно, – осуждающе заявила Сетора, – Ты – причина всех зол, бродяга. – Как грубо. Я тут вообще-то пытаюсь раскаяться. – Поздно. Если её личные счёты с Форган навлекут на деревню неприятности, заточением в пещере она не отделается. Ей вполне могут обрезать волосы и изгнать. – Обрезать волосы... – глаза Рока расширились, – Стоп, как это – обрезать волосы?! Не налысо же?! – Примерно настолько, наверное, – Кацухару поднял ладонь на уровень плеч, – Когда девочкам деревни исполняется шесть, они перестают стричь волосы. Это означает, что женщина с остриженными волосами больше не принадлежит деревне. – Каре, да?.. – Рок кивнул, – Ей должно пойти. Ну, Араре пойдёт что угодно. И всё же, зачем они здесь? Чем эта некромант-кошатница может помочь Араре? У Харухиро было предположение, и оно оправдалось. – Обрезания волос я не ожидал, – продолжал тем временем Рок, – Но её изгнание, в общем-то, ожидаемо. И всё же это не меняет нашей цели. Мы отомстим за Тацуру. И для этого, Сетора, я прошу твоей помощи. У Форган есть Онса, тот гоблин-дрессировщик, а у него – куча няа. Против няа лучше бороться другими няа. Мне больше не к кому обратиться. И верно, эти няа представляют из себя проблему. Насколько они опасные противники пока неизвестно, но их способностей прятаться и незаметно перемещаться уже достаточно, чтобы создать неприятности. Их наверняка выдрессировали сообщать хозяину о каждом замеченном чужаке. А значит, если их противник окружил себя дозорными няа, то внезапное нападение невозможно. Придётся прорываться силой. Следовательно, даже если удастся обнаружить лагерь Форган, найти Арнольда будет непросто. Как и захваченную в плен Мэри. И, разумеется, освободить её не поднимая шума не получится. – Сколько няа у Форган? – выражение лица Сеторы, разумеется, было невозможно различить, и её резкий тон ничуть не изменился. – Десять, может двадцать... – Рок развёл руки в стороны и склонил голову набок, – Без понятия. – Я содержу сто двадцать четыре няа. Из них готовы действовать восемьдесят два. – У них максимум тридцать, я бы сказал, – Кацухару взялся за подбородок, – Впрочем, это лишь моё чутьё, могу ошибаться. – Да уж, ещё как можешь, – Сетора фыркнула, – И всё же, сомневаюсь что у них больше чем два раза по столько. Если это всё, то мои няа с ними управятся. – Ты поможешь нам?! – с явственным восторгом воскликнул Рок. – Нет. – Что? Но ты так говорила, словно уже почти решила согласиться. – Тебе показалось. Для начала, ради чего мне это делать? Собственно, о том же могу спросить и вас. Бродяга ладно, но вам-то зачем помогать Араре с её бессмысленной местью? – Я влюбился в неё, вот и всё. – ...Что-что? – Я влюбился в Арару. Когда женщина, которую я люблю, готова достичь чего-то даже риском для жизни, я обязан и сам рискнуть ради неё. – Ты решил, что она ответит взаимностью, если ты всё это сделаешь? Пустая трата времени. – А? С чего бы Араре влюбляться в меня? Тацуру погиб совсем недавно. Этому не бывать. – С каждым словом всё непонятнее, – Сетора вскипела, – Так зачем тебе это? – Я ведь уже сказал. Затем, что я влюблён. Я хочу исполнить желание возлюбленной. То, что будет после, не имеет значения. – Ясно, – бросила Сетора, – Ты законченный идиот. Нет, вы все, должно быть, идиоты. – Прошу не ставить меня на одну доску с ним, – заявил Моюги, указывая на Рока, – Он-то, может, и дурак, но не я. – Верно, – Рок потянулся и обхватил Моюги за плечи, – Идиот здесь только я, а моим товарищам просто весело со мной. Так, Моюги? – ...Не изволишь ли убрать руки? Не люблю, когда меня трогают мужчины. – А может, мы по-своему ещё хуже Рока, – в безмятежной улыбке Цуги было что-то пугающее. – Неважно, – Сетора вздохнула, – Даже если у вас причины есть, у меня их нет. Если Арару выгонят из деревни, то она сможет жить свободно. Месть бесплодна. Скажите этой дуре, чтобы выбросила Тацуру из головы, и... – С-сделка! – воскликнул Харухиро. Ох... Удержать рот на замке не удалось. Харухиро покосился на Рока, Моюги, Цугу и Кацухару. Те не пытались вмешаться. Что ж, кажется, он замялся. Надо закончить то, что начал. – Разве мы не можем заключить сделку?.. Мы могли бы вам что-то дать в обмен на помощь. Тогда у вас появятся причины нам помогать. – Думаешь, у тебя есть то, что мне нужно? – потребовала Сетора. – Ну... Не знаю. Смотря что это... – Пожалуй, слово «материал» подойдёт лучше всего. – Материал? Погодите... Для чего? – Големы, – начала Сетора, поглаживая Энбу по голове, – Создаются из соединённых вместе частей трупов. Говорят, чем меньше времени прошло после смерти, тем лучше. Но, честно говоря, части совсем не обязательно забирать с мертвецов. Я ещё не пробовала этого сама, но, говорят, существуют способы использования ещё живой плоти. – То есть, фактически, вам нужна часть моего тела? – Рука, – Сетора окинула тело Харухиро пристальным взглядом своих холодных глаз. Глаз приценивающегося покупателя. – Нет. Это только эксперимент, так что обойдусь одним глазом. Да, точно. Думаю, глаз отлично подойдёт. Будет с чем позабавиться. – Просто чтобы ты был в курсе, – спокойно объяснил Цуга, – Если она заберёт у тебя руку или глаз, магия света не вернёт их. Даже Шаманам это не под силу. – Само собой, – Моюги поправил очки средним пальцем правой руки и тихо вздохнул, – Похоже, выбора нет. Обойдёмся без няа. Второстепенная цель станет тяжелее, но основная останется выполнимой. – О, да? – Рок нахмурился, – Жаль. Второстепенная цель. Это то, что я думаю? Моя, наша цель. Спасение Мэри. Что ж, Моюги, должно быть, прав. Если отвлечь чужих няа, то Харухиро мог бы, используя Скрытность, проникнуть на вражескую территорию, выручить Мэри и сбежать с ней. Но для того, чтобы получить эту возможность, необходима помощь Сеторы и её няа. Харухиро вытащил свой нож. Он попытался поднести его к глазу, но не был уверен, что сможет сделать всё как надо. Сетора наблюдала, сидя на плече Энбы. – Эм, простите, – Харухиро подошёл к Энбе и протянул нож рукоятью вперёд, – Вы не могли бы сделать это? Если я буду вырезать сам, то могу только испортить, и всё будет зря. Постараюсь сидеть смирно. Если возможно, возьмите левый – я правша. И буду у вас в долгу, если сделаете всё быстро. Сетора едва заметно прищурилась. – Значит, согласен на сделку? – Да. А, точно. Цуга-сан, пожалуйста, вылечите рану, когда она закончит. – Сделаю, – Цуга всё ещё улыбался. Он явно достиг просветления. – Ты точно уверен?.. – Кацухару выглядел немного смущённым. – Нет, не уверен, но если только один глаз, а не оба, то пускай. На кону жизнь моего товарища. Я хочу повысить шансы насколько возможно. Не хотелось бы потом сожалеть, что мог сделать что-то, и не сделал. Рок и Моюги переглянулись. Наверное, думают, какой же Харухиро идиот. А Харухиро идиот? Он не знал. Впрочем, неважно. Всё, что нужно сказать, сказано. Он может сделать что-то, способное помочь им достичь цели. И поэтому сделает. Это не было спокойным рассуждением. Не было плодом размышлений. Харухиро предчувствовал, что мысли о том, что он собирается сделать, испугают его, и осознанно запрещал себе думать. – Убери это, – Сетора ловко соскочила с плеча Энбы, извлекая тонкий, короткий меч из ножен на талии, – Мне привычнее мой клинок. Ты совершенно точно уверен? – Начинайте, – Харухиро убрал нож и прокашлялся, – ...Мне нагнуться? Чтобы было удобнее. – Сядь. – Хорошо. Как скажете... Харухиро уселся на колени. Он не был напряжён или напуган. Но только до того момента, как Сетора присела перед ним на корточки и открыла его левый глаз своей левой рукой. О-о-о-о чёрт. Правда? Она правда это сделает? Будет больно? Уж точно будет. Остриё приближалось. Скорее. Заканчивай уже. Харухиро затаил дыхание. И как только он это сделал, клинок вошёл между его глазницей и глазным яблоком. Он ощутил не столько боль, сколько давящее ощущение чего-то чужеродного. Но боль наверняка придёт. Харухиро непроизвольно поёжился. Должно быть, из-за этого клинок что-то задел. Раздалось что-то вроде тихого скрипа, а затем глаз пронзила боль. Скорей, скорей, давай, давай, давай, – мысленно завопил он. А? Что? Сетора отвела клинок назад. – Это может подождать. – А?.. – Харухиро моргнул. Левый глаз болел. Потекли слёзы. – Ты ведь должен что-то сделать, верно? Я могу взять материал уже потом, когда закончишь, – Сетора отвернулась от него, – О няа Форган я позабочусь. Будьте спокойны. Мои няа не проиграют. – А... – Харухиро крепко зажмурил левый глаз, и надавил на веко. Как же больно, – ...Спасибо. – Я получу свою плату. Незачем благодарить, – и с этими словами Сетора вместе с Энбой скрылись за дверью. Цуга хлопнул Харухиро по плечу. – Вылечить тебя? – Пожалуйста... – Итак, всё точно по плану, – хвастливо прошептал Моюги, но Харухиро подумал, что это никак не может быть правдой. – Ну, всё хорошо что хорошо кончается, а? – Рок подмигнул ему. Наверное, от Харухиро ожидают ответного подмигивания, но его левый глаз всё ещё болел. Он не был уверен, что сможет мигнуть, и не хотел проверять. Кацухару поднял гогглы на лоб и скрестил руки. – Итак, осталась только Арара.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 14. Тебя, своими руками

Как выяснилось, их предположения были слишком оптимистичны. Через туман шагали четверо мужчин с паланкином на плечах. Впрочем, эта конструкция не заслуживала слова «паланкин». Просто прямоугольная доска и два шеста. На доске сидела женщина в балахоне из мешковины. Или, скорее, её заставили сидеть там. Руки женщины были связаны за спиной. Верёвки, привязанные к носилкам, опутывали её шею, грудь, талию и бёдра. Связанная вот так, она не сможет двигаться. Скорее всего, любым неверным движением она попросту задушит себя. Женщина сидела прямо, но опустив лицо. Её волосы были коротко острижены. Не до плеч; те, кто сделал это, отсекли пряди на уровне ушей. Харухиро прятался на холме, под деревьями, и наблюдал. Похоже, всё это стало для неё сильным ударом. Насколько сильным, он предположить не мог, но, должно быть, она потрясена. В конце концов, даже Харухиро, почти ничего не знавший о местных обычаях, первым делом, увидев её, подумал – это слишком. И хотя потеря волос сама по себе не так и страшна - они со временем отрастут, но это значит, что её изгоняют прочь из деревни. Паланкин двигался всё дальше на запад. Согласно информации, которую собрала Сетора через своих няа, Форган разбили лагерь в той стороне. И носильщики не могут этого не знать. Кстати, когда паланкин, никем не провожаемый, покидал деревню, жители готовились к бою. Они не собирались нападать. Это были приготовления к обороне. Это действие словно говорило – хотите напасть, мы готовы. Но в то же время тем самым жители показывали: да, мы готовы защищаться, но сами нападать не будем. В числе группы, вчера напавшей на Форган, были люди из деревни, но они не выражают волю всех жителей, не представляют их и, собственно, не имеют к ним отношения. Вот что пыталась сказать деревня. Арара больше не Ниги Арара. Дом Ниги отрёкся от неё, и теперь она просто Арара. У младшей сестры нынешней главы клана есть две дочери, и старшая из них теперь наследница. Харухиро, услышав это, был поражён. Вот так просто? Он-то думал, что раз Арара наследница Дома Ниги, крупнейшего из четырёх самурайских кланов, то её ни за что не отбросят прочь, не обменяют на кого-то ещё. Кроме того, она родная дочь главы клана. Харухиро, пусть и полагаясь только на собственные представления, полагал, что мать заступится за неё, и Арара отделается лишь физическим наказанием. Как же он ошибался. Деревня вышвырнула Арару одну, лишив её практически всего имущества. По сути дела, смертный приговор. Харухиро и остальные собирались дождаться освобождения Арары, после чего отправиться убить Арнольда и спасти Мэри. Но теперь, после того, что случилось с Арарой, план нарушен. Как далеко они собираются отнести Арару? Они ведь не выдадут её Форган, нет? Жители деревни кажутся гордым народом, неспособным таким образом попытаться умилостивить Форган. Во всяком случае, Харухиро надеялся на это, но не мог быть уверен. И всё же, судя по всему, даже кто-то обладающий таким высоким положением, как глава Дома Ниги, готов отвергнуть собственную дочь, если её действия причинят ущерб деревне. Этот поступок легко заклеймить как жестокий, бессердечный и бесчеловечный. Но если глава клана проявит великодушие из любви к дочери, что, в свою очередь, подвергнет опасности деревню, то ей придётся столкнуться с чем-то большим, чем порицание. Возможно, она была вынуждена принять такое решение, каковы бы ни были её чувства как матери. – Плохо, – Харухиро потерял паланкин из виду, – Они уже совсем рядом с Форган... Он видел два пути, по которым могут пойти дальнейшие события. Первое – мужчины просто оставят паланкин до того, как встретятся с Форган. В таком случае нужно будет просто забрать Арару. Но если события будут развиваться по второму пути – носильщики встретятся с Форган, то это всё усложнит. Такая возможность кажется маловероятной, но если деревня каким-то образом связалась с Форган и было достигнуто соглашение о выдаче Арары, то дело плохо. Харухиро заторопился вверх по склону холма, всё дальше и дальше на запад. Холм располагался севернее от маршрута, выбранного носильщиками паланкина. Форган разбили лагерь к западу-северо-западу отсюда, в сравнительно ровной местности, и паланкин, похоже, действительно движется туда. Носильщики шагают довольно медленно, так что можно не спеша обогнать их. Харухиро поймал себя на мысли о Мэри. И Ранте. Ранта, будь ты проклят! Не сейчас. Он вышвырнул посторонние мысли из головы. Туман сгущался. Харухиро показалось, что он заметил краем глаза какое-то движение слева. Няа? Или померещилось? Он едва не остановился, но передумал и прибавил шаг. Издалека донёсся едва слышный волчий вой. Харухиро укололо недоброе предчувствие. Почему никогда ничего не идёт по плану? Ему захотелось пожаловаться кому-нибудь. Впрочем, рядом нет никого. Некому слушать и некому жаловаться. Вершина холма. Паланкина по-прежнему не видно. Харухиро пошёл по склону вниз. Теперь он явственно ощущал чьё-то присутствие. Няа нашли его и теперь следят? Проверить? Нет, пока лучше поспешить вперёд. На запад. Можно чуть ускориться, лёгкий шум не страшен. На запад. Почва в Тысяче Лощин усеяна участками влажной земли и скользкими камнями, а ещё здесь почти нет ровных поверхностей. Там лежит поросшее мхом упавшее дерево, а тут – чёрный провал глубокой ямы. Передвигаться очень тяжело, но Харухиро постепенно привыкал. На запад. Вон он. Паланкин. Похоже, в какой-то момент Харухиро обогнал носильщиков. Паланкин теперь двигался в его сторону. Туман всё не прояснялся. Харухиро не видел ничего дальше сотни метров от себя, но небо над головой было чуть голубоватым. Направление на солнце он тоже мог определить. Сейчас, наверное, около десяти утра. Согласно приблизительной карте местности, которую он запомнил заранее, примерно в километре отсюда начинается небольшой овраг. Он ведёт к лагерю Форган. Вопрос в том, остановятся ли носильщики до того, как подойдут к нему, или нет? Надеясь на первое, Харухиро продолжил красться на запад, стараясь оставаться незамеченным для носильщиков. О, это же... Нет, точно не показалось. Похоже, за ним следят няа. Внезапно раздался тихий, резкий вскрик какого-то животного. Сердце Харухиро подскочило. Что? Это няа? Он торопливо зашагал на звук и почти сразу обнаружил чёрного няа, прижавшего полосатого няа к земле и вцепившегося ему в шею. Полосатый вырывался, бился в хватке, но слабел. Чёрный покосился на Харухиро. Оба примерно одинаковых размеров, но чёрный явно сильнее. Вскоре полосатый обмяк, и чёрный, хлестнув хвостом, открыл рот, словно собираясь мяукнуть, но не раздалось ни звука. Это называлось безмолвным мяуканьем и было способом сказать «я свой». Это один из няа Сеторы? Харухиро слышал, что некоторые няа умеют имитировать безмолвное мяуканье, чтобы обманывать людей, так что не мог быть уверен. Ещё он слышал, что дрессировщики няа умеют отличать неискреннее мяуканье, но самому Харухиро это не под силу. Чёрный няа растворился в тумане. Пока что придётся предположить, что он на стороне Харухиро. Паланкин всё двигался вперёд. Они не остановятся? Нет. Непохоже. – Харухиро, – раздалось из-за спины. Он предпочёл бы, чтобы его так не пугали. Сзади сидел на корточках Кроу и манил его к себе. Харухиро подошёл. – Что сначала, хорошие новости или плохие? – прошептал Кроу ему на ухо. – Давайте хорошие... – Хорошие новости... – Кроу зловредно ухмыльнулся, – Отсутствуют. – Тогда к чему вопросы... Каковы плохие новости? – Форган, кажется, заметили посылку из деревни. Они выдвигаются. – Да, я предполагал такое, – мрачно сказал Харухиро. – Мы планируем устроить засаду у оврага. Когда захватим груз, вы сможете пойти и выкрасть сокровище. – Простите за неудобства... и спасибо. Кроу похлопал Харухиро по плечу и поманил за собой. Харухиро кивнул. Начинается. Они не ожидали, что наказание Арары будет настолько строгим, и теперь времени на приготовления нет. Харухиро не чувствовал уверенности в успехе, но остаётся действовать в тех условиях, какие есть. Он пошёл за Кроу. Грудь стиснуло беспокойство. Нужно постараться, чтобы тревога не мешала действовать. Времени мало, но нельзя действовать поспешно. Харухиро должен как можно лучше всё обдумать и выбрать лучший вариант. Время внезапно словно ускорилось. Не успел Харухиро опомниться, как они подошли к оврагу. Овраг оказался почти прямым, примерно двадцати метров в ширину, с крутыми склонами. Он тянулся в востока на запад. И северный, и южный склоны поросли густыми деревьями. А значит, тут много где можно спрятаться. Рок, Моюги, Каджита, Цуга и Саканами уже перебрались на северную сторону. А Юме, Шихору, Кузак и Кацухару заняли позицию на южной. Сетора с Энбой были где-то ещё, управляя няа. Кроу, разумеется, отправился к своей команде, а Харухиро подошёл к товарищам. Юме первой заметила его и замахала рукой. Шихору, Кузак и Кацухару, похоже, тоже его увидели. Харухиро присел рядом с ними на корточки. – Думаю, нам придётся выручать Арару-сан в этом районе. – Ня, – Юме кивнула, прикусив губу. – Угу, – Кузак сидел неподвижно, стараясь, чтобы его громоздкие доспехи не издали ни звука. Он уже надел шлем и держал в руке щит. – А насчёт нас... – прошептала Шихору, – Как только спасём Арару-сан, отправимся за Мэри? – Да. Рокс и Арара-сан нападут на Форган. Мы поможем им и будем искать Мэри. – Это может зависеть от ситуации, но... Возможно лучше, если мы будем отвлекать врагов на себя, а ты, Харухиро-кун, пойдёшь за ней один, – нерешительно проговорила Шихору. – Верно. Если придётся, Шихору, полагаюсь на тебя. – Поняла, – Шихору кивнула, даже не спрашивая, о чём речь. Конечно, Харухиро мог бы объяснить, если бы пришлось. Но то, что она поняла всё сама, ободряло. Ему не хотелось слишком сильно полагаться на Шихору, да он и не собирался полностью перекладывать на неё ответственность, но всё же лучше, если в команде есть кто-то ещё, способный стать для остальных опорой. Завыли волки. Уже ближе. Харухиро различил паланкин. Он остановился. До оврага ещё около сотни метров. – Ну конечно... – Кацухару протёр пальцем гогглы. Паланкин снова пришёл в движение. Если бы носильщики просто положили его там, всё было бы гораздо проще, но, разумеется, всё не могло пройти так легко. К этому моменту и Рокс, и команда Харухиро уже стали нежеланными гостями в деревне. Вряд ли их ещё когда-нибудь впустят туда. И всё же они собирались пойти на прямое противостояние с жителями лишь в самом крайнем случае. Местные знают Тысячу Лощин как свои пять пальцев, и наживать себе таких врагов не стоит. А значит, нельзя просто напасть и отбить Арару. Придётся ждать, как бы тяжело это ни было. Ждать, пока положение не изменится. – Вон они, – прошептала Юме. Звери. Несутся по оврагу в нашу сторону. Волки? Стая чёрных волков. Рокс пока не показались. Кацухару взялся за рукоять меча. Дышать стало тяжело. На грудь словно что-то давило. Чёрные волки один за другим завыли. Переднего отделяло от паланкина лишь два или три метра. Мужчины наконец бросили свою ношу. Они начали отступать, держа оружие наготове. – Теперь можно! – Кацухару бросился вперёд. Может, он и поторопился. Но Кацухару всё это время сдерживался, несмотря на тревогу о племяннице. Сложно его винить. Теперь, когда один выдал себя, остаётся лишь следовать за ним. Харухиро махнул рукой, и Кузак выпрыгнул из укрытия, следом за ним – Юме. Сам Харухиро пока останется в тылу, защищая Шихору. Рокс тоже вступили в бой. Атаку возглавил Каджита, издавший оглушительный Боевой Клич. Чёрные волки дрогнули, остановились и уставились на северный склон. К тому времени остальные Рокс рассеялись по укрытиям. – Эй, вы!.. – орал Кацухару, со всех ног летевший к паланкину, – Форган здесь! Убирайтесь! – Бродяга! – огрызнулся один из мужчин, – Увижу ещё раз, тебе конец! Один за другим носильщики повернулись и побежали прочь. – Я ещё не пал так низко, чтобы меня мог зарубить такой как ты! – Кацухару подбежал к паланкину и разрезал катаной верёвки, – Ты в порядке, Арара? – Да, дядя! Простите, вам столько пришлось сделать ради меня! – А как же! Должен же я помочь своей хулиганке-племяннице! – Кацухару поднял её на ноги и протянул ей вторую катану, – Если мы не исполним твоё желание сейчас, то нам останутся лишь сожаления. Отомсти за Тацуру, Арара. Если тебя это устроит, то после сможешь найти себе ещё кого-нибудь. – Никогда!.. – Арара стряхнула ножны с катаны, – ...У меня не будет больше никого! Я сохраню верность Тацуру, а его убийца падёт от моей руки! Вот всё, чего я желаю! Рок говорил, что не рассчитывает на ответные чувства, так что, наверное, ничего страшного не произошло. Да и вообще Харухиро это не касается. И всё же, услышав бескомпромиссное заявление Арары, он почувствовал жалость к Року. Чёрные волки бежали вверх по склону к Каджите. Где остальные? Здесь. Нападают. Орки. Нежить. Всё больше и больше их прибывало по оврагу. – Покажись, Арнольд! – выкрикнула Арара, махнув катаной, но, похоже, двигаться ей было тяжело. Видимо, дело в костюме. При их первой встрече она носила куртку и брюки, примерно тот же наряд, что и на Кацухару. Но сейчас на ней опускающееся до самых лодыжек кимоно, туго перетянутое оби. И, видимо, оно именно такое неудобное, каким и выглядит. – Агх! – внезапно вскрикнула Арара и разодрала подол вертикально, – Так лучше! И правда, так наверняка легче, но, похоже, под кимоно на ней нет брюк. Наряд, пожалуй, получился излишне открытым – впрочем, это не имеет значения. Харухиро и его команда поспешили на запад вдоль левого склона. Задул ветер, туман неожиданно сгустился ещё сильнее. Теперь уже в десяти метрах почти ничего не было видно. Юме наложила стрелу на тетиву. Впереди что-то есть. Орк? – О свет, о Люмиарис! – Кузак поднял вверх чёрный меч, жестом изображая в центре гарды шестиконечную звезду, – Даруйте силу сему клинку! Чёрный меч засиял. Сэйбер, магия света Паладинов. Свет Люмиарис придаёт остроты мечу, на который нанесена гексаграмма. Также сияние слепит глаза любому, кто с близкого расстояния смотрит на клинок. Дополнительным эффектом заклинания является то, что светящийся меч сразу бросается в глаза. – О-о-о! – Кузак поднял меч и бросился вперёд. Враги стекались к нему, как мотыльки на огонь. Не пытайся схватить больше, чем сможешь поднять! – хотелось выкрикнуть Харухиро, но он сдержался. Такова роль Кузака. Лишь он, в своих прочных доспехах, может отвлечь на себя сразу нескольких противников. У Харухиро и остальных есть другие дела. И, разумеется, болеть за Кузака в эти дела не входит. И всё же, там трое. На Кузака насело сразу три орка. Он заслонился щитом от катаны одного. Тут же, подбодрив себя выкриком, ударил щитом второго. Замахал мечом, пытаясь отогнать орков в сторону. Орки не уступают, а то и превосходят его ростом. А ещё все они гораздо мощнее сложены. Орки пытались наброситься на Кузака все разом, смять числом. Казалось, что его вот-вот сметут, но Кузак держался. Более того, он был весьма далёк от поражения. Каждый раз, когда очередной орк замахивался, Кузак сразу понимал, с какой силой и с какой стороны будет нанесён удар, и молниеносно принимал решение – закрыться щитом, увернуться или довериться доспехам. Он сражается один против троих, и шанса нанести ответный удар у него почти нет, но с другой стороны это означает, что он может полностью сосредоточиться на обороне. А уж в том, как защищать себя, Кузак разбирается неплохо. Даже самому опытному воину непросто одолеть уверенно защищающегося противника. – Дарк, – Шихору остановилась и призвала элементаль. Харухиро обошёл Кузака с правого бока, а Юме с левого. Оставлять Шихору одну он не хотел, но их всего четверо. Выбора нет. Впрочем, опасаться нечего. Кузак не подпустит к ней врагов. Юме выстрелила. В тумане она, конечно, не может не то что попасть в отдалённую цель, но и увидеть её. Зато с такого близкого расстояния промахнуться сложно. Похоже, она попала в одного орка. Куда именно, впрочем, не разглядеть. Сам Харухиро тем временем крался, пытаясь с помощью Скрытности зайти оркам за спины. Кузак отвлекал их, также им приходилось учитывать присутствие Юме. Благодаря этому они пока не замечали Харухиро. Ещё враги? Пока не видно. Харухиро наконец обошёл орков сзади. Их бронзовые кольчуги выглядели тонкими и лёгкими, но закрывали всё тело вплоть до шеи. Похоже, эти доспехи хорошего качества. Также орки носили налокотники, наколенники, ботинки с металлическими вставками и рукавицы. Их шлемы, хотя и оставляли лицо открытым, хорошо защищали голову. Сами орки выше Харухиро сантиметров на двадцать, а то и больше. Тела – воплощение физической силы. От них просто веяло мощью. Думай. Думай. Думай. Думай быстро и принимай решение. Удар в Спину их вряд ли убьёт. Паук тут просто бесполезен. А значит... Харухиро в прыжке пнул в спину орка А – того, что был крайним справа для него и крайним слева для Кузака. Орк, неспособный удержать равновесие, едва не упал ничком. Кузак, выкрикнув, толкнул щитом. Средний орк, орк Б, попытался помочь сородичу. Кузак не напирал. Орк А выпрямился и развернулся к Харухиро. Тем временем Харухиро уже занялся орком В – крайним левым для него и крайним правым для Кузака. В руке орка В торчит стрела. Тот, тем не менее, держит оружие обеими руками и уже замахивается на Юме. Необязательно убивать его прямо сейчас. Удар в Спину. Стилет не пробил кольчугу орка В, но Харухиро на это и не рассчитывал. Орку В пришлось обернуться. – Ня! – Юме, воспользовавшись моментом, выстрелила. Выстрел в Упор. Нет, не один выстрел. Она тут же выстрелила снова. Беглая Стрельба. Комбинация приёмов. Одна стрела пролетела мимо, вторая отскочила от доспехов. И всё же этого хватило, чтобы орк В испугался и попятился. Храбрая Юме не собиралась упускать этот шанс. Стрела. Юме даже не натягивала лук – она просто прыгнула вперёд со стрелой в руке и воткнула её в бедро орка. Хрупкий Дротик. Приём, очевидно, предназначен для самообороны в крайнем случае. Но Юме, очень в своём стиле, использовала его в нападении. Орк В взревел. Харухиро вовсе не собирался позволять ему ни отступать, ни рубануть Юме катаной. Арест. Харухиро взял левый локоть орка в захват и пнул по его ногам. Орк В попытался устоять, но со стрелой в бедре ему это оказалось не под силам. Он упал на колено, откинулся назад – и тут Харухиро, перехватив стилет обратным хватом, вбил его орку в левый глаз. Юме выхватила Ван-тян и выбила катану из правой руки орка В. Харухиро крутанул стилет в ране, от себя, потом в обратную сторону. Отвёл назад и вонзил обратно. Орк всё не умирал. – Юме, помоги Кузаку! – выкрикнул Харухиро, добивая орка. Новых врагов по-прежнему не видно, но расслабляться нельзя. Кузак, заслоняясь щитом от орка Б, попытался достать орка А Выпадом. Тот отвёл его меч в сторону взмахом катаны. Кузак тут же рубанул орка Б Карающим Ударом и ударом щита отразил ответный выпад орка А. Орк А попятился, и тут на него бросилась Юме. Кувырок и мощный удар. Клык Тигра. Орк, словно ощутив опасность шестым чувством, отпрыгнул в сторону. – Вперёд! – Шихору послала в него Дарк. Орк попытался увернуться, но Дарк повернул. Попал. Элементаль втянулся в тело врага. Орк А забился в конвульсиях, из его рта пошла пена. Он упал на колени. Харухиро не смог бы, как Моюги, заявить «всё по плану» или «как я и рассчитывал». Они не подавали друг другу сигнала, и его надежда на то, что Шихору поступит именно так, была лишь надеждой. Произошедшее мало отличалось от случайности. Укоряя себя «мне ещё расти и расти», Харухиро схватил орка А сзади. Паук. Дарк делал своё дело, так что реакция орка была заторможенной. Харухиро торопливо воткнул стилет в мозг орка сквозь правую глазницу. Ещё не всё. Он повис на голове орка всем своим весом, сворачивая ему шею. Как бы силён не был враг, внезапный удар по уязвимому месту оказывается невероятно эффективен. Орк А обмяк, чуть не придавив Харухиро. Тот отскочил в сторону. – Ну-а-а! – Кузак продолжал отбивать щитом удары орка Б. Время от времени он отмахивался мечом, но не пытался добить врага. Теперь, когда другие два орка мертвы, казалось естественным перейти в контратаку, но Кузак всё защищался. Почти безмозглая упёртость в исполнении своей роли – это, пожалуй, одна из его сильных сторон. А также знак веры в Харухиро и остальных товарищей. Шихору держалась в стороне. Новые враги? Нет. Харухиро просигналил Юме взглядом. Кузак, Харухиро и Юме могли бы напасть одновременно с трёх сторон, но вместо этого сделают кое-что другое. Харухиро скрылся за спиной Юме. Она приблизилась к орку Б сзади. Орк заметил и торопливо отскочил назад и в сторону, пытаясь одновременно держать в поле зрения и её, и Кузака. Харухиро, пригнувшись, выпрыгнул из-за Юме. В сторону. В сторону. Кузак и Юме надвигались на орка, орк пятился. У него просто не было выбора. Он потерял Харухиро из вида. Тем временем Харухиро зашёл прямо ему за спину и тихо вдохнул. Он смотрит прямо на спину врага. На мгновение его посетило чувство полного понимания противника. Это, конечно же, просто иллюзия, но у Харухиро зародилась теория о том, что поговорка «глаза говорят больше, чем язык» не совсем верна. Правильнее было бы говорить «спина говорит больше, чем язык». По крайней мере, для Харухиро с первого взгляда стало очевидно то, что ему нужно сделать дальше. Орк Б, отступая, перенёс вес на правую ногу и выставил вперёд правый локоть, занося катану справа от головы. И тут Харухиро ударил по его правой кисти стилетом. Первой реакцией орка было замешательство. Кто ты? Как ты тут оказался? Во всяком случае, со стороны казалось так. Может, пальцы правой руки врага и не отрублены, но вряд ли он сможет шевелить чем-то кроме большого пальца. Орк перехватил катану левой рукой. Ничего больше он сделать не успел. – Га-а-ара-а! – Кузак протаранил орка щитом и повалил. Надавил на левую руку, не давая противнику воспользоваться оружием. И, не теряя ни мгновения, вонзил чёрный меч беспомощному орку в лицо. Похоже, Кузак справится один, но расслабляться рано. – Харухиро-кун! – прокричала Шихору. Вот они, – подумал Харухиро. Подкрепления. Так? Сквозь туман на них неслось что-то крупное. – Гигант?.. – Харуиро вспомнились белые гиганты Даскрэлма. Казалось, новый враг таких же размеров. Нет, на самом деле меньше. Но меньше размером не значит меньшую опасность. Кроу сказал – «Когда захватим груз, вы сможете пойти и выкрасть сокровище». У команды Харухиро нет задачи сражаться с Форган. В их сторону бежит кто-то огромный, но они, если возможно, предпочли бы с ним не связываться. – Уходим, – прошептал Харухиро, двинувшись на юго-запад. Остальные молча последовали за ним. Пока они карабкались наискось по южному склону оврага, он наблюдал за здоровяком. Харухиро захотелось издать радостный возглас, но, разумеется, он сдержался. Великан повернул в сторону. Похоже, место недавней схватки не было его целью. И всё же если он заметит тела, то может начать искать убийц своих товарищей. Нужно спешить. Из-за тумана определить ход сражения не представлялось возможным, но с разных сторон определённо доносились звуки боя. Мы проигрываем или выигрываем? Если Рокс, Арара и Кацухару погибнут или отступят, Харухиро и его спутники окажутся предоставлены сами себе. И тогда дело примет дурной оборот. Остаётся также их главная проблема – найти Мэри. И даже если они найдут её, удастся ли её спасти? Они ошиблись в том, насколько серьёзным окажется наказание Арары. Слишком сильно ошиблись. Склон становился всё круче. Взобраться выше может быть тяжело. – Ни зги не видно... – пробурчал Кузак. Харухиро хотел было что-то сказать, но закрыл рот. Наверху раздался какой-то шум, вниз по склону посыпались камешки. – Сверху! – тут же завопил Харухиро. Но, честно говоря, он понятия не имел, что делать. Этот враг пусть и не такой большой, как здоровяк, от которого они сбежали, но связываться с ним тоже не хотелось. Тот самый гигантский волк ловко прыгает вниз по склону. На его спине гоблин. Онса, дрессировщик. – Прочь! – Кузак раскинул руки в стороны, отталкивая Юме и Шихору. Нет, не сработает! Харухиро попытался остановить его, но опоздал. Гигантский волк с рычанием врезался в Кузака. Тот... не отлетел в сторону. Схватился за шерсть и удержался? Больше того. Кузак попытался устоять на месте, но, сразу осознав, что не сможет, с резким выкриком дёрнул. Кузак и гигантский волк упали набок и вместе покатились вниз по склону. Онса хватался за волчий загривок, словно за поводья. Он, должно быть, пытался заставить волка встать на ноги. Кузак не позволил ему. Они с волком катились вниз, продолжая бороться. Вскоре Онса сорвался, торопливо вскочил и побежал вслед за Кузаком и волком вниз. – Куза-а-а-а-ак! – Харухиро нёсся вслед за гоблином, словно скатываясь по лестнице и перепрыгивая разом две или три ступеньки, – Юме, останься с Шихору! Кузак! Кузак! Кузак! Проклятье! Я ничего не сделал. Я и шевельнуться не успел. Кузак спас меня. – Хо-о, хо-о, хо-о, хо-о! – Онса издавал странные крики. Что это значит? У Харухиро появилось дурное предчувствие. Он кого-то зовёт? Кузак и гигантский волк наконец остановились. Волк тряхнул головой. Что с Кузаком? Харухиро его не видел. Где он? Внизу? Кузак начал выбираться из-под волка. Кузак. Он шевелится! Жив! Но нет, рано радоваться. Волк подмял его. – Отвали! – заорал Кузак, отбиваясь. Онса скоро добежит до них. Нужно его опередить. – Фуа-а! Юме. Голос Юме. Стрела. Стрела царапнула плечо Онсы. Гоблин, не оглядываясь, бросился за ближайшее дерево. Отлично, – подумал Харухиро. Отлично! Наш шанс! Он не столько бежал, сколько прыгал. Каждый раз, отталкиваясь от земли, Харухиро пролетал два или три метра. Прыжок, прыжок, прыжок. Это, конечно, опасно и жутко, но так быстрее чем бежать. Наконец он миновал Онсу и налетел на волка. – Прочь от него! Харухиро вцепился в спину волка, вонзил стилет ему в шею. Вырвал и снова вонзил, и ещё раз, и ещё раз. Волк взвыл от боли, забился, пытаясь сбросить Харухиро, но бесполезно. Не так-то просто! Не выпущу! Видимо, волк счёл, что первым делом надо что-то сделать с Харухиро, потому что вскочил и побежал. Что? Что? Что? А? Зачем ты бежишь на это дерево?! С ума сошёл? Мы же врежемся! – Нга-а?! Харухиро в последний момент выпустил волка и покатился по земле. Волк задел дерево спиной, но, похоже, не поранился. К тому моменту, когда Харухиро вскочил на ноги, волк уже развернулся и оскалил на него клыки. Стилет, судя по всему, тоже мало повредил зверю. Видимо, благодаря густой шерсти и слою подкожного жира раны оказались неглубокими. Кузак поднялся на четвереньки, но пока не вставал. Он ранен? Такое падение никак не могло пройти бесследно. Насколько всё плохо? Где Онса? Нет. Не время об этом думать. Гигантский волк ринулся вперёд. Осознать это было невозможно. Тело Харухиро двинулось само собой. Волк пролетел над ним. Почему Харухиро лежит на спине? Должно быть, он скользнул по земле и оказался в этой позе – сам он, впрочем, этого не помнил. Но это позволило ему увернуться. Но волк уже развернулся, и вот-вот бросится снова. Харухиро торопливо вскочил, но... Это ведь невозможно? Второй раз мне не увернуться. Он сомнёт меня. Впрочем, Харухиро не сдавался. Горло. Защитить горло. Если вцепится в горло, мне конец. Бежать бессмысленно, лучше оставаться наготове и постараться хотя бы не получить смертельную рану. Главное, не умереть. Сразу я не умру. Нужно позаботиться хотя бы об этом. Волк нападает. Нападает. Уже совсем рядом. И тут в правый глаз зверя вонзилась стрела. Юме? Гигантский волк отшатнулся. Он отдёрнул голову, тряся ею и скуля. – Вообще-то я не склонен опекать молодёжь, – произнёс холодный голос. Кроу, значит. Воин и бывший Охотник оказался неожиданно близко. Он вышел из-за камня метрах в пяти от Харухиро. – Так что не подумай чего лишнего, парень, – Кроу выстрелил ещё два раза. Волк вдруг резко отвернулся, и стрелы ударили его в плечо. Харухиро не мог определить, насколько серьёзны оказались раны, но стрелы вонзились глубоко. Какой мощный лук. Раздался свист, и волк развернулся. Это Онса. Они бегут? – Кузак?! – Харухиро обернулся. – В порядке, – тот поднялся на колени и посмотрел на Харухиро, – Едва-едва. – Я хочу его убить, – Кроу выстрелил в гоблина. Онса отскочил в сторону, уворачиваясь, и вспрыгнул на спину волка. Кроу снова спустил тетиву, но Онса пригнулся, пропуская стрелу над собой. – Хо-о, хо-о, хо-о, хо-о, хо-о! Опять этот странный крик. Зачем он это делает? Харухиро подбежал к Кузаку. Тот поднялся сам и посмотрел вверх по склону. Харухиро проследил за его взглядом – к ним спускались Юме и Шихору. – Чёрт бы подрал этого мелкого гоблина, – Кроу взял ещё одну стрелу. Натянув стрелу до половины, он остановился и посмотрел в небо, – А?.. Раздался шум крыльев. Птицы? Совсем рядом, приближаются. Крупные жуки? Птицы? Или летучие мыши? Их не счесть. – А-а-а?! – Харухиро пригнулся, размахивая руками. Птицы или летучие мыши, или непонятно кто... Летающие существа таранили его. С силой врезались в руки, спину, грудь, голову, лицо. Он наконец сумел их рассмотреть, пусть и не отчётливо. Это не птицы. И не жуки. Больше похожи на летучих мышей, но другие. Ящерицы? Какие-то крылатые ящерицы. Размером с две сведённые вместе и растопыренные ладони. Драконы? Существа напоминали игрушечных драконов, но, очевидно, это не игрушки. Они движутся и летают. Нападают на Харухиро и его спутников. Впрочем, если им удаётся так легко порхать, то они должны быть очень лёгкими. Их удары на самом деле не такие уж и болезненные. Они не столько угроза, сколько помеха. – Какого?!.. – Харухиро махнул стилетом и задел одну из мини-виверн по крылу. Существо заверещало и упало на землю. Значит, пора... То есть, в любом случае, пора бежать. Стая мини-виверн разлетелась в стороны. Гигантский волк пропал из виду. Тот странный крик Онсы должен был призвать этих летучих ящериц, чтобы прикрыть отступление? Мини-виверна, которой Харухиро повредил крыло, ковыляла прочь. Он подумал наподдать ей ногой, но сдержался. – Ну и ну... – Кузак поднял забрало и вздохнул. – Сбежал-таки, – усмехнулся Кроу и цокнул языком, – О, там Каджита. И правда, поблизости раздавались хриплые боевые кличи. Но кому принадлежит второй голос? Глубокий и низкий, словно звук обвала. Непохоже на человека. Значит, враг. Где-то поблизости Каджита сражается с врагом. Видимо, сильным врагом. – Кузак-кун! – к Кузаку подбежала Шихору. Она несла его щит. Он обронил его во время схватки? Юме держалась подле неё, держа лук наготове и озираясь. – Пожалуй, вам лучше всё-таки оставаться рядом с нами. Пока, во всяком случае, – произнёс Кроу и растворился в тумане. Харухиро хотелось немного переждать, поразмыслить и оценить положение. Впрочем, он отлично понимал, что не может себе этого позволить. С запада что-то приближается. Враги, тут сомнений быть не может. И с востока тоже. Точно. Тут, наверное, скоро станет жарко. – Держитесь вместе! – Харухиро подбежал к Кузаку, – Пока поможем Рокс! Та фигура впереди в тумане, это Каджита? – Зве-ех! – Каджита махнул своим гигантским мечом-грибом, и непомерно огромное существо, которое они видели недавно – орк, наверное – выкрикнул «Фу-у-у-у-а!», блокируя удар катаной. Каджита довольно высок, но этот орк выше его на голову или две – нет, даже ещё выше. Вряд ли в нём три метра, но два с половиной точно. И поэтому... – Го-а-а-а! – гигантская катана гигантского орка взлетела вверх в косом замахе. За этим замахом не может не последовать удар невероятной мощи. Необходимость увернуться от него любой ценой была очевидна для Харухиро, но Каджита попытался принять орочью катану на свой меч. – До-о-о-оэ! Каджита никак не мог остановить такое. Его тело взлетело в воздух. Эй, постойте. Он же летит прямо на меня, – осознал Харухиро. Что делать? Поймать? Нет, я не удержу. Тогда увернуться? Не уверен, что это правильно. К лучшему или к худшему, дилемма разрешилась сама собой. Каджита с грохотом ударился оземь прямо перед Харухиро и замер, лёжа навзничь раскинув руки и ноги. Его тёмные очки съехали набок. – Ка... Каджита-сан? – несмело позвал Харухиро. Гигантский орк с громким топотом бежал на них. – Х-харухиро-кун, беги! – выкрикнула Шихору. Орк занёс над головой катану. Не может быть! Он что, уже достаточно близко? Он достанет меня оттуда? Сможет? Похоже, сможет. Он так велик, что, должно быть, я не могу правильно оценить расстояние. Выбора нет. Придётся бежать. – Хе! – Каджита резко вскочил. Сила мышц его ног, живота и спины казалась пугающе неестественной. Он повернул свой меч плашмя и встретил опускавшуюся вниз катану. На этот раз она остановилась. Более того, Каджита надавил в ответ, вынуждая гигантского орка отшатнуться. Каджита шагнул вперёд и рубанул наискось. Орк не пытался заслониться катаной. Он, громко крякнув, лишь отклонил меч в сторону. Для своих размеров этот орк неожиданно ловкий. Каджита крутанулся вместе со своим мечом и скрестил клинок с оружием гигантского орка. – Нгхххх! Нгхххх! – Гааа! О-о-огх! – Зве-е-э! Ха-а! Зеа-а-а! Каджита ухитрился оттолкнуть от себя орка, торопливо поправил очки, и, приняв низкую стойку, взял наизготовку меч. – Хмф... Как звать? – Гай, Годо Агайа! Данжинба? – А я Каджита. – Ден, догаран... – А-ха-ха! Да, я тоже. Что это с ними? Они явно говорят на разных языках, как им удаётся понимать друг друга? Лучше не встревать. Пусть разбираются сами. Ну, я всё равно ничем тут не помогу, и им, похоже, весело, так что пускай развлекаются сколько хотят. У меня есть свои дела. С запада прибывали всё новые и новые орки и нежить. Кто-то бежит на восток – это Арара? И Кацухару с ней. И Рок. Прямо за Роком бежал его мируми Геццу. Трое людей и зверь неслись по оврагу на запад. Следом за ними показался коротко стриженый Цуга. И Моюги. Вора Саканами нигде не было видно. Похоже, враги преследуют Цугу и Моюги. Хотя, это же Моюги. Возможно, он намеренно не вступает в бой и отвлекает врагов на себя. В сторону всё ещё державшихся на южном склоне Харухиро и его спутников, кажется, тоже бегут противники. Двое орков и двое нежити. Четверо на четверо, значит. Придётся тяжело, но убегать уже поздно. Значит, надо готовиться к худшему. Остаётся лишь сражаться. – Кузак, ты впереди! Шихору, Юме! – прокричал Харухиро. – П`нял! – Да! Дарк! – Ня! Юме выстрелила. Дарк понёсся вперёд. Кузак, со щитом наготове, встал перед остальными. Харухиро выискивал уязвимые места, пытаясь, если возможно, улучить возможность для смертельного удара. Но, конечно, если получится. Как только сойдёмся вплотную, начнётся беспорядочная рукопашная. Кажется, что мысли вот-вот превратятся в суматошный запутанный клубок. Успокойся. Смотри по сторонам. Сквозь туман ничего не видно. Не только мне – им, врагам, тоже. Мы в одинаково неудобном положении. Значит, мы на равных. Поле зрения крайне ограничено. Успокоиться. Кузак справится, удержит врагов впереди. Это не повод расслабляться, но нужно верить в него. Я оцениваю ситуацию не один, Шихору тоже на это способна. Как и Юме, она вполне может быть внимательной время от времени. Не пытайся делать всё один. Да я и не смогу. Но, конечно, сделаю что могу. И я, и они, мои товарищи, мы все сделаем всё, что в наших силах. Нам не нужно стараться во что бы то ни стало убить врагов. Главное – выжить самим. Сначала защита. Выстоять. Далее, не уступать. Изматывать противника. Не стоять на месте. Двигаться. Совершенно незачем встречать врагов лоб в лоб. Можно атаковать отдельные группы сзади или с флангов, как это делают Арара, Кацухару и Рокс. Нанести удар, отступить и напасть на другую группу. Чуять, куда дует ветер. Когда Рокс, Арара и Кацухару начнут теснить врагов, наступать – тут же следовать за ними. Когда Форган начнут давать отпор – ни в коем случае не оставаться на переднем крае. Короче говоря, путаться у врагов под ногами и постоянно быть готовыми отступить. От нас не требуется самим нанести какой-нибудь решающий удар. Нам вообще не нужно об этом думать. Уже несколько раз им приходилось тяжело, и все силы команды Харухиро уходили только на защиту Шихору. Но, как бы страшно не приходилось, они не паниковали. У Рокс есть Кроу, предпочитающий убивать врагов внезапными выстрелами, и отлично с этим справляющийся. Саканами такой же. Харухиро не собирался совершенно полагаться на то, что один из них придёт на выручку, но вряд ли они упустят идеальный шанс, если тот представится. Любой враг более всего уязвим в тот момент, когда собирается напасть. Даже если противник осознаёт необходимость оставаться начеку, уязвимость появится сама собой. И когда это произойдёт, врага уничтожит метким выстрелом Кроу, или же Саканами, набросившись, заколет ударом настолько яростным, что его словно бы питает кровная вражда. Со временем Харухиро всё лучше и лучше понимал новых союзников. Рокс практически никак не координируют свои действия. Каждый сражается сам по себе. Рок и Каджита бьются в одиночку, и даже Моюги бродит туда-сюда. Цуга, Жрец, наблюдает за ходом боя и оказывается там, где нужнее, но Кроу и Саканами постоянно держатся в стороне, прячутся, чтобы атаковать из засады. Команда Харухиро действует как единое целое. Они становятся значительно слабее даже лишившись кого-то одного. Могут даже стать полностью небоеспособны. А Рокс другие. Каждый из них способен действовать в одиночку. Для Моюги, их тактика, каждый из них, включая его самого и демона Мойру – словно самостоятельная фигура, которую можно перемещать и вокруг которой можно строить планы. Если бы команда Харухиро смогла тоже стать несколькими фигурами вместо одной, то приобрела бы больше возможностей. Но под силу ли нам это? Сначала, Мэри. Мэри незаменима. Нужно любой ценой вернуть её. А ещё... Ранта. Если бы с нами был Ранта... Нет, Ранта предал нас. Неизвестно, как это произошло, но, наверное, он оказался в ситуации, где ему неизбежно угрожала смерть. И тогда, по своему обыкновению, бухнулся на четвереньки и выпросил у Форган разрешение вступить в их ряды. Ранта – враг. Пусть мы ещё не встретили его, но он может в любой момент встать перед нами. А может быть, Рокс уже убили его. Если да, что ж, так тому и быть. Но действительно ли он предал нас? Он был с нами с самого начала, с того самого дня как мы оказались в Гримгаре. Возможно, мне просто не хочется верить в это, но всё-таки что-то здесь не так. Но что? Некогда думать о Ранте. Хотя дела явно не так плохи, если у меня вообще есть время отвлекаться. Рок двигался впереди, неуклонно шагая вперёд. Сопротивления почти не было. Команда Харухиро, двигаясь вслед за Рокс, практически не вступала в бой. Туман не прояснился, но, казалось, стало очень светло. Воздух словно сиял. Они вышли на открытое пространство. Овраг закончился. – Ха-ха-ха-ха! – Рок радостно рассмеялся. Мне с ним не сравниться, – подумал Харухиро при звуках смеха. Рок выглядит так, словно для него нет ничего невозможного. Если держаться с ним рядом, то всё обязательно как-то образуется. Он не просто подгоняет свою команду – он тащит всех за собой. Одно его присутствие создаёт невероятную движущую силу. Должно быть, это какая-то харизма. Она одновременно и пугает, и не оставляет иного выбора, кроме как следовать за Роком. Харухиро на бегу оглянулся. Они избрали построение, при котором Харухиро двигался впереди, но при встрече с врагом быстро менялся местами с Кузаком. Кузак и Юме движутся необычно легко. Только Шихору, бежавшая между ними, непрерывно осматривалась, проверяя, всё ли в порядке и нет ли каких-то проблем. – Мэри должна быть где-то впереди! – окликнул Харухиро, – Вперёд, нужно пробраться так далеко как сможем! – Ня! – П`нял! – Да! Рок. Арара. Кацухару. Эти трое впереди и слева от группы Харухиро. Каджита всё ещё сражается где-то там с Годо Агайей? Цуга держался позади Рока. Моюги нигде не видно. Кроу и Саканами всё ещё прячутся в тумане? Не только команда Харухиро, но и все остальные не вступают в бой. Враги просто не нападают – но и не убегают. В тумане там и сям виднеются силуэты орков и нежити. Постойте, нас что, заманивают?.. Раздался громкий вой – видимо, того гигантского волка. Впереди возвышался холм. На холме кто-то стоял. Трое, плюс большой зверь. На звере тоже кто-то сидит, значит, всего четверо. А у подножия холма – множество врагов. Рок, Арара, Кацухару и Цуга остановились один за другим. Харухиро и его команде тоже пришлось остановиться. Откуда-то появился Моюги и не спеша подошёл к ним. Его тонкий меч оставался в ножнах. Он поднёс к лицу правую руку и поправил очки средним пальцем. – Понятно. Всё по плану. Что, правда? Звучит как наглая ложь, но если это правда, то что именно он планировал? – До-о-о-о! – раздался крик Каджиты. Сзади прилетело что-то крупное. Ну, впрочем, кто это может быть как не Каджита-сан. Каджита упал возле Цуги. Как и в прошлый раз – навзничь, раскинув руки и ноги в стороны. Он явно жив, но не шевелится. Сзади подошёл гигантский орк, Годо Агайа, со своей огромной катаной на плече. За ним следовала толпа орков и нежити. И чёрные волки. Среди них также виднелись представители других, незнакомых Харухиро рас. Немного, но они там были. Как ни посмотри, но Рокс, Арара, Кацухару и команда Харухиро взяты в клещи. Более того, Саканами и Кроу нигде не видно, так что их всего десять человек и одно животное. Что до врагов, то их не просто сотня, что уже означало бы десятикратное преимущество. В тумане не сосчитать, но, видимо, у Форган несколько сотен воинов. Четверо на вершине холма, если справа налево, это гоблин Онса верхом на гигантском волке, однорукий и одноглазый мужчина, Такасаги, невысокий орк с чёрным орлом на плече, и двойнорукий – Арнольд. Среди собравшейся у подножия холма толпы есть ещё одно знакомое лицо. Впрочем, его лица как раз не видно. Он в шлеме. Но это попросту не может быть кто-то другой. Он скрестил руки и выпятил грудь. Как будто он тут самый главный. Похоже, уже чувствует себя своим среди Форган. – Ранта-а-а-а! – Кузак шагнул вперёд, указывая на него, – Как ты смеешь показываться перед нами! Я знал, что стыд тебе неведом, но всё равно не могу поверить! Ранта лишь молча пожал плечами. Он что, даже не огрызнётся? Харухиро скрипнул зубами. Совсем непохоже на тебя, Ранта. Ранта отвратительный, самовлюблённый, глупый, идиотский идиот. А также хитрый, самоуверенный до невозможности, хамский и надоедливый Рыцарь Ужаса, бесящий одним своим присутствием и прогнивший до глубины души. Он уже должен был засыпать их градом оскорблений и ругательств. Он же Рыцарь Ужаса, в конце концов. – Мургхх! – Юме топнула ногой. На её глаза навернулись слёзы, – Юме ненавидит Ранту! – Юме... – Шихору протянула руку и погладила её по спине. – И? – Такасаги медленно повернул голову, обводя их всех глазами, – Что вы тут делаете и зачем нападаете на нас? Вам просто хочется подраться? В таком случае мы только за. Мы и сами не прочь подраться. Если так, то не ждите пощады. Мы раздавим вас тут. Вы все умрёте здесь. – Я здесь не затем, чтобы сражаться с тобой, – Рок рассмеялся и направил меч на Арнольда, – Арнольд! Я требую поединка... – Нет! – Арара прыгнула вперёд и встала перед Роком, – Рок! Спасибо, что привёл меня сюда, но это, это – единственное, что я не могу тебе доверить! Арнольд Кровавый Вихрь! Выходи на поединок со мной, если тебе ведома честь! Харухиро увидел, что Кацухару, опустив взгляд, покачал головой. Каджита до сих пор не поднялся на ноги. Что с Кроу? Саканами? А ещё не видно няа – с тех самых пор, как Харухиро встретил чёрного няа, убившего полосатого. Сетора разобралась с няа Форган? Если сейчас начнётся поединок, то Харухиро вполне устроит такое развитие событий. Лично он хотел лишь убраться отсюда как можно быстрее. Нужно найти и спасти Мэри. Хорошо бы убраться отсюда всем четверым, но это может оказаться сложной задачей. Даже если Харухиро пойдёт один, как он выберется отсюда? Форган впереди и сзади, но не по бокам. Возможно, всё получится, если удачно выбрать момент? Так ведь? Выбрать момент. Правильный момент. Но даже если у Харухиро получится, и если он как-то ухитрится найти Мэри, что насчёт остальных? Как быть с остальными тремя товарищами? Не лучше ли отступиться, и, не рискуя ради Мэри, спастись хотя бы вчетвером? Но тогда зачем мы вообще пришли сюда? Как бы то ни было, разве Харухиро не должен выбрать лучший путь, лучший способ выйти из этой ситуации? Он ведь предводитель команды, в конце концов. Как всё вообще дошло до такого? А какая разница? Просто так сложились обстоятельства. Можно сколько угодно пытаться избегать неприятностей, но опасность всегда найдёт тебя сама. Такое случается постоянно. Бесполезно жаловаться на судьбу. Нужно искать выход из того положения, в котором мы все оказались. Или попытаться изменить его, попытаться хоть чуть-чуть, но изменить ход событий в лучшую сторону. А для этого нужно думать и действовать. – Зачем? – спросил невысокий орк на чистом человеческом языке. Это оказалось для Харухиро неожиданностью. Тот орк – Джамбо. Так вот он какой, главарь Форган. – Женщина из деревни, – сказал Джамбо, – Зачем ты хочешь сразиться с моим другом Арнольдом? – Был один мужчина, – ответила Арара, – Я любила его, а он меня. Но мы не могли быть вместе. Все в деревне презирали его. Он надеялся, что если совершит воинский подвиг, то его заслуги признают и позволят жениться на мне. – И правда, как-то ночью пришёл человек и вызвал Арнольда на поединок, – сказал Джамбо. – О-о... Тацуру-сама... – Всё закончилось, не успев начаться, – Такасаги хмыкнул, – Одним ударом. Сам я этого не видел, только слышал рассказ. Говорили, что убить его для Арнольда оказалось даже проще, чем прихлопнуть комара. – Он так и не вернулся... – прошептала Арара. – Ну конечно, – фыркнул Такасаги, – Будь он хоть сколько-нибудь силён, кто-то из нашей нежити мог бы захотеть себе его руку или ногу. Но тело слабака никому не нужно. – Ты смеешь издеваться над ним?! – Просто говорю правду. Так что? Значит, из-за своей ни на чём не основанной ненависти к Арнольду ты устроила весь этот переполох, ради всего лишь дуэли с ним? – Моя ненависть не безосновательна! Арнольд первым совершил возмутительный акт жестокости! Именно поэтому Тацуру-сама решил сразить его, злейшего врага нашей деревни! – А, ну да, было дело, – протянул Такасаги, – Что ж, иногда на Арнольда находит жажда крови, и он немного шалит. Это как приступ. Когда это случается, даже мы не можем его остановить. Но он старается изо всех сил не навредить хотя бы никому из наших. Нам приходится предоставлять его самому себе. Он ничего плохого не хотел, так что простите его. – Т-ты считаешь, что такое можно простить?! – Хм, резонно. Этот Такасаги... Сложно понять, издевается он или говорит всерьёз. Как бы то ни было, Арара разъярена и вот-вот взорвётся, а это делает её игрушкой в его руках. Он не просто управляет ею – он забавляется ею. Самое пренебрежительное обращение из возможных. – Хватит, Арара, – тихо сказал Рок. И от единственной его фразы воздух словно разом потяжелел. Рок стоял к Харухиро спиной, так что его лица не было видно, но, скорее всего, он не улыбался. Ни капли. У Харухиро и так уже покалывало под кожей, а теперь его волосы, казалось, встали дыбом. – Кто в целом свете... – Рок шагнул вперёд. По спине Харухиро пробежали мурашки, – Будь он человек, или орк, или кто угодно. Кто, в целом свете... – Рок разозлился, – Она рисковала жизнью ради честного поединка, и так ты с ней говоришь? Каждый раз, когда Рок делал шаг вперёд, Харухиро казалось, что его желудок съёживается ещё на пять миллиметров. – Форган. Вы – ничтожества. Я слышал, среди вас есть орки, гоблины и даже люди, и вы показались мне интересной бандой. Но я ошибался. Вы лишь кучка отбросов. Большинство Форган скорее всего не понимают языка людей. Но, похоже, они как-то поняли, что их оскорбили? Все они внезапно злобно зашумели и закричали. – Молчать! – рявкнул Рок. Форган затихли. Рок пошёл к холму. Никто не останавливал его. Ни Арара, ни кто бы то ни было ещё. Геццу поднялся на задние лапы, провожая Рока взглядом. Стоявшие перед холмом Форган замерли, словно парализованные. – Давайте, – в нескольких метрах от холма Рок остановился и поманил рукой, – Нападайте, вы все. Я без проблем раскидаю вас всех разом. Поняли? Я зол. Теперь не надейтесь, что легко отделаетесь. Знаете, я вообще-то не злой человек, но уж если меня вывести из себя, не отступлюсь. Теперь есть два пути – я либо умру, либо перебью вас до последнего. Мне не очень-то по нутру убийства, но уж с вами моя рука не дрогнет. Покажите, на что способны. Я ведь за этим сюда пришёл. Я не планировал вернуться живым – зачем вообще жить, если боишься умереть. Те, кто вечно боятся, не могут наслаждаться жизнью. Я покажу вам. Покажу вам, насколько ярок пылающий во мне огонь жизни. И вы покажите тоже. Живите, сражайтесь и умрите здесь. Развлеките меня. И скучной дракой вы не обойдётесь. Убейте меня – если сможете. Потому что я намерен убить вас всех. Сражаться, сражаться, и сражаться ещё, пока последний не упадёт мёртвым. Ну, начнём? Готовы? Кто хочет первым? Кто развлечёт меня? Я согласен на любого. Люблю тех, кто меня веселит. Друзья? Враги? Неважно. Ну? Что вы ждёте? Только не говорите, что испугались. Вы настолько жалки? Ну же, где ваш дух? Покажите, как Форган живут и умирают! – Айвон... дюэй… ю... Это... Голос? Арнольд прыгнул вниз с вершины холма одним плавным движением, лёгким, почти невесомым. Словно ангел смерти слетел с небес. Рок не дрогнул. Арнольд шёл на него. Между ними осталось меньше метра. Приблизившись на пятьдесят – нет, даже скорее на тридцать сантиметров Арнольд наконец остановился. – Это будет второй раз, – в тоне Рока наконец послышались весёлые нотки, – Начнём, Арнольд. Я уже не тот, что раньше, так что берегись. Я на пике физической и моральной формы. – Айуи… ки… ю... – Конечно. Попробуй. Опять. Они говорят на разных языках, как им удаётся понимать друг друга? – Ты серьёзно хочешь это сделать? – Такасаги хлопнул себя по лбу и вздохнул. – Эм... – протянутая рука Арары повисла в воздухе, – А как же... Как же я? – Скажу откровенно, Арара, – сказал Рок, не отводя взгляда от Арнольда, – Это слишком сильный враг. У тебя одной не будет и шанса. Может ты и смирилась с тем, что потерпишь поражение и умрёшь, но я – нет. Я отомщу за Тацуру ради тебя. Предоставь это мне. Арара повесила голову, не пытаясь больше спорить. Харухиро мог лишь предполагать, но, возможно, она и сама с самого начала отлично понимала, насколько широка та пропасть, что разделяет способности её и Арнольда. Но, не имея и тени шанса на победу, собиралась сделать всё, что в её силах, и последовать за Тацуру. Если всё было так, то её план, фактически, представлял из себя самоубийство. Но, возможно, с тех пор чувства Арары переменились, и её решимость отомстить или погибнуть, пытаясь отомстить, пошатнулась. Если она больше не хочет умирать, то сражаться с Арнольдом ей больше нельзя. Даже для Харухиро было очевидно, насколько это страшный противник. Чёрный орёл снялся с плеча Джамбо. Похоже, они вот-вот приступят. Схватка может начаться в любой момент. Но постойте, это же... Разве это не тот шанс, которого ждал Харухиро? Как только начнётся поединок Рока с Арнольдом, все присутствующие, и друзья и враги, сосредоточатся на схватке. А Харухиро тем временем сможет незаметно прокрасться в сторону. Вполне может получиться. Нет, получится. Харухиро сможет. Осталось лишь выбрать момент. Когда начинать? Стоит ли посоветоваться с остальными? Пойти ли всем вместе? Или уйти самому, не сказав ни слова? Джамбо уселся, поджав под себя одну ногу. Огромный чёрный орёл взлетал всё выше и наконец растворился в тумане. Все затаили дыхание. Кто начнёт первым? И кстати, не слишком ли они близко друг к другу? Харухиро не мог решить, что делать. Уже можно? Или слишком рано? Он посмотрел на Ранту. Тот по-прежнему был в шлеме, но поднял забрало. И, вроде бы, смотрел на Рока с Арнольдом. Если Ранта полностью предал их, то, возможно, прямо сейчас незаметно следит за Харухиро. И сообщит Джамбо или кому-то ещё, если что-то заметит. Плохо. И... Они начали. Начал Арнольд. Двойнорукий, отпрянув, выхватил две катаны, одну справа и одну слева. Рок не сдвинулся с места. Раздался звон – он отразил обе катаны своим мечом. И ринулся вперёд. Арнольд выхватил две другие катаны и замер. Четыре катаны и меч с лязгом встретились. И Рок, и Арнольд словно вросли в землю. Их ноги не двигались, они лишь обменивались ударами. Что? Как они это делают? Особенно Рок. У его врага четыре меча, как он ухитряется защищаться одним? Как быстро. Четыре катаны и меч мелькали в воздухе всё быстрее и быстрее. Жуть. Рано или поздно кто-то из них обязан сломаться. Если любой из них пусть на долю секунды промедлит, опоздает даже на мгновение, то неизбежно будет выбит из ритма. И этим опоздавшим наверняка будет Рок. Рассуждая здраво, он никак не сможет бесконечно отражать непрерывные атаки с четырёх разных направлений. Но нет. Здравые рассуждения оказались совершенно неверными. Одна из катан Арнольда переломилась. Оставшись с тремя, двойнорукий плавно двинулся влево. Рок вложил меч в ножны и вытащил другой. Он снова двинулся к противнику. Арнольд отбивал удары Рока своими тремя катанами. Защищаясь, он переступал дальше и дальше влево, словно пытаясь заставить человека по инерции проскочить мимо. Рок внезапно выпрямился и снова поменял мечи. – Похоже, я сегодня ловок и быстр как никогда. А ты, Арнольд? Давай же, не ленись. Харухиро резко вернулся к действительности. Не отдавая себе отчёта, он всё это время пристально следил за боем. Такого он никак не ожидал. До чего же Рок силён? Харухиро, честно говоря, ожидал, что бой будет, в лучшем случае, равным, а скорее, что преимущество окажется на стороне Арнольда. Рок сказал, что сейчас он в своей наилучшей форме, так что, наверное, дело в этом. Сможет ли он победить? Рок победит? Может, его победа окажется неожиданно быстрой и лёгкой? Если да... то что? Если сказать – так, наш боец победил, а теперь отдайте нам Мэри, вашу пленницу – Форган согласятся? Нет, вряд ли. Это было бы слишком просто. Возможно, если кто-то ещё поступит как Рок – вызовет на дуэль одного из Форган, поставив условием освобождение Мэри в случае победы – тогда, пожалуй, с учётом обстоятельств Форган могут и согласиться. Но кто будет сражаться? Харухиро? С кем? Ранта говорил «женщина моя». Значит, с Рантой? – KYYYYYYYYYYYYYYYYYYY! – завопил Арнольд. Мысли Харухиро оборвались. Этот жуткий звук. Арнольд раскинул руки в стороны и откинулся назад. Сейчас, сейчас, он же сейчас!.. Арнольд прыгнул вперёд. Он словно превратился в смерч. Видимо, вот так он «не ленится». Невозможно. От такого не защититься. Року нужно бежать, иначе ему конец. Но, конечно, Рок не отступил. Более того – шагнул вперёд. Раздалась оглушительная какофония металлических звуков, и Арнольда отбросило назад. Рок принял на себя его атаку-смерч? Он отразил её? Харухиро не рассмотрел как следует, так что не знал, что произошло. И всё же это было поразительно. И сюрпризы не закончились. Арнольд, даже отброшенный назад, продолжал вращаться. И снова двинулся на Рока. – Ха-ха-ха! Раскололась. Одна из катан раскололась. Рок снова оттолкнул Арнольда и, сверх того, ударил по ещё одной катане. – Я иду! Рок снова сменил мечи, наступая на Арнольда. До сих пор он держал меч одной правой рукой, но теперь перешёл на двуручный хват. – О-ора, о-ора, о-ора, о-ора, о-ора, о-ора! Комбинация ударов, такая быстрая, что взгляд попросту не успевал проследить за мечом. А в каждый взмах вложена просто невероятная сила. Арнольд был вынужден отступать. Возможно, правильнее даже сказать – удары сковывали его. Да, точно. Катаны. Рок наносил удары, метя в катаны. Как только Арнольд замахивался, Рок наносил удар по катане мечом. Арнольд не мог нанести свой крутящий удар. Ему было не до этого. У Рока два меча, но в каждый отдельный момент он использовал лишь один. Но его мечи совершенно разные, они отличаются и длиной и шириной. Он постоянно меняет оружие, выбирая наиболее подходящее для ситуации, и его противнику приходится заново приспосабливаться. Несколько нетипичная тактика, но в остальном то, что он делает, это простая лобовая атака. Приёмы Рока нельзя назвать утончёнными. Он просто атакует и просто защищается. Тогда что же делает его таким опасным? Он невысок, но физически очень силён. Пожалуй, дело в его глазах. У Рока острый взгляд и отличное динамическое зрение. Он не просто на пике формы. Рок уже сражался с Арнольдом. И видел его движения. Рок разгадал его. Видимо, поэтому он сейчас сражается так успешно. Рок был уверен, что победит, если сможет навязать Арнольду поединок во второй раз. Более того, возможно, в первый раз он намеренно сражался с Арнольдом не в полную силу, чтобы обеспечить себе победу при второй встрече. Сломалась третья катана. Осталась одна. На мгновение Арнольд замер. Это шок от внезапного осознания неизбежного поражения? Или ловушка? Как бы то ни было, Рок не спешил, не бросился вперёд, чтобы добить врага. Он занёс меч над головой и замер, расслабившись. Способность вот так, посреди жаркой схватки сбросить всё напряжение, свидетельствует о невероятном контроле над собственным телом и разумом. Арнольд замахнулся. Рок нанёс ответный удар. Харухиро не поверил своим глазам. Арнольд держал катану одной из своих правых рук, а на Рока замахнулся двумя левыми. Значит... Разумеется, случилось неизбежное. Рок рубанул мечом по левым рукам Арнольда. Отсечь их оказалось не так и сложно. Точнее, одну. Меч Рока отрубил одну из рук, и завяз во второй. Отсечь вторую не удалось. Возможно, Арнольд намеренно пожертвовал рукой в попытке обезоружить Рока. Собственно, его пустая рука дёрнулась в сторону Рока, но тот, не дожидаясь, пока у него вырвут меч, отпустил его сам и выхватил второй. – Можешь взять, если хочешь. Удар меча отбросил последнюю катану Арнольда далеко в сторону и разрезал тому плечо. Одна из правых рук получила серьёзную рану. Арнольд отшатнулся. Рок не отпускал его. – Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а, Зо-о-а! – орал он. Бой фактически прекратился. Арнольд бежал в отчаянной попытке спастись. Он не поворачивался к Року спиной, но не по собственной воле – Рок не отпускал его. – Эй, – прошептал кто-то на ухо Харухиро. У того едва сердце не выпрыгнуло из груди. Ему захотелось поздравить себя с тем, что он не завопил и не подскочил. Хотя, пожалуй, поздравлять тут не с чем. Кто-то стоял у него за спиной. Не прикасаясь к нему, но настолько близко, насколько только возможно. Но как этому кому-то удалось подойти вплотную незамеченным? Харухиро просто слишком увлёкся поединком. А ведь у него есть более важные дела. Что за идиот. Во всяком случае, по голосу он, пожалуй, мог предположить кто это. – Саканами-сан?.. – произнёс Харухиро, по-прежнему глядя перед собой. – Я тебя заменю. Да не затянут тучи солнце юности, ибо проклятие сие беспросветно. Да не запятнает его кровь. Если можешь позволить себе раскаяние, откройся мечте. Твоё сердце всё равно разобьётся. – Вы говорите какую-то бессмыслицу... Но Харухиро понял, что ему пытаются сказать. Саканами советует ему отправиться искать Мэри, пока он сам выступит его заменой. Моей заменой? – Нет... – прошептал Харухиро, – Мы же совсем непохожи, Саканами-сан. Если мы поменяемся, любой сразу поймёт, что я ушёл. – Мы с тобой одной крови. – Вовсе нет. Мы никак не можем быть родственниками. – Твой учитель – Барбара? Та, которая связывает тебя и держит, пока не теряешь сознание? – А, потому что мы оба Воры? Довольно примитивно, вам не кажется? – Ты можешь отличить друг от друга орков или нежить? – Ну, не очень хорошо, – признался Харухиро. Он понял. Ему нужно сделать это. Рок всё преследовал Арнольда. Харухиро не был уверен в успехе, не мог предположить, как будут развиваться события. И всё же – сейчас или никогда. Чем занят Ранта? Смотрит в сторону. Кажется, следит за Роком и Арнольдом. Кузак, Юме и Шихору заняты тем же. Огромного чёрного орла не видно. Возможно, предположение о том, что птица следит за Харухиро и остальными сверху, будет излишне параноидальным. – Я пойду, – кивнул Харухиро. – Меняемся на счёт пять, восемь. – Почему не раз, два?.. – Пять, восемь. Харухиро, сдерживая порыв воскликнуть «слушайте что вам говорят», развернулся и поменялся местами с Саканами. Уходя, он оглянулся. Зрелище спины Саканами поразило его. Поза, осанка, положение центра тяжести... всё как у Харухиро. Саканами имитирует его? Что это за приём такой? Неуютно смотрится. Шихору завела правую руку за спину и сжала кулак. Ай да Шихору. Она одна заметила происходящее. И теперь молчаливо провожает Харухиро и подбадривает его. Харухиро кивнул. Скрытность. Туман. Туман, висящий над Тысячей Лощин. Слиться с туманом. Первым делом он направился на юг. Там никого не было. Харухиро старался обращать как можно меньше внимания на Рока с Арнольдом. Зрелище отвлечёт его, как бы он не пытался вернуть себя к действительности. Не спешить. Скользить в сторону. Не торопиться. Ни в коем случае не сбиться с дыхания. Сердце бьётся всё так же спокойно. Я справлюсь. Это было последней мыслью, которую он подумал, прежде чем удариться в панику. – AAAAAAAAAAAHHHH! – Арнольд снова превратился в вихрь. На этот раз низкий. Он согнулся в три погибели, насколько мог, и закрутился словно юла. – О?! – Рок опрокинулся. Арнольд ударил его по ногам? Это ведь плохо, а? Двойнорукий подхватил с земли катану и бросился на Рока. Тот вскочил и ринулся ему навстречу. Катана и меч сломались друг о друга. Поединок превратился в рукопашную. На чьей стороне окажется преимущество в борьбе? Харухиро не знал. Впрочем, очевидно одно – теперь, без оружия, способного быстро нанести смертельный удар, бой станет сложнее. Настоящий хаос. Не отвлекайся, – одёрнул себя Харухиро. Иди. Вперёд. Обрати своё сердце в лёд. Забудь обо всём. Избегать всего похожего на врага. Незаметно пробраться на юг, а после – на запад. Он никогда не найдёт Мэри, если будет искать наобум. По запечатлённой в памяти примерной карте Харухиро, в основном, представлял себе расположение лагеря Форган. Первым делом нужно искать в центре. Это всё равно, что ловить облако. Он, возможно, совершает нечто безрассудное. Возможно, нечто глупое. Правильно ли он поступил? Не совершил ли ошибку? Харухиро подавил сомнения. Если удача отвернётся от него, всё будет напрасно. Мэри. Мэри. Хочу увидеть тебя. Услышать твой голос. Увидеть твоё лицо. Хочу, чтобы ты назвала меня «Хару». Хочу как можно скорее узнать, что ты жива и здорова. Я позволяю своим чувствам взять верх над собой? Да, позволяю. Таковы мои чувства. Я не могу от них избавиться. Плохо. В груди так жарко, что, кажется, кровь вот-вот вскипит. Успокойся. Даже если отставить чувства в сторону, я не могу бросить товарища. Мэри, в первую очередь, наш Жрец, центр нашей команды. Насколько сильно нас ограничивает отсутствие Жреца? Мы на своей шкуре испытали это в том мире, где не действует магия света. А теперь, когда мы наконец вернулись в Гримгар, происходит это. Отсутствие Мэри – больше, чем неудобство. Я иду. В центр лагеря Форган. – Ня-а. Харухиро резко втянул воздух и непроизвольно схватился за оружие. Откуда-то донеслось мяуканье няа. Откуда именно? Где-то совсем рядом. Вон там. Впереди справа. Из кустов высунул голову серый няа. Няа продемонстрировал Харухиро безмолвное мяуканье. «Я свой». Можно ли ему доверять? Сложное решение. Няа выбрался из кустов и опустился на четвереньки. Отошёл немного в сторону, обернулся и снова изобразил безмолвное мяуканье. Харухиро прикусил губу. – Мне идти за тобой?.. Няа отвернулся и потрусил прочь. Придётся идти, – решил Харухиро. Это, конечно, не более чем интуиция. Но есть и рассуждения, говорящие в пользу такого решения. Няа Сеторы должны были нейтрализовать няа Форган. Значит, этот скорее всего принадлежит Сеторе. А ей известна цель Харухиро. Должно быть, этот няа нашёл Мэри и ведёт Харухиро к ней. Впрочем, всё это он сложил в голове уже когда шёл за серым няа. Да, звучит логично, но логическое построение он сделал уже после того, как принял решение. Определяющей всё же была интуиция. В итоге, решение довериться чутью оказалось правильным. Няа вёл, так что от Харухиро требовалось лишь соблюдать минимальную осторожность, продвигаясь вперёд. Они пересекли два оврага и вышли к узкой, но глубокой и довольно широкой впадине. А в углу была она. Мэри. Она сидела на земле, опустив голову. Скована цепями или как-то связана? А вон там, рядом с ней, это человек? Или ребёнок какой-то человекоподобной расы?.. Небольшое существо лежало на земле, подперев голову локтем. Сторожит Мэри? Но тогда он бы не лежал. Может, просто бездельничает? Харухиро и серый няа наблюдали с расстояния, высунув головы из-за кочки. Мэри и её страж до сих пор их не замечали. Похоже, больше никакого движения рядом нет. Серый няа посмотрел на Харухиро. Тот кивнул, и няа, снова безмолвно мяукнув, побежал прочь. Казалось, ноги существа даже не касаются земли. Зрелище казалось нереальным. Мэри здесь. Она жива. Наверное, можно обрадоваться, но Харухиро ничего не чувствовал. Странно. Это спокойствие? Так? Нужно помочь ей. Верно. Остальное сейчас не важно. Нужно спасти Мэри как можно скорее. Она сидит головой на север. А то невысокое существо расположилось к юго-востоку от неё, в паре метров, и смотрит на северо-запад. Сзади. Подобраться к стражу сзади. Нельзя отпускать его и нельзя позволить поднять шум. Вырубить? Нет, нельзя. Хватит той ошибки в Валуандине. Стражу придётся умереть. Сделаю это быстро. Это же... это же не ребёнок? Ну конечно нет, его же поставили сторожить. Наверное, в его расе все такие. В любом случае, пусть даже он – человеческий ребёнок, дела это не меняет. Я убью его. Я смогу. Харухиро осторожно подкрался к стражу. Мысль о том, как бы не нашуметь, даже не приходила ему в голову. Его тревожило, что делать, если страж обернётся. Или если Мэри заметит его, и это выдаст стражнику, что тут кто-то есть. Впрочем, полностью исключить возможность чего-то подобного нельзя. Если это случится, нужно просто быстро разделаться с охранником. Но лучше бы до такого не доводить. Харухиро уже почти подобрался к стражнику. Тот был невысокий и толстый, с заострёнными ушами, и что-то весело мурлыкал себе под нос. Харухиро не нужно было даже командовать себе «раз, два, пошёл!» Он навалился на стража, используя приём Паук. Заткнул ему рот рукой, перекатил на спину, навалился, вонзил нож в горло и рванул. Страж забился, но было уже слишком поздно. Пока Харухиро, напрягая все силы, удерживал противника, Мэри подняла голову. Посмотрела в его сторону, и её глаза расширились. – Хару... – прошептала она. Харухиро не знал, что отвечать. Он решил для начала улыбнуться. Наверное, получилось довольно глупо. Стражник ведь ещё жив, отчаянно пытается вырваться. Но, разумеется, всё бесполезно. Наконец он затих. Харухиро собрался отойти от трупа, но передумал. На Мэри кандалы. Ключ. У стражника может быть ключ. Он торопливо зашарил по телу стража. Это и правда не ребёнок. Переносица толстая, но очень низкая, и странная форма черепа – с широким, выдающимся лбом. Тело покрыто грубой щетиной, как у животного. На шее – шнурок. Вот он, ключ. На шнурке. Харухиро подбежал к Мэри и отомкнул её кандалы. Оба не проронили ни слова. Не время любезничать. Харухиро протянул Мэри руку и помог ей встать. В деревню, разумеется, возвращаться нельзя. Они заранее договорились о месте встречи. Выход. К северо-востоку отсюда. Примерно восемь километров. Харухиро хотелось побежать, но Мэри слаба. Лучше не изнурять себя. Они, не мешкая, зашагали. – Тут было не слишком комфортно, – со смешком прошептала Мэри. Возможно, пытается ободрить Харухиро, показать, что может смеяться. Но Харухиро самому хотелось подбодрить её. Не слишком комфортно. Насколько именно? Что они сделали с ней? Харухиро это тревожило. Но с чего он станет расспрашивать? И получится ли из этого хоть что-то хорошее? Во всяком случае, сейчас не время. – Теперь всё хорошо, – сказал он.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Точно. – Хотел бы я прийти пораньше. – Ты и так пришёл быстро. Остальные в порядке? – Ага... Честно говоря, он не смог бы сказать, что всё в порядке и беспокоиться нет причин. Это может и не быть правдой. Чем закончился поединок Рока и Арнольда? Что сейчас с Шихору, Юме и Кузаком? Слишком много неизвестных, точнее, одни неизвестные. Но и что с того? С Мэри всё хорошо. Остальное как-нибудь образуется. Они обязательно справятся. Справятся. А для этого нужно и дальше работать головой. Не расслабляться, чтобы не проглядеть возможную опасность. Харухиро остановился и поднял руку. Мэри сразу же замерла. Рядом была небольшая яма, возможно, даже не метр в глубину. Они присели в ней. Харухиро расслышал. Едва слышное мяуканье. Кто-то из няа Форган уцелел? Нет, вряд ли. Должно быть это няа Сеторы. Сигнал? Он пытается что-то сказать Харухиро? Что? – Эй! – раздался крик. А, вот это. Видимо, няа пытался предупредить о приближении хозяина этого голоса. – Я знаю, что ты здесь, Харухиро! Выходи, кусок дерьма! Мэрри прижалась к нему. Она дрожала. Харухиро внезапно стало труднее дышать. Он высунул голову из ямы. Что происходит? Голос приближается с востока. Уже видно силуэты. Туман размывает их, мешает оценить расстояние, но, наверное, до них не больше полусотни метров. У нас компания. Четверо... Нет, пятеро. Плохо. Нужно было решаться быстрее. Чужаки всё ближе и ближе. И с каждым их шагом шансы на побег убывают. Ошибка. Какой был смысл прятаться? Нужно было сразу убегать. Ошибка. Попытаться отвлечь их, чтобы Мэри могла спастись сама? Она не знает местность и, скорее всего, просто заблудится. А потом её рано или поздно поймают. Нужно было убегать вместе. Почему Харухиро вообще колебался? Он осознавал, почему. Потому что им, скорее всего, не дали бы сбежать. Во всяком случае, у него было предчувствие, что решения в лоб тут не сработают. Пока что-нибудь не случится, или пока он сам не совершит что-нибудь, им не уйти. Для Харухиро это означает, что он должен что-то сделать. Непонятно, что именно, но должен. – Мэри, когда я дам сигнал, беги, – торопливо сказал он, – Со мной. Мэри коротко вдохнула. – Хорошо... Она ни за что не согласится сбежать одна, даже если Харухиро прикажет. И в любом случае, теперь они вместе. Харухиро не намерен больше оставлять её одну. Никогда. – Харухиро! Выходи, сейчас же! – Хватит орать, – Харухиро не просто высунулся наружу – он выбрался из ямы совсем. О нет, – подумал он. Его сердце упало. Вместе с Рантой оказался тот однорукий и одноглазый человек, Такасаги. Их сопровождали два орка и один худой, хрупкий мужчина с длинными ушами – наверное, эльф. Ранта, – подумал Харухиро. Будь ты проклят. Орки и эльф ладно, но почему из всех своих возможных новых друзей ты привёл Такасаги? Этот старик опасен. Такасаги, не выпуская трубку изо рта, почесал в затылке. У кого, интересно, более сонные глаза – у него или у Харухиро? Когда Такасаги остановился и мотнул подбородком в стороны, двое орков двинулись направо, а эльф – налево. – Слышь, Парупирорин, – Ранта зашагал прямо на Харухиро, – Где Мэри? – Не знаю. – Поди, где-то рядом. Прячется. Харухиро, не отвечая, сжал рукоять стилета. Сделать это? Смогу ли я сражаться с ним? – Я тебя насквозь вижу, – Ранта опустил забрало и вытащил из ножен Упокойник, – Каждую твою мыслишку. – Например?.. – Ты с самого начала собирался прокрасться сюда и спасти Мэри, так? Я всё ждал и ждал, а ты всё тянул, я уж подумал, ты струсил. – Как будто я... Проклятье. Руки неожиданно ослабли. И не только руки. Всё тело. Ты готов так поступить? Ранта. Ты правда готов?.. – Такасаги, – Ранта наклонился чуть вперёд, встал в стойку, – Позволь я им займусь. Я ведь должен доказать свою верность. Ты же не против? – Как хочешь, – Такасаги пожал плечами, – Впрочем, я не особо в тебе сомневаюсь. – Лжец. Ну, неважно. Скоро ты в меня поверишь. О-о, – подумал Харухиро. Понятно. Вот оно что. Он взял наизготовку стилет и нож. Ранта уже летит на меня. Выброс. А теперь, за пределами досягаемости...

В версии с изображениями тут находится картинка.

– Разрез Злобы! Харухиро шагнул вперёд и наискось вправо, в последний момент избежав удара. Увернуться, отскочив подальше в сторону, он бы не смог. Атака была невероятно резкой и мощной. Ранта вполне мог бы достать его, если бы Харухиро не видел этот удар раньше. Но Харухиро видел. Более того, он видел как Ранта наносит Разрез Злобы собственными глазами сотни раз. Может, уже даже больше тысячи. Всё это время Харухиро смотрел на него. Но теперь, когда Ранта обратил его против меня, это же плохо? Это ранило. Словно разом обнажились все нервы в его теле. Ранта снова прыгнул Выбросом, пытаясь зайти сбоку. Обычно следом за этим следует Рассечение. Не позволю. Тебе не одолеть меня. Харухиро перемещался так, чтобы Ранта постоянно оставался перед ним. Ранта, не переставая, двигался, прыгая в стороны Выбросом, размахивая мечом, пытаясь нанести укол. У Харухиро не было ни секунды на передышку. Быстрый. Или, скорее, ослепительный. Тяжело. Харухиро известны все карты на руках у Ранты, только это и позволяет ему до сих пор держаться. Если бы он встретил Ранту в первый раз, то, наверное, уже получил бы один или два удара. Ему приходилось бы туго, пока он не сумел бы наконец разгадать приёмы противника. И, вероятно, он проиграл бы, не сумев продержаться достаточно долго. Нужно сражаться всерьёз, или всё закончится плохо. Нет, я уже сражаюсь всерьёз, но все мои силы уходят лишь на то, чтобы уворачиваться. Дело не в этом. Я могу погибнуть, если не обрету твёрдой решимости одолеть Ранту. Я должен смотреть на это, как на ситуацию «убей или быть убитым». Нельзя постоянно защищаться. Чем раньше перейду в нападение, тем лучше. Пока я ещё не ранен. – Нуа! – Ранта попытался очередным Выбросом обойти Харухиро слева. Харухиро шагнул наискось вперёд и влево. Миновал Ранту и развернулся. Я здесь. У него за спиной. Теперь быстро достать Ударом в Спину или Пауком, и... – Исчезновение! – силуэт Ранты замерцал и расплылся в воздухе. Нет, это особый способ перемещения, наводящий морок на врага – то есть, на Харухиро. Лево. Он слева. Нападает. Харухиро мгновенно захватил Упокойник стилетом. Уверенный, что сейчас последует Отторжение, отпрыгнул назад. Ранта, не медля ни мгновения, бросился вперёд. Ожидаемо. Харухиро выдохнется первым, если и дальше будет уворачиваться. Он защитился Отбивом. Отбив. Отбив. Отбив. Отбив. Отбив. Отбив. Будь ты проклят! Ранта. Каждый его удар сильнее, чем я думал. – Слабак! Слабак! Слабак! Слабак, слабак! Ну, что ты? Что какой хилый, а?! Угх. Заткнись. Достал. Ты просто Ранта. Заткнись, тупой Ранта. Дело в совместимости. Их с Рантой характеры несовместимы, но и как противник Ранта сложен. Он сражается, полагаясь на гибкость и комбинации из широкого выбора доступных ему приёмов. А ещё он знает Харухиро так же хорошо, как сам Харухиро знает Ранту, так что зайти ему за спину в бою один на один почти невозможно. Если не застать его врасплох, не выкинуть нечто неожиданное, не опередить, то как вообще одержать над ним верх? А может, я не смогу победить?.. Проиграть Ранте? Харухиро – Вор. Воры, в отличие от Рыцарей Ужаса, не специализируются на ближнем бое. Они вообще мало предназначены для открытых схваток. Даже их снаряжение – лёгкое и непрочное. Вот почему бой проходит именно так. Сам Харухиро ничем не хуже Ранты. Нет, это даже неважно – кто тут лучше или хуже. Но прежде чем думать о том, как неприятно было бы проиграть Ранте, или о том, как было бы вообще неприятно проиграть, лучше озаботиться более практичным вопросом. Проигрыш сейчас означает смерть. Нужно победить. Поставить на победу всё. Как тогда, когда я одолел орка на Драконьей Горе. Нужно смириться с этим. Если силу Ранты принять за десять, то моя сила, пожалуй семь, максимум восемь. Не так мало, как по сравнению с орком Драконьей Горы, но Ранта всё же сильнее. Однако выход есть. Да, конечно, я могу ошибиться и потерпеть поражение, но... Ты ведь хочешь этого, да? Ранта, ты готов к этому? Ты же понимаешь, да? Я могу не сдерживаться, верно? Ранты не было рядом тогда, во время той схватки с орком. А значит, он никогда не видел Харухиро напрягающим все свои силы без остатка. Он будет не готов. Отбив. Отбив. Отбив. Отбив. С каждым взмахом кинжала чувства Харухиро обострялись. Ранта сделал широкий замах Упокойником. Умышленно медленный. Харухиро не поддался на эту провокацию. Не сейчас. Рано. Просто отбить. – Хе! – Ранта отскочил Пустотой, увеличивая дистанцию между ними, – Эй, ты что задумал? Ну ладно, давай, покажи. Но на мне это не сработает. Я докажу здесь и сейчас, что тебе со мной не справиться! – Конечно. Просто нападай, Ранта. – Без тебя разберусь! Ранта бросился вперёд Выбросом, одновременно делая выпад. Стойка для Гнева. Этот выпад перейдёт в комбинацию. Не позволю. Штурм. Харухиро ринулся к Ранте на невероятной, неожиданной для того скорости. Остриё Упокойника процарапало ему щёку. Харухиро ударил ножом по левой руке Ранты. Вбил рукоять стилета в закрытый шлемом лоб, и подсёк правую ногу. Ранта рухнул на бок. К этому моменту Харухиро уже был у него за спиной. Он не думал головой, тело двигалось само по себе. Харухиро вонзил стилет в правое плечо Ранты. – А-а! – тот вскрикнул и выронил меч. Харухиро вырвал стилет и обхватил Ранту за шею левой рукой. Даже с опущенным забралом остаются прорези для глаз. Если вонзить стилет туда... Если вонзить стилет туда... Если сделать это... – Хару! Харухиро занёс оружие. – Нет!.. Мэри. Она стояла во весь рост и кричала. – Харухиро! – Ранта вырвался из захвата, – Ты... – Ур... – один из орков схватился за лицо и упал. Стрела. В лицо орка вонзилась стрела – наверное, в глаз. – А?! – Такасаги выхватил катану и сбил что-то в полёте. Этим чем-то была вторая стрела. Кто-то стреляет из тумана. Харухио бросился прочь. Неважно, кто это, неважно, зачем он это делает. Просто что-то произошло. И, благодаря этому, теперь им выпал единственный на тысячу шанс. Мэри, не дожидаясь знака, тоже бежала. Харухиро вскоре нагнал её. – Деееерьмоооо! Харухирооооо! Мэрииии! – вопли Ранты с каждой секундой удалялись. А что остальные? Погонятся? Неважно, мы сбежим от них. Харухиро нёсся вперёд, ощущая лишь присутствие Мэри рядом с собой. Тело отяжелело – остаточный эффект Штурма. Но это пустяк. Это не убьёт. Он вдруг осознал, что туман стал гуще. Но Харухиро, несмотря на то, что не видел солнца и совершенно потерял направление, не останавливался. Север. Он понимал, что нужно идти примерно на север. Скорее всего, за ними не гонятся. Во всяком случае, рядом не чувствуется кого-то ещё. – Ты у меня в долгу, парень, – раздался внезапный голос. Чувства Харухиро никак не помогли обнаружить его хозяина. Хотя, конечно, отчасти дело в том, что ему попался сложный соперник. Харухиро остановился и огляделся. – Кроу-сан?.. Дерево слева от него дрогнуло, раздался шорох листьев. Харухиро поднял взгляд – на ветке сидел Кроу. – Моюги, видишь ли, поручил мне сделать это. Сказал, что тебе нужно помочь. Если хочешь поблагодарить, можно не стесняться. – Конечно, я благодарен вам, спасибо. Там, раньше, это ведь были вы, Кроу-сан? – Кто?.. – Мэри насторожилась, но её плечи поникали сильнее с каждым вздохом. – А-а... он из Воинов Рассвета... В общем, он вроде как наш союзник или товарищ. – Я тот, кто спас вам жизнь, если ты подбираешь простой ответ. – Да... точно, – вздохнул Харухиро и тряхнул головой. Плохо. Он ощущал, что уже готов расслабиться. Слишком рано сбрасывать напряжение. – Что с Роком и остальными?.. – Без понятия. Ну, уверен, с ними всё хорошо. Всё прошло по плану Моюги, как обычно, – Кроу взялся за ветку, повис на ней и, крякнув, спрыгнул вниз. Потом зевнул и потянулся, – Ну ладно. Увидимся, парень. – А?.. Вы куда? – Сегодня я слегка перетрудился. Пойду где-нибудь вздремну. Устал. А, точно. Вы собирались встретиться у той пещеры, да? – Кроу указал вперёд и направо. – Вам туда. Километров шесть, наверное. Ну, короче, пока. – Ладно... Кроу помахал и растворился в тумане. Возможно, ещё не поздно окликнуть его и попросить проводить до места, но Харухиро не хотелось. Собственно, ему уже ничего не хотелось. Руки затряслись. Ноги онемели. Что я тут стою, будто оцепенел? Ну, впрочем, я не оцепенел. Тогда что? – Хару, что с тобой? Он почувствовал, как Мэри положила руку ему на спину. Харухиро кивнул. На что-то большее он не был способен. Убил бы он Ранту, если бы Мэри не остановила его? Может, в конце концов, всё же не смог бы. А может, и смог бы. Собирался ли Ранта убить Харухиро? Он будто бы сражался в полную силу, но, возможно, в самом конце собирался его пощадить. Как бы то ни было, Харухиро ранил Ранту стилетом. Это не просто порез. Рана довольно глубокая. И без правильного лечения Ранте может стать совсем плохо. Рана серьёзна. Не из тех, которую можно нанести товарищу. Харухиро хотелось сесть, свернуться в клубок. Если он так поступит, Мэри обязательно попытается его подбодрить. Успокоить. Может, даже обнимет. Харухиро хотел этого. Мечтал об этом. Но он остался стоять. Он не станет пользоваться добротой Мэри. Ему не подобает так поступать. Он не имеет на это права. И, разумеется, Харухиро не может простить Ранту. Неважно, что с ним теперь будет, Ранта это заслужил. И всё же, по крайней мере здесь и сейчас, Харухиро не готов простить самому себе то, что сделал своими руками. И не хочет прощать. Он не хочет признавать это. То, что Ранта больше не их товарищ.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

Пожалуй, напишу немного об аниме. Мне хотелось где-нибудь об этом написать, так что напишу здесь. В качестве писателя я живу уже больше десяти лет, и, по моим прикидкам, выпустил в свет больше восьмидесяти томов, но «Гримгар из пепла и иллюзий» – первая из моих серий, получившая аниме-экранизацию. Возможно, первая и последняя. Честно говоря, я был наполовину убеждён, что мне вообще не суждено испытать это за всю мою жизнь. И полагал, что такой вопрос никогда не будет меня волновать. Впрочем, я пробовал представить, каково мне будет, и что я подумаю, если моя работа получит экранизацию. Наверняка буду счастлив, ну и вообще это, как говорят, лакомое предложение. Возможно, буду благодарен, что после скольки-то лет стараний мои заслуги наконец признали. Мой путь не был таким уж простым, и я полагал, что буду весьма тронут. Но, честно говоря, так же я был уверен, что испытаю противоречивые чувства. Новеллы, по крайней мере для меня, это нечто такое, что я создаю сам от начала и до конца. А теперь моё произведение покинет мои руки. В его создании примут участие другие люди. И у них будет их собственное истолкование, которое они захотят выразить своими средствами. Мне определённо будет непросто. Наверняка будут моменты когда я подумаю: «Эй, вы чем думали?» Или «Нет, нет, всё не так, а вот так». Или «Что? Да вы же ничего не поняли. А-а, я разозлился. Ну, что поделать. Я ведь взрослый человек. Пусть я пишу новеллы, но всё же остаюсь членом общества. Всё хорошо. Да, да. Я могу просто изобразить, что доволен. Ну, какая разница? Люди ведь стараются. У каждого своё мнение и всё такое. Я переварю это и смогу принять». Да, я не смог бы утверждать, что не наделён сильным самомнением – но оно, в той или иной степени, есть у всех. Я просто не выказываю его и поступаю разумно. Я ведь взрослый человек. Но когда началось создание аниме «Гримгар из пепла и иллюзий», я был удивлён. Никаких противоречивых чувств я не испытал. Фактически, чем больше я встречался с режиссёром Накамурой Рёска, дизайнером Хосой Миеко-сан, продюсерами и остальной командой, чем больше отрывков сценария, набросков и раскадровок мне показывали, тем явственнее я ощущал, что просто предвкушаю выход аниме. Мне с трудом удавалось сдерживать нетерпение. Я помню, как на первой встрече сказал, что они вольны менять что и как угодно, если это потребуется для адаптации. Для аниме важнее всего быть интересным как аниме, так что я хотел, чтобы команда без лишних сомнений сделала всё, что для этого нужно. Режиссёр Накамура тут же отверг это. Я помню, как он сказал, что собирается изобразить в аниме историю Харухиро и его друзей точно так же, как это сделано в новелле. Наверное, это немного грубо с моей стороны, но мне вдруг почудилось, что он читал мою новеллу. Структура, образы, детали... Я подумал, что могу полностью на него положиться, как бы нагло это не звучало. Но, как выяснилось, я недооценил не только его. На каждом новом этапе создания аниме я ловил себя на странном ощущении. Откуда все эти люди столько знают про Гримгар? Ну, это ведь я тут автор, так? И, разумеется, я понимаю свою новеллу полностью. Не говоря уже о тех или иных деталях, не попавших в произведение, так что фактически я знаю Гримгар на 120%. Что это? Эти люди понимают столько же, сколько и я? Как странно. Такое вообще возможно? Это чувство лишь обострилось, когда меня пригласили на первый сеанс озвучивания. Перед сейю персонажей встал режиссёр Накамура и изложил суть Гримгара в ясных и чётких словах так, как никогда бы не смог я сам. Мне тоже представилась возможность обратиться к ним, но я, несмотря на то, что являюсь взрослым членом общества, к своему стыду, смог лишь пролепетать какие-то глупости. А потом, наконец, сейю начали исполнять роли. Исполнять роли? Играть? Нет, нет, там был Харухиро. Харухиро был там собственной персоной. И Манато тоже. Юме, Шихору, Могзо, Бритни, Барбара-сэнсэй и Рэнджи, они стояли передо мной и разговаривали. И там были гоблины! Позже я слышал выступление на интернет-радио Шимазаки Нобунаги, игравшего Манато, Комацу Микако, игравшую Юме, Теруй Харуки, игравшей Шихору, и Анзай Чики, игравшей Мэри. И слушая, как они то с вдохновением, то с юмором, то со слезами рассказывают об аниме, я и сам то едва падал со стула от смеха, то едва не плакал. Особенно когда заходила речь о Манато. Учитывая, что он быстро выходит из истории, я, по своему незнанию, думал, что это будет очень тяжёлой ролью. Но Нобунага был настоящим Манато. Он даже немного похож на него. Я уже некоторое время пишу новеллы, но в тот раз впервые пожелал, чтобы Манато прожил подольше. Видя, как Нобунага исполняет роль Манато, я не мог думать иначе. Писатели одиноки. В одиночестве – свобода. Ради того, чтобы по-настоящему стать свободным, писатель должен быть один. Так я считаю и не собираюсь это менять. Но тогда, в тот единственный раз, когда я прикоснулся к аниме «Гримгар из пепла и иллюзий», я ощутил, что, возможно, не один. Это придаёт мне сил и дальше быть одному и писать новеллы. У меня кончается бумага. Кимуре Ёске, про которого можно, не покривив душой, сказать, что именно он породил Гримгар из пепла и иллюзий, Ширай Эйри-сан, дизайнерам KOMEWORKS, всем, участвовавшим в создании и распространении этой книги, и наконец вам всем, тем, кто держит её в руках, выражаю свою искреннюю благодарность и любовь. И на этом я откладываю своё перо в сторону. Надеюсь, мы встретимся снова. Дзюмодзи Ао.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Освободиться от собственных оков

Он крепко стиснул кулак.

Разжал.

Стиснул снова.

Эта самая рука, – в очередной раз подумал Харухиро.

Рука, ранившая товарища.

Нет, не так. Больше не товарища.

– Ранта... – прошептал он.

При звуках этого имени в груди поселилась горечь. Хотя, конечно, вкус чего-то в груди никак нельзя почувствовать. И всё же это была именно горечь. Грудь стиснуло, словно нечто надавило на рёбра, и он ощутил глухую боль.

Ранта. Этот Ранта. Будь ты проклят, Ранта. Кусок дерьма.

Я зашёл ему за спину и вонзил стилет в правое плечо. То, что я ощутил в тот момент, уже ушло. А значит, это действие не было для меня чем-то необычным. Я ударил его буднично, так, словно передо мной самый обычный противник.

И я совершенно уверен – нанося тот удар, я не колебался ни мгновения. Если бы я промедлил, то, наверное, погиб на месте.

Он не притворялся и не пугал, так это выглядело. Харухиро оставалось лишь исходить из того, что Ранта пытался его убить.

Ранта оказался сильным. Его Упокойник был острым и неожиданно тяжёлым. Выходит, Харухиро недооценивал его? Пожалуй. В конце концов, он ведь никогда не был тем, на кого направлен этот меч. Он лишь наблюдал со стороны.

Харухиро знал, что Ранта быстр. Очень быстр. Он уже не такой, каким был когда-то. В нём не осталось ничего от того Ранты, которому приходилось тяжело против единственного гоблина.

Впрочем, это касается не только Ранты. Выросли все, даже Харухиро. Но, видимо, он всё-таки недооценивал его. До этой схватки он и не представлял, насколько сильнее стал Ранта.

Если бы я знал как следует, может, смог бы поступить как-то иначе? Может, не пришлось бы пойти на это?

Я пытался его убить.

Ещё мгновение, и я попытался бы вбить стилет в его забрало.

– Хару, – окликнула Мэри.

Звук её голоса вернул Харухиро к действительности. Он посмотрел налево и встретил её тревожный взгляд.

Как тогда. Мэри прокричала «Хару!», и лишь это остановило Харухиро от убийства Ранты.

Мэри остановила его без колебаний. И Харухиро был ей за это благодарен.

– Да? – он опустил взгляд, – Что? Что-то случилось?

Мэри открыла рот... но лишь вздохнула.

Снаружи шёл дождь.

Харухиро и Мэри сидели в пещере. Той пещере, откуда вёл проход на Гору Огненного Дракона в Дарнггаре. Сначала они держались у самого выхода, но дождь всё не унимался, и они укрылись в глубине. Впрочем, от выхода их отделяло не больше пяти метров.

Они сидели вдвоём на холодной, твёрдой земле, бок о бок, откинувшись на стену.

Вдвоём.

Да.

Они сейчас вдвоём.

В Скрытую Деревню путь закрыт, а это место – единственное, куда они все более-менее знают дорогу. Поэтому Харухиро условился с Юме, Шихору и Кузаком, что они встретятся возле прохода.

Харухиро с Мэри пришли. Благодаря Кроу, Воину и бывшему Охотнику, члену команды Тайфун Рокс. Он указал им направление, так что теперь, пусть и проблуждав немного, они здесь. Осталось лишь дождаться товарищей.

Остальные опаздывают, почувствовал Харухиро. Сколько уже времени прошло? Он не знал, но ощущал что солнце уже садится. Или потемнело только из-за плохой погоды?

Как бы то ни было, от поспешных решений не будет пользы. Отсюда уходить нельзя. Даже если они отправятся искать, шанс встретить Шихору и остальных не так уж и велик. Ничтожен, скорее. Проще исходить из того, что он крайне близок к нулю.

Возможно, Шихору и остальные при всём желании не смогли прийти. Они могли заблудиться по дороге. Или, может, попали в какую-то беду? Что-то случилось?

Чем вообще закончилось сражение? Арара и Рокс. Кацухару. Шихору, Юме и Кузак. А против них – Форган, возглавляемые тем орком, Джамбо. Когда Харухиро уходил спасать Мэри, Рок с нежитью Арнольдом сражались в поединке. Кто из них победил?

Если Рок проиграл, то ничем хорошим это кончиться не могло. Рокс перебили. Шихору, Юме и Кузак, разумеется, погибли с ними вместе.

Даже если Рок победил, на стороне Форган подавляющее численное превосходство. А значит...

Значит, они в любом случае в беде?

Шихору. Тогда она завела руку за спину и сжала кулак. Ободряющий жест для Хархиро, уходящего на поиски Мэри.

В последнее время он начал ощущать, что Шихору намного превосходит его. Всё это время она пристально наблюдала за товарищами – и за самим Харухиро в том числе. Вероятно, не из праздного любопытства. Она пыталась понять их – вот что позволило ей угадать его намерения.

Она, разумеется, догадалась о чувствах Харухиро к Мэри. Во время того разговора в Дарнггаре Харухиро всё отрицал, а Шихору сказала, что поверила. Но, конечно, лишь притворилась. Он не сомневался – на самом деле Шихору сразу всё поняла.

Поначалу Шихору была нелюдимой, и Харухиро, оставаясь с ней наедине, не знал как начать разговор. Она была ценным соратником, но не более того. Однако в какой-то момент Шихору стала чем-то большим. Товарищем, другом, той, кто его понимает.

Неужели я больше никогда её не увижу?.. Нет, не хочу об этом думать. Я этого не вынесу.

Я не смогу без Шихору. Во всяком случае, не могу представить себе, как буду жить дальше без неё. Шихору незаменима. Не для команды. Для меня.

И Юме, конечно, тоже. О, Юме. Мы много раз держались за руки. Один раз даже обнялись. Юме – девушка, а я – парень, так что, разумеется, я солгу, если заявлю, что ничего к ней не чувствую. Но что с того?

Харухиро нравится Юме. Он любит её. Любил бы даже не будь она девушкой. Она как сестра – младшая или старшая, неважно. Они, конечно, не родственники, но их соединяет какое-то глубинное родство. Неразрывная связь, способная сохраниться, даже когда они оба состарятся.

Кузак.

Если что-то случилось с Юме и Шихору, то с Кузаком случилось то же самое. Кузак заслонит их собой от любой угрозы, так что, наверное – нет, наверняка он погибнет первым. Харухиро не хотелось даже думать об этом.

Если Юме для него словно сестра, то Кузак, пусть даже он и выше ростом – младший брат. Верный и надёжный, а ещё – доверяющий Харухиро и уважающий его до такой степени, что это немного смущает.

Неужели я принял неверное решение?

Если да, то это серьёзная ошибка. Страшная.

Ранту и Мэри взяли в плен Форган. Харухиро, после запутанной череды событий, сумел воссоединиться с Шихору и Кузаком. Они узнали, что Ранта скорее всего предал их и вступил в Форган. Судьба Мэри оставалась загадкой. Из слов Ранты они поняли, что Мэри ещё жива, и поэтому Харухиро решил отправиться её спасать.

Правильно ли он поступил?

Четверо, включая его самого, были в безопасности. Ранта предал их – ради спасения собственной шкуры или по какой-то ещё причине.

Стоило ли отказаться от спасения Мэри?

Да, ему удалось выручить её, но тогда он не мог быть уверен, что всё получится. Ранта разгадал его замысел, так что Харухиро удалось достичь успеха лишь благодаря везению. Поражение было вполне возможно.

Если рассмотреть ситуацию с точки зрения благополучия Шихору, Юме и Кузака, то Мэри нужно было бросить. Тогда, по крайней мере, Харухиро не рисковал бы потерять остальных товарищей. Но эту возможность он тоже не учитывал тогда. Если бы они забыли про Мэри, не стали ввязываться в планы Рокс, то, наверное, смогли бы без проблем уйти. Возможно, им вчетвером удалось бы как-то добраться до Ортаны. Что с того, что Харухиро и Мэри спаслись вдвоём? Что они могут без остальных?

– Хару.

Снова услышав своё имя, он посмотрел на Мэри. Та обхватила колени и повесила голову.

– Я хочу поговорить... про Ранту.

– О-о... Да.

– По-моему, тебе не стоит так сожалеть... о том, что ударил его.

– Он ведь предал нас, так что... да.

– Честно говоря, даже я сама до сих пор не уверена, – призналась Мэри, – Никогда не понимала, почему он поступает так или иначе.

– Я, по правде говоря, тоже, – Харухиро слабо улыбнулся. Он, наверное, отвратительный человек, раз способен улыбаться в такой момент? – Мне не очень-то и хотелось понимать. Может, у него просто такой характер? Вроде как... порывистый, что ли. У него есть обыкновение действовать под влиянием момента. Может, тогда просто не было другого выхода? Ну, во всяком случае для него? Мне не понять.

– Просто... – Мэри крепче обхватила колени, – Я думаю, если бы Ранта не сделал этого, они... они сделали бы со мной что-то страшное... что-то, чего я не хотела бы пережить.

– Думаешь... он хотел спасти тебя? Он притворился?

– Может быть, а может и нет... Честно говоря, я просто не знаю.

– Понятно...

– На самом деле мне тоже предлагали вступить в Форган, – сказала Мэри, – Он сказал, что в таком случае меня приняли бы как равную. Но я отказалась.

– Что? Но разве это не... плохо? Это же было опасно?

– Ты прав. Я думаю, это было опасно.

– Так почему же ты отказалась? Хотя, наверное, это странный вопрос...

– Я не стану предательницей. Я не могу предать тебя. Предать всех. Пусть даже притворно, пусть это был бы разумный поступок, я просто не могла.

Тяжело.

Как же это, наверное, тяжело.

Для Мэри ответственность перед Харухиро и остальными товарищами настолько тяжела, что перевешивает её страх перед смертью и унижением.

Что сделал бы Харухиро на её месте? Может ли он с уверенностью сказать, что поступил бы так же и не предал бы команду? Откровенно говоря, нет, не может. Он не хочет быть предателем, но, возможно, в такой ситуации решил бы, что единственный выход это изобразить предательство. Так, наверное, он поступил бы.

Мэри.

Мэри.

Харухиро понял. Пусть Мэри и редко это говорит, но её товарищи для неё важны и незаменимы. Он знал это. Вот почему гибель Могзо так глубоко её ранила. Возможно, она до сих пор несёт на себе груз той потери, и поклялась, что не допустит чьей-то ещё гибели.

Проклятье.

Это и правда было невозможно. Харухиро никогда бы не смог бросить Мэри.

Есть вещи, которые он может принять посредством холодной логики. Пожалуй, ему уже много раз приходилось так поступать. Но люди не всегда действуют, повинуясь лишь рассудку, а значит, принимая решения как лидер команды, Харухиро тоже не должен полагаться на одну логику. В конце концов, никто не последует за тем, кто действует лишь по холодному расчёту.

Например, что произошло бы, реши Харухиро бросить Мэри? Если бы он подробно изложил свои аргументы, Шихору, наверное, поддержала бы его. Юме, наверное, зарыдала бы по Мэри. Кузак, хотя Мэри и отвергла его, по-прежнему её любит. Ему было бы тяжело смириться с таким решением.

Но, с другой стороны, возможно, Шихору, Юме и Кузак не допускали и мысли о том, что Харухиро решит бросить Мэри. Тем более что в итоге так и вышло.

Ради своих товарищей, ради друзей, Харухиро стремится стать настолько хорошим предводителем, насколько возможно. Он хочет стать лучше во всём, в чём возможно. Ради этого он приложит любые усилия. Но, в конце концов, он по-прежнему Харухиро и никто иной.

Он не сможет стать кем-то ещё, кроме себя. Наверняка никто и не ждёт от него чего-то иного. Он – предводитель и отвечает за последствия своих решений. Он переживает за итог – но переживать не значит сожалеть. Если бы сожаление могло что-то изменить, он сожалел бы изо всех сил, но, к сожалению, жизнь не так проста. А значит, нынешние размышления Харухиро бессмысленны.

Тогда о чём нужно думать?

Если он не знает, значит, начинать нужно именно с этого. Думать о том, о чём думать дальше.

Их положение. Да, в этом ничего не меняется. Нужно оценить положение, и на основе этой оценки принять решение. Собрать всю возможную информацию. Изучать.

– Мэри, – сказал Харухиро, – Почему тебя всё-таки пощадили, несмотря на отказ? Это, должно быть, неприятный вопрос, но...

– Нет... Я, пожалуй, должна тебе это рассказать, – Мэри наконец подняла голову. Она по-прежнему не встречалась с Харухиро глазами, – Из-за того, что сказал Ранта. Он объявил, что очень долго хотел сделать меня своей женщиной. И потребовал, чтобы никто не притрагивался ко мне. Сказал, что они смогут сделать со мной всё, что им захочется, если я буду упорствовать.

– О, то есть он сказал это тому... Джамбо? Орку?

– Верно. И Джамбо с поразительной лёгкостью согласился.

– Это как-то... – Харухиро замялся, – Не знаю. Они совсем другие, эти Форган. А может, другой только этот орк Джамбо. Или, может, не столько другой, сколько ненормальный...

– Я тоже удивилась. Подумала... что всё безнадёжно.

– Ты очень храбрая, Мэри.

– Вовсе нет. Я перепугалась, – Мэри снова опустила голову. И сильнее прежнего сжала обхватившие колени руки. Её плечи, спина, даже голос дрожал, – Перепугалась до смерти, честно говоря.

Должен ли Харухиро что-то сделать? Например, приобнять её за плечи? Или погладить по спине? Наверное, сейчас лучше что-то сделать. Но, вообще-то, это не так-то просто.

Если бы на месте Мэри была Юме, Харухиро, скорее всего, нашёл бы что сделать. Насчет Шихору он не был уверен, но, наверное, всё зависело бы от её поведения. Ну, например, если бы она заплакала, Харухиро попробовал бы как-то её успокоить.

Но почему он не может сделать то же самое для Мэри? Потому, что у него возникнут нездоровые мысли?

Сейчас не время об этом думать. Забудь про нехорошие мысли и скрытые мотивы. Ты что, идиот?

– То есть, фактически, Ранта спас тебя...

– Наверное, – Мэри едва заметно кивнула, – Впрочем, это же Ранта. Я не уверена. Но его желание сделать меня своей женщиной было ложью. В этом я не сомневаюсь.

– Ну, да...

А значит, предательство Ранты было притворным.

Такасаги. Тот однорукий, одноглазый мужчина с трубкой во рту. Ему поручили присматривать за Рантой? Вот почему Ранта был вынужден сражаться с Харухиро и Кузаком всерьёз. Потому что если бы он сдержался, Такасаги мог бы его раскрыть.

Всё складывается. Какая-то часть Харухиро даже желала, чтобы эта теория оправдалась.

Он вздохнул.

– Ладно. Оставим пока проблему Ранты в стороне. Первым делом надо позаботиться о Шихору и остальных. Ждать их здесь, или покинуть это место? Я не уверен, что тут безопасно. Да... А ведь верно. Форган могут прийти и сюда. Лучше даже предположить, что так они и поступят.

– Прости...

– А? За что?

– За мою бесполезность. Я хотела бы предложить хороший совет, но теперь хорошо вижу, насколько неопытна в качестве солдата добровольческого корпуса.

– Эй, послушай-ка. Не могла бы ты перестать? Не надо так.

– Перестать?.. – Мэри повернула голову к Харухиро.

– Да. От меня, конечно, это прозвучит не слишком убедительно, и всё же... – Харухиро опустил взгляд и почесал в затылке, – Самобичевание – это вроде как моя специализация. А мы сейчас, по-моему, в довольно сложном положении. И, пожалуй, это ещё одна причина, по которой нам стоит прекратить. Я слаб – во многих смыслах, но не хочу использовать свою слабость как оправдание. Мне нельзя. Как бы слаб или бесполезен я не был, наше положение это не облегчит. Честно говоря, мне кажется, что я не имею права этого говорить, но давай перестанем презирать себя, хорошо? Мы вместе.

– Ты прав... – Мэри подняла голову и посмотрела перед собой. Она сдержанно, едва заметно улыбнулась, – Будет непросто, но я решила перестать. Перестать винить себя. Если и ты тоже перестанешь, Хару.

– И правда, пожалуй, будет непросто. Но... – в смысле, это ведь уже считай что стало частью моей натуры, – подумал Харухиро, вставая на ноги, – Я подойду к выходу и осмотрюсь. Ты пока передохни.

– Нет, – Мэри встала, – Мы же вместе. Так?

– Действительно...

Вообще-то рановато испытывать головокружение от счастья, – предостерёг себя Харухиро, шагая ко входу вместе с Мэри.

Дождь, похоже, в ближайшее время униматься не собирался.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Хочу защитить тебя

Говоря по правде, сначала Кузак ничего не заметил. Все были так напряжены и злы. И лишь когда Рок с Арнольдом перешли в рукопашную, он осознал.

Харухиро исчез. Или, точнее...

Там, где раньше был Харухиро, теперь стоял тот парень с безумными глазами – Саканами, Вор команды Тайфун Рокс.

А ещё он стоял совсем как Харухиро. Чуть опущенные вперёд плечи, голова, склонённая слегка набок, едва заметно согнутые колени – всё совпадало. Кузак не помнил, чтобы Саканами когда-либо стоял в такой позе – а значит, он, скорее всего, имитирует Харухиро. Идеальная копия. Наверное, именно поэтому Кузак до сих пор ничего не замечал.

Пожалуй, поднимать шум будет не умно.

– Где Харухиро? – прошептал Кузак на ухо Шихору.

– Пошёл за Мэри, – ответила та, не отрывая взгляда от продолжавшейся схватки.

Разумно, – успокоенно подумал Кузак.

Он пошёл спасти Мэри. Один.

Справится ли Харухиро в одиночку? Хотя нет, на самом-то деле, ему даже легче одному. Кузак, если бы пошёл с ним, лишь путался бы под ногами. У Харухиро всё получится – во всяком случае, Кузаку хотелось в это верить. На Харухиро можно положиться. Он умеет сделать дело, когда приходит время сделать дело. Бывает ли вообще такое время, когда дело делать не нужно – это другой вопрос.

У Кузака есть дурная привычка отвлекаться – или, скорее, иногда позволять себе витать в облаках. Он не замечал этого за собой, пока некоторое время не пробыл в команде Харухиро. Наблюдая за предводителем, Кузак осознал, каким всё это время был беззаботным.

Харухиро, несмотря на свои сонные глаза, всегда настороже. Собственно, похоже, чем сильнее он сосредотачивается, тем более сонными кажутся его глаза. Харухиро никогда не теряет голову в трудную минуту. Со своими сонными глазами он постоянно думает, постоянно наблюдает и действует ради всех своих товарищей.

Кузак всегда мечтал научиться быть таким же, как Харухиро, и он пытался, но иногда ловил себя на том, что его мысли витают где-то далеко. Бывало, ему не удавалось сконцентрироваться даже посреди тяжелого боя.

Может, дело просто в моей привычке полагаться на других?

Кузак часто пользовался чужой помощью. Где-то в глубине его души, казалось, прочно укоренилась уверенность, что ему всегда может помочь кто-нибудь другой. Он пытался приучить себя к мысли о необходимости справляться самостоятельно, но безрезультатно.

Я безнадёжен, – думал Кузак. Бесит. У меня большое тело, но как я его использую? Что толку от моей силы, если я не могу нести никакую ношу?

А вот Могзо наверняка таким не был.

Кузак лишь однажды видел Могзо в бою. В тот раз, в сражении за форт Мёртвая Голова. Могзо был огромен. Кузак, пожалуй, выше ростом, но Могзо был широким и прочным. Он казался таким надёжным.

Кузак видел, как Удар Ярости Могзо сразил одного из орков, и эта картина до сих пор вставала у него перед глазами. Он не мог подобрать какого-то иного слова кроме «поразительно».

В Даскрэлме Акира-сан показал им свой Карающий Удар. Это было что-то вроде кристаллизации высшей степени мастерства. Сложно было даже мечтать о том, чтобы достичь его уровня. Кузак мог лишь восхищаться со стороны.

Но Удар Ярости Могзо был другим. Не настолько простым, чтобы Кузак мог подумать: – «Ну, я и сам так могу». Но всё же чем-то возможным. Кузак мечтал научиться сражаться так же.

Бёдра Кузака находятся слишком высоко, это делает его неустойчивым. Осознавая это, он пытался как-то исправить свой недостаток. И всё же, проверяя себя время от времени, в большинстве случаев он замечал, что по-прежнему стоит неправильно. Кузак не наделён врождённой гибкостью, а его руки и ноги слишком длинные, что затрудняет движения. По сравнению с Харухиро и... да, тем идиотским предателем, Рантой, и Юме – Охотником и притом девушкой, Кузак слишком медленный.

Он отчётливо осознавал множество своих недостатков. Хорошо бы избавиться от них, по одному за раз. Впрочем, сильные стороны у него тоже есть, например, рост и вес, и важно находить им правильное применение.

Шихору предупреждала, что не стоит взваливать на себя чересчур много, но что ещё Кузак должен делать? Он ведь танк команды.

Харухиро однажды сказал ему: «Сейчас, Кузак, танк нашей команды – ты, и вряд ли кто-то сможет заменить тебя».

Он запомнил эту фразу дословно, и никогда не забудет. Каждый раз, вспоминая тот разговор, он чувствовал трепет.

Я справлюсь, – думал он. Я должен справиться.

Клянусь. Я стану отличным танком.

Хорошо, что мои чувства отвергли. Теперь можно полностью сосредоточиться на одной цели.

Но я, впрочем, всё ещё волнуюсь за Мэри... -сан.

Ну, конечно. Откровенно говоря, Кузак места себе не находил. Что они с ней сделали? – думал он время от времени. Он, конечно, понимал, что его тревоги ничем не помогут, но не мог совладать с собой.

Он поменялся бы с ней местами, если б мог. Она ведь всё-таки девушка. Для неё это должно быть гораздо тяжелее.

И тем непростительнее казалось предательство этого кретина Ранты.

– А?.. – Кузак протёр глаза и всмотрелся снова, – Что? Постойте. Странно. Что-о?..

Напротив них возвышался небольшой холм, а на вершине стоял гигантский волк с гоблином на спине и тот коротышка-орк, видимо, Джамбо. У подножия холма выстроились орки, нежить и прочие – но того, кого искал Кузак, там не было.

– Ранта что, куда-то делся? – прошептал он.

– Куда-то убежал только что, – тихо ответила Юме, – О, и тот дядя тоже исчез вместе с Рантой. И ещё кого-то с собой взяли.

– Ого. Совсем проглядел... – Кузак вздохнул, – Проклятый Ранта. Куда он собрался?

– Он всё понял, – Шихору прикусила губу, – Наверное. В смысле, про Харухиро-куна...

– Это же... это же плохо, да? – тревожно спросил Кузак.

Юме издала невнятный звук.

– Плохо, но... – Шихору тряхнула головой, – Мы ничем не поможем. Даже если пойдём следом... Вряд ли мы догоним Харухиро-куна. Скорее, заблудимся сами... Остаётся лишь верить в него.

– Правда?.. – Кузак онемел.

«Верить в Харухиро». Для Кузака это просто. Он не сомневался, что Харухиро справится, а если не справится, значит, задача просто невыполнима. Но верить в Харухиро и предоставить всё ему значит, по сути дела, взвалить весь груз на него.

И вновь, как и всегда, все тяготы выпадают одному Харухиро.

Кузаку захотелось засмеяться. Презрительно расхохотаться в лицо самому себе.

Как же я жалок.

– Не проблема, – объявил самопровозглашённый сильнейший Рыцарь Ужаса, Моюги из Тайфун Рокс, поправляя очки средним пальцем правой руки, – Я подготовился к этому.

– Подготовились? – Кузак попытался сглотнуть, но во рту пересохло, – Как?

Моюги лишь самодовольно посмотрел на него в ответ.

Кузак не был уверен в том, насколько этот Моюги умён, насколько он хороший тактик и всё такое. Но он, совершенно определённо, самоуверен, высокомерен, обожает выставлять других дураками, и в целом очень неприятный человек.

Тот коротко стриженый Жрец, Цуга, постоянно улыбается. Он что-то напоминал Кузаку. Те, ну, как их там? Ну, эти. Дзидзо. Да. Он как дзидзо.

Но что такое это дзидзо? Кузак не знал, но образ сам собой всплыл в голове. Такие статуэтки, каменные и лысые. Цуга выглядит совсем как дзидзо.

Каджита, здоровяк в тёмных очках, всё это время лежавший раскинув руки и ноги после того, как в самом начале прилетел откуда-то сзади, внезапно вскрикнул «оп!» и вскочил. «Оп!» и всё? Серьёзно?

Саканами по-прежнему изображал Харухиро.

Уже хватит, – подумал Кузак. Они, кажется, уже раскрыли наш план.

Рок непрерывно хохотал – и когда брал Арнольда в захват, и когда оказывался в захвате сам, когда бил или когда получал удары, когда пинал или когда противник пинал его в ответ, когда бодался головой или когда его бодал Арнольд. Он что, под какими-то наркотиками? Вся их команда – сборище ненормальных.

Впрочем, Тайфун Рокс этим, пожалуй, не так и выделяются. Команда Акиры-сана, команда Сомы или Токкиз – они все очень странные.

Я никак не смогу ужиться с ними.

В этом смысле команда Харухиро – иная. Совсем иная. Они, если можно так сказать, обычные. С ними спокойно. Кузак не сомневался, что среди них он свой и на своём месте.

Это, конечно, не означает отсутствие любых проблем, но Кузак научился любить и уважать своих товарищей. Пусть Ранта и стал одним большим исключением, но исключения есть во всём, так что с ним можно просто смириться. Нужно смириться.

Кузаку пришлось нелегко, когда Мэри отвергла его, но они ведь не дети. Мэри взрослый человек и не стала развивать тему – хотя, наверное, странно так говорить. Они смогли остаться товарищами, сделать вид, что ничего не было, уважать друг друга и двигаться дальше. Они все вместе смогли сбежать из Дарнггара и вернуться в Гримгар – честно говоря, был момент, когда Кузак не верил, что у них получится. До Ортаны, конечно, очень далеко, но рано или поздно они туда доберутся.

То есть, так он думал.

Почему всё так? Почему нас преследуют неудачи? Может, просто такова жизнь? Но даже если и так, не слишком ли много испытаний выпадает на нашу долю?

Я на такое не согласен.

Реальность нужно принимать такой, какая она есть. Это понятно даже Кузаку. Но ему хотелось выразить недовольство.

Он внезапно очнулся в Гримгаре, был вынужден вступить в добровольческий корпус и потерял всех своих товарищей – а сам уцелел. И всё же Кузак старался сохранять оптимизм и не опускать руки. Благодаря своей настойчивости он добился, чтобы его приняли в команду Харухиро. Кузак полагал, что выложился в полную силу.

И вот что я получаю за все труды?

Жестоко, а?

Ну, разве... разве я не заслуживаю немного большего?

Или я просто наивен? Моё сердце словно вот-вот разобьётся.

Нельзя. Прямо сейчас Харухиро где-то там рискует, пытается что-то сделать. А я просто смотрю. Как можно позволять своему сердцу расколоться?

Соберись. Будь сильным.

Но ноги Кузака устали, ему хотелось сесть на землю.

А как Шихору с Юме? Они не выглядят особо бодрыми, но, похоже, духом тоже не падают. Как им удаётся в такой момент сохранять самообладание? Вот бы кто-нибудь рассказал. Кузаку хотелось спросить девушек об этом. Нет, не правда... ему хотелось, чтобы они его подбодрили.

– Проклятье... – обронил Кузак и вздёрнул подбородок. Это неправильно. Он не должен искать поддержку у них – он сам должен их поддерживать. Вот каким мужчиной он хочет стать. В идеале, кем-то вроде правой руки Харухиро.

Нет, не так. Это, пожалуй, не совсем верно.

Ну, вроде как, умом и сердцем Харухиро поддерживает Шихору. Кузак не такой умный и не такой рассудительный как она, но может поддерживать своим телом. Да, он танк, и станет для Харухиро стеной или опорой, физически. Верно. Цель ясна, и осталось лишь воплотить её в жизнь.

Если, конечно... если Харухиро вернётся. И Мэри, конечно, тоже.

Ранта, этот кусок дерьма, предал нас. Мы и представить себе не могли, что лишимся товарища, да ещё вот так. Потеря ещё одного будет слишком тяжела.

Кузаку хотелось заплакать. При всём своём желании что-то сделать он ничего сделать не мог. Оставалось лишь стоять и смотреть. Кузак скрипнул зубами.

– Давай уже закончим! – выкрикнул Рок.

Он сидел верхом на Арнольде, и, подбадривая себя выкриками «Да-а! Да-а!», осыпал того мощными ударами по голове.

Арнольд – двойнорукий, у него четыре руки, но одну из левых Рок отрубил, а оставшаяся левая и одна из правых – серьёзно ранены. Впрочем, непохоже, что Арнольд придаёт этому большое значение – он пытается блокировать всеми тремя руками. Но яростные удары Рока без труда пробивают этот блок. Исход боя ведь уже предрешён, так?

– Да-а! Да-а! Да-а! Да-а! Да-а!

Кулак Рока бил Арнольда точно в лицо. Со стороны Форган доносились удручённые возгласы. Двойнорукий долго не продержится. Нежить ведь погибает, если ей проломить голову.

Он сможет. Это всё. Арнольд даже не в состоянии больше защищаться. Рок победил.

– Прикончи его! – против воли завопил Кузак.

И тут это произошло.

– KYYYYYYYYYYYYYYYYYY!

Арнольд издал жуткий визг и подпрыгнул вертикально вверх вместе с Роком.

Как ему это удалось? Двойнорукий лежал на спине, на его животе сидел верхом Рок. Как можно из такой позиции подпрыгнуть?

Здравый смысл подсказывал, что это невозможно. Но это существо, похоже, не привыкло ограничивать себя здравым смыслом. Дело в этом?

Арнольд ухитрился подскочить в воздух метра на три, унося с собой Рока.

Рок вскрикнул от неожиданности и попытался оттолкнуть нежить от себя, но Арнольд не позволил. Он обхватил человека всеми тремя руками. Нет, не просто обхватил. Арнольд перевернулся в воздухе.

Двойнорукий оказался сверху, а Рок снизу.

Более того, Арнольд всеми тремя руками и обеими ногами пригнул голову Рока вниз.

Это же совсем плохо, – отчаянно пронеслось в голове Кузака. Он же упадёт на голову!

– Что-о-о-о-о-о-о-о-о!

– SYYYYYYYYYYYYYYY!

– Рок! – прокричала Арара, до этого момента заворожённо наблюдавшая за поединком.

Дурное предчувствие Кузака полностью оправдалось. Голова Рока врезалась в землю.

С ним всё хорошо? Вряд ли.

Арнольд тут же вскочил и пнул Рока.

Пинок. Пинок. Пинок. Пинок. Пинок. Пинок. Он пинал, и пинал, и пинал ещё. Рок даже не пытался встать. Арнольд бил его ногами в собственное удовольствие.

Члены Форган радостно завопили.

Товарищи Рока не шевелились. Ни Моюги, ни Цуга, ни Каджита, ни Геццу – полосатый мируми, питомец Рока.

Шихору, не в силах больше выносить это, отвернулась. Юме продолжала смотреть, но её щёки невероятно раздулись.

– А-а-а... – протянул Кузак.

Нет, «а-а-а» явно не то, что стоит сейчас говорить, но произвести какой-то ещё звук было свыше его сил.

Он проиграет? Или, скорее, уже проиграл? Уже почти точно? А что будет, если Рок проиграет? Кто знает?

Точно не Кузак. Его голова словно опустела. Видимо, это и значит быть слабым. Видимо, сильный тем и отличается, что никогда, ни при каких обстоятельствах не смиряется с поражением. Иначе невозможно обернуть поражение в победу. И, судя по всему, в него верили его товарищи.

Арнольд снова занёс ногу. Рок обхватил её всем телом, словно змея. А ведь казалось, что с ним уже покончено.

Это не так? Он лишь притворялся? Всё это время, пока Арнольд пинал его, Рок выжидал свой шанс?

Если да, то для этого потребовалась невероятная выносливость. Насколько Рок крепок? Невероятно. Он какой-то ненормальный.

Рок рванул ногу Арнольда на себя. Тот отбивался левой ногой, пытаясь сбросить человека, но безуспешно.

– Йа-а! Получай! – выкрикнул Рок. Он бьёт по суставам? По колену, по лодыжке? Пытается их сломать?

– KAAAAAAAAAAA! – заорал Арнольд. Он извивался всем телом, размахивал руками, всячески сопротивлялся, но Рок не отпускал его ногу. Он не отпустит.

Противники упали.

Упали и покатились.

– KU!..

Арнольд внезапно прекратил сопротивляться.

За мгновение до этого Кузаку послышался громкий хруст. Это была его нога? Правая нога. Рок наконец сломал Арнольду ногу? Похоже на то.

Рок сам отпустил соперника, кувырком откатился в сторону и встал в низкую стойку.

Арнольд тоже встал, но он явно старался не опираться на правую ногу. Сомнений нет. Его правая нога больше не действует. Он вообще сможет сражаться дальше?

Кузак точно не смог бы. Для начала, он и двигаться бы не смог. Не смог бы и встать. Он вообще бы ничего не мог делать.

Для Рока бой тоже не прошёл бесследно. Его лицо вздулось, ссадины кровоточили. Вполне возможно, что пинки врага сломали ему одно или два ребра, но руки и ноги у него пока в порядке. Впрочем, даже если Рок и ухитрился избежать переломов, у него наверняка болит всё тело.

Но, несмотря на это, он двигается так, словно вообще не чувствует боли.

Рок скользнул ближе к Арнольду и ударил. Джеб. Он нанес серию джебов в лицо Арнольда.

Тот, может, и пытался уклониться, но не сумел. После серии трёх быстрых джебов сразу же последовал левый хук и хук с правой – все точно в цель. Апперкот с левой, удар в корпус, правый прямой в челюсть, правый апперкот туда же, левый хук в висок и вдогонку правый прямой.

– Идеальная техника... – Кузак и сам не понимал, о чём говорит, но отчётливо видел – удары Рока не случайны. Это какое-то боевое искусство. Рок хорошо знает, как драться на кулаках. Он не новичок. – ...Бокс.

Да. Это бокс.

Кузаку известно, что это такое. На мгновение в его памяти возник образ – двое мужчин в коротких шортах, с толстыми рукавицами, наносят удары друг другу.

Вот. Это и есть бокс. Он уже видел боксёрский поединок... но где, когда?

Он не знает. Не может вспомнить. Образ, только что так явственно возникший в голове, пропал без следа.

Бокс. Осталось лишь слово. Рок – боксёр. Боец.

Кузак ощутил внезапную тревогу. Бокс. Боксёр. Нужно как можно скорее запечатлеть в мозгу эти слова, эту мысль – пока она не истёрлась из памяти. Он ощутил, что нечто подобное случалось и прежде, что он уже забыл очень многое. Лишился этого.

Рок продолжал безответно нападать. Он осыпал Арнольда точно нацеленными ударами.

Это не бой. Рок словно на уровень выше. Разница слишком велика.

Впрочем, если присмотреться, Арнольд ещё двигается. Во всяком случае, пытается. Но Рок движется гораздо ловчее, и всегда обходит его, заходя спереди. Как только Арнольд пытается бежать, Рок тут же вырастает перед ним. И наносит удар.

И даже когда Арнольд начинает шататься, готовый вот-вот упасть, Рок наносит ещё один удар с другой стороны. Двойнорукий не может даже рухнуть.

И Кузак догадывался, почему. Потому что Рок – боксёр. Он сильнее всего, когда стоит на ногах и бьёт кулаками. Сражаться в партере, то есть брать в захват, садиться на противника и бить – это не стиль Рока.

Кулаки. Рок планирует решить всё на кулаках. В них он уверен.

– Роккиии! – внезапно завопил Саканами, извиваясь всем телом, – Четыре! Рокки два! Три! Четыре!

О чём он? Окончательно повредился рассудком? Саканами определённо похож сейчас на безумца. Но Рок, словно подстёгиваемый невменяемыми воплями Саканами, явно ускорился.

– Ого... – Кузак не сдержал вздох восхищения. Как он не пытался таращить глаза, или моргать, или щуриться, рассмотреть как следует не получалось. Быстрый. Слишком быстрый. Теперь он даже не мог уследить за кулаками Рока.

Арнольд не мог ни заблокировать удар, ни парировать, ни принять вскользь, ни увести в сторону, ни пригнуться. Каждый попадал точно в цель. Теперь Арнольд превратился лишь в нежить-пугало, созданное получать удары. Нет, не в пугало, а в боксёрскую грушу.

Наблюдавшие за боем Форган затихли. Они тоже ощутили неизбежное поражение Арнольда. Нет, не ощутили, они, должно быть, уже смирились.

Исход боя решён. Рок просто не хочет заканчивать. Стоит ему перестать бить, и Арнольд рухнет. Почему он просто этого не сделает?

Рок, по той или иной причине, не прерывал серию атак. Арнольд, похоже, ещё не выведен из строя. Рок поэтому продолжает? Как выяснилось, так оно и было.

Рок нанёс очередной прямой правый в челюсть. Не похоже, что он он рассчитывал добить врага, он не делал медленный замах, позволяющий догадаться о направлении удара. Кулак Рока летел вперёд всё так же быстро, Кузак по-прежнему не сумел ничего рассмотреть. Всё тот же идеальный прямой удар.

И тут Арнольд остановил кулак ртом.

Он распахнул рот так широко, что, казалось, вывернул челюсть и разорвал щёки, а кулак Рока влетел прямо внутрь. Так это выглядело.

Рок, разумеется, тут же попытался вырвать руку, но Арнольд не позволил. Его челюсти сомкнулись и глубоко вонзились в запястье человека.

Рок издал тревожный возглас и принялся бить левым кулаком в солнечное сплетение и виски Арнольда. Быстрые и мощные удары, но в них ощущалось что-то неправильное. Рок встревожен.

А Арнольд, судя по всему, по-прежнему спокоен.

Он, словно не чувствуя ударов, обхватил голову Рока левой и правой рукой.

– А! – обронил Кузак.

Большие пальцы. Большие пальцы Арнольда надавили на глаза Рока. Двойнорукий пытается выдавить ему глаза. Если это просто болевой приём, то ничего страшного, но если нечто большее, то Року придётся распроститься с карьерой боксёра...

Нет, всё же гораздо серьёзнее!

– Хватит! – скомандовал кто-то.

Разнёсшийся над полем боя громкий голос, казалось, даже развеял застилавший Тысячу Лощин туман. Нет, это, конечно, невозможно. И всё же было впечатление, что этому голосу такое под силу. Он был не просто громким, но и невероятно звучным.

– Джамбо, – сказал кто-то. Наверное, кто-то из Форган. Имя покатилось по толпе.

– Джамбо.

– Джамбо!

– Джамбо.

– Джамбо!

– Джамбо.

– Джамбо!

– Джамбо.

– Джамбо!

Джамбо.

До сих пор этот орк наблюдал за поединком молча, стоя на вершине холма.

Это был он? Это он сказал? «Хватит». Он останавливает бой?

В любом случае, говорил именно этот орк.

Кузак при слове «орк» первым делом вспоминал тех, с кем сражался в форте Мёртвая Голова. Они произвели на него сильнейшее впечатление. Следом шли орки, населявшие Валуандин в Дарнггаре.

И те, и другие выше и мощнее людей, примерно равны им интеллектуально и выглядят немного грубовато – так, что от них почти ожидаешь хрюканья вместо речи. Кузак предполагал, что орки, как раса, все такие. Но этот совершенно отличается от прочих. Словно какая-то другая порода.

Для начала, что это за одеяние с вырезом спереди? Тёмно-синего цвета, с серебристым цветочным узором. Кузак не видел такой красивой одежды нигде, ни в Гримгаре, ни в Дарнггаре. Орк сам его сшил? Если да, то работа невероятно тонкая.

Его длинные чёрные волосы, кажется, никогда не знали ножниц, но они ни капли не выглядят грязными. Наверное, Джамбо как минимум регулярно их расчёсывает.

Далее, лицо. Нос широкий и сплюснутый, словно раздавленный. Очень орочий нос. Из углов рта выглядывают длинные зубы, словно короткие бивни. Тоже типично для орков. Он определённо орк, но в то же время – совсем не как орк.

Впервые увидев лица орков, Кузак, откровенно говоря, счёл их уродливыми. Такие лица никак не назовёшь крутыми. А их женщины, они же безобразны. Не лучше гоблинов.

Да. Они как большие и сильные гоблины. Кузак составил об орках примерно такое мнение.

А Джамбо – другой. Как будто в нём есть крупица орка, но на самом деле он принадлежит к другой расе. Что-то вроде супер-орка. Эти оранжевые глаза, они ненормальные. Он выше. Да, точно. Выше. Он словно существо на порядок выше орков.

Но, впрочем, все орки банды Форган производят похожее впечатление, пусть и не настолько сильное, как Джамбо. Возможно, они просто пытаются подражать его одежде и манере держать себя. Или, возможно, орки, как и люди, делятся на разные расы и народы, и где-то бывают орки подобные Джамбо.

Предводитель Форган спустился с холма. Он не спрыгнул, не бежал. Просто шёл удивительно лёгкой и безмятежной походкой.

– Исход вашей битвы... – Джамбо положил руки на плечи Рока и Арнольда, – Определю я.

– А?.. – огорошенно спросил Рок.

– И-и?..

Оба попытались повернуться к Джамбо. Но у Рока в глазах были большие пальцы Арнольда, а во рту Арнольда – кулак Рока, так что свободно двигаться они не могли. Не говоря уже о том, что обоих покрывали ссадины и синяки. Бойцы выглядели изрядно потрёпанными, но Джамбо, похоже, это не заботило. Он держался с почти неестественным спокойствием и бесстрастностью.

– Если бой продолжится, вы оба умрёте. И Арнольд, мой товарищ, и ты, человек из добровольческого корпуса – Рок, верно? Меня огорчит гибель любого из вас. И поэтому я объявляю ничью.

– Нет, погоди.... Ты не можешь просто взять и решить такое! – выкрикнул Рок.

– О... У...

– Эй, Арнольд, ты ведь тоже не согласишься на это?!

– У...

– О. Ты не можешь так говорить, а? Я вытащу кулак. Согласен?

– Н...

– Я вытаскиваю. Кстати, у меня глаза болят, так что убери пальцы, будь добр.

Арнольд, кажется, приразжал челюсти. Рок вытащил свой кулак из его рта.

– Да болит же, говорю! Убери руки!

– М... – Арнольд осторожно отпустил голову Рока.

– Чёрт! – Рок отскочил и, зажмурившись, принялся тереть глаза, – Ничего не вижу. Будет не смешно, если я ослепну. А что, если я больше никогда не увижу лицо Арары?! Как ты мне за это ответишь?!

– Да уж, неуютная ситуация... – пробормотал Цуга. Словно его это вообще не касается. Ну, то есть это и правда напрямую его не касается, но они же с Роком товарищи, разве нет?

– Ничья, говоришь? – вперёд шагнул Моюги, – Мне плевать, как ты это назовёшь, но предпочитаю несколько большую определённость. Ты Джамбо, так? Как именно ты предлагаешь всё уладить?

Со стороны Форган донёсся недовольный шум. Их можно понять. Моюги ведёт себя неподобающе высокомерно. Даже Кузаку, его предполагаемому союзнику, было неприятно это слышать, а уж Форган, наверное, просто взбешены.

Разозлится ли Джамбо?

Похоже, нет.

– Выражась яснее... – Джамбо развернулся к Моюги с лёгкостью пляшущего на ветру листа, – Если отступите сейчас, я вас не трону. Можете напасть на нас когда-нибудь потом. Можете забыть про нас. Решение будет за вами.

– Ясно, – Моюги высокомерно кивнул, – А если мы откажемся?

– Нет, погоди, Моюги... – Рок огляделся. Он, похоже, по-прежнему ничего не видел, но словно искал кого-то, – Арнольд! Тебя это устраивает?! Это был наш бой! Не знаю, кто тебе этот парень, начальник или кто, но ты просто возьмёшь и согласишься?!

– Ку-у... – Арнольд смотрел на Джамбо.

– Он не понимает наш язык, – прошептал, хихикнув, Цуга.

Кузак ощутил, как дёргается его лицо. Этот дзидзо, он выглядит как приятный и разумный парень, но, кажется, на деле у него мерзкий характер?

– Зис гейм из дро, – сказал Джамбо Арнольду, – Бэкаут, ичазер.

Видимо, он говорит на каком-то другом языке, понятном нежити Арнольду.

– Ай агри, – Арнольд уселся на землю.

«Согласен». Видимо, он сказал именно это.

– Дерьмо! – Рок наподдал ногой землю, очевидно недовольный, но... это не такое уж плохое предложение. Фактически, пожалуй, это лучший выход из возможных.

Кузак бросил взгляд на Шихору и Юме. Они поняли друг друга без слов. Их мнения совпадают с мнением Кузака.

Рок и его команда спланировали это нападение, чтобы отомстить Арнольду за смерть Тацуру, возлюбленного Арары, но, говоря откровенно, Кузака, Юме и Шихору всё это не касается. Они помогают Року процентов на десять или двадцать из чувства долга перед соратниками по клану, но на оставшиеся от восьмидесяти до девяноста процентов – ради спасения Мэри.

Что случилось с Харухиро? Удалось ли спасти Мэри? Неизвестно, но Кузаку и девушкам сейчас, разумеется, нужно первым делом заботиться о собственной безопасности. Если Рок и его спутники решат отложить месть и отступить – на время или навсегда – то Кузак, Юме и Шихору смогут тоже уйти. После чего они направятся к месту встречи и подождут Харухиро.

Если Харухиро вернётся с Мэри, то, пожалуй, не будет преувеличением назвать это наилучшим из возможных результатов? А если Харухиро не появится вообще... ну, Кузаку не хотелось рассматривать этот вариант. Эту проблему лучше решить, когда она возникнет.

– Итак? – Моюги поправил очки левой рукой. Его правая лежала на рукояти меча, – Что ты сделаешь, если мы решим не уходить?

– В таком случае, – отвечал Джамбо таким тоном, словно рассказывал приятелю о своей привычке вздремнуть после ужина, – Я уничтожу вас всех своими руками.

– А?.. – обронил Моюги.

Похоже, даже он этого не ожидал. И Кузак, разумеется, тоже.

Постойте, – медленно думал он. Что Джамбо только что сказал?

А, погодите, что? Своими руками? В смысле, он сам, один? «Вас»? То есть, Рока и его команду. Арару с Кацухару, наверное, тоже. И Кузака, Шихору и Юме.

«Уничтожу»?

Не просто перебьёт?

Хотя, наверное, это примерно одно и тоже. В общем...

Он убьёт нас всех?

Кузак изо всех сил пытался осознать сказанное.

«Убирайтесь, или я вас всех убью»? Видимо, Джамбо имел в виду это.

– Шёпот ветра во тьме говорит со мною... – Саканами лихорадочно грыз ногти. Он трясся всем телом, – Мрачные сказания со дна бездны... Повод забвения, ложная эпоха исполняет прелюдию разрушения, опровергающую сам смысл существования...

Что с ним?

– Хвастовство, – дзидзо... эм, то есть Цуга, выглядел рассерженным.

– Сколько ещё вы собираетесь принижать нас, пока не наиграетесь?! – Арара казалась воплощением возмущения.

– Чёрт, теперь я зол, – пробурчал Каджита.

И тут он, этот здоровяк в тёмных очках, схватил свой огромный меч, похожий на срез гигантского гриба, и бросился вперёд.

Эй, эй, ты куда?! Зачем ты нападаешь один?! Хотя бы обсуди с остальными! Это безумие! Даже без подготовки! Это плохо. Плохо. Уверен, это кончится плохо. Этот Каджита явно не шутит. Он сорвался. Полностью съехал с катушек.

– У-э-э-э-э, ха-а-а-а! – Каджита яростно набросился на Джамбо, не глядя по сторонам.

Почему Рок и остальные не остановили его? Не могли?

Впрочем, хотя Кузак практически не знает Каджиту, но тот ведь тоже из клана Воинов Рассвета. Он выглядит опасным, он немногословен, а те немногие слова, что всё же покидают его рот, звучат странно. Ну, не настолько странно, как в случае Саканами, конечно. И всё же он непохож на кого-то, способного послушно делать, что ему говорят. А останавливать его силой было бы, пожалуй, ещё труднее – если вообще возможно. Сам Кузак, во всяком случае, не желал даже пробовать. Каджита, скорее всего, просто смёл бы его и не заметил. То есть, когда Каджита вот так срывается, даже товарищи не могут его остановить?

Как бы то ни было, переговоры провалены.

Плохи дела.

Каджита.

Будь ты проклят.

О чём ты вообще думал?

– Каджита, вы!.. – взорвался Кузак, – Что-о?!..

Он увидел. Каджита замахнулся своим огромным мечом. Учитывая остававшееся до Джамбо расстояние обычной мыслью было бы: «Что, ты бьёшь оттуда? Ты же не достанешь».

Обычно это было бы правдой, но для Каджиты это расстояние удара. Он не просто перекачанный идиот. На дальней дистанции он бьёт мечом, а на средней и близкой – ногами, ловко переключаясь между двумя стилями. А дальняя дистанция Каджиты по-настоящему дальняя.

Вытянувшись вперёд, используя длину своего огромного меча, своих рук и тела, он, возможно, способен разрубить врага даже в трёх метрах от себя.

И как только Джамбо оказался на расстоянии удара, Каджита с размаху ударил его мечом.

Орк, похоже, предвидел это, но не отскочил ни назад, ни вправо, ни влево. Вместо этого он... исчез. Для Кузака всё выглядело так, словно Джамбо растворился в воздухе.

Как только в его голове пронеслось «Он исчез. Он сбежал» Джамбо возник над ними. Он прыгнул.

Похоже, Джамбо подпрыгнул вверх, чтобы убраться с пути опускавшегося вниз меча Каджиты. Но что это за движение такое?

Казалось невероятным, но Джамбо словно стоял в воздухе.

Разумеется, это длилось лишь мгновение. И всё же, такая поза выглядит совершенно неестественно для кого-то, прыгнувшего вверх. Джамбо был расслаблен. Так это выглядело для Кузака.

Впрочем, Джамбо увернулся лишь от первого удара. Каджита ещё не исчерпал арсенал своих приёмов.

Используя инерцию от взмаха меча он крутанулся, нанося мощный удар с разворота левой ногой. Прыгнувший вверх Джамбо неизбежно упадёт вниз. И Каджита собирался этим воспользоваться.

От такого не увернуться.

Джамбо и не пытался.

Он использовал летящую на него ногу Каджиты как опору, чтобы оттолкнуться и прыгнуть снова. Главарь Форган как будто шагал по воздуху.

Он приземлился за спиной Каджиты.

То, что Каджита тут же с выкриком «Кейа!» нанёс удар правой ногой с разворота, доказывало – он не обычный воин. И он не ограничился одним этим пинком. За первым тут же последовал удар левой ногой с разворота и пинок прямо правой. Потом быстрая серия ударов правой ногой в голову, корпус и по ногам. Два пинка левой, обманное движение, словно для удара с правой, вместо которого последовало ещё два пинка левой.

Не было бы преувеличением назвать эту серию приёмов блистательной. Каджита выпустил из рук свой огромный меч. Поразительно, как при своих размерах он ухитряется так двигаться. По виду Каджиты невозможно предположить, что он настолько быстр.

Но на Джамбо не было ни царапины.

Он уклонился от всех пинков Каджиты и наконец перешёл в атаку. Кузак явственно разглядел, что произошло.

Джамбо ударил Каджиту в грудь правой рукой – или, скорее, просто толкнул.

И всё. Всего лишь толчок, но Каджиту отбросило назад так, что его ноги взлетели вверх, и он рухнул вниз головой, с силой врезавшись шеей в землю.

– Не вижу способа победить, – донеслось до Кузака бормотание Моюги. Это почти наверняка означает, что не только сильнейший из действующих Рыцарей Ужаса не сможет одолеть Джамбо. Даже если все Рокс, включая Мойру, набросятся на него одного, Джамбо всё равно выйдет из схватки победителем.

Если такова оценка Моюги, то, наверное, всё так и есть. По, если можно так сказать, удачному совпадению Кузак полностью разделял это мнение.

– Такие, как сейчас, – произнёс Джамбо всё тем же совершенно спокойным тоном, – Вы не сможете даже заставить меня вспотеть. Но перед вами лежит ещё долгий путь. Ваш потенциал для роста намного больше моего. В этом мире найдётся мало тех, кто сильнее меня, но вам ещё предстоит встречаться со многими врагами. Если вам окажется под силу одолеть их, то вы сможете стать сильнее.

Он так буднично говорит о таких поразительных вещах. Джамбо только что объявил, что хотя он и не сильнейший в мире, тем не менее тех, кто способен его одолеть, найдётся немного.

Он наверняка переоценивает свои силы. Это не может быть правдой. Но в то же время Кузак подумал – если Джамбо не сильнейший, то что же за существо может его превосходить?

Может, тот дракон из Дарнггара? Даже Джамбо, наверное, не под силу победить его. Дракон ведь может дышать огнём. И он просто чересчур огромен. Во всяком случае, один Джамбо не справится.

Даже ему такое не под силу... наверное.

– Уходите, – Джамбо едва заметно дёрнул подбородком, – Сейчас. Иначе завтрашнего дня не будет ни у кого из вас. Больше тратить слов я не буду. Живите, или умрите. Выбор за вами.

– Что до нас, – тут же ответил Рок, – То мы уходим. Прости, Арара, я не смог исполнить твоё желание. У меня нет оправданий. Я не смог достичь цели, которую сам перед собой поставил. Я ничтожество.

– Вовсе нет... – Арара поникла.

Какое-то время я и предположить не мог, как всё обернётся из-за поступка Каджиты, но, похоже, ничего страшного не случилось. Кузак облегчённо вздохнул.

Ему вторил вздох Шихору. Они переглянулись и усмехнулись друг другу.

Юме несколько раз моргнула и тряхнула головой. Даже сейчас её жест и выражение лица вызывают непроизвольную улыбку. В ней, если можно так сказать, есть что-то от маскота. Какая-то не женская очаровательность.

– Мы уходим, – повторил Рок и зашагал... Стоп, зачем он идёт к Джамбо?

– Осторожнее, – Джамбо мягко остановил его и развернул в другом направлении.

– Ага... Извини, – Рок поскрёб в затылке.

А, точно. Арнольд пытался выдавить ему глаза, Рок всё ещё ничего не видит.

– Мы пошли... Туда? Нам туда?..

– Рок, – Арара подбежала к нему и взяла за руку, – Позволь помочь тебе хотя бы так. Ведь всё это из-за меня.

– Хм-м. Лично я бы так не сказал. Впрочем, неважно. Я счастлив, что могу держать тебя за руку.

– Сюда, – Кацухару поманил Арару. Дзидзо подобрал меч Рока. Этот парень ничего не упускает.

– Тяжеленный... – Моюги пытался поставить Каджиту на ноги, – Нет, я не смогу тебя поднять. Вставай сам, будь добр.

– Конечно, – Кажита ловко вскочил.

А он по-прежнему во вполне хорошей форме...

Саканами извивался всем телом и дико пританцовывал.

Гадость...

Кстати, Кроу нигде не видно. Как давно его нет?

Какая разница...

Кузак расслабил колени, размял плечи. Нет, я уже не знаю, что и думать про этих Рокс. Вот бы больше никогда не иметь с ними никакого дела.

Хорошо бы это была последняя наша встреча. А теперь просто собраться всем вместе и поскорее убраться из Тысячи Лощин. Впрочем, «всем вместе» теперь означает пятерых, а не шестерых.

Пока не буду об этом думать. Ничего хорошего всё равно не надумаю. Попытаюсь забыть.

– Идём, – сказала Шихору.

Кузак с Юме кивнули и отвернулись от Джамбо. Перед ними возвышался огромный Годо Агайа и сопровождавшие его члены Форган. Впрочем, те расступились, освобождая дорогу. Кузак, Юме и Шихору направятся к месту встречи сразу после того, как уйдут отсюда.

А ещё, так как они стояли позади, теперь им первым придётся пройти сквозь строй Форган. Довольно неуютно, но, с другой стороны, лучше уж поскорее закончить с этим.

Кузак шёл впереди, следом за ним Шихору и Юме, бок-о-бок.

Дул слабый ветер, туман не густел, но и не развеивался.

Проходя мимо Годо Агайа Кузак против воли посмотрел вверх. Огромный. Какой же он огромный.

Орк в ответ уставился на него, словно спрашивая «Что?»

Кузак торопливо отвёл глаза и поспешил вперёд.

Чёрт.

Опять эта моя привычка. Сейчас не то положение, чтобы расслабляться, не время делать ненужные вещи и думать ненужные мысли.

Соберись, соберись. Сосредоточься.

Как же я скучаю по Ортане.

До города ещё шестьсот, а может и семьсот километров. Далеко... До чего же далеко.

Сумеем ли мы вернуться?..

Так, стоп. Не время об это думать.

– Стойте! – раздался внезапный мужской голос, и Кузак остановился.

Нет, наверное, мне стоило бы побежать, а не останавливаться, – почувствовал он. Но у него не хватило духу.

– Командир! Джамбо! Не отпускай их!

– Кузак-кун! – окликнула Шихору.

Он обернулся. На вершине холма стоял однорукий мужчина, Такасаги. Он куда-то уходил, а потом вернулся? А где Ранта?

Джамбо повернулся к нему.

– Что такое, Такасаги?

– Один из них выкрал женщину и сбежал! У нас потери! Они достали Ранту!

– А? – Кузак не верил ушам, – Харухиро... убил Ранту...-куна?

Шихору сглотнула.

– Нет... – Юме онемела.

– Не смейте даже пытаться объявить, что тот парень сделал всё один, а вы не при чём, – Такасаги извлёк из ножен катану и направил на Рокс и Кузака с девушками, – Джамбо, может, и готов простить это, но не я. Не люблю, когда меня выставляют глупцом.

– Я не могу тронуть их, если они отступят, – сказал Джамбо, – Я дал слово и намерен его сдержать.

– Ну, тогда сдерживай своё слово, командир. А я поступлю так, как считаю нужным. Это же моя роль в Форган – делать то, что нужно сделать.

– В этом весь ты. Поступай как знаешь, Такасаги.

– Я и без тебя собирался это сделать, Джамбо. Гудуа! – Такасаги поднял катану к небу и закричал на каком-то неизвестном языке. Орочий? – Ашуруха, уданзай! Ильда!

– Ош!

– Ош!

– Ки!

– Киуем!

– Ош!

– Ош!

Нет, нет, нехорошо. Плохо, слишком плохо, совсем плохо.

Кузак пытался что-то сказать, но язык не слушался.

Нужно уходить. Пора уходить. Мы должны уходить. Бегство – единственный выход. Он махнул рукой, пытаясь выразить свои мысли, и побежал.

Юме побежала со всех ног, таща Шихору за руку. До появления Такасаги они успели пройти половину коридора, который образовали для них Годо Агайа и его отряд. Насколько бы всё было проще, успей они миновать их всех. Они почти дошли. А теперь орки и нежить бегут к ним с обеих сторон. Клещи.

Безнадёжно. Нам не сбежать. Что это вообще такое? Джамбо. Пошёл ты, Джамбо. Ты же сказал, что нас не тронут, если мы уйдём! Что с твоим обещанием? Нет, постойте, я неправ? Он сказал «я» или «мы»? Не помню. Вроде мне послышалось «мы», но не помню. Какого чёрта?..

– Р-ра!.. – Кузак оттолкнул щитом набегавшего слева орка и сбил его с ног ударом ноги. Нужно пропустить Юме и Шихору вперёд. Но если замедлить шаг, то враги сразу же накинутся со всех сторон. Нельзя останавливаться.

Позади слышались крики, звон металла и удары. У Кузака не было времени оглядываться и смотреть, но, наверное, это Тайфун Рокс.

Давайте вы все займётесь ими, – взмолился он про себя. Иначе у нас проблемы.

Справа набегал воин-нежить. Кузак отмахнулся от него мечом и закрылся щитом от опускавшегося слева орочьего меча.

Ещё чуть-чуть. Ещё несколько метров, и мы прорвались. Уже почти всё... но получится ли? Как там Юме с Шихору? Я не слышу криков, значит, наверное, они в порядке. Но, честно говоря, не знаю. Я совершенно потерялся. Ничего не понимаю.

Перед Кузаком вырос орк.

Не один, двое.

А-а. Мне... Мне конец.

Против одного ещё можно было бы что-то предпринять. Можно было бы рискнуть, забыть о самозащите и попытаться проложить дорогу, но против двоих это вряд ли сработает. Орки Форган сильны.

Нет, не отчаивайся. Я должен попытаться. Но я не могу набраться храбрости, как бы не пытался. Как же я жалок!

«Не-е-е-е-е-е-ет»

Раздался кошмарный вой, и один из орков опрокинулся на спину. Разумеется, он упал не потому, что оступился. Его повалили. Его повалила Мойра, демон, похожая на длинноволосую женщину, но, определённо, человеком не являющаяся и вооружённая жутковатыми клинками-ножницами.

«Не-е-е-е-е-ет. Не-е-ет. Не-е-е-е-е-е-е-ет»

Мойра обхватила туловище орка ногами, одной рукой обхватила шею и принялась потрошить клинками-ножницами. Второй орк, похоже, перепугался.

Да, понимаю тебя,– подумал Кузак. Это жутко. Мойра-сан не шутит. Хорошо, что она такая жуткая. Она спасла нас. Спасибо, Мойра-сан.

– За-а! – Кузак рубанул второго орка мечом.

Карающий Удар Паладинов характерен не только тем, что его наносят, продолжая закрываться щитом. Отличие от Удара Ярости Воинов ещё и в том, что поскольку Паладин бьёт расчётливо и не в полную силу, после удара легче нанести следующий.

Первый Карающий Удар лишь оставил зазубрину на наплечнике орка, но Кузак тут же нанёс тому Толчок Щитом в лицо. Ткнул Выпадом в горло, ещё один Толчок Щитом, сблизиться, внезапно пнуть орка в колено.

Кузак изо всех сил толкнул потерявшего равновесие противника. И, вместо того чтобы бежать дальше, остановился.

– Юме-сан, Шихору-сан! Бегите вперёд!

– Някей!

– Да!

В такие моменты Шихору-сан часто отвечает просто «да». Мне всегда нравилась эта её привычка.

Юме и Шихору пробежали мимо Кузака. Он отразил меч орка, попытавшегося погнаться за ними, заставил отшатнуться Выпадом и ударом щита отбросил в сторону катану ещё одного воина-нежити.

Мои бёдра слишком высоко? Да. Чуть согнуть колени. Не напрягаться. Шире размахиваться мечом, но держать щит ближе к телу.

Вот.

Вот это чувство.

Неважно, сколько тут врагов, неважно, сколько набрасывается на самого Кузака, ему не страшно. Он отчётливо видит всех, может защититься ото всех. Ответные удары он наносит лишь с оборонительной целью. А ещё чтобы убедить врагов в том, что умеет не только защищаться, но и нападать. Впрочем, в итоге всё это лишь оборона.

Защитить.

Защитить.

Защитить.

Я защищаю.

Я защищу.

Я могу защитить.

Вокруг скакала Мойра. Она не уничтожала врагов по одному, но вносила беспорядок своими дикими движениями и клинками-ножницами.

Что с Рокс? Кузак сумел разглядеть Каджиту, тот размахивал своим огромным мечом, сражаясь с Годо Агайей. Что с остальными – неизвестно, но зная их, они вряд ли погибнут так уж просто. Хотя, если честно, их судьба его мало заботила.

Собственные товарищи, вот кто важен. Шихору. Юме. Харухиро... Мэри.

Ранта.

Харухиро правда убил его?

– Ну-а-ах! – Кузак свалил двух орков сразу ударом щита, развернулся и побежал.

Сейчас можно бежать, – подумал он. Точнее, нужно бежать.

Он не видел ни Юме, ни Шихору. Некоторое время назад туман сгустился. Что ж, мы разделились, но они, наверное, справятся вдвоём. Вот что важно.

Кузак бежал со всех ног.

– А-а!..

Внезапно всё вокруг поглотила тьма.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 3. О храбрости

– Кузаккун?! – закричала Юме, обернувшись на бегу, – Кузаккун?! Кузаккун?! Шихору-у-у, Кузаккун не бежит за нами!

– Нет, Юме, не останавливайся!

– Д-да, но!..

– Первым делом мы должны спастись сами! Это наша главная цель! С Кузак-куном всё будет хорошо!

Правда? Юме сомневалась. Не похоже, что Шихору совершенно уверена в этом. Но, как она и говорит, главная цель сейчас – не попасть в руки врагов. Бежать, а не сражаться. Потом можно будет снова соединиться с Харухиро и Мэри.

Нужно занять свою голову этим и не думать о Ранте. Иначе Юме не сможет бежать. И тогда беда.

Бежать. Нужно бежать.

Вокруг внезапно потемнело. Туман сильно сгустился. И не только из-за этого.

– Дождь! – закричала Юме.

И притом ливень. Капли маленькие, но падают с каждой секундой всё быстрее. На землю словно сыпались тонкие копья воды.

Звуки битвы, заглушённые дождём, казались невероятно далёкими. Девушки почти ничего не видели вокруг себя. Дождь создал вокруг них сплошную стену.

Теперь, конечно, врагам будет тяжелее их найти. Но и врагов будет сложнее заметить, пока те не подойдут вплотную.

Но одно дело – враги, а Кузак?

Юме и Шихору не смогут увидеть его, и он тоже не узнает, где они. А значит, они могут так и не найти друг друга.

Впереди и слева виднелся склон, густо поросший деревьями. По крайней мере, Юме полагала, что это деревья. А не люди и не орки.

– Шихору! Давай в ту сторону!

– Да!..

Они подбежали ближе. Плотные кусты выглядели достаточным укрытием. Юме и Шихору присели друг подле друга.

Шихору тяжело дышала. Она ведь всё-таки Волшебница и не очень вынослива, но также и не привыкла жаловаться. Она всегда такой была, но в последнее время Шихору стала сильнее. Раньше, когда они только начинали, она всё время плакала.

– Что теперь? – спросила Юме, – Шихору, что ты с Юме должны теперь делать?

– Харухиро спас Мэри.

– А, тот дядька из Фонкон? Да, он ведь это сказал.

– Форган, а не Фонкон...

– О-о. Прости пожалуйста. Юме постоянненько всё путает.

– Ничего. Мы все любим тебя такой, какая ты есть. Это я должна извиниться. Прости, что постоянно поправляю.

– Юме рада, что Шихору её поправляет. Так Юме может исправляться.

– Да, пожалуй... – Шихору слабо улыбнулась, – Раз этот Такасаги вернулся, то, наверное, это значит, что Харухиро с Мэри удалось сбежать. А раз они сбежали, то направятся к месту встречи.

– Ага, – согласилась Юме, – Так и есть.

– В идеале мы с тобой и Кузак-кун, втроём, должны были бы тоже туда пойти, но...

– Но Кузаккун потерялся, да...

– Вряд ли стоит сейчас его искать, – добавила Шихору, – Давай пока подождём здесь...

– А знаешь, это трудненько. Просто ждать.

– Верно... – Шихору приобняла Юме за талию, – Но я буду здесь, с тобой.

– Ага, точно... – Юме улыбнулась. Ей показалось, что она должна улыбнуться, даже если придётся заставить себя, – А кстати, ведь Юме и Шихору почти всё время вместе.

– Наверное потому, что ты всегда соглашаешься терпеть такую как я.

– И вовсе нет! – заспорила Юме, – Шихору миленькая, а ещё... миленькая. Миленькая, понятно?

Шихору хихикнула.

– Ты просто повторяешь одно и то же слово...

– М-мургх, просто Юме не может ничего придумать. Даже если слово приходит в голову, оно какое-то не такое.

– Понимаю. Я понимаю, что ты хочешь сказать, так что... Я понимаю.

– Правда? – спросила Юме.

Почему? Что вызвало это?

На мгновение её голова словно опустела. А потом что-то начало просачиваться в пустую голову Юме – и заполнять. А потом заполнило до предела и полилось из глаз.

– Юме?.. – Шихору вглядывалась в её лицо, – Что... что случилось?

– Что... случилось? – Юме зажмурилась, – Юме не знает сама.

– Это... из-за Ранты-куна?

Теперь, когда Шихору произнесла это имя, Юме осознала – так и есть.

Ранта.

Она старалась не вспоминать о нём и считала, что ей это удавалось. Никакие мысли тут не помогут. Юме просто разозлится. Ранта всегда был такой. Всегда.

Как кому-то может удаваться быть таким противным?

Таково было её первое впечатление. И поразительной чертой Ранты оказалось то, что он совершенно не менялся.

Да, конечно, случалось, что Ранта говорил что-то приятное – для Ранты, или поступал героически либо мило – для Ранты, или даже ответственно – для Ранты. Но это случалось редко и всегда продолжалось лишь мгновение.

И всё же он был товарищем. Пусть Юме и ненавидела его. Ранта снова и снова демонстрировал ей, что значит – ненавидеть кого-то.

Она терпеть его не могла. Но он был вместе с ней в одной команде с самого начала. Он был дорогим товарищем.

В версии с изображениями тут находится картинка. Юме, конечно, ненавидела его. И всё же Ранта был другом.

Нет, не так. Не другом. Есть более подходящее слово.

Он был её семьёй.

Да. Для Юме команда – её семья. И Ранта тоже был членом семьи.

– Юме... Шихору, Юме, она...

– М-м. Что?..

– Мы были семьёй... Юме, и все... Для Юме все были как семья...

Юме открыла глаза и утёрла слёзы одной рукой. Но слёзы, как и дождь, отказывались униматься, сколько бы она не тёрла глаза. И всё же она продолжала их вытирать. Нельзя же, в конце концов, держать глаза закрытыми вечно.

– Сначала были Хару-кун, и Шихору, и Могзо... а ещё Манато, и Ранта, да. И Юме тоже была. А потом мы потеряли Манато, и к семье присоединилась Мэри. А потом с Могзо случилось то, что случилось, и к нам пришёл Кузаккун... Юме их всех считает своей семьёй. Ну, наверное, Юме думает, у неё были папа и мама до того, как она пришла в Гримгар. Иначе ведь Юме бы никогда не родилась. Но Юме ведь не помнит их, да? И ты тоже, так, Шихору? Мы все забыли своих родных. И поэтому мы – семья друг для друга. Можем любить или ненавидеть, можем чувствовать всякое, но семья это семья. Правда ведь?

– Да... Ты права. Семья. Верно.

– Но Юме ещё думает, ведь даже в семье иногда дороги расходятся. Например, Юме, наверное, никогда больше не увидит маму с папой. Хотя она их не помнит и не очень грустит. Просто ей немного одиноко... И всё-таки. Всё-таки...

– Юме... – Шихору крепко обняла её, прижалась головой к её голове, – Не знаю, что сказать, но я...

– Когда такое... – Юме выдохнула, – Когда случается такое, чего никак не ждёшь... Даже от Ранты. Когда Юме думает, что может больше не увидеть Ранту... Ей это совсем не нравится.

– Юме... – Шихору погладила её по спине, – Мы до сих пор не знаем, что случилось... И чем всё закончилось. Мы ничего не знаем наверняка. Так ведь?

– Угу...

– А значит, пока у нас есть лишь догадки... лучше не позволять предположениям слишком уж на нас влиять.

– Сначала... Ну, сначала нужно пойти туда, где нас ждёт Хару-кун, так?

– Правильно. Решать проблемы по одной.

– По одной, угу, – Юме кивнула и прижала к губам палец.

Кто-то идёт. Нет, не кто-то... Это зверь.

Огромный чёрный волк. С гоблином на спине. Насколько помнила Юме, гоблина зовут Онса. Гоблин-дрессировщик.

Там не только тот волк, на котором он сидит верхом – их сопровождают и другие чёрные волки.

Юме при виде этих волков невольно вспоминала о Чёрном Боге Ригеле. Среди Охотников, поклоняющихся Белой Богине Эльрих и верящих в её защиту, чёрные волки считаются злыми, враждебными существами. Эльрих и Ригель на самом деле брат и сестра, но Ригель пожрал их мать Кармию вскоре после собственного появления на свет, и дороги брата и сестры разошлись.

Род Эльрих, белые волки – благородные существа, создающие стаи лишь из семейной пары и их потомства. Они всегда охотятся на существ больших, чем они сами. Но род Ригеля, чёрные волки, сбиваются в большие стаи, чтобы загонять и убивать слабую добычу. Они нападают и на людей, и на орков без разбору, первыми пожирая детёнышей, и заслужили всеобщий страх и ненависть.

А Онса приручил этих чёрных волков.

Это поразительно – но Юме понимала, что сейчас не время восхищаться. И всё же волки – не только чёрные, но и волки вообще – никогда не подчиняются существам вне своего вида. Волки держатся только вместе с другими волками.

По этой причине Охотники скрестили волков и собак, чтобы вывести породу волкособов. Волкособы унаследовали от собак верность, а от волков – силу и ярость.

Волки, как правило, сильнее собак. Но чёрные волки даже среди прочих волков выделяются поразительным упрямством, хитростью и невероятно острым чутьём, зрением и слухом.

Онса обнаружит девушек. Наверняка. Несмотря на дождь волки не упустят их. Очень скоро один из чёрных волков учует, что в кустах прячутся чужаки, завоет и кинется на них. Остальные последуют за ним. И тогда спасения не будет. Нужно действовать первыми. Другого выхода нет.

Юме взялась за лук и наложила стрелу на тетиву. Шихору, наверное, удивилась, но промолчала и замерла. Она верит в Юме.

Вон туда. Но не слишком далеко, – подумала Юме.

Чёрные волки умны, но всё же уступают людям. Если они заметят стрелу, то обернутся туда, куда она полетит.

Юме выстрелила.

Как она и ожидала, волки коротко взвыли и ринулись вслед стреле. Шихору, не дожидаясь сигнала, приподнялась, готовая бежать. Они вместе выпрыгнули из кустов и бросились вверх по склону.

– Хийаа-а! – раздался пронзительный крик Онсы.

Как быстро. Уже заметил.

Склон был не таким уж и крутым, но он густо порос деревьями. Подниматься по прямой они не могли. Шихору бежала впереди, но силы уже покидали её.

Юме обернулась. До передних волков уже меньше десяти метров. Совсем скоро догонят.

Большинство хищников, не только волки, набрасываются на убегающую добычу, не ведая жалости, но если жертва демонстрирует готовность бороться за жизнь, нападать сразу не рискуют. Хищники по природе своей осторожны.

Одна Юме, возможно, и сумела бы сбежать. Но с ней Шихору. А бросать волкам Шихору, разумеется, нельзя.

Придётся сражаться.

Сложно представить себе победу в таком бою, но если принять то, что другого выхода нет, выбор сделать гораздо проще.

– Прости, Шихору! Мы не сбежим!

– Поняла!.. – Шихору развернулась, и выкрикнула: – Дарк!

Открылась дверь.

Юме не Волшебница и потому не могла увидеть эту дверь. Но дверь совершенно точно была. Она отворилась. Откуда-то из иного мира протянулись чёрные нити, свились спиралью и приняли человекоподобную форму.

Элементаль Дарк.

Он такой миленький. Но, впрочем, Шихорин Дарк способен на большее, чем просто быть миленьким.

Юме остановилась и выстрелила. Потом ещё раз и ещё, одну стрелу за другой.

Беглая Стрельба.

Попадать в волков необязательно. Стрелы попадают в деревья, ничего страшного. Юме стреляла почти не целясь.

Волки осознали, что Юме с Шихору не трусливая добыча и притормозили. А когда в них полетели стрелы – попятились.

– Отвлеки! – скомандовала Шихору. Дарк полетел к волкам.

Уооооооооуууууу!

Что это за звук? Похож на тот, что издают Отзвуки Теней, но чуть-чуть отличается. Это Дарк. Элементаль летал среди чёрных волков, издавая странный шум.

Это действовало. Волки запаниковали и с жалким подвыванием бросились врассыпную.

– Дарк-кун крутой! – воскликнула Юме.

– Юме, большой нападает!

– Ага! – Юме сделала глубокий вдох, так, будто пыталась вобрать воздух всем телом, и заставила глаза перефокусироваться с ближних предметов на дальние.

Юме услышала голос учителя. «Слушай, Юме. Ты попадёшь. Попадёшь... Сейчас ты попадёшь».

Замерший Глаз.

Она видит. Чёрный волк, несущий на себе Онсу, словно вырос прямо перед ней.

Его правый глаз выбит. Кроу ранил этого волка совсем недавно. У зверя есть и другие раны, но, похоже, он по-прежнему полон сил.

Значит, лучшая мишень... Онса.

Юме спустила тетиву.

Хороший выстрел.

Когда выпущенной стреле предстояло попасть в цель, Юме понимала это, едва тетива вырывалась из её пальцев.

Стрела попала Онсе в грудь – но лишь чиркнула справа. Гоблин откинулся назад, но тут же пригнулся и вцепился в шерсть волка.

К этому моменту Юме уже выпустила вторую стрелу. Та свистнула над самой головой чёрного волка.

– Юме! – Шихору выставила посох перед собой, – Я попробую!

Попробует что?

Ответ тут же пришёл сам собой.

– Дарк, развернись!..

Юме показалось, что отпугивавший чёрных волков элементаль вдруг взорвался. Всё вокруг накрыло чёрное облако. Он развернулся, как и сказала Шихору.

Чёрная мгла вобрала в себя и туман, и дождь. Более того, облако оказалось гораздо гуще. Чёрные волки, и так перепуганные, взвыли как безумные. Они в ужасе. Дарк, распространяясь, нёс с собой кошмар.

Такова одна из слабостей стаи. Каждое из составляющих стаю существ неизбежно подвержено влиянию стаи как единого целого.

Но проблема в большом чёрном волке. Накрывший всё вокруг Дарк оказал поразительный эффект, намного превосходящий обычную дымовую завесу. Но никакого физического вреда или боли он волкам не причиняет. И поэтому Юме подозревала, что против чёрного волка Дарк не поможет.

Шихору может призвать лишь один элементаль за раз. А значит, пока Дарк сдерживает чёрных волков, она беззащитна.

Юме должна что-то сделать. И сделает.

Она отбросила лук и выхватила меч, Ван-тян. Ей не страшно.

Когда-то давно Манато сказал «Юме храбрая. Вероятно, храбрее любого из нас». И ещё добавил «я рад, что она всегда готова в случае чего броситься на помощь».

До того момента Юме никогда не считала себя храброй, и была очень горда. Горда за то, что, возможно, ей под силу чем-то помочь товарищам. Во всяком случае, так считал Манато.

Но помочь она не смогла. Не смогла спасти ни Манато, ни Могзо. А случаи, когда Юме действительно по-настоящему помогла товарищу, по-прежнему можно было пересчитать по пальцам. И всё же те слова Манато о её храбрости по-прежнему глубоко запечатлены в её сердце.

Странно, но даже когда становилось так страшно, что Юме не знала, что делать, она всегда оказывалась способна сказать себе – «Юме не боится. Потому что Юме храбрая». Так что она не боялась, даже когда боялась.

Из чёрного облака вырвался гигантский волк с Онсой на спине.

Нападает.

Страшный вид, но Юме не было страшно ни капельки.

– Попробуй! – завопила она.

Юме не собиралась отступать. Она не будет уворачиваться ни вправо, ни влево. Когда огромный чёрный волк бросился на неё, Юме... прыгнула вперёд.

Клык Тигра.

Сальто вперёд и мощный удар по врагу. Из всех приёмов боя с кукри Юме предпочитала именно этот.

Огромный чёрный волк бесстрашно летел на неё. И тут случилось нечто забавное. Юме, перекувыркнувшись в воздухе, отчего-то приземлилась ему на шею.

– Ро?.. – обронил Онса.

Он был прямо тут, буквально нос к носу с Юме. Она и представить себе не могла, что всё получится вот так. Онса ошарашенно уставился на неё.

А гобби миленькие, когда у них такое удивленное лицо, а? – подумала Юме.

– Ну, да, но!..

Гоблины – враги. Юме крепко обхватила ногами загривок волка и попыталась рубануть Онсу Ван-тяном. Но гоблин, разумеется, не собирался позволять ей убить себя.

Он схватил правую руку Юме своей правой рукой, а левой крепко вцепился в шерсть волка. Тот извернулся, пытаясь скинуть Юме. Она стиснула бёдра ещё крепче, и, сочтя, что одного этого недостаточно, схватилась левой рукой за правую руку Онсы.

– Юме! – донёсся до неё крик Шихору. Отвечать, что с ней всё в порядке, просто не было времени.

Онса что-то орал по-гоблински. Потянулся левой рукой за каким-то оружием. Ну уж нет.

– Ня-а-а!

Юме вцепилась в гоблина изо всех сил. В отличие от орков гоблины слабее людей, и, разумеется, это касается Онсы в полной мере. Силой Юме ему не уступит.

– Если Юме и свалится, то вместе с гобби!

–%+#*%?!

Юме не понимала его языка, но Онса явно запаниковал. Чёрный волк нёсся вниз по склону, подскакивая и изгибаясь всем телом.

– %*#+@!

– Говори что хочешь, Юме не отпустит!

– *+$@%?!

– Юме ни словечка не поняла!

– %#**!

– Сам такой!

– ******!

– А Юме – всамделишный Гоблодав!

– $$#%?!

Онса пытался что-то сделать. Что он задумал? Начал привставать. И тут Юме поняла.

– Юме не отпустит!

Юме схватила Онсу, а Онса цепляется за спину огромного волка. Всё это время он отчаянно пытался сбросить её, но наконец сдался. И теперь собирается спрыгнуть с бегущего волка, а Юме забрать с собой.

Мы упадём.

Или, скорее, свалимся

Юме не отпустит Онсу. Иначе Онса, готовый к падению, тут же вскочит и снова усядется верхом на волка.

А что сделает Онса, если Юме не выпустит? Попытается упасть на неё. А Юме попытается ему помещать, сделать так, чтобы Онса ударился о землю сам.

Кто пересилит и окажется наверху?

Но дерево возникло перед ними раньше, чем удалось узнать ответ.

Верно. Дерево.

Они врезались в него на лету.

Юме силой приложилась о ствол левым боком и головой. Она едва не выпустила гоблина, но на мгновение перед её глазами встало противное лицо Ранты. Не дождёшься. ...Тупой Ранта.

Они с Онсой покатились кубарем вниз по склону.

И наконец остановились.

Юме увидела, как Онса разинул рот. Пытается укусить. Укусить за лицо. Юме от неожиданности перепугалась и пинком отбросила гоблина прочь.

И тут же рассердилась на себя. Разве Юме не должна быть сильной?

Онса поднялся, и попытался убежать – впрочем, скорее уползти. Юме вскочила. В глазах потемнело, она споткнулась. Это из-за того удара о дерево? Она стукнулась чем-то важным?

– Стой! Не смей убегать!

Юме шаталась, но и Онса с трудом держался на ногах. Они оба едва стоят, шансы равны.

Всё тело болит.

Где Ван-тян? Юме где-то уронила его?

Она вытащила нож. Меткий Бросок. Она замахнулась, но нож отчего-то упал к её ногам.

– Нет...

Не выйдет.

Придётся догонять.

Нужно поймать этого гоблина.

Онса попытался обернуться. И споткнулся. Пополз дальше, не пытаясь снова встать.

Юме наконец улыбнулась. Гоблин пострадал сильнее, чем она. Ему не сбежать.

Где мы? – внезапно задумалась она. – Неважно. Это сейчас не главное.

Онса карабкался вверх по склону. Юме, пусть и вынужденная иногда опираться рукой о землю, могла идти.

И тут Онса вдруг пропал из вида. Из-за тумана? Туман и правда густой. И дождик всё льёт и льёт.

Юме, обеспокоенная, зашагала быстрее. О, понятно. Склон закончился, мы вскарабкались наверх. Вот почему Онса пропал. А где он?..

Вон там.

Слева.

Онса полз прочь.

Юме попыталась наконец настичь его – и вдруг осознала.

А как Юме убьёт Онсу? И в чём вообще смысл убивать его? Что это изменит?

У-у-у-у-у... Один из чёрных волков завыл. Нет, наверное это тот, огромный волк. Откуда-то снизу. Бежит сюда, вверх по склону.

Онса развернулся в ту сторону и засвистел. Он подзывает его. Он сядет на волка и ускачет. А Юме его никогда не догонит.

Юме заставила ноги шагать вперёд. Перед глазами почему-то всё плыло.

Устала? Вроде не должна была. Наверное, дело не в этом.

Онса больше не пытался бежать – должно быть, ждал своего волка. Но благодаря этому Юме удалось наконец добраться до него. Она схватила гоблина – вернее, рухнула на него.

Подбежал чёрный волк и попытался рвануть Юме зубами. Она, схватившись за Онсу, перекатилась, как-то ухитрившись увернуться от клыков.

Онса что-то прокричал, протянув руку. Он говорит волку «Спаси меня!» или что-то такое?

Гигантский волк снова попытался укусить Юме. Та выкрикнула «Ваф!», завыла ему в морду. Волк отскочил.

Онса пытался вырваться. Юме не пускала.

– Юме ведь сказала!..

– $#+%%!..

Юме ни за что его не отпустит.

Они вместе покатились по земле.

Лишь в последний момент она заметила.

Противоположный склон холма, на вершину которого взобрались Юме с Онсой, оказался очень крутым. Фактически, обрыв.

А они с гоблином теперь на самом краю. Нет, они висят над обрывом.

– Ува... Упадём же...

Огромный волк со странным тявканьем бросился к ним и наклонился над обрывом. Онса схватился за мягкую шерсть на его загривке. И Юме, инстинктивно, тоже.

Чёрный волк попытался упереться лапами.

О. Не выйдет, – подумала Юме.

Лапы волка заскользили вниз.

Упадёт. Он так упадёт вниз.

А тогда вместе с ним и Онса. И, конечно, Юме тоже.

– Шихору-у-у-у!.. – закричала она.

Хару-кун.

Кузаккун.

Мэри-тян.

Пожалуйста, пусть с ними будет всё хорошо. Пожалуйста.

Потому что если нет...

Эй!.. А ты-то как же?! – послышалось вдруг ей.

Что?..

Заткнись, дурак.

Ранта.

Ты просто глупый Ранта.

А ещё ты предал Юме и всех нас. Мы же можем никогда больше не увидеться!

От кого-кого, а от Ранты слышать такое она не желала. Юме рассердилась, и это придало ей сил. Она стиснула зубы. Онса пока неважен; нужно просто держаться за волка. Волк крутанулся раз, другой, и, отчаянно пытаясь зацепиться всеми четырьмя лапами, соскользнул с обрыва.

Они не падали, а скользили. Обрыв казался отвесным но, наверное, всё же не настолько крутой. Может быть, всё-таки удастся вот так соскользнуть и не ушибиться – подумала было Юме, но тут волк наткнулся на корягу, и их отбросило в воздух.

Они падали.

Падали, вращаясь в воздухе.

Юме умрёт?..

Как-то раз, в Дарнггаре, она уже едва не умерла. Смерть прошла совсем рядом. Её ранили в горло, повсюду была кровь. Так много крови, и она даже не могла вдохнуть. А. Кажется, всё очень плохо. Юме, наверное, умрёт – думала она. Вот, значит, как это. Так просто.

Всё вокруг быстро меркло – но вдруг подействовала магия Мэри, и Юме вернулась к жизни.

Хару-кун тогда плакал. И так крепко обнял Юме.

Ей было очень приятно, но... Юме не знала почему, но ещё ей стало немного неловко.

О... она поняла.

Просто с ней были её товарищи. Вот почему она не боялась.

Ей не нравится одиночество. Она не хочет умирать вот так, в одиночестве.

И огромный чёрный волк тоже не хочет умирать. Он отчаянно пытается спастись. И Онса, как и Юме вцепившийся в его шерсть, тоже хочет жить.

Чёрный волк сумел снова зацепиться лапами за склон.

Постарайся, пожалуйста, волчик... Волк-тян, ты сможешь. Или мы все умрём.

То, что было дальше, она запомнила смутно. Их крутило во все стороны, трясло, они обо что-то ударялись, и Юме показалось, что она вот-вот сорвётся – но вместо этого она вцепилась ещё сильнее, а потом всё затянула дымка.

С неба тихо падал дождь.

Стелющийся вокруг туман отчего-то напоминал мягкое покрывало.

Она немного озябла, и зарылась лицом в шерсть огромного волка. Было тепло, и она ощутила биение его сердца. Чёрный волк дышал. В какой-то момент Юме, сама того не осознав, примостилась к его животу. Может, волк почувствовал это, а может и нет. Она не знала.

Но если бы заметил то, наверное, ему бы не понравилось. Он же враг Юме.

Но сама Юме так не считала. Огромный волк больше не казался ей врагом.

Он тоже живой. Может, можно отложить это всё?

А что, интересно, считает распластавшийся на волчьей спине Онса?

Тот с трудом приподнялся и что-то сказал. Вроде бы «Гаро».

Чёрный волк слабо тявкнул. Наверное, Гаро – это его имя. Значит, его зовут не «Волк-тян». Ну, конечно нет.

Гаро.

– Гарон... – Юме погладила волка. У неё пока не было сил встать, но хотя бы пошевелить рукой, чтобы приласкать зверя, она может, – Ты как... Гарон?

Волк содрогнулся всем телом. Может быть, ему не понравилось прикосновение Юме, и он хотел сбросить её руку. А может, так он пытался ответить.

Онса положил руку на шею волка и посмотрел на Юме. У него тоже почти нет сил. Он сумел подняться, но стоял, согнув спину и поникнув.

– Онсан, эй... Что теперь?.. – Юме улыбнулась. Она не изображала улыбку – это получилось само собой, – Юме, Юме больше не хочет драться ни с Онсаном, ни с Гароном... Если Онсан хочет, то Юме будет драться, но только потому, что ей придётся.. Но, если по-честному, Юме совсем не хочется.

Онса отвёл глаза. Юме поняла это так, что сражаться он не намерен.

Во всяком случае, пока.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 4. Вознаграждение

Я видела всё до того момента, когда Юме запрыгнула на огромного волка.

А что случилось после?

Шихору не знала.

Тот огромный чёрный волк куда-то убежал, унося на спине Онсу и Юме? С определённостью можно лишь сказать, что рядом их нет, и нет никакого способа определить, куда они делись. Более того, Шихору должна поддерживать Дарк, развёрнутый чтобы остановить чёрных волков.

Свою связь с Дарк Шихору ощущала как тонкую нить. И эта нить не соединяет их накрепко – Шихору лишь держит её в руке. Она приноровилась направлять Дарк с помощью этой нити, но стоит чуть расслабиться, и нить выскользнет из пальцев. И тогда элементаль сразу же исчезнет.

Ей пришлось развернуть Дарк чтобы накрыть множество врагов сразу.

Шихору вынашивала эту идею уже некоторое время. Она не планировала проверять её в реальном бою, но посчитала возникшую необходимость в таком эффекте отличной возможностью.

Магию питает не только магическая сила Волшебника – отражающая его духовную энергию, но и воображение. Магия воплощается в реальном мире посредством построения и поддержания детальных образов, убедительных до степени истинности.

Те заклинания, которым обучают в гильдии, это образы, созданные и воплощённые прошлыми Волшебниками. Элементальные глифы это система материализации магии, изобретённая кем-то в прошлом.

Дарк Шихору иной. Он – продукт её собственного воображения. Он развеивается, если Шихору не удерживает его в голове. Его форму поддерживает создаваемый ею чёткий образ. Но даже если Дарк меняет форму, он – всё тот же Дарк пока его образ сохраняется в голове Шихору.

Даже развеянный вокруг Дарк это тоже Дарк. Сейчас он просто сменил форму. Дарк в форме тумана. Можно, например, назвать его Дарк Мист.

Она попробовала, и поняла. Даже развеянный Дарк это один Дарк. Он не разбился на множество мелких. Нить по-прежнему одна. Шихору лишь нужно как следует удерживать эту воображаемую нить.

Но... Это...

Изнуряет.

Развёрнутый Дарк охватил довольно большую площадь. Каждый раз, когда Дарк исполнял команду Шихору переместиться, она ощущала, как сотрясается весь её разум. Казалось. что её словно волочит по земле. Тяжело было даже стоять на месте, ей приходилось постоянно концентрироваться на том, чтобы упираться ногами в землю.

На того огромного волка элементаль не подействовал, но остальные запаниковали, как положено. Ни один из чёрных волков не пытался прорваться сквозь Дарк Мист и наброситься на Шихору. Во всяком случае, пока. Не стоит рассчитывать, что это будет продолжаться и дальше.

А ещё, Шихору вряд ли продержится долго. Если она слишком затянет и истратит все силы, то не сможет даже попробовать защититься как-то ещё.

Шихору одна.

Рано или поздно придётся переключиться. Выпустить Дарк – в результате чего Дарк Мист развеется – и тут же призвать элементаль снова. Может быть, сначала стоит спрятаться? Или попытаться сбежать подальше?

Сбежать. Наверное, одновременно идти и поддерживать Дарк Мист будет тяжело. Значит, нужно приготовиться.

А я так спокойна, подумала она.

Нельзя позволять себе умирать. Честно говоря, Шихору не особо ценила собственную жизнь. Но её смерть повлияет не только на неё одну. Она знает, каково это – потерять товарища. Нельзя просто взять и умереть.

Шихору не желала, чтобы её товарищи, её друзья, снова пережили это. Ту боль, то страдание... она не хочет, чтобы дорогие ей люди испытывали такое. И поэтому она не умрёт.

Я не собираюсь умирать.

Я буду бороться до последней крупицы своих сил.

Шихору шагнула в Дарк Мист. Всё прошло согласно ожиданиям. Что-то в этом роде она и представляла. Внутри Дарк удерживать их связь оказалось даже легче.

Этот чёрный туман – сам Дарк. Дарк исполняет то, что Шихору ему велит. Он словно её друг. Дарк не ослепит её.

Шихору видела в чёрном тумане. Отчётливо. Фактически, даже лучше чем снаружи, среди белого тумана и дождя.

Вокруг носились чёрные волки, тявкая и прижимаясь к земле. Некоторые пятились. Один поджал хвост и жалко скулил.

Сколько их тут? Нет времени считать.

Шихору шагала через Дарк Мист. О беге, разумеется, не может быть и речи. Стоит споткнуться, и нить вырвется из рук.

Не бойся, – повторяла она себе, – Не останавливайся и не пугайся.

Шихору шла обратно, туда, откуда они пришли вместе с Юме. Дарк Мист перемещался вместе с ней. Она не отдавала такого приказа, но Дарк следует за ней.

Ничего. Можно приказать ему остановиться или куда-то направить, но на это уйдёт какая-то часть магических сил. Шихору заставляла себя идти дальше, концентрируясь лишь на том, чтобы удерживать Дарк Мист.

И наконец все чёрные волки остались за её спиной.

Здесь.

Она разжала мысленную хватку и побежала. Дарк тут же исчез.

– Дарк! – Шихору тут же призвала его снова. Он, в своей обычной человекоподобной форме, примостился на её плече.

Честно говоря, в первый раз Шихору материализовала Дарк используя образ морской звезды. Она никогда не видела моря в Гримгаре, но откуда-то знала, что такое морская звезда. Эти существа напоминают скорее не человека, а человеческую руку. Шихору уже где-то видела морских звёзд. Их образ, однажды возникший в памяти, уже нельзя было заменить чем-то ещё. Они ей почему-то нравились.

Чёрные волки зарычали. Некоторые погнались за ней.

Шихору остановилась и обернулась.

– Вперёд, Дарк!

Уооооооооууууууу! Элементаль, издавая странный, и не низкий и не высокий звук, понёсся на волков.

За Шихору гонятся трое. Дарк пролетел прямо над их головами. Звук, должно быть, очень неприятен для волков – все трое испуганно затормозили.

Но следом за ними бежит ещё несколько. Нет, не несколько. Двое. Нет. Трое спереди, и ещё один заходит справа.

Шихору приказала Дарк остановить этих четверых. Но тем временем один из первой тройки пришёл в себя и бросился к Шихору.

– Ударь!

Дарк врезался в волка. Тот отлетел в сторону, корчась и извиваясь.

Призвать снова?

Грудь болела.

Шихору побежала. В висках колотился пульс. Сердце, казалось, вот-вот разорвётся. Горло сжалось, стало трудно дышать.

Она всё ещё слышала рычание за спиной.

Не было даже нужды оборачиваться. Волки несутся по пятам.

Что-то задело правую лодыжку.

Волчьи клыки.

В следующий раз он вцепится и повалит на землю.

– Дарк! – выкрикнула Шихору, разворачиваясь, – А-а!..

И в этот момент чёрный волк прыгнул на неё.

Если бы Дарк не ударил его, клыки волка наверняка вцепились бы в горло Шихору. Тело волка сотряс удар – но слишком слабый, чтоб отбросить его в сторону.

Волк врезался в Шихору, она упала. А когда, оттолкнув волка, попыталась подняться, зубы ещё одного сомкнулись на её правой ноге.

Вместо крика боли Шихору выкрикнула имя.

– Дарк!

Элементаль отбросил волка прочь.

Правая нога болела не так уж сильно, но пользоваться ею Шихору не могла. Она попыталась отползти, и тут на неё набросилась вся стая.

Дарк...

Она попыталась позвать, но изо рта не вырвалось ни звука.

Волки вгрызались в неё со всех сторон, с силой вцеплялись зубами и трясли. Ещё немного, и они разорвут её.

О...

Я...

Меня съедят.

Я пыталась.

Я сделала всё, что могла.

Но, нет... Ещё нет...

– О, внимательный внимающий в ночи!

Раздался чей-то голос.

Она, конечно, никак не могла рассчитывать на это. Но, впрочем, надежда, пусть и слабая, у неё была.

– Бвахахаха! Ахаха! – орал голос, – Свиньи! Грязные свиньи! Идиоты! Недоразвитые кретины, полоумные дуралеи, высохшие извращённые садомазохисткие суки! Я заставлю вас публично каяться во всём содеянном, вшивые вы волки! Звери в волчьей шкуре! Безнадёжно! Помогите! Помогите, помогите, помоги-и-и-те!

О-о. Ну почему именно он?

Вор, извиваясь всем телом, размахивал во все стороны двумя клинками. Его дикие, неестественные движения выглядели неприятно. Их тяжело описать, но в них словно отсутствовала человечность... нет, им недоставало даже следа рассудка, здравого смысла и самоконтроля, присущих любому разумному существу. А ещё он, не умолкая, нёс какой-то бред.

– Факты состоят ни из чего иного, как из выдумок. Факты это выдумка. Выдумка есть факт. Величина корня заставляет предшествующие технологии действовать глупо! Отоприте анти-анти-анти-замок моего сердца, леди! О счастье, о счастье, настали наши чёрные дни, детка!

Саканами. Он определённо ненормальный. Похоже, даже чёрные волки поняли, что с ним что-то серьёзно не так – они попятились от него, попытались сбежать. Некоторым удалось, но нескольких наименее удачливых он настиг и заколол.

Так много волков только что пытались растерзать Шихору. И ни одного не осталось.

– Аманда-а-а-а-а-а-а! – ни с того ни с сего завопил Саканами, и погнался за волками в туман.

Жуть. Он жуткий. Но...

Он спас меня?..

Но спас ли? Тело не слушалось. Или, скорее, Шихору не знала, что будет если она хотя бы попробует двинуться. Ей казалось, что стоит лишь неправильно шевельнуть пальцем и её истерзанная плоть разорвётся в лоскуты.

Она жива. В этом сомнений нет. Дышит, и в сознании. Но едва-едва.

Определить, насколько именно ей больно, не получалось. Возможно, в этом состоянии она уже не может даже ощущать боль.

Во всяком случае, я попыталась придумать план, сказала она себе. Я предполагала, что если пойти в эту сторону, то встречу кого-то из Тайфун Рокс. Но, может быть... шансов всё же не было. В таких ситуациях... Волшебникам приходится нелегко. Ну да. Потому что мы... бесполезны в одиночку.

Стать бесполезной... Вот то, чего я не хочу.

Но, по правде говоря... Пусть и опираясь на кого-то, хоть как-то... Я хочу выжить. Хочу снова увидеть остальных. Не хочу быть одна.

Не хочу встречать свой конец... совсем одна.

Вот бы узнать... каково было Манато-куну и Могзо-куну. Тогда вместе с ними были и мы... наверное, хотя бы это послужило им поддержкой.

Дождь... Ах, дождь... Он уже не кажется холодным. И вообще никаким.

Не хочу... уходить вот так.

Вот так... совсем одна.

Не хочу... умирать.

Вот бы... хоть кто-то был рядом.

Надеюсь... с Юме всё хорошо. Если да... то я рада. Не хочу, чтобы Юме умерла... вот так.

Пусть это буду только я. Пусть лишь я... умру вот так.

Ненавижу.

Это так одиноко.

Но... Всё моё время с друзьями... Не было напрасным.

Вот... вот о чём я хочу думать.

Тогда я смогу... забрать их голоса... забрать воспоминания о них с собой...

Я...

Я ведь сделала всё что могла, правда?..

Манато-кун.

Я... Я не проиграла.

Может быть... Могзо-кун выйдет встретить меня?

Если да... Тогда... Я уже не буду одинока...

– О, выглядит неприятно, – произнёс чей-то голос.

Ничего не вижу. Как темно. Лишь шелест дождя, и этот голос. Больше ничего.

– Ты молодец.

Да. Я молодец. Кто-то признал это.

– О свет, даруй нам божественную защиту Люмиариса. Чудо Света.

Не может быть! Я...

Засиял свет. Со всех сторон. Свет окутал её, разлился, заполнил. Она сама стала светом.

Тепло.

Свет приподнял её.

Вознёс вверх, выше и выше.

– А!..

Шихору распахнула глаза.

Сверху вниз на неё смотрел человек с короткой стрижкой и лицом таким безмятежным, словно он достиг просветления.

– Привет. Рад, что ты выжила. Это было близко.

– Цуга-сан...

– А где остальная молодёжь? Нигде их не вижу. Разделились?

– А?.. О, да. По дороге...

– Понятно, – сказал Цуга, – Ну, с нами примерно то же самое. Впрочем, как обычно.

Цуга не сказал – «так что всё в порядке», но ей стало чуть спокойнее. Шихору самостоятельно оценила обстановку и выбрала наилучшее решение из доступных. Она рискнула всем, полагаясь на этот крошечный проблеск надежды и, можно сказать, выиграла.

Впрочем, спастись самостоятельно она всё же не смогла, так что гордиться тут нечем. И все же, стыдиться тоже нечего. Она выжила, неважно каким образом. Пока она жива, можно бороться. Пока она жива, шансы есть.

–Эм... – сказала Шихору, – Спасибо вам... большое...

– Пустяки, – Цуга перевёл взгляд на её грудь, – Я вылечил раны, но залатать одежду мне не под силу.

– Одежду... – Шихору приподняла голову и посмотрела на себя, – А!..

Она торопливо вскочила, прикрывая грудь правой рукой. Потянула вниз подол разорванной мантии, стараясь закрыть ноги.

Плохо. Чёрные волки изорвали на ней одежду практически в клочья.

Цуга, избегая её взгляда, посмотрел в сторону. По расслабленному выражению его лица можно было подумать, что он созерцает пейзаж.

– П-простите, что вам пришлось на это смотреть...

– Вид был что надо, впрочем.

– А?..

– Я видел совсем немного, можешь не беспокоиться.

– ...Но я беспокоюсь.

– Ну, ожидаемо. Ах да, – Цуга поставил на землю свою рюкзак и вынул оттуда что-то, – Вот, держи. Это зимний плащ. Если тебя устроит мой...

– ...Я одолжу его у вас.

– Он твой. Если станет не нужен, просто выброси.

– Простите... За все хлопоты.

Серый плащ Цуги был, видимо, сделан из шерсти, и оторочен мехом по краям. Для Шихору он оказался великоват, и довольно тяжёл, но зато полностью закрывал тело. И, к её радости, застёгивался спереди.

Шляпа куда-то пропала, но посох нашёлся рядом на земле. Теперь, когда её единственной магией стал Дарк, Шихору уже не нужен посох, но ходить с пустыми руками ей было неуютно. Лучше, когда посох есть, чем когда его нет.

– А остальные?.. – спросила она.

– Не знаю. Ну, вроде недавно слышал голос Саканами.

– Это Саканами-сан спас меня.

– О, правда? Не знаю, где остальные, но Моюги наверняка со всем разберётся. Даже когда нам приходится совсем туго у него, как правило, получается исправить положение.

– Вы так ему доверяете...

– Я ему не доверяю. Просто до сих пор всё было именно так.

Разве это не называется доверием? – невольно подумала Шихору, но лишь неопределённо кивнула и не стала развивать тему.

Все люди разные. Естественно, что между ними могут быть некоторые трения, взаимонепонимание, разница в силах и способностях. Незачем пытаться насильно сглаживать противоречия или всех уравнивать. Цуга старший товарищ Шихору, соратник по клану, и он спас её. А ещё, похоже, успел немного поглазеть. Но они не друзья.

– Что вы планируете делать дальше, Цуга-сан?

– Наверное, поброжу тут, пока за мной не придёт Моюги. А ты?

– Мне... нужно найти моих товарищей.

– Того дылду Кузака и Юме-тян, Охотницу?

– Да... И Харухиро-куна с Мэри. Мы договорились о месте встречи. Наверное, остальные тоже пойдут туда...

– Та пещера?

– Да.

– А они доберутся? Задача не из лёгких. Ты, кстати, сама-то дойдёшь?

– ...Я должна.

– Вера в силу воли, – Цуга снова поднял рюкзак себе на плечи, – Не думаю, что из неё выйдет что-то хорошее. Лично я не привык на неё полагаться.

– Сила... – Шихору закусила губу и опустила голову, – Мне недостаёт сил, я понимаю это. Но даже если моих сил недостаточно... я должна. Бывает, что человек просто обязан что-то сделать. И для меня... для меня... Для меня это время – сейчас.

– А тебе не кажется, что в твоих рассуждениях есть изъян?

– Разве?

– Ты слишком наивна.

Шихору подняла взгляд.

Выражение лица Цуги вполне можно назвать непроницаемым, но в его взгляде и изгибе губ чудится сопереживание. С другой стороны, он также кажется безразличным, или вынашивающим какой-то план, а может, вообще ни о чём не думающим. Попросту говоря, Шихору не удавалось его разгадать.

– Ты собираешься сделать это, несмотря на то, что твоих сил не хватит? Разве это не гарантия неудачи? По-моему, это бессмысленно. Или ты просто стремишься к тому, чтобы после сказать «я сделала что могла» ради самоуспокоения?

– Нет... Вовсе нет.

– Значит, ты действительно просто рассчитываешь превозмочь всё силой воли.

– Думайте... или говорите, что хотите. Мне всё равно. Я справлюсь.

– А ты упрямая.

– ...Может быть.

– Мне кажется, ты так ставишь себя в невыгодное положение.

– Простите, Цуга-сан, но... Не представляю чтобы вы, или кто-то ещё из вашей команды, действовал из соображений выгоды.

– А, – Цуга хлопнул себя по лбу, – Подловила. Да, ты права.

– Эм... – Шихору низко поклонилась, – Ещё раз спасибо вам за то, что вылечили мои раны. Я у вас в долгу... Когда-нибудь я обязательно рассчитаюсь с вами... Если смогу.

– Эй, послушай-ка.

– Да?.. – Шихору подняла голову.

– Ты случайно не пытаешься вынудить меня предложить тебе помощь, чтобы тебе не пришлось просить самой?

– Нет... Правда, нет. А?.. А почему вы спрашиваете?..

– Так и знал. Терпеть это не могу, – Цуга вздохнул и осмотрелся. Он отчего-то выглядел немного раздражённым, – А, ладно. Плевать. Давай, пойдём.

– Пойдём?.. Куда?

– Искать твоих товарищей. Мне всё равно нечего делать, пока за мной не придёт Моюги, так что помогу.

Шихору заморгала.

Цуга смотрел в сторону и скрёб свою коротко остриженную голову. Он сложен довольно крепко, а его лицо, несмотря на постоянную мягкую улыбку, тоже выглядит вполне по-мужски. Его волосы коротко острижены. И всё же он не производит особо мужественного впечатления.

Может, поэтому Шихору не опасается его. Обычно, возможно из-за того что она пока не хочет ни в кого влюбляться, ей приходится нелегко в общении с теми, кто слишком явственно относится к противоположному полу. Цуга не такой.

И всё же, неужели... он стесняется?

Какой забавный, – невольно подумала она.

– Спасибо... – произнесла Шихору, торопливо пряча улыбку.

– Сколько раз ты собираешься это повторить?

– А-а сколько раз я уже это сказала?

– Ну, неважно. Да, и можешь не волноваться насчёт долга, – Цуга зашагал, и добавил вполголоса: – Видок был что надо.

– ...Цуга.

– А? Ты только что обратилась ко мне без хонорифика?

– Вам показалось.

– Разве?

– Совершенно точно.

Шихору, шагая вслед за Цугой, одёрнула себя. Всё-таки мужчины есть мужчины. Расслабляться нельзя, вот что это значит.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 5. Моё условие

Дождь, кажется, чуть поутих?

Харухиро сидел, подняв левое колено и положив обе руки на правое, и смотрел наружу. Он почти не двигался, лишь время от времени едва заметно поворачивал голову. Какая концентрация.

Мэри, сидевшая рядом с ним и тоже смотревшая наружу, не могла похвастаться и крупицей его сосредоточенности. Более того, правильнее было бы сказать, что сейчас она настолько рассеяна, что их нельзя даже сравнивать.

Они сидели у самого входа в пещеру, так близко, что капли дождя попадали и на них. Намокать не хотелось, и капли были неуютно холодными. Но самым неприятным было однообразие.

Затянутый дождём и туманом пейзаж выглядел застывшим, словно картина. Этот неподвижный вид и монотонный шум дождя наводили на невольную мысль – а есть ли вообще смысл в наблюдении? Ну, конечно есть. Здесь – место назначенной встречи. Мэри и Харухиро ждут товарищей. Кроме того, сюда могут прийти враги, и нужно быть готовыми к такому развитию событий. Разумеется, смысл есть. Естественно.

Мэри, тем не менее, ловила себя на том, что смотрит на Харухиро.

Возможно, мне всё-таки стоит что-то сказать?

Вовсе незачем сохранять полное молчание. Можно говорить шёпотом, ничего страшного не случится. А о чём? Мэри никак не могла придумать, но ей казалось, что им с Харухиро найдётся что обсудить. Должно быть множество возможных тем.

Прошло уже некоторое время с тех пор, как они сидят вот так и ждут.

И тут взгляд Мэри впервые встретился со взглядом Харухиро.

– А... – он тут же снова повернул голову вперёд, – П-прости.

– Э? – Мэри было поникла... нет, не время. Она снова посмотрела наружу.

– П-почему ты извиняешься?

– Ну... просто так?

– Вот как.

– Никто не идёт, а?..

– Да... Никого.

– Тебе не холодно? – спросил Харухиро.

– Нет, не особо.

– То есть, всё-таки холодно? Ну да, само собой.

– Совсем немного. Я не мёрзну, всё в порядке.

– Просто проверял. Незачем терпеть, если станет совсем холодно.

– Я Жрец, – Мэри притронулось к губам, – Хотя, наверное, это здесь не при чём?

– Наверное, – Харухиро усмехнулся, – Ты ведь не можешь вылечить простуду, да?

– Я на удивление бесполезна.

– Вовсе нет. Ты... Жрецы – это спасение. Для меня... для нас. Для всей команды.

– Такой я и пытаюсь быть.

– Я думаю, ты и есть. Нет, не только я – мы все так думаем.

– Я слаба... Хотя и стараюсь это превозмочь.

– Разве?

– Да.

– Но это нормально.

– Что?

– Думать, что слаба. Так бывает со всеми. Я могу... ну, не знаю. Эм, поддержать тебя? Да. Ну... для того и нужна команда?

– Ты и так... – Мэри перевела дыхание, – Ты и так столько всего делаешь ради меня.

Харухиро приподнял подбородок и обронил короткое «А». Всё это время он смотрел наружу.

Он...

Мэри в замешательстве ощутила, как в ней зарождается некое чувство.

Первым её впечатлением от встречи с Харухиро, к лучшему или к худшему, было то, что перед ней мальчик, а не мужчина. Он выглядел слишком зелёным даже для начинающего солдата Красной Луны. У него были сонные глаза, он действовал нерешительно, казался слишком ненадёжным, и, похоже, жил нынешним днём, не ставя перед собой целей и не имея даже общего представления о собственном будущем. В каком-то смысле, пожалуй, качества характерные для кого-то его лет. Обычный мальчик – никак не приспособленный к жизни в этом мире.

В то время Мэри работала наёмным Жрецом. Она присоединялась к любой команде, нуждавшейся в её услугах, и полагала, что такая работа отлично ей подходит.

Но как раз тогда, насколько она помнила, у неё возникли сомнения. Возможно, стоит прекратить, – думала она. И поэтому приняла приглашение.

Её вели два противоречивых чувства.

Первое – мысль о том, что эти дети очень быстро погибнут без помощи. Теперь, после того, как её попросили взяться за эту работу, она не сможет спокойно засыпать, если ответит отказом. Чувство, схожее с жалостью.

Но, впрочем, не подлинная жалость. Например, мало кто сможет бросить на произвол судьбы младенца, вверенного ему умирающей матерью. Пусть это обуза, но почти любой позаботится о ребёнке какое-то время. Если хлопоты покажутся такому человеку чрезмерными, или окажется что он просто не знает как обращаться с детьми, то он попытается найти кого-то, на кого можно переложить груз. Например, оставит младенца у дверей храма Люмиарис, или что-то в этом роде. Во всяком случае, это лучше, чем бросить ребёнка умирать.

Такова была безответственная жалость, которую чувствовала Мэри.

Вторым чувством было желание взойти на этот тонущий корабль. Стремление к саморазрушению, владевшее Мэри в то время.

И даже присоединившись к их команде Мэри не ожидала, что у этих детей может быть какое-то будущее. «Все такими были поначалу» – но таким образом утешать их мог бы лишь кто-то, действующий по злому умыслу. Говоря прямо, мало кто из солдат добровольческого корпуса бывал когда-нибудь так же плох, как они. Они были постоянной головной болью своего Жреца. Поразительно слабая команда.

Мэри и представить себе не могла, что они так долго будут вместе.

Она и представить себе не могла, что когда-то уже ей понадобится поддержка встреченного ею тогда мальчишки.

Харухиро вырос. И как Вор, и как лидер. И вряд ли своему росту он обязан врождённым талантам.

Всё испытанное им нельзя подытожить таким простым объяснением. Сверх того, Харухиро не стремился к этому сам. Он, наверное, предпочёл бы этого избежать. У него просто не было иного выбора, кроме как занять пост предводителя. Ситуация не оставила ему выхода.

Харухиро пришлось идти, балансируя на перекинутой через пропасть тонкой верёвке, а когда, казалось, преграда была преодолена, оказалось, что дальнейший путь лежит по узкой тропке над обрывом. Порывы ветра угрожали сбросить его вниз, сил хватало лишь на то, чтобы цепляться за утёс, но он должен был продвигаться вперёд. Потому что пока шедший впереди Харухиро не сделал бы шаг, все остальные тоже оставались бы на месте.

И это повторялось снова и снова.

Мэри выросла вполовину – нет, втрое меньше Харухиро.

Тогда, в самом начале, Мэри шла по пути солдата добровольческого корпуса далеко впереди остальных. Но пришло время, и они обошли её, и теперь уже ей приходится нагонять.

Она хочет стать сильнее.

Догонять остальных – невыносимо.

Она хочет хотя бы идти с ними вровень.

Получить право идти рядом с ним, гордо подняв голову.

Возможно, она забыла, как это делается из-за того, что слишком долго шла, опустив взгляд вниз. Из страха. Из боязни потерять путь, который наконец нашла.

В страхе, что при каждом следующем шаге земля может обрушиться под ногами.

Всё это время она чувствовала себя загнанной в угол. Всё это время она боялась.

Мне нужно наконец измениться, – решительно подумала она. Я хочу измениться.

Иначе мне суждены лишь сожаления. А мне и без того уже достаточно поводов для сожалений.

– Хару, – медленно проговорила она.

– А?.. – Харухиро коротко глянул на Мэри, – А, да. Что?

– Тебе не кажется, что стоит чуть отойти от входа? Не стоит мёрзнуть.

– А, наверное... Но...

– Встань так, чтобы на тебя не попадал дождь.

– Ладно...

– Я, наверное, сказала это слишком резко, – добавила Мэри, – Я не злюсь. Просто это то, какая я сейчас. И, наверное, это – настоящая я.

– Да, – Харухиро улыбнулся и отодвинулся в глубину пещеры примерно на тридцать сантиметров, – Не знаю, как это сказать, но раз ты можешь быть такой... Нет, то есть... Если здесь ты можешь быть собой, то я рад.

– Здесь, в смысле в команде? – спросила Мэри, тоже отодвинувшись от выхода вслед за Харухиро.

– Наверное?

– Может, после всего этого времени в Дарнггаре мы уже стали как семья.

– О-о... Да. Точно. Семья...

– А ты, Хару, получается – отец?

– Я? Нет конечно. Нет. Ну, хотя, я же предводитель, так что... старший брат, разве что?.. А кто, интересно, был бы матерью? Если попытаться выбрать, то... Шихору, наверное?

– Пожалуй, она подойдёт. Она всегда такая собранная.

– Но тогда, выходит, у нас есть мать без отца...

– Может, у нас просто нет родителей? Тогда ты – старший брат, а Шихору – старшая сестра?

– Три сестры – Шихору, Мэри и Юме, значит.

– А братья – ты, Кузак и... прости.

– Ну, ты знаешь Ранту, – голос Харухиро звучал непривычно сухо, – Он не годится быть чьим-то младшим братом.

– ...Верно.

– Пусть я и говорю это только сейчас, но мы были равными. Он и я. И он, наверное, тоже хотел быть мне ровней. Мы никогда не сдерживались друг с другом. Он мне не нравится, но Ранта всегда честный и прямой. «Ненавижу», «Бесит», «Ты облажался»... он всегда сразу и без промедления указывал мне мои ошибки, и в важных вещах и в пустяках. Мы не лгали друг другу. Нам не нужно было... Мне кажется, наверное, таких людей нелегко найти.

– Вы были... друзьями?

– Нет, – Харухиро едва заметно скривился, – Не были. Определённо, ни единого шанса. Он мне не друг... хотя, наверное, мы могли бы стать чем-то иным, если бы провели больше времени вместе. Не знаю. Он никогда не стал бы моим другом, но, наверное, это и к лучшему. Это означало, что мы могли не щадить друг друга. ...Странно, но какая-то часть меня до сих пор доверяет ему. Да... Наверное, я верил в него.

– В каком смысле?

– Я думал, мы всегда будем такими, не будем ни сближаться, ни отдаляться друг от друга. Для меня... Вы – мои товарищи, я люблю всех вас, и все вы дороги мне. Я всегда стараюсь быть помягче с вами. Таково моё отношение к вам – но не к нему. Он, можно сказать, уравновешивал это.

– Он был для тебя особенным.

– Ну, не в самом хорошем смысле.

– И незаменимым.

– Не только он. Для меня незаменим каждый.

– Хару...

– М?

– Ты правда думаешь, что он нас предал?

– Нет.

Мэри едва удержалась от улыбки. Хару ответил сразу же. Отверг эту мысль без размышлений.

Он верит в него. Такова уверенность Харухиро в Ранте, и Мэри не видела в этом ничего необычного.

Фактически, она и сама сомневалась, что Ранта по-настоящему предал команду. Он не предал бы, что бы ни произошло. Мэри давно бы поставила крест на Ранте, если бы не верила в это.

– Кстати, Мэри, хочу спросить кое о чём, – произнёс Харухиро.

– Давай. О чём?

– С тех пор, как Ранта сделал то, что сделал, он призывал Зодиака?

– Нет... – Мэри покачала головой, потом задумалась. Пожалуй, она не может утверждать с полной уверенностью, но, кажется, она не видела демона, – Вроде бы нет. Но, впрочем, я могу говорить лишь о том, что видела сама.

– Ну да, – Харухиро покивал, осматриваясь, – Странно. Он ведь Рыцарь Ужаса. Он, конечно, постоянно жаловался, но на самом деле очень любит Зодиака. Демон служит ему чем-то вроде духовной поддержки.

– Действительно. Сколько бы Зодиак не донимал его, он всё равно призывает демона так часто, как только может.

– Именно поэтому мне это показалось странным. Он, должно быть, что-то прячет. Не от нас, а от Форган. Вот что значит отсутствие Зодиака. Ранта, наверное, считает его чем-то вроде свой козырной карты. Глупая мысль, но в его стиле.

– И правда...

– Он ни разу не причинил тебя прямого вреда, – добавил Харухиро, – Скорее, я думаю, он по-своему пытался тебя защитить. Во всяком случае, пока никакие его поступки это не опровергают.

– Да. Ты прав.

– В бою со мной он, пожалуй, сражался в полную силу. Но, думаю, это потому, что его противником был именно я.

– ...Тот, с кем он хочет быть на равных.

– Ну, если можно так сказать, против меня он может быть крутым. Рубануть мечом Юме, причинить ей боль – это ведь совсем другое дело, так? Но против него был я. Звучит, конечно, довольно дико, но даже убей он меня... Ну, наверное даже он ощутил бы легкий укол вины. Сказал бы что-то вроде «Не держи зла, Харухиро, у меня не было выбора» и выдавил бы смешок, наверное.

– Да, так бы он и сделал... Точно. Так и вижу его лицо...

– Ну да, – Харухиро усмехнулся

Дождь сильно ослаб, так что стал почти неотличим от тумана. Солнце, кажется, уже садится? Такое ощущение, что уже смеркается.

Мэри показалось, что они сидят здесь вдвоём с Харухиро и ждут товарищей уже очень долго. Но, наверное, прошло не так уж и много времени.

Вдалеке ей почудилось движение. Это просто туман истончается?

Нет.

– Мэри, – шёпотом окликнул Харухиро.

Она покосилась на него. Харухиро показывал вперёд указательным пальцем левой руки. Там что-то есть.

Мэри затаила дыхание и всмотрелась.

Что-то маленькое. И, кажется, оно не одно. А значит, это не их товарищи.

Мэри сделала усилие, прогоняя нахлынувшее разочарование. Сейчас оно лишь отвлекает. Нечто приближается к пещере.

Она предполагала, что это за существо, ещё до того как рассмотрела его в деталях. Она была права.

– Это... – заговорил Харухиро.

– Ты знаешь его?

– Да, знаю. Ну, в смысле, видел.

Существо, похожее на кошку, но с непропорционально большой головой. Из-за этого, несмотря на размер – даже, пожалуй, превосходящий взрослую кошку, это существо напоминало котёнка.

Няа – четвероногие, но, видимо, могут ходить и на двух ногах.

Серый няа шагал к ним на задних лапах. Одно из отличий лап няа от кошачьих в том, что у няа есть длинные пальцы, достаточно ловкие чтобы крепко брать предметы. Впрочем, на первый взгляд лапы няа почти не отличаются от кошачьих, а этот няа ещё и сложил вместе передние лапы и чуть приподнял голову. Очень по-кошачьи.

Какой миленький... – Мэри, чувствуя что вот-вот улыбнётся, крепко сжала губы и кашлянула.

– То есть, это не няа Форган?..

– Наверное, нет, – ответил Харухиро, – В деревне живёт некто по имени Шуро Сетора-сан. Как мне говорили, клан Шуро занимается некромантией, но Шуро Сетора-сан любит няа и поэтому их разводит. Впрочем, насколько я помню, обычно деревенских няа дрессируют... в Доме Кацурай, кажется? Клан деревенских шпионов-оммицу.

– Хм-м...

Няа.

Эти существа отчего-то так пленяют. Когда Мэри была пленницей у Форган лишь вид няа мог подарить ей временное облегчение.

– Оммицу... – задумчиво пробормотала она.

– Ага. Нам нужно было избавиться от няа Форган, так что мы заручились помощью дрессировщика няа из Скрытой Деревни. Я уже видел этого няа, он на нашей стороне.

Большая часть того, что говорил Харухиро, влетало в одно ухо и вылетало из другого.

Это няа.

Промокший под дождём няа подходит всё ближе...

«Кис-кис-кис» уже готово было само собой сорваться с её губ, но Мэри подавила этот порыв. Нельзя.

Или... можно? Раз это не враг, то, наверное, можно? Ну, во всяком случае, ничего страшного ведь не случится?

В итоге она всё же сдержалась.

Няа вошёл в пещеру и встряхнулся, разбрасывая брызги во все стороны. Потом чуть склонил голову набок и мяукнул.

– Ми... – Мэри в последний момент заткнула себе рот рукой.

– «Ми»?..

– Н-нет, ничего...

– М-м?.. – Харухиро моргнул и положил руку на голову серого няа, – Привет, няа. А где твой хозяин?

Так можно?! Этого няа можно трогать?

– Раз так... – Мэри сжала руку в кулак.

Эта рука не прикоснулась к няа. К няа, которого можно было трогать.

Но, может быть, ещё не поздно?

Сейчас ещё можно погладить этого няа? Или даже почесать за ушком? Ещё есть шанс?

Но в данный момент на голове няа лежит рука Харухиро. Чтобы Мэри получила возможность сама погладить няа, сначала нужно чтобы его отпустил Харухиро.

Нужно сделать так, чтобы он убрал руку. Как? Что сделать? Попросить? Как попросить? Ну, например...

«Хару, дай я тоже его поглажу.»

Это как-то... слишком прямо, пожалуй. Наверное, стоит подобрать формулировку помягче?

«Хару, дай я тоже его поглажу?»

Добавить вопросительную интонацию. Ну как? Чуть мягче... вроде. Впрочем, кажется, это мало что меняет. Тогда, может, так?

«Вот бы попробовать погладить этого няа...»

Чересчур. Как будто пытаюсь невзначай намекнуть. Такая формулировка, скорее, раздражает. Если бы кто-то сказал такое самой Мэри, она бы просто ответила «И?». Харухиро, наверное, подумает – и что? В чём дело? Чего ты хочешь-то? Говори прямо.

Точно.

Если хочешь чего-то, нужно сказать прямо, а не обиняками. Тогда, вот так:

«Хару, я хочу погладить няа. Дай я его поглажу.»

Вот так.

И только так.

Говори. Говори!

Мэри уже предвидела ответ Харухиро: «О... Понятно. Конечно, давай». Вот и всё.

Он не подумает – «что за глупости она говорит», ничего подобного. Харухиро не такой. Он не станет издеваться ни над кем даже в мыслях.

Так говори же.

Нужно просто сказать. Чего тут стесняться?

Стесняться. Точно. Это стеснение.

Мэри и сама не понимала, почему так стесняется высказать просьбу, но ничего с собой поделать не могла.

Почему? Это гордость? Что ещё за гордость? Я пытаюсь казаться крутой? Но я вовсе не крутая, зачем мне это? Какой в этом смысл? Разве я не хочу измениться? Как я изменюсь, если не способна даже на такой пустяк? Я хочу погладить няа. Мне нестерпимо хочется его погладить, и я поглажу. Это маленький шажок, и его нужно сделать. Иначе я не смогу измениться никогда.

Скажу на счёт раз, два. Нет, на раз-два слишком быстро, лучше на раз, два, три... Досчитаю до пяти. Тогда точно получится.

– Мэри? – окликнул Харухиро.

– О! А?..

– Что с тобой?

– Н-н-н-ничего.

– Точно? – Харухиро посмотрел в туман, – О...

Снова. Идёт кто-то ещё.

На этот раз, похоже, не няа. Слишком большой.

Это человек?

В шум дождя вплелись звуки шагов. Идут, кажется, двое.

«Слишком большой» означало, впрочем, что они не такие маленькие как няа. Приближающиеся фигуры не особо отличались ростом от людей. Во всяком случае, один из них не выше даже Мэри. Но второй, кажется, крупнее неё... нет, крупнее даже чем Харухиро.

Их внешность, пожалуй, можно было назвать гротескной. Оба замотаны в одежды всех цветов радуги, полностью закрывающие тела и лица.

Харухиро словно бы замешкался, и вздохнул:

– Ух... А я и забыл про это. Ну, на самом деле нет... Ну да.

– Забыл? О чём?

Харухиро лишь слабо кивнул и поднял серого няа на руки.

Он поднял его? – поражённо подумала Мэри. Не может быть. Не верю. Скажите мне, что это ложь. Так не бывает. Его ещё и на руки брать можно? Постой, Хару. Почему ты так его поднял, как ни в чём не бывало?..

– Сетора-сан, – Харухиро поклонился. Разумеется, с няа на руках, – Можно называть вас так? Или... вы предпочитаете обращение Шуро-сан?

– Просто Сетора, – коротко ответила маленькая фигура, не останавливаясь.

Женским голосом.

Шуро Сетора. Дрессировщик няа. Это женщина?

Сетора затащила высокую фигуру вслед за собой в пещеру.

Мэри осознала это не сразу, но, судя по всему, спутник Сеторы – не человек. На первый взгляд можно спутать, но его закованные в доспехи руки слишком длинные. И ладони слишком большие. Харухиро упоминал, что Сетора происходит из клана некромантов. Значит, её спутник – голем?

– Разбрелись кто куда, – сказала Сетора, высвобождая голову из-под закрывавшей её одежды, – Что будете делать?

Харухиро сглотнул и вытаращил глаза. Да и Мэри тоже удивилась. По голосу и внешности Сеторы никак нельзя было ожидать увидеть такое лицо.

Лицо скорее девочки, чем женщины. Чёрные волосы коротко острижены в каре, глаза такие большие, что, кажется, вот-вот выпадут из глазниц, и всё же её лицо можно скорее назвать милым, чем красивым.

– Что?.. – Сетора уставилась на Харухиро с Мэри. Судя по этому взгляду, их реакция задела её, но её личико даже теперь не выглядело угрожающе, – Вы ведь не из деревни, не короткие же волосы вас так удивили?..

– А, нет... – Харухиро почесал живот серого няа и неловко усмехнулся, – Не особо. Ну да, у женщин деревни ведь длинные волосы. Ты говорила, теперь я вспомнил.

– Ты вдруг стал довольно фамильярен, – холодно заметила Сетора.

– Ух. П-прости... те. Ну, просто ваше лицо показалось мне знакомым. Знакомым? Нет, не совсем так...

– Это у нас в роду. У всех в клане Шуро такие детские лица. Отчасти поэтому я не люблю открывать лицо.

– По-моему тут нечего прятать, – сказал Харухиро, – Ну, это просто моё мнение.

– Не строй из себя всезнайку, чужак, – Сетора забрала у Харухиро няа и спустила его на землю, – Но, похоже, теперь и я покину деревню.

Серый няа уселся возле входа в пещеру и принялся прихорашиваться. Он вылизывал себя. Прилежно вылизывал всего себя своим розовым язычком.

Какой миленький.

Мэри по-прежнему хотелось потискать его. Но он обидится, если помешать ему приводить себя в порядок.

Мэри сделала над собой усилие, оторвала взгляд от серого няа и повернулась к Харухиро и Сеторе. Что происходит? Харухиро ведёт себя как-то странно. Он словно напуган.

Ну, он всегда такой, когда встречает кого-то незнакомого. Харухиро не из тех, кто всегда смотрит в глаза тем, с кем разговаривает. И всё же, то, как он наклоняет голову, смотрит на Сетору исподлобья, пытаясь оценить её настроение, выглядит немного необычно.

– Значит, уходите из деревни...

– Ну да. Меня там ничто не держит. Рано или поздно я всё равно пошла бы своим путём. Просто это случилось сейчас.

– Эм... А что с Арарой-сан?

– Разве я не сказала? Все разбрелись кто куда, – Сетора покосилась на Мэри, – Это та женщина, которую ты хотел спасти? Они не позабавились с ней?

– Этого... – Мэри на мгновение замялась, не зная, как отреагировать, – ...Этого не было.

– Повезло.

– Да. Вы, вероятно, правы.

– Эм, кстати, – Харухиро отчего-то торопливо указал глазами и жестом в сторону Сеторы и серого няа, – На самом деле этот няа показал мне дорогу к тебе. Если бы не этот няа... То есть, если бы не помощь Сеторы-сан, я не уверен, что смог бы добраться до тебя.

– О... Вот как, – Мэри повернулась к Сеторе и низко поклонилась ей, – Спасибо вам... большое.

– Незачем благодарить. Я же получу свою плату.

– Конечно... – Харухиро закрыл левый глаз и несколько раз потёр веко рукой. Ему туда что-то попало?

Сетора, наблюдая за ним, прищурилась, её губы искривились в лёгкой улыбке. Смотрится жутковато.

А кстати...

Она мне кого-то напоминает?.. – подумала Мэри.

Наверное, это чудо, что ей удалось вспомнить почти сразу. В конце концов, она ведь, кажется, ни разу не говорила с той девушкой. И помнит её лицо очень смутно. Только стрижку-каре, большие глаза и манеру держаться незаметно и тихо. Вот и всё, что приходило в голову.

Эта девушка похожа на ту, другую, из прошлой команды Кузака. Если Мэри всё помнит правильно, то она тоже была Вором, как и Харухиро. Её звали...

Шоко.

Да. Шоко.

Харухиро выкрикнул её имя тогда, когда она погибла в форте Мёртвая Голова. Мэри тогда подумала – они знакомы?

Наверняка они были знакомы. Харухиро ведь знал её имя. а ещё, в тот раз с Харухиро было явно что-то не так. Мэри уже не помнила подробностей, но Харухиро вёл себя попросту странно. Может быть, та Шоко была не просто его знакомой.

Тогда кем она ему была?

Сетора похожа на Шоко, погибшую тогда у него на глазах. Харухиро поэтому выглядит как-то не в своей тарелке?

– Итак, – Сетора скрестила руки на груди.

Харухиро зачем-то уселся там, где стоял.

– Да... Я помню.

– А? О чём помнишь? – Мэри вопросительно склонила голову набок.

– О моей плате, – Сетора коротко хмыкнула, – Я сдержала свою часть уговора. А теперь получу то, что моё по праву.

– А, но... – Харухиро посмотрел на Мэри и вымученно улыбнулся, – Хотя, наверное, хорошо что Мэри здесь. Она сможет... вылечить меня потом.

– Вылечить? Что вылечить?

– Мы договорились, что я предоставлю... Материал.

– А? Предоставишь материал? Для чего?

– Эм... Для голема плоти.

– Плоти...

– Я заберу его глаз, – Сетора подошла к Харухиро и присела на корточки, – Ты просил не забирать тот глаз, что со стороны ведущей руки, так что я беру левый, так?

– Его левый глаз?!

– Эм, да... – Харухиро опустил взгляд и почесал в затылке, – Прости.

– За что ты извиняешься, Хару?!

– Ну, просто подумал, что стоит...

– Ты отдаёшь свой глаз?! В смысле, вынешь из себя и отдашь ей?!

– Не уверен, как именно это будет, но... наверное?

– Если ты это сделаешь, то я уже не верну глаз даже Чудом Света! Ты же понимаешь, да?!

– Ну, более-менее...

– Что значит, более-ме...

– Эй, женщина, – Сетора уставилась на Мэри, – Ты-то что так злишься? Этот мужчина заключил со мной договор, потому что для твоего спасения нуждался в помощи моих няа.

– Я н-не злюсь...

– Тогда замолчи.

– Как я могу молчать! Это же ради меня... – Мэри закрыла рот рукой.

Верно.

Он сделал это ради меня.

Ради меня Хару пришлось отдать этой женщине свой левый глаз.

– Прости... – Харухиро провёл рукой по затылку и шее, – Я на самом деле не хотел, чтобы это было вот так. Ну, в смысле, прямо сейчас. Делать это при тебе, это как-то... Да и ты вряд ли хочешь такое видеть. Так что, прости, не могла бы ты... Отойти подальше? О, но мне понадобится твоя помощь когда всё закончится, так что, наверное, в итоге никакой разницы нет...

– Достаточно. Подними лицо и дай мне взглянуть хорошенько, – Сетора взялась пальцами правой руки за подбородок Харухиро и потянула вверх, – Хм. Действительно, здоровый и свежий глаз.

– Ну, да, я же не труп. Я живой...

– Похоже на то, – Сетора отвела волосы Харухиро в сторону левой рукой и придвинулась к нему. Ей правда нужно смотреть так близко? Хотя, она же собирается забрать его глаз, так что, наверное, нужно. Сложно сказать. Но, как бы то ни было, Харухиро вёл себя послушно, так, словно уже смирился с тем, что обязан позволять ей делать с собой это.

Но ни Харухиро, ни Сетора же не могут всерьёз планировать такое. По крайней мере, Мэри хотелось в это верить. Но, вне зависимости от того, что думает Сетора, в случае Харухиро это явно не так. Он совершенно серьёзен.

Его сложно назвать решительным, но Харухиро может вести себя на удивление твёрдо. Например, в том, что никогда не бросит товарища. Харухиро вечно жертвует собой.

И Мэри, конечно, может это понять. Лучше пострадать самому, чем видеть страдания друзей. Если Харухиро придётся выбирать между гибелью товарища и собственной, то он, несомненно, выберет последнее. Как и сама Мэри.

Но принять это она никак не может.

– Я это сделаю! – Мэри шагнула к Харухиро с Сеторой.

– Нет, – Сетора тут же остановила её своим холодным взглядом.

– П-почему?..

– Уговор был не с тобой, а с ним, и никем иным. Моим условием было то, что я получу именно его левый глаз. Ты не имеешь права требовать пересмотра условий.

– Да... Вы, наверное, правы, но...

– А ещё мне неинтересны твои глаза.

– То есть... вам интересны глаза Хару?

– Разве непонятно?

– У-у меня хорошее зрение, и мои глаза не такие сонные, как у него...

– Мэри... Это не имеет отношения к моим глазам, уверен, дело в форме век...

– П-прости, я не хотела тебя обидеть...

– От твоей болтовни никакого толку, женщина, – преувеличенно вздохнула Сетора.

– Ж-женщина?!

Ты и сама женщина! – едва не воскликнула Мэри, но не раскрыла рта. Плохо. Я слишком взбудоражена. Успокоиться. Сначала я должна успокоиться. Обдумать всё спокойно.

– Тогда я предоставлю что-то более ценное, чем левый глаз Хару! – выпалила Мэри.

– Нет.

– Даже если это рука или нога, я согласна!

– Мне это не нужно.

– Тогда что вам нужно?!

Харухиро открыл рот, словно собираясь что-то сказать. Но Сетора внезапно схватила его за голову и за челюсть, и подтянула к себе.

Подожди. Что ты творишь?! Хару тебе не игрушка!

– Стойте!..

– Этот мужчина заинтересовал меня, – сказала Сетора.

– А?

– Разумеется, глаз интересного мужчины для меня гораздо ценнее, чем глаз какой-то женщины, до которой мне вообще нет дела.

– Я вообще не понимаю этой логики!

– А мне и не нужно твоё понимание. Кстати... – Сетора потёрла обеими руками лицо Харухиро, – Думаю, мне некуда спешить. Забирать его левый глаз прямо сейчас вовсе необязательно. Я получу его, когда мне захочется. А до тех пор... Харухиро.

– Д-да?..

– Твой левый глаз принадлежит мне, но пока я оставляю его тебе на хранение.

– У-ура? Это... хорошо? Мне ведь можно радоваться?

– Ты не такой, как мужчины из деревни. В тебе есть что-то свежее.

– П-правда?..

– Хару, – резко сказала Мэри и тут осознала, что злится, – Почему ты ухмыляешься?

– Я... я не ухмыляюсь! Ну, то есть, сейчас же не время ухмыляться, так?!

– Неужели? – Мэри посмотрела в сторону, – А показалось, что ты чем-то доволен.

– Я вовсе не доволен!

– А ещё, Харухиро, – сказала Сетора.

– Да?! Ч-что?!.. Эм, Сетора-сан, н-не могли бы вы отпустить меня... Пожалуйста?

– Думаешь, ты в том положении, чтобы просить меня об услугах? – холодно спросила Сетора.

– Я бы сказал, то – одно дело, а это другое.

– Резонно.

– Н-ну да...

– Но это не значит, что я соглашусь. Ты, вероятно, не знаешь, но в деревне мой характер считали, скажем так, сложным.

– О, я понял! П-пожалуйста, отпустите! – Харухиро вырвался из рук Сеторы и встал, – Я дал слово, так что вы можете забрать мой левый глаз, когда вам будет угодно! Но сверх этого я ничего вам не должен!

– Ох-хо, – Сетора раскрыла глаза в преувеличенном удивлении, – То есть, тебе больше не нужна моя помощь? Раз так, я отзываю моих няа. И забираю твой левый глаз. Мы ведь можем уже никогда не встретиться, если расстанемся сейчас.

– Это было бы... – Харухиро повесил голову.

Проблемой. Мэри не хотелось признавать это, но это правда.

Факт состоит в том, что Харухиро с Мэри могут просто сидеть здесь и ждать остальных. Они могут сколько угодно ломать головы, решать, попробовать то или это, но результат один – они не могут ничего. Им нечего предпринять.

– Сразу, конечно, не получится, – Сетора поджала ноги под себя и посмотрела на Харухиро снизу вверх, – Но если я прикажу, мои няа наверняка отыщут ваших товарищей. Они знают эти места даже лучше, чем я сама. А что насчёт вас? Может, вы хорошо здесь всё изучили и справитесь без меня? Я предполагаю, что завтра днём необычно прояснится, и видимость станет хорошей. Когда туман над Тысячей Лощин рассеивается, здесь появляются новые угрозы. Так что будете делать? Постараетесь найти своих друзей сами?

Эта женщина. Шуро Сетора.

Ей, похоже, нравится Харухиро. Но несмотря на это, она терзает его, мучает и наслаждается этим. Она назвала свой характер сложным, но, скорее, она попросту жестока.

Но она спасла меня и держит таких милых существ. Я не хочу думать о ней плохо.

И всё же, не могу заставить себя полюбить её. Наверное, я её ненавижу.

Но Мэри понимала, что прогонять Сетору из-за одной неприязни глупо – или, точнее, это просто плохая идея. Очень плохая. Но согласится ли Сетора помочь, если Мэри её попросит? Вряд ли.

Харухиро. Наверное, она уселась потому, что хочет посмотреть, как Харухиро просит её о помощи. Более того, хочет чтобы он подчинился ей. Она хочет заставить его повиноваться, так? А Харухиро понимает, что он должен сделать как лидер команды. Ради Мэри – ради одного из товарищей – он уже был готов отдать левый глаз. И, вполне возможно, готов отдать и жизнь.

– Сетора-сан, – Харухиро поклонился так низко, что его голова почти коснулась коленей, – Пожалуйста... Помогите найти наших товарищей.

– Хорошо, – надменно заявила Сетора. И тут же быстро добавила: – Но с одним условием.

Ну конечно.

И каково же будет её условие? Мэри стиснула зубы. Если Сетора потребует чего-то чрезмерного, Мэри захочется остановить Харухиро, но она не сможет. Если только это не окажется чем-то чрезмерным... Нет, даже если окажется, Харухиро скорее всего согласится. Сетора видит его насквозь, и понимает, что может выставить сколь угодно тяжёлое условие.

– Каким? – Харухиро, по-прежнему согнувшись в поклоне, посмотрел на Сетору исподлобья, – С каким условием?

– Сначала один вопрос.

– Да, конечно... Спрашивайте.

– Вы с этой женщиной – пара?

– А?! – воскликнул Харухиро.

– Что вы... – ахнула Мэри.

– Чему вы так удивлены? По-моему, самый обычный вопрос, – Сетора изогнула брови, – Вы ведь товарищи, так? Когда мужчина с женщиной проводят вместе и дни, и ночи, как вы, нет ничего странного в том, что их отношения перерастают в нечто большее. В деревне люди низкого происхождения, как правило, создают семьи с теми, кто им близок. Более того, Харухиро, ты был готов умереть ради её спасения. Разве не естественно предположить, что ваша с ней связь крепче, чем просто товарищество?

– Н-нет... – Харухиро посмотрел на Мэри, тут же отвёл глаза и замотал головой так сильно, что затряслось всё его тело, – Всё не так, хорошо?! Между нами ничего такого нет, мы просто хорошие друзья! Товарищи!.. Просто товарищи!..

– Это так? – Сетора отчего-то уставилась на Мэри.

– Конечно! – у Мэри перехватило дыхание, она едва не закашлялась, – ...Товарищи. Да, мы с Харухиро товарищи. И ничего больше, ничего больше.

– Была ли какая-то причина повторять это дважды?

– Н-нет?! М-между нами ничего большего, и ничего меньшего, и ничего прочего! И всё!

– Понятно, – Сетора пару раз кивнула, – Тогда всё в порядке, Харухиро.

– Ч-что... в порядке?

– Хару, – когда Сетора поправилась. Мэри ощутила биение жилки на виске и слабую боль.

Что это с ней? Она слишком развязно себя ведёт.

И тут Мэри вдруг осознала. Если это так, то и Мэри, называя Харухиро Хару, тоже ведёт себя развязно.

Впервые Мэри решила по иному обращаться к своим новым товарищам, когда пыталась как-то сократить дистанцию и продемонстрировать, к каким отношениям с ними она стремится. Она снова и снова спорила сама с собой, пытаясь решить, как это сделать. Мэри решила начать с предводителя, и первым, самым лёгким вариантом, пришедшим ей в голову, было просто добавить к его имени «-кун». Это выглядело простым, и обращение ей нравилось, но «Харухиро-кун» звучит длинновато. Можно использовать «Хару-кун», но тогда получится, что она копирует Юме. А ещё, одно дело когда милая девушка вроде Юме говорит «Хару-кун», но не прозвучит ли это отталкивающе от Мэри? Использовать «-сан» было бы странно, или, скорее, это прозвучит слишком формально. Тогда, может быть... Харупин? Нет, ни за что. Бессмыслица. Или Харурин? Харурирон? Харумеро? Или уж, была не была, Харухару? Харучин? Нет, нет, это определённо слишком...

После долгих колебаний Мэри остановилась на простом и коротком «Хару». Звучит безопасно, и, наверное, сработает. Но когда пришло время по-настоящему обратиться к нему так, она замешкалась.

Наверное, лучше всё-таки не стоит. Она уже почти передумала, но потом под влиянием момента решила один раз попробовать назвать его так, и всё прошло на удивление просто. Во всяком случае, так это показалось Мэри, но, может, она всё-таки вела себя слишком развязно?

Но, как бы то ни было, почему эта женщина вдруг обратилась к Харухиро «Хару»?

– Хару, – снова сказала Сетора и слабо улыбнулась, – Пока мне не надоест и я не прикажу перестать, ты будешь изображать моего парня. Вот моё условие.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 6. Достижимая мечта перестаёт быть мечтой

«Я не проиграю».

Уж этому-то нытику – ни за что.

Я не должен был проиграть.

В тот раз они впервые сошлись в настоящем бою. Разумеется, он предвидел, что рано или поздно им придётся встретиться лицом к лицу... нет, конечно. Не предвидел. У него даже в мыслях такого не было. Но одно он знал – если придётся, то победа останется за ним.

Ранта был уверен в этом.

Ну, то есть, он ведь вообще Вор. Бой – не его специализация. А я – Рыцарь Ужаса.

«Из Тьмы всё рождается и во Тьму вернётся. Смерть равно примет в свои объятия всё живое». Таков девиз Рыцарей Ужаса.

Предназначение последователей Тёмного Бога Скаллхейла – сражаться и нести смерть побеждённым. Все заклинания и боевые приёмы Рыцарей Ужаса нацелены исключительно на это. Лорды-наставники практически вбивают в них способы приносить врагам смерть вне зависимости от методов, на которые придётся пойти.

Лишь последователь Скаллхейла способен понять, что Рыцарь Ужаса достигает вершины своей праведности, отбрасывая чувства с моралью и ожесточая дух. В этом состоянии бой перестаёт быть боем и становится процессом столь же естественным, что и дыхание. Жить сражением, одержать победу и принести смерть. Таков идеал Рыцаря Ужаса.

И, разумеется, такой Рыцарь Ужаса как Ранта никак не мог уступить какому-то Вору.

Говоря откровенно, Ранта забавлялся с ним. Теперь, закрывая глаза, он ощущал то, что чувствовал тогда. С каждым ударом Упокойника о стилет Ранта всё сильнее распалялся.

Вор знал Ранту, так что закончить бой одним ударом было бы нелегко. И Ранта это понимал. Но, несмотря на своё знание, тот Вор был шокирован. В его глазах явственно читался вопрос – «ты настолько сильнее?». И Ранте нестерпимо хотелось выкрикнуть – «ну что, понял наконец?». Он едва сдерживался.

Знай своё место, Харухиро. Итог ясен – ты мне не ровня. Тебе со мной не совладать. Просто прими это и сдавайся.

Пустота.

Выброс.

А затем – Исчезновение.

Приёмы перемещения Рыцарей Ужаса включают в себя не только движения ног; необходимо также приседать, вытягиваться, наклоняться и изгибать всё тело. Для Ранты, сравнительно низкорослого и неспособного похвастаться выдающейся физической силой, перемещение было основным способом ведения боя. Проще говоря, он не смог бы сражаться стоя на месте. Остановиться значит проиграть.

Он должен двигаться. Просто двигаться. Чем больше движения, тем ближе победа.

Вот почему, когда дело доходило до боя, Ранта перемещался непрерывно, используя свои приёмы подобно идиоту, выучившему один-единственный трюк. Но он будет использовать свои техники движения снова, снова и снова, а потом ещё немного. Иначе у него, как у Рыцаря Ужаса, нет будущего. Ранта понял это с того самого дня, как выучил в гильдии свой первый приём – Пустоту. Неважно, что говорят все остальные. Свои схватки он будет выигрывать с помощью непрерывного применения этого приёма.

Он делает это, чтобы победить.

Это единственный способ стать сильнее.

Ты понял, Харухиро? Я не такой как ты.

Я всё-таки не предводитель. Твоё дело – управлять всей командой. Даже вступая в бой сам ты должен следить за остальными и контролировать ситуацию. А я – другой. У меня цель одна, и цель эта – убить врага. Я должен стать сильнее.

Я – малёк, но должен стать крупной рыбой. А ты знаешь, Харухиро, как это тяжело?

Я стану сильнее, а потом – ещё сильнее. Да, иногда я говорю себе – «Я силён». А ты знаешь, что случается потом? Я слышу его. Этот издевательский смех.

«Эй, эй, ты что, серьёзно? Ты прямо вот правда, по-настоящему в это веришь? Да посмотри вокруг. Все вот эти парни больше тебя и машут всеми этими здоровенными мечами словно те ничего не весят. Даже среди тех, кто вступил одновременно с тобой, есть Рэнджи и Рон. Тебе с ними не сравниться. А на сколько сантиметров ты уступал Могзо? Ты что думаешь, это можно как-то исправить? Ранта, ты же в курсе, что если Рэнджи ударит тебя в полную силу, то от тебя мокрого места не останется?»

Чем больше я задумываюсь об этом, тем яснее одно. Пропасть широка. Слишком широка.

«Не позволять себе унывать»? Это невозможно, и ты это понимаешь, нет, что ли? Разумеется, я унываю. Из-за такого огорчится кто угодно.

Мы тут не в игрушки играем, если ты не забыл. На кону вообще-то жизни.

«Если я умру, то просто попаду в объятия Скаллхейла»? Ну да, конечно. Думаешь, я просто возьму и смирюсь с этим? Вот так легко?

Не хочу умирать.

Ведь, скорее всего, смерть – это конец.

Я знаю.

Я видел.

Те, кто погиб, стали пеплом, и больше мы не увидим их никогда.

Я ещё не готов умирать.

Со мной пока не покончено.

«Это предел, дальше мне не пройти, я уткнулся в тупик» – я ещё не дошёл до этой точки.

Ты понял, Харухиро?

У меня ещё остались силы. Моя история не закончится здесь. Чья угодно – может быть, но не моя. Я повторяю это себе снова и снова, и слова дают мне силы идти дальше. Я не какой-то жалкий нытик вроде тебя. Типа, ладить с товарищами? Это зависимость, и ты это знаешь. Это значит полагаться на других, а полагаться на других означает слабость.

Харухиро. Я должен быть сильнее тебя. Я сделал для этого всё и продолжаю делать. Вот почему я сильнее тебя.

И сейчас, раз уж нам выпал такой удобный случай, позволь преподать тебе урок!

Таково было намерение.

Харухиро, несомненно, явится спасать Мэри. И, учитывая ситуацию – скорее всего придёт один.

У Ранты было два варианта. Либо остановить его, либо нет.

Нет, на самом деле выбора не было. Он должен был остановить его. Старик Такасаги наверняка заметил бы исчезновение Харухиро. И Такасаги подозревает Ранту.

Ранта не присоединился к Форган по-настоящему. Он обязательно попытается как-то помочь своим товарищам. Вот что думает Такасаги. И поэтому будет следить и за Рантой, и за Харухиро, и за остальными тоже.

От Такасаги им не укрыться. Как только Харухиро отправится за Мэри, Такасаги обязательно это поймёт.

Ранта должен остановить Харухиро. Должен сделать это сам.

И, разумеется, Такасаги тоже пойдёт. Он же не доверяет Ранте.

В итоге всё вышло именно так.

И когда дело дошло до противостояния, Ранта понимал, что не может отпустить Харухиро. Он хорошо знал, на что способен Такасаги. Этот старик невероятно силён. Да, у него одна рука и один глаз, но что с того? Даже Ранта, Харухиро и Кузак втроём не имеют против него ни шанса. И даже если к ним присоединятся Юме, Мэри и Волшебница Шихору, то и тогда шансы останутся призрачными. Такасаги с лёгкостью убил бы Харухиро.

Он был моим товарищем, сказал тогда Ранта. Будет прилично, если я им и займусь.

Ранта, произнеся это, ожидал, что Такасаги согласится. Почему? Потому что Такасаги, судя по его характеру, захочет испытать Ранту.

В каком-то смысле, пожалуй, в этом слабость Такасаги. Он слишком хорош. У него слишком острый глаз, он хорошо видит разницу в способностях. Он знает, что Ранта ему не ровня. Что Ранта – мальчишка. Не достойный поединка. И из этого Такасаги сделал вывод, что сможет разделаться с Рантой в любой момент, когда потребуется. Он, собственно, не смотрел на Ранту свысока – это была просто точная оценка его истинных возможностей. Но это же стало той лазейкой, которая оставалась Ранте – воспользоваться тем, что Такасаги, даже подозревая его, разрешит ему поступать по собственному усмотрению.

Если Ранта окажется полностью верным Форган – хорошо. Если нет – если Ранта попытается предать Форган – покончить с ним не составит никакого труда.

И в конце концов Ранта вступил в поединок с Харухиро.

После чего оставалось лишь победить. Одолеть Харухиро. Вынудить его сдаться.

Они не убьют тебя, Харухиро, думал Ранта. Путь есть. Есть способ сделать всё как надо.

Я покажу тебе, чего стою. А потом, когда ты будешь побитым и послушным, сделаю предложение. Тебе нужно будет только согласиться. Всё просто.

Вступление в Форган решит все проблемы. Нет, не только мои. Всех нас. Мы все вступим в Форган. Пока можно не забивать себе голову вопросом, насовсем или на время. Просто вступить. Жить с орками, нежитью, эльфами и прочими расами. Попробовать хоть раз поговорить с Джамбо. Вы обделаетесь. Этот мужик крут. Ну, в смысле он орк. Неважно, вы сами не заметите, как забудете про это.

Это расширит ваш горизонт. Мы же вообще ничего не знаем про Гримгар. Вы себе даже не представляете, насколько. Вы поймёте, что мир людей – лишь ничтожная часть Гримгара. Мы вступили в добровольческий корпус по необходимости, и мы жили той жизнью, но теперь я сильно сомневаюсь, что это было правильно. Разве мы выбрали это сами? Или нас просто вынудили сделать такой выбор? А может нас просто использовали, а?

Знаешь, Харухиро, я понимаю, что ты не поверишь, но я тут вообще-то тоже шевелю мозгами. И за эту пару дней я уже много о чём подумал. А теперь хочу рассказать о своих мыслях и тебе, и всем остальным. Что вы все скажете?

Почему, например, орки – наши враги? Просто потому, что они орки? Да, нежить, конечно, жутковата – но и они могут пить и веселиться. Не знали? Они сидят бок о бок с товарищами, рассказывают истории. И я, если захочу, наверняка смогу стать здесь своим. Я хочу как следует обсудить это и узнать, что думаете вы все.

Особенно ты, Харухиро.

Я хочу знать, что ты думаешь.

У тебя ведь есть эта привычка пережёвывать мысли вечно. Ты не из тех, кто принимает решения по наитию. Не сказать, что мы полные противоположности, но отличаемся очень сильно.

Ты меня бесишь, и, подозреваю, это взаимно. Говоря прямо, мы с тобой просто не ладим. Даже спустя столько времени вместе мы с тобой не стали друзьями. Я не смогу быть твоим другом. Если бы ты не был нормальным лидером, я давно бы бросил тебя. Это ведь всё, на что ты годишься, в конце-то концов.

В одном я уверен – ты смотришь на мир не так, как я, и думаешь о таком, что мне и в голову не придёт. Ты мыслишь иначе. Этим ты меня и бесишь. И говоришь такое, от чего на тебя охота наорать.

Но именно из-за разницы между нами я и хочу показать тебе этот мир. Этот иной мир, существующий совсем рядом. Есть незнакомые нам миры, для посещения которых вовсе не надо идти в Даскрэлм или Дарнггар. Мы столько времени провели в Дарнггаре, так неужели не сможем принять эту новую сторону Гримгара? А может, мы должны это сделать?

Что ты думаешь, Харухиро?..

– Хе... – пробормотал Ранта. Этот осёл.

Он сжал правое плечо левой рукой.

Ранта знал, что Харухиро попытается что-то предпринять. Не решившись на отчаянные меры он не мог бы рассчитывать на победу в бою против Рыцаря Ужаса. Обычно Харухиро осторожен, почти труслив, но временами может быть отважным.

Интересно, на что он поставит?

Его коронные приёмы, Удар в Спину и Паук, полностью блокированы. Достаточно просто не давать Харухиро оказаться за спиной, и подвижность Ранты вполне это позволяет. Если оставаться наготове, то и от комбо Отбив-Арест-Коленобой тоже можно защититься. Остаются только уловки и отвлекающие манёвры, но на Ранту, хорошо знающего их все, они не сработают.

Он попытается пойти на размен. Ранта оценивал эту вероятность как высокую. Даже если Харухиро и не попытается провернуть что-то, в результате чего погибнут оба противника, то может пожертвовать рукой ради возможности нанести смертельный удар. Да, это именно та идея, что пришла бы в голову такому, как Харухиро.

Штурм.

Ранта знал о нём. Харухиро редко использует этот приём. Штурм изнуряет и требует от Вора готовности погибнуть вместе со своим противником, так что круг ситуаций, в которых имеет смысл его применять, сильно ограничен. Но Ранта понимал – Харухиро может попытаться сделать ставку именно на это.

Ранта предвидел такой вариант.

Но Штурм Харухиро намного превзошёл его ожидания и расчёты.

Тот молниеносный рывок. Точнее его начало. Вот что принесло победу.

Нет.

Это он вырвал победу.

Харухиро заключил, что победить Ранту сможет лишь так. Он решился на это и поставил всё на тот единственный миг.

Вероятно, это был последний козырь в его рукаве. Если бы только Ранта сумел выстоять, то победа осталась бы за ним. Второго раза бы не было.

К повторной атаке Ранта уже был бы готов.

Верно, Ранта проиграл. Но на вопрос, кто из них двоих сильнее, ответ всё тот же – Ранта. И Харухиро, скорее всего, тоже это признаёт.

Ранта сильнее, но всё же проиграл. Харухиро украл его победу, столь типичным для себя способом.

– Но я же знал... – пробормотал Ранта, – Знал, что он провернёт что-то такое. Как он смог достать меня? Я его недооценил?

Эльф-Шаман вылечил рану в плече, оставленную стилетом Харухиро. Боли уже не было, лишь тупая ломота.

– Хэй... – донёсся голос, подобный порыву влажного ветра.

Ранта вздрогнул и выпучил глаза. Напротив него, по ту сторону костра, сидел Арнольд.

Арнольд – двойнорукий, у него должно быть четыре руки, но сейчас одна отсутствовала. Он сидел без верхней одежды, но всё его тело было замотано в чёрную кожу, так что Ранта не видел, насколько серьёзны раны. Но, скорее всего, на Арнольде нет целого места.

Из того, что слышал Ранта, нежити достаточно просто закрыть раны, и они исцелятся сами. Впрочем, процесс требует некоторого времени. Проблему с рукой, скорее всего, тоже можно решить – приставить новую или что-то в этом роде. Впрочем, её придётся как-то удерживать на месте, пока не прирастёт, а ещё – Ранта, впрочем, вообще не понимал, как это работает – должны быть соблюдены некоторые условия совместимости между нежитью и телом другого существа. Бывали случаи, когда чужой орган просто не подходил. В худшем случае рука или нога просто болтается мёртвым грузом пока в конце концов не сгниёт.

Нежить лишена жизни. Поэтому нежить не умирает. Тело нежити не принадлежит ей. Оно создано из частей чужих тел. Нежить разительно отличается от других живых существ. То есть, фактически нежить вообще не жива.

Интересно, какова она – жизнь нежити... хотя, они не живые.

Но, с другой стороны, их сложно назвать как-то ещё нежели живыми.

Видимо, дело в ошибочных предубеждениях. Если что-то движется, как живое, то оно и есть живое. В голове Ранты просто укоренилось это убеждение. Но нежить прямо тут, перед ним, и не подпадает под такую классификацию.

– Йо... – Ранта чуть наклонил голову. Как отреагировать?

Арнольд сражался один на один с Роком, предводителем входящей в клан Воинов Рассвета команды Тайфун Рокс. Сражение закончилось ничьей, потому что Джамбо остановил бой. Ранта видел лишь начало, но схватка была очень жаркой, и победа могла склониться на сторону любого из соперников.

И, разумеется, всё закончилось бы только смертью или уничтожением одного из них – а может и обоих. Джамбо не устроил такой результат.

Ранта, правда, не понимал этого. Разве не таковы все сражения?

А что об этом думает Арнольд? Его устраивает такой итог?

– Здравствуйте, – Ранта в итоге остановился просто на том, чтобы улыбнуться, – Арнольд-сан.

– Хе... – отозвался Арнольд, его лицо едва заметно дёрнулось. Это вполне могла быть и улыбка. Он бросил Ранте сосуд, который держал в правой руке.

Ранта поймал. Сосуд был не фарфоровым, не металлическим и не деревянным. Материал напоминал кожу – впрочем, слишком жёсткую, чтобы действительно ею быть. Ранта знал, что скрывается за пробкой в узком горлышке – алкоголь. Но, к сожалению, кружки под рукой не было.

Сколько уже времени прошло с захода солнца? Такасаги взял за собой почти половину Форган и отправился в погоню за Рокс, Харухиро и остальными. Другая половина осталась с Джамбо и теперь отдыхала или веселилась у костров.

Свой костёр Ранта обустроил сам. Лечивший его эльф и несколько других членов банды окликали Ранту, но он даже не ответил. Ему всё равно непонятен их язык, а на попытку объясниться посредством бурной жестикуляции у него по-прежнему не было настроения. В данный момент ему просто хотелось, чтобы его оставили в покое.

– Э-э... – Ранта, держа сосуд в правой руке, жестом левой показал Арнольду, что ему не из чего пить.

– Дюуин, – Арнольд дёрнул подбородком. «Просто пей уже» – вот что, наверное, это означало.

– Ну, тогда будем здоровы, – Ранта откупорил сосуд и отхлебнул прямо из горлышка. В его рот пролилось сухое вино, кисловатое ровно настолько, насколько нужно. – Да-а... То что надо. Спасибо.

– Гимми ту ми... – Арнольд согнул палец.

Ранта вернул пробку на место и бросил сосуд обратно. Арнольд тоже отхлебнул и хихикнул.

Но его глаза, впрочем, совершенно мёртвые.

В глазах Арнольда нет и следа жизни. Ранте до сих пор было дико видеть, как нежить пьёт, ест и смеётся. Но его это больше не удивляло. Более того, теперь Ранте было пусть и непривычно, но отчего-то очень спокойно сидеть и выпивать вместе с Арнольдом.

Что это со мной? – задумался он. А, Харухиро? А каково было бы вам? Так же? Или это я какой-то особенный?

Ранте хотелось узнать это, понять.

Если окажется, что Харухиро и остальные разделяют его ощущения, то это, вероятно, будет значить, что человеческому обществу в Ортане чего-то недостаёт.

Но что, если нет?

Что если Ранта единственный ощущает это странное спокойствие?

Ну, разумеется, это означало бы, что я – другой. Что мне не место подле вас. Вот почему меня всегда бесило рядом с вами – потому что я был не на своём месте. Так?

Ранта уже какое-то время назад начал подозревать, что не сможет сдружиться с товарищами по команде. И, наверное, был прав. Для дружбы ведь необходимо взаимопонимание. Но на самом деле никакой необходимости для приятельских отношений нет. Даже наоборот, они не нужны. Можно прямо говорить, что думаешь. Достаточно просто осознавать неприязнь друг к другу.

Ранта повесил голову. Но ведь так было не всегда?..

«Ранта-кун»

У него было такое светлое лицо тогда. Даже спустя всё это время Ранта не забыл.

«Давай когда-нибудь сделаем это. Откроем ресторан.»

Могзо...

У Ранты не было сомнений – он тогда не шутил. Ни шанса. Даже если бы весь мир перевернулся вверх дном, Могзо не из тех, кто может говорить неискренне.

Он был не просто товарищем. Он был партнёром.

Так что же, Ранта испугался? Боялся снова потерять кого-то? Он поэтому не желал сходиться с остальными?

Кстати, тогда, когда Могзо был ещё жив, при всех своих спорах и дрязгах трое парней часто проводили время вместе. А после гибели Могзо Ранта взял себе в привычку отправляться выпивать один – кроме случаев, когда у него к кому-то было дело.

Это не было осознанным решением. Он, наверное, невольно держался в стороне от остальных. Да это и не создавало особых проблем.

Мне, вообще-то, и не нужны друзья.

Это так?

Было бы неплохо, если бы нашлись те, кому можно открыть душу. Разве Ранте не нужны близкие люди?

Ранта, не поднимая головы, протянул вперёд правую руку. Он услышал, как Арнольд встал.

Арнольд подошёл и вложил сосуд в протянутую руку. Ранта запрокинул голову и отхлебнул.

Горло обожгло.

– Хе... – Арнольд усмехнулся, но в этом не было насмешки. Он не такой.

Харухиро. Ну почему ты просто не поддался мне?..

Я должен был это сделать. Да, я не играл с тобой. Я сражался в полную силу и вполне мог тебя убить. Да, а как иначе? Иначе Такасаги убил бы меня. А ещё... Ты ведь тоже уже не тот, что прежде. Я не смог бы победить, если бы сдерживался.

Но неужели ты и правда думал, что я хочу тебя убить?

Мы, может, не друзья, но мы же товарищи, нет? Уж это-то ты понимаешь? Ты должен был быть Харухиро, но не смог прочесть мои мысли? Ведь мы столько времени были вместе, так почему же?.. А потом...

Ты пытался убить меня, а?

Если бы не Мэри, ты бы убил меня, так?

А значит... Да. Значит, ты не веришь мне.

Ну, не то чтобы я расстроился. Да, ничего неожиданного. Пустяк. Вот и всё, чего стоило наше товарищество.

Просто теперь я кажусь себе немного жалким. Понадеялся на того, кто даже мне не доверяет. Я был идиотом. Конченным идиотом.

– Эй... – пробормотал Ранта.

Он отхлебнул из сосуда всего дважды, но уже чувствовал лёгкое головокружение. Арнольд уже вернулся на своё прежнее место и снова уселся по ту сторону костра.

– Арнольд, – Ранта улыбнулся ему.

Тот, несмотря на фамильярное обращение, не выглядел рассерженным. Арнольд просто смотрел на Ранту своими мёртвыми глазами, словно спрашивая – «Что?»

Ранта и сам не знал, чего хочет или что он пытается сделать. «О тьма...» – начал было он и тут наконец осознал. Должно быть он пытается открыться. Поговорить искренне, не притворяясь. Вот, должно быть, чего он хочет.

– Хэй, – вмешался Такасаги.

Если бы не его внезапное появление, Ранта, наверное, призвал бы Зодиака. Почему он ни разу не использовал Зов Демона с тех пор, как вступил в Форган?

Потому что не было настроения. Потому что не представлялась возможность. Да, пожалуй, причины только в этом, но скорее всего, присутствовал ещё и затаённый страх.

Сложно вкратце объяснить, что такое демон Рыцаря Ужаса. Демоны – это не то же самое, что и фамильяры, но они также и не являются частью хозяина. Демоны, несомненно, разумные существа, обладающие свободой воли. Они не появляются, пока их не призовут, и неразрывно связаны с призвавшим, но в каком-то смысле они независимы. Рыцарь Ужаса не может управлять своим демоном, не может направлять его, но всё же связан с ним.

Демон растёт, или эволюционирует, по мере того как Рыцарь Ужаса собирает Грехи. Развитие демона зависит от Рыцаря Ужаса. Более того, рост и развитие необратимы. Пути назад нет. Рыцарь Ужаса не может ни переделать своего демона заново, ни отказаться от него. Согласно заповедям, служение Скаллхейлу длится до самой смерти. Демон остаётся при Рыцаре Ужаса до тех пор, пока тёмное божество не примет их обоих. Спутник на пути к неизбежной смерти.

По собственному опыту Ранта знал – своего демона не обмануть. Можно лгать себе, но демон видит тебя насквозь.

Демон Ранты, Зодиак, совершенно непохож на самого Ранту. Говорят, что большинство демонов непохожи на своих Рыцарей. Ещё, как правило, мужчины получают демонов женского пола. Бывает, суровым, грубым Рыцарям служат демоны, больше напоминающие милых щеночков.

Но, несмотря на это, демоны – отражение Рыцарей Ужаса.

Как поведёт себя Зодиак, если его призвать? Ранта не знал, и это его пугало.

Демон своеволен и может нажать туда, где больнее всего. В его обществе Ранта рискует, сам того не заметив, выпалить то, что думает на самом деле. Зодиак способен выплеснуть истинные чувства Ранты, те, в которых он не признаётся себе и сам.

Ещё одной причиной было нежелание Ранты раскрывать, что он – Рыцарь Ужаса. Он прятал висевший на шее символ Скаллхейла, а на его доспехах не было никаких выделяющихся знаков, так что по одной внешности это не очевидно. Впрочем, Такасаги мог давно всё понять по стилю боя. И всё же Ранта не знал, что и когда может произойти, так что не хотел раскрывать все свои карты. Но всё же основной причиной было нежелание раскрывать душу.

Такасаги, крякнув, уселся рядом с Рантой, склонил голову налево, затем направо. Его суставы хрустнули.

Ранта машинально протянул ему выпивку Арнольда, и Такасаги, поблагодарив, сделал глоток.

– Вы вернулись, – сказал Ранта.

– Только что. Прямо с дороги, – Такасаги оскалился и цокнул языком, – Боюсь, мы с пустыми руками. Хуже того, Онсы всё нет и нет. Надеюсь, впрочем, его не убили.

– Это... – Ранта почесал нос.

Он не знал, что сказать. О чём я думаю?

«С пустыми руками». Значит, остальных не захватили и не убили. Если конечно Такасаги не лжёт.

Впрочем, уверенности в этом нет. Такасаги, вероятно, способен на любые уловки и не остановится ни перед обманом, ни перед чем угодно ещё. Кроме того, он не доверяет Ранте. Возможно он просто хочет посмотреть, как Ранта отреагирует на намёки о судьбе Харухиро и остальных. Вполне вероятный вариант. И в таком случае лучше не выказывать особой заинтересованности.

Может быть стоит продемонстрировать тревогу за потерявшегося Онсу? Нет, это будет слишком наигранно.

Ранта шмыгнул носом и пожал плечами.

– Рокс, да? – Такасаги перебросил Арнольду сосуд с выпивкой и вытащил из кармана трубку, – Хороши. Твоим товарищам, Ранта, ещё расти и расти, но и они, похоже, на удивление упорны.

– Бывшие товарищи.

– Но ты ведь, конечно, не совсем к ним равнодушен.

– К тем, кто пытался меня убить?

– А, так вот почему ты приуныл?

– Я не... – Ранта всмотрелся в Такасаги, – Что?

– Тот Вор, – Такасаги набил в трубку табак, – Он мог тебя убить, но решил этого не делать. Во всяком случае, так это выглядело для меня.

– Не знаю...

– И ты смеешь его винить? – Такасаги вытащил из костра горящую ветку и зажёг трубку, – Для него ты – предатель. Какое у тебя право обвинять его?

– Не глупи. Я вовсе его не виню, – Ранта едва не повысил голос, но сдержался, – Ни в коем случае.

Такасаги выдохнул дым.

– Жаль, что твой план не сработал, Ранта.

Сердце Ранты заледенело. Такасаги разгадал его? Если да, то о чём именно он догадался? Или просто притворяется, будто что-то знает? Такасаги пытается встряхнуть Ранту, сорвать с него маску?

Хотя, нельзя сорвать маску, которой нет. Он думал, что носит маску, но возможно всё это время ходил с открытым лицом. А может, то была ещё одна маска поверх первой?

Ранта, честно говоря, и сам хотел бы знать ответ.

Что я чувствую на самом деле?..

– Ничего и никогда не идёт по плану. Такова жизнь, – Ранта выдавил смешок, – Этим она и забавна.

– Ты говоришь так, будто у тебя огромный опыт.

– Что, твоя жизнь всегда шла по плану?

– Моя? – Такасаги сделал затяжку, ещё одну, пыхнул дымом и выколотил из трубки пепел, – Ну...

Когда и как он потерял свой левый глаз и правую руку? Такасаги как-то раз сказал, что был в добровольческом корпусе. Почему он сейчас с Форган? Удастся ли когда-нибудь услышать историю Такасаги из его собственных уст?

– Старик, – сказал Ранта.

– А?

– Я хочу стать сильнее.

Ранта был почти уверен, что его поднимут на смех, но Такасаги лишь хмыкнул и сказал «И?», ожидая продолжения.

– Понимаешь?.. Ну, неважно. Я хочу стать сильнее. Ты и сам знаешь, но я очень слаб. Хотя даже такой, как сейчас, я сильнее, чем прежде, но мне всё равно далеко до такого как ты. Не знаю, как это сказать, но когда ты слаб... Тебе не понять, но... Это тяжело. Приходится от всего отказываться. Это тупо.

– Слушай, Ранта.

– А?

– Тебе, такому молодому, наверное тяжело это представить, но и я не всегда был стар. В те времена, когда оба моих глаза и обе руки были при мне, я обращался с мечом гораздо хуже.

– Ну, не сомневаюсь, так и было, но мне тяжело это представить.

– Насколько я знаю, лишь немногие гении способны стать сильными, не стремясь к этому. Например, наш босс. А я не такой. Меня нынешнего не одолеют и десятеро таких как ты разом. Но меня десять лет назад – вполне.

– Ты стал сильнее.

– Всё как ты и сказал, Ранта. Тяжело быть слабым. Это сужает твой путь.

– Удушает...

– Но сила может принимать разные обличья.

– Сила бывает разных видов, – Ранта кивнул, – Даже я это понимаю. Смутно. Но я хочу просто сражаться открыто и не проигрывать. Такую простую и понятную силу.

– Всегда есть кто-то лучше.

– Я знаю... До боли хорошо знаю. Но в моём случае потолок настолько низкий, что я не смогу встать, не ударившись головой.

– Тебе недостаёт очень многого.

– Ну да, роста, например.

– Но рост не мешает сильным быть сильными.

– То есть, ты говоришь, что мне недостаёт таланта?

– Верно.

– А ты не из тех, кто смягчает пилюлю...

– Я не лгу без нужды.

– Это я уже понял, – Ранта напряг шею, вздёргивая готовую поникнуть голову, – У каждого есть предел, но у всех он свой. Есть те, кто начинают с одного и заканчивают на десяти, а есть те, кто застревают на пяти. Бывают и те, кто начинают с десяти и добираются до сотни. А парень, застрявший на пяти, как бы ни старался, не достигает и десятки. Его потолок – шесть, может семь. Вот и всё, на что он способен.

– Слушай, Ранта, – Такасаги снова начал набивать трубку, – Теперь, дожив до моих лет, при виде молодёжи я всегда думаю кое о чём. «Не тратьте время на ерунду». В общем, никто не может видеть самого себя. Даже зеркало искажает истинное изображение, этого не избежать. Ты просто следуешь за своей мечтой и со временем сам собой узнаёшь своё место. А до тех пор тебе остаётся лишь бороться. В процессе, конечно, можно отбросить ноги, но это тоже по-своему интересно. Жизнь нужно принимать такой, какая она есть.

– Я не собираюсь умирать, – огрызнулся Ранта, – И не желаю знать своё место.

– Таких как ты я тоже иногда вижу, – Такасаги зажёг трубку, – Идиотов.

– Меня устраивает.

– Хочешь стать сильнее, Ранта?

– Да, хочу.

– Ранта-а... – Арнольд внезапно окликнул его. Ранта посмотрел – Арнольд ухмылялся провалом своей пасти.

Ранта улыбнулся ему в ответ. Арнольд хихикнул и отхлебнул выпивки.

– Идиотов в мире полно, – Такасаги покрутил шеей и выдохнул дым, – Они повсюду.

– Вот и ладно! – Ранта вскочил на ноги. Согнул колени и потянулся. Подвигал плечами, крутанул руками. Правое плечо совсем не болело. Как новенькое.

Туман в Тысяче Лощин этой ночью очень тонкий. Почти развеялся.

Высоко в ночном небе сияла алая луна.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 7. Инфантильный

Ощущение парения... погружения.

Очнувшись, он почувствовал себя плавающим в воде. Бесконечно погружающимся в глубину.

Дна не было.

Он ощущал тяжесть. Огромную, но вместе с тем неосязаемую тяжесть. А потом, вдруг... невесомость.

А. Плохо дело… – подумал он. А? Что это? Что... происходит? Как... темно.

Ничего не вижу. А ещё... не могу пошевелиться.

Или могу?

Нет, вроде бы получается пошевелить руками и ногами. Но, кажется... тут тесно.

Я спал? Я где-то лежу?

Нет.

Но, разумеется, и не стою.

Тело лежит под углом, голова ниже ног. Словно... я где-то застрял? Вроде того?

Кажется, позвать на помощь будет плохой идеей.

Почему?

Враги.

Точно. Я не смогу защититься, если меня здесь найдут враги. Но кто мои враги?

Кто они?

...Что это было?

Я...

Что я делал?

Вроде ничего особенного.

Принял душ, высушил волосы и сел смотреть телик. Потом сеструха с чем-то пристала, я огрызнулся.

Ушёл к себе, валялся, копался в телефоне. Мне позвонил Юкки, жаловался, что ему не выкрутиться.

Да нормально всё, образуется, – ответил я тогда.

Сеструха опять принялась мне что-то выговаривать. «Да хватит, ты мне что, мать» сказал я, а она тогда «Потому и говорю, что мамы нет».

А я что, просил? Я тебя вообще ни о чем не просил. Мне от тебя ничего не надо.

– Перестань. – буркнул я.

– Что? Надоело?

– Ну, да, надоело.

– Тогда возьми уже себя в руки!

– Со мной всё нормально.

– В каком месте?

– Во всех?

– Знаешь, я смотреть на это не могу. Такой здоровенный и так раскисаешь.

– Ничего я не раскисаю.

– Да конечно.

– Задолбала. Почему-то только тебе такое кажется!

– Следи-ка за языком.

– Да, да.

– Нет, до чего же ты меня всё-таки бесишь.

– Ты не устала беситься из-за каждого пустяка?

– А ты что, не видишь? Конечно устала. У меня сил уже на тебя нет.

– Ну так оставь меня в покое.

– Не могу, ты и сам это знаешь.

– Нет, я серьёзно. Со мной всё нормально.

– Сказал парень, который даже еду себе нормально приготовить не может.

– Но я же питаюсь, иначе не вырос бы таким высоким.

– Да уж, – пробормотала она.

Моя старшая сестра совсем маленького роста – и не просто по сравнению со мной. В ней меньше даже чем метр шестьдесят (наверное, метр пятьдесят пять), так что, по-моему, она маленькая даже для женщины. Когда мы стоим друг перед другом, вот как сейчас, ей приходится запрокидывать голову, чтобы смотреть мне в лицо.

Впрочем, сеструха не просто низкого роста – она вся как маленькая зверушка. Эти её тёмные и огромные, несмотря на небольшую голову, глаза, её маленький рот. Её волосы, которые она то отращивает подлиннее, то подстригает коротко. То, с какой лёгкостью у неё меняется настроение. То, какая она, при своей миниатюрности, полноватая.

Да, она моя старшая сестра и не может быть никем иным, но по виду этого совсем не скажешь. Возможно раньше это было не так, но если кто-то увидит нас с сеструхой вместе сейчас, то вряд ли догадается, что мы – брат и сестра. Не то чтобы это имело хоть какое-то значение, но мы совершенно непохожи на родственников.

– Ты так вырос, – сказала сеструха.

– Чего это тебя в сентиментальность потянуло?

– Ну, мама ведь была высокой. Потому я всегда ждала, что и ты тоже вымахаешь. Знаешь ведь, как говорят – если мать высокая, то и сын вырастет высоким.

– А-а. Ну да, говорят. Тётя Яцко мне это постоянно твердит.

– Но вот что ты станешь настолько большим я не ожидала.

– Ну, это же не я решил таким вырасти. Наоборот, постоянно пытался убедить своё тело остановиться. Пока в тебе нет ста восьмидесяти двух сантиметров, всё нормально, но чуть больше – и начнёшь биться головой обо всё подряд в этой стране.

– Сто восемьдесят два? Откуда такая точность?

– Просто один мой друг всегда говорит, что все кто ростом 183 сантиметра постоянно ходят с ушибленной головой. А у тех, в ком 182, уже нет никаких проблем.

– У тебя такие высоченные друзья.

– Ну, я же играл в баскетбол, так что знаю многих рослых, но невысокие среди моих друзей тоже есть.

– Уходишь? – спросила она.

– Ага.

– Бездельник.

Сеструха, когда злится, всегда так смешно надувает щёки – как маленькая. Это ещё одна её черта, полностью выпадающая из образа старшей сестры. Но эта старшая сестра, совершенно непохожая на старшую сестру, устроилась работать в солидную фирму, усердно работает и много зарабатывает. Дома она всегда ходит в шортах и футболке, но на работу надевает деловой костюм. И собирает волосы в строгую причёску.

Я ухватил сеструхину щеку и потянул.

– Эй! – воскликнула она, отбрасывая мою руку, – Перестань!

– Да, да.

– Надоел!

– Ну ладно, я ушёл. Ложиcь лучше спать.

– Ну конечно лягу, – огрызнулась она, – Мне-то завтра на работу.

– Надеюсь на твой усердный труд.

– Бесишь!

Я вышел из квартиры и закрыл за собой дверь. В коридоре нашего многоквартирного дома стояла мёртвая тишина. Самый неприятный для меня вид тишины, такой, при которой кажется, что уши будто бы заткнуло плотной ватой.

Перед тем как умерла мама, я целыми днями не уходил из больницы. Мне говорили, что оставаться на ночь это против правил или что-то типа этого, но я просто ложился в коридоре или на кушетку в приёмной, и ни одна из дежуривших по ночам медсестёр не возражала. Иногда они даже говорили со мной. В больнице, очевидно, даже ночью оставались люди, но, если только что-то не происходило, там стояла странная, невыносимая тишина.

Стоило бы пойти домой, но я чувствовал себя обязанным остаться, словно это был мой долг. Мне казалось, что мама умрёт, если я уйду. Не было никаких рациональных причин в это верить – просто ощущение.

И в то же время я не хотел присутствовать при смертном одре матери. Мне было неприятно смотреть, как она угасает. Я знал, что рано или поздно она умрёт, но не готов был это принять. Печали я уже давно не чувствовал.

Ведь мама не просто заболела; до того она уже несколько раз переносила операции против рака. В детстве я каждый раз плакал, когда она ложилась в больницу, но это осталось в прошлом.

Я ненавидел больницу, но что-то не позволяло мне уйти.

Всё время, пока мама лежала в больнице, сестра ходила в школу.

Когда в конце концов матери стало совсем плохо, медсестра сказала, что я должен вызвать отца и сестру. Я позвонил им, но они не ответили. Тогда я позвонил на работу отцу и в школу сестре. Сестра ответила сразу, а отец по телефону сказал, что задержится.

Что ж, сейчас полдень, – спокойно подумал я. – Вряд ли он у любовницы. Наверное, занят на работе.

У отца была любовница столько, сколько я себя помню. Я знал это, и сестра знала, и мама знала тоже.

– Как ты мог оставить мать вот так и найти другую женщину? – спросил я его однажды.

– Вряд ли ты поймёшь, – просто ответил отец, вместо того чтобы выругать меня, – Да я и не ожидаю этого. Но иначе я не смог бы сохранять душевное равновесие.

В итоге отец всё же успел, но мама потеряла сознание задолго до того, как остановилось её сердце, так что особой разницы не было. Сестра рыдала как дитя, в глазах отца тоже стояли слёзы.

Я плакать не мог.

Этот тихий коридор, в котором я стою сейчас, напомнил мне то, что я пережил тогда. Если одним словом – тоску. Мне было неприятно находиться там, и единственным моим желанием было, просто чтобы всё это поскорее закончилось.

Я быстро прошагал по коридору и вызвал лифт. В лифте проверил телефон, а потом...

А что потом?..

– А?..

Что это было?

Его что-то тревожило.

Нет, его ничего не тревожит. Только что здесь что-то было. Оно должно было остаться, но теперь его нет. Исчезло.

– Сеструха... Я... Стоп, что?

Сеструха.

Он только что сказал "сеструха"? Если да, то, наверное, речь о сестре. О старшей сестре.

У него была старшая сестра? Он смутно ощущал, что был не единственным ребёнком в семье. Но, задумавшись, он понял, что не знает, был ли у него старший брат или же старшая сестра. Вспомнить, разумеется, не удавалось.

У него была старшая сестра? Та, которую он называл «сеструха».

– Мне это словно причудилось... – пробормотал Кузак.

Как бы то ни было, одно ему известно точно. Сеструха там или кто, но здесь нет даже товарищей. Он один.

А ещё он не знает, где это «здесь». Как он оказался один в этом тёмном, тесном месте?

Думай, скомандовал он себе. Если не удастся вспомнить даже это, то дела плохи.

Голова болит. При малейшем движении в висках начинает пульсировать боль. И не только голова, шея тоже. Шлем по-прежнему на голове. Он не снимал его.

Он бежал.

Точно. Мы убегали от Форган.

Что произошло?

Неизвестно. Он очнулся и обнаружил себя в таком положении.

Как бы то ни было, нужно выбираться.

Выбираться из этого места.

А получится ли? Как выбираться?

Сначала... Да, первым делом... ситуация. Необходимо оценить ситуацию. Харухиро всегда так говорит.

Вокруг темно, а значит, придётся ориентироваться на ощупь. Кузак попытался – и тут его ударило осознание.

У него пустые руки.

Ни меча, ни щита.

– Серьёзно?..

Всё очень плохо. Ему захотелось позвать на помощь, захотелось, чтобы кто-нибудь спас его. Но этого не будет. Никто не поможет. Он один.

Он уже был один – тогда, когда погибла его первая команда. Но это было в Ортане, среди людей. Кроме того, он тогда искал Харухиро. Он хотел, чтобы кто-то спас его. Но у кого искать помощи теперь?

На этот раз всё иначе. Здесь никого нет.

Скорее всего, прошло уже довольно много времени. Может быть Харухиро и остальные ищут его, просто пока ещё не смогли найти.

Если оставаться здесь, то рано или поздно его найдут. Но нет, пожалуй, рассчитывать на это значит проявлять чрезмерный оптимизм.

Запах землистый, но вокруг, кажется, не мягкая почва. Левая рука касается чего-то влажного.

Правая рука касается сухой поверхности – скорее, неровной стены чем крутого обрыва. Слева откос поднимается под довольно высоким углом, но не кажется непреодолимым... вроде. Не попытавшись, не узнать.

Попробую, решил он. Иного выхода нет.

Первым делом он развернулся в тесной яме головой вперёд. Затем медленно начал карабкаться вверх по склону.

Несколько раз он был готов сдаться. Каждые несколько минут, нет, каждые десять секунд в голове принимались роиться мысли – «Я так больше не могу. Не хочу, всё кончено, хватит, плевать, я умру, убейте меня кто-нибудь», но что с того?

Увы, здесь его никто не спасёт, никто не поможет. Отчаяние и бессилие лишь опустошат его. Вот бы кто-то утешил его, унял его слёзы – но это попросту невозможно, так что у Кузака не было сил плакать.

Он не ощущал в себе силы выбираться. Ему лишь хотелось сбежать от сложностей, от боли, одиночества, неопределённости и страха. Он хотел освободиться.

Он понял – выход уже рядом. Воздух изменился. Сверху тянуло влагой и прохладой.

Выкарабкавшись, он перекатился на спину и какое-то время безучастно смотрел вверх.

– Постойте... я ведь жив, да?..

Высоко в небе мерцали бесчисленные звёзды.

Воздух был такой ясный что, казалось, до небосвода можно дотянуться рукой – но звёзды, такие близкие на вид, совершенно не давали света.

Темнота.

Окружавшая Кузака бескрайняя темнота давила. Удушала. Впрочем, удушье было мнимым; на самом деле дыханию ничто не мешало. Всё тело болело, но, по крайней мере, он жив.

Кузак сел и попытался снять шлем. Шея болела при каждом повороте головы, но ни тошноты, ни головокружения он не чувствовал. Без шлема стало гораздо легче, так что Кузак решил нести его подмышкой.

Он встал и попытался сделать шаг. Деревьев вокруг не было. Похоже, он на открытом пространстве. Поляна, более-менее ровная и поросшая невысокой травой.

Видимо, Кузак провалился в расселину и потерял сознание. Шагать нужно осторожно – будет неприятно упасть в ещё одну.

Где он находится? Неизвестно. Кузак не имел ни малейшего понятия. И даже оружие, которое можно было бы использовать для самозащиты, он потерял. Положение сложно назвать как-то иначе, чем ужасным.

– Что теперь?..

Ответить некому. Придётся думать и действовать самому.

– Ну, я справлюсь... Хотелось бы верить, но что-то не выходит.

И всё же Кузак пошёл вперёд. Из темноты до него доносился стрёкот насекомых и голоса птиц. Не та тишина, которую он, сам не зная почему, не выносил – такая, при которой кажется, что уши будто бы заткнуло плотной ватой.

В этой темноте не настолько тихо. Уже этим здесь намного лучше, чем в той яме.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 8. Не странная

Его правая передняя лапа, похоже, сломана или вывихнута. Гаро шёл, поджимая её и стараясь не касаться этой лапой земли.

Из-за этого гигантский волк не мог вскарабкиваться по склонам, так что им приходилось идти придерживаясь ровных мест. Онса тоже шагал с трудом, опираясь на подобранную где-то ветку. Ему, похоже, больно.

В порядке была лишь Юме – то есть ей хотелось бы так думать, но и она сильно вымоталась. А ещё, похоже, налетела на что-то острое пока падала, и это что-то разодрало её правую руку, левую ногу и левый бок. Раны вроде бы не выглядели серьёзными, но, судя по всему, начали гноиться.

У Юме, кажется, жар.

Она решила, что если Гаро с Онсой решат передохнуть, то и она сядет и переведёт дыхание. Они, конечно, не обсуждали ничего между собой и не пришли к соглашению держаться вместе – для начала, им непонятны языки друг друга, так что разговор попросту невозможен. Но, как рассудила Юме, если уж они не собираются сражаться, то и разделяться нет никакой нужды. Вдвоём очевидно лучше, чем поодиночке, а вдвоём плюс волк – и того лучше.

А как поступят Онса и Гаро, если Юме первая решит передохнуть? Бросят её? Ей не хотелось, чтобы её бросали.

Впрочем, у неё было смутное ощущение, что и Онса с Гаро разделяют её чувства. Так что возможно вопреки опасениям Юме гоблин с волком всё же остановятся и подождут её. Но она не была в этом уверена.

Гарону с Онсаном уже правда-правда пора отдохнуть.

Тогда и Юме могла бы сделать передышку.

И где мы?

Солнце опустилось за горизонт уже некоторое время назад.

Онса и Гаро шли шатаясь, но без колебаний. Они, видимо, знают дорогу и до сих пор не добрались до цели лишь потому, что с трудом могут идти.

А куда идут Онса и Гаро? К своим товарищам?

– Форган, да?.. – непроизвольно пробормотала Юме.

Онса хмыкнул. Это ответ?

Юме прижала ладони к щекам. Трудно определить, горячие они или нет. Но тем не менее, Юме чувствует слабость и головокружение. Что происходит?

– Хурмм...

Форган, хм.

Внезапно она осознала.

Что будет, если Юме придёт в лагерь Форган? Похоже, это не самая лучшая идея. А Ранта тоже там будет?

Тупой Ранта.

Но Хару-кун, он...

Что там Хару-кун сделал с Рантой?

Что это было?

Юме плохо помнит.

Дело плохо... – против воли подумала Юме и едва не остановилась.

И тут это произошло. Ковылявший впереди Гаро вдруг упал набок.

– Гаро! – Онса бросился вперёд, к волку.

Юме, позабыв про собственную слабость, тоже попыталась подбежать к ним.

У неё заплелись ноги? Или просто обо что-то споткнулась? Юме попыталась восстановить равновесие, но не удержалась и упала.

Она рухнула ничком. Сил поднять голову уже не было, глаза закрылись сами собой. Всё равно тут так темно, что смотреть не на что. Незачем заставлять себя.

Юме свернулась в клубок, словно личинка. Так ей было легче.

– И что это такое? Насмешить людей пытаешься, или что? – она вспомнила... как кто-то сказал ей это.

– Фу. Валяется на грязи.

– Неа. Это земля, вообще-то.

– Один фиг.

– А вот и нет. Это как вода и лёд.

– Вода это и есть лёд, вообще-то.

– О, ну да.

– Ну ты и дура.

– Отстань.

До чего же они любят болтать, подумала она. И это после того, как я забралась аж сюда, в кусты на школьном дворе, и свернулась тут в клубок...

Как они нашли Юме? Юме не хотела, чтобы её нашли.

– Эй, ты, ты вылезать-то собираешься? – позвала девочка.

– А может она нас боится? – спросила другая.

– Эй, ты чего. Ты так говоришь будто мы её задираем.

– А ты и есть задира, Хии-тян.

– Эй, Кина, хватит болтать про меня всякие глупости. Как будто я плохая. А вдруг она поверит?

– Но это правда, вообще-то.

– Раччин, и ты туда же? Не смей ей подпевать!

– Знаешь, говорить можно что угодно, но если кому-то кажется, что его дразнят, значит его дразнят.

– Да не дразнила я!

– Ты говоришь довольно грубо, Хии-тян.

– Ну, и что с того? А ещё кансайский диалект сам по себе грубо звучит.

– Ну да, для тех кто не коренной кансайбериец.

– Что ещё за коренной кансайбериец? Слишком длинно!

– Коренной Кансанбериец.

– Это вообще неправильно! Язык сломаешь!

Юме собиралась и дальше лежать, свернувшись в клубок, и игнорировать троицу, но те попытались вытащить её из кустов. Она пробовала упираться и отмахиваться, но девочки не отставали.

– О-о-о... – простонала она.

– Хватит ныть. Ничего хорошего не выйдет если будешь там всё время сидеть. Это тупо.

– Думаете, эта девочка – дремучий случай?

– Что ещё за дремучий случай?

– Не 'наю.

– Не знаешь?!

– Но она так мало говорит.

– Как её, кстати, зовут?

– ***?

– Нет, это фамилия. А имя?

– Она же говорила, когда представлялась.

– Ну да, потому тебя и спрашиваю. Сама-то не отвечает.

– М-м-м-м... Юме, вроде.

– И правда дремучий случай!

– Да с чего?!

– Ну, не знаю.

– Не знаешь?

– Кина есть Кина.

– Эй, Юме? – позвала одна из девочек.

– Ты же Юме, да? – добавила другая.

– Да, Юме... – отозвалась Юме, – А что?

Она поддалась просто потому, что эти трое ей надоели, но девочки хором ахнули, словно услышали что-то неожиданное.

– Она говорит на стандартном диалекте!

– Что ещё за «стандартный диалект», Кина?

– Ну говорят же – «кансайский диалект», «осаканский диалект», так значит должен быть и стандартный!

– О, действительно, Кина права!

– Ну хорошо, хорошо, я не подумала.

– Ты же цуккоми, Хии-тян. Что поделать.

– Ага, ага.

– Что за глупости!

Вы все болтаете какие-то глупости. Вот почему Юме не хотела сюда переезжать. Тут все такие.

Но она понимала, что иного выхода нет. Этого требует ситуация в их семье. Она смирилась. Как всегда.

– Юме не дремучий случай, – настойчиво сказала она.

– О! Снова говорит!

– Ну конечно, она же человек.

– Человек? Ну ты нашла на что ткнуть, Хии-тян.

Это отчего-то прозвучало забавно, а когда Юме попробовала повторить про себя – ещё забавнее. Она хихикнула. Три девочки отчего-то обрадовались.

– И ч'во вы все так обрадовались? – спросила Юме. Она попыталась имитировать местный диалект, но девочки схватились за бока от хохота.

– Она сказала «ч'во»!

– Вот умора!

– Какая странная!

Но Юме вовсе не считала себя странной. Хотя её часто так назвали.

Почему?

За что?

Юме просто ведёт себя нормально.

Да, время от времени чувствовала нерешительность, а иногда ей было тяжело влиться в общество, но это же не значит, что она совсем не старается.

Юме не странная, – подумала Юме. Ни капельки.

– Угх...

Юме открыла глаза и попыталась сесть, но жутко потяжелевшее тело не слушалось.

На неё сверху вниз смотрел гоблин.

– Онсан... – прошептала она. Слово сорвалось с губ едва различимым хрипом.

Онса молча смотрел на Юме своими карими глазами. Черты его гоблинского лица были совершенно непроницаемы. О чём он думает? Юме не имела ни малейшего понятия.

– Где Гарон?

Онса мотнул подбородком себе за спину. Гаро сидел прямо за ним. Разумеется, по-прежнему поджимая правую переднюю лапу. Но он выглядел вполне здоровым, несмотря на то, что совсем недавно упал.

– Юме, значит, пришлось ещё хуже, а? – Юме прижала тыльную сторону ладони ко лбу. Холодный. Жар унялся?

Небо едва заметно посветлело.

– Юме долго спала?

Ответа не было. Онса по-прежнему смотрел на неё.

– Вы подождали Юме, да?

Уголки рта гоблина приподнялись, он тихо хмыкнул.

– Спасибо... Юме бы совсем закуталась, если б оказалась одна... А? Запуталась, а не закуталась? Нет? Хм..

«Какая странная»

Юме ощутила, что как-то раз слышала в свой адрес такие слова. Когда это было, кто это сказал?

Она не знает.

Не может вспомнить.

А может, ей просто причудилось, что это было?

– Ну, Юме-то совсем не кажется, что она странная, – сказала Юме.

Онса чуть покачал головой из стороны в сторону и цокнул языком. Он злится? Вроде непохоже.

Гоблин вытянул правую руку вперёд ладонью вверх и несколько раз согнул и разогнул пальцы. Юме могла лишь гадать, но наверное, он цокал языком чтобы привлечь её внимание, а теперь пытается что-то сказать жестом. Например, «вставай», или «можешь встать?»

Юме села. Попыталась подняться на ноги, но покачнулась.

– А-ай!

Если бы Онса не успел поддержать её, Юме, наверное, снова упала бы.

– Ух-х... Прости, Онсан.

– Кха, – Онса, по-прежнему поддерживая её, отвернулся в сторону.

– Но знаешь, Юме, пожалуй, уже лучше чем было? И Онсан с Гароном, кажется, приободрились. Может это потому, что мы как следует отдохнули?

Онса не ответил, но Гаро чихнул.

– О-о-о, – удивилась Юме, – Волки, значит, тоже чихают? Ну да, точно. Это же просто чихание. Волки ведь тоже животные. Они тоже живые, да?

Гаро наклонил голову набок, словно задаваясь вопросом – о чём говорит этот человек? А может Юме просто так показалось.

Она выдохнула.

– Ладно! – она похлопала Онсу по спине, – Теперь Юме совсем-совсем в порядке! Ну, может у неё немного кружится голова, но это просто чуточку. Ага?

Онса зашипел, оттолкнул её руку и побрёл, опираясь на палку. Волк последовал за ним. Из-за раненой ноги Гаро прихрамывал, но это лишь придавало его походке очарование. Юме, хихикнув, зашагала за волком.

Небо светлело на глазах.

Вокруг густо росли деревья. Из-за этого даже сейчас, без тумана, поле зрения было сильно ограничено.

– Кста-ати, Юме когда-то тренировалась в лесу с учителем... – протянула она.

Были моменты, когда ей казалось, что они уже никогда не вернутся в Гримгар. Что она больше никогда не увидит учителя.

– А теперь, наверное, Юме всё же сможет снова его встретить. Хотя, столько всего творится, и неизвестно, когда это будет. И всё равно первым делом надо найти Хару-куна и остальных, так ведь? А-а-а-а!..

Юме вскрикнула и встала как вкопанная. Онса и Гаро тоже остановились и развернулись к ней. Онса ошарашенно вытаращил глаза.

– Нхаха?! У Онсана такое напуганное лицо!

– Кха...

– О, нет-нет, Юме вовсе не насмехается, просто... Ну, понимаешь, у Юме совсем нет оружия! Хотя, у неё есть запасной ножик... О, и метательный тоже есть! Может этого хватит? Хрмм. Юме не уверена..

Онса вздохнул и снова развернулся вперёд. И тут раздался странный звук.

Пигя-я-я-я-я-а!

Он, кажется, звучал сверху. Юме инстинктивно подняла голову к небу.

– Ких! – резко выкрикнул Онса и замахал рукой. Прячься, словно говорил этот жест.

– Да, конечно, но где...

– Хах! – Онса указал вперёд и влево. В той стороне деревья росли почти вплотную, а их тонкие ветви густо окутывал плющ, образуя нечто вроде навеса. Юме и Онса встали по обе стороны от Гаро и направились к укрытию.

Пигя-я-я-я-я-а!

Окрестности снова огласил странный вопль. Он звучал очень неприятно и определённо раздавался откуда-то сверху. Значит кричит что-то в небе?

Гаро залёг, Онса припал к земле справа от него, а Юме – слева. Гаро тяжело дышал, его спина ходила ходуном. Юме прижалась к боку волка, напряжённо вслушиваясь. Её глаза расширились.

Пигя-я-я-я-я-а!

Этот голос. Уже в третий раз. Это явно чей-то крик, но явно не человеческий. Его, похоже, издаёт какое-то крупное существо.

Голос. Да, это клич какого-то существа. Он раздаётся сверху – то есть, это какая-то птица?

Онса, наверное, знает чей это голос. И судя по его реакции, это существо опасно.

Юме посмотрела в небо. Сквозь ветки там и сям проглядывали клочки голубого неба.

Вот сейчас, это... чья-то тень? Или показалось?

Онса держал руку на шее волка, не столько поглаживая его, сколько удерживая на месте.

Пигя-я-я-я-я-а!

На этот раз вопль прозвучал намного громче.

Юме расслышала и другие звуки.

Фух, фух, фух.

Так бывает, когда изо всех сил машешь в воздухе чем-то большим и тонким. Крылья? Это взмахи крыльев?

Юме инстинктивно затаила дыхание.

Приближается.

Снижается.

Что-то большое.

Оно... оно не так уж и близко. Наверное, там, где они были несколько минут назад. Но всё-таки есть отчётливое ощущение, что существо приближается.

Юме закрыла рот обеими руками. Зачем она так поступила? В этом не было какого-то смысла. Она просто не могла с собой совладать.

Крылатое существо снизилось, отбрасывая в стороны листья и ломая ветви.

Приземлилось. Раздался удар о землю, затем второй, третий.

Юме практически его не видела. Она лишь могла различить, что это нечто большое, и оно совсем рядом.

Кажется, синее. Движется медленно, не спеша. Существо продиралось сквозь лес, раздавался треск ветвей и какие-то удары.

Оно шагает?

Похоже, это не птица.

Юме хотелось зажмуриться. Нет, нельзя. Она стала задыхаться.

Это оттого, что она затаила дыхание. Но пытаться не дышать бессмысленно, без воздуха Юме наверняка погибнет. Нужно дышать. Иначе нельзя. Только тихо. Вдох и выдох, так тихо, как только возможно.

Сделать вдох.

А теперь выдох.

Попытаться оценить расстояние по звуку и ощущениям.

Крылатое существо приближается? Или удаляется?

К сожалению, приближается. Треск и шаги звучат всё громче.

Учитель говорил ей – слушай, Юме. Три раза в моей жизни был момент, когда я думал, что пришла моя смерть. Один раз – когда я завяз в болоте и медленно тонул. Другие два – при встрече с невероятно сильными врагами. Врагами, превосходящими всё, на что способен человек. В мире есть существа, один вид которых заставляет осознать всю твою ничтожность. Лучше вообще не встречаться с ними, но что, как ты думаешь, нужно делать, если всё же встретишься?

Ни в коем случае не позволяй им полностью завладеть твоим вниманием, – предостерегал учитель Юме. – Их размер и мощь подавляют. Они полностью завладеют твоими помыслами, ты не сможешь рассуждать, а в худшем случае – не сможешь даже шевельнуться. Так что вместо того, чтобы смотреть на них, обрати свой мысленный взор на себя.

Охотник – это стиль жизни, – часто говорил учитель. Быть одним целым с миром. Есть способ достичь этого – осознать, что ты лишь крошечная крупица мира. Как и все, и даже Белая Богиня Эльрих. Живи так, словно ты – одно целое с миром. Вот что такое быть Охотником.

Но пойми вот что, – добавлял учитель с теплотой в глазах, – быть частью мира значит быть добычей тех, кто охотится на тебя. Такова истина. Именно так живые существа проходят через круговорот смерти и жизни. Встречая тех, чья сила превосходит их собственную, отдают им свою жизнь, становятся их пищей, их плотью и кровью. Таков закон природы.

Но сделать это значит умереть.

Когда ты хочешь жить, когда хочешь выжить несмотря ни на что – отсеки себя от мира, Юме, стань собой, отдельной личностью. Спроси себя: «Что я хочу сделать? Что мне нужно сделать?». И тогда ты обязательно найдёшь ответ. Если же ответ найти не удастся, значит, тебе недостаёт чего-то важного. В таком случае сделать уже ничего нельзя.

Но, Юме, я хочу сказать тебе кое-что – не как Охотник, но как кто-то, поживший на этом свете дольше тебя: я в тебя верю. Так что и ты верь в себя. Когда придёт время, положиться ты сможешь лишь на себя. Помочь тебе и спасти тех, кто тебе дорог не сможет никто кроме тебя самой.

Что Юме хочет сделать? И что она должна сделать?

Это не страшно, подумала она.

Она не знала, почему; просто подумала – «Тут нечего бояться. Юме ни капельки не боится».

Гаро трясся, всё его тело била крупная дрожь. Онса пытался его успокоить, но безуспешно. Гоблин и сам выглядел напряжённым. Должно быть, волку передаётся его неуверенность.

Юме наклонилась к Гаро. Она сочла, что это лучше чем обнимать его или пытаться погладить. Говорить, разумеется, нельзя, но она прошептала одними губами – «всё хорошо, всё хорошо».

Сердце волка бешено колотилось.

Всё хорошо, хорошо. Всё будет в порядке.

Она, конечно, никак не могла быть в этом уверена. Но в конце концов то крылатое существо так и не нашло Юме, Онсу и Гаро.

Этот звук...

Хлопанье крыльев?

Существо взлетает.

Юме чуть не обронила облегчённый вздох, но удержалась. Сквозь прореху в листве она видела, как существо поднялось в небо.

Так всё-таки, это птица? Нет. Хвост как у змеи. Синий. Крылья и тело тоже синие.

– Виверна... – прошептал Онса.

Виверна? – подумала Юме.

Так называется то существо? Виверна.

Юме зарылась лицом в шерсть Гаро и глубоко вдохнула.

– Вот, значит, кто тут водится. Оно съест нас, если отыщет?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 9. Решимость

Она проснулась.

Рядом с ней, почёсывая подбородок, сидел на корточках Цуга, Жрец с короткой стрижкой.

Когда он предложил сделать привал, она осознала, что если попытается и дальше заставлять себя идти, то может наоборот доставить ему лишние проблемы, так что улеглась и тут же провалилась в сон.

Это было ночью, уже ближе к рассвету. Сейчас ещё даже не полдень – скорее, раннее утро. Шихору едва сомкнула глаза – неужели он смотрел на неё пока она спала? Шихору смущённо отвернулась, потянула себя за чёлку и села.

– Эм... Что это было? Вы слышали?

– Да, слышал.

– И что это?..

– Без понятия. Но вроде какое-то животное.

– Но звук был такой громкий?..

– Да, правда довольно далеко.

– Думаете, всё в порядке?

– Наверное, – Цуга покачал головой из стороны в сторону, разминая шею, и зевнул, – Я не очень-то уверенно себя чувствую в лесу, честно говоря.

– А?.. Но вы же солдат добровольческого корпуса.

– Да, но только потому, что вынужден. Ну, скажем так, из-за знакомых. Сам по себе я бы давно вышел. Если бы не случилось так, что я записался вместе с Роком, если бы мы с ним не оказались в одной команде то, скорее всего, я давно бы ушёл из Красной Луны. Но вместе с Роком никогда не бывает скучно, так что, пожалуй, я остаюсь в корпусе только потому, что тут весело.

– Это ваш мотив... точнее, причина, так?

– Ну да, – Цуга рылся в своём рюкзаке, – А что насчёт тебя?

– Я... – Шихору крепко обхватила свой посох, – Это единственное, что я могу делать. Не представляю, чем ещё могла бы заниматься. Ну и, в общем, всё более-менее образовалось. Я поплыла по течению, и оно принесло меня ко мне сегодняшней.

– Ну, всегда ведь можно выйти. Иногда кто-то так и делает, я нескольких таких знаю. Один стал торговцем, другой открыл своё дело в вольном городе Веле. Ещё один парень отправился на Большую Землю, в Королевство Аравакия. Интересно, как он сейчас. Удалось ли ему добраться?

– А у вас много знакомых.

– Просто мы много путешествуем. Ну, это из-за Рока, как ты понимаешь. Он такой человек... как это говорят, "на одной волне"? Мало кто может быть на одной волне с ним. Если Року кто-то не нравится, он быстро рвёт знакомство. А я не придирчив, так что хорошо схожусь почти со всеми, с кем меня сводит судьба. Даже если мы виделись с человеком лишь раз, потом, при следующей встрече, я без проблем могу с ним разговориться и узнать, как у него дела.

– Понятно...

Цуга – очень хороший Жрец, но при этом совершенно нормальный. Настолько нормальный, что для солдата добровольческого корпуса кажется странным.

В добровольческом корпусе есть те, кто действует в одиночку. Бывают и такие, кто работает парами, как Лала с Ноно. Тем не менее, подавляющее большинство организовано в команды по пять или шесть человек, так что тем, кто не умеет сотрудничать с другими, приходится нелегко.

Действовать в составе команды – одновременно похоже на, скажем, службу в армии, и в то же время отличается. Десяткам, сотням и тысячам солдат, сражающимся как единое целое, необходима дисциплина. Легкомыслие, неосторожность и поспешность могут разрушить порядок. Насколько могла понять Шихору, если командир рассудителен, разумен и решителен, то от солдата требуется лишь верность и выносливость.

Командир отдаёт правильные приказы, солдаты их исполняют. Большего от них не требуется. И, фактически, это оптимальная система.

Но для солдат добровольческого корпуса этот принцип не работает. Да, необходимы некоторые базовые навыки сотрудничества и взаимодействия, но главную роль играют индивидуальные способности и характер. Солдатам добровольческого корпуса необходимо подстраиваться под самые разные обстоятельства, уметь выйти из любой возможной ситуации. Многие из знаменитых солдат Красной Луны не стали бы такими уж хорошими военными в традиционном смысле слова.

Даже такой слабый солдат добровольческого корпуса как Шихору вынужден принимать самостоятельные решения и полагаться на собственные силы. Она, даже не осознавая этого, приобрела привычку постоянно обдумывать и оценивать ситуацию – просто на всякий случай. Ошибка может означать гибель. Её самой или кого-то из её товарищей.

Некоторое время назад она пришла к мысли, что солдаты добровольческого корпуса, как правило, очень непохожи друг на друга. Возможно дело в том, что разнообразие помогает выжить. Но только ли в этом? Может быть сам образ жизни солдат Красной Луны способствует развитию персональных черт характера?

Если подумать, то жизнь, которую Шихору ведёт в добровольческом корпусе, это настоящее безумие. Она теряла дорогих ей людей, много раз смотрела в лицо смерти сама, попадала в совершенно чуждые, неизвестные ей места. Ей было страшно – но, в то же время, весело.

Да, вполне возможно, что её жизнь больше чем наполовину состоит из таких дней, когда Шихору не знает, увидит ли следующий рассвет. Нет, она не живёт в постоянном страхе за свою жизнь, она не готова умереть, но всё же смерть всегда где-то рядом. А Шихору не хочет ни о чём сожалеть. Умирать, сожалея о не сделанном, она совершенно не хочет.

И, наверное, остальные тоже. Никто не знает, когда может оборваться его жизнь, но, во всяком случае, можно постараться жить, стараясь не терять самого себя.

Иногда необходима выдержка. Но зачем тратить всё своё время, ограничивая себя? Разве это не глупо?

Мы живы. В отличие от тех, кто уже погиб, мы ещё живы.

Я хочу быть честна с собой до самой моей смерти.

Наверное поэтому солдаты добровольческого корпуса такие разные. Каждый стремится жить в полную силу, идти по своему пути.

Но вот что странно.

Правда в том, что на самом деле не важно, какую жизнь ведёт Шихору. Она может быть солдатом добровольческого корпуса, а может быть официанткой в кафе Ортаны – ничего не изменится. Она может ни разу не ступить за пределы городских стен и погибнуть во время набега орков или из-за несчастного случая. Может заболеть неизлечимой болезнью. Так или иначе смерть найдёт её, и она умрёт.

Да, Шихору рискует жизнью каждый день, но это вовсе не означает, что ей суждено умереть молодой. С другой стороны, бывает и так, что кто-то стремится вести как можно более тихую и спокойную жизнь, но не доживает до старости. Но если бы Шихору жила мирной жизнью, то эта мысль, скорее всего, никогда бы не пришла ей в голову.

Как глупо будет жить, обманывая себя – даже день или два.

Цуга, даже не будь он солдатом добровольческого корпуса, скорее всего остался бы всё тем же Цугой. Во всяком случае, так подсказывало чутьё Шихору.

Может, это и есть странность. Может Цуга на самом деле вовсе не нормален. Такие люди тоже бывают.

Я... мне нужно найти себя.

Нужно быть честной с собой. Но что это значит? Сколько бы Шихору ни думала об этом, в голову не приходило ничего, что могло бы определить её качества. Она до сих пор неопытна – и как солдат добровольческого корпуса, и как личность.

Сможет ли она повзрослеть?

Сможет ли она прожить достаточно долго?

Шихору вздрогнула и сглотнула.

– Цуга-сан?..

– Да, – Цуга выглядел расслабленным, он спокойно сидел, обхватив колени. Но, впрочем, запрокинул голову и медленно обводил взглядом небо, – Кажется, там что-то есть.

– «Кажется»?.. Вы не думаете, что там определённо что-то есть?

– Как думаешь, птица?

– Этот крик... совсем не птичий.

– Может, это очень большая птица.

– Вы знаете таких птиц?

– Не-а. Но... – Цуга провёл рукой по своим коротко стриженым волосам. Шихору ощутила лёгкое любопытство – каков наощупь этот его ёршик волос? Вниманием Цуги, тем временем, завладело нечто другое: – ...Кстати, сегодня, похоже, нет тумана. С тех пор, как мы пришли в Тысячу Лощин, такое я вижу впервые.

– Сомневаюсь, что хорошая погода это плохо...

– Ну, в какой-нибудь другой местности я бы согласился. Просто по своему опыту могу сказать, что необычные события имеют склонность идти друг за другом. Как бы это сказать? Ну, например, обычно дождь увлажняет почву, прибивает пыль, и это хорошо. Но в пустыне дождь – предвестник бури. Гремит гром, налетает ураган. А бывает, что после начинает идти дождь из стрел и копий. Мне часто приходилось видеть такое... О, опять.

«Пигя-я-я-а-а-а!» – донеслось откуда-то.

Пугающий, терзающий уши крик.

– Эм... – Шихору запнулась.

– Что?

– Просто думала... А нам безопасно тут оставаться?

– Интересная мысль. Без понятия, если честно.

– Цуга...

– А? Ты только что обратилась ко мне без хонорифика?

– Думаю, вам показалось.

– Но я отчётливо слышал, – Цуга моргнул и осмотрелся, – Снова.

Пигя-я-я-а.

На этот раз звук был тише. Значит, источник удаляется?

Шихору вздохнула. Успокаиваться рано, но угроза, похоже, хотя бы не надвигается на них.

– Слушай, я вот что хотел сказать... – Цуга встал и потянулся, – Я вообще-то тоже не отношусь к этому легкомысленно. Просто от напряжения мало толку. Когда расслабляешься получается реагировать быстрее и совершать меньше ошибок.

– Расслабиться... Мне, пожалуй, это не очень хорошо удаётся...

– Да уж, не сомневаюсь. Ты даже когда спала свернулась в клубок.

– Будьте добры, не пяльтесь на меня когда я сплю.

– Ну, мне-то спать было нельзя, и делать мне было нечего.

– А... простите.

– Вообще-то не обязательно извиняться за каждую мелочь.

– Тогда я больше не буду извиняться...

– Ладно. Ну, то есть я понимаю, что ты стараешься вести себя почтительно в попытке не получать упрёков. Хотя, это может быть подсознательно.

– Э-это было как-то прямолинейно...

– Если в голову пришла мысль, лучше высказать её сразу, пока есть возможность. Ты никогда раньше об этом не думала?

Шихору хотела ответить, но обнаружила, что не может подобрать слов. С её губ сорвался лишь вздох.

И тут это произошло.

Солнце на мгновение померкло.

Тень. Сверху что-то пролетело. Должно быть, оно и отбросило тень. Раздался свист рассекаемого воздуха.

Шихору и Цуга разом посмотрели вверх. Они были на небольшой поляне. Вокруг них росли деревья, трава и лишайники. Зелень, зелень, сплошная зелень насколько хватает взгляда. Небо чистое, без единого облачка.

– Только что над нами что-то пролетело, да? – нерешительно спросила Шихору.

– Наверное, – Цуга взвалил на плечи рюкзак и подхватил с земли свой жезл. – Кажется, что-то опасное, так что давай-ка убираться отсюда. Успеем, как думаешь?

Он говорит так, словно его это не касается. Впрочем, Шихору не собиралась тратить время на замечания, так что просто торопливо вскочила. Цуга, похоже, никак не мог определиться с направлением отступления. Шихору тоже не знала, что выбрать.

На первый взгляд поблизости укрытий нет. Видимо, единственный вариант это попытаться спрятаться под деревьями. Нет, даже это..

– А! – Шихору вцепилась в посох и припала к земле. Не сделай она этого, её бы отбросило в сторону. Или разорвало. Она не зажмуривалась. Она всё видела.

Синее. С неба на них внезапно упало синее крылатое существо. Это птица? Вряд ли. Непохоже на птицу.

Большое. Огромное даже. А это – это лапы? На каждой пять крючковатых когтей. Существо несётся, выставив вперёд две когтистые лапы.

– Дракон! – Цуга, схватив жезл в обе руки, заслонил Шихору собой.

Дракон. Это какая-то разновидность дракона? Вроде того, огненного дракона в Дарнггаре? Если да, то у них нет ни шанса.

– Остано...

– Ха! – Цуга замахнулся. Он собирается ударить нападающего дракона?

Жезл, наверное, достал существо, но оно этого даже не заметило. Дракон схватил Цугу правой лапой и пронёсся мимо Шихору. Та едва не повалилась наземь, но как-то ухитрилась удержаться на ногах. Обернувшись, она увидела, что дракон пригвоздил Цугу к земле и вытянул шею, пытаясь дотянуться до него зубами.

– А! Угх! – Цуга яростно сопротивлялся. Он ещё жив.

– Дарк! – Шихору не раздумывая призвала элементаль. Тот, не дожидаясь приказа, принял форму морской звезды и понёсся на дракона.

Нет, осознала она.

Этого недостаточно.

Дракон даже не вздрогнет от такого удара.

– Развернись!

Дарк рассыпался на тысячи осколков, и закрыл дракона тёмным облаком.

Дарк в форме тумана. Дарк Мист.

Пигя-я-я-а-а-а-а!

Дракон задрал голову, бешено затряс ею во все стороны. Но чтобы стряхнуть Дарк этого мало. Дракон внезапно ослеп, и полностью потерял ориентацию. Соколы, орлы и прочие хищные птицы выискивают жертву с большой высоты, так что у них очень острое зрение, но в обмен на это они вынуждены полагаться почти исключительно на него. И, скорее всего, дракона это тоже касается. Он заметался и ослабил хватку. Цуга тут же вырвался.

Дракон вопил и хлопал крыльями, пытаясь выбраться из чёрного тумана.

Цуга откатился вбок, отполз, потом, отдалившись на некоторое расстояние, похоже, принялся лечить себя. Иногда тяжело раненый жрец не в силах сосредоточиться и применить магию света. Цуга справится? Шихору не будет тревожиться, хотя его судьба и волнует её.

Она сконцентрировалась на поддержании Дарк Миста. Насколько широко она может его развернуть? Каковы пределы, в которых она может его перемещать? Шихору это пока неизвестно.

Нет. Такая постановка вопросов ошибочна. Это решать ей самой. Дарк может развернуться так широко, как она того захочет. Переместиться туда, куда она скажет.

Не выдумывать рамки. Рамки станут ограничениями.

Шихору начала потеть.

Перед глазами всё поплыло.

Она стиснула зубы. Нет. Ещё нет. Она ещё может продолжать. Стоит только подумать о своей слабости, как всё будет кончено.

Дракон побежал, размахивая крыльями. Он хочет взлететь?

– Прости!

При звуках голоса Цуги Шихору потеряла концентрацию. И в этот самый момент дракон взмыл в небо, а Дарк Мист растворился в воздухе.

– Убираемся отсюда! – Цуга схватил её за руку и потянул за собой.

Она споткнулась, упала на него. Цуга был покрыт кровью, но, похоже, все его раны исцелены. Он подхватил Шихору на руки и побежал.

– А-а, дерьмо, это что такое было!..

– И-изви... – начала было извиняться Шихору, но одёрнула себя, – Э-это было опасно, вообще-то! Вы так безрассудны!

– А тебе вообще надо было сбежать, пока оно отвлеклось на меня!

– Я н-не могла! Я никогда бы так не поступила...

– Ну да, я, пожалуй, обиделся бы, – Цуга бросил взгляд за спину, – Хм, а я-то надеялся, оно отстанет...

Шихору не хотела смотреть. Но она должна увидеть всё сама. Неважно, насколько это страшно, неважно, как сильно ей не хочется ничего видеть. Она обязана взять свою судьбу в свои руки. Хватит во всём полагаться на других.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 10. Однажды, искренне и прямо

Хотя мне и не совсем по нраву решение Хару, выбор у него был невелик – думала Мэри. – Или, скорее, у него вообще не было выбора... так что...

Да, скорее всего он не мог поступить иначе.

Да ещё и отсюда не видно, чем заняты эти двое. Харухиро и Шуро Сетора шагали впереди бок о бок, за ними – голем Энба, а Мэри замыкала.

Энба не так уж и высок. В нём всего метр семьдесят или около того. Но в то же время у него непропорционально длинные руки, а ещё очень мускулистое тело и широкие плечи – короче, откровенно говоря, он мешает. Мэри из-за него почти ничего не видно.

У Харухиро не оставалось иного выбора кроме как принять навязанные Сеторой условия. На его месте Мэри тоже приняла бы любые условия, какими бы неприятными они не выглядели. Она всё понимает. Она сможет это принять.

Но сейчас это совершенно неуместно... – снова и снова всплывало у неё в голове. Да, они вроде бы ничего такого пока не делают, но это раздражает и бесит. Сетора приказала ему вести себя словно её парень, или что-то в этом роде, но что именно это значит? Харухиро должен будет... сделать, ну... Это?..

Это не моё дело, – твёрдо сказала себе Мэри.

По правде говоря, она не знает. У Мэри никогда не было отношений с парнями – да и с девушками, раз уж на то пошло. Во всяком случае, не в Гримгаре. О том, что было раньше, она ничего не помнит, так что ей неоткуда знать. Впрочем, что-то подсказывало Мэри, что у неё нет опыта такого рода.

Оценивая собственный характер, Мэри могла предположить, что даже если и окажется так, что кто-то ей понравился, она скорее всего будет долго и тщательно всё обдумывать прежде чем окончательно убедится, что хочет именно с этим человеком провести остаток своей жизни.

Наверное, она просто осторожна. Одна мысль «о, а он ничего» никак не сможет вскружить ей голову. Она не будет суетиться, и постарается вести себя спокойно и сдержанно.

Учитывая всё это, она, скорее всего, была очень несмелой в вопросах любви. Наверное, эта сторона её характера осталась неизменной даже сейчас.

– Хару, – окликнула Сетора довольно равнодушным тоном.

– Слушаю, – как-то отстранённо отозвался Харухиро.

– Что ещё за «Слушаю»?

– О, прости... Что?

– Просто хотела попробовать позвать тебя по имени. Нельзя?

– Ну, можно... наверное.

– Хорошо.

– Угу.

– А это неплохо.

– А? Что?

– Когда рядом есть тот, кого можно так вот назвать по имени.

– О. Эм... Наверное, – Харухиро деланно усмехнулся.

Должно быть, Энба намеренно идёт так, чтобы заслонять Мэри от этих двоих, так, чтобы Мэри не могла им помешать. Но похоже, они просто время от времени обмениваются такими вот ничего не значащими фразами на ходу. Мэри оставалось лишь гадать, чему именно она тут может помешать.

Или ей просто не видно? Может на самом деле они идут, прижавшись друг к другу, под руку и со сплетёнными пальцами? Или даже предаются более близким телесным контактам?..

Как бы то ни было, из-за Энбы Мэри ничего не видит. Но хотя ничего определённого сказать нельзя, всё же сомнительно, что её подозрения имеют под собой какие-то основания. Во всяком случае, если судить по доносящимся до неё разговорам.

Так чем именно они заняты?

Изображают парочку? Вот так?

Должно быть именно так Сетора представляет себе разговор влюблённых. А Харухиро просто отвечает на её реплики. Наверное, с неуверенностью. Думает, «это не совсем то, чего я ожидал». В конце концов, при словах «изображать моего парня» ждёшь чего-то более...

Чего-то более... Чего именно?

Ну, что она будет больше... кокетничать, и заигрывать?

А что именно входит в понятие «заигрывать»?

Мэри представляла это себе лишь смутно, но что бы не означало это слово, они этим не занимаются. Они вообще не похожи на влюблённых. А может Мэри ошибается и большинство парочек именно так себя и ведут? По крайней мере, на виду у посторонних? Пожалуй, даже Мэри, оказавшись в подобного рода отношениях, старалась бы сдерживаться в присутствии других людей.

Сдерживаться от чего?.. Ну... От заигрываний? Впрочем, Мэри сомневалась, что ей захотелось бы заигрывать. Может она просто не такой человек? Или ей это кажется только потому, что у неё нет того, с кем можно так себя вести, и её характер изменится, когда в её жизни появится такой человек?

Но Мэри была уверена – этого не будет.

Она этого не хочет. Ей это не нужно.

Нельзя сказать, что влюблённость Кузака стала для неё сюрпризом. Впрочем, она до последнего сомневалась, полагая, что может заблуждаться и ошибаться в своих предположениях. Кроме того, Кузак присоединился к команде позже всех и, разумеется, ему приходилось нелегко. Желание Мэри быть доброй к товарищу, помочь ему с высоты своего опыта превозмогало её подозрения.

Когда Кузак признался ей в своих чувствах, она подумала – так и знала. Мэри надеялась, что ошибалась, но, как выяснилось, он и правда влюбился в неё.

Она была готова и ответила прямо.

«Нет», – сказала она сразу же.

У Мэри не было и мысли о том, чтобы начать с кем-то встречаться. Они с Кузаком были до этого момента товарищами по команде, и она предпочла бы, чтобы всё так и осталось. Хорошо бы, если и Кузак тоже примирится с таким положением вещей.

Он вовсе не был ей неприятен. Пожалуй, если кто-то спросит, нравится ли ей Кузак, то она ответит утвердительно. Он высокий, и у него довольно приятное лицо. Умеет ладить с людьми – хотя Мэри и чувствовала в нём какую-то слабость – а ещё не эгоист и не наглец вроде Ранты. Наверное, можно смело сказать, что он хороший парень.

Кузак не неприятен Мэри. Наверное, она вполне могла бы влюбиться в него. В этом нет ничего невозможного.

Но этого не будет.

Потому что он Кузак.

Нет, не поэтому.

Мэри не влюбится ни в кого.

В её жизни нет места романам. Она просто не сможет испытывать такие чувства к кому бы то ни было.

У Мэри есть нечто намного более важное. У неё есть её товарищи, за чьи жизни она в ответе. Она не имеет права позволить себе отвлечься на что-то ещё. У неё нет времени на глупости вроде любви и отношений. Такова её натура.

Впрочем, навязывать собственные взгляды остальным она не собирается. Если кто-то из их команды решит создать пару, то Мэри не видела в этом проблемы.

Хотя, конечно, в нашей команде это вряд ли случится.

Даже когда Мэри, Юме и Шихору оставались одни, вдали от ушей мужской части команды, они почти никогда не говорили на тему любви. Нет, не «почти»... Этого вообще никогда не было. Разговоры касались в основном миленьких вещей и вкусной еды – приятных, уютных тем, что лишь больше располагало Мэри к Юме и Шихору.

У них нет правила о запрете отношений внутри команды, но Мэри полагала, что возможно стоит такое правило принять. Тогда ей стало бы ещё спокойнее. Она хочет видеть в своих товарищах близких ей людей, может даже друзей – но стать чьей-то девушкой или женой ни за что не сможет. Мэри не желала даже рассматривать такую возможность.

– Кстати, Хару, – снова заговорила Сетора всё тем же почти безразличным тоном.

– Слу... То есть, да?

– Сколько детей ты хочешь?

– Ббха!.. – Харухиро издал невнятный возглас. Мэри закашлялась.

– М? Что случилось, Хару?

– Н-ничего... Просто так внезапно... Эм, мы ведь пара, так?

– Да. Мы с тобой пара.

– Ну, то есть, пока тебе не надоест и ты не скажешь перестать...

– Не удивляйся, но вполне может случиться так, что мне не надоест никогда.

– А?.. – Харухиро, похоже, никак не ожидал таких слов. Мэри, впрочем, с самого начала заметила двусмысленность в поставленном Сеторой условии.

«Пока мне не надоест, и я не скажу перестать». Да, это вполне можно понять как «со временем мне надоест, но до тех пор изволь постараться». Харухиро, наверное, именно об этом и подумал. Он почему-то склонен сильно недооценивать себя, так что вполне мог так ошибиться. Скорее всего Харухиро счёл, что Сетора выдвинула такое условие со скуки или по какой-то ошибке, а значит – быстро наиграется и оставит его в покое. На это, наверное, он и рассчитывает.

Но тут ведь не угадаешь, да?

Похоже, Сетора с самого начала заинтересовалась им. Возможно ей не надоест, и она оставит его своим партнёром навсегда.

Харухиро такое и в голову не придёт. Если сказать ему об этом, он будет всё отрицать и говорить, что такое никак не может произойти, но на самом деле такое развитие событий вполне возможно. Пусть он и не пользуется бешеной популярностью среди девушек, но ведь уже было признание Мимори из Токкиз. Значит бывают женщины, находящие Харухиро привлекательным. Откровенно говоря, Мэри совершенно бы не удивилась, если бы таких женщин оказалось много.

Харухиро всегда выглядит сонным, но это значит, что он тихоня, а отсутствие харизмы также означает, что в его обществе спокойно. Он заботится о товарищах, он ответственный и терпеливый. А ещё умеет в нужное время сказать то, что нужно сказать. Он может показаться робким, но способен также и на поразительную храбрость.

У него нет никаких выдающихся способностей и выделяющих его качеств. И всё же он старательно играет свою роль предводителя и никогда не пытался улизнуть от своих обязанностей. Кто знает, из скольких передряг он вытащил команду?

Даже если Харухиро предадут, сам он никогда не предаст. Он – предводитель, которым Мэри может гордиться, которому она может доверять и которого уважает. Впрочем, Мэри ни разу не говорила ему этого. А ведь наверное, стоит сказать. Ничего страшного не произойдёт – Харухиро не позволит похвале вскружить себе голову.

– Ха... – окликнула было Мэри, но тут же торопливо кашлянула, чтобы заглушить собственный голос.

Почему именно сейчас?.. Да, я скажу ему, но сейчас, разумеется, не время. Куда я так спешу?

– М-м? – Сетора остановилась? Шедший перед Мэри Энба застыл на месте, и она чуть не врезалась в голема, – Ты что-то сказала, женщина?

– Да нет... – Мэри опустила голову и прикусила губу. Она словно говорила со спиной Энбы. Всё это время Сетора практически игнорировала её, так почему вдруг отреагировала сейчас? – Я ничего не сказала.

– Неужели, – холодно произнесла Сетора, – А мне показалось, что одна нахалка решила будто может обратиться к моему Хару просто «Хару».

– Я могу обращаться к Хару как хочу! – выпалила Мэри.

– Ещё чего. Мы теперь пара, я собираюсь родить ему детей. И, разумеется, не позволю никакой другой женщине его заполучить.

– Детей?! – вскрикнул Харухиро.

– Заполучить, говоришь?.. – начала было Мэри, и вдруг у неё закружилась голова.

– Э, т-ты собираешься родить? – голос Харухиро запинался, – У-уже?!

– Ну конечно. Разве не так это происходит? Когда мужчина и женщина вот так без ума друг от друга, у них рождаются дети.

– А-а... – Харухиро, похоже, до сих пор не пришёл в себя, – Н-ну... Не знаю...

– Т-так нельзя! – Мэри протиснулась мимо Энбы вперёд, – Н-нельзя так сразу, всё должно происходить п-по порядку! А не просто так взять и р-р-родить...

– По порядку? – Сетора нахмурилась, – А, в смысле, сначала встречаться по ночам, целоваться взасос, прижиматься друг к другу всем телом? Вообще-то сейчас не место и не время это обсуждать.

– Н-ну да...

– Почему ты поддакиваешь, Хару?!

– А? П-прости...

– Не извиняйся перед ней, Хару! – прикрикнула Сетора, – Ты мой парень. Я запрещаю тебе извиняться перед кем-то кроме меня!

– К-как скажешь!

«Не соглашайся с ней, Хару!» – едва не воскликнула Мэри, но проглотила эти слова и прижала руку к груди. Прямо сейчас няа Сеторы рассеялись по округе в поисках их с Харухиро товарищей. Харухиро не может возражать. Попросту говоря, он вынужден исполнять всё, что потребует Сетора. Если она прикажет, Харухиро придётся подчиниться. То есть...

Встречаться по ночам?

Целоваться взасос?

Прижиматься друг к другу всем телом?

А потом... Делать что-то, от чего рождаются дети?

– Ха... – Почему я усмехнулась? Мэри и сама этого не знала. Загадка.

Потому что события вдруг начали развиваться слишком быстро? Почему Сетора вдруг ни с того ни с сего заходит так далеко? Ого, как она на него насела – вполне естественная мысль в такой ситуации. Ты вот так сразу решила взять его в оборот? Серьёзно? Ну и ну.

Но ты-то, Хару, ты что, согласен с этим? – хотела спросит Мэри, но не могла.

Дело не в том, согласен он или нет. У него нет выбора. Если понадобится, то ему придётся это сделать. Сделать это. Да, «это».

Но ведь в этом нет ничего такого, да? И это не нарушает правила на запрет отношений внутри команды. Тем более что такого правила и нет. То есть, Мэри это вообще не касается? Никаких проблем?

Точно. И чего она так всполошилась? Всё ведь в порядке, так? Самое обычное и естественное дело, не только для людей, а вообще для всех живых существ с половым размножением. Даже если Харухиро с Сеторой займутся этим, в чём проблема? Во всяком случае, Мэри это не касается. Хотя, конечно, если Харухиро этого не хочет, то ей его жаль. Но это ради товарищей. Харухиро – предводитель, так что ему придётся стерпеть. Ну, Харухиро есть Харухиро – как и обычно, ради остальных он выдержит что угодно.

Кстати, перспектива может и не выглядеть для него такой уж неприятной. Если посмотреть на Сетору беспристрастно, то она выглядит вполне привлекательно. А ещё она похожа на неё.

На ту девушку.

Шоко.

Может, Харухиро вовсе и не против?

Так вот оно что. Вот почему Мэри засмеялась.

Харухиро всё делает такой вид, словно пытается сказать «ах, бедный я, как же быть» но на самом-то деле, наверное рад, что всё так обернулось. Кстати, вроде бы тот идиот Ранта о чём-то таком говорил. Что-то насчёт того, что у мужчин пробуждается голод. Мэри, как девушка, плохо понимает о чём речь, но наверное, суть в том, что мужчинам всё сильнее хочется заниматься... этим... да? Харухиро ведь тоже мужчина. И, конечно же, он тоже захочет – если девушка ему нравится.

Ничего страшного, сделала вывод Мэри. В каком-то смысле это нормально. Пусть только выберут какое-нибудь уединённое место, подальше от глаз. А в остальном она не против.

Уже какое-то время уши сверлило назойливое "пигя-я-я-а-а-а, пигя-я-я-а-а-а...", но Мэри более-менее разобралась в своих чувствах.

– Что это за звук?.. – вздохнула она.

– Крики виверн, – сказала Сетора, глядя в небо и щурясь так, словно дневной свет её слепил, – Тысяча Лощин постоянно укрыта туманом. Но изредка, примерно десять раз в году, выпадает день когда туман полностью рассеивается, как сейчас. Тогда с востока, с гор Куарон, сюда прилетают виверны. Здешние звери не приспособлены прятаться от них и становятся лёгкой добычей.

– А? Постой, погоди... – торопливо спросил Харухиро, – Виверны, они какие? Что это за?..

Пигя-а-а-а-а! – окрестности снова огласил крик виверны.

На этот раз он прозвучал иначе. Так громко, что Мэри невольно вздрогнула. Существо уже так близко?

– Подвид драконов, – спокойно объяснила Сетора, – У них есть крылья, и они летают подобно птицам. Летающий дракон, если угодно. Бывают самых разных цветов и размеров, но, как говорят, синие – самые крупные и самые свирепые. Они хищники и охотятся на всё, что движется – неважно, человек это или орк.

Мэри против воли посмотрела вверх. На небе ни облачка. И, если задуматься, прошло уже очень много времени с тех пор, как она видела над собой такое прекрасное голубое небо.

Нет, сейчас не время любоваться небом.

– Это... опасно, да?.. – спросила она.

– Ну конечно опасно, – фыркнула Сетора, – В деревне сейчас, наверное, переполох. В ясные дни ни у кого нет времени наслаждаться таким редким солнечным светом – все готовятся защищаться от виверн. В прошлом были времена, когда они нападали большими стаями, по несколько десятков. В конце концов в горы снарядили отряд, чтобы сжечь их гнёзда, и больше таких серьёзных нападений не было. Но виверны устраивают гнёзда высоко в горах, над отвесными склонами, и перебить их всех просто невозможно. Когда отступает туман, они всегда прилетают. Охотятся пока не наедятся до отвала, а когда возвращается туман – улетают. Те, кто живут здесь, вынуждены просто смиряться с этим.

– Мы могли бы... – начал было Харухиро, но прикрыл рот рукой, – ...Побежать, но не сработает. Эм, что тогда? Просто ждать нападения и надеяться на лучшее?

– Ну нет, конечно, – Сетора щёлкнула Харухиро по лбу, – Дурачок.

– Ай!.. – Харухиро потёр лоб, – Ну, то есть это не больно, но...

Они как будто резвятся. Забавляются. Совсем как парочка, наверное? Ну, в любое другое время Мэри бы не возражала, но не сейчас.

– Так что? – потребовала она, – Ты знаешь, как можно подготовиться? Знаешь, так?

– Что-то мне не нравится твой тон, женщина. Пожалуй, в случае чего я оставлю тебя виверне.

– Сетора, эм... Мэри – дорогой мне товарищ... – неловко сказал Харухиро.

– Товарищ или нет, но она женщина. Она может забеременеть от тебя, так что её присутствие нежелательно. О, кажется поняла. Это же ревность, так?

– Я!.. – Мэри не удержалась и повысила голос, – Мы с Хару друзья, не больше и не меньше! Я никогда в жизни не собираюсь беременеть от Хару, так что твоя ревность только раздражает меня и больше ничего, так что будь добра, прекрати!

Выпустив пар, Мэри пришла в себя и бросила взгляд на Харухиро. Тот смотрел себе под ноги, натянуто улыбаясь уголками рта.

– Ну что ж, если ты так говоришь... – Сетора пожала плечами, – Однако, несмотря на все твои слова, мне казалось, что вы близки, или что-то вроде того. Видимо, я ошиблась. Или... неужели ты безответно влюблён в неё, Хару?

– Нет... – Харухиро потёр живот, – Всё не так, хорошо? Я тоже вижу в Мэри просто друга... Она – дорогой товарищ, а товарищи важны, очень важны, ну и... В общем, товарищ есть товарищ.

– Хм-м... Не уверена, что понимаю, но, короче говоря, я приготовилась к появлению виверн. Мои няа следят за небом. А ещё – у ясной погоды есть и преимущества. Виверны могут нам помочь.

Из ближайшего куста выскочил няа. На этот раз – в жёлтую полоску. Он замурлыкал и сделал какой-то жест. Сетора кивнула, потом помотала головой. Няа коротко мяукнул и исчез.

Всё-таки придётся признать – её няа такие миленькие, – подумала Мэри.

– Кажется, кого-то нашли, – Сетора поспешно закрыла лицо шарфом, – Точнее, виверны нашли их для нас. Скоро увидим – если, конечно, их ещё не съели.

Так вот оно что.

Виверны прилетают сюда чтобы охотиться. Когда небо проясняется, жители деревни – и, наверное, Форган тоже – держатся настороже, опасаясь нападения. Но те, кто ничего про виверн не знают, становятся лёгкой добычей.

Сетора бросилась вперёд, Харухиро, Энба и Мэри последовали за ней. Временами откуда-то доносились голоса няа – они, похоже, указывали Сеторе дорогу.

Но куда мы бежим и куда пытаемся попасть? Мэри не имела понятия. Их небольшая группка то взбиралась по склонам холмов, то сбегала вниз, и сил Мэри хватало лишь на то, чтобы не отставать.

Харухиро время от времени оборачивался и смотрел на Мэри. Наверное, волнуется за своего дорогого товарища. Но всё же, зачем ей было всё это говорить? Про то, что она никогда не забеременеет от Харухиро? По правде говоря, Мэри говорила совершенно искренне, но предпочла бы выразиться не так резко.

Она повела себя неподобающе. Сетора спровоцировала её. Это она во всём виновата.

Пигя-я-я-а-а-а-а-а.

В небе что-то было. Что-то крылатое – но не птица. Должно быть, это и есть виверна. Существо ринулось к земле.

Похоже, Сетора движется в том направлении. Туда, где находится цель виверны. Этой целью может быть кто-то из товарищей Мэри и Харухиро.

Виверна ненадолго пропала из виду и снова взлетела вверх. Она начала разворачиваться – хочет попытаться напасть ещё раз?

Впереди кто-то был. Кто-то бежал в их сторону.

– Шихору! – дружно воскликнули Харухиро с Мэри.

Она лишилась шляпы и была одета в незнакомый серый плащ, но это, несомненно, именно она.

В её руках посох.

Это Шихору.

С ней всё хорошо.

Мэри продолжала бежать. В уголках глаз защипало.

Слава небесам, подумала она. Шихору. Ты жива.

Но кто это с ней? С короткими волосами и в жреческой мантии. Незнакомый мужчина. А где Юме и Кузак?

– Цуга-сан! – выкрикнул Харухиро и бросился вперёд, отрываясь от Сеторы.

– Харухиро-кун!

– Шихору, сюда! – Харухиро схватил её в объятия, и тут же задвинул себе за спину.

Вот это да, – подумала Мэри, – Не знаю, что это, но смотрится круто.

– Хару! Не обнимайся с другими женщинами!

– Заткнись! – тут же прикрикнул Харухиро, – Мэри, защищай Шихору! – приказал он и побежал дальше вперёд.

Цуга. Жрец команды Рока. Он сильно отстал, и Харухиро собирается помочь ему.

Виверна вошла в очередное пике. Вероятно, нацелилась на Цугу. Но тот, судя по всему, очень устал – он еле бежит, и с него ручьём льётся пот. Он не в силах даже посмотреть в небо. Но сможет ли Харухиро помочь ему?

Шихору, тоже почти полностью обессиленная, упала на грудь Мэри.

– Мэри, это ты... С тобой всё хорошо... Я...

– Я так рада! – Мэри, поддавшись чувствам, крепко обняла Волшебницу. Они спрятались в ближайших кустах.

Хару...

Виверна падает прямо на голову Цуги.

Харухиро, пригнувшись, с разбегу врезался в него и, не останавливаясь, увлёк по диагонали вперёд и влево.

Едва успел.

Крючковатые когти виверны пронеслись прямо над их головами.

Но теперь на пути хищника Сетора с Энбой.

– Энба! – скомандовала Сетора, и голем шагнул вперёд.

Виверна выставила вперёд правую лапу, схватила Энбу и прижала его к земле.

Это же очень плохо? Она же сейчас убьёт его?

– Го-о-о-о-о-о-о-о-он! – завопил Энба пугающим, оглушительным голосом. И тут это произошло.

Крик, должно быть, напугал виверну. Она резко взвизгнула, выпустила голема и захлопала крыльями. Взлетает. Не может быть... она пытается сбежать?

– Виверны не выносят големов! – Сетора подбежала к Энбе, – Големов такими изготавливают! Только вот разница лишь в том, что виверны их не едят – уничтожить всё равно могут! Убираемся отсюда!

– Цуга-сан! – Харухиро помог Жрецу встать на ноги, – Можете бежать?!

– Побегу! Потому что умру, если не смогу!

– Шихору! – Мэри держала Волшебницу за руку, – Всё хорошо, я рядом!

– Полагаюсь на тебя!

– Сетора, показывай путь! Мы последуем за тобой! – скомандовал Харухиро.

– Ты слишком нахален для мужчины! – заявила Сетора, но всё же побежала вперёд вместе с Энбой, – Хотя, я не против! Теперь я хочу твоё семя ещё сильнее! Так вот она какая, любовь?!

– С-с-семя?!.. – Шихору вытаращила глаза.

– Потом объясню! – выкрикнула Мэри. Впрочем, теперь её прежнее раздражение куда-то пропало. В каком-то смысле, пожалуй, она начала понимать.

Харухиро только что вёл себя очень круто. Не знаю насчёт семени, но сейчас я прекрасно понимаю, почему кто-то может в него влюбиться.

Сеторе не помешало бы знать меру, но она по-своему увлечена Харухиро, влюблена в него. Это совершенно нормально.

А я... Для меня он просто товарищ. Я ничего такого не чувствую.

Сетора с Энбой указывали дорогу. Харухиро пропустил Цугу вперёд, оставил Шихору на попечение Мэри, а сам постоянно оглядывался назад, следя за виверной. В такие моменты Харухиро настолько сосредоточен, что на него страшно смотреть. Но его глаза, несмотря на это, выглядят ещё более сонными чем обычно. Все чувства Харухиро обострены до предела, он наверняка очень устал, но выглядит он так, словно всё происходящее его вообще не касается. Скорее всего, у него почти не осталось сил, но у Мэри всё равно было ощущение, что он способен действовать столько, сколько потребуется, а значит – обязательно что-нибудь придумает.

Слушай, Хару, – подумала она, – А понимаешь ли ты, что уже много раз вот так нас выручал? Как ни смотри на нас, ни как на команду, ни по отдельности – мы все очень слабы. Так почему же мы ухитрялись выживать всё это время?

Это всё благодаря тебе, Хару. Ты совершил больше чем кто-либо, превыше любых обстоятельств и неудач. Ты понимаешь это?

Скорее всего, нет. Готова поспорить, ты думаешь, что причина в нас самих. В усилиях твоих товарищей, всё это время терпеливо поддерживавших тебя, следовавших за своим бесталанным предводителем.

Ты странный, Хару, и я не могу не думать о тебе иначе. Но, наверное, всё дело в том, что ты такой человек. Человек, за которым готовы идти, которого готовы поддерживать, вместе с которым готовы двигаться вперёд. Хару...

Я не стремлюсь быть рядом с тобой. Пусть я буду лишь идти следом – главное, что и для меня здесь нашлось место. Пока жива, я буду делать своё дело. Исполнять свой долг.

Сетора, судя по всему, хорошо указывает путь. Наверное, можно даже сказать, что она выбирает отличный маршрут.

Виверна всё так же кружила в небе, преследуя их, не намереваясь отпускать добычу. Она несколько раз бросалась вниз, но так и не смогла никого достать. Сетора вела группу по оврагам и возле крутых склонов, стараясь выбирать такие места, где деревья росли гуще всего. Всё это мешало виверне спикировать на них и в то же время укрывало от глаз хищника. И няа, наверное, тоже играли свою роль.

Няа очень помогли. Нет, не только няа. Шуро Сетора.

Если бы с ними не было её, некроманта и дрессировщика няа, то они не добились бы вообще ничего. Мэри стоит осознать этот факт. Она должна быть благодарна Сеторе. Да, она немного странная – возможно потому, что выросла в Скрытой Деревне. Но она не плохой человек. Собственно, сама Мэри сейчас здесь лишь благодаря Сеторе.

Если Харухиро захочет завести ребёнка с Сеторой или ещё что-нибудь, Мэри поддержит его. Должно быть ей тяжело принять эту мысль лишь потому, что Сетора так внезапно огорошила Мэри своими планами. Со временем проблема наверняка разрешится сама собой. Совсем скоро Мэри сможет думать об этом как о естественном положении вещей. Эта боль в её груди вызвана лишь усталостью от долгого бега и ничем больше.

И правда, Мэри уже на пределе своих сил.

То есть нет, она, пожалуй, сможет бежать ещё какое-то время, если потребуется. Но Шихору становится всё хуже, её лицо исказилось, она едва хватает ртом воздух. Бегущий перед ними Цуга тоже держится из последних сил. Он уже несколько раз спотыкался, и не падал лишь потому, что Харухиро каждый раз поддерживал его.

– Снова нападает! Влево! – крикнул Харухиро.

Некоторое время назад он начал указывать в точности, что именно нужно сделать. Все очень устали, их внимание рассеяно, они не успели бы сами принять решение вовремя. Харухиро осознал это. Шихору и Цуга ещё какое-то время смогут справляться, если от них будет нужно лишь в точности выполнять приказы. Впрочем, скоро и это станет для них слишком тяжёлой задачей.

Больше не могу. Нет сил. Слова повисли на кончике языка Мэри, но сказать их она не могла. Харухиро, как и обычно, старается изо всех сил, яростно борется ради них всех. Его ноша явно тяжелее всего, ему, должно быть, вдвое сложнее чем остальным. Мэри не имеет права сдаться раньше.

– Сетора, мы больше не сможем бежать! – окликнул он.

О, вот оно что. Харухиро сам сказал всё за них. Он следит за состоянием каждого и хотя, вероятно, сам смог бы бежать дальше, понимает, что ещё чуть-чуть и остальные просто рухнут без сил. Он принял решение остановиться сейчас, готовый принять ответственность за результат, каким бы он ни оказался. Харухиро на это способен. Да, это нелегко, это тяжело, но он не попытается переложить свою ношу на кого-то другого.

Мэри слышала про Жреца Манато. Его и Могзо. Ранта, получается, предал и их тоже.

Но Харухиро, даже лишившись товарищей, смог остаться предводителем. Превозмогая трудности и потери, он ведёт команду дальше.

Хару, ты просто поразителен. Понимаешь ли ты это?

При мысли о твоих страданиях я чувствую, что моё сердце готово взорваться. Стоит мне представить, как тебе одиноко, и всё моё тело сковывает льдом.

Как бы я хотела прижать тебя к себе, согреть – но нет. Ты наверняка упрекнул бы меня.

Сказал бы: «Ты не должна этого делать. Со мной всё в порядке. Мы товарищи, и только».

Вот бы можно было обнять тебя, оставаясь друг для друга дорогими, незаменимыми друзьями.

– Если остановимся и будем сражаться, шансов на победу почти нет! – заявила Сетора, разворачиваясь, – Даже отогнать её вряд ли удастся!

– Мы сможем! – громко воскликнул Харухиро. Он взялся за стилет, – Энба и я встретим виверну, когда она снова спикирует! Мэри, Цуга-сан, готовьтесь вылечить нас! Шихору, ударишь Дарком! Никому не умирать! Я не позволю никому умереть! Мы выживем!

– Да! – Мэри и Шихору откликнулись в унисон.

Цуга держал свой жезл, но, похоже, у него уже не осталось сил сражаться.

Энба, повинуясь приказу Сеторы «помоги Хару!», подошёл к Харухиро. Мэри, Шихору и Цуга укрылись в кустах справа. Как поступит Сетора?

Она стояла чуть наискось позади Харухиро и Энбы, не отрывая глаз от виверны. Похоже, она не собирается прятаться пока эти двое рискуют собой. Заслуживает уважения.

Синяя виверна полетела к земле. Разумеется, это не падение. Она пикирует. Но выглядело это так, словно хищник падает головой вперёд, пытаясь вбить свою добычу в землю. Жутко. Мэри хотелось закричать.

Нет, Хару! Беги! Тут слишком опасно!

Разумеется, сделать это она не могла. Сейчас ей остаётся лишь наблюдать. Она должна верить в него.

– Дарк! – прокричала Шихору, призывая элементаль. Мэри смотрела во все глаза, затаив дыхание.

Виверна издала резкий крик и захлопала крыльями, переворачиваясь в воздухе головой вверх.

Лапы. Обе лапы теперь нацелены вниз. Впрочем, существо не сумело полностью погасить скорость. Виверна не столько приземлится, сколько врежется в землю лапами вперёд. Она планирует раздавить Харухиро и Энбу?

Харухиро, Энба и Сетора отскочили в стороны и избежали удара. Первого удара.

Одной атакой дело не закончилось. Виверна пробороздила землю и подпрыгнула.

Пигя-я-я-а-а-а! Пигя-я-я-а-а-а! Пигя-я-я-а-а-а! – она верещала, прыгая с одной лапы на другую и хлопая крыльями.

Земля тряслась с такой силой, словно они оказались в эпицентре землетрясения. Что с Харухиро, Энбой и Сеторой? Поднялось облако пыли, почти полностью закрывая обзор.

– Хару! Хару! Хару! – отчаянно кричала Мэри.

Виверна. Синяя виверна. Да что же это за чудовище?

Она, конечно, не может идти ни в какое сравнение с огненным драконом Дарнггара, да и гидра из Даскрэлма намного превосходит её размерами, но угрожающая аура этого существа сродни той, которой обладали белые гиганты – притом восьмиметровые. Да, виверна намного меньше их, но размах её мощных крыльев не может не подавлять.

Пигя-я-я-а-а-а! – завопила виверна, и захлопала крыльями. Взлетает?

В облаке пыли показалась чья-то фигура. Кто это?

– Вперёд! – Шихору отправила Дарк в атаку, – Развернись!

Человекоподобная – а точнее, подобная кукле фигурка Дарка взорвалась с резким хлопком. Но элементаль не просто лопнул. Дарк принял облик густого чёрного облака, окутавшего голову виверны. Та бросилась наутёк.

Громко вереща, виверна отчаянно забила крыльями и поднялась в воздух. Облако-Дарк последовало за ней. Оно гналось, и... не смогло удержаться. Когда виверна взлетела примерно на три метра, облако вдруг истончилось и растаяло. Виверна стряхнула его?

Или же...

– Шихору?! – Мэри бросилась к ней. Шихору едва держалась на ногах. Ей никак нельзя было использовать магию – и всё же она призвала Дарк.

Что мне делать?! Должно же быть хоть что-то?!

– Хару!

– Да! – тут же донеслось в ответ.

Его по-прежнему не видно в облаке пыли, но Харухиро жив.

Что я могу сделать сейчас?!

– О свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис! Венец!

Вокруг Мэри и Шихору появилось кольцо сияющего света. Свет Люмиарис исцелит тех, кто оказался внутри венца. Я смогу поддерживать его какое-то время, подумала Мэри. Потому что я – Жрец.

– О свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис! Эгида Света! Поддержка!

На левом запястье Шихору появилось две шестилучевые звезды разных цветов. Одна из двух появилась также на запястьях самой Мэри и оказавшегося рядом Цуги. Но Харухиро, Сетора и Энба слишком далеко.

Я же должна была сразу, заранее дать им Эгиду Света. Я повторяю ту же самую ошибку, что и тогда, когда мы потеряли Могзо. Как глупо с моей стороны, как позорно с моей стороны. Я отвратительный Жрец – но всё же я Жрец!

– Шихору, я защищу тебя! Используй все силы без остатка!

– Мэри... – Шихору устало улыбнулась ей и твёрдо кивнула. Её улыбка на мгновение показалось Мэри вспышкой, способной затмить даже свет Люмиарис, – Хорошо. Благодаря тебе мне уже лучше... я буду продолжать, пока сознание не покинет меня!

Исцеляющий свет, конечно, помогает затянуться ранам, но не может снять усталость и перебороть страх. Поддержка повышает общую стойкость организма, так что она, конечно, могла придать сил – но совсем немного. Шихору тоже не может этого не знать. Мэри очень мало что может для неё сделать. Мало что – но всё-таки не ничего. А ещё, даже просто находясь здесь, она в случае чего сможет хотя бы закрыть Шихору собой.

Моё существование не бессмысленно. Я сделаю всё, что в моих силах!

– Попробовать помолиться, что ли... Хотя, правду сказать, мне это не по нутру, – Цуга поднёс пальцы ко лбу и вычертил гексаграмму, – О свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис. Молитва.

Мэри слышала про это заклинание, но видела его впервые.

Молитва.

С небес просиял луч света, озаривший Цугу. Сила Люмиарис, богини света, пробудила к жизни некое чудо. Впрочем, что именно произойдёт дальше, неизвестно – возможно вообще ничего. Или может что-то и случится, но люди не будут даже в состоянии это заметить или осознать?

Говорили, что Молитва – одно из величайших заклинаний магии света, сравнимое с Чудом Света, но лишь немногие Жрецы рисковали его изучить и использовать. Проблема в том, что эффект этого заклинания не просто непостоянен – он ненадёжен. Молитва может не только оказаться бесполезной – она может даже навредить.

Если бы Цуга сначала спросил её совета, Мэри возразила бы – но он просто взял и использовал Молитву. Теперь уже слишком поздно. Остаётся лишь надеяться, что ничего страшного не произойдёт.

Возможно, молитвы Мэри были услышаны. А может, Молитва всё же подействовала?

Озаривший Цугу свет угас, и... больше ничего. Никакого видимого эффекта не появилось.

– Что, и это всё?.. – Цуга цокнул языком.

– Цуга... – неодобрительно произнесла Шихору.

– А? Ты опять обратилась ко мне без хонорифика?

– ...Вам показалось. Или у вас дурной слух.

Облако пыли начало оседать, и Мэри различила Харухиро и остальных. По-прежнему трое, как и должно быть.

– Нападает! – прокричал Харухиро.

Виверна.

Виверна развернулась в воздухе. Заходит для очередного броска?

– Дарк!

Мэри крепко обхватила Шихору и стиснула зубы. Что толку в её объятиях? Но она не хотела об этом думать. Она просто будет рядом со своим товарищем.

Пи-и-и-и-игя-я-я-а-а-а-а-а!

Виверна издала крик и мотнула головой. Она наполовину сложила крылья и понеслась к земле. Казалось, виверна движется очень медленно – но это, должно быть, просто игра воображения. Хищник совсем рядом.

Шихору резко втянула ртом воздух. Она колеблется, посылать ли Дарк сейчас? Похоже, удержалась от приказа в последний момент. Притом Шихору уже достигла предела своих сил, и может быть больше уже не сможет использовать магию. Именно поэтому она, судя по всему, ставит всё на этого Дарка. Шихору пытается сделать свой следующий удар решающим. Для этого ей нужен идеальный момент – но она может действовать осторожно даже сейчас, когда враг так близко. Такова сила Шихору.

Мэри также ощутила какую-то неправильность. Что-то не так?

Скорость и угол, с которыми снижалась виверна.

Разница едва заметна, но в этот раз виверна летит вниз не под таким крутым углом, как раньше. Она летит более полого, и наверное, немного медленнее. На этот раз её удар не будет настолько мощным – впрочем, Харухиро и остальным всё равно не остаётся ничего иного, кроме как попытаться уйти в сторону. Ничего другого они сделать не могут.

Харухиро бросился вправо, а Сетора с Энбой – влево. Виверна с силой врезалась... нет. Она даже не выставляла вперёд лапы.

У самой земли виверна неожиданно взмахнула крыльями и набрала высоту.

Впрочем, она не продолжила взлёт. Виверна резко развернулась и снова бросилась вниз.

– А! – Мэри едва не стиснула Шихору в объятиях, но сумела удержаться.

Резкий спуск, быстрый взлёт, спуск, снова взлёт. Виверна описывала в воздухе одну дугу за другой подобно маятнику.

Однако, хотя Мэри и сравнила её движения с маятником, виверна не повторяла один и тот же путь. При каждом развороте она нападала с нового направления, постоянно меняя скорость и угол атаки. Снова поднялось облако пыли – впрочем, не настолько густое как тогда, когда виверна прыгала по земле, хлопая крыльями. На этот раз сквозь пыль можно было различить фигуры.

Кто-то споткнулся, пытаясь уйти из-под очередной атаки. Сетора?

Энба тут же бросился к ней и помог встать. И сразу же виверна, вновь сменив взлёт на спуск, бросилась на них. На этот раз – выставив лапы вперёд.

Энба с натужным выкриком отбросил Сетору в сторону и попытался отскочить сам.

Ему почти удалось. Почти.

Правая лапа виверны зацепила правую руку голема. Этого оказалось достаточно, чтобы оторвать конечность.

– Энба-а-а-а! – Сетора, сгруппировавшаяся в полёте, после падения сразу же вскочила на ноги и попыталась броситься к голему, но Харухиро схватил её и оттащил в сторону.

Виверна начала свой прежний жуткий танец, подскакивая, топоча лапами и хлопая крыльями.

Энба... выведен из строя. Что с ним случилось? Впрочем, проблемы не только у голема – Харухиро и Сеторе тоже угрожает опасность.

– Дарк! Вот всё, что у меня осталось! – прокричала Шихору.

Шихору сочла, что больше нельзя выжидать удачного момента? Паривший над её плечом Дарк наконец пришёл в движение.

Элементаль понёсся к виверне, издавая в полёте звук, от которого казалось, что сквозь барабанные перепонки под кожу проникли электрические разряды. Второго удара не будет – в этот Дарк Шихору вложила остаток своих сил. Из этого Мэри заключила, что элементаль станет крупнее, но ошиблась. Напротив, Дарк постепенно уменьшался. Странный звук тоже затихал.

Отчасти из-за этого виверна даже не попыталась увернуться. Она, наверное, даже не заметила Дарк. В конце концов, даже Мэри потеряла его из вида. Она могла лишь предположить, что элементаль ударит врага куда-то в область груди. Дарк съёжился до неразличимого размера гораздо раньше, чем долетел до виверны.

Но в том, что он всё-таки ударил её, не могло быть сомнений. Иначе виверна не распахнула бы внезапно крылья, не запрокинула голову, и её тело не затряслось бы в бешеных судорогах.

Сработало.

Глаза Шихору закатились, её голова безвольно склонилась набок. Мэри, крепко держа её в объятиях, разразилась безмолвными возгласами восторга.

Шихору! Это было невероятно. Ты просто чудо. Больше, чем невероятно. Не могу поверить, что тебе подвластна такая магия.

Виверна подалась вперёд. Удар элементаля убил её?

Нет.

Пьё-о-о-о-о-о-о...

Виверна закричала и забила крыльями. Это выглядело не столько как попытка взлететь, сколько как попытка удержать равновесие. Но хотя ей явно пришлось несладко, враг по-прежнему полон сил. Нападает.

Виверна, пусть и неверными шагами, двинулась вперёд.

Где Харухиро и Сетора? У Мэри не было времени искать их взглядом. Цуга крепко сжал свой жезл и выдохнул.

– Позаботься о ней, – прошептал он.

Мэри кивнула и присела, держа в руках потерявшую сознание Шихору.

Она подобрала посох. Возможно ей удастся как-то использовать посох Волшебницы. Во всяком случае, это лучше, чем вообще ничего.

Виверна всё ещё пошатывается, но определённо приближается. Может это из-за Венца? Если именно круг света выдал виверне их укрытие, то Мэри совершила ужасную оплошность. Что ж, сожалеть поздно, но менее досадно от этого не становится.

До чего же я всё-таки...

Внезапно сзади раздался шум, и что-то тяжелое рухнуло на землю у ног Мэри. Она опустила взгляд. Высокий парень, которого она никак не ожидала увидеть. Как он сюда попал?

– Ха-ха! – Кузак поднял голову, – Нашёл! Всё совсем плохо, но... Я готов драться-а-а-а!

Паладин вскочил на ноги.

Раны. Он, кажется, был ранен, у него кровоподтёки по всему телу. Его раны вылечил Венец? Никогда не знаешь, что пойдёт на пользу.

– Я одолжу! – Кузак выхватил из рук Мэри посох Шихору, – Даже это лучше, чем ничего! Мэри-сан, бери Шихору-сан и беги!

Мэри тряхнула головой. Она хотела лишь убрать Шихору отсюда. Она спрячет её где-нибудь, а потом вернётся. Возможно, она сможет сделать что-то ещё своей магией света. Должно быть хоть что-то. Венец затухал. Кузак и Цуга вышли вперёд. Виверна надвигалась на них, громоподобный топот её лап сотрясал землю и отдавался вибрацией в ногах.

Цуга с Кузаком ни за что не смогут остановить этого монстра, но им возможно удастся задержать его хотя бы на несколько секунд. Они смогут выиграть время – должно быть это они и намерены сделать. И Мэри не собиралась стоять в стороне – но тут произошло то, чего она никак не могла ожидать.

Раздался громкий вой, и на виверну разом со всех сторон набросилось несколько десятков чёрных волков.

Возможно, будь виверна полна сил, эта атака не оказала бы значительного эффекта. Но она до сих пор не оправилась от удара Дарка. Чёрные волки вцеплялись в её ноги, повисали на краях крыльев.

Виверна забилась, замахала крыльями, пытаясь не подпустить волков к себе. Но те были быстры и упорны. Как только виверна отталкивала одного, на его место сразу же вставал другой. Они нападали со всех сторон, по очереди. Такова природа волков – действовать стаей, совместно с сородичами одолевать врага, намного превосходящего любого из них по отдельности. Они организованы. У них есть вожак, и стая беспрекословно подчиняется ему.

– У-у-у-ня-а-а-а-а-а-а!

Не волчий голос. Человеческий.

Справа от Мэри начинался пологий подъём, постепенно переходящий в склон холма. На этом склоне стояла она. Не одна. С ней был гигантский чёрный волк и гоблин-дрессировщик.

Почему они вместе?

Юме выпятила грудь и выбросила вперёд сжатый кулак.

– Юме, Онсан, Гарон и волчики! Славное помощавление! Ня-я-а-а-а!

Юме... помощавление – это, наверное, «помощь» и «явление»? И почему ты мяукаешь?

Хотя, неважно. Это миленько, так что неважно. Мэри ощутила, как в груди поднимается какой-то горячий комок. Перед глазами всё поплыло. Она сдержалась. Она не заплачет. Ни за что. Слёзы отступили.

Виверна. Кто-то уцепился за её шею. Виверна, как родич драконов, вся покрыта чешуёй, но если приглядеться, у неё есть и шерсть. Кто-то уцепился за эту шерсть, и не просто держался – карабкался всё выше.

– Хару! – прокричала Мэри.

О чём он только думал? Как он туда попал?

Остановись. Это же опасно! – она хотела выкрикнуть, но голос застрял в горле.

Она знает. Харухиро не остановится. Не остановится, потому что исход схватки решается именно сейчас. Все обстоятельства сошлись в одной точке. Второго такого шанса может уже не представиться.

Харухиро пытается окончить бой. Чтобы спасти всех он рискует всем в этой попытке. Это не жест отчаяния. Пусть Харухиро и рискует жизнью, но за этим риском стоит чёткий план. Его уже не остановить. Мэри остаётся лишь верить в него и надеяться. Наблюдать и ни за что не отводить взгляда.

Харухиро справится.

Виверна похожа на птицу тем, что её передние конечности трансформировались в крылья. У неё нет рук или передних лап, так что ей не под силу просто стряхнуть человека. Зная Харухиро, он, скорее всего, учёл это прежде чем действовать. Как только он добрался до затылка, остальное пронеслось в мгновение ока. Харухиро вцепился в морду виверны и вонзил свой стилет в её правый глаз. Три быстрых удара, потом ещё три – в левый. Виверна оглушительно заверещала и забилась.

Дождавшись пока виверна в очередной судороге опустит голову к земле, Харухиро разжал руки и спрыгнул. Пусть и готовый к смерти он всё же выбрал выживание. Разумеется. Погибни он, и вся команда окажется в беде.

Виверна захлопала крыльями. Взлетит? Пытается. Теперь, ослеплённая, она не будет в безопасности даже в небе но, во всяком случае, там будет лучше, чем на земле, в окружении врагов. Должно быть примерно так рассуждала виверна. Да. Это хорошо.

– Мы тоже! – до Мэри донёсся голос Харухиро, – Бежим, пока можем!

– Ня-а! – выкрикнула Юме и бросилась вниз по склону.

Гигантский волк и гоблин остались стоять.

– Пока-ня! – крикнула им Юме и помахала рукой.

Кузак взял Шихору из объятий Мэри и понёс её сам.

– Идём, Мэри-сан!

– Да! – сама Мэри, честно говоря, предпочла бы нести Харухиро. Но Харухиро этого не захочет. Сейчас все его мысли заняты товарищами. Они должны как можно скорее отступить и позволить своему предводителю отдохнуть. Так будет лучше всего.

Виверна взлетела. Харухиро и Юме в полном порядке.

Мэри забрала у Кузака посох Шихору и возглавила отступление.

Замыкавший Цуга вдруг захохотал.

Мэри не верила глазам. Как это возможно?

Туман. Внезапно лес затопил туман.

Кто бы мог подумать? Мэри уже смирилась с тем, что чуда не случится. Она ошибалась?

Молитва. Может это она вызвала туман?

В ясные дни с востока, с гор Куарон, прилетают виверны. В прошлом бывало даже, что Скрытую Деревню атаковало разом несколько десятков этих хищников. А значит эта синяя виверна может быть не одна. В небе над Тысячей Лощин могут парить, высматривая жертву, и другие. Они тоже могут напасть.

Но теперь, когда вернулся туман, этого уже не будет.

Им повезло? Нет, вряд ли. Везение, конечно, сыграло свою роль, но их спасло не оно. Они спаслись, потому что не сдавались до конца и сделали всё, что было в их силах.

Из-за тумана видимость ухудшалась с каждой секундой. Теперь Мэри, обернувшись, не могла даже рассмотреть силуэт виверны в небе.

– Юме!

– Хару-кун!

Услышав, как эти двое перекликаются у неё за спиной, Мэри ощутила, что больше сдерживаться не в силах. Она продолжала бежать, а из её глаз лились слёзы.

Даже когда до неё донёсся крик Сеторы «Хару!» и ответный крик Харухиро «Как я рад, что ты жива!», Мэри почувствовала лишь облегчение. Она смогла от чистого сердца порадоваться, что с Сеторой всё хорошо.

Если Мэри удастся сохранить это чувство, она сможет поладить с Сеторой, избавиться от ненависти к ней. Все её товарищи дороги ей, она любит их и хочет когда-нибудь от всего сердца сказать им это, какой бы храбрости это не потребовало. Она хочет, улыбаясь, признаться им в этом, глядя в лицо. И когда-нибудь обязательно так и сделает.

Вот что чувствовала Мэри.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 11. Оставь веселье на потом

– Я что, перепил вчера? – Такасаги поднялся, по-прежнему обнимая свою катану, и шмыгнул носом.

Утром выдался короткий период ясной погоды, но с тех пор Тысяча Лощин была погружена в свой обычный туман.

Форган свободно путешествовали по обширной территории, включающей в себя земли бывших королевств Нананки, Ишмаэла и даже Аравакии. Они никогда не останавливались в одном месте надолго. Именно это и нравилось Такасаги в этой банде. Он не понимал тех, кто предпочитает пускать корни и жить, никуда не двигаясь. Если уж умирать, то умирать там, где никогда раньше не был – это было его давней мечтой. Впрочем, в Тысяче Лощин Такасаги бывал уже несколько раз и успел неплохо познакомиться с этим местом – но то, как недавно туман отступил, было необычно. Даже дико.

– А ещё из-за этого мы их упустили.

Такасаги фыркнул и цокнул языком. Ему вспомнилось одно скучное и банальное дело, которым стоило бы заняться.

Он осмотрелся и нашёл глазами Гаро. Гигантский волк спал, Онса поглаживал его по спине. Вокруг них сидели или лежали остальные чёрные волки. При них была и группка няа, которых Онса недавно начал дрессировать. С Онсой и Гаро всё в порядке, так что возможно нет нужды пускаться в расспросы. Няа осталось совсем мало, но всегда можно развести новых.

Такасаги вздохнул. Голова раскалывалась. Похмелье, похоже.

– И всё же, это уже наскучило. Весь этот туман. Может, пора уже куда-то двигаться? Поговорю с Джамбо, и...

– Такасаги, – угрюмо окликнул его подошедший Вельдранд. У серых эльфов из Расколотой Долины кожа, как и следует из названия, серая, и этот Шаман не исключение. Для того, кто увлекается поэзией и музыкой, у Вельдранда довольно невыразительное лицо, и он всегда кажется угрюмым.

– Что, герцог Вель?

– Хочу тебе кое-что показать. Пойдём.

Такасаги последовал за эльфом к месту, где на земле лежала расстеленная шкура вангаро, а на ней – кусок пергамента, прижатый камнем, чтобы его не сдуло ветром.

– Да ладно, – не сдержался Такасаги, – Что, серьёзно?!

Он присел, убрал камень и поднял лист пергамента. Неуклюже выведенные буквы гласили:

Прости. Не собираюсь придумывать оправдания. Я решил отправиться в путешествие. Не ищи меня. Пожалуйста. С любовью, искренне твой Ранта-сама.

– Ублюдок...

Такасаги смял листок в руке. О, дерьмо. Замечательно. Великолепно.

Такасаги почувствовал, что закипает. Наконец он расхохотался.

– Так что ты там нёс про «хочу стать сильнее»?!

Из его глаз потекли слёзы.

Он хохотал так сильно, что, казалось, его живот вот-вот лопнет.

– Ты так настаивал, что я уж было решил и правда устроить тебе настоящую тренировку, и вот что я получаю?! Отлично, Ранта! Ну порадовал так порадовал! Не искать тебя, значит?! Размечтался! Я найду тебя! Я найду тебя и прикончу собственноручно! Вот будет потеха! Жду не дождусь, Ранта! Мелкий кусок дерьма!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

Это касается не только Гримгара, но и остальных моих новелл – я почти не планирую сюжет заранее. В особенности на этот раз – я не просто «почти» не планировал, я не планировал вообще. Начиная этот том, я не имел ни малейшего понятия, как будут развиваться события и чем всё закончится.

При таком подходе всё происходящее зависит от самих персонажей новеллы. В этом томе я в особенности много доверил команде Харухиро. Что ж, таков был план изначально, но поскольку мне показалось, что одному Харухиро пришлось бы слишком тяжело, я посчитал что и остальным неплохо бы ему помочь.

Ортана по-прежнему очень далеко, а дорога туда полна опасностей, но я хотел бы, чтобы они рано или поздно добрались до своей цели. Удастся ли им, впрочем? Как знать...

У меня кончается бумага.

Мой редактор, Харада-сан, и Ширай Эйри-сан, дизайнеры из KOMEWORKS, в частности, и все остальные, принимавшие участие в создании и продажах этой книги, и наконец вы все, те, кто сейчас держит её в руках – позвольте выразить вам мою искреннюю признательность и любовь. На сегодня я откладываю перо в сторону.

Надеюсь, мы встретимся снова.

Дзюмодзи Ао.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

0. Мир

Он заварил хвойный чай, глядя на белые облачка, срывавшиеся с его губ при каждом выдохе.

Он заранее сделал запас сосновых иголок, вымытых в воде из ручья и высушенных, так что процесс не требовал особых усилий. Сначала он разжёг огонь в стоявшей перед палаткой печке. Потом подвесил над огнём наполненный водой котелок. Усевшись на самодельный складной стул, дождался пока вода закипит, после чего поставил котелок на деревянную подставку и высыпал в кипяток горсть иголок.

У него были точные механические часы, изготовленные дварфами Хребта Курогане, но рыться в вещах и искать их он не собирался. Глядя в закатное небо, он считал про себя и ждал. Когда ему хотелось чая покрепче, он считал до трёхсот. Обычно же – до ста восьмидесяти. Иными словами, он заваривал чай около трёх минут.

Он налил горячую жидкость из котелка в свою любимую деревянную кружку. Чай из высушенной сосновой хвои был почти бесцветным.

Он вдохнул пар. Ноздри защекотал бодрящий аромат хвои, и его бородатое лицо расплылось в невольной улыбке. Он подул на кипяток и отхлебнул. По рту расплылся нежный вкус, горячая жидкость пролилась через горло и живот.

– Чудесно, – тихо сказал он сам себе, смакуя послевкусие.

М-м, хочу ещё. Желание было почти нестерпимым. Наконец он сдался и снова поднёс кружку к губам. Второй глоток был просто восхитителен.

Этот ритуал он повторял каждое утро сразу после пробуждения – если только не шёл дождь. Там, где не было снега, он всегда ставил палатку под открытым небом, так что во время дождя разжечь костёр при всём желании не мог. Роскошь хвойного чая можно было позволить себе лишь когда не шёл дождь. Впрочем, дни, когда полакомиться чаем всё же удавалось, выпадали всё равно чаще.

Он постоянно ловил себя на мысли – такая жизнь вовсе не плоха.

Спешить было некуда. Он вдоволь напился чая и начал решать, чем заняться сегодня. Небо заволокли облака, а воздух был сухим, но в ближайшие три часа, пожалуй, дождь всё же не пойдёт. Для этого времени года, когда с каждым днём всё ближе подступала зима, было не так уж и холодно.

Может порыбачить? Попробовать наловить рыбы в горном ручье, пожалуй, не такая уж плохая идея. Запасов достаточно, так что можно особо не напрягаться – всё будет в порядке, неважно, повезёт что-нибудь поймать или нет.

Он будет делать что хочет, когда хочет, как хочет и столько, сколько захочет. Такая жизнь как раз по его вкусу.

Ради такой жизни он в своё время решил умыть руки и бросить службу в добровольческом корпусе. Возможно это ещё не входило в его планы, когда он после некоторых обстоятельств решил сменить профессию и стать Охотником, но смена гильдии определённо стала первым шагом. Он всегда хотел жить вот такой жизнью.

Теперь, когда его мечта исполнена, он совершенно счастлив. Теперь он уже едва помнит лица своих товарищей. Где они сейчас, что делают? Всё ли у них хорошо?

Не то чтобы ему была совершенно безразлична их судьба. Если его бывшие товарищи всё ещё живы, то возможно когда-нибудь они встретятся снова. Но если бы кто-то спросил, хочет ли он встретить их снова, ответом было бы «нет».

По правде говоря, решиться было нелегко. Чтобы обрести свободу, нужно остаться одному.

Единственным поводом для тревоги был вопрос, удастся ли выдержать одиночество. Время от времени случались ночи, когда он чувствовал невыносимую тоску по обществу других людей, но со временем ему удалось научиться справляться с этими приступами. Теперь периоды раздирающего душу одиночества никогда не длились долго. Чувство постепенно, мало-помалу становилось всё сильнее, но по достижении определённого предела резко пропадало. Кроме того, одиночество не смертельно, это не голод и не сонливость. Одиночество – это одиночество и ничего больше. Как только на глаза начинали наворачиваться слёзы, всё заканчивалось. Слёзы могли смыть любые его страдания.

Он подчиняется лишь себе и природе, и никогда не думает о ненужных вещах. Такой образ жизни он не согласится променять ни на что.

Поднявшись на ноги, он сложил сиденье и решил: пора прогуляться. Бывают местности с особо выдающимся пейзажем, вроде Равнин Быстрого Ветра, Пустыни Нэхи или Плато Наргия, но горы завораживают всегда, неважно, где именно окажешься. Крупные горные хребты вроде гор Тенрю, Куарон, Ринсторм или Курогане, конечно, поражают воображение, но даже у небольших гор есть свой шарм.

Каждая прогулка приносила ему новые открытия, попросту не оставляя ему времени скучать. Впрочем, даже если ему наскучит, он всегда может отправиться в новое путешествие. Мир обширен. Вряд ли он увидит каждый его уголок даже за всю свою жизнь.

Он собрал вещи, покинул свой лагерь и направился по звериной тропе через подлесок.

Он вовсе не был беспечен. Едва его носа коснулся сильный запах зверя, он принялся озираться.

Раздался шум. Что-то шуршало травой, неслось по лесу. Спереди, слева.

Не успею, не сбежать, не защититься – пронеслось в голове.

Кто нападает? У него было предположение. Эта вонь. Должно быть медведь.

Он успел закрыть руками лицо, прежде чем хищник навалился на него. Медведи первым делом вцепляются в лицо, он знает это по опыту. Зверь подмял его под себя, одновременно вгрызаясь в левую руку.

Рука потеряна. Он, сразу осознав это, ткнул изувеченную кисть в пасть медведя. Тот, ощутив во рту посторонний предмет, заревел и попытался ударить обеими лапами сверху вниз.

Довольно крупный, наверное метра три, если встанет на задние лапы. Один удар его лапы может разорвать плоть и переломать кости. Понимая это, он отчаянно вцепился в зверя.

Зарылся лицом в вонючий мех, по-прежнему погружая левую руку в пасть, обхватил правой за шею медведя, прижимаясь к нему вплотную. Когти погрузились в левое плечо, затем в правый бок. Если зверь сбросит его – всё кончено.

Он погрузил указательный и средний палец правой руки в левый глаз медведя. Зверь заревел от боли, бешено замахал лапами. Когти рвали тело, но он не чувствовал боли.

Сражаться.

Нужно сражаться.

Он заорал, отказываясь признавать поражение, словно пытаясь перекричать рёв медведя. Ткнул остатками левой руки вглубь глотки медведя, заколотил по морде кулаком. Он колотил как сумасшедший.

Внезапно он ощутил, что летит. Видимо, медведь резко извернулся и сбросил его с себя.

В полёте он выхватил нож.

Краем глаза он заметил, как медведь заносит лапу. Всё тело болело. Он что-то сломал? Не понять.

От удара всё вокруг померкло на мгновение. Всего на мгновение.

Медведь возвышался прямо над ним, прижимая к земле. Пытаясь хоть как-то защитить лицо и горло тем, что осталось от левой руки, он бешено замахал ножом. Попытался также поднять ноги, чтобы защитить живот, но почему-то не получалось.

У медведя, видимо, появился какой-то план – он поднялся на задние лапы. Плохо. Его жуткие когти несутся вниз.

Увернуться.

Он перекатился вправо, но полностью уйти от удара не смог. Пока он перекатывался, мощный удар практически размозжил его левое плечо.

Он пополз, пытаясь убраться прочь. Нет, ничего не выйдет. Зверь схватил его.

Он вцепился в меня? Не могу дышать. Медведь рванул его зубами.

Левый бок. Одежда из кожи ничем не спасла – медведь пожирал его. Буквально. Пожирал его плоть.

– Гя-а-а-а-а-а-а! – он не сдержал крика боли и отчаяния. Но всё же не упустил шанс ударить отвлекшегося хищника.

Изогнувшись всем телом, он перехватил нож обратным хватом и ударил зверя в правый глаз. Вонзить оружие глубоко не вышло, но он сумел повредить глазное яблоко. Левый глаз медведя уже повреждён, теперь он не сможет как следует видеть обоими глазами. Медведь жалобно завизжал и отпрянул.

В подобных ситуациях дикие звери не мешкают. Медведь развернулся и побежал. Он удирает.

– Какого...

Он закашлялся. Все тело терзала боль. Он продолжал сжимать рукоять ножа – медведь может вернуться. Хотя нет, вряд ли. Во всяком случае, не прямо сейчас. Кроме того, вряд ли снова удастся его отогнать, с ножом или без.

Он закрыл глаза. Вот бы кашель унялся. Открыл рот, надеясь, что дышать станет хоть чуть легче. Впрочем, непохоже, что это хоть как-то помогло. Попытаться пошевелиться было слишком опасно.

Он чувствовал страх. Насколько тяжелы его раны, и что именно повреждено? Он не хотел даже знать.

Что ж, ощутил он, ничем хорошим это не закончится. Скорее всего раны настолько серьёзны, что он до сих пор жив лишь чудом. Это он хорошо понимал, просто старался удержать свой разум от оценки положения.

Разочарование.

Отчаяние.

Сожаление.

Стыд.

Я – ничтожество. Ну что я за идиот?

Но уже ничего не поделать. Также он ощущал и смирение. Вот что значит одинокая жизнь в глуши.

Обычно медведи ведут ночной образ жизни – за исключением этого времени года, когда они готовятся к зимней спячке. И ведь он это знал, и был настороже. Медведь, со своей стороны, вряд ли охотился на человека. Они охотятся на оленей, молодых ганару, пеби, крыс, рыб, а также едят фрукты. Скорее всего медведь, неожиданно наткнувшись на человека, испугался и набросился на него инстинктивно.

И теперь он изувечен, да и медведь получил очень неприятные раны. Эта схватка была крайне неудачна для обоих.

Когда покидаешь цивилизацию, чтобы жить в одиночестве, вне городских стен, нечто подобное может произойти в любой момент. Он предполагал, что всё может кончиться так, когда решил уйти от людей. Да, ему могло и повезти, он мог умереть и своей смертью, но вышло так как вышло. Вот и всё.

К счастью, похоже, смерть пока не спешит забрать его. Он открыл глаза. Впрочем, заставить себя посмотреть на раны он всё же не смог. Удастся ли двинуться?

Он попробовал перекатиться на живот. С левой рукой покончено, а ноги ослабли, но правая рука в порядке. Получилось.

– Так, а теперь...

А теперь немного весёлого ползания. Полагаться приходилось лишь на правую руку, так что каждый метр отнимал больше, чем половина минуты. Сверх того приходилось часто делать паузы, чтобы отдохнуть. Боль не отступала. Скорее всего, очень скоро сил продолжать не останется.

– Ну, будь что будет...

Он просто продвинется так далеко, как сможет. Этому его научила жизнь в добровольческом корпусе. Делать всё, что в твоих силах, во что бы то ни стало. Это всё, что ты в принципе можешь сделать.

Он сосредоточился на том, чтобы передвинуться ещё хоть чуть-чуть вперёд – а может просто не хотел думать. Он был готов, но теперь, перед лицом неизбежной смерти, ему было о чём пожалеть. А жалеть о чём-либо он не хотел. Сейчас уже ничего не исправить.

В его жизни далеко не всё шло по плану, но он жил так, как хотел. Теперь избранная им самим жизнь просто подходит к концу – вот как он предпочитал на это смотреть. Вспоминать товарищей, с которыми расстался, он, например, не хотел.

Я должен был сделать то. Я должен был сделать это. Можно было бы поступить не так. Заглядывая в прошлое, он рискует с головой погрузиться в сожаления.

Он ведь всё равно умрёт. Лучше уж умереть с верой в то, что все свои выборы сделал верно.

Смерть не пугала. Он уже терял товарищей, видел, как они погибают. Он полагал, что уже знает, что такое смерть.

Мёртвые не возвращаются. Они остаются лишь в воспоминаниях живых. Если никто не вспомнит про них, мёртвые исчезнут окончательно.

Разумеется, он тяжело переживал смерти близких. Временами ему казалось, что он утратил какую-то часть самого себя. Время могло притупить скорбь, но каждый раз, вспоминая ушедшего друга, он чувствовал, как что-то словно сдавливает грудь.

Я хочу снова увидеть их. Почему нельзя? – думал он. Этот мир жесток.

– Но в моём случае никто ничего не потеряет... – пробормотал он.

Так ли это?

Это и есть та причина, по которой он решил расстаться с товарищами и жить в одиночестве?

Нет, во всяком случае – не только. Он хотел избавиться от всего, что его тяготило, жить свободно и независимо. Он хотел жить лишь ради себя.

В обмен на осуществление своего желания он должен был отказаться от общества других. Не создавать другим проблем.

Ему всего хватало.

Ему было хорошо одному.

Он ни в чём не нуждался.

Он жил один, а теперь умрёт один.

Разве это не тот идеал, к которому он стремился?

Наконец, к собственному удивлению, он добрался до лагеря.

Прибыв сюда, он поставил палатку на открытом месте, откуда открывался хороший вид. Собрал очаг, разложил кухонную утварь, поставил складной стульчик. Ему нравилось скрупулёзно организовывать свои удобства. А после, любуясь прекрасным видом во время приготовления пищи, в полную силу ощущать, до чего же прекрасна жизнь.

Какой же скучный и ничтожный я человек, – усмехнулся он.

Ну и ладно. Это ведь правда.

Он привалился к очагу. Из этой позы он не видел ни гор, ни раскинувшейся внизу долины. Но он видел небо, бескрайнее, раскинувшееся над головой небо, и несмотря на пронизывающую всё тело мучительную боль, ему стало чуть легче.

Здесь не так уж плохо. Здесь я и умру. Это хороший конец.

– Так ведь?.. – пробормотал он.

И кого я спрашиваю? – усмехнулся он. Здесь никого нет. Скоро я умру, а потом дикие звери придут и пожрут мои останки. Надеюсь, они сделают своё дело до того, как подействует проклятие Бессмертного Короля.

Ну впрочем, даже если всё закончится не так хорошо, я ведь уже буду мёртв. Какое мне дело? Здесь я могу просто тихо уйти.

Так лучше. Гораздо лучше, чем снова видеть, как умирает кто-то из товарищей.

Он ненавидел это чувство и не хотел снова его испытать.

Если бы он продолжал жить среди людей, пусть даже не солдат добровольческого корпуса, то наверняка уже успел бы потерять ещё кого-то. Люди, как все живые существа, рано или поздно неизбежно умирают.

Умереть.

Что это – умереть?

Умереть – это просто... И неизбежно...

– Эй, задрот.

Прошло уже некоторое время с тех пор, как кто-то называл меня так. Собственно, так долго, что я успел забыть о том, что меня так называли.

Кинсбург. Не тот, что в Нью-Джерси. Колорадо.

В посёлке с населением в тысячу человек все друг друга знают, так что я, как отаку, был тут не просто меньшинством – я был вымирающим видом, и это чертовски осложняло жизнь.

Я был отаку столько, сколько себя помню, и в какой-то момент меня начали звать «задрот». Все дети в округе презирали меня, и мне оставалось лишь вести себя подобно цепляющемуся к одежде жуку и пытаться невзначай влиться в их общество.

Я ненавидел самого себя за это и возможно было бы лучше, если бы меня избегали и отвергали. Но для них я был чем-то вроде таракана, не заслуживающего даже издевательств.

Что ж, я и сам понимал собственную никчёмность. В бога я тоже не верил – отчасти из-за влияния отца, алкоголика и атеиста. Спасения не будет. Я жил с отчётливым осознанием того факта, что и этот город, и эта страна, и вообще все однажды просто умрут, и был по крайней мере на треть серьёзен в своих убеждениях.

Но в то же время я определённо был прирождённым отаку. Однажды в интернете я наткнулся на японское аниме, а после начал читать мангу.

У меня появилась мечта. Я хотел побывать в Японии. Да, бога нет, и небес нет, но в Японии меня ждёт рай. Мечта помогла мне стать сильнее.

– Эй, задрот.

Это был Мэтт, ухмыляющийся во всю свою красную прыщавую рожу здоровяк. Он дразнил меня уже больше пяти лет, но на этот раз я не выдержал. Я сорвался и бросился на него. Мэтт, не ожидавший ничего подобного, не успел защититься. Я повалил его, оседлал и принялся колотить по лицу.

К тому времени я стал храбрее, но моё тело не успело окрепнуть подобно духу. Моим ударам недоставало силы, и Мэтт, опомнившись, с лёгкостью освободился. Теперь уже он принялся колотить меня, и его удары были несравненно крепче. Но я не просил пощады. Я защищался изо всех сил, крепко стиснул зубы и держался.

Наконец кулаки Мэтта, судя по всему, начали болеть и он ушёл, осыпая меня ругательствами.

Кинсбург.

Я лежал один на обочине улицы Южных Сосен, напевая себе под нос победную песенку. Я отаку, но я не слабак. И не дурак. Я стану сильнее, я исполню свою мечту.

Как давно это было?

Как я очутился здесь?

Исполнилась ли моя мечта?

О да. Я выучил японский язык. В основном по аниме и манге. А ещё по песням из аниме и джей-попу. Потом я читал лайт-новеллы, и ходил на курсы.

Изначально технические предметы давались мне лучше, но после изучения японского я обрёл вкус и к гуманитарным наукам. Я занимался бегом и физкультурой. Мне никогда не удалось бы стать таким же как Мэтт, но и я мог похвастаться мускулами.

Я не пользовался популярностью у девушек. Да и вообще ни у кого. Никто не хотел иметь со мной никаких дел.

Но я вытерпел одиночество, и наконец ступил на землю Японии как ученик по обмену. Я жил там примерно год. И весь этот год в моей голове крутилась мысль – вот бы мне не нужно было возвращаться.

Почему я не родился здесь? Ведь эта страна так хорошо мне подходит.

Разумеется, я оставался отаку, но японцев это скорее располагало ко мне, чем отталкивало. В принимающей меня семье, Хазаки, я ощущал ту родственную теплоту, какую никогда не получал от настоящих родственников. В японской старшей школе, месте, куда я всегда мечтал попасть, я в первый раз в жизни сумел завести друзей.

И найти любовь. Её звали Сацки, она тоже училась в этой школе. Да-да, мою девушку звали точно так же, как ту девочку из «Мой сосед Тоторо». Мы с Сацки ходили на свидания, держась за руки. Гуляли по берегу реки, через мосты, заходили в книжные магазины, сидели на скамейках в парке.

– Ты так хорошо говоришь по-японски, Джесси, – всегда говорила она, – Как будто родился здесь.

Мне казалось, что я в раю. Да, я не верю в бога, но если бы он существовал и отправил меня в рай, то рай наверняка оказался бы именно таким.

Однажды я поцеловал Сацки. Легонько, мы только соприкоснулись губами. И всё. Я не решился на что-то большее.

Ну, в смысле, мне ведь придётся уехать, я не смогу остаться с ней. Был ли этот поцелуй первым и для неё? Я бы никогда не набрался храбрости спросить.

Ну, то есть даже если нет, какая разница? Что, если бы я был у неё вторым или третьим, разве мне было бы легче? Решился бы я зайти дальше, может даже заняться сексом?

Нет, конечно. Я по-настоящему любил Сацки. И, каким бы наивным это сейчас не казалось, хотел любить её чистой и честной любовью, не изменяя своим идеалам.

Конечно же я желал её. После наших свиданий я чувствовал почти невыносимое вожделение, но не хотел использовать Сацки для удовлетворения своей похоти. Даже когда я вернусь домой у нас будет интернет, так что мы как-нибудь справимся. Отношения на расстоянии вовсе не обязательно провалятся.

И всё же поверить в это было тяжело. Одно дело, если бы я остался в стране и смог бы, например, добираться до неё на поезде, но нас разделит необъятный Тихий Океан. При здравом размышлении было очевидно, что у нас ничего не выйдет.

«Я не против отношений на расстоянии», – сказала мне Сацки, когда пришло время уезжать.

Я лишь повторял снова и снова что люблю её. Я и правда так думал. Но причинить ей боль, сказать, что мы расстаёмся, не мог. Больно стало бы и мне, и этого я тоже не хотел.

Некоторое время после того как я уехал домой мы общались по интернету, но наши несколько видеозвонков в день постепенно стали одним, а после – одним звонком в несколько дней.

Наконец, однажды Сацки сказала: «Джесси, по-моему ты в последнее время стал каким-то холодным». А когда я извинился – накричала на меня.

Вот и всё. Наверное, она встретила другого. Уже какое-то время я начал подозревать, но спрашивать не намеревался. Я всё ещё любил Сацки, и именно поэтому не хотел становиться обузой. Я желал для неё счастья больше чем для кого бы то ни было.

Меня не было с ней рядом, я не мог даже держать её за руку. Поэтому, всё к лучшему – повторял я себе снова и снова.

Впрочем, я всё равно собирался вернуться в Японию. У меня не было отвращения к родной стране – просто она мне не подходила. На родине я чувствовал себя чужаком. Мои родители казались мне совершенно посторонними людьми. Как будто я родился где-то далеко, а в этой стране и в семье этих людей вырос по какой-то странной ошибке.

То есть как ни посмотри на меня, но я просто белый парень, выросший в крошечном американском городишке, таком как Кинсбург, чья семья была может и не самой благополучной, но сравнительно нормальной, хорошо учился, смог поступить в приличную старшую школу и ходить в не самый плохой университет.

Но это всё ложь. Это не настоящий я. Вряд ли кто-то сможет это понять, но я понимаю.

Я не смогу быть счастливым здесь. А в Японии я буду самим собой. Жить как хочу, и даже если не удастся всё исправить с Сацки, найти прекрасную девушку, и возможно даже создать с ней семью.

И когда придёт это время, я наверняка наконец сумею почувствовать любовь к родителям. В конце концов, это они привели меня в этот мир, а остальное неважно. Я буду благодарен им, буду хорошим сыном.

Иначе говоря, всё будет хорошо. Всё обернётся к лучшему. У меня не было сомнений. За проведённый в Японии год моя уверенность окрепла.

Так что во время учёбы в университете я как мог копил деньги – и законными способами, и чуть менее законными. И когда собрал достаточно, чтобы жить в Японии несколько месяцев, моё терпение истекло.

Я взял академический отпуск в университете, купил билет на самолёт из Денверского международного аэропорта в Сиэтл, а оттуда – в Нариту.

Наконец-то я вернулся в Японию. Счастье и облегчение. Вот что я чувствовал.

– Но почему?.. Грим... гар...

Странно.

Я же был в Японии.

По крайней мере, должен был.

Я зарабатывал там деньги, призвав на помощь полученные во время учёбы в университете знания, и продолжал свою жизнь отаку.

Я нашёл друзей. Не только среди отаку. У меня появились и обычные друзья.

В Роппонги я бывал редко, но зато Накано, Синдзюку и Акихабару изучил как свои пять пальцев. То время, которое я мог позволить себе провести в Японии, мало-помалу увеличивалось, и я начал думать, как организовать переезд.

Для начала не стоит бросать университет. Также, наверное, стоит объяснить всё родителям. Мне придётся на какое-то время вернуться домой, и эта мысль меня терзала. Но просто остаться в Японии я не мог.

Всё будет намного проще, если я найду нормальную работу. И у меня уже были намётки. Возможно мне самому неправильно это говорить, но я умён. Я был довольно талантлив. Пусть я ни в чём не был лучшим, но всегда справлялся лучше большинства. Я бы справился.

Так что... я был в Японии.

Должен был... так почему?

Как я попал в Гримгар?

Он не помнил, как очутился в Гримгаре.

Красная луна. Луна была красной, и это поразило его.

Но что случилось?

Плохо. Ничего не помню. Как бы то ни было, это не Япония. Это Гримгар. Или всё это был сон?

Какое-то время назад он закрыл глаза, но теперь снова открыл их. Сквозь прорехи в облаках проглядывало бледно-голубое небо. Не токийское небо.

Токио. Верно. Я был в Токио, в этом сомнений нет. Но сейчас я в горах. Одна из Семи Гор, с этими их характерными пиками. У их подножия – Расколотая Долина, где живут серые эльфы. Да. Это Гримгар.

Он отчётливо помнил лица всех своих товарищей, с которыми повстречался и расстался здесь. И точно так же, ярко и отчётливо помнил лицо Сацки и своих японских друзей.

Странно.

Всё это время он не помнил о них.

Что случилось?

Как это произошло?

Впрочем, неважно. Почему я всё ещё дышу? Я ведь уже даже боли не чувствую. Я умираю...

Умираю.

Я умру? Вот бы увидеть Сацки. Хотя, это же глупо. Сколько лет прошло с тех пор, как мы с ней виделись в последний раз? Подступающая смерть, похоже, сводит с ума. Хотя нет, сознание поразительно ясное. Вряд ли я смогу пошевелить даже пальцем, и веки полузакрыты. Я наверняка скоро умру. И всё же – умру? Вот это смерть?

Странно. Он ожидал, что его сущность будет истончаться, что сознание будет уплывать от него, чувства и мысли истаивать, пока не останется ничего. Такой он ожидал встретить медленную смерть. Но на самом деле она не такая? Это смерть?

Я умру.

Теперь это может произойти в любой момент.

Ещё нет?

Так когда же, если не сейчас? Ну же, скорее.

Сколько мне ещё сидеть вот так и ждать смерти?

Что-нибудь другое.

Да. Думать о чём-то ещё. Хватит о смерти.

Неизбежность. Вот чем страшна смерть. Он знал по собственному опыту. Но тут ничего не поделать. Если бояться, то и будет страшно. Надо как-то отвлечься.

Гримгар.

Что это за место? Это какой-то другой... Другой мир? Или где-то на Земле? Нет, вряд ли где-то на Земле ещё могла оставаться настолько обширная неизведанная территория. Значит, это не Земля. Другая планета? Первую экзопланету открыли в 1995 году. С тех пор их нашли довольно много. Некоторые даже в обитаемой зоне, на них теоретически может быть жизнь, но все – очень далеко. Если только, как в какой-нибудь научной фантастике, не придумают способ передвигаться быстрее света, до других планет добраться невозможно. Короче говоря, теория об иной планете нереалистична.

Реализм?

В Гримгаре есть магия. Говорят, даже боги. Это место само по себе нереалистично.

А значит...

Это не реальность?..

Это и правда сон?

Невозможно. Ни один сон не может длиться так долго, быть таким непротиворечивым, подробным, воздействовать на все органы чувств, быть таким неконкретным и вместе с тем глубоким. Это не сон. Это, несомненно, реальность.

И всё же, между Токио и Гримгаром нет связи. Между ними зияет бездонная пропасть.

Это другой мир. Параллельный, как в теории параллельных вселенных? Какой-то феномен перенёс его в один из этих ненаблюдаемых параллельных миров?

Глупости. Да, можно представить себе, что именно с ним произошло подобное событие с бесконечно малой вероятностью. Но ведь большинство солдат добровольческого корпуса Ортаны тоже чужие в этом мире.

Значит, это реальность.

Реальность.

Но что, если всё-таки нет?

Он думал, что это реальность, и поэтому поверил в реальность происходящего. Но что если сам мир, на примере которого он определяет реальность, нереален?

Его внезапно посетила идея.

Гипотеза симуляции.

Если разумные существа, например люди, изобретут компьютеры, и наступит такой момент, когда технологический прогресс позволит создать в компьютере симуляцию вселенной, то крайне высок шанс, что такая симуляция в самом деле будет создана. Далее, если человечество внутри этой симуляции в свою очередь достигнет уровня развития, позволяющего создать симуляцию вселенной, то будет создана симуляция внутри симуляции. Внутри которой тоже со временем будет создана симуляция.

Эти модели будут симулировать целую вселенную, так что каждая отдельно взятая личность в этой симуляции будет вести себя так, словно существует на самом деле. Люди, живущие в этой модели, вряд ли смогут понять, что находятся внутри симуляции. Даже если у них возникнут подозрения, принципиальной возможности доказать, что мир нереален, не существует.

Разумеется, есть также вероятность, что он живёт не в симуляции, а в единственном оригинальном мире. Но если существует возможность создать модель вселенной, то разумно предположить, что будет создана не одна симуляция, а много. Из этого логически следует, что будет создано бесконечное множество симуляций, одна внутри другой. Реальный же мир один.

Итак, живёт он внутри симуляции или в реальности? Бесконечность или один?

Конечно же, шанс на то, что он живёт в симуляции, неизмеримо выше.

Эту теорию высказал какой-то швед – он забыл, как его звали. Он прочёл об этом в книге, наверное. Тогда он подумал – «Ха, а в этом что-то есть», но не воспринял серьёзно. В конце концов, реальность, которую он непосредственно воспринимал, была намного важнее, а необходимый уровень технологий для создания такой симуляции казался настолько высок, что ему не верилось даже в возможность создать симуляцию единственного человека. Симуляция вселенной невозможна. По крайней мере, была невозможна тогда.

Но время не стояло на месте.

ЭНИАК, который называли первым компьютером, создали в 1946 году. За несколько последующих десятилетий прогресс совершил огромный скачок.

А раз так, что будет век спустя? А тысячу лет спустя? Если человечество не погибнет, то однажды, несомненно, сможет создать симуляцию вселенной. А раз этот момент обязательно однажды придёт, то гипотеза симуляции – это не просто гипотеза.

Например, представим Симулированный Мир А. Предположим, что внутри него есть Симуляция Б, которую запустили несколько раз, а внутри Б – Симуляция В, которую тоже запустили несколько раз. Но что, если в результате какого-то сбоя жители Б попали в В?..

Даже если всё именно так, люди, живущие в симуляции, никак не смогут доказать свою теорию. Однако, по сравнению с теорией о том, что человек мог из Токио, из Японии на Земле в реальном мире «Икс», попасть в Ортану, в Гримгаре в реальном мире «Игрек», эту принять гораздо легче.

Симуляция. Симуляция, значит?

Он живёт в симуляции внутри симуляции. При этой мысли его жизнь внезапно показалась ему неизмеримо банальной.

Пустой.

И всё же, он верил, что всё именно так, и что не существует никакого ада или рая – они просто невозможны с научной точки зрения. Хотя, может быть, загробный мир тоже входит в модель. А значит, смерть – это не конец, а просто путешествие в новый мир.

Как бы то ни было, всё это лишь симуляция.

– Кто-нибудь... Смотрит?.. – пробормотал он.

– Да, смотрю.

Ему ответили.

Не может быть.

Он не мог пошевелить головой. Попробовал найти говорившего глазами.

Вон там.

У ног.

На корточках.

Незнакомец был в капюшоне, так что он не видел лица, но, скорее всего, это женщина. Во всяком случае, голос скорее женский. Она говорила на всеобщем языке Гримгара, том, на котором говорят люди, эльфы и дварфы. Кстати, почему всеобщий язык Гримгара японский? А вот язык нежити, если подумать, очень похож на английский.

– Наверное, это неважно... – пробормотал он, – Всё равно...

– Ты говорил о довольно интересных вещах, – заметила женщина.

– Го... ворил?.. Кто?..

– Ты.

– Я... говорил... вслух?.. О. Не думал... Что тут кто-то... есть. Думал... я один.

– Это медведь тебя подрал?

– М-м... – даже простой кивок, казалось, сократил оставшуюся ему жизнь.

Хотя, и что с того. Осталось всё равно недолго. Десять минут, или пять, или минута, или тридцать секунд – разницы уже никакой.

Кроме того, его жизнь почти наверняка всего лишь симуляция, так что глупо даже думать о жизни и смерти. И то и другое бессмысленно.

Здесь всё поддельное.

Всё это глупо и смехотворно.

Вот бы уже умереть.

Исчезнуть.

– Я посчитала, что медведь слишком опасен, чтобы оставлять его в покое, и добила его, – сказала женщина, – Думаю, это он сделал это с тобой.

– Да?

– Что-то не так?

Да нет, ничего.

Ничего.

Уже ничего не сделать.

Подумать только, на пороге смерти он почувствовал это.

– Ты плачешь? – спросила женщина.

Вполне возможно.

Он не хотел это осознавать.

Он хотел умереть, ничего не зная.

Это было бы проще. Почему всё закончилось вот так?

Как бы то ни было, он перенёсся из Токио в Японии в Гримгар. Когда это произошло, он забыл почти всё о том мире. Пожалуй, это можно объяснить как то, что кто-то сжалился над ним.

Ему не нужно было знать. Лучше было бы не знать. Не нужно было об этом думать. О том, реальный ли это мир или симуляция.

По случайности или предопределённости он – это единственная жизнь, единственное человеческое существо. Он прожил бы свою жизнь – иногда с усердием, иногда с ленью, а иногда с отчаянием – и в своё время умер.

Есть те, кого восхваляют как героев, есть те, кого презирают как трусов, и есть те, над кем насмехаются. Есть те, кто любит других и несёт им счастье, а есть отбросы, которые крадут и причиняют другим боль. Бывают даже те, кто временами добродетелен, а временами пачкает руки злодейством. Но все жизни – будь они мелочны или велики – уникальны, и каждая из них ценна.

Во всяком случае, для самих людей жизнь одна и только одна.

Лучше было бы умереть, веря в это.

Он хотел бы, если бы мог.

Но больше не может.

– Ты не хочешь умирать? – спросила женщина.

У него уже не оставалось сил на ответ. Но, если бы мог, он сказал бы. Прокричал бы, вложив в ответ всю душу.

ДА! – прокричал бы он. Я не хочу умирать.

Он считал, что давным-давно приготовился к смерти, но теперь стало похоже, что все те приготовления были никчёмны. Он не хочет умирать вот так.

Я знаю. Хочу я или нет, я умру. Выхода нет.

Но я не хочу.

Хочу ли я ещё пожить? Я не знаю. Но умирать с этим чувством я не хочу.

– Способ есть. Всего один, – раздался откуда-то голос женщины.

Откуда-то издалека.

Нет, вряд ли это так. Он, скорее всего, уходит сам.

Он больше ничего не видел.

Он умирает.

– Ты, похоже, знаешь кое-какие весьма интересные вещи, так что я предпочла бы, чтобы ты не умер вот так, – сказала женщина, – Хорошо бы узнать хотя бы твоё имя, но это может подождать.

И добавила:

– Ну, увидимся.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

1. В шкуре добычи

А я-то уж думал, что оторвался. Как наивно с моей стороны.

Харухиро тихо выдохнул через нос и поморщился.

Самочувствие не было плохим. Ничего нигде не болело, тело ощущалось лёгким и расслабленным. Он, пожалуй, не отказался бы перекусить, но голод не мучил его. Проблема у него в голове.

Убегать тяжело. А когда он наконец избавился от преследователя и собрался было облегчённо выдохнуть...

У-хо, у-хо, у-хо, у-хо...

До него донёсся голос. Судя по всему, за ним по-прежнему гонятся. Это уже не настойчивость – преследователь невероятно упорен.

До него, наверное, метров пятьдесят. Нет, даже ближе. Харухиро хотелось выглянуть из-за древесного ствола, к которому он прижимался спиной, увидеть собственными глазами.

Нет, пожалуй не стоит.

У преследователя явно очень хорошее обоняние – хотя медведю он всё же уступает. Точно так же, как и чуткостью слуха, он уступает собаке или кошке. Его зрение тоже не может быть намного острее человеческого. И всё же этим существам под силу заметить то, что осталось бы невидимым для человека. Возможно, дело не в том, что их чувства как-то особенно остры – просто чувства людей слишком грубы.

Они превосходят нас.

Крепко держа в уме эту мысль, Харухиро намеревался действовать с аккуратностью, осторожностью и бдительной предусмотрительностью.

Он осмотрелся, двигая лишь головой и глазами.

Зелень.

Зелень.

Зелень.

Зелень, зелень, зелень, зелень, зелень, зелень, зелень.

Были, конечно, и другие цвета, но повсюду, куда не повернись, взгляд падал на зелёные листья, зелёную траву, зелёный плющ или мох. Как будто всё вокруг выкрасили в зелёный.

Это место находится на юго-западе хребта Куарон. Виверны живут на севере, а здесь, как предполагал Харухиро, будет сравнительно безопасно. Что ж, виверн в небе нет, так что он, вероятно, не ошибся. Склоны гор, где-то пологие а где-то почти отвесные, поросли плотным лесом. Плотный лесной полог почти не пропускал свет, но Харухиро был скорее даже рад этому.

Если подумать, в местности вокруг Ортаны или Вандерхоула временами становилось очень жарко или очень холодно, но такая погода никогда не держалась долго. Благодаря этому Харухиро и его товарищи почти не следили за временами года. Сейчас, пробыв в Дарнггаре больше двухсот дней, они вернулись в Гримгар в разгар июля, каким бы странным это не казалось.

Сейчас лето. Харухиро стоял не шевелясь, но всё равно чувствовал, как по лицу стекают капли пота. Впрочем, благодаря тени здесь не так жарко, как могло бы быть. Но зато очень влажно.

– У-хо, у-хо, у-хо...

Преследователь опять заухал. Этот странный крик, вызываемый дрожью горла и груди, служит для общения? Он зовёт сородичей? Или пытается вызвать какую-то реакцию у своей добычи – Харухиро? Как бы то ни было, теперь крик раздался чуть ближе. Существо приближается.

Где остальные? Может прямо возле первого? Собственные товарищи Харухиро сейчас примерно в двадцати пяти метрах отсюда, прячутся в кустах и впадинах.

У меня сейчас, должно быть, очень сонный вид. Но я, конечно, не устал. Ничуть.

Отступить и соединиться с товарищами? Харухиро привык полагаться на свою Скрытность, но что, если преследователь всё же заметит? Это риск, но если оставаться здесь, враг рано или поздно обнаружит укрытие. В одиночку Харухиро с ним не справится, а значит, ему необходима помощь товарищей.

Он колебался секунду, может две. Наконец решившись и войдя в Скрытность, Харухиро расслышал топот и удары – что-то отталкивало стволы деревьев.

– Хо, хо, хо, хо! – заорал преследователь.

Бежит. Мчится прямо на меня. Заметил? Скрытность больше не поможет.

Бежать. Бежать. Бежать, бежать, бежать!

Но он в густом горном лесу. Земля покрыта узловатыми корнями и торчащими камнями, и слоем мха поверх, из-за чего тут очень легко оступиться.

Преследователи передвигаются на четвереньках, упираясь в землю руками. Это позволяет им не терять равновесие даже на неровной почве. На ровной земле Харухиро мог бы рискнуть, но здесь у врага явное преимущество. Подавляющее.

Его настигнут моментально. Враг нападёт со спины и убьёт Харухиро на месте. Тогда что делать?

Развернуться и встретить его лицом к лицу. Позвать на помощь. Выстоять под атакой преследователя. Выиграть время, пока не подбегут товарищи. Другого способа нет.

Он остановился, но тут откуда-то раздалось громкое и пронзительное мяуканье.

– Киичи?! – воскликнул Харухрио.

Няа. Это голос няа. Харухиро развернулся.

Преследователь, очевидно, тоже этого не ожидал. Он смотрел вбок.

Харухиро не успел подумать – «идеальный шанс!». И всё же, враг сейчас не смотрит на него. Едва он осознал это, как тело само пришло в движение. Харухиро выхватил стилет с ножом и рванулся на преследователя.

Рост существа – примерно два метра. Впрочем, оно не стоит прямо, так что голова примерно в полутора метрах над землёй. И всё же оно громадно. Обезьяна. Вот только тело, сложенное подобно обезьяньему, покрыто твёрдой, напоминающей чёрно-коричневый хитин кожей. Оно словно носит доспехи.

У самцов также растёт густая грива, начинающаяся на затылке и опускающаяся на спину, с возрастом она приобретает красный цвет. Матёрые самцы – редбэки – создают вокруг себя стаю, состоящую из их жён и потомства, они вместе живут и охотятся.

Гуорелы. Так их называют.

Самки, как правило, мельче самцов, но преследователь как раз самец-редбэк. С первого же взгляда видно, что всё его тело бугрится мускулами: руки, шея, плечи грудь, живот, поясница и ноги. Даже самки гуорел могут с лёгкостью оторвать человеку руку, редбэки же – просто кошмар. В открытом бою у Харухиро нет ни единого шанса.

Разумеется ему страшно. Но разве так не с большинством врагов? Иначе говоря, ситуация совершенно обычная.

– Нападаю! – прокричал Харухиро, подбадривая себя и подавая сигнал товарищам. И бросился на редбэка.

– Ду-о-о-о! – заревел тот, разворачиваясь к человеку.

Руки. Замахивается правой. Получить такой удар – верная смерть.

Харухиро резко остановился, как и планировал. Правая рука редбэка пронеслась мимо, прямо перед глазами. Враг тут же ударил левой. Низкий взмах сбоку, попытается схватить. Если сможет, то всему конец. Вот почему нужно сохранять спокойствие.

“Внимательнее”, – приказал себе Харухиро. Увернись. Не отступай. Направо. Вперёд и направо. Бросок.

Харухиро протиснулся под левой рукой редбэка перекатом, попытался зайти ему за спину. Тот, конечно, не позволил. Обезьяна подскочила на месте и развернулась.

Харухиро, не останавливаясь, сменил направление. Он перекатился в другую сторону, и на этот раз редбэк на долю секунды запоздал.

Харухиро напал. Точнее, изобразил, что нападает, и редбэк напрягся.

Но сразу разгадал уловку. За угрозой ничего не стоит. Эта добыча не опасна.

Почуяв это, обезьяна оскалила клыки и бросилась вперёд.

Теперь угрозы и трюки не помогут. Враг несётся на Харухиро.

Харухиро попятился. Увернуться от следующего удара он, возможно, не сумеет. Но ему удалось выиграть время – пусть и совсем немного. Это и было его целью.

– Вперёд, Дарк! – услышал он голос товарища.

И тут же пригнулся. Что-то промчалось у него над головой. А потом человекоподобная – точнее, подобная звезде чёрная фигура – элементаль Дарк, врезалась в редбэка.

– А! Фуа! – всё тело врага затряслось, голова запрокинулась. Казалось, удар элементаля закончит бой, но враг устоял.

И всё же он получил урон. Пора.

Харухиро развернулся. Он не убегал – ему просто нужно отойти чуть подальше.

– Харухиро! – заорал высоченный парень. Он носил шлем в виде ястребиной головы, в одной руке нёс металлический щит, а в другой сжимал рукоять огромной катаны. Парень бросился вперёд, подбадривая себя боевым кличем.

За ним последовал крупный человек, замотанный в ало-синие одежды. Впрочем, человек ли он? Ну, при жизни наверное был человеком, но не сейчас. Он голем плоти.

– Кузак, Энба, задержите его!

– Сделаю! – воодушевлённо откликнулся Кузак. Энба промолчал.

Пара миновала Харухиро.

Когда он развернулся обратно к врагу, Кузак замахивался своей катаной, а Энба – длинной, мощной левой рукой.

– Ну-у-у-а-а-а-а! – завопил Кузак.

– Ну-хоо-о-о-о-о! – ревел редбэк.

Редбэк махнул обеими руками, отталкивая и катану Кузака, и руку Энбы. Энба попятился, но Кузак устоял. Редбэк снова ударил – левой рукой и тут же правой. Кузак, перемещая щит справа налево, заслонился от обоих ударов.

– Ха! Нуа! Ка!

Щит полностью остановил все удары. Когда Кузак вот так уходит в оборону, его не так-то просто сдвинуть. Природа наделила его ростом почти в два метра, и даже сейчас, когда он в низкой стойке, опустив талию и пригнув бёдра, Кузак очень высок.

Энба, всё так же молча, набросился на редбэка сбоку. Тот не выдержал и отпрыгнул наискось назад.

– Ха! – Кузак, выставив катану вперёд и по-прежнему с поднятым щитом, погнался за ним.

Он сделал Выпад, затем нанёс Карающий Удар. Редбэк снова отшатнулся. Энба, похоже, собирался обойти его сзади.

Они его теснят.

Нет. Харухиро обрадовался слишком рано.

Казалось, редбэка заставили попятиться, он вот-вот прижмётся спиной к дереву – но это только казалось. Редбэк прыгнул назад. И оттолкнувшись от древесного ствола, бросился на Кузака.

– А?! – тот едва успел заслониться от внезапной атаки щитом. Но не устоял и кубарем покатился по земле.

Энба попытался встать между врагом и упавшим Кузаком, но редбэк смёл его прочь одним мощным взмахом руки. Кузак, видимо осознав, что не успеет увернуться, попытался закрыть щитом корпус.

– Ха! – гуорела взревел.

Гуорелы хитры и умны. Кузак решил защитить голову, шею и торс, чтобы избежать смертельной раны. Это не было ошибкой. Он сделал правильный выбор, но теперь нижняя половина его тела беззащитна. Редбэк не упустил свой шанс. Он схватил Кузака за правую ногу и швырнул изо всех сил.

– Куза-а-а-а-а-ак! – вырвалось у Харухиро.

Паладин пролетел пять метров, врезался в ствол дерева и рухнул на землю. Поразительно, но даже после такого удара он не выпустил из рук щит и катану.

«Он жив», – сказал себе Харухиро. Не знаю, может ли он встать, но пока он дышит, мы что-нибудь сделаем.

– Мэри, займись им!

– Да!

– Юме!

– Ня!

Харухиро осознал – звать её нужды не было. Охотница, пригибаясь, уже неслась на редбэка, две её длинные косы и плащ развевались за спиной.

В обеих руках она сжимала однолезвийный меч – катану, найденную в Могильнике Катан. Навыки Охотников предполагают обращение с мачете – инструментом, предназначенным в первую очередь для того, чтобы рубить дрова и прорубать путь через заросли. Катана – не оружие Охотников. Но Юме обращалась с ней так ловко, словно всё время в гильдии обучалась именно с ней.

Юме ударила Жатвой – подсекающим ударом, словно бы пытаясь срубить деревце – и тут же следом Косым Крестом. Её обычное комбо теперь, кажется, стало ещё эффективнее по сравнению с тем временем, когда она сражалась мачете или изогнутым мечом.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Редбэк, уходя от атаки, прыгнул вбок, и тогда Юме, кувыркнувшись вперёд, с силой рубанула катаной.

Ярость Тигра.

Под её отважным напором гуорела отшатнулся ещё дальше, и тогда на него напал Энба.

Пинок в прыжке. Редбэк, приняв удар ноги Энбы в бок, зашатался.

Мэри помогала Кузаку подняться на ноги. Благодаря Энбе и Юме, отвлёкшим врага на себя, она могла сосредоточиться на помощи раненому товарищу и не беспокоиться о защите.

Юме, выкрикнув «Хи-йя!», и Энба, молчаливо, наседали на редбэка. Сейчас всё решится. Смогут ли они пробить его твёрдую шкуру? Редбэк присел, прикрывая голову обеими руками.

– Уння... – катана Юме отскочила от похожей на хитин кожи.

Энба снова пнул редбэка в прыжке, но на этот раз тот даже не вздрогнул. И тут же напал в ответ. Оттолкнувшись от земли обеими руками, он всем телом протаранил Энбу.

Голем не сумел отскочить в сторону, гуорела повалил его. Редбэк попытался оседлать Энбу, но тут Юме, издав ещё один странный возглас, осыпала его ударами катаны.

Бесполезно. Подобная скорлупе кожа отразила удары. Редбэк больше не боится катаны Юме. Ещё немного и он прикончит Энбу.

Вот только я не собираюсь ему это позволять.

Харухиро всё это время тоже не оставался без дела. Он вернул нож в ножны, затем, продолжая наблюдать за схваткой, снова ушёл в Скрытность и забрался на дерево. Оказаться прямо над редбэком и Энбой он не смог, но хватит и такого. Хороший прыжок вперёд – и он достанет цель.

Харухиро спрыгнул. Кончик его стилета очень острый. Обычно им мало что можно прорезать, но если приложить достаточную силу и под нужным углом, стилет пробьёт даже металлический доспех.

Редбэк, похоже, заметил Харухиро. Попытался посмотреть вверх – но слишком поздно.

Харухиро вбил стилет ему в голову, чуть слева от макушки. Он не думал о том, что будет с ним самим, но сумел уцепиться за тело врага.

– М-м-м-м-м-г-г-г-м-м-г-г-г! – редбэк издал неразборчивый вопль и забился. Он махал обеими руками, колотил Харухиро. Каждый удар, казалось, вышибал из него дух, но Харухиро не отпускал. Он ни за что не отпустит.

Он почувствовал. Стилет пробил не только прочную шкуру, но и череп врага. Может, даже достал до мозга. Харухиро изо всех сил вцепился в рукоять.

– Гу-а-а-а-а-а!

Либо боль стала невыносимой, либо редбэк пытался сбросить Харухиро – он упал на землю и принялся кататься из стороны в сторону.

– Хару-кун!

– Хару! – это кричала не Мэри, а Шуро Сетора. Смотреть по сторонам было некогда, но Харухиро слышал голоса товарищей.

Ещё нет. Я ещё могу держаться.

Харухиро крепко обхватил тело редбэка ногами. Сколько бы тот ни колотил его, какой бы силы удары не сыпались на его голову, плечи, спину и бёдра, он продолжал вдавливать стилет в голову врага. Он заставит эту тварь затихнуть. Или, по крайней мере, ослабеть. Этого хватит. А ещё лучше закончить дело поскорее.

Потому что долго ему не продержаться.

Тысяча Лощин ограничена с востока горами Куарон, с севера – хребтом Уайтрок, с запада – пустыней Нехи, а с юга – плато Наргия. Она простирается на двести пятьдесят километров с севера на юг и на четыреста пятьдесят – с востока на запад.

Через Тысячу Лощин протекает несколько крупных рек и бесчисленное множество их притоков. Эта запутанная речная система впадающих друг в друга рек изрезала местность словно бы бесконечными долинами и холмами, преграждающими дорогу путникам.

В сердце Тысячи Лощин, области примерно сто на сто километров, круглый год держался густой туман – как будто сама природа запрещала посторонним посещать это место.

Согласно одной теории, земля была иссечена во время битвы богов – столь жестокой, что некогда голубая луна окрасилась в алый цвет. Говорили, что туман наслал своим проклятием проигравший бог, от которого осталась лишь отсечённая голова.

Если направляться в Ортану кратчайшим путём, то нужно было бы идти прямо на юг. Пройти через плато Наргия и горы Ринсторм, после чего они уже оказались бы в бывших границах королевства Аравакия, затем пересечь равнину Бордо, расположенную между горами Курогане и Диоз, пробраться через Серые Болота и наконец оказаться на Ветреных Равнинах, откуда до Ортаны уже совсем недалеко. Ещё каких-то триста с чем-то километров к юго-юго-западу – и они у цели. По крайней мере, если верить карте, которую когда-то видела Шуро Сетора.

Вот только есть одна проблема.

Или, точнее, проблемам нет числа.

Для начала, путь неблизкий. Совсем неблизкий.

Впрочем, жалобами делу не поможешь. Пусть от Ортаны их и отделяет семьсот или восемьсот километров по кратчайшему пути, остаётся лишь смириться с этим. Расстояние такое, какое есть.

Но дело не только в расстоянии. Ещё одна проблема в том, что бывшие земли королевства Аравакия, лежащие по ту сторону плато Наргия, поделены между участниками созданного Бессмертным Королём союза рас. Там много крепостей и больших городов.

Тысячу Лощин можно назвать враждебной территорий, но по сравнению с этим она безопасна. Орки тех мест, в частности, хватают людей и убивают на месте, без лишних разбирательств. Для Харухиро и его команды было бы самоубийством пытаться пройти в тех землях, не зная безопасного маршрута.

Можно, конечно, попытаться держаться подальше от равнин и идти через горы, там, где орки не живут, но горы не тянутся до самого юга, а кроме того, в горах хватает своих опасностей.

Значит, кратчайший путь исключается. Если они спешат, значит нужно идти в обход. Пусть этот путь и длиннее, но зато безопаснее.

Горы Уайтрок на севере – это не просто крупный хребет. В этих горах, увенчанных никогда не тающими серебристыми ледяными шапками, некогда находилась столица королевства Ишмаэл. Теперь же эта столица и окружающие её города и крепости стали Цитаделью Нежити, сердцем бывших владений Бессмертного Короля.

Сома собирал клан с намерением однажды вторгнуться в Цитадель Нежити, но для Харухиро и его команды это означает, что им одним в тех местах придётся несладко. Впрочем, им всё равно не туда, так что направление на север исключается.

Пустыня Нехи некогда принадлежала королевству Нананка. На первый взгляд она кажется просто бескрайним простором песка и камней, но на самом деле там и сям по ней разбросаны оазисы. Вокруг большинства оазисов построены города, где живут орки и другие расы, в своё время присягнувшие Бессмертному Королю. Говорили также, что в пустыне некогда жило древнее племя людей – Зафа – и что кто-то из них мог дожить и до нынешних дней.

Но для Харухиро и его друзей, незнакомых с пустыней, идти туда было бы безрассудством. Запад тоже исключается.

Остаётся восток.

Поначалу Харухиро рассматривал северо-восточное направление – в обход гор Куарон. Однако этот путь, очевидно, вёл в бывшие земли королевства Ишмаэл, кишащие нежитью. Кроме того, в северной части гор Куарон водятся виверны.

Судя по всему, виверны не едят нежить, но вот Харухиро и его спутники будут для них лакомой добычей. Он слышал, что когда-то давно в королевстве Ишмаэл умели укрощать и приручать виверн. Но, по словам Сеторы, с гибелью Ишмаэла это искусство было утрачено.

Как бы то ни было, даже просто отогнать одну из виверн стоило неимоверных усилий. У Харухиро не было ни малейшего желания направляться туда, где этих тварей много.

Так что они все вместе сели и начали совещаться. И тут появился Кроу из Тайфун Рокс и утащил с собой Цугу, коротко стриженого Жреца.

– Эй, святоша, мы уходим.

– Ага, иду, – отвечал ему Цуга, – Ну, увидимся.

И ушёл, бросив на прощание лишь эти слова. Харухиро и его товарищи, огорошенные, не успели даже спросить совета у Кроу, явно лучше них знавшего окрестности. Это удручало.

Теперь они не имели ни малейшего понятия, куда направились Рокс и чем те будут заниматься дальше. Харухиро предпочёл бы, по возможности, путешествовать с ними вместе. И ведь предполагалось, что они должны быть их друзьями по клану. Со стороны Рокс это было просто бесчувственно.

Хотя, общество Рокс могло оказаться также по-своему неприятным.

Короче говоря, выбора не было. Молясь о том, чтобы туман развеялся, Харухиро и его товарищи направились на восток. Вскоре их нагнали преследователи из Форган, им пришлось спасаться, не зная дороги.

Они наткнулись на широкую реку, но не смогли переправиться. Они прятались от преследователей в пещерах на дне долины. На них нападали незнакомые им звери, мучили неизвестные болезни...

Попросту говоря, они перенесли многое.

Казалось чудом, что в конце концов им удалось уйти, ни разу не вступив в схватку с Форган. Кузак с Юме остались без оружия, так что оставалось только радоваться удаче. Если бы не Тысяча Лощин, с её сложным рельефом и густым туманом, всё могло бы пройти совсем иначе.

В пути иногда даже Сеторе не удавалось определить, где они оказались, и им не удавалось попасть туда, куда они собирались. Даже если по прямой нужно было пройти около пяти километров, им приходилось прошагать втрое больше. Такое происходило постоянно.

А ещё, даже определив себе цель, они не могли быть уверены, что сумеют её достичь. Они решили идти на восток, но возможно, ничего не выйдет. Тысяча Лощин – дикое и непокорное место.

Они расстались с Цугой и Кроу пятнадцатого июня. К началу июля команда Харухиро добралась до места под названием «Могильник Катан». По словам Сеторы, оно находилось почти прямо к югу от Скрытой Деревни и не более чем в пятидесяти километрах.

То есть за шестнадцать дней они едва сумели преодолеть всего пятьдесят километров. А ещё собирались идти на восток, но оказались на юге...

Впрочем, они не падали духом. Могильником Катан называли древнее поле битвы, плато площадью примерно триста квадратных километров, усеянное телами и снаряжением. Сражение произошло задолго до того, как земли Приграничья окутало проклятие Бессмертного Короля, и погибшие здесь не восстают в виде зомби.

Как сами тела, так и большая часть доспехов и оружия давно сгнили и истлели.

Люди Скрытой Деревни не приближаются к этому месту, но Харухиро и его товарищи решили, что тут можно попробовать найти ещё пригодное к бою оружие. Кроме того, из Могильника Катан будет сравнительно проще отправиться на восток, запад или юг.

Место выглядело жутковато. Землю плотным ковром устилали перемешанные кости. Вонзённые в землю мечи, копья и другое оружие казались надгробиями павших воинов. Туман поредел, дул влажный ветер.

Там, вроде, что-то двинулось? Харухиро всмотрелся, но то был лишь насаженный на копьё череп.

Нельзя было сделать и шагу, не наступив на кости.

Повсюду валялось и снаряжение – однолезвийные катаны, обоюдоострые мечи, копья, топоры, щиты, доспехи. Но всё это давно проржавело и сгнило, некоторые предметы попросту рассыпались в руках, когда их поднимали с земли.

Но впрочем, будь то благодаря качеству, игре случая или по какой-то иной причине, изредка удавалось найти вещи попросту грязные, но в остальном нетронутые временем. Например, среди катан, составлявших большую часть находок, одна пригодная к использованию встречалась на сотню – нет, на несколько сотен безвозвратно изъеденных ржавчиной.

Блуждая по Могильнику Катан, Харухиро и его команда нашли длинную, массивную катану, ещё одну катану потоньше и довольно короткую, и большой круглый щит. Точнее, не нашли, а откопали в груде костей.

Разумеется, оружие нужно было заточить и починить. Это потребовало некоторых усилий, но то, что в итоге Кузак и Юме снова смогли сражаться, можно было считать большим успехом.

Они никак не предполагали, что за успех придётся заплатить. Даже Сетора, похоже, не ожидала такого, а значит они никак не могли предотвратить случившееся.

Где-то вдали раздался пронзительный крик.

Это был голос няа. Они поняли сразу.

В деревне Сетора держала несколько сотен няа. Во время схватки с Форган она направила примерно восемьдесят на помощь командам Харухиро и Рока, потеряв при этом около десятка. Ещё несколько оставили её после сражения. И всё же Сетору по-прежнему сопровождало около полусотни этих существ – они исследовали местность вокруг и служили её глазами и ушами.

Среди них лишь один, серый няа по кличке Киичи, регулярно появлялся перед Харухиро и его товарищами. Остальные, если даже и были поблизости, на глаза не показывались.

Иногда раздавалось мяуканье, и Сетора кивала. Тогда Харухиро думал – «О, они и правда тут.»

Кормить няа не требовалось – они могли добывать себе пищу сами, после чего снова возвращались на службу к хозяйке. Их верность превосходит собачью, но в то же время они более независимы, а вдобавок выглядят мило.

На пути к Могильнику Катан няа собирали еду для команды. Не будет преувеличением сказать, что няа спасли их. Без помощи этих милых существ им, скорее всего, пришлось бы голодать.

А теперь эти няа в опасности. И разумеется, это означает, что Харухиро и его спутники в опасности тоже.

Сетора цокнула языком, и из-за тумана донёсся высокий голос няа. Похоже, его короткие возгласы сказали Сеторе о чём-то.

– Уходим, Хару. Сейчас. Я прикажу няа разделиться и бежать. Какое-то время мы не сможем полагаться на них. Скорее!

– Давай, – Харухиро кивнул, и Сетора издала резкое шипение.

Должно быть, это был какой-то приказ для няа. Видимо, случилось что-то неожиданное. И, судя по поведению Сеторы – довольно серьёзное.

Но теперь, оглядываясь назад, Харухиро понимал, что был наивен.

Они сразу же покинули Могильник Катан и направились на восток.

Быстро принятое решение позволило свести потери к минимуму, и дальнейших проблем не будет.

Во всяком случае, так Харухиро полагал.

Как же он был глуп.

Наконец, существо затихло.

Ну конечно, затихло. Оно наверное уже не дышит. Скорее всего, мертво.

Харухиро продолжал цепляться за спину упавшего редбэка. Его стилет по-прежнему был погружён в череп существа по самую рукоять.

Какой же он тяжёлый. Половина... Нет, две трети тела Харухиро погребено под трупом врага. А сверх того, ороговевшие волосы гривы редбэка впиваются в тело и причиняют почти невыносимую боль.

Кстати о боли – болит, похоже, всё тело, причём Харухиро начал подозревать, что найти хоть какую-то часть, которая не болит, будет очень непросто. Редбэк, сопротивляясь, здорово поколотил его. А ещё бил о деревья и землю. Ещё у Харухиро текла кровь. И, возможно, сломана пара костей.

– Держись, – пробормотал он.

И как я до сих пор жив.

Он уже почти был готов облегчённо выдохнуть, но...

Нет-нет-нет, стоп, стоп, не так быстро, рано, – одёрнул он себя.

Редбэк. Эта тварь и правда мертва? По-прежнему сжимая одной рукой рукоять стилета, Харухиро пощупал шею существа. Он искал пульс, но был не уверен, что делает это правильно. Или, точнее, попросту не знал. Для начала, можно ли проверить пульс у гуорел так же, как у людей? Особенно с этой их шкурой-скорлупой. Может быть и нельзя. Тело врага, впрочем, обмякло. И тяжеленное. Живое оно или нет, но весит явно больше, чем человек.

Ах да. Ну конечно же оно тяжёлое.

Тяжёлое. Не могу дышать. Вот-вот раздавит. Нет...

– Хару! – донёсся крик Мэри, – Помогите ему, скорее!

Спасение пришло. Кузак, кряхтя от натуги, приподнял труп редбэка, а Юме, воспользовавшись этим, выдернула Харухиро из-под павшего врага.

– Ня!

Мэри. Мэри присела рядом с ним, её лицо пылало гневом. Она как будто собиралась отругать его, закричать «Ну сколько можно!» или «Опять ты за своё!»

Злится, наверное? Харухиро хотелось оправдаться. Он не делал ничего безрассудного. Он думал, что всё получится. А ещё нужно было закончить схватку как можно скорее.

«Прости...» – мысленно извинился Харухиро. Пока что он решил не шевелиться.

Мэри вычертила шестиугольную звезду над своим лбом.

– О Свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис! Чудо Света!

Шихору, вцепившись в свой посох, нервно оглядывалась. Сетора со скучающим лицом давала какие-то приказы Энбе. Пролился ослепительный свет, и Харухиро зажмурился.

Вскоре после того, как они покинули Могильник Катан, выяснилось, что няа Сеторы убили гуорелы.

– Вот уж невезение, – недовольно сказала Сетора, – Надо же было напороться на стаю гуорел. Они упрямы, и отделаться от них будет нелегко.

Сетора приказала всем няа убегать, но Киичи оставила при себе. По её словам, Киичи самый умный, верный, заботливый и способный из всех её питомцев. А ещё его уважают остальные няа.

Когда всё уляжется, она отправит Киичи искать остальных. Но, как вскоре стало ясно, с этим придётся подождать.

На следующий день после бегства из Могильника Катан они впервые увидели вдалеке гуорела. Он был сравнительно небольшим, а судя по отсутствию гривы, это была самка. Она смотрела в сторону команды Харухиро. Иначе говоря, их нашли.

– По, по, по, по, по! – заверещала самка. Даже не зная повадок гуорел, было несложно догадаться что это – предупреждение, или доклад, или сигнал.

Если бы некий отброс по-прежнему был с ними, то, наверное, предложил бы напасть на гуорелу. Но он больше не их товарищ, а Сетора сообщила им, что стаи гуорел как правило состоят из двух десятков особей. Страшный редбэк в стае всего один, но даже самки гораздо сильнее человека, а молодые самцы – злы и опасны.

Когда людям Скрытой Деревни приходилось отгонять стаю гуорел, в поход снаряжался крупный отряд из нескольких десятков лучших самураев, некромантов и оммицу.

Команда Харухиро торопливо пустилась в бегство. Они не останавливались даже ночью, а когда перед рассветом решили, что наконец-то можно остановиться и передохнуть, на них внезапно набросилось несколько молодых гуорел-самцов.

Последовал долгий бой, в итоге им удалось убить одного и обратить в бегство остальных, но теперь стало очевидно – стая по-прежнему охотится на них. А значит, остаётся лишь прятаться и убегать – в сражении со стаей команда Харухиро победить не сможет.

Вспоминать последовавшие за этим дни Харухиро не хотел.

Это было слишком тяжело.

Харухиро открыл глаза. На него сердито смотрела Мэри. Ну, может и не сердито, но выражение её лица пугало.

«Наверное, она снова отругает меня» – подумал он.

Мэри, кажется, собиралась что-то сказать, так что Харухиро приготовился к выволочке.

– Если закончила, отойди, – Сетора оттолкнула Мэри в сторону.

– А! – та чуть не упала.

Почему Сетора так поступила? Харухиро возмутился. Пусть она толкнула не его, но Хаухиро это рассердило. А Мэри, должно быть, рассердилась ещё сильнее.

Но несмотря на это, Мэри опустила голову, коротко вздохнула и, вместо того, чтобы вспылить, за что-то извинилась перед Сеторой.

– Не забывайся, – надменно бросила ей Сетора и присела перед Харухиро на корточки.

Да, точно. Сетора всегда держится высокомерно. Ведёт себя так, словно все ей что-то должны, постоянно сыплет колкостями и почти не утруждает себя сопереживанием, состраданием и заботой о своих спутниках.

Харухиро собрался было сделать ей выговор, но тут Сетора протянула обе руки и схватила его за затылок.

– Ты цел?

– Да... Эм. Ну... Мэри вылечила меня. Все раны закрылись.

– Пусть раны и исчезли, ты наверняка не настолько здоров, как был бы, если бы их не получил, – Сетора слегка склонила голову набок.

Эм, она наклонилась как-то слишком близко. Её лицо меньше чем в пятнадцати сантиметрах. Двенадцать или, может, тринадцать. Разве это не чересчур?

Сложно предположить, что она сделает, если попытаться отвести взгляд. Но разве это нормально, вот так смотреть друг другу в глаза? Это как-то слегка, то есть не слегка, а очень смущает.

Кстати, у неё такие большие глаза. Глаза Сеторы. Как-то он поздно это заметил, впрочем. Её глаза такие большие, что, кажется, вот-вот выпадут из глазниц. А ещё у неё мешки под глазами. Это от усталости? Хотя, вроде бы, мешки под глазами были у неё с самого начала.

Хм? Она, вроде, кого-то напоминает?

Кого, интересно?

– Хару, – её надменно очерченные губы шевельнулись, произнося имя Харухиро.

Он не спрашивал, но Сетора, пожалуй, ровесница Харухиро – или даже чуть моложе. Но с самой первой их встречи она ведёт себя так, словно намного старше. Сетора ведёт себя так со всеми, как будто привычка командовать давно и прочно укоренилась в ней.

– Ч-что?..

– Ты – мой парень.

Мэри закашлялась.

Харухиро был очень близок к тому, чтобы посмотреть в её сторону, но, опасаясь вызвать неудовольствие Сеторы, остановился. Нет, стоп! Он же не её парень; он просто притворяется её парнем пока Сеторе не надоест.

Он должен Сеторе. Он попросил её помощи, и она помогла. Она поставила условие, что Харухиро позволит ей забрать свой левый глаз, и Харухиро согласился. Теперь ему ничего не остаётся, кроме как изображать её парня.

Если Сетора спросит – «Ты мой парень?», у Харухиро не было бы выбора, кроме как ответить – «Да, ты совершенно права». Но, если вопрос звучал бы – «действительно ли он её парень?», ответом было бы однозначное «нет».

Он лишь притворяется, это как детская игра. Сетора понимает это? Ну конечно, не может не понимать.

«Ты будешь изображать моего парня».

Вот что она потребовала от Харухиро. Тогда они были знакомы совсем недолго, так что это было бы совершенно невероятно, но если бы Сетора почувствовала к Харухиро что-то большее, чем просто любопытство, что-то сродни влюблённости, то могла бы сказать просто – «будь моим парнем».

Иначе говоря, она лишь играет с ним.

– Хару, – серьёзно сказала Сетора, – Я волнуюсь за тебя.

– С-спасибо?.. – с трудом выдавил он. Сетора хихикнула и взъерошила его волосы обеими руками.

– Ты и правда очень странный, знаешь ли. Но именно за это ты мне и нравишься.

– П-понятно...

– Так и есть. Я не вынесу, если тебя не станет.

Харухиро захотелось поддразнить её. «Ну что вы, Сетора-сан. Что вы такое говорите, я смущаюсь». Но тогда она, наверное, его ударит. Сказать такое он не сможет.

– Н-нет... Я, ну, я не хочу умирать, ничего такого...

– Ты веришь в своих товарищей, и ты сделал это, потому что видел шанс на успех? Это ты хочешь сказать?

– Ну, да...

– Вот только для меня это выглядело как чрезмерно большой риск. Ты слишком низко себя ценишь. Вот почему ты с такой лёгкостью готов пожертвовать собой. В этом твоя сила, но так же и слабость. Понимаешь?

На самом деле, Харухиро понимал это отлично. Шихору и Мэри тоже указывали ему на это. Но он и подумать не мог, что именно Сетора будет вот так его предостерегать.

Это, честно говоря, было неожиданно. Харухиро никак не ожидал, что она может быть такой доброй и заботливой.

– Если ты погибнешь... – Сетора окинула взглядом Мэри, Шихору, Юме и Кузака, – Что станет вот с этими? Они, конечно, могут быть в чём-то полезны, и даже довольно ловко исполняют трюки, которые заучили, но в целом от них никакого толку. Без тебя они не справятся.

– Ну да... – пробурчал Кузак, – Тут и правда не поспоришь.

– Если бы не стало Хару-куна... – протянула Юме.

– Не хочу даже представлять это... – согласилась Шихору.

Мэри промолчала, но что думает она?

Сетора картинно приподняла бровь.

– Только посмотри, до чего они жалкие, – вздохнула она, – Полагаются на тебя полностью. Если уж ты думаешь об их благе, то именно тебе ни в коем случае нельзя погибать. Если уж кем-то и придётся жертвовать, то сначала кем-то из них, а не тобой.

– Я так не могу, – вырвалось у Харухиро, – Чем умирать и позволить перебить всех остальных, мне, как лидеру, нужно оставаться в живых и постараться, чтобы выжили остальные – это ты пытаешься сказать? Умом я понимаю, что это правильно, но каждый раз, когда придётся делать выбор вроде сегодняшнего, я скорее рискну собственной жизнью, чем чьей-то ещё.

– Даже если это неправильно?

– Я хочу принимать верные решения, насколько это возможно. Но я не могу быть кем-то кроме себя самого. Я могу сказать остальным – вот я, такой каков я есть, и хочу чтобы вы доверяли мне, если можете. Но пытаться притворяться кем-то ещё, чтобы мне верили? Разве это правильно? Мы ведь доверяем друг другу свои жизни – то, что дороже всего. Я не хочу лгать своим товарищам. Я не смогу.

– Я ревную, – сказала Сетора.

– А?

– Хочу украсть тебя прямо сейчас.

– Ха?..

Сетора внезапно притянула Харухиро к себе.

К счастью, а может и к несчастью, это был его лоб. Сетора прижала губы ко лбу Харухиро, раздался чмокающий звук поцелуя. Её губы были холодными, но мягкими.

Мэри снова закашлялась.

Она простудилась? – подумал Харухиро. Нет, стойте, Сетора-сан! Что вы делаете? Все же смотрят...

Харухиро, возможно, не имеет права отказываться, но хотел бы всё же чтобы это не происходило на глазах у остальных. Впрочем, просить её делать такие вещи, когда они наедине, тоже казалось неправильным. Как будто она может его не так понять, пожалуй? В этом проблема?

Откуда-то раздалось мяуканье Киичи.

– Остальное попозже, – Сетора мягко оттолкнула Харухиро и встала.

Что значит – «остальное»? Харухиро не очень-то хотелось знать, но если она заставит его делать это «остальное», ему придётся подчиниться – так?

Харухиро тоже встал и, осматриваясь, задумался. Что было бы, если бы гуорелы не преследовали их?

Всё это время они убегали, день за днём, но стая гуорел не отставала. Могло пройти несколько часов или даже полдня с последнего момента, когда они ощущали за собой погоню, но стоило им позволить себе поверить, что всё наконец закончилось, как гуорелы либо нападали, либо пугали их внезапными криками.

Эти существа не просто упрямы. Самки сравнительно боязливы и не спешат нападать. Чаще всего на команду Харухиро нападали полные сил и энергии молодые самцы. Самки первым делом звали сородичей, а редбэка до этого дня они видели лишь несколько раз.

– Ня?.. – Юме склонила голову набок.

– Почему?.. – прошептала Шихору.

– А? – Кузак стоял со щитом на спине, держа в руках лишь катану, – Что это?

Мэри прижала палец к губам, глядя на труп:

– Редбэк...

– А! – Глаза Харухиро расширились. Верно. Редбэк, – Он ведь был их вожаком, да?

– Наверное, но... – Шихору осеклась.

То, то, то, то, то, то, то, то, то, то, то, то...

Этот звук. Харухиро слышал его несколько раз.

– Это... удары, да?

Гуорелы колотят в грудь обеими руками, словно в барабан. Так делают лишь самцы. Скорее всего, таким образом они пытаются испугать соперника, и если двое самцов друг перед другом колотят себя в грудь, значит, вот-вот начнётся драка. Но поскольку молодых самцов стаи держит в повиновении вожак, они почти не барабанят. Как правило, это делает лишь редбэк.

Так рассказывала им Сетора. Но сейчас редбэк здесь, мёртвый.

– Что толку ломать над этим голову, – Сетора хлопнула Харухиро по спине и запрыгнула Энбе на плечи, – Говорила же, они очень упрямы. Энба, вперёд.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

2. Не кусаться.

Странно. Что-то не так. Я не ожидал этого.

Да, Харухиро рискнул. Он прикончил редбэка. Да, успех не был гарантирован, этого нельзя отрицать.

Да, он предполагал, что у него вполне может получиться. И всё же, если бы чутьё не подсказывало, что смерть редбэка может решить проблемы с гуорелами, то Харухиро действовал бы осторожнее.

Гуорелы собираются в стаи примерно из двух десятков особей. Стаю возглавляет крупный самец с гривой красных ороговевших волос – редбэк. А что случится, когда вожака не станет? Молодые самцы начнут драться за лидерство в стае? Или одна из самок станет временным вожаком? Как бы то ни было, стая впадёт в замешательство или вовсе распадётся.

Стаи гуорел упорны и настойчивы. Они не просто гонятся за добычей. Они следуют за ней, никуда не торопясь и не спеша, выжидая, пока добыча не выбьется из сил. Редбэки вдобавок очень умны. Они, очевидно, очень сильны, но редко пытаются решить дело силой. Вот почему тот шанс, скорее всего, был единственным.

Сейчас, вспоминая свои действия, Харухиро понимал, что в тот момент старался ни о чём таком не думать. Не думать, что он должен во что бы то ни стало победить, не думать, что он не может позволить себе неудачу, не думать, что если у него не получится - то всему конец. Чем больше думаешь об этом, тем сильнее напряжение, а напряжение может привести к ошибке. Такому незначительному человеку, как Харухиро, неспособному как следует добиться поставленной цели, лучше стараться держать голову холодной.

Пусть и не без проблем, но ему удалось убить редбэка. Теперь гуорелы отстанут от команды. Ну, возможно, это слишком хорошо, чтобы быть правдой, но по крайней мере, теперь Харухиро и его товарищи получат хоть какую-то передышку. Они смогут оторваться от преследователей и восстановить силы. И если больше не нужно будет убегать и прятаться, то они наконец смогут двинуться к своей цели.

Однако ничего не изменилось.

Редбэка не стало, но гуорелы по-прежнему преследовали команду.

Харухиро снова услышал отдалённые удары – гуорелы колотили себя кулаками в грудь. Иногда, в особо тяжёлые моменты, он слышал удары с севера, и почти сразу – с юга. Ему оставалось лишь предположить, что редбэков больше одного. Но ведь вожак, по идее – единственный редбэк в стае, мёртв. Что происходит?

Единственным плюсом – Харухиро, впрочем, не был уверен, что это такой уж плюс – было то, что теперь, после смерти вожака, гуорелы стали осторожнее. Раньше на команду время от времени нападали молодые самцы. Теперь такого больше не происходило и чаще всего, вслушиваясь, Харухиро слышал лишь шаги и дыхание товарищей.

В такие моменты он думал – может, гуорелы всё же оставили нас в покое? Но каждый раз, когда он позволял себе понадеяться на это, раздавались удары или крики, или вдали наклонялось тонкое деревце, или доносился треск сломанной ветки.

По словам Сеторы, няа Киичи постоянно замечал гуорел. Они здесь. Совсем рядом.

Нагонят нас сзади? А может, они и слева, и справа? Может, даже впереди. Иногда Харухиро казалось, что команда окружена.

Врагов, должно быть, довольно много. Включая редбэка, Харухиро и его товарищи убили пятерых... нет, шестерых. То есть, гуорел осталось лишь чуть больше десятка? Что, правда? И всё? А кажется, что их намного больше.

Все держались очень тихо. Кто последним сказал хоть что-то? Харухиро забыл.

Гуорелы определённо не потеряли их. Они просто изматывают свои жертвы, намереваясь нанести удар, когда те уже не смогут убегать. Так что, наверное, незачем держаться тихо. От разговоров не будет беды – наоборот, беседа может помочь отвлечься.

Но о чём говорить? Харухиро казалось, что стоит открыть рот и само собой вырвется – «как же я устал». А что ещё сказать?

Я устал. Ноги болят. Я сейчас упаду. Нет сил.

Мне надоело. Жарко. Хочу есть. Я на пределе.

Нытьём делу не поможешь. Всем тяжело, и все терпят. Шихору, например, и правда выглядит так словно вот-вот рухнет. Но она продолжает идти. Едва переставляет ноги, но всё же заставляет себя делать шаг, а потом ещё один и ещё. Шихору не хочет ни отстать от товарищей, ни создавать им проблем, а поэтому, напрягая все силы, идёт в ногу с остальными.

Юме и Мэри постоянно держатся рядом с ней. И даже Кузак, идуший впереди девушек, вынужден терпеть тяжесть своих доспехов и щита. Товарищам Харухиро тоже тяжело – так тяжело, как он не может себе и представить.

Только Сеторе, которая сейчас немного обогнала Харухиро, должно быть легче. В конце концов, она ведь большую часть пути едет на плечах Энбы.

Голему плоти достаточно получать регулярные уколы какого-то странного препарата и принимать особые таблетки, и тогда он может действовать практически вечно. Во время переходов Энба служил Сеторе транспортом. Он, может, чуть покачивался при ходьбе, но вряд ли её это укачивало, и в любом случае так проще, чем на своих двоих. Собственно, за исключением Энбы, чью голову закрывала повязка, Сетора единственная из всех сохраняла спокойное выражение лица.

Иногда Харухиро это раздражало.

Впрочем, он мог с этим мириться. «Так нечестно», «Могла бы разделить тяготы с нами» – ничего такого Харухиро не думал. Если у Сеторы есть возможность беречь силы для того момента, когда они понадобятся, то так ей и нужно поступать. Харухиро рассчитывал, что в худшем случае, если они попадут в безвыходную ситуацию, хотя бы Сетора с Энбой смогут сбежать.

Сетора ведь не его товарищ.

Пусть события и свели их вместе, но, тем не менее, их ничто друг с другом не связывает – а теперь Сетора попала в беду вместе с Харухиро и его командой. Харухиро, хотя и верил что они смогут выбраться, всё же не считал нынешнее положение таким уж радужным.

Он не сомневался – его товарищи готовы к худшему. Они уже через многое прошли вместе. Они приложат все силы, сделают всё, что возможно, а после останется лишь надеяться на удачу. Но, будучи уверен, что сделал всё что мог, Харухиро сможет принять любой итог. Он не будет винить своих товарищей, а те, в свою очередь, наверняка не будут винить его. Но Сеторе не обязательно разделять их судьбу.

Где мы вообще?..

Это уже не Тысяча Лощин, а юго-западная часть гор Куарон. Это Харухиро знал, но где именно? И куда они направляются?

На восток. Более или менее. А куда они доберутся, если продолжат идти на восток? К морю? Нет, море ещё очень далеко. Хотя, как далеко это «очень»? Сто километров? Если уйти так далеко, то гуорелы наверняка не последуют туда за ними. Харухиро, впрочем, не мог быть уверен, но надеялся, что это так.

Если бы тот идиот был здесь, то наверняка бы жаловался без конца. Оскорблял меня, громко возмущался и постоянно задирал бы нос. Сейчас Харухиро злился, даже просто представляя себе это.

Хорошо, что его здесь нет. Без него легче. Он больше не их товарищ. Он всегда был проблемой. Харухиро больше не желал даже видеть его лицо. Бывали моменты, когда он даже жалел, что вынужден дышать одним с ним воздухом.

Впрочем, он хорошо потрудился, стараясь выносить его общество. Это сделало Харухиро более сдержанным. И, как небольшой побочный эффект – тот отброс был настолько отвратителен, что по сравнению с ним кто угодно теперь покажется нормальным. Возможно, необходимость терпеть его помогла Харухиро вырасти как личности?

Теперь, когда его нет, стало очень тихо. Или даже можно сказать «мёртвенно-тихо». Ну, без него всё равно лучше. Гораздо лучше, чем терпеть этого никогда не затыкающегося отброса.

«Эй, ты», – сказал бы он, – «Хватит нести чушь, сам же потом пожалеешь. Да ты уже жалеешь, а, Парупиро? А? А?»

– Чёрт... – пробормотал Харухиро. У него начались слуховые галлюцинации.

Нет, он ничего не слышал. Просто этот отброс наверняка сказал бы что-то похожее. Мысль просто возникла в голове, и воображаемая фраза сама собой прозвучала в ушах. Хотя Харухиро и хотел бы забыть о нём.

– Шихору, – донёсся до него голос Мэри.

Харухиро обернулся. Шихору стояла на коленях, обхватив посох и привалившись плечом к дереву. Она тяжело дышала.

Юме стояла рядом и гладила Шихору по спине. Она подняла голову.

– Хару-кун.

Шихору низко опустила голову. Лицо Юме было испачкано, она выглядела очень уставшей. Мэри тряхнула головой, и во все стороны разлетелись капельки пота.

Кузак измученно выдохнул и уселся на землю. Он явно старался нарочито показать, до какой степени устал, чтобы Шихору не чувствовала, что все остановились из-за неё одной. Очень в его стиле – вот так по-своему заботиться о других.

– Давайте передохнём, – сказал Харухиро. Он поднял голову – сквозь ветви деревьев проглядывало алеющее небо. Уже вечер? Ему хотелось сесть. Нет, ему хотелось спать. Плохо.

Вдалеке снова послышались удары – какой-то гуорела опять забарабанил кулаками по своей груди. Бам, бам, бам, бам...

Да ладно.

Они что, следят за нами? Должно быть, так, судя по тому, как идеально выбрано время.

Шихору подняла голову. Она пытается встать. Ну конечно, пытается. У них нет выбора. Нужно идти дальше.

Харухиро шагнул вперёд.

Сетора остановила его:

– Отдыхайте.

– Нет, но... – Харухиро попытался возразить, но осёкся. Само его тело противилось. Он настолько устал?

– Мы с Киичи найдём врагов, – Сетора покосилась на Харухиро, уголки её губ на мгновение приподнялись, – А вы останьтесь здесь. Вряд ли вы сможете отдохнуть, но постарайтесь хоть немного набраться сил.

– Прости. Надеемся на тебя, – на эти слова ушёл остаток сил Харухиро. Как только он уселся, у него вдруг перехватило дыхание. Перед глазами всё поплыло. Ну и ну. Кажется, я уже был готов упасть в любой момент.

Сетора спрыгнула с плеч Энбы. Она пойдёт сама, и поведёт за собой голема? А где Киичи? Его не видно.

Юме обняла Шихору, притянула к себе и успокаивающе погладила по голове.

Мэри смотрела вверх словно в трансе.

Сетора и Энба растворились в лесу.

В висках Харухиро бешено стучала кровь. Сердце колотилось как бешеное и не собиралось униматься.

И тут он осознал, что больше не слышит барабанного боя гуорел.

– Они сбежали?.. – пробурчал себе под нос Кузак.

Мгновением позже до Харухиро дошло, что речь про Сетору с Энбой. И тогда он понял, что был беспечен. Она могла использовать их как приманку, чтобы обеспечить себе побег.

Харухиро не думал об этом, но полностью исключать такой вариант нельзя. Но, хотя... Нет, вряд ли. Если бы Сетора собиралась так поступить, то сбежала бы гораздо раньше. А ещё это было бы совсем на неё не похоже. Сетора, конечно, хладнокровная – а точнее, бессердечная и равнодушная, но при этом на удивление верная своему слову. Харухиро полагал, что если она захочет бросить их, то бросит, и если захочет использовать, то использует, но обязательно предупредит прежде чем действовать. Она безжалостна, но не коварна. Во всяком случае, такое впечатление она производит.

– Отдыхай, – сказал Харухиро, и Кузак, бросив «ладно», улёгся на бок и тут же захрапел.

– Я же не сказал – «спи»... – пробормотал Харухиро.

Шихору хихикнула. Юме, поникнув, выдала странный смешок – «Фунюню...»

Харухиро встретился глазами с подавляющей зевок Мэри. Та смущённо опустила глаза.

– Прости...

– Тебе не за что... – ...извиняться, хотел продолжить Харухиро. Но тут его сердце, успокоившееся было, снова бешено застучало.

Бам, бам, бам, бам, бам....

Снова барабанный бой. На этот раз с другой стороны.

Харухиро хотелось выругаться, но он сдержался. Злость тут не поможет. Позволить эмоциям взять верх значит дать гуорелам то, что им нужно.

...Хотя, какая уже разница? Положение безвыходно. И почему гуорелы до сих пор просто не перебили нас? Играют с нами? Нам же никак с ними не совладать.

А может, это не так?

На самом деле, возможно, гуорел не так и много как кажется. Они могут просто изображать, что их много.

Но нет, судя по звукам, удары издают несколько гуорел. Или, другими словами, несколько редбэков.

Впрочем, Харухиро рассуждает исходя из того, что слышал от Сеторы. Сетора могла ошибаться. Возможно, поведение гуорел не так хорошо изучено, и он пытается делать выводы из непроверенных предположений. Пусть даже в большинстве случаев барабанит по груди только редбэк, могут быть исключения.

Итак, можно предположить, что гуорелы не надеются победить в прямой схватке с командой – или, во всяком случае, предполагают, что понесут большие потери.

Потери, значит.

Гуорелы добывают пропитание охотой и, вероятно, предпочитают обходиться вообще без потерь. Как, собственно, и сам Харухиро. Одно дело раны – их можно исцелить магией света, но потери недопустимы. И, разумеется, гуорелы тоже должны следовать такой логике.

Харухиро и его команда уже убили нескольких гуорел. Те должны это понимать. Если даже они набросятся на людей все разом, люди не сдадутся без боя. Пусть Харухиро с товарищами и не смогут сбежать, но будут защищать свои жизни всеми силами. И обязательно заберут с собой хотя бы нескольких нападавших.

Гуорелы знают, что им попался не простой враг. Пусть Харухиро с товарищами и не первосортные солдаты добровольческого корпуса – да они и на второсортных не тянут, но всё же их команда может постоять за себя.

Если бы гуорелы могли говорить, Харухиро сказал бы им: «Вам будет непросто нас взять. Если хотите жить, найдите другую добычу. А если хотите напасть, давайте. Но я уверен – вы тоже хотите жить. Давайте просто разойдёмся»

Раздался шорох листьев.

Харухиро вскочил, выхватывая стилет.

– А! – он так перепугался, что, казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Это были Сетора с Энбой. Они вернулись?

– Что, Хару? – спросила Сетора, – У тебя жуткое выражение лица.

Харухиро, смешавшись, опустил стилет. Он попытался сглотнуть слюну, но обнаружил, что в горле пересохло.

– Кузак! – окликнула Мэри.

– Да... Я не сплю... – Паладин медленно сел, потряхивая головой.

– Сетора-ан, – голос Юме звучал почти по-неуместному мягко, но Харухиро он показался успокаивающим, – А куда делись все няа?

Не обращая на неё внимания, Сетора подошла к Харухиро. Она придвигалась всё ближе и ближе, прикоснулась к его руке, правому плечу, бедру, боку...

Эй, щекотно же...

– Ч-ч-что?

– Просто проверяю. Не обращай внимания.

– Н-но я не могу не обращать...

– Что именно «проверяю»? – зачем-то спросила Мэри.

– Кхе... – Шихору подавила смешок, или закашлялась, или что-то ещё?

– Хару, – Сетора зачем-то оглянулась на Мэри, и придвинула губы к уху Харухиро. Это движение, разумеется, вынудило её прижаться к нему всем телом. Харухиро едва не отшатнулся. Если бы не обязанность изображать её парня, он бы отскочил назад, – У меня есть план. Выслушаешь?

– Я хочу выслушать, но, может, сначала отодвинешься немного?..

– Я делаю это потому, что не хочу отодвигаться, – заявила Сетора, – А что? Что-то не так?

– Д-да нет... Всё так.

– Вот и хорошо, – Сетора потёрлась об ухо и шею Харухиро, словно кошка.

Эмм... Ему стало неловко. Все ведь смотрят. Что она делает? Я... я даже не знаю, как реагировать.

Впрочем, он не мог ничего сделать. Оставалось лишь терпеть.

– Честно говоря, я тревожилась, – сказала Сетора, – Мне начало казаться, что ты на самом деле ненавидишь меня.

– Нет... не ненавижу.

– Но я тебе и не нравлюсь, так?

– Нет... Ну...

– А ты честный.

– Н-не знаю.

– У няа течка происходит дважды в год, но у людей, похоже, нет брачного периода, – проговорила Сетора, – Так когда же случается течка у нас? Меня всегда это интересовало.

В версии с изображениями тут находится картинка.

– П-правда?

– Вот оно что. Значит, вот что чувствуешь, когда оказываешься рядом с подходящим мужчиной?

Сетора прижалась носом и губами к шее Харухиро, втянула воздух, словно принюхиваясь, и жарко выдохнула.

Его товарищи выглядели не столько удивлёнными, сколько ошарашенными. Да и сам Харухиро не знал, что делать. Что Сетора сделает дальше, если её не остановить? Что случится?

И вообще, это разве нормально? Не лучше ли оттолкнуть её?

Пока он пытался набраться храбрости, правую сторону шеи вдруг пронзила резкая боль.

– Ай! А?! Ты... Ты укусила меня?! Только что?! Зачем?!

– Прости, – Сетора плавно отодвинулась. Её лицо залил румянец, – Не могу объяснить почему, но мне захотелось тебя укусить. Понятно. Люди совершают странные вещи, когда у них течка.

– Р-разве?..

– Ну, это может зависеть от человека. Ты же понимаешь, это и мой первый раз? Меня интересует любовь, и чувственная и плотская, и ты действительно произвёл на меня впечатление, но я не ожидала, что влюблюсь.

– Влюблюсь... – эхом повторила Мэри себе под нос, а Шихору издала ещё один странный кашель.

– А Харухиро, похоже, популярен у девушек, – заметил Кузак.

Что за глупости он говорит? И почему Юме кивает, словно согласна?

– Популярен? – Сетора уставилась на Кузака, – О чём это ты? У Харухиро что, есть другая?

– Нет, просто была ещё одна девушка, которая говорила, что ей нравится Харухиро. Правда, она в другой команде...

– Что ты сказал?!

– А, Миморин? – Юме скрестила руки на груди и надула щёку, – Кстати, давненько её не видела. Интересно, как у неё дела. Надеюсь, все хорошо.

Сетора цокнула языком и скрипнула зубами.

– Кто-то опередил меня? Ну, раз он из тех, в кого могу влюбиться я, то это можно понять. Но всё равно бесит.

– Нет, понимаешь, я не встречаюсь с Миморин, – не сдержался наконец Харухиро.

– О, отлично! – Сетора расцвела, – Замечательно! Значит, это будет первый раз для нас обоих, всё как надо. Я не хочу позволять кому-то ещё прикасаться к тебе, и не хочу, чтобы меня касался кто-то кроме тебя. Если увижу, что ты целуешь другую, то даже разорвать её в мелкие клочки будет мало.

В мелкие клочки? Это немного чересчур, и, честно говоря, звучит жутковато....Постойте, мы же говорили о другом. Мы совсем отошли от темы...

– А-а что насчёт плана? – нервно спросил Харухиро.

– А-а... – Сетора собралась было что-то сказать, но тут...

Бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам...

– Опять! – Кузак поддал ногой землю.

Шихору посмотрела на Харухиро исподлобья. Несмотря на истощение, её взгляд был полон силы.

– ...Похоже, выбора у нас нет.

Харухиро кивнул. Волшебница права – их команду уже настигли. Каков бы ни был план, придётся следовать ему.

Солнце скоро сядет. Опускаются сумерки – точнее, уже почти стемнело. Слышался стрёкот насекомых. Изредка доносился барабанный бой гуорел, но другие звуки не затихали. Звуки, подобные рвущейся бумаге, звуки, подобные металлу, скребущему о стекло, и звуки, подобные рыданию.

Уши болели, а голова, казалось, вот-вот расколется пополам. Тело казалось неподъёмно тяжёлым.

Нет, приказал себе Харухиро. Не думай о том, как тебе тяжело и неприятно. От этого лишь хуже. Сейчас прохладнее, чем днём. Точно. Всё не так уж плохо.

Ведомые Сеторой, указывавшей путь с плеч Энбы, Харухиро и его товарищи продвигались всё дальше и дальше на восток через юго-восточную оконечность гор Куарон. Впрочем, они находились у подножия, так что местность представляла из себя просто очень пологий склон.

Я всё ещё могу идти, повторял про себя Харухиро. Тело пока ещё повинуется. Всё в порядке.

Ему хотелось подбодрить даже не себя, а своих товарищей – в особенности Шихору. Но было ощущение, что стоит обернуться и попытаться заговорить, как какие-то нити внутри него оборвутся. Какие нити? Харухиро не знал, но они ощущались как нечто очень тонкое и натянутое до предела. Стоит чуть ослабить или потянуть ещё сильнее, и тогда быть беде.

Опять? Когда мы наконец куда-нибудь придём? Нам всё ещё нужно идти?

А что, если гуорелы нападут прямо сейчас?

Думать об этом совсем не хотелось. Если нападёт немного, то, может, получится отбиться, но против десятка или больше долго не продержаться. Впрочем, нет смысла тревожиться из-за того, на что никак не можешь повлиять.

Кроме того, они до сих пор не напали. Возможно, и не нападут пока не остановимся. Наверное, выжидают момент когда мы окончательно выдохнемся и не сможем защищаться.

Это состязание в выносливости. Жертва или хищник. Охота будет продолжаться, пока кто-то не смирится с поражением.

Шедший впереди Энба остановился. Сидевшая на его плечах Сетора подняла правую руку.

Харухиро упустил его появление, но у ног Энбы сидел серый няа. Киичи.

– Хоооооооооооооо!

Что?

Это голос гуорел?

Харухиро впервые слышал такой звук.

– Хи!

– Ха!

– Хо!

– Хи! Хи!

– Ха! Ха!

– Хо! Хо!

– Хи-и-и! Хо!

– Хи! Ха! Хо! Хо! Хо!

– Хо! Хо! Ха! Ха! Хо! Ха! Хоо-хо!

Крики – вероятно, гуорел – раздавались со всех сторон.

Харухиро обернулся. Кузак. Юме. Шихору. Мэри. Все застыли, готовые спасаться бегством. Харухиро тоже было страшно.

Что ж, вот и всё.

– Хо, хо, хо, хо, хо!

– Хи, хи, ха, хо, ха, хо, хи!

– Хэ, хэ, ха, хи, ха, ха, ха, хо!

– Ха, ха, ха, а, ха, ха, ха, ха, ха!

С неба всё ещё струился слабый свет, но солнце уже опустилось за горизонт на западе, и подступали сумерки. Харухиро не видел врагов, но по крикам понимал, что гуорелы нападают со всех сторон.

Нет, не так. Не со всех.

Сетора спустилась с плеч Энбы. Присела, и протянула руку к Киичи. Тот издал короткое «Няа» и подбежал к ней. Сетора подняла няа на руки, крепко обняла. Обернулась к Харухиро и остальным.

– Готовы?

Кузак сделал глубокий вдох.

– Да!..

– Ня! – Юме поднесла руку к голове, словно в салюте.

Шихору молча кивнула.

– Да, – коротко ответила Мэри, посмотрела на Харухиро и слабо улыбнулась.

– Хоа!

– Ха!

– Хэа!

– Ха! Хо-хо!

– Хи, ха, ха, хо, ха, ха, ха, ха!

– Хэа, хэ, хэ, хэ, хэ, хэ, хэ, хэ, хэ!

Рядом.

Они уже совсем рядом.

Харухиро, а вслед за ним и остальные подошли туда, где остановились Энба с Сеторой. Короткий взгляд вперёд послал по его спине мурашки.

Как же высоко...

В последний момент догадавшись смолчать, Харухиро сдержал эти слова.

Тупик. Следующий шаг приведёт в пустоту. Перед ними обрыв – такой крутой, что даже скатиться вниз не получится. Не десять метров, и даже, наверное, не двадцать. Несколько десятков. Хотя, наверное, и меньше пятидесяти. Может быть.

К счастью, внизу не камни, а река. Иначе план бы не сработал. Само собой.

Только подумать, если бы там была твёрдая земля. Падение с такой высоты означало бы верную смерть. Но они не решили совершить массовое самоубийство, предпочтя смерть съедению гуорелами. Пусть их решение и отчаянно, надежда есть. Они собираются выжить.

– Хо, хо, хо, хо, хо, хо, хо, хо, хо!

– Хиа! Хо, хо, хо, хо, хо, хо, хо, хо, хо!

– Помните, ногами вперёд, – предупредил Харухиро. – Падайте ногами вперёд. Просто сосредоточьтесь на...

Не договорив, он прыгнул. Внезапно в нём проснулась решимость, и под действием сиюминутной храбрости он ринулся вниз.

Я всё испортил? Напутал? Ошибся?

Но, возможно, так лучше. Чем стоять на краю и подталкивать друг друга – давай ты, нет, давай ты – лучше кому-то первому решиться, а для остальных может оказаться проще последовать примеру.

– О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о?!

Нет, нет, не верю, не может быть, нет, отчаянно проносилось у него в голове. Высоко, высоко, высоко, высоко. Гораздо выше чем я думал. Как же страшно. Кишки сейчас вывалятся изо рта. Мозг заклинило.

Это то, что я думаю?

Верная смерть?

А вроде долго лечу. Тут же не несколько сотен метров, я-то думал всё кончится быстро, раз-два и готово, в безопасности.

Интересно, почему так? А остальные? Последовали за мной? Они смогли прыгнуть? Каково им?

Ох, чёрт. Казалось, что падаю долго, но вот она, река. Уже совсем рядом. Река, река, река. Всё ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе, ближе.

– Ногами вперёд! – проорал Харухиро.

Зачем я повторяю то, что уже сказал? – укорил он себя.

Раздался оглушительный всплеск и, разумеется, последовал оглушительный удар.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

3. Прильнув друг к другу

– Хару-кун! – раздался крик Юме, – Нашла! Кузаккун здесь!

– А?! Где?!

– Здесь! Тут, сюда, Хару-кун!

Голос Юме доносился с той стороны, куда текла река. Харухиро отплыл от берега и, позволяя течению помогать себе, двинулся на зов.

Впрочем, он держался близко к отмели, так, чтобы ноги всегда могли достать до дна. Харухиро совершенно не был уверен, что сможет выплыть, если его понесёт поток. Лучше не рисковать.

Было темно, но отражавшийся в воде свет луны и звёзд позволял более-менее различать силуэты. Однако ничего дальше берега Харухиро не видел.

– Шихору?! Мэри?!..

– Да, мы слышали!

– Мы тоже идём! Харухиро-кун, ты цел? Осторожнее!

– Спасибо, Шихору! – отозвался Харухиро и поспешил вниз по течению.

Кстати, подумал он, а в этой реке не водится ничего опасного? Внезапная мысль тревожила, но сейчас не время её озвучивать.

Он увидел. Человеческий силуэт на отмели, тащит что-то тяжёлое. Наверное, это Юме, а «что-то тяжёлое» – Кузак. Он без сознания?

– Юме, я помогу! Я рядом!

– Н-ня-а!

Харухиро заторопился к отмели. По дороге он наступил на скрытый под водой камень, поскользнулся и наглотался воды, но в конце концов всё же добрался до Юме.

Она волокла Кузака за правую руку, кряхтя от натуги.

Харухиро схватил Паладина за левую:

– Кузак, ты ведь жив, да? Ты просто без сознания? Кузак! Кузак!

Пытаясь докричаться до товарища, Харухиро вместе с Юме вытащил его на берег. Мэри и Шихору тоже что-то кричали, торопясь в их сторону.

На голове Кузака по-прежнему был шлем. Харухиро первым делом сорвал его.

– Кузак! Кузак! Кузак! – звал он, отбрасывая в сторону щит и большую катану, которые Кузак носил на спине. Юме помогала ему.

Харухиро наощупь нашёл рот Кузака. Нижняя челюсть безвольно висела.

– Хару-кун, он дышит?!

– Нет!

Харухиро схватил Кузака за запястье. Пульса нет.

Этого не может быть, подумал он. Нет, рано отчаиваться.

– Его доспехи мешают! Помоги снять нагрудник!

– А-ага!

Пока Харухиро и Юме срывали доспехи, подбежали Мэри с Шихору. До Харухиро донёсся вопрос одной из них «Как он?», но отвечать не было времени.

Харухиро перекатил Кузака на спину и надавил ладонью на грудь. Потом снова и снова, в быстром темпе.

– Не больше тридцати раз! – предупредила Мэри, и Харухиро остановился. Положил правую ладонь на лоб Кузака, а левой рукой приподнял подбородок.

Так, как это надо делать? Точно. Освободить дыхательные пути. Вот так. Дальше, сжать нос и...

– Два вдоха! – окрикнула Мэри, – И снова надави на грудь!

Следуя её инструкциям, Харухиро закрыл рот Кузака своим. Выдохнул изо всех сил. Когда он разжал зажимающие нос Кузака пальцы, показалось, что тот выдохнул – но это, скорее всего, просто выходил наружу воздух, который вдохнул Харухиро. Харухиро повторил искусственное дыхание, и снова надавил на грудь Паладина. Тридцать раз.

– Если устанешь, Юме тебя подменит!

– Пока держусь!

Искусственное дыхание. Массаж сердца. Искусственное дыхание. Массаж сердца. Кузак. Вернись. Вернись к нам. Кузак. Ты силён. Сначала я не верил в тебя, но ты понял, что от тебя требуется, и вырос. Ты преодолел себя. Слабый не смог бы этого сделать. Кузак. Ты силён. Ты не умрёшь от такого пустяка. Очнись, Кузак. Вернись. Кузак.

– Кузак!..

Кха! Кузак выкашлял что-то. Кажется, воду.

Хорошо. Отлично, отлично, отлично!

– На бок! – закричала Мэри, поворачивая лицо Кузака вправо, – В сторону, Хару!

– Да! Остальное за тобой, Мэри!

– Всё хорошо! – Мэри вычертила шестиугольник и вдавила руку в грудь Кузака, – О Свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис! Чудо Света!

Харухиро плюхнулся на землю и сощурился, глядя на излившийся из рук Мэри ослепительный свет.

– Ня-а-а! Кузаккун! – Юме запрыгала на месте.

Шихору положила руки на плечи Харухиро. Она дрожала. Казалось, Шихору хочет что-то сказать, но не может выдавить ни единого звука. Харухиро накрыл своей правой рукой её левую ладонь.

Он внезапно осознал, как близко прошла беда. Он не ожидал, что Кузак может умереть, но... но теперь к глазам подступили слёзы.

Самому Харухиро, Юме, Энбе и Киичи повезло – они пережили прыжок с обрыва почти без повреждений, но у Мэри, Шихору и Сеторы были переломы, ссадины и другие раны.

Хорошо, что в команде есть Мэри. Раненые сумели добраться до берега, где Жрец исцелила всех магией света. Кроме Кузака.

Он утонул или расшибся, падая в реку, – как бы то ни было, его недосчитались, когда все собрались на берегу. Сетора, Энба и Киичи отправились проверять, не преследуют ли их гуорелы, Юме с Харухиро принялись искать в реке, а Мэри с Шихору осматривали берег. Кто знает, что могло случиться, если бы они нашли Кузака хоть сколько-нибудь позже?

К тому моменту, когда Юме вытащила Кузака на берег, его сердце уже остановилось, а лёгкие и трахею заполнила вода. Он был ещё жив, но Чудо Света не спасло бы его – он не смог бы дышать, и сердце остановилось бы снова. После искусственного дыхания Кузак пришёл в себя, выкашлял воду, и лишь тогда появилась возможность применить магию лечения.

По правде говоря, поступок не был продуманным. Харухиро перепугался и действовал наобум, но, к счастью, совершенно правильно.

Мы сумели спасти его. В глазах Харухиро помутилось от слёз. Плохо. Я больше не смогу сдерживаться. Да и зачем?

По щекам полились слёзы. Наверное, когда хочется плакать, лучше просто плакать. А ещё сейчас темно, так что, к счастью, слёз никто не увидит.

– Харухиро-кун... – Шихору прижалась лицом к его голове.

Она не плакала. Она уже не та плакса, которой была когда-то. Шихору пытается поддержать Харухиро.

– Спасибо, – тихо сказал он, вытирая слёзы правой рукой.

Шихору помотала головой.

– О! А?! – Кузак подскочил, Юме и Мэри вскрикнули от неожиданности.

– Эй! – донёсся крик Сеторы, – Нашли своего дылду?!

Шихору торопливо отстранилась.

Противоположный берег реки был пологим и порос деревьями. С той стороны появились Сетора с Энбой.

– Нашли! – Харухиро ещё раз утёр лицо обеими руками и встал, – Какие новости?

Хи!

Хо, хо!

Ха, ха, ха!

Хо, хо, хо, хо!

Прежде чем Сетора успела ответить, раздались крики гуорел – впрочем, отдалённые. Скорее всего, преследователи по-прежнему там, наверху, на том обрыве, с которого спрыгнули Харухиро и его спутники.

– Они ещё не добрались дотуда, – Сетора мотнула подбородком в сторону противоположного берега, – Вряд ли они спустятся по обрыву. Можно, конечно, обойти, но это их задержит.

– Тогда, пожалуй, лучше поспешить.

– Именно. Раз ваш дылда очухался, идём сейчас.

– Послушай... У него вообще-то имя есть. Он Кузак, а не «дылда».

– Я помню имена только тех, кто что-то для меня значит. Могу запомнить и его, если уж настаиваешь, но тогда мне потребуется награда.

– Награда?

– Ну, придумай что-нибудь. Приласкать меня как-нибудь или поцеловать. Я, правда, плохо в таких вещах разбираюсь, но должно быть приятно, да?

– Н-не знаю... Ладно, забудь пока. Придётся Кузаку пока побыть «дылдой»,

– Ну-у...

Как же хорошо, что она не настаивает.

Они собрали вещи Кузака и как могли выжали его одежду. Высушить как следует не было времени.

Харухиро и остальные снова пустились в путь. Путь, разумеется, указывала сидевшая на плечах Энбы Сетора. Иногда откуда-то доносилось мяуканье Киичи. Сетора отправила его вперёд и теперь перекликалась с ним, узнавая дорогу.

Со временем крики гуорел затихли позади. Все, конечно, сильно устали, но теперь, без погони, ощущали себя гораздо легче.

Хотя нет, расслабляться всё ещё рано. Гуорелы действительно упорны. Они пересекут реку, даже если придётся идти в обход. Лучше исходить из этого. Если готовиться к худшему с самого начала, то неприятности не застигнут врасплох, не испугают и не огорчат.

Харухиро, по крайней мере, должен быть готов. Гуорелы снова нападут. Обязательно. В этом не может быть сомнений.

– Сетора, – сказал он.

– Что?

– Ты нас спасла.

– Пустяки. Я спасла и себя тоже. К тому же, как бы я не относилась к остальным, но тебе я умереть не дам.

Каждый раз, когда она говорила Харухиро что-то в таком роде, его мозги отказывали. Он просто не знал как отвечать.

– Ну, в общем... То есть, да. Э, я тоже не хочу умирать...

– А ещё я бы с радостью попробовала зачать от тебя ребёнка.

– Э... А... Эм-м... П-погоди...

– С другой стороны, я вроде бы, конечно, знаю как это делается, но всё ли пройдёт хорошо? Это будет первый раз для нас обоих, и, пожалуй, что-нибудь может пойти не так.

– О-о... – протянул вдруг Кузак, словно что-то вспомнивший.

– У-у тебя уже есть опыт?.. – спросила Шихору.

– Да нет, нет, – сказал Кузак, – О. Хотя, я же не могу знать наверняка? Мы же забыли всё, что с нами было до Гримгара. А кстати, это же касается каждого из нас, так? Значит, и Харухиро не знает наверняка.

Харухиро был уверен.

– Нет, я никогда ничего такого не делал.

– А ты, наверное, был популярен, Кузак-кун, – заметила Шихору, – Ты ведь такой высокий.

– Нет-нет, Шихору-сан, вовсе нет, – торопливо заговорил Кузак, – Мой рост ведь больше, чем просто «высокий», так? Думаю, такой рост скорее отталкивает.

– А кста-ати, – вставила Юме, – Когда Юме говорит с Кузаккуном ей всегда приходится запрокидывать голову! И шея каждый раз немножечко боли-ит...

– Да, Юме-сан, я понимаю. Не уверен, но такое чувство будто мне всегда это говорили. Я, пожалуй, сантиметров на десять выше чем стоило бы. Хотя, для Паладина ведь важен высокий рост, так что, может, это и к лучшему?..

– Кузаккун! – раздался хлопок – должно быть, это Юме хлопнула Кузака по спине, – Ты самый распрекрасный падалин! Ты круче всех!

– Р-разве? И я Паладин, а не «падалин», кстати... Но я ведь только что упал в реку и чуть не утонул...

– Просто у тебя доспехи самые тяжёлые, – поспешила успокоить его Шихору.

– Вот, видите? А я этого не учёл. Всегда забываю о таких вещах. Или у меня просто не хватает мозгов? Наверное, так и есть.

Сетора фыркнула.

Мэри молчала. Ей нездоровится? Кроме того, ей пришлось лечить раненых, и она наверняка устала. Харухиро хотелось заговорить с ней, но он не хотел разозлить Сетору. Но почему Сетору вообще может разозлить его забота о Мэри?

Ах, ну да.

Сетора может заподозрить, что Харухиро слишком уж много думает о Мэри. Что он, может, влюблён в неё. Точно.

Ну, это ведь правда.

Да, конечно, то, что чувствует Харухиро, это не более чем одностороннее влечение, не имеющее никаких шансов на развитие. Он отлично это понимает. В конце концов, они ведь просто товарищи. Не больше и не меньше. Мэри сама это прямо сказала.

Кроме того, из них и не получится пара. Что Мэри думает о Харухиро? Даже сам вопрос кажется глупым. Ничего, конечно же. Они просто товарищи.

Да, она, похоже, уважает Харухиро как предводителя – и он благодарен ей за это. Она всегда так заботится о нём – и за это он благодарен тоже. Мэри и правда очень много сделала для него.

Спасибо. Спасибо. Спасибо...

Так, стоп.

Я словно не в себе. Так нельзя. Я – предводитель.

Первое – гуорелы. Возможно, они по-прежнему идут по следу отряда. Нужно оставаться начеку. И второе – нельзя забывать о риске наткнуться на каких-нибудь ещё существ, столь же опасных, как гуорелы.

Конечный пункт маршрута – Ортана. Но Ортана слишком далеко. Значит – море. Да. Нужно добраться до моря.

Хорошо бы добраться до вольного города Веле. Между Веле и Ортаной существуют торговые пути. Раз торговые корабли способны ходить между городами, значит, существует безопасный маршрут. Добраться до Веле, а потом по морю. Осмотрительно и без спешки, шаг за шагом.

Пока что я в порядке. Устал, но тело слушается. Однако было бы ошибкой полагать, что это может длиться вечно. Если не отдохнуть, то силы изменят – и это может случиться уже очень скоро.

Также нужна еда. Киичи может добыть пищу для Сеторы, но Харухиро и остальные должны позаботиться о себе сами. Предстоит много работы.

Может, подыскать место для отдыха и заняться добычей пропитания? Но большинство опасных зверей ведут ночной образ жизни, да и ночью сложно ориентироваться. Тогда, наверное, лучше подождать с отдыхом до рассвета? Но продержимся ли мы?

Во мраке глаза изменяют, заставляют видеть то, чего на самом деле нет.

Вон там что-то мелькнуло.

И там.

И вон там тоже.

Раздался пронзительный крик. Нет, это просто ночная птица. Скорее всего.

Раздался звук чего-то, стремительно приближающегося сзади. Или это просто шорох ветра в листве?

Чудо, что мы до сих пор живы.

При этой мысли Харухиро ощутил, что их команда, пожалуй, к этому моменту уже должна была погибнуть несколько раз. Впрочем, не время думать о прошлом. Нужно смотреть на то, что прямо перед ними сейчас.

Нет, так тоже неправильно. Следует не забывать также смотреть по сторонам, назад, а ещё вниз и вверх.

Почему приходится столько выносить ради выживания?

Неужели жизнь так уж ценна?

Сил уже почти не осталось. Всё тело болит. Если уж придётся умереть, то остаётся только умереть. Что в этом такого?

Мне что, правда так хочется вернуться в Ортану? Это ведь даже не моя родина. Зачем мне туда?

Харухиро не хотел думать об этом – да, пожалуй, ему и не стоило позволять себе эту минутную слабость. Но он не смог себя перебороть.

Да, он идёт вперёд. Но ради чего?

Манато? Могзо? А вы знаете? Расскажите мне. Неужели быть живым так хорошо? А каково там, где вы сейчас? Быть живыми правда лучше?

Хотя, вас ведь может просто не быть нигде. Мы поэтому цепляемся за жизнь? Потому что после смерти есть лишь ничто?

Но ведь если это так, то мы и не осознаем это ничто, а значит, не о чем и сожалеть. Нам не будет страшно. Мы ничего не будем чувствовать. А значит, незачем бояться и смерти, так?

Там не грустно, не одиноко, не тревожно. Даже, пожалуй, можно сказать – покойно. А вот жизнь, по правде говоря, гораздо чаще тяжела, чем легка.

Бывают моменты, когда хочется наконец освободиться от жизни раз и навсегда. Да, конечно, в жизни есть и радость, и веселье. Но счастье и удача длятся лишь миг. Этот миг остаётся лишь в смутных воспоминаниях – «Ну да, было и такое». А боль утраты до сих пор вспоминается очень ярко.

Как бы всё изменилось, если бы вы двое были живы до сих пор? Даже сейчас от мысли об этом грудь словно сжимает тисками.

Если бы вы спросили меня, хочу ли я выжить во что бы то ни стало, я не нашёлся бы с ответом. Я и правда не знаю.

Но я не хочу, чтобы погиб кто-то из наших друзей. Я хочу, чтобы они жили, от всего сердца хочу. А значит, мне тоже нельзя просто умереть.

Потому что наши товарищи чувствуют то же самое. Я помню, каково было потерять вас двоих, каково это было – потерять друга. Я не хочу снова заставлять их пережить это.

В конце концов, я ведь живу не только ради самого себя. Будь моя жизнь только моей, я давно бы с ней распрощался. Она ведь очень тяжела, моя жизнь, почти невыносима. Будь я один, то давно бы уже покончил со всем этим раз и навсегда.

Но ведь я не один. А значит – должен жить. Пока рядом есть другие, я не хочу умирать.

Каждый из нас подобен крошечному огоньку, затерянному в бездонной и бесконечной тьме. Огоньки находят друг друга, собираются вместе. Они светят друг ради друга, согревают друг друга – пока не приходит конец, а с концом – ничто.

Возможно, моё время придёт ещё не скоро. Может, через год. А может, завтра. Может быть, даже сегодня. Но, сколько бы времени не оставалось, огоньки тянутся к другим огонькам и сияют, прильнув друг к другу – пусть даже этому сиянию суждено длиться лишь миг.

Небо чуть посветлело. Послышались тихие птичьи трели.

За ночь не могло сильно похолодать, но Харухиро озяб в своей так и не высохшей до конца одежде.

В воздухе висела тонкая дымка, напомнившая ему о Тысяче Лощин. Он больше никогда в жизни не желал снова оказаться в этом затянутом туманом месте. Поразительно, как люди Скрытой Деревни ухитряются там выживать.

Голова слегка закружилась. Нет, так не пойдёт. Нужно собраться с силами – хотя это будет и непросто.

Харухиро чувствовал слабость во всём теле. Его подташнивало. Но, пожалуй, если он даже и попытается поддаться тошноте, ничего не выйдет – пустой желудок просто не сможет извергнуть что-либо из себя.

Если бы тот идиот был сейчас здесь, то наверняка принялся бы жаловаться. «Всё, больше не вынесу! Что за бред! Ты что, думаешь, я вечно так могу? Ну так вот я не могу!»

«Раз у тебя остались силы так громко жаловаться, значит и идти сможешь, так?», – ответил бы Харухиро.

«Отвали, Парупирорин. Для жалоб у меня отдельный желудок!»

«Но ведь жалобы не едят.»

«Заткнись, Парупирорин! Достань еду, раз такой умный!»

«Что? Какую ещё еду, что ты несёшь? Еда с жалобами никак не связана.»

«Она связана для меня, у меня в голове! Связана крепкой верёвкой!»

Мы так часто устраивали перепалки вроде этой, недостойные даже называться глупыми. Вот что ему стоило просто замолчать? Мы всего лишь впустую растрачивали силы. Вот почему я терпеть его не мог. А? Странно. Почему-то сейчас, при воспоминании о нём, лицо как будто расслабилось.

Я... Я улыбаюсь?

Ветви куста впереди неестественно колыхнулись. Что-то движется между веток? Харухиро замер и схватился за стилет.

Несмотря на усталость он среагировал. В случае нужды он способен действовать на удивление быстро.

Харухиро уже раскрыл рот, чтобы отдать команду, но тут Сетора подняла голову.

– Киичи.

Взглянув ещё раз, Харухиро увидел серого няа, примостившегося на ветке сверху и справа. Киичи коротко мяукнул и развернулся на восток.

Сетора удовлетворённо усмехнулась и несильно нажала на шею Энбы. Голем зашагал.

Кажется, нужно идти дальше. Киичи прыгнул, и почти сразу же пропал из виду. Харухиро убрал стилет в ножны и зашагал вслед за Энбой и Сеторой.

– Насколько разумны няа? – спросил он.

– Давным-давно жила шпион-оммицу по имени Нонаэ, – ответила Сетора, – Она вышла замуж за няа по имени Онаки, и они всю жизнь были вместе.

– Вышла замуж...

– Это, конечно, просто легенда. Говорят, что белая няа по имени Сенью жила сотню лет и научилась человеческому языку. Впрочем, также говорили, что она родилась с двумя хвостами, так что, наверное, Сенью была мутантом или чем-то вроде этого.

– Но Киичи кажется довольно умным.

– Без приказа няа будут только есть и спать – в чём-то ещё они просто не нуждаются. Им хорошо и так, у них нет никаких стремлений. Но если научить их чему-то, они будут исполнять свою роль без страха. Полагаю, всё зависит от того, какой смысл вкладывают в слово «разумны», но по-моему, няа мудрее, чем мы, люди.

– Ты поэтому любишь няа?

– Нет.

– А почему?

– Они милые.

– С этим я согласна... – тихо обронила Мэри позади них.

Сидящая на плечах Энбы Сетора развернулась и поражённо уставилась на неё.

– А мы с тобой можем поладить, Жрец. Как там тебя – Мэри?

– Даже если мы не ладим, всё равно ведь можно сойтись во мнениях по поводу чего-то.

– А почему мы можем не ладить? У нас ведь общий интерес.

– О-общий? К-к няа? Ну да, няа... Да, они мне тоже нравятся. Понравились с первого взгляда. А-а что? Что такого?

Продолжения их разговора Харухиро не слышал.

Впереди показалось открытое место. Становилось всё светлее – показалось солнце. Харухиро ускорил шаг.

– Мюо-о! – выдохнула Юме.

Они с Харухиро быстро нагнали Энбу и вышли вперёд.

Это было не открытое место. Перед ними начинался крутой склон вниз, благодаря которому открывался широкий обзор.

На семь или восемь десятых небо застилали тучи, но на востоке было ясно, и над горным хребтом поднималось солнце.

А между горой, на которой стоял со своими спутниками Харухиро, и восточным хребтом лежала плоская, как стол, равнина. На юг текла река, там и сям виднелись деревья, и перед глазами раскинулась зелёная степь.

Нет, осознал Харухиро.

Это не степь.

– Это же возделанные поля, – выдохнул он.

Равнину усеивали здания – на вид, деревянные. Поля рассекали дороги. Кажется, поля были огорожены. Дороги сходились к чему-то – не к городу, для этого он был слишком мал, скорее к посёлку из нескольких дюжин сгрудившихся вместе зданий.

– Ого-о-о, – обронила рядом с Харухиро Юме, вытаращив глаза.

Харухиро перевёл дыхание. Ему было слегка не по себе.

Успокойся, мысленно скомандовал он, стараясь свести к минимуму всплески чувств. Контроль эмоций уже почти вошёл в привычку.

– Кто живёт в этих местах? – спросил он.

– Без понятия, – Сетора пожала плечами.

Она спустилась с плеч Энбы и прижалась к Харухиро. Когда её лицо прильнуло к его плечу, он едва успел подавить безотчётное желание отпрянуть. Это было бы плохим поступком.

Ведь было бы, да?..

Ну конечно. Само собой, так поступать нехорошо.

– Впрочем, сомневаюсь что это люди.

– Да уж... – Харухиро вздохнул.

Орки? Или, может, нежить? Впрочем, слишком уж нормальный вид для посёлка нежити – с другой стороны, сейчас в Харухиро могут просто говорить предрассудки.

Подошли Мэри, Шихору и Кузак.

– Посёлок?.. – тихо проронил Кузак.

– Да, посёлок, – кивнула Шихору.

Мэри молча посмотрела в сторону Харухиро. Как будто просто проверяла, что он здесь – ничего большего.

Харухиро покосился на неё.

Мэри чуть прикусила губу и опустила глаза – так, словно сдерживала в себе какое-то чувство.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

4. Гостеприимство

Вскоре показались обитатели посёлка.

Они оказались двуногими и похожими на людей – впрочем, судя по архитектуре их жилищ, Харухиро более-менее ожидал этого. Телосложение незнакомцев разнилось, но среди них не было ни гигантов, ни карликов.

Жители прошагали по дорогам и рассыпались в полях, шагая из стороны в сторону, нагибаясь и ритмично двигая руками – очевидно, они работали в поле.

По одной из дорог шли четвероногие звери – скот, скорее всего. Коровы? Или ганару? По размеру, скорее, ближе к овцам. Впрочем, эти звери были не похожи ни на одно знакомое Харухиро домашнее животное.

«Доброе утро на ферме», всплыли слова в голове Харухиро.

Посёлок выглядит мирным. Если кто тут и подозрительный, так это сам Харухиро, исподтишка наблюдающий за жителями. Он, пожалуй, даже похож на злодея.

Фактически, если жители посёлка простые мирные фермеры, то, вне зависимости от их расы, Харухиро и его товарищи действительно злодеи. Они задумали достать здесь провизию, и Харухиро сейчас отправился на разведку именно с этой целью в уме.

Дело в том, что их отряд голодает. Им нужна еда. Питьевая вода тоже не помешает, хотя сойдёт и молоко. И чем больше, тем лучше.

Если бы достаточно было попросить, то Харухиро с радостью склонил бы голову и сделал бы всё, что от него потребуют. Но что, если местные жители откажутся помогать? С их точки зрения Харухиро и его спутники – чужаки, а в придачу ещё и люди. Обитатели посёлка вряд ли посчитают нужным помогать людям. И как быть? Просто сдаться? Или попытаться украсть что-нибудь? Или даже ограбить посёлок?

Харухиро предпочёл бы по возможности обойтись без насилия. Он станет самым счастливым человеком в мире, если удастся договориться о пище и воде миром, но пока что неизвестно, удастся ли вообще поговорить с местными.

Поэтому Харухиро приказал остальным ждать, а сам в одиночку спустился со склона. Для начала он собирался как можно больше узнать об обитателях посёлка. Но, разумеется, чем ближе он подберётся, тем выше шанс, что его раскроют – несмотря на все его воровские умения.

Насколько близко можно подойти? И стоило ли вообще идти? Или не стоило? С этими вопросами, крутящимися в голове, Харухиро мало-помалу приближался к полям.

Такая работа не вызывала у него неприязни. Фактически, Харухиро считал себя вполне умелым разведчиком, как бы самонадеянно это ни звучало – да он и не собирался это озвучивать. Неважно, есть у него талант или нет – это дело ему отлично подходит, и Харухиро втайне этим гордился.

– Ну, не знаю... – пробормотал он, – Может, я слишком задаюсь? Чуть-чуть, пожалуй...

Он подобрался к полю, где густо росло что-то вроде высокой травы. Вроде. Во всяком случае, было понятно, что это не заливной луг, а сухое поле. Значит, растения – это нечто вроде пшеницы. Впрочем, Харухиро не был уверен. В конце концов, он же просто Вор, а не ботаник. Но это что-то похожее на пшеницу, да?

Стебли этой вроде-пшеницы поднимались чуть выше талии Харухиро, а в колосьях было много небольших семян. Семена казались съедобными. Ну, раз местные дают себе труд это выращивать, то семена и должны быть съедобными. Харухиро взял одно зерно и сунул в рот.

– Да...

Твёрдое. Вкуса не разобрать. Видимо, эти зёрна и не нужно есть сырыми. Вот если их обжарить, или сварить, или смолоть, добавить воды, скатать в шарики и испечь, то может получиться вкусно. Может быть.

Харухиро двигался подобно ящерице, полуползком продвигаясь вперёд. Его неустанно теребили мысли – а не слишком ли я наглею? С другой стороны, меня же не видно на поле, так что, наверное, всё хорошо? Или всё же лучше повернуть назад?

Он чуть приподнял голову над полем и посмотрел вперёд. До ближайшего крестьянина ещё больше пятидесяти метров. Не то расстояние, чтобы тревожиться о риске быть обнаруженным. Пока всё нормально – пока, но дальше нужно быть ещё осторожнее.

Местные жители сидели на корточках и что-то делали. Пропалывают, наверное? В такое позе, да ещё все с капюшонами на головах, лиц не рассмотреть. И всё же они очень похожи на людей.

Во всяком случае, так казалось Харухиро – он, конечно же, не мог быть уверен. И всё же от них как бы веяло человечностью. От их поведения, от того как они вели себя.

Ещё совсем немного. Только бы увидеть лица...

В таких ситуациях лучше не шевелиться без нужды. Его не обнаружат, если он останется на месте. Так что Харухиро терпеливо ждал. Рано или поздно шанс представится... ну, или нет. Как бы то ни было, нужно просто выждать, а если это не поможет – тогда уже попробовать найти другой подход.

Вряд ли он совершил ошибку. Ну, если уж совсем начистоту то, возможно, ошибкой было вообще заходить на поля. Но иначе он никак не смог бы рассмотреть местных жителей, а значит поступить иначе Харухиро не мог.

Его сердце подскочило от внезапного шороха стеблей за спиной.

Нет, стоп. Показалось? Странно. Я же недавно осматривался, и назад тоже поглядел. Теперь там что-то есть? Но я же проверял. Однако, только что определённо был какой-то звук.

Нужно успокоиться. Паника – худшее, что можно сделать. Держать голову холодной.

Звуки. Да, по-прежнему слышу. Что-то движется за спиной.

Что делать?

Как быть?

Чтобы посмотреть, что это, придётся поднять голову. Правильно ли это?

Позади. Почти прямо за спиной. Звук приближается? Или удаляется? Пока сложно сказать, но такое чувство, что приближается. Как будто кто-то раздвигает перед собой стебли этих похожих на пшеницу растений и идёт по полю. Идёт ко мне.

Значит, меня обнаружат, если останусь на месте.

Вперёд нельзя, там продолжают работать в поле местные.

Значит налево или направо. Постараться не задевать стебли... как будто это возможно.

Внезапно раздалось что-то вроде свиста. Нет, не вроде – это точно кто-то засвистел. Как будто где-то рядом собака, и неизвестный подзывает её.

Харухиро вскочил и крутанулся на месте. Вот он. В надвинутом на глаза капюшоне и длинном зелёном плаще, но Харухиро различил очертания фигуры. Не орк. Значит, нежить? Или эльф? Или даже человек?

Харухиро помчался наискось направо.

Но кто этот незнакомец? Смотрел прямо на меня с двадцати метров...

Ну, то есть, вроде смотрел...

Он в капюшоне, так что направление взгляда не определить, но, скорее всего, смотрел. Смотрел на меня, но притом стоял на месте. А что те, кто работал в поле? Некогда на них смотреть.

Нужно бежать. Со всех ног бежать. Вот только... Почему он не гонится? Решил меня отпустить?

Впрочем, Харухиро задавался этим вопросом лишь мгновение. Незнакомец шевельнулся.

Бежит. Ко мне, само собой.

Решил всё-таки догнать? Ну конечно. Ещё бы. Не то чтобы я всерьёз надеялся, что он просто меня отпустит.

Для начала нужно выбраться из долины, уйти в горы. Уже почти край поля. А что этот? Бежит за мной, но не очень быстро. Хотя не так уж и медленно.

Между нами почти десять метров. Он не нагоняет, но и не отстаёт. Но бежит легко, он явно может быстрее. Тогда почему не догоняет? Странно. В голове Харухиро прочно засела мысль – что-то не так.

Он обернулся на бегу. Остальные местные жители бросили работу и разбегались врассыпную. Возможно, они именно те, кем и казались – обычные крестьяне. За Харухиро гнался лишь один, тот, кто его заметил. По крайней мере, так это выглядит пока – но лучше не торопиться с выводами.

– Раз так!..

Харухиро перемахнул изгородь и бросился к лесу. Впрочем, в лесу земля уже неровная – начинался склон, и довольно крутой.

Карабкаться. Как можно скорее. Чёрт.

Харухиро тяжело дышал. Бежать было очень тяжело. Это из-за голода?

Нет, он и на самом деле выдохся. Но позволять себе принять это нельзя. Харухиро снова бросил взгляд назад. Ничего не изменилось – преследователь держался на том же расстоянии, не догонял и не отставал.

Плохо. Если противник один, то Харухиро предпочёл бы разобраться с ним в одиночку – если это, конечно, возможно.

Но возможно ли?

Если попытаться решить всё здесь и сейчас, то даже в худшем случае, если Харухиро окажется слабее, погибнет лишь он один. Его товарищей не найдут. А значит...

Нет, всё-таки это какая-то дурная привычка, так рассуждать. Шихору снова меня отругает.

Харухиро, лавируя между деревьями, карабкался вверх по склону. Преследователь не отставал.

Набравшись храбрости, Харухиро даже притворился, что споткнулся. Расстояние всё равно не сократилось. Что же, как и ожидалось.

Значит, незнакомец не собирается догонять Харухиро. По крайней мере, пока. Он намеренно позволяет ему убегать. Зачем?

Почему бы не взглянуть с его точки зрения. Он, наверное, один из жителей этого посёлка, и, видимо, кто-то вроде местного стражника. И вот однажды он как обычно обходил окрестности и наткнулся на какого-то подозрительного типа. Незнакомца, прячущегося в поле. Чужака. Чужак услышал свист, испугался и пустился наутёк.

Он, кажется, был один. Но так ли это? А что если нет, что, если чужак – просто разведчик? И теперь бежит обратно к своим?

Возможно, преследователь гонится за Харухиро, рассчитывая, что он приведёт его к своим товарищам. Раз так, возможно, всё-таки не стоит бежать прямо туда, где ждут остальные.

Этот незнакомец явно уверен в своих силах – иначе не погнался бы за Харухиро так открыто. Сам Харухиро, будь он на его месте и рассуждая похожим образом, постарался бы проследить за чужаком незаметно. Он постарался бы узнать, где враги и сколько их, а потом разработать план действий.

Сам Харухиро вряд ли одолеет преследователя. Хотя, это же совсем необязательно так, верно же? Убедиться в этом можно только на практике. Но Харухиро может победить, а может и проиграть. Простого «может» недостаточно. Но всем отрядом они могут справиться. К собственным возможностям Харухиро привык относиться скептически, но в своих товарищах был уверен. На них можно положиться.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Сигнал?

Ни о каком сигнале мы не договаривались.

Местность впереди была немного особенной. Из склона торчали крупные булыжники, густо увитые лозой, придававшей им довольно неуютный вид. Пожалуй, можно назвать это место Дикими Скалами.

Харухиро поднял голову и посмотрел на верх Диких Скал. В этот самый момент Шихору высунулась наружу, их глаза встретились. Над плечом Волшебницы парил элементаль в форме человека – точнее, морской звезды: Дарк.

– Вперёд, Дарк!

Элементаль с воем понёсся к цели.

Харухиро, забирая вправо, развернулся к преследователю. Тот остановился. Его ошеломила засада? Удивительно, если так. Может, он просто беззаботный стражник мирного посёлка, погнавшийся за Харухиро без особых раздумий?

Нет, конечно.

Незнакомец вычертил что-то в воздухе указательным пальцем правой руки.

– Малик Эм Палук.

Это же...

Прошло уже некоторое время с тех пор, как Харухиро видел это в последний раз, но он помнил. Это заклинание... А знак – элементальный глиф.

Свет. Перед лицом незнакомца появился сгусток света.

Сомнений нет. Это Магическая Стрела. Самое первое заклинание, которому учат в Гильдии Волшебников. Простейшее из простейших.

Но это...

Огромное.

Сгусток света был размером с человеческую голову – нет, даже больше.

Шихору с безмолвным восклицанием махнула посохом.

Дарк, похоже, попытался уклониться от сгустка и ударить в незнакомца. Элементаль не летел по прямой. Шихору могла до некоторых пределов управлять его полётом, что она и попыталась сделать. Безуспешно.

Сгусток света неспешно сместился в сторону и окутал Дарк.

Столкновение света и тьмы породило яростный вихрь.

Харухиро и вихрь разделяло десять метров, и он ничего не ощутил. Но резкий порыв ветра взметнул плащ незнакомца и сбросил с его головы капюшон.

– Ты... – Харухиро вытаращил глаза и осёкся.

Сгусток света на мгновение вспыхнул ярче, затем, словно подавленный Дарком, потускнел и наконец полностью растворился.

Как и сам тёмный элементаль.

Единственная Магическая Стрела стёрла Дарк Шихору.

Значит, незнакомец – маг? Если да, то, наверное, в этом нет ничего удивительного. В конце концов, он...

– Ува-а-а-а-а-а-а-а!..

Кузак нёсся вниз по склону, вдоль Диких Скал, со щитом и катаной наготове. Его по-идиотски глупый крик, несомненно, результат расчёта. Паладин пытается отвлечь внимание на себя.

Незнакомец повернулся в сторону Кузака.

В тот же момент из кустов выскочила Юме. Она была совсем рядом, всего в пяти метрах. Подумать только, Харухиро совсем её не заметил. Это, пожалуй, удар по его гордости Вора.

Неплохо.

Юме беззвучно метнулась к противнику.

Незнакомец не смотрел на неё. Он не отводил взгляда от Кузака.

Но это странно. Когда порыв ветра откинул назад плащ незнакомца, Харухиро увидел на его поясе ножны – меч или что-то похожее. Правда, противник почему-то не доставал оружия. Хотя, он, кажется, маг – может, оружие у него просто для вида.

Очевидно, нет.

Юме замахнулась катаной. Незнакомец выхватил меч за мгновение до этого.

– Чуа! – Юме рубанула наискось, но незнакомец блокировал удар.

Даже не глядя.

И тут же отбросил Юме прочь пинком в живот.

– Гуа?!..

– Соа-а-а-а-а-а! – на незнакомца бросился Кузак.

Он несётся вниз по склону, и его огромное тело, в придачу закованное в доспехи, остановить практически невозможно. Расчёт очевиден – врезаться во врага, смять или отбросить, и, не давая опомниться, зарубить. Грубо и просто, но Кузаку, при его телосложении, такие планы удаются. Даже если незнакомец попробует увернуться, длинные руки Кузака всё равно позволят достать его катаной или краем щита. Кузак нёсся с непреклонностью летящего вниз булыжника, и хотя, казалось, от него вполне можно увернуться, в подобных ситуациях это, как правило, ни у кого не получалось.

– Н-н-н-нга-а-а-а-а! – щит Кузака врезался в противника. Они определённо столкнулись.

Удар отбросил врага? Нет, что-то не так. Тот отлетел назад и вверх, спиной вперёд. И, кажется, кувыркнулся в воздухе.

– Что?!.. – Кузак споткнулся, по инерции пробежал ещё несколько шагов и поднял голову.

Незнакомец был уже у него за спиной – он пропустил Кузака под собой и, приземлившись, пнул в спину. Кузак вскрикнул и пошатнулся.

Если бы на врага не ринулся выбежавший из-за Диких Скал Энба, незнакомец мог бы добить Паладина.

Голем замолотил по врагу рукой, словно дубиной – но промахнулся.

Противник отступил. Направо, налево, он шагал короткими, быстрыми шагами, уходя от ударов Энбы за стволами деревьев.

Да кто он такой? Нас больше, мы сражаемся в полную силу, но он словно играет с нами. Неужели он настолько превосходит нас?

Нет, Харухиро и его отряд ещё не целиком использовали своё численное преимущество. Шихору и Мэри всё ещё там, наверху, на Диких Скалах. И Сетора с ними. Внизу – Харухиро, Юме, Кузак и Энба. Впрочем, Шихору, Мэри и Сеторе лучше, пожалуй, остаться, где они сейчас, а значит – четверо против одного. Но, несмотря на это, до сих пор они вступали с незнакомцем лишь в схватки один на один. Так что да, он, конечно, опасен, но если его окружить, то положение может измениться. Может, наброситься на него вчетвером или втроём сразу будет нелегко, но если напасть хотя бы вдвоём...

– Нужно мне... – пробормотал Харухиро.

В конце концов, именно для этого и нужны Воры, так? Юме и Кузак уже преследуют незнакомца – впрочем, без особого успеха. Он уворачивается от Энбы, и в то же время перемещается так, что Юме и Кузаку его не достать.

У незнакомца светлые волосы – не длинные и не короткие. Кажется, он стрижёт волосы только тогда, когда их длина начинает мешать. И бреется, видимо, от случая к случаю. Светлокожий, голубоглазый. Гораздо старше, чем Харухиро и его спутники. Рост выше среднего, но не такой долговязый, как Кузак.

И – он человек, как ни посмотри.

А ещё знает магию – значит, он может оказаться бывшим солдатом добровольческого корпуса?

Что ж, в Форган, банде орка Джамбо, тоже были люди, так что, наверное, встретить человека здесь не так уж и странно. Точнее, сейчас не время удивляться и задаваться пустыми вопросами. Неважно, кто он, неважно, кем он был и как он здесь оказался – всё это не имеет сейчас значения.

Харухиро бросил взгляд на Дикие Скалы. Встретился глазами с Шихору, Мэри и Сеторой. Шихору кивнула и призвала Дарк.

По крайней мере, Шихору понимает его план. Мэри в случае чего защитит Волшебницу. Сетора сможет о себе позаботиться.

Харухиро коротко вдохнул.

Расслабил все мускулы и позволил разуму погрузиться куда-то глубоко. Стёр себя.

Скрытность.

Мысли и чувства отдалились и истончились.

И всё же, Харухиро по-прежнему здесь. Где?

Где это – здесь?

Неважно.

Где бы это ни было.

Наверное, как-то так чувствуют себя призраки. Оставляя в стороне вопрос, существуют ли вообще призраки.

Он не старался двигаться беззвучно – скорее, когда он шёл, почему-то не раздавалось ни звука. Он по-прежнему присутствовал в этом мире, но в то же время как будто существовал немного отдельно от него.

Я дышу?

Да.

Очень медленно.

И сердце бьётся.

Но ужасно вяло.

У Кузака никак не получалось поспеть за незнакомцем. Мужчина перемещался непринуждённо и очень быстро. У Энбы получалось держаться наравне с врагом, но он ведь никогда не устающий голем. Даже Юме приходилось нелегко, всех её сил хватало лишь на то, чтобы не отставать. А значит, зайти за спину незнакомцу и вместе с Энбой зажать его с двух сторон у неё вряд ли получится.

На дереве позади незнакомца и слева сидел серый няа. Киичи, похоже, не заметил Харухиро.

Харухиро же, прячась за деревьями, двигался вперёд. Его чувства словно вытянулись за пределы тела, охватывая всё вокруг него.

Земля.

Трава.

Кора деревьев.

Ветер.

Он осязал всё это разом.

Пожалуй, это первый раз, когда он с такой полнотой вошёл в это состояние. Иногда, когда Харухиро примеривался для Удара в Спину, перед ним появлялась тусклая линия света. А это – её аналог для Скрытности?

Полное погружение.

Словно предвидение. Не как та линия. Скорее, просто ощущение – стоит поступить вот так. Или, скорее, нужно поступить вот так?

Как будто у меня есть выбор, и в то же время выбора нет. В каждый определённый момент есть всего один вариант поступка. Я выбираю, не имея выбора. Можно, наверное, назвать это судьбой? Я ничего не решаю. Всё уже решено.

Харухиро зашёл за спину незнакомца в давно предрешённый момент и в предрешённом месте. Тот отскочил назад, уходя от очередного удара Энбы и отвлёкся, глядя перед собой и влево. На Шихору.

Шихору спускалась с Диких Скал, с ней были Мэри и Сетора. Волшебница нацеливала Дарк.

– Вперёд!

Элементаль понёсся к незнакомцу.

Мужчина не отступил – он развернулся и побежал. Как же он всё-таки быстр. Оторвавшись от Энбы, незнакомец перебросил меч в левую руку и, видимо, собрался вычертить правой элементальный глиф.

Юме и Кузак не успели догнать его. Энба тоже.

Харухиро не нужно было решать, когда выступить вперёд – он уже двигался.

– Малик Эм Палук, – произнёс мужчина.

Сгусток света. Ещё одна Магическая Стрела.

Незнакомец подпустил Дарк как можно ближе и ударил своим заклинанием.

Столкновение снова породило вихрь – и в тот же момент Харухиро ударил.

Он вонзил свой стилет в спину незнакомца. Благодаря взметнувшему плащ врага порыву ветра Харухиро уже знал, что тот не носит доспехов.

Клинок стилета прочный, но тонкий, и может проскочить меж рёбер. Однако, если ударить ближе к пояснице, то можно поразить внутренние органы без риска наткнуться на рёбра. Так проще. Можно целиться в почки с любого бока или в печень.

Какой бы орган Харухиро не поразил, рана вызовет обильное внутреннее кровотечение и со временем приведёт к смерти, но удар в почки причинит кошмарную боль. Неважно, насколько враг вынослив – выдержать такое он не сможет и закричит от боли. Без помощи магии света он умрёт, и умрёт очень быстро. Неважно, кто он – человек или орк. Скорее всего, то же самое верно и для эльфа или дварфа.

– М-м...

Незнакомец, однако, не закричал. Он лишь замычал, дёрнулся и обернулся. В его голубых глазах отразилось лицо Харухиро. Мужчина приподнял левую бровь, с его губ слетел слабый вздох. Выражение не боли, а крайнего изумления.

– Неплохо, – сказал он. И, не желая признавать поражение, улыбнулся, – Но увы.

– А?..

Харухиро осознал. Это была грубая ошибка. Он был слишком самонадеян. С чего он взял, что этот удар убьёт врага? Как можно было так сглупить?

Это недостаток опыта. Он слишком задрал нос, решил, что уже опытен и умел. С чего он взял, что враг – обычный человек? Даже если он выглядит как человек, это ещё не делает его человеком. Возможно, бывают монстры, внешне неотличимые от людей.

Мысли одна за другой проносились в голову Харухиро, сбивая его – впрочем, всё равно было уже слишком поздно. Мужчина обхватил его рукой за шею, рванул на себя и присел.

Это как приём дзюдо, пронеслось в голове Харухиро. Дзюдо?..

Мир вокруг него вдруг перевернулся вверх тормашками.

В следующий момент Харухиро осознал себя лежащим на земле. Мужчина сидел у него на груди, глядя сверху вниз.

– Я вообще-то не очень люблю бить людей. Это варварство, знаешь ли, – слова незнакомца разительно противоречили его действиям. Он прижал ладонь к подбородку Харухиро.

А, но...

Это не совсем удар, в общем-то. Странный приём, от которого сотрясся мозг и помутилось в глазах, а тело словно разом обмякло.

– Малик Эм Палук, – произнёс мужчина, вычерчивая глиф.

Эй... Ты что? Стой.

Магическая Стрела.

Сгусток света полетел вниз.

Такой удар даром не пройдёт. Ни за что.

Казалось, всё это происходит с кем-то другим – возможно, из-за по-прежнему затуманенного разума. Сгусток света летел прямо в лицо Харухиро.

Как же ярко.

Он услышал хруст ломающихся костей. Нос, наверное. Или скула. Короче, что-то на лице.

Было не темно, но он ничего не видел.

Вообще ничего.

Изо рта вырвался сдавленный вздох. Нос, кажется, чем-то забит. Горло тоже как будто сдавлено, и рот не двигается. Это какое-то оглушение?

Харухиро не знал.

Все его товарищи выкрикивали его имя.

– Стоять, – приказал мужчина.

Харухиро не смог бы куда-то пойти, даже если бы захотел.

– Ещё шаг, и мальчишке конец, – произнёс незнакомец, – Я тоже не слишком-то хочу его убивать. Так что стойте, где стоите, вы все. Ясно? Отлично. Молодцы. А теперь положите-ка оружие на землю. О, и ты там – ты из Скрытой Деревни, так? Не пытайся спрятаться. С тобой, я вижу, няа. Серый. Не пытайся приказать ему вытворить что-нибудь глупое. Раз он у тебя всего один, значит, ты им дорожишь. Вот так. Хорошо...

– Так, и что с вами делать? Шестеро включая голема, плюс няа, и этот паренёк. Его я понесу, но остальным придётся идти на своих двоих. Можно, конечно, убить вас прямо здесь, но, как я уже сказал, мне это не по душе. Не люблю отнимать жизнь без нужды. Понимаете? Буддизм. Или нет. Ну, если всё же придётся, моя рука не дрогнет, но люди в эту долину заходят редко. Я хочу сначала получше вас узнать, прежде чем что-то решать.

– В конце концов, убить вас никогда не поздно, – донёсся откуда-то издалека до Харухиро голос мужчины.

Неужели это всё?

Харухиро хотел выдержать. Остаться.

Он должен что-то сделать.

Но...

...Его сознание быстро затухало.

– Добро пожаловать в Джессилэнд.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

5. Ты – мне, я – тебе

Что это за место? – думала Мэри, – и кто здесь живёт?

Как только они, подчиняясь этому Джесси, спустились с горы, группу окружили фигуры в зелёных плащах – таких же, как и у их пленителя. Всех связали верёвками. Они могли свободно шагать, но из-за Джесси, с Харухиро на руках замыкавшего процессию, сбежать не смогли бы.

Они в полной его власти.

Харухиро мог бы приказать бросить его, но они бы не смогли. Это просто немыслимо.

У Харухиро было разбито лицо, сам он безвольно висел на руках Джесси. Мэри, разумеется, попросила разрешения вылечить его, но Джесси не позволил.

– Пустяки, ничего страшного, – сказал он и даже слабо улыбнулся, – Я ведь сдержал удар. Он не умрёт. И он без сознания, так что вряд ли ему больно.

Да ладно? – мысленно оскалилась Мэри.

Будь ей это под силу, она схватила бы какой-нибудь тупой предмет и била бы Джесси по затылку, пока он не потеряет сознание, а потом заявила – «Ну, я ведь сдержалась. Вряд ли ты умрёшь прямо так сразу. Ах да, и ты ведь без сознания, тебе же не больно, да?»

С другой стороны, она осознавала, что должна успокоиться. Джесси. У него светлые волосы, голубые глаза, и он говорит на том же языке, что сама Мэри и остальные. Иначе говоря – говорит по-человечески. И выглядит совсем как обычный человек мужского пола. Вот только этот человек только что выдержал Удар в Спину от Харухиро.

Мэри одно время работала наёмным Жрецом, так что повидала немало Воров. Сама сущность их ремесла в том, чтобы нападать на врагов сзади, но даже с учётом этого редкий Вор использует Удар в Спину с такой же приверженностью, как Харухиро. Впрочем, сложно сказать – приверженность ли это или нечто иное.

Как бы то ни было, Мэри полагала, что Удар в Спину Харухиро исполняет мастерски – что бы он сам ни думал по этому поводу. Тот удар совершенно точно был нанесён в жизненно важное место. Джесси никак не мог остаться в строю после того, как стилет Харухиро пробил его почку.

Иногда человек может погибнуть даже просто от невыносимой боли, и в любом случае, с такой раной никто бы долго не протянул. Однако Джесси, после того, как заставил Мэри и остальных сдаться, просто вытащил стилет из своей спины и всё. Он даже не дал себе труда перевязать рану.

У него текла кровь. Мэри это беспокоило, и она продолжала наблюдать.

Крови вытекло достаточно, чтобы вымочить брюки и ботинки Джесси. Вот только удар Харухиро должен был пронзить почку – орган, в котором собирается кровь, а также, скорее всего, задеть печень и артерии. Учитывая всё это, рана кровоточила слишком слабо. Вдобавок, по Джесси никак нельзя было сказать, что ему больно. Он вёл себя совершенно спокойно, даже не менялся в лице.

Джесси выглядит как человек, но вряд ли он в самом деле человек.

Хотя, может и человек, но наделённый какой-то особой способностью.

Это, наверное, подходящее определение?

А ещё...

Джесси Мэри могла понять. Ну, или не понять, но хотя бы у неё была пища для размышлений. Но кто остальные – те, кто, похоже, подчиняется ему?

Мэри и её товарищи шли колонной по тропинке cреди полей, где росло что-то вроде пшеницы.

Три фигуры в зелёных плащах шли впереди и ещё по трое с каждой стороны. Всего девять.

Их плащи были с капюшонами, как и у Джесси, и некоторые носили капюшоны на голове, а некоторые – откинутыми назад. Та, что шла рядом с Мэри, была с непокрытой головой и открытым лицом.

Она определённо не такая, как Джесси. Иначе говоря – не человек. Как, интересно, правильнее назвать цвет её кожи? Не белый и не бежевый. Может, что-то вроде кремового с зеленоватым отливом?

Волосы женщины почти того же цвета, что и её кожа. Красные глаза. Переносица короткая и низко посаженная, ноздри словно щёлочки. Лоб выдающийся вперёд, но узкий. Впалые, словно выдолбленные щёки, а челюсть массивная и чётко очерченная. Меж полураскрытых губ виднеются крупные, крепко сжатые зубы и ярко-оранжевые дёсны.

Пышная грудь, явственно выдающаяся вперёд даже под плащом. Вот почему Мэри предположила, что это женщина.

Видимо заметив, что Мэри смотрит на неё, нечеловеческая женщина повернула голову. Мэри отчего-то не нашла в себе сил отвести взгляд.

Несколько секунд спустя женщина хмыкнула и отвернулась.

Она не человек.

И не орк.

Гораздо выше Мэри, в ней наверное метр восемьдесят. Остальные примерно того же роста или даже ещё выше. Впрочем, не все женщины. Некоторые, кажется, мужчины.

Притом мужчины не похожи на женщину рядом с Мэри. У всех разные фигуры, разные цвета кожи и глаз, разные черты лица. Их объединяет лишь то, что они, как и люди, – двуногие прямоходящие с двумя руками. И зелёные плащи у всех.

Вдобавок, среди тех, кто продолжал работать в полях, тех, кто остановился и глазел на пленников и тех, кто высыпал на дорогу только чтобы, повинуясь окрику Джесси, убраться прочь, мало кто походил друг на друга. Да, некоторые выглядели принадлежащими к одной и той же расе, но собрание было очень разношёрстным, и было сложно сказать, кто похож на кого-то, а кто – нет.

«Джессилэнд», как сказал этот мужчина. Джесси, видимо, здесь кто-то вроде старосты.

Но он, определённо, ничем не похож на местных жителей. Если разделять по внешнему виду, то Джесси и товарищи Мэри были бы на одной стороне, а местные жители – на другой.

Впрочем, Джесси, возможно, только внешне похож на человека. А Мэри и её товарищи – люди.

Он враг?

Или друг?

Глупый вопрос.

Будь он другом, то не обошёлся бы так с Харухиро.

Но он также сказал, что не хочет никого убивать.

Его можно было бы понять, пожелай он перебить их, но Мэри и остальным лишь связали руки и оставили в живых. И Харухиро тоже жив.

Пока.

– Послушайте, – Мэри, продолжая шагать, обернулась к замыкавшему их процессию Джесси.

Харухиро по-прежнему лежал у него на плече безвольным мешком.

Джесси встретил взгляд Мэри, но промолчал. Казалось, что его холодные голубые глаза вообще не способны выразить какие-либо чувства.

Мэри вздрогнула, скрипнула зубами. Перед глазами всё поплыло.

Нет, одёрнула она себя. Чем сильнее я разозлюсь, тем больше будет власть над нами этого Джесси. Мы и так в полной его власти, но хотя бы свои чувства я ему не уступлю. Я не могу себе позволить это. Держаться. Не давать голосу дрожать.

– Вы же не хотите чтобы он умер, да? – спросила она, – Дайте мне его вылечить.

– Нет.

– Но почему?

– Ты – Жрец Люмиарис, да? Насколько я помню, одно из заклинаний магии света это что-то вроде Парпунте, так? Если ты вдруг его применишь, произойти может что угодно. Не хочу лишних проблем. Даже у нас в Джессилэнде есть один Шаман, я поручу ей вылечить вашего друга.

– Но я не знаю таких заклинаний.

– Думаешь, у меня есть причины тебе верить?

– Но...

– Мэри, – окликнула Шихору.

Мэри обернулась к ней. Волшебница, бледная и напряжённая, покачала головой.

Она тоже тревожится за Харухиро. Она тоже хотела бы помочь ему. Но сейчас не время упрямиться – вот что она пытается сказать Мэри.

Что ж, остаётся лишь доверять ей. Шихору осторожна и предусмотрительна. Предводитель их команды – Харухиро, но когда он почему-то не может принять решение, как сейчас, лучше всех с ролью лидера справится Шихору.

Мэри снова посмотрела вперёд. Харухиро.

Харухиро.

Не умирай. Пожалуйста.

Джесси вряд ли даст ему умереть. Он сам это сказал, и Шихору тоже так считает. Мне нужно просто довериться ей. С Харухиро всё в порядке. С ним всё будет хорошо. Он много раз уже был на краю смерти, так что даже если сейчас кажется, что он вот-вот уйдёт от нас, на самом деле он обязательно вернётся. Он вечно заставляет нас бояться за него. Когда же он наконец поймёт? Вот и сейчас, если бы я вылечила его, он просто улыбнулся бы немного смущённо, а потом извинился. Это нельзя исправить извинениями, Харухиро. Как ты не понимаешь?

Нам нельзя тебя потерять.

Мэри внезапно осознала – а каково сейчас Сеторе? Она, кажется, по-настоящему любит Харухиро. Должно быть, она сейчас сама не своя от беспокойства. Мэри просто слишком тревожилась сама, чтобы думать о ней.

До Мэри наконец дошло – страдает не она одна. Шихору, Юме и Кузак тоже, должно быть, места себе не находят. А Сетора, решившая, что Харухиро будет её парнем, наверное, чувствует себя так, словно это она при смерти.

Ну, то есть... – нерешительно подумала Мэри, – Если бы Харухиро был моим парнем и с ним такое случилось...

Нет, она не хотела даже думать об этом.

Даже для неё, просто товарища Харухиро, это уже очень тяжело. Сейчас Мэри хотела шагать и шагать дальше, не останавливаясь. Ей казалось, что стоит перестать переставлять ноги, и они тут же перестанут её держать.

Она хотела бы зарыдать, но скорее всего не сможет пролить ни слезинки. Даже если она закричит, голос скорее всего застрянет в горле.

Харухиро. Без тебя мой мир погрузится во тьму.

Мэри не могла набраться смелости и посмотреть на Сетору. Она не хотела видеть её лицо. Одна мысль о том, каково ей сейчас приходится, переполняла Мэри жалостью.

И ведь я же Жрец, думала Мэри. Я могла бы исцелить его.

– Эй, – вдруг позвала Юме.

– М? – Джесси ответил неожиданно дружелюбно, – Что?

– Чесси, а ты человек?

Юме есть Юме. Прямо и беспечно. Да, и он Джесси а не Чесси...

– То есть Джесси, – усмехнувшись, поправил мужчина, – И да, я человек.

– Да?

– Ты как будто не веришь.

– Ну, тебя ведь так сильненько ткнули. Обычно, когда так пыряют, ужасненько больно и все умирают...

– Больно было, что так, то так, – признал Джесси, – Он очень ловко ко мне подобрался. И Удар в Спину идеальный. Этот парнишка отличный Вор.

– Ага. Юме всегдалишне так думает.

И я, подумала Мэри. Только, Юме, что за всегдалишне...

– Всегдалишне, – Джесси хохотнул, – Погоди, что?

– А? Всевалищне?

– Да ты шутница.

– Разве? Юме считает, что она не шутит. Юме зверёнски серьёзная.

– Зверёнски? – изумлённо переспросил Джесси, – В японском вообще есть такое слово?

– А? Японском?..

– Ничего. Просто говорил сам с собой.

Джесси говорил с Юме так непринуждённо, что, казалось, повисшее в воздухе напряжение слегка развеялось.

Но тут же сгустилось вновь.

– Ну, довольно болтовни. Дальше спрашивать буду я. Вы будете только отвечать на мои вопросы. И без глупостей, если хотите чтобы мальчишка пожил подольше.

Тон Джесси не изменился, не стал холодным – он говорил всё так же дружелюбно. И это лишь добавляло его словам жути.

Юме замолчала. Никто другой даже не пытался раскрыть рот.

Они уже почти подошли к посёлку. Здания были деревянными полуземлянками, крытыми соломой – никто не рискнул бы похвалить архитектуру даже из лести. Впрочем, было несколько построек на сваях – наверное, склады.

Группа вышла на площадь – наверное, центральную площадь посёлка, с колодцем посередине.

Джесси положил Харухиро на землю и поманил Мэри.

– Подойди, Жрец. Можешь его вылечить. Ты же хочешь сделать это сама, так?

Мэри бросилась к Харухиро и упала рядом с ним на колени. Джесси что-то говорил, что-то о её руках, но все его слова пролетали мимо ушей. Мэри в ужасе смотрела на Харухиро.

О-о-о... Не может быть. Не может быть. Не... Нет. Это реальность. Я должна принять её. Но какой же кошмар. Его лицо... Его лицо разбито, окровавлено и вздулось. Хорошо что хотя бы глаза целы... Но разве это нормально – находить такой повод для радости? Зубы вбиты в рот, несколько – хотя не выпали. Он дышит. Он и правда жив. Он жив, но, проклятье... Как он посмел? Как он посмел так с ним поступить? Джесси! Как же я хочу забить его до смерти. Но сначала... Да. Я должна вылечить его. Собственными руками. Харухиро. Я исцелю тебя.

Лишь теперь Мэри вспомнила что у неё связаны руки.

Ах да, поняла она. Вот о чём говорил Джесси. Спрашивал, не нужно ли меня развязать.

Нет, подумала Мэри. Это может подождать.

Она поднесла пальцы правой руки ко лбу и вычертила гексаграмму.

– О Свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис... Чудо Света!

Она не пропустит ничего. Не отведёт глаза ни на мгновение.

Харухиро окутал свет. Его кости, его плоть, кровеносные сосуды, кожу, каждая клетка восстанавливалась под действием буквального чуда.

Как же я рада, что стала Жрецом, возрадовалась Мэри.

Если это судьба подарила ей возможность служить Люмиарис, то Мэри благодарна такой судьбе. Она сделала бы для Люмиарис всё. Даже пожертвовала собственной жизнью. Она с радостью отдала бы что угодно – кроме лежащего перед ней Харухиро, чьи раны на глазах затягивались в эту самую минуту.

Но даже когда последнее увечье пропало, и Харухиро снова стал прежним собой, он не очнулся. Впрочем, этого следовало ожидать. От всех этих ран он потерял сознание и придёт в себя не сразу.

Мэри протянула связанные руки вперёд, пытаясь прикоснуться к лицу Харухиро.

Но, опомнившись, резко отшатнулась.

Она запрокинула голову и зажмурилась.

Нельзя.

Мэри всего лишь товарищ Харухиро. Его девушка – Сетора, пусть даже их и связывает лишь временный договор. Сетора стоит рядом. Её сердце, наверное, готово разорваться прямо сейчас, и Мэри внезапно ощутила, что должна сдержаться.

Какое бы облегчение она не испытывала, неважно, насколько дорог ей Харухиро – они лишь товарищи и ничего больше. Неправильно показывать свою привязанность к нему – даже ненамеренно, даже если за этим ничего не стоит.

К тому же всегда есть риск, что это неверно истолкуют.

И ей самой на месте Сеторы это совсем бы не понравилось.

Мэри мало понимала в отношениях между мужчинами и женщинами, но, наверное, как-то так это и работает.

Она открыла глаза и глубоко вздохнула.

Поднялась и посмотрела на Джесси.

Выражение его лица было не просто спокойным – даже, пожалуй, мягким. Вот только голубые глаза Джесси по-прежнему напоминали ровную поверхность двух глубоких озёр, непроницаемую и равнодушную.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Мэри согнулась в пояснице, кланяясь ему.

– Спасибо.

– Всегда пожалуйста, – Джесси хохотнул, – Хотя в этой ситуации звучит немного неуместно.

– Фу-у... – Кузак рухнул на колени.

Юме мяукнула как кошка и принялась тереть глаза. Она плакала.

Когда Мэри встретилась взглядом с Шихору, та слабо улыбнулась и кивнула. Мэри захотелось обнять её.

Когда Шихору стала такой надёжной? И даже поддерживает Харухиро. Это ведь Мэри всегда защищала Шихору.

Сетора отсутствующе смотрела на Харухиро. Она не в себе от облегчения?

Внезапно Мэри осознала, что от прежней её неприязни к Сеторе не осталось и следа.

Да, она странная, но открыта в своих чувствах. Можно подумать, что Сетора поступает, как хочет и ни в грош не ставит всех остальных, но она и не думала бросать своего голема. Любит няа и любит жаться к тем, кто ей нравится. У неё, в отличие от самой Мэри, есть своё очарование.

Мэри нравятся такие люди, как Сетора. Просто всё это время её отталкивало от неё.

Потому что Сетора пыталась захватить себе Харухиро.

Харухиро – их предводитель, и, если можно так сказать... да, Харухиро принадлежит всей команде. Наверное, странно так говорить, словно он какая-то вещь, но будет нехорошо, если кто-то решит заполучить его только для себя. А Сетора даже не в их команде.

Но Сетора много раз проходила вместе с ними через тяготы и опасности. Теперь они что-то вроде друзей по оружию.

Мэри захотелось успокоить Сетору. Всё будет хорошо. Твой парень не погибнет от такого пустяка.

Потому что я не позволю.

Энба стоял прямо за спиной Сеторы, серый няа примостился у него на плечах.

Пока что все целы. Неизвестно, что будет дальше, но мы справимся, чего бы это ни стоило. Сейчас им остаётся лишь верить в это и двигаться дальше.

– Итак, – Джесси обвёл глазами Мэри и её товарищей и отдал какой-то приказ их конвоирам в зелёных плащах. Он говорил на каком-то непонятном языке – вроде бы похожем на орочий, но, скорее всего, на каком-то другом.

Мэри оттащили назад, а Харухиро повернули на бок.

– На ваши вопросы отвечу я, – шагнула вперёд Шихору.

Джесси достал из ножен меч, поднёс остриё к горлу Харухиро и повернул свои голубые глаза к Волшебнице.

– Кто вы такие?

– Те, кем и выглядим. Солдаты добровольческого корпуса из Ортаны.

– Я вижу с вами некроманта из Скрытой Деревни. И ещё у вас няа.

– Она... Няа – её увлечение.

– Насколько я понимаю, обычно дрессировщики работают с большими стаями няа.

Шихору бросила короткий взгляд на Сетору. Мысли той по-прежнему витали где-то далеко, она, кажется, вообще не слышала разговор.

– Сейчас остался всего один, – сказала Шихору, – Случилось разное, и мы разделились с остальными.

– Разное, говоришь. Понятно, – Джесси пожал плечами, – Я бы сказал, что вы от кого-то бежите. И если это орки или нежить то, возможно, у нас тут небольшая проблемка.

Шихору нахмурилась и прикусила губу. Она задумалась. Мэри тоже показались подозрительными слова Джесси.

Это место находится в одной из долин возле Хребта Куарон, к северо-востоку от плато Наргия. Неизвестно, где именно, но, скорее всего, в прошлом здесь была территория королевств Аравакия или Ишмаэл. Как бы то ни было – сейчас для людей эти места враждебны, здесь правят орки, нежить или другие воюющие с людьми расы. Почему наша вражда с орками или нежитью была бы проблемой?

Джесси не похож ни на орка, ни на нежить, но он не на нашей стороне. Скорее всего, он должен быть в сговоре с той, другой стороной.

Или всё не так просто, как кажется Мэри?

– Это были не орки и не нежить, – ответила Шихору. Далеко не вся правда, но также не ложь. Последними врагами их команды определённо не были ни орки и ни нежить, – Мы убегали от зверей.

– Но вы же из добровольческого корпуса, нет? – Джесси приподнял левую бровь, – Ладно в одиночку, но командой-то вы могли бы отогнать их. Смехотворно.

– Это была стая гуорел, – почти шёпотом сказала Шихору, – Мы убили нескольких, но они не оставляли нас в покое.

– О-о, – глаза Джесси едва заметно расширились, – Тогда вам не повезло. Если это правда, конечно.

– Так и есть, – необычно твёрдо ответила Шихору, – В конце концов мы оторвались от них и на остатках наших сил нашли этот посёлок. Но мы не знали, кто тут живёт, и Харухиро отправился на разведку.

– Чтобы потом вы могли украсть или отнять провизию, так?

– Мы с радостью согласились бы выменять, если бы у нас нашлось, что дать взамен, – сказала Шихору, – Но... Мы не знали, можно ли договориться с вами, и должны были как-то это выяснить.

– Ну что ж, звучит разумно, – Джесси отвёл меч.

Внезапно Мэри показалось, что ей стало гораздо легче дышать – словно до сих пор она стояла затаив дыхание.

Она хотела бы поменяться местами с Харухиро, если бы могла. Терять Харухиро нельзя ни за что. Мэри должна защитить его любой ценой. Она не желает, чтобы ему ещё раз причинили боль.

Зная его, Харухиро вечно будет о чём-то тревожиться, пытаться взвалить всё на себя, забывать про отдых. Мэри хотелось наконец накормить его как следует и заставить как следует отоспаться.

– Что-нибудь! – воскликнула она, больше не в силах сдерживаться. И тут же раскаялась в этом. Что я творю?

Её лицо горело от стыда. Так горело, что было даже больно. Ей захотелось вырыть бездонную яму и спрятаться там.

Конечно, она не может так поступить.

Разумеется.

– Что-нибудь, – сказала она на этот раз спокойно, – Есть ли что-то, что я могу сделать? Я готова на всё.

– Ого! – изумлённо воскликнул Джесси, поднимая руку, – Девушке не стоит такое предлагать.

– Я... Я не это имела в виду...

– Нет, если уж говоришь, что готова на всё, то и на это тоже, а?

– Е-если вы потребуете...

– М-Мэри, нет! Нельзя! – испуганно воскликнула Шихору.

– Д-да! – дрожащим голосом согласился Кузак, – Т-так нельзя, совсем! Ну, то есть, лучше я! Я честно готов на что угодно, правда! Мне это пустяк!

– Юме тоже сделает что угодно! – закричала Юме, – Она может даже изобразить Белую Богиню Эльрих!

– О? – Джесси поскрёб подбородок, – А давай. Покажи.

– Конечно! – Юме сгорбилась как волк и завыла: – У-у-у-у! У-у-у-у! А-аф, аф, аф. У-у-у-у-у-у!

– Пф. Эльрих разве такая?

– Такая! Юме иногда видит Эльрих во сне, и она воет точненько так! У-у-у-у! Эльрих-тян супер миленькая кстати. Она такая пушистая и добрая!

– О-о, – сказал Джесси, – Ну ладно. Да, ты же Охотник. Как и я в своё время.

– Ува?! Тогда ты, наверное, знаешь учителя Юме? Эм, как же его... Да, Ицкусима!

– Да, знаю. Значит, ты ученица Ицкусимы?

– Ага! Вот только Юме так давно его не видела. Вот бы снова с ним повстречаться...

– Надеюсь, повстречаешься, – Джесси широко улыбнулся. Но в его улыбке, хотя и совершенно искренней, словно бы чего-то недоставало.

Не стоит забывать, что этот мужчина даже не поморщился после Удара в Спину от Харухиро – удара, который должен был быть смертельным. Он выглядит человеком и, судя по всему, раньше тоже был солдатом добровольческого корпуса. Он сказал, что был Охотником, как и Юме. Но несмотря на это, он явно не обычный человек.

– Как я и говорил, мне не особо хочется убивать вас, – произнёс Джесси, – Я сделаю это, если придётся, и не буду мучиться совестью, но... да. Что будет дальше – зависит от вас.

– Что это значит? – решившись, спросила Шихору.

– Всё просто, – Джесси убрал меч в ножны. Пожалуй, будет большой ошибкой считать это жестом примирения, – Гив энд тейк. Понимаете?

Но что Мэри и остальным придётся отдать Джесси?

И в то же время, Мэри подумала и о другом. Сможет ли она хоть как-то отплатить Харухиро за всё, что он делал для их команды?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

6. Походка счастья

Кузак шёл за женщиной в зелёном плаще – во всяком случае, он предполагал, что это женщина. Он боялся задать вопрос, да и вряд ли спутница говорит на его языке. Но всё же, скорее всего, это женщина.

Её грудь, как бы это сказать... Ну, в общем она была. И она была огромной. Ещё женщину можно было бы назвать рослой, но здесь, в Джессилэнде, хватало женщин, способных помериться ростом с любым мужчиной. Вот только... её лицо. Описать внешность женщины можно было бы многими словами, но слова «красивая» среди них определённо не окажется.

Опять же, цвет её лица – зеленовато-кремовый. Носа нет – ну, или вроде как есть, точнее, только ноздри. Рот, выставляющий напоказ зубы и дёсны. Красные глаза.

Она довольно-таки жуткая. Страшнее орка. Ах да, и зовут её, вроде бы, Янни.

Янни отвела Кузака в горы и, прошагав некоторое время, они подошли к какой-то постройке – наподобие горной хижины. Собственно, это и была хижина.

Возле хижины были сложены брёвна, обрубленные до одинаковой длины. Кузак вдруг осознал, что уже какое-то время слышит доносящиеся откуда-то звонкие удары. Кто-то валит лес. А это, значит, хижина дровосека?

Янни дёрнула подбородком в сторону штабеля. Она хочет, чтобы Кузак что-то сделал с брёвнами?

– Нет, нет. Не может быть, – пробормотал он. Кузак изобразил, как взваливает на плечо продолговатый предмет, и качнул головой в ту сторону, откуда они пришли: – Вы хотите, чтобы я их перенёс? В деревню? Так?

Янни кивнула.

Кузак указал на себя:

– Я? В одиночку?

– А? – Янни склонила голову набок.

– Эм, ну, не знаю, как это сказать, но это дело... Эта работа... Ну, я буду работать один? Вы же видите, тут довольно много брёвен... Штук сто, или даже больше? И они вроде как немаленькие, да? Не уверен, что смогу нести их один...

Янни слушала, не перебивая, но как только Кузак замолчал, она снова дёрнула подбородком в сторону брёвен, словно приказывая – «За дело».

Кузак повесил голову.

– Ну да, ну да. Не поспоришь. И ведь я и так вымотан до предела, а тут ещё и таскать тяжести...

Янни с громким звуком втянула воздух сквозь сжатые зубы. Видимо, хотела припугнуть. Что ж, получилось.

– Ладно, я сделаю, – Кузак пожал плечами, кивнул.

– Уора.

– А? Что? Что это значит?

– Уоуф.

– Нет, не понимаю. Но, наверное, это значит «пошевеливайся», или что-то такое. Да, да, я сделаю. Ну, девушкам ведь нельзя поручать такую работу, а у Энбы-куна только одна рука.

– Ниак.

– Хорошо! Я же сказал, сделаю! – Кузак шагнул к горе брёвен. Он хотел подбежать, но тут в животе громко забурчало, ноги ослабли, и он пошатнулся.

А, проклятье. Сейчас упаду. Силы уже на исходе.

Кое-как ему удалось не упасть, но не в состоянии дальше стоять на ногах, Кузак присел на корточки.

– О-о-о... Что это? Перед глазами всё плывёт. О-о. Ого...

– Руа? – к нему подошла Янни, она вглядывалась в его лицо. Янни выглядела всё так же пугающе, но теперь в её взгляде угадывалось что-то, напоминающее тревогу.

– Я, ну... вроде как держусь из последних сил. На последнем издыхании... А, это ведь одно и то же? Давно ничего не ел. Наверное, мне не стоит это говорить, но...

Янни вздохнула и, пошарив у себя в плаще, извлекла какой-то свёрток и протянула Кузаку.

Что-то, завёрнутое в плотный лист?

– О-о. Спасибо, – произнёс Кузак, принимая свёрток. Он поднёс подарок к носу и...

Это.. Сложно сказать, но по запаху вроде похоже на хлеб. Рот тут же наполнился слюной.

– Э-это.. Еда?

Янни отвернулась, словно в смущении и, помолчав, тихо произнесла «Уора». Возможно, Кузаку уже начало мерещиться с голоду, но... Она сейчас выглядит немного мило? Ну, да, у Янни страшное лицо, но она не плохой человек?.. Хотя она ведь вообще не человек.

Кузак развернул свёрток. Внутри обнаружились плоские коричневатые предметы, что-то среднее между хлебом и оладьями. Три штуки. Он схватил одну и жадно вгрызся.

– О!

Внутри. Внутри этих лепёшек обнаружилась какая-то начинка – что-то похоже на мясо, с кисло-сладким вкусом.

Что до теста, из которого испечены эти хлебцы, или оладьи, или что они такое, то его вкус довольно невыразительный, но оно плотное и питательное, и...

Чудесно. Это чудесно.

Вкусно – если одним словом, но так вкусно, что Кузак не мог подобрать слов. Возможно, не будь он так голоден, то лепёшки не показались бы ему чем-то особенным, но сейчас они были просто восхитительны. Казалось, стоило жить ради одного этого вкуса. Ради этого чудесного вкуса, от которого словно сами собой готовы политься слёзы и закапать изо рта слюна.

Вкусно. Вку-у-у-усн-о-о-о-о... Как же вкусно.

Кузак осознал, что против своей воли откусывает от лепёшки кусок за куском, всхлипывает, набивая рот. Не плачь, приказал он себе, но и корить себя за слабость в этот момент не мог.

Наконец, Кузак проглотил последний кусочек этих хлебцев – или оладий. В его голове разлилось цепенящее чувство счастья и сытости. Его веки и ноздри трепетали.

Как же я хочу ещё. Прямо сейчас я бы съел сотню этих лепёшек. Ну, мечтать не вредно, и теперь я могу шевелиться.

– Янни-сан, – Кузак улыбнулся своей спутнице. Точнее, улыбка сама собой расплылась на лице, – Спасибо. Было очень вкусно. Вы спасли меня.

Янни на мгновение встретилась с ним глазами и тут же отвернулась. Она бросила несколько слов – что-то вроде «нуан» и «уакундаво», что-то, что Кузак не понимал. Она злится? Непохоже.

Сложно. Понять представителя другой расы нелегко.

Кузак поднялся. Его доспехов на нём не было – он снял их и оставил в деревне. И, само собой, щита и меча при нём не было тоже. Он посмотрел на брёвна.

– Кто не работает, тот не ест...

Они с Джесси заключили уговор. Джесси не убивает Кузака и его товарищей, предоставляет им еду, воду и ночлег – но всё это придётся отработать. Вдобавок Джесси поставил ещё одно условие:

«Я не позволю вам уйти отсюда. Из Джессилэнда.»

Харухиро был у него в заложниках, а остальные – связаны, так что выбора не оставалось.

Вообще-то говоря, выслушав условия Джесси Кузак подумал – «Что, и это всё?». Он ожидал, что от них потребуют чего-то худшего, чего-то опасного для их команды. Им дадут еду, воду и жильё. Чего ещё желать?

Но когда пришло время браться за работу, и Янни приказала ему приступать, необходимость оставаться в Джессилэнде перестала казаться чем-то несущественным. Одно дело смириться с ограничением свободы как с временным неудобством, но как долго им придётся оставаться в деревне? Может, навсегда? Навечно? Значит, им придётся жить тут до самой смерти? И они никогда не вернутся в Ортану?

Кузак подошёл к штабелю. Поднял одно бревно. Тяжеленное. И длинное. Впрочем, пожалуй, он сможет его унести. Кузак, крякнув, взвалил ношу на плечо – бревно колыхнулось, и он пошатнулся.

Янни фыркнула.

– Послушайте, Янни-сан, не смейтесь. Я просто не освоился. Мне нужно только приноровиться, и всё будет отлично. Вот увидите.

Наверное, дело в центре тяжести. Кузак попробовал передвинуть бревно на плече. Всё прошло, как он и рассчитывал – его груз почти перестал качаться.

– Ну вот, видите?

Янни хмыкнула.

– Что?.. Я-то думал вы ничего, а вы вот так со мной? Ну ладно. Мне просто нужно работать, так? Я сделаю всё что нужно. Ну, вперёд. Вы идёте? Впрочем, я не убегу и не стану отлынивать даже без присмотра.

– Уора.

– Да, да. Это значит «иди», или «приступай», или что-то в этом роде, да? Это ваше «уора». Даже такой дурак как я уже понял.

– Уоуф.

– Поторопиться? Конечно. Как скажете.

Кузак зашагал с двухметровым бревном на плече.

Как далеко от деревни до этой хижины дровосека? Минут тридцать ходьбы? А с бревном, наверное, путь займёт ещё больше времени. И сколько раз придётся повторить этот маршрут сегодня? От таких мыслей начинала кружиться голова.

Янни шла за Кузаком по пятам.

Если вот сейчас махнуть бревном... Нет, такие мысли ни к чему не приведут. Даже если ему удастся одолеть Янни и сбежать, потом-то что?

– И вообще Янни-сан, кажется, вовсе не злая... – пробормотал он себе под нос.

Не только Янни, но и остальные обитатели Джессилэнда выглядели в глазах Кузака неприятно – но, наверное, только по человеческим меркам. Но всё же, даже по сравнению с другими расами – кобольдами, орками или гоблинами – местные выглядели очень неприятно. Хуже них, может, разве что нежить – но те вообще не воспринимаются как живые существа.

Может, они и получше чем разношёрстные расы Дарнггара, но всё же жутковаты. По крайней мере, внешне. Насчёт их характера Кузак был не уверен.

Те, кто работали в полях, похоже, были безоружны и напоминали обыкновенных крестьян. Другие, носящие зелёные плащи, были крепко сложены и носили оружие, но тоже не выглядели воинственно.

По их движениям было видно, что они в хорошей физической форме. Должно быть эти «зелёные плащи» прошли через какие-то тренировки, но они больше похожи на охотников, а не воинов. Джесси вроде говорил, что был Охотником, так что, может, это он обучил местных жителей.

Кузаку хотелось задать Янни много вопросов, но сейчас это невозможно.

– Да и какой толк от этих размышлений? – пробормотал он.

Поначалу удерживать бревно ровно не получалось и идти было тяжело, но Кузак быстро приноровился и теперь шагал быстро и уверенно. Такой простой труд всегда его ободрял – видимо, он всё же больше годится на то, чтобы работать руками, а не головой.

Каждый раз, наблюдая за Харухиро и Шихору, Кузак думал – насколько же ограничен его кругозор. Если перед ним враги, он может придумать, как справиться с ними. Это он может спланировать, но если попробовать, например, предугадать, что будет год спустя - такое ему даже не представить. Да какое год, он и на месяц-то вперёд загадать не может.

Ему нелегко ухватить детали будущего даже на расстоянии десятка дней. Завтра, послезавтра – вот его предел.

У него плохо получалось подмечать все мелочи. Он старался изо всех сил понять своих товарищей, думать о них, но то, что происходит в головах девушек было за пределами его понимания.

Юме всегда такая рассеянная, что в это попросту не верится. Но с ней весело, так что в этом нет ничего плохого. Шихору как будто бы видит всех насквозь, и поэтому она немного страшная.

Но всё же, Шихору-сан, а как же ты сама? Всегда думаешь про команду, команду, и только про команду. Ты уверена, что тебе самой не нужна помощь? Впрочем, он не смог бы задать ей такой вопрос при всём желании.

Сетора – ну, она, вероятно, вообще не видит в Кузаке человека. А что до Мэри...

После всего, что было, он не мог не думать о ней и постоянно ловил себя на взглядах в её сторону, на наблюдении, как она ведёт себя в той или иной ситуации.

Вроде той.

Да.

Когда она лечила Харухиро.

Впрочем, Кузак и раньше подозревал.

В том, что Мэри тревожилась за Харухиро, не было ничего странного. Харухиро ведь их предводитель. Также Кузак осознавал, что Мэри уважает Харухиро. Уважает? Звучит как-то формально. Почитает? Нет, ещё хуже. Тогда как? Ну, она высоко оценивает его навыки и доверяет ему – как-то так?

– Ну, я ведь и сам ему доверяю, – пробормотал Кузак.

Что ни говори, но Харухиро спас его. Без Харухиро Кузак не стал бы тем, кто он сейчас.

В этом, наверное, его секрет? Харухиро не кричит ни на кого, не приказывает делать то или это. Он служит примером. Не то, чтобы Кузак хотел стать таким же как Харухиро – это ведь просто невозможно, так? Но за Харухиро хотелось следовать. Поддерживать его.

Потому что Харухиро трудится больше всех. Это даже не столько подстёгивало Кузака, сколько само собой заставляло подумать – я должен стараться сильнее. Ну, вроде, что можно сделать и больше, правда? Я должен смочь. Харухиро ведь может. У нашего лидера сонный взгляд, он совершенно обычный человек, а не какой-то герой, но всё же он поразителен.

И Мэри наверняка чувствует то же самое. Но только ли это?

Кузак не привык хвастаться, но у него неплохое чутьё на такие вещи. Может, не такое острое как женская интуиция, но всё же у него хороший нюх на романтику. Вот почему он подозревал.

Ну, это ведь было понятно. Когда Сетора льнёт к Харухиро, Мэри ведёт себя как-то странно. Временами кажется, что вот-вот сорвётся.

Впрочем, пожалуй, даже если бы у неё и не было каких-то чувств к Харухиро – они всё же товарищи по команде, а он – предводитель. Даже если бы Сетора не возникла вот так, будто из ниоткуда, уже одно то, что ещё совсем недавно полностью чужая им женщина вдруг забирает Харухиро себе, наверняка неприятно девушкам команды.

Если бы Юме или Шихору вдруг сошлись с каким-то парнем, про которого Кузак никогда не слышал, он, наверное, тоже был бы несколько недоволен. Нет, он конечно порадовался бы за них, поддержал их выбор и со временем смирился, но всё же какое-то время его грызло бы какое-то невнятное чувство неприязни, пусть и не достигающее уровня настоящей ревности.

Особенно для их команды. Они ведь провели столько времени в Дарнггаре, когда единственными людьми рядом были лишь товарищи по команде. Их наверняка связывают сильные узы. Дело в этом?

Что-то вроде – «да, можешь встречаться с моей старшей сестрой, только не смей заигрывать с ней при мне, а если обидишь её, пеняй на себя»?

Вот что чувствует Мэри?

Кузак взвесил в голове эту мысль.

Но нет, пожалуй, не так?

Ну, это же видно.

Она по-настоящему ревнует, так? Сильно, почти яростно?

С другой стороны, может, собственные чувства Кузака к Мэри, от которых он до сих пор не смог полностью избавиться, заставляют его смотреть на ситуацию именно так. Пожалуй, однозначного подтверждения его подозрениям всё же нет.

Но всё-таки..

Мэри тогда использовала Чудо Света, чтобы исцелить Харухиро, и протянула к нему руку. Выражение лица Мэри в тот момент неизгладимо впечаталось в память Кузака.

Она свела брови, её глаза сузились, а губы приоткрылись, как будто она хотела что-то сказать, но не могла решиться. Словно всё её существо тянулось к Харухиро – а может, она пыталась притянуть его к себе изо всех сил.

Как же она была красива в тот момент. Кузаку оставалось лишь от всей души порадоваться за неё. Всё хорошо, Мэри-сан. Это наверняка было тяжело. Ты так хотела вылечить Харухиро, вылечить как можно скорее. Наверное, это было словно идти по острым иглам. Так больно, как будто ты была ранена сама. Я рад за тебя, правда. Наконец-то тебе позволили исцелить его. Ну, мы ведь товарищи. А он ещё и наш предводитель. Так что это само собой разумеется, так? Тебе было так тяжело, но теперь всё позади.

Но только ли это?

Попросту говоря, Мэри-сан, ты, наверное, влюблена в Харухиро. Мысль не принесла раздражения – скорее, некое частичное удовлетворение.

Кузак мог бы попытаться отбросить её как невозможную – но не сделал этого. Лицо Мэри в тот момент убедило его.

Так вот оно что? Понятно. Да, теперь всё ясно. Вот в чём дело. Да, да, теперь очевидно. Теперь-то конечно легко говорить, но, пожалуй, я и раньше это знал.

Но что насчёт Харухиро?

Что ж, речь не о какой-то там обычной женщине, а о Мэри-сан. Если спросить, нравится она ему или нет, то он наверняка ответит «нравится». Даже наш тихий и неразговорчивый Харухиро, так ведь? Нет, в этом конечно нет ничего плохого – он просто очень серьёзный. И это также значит, что даже если он и влюбится в Мэри, то вряд ли сможет признаться ей в этом. Харухиро ведь ещё и довольно застенчив. А ещё они товарищи. Даже если он осознает – «Мэри прекрасна, я люблю её», то скорее всего сдержится. Любовь или товарищество. Что для него главнее? Для Харухиро – последнее.

Но почему не выбрать и то и другое?

Но об этом может подумать Кузак, а Харухиро вряд ли придёт в голову такая удобная мысль. Должно быть, это отчасти то, что делает Харухиро – Харухиро.

И Мэри очень похожа на него.

Понятно, к чему это ведёт. Та ещё проблемка, а?

Если все в их команде дружно заявят – ну ладно уж, раз вы двое так любите друг друга, то просто станьте уже парой, то Кузаку, наверное, будет непросто это принять, но всё же Мэри ведь будет встречаться не с тем идиотом Рантой. И не с каким-то смазливым пустышкой.

Раз её парнем будет Харухиро, то Кузак сможет удержать в узде свою ревность и пожелать им счастья. Это не будет ложью, он скажет это от чистого сердца. Собственно, Мэри ведь прямо отвергла его, так что у Кузака нет даже права на ревность, но тут уж дело в его чувствах.

И всё же, даже если их любовь взаимна, они просто не смогут быть вместе.

Ни один не признается, не скажет другому – «я люблю тебя». Похоже, они просто не смогут. Хотя, может быть, им и необязательно облекать это в слова – может, между ними как бы проскочит искра, и тогда...

Нет, тоже вряд ли. Даже если они и любят друг друга, то скорее всего просто не будут делать ничего и только заставят всех вокруг тревожиться за них.

Кроме того, есть ведь ещё Сетора. Она, похоже, настроена по отношению к Харухиро очень серьёзно. И в сто, нет, в десять тысяч раз напористее Мэри, так что одной ночью может просто забраться в его постель. И тогда Харухиро вряд ли сможет отвергнуть её. Он ведь очень старательный. Если она напомнит ему про договор, то он вполне может подчиниться.

И тогда могут появиться дети. Может, придётся воспитывать их здесь, в Джессилэнде.

Мэри нравится всё милое, так что, возможно, она обрадуется детям больше чем можно ожидать.

Что ж, с этим тоже можно жить и, возможно, когда-нибудь Мэри сможет со смехом вспомнить о своей ревности – но сможет ли? Каково ей будет смотреть, как отношения Сеторы с Харухиро развиваются и крепнут? Не причинит ли ей это ужасную боль? И не просто один раз, а постоянно, долго?

Это было бы жестоко.

Слишком жестоко.

И всё же, Мэри со временем вполне может сдаться, принять случившееся, пожелать Харухиро счастья – пусть ей и придётся надломить себя ради этого.

Это... Точно, вот оно что, понял Кузак. Над ней, можно сказать, словно нависла какая-то тень. Мэри будто что-то гнетёт. Не знаю, что. Может, потому что она, Жрец, позволила погибнуть своим товарищам? Как будто она в каком-то смысле поставила на себе крест.

Кузака это тревожила. Он желал Мэри счастья. Желал, чтобы она всегда улыбалась – и, если возможно, благодаря ему.

Но я не справился, подумал он.

Мы товарищи. Не стоит вступать в такие отношения с членами своей команды. Я сейчас не могу думать о любви – вот что сказала Мэри Кузаку, отвергая его. Вряд ли она лгала, но, наверное, о чём-то умалчивала.

Попросту говоря, Кузак ей не пара. С точки зрения Мэри он ещё слишком похож на ребёнка, и она не видит себя его девушкой. От разговора с Шихору у него осталось похожее впечатление – короче говоря, он смирился с позицией кого-то вроде младшего брата.

Похоже, от женщин он ждёт, в первую очередь, заботы. Опеки.

Что за ничтожество. Понятно, почему Мэри не сможет довериться ему.

Но что насчёт Харухиро?

По крайней мере, он очень ответственный. И предупредительный. Ну, у него мягкий характер. С ним может быть не очень весело, но в этом есть свой странный уют. Даже когда они с Харухиро спали плечом к плечу в одной палатке, это не было неприятно. Харухиро из тех, с кем легко.

И это, наверное, хорошо сочетается с характером Мэри.

А как отреагируют Шихору с Юме, если Харухиро с Мэри станут парой? Удивятся, наверное, но вряд ли будут против. Они, наверное, будут рады за них и пожелают им счастья.

Эврика!

А почему бы не свести этих двоих вместе?

Сами по себе они так и будут топтаться на одном месте. А значит, другие должны подтолкнуть их друг к другу. Можно попросить Шихору помочь – вряд ли она откажет.

Да, я всё ещё люблю Мэри, но у меня нет ни шанса. И я могу доверить Мэри Харухиро.

Да, я не имею права так говорить, но это гораздо лучше, чем если бы Мэри досталась кому-то ещё. Я, конечно, не хочу видеть, как она заигрывает с кем угодно, и с Харухиро тоже, но если эти двое будут счастливы, то я смогу стиснуть зубы и смириться.

Вот только есть одна проблема...

Шуро Сетора.

Она стоит на пути.

– Ну и что тут можно-а-а-а?!

Задумавшись, Кузак наступил в углубление и покачнулся. Бревно резко пошло вниз, один конец ударился о землю.

– Ау! – окрикнула Янни.

– А-ай... – Кузак торопливо подхватил ношу обратно на плечо.

– Шейва! – бросила Янни. Это, должно быть, означало – «соберись!»

– П-простите! Я буду осторожен, извините!

Кузак обернулся и едва не потерял равновесие снова.

– Уайнеа... – пробормотала Янни. «Безнадёжен», прочитал по её тону Кузак.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

7. Не оборачиваться

Мужчина, шагавший рядом с ней, был не особо высок. Может, чуть выше Харухиро. Его покатые плечи также не отличались шириной – скорее, были довольно узкими.

А Юме думала, что все, кто в зелёных плащах, высокие и мускулистые. Видимо, ошибалась.

Судя по всему, кроме тех «зелёных плащей», что сопроводили Юме и её товарищей в деревню, есть ещё и другие, и её спутник, Тукотан, один из них.

Тукотан? Или нет, Токён? Вроде так? А может и Тотокян. Тотокян звучит миленько, так что может и Тотокян. Да, так лучше всего.

– Эгей, Тотокян!

Услышав возглас Юме, Тотокян развернулся и посмотрел на неё. Взялся за край надвинутого на глаза капюшона и чуть приподнял.

Его лицо было лиловое и бугристое. Вздёрнутый подбородок, торчащие клыки и здоровенный длинный нос. Красновато-фиолетовые глаза. Волосы густые, тёмно-чёрные и лоснящиеся.

На спине Тотокяна висели наискось колчан со стрелами и лук. Оружие выглядело незамысловатым, но надёжным. Хозяин лука явно хорошо о нём заботился.

Юме тоже получила лук. Маленький, словно сделанный для ребёнка. К нему прилагалось двадцать коротких стрел.

– Эта штука, – сказала Юме, прикасаясь к висящему за спиной луку, – Юме вот думает, что ей хотелось бы чего-то побольше. Этот какой-то совсем махонький. Из такого и не выстрелить далеко.

Тотокян просто молча смотрел на неё.

– М-м... – Юме склонила голову набок. Как объяснить, чтобы он понял? Она опустила взгляд в землю.

Тотокян сошёл с тропинки и направился в горы, временами на ходу отводя в сторону ветви деревьев и раздвигая высокую траву. Впрочем, он выбирал самый лёгкий путь. Это не выглядело как тропа, но Тотокян определённо часто ходил этим маршрутом.

Юме время от времени слышала трели и замечала над головами мелких птиц.

– Туоки, – внезапно сказал Тотокян.

– Ньё-о? – моргнула Юме.

– Туоки.

– Ту-о-ки, – попробовала слово на язык Юме.

Тотокян кивнул и указал пальцем себе на грудь.

Юме широко распахнула глаза и хлопнула в ладоши.

– О-о! Не Тотокян, а Ту-о-ки!

– Яй.

– О-о. Ту-о-ки, вон оно как. Ту, Ту, Туооки. М-м... Как-то тяжелёнько говорить. А может, Туокин подойдёт? Юме кажется, что Туокин гораздо проще. И звучит миленько.

– Туокин... – Туокин опустил голову, потом пожал плечами, – Рей. Туокин. Вейа.

– О-о. Это значит можно, а? Привет ещё раз, Туокин, – Юме протянула правую руку.

Туокин посмотрел на её ладонь, видимо, не совсем понимая, что от него хотят. Затем протянул свою правую руку и пожал ладонь Юме. Когда Юме сжала его ладонь в ответ, Туокин попытался высвободиться.

– Всё хорошо, хорошо. Юме тебя не укусит.

Юме ухмыльнулась и несколько раз встряхнула их руки. Ладонь Туокина была мягкая и тёплая.

Туокин, похоже, не знал как себя вести, но больше не пытался прервать рукопожатие.

Туокину можно доверять. Юме чувствовала это.

– М-м-м! Привет, Туокин!

– А?..

– М, ну... – Юме теперь сжала ладонь Туокина и своей левой рукой. Она зажмурилась, и принялась твердить про себя – привет, привет, привет, привет, – снова и снова. Может, он и не понимает её слов, но наверное поймёт, что она хочет сказать.

Юме распахнула глаза и улыбнулась.

– Привет!

– Яй... – Туокин опустил голову, – При... фет.

– Ву-у-у! Привет, привет!

– Прифет.

– Па! – Юме на мгновение выпустила его ладонь, и тут же схватила снова обеими руками и потрясла.

Тукоин сказал ей «привет»!

– Хей-хо!

– Хей?..

– Хей-хо, хе-е-ей-хо!

– Х-хееей-хо.

– О-о!

Юме закрыла один глаз, и Туокин тоже подмигнул ей. Точно, он и правда хороший человек. Правда, он вообще не человек. Но какая разница.

– Так вот... – Юме продолжала держать Туокина за руку и похлопала его по тыльной стороне ладони, – Туокин, Юме думается, что она хотела бы лук побольше.

На этот раз он, кажется, понял и жестами изобразил, что Джесси ещё не полностью доверяет Юме и её друзьям. Маленький лук можно натянуть быстрее, но он годится только для охоты в местности, где есть много укрытий, чтобы незаметно подобраться к добыче, и для сражений на близкой дистанции. А с мощным и большим луком Юме смогла бы стрелять на большие расстояния. Джесси не хочет давать такое оружие тем, кто может причинить вред поселению. Вот, видимо, в чём было дело.

– О-о... – Юме скрестила руки на груди и надула щёки, – Понятненько. Ну, тогда, видимо, придётся так.

– Рей.

– Ладно, Туокин, идём.

– Яй.

– Но куда Юме с Туокином идут?

Туокин поднял указательный палец и описал им большой круг.

– О-о... – протянула Юме, провожая взглядом кончик пальца, – Кругами, а?

– Уора.

– Да, да. Юме готова. Только скажи.

Туокин зашагал, и Юме последовала за ним.

Она задумалась, чем сейчас заняты товарищи. Похоже, у этого Джесси было своё поручение для каждого. Может, он собирается разделять их и дальше, заставить отдельно есть и спать. Тогда, наверное, ей нечасто удастся видеть друзей. При мысли о разлуке с Мэри и Шихору Юме стало очень одиноко.

Туокин временами оглядывался и сбавлял шаг. Видимо, старался заботиться о Юме.

– А ты настоящий добряк, а, Туокин? – окликнула Юме, – Но Юме в порядке. Юме не отстанет, так что не тревожься за неё.

Туокин коротко оглянулся и немного прибавил шагу. После этого они уже шли, не замедляясь.

Юме сосредоточилась на выдерживании заданного Туокином темпа и на том, чтобы смотреть по сторонам. В голове время от времени всплывали разные мысли, но сейчас ломать голову бессмысленно. Наверное, пока лучше ни о чём не думать.

Юме хотелось бы стать волкособом в следующей жизни, подумала вдруг она.

Иногда ей думалось, что жизнь человека не для неё. Юме никому не говорила и вряд ли когда-то скажет, но ей казалось, что быть человеком ей не подходит. Лучше быть волкособом, ну, или няа тоже было бы неплохо.

– Ай-яй, – прошептала она, прогоняя прочь досужие мысли.

Туокин временами прикасался к стволам деревьев и почве. Юме сразу не заметила но, похоже, он прикасался к каким-то колышкам. Наверное это знаки – может, обозначение территории.

Несколько раз они делали короткий привал. Туокин протягивал Юме фляжку напиться и давал ей какие-то коричневые лепёшки, что-то среднее между хлебом и оладьями. Вода во фляжке имела освежающий привкус душистых трав, а лепёшки были очень вкусные.

Сколько этих меток они уже проверили? Юме поначалу не считала, так что не могла сказать точно, но это случилось примерно на сороковой. Когда Туокин в очередной раз присел проверить колышек, он вдруг поднял голову и быстро осмотрелся.

Юме тоже присела и потянулась к луку. Что случилось? Она хотела спросить, но рассудила, что лучше сохранять тишину.

Туокин по-прежнему сидел на корточках. Он вытащил колышек из земли и положил его в карман. С ним что-то не так?

– Юууме, – тихо позвал Туокин.

– Чего? – прошептала в ответ Юме.

Туокин прикрыл рот рукой и указал вперёд. Потом опустил ладонь к земле и несколько раз поднял и опустил руку. Видимо, пытался сказать что они пойдут вперёд, но медленно.

Юме кивнула.

Туокин, крадучись, пошёл вперёд. Юме следовала за ним.

Солнце садилось. Они прошли довольно большое расстояние, но ушли не так далеко от деревни. Работа «зелёных плащей» должно быть заключалась в том, чтобы патрулировать окрестности и в случае какой-либо угрозы сообщать Джесси.

На ходу Юме положила руку на эфес катаны у себя на поясе. «Зелёные плащи» забрали оружие их команды после того, как Джесси велел всем его бросить. Перед тем, как Юме покинула деревню, ей вернули её катану. По сравнению с её первоначальным кукри или изогнутым мечом Ван-тяном, эта катана длиннее и тяжелее. Юме уже свыклась с ней и могла сражаться совершенно свободно.

Туокин явно встревожен. Наверное, рядом какая-то опасность, и он ищет её.

Честно говоря, Юме уже какое-то время что-то чувствовала. Что именно, она не знала, но явственно ощущала слабое покалывание в затылке.

Если ей это мерещится – отлично. Но может и нет. И Юме полагала что, всё-таки, не мерещится.

– Туокин, – сказала она.

– А?

– Рядом, наверное, что-то есть, да? Юме... Юме кажется, что на нас смотрят.

– Рей.

Видимо, Туокин чувствовал то же, что и она. Но Юме никак не удавалось разглядеть, кто следит за ними.

Внезапно раздался резкий птичий крик и хлопанье крыльев. Птица?

Туокин остановился, и Юме замерла тоже. Видимо, и правда птица. Птица, которая только что издавала радостные трели вдруг чего-то испугалась и сорвалась с ветки. И, скорее всего, испугали её не Юме с Туокином. Тут кто-то ещё.

– Слушай, Туокин, мы будем искать его?

Туокин издал лёгкий выдох. Видимо, ещё не решил.

– Туокин, – Юме мягко положила ладонь на его руку, – Когда не уверен, как поступить, решать необязательно. В такое время можно попросить помочь. Слушай, это важно попробовать сделать то, что можешь сделать сам, но важнее всего – получить результат. О, и ещё это плохо, когда взваливаешь на себя слишком много и попадаешь в опасность. У тебя ведь есть товарищи, правда? Всем будет так грустно, если тебя поранят. Юме надеется, ты понимаешь, что она хочет сказать...

– Всьо карашо, – проговорил Туокин, и уголки его рта чуть приподнялись. Видимо, это улыбка, – Датто анбу. О деа. У ненс Джесси.

Видимо, Туокин сказал что-то вроде – «Темнеет. Возвращаемся домой. Я сообщу Джесси».

По крайней мере, Юме решила понимать это так.

– Ладно, Туокин, идём домой?

– Яй. Уора.

– Будь начеку. Поход не окончен пока не вернёшься домой.

– По... ход..

– Эм, «поход» это... Ну, пожалуй тяжеленько объяснить, так что как-нибудь потом. А пока, пора домой!

Юме похлопала его по спине и развернулась. Туокин последовал за ней. Как будто бы это Юме теперь ведёт его.

– Туокин, Туокин! Тебе всё-таки придётся идти первым! Юме ещё плохо знает дорогу.

– Ва, – Туокин, кажется, смутился, – Всьо карашо, – он показал Юме большой палец и вышел вперёд.

– Ты такой милый, Туокин, – Юме хихикнула.

Что будет дальше? Юме, конечно, тревожилась о будущем. Но они с друзьями наверняка что-нибудь придумают.

Юме ведь не одна. С ней Шихору, и Мэри, и Кузак. Шуро Сетора и Энба может и не в команде, но тоже не предадут их – во всяком случае, Юме в это верила. А ещё Киичи, серый няа Сеторы, очень миленький.

Харухиро, конечно, сильно досталось, но Мэри вылечила его магией. Скоро он проснётся. И тогда всё снова будет как прежде.

Только вот это ноющее чувство в груди...

– Тупой Ранта...

Нет, как прежде уже не будет. Никогда.

Неужели Юме уже никогда не увидит его? Никогда в жизни?

Ей, конечно, вовсе не хочется его видеть.

Но если ей и правда не суждено больше встретиться с Рантой, то, пожалуй, это немного грустно.

Совсем чуть-чуть.

Если Юме увидит Ранту то, наверное, разозлится и стукнет его. Нет, не наверное – совершенно точно, обязательно врежет со всей силы. Но, наверное, поколотить Ранту ей уже никогда не удастся.

Лучше убедить себя в этом, подумала Юме.

Иначе... Иначе ей не избавиться от этого чувства разочарования.

Юме сглотнула и обернулась.

Её сердце заколотилось. Дыхание стало быстрым и прерывистым. По телу пробежал озноб, она ощутила, что покрывается холодным потом. Что происходит? Что?

Вот что. Прозвучит, наверное, преувеличенно серьёзно, но Юме окатило ощущение, будто кто-то схватил её сзади за шею.

Не отдавая себе отчёта в собственных действиях, она схватилась за катану. Ей ни за что не облечь своё ощущение в слова. Просто чутьё.

– Юууме? – спросил Туокин.

– Ш-ш... – Юме затрясла головой, – Стой. Что-то, прямо сейчас...

Юме осматривалась расширенными словно блюдца глазами. Но что она пытается найти?

Обзор заслоняют деревья, а в сумерках видно и того меньше.

Юме сделала два глубоких вдоха.

Озноб начал отступать.

– Уора, – сказала она.

Туокин смотрел на неё с подозрением, но кивнул.

Юме напоследок осмотрелась ещё раз.

Что-то следило за ней и Туокином. В этом у неё уже не было сомнений.

Но что это было?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

8. Гонится ли прошлое за нами?

Шихору хотелось что-нибудь сказать той, что сидела за решёткой, но она не могла решить, как к ней обратиться.

Похоже, даже в таком небольшом посёлке, как Джессилэнд, всё же нужна тюрьма. Здание, в котором они находились сейчас, видимо, выполняло именно такую функцию.

Окон не было, и помещение освещали лишь лучи заходящего солнца, просачивающиеся через дверь, которую они, входя, оставили открытой.

Деревянные решётки отделяли коридор с земляным полом от трёх камер. Две камеры справа, одна слева.

В первой камере по правую руку находился Энба. Его единственную руку примотали к корпусу и спутали ему ноги. В дальней камере справа сидела Шуро Сетора, тоже связанная по рукам и ногам. В левую камеру поместили серого няа, Киичи.

Киичи спал, свернувшись в клубок. Энба стоял в центре своей камеры. Сетора сидела, опираясь спиной о стену и глядя в противоположную. Шихору, смотрящую на неё по другую сторону решёток, она не удостоила и взгляда.

– Эм... – Шихору наконец заговорила, но обращаясь не к Сеторе, а стоящему рядом Джесси, – Почему... Почему вы посадили вот так только их?

– Из осторожности, конечно, – Джесси погладил свой заросший бородой подбородок, – Она из семьи Шуро, так что я не удивлён, что она некромант и привела с собой голема плоти. Но в то же время она и дрессировщик няа... Это подозрительно, и может быть опасно. Няа, несмотря на свой внешний вид, страшные создания. По приказу дрессировщика они могут совершить что ему угодно – даже убить.

Сетора фыркнула.

Джесси слабо улыбнулся и прикоснулся к решётке.

– Что смешного?

– Столько болтовни, но в итоге ты всё равно ничего не знаешь ни про нас, ни про наших няа.

– Нет, потомок беглецов из Кузен, – отвечал он, – Я знаю про вас всё. Наверное, даже больше чем вы знаете о себе сами.

Сетора повернулась к ним. Выражение её лица не изменилось, но Шихору всё же почувствовала, что та удивлена.

– Ты... Ты не простой бывший солдат добровольческого корпуса.

– Просто немного изучал историю, – сказал Джесси, – Вы используете няа для всего. Даже выводите таких, что предпочитают питаться только мясом орков. Няа – разумные существа, но лишены совести и морали. Воспитанные нужным образом они способны совершать самые жуткие поступки без малейшего сожаления. В этом они похожи на големов. Твой народ – мастера скрываться, прятаться и изобретать инструменты для убийства. А также использовать их.

– Нашу страну уничтожили, а нас изгнали из наших земель, – сказала Сетора, – Нам пришлось выживать.

– Это понятно и заслуживает сочувствия – как по мне. Но ты же понимаешь, что я не могу заставить себя сразу тебе поверить. Кроме того, твой народ и сам ведь никому не верит, так? Потому вы и прячетесь в Тысяче Лощин.

– Когда напали на нашу родину, нам не помог никто, – возразила Сетора, – Как мы можем доверять другим?

– Иначе говоря, вы избрали для себя путь изоляции. И как я могу доверять тем, кто не хочет и пытаться сосуществовать с другими? Вы с лёгкостью изгоняете даже одного из вас, если он нарушает законы.

– Я бросила деревню.

– Но ты, родившаяся в доме Шуро, но решившая разводить няа и без того всегда была изгоем, верно?

– Эм!.. – выдавила наконец Шихору, больше не в силах молча наблюдать.

Джесси перевёл взгляд своих голубых глаз на неё. Что-то не так с глазами этого мужчины, что-то неправильное. А может, не только с глазами – скорее, со всем его лицом.

Как будто бы если снять с его лица кожу и мускулы под ним, то откроется новое лицо, совсем другое. Его лицо не выглядит маской, но и не производит впечатления настоящего.

– Сетора-сан всегда добра к своим няа, – нерешительно проговорила Шихору, – Она ни за что не прикажет им делать то, что вы говорите... наверное. Нет, я уверена... Мы, конечно, не так давно вместе... Я, наверное, не имею права даже называть её товарищем. Сетора-сан и сама, наверное... не думает обо мне так. Но всё же... Но всё же, она много раз выручала нас... Я мало что знаю о Скрытой Деревне, но Сеторе-сан я доверяю.

– Понятно, – Джесси взялся за подбородок и чуть склонил голову набок, – Ты, я вижу, мягкосердечна. О, не пойми это как сарказм. Я совершенно искренен. Мне нравятся девушки вроде тебя. О, ты можешь это не так понять. Это не влечение, просто положительная оценка. Как по мне.

– Спасибо…

– Ты прямолинейна, но не беспечна. Это тоже хорошо. Ну, да ладно... – Джесси постучал тыльной стороной ладони по деревянной решётке, – Я по-прежнему не доверяю ей. Стараюсь вести эту игру осторожно. Скучно ведь когда не принимаешь дело всерьёз, так?

– Игру?.. – Шихору нахмурилась.

– Решу потом, как с ней быть. Пойдём, Шихору.

Джесси, поманив Шихору за собой, зашагал к выходу.

Шихору посмотрела на Сетору. Та снова упёрлась взглядом в стену. Похоже, будет нелегко добиться того, чтобы Сетора увидела в Шихору товарища.

Она последовала за Джесси наружу. Уже почти стемнело, вокруг не было ни души. Должно быть, жители посёлка готовят ужин. Из труб домов поднимался дым печей.

– Итак, Шихору, ты осмотрела Джессилэнд, – заговорил Джесси пока они шагали, – Что думаешь?

Кузака отправили заниматься физическим трудом. Юме увёл с собой из деревни один из «зелёных плащей». Мэри присматривала за Харухиро. Сетора, Энба и Киичи сидели в тюрьме.

Шихору же взял с собой Джесси. Они обошли поля, побывали в домах жителей, в загонах для скота и складах, осмотрели колодец, оросительные каналы, водяную мельницу и другие места. Джесси отвечал лишь на простые вопросы, например – «Это водяное колесо?»

– Что я думаю... о чём?

– Думаешь, вы смогли бы жить здесь?

– Тут тихо... – Шихору опустила голову, подбирая слова, – И мирно. И здесь поддерживается порядок, так что... Если у нас будет пища и вода, мы смогли бы тут жить.

– Это да, разумеется. Но просто жить скучно, а?

– Да... Наверное.

– Ты была в добровольческом корпусе, так что должна понимать. Не так просто отказаться от настолько захватывающего образа жизни. Ну, как по мне.

– Я... Мне, наверное, больше подходит мирная жизнь.

– А мне надоело, – кивнул Джесси, – Надоело? Нет, не так. А как? Устал? Не уверен в точности, что я тогда чувствовал. Но всё же я ушёл из корпуса, бросил товарищей и остался один. Одиночное путешествие, туда куда меня заведут ветер и мои причуды. Куда глаза глядят – так говорят в Японии, да?

– Эм-м... Японии?

– Ты же японка, верно? Из Японии. Хотя, ты ведь не можешь этого знать.

– Я не…

Ноги Шихору остановились сами собой. Её окатило странное чувство, как будто она забыла нечто важное.

Это случалось уже не в первый раз – такое бывало и раньше. Шихору уже потеряла счёт моментам вроде этого.

Она слегка тряхнула головой. Казалось, она потеряет сознание, если двинется слишком резко. Где?.. Где я?..

Джессилэнд.

Поселение в горах.

Гримгар?

Что это за место?

Вдали раздалось карканье какой-то похожей на ворону птицы.

Она терпеть не могла ворон – они её пугали.

Если она несла с собой сладости, эти птицы иногда пытались их отобрать.

Они знали, когда у людей есть что-то вкусное.

Когда ей доводилось идти по городу вечером, она, оборачиваясь, всегда видела за спиной свою тень – пугающе длинную. Этот вид заставлял её невольно пуститься бегом. Но как бы долго она ни бежала, ничего не менялось. Оборачиваясь, она опять видела тень. Тень преследовала её всюду. Этого, конечно, и стоило ожидать – ведь это её собственная тень, но она пугалась.

Пугалась вопреки всякой логике.

– Ты всегда такая трусиха, Шихору, – усмехался кто-то.

Кто это сказал?

Не знаю.

Не помню.

Забыла.

О тебе.

Обо всём.

Вообще о том, что был такой человек.

Где?

Когда?

Где-то не здесь?

Это же…

О…

Я не знаю.

Я не знаю. Не знаю.

Не знаю. Не знаю. Не знаю.

– Я... – Шихору закрыла лицо обеими руками.

Не знаю. Не знаю. Не знаю. Не знаю. Не знаю. Не знаю.

– Что? О чём я?..

– Ты в порядке? – спросил мужской голос.

Шихору ощутила руку на своём плече.

Она подняла голову.

Казалось, голубые глаза мужчины ясно мерцают в подступающих сумерках.

– В по... порядке... – выдавила Шихору, – Я... Что я сказала? Только что?..

– «Не знаю», – ответил Джесси, – Только это. Ты твердила «Не знаю».

– Я... не знаю.

– Не тревожься об этом, – сказал Джесси, – Это нормально.

– Нормально?

– Ты наверняка не понимаешь, о чём я говорю. Просто всё так как есть. Если что-то кажется бессмысленным, сколько бы ты об этом не думала, то лучше просто не брать в голову, так?

– Бессмысленным... – пробормотала она.

Джесси присел на корточки.

– Верное. Бессмысленно, – прошептал он ей на ухо, – Япония. Токио. Синдзюку. Акихабара. Ты забудешь всё, что произойдёт дальше, после того как услышишь эти слова. Не знаю, как это работает. Ничего не поделаешь – ну, как по мне. Ты забудешь даже про то, что что-то забыла.

Шихору казалось, будто её мозги спутываются.

Воспоминания.

То, что всплывало в её памяти.

Это всё в её голове.

Воспоминания, какую бы форму они не принимали, запечатлены где-то в её мозгу.

И слова Джесси касаются этих мест. Словно за её воспоминания взялась и тянет пара пальцев.Выворачивает, а после ломает. Или перемещает куда-то ещё.

Но воспоминания должны оставаться там, где они есть. Если Джесси тронет их, они перестанут быть воспоминаниями.

Это не может быть правдой.

Но ведь Джесси сейчас прошептал что-то ей на ухо. Но что?

Он что-то сказал.

хх.

хх.

хх.

ххх.

Хххх.

Ххххх.

Xxx■■■■.

■■■■■■■■.

■■■■■■■■■.

– Нет.

Не знаю.

Не знаю.

Не знаю.

– Шихору, – сказал он, – Ты тоже пришла в Гримгар из Японии, так?

Япония.

Ххххх.

■■■ния.

Пришла?

В Гримгар.

– Через ту башню, что никогда не открывается…

Через?

Через башню, что никогда не открывается. Башню, что хххх хххх. ххххх что ■■■■■ ■■■■■. ■■■■■ ■■■■■ ■■■■■ ■■■■■.

– х.

Башня. Через ту башню.

– Эм... Кто-нибудь знает, где мы? – спросил чей-то голос.

– Эм... К-кто нибудь?..

...Это была она?

– ...знает? Что это за место?

Спрашивать было бесполезно.

Никто ничего не сказал.

Никто не знал.

Они не знали.

– Ты тоже увидела красную луна, да? – спросил Джесси, – Что ты подумала, когда впервые увидела красную луну?

...Луну.

Красную... луну.

Так и было. Она увидела красную луну. Луна была красной, и Шихору ахнула против воли.

– Не знаю, как это устроено, – сказал Джесси, – Но вы все забыли. Как и я до некоторого времени. Это было совпадение.

– Совпадение?

– Понимаешь, кое-что случилось. Что именно... Это личное, и не касается тебя напрямую, так что это неважно. Как бы то ни было, несколько необычных обстоятельств совпали, я вспомнил и перестал забывать. Поразительно, правда?

– Вы... знаете? – проговорила Шихору.

– Правду? В смысле, знаю ли я, как всё на самом деле? Не уверен. По крайней мере, проверить я никак не могу. Может, всё, что я знаю, это просто моя собственная фантазия. Во всяком случае, как по мне, это - факт, и это всё, что я могу сказать.

– Что... вы такое? – прошептала она.

– Я?

Джесси отстранился и подмигнул.

– Джесси Смит. Солдат добровольческого корпуса.

Теперь он говорил с нарочитым акцентом. Обычно в его речи не было ничего странного. Он говорил бегло, лишь временами немного неправильно ставил ударение.

А ещё добавлял это своё «Как по мне».

– Как по мне.

Шихору, кажется, слышала это уже несколько раз. Совершенно незачем это говорить. Это просто такая фразочка-паразит? Шихору это раздражало.

«Как по мне»

– Это место... Которое вы называете Джессилэнд... Что это такое?

– Игра, – Джесси выпятил грудь, широко распахнул руки и крутанулся вокруг себя, – Что до жанра то я больше предпочитаю FPS или RPG, но против симов тоже ничего не имею. Я создал этот посёлок с нуля.

– F?.. R?.. Симы?.. Что?

– Есть народ, который называют гумо, – продолжал Джесси, – На орочьем это что-то вроде «полукровка». Попросту говоря, этим словом называют детей от вынужденных связей людей и представителей других рас с орками, а также потомков этих детей.

– То есть... Обитатели Джессилэнда…

– Именно. Они все гумо.

– Эти... гумо... Их притесняют?

– А ты быстро схватываешь. Это хорошо. Да, ты права – орки притесняют гумо. И довольно жестоко. Дело в том, что орки высоко ценят узы крови. Их обычаи сейчас уже не так строги как раньше, но принадлежность к клану по-прежнему важна. Ты ведь знаешь, что такое клан?

– Общие предки и общая фамилия... так?

– Да, верно.

Джесси внезапно зашагал, и Шихору заторопилась за ним вслед.

– Орки часто похищают и насилуют женщин из других кланов, чтобы распространять свою кровь и укреплять свой клан. Наверное, это плохая тема для разговора с девушкой.

– Нет... Ничего страшного.

– Когда был создан Союз Королей и Кузен, Ишмаэл, Нананка, Аравакия, а также земли эльфов и дварфов, были атакованы, орки вели себя так, как поступали всегда. Люди всегда считали их дикарями или зверями, обращали их в рабство и держали в клетках на потеху, так что в этом наверняка была и месть. Я честно не уверен, что стоит рассказывать о таком девушке, но наверняка убийство мужчин и надругательство над женщинами было отличным способом выместить злобу. Но к общему удивлению оказалось, что люди, эльфы и дварфы способны скрещиваться с орками.

– Появились дети, – сказала Шихору.

– Да, в этом и дело. Никто, скорее всего, этого не ожидал. Это как кошки с собаками – млекопитающие, четвероногие, с хвостами, и могут даже спариться, если захотят. Хотя, сомневаюсь, что они когда-нибудь хотят. Неважно, это возможно. Но потомства у них не будет никогда. А две собаки могут быть сколь угодно разные – даже чихуахуа и сенбернар, у них всё равно будут щенки.

– Чихуахуа?

– Крошечная собачка. Очень мелкая порода. А сенбернары очень большие. Разница в размерах просто невероятная. Даже близкие виды вроде тигров и львов могут скрещиваться – но потомство будет бесплодно. Но что насчёт людей, эльфов, дварфов и орков?

– Вы сказали – «дети и потомки этих детей»…

– Да, верно, сказал. Гумо могут размножаться между собой. И, наверное, могут иметь детей с орками и людьми тоже. Понимаешь, Шихору? Это означает, что люди, эльфы, дварфы и орки очень близки друг к другу.

– Как собаки, которые могут сильно отличаться?..

– Поразительно, правда? Разошлись ли они в ходе эволюции? Или их гены получились похожими случайно? Или их создали похожими? Как бы то ни было, все эти расы родственны. Они как одна семья. Хотя, конечно, обычно с близкими родственниками этим не занимаются – прости, наверное это дурно прозвучит – но если вдруг брат и сестра ощутят влечение друг к другу и займутся сексом, им ничто не мешает. Они могут, если захотят. И у них появятся дети.

Джесси, разговаривая, размашисто жестикулировал. Видимо, он всегда так делает, когда его захватывает тема разговора. Наверное, привычка.

И всё же, откуда он столько знает? Он вспомнил и перестал забывать. Вот что сказал Джесси. Что он имел в виду?

Значит ли это, что и Шихору знала всё это, но потом забыла?

Она забыла то, что знала. Вот почему слова Джесси звучат как что-то совершенно новое.

Джесси, тем временем, продолжал говорить, плавно и без запинок:

– Появление на свет множества гумо стало для орков большой неожиданностью и позором. Многих просто выбросили как мусор, пока те были ещё младенцами – и я могу понять, почему. Гумо несли в себе кровь ненавистных оркам людей, эльфов и дварфов. Но убивали не всех. Орки не такие дикари, какими привыкли считать их люди. Многим гумо позволили жить – но, конечно, те не могли рассчитывать на равные с орками права. Если ты отправишься в любой орочий город, то повсюду увидишь гумо. Они занимаются любой грязной работой, получают пищу, которую дают скоту, но ухитряются выживать. Они уродливые, грязные, вонючие, и если приблизятся к орку, не выказывая должного почтения, то на них либо наорут, либо прогонят прочь пинками. Их жизни ничего не стоят, они существуют лишь по снисхождению орков. Вот что такое обычные гумо. В них, разумеется, нет ни капли достоинства. Тебе жаль их, Шихору?

– Внешне они выглядят иначе, но они не так уж и сильно отличаются от нас... – медленно проговорила Шихору, – Я так думаю.

– Ты права. Внешний вид гумо довольно специфичен. Их телосложение, пожалуй, нечто среднее между орком и человеком. Они не так уж далеки от людей. Говоря в общем, они примерно на том же уровне интеллекта, что и орки с людьми. Если их учить, они научатся чему угодно. Гумо, живущие в орочьих городах, жестоки, коварны и ленивы. Но это, несомненно, влияние той среды, в которой они существуют. Если гумо, живущим в моём Джессилэнде, дать десять, они попытаются вернуть вам одиннадцать или двенадцать. Как будто бы они не успокоятся, пока не отблагодарят вас большим, чем то, что получили. Среди них, конечно, есть свои горячие головы, но им достаточно пары дней взаперти, чтобы раскаяться и вести себя смирно. В общем, они послушны и трудолюбивы. Короче говоря, идеальные крестьяне. Ими легко управлять, но, с другой стороны, немного скучно.

– И поэтому... вы хотите, чтобы мы... тоже жили здесь?

Джесси согнулся от хохота, но не ответил.

Через некоторое время они вышли из посёлка. По обе стороны тропы простирались поля.

Солнце уже село.

– Шихору, – Джесси остановился.

– Да?.. – Шихору коротко выдохнула и непроизвольно крепче сжала посох.

– Та твоя необычная магия. Где ты этому научилась?

Этот мужчина, похоже, любопытнее всех на свете. Он любит узнавать новое. Шихору предполагала, что рано или поздно ей зададут этот вопрос. Она сама тоже хотела кое-что узнать.

– Вы нейтрализовали мою магию Магической Стрелой, – ответила Шихору, – Я никогда ничего подобного не видела. Да и вы... Вы непохожи на Волшебника.

– Потому что я не волшебник, – Джесси пожал плечами, – Как по мне.

Ну вот опять.

Это его «как по мне».

Джесси повернулся к ней.

– Можешь попробовать её ещё раз? Эту твою магию. Хочу посмотреть ещё раз, вблизи.

– Я ведь могу попытаться напасть на вас.

– Вообще-то этого я и хочу. Всё в порядке, убить меня не так-то просто. Ты же не дура и понимаешь это, да?

– Дарк.

На зов Шихору отворилась незримая дверь, и он появился. Нет, двери не было – он всегда был тут. Правильнее, наверное, сказать, что элементали вездесущи, но невидимы. Даже Шихору, Волшебница, не может их видеть.

Духи стихий. Элементали. Странно, но в Гильдии Магов так и не объяснили, что они на самом деле такое. Но они определённо существуют, их можно почувствовать, а их сила проявляет себя в виде магии. Когда Шихору со всей определённостью продемонстрировали это, и когда она получила возможность попробовать магию самостоятельно, ей оставалось лишь поверить.

Некие сущности – элементали – действительно есть. Насколько понимала теперь Шихору, они, скорее всего, не имеют определённой формы. Альв, Канон, Фарц, Даш – все эти разновидности не существуют.

Скорее всего, они совершенно отличаются от того, что люди называют живыми существами. Невидимые и неосязаемые. Здравый смысл подсказывает, что это всё равно что не существовать. Элементали отличаются даже самим способом своего существования.

Измерение, в котором существуют элементали, параллельно тому измерению, где находится Шихору и все остальные живые существа. Волшебники способны призвать элементаль на свою сторону, создать точку соприкосновения.

Обычно это делается с помощью элементальных глифов. Волшебник концентрируется на образе определённого элементаля, произносит нужное заклинание и притягивает этого элементаля к себе. Шихору твёрдо верила в это. Нужно следовать по пути тех, кто прошёл перед ней, по пути, намеченному и проложенному первыми Волшебниками, и тогда она сможет использовать ту же магию, что и они. Такова была сущность магии, которой её учили в Гильдии, секрет магической науки.

Дарк появился в чёрном вихре, принял форму морской звезды и повис над плечом Шихору.

Призывая элементаль на свою сторону Шихору придавала ему человекоподобный вид. Создать такой образ оказалось проще всего. Дарк не способен общаться с людьми, но было во многом удобно представлять, что он на это способен.

– Занятно. Как магия призыва, – Джесси вычертил пальцем элементальные глифы, – Малик Эм Палук.

Магическая Стрела.

В воздухе на уровне груди Джесси появился светящийся шар.

Большой.

Сначала он был маленьким, как обычная Магическая Стрела, но вырос в размерах.

Рассуждая, опираясь на то, чему учат в Гильдии, Шихору не нашла бы объяснения этому эффекту. Если следовать определённой процедуре, должен получаться определённый результат. Вот что такое магия. И поэтому в Гильдии учат создавать правильные заклинания правильным путём.

Но этот трюк по сути своей то же самое что и Дарк. Это способ, которым Джесси призывает элементаль в наше измерение, способ дать выход его силе. А способ Шихору – Дарк. Джесси достигает похожего с помощью Магической Стрелы. Внешний вид разный, но и то и другое – элементаль.

– Вперёд, Дарк.

Дарк полетел прямо вперёд с тихим воем. Шихору не сдерживалась. Дарк ускорялся, нёсся прямо на Джесси.

Тот лишь едва заметно улыбнулся. Он сделал правой рукой толкающее движение, и шар света пришёл в движение.

«Повернись», – тут же пожелала Шихору.

Дарк, летевший по прямой, сменил направление. Направо. Поворот не был резким, но Дарк ушёл от столкновения с шаром света. Он обогнул его по дуге и снова полетел к Джесси.

Джесси сказал – можешь попытаться напасть, так что Шихору попыталась. Но это не сработало. Она и не ожидала, что сработает.

Как и ожидалось, Магическая Стрела тоже сменила курс.

Она ударила Дарк.

На мгновение шар разгорелся ярче, потом налетел ветер – не по горизонтали, а сильный восходящий порыв. Шляпа чуть не слетела с головы Шихору, ей показалось, что её саму вот-вот подхватит ветер.

Шар света поглотил Дарк, но тут же исчез и сам – возможно, точнее будет сказать, что они поглотили друг друга.

Шихору не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Она знала, давно знала. С самого начала.

Подобный пламени, обжигающий Альв.

Подобный ледяным кристаллам, морозный Канон.

Подобный молнии, электрический Фарц.

Подобный комку чёрных водорослей, теневой Даш.

Четыре типа элементалей. Они повсюду. Они питаются силой души Волшебника, чтобы воплотить её в виде магии.

– Я не Волшебник, – произнёс, опустив глаза будто извиняясь, Джесси, – Но, по определённым причинам, если можно так сказать, могу колдовать. Шихору. Кто был твоим учителем в гильдии?

Шихору наконец смогла перевести дыхание.

– Мастер Ёрка.

– Ёрка. О-о, стала Мастером, значит? Впечатляет, она ведь должно быть ещё совсем молода.

– Но базовое обучение я прошла у Мастера Сараи.

– Это очень опытный Волшебник, – прокомментировал Джесси.

– Мастер Ёрка сказала, что... Что уроки Мастера Сараи со временем станут для меня бесценным сокровищем. Пусть даже сейчас я их и не поняла... Но со временем пойму.

– Понятно, – Джесси кивнул, – Кстати, она сказала что-нибудь о причинах, по которым первое заклинание, которое изучает каждый Волшебник, это Магическая Стрела?

Магическая Стрела. Это заклинание не относится ни к Альв, ни к Канон, Фарц или Даш. Тогда что это за элементаль? Шихору смутно помнила как задавалась этим вопросом во время базового курса.

– Нет... Ничего конкретного.

– Ясно. Значит, ничего не подсказывая прямо, она всё же дала тебе ключ.

– Ключ…

Шихору сжала посох. Её руки... Нет, всё её тело дрожало.

...Ключ. Точно.

Ей дали ключ с самого начала.

Ей оставалось лишь вставить его в скважине, повернуть, отпереть дверь и войти. Но она просто носила его в кармане, не заботясь даже о том, чтобы рассмотреть. В каком-то смысле Мастер Сараи и Мастер Ёрка сказали ей всё.

Шихору же пошла самым окольным из возможных путей. Она не считала, что её усилия были напрасны, но догадайся она раньше, то в прошлом могла бы сделать что-нибудь в ситуациях, когда ничего сделать не смогла. Когда её товарищи оказывались в беде, Шихору могла бы протянуть руку помощи.

Я дура.

Я бесполезная идиотка.

Впрочем, она и так всё это знает. Она сумела стать лучше, так что лучше не думать о своей бесполезности – но крепко держать это в уме.

Она ничтожество. И поэтому должна трудиться изо всех сил и никогда не останавливаться. Стоит позволить себе передышку, и, возможно, она уже не сможет продвинуться вперёд снова.

Шихору запрокинула голову, сделала глубокий вдох. И посмотрела на Джесси.

– Вы сказали... Вы не Волшебник.

– Сказал.

– Но откуда вы так много знаете?

– Это долгая история.

– Я совсем не против долгой истории.

– О, ты не поняла? – Джесси склонил голову набок, – Я пытался выразить это уклончиво. Наверное, стоило сказать прямо.

Иными словами, он не хочет говорить. Видимо, это значит, что он не намерен рассказывать Шихору эту историю.

Наверное, всё-таки лучше ему не доверять. Он даже не перевязал рану после Удара в Спину от Харухиро, и у него слишком много тайн. Он похож на человека, видимо, когда-то был солдатом добровольческого корпуса, а ещё много знает об Ортане. Но он не человек в том же смысле, что Шихору и её спутники – по крайней мере, сейчас. Не стоит об этом забывать.

Сейчас ей остаётся лишь слушаться его. Не сопротивляться, стараться заслужить его доверие, если возможно, и ждать возможности. Но тогда…

– Кстати, Шихору.

– Да?..

Если вести себя слишком покорно, это будет выглядеть неестественно и он её разгадает. Сеть из лжи неизбежно разорвётся. Она постарается быть честной насколько сможет и обманет в самом главном. Но удастся ли? Она сделает это, неважно, насколько это будет сложно.

Намерения Джесси остаются загадкой, но он водил Шихору с собой весь день. Если он намерен держать её при себе, то у неё будет шанс втереться в доверие.

– Что? – спросила она.

– А ты чертовски роскошно выглядишь.

– А?..

– Интересно, без одежды ты смотришься ещё лучше?

– Ха?..

Джесси говорил что-то странное. Шихору задумалась.

Ах вот он про что.

Осознание испугало её, она в панике отпрыгнула назад.

– М-м-моё т-т-тело в-вовсе н-н-не красиво, я п-п-просто т-т-толстуха! В-вам с-совсем не п-п-понравится, я н-н-не могу вам его п-п-показать!

– Шучу, — Джесси рассмеялся, – А ты очень забавная, знаешь ли.

– Ш-шутите…

Ах да. Шутка. Точно. Ну конечно шутка. Само собой. Кому вообще захочется смотреть на её отвратительное, неуклюжее тело? Не то чтобы Шихору собиралась что-то показывать Джесси. Хотя это и пустяк, но она не может. Ни за что.

Это была шутка. Но точно ли он шутил? Этому мужчине нельзя доверять. Откуда ей знать, что он не какой-нибудь маньяк, готовый запустить свои когти пусть даже не в Шихору, но в кого-нибудь, на кого он положит глаз?

– П-простите, – Шихору откашлялась, – Мне неловко... Что я приняла всё всерьёз.

– Всё нормально. Но если ты не против, то я в общем-то только за.

– Н-не то что я н-не против... Хотя…

– Шучу, сказал же.

– Джесси... – пробормотала она.

– М? Ты что-то сказала?

– Нет... Ничего. Вам, должно быть, показалось.

– Правда? Могу поклясться, что слышал, как кто-то прошептал моё имя с таким кровожадным тоном…

Джесси вдруг развернулся на северо-восток. Шихору тоже посмотрела туда.

Кто-то шёл по тропинке через поля. Кто бы это мог быть?

Все гумо же закончили работу и вернулись в свои жилища. Уже стемнело.

Шихору всмотрелась. По тропинке на самом деле шагали две фигуры. Одна из них замахала рукой.

– Ня-я-а-а! Шихору-у-у-у!

– Юме! – Шихору помахала в ответ, – С возвращением! Всё в порядке?! Отлично!

– Юме вернулась! С ней всё чудесненько! А ты, Шихору?!

– А, у меня тоже! Всё хорошо, как видишь!

– О-о! Нятлично! То есть, нет, отлично!

– И правда!

– А остальные?! Всё хорошо?!

– Они тоже!.. – у Шихору вдруг заболело горло, она схватилась за шею рукой.

– Незачем так кричать, – Джесси рассмеялся, – Подойдёт поближе и наговоритесь вдоволь.

– И правда…

– Шихо-о-ру-у-у! Юме сейчас придёт!

– Незачем так спешить…

– А ну! Туокин, кто быстрее!

– Бежать тоже незачем…

Но теперь, когда Шихору не кричала, Юме, видимо, уже не слышала её слов.

Юме хлопнула своего спутника по спине, и они оба помчались со всех ног.

– А они поладили, – пробормотала Шихору.

Стоило бы уже привыкнуть, но Шихору всё-таки поражалась каждый раз. Как Юме удаётся так ладить со всеми, даже с представителями других рас? Шихору хотелось бы стать, как она. Юме сияет словно яркая звезда. В прошлом Шихору даже ей завидовала – и не в таком уж далёком прошлом.

Если подумать, то с момента их появления в Гримгаре не прошло и двух лет. Воспоминаний о том, что было до этого, у Шихору нет, но это же не значит, что она просто возникла из ничего. У неё была какая-то жизнь и до Гримгара – в этом она была уверена, так же как и в том, что она лишилась воспоминаний, которые у неё должны быть.

Но это также значит, что память об этих двух годах для неё драгоценна. Люди, которых она встречала, то, что она потеряла – Шихору хотелось обнять всё это и держать так долго, как возможно.

Юме обогнала сопровождавшего её гумо в зелёном плаще и вырвалась далеко вперёд.

– Шихору-у-у-у! – она подняла правую руку.

– А? Ч-ч-чего?!..

Смутившись и запутавшись поначалу, Шихору всё же ухитрилась переложить посох в левую руку и вытянуть правую.

– Юменян! – Объявила Юме, и ударила правой ладонью по ладони Шихору.

Раздался громкий хлопок. Шихору, испугавшись, против воли зажмурилась. Ладонь заболела, но ей отчего-то было приятно.

Юме тут же бросилась ей на шею:

– Ня-ха-ха-ха-ха! Шихору-у!

– Ай!

Шихору покачнулась. Но упасть она не успела – Юме подхватила её и крутанулась вокруг себя.

– Эй, эй!.. Ю-юме, упадёшь же!.. У меня голова кружится!..

– А! Тогда повертимся в другую сторону!

– Д-да не в этом дело!.. И-и покружимся, а не повертимся!

– Оу! Юме вознала, что ещё опять ошиблась!

– Узнала а не вознала!..

– Узняла, вот как! Молодец Шихору! Спасибо!

– Да «узнала», а не «узняла»! Юме, опусти, пожалуйста! Я не выдержу!..

– Оки! Оки доки! Оки доки доки оки! И-и-и стоп!

Юме прекратила кружиться, поставила Шихору на землю и тут же принялась тереться щекой о её щеку.

У Юме всегда была привычка обниматься с другими девушками команды, но это слишком даже для неё. Наверное после того, как она провела весь вечер с этим гумо, Юме соскучилась. Понимая это, Шихору не могла решиться попросить Юме перестать. Кроме того, от её прикосновений Шихору становилось как-то спокойнее.

Правда, она скорее умрёт со стыда, чем решится признаться об этом вслух. Шихору не так откровенна с собой как Юме.

К ним подошёл сопровождавший Юме гумо. Туокин, вроде бы? Юме, кажется, называла его так.

Туокин о чём-то разговаривал с Джесси. Это орочий, или какой-то собственый язык гумо? Как бы то ни было, Шихору не понимала ни слова. Но чувствовала – что-то не так.

Джесси скрестил руки на груди и уставился в небо, где начали появляться первые звёзды. Он задумчиво наклонил голову набок. У Шихору появилось дурное предчувствие.

Она знала о своей привычке ожидать худшего даже когда всё шло хорошо. Шихору оставалось лишь надеяться, что её предчувствие порождено этим необоснованным пессимизмом.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

9. Почему ты?..

А я вот подумал...

Ты ведь пьёшь минералку, а? Всегда жалуешься что болит горло, но постоянно при этом пьёшь газировку, а?

Вот эту минералку, что ты пьёшь. Дай. Хоть глоток.

У меня горло пересохло.

Так пересохло, что сил нет.

Ты, как обычно, сидишь у этого торгового автомата и пьёшь газировку.

Сейчас ночь?

Наверное уже поздняя ночь.

Темно ведь.

Хоть глаз выколи.

Куда ни посмотри, темно... Вообще ничего не видно.

Только этот торговый автомат.

Вот только я не вижу твоего лица. Всю тебя вижу, а лицо – нет.

Странно. Я же знаю, как ты выглядишь. Так почему?

Кто ты?..

Я тебя спрашиваю. Уже давно, снова и снова.

Ты не слышишь?

Ты склонила голову? Я поэтому не вижу твоего лица?

Ты пьёшь минералку, как обычно. Пьёшь и пьёшь, не переставая. Одну минералку.

Вокруг уже собралась куча пустых банок. Десятки, сотни, а может и больше.

Тут, там, повсюду. Они не просто валяются – кажется что гора банок скоро похоронит тебя вместе с этим автоматом.

Эй, послушай. Тут становится опасно.

Эй. Я же позвал тебя.

Тут опасно, видишь?

Эти пустые банки. Они странные. Их с каждой секундой всё больше.

Откуда они вообще берутся?

Эй!

Эй, говорю!

Да ответь же.

Странно, почему так? Я могу только звать тебя отсюда.

Я не могу подойти.

Но ты ведь и сам понимаешь.

Я обернулся на знакомый голос.

Тут кто-то есть.

Здесь, в непроглядной темноте, кто-то стоит.

Я знаю, что он здесь, но не вижу. Он заговорил снова.

Тебе здесь не место.

Да, точно, – говорит кто-то ещё, – Тебе туда нельзя. Рано. И сюда тоже.

В смысле? Вы о чём?

Значит, стоять тут?..

Ты можешь подойти, если хочешь.

Нет. Так нельзя.

Точно, ты прав. Ему ещё рано.

Да. Не подходи туда. И сюда тоже не подходи.

Но ведь здесь я совсем один.

Тут темно.

Тут ничего нет.

Одиночество – это не страшно, но я не вынесу.

Подойди, – говоришь ты от торгового автомата.

Я смотрю на тебя и вижу, как ты встаёшь на ноги.

Ты больше не опускаешь голову. Ты подняла лицо и смотришь на меня.

В одной твоей руке банка минералки, а вместо лица у тебя пятно черноты.

Из банки вытекает что-то жидкое. Чёрное как чернила.

Сама темнота.

Иди сюда, – зовёшь ты. Хотя у тебя даже нет ничего похожего на губы, – Мне одиноко. Подойди.

Мне страшно.

Невероятно страшно, но моя печаль ещё сильнее.

Я хочу подойти.

Подойти туда, к тебе.

Я не хочу оставлять тебя одну.

Тебе нельзя, – говоришь ты. – Стой. Не подходи.

Зачем останавливать меня?

Я не хочу бросать тебя одну, и сам не хочу оставаться один. Ты же это понимаешь, верно?

Ведь здесь...

А где я?

О...

Шоко.

Манато.

Могзо.

Их нет.

Никого из них.

Верно. Торговый автомат.

Его тоже нет.

Ни одной точки света.

Темнота.

Полная, окутывающая всё темнота.

Темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, темнота, г, темнота, темнота, темнота, темнота, де, темнота, темнота, где, темнота, темнота, темнота, темнота, же, темнота, темнота, где же, темнота, темнота, темнота, я?

Он резко втянул воздух в лёгкие и тут же осознал, что вокруг вовсе не темно.

Он в помещении. Да. Это какой-то дом, он под крышей. И лежит на чём-то мягком. Не на земле и не на полу, а на настоящей кровати.

– Хару?! – воскликнул кто-то, когда он попытался встать.

– А? Мэри?..

Мэри. Это точно она.

Харухиро, похоже, лежал на какой-то кровати. Мэри сидела на стуле у изголовья, но сейчас встала – так резко, что чуть не опрокинула стул и упала на Харухиро. То есть, нет – не совсем на него. Но она так бросилась к нему, что чуть не упала, ей пришлось упереться левой рукой возле его головы. Правой рукой она провела по щеке и шее Харухиро.

Волосы Мэри упали на его щёку. Он почувствовал её запах.

Сейчас, наверное, ночь. В каком-то смысле темно, но в помещении было окно, и через него падал неяркий свет, позволяя смутно различить лицо Мэри. Её глаза. Она не смотрела прямо на Харухиро – проводила рукой там и тут, заглядывала в глаза, словно проверяя, всё ли с ним хорошо.

Он хотел сказать – «я в порядке», но не мог.

Харухиро не мог отвести от неё глаз. Может, это плохие мысли, и это не может продолжаться вечно, но ему хотелось, чтобы она продолжала прикасаться к нему, пусть ещё совсем немного. Он мог бы протянуть руку, обнять её и прижать к себе – такая мысль проскочила в голове Харухиро. Ему показалось, что Мэри не оттолкнула бы его сейчас. Он сразу же устыдился этой мысли.

– Со мной всё хорошо, Мэри, – сказал Харухиро, улыбаясь. Удалось ли ему улыбнуться? Он не был уверен. Он никогда ни в чём не уверен.

– Хорошо... – Мэри вздохнула, поднялась и села на краешек кровати. Её руки оставили Харухиро, её запах ослаб. Теперь Харухиро едва мог различить его.

Он не знал, что именно чувствует – разочарование или облегчение. А может, и то и другое сразу.

Как бы то ни было, так лучше. Рассудок и так едва не подвёл его. Между товарищами должна оставаться подобающая дистанция. Особенно когда они доверяют друг другу свои жизни.

– Извини, – добавил он.

– За что ты извиняешься?

– Ну, в смысле... Не знаю. То есть, я не знаю как всё получилось вот так... Без понятия. Но можно сказать, что это всё из-за меня.

Мэри молча покачала головой. Харухиро понял, что это значит. Это действительно его вина, он неправильно оценил риск и проиграл. Но товарищи не станут слепо обвинять его. Он и так это знает, зачем уже в который раз проходить через одно и то же?

На извинения нет времени. Есть множество других вопросов, которые он должен задать. Почему он молчит?

Мэри ничего не говорила.

Тишина давила на Харухиро. В основном на сердце и на живот.

Наконец Мэри всхлипнула.

– Мэри?!..

– Прости, – Мэри прикрыла лицо левой рукой, словно пытаясь сдержать слёзы.

– Да нет... Что с тобо...

– Ничего. Просто... Просто я так волновалась.

– Я... Понимаю. Ну, тогда...

– Дурак, – Мэри легонько толкнула его в грудь и хихикнула. Сделала было движение, чтобы убрать правую руку, но передумала. Её ладонь мягко лежала на груди Харухиро, – Нет... Это я дура.

– А?

– Не обращай внимания. Наверное, я говорю всякие глупости.

– Ты... Но это не так.

– Я не очень умная, так что иногда всё же говорю.

– По-моему, это не правда. То, что ты не умная.

– Просто стараюсь это прятать – не люблю, когда на меня смотрят сверху вниз, – Мэри чуть сжала ладонь, – Но это наверняка проглядывает.

– А... – выдавил Харухиро, ощущая себя невероятно глупо. В такие моменты он всегда проклинал себя за неспособность сказать что-нибудь умное и успокаивающее. Но в такие моменты – это в какие? Какой сейчас момент?

– Мэри, ты..

Она кто? Мэри для меня... кто?

Харухиро вдохнул. Выдохнул.

Ну же, слова, – молил он. – Приходите.

Пожалуйста, пожалуйста... поскорее.

Придите же, умоляю. Мне уже всё равно, хоть какие-нибудь.

– ...Незаменима, – закончил он. – Для всех нас... Да. Ты спасала нас всех. Меня... От моего лица осталась каша, так ведь? Это же ты вернула всё в норму, да, Мэри?

– Потому что я Жрец.

– Ты нужна, Мэри. Эм.. Всем нам... очень нужна.

– Но ведь это ты незаменим, Хару, – сказала она, – Без тебя мы были бы в беде. Все мы.

– Все мы... Да.

– Так что...

– Так что?..

– Так что я рада, Хару. Рада... что ты здесь. Что я повстречала тебя.

– Нет, это я... Это мне надо это сказать...

– Сказать что?

– А?! А... Ну... Ну, я рад что встретился с тобой... Погоди...

Стоп, стоп, стоп, – в панике подумал Харухиро, – о чём этот разговор?

Мы рады, что повстречали друг друга. Это, конечно, совершенно нормально – само по себе. Это ведь так и есть. Да, я рад. Но тут что-то не так. А?

Разве?

А может я слишком много выдумываю? Слишком много? А чего я выдумываю?

А-а-а? Вообще уже ничего не понимаю.

– А? – вырвалось у него, но Харухиро и сам не знал, что пытается сказать, – А. А. А?..

– А? – отозвалась Мэри, склоняя голову набок.

– А...

Ох, чёрт.

Из головы Харухиро всё вылетело. Да ещё эта темнота. Кстати, мы ведь в помещении но тут нет светильников.

В помещении.

В помещении?

– А?

А где это помещение? В том посёлке? Но почему? Харухиро, кажется, не связан. И Мэри тоже. Что произошло после того, как Харухиро потерял сознание?

Мэри здесь. А где Шихору? Юме? Кузак? Где Сетора, Энба и Киичи?

– А...

Это «А». Который раз он уже это повторяет?

Мэри негромко рассмеялась и убрала ладонь с его груди.

– Я вкратце объясню, что произошло.

– П-пожалуйста. О, да... Я встану? Можно?

– Можно, – Мэри снова усмехнулась.

Харухиро сел. Голова слегка закружилась, но в целом, похоже, всё было в порядке. Что ж, учитывая, что перед тем, как он потерял сознание его лицо вдавило в череп это, – пожалуй, прогресс.

Но, что важнее всего – судя по поведению Мэри, с остальными тоже всё в порядке.

Мэри изложила Харухиро события, произошедшие пока он был без сознания. Что мужчина, представившийся как Джесси, взял его в заложники, вынудил остальных сложить оружие, а потом привёл в Джессилэнд.

Они ожидали, что их всех вместе посадят в какую-нибудь темницу, но этого не произошло. Мэри было приказано присматривать за Харухиро, а остальным поручили другие дела.

Шихору ушла осматривать поселение вместе с Джесси. Сетору, Энбу и Киичи заперли в чём-то вроде местной тюрьмы. Юме и Кузаку назначили какую-то работу. Шихору, которой пришлось сопровождать Джесси, расспрашивала его про Джессилэнд.

– То есть, он рассказывает ей, как тут всё устроено? – спросил Харухиро.

– Да, она так сказала. Правда, он может что-то скрывать.

– Остаётся только гадать...

– Для начала, твой Удар в Спину словно вообще никак на него не подействовал.

– Он выглядит как человек и никто иной как человек, но он явно не человек, – сказал Харухиро, – Гумо, говоришь? Дети человеческих женщин от орков?

– Я не знаю подробностей, но, коротко говоря, Союз Королей победил человечество, и орки...

– Эм, да... Я, ну, мне как-то даже жаль этих людей. Хотя они не люди... Ну, то есть в них есть человеческая кровь, так что... Да, по сравнению с чистокровными орками они должны быть ближе к нам.

– Это здание стерегут гумо в зелёных плащах, – сказала Мэри, – Но это их посёлок, так что ничего удивительного. Они довольно добры. Ах, да.

Мэри встала. У стены виднелся стол, она подошла к нему, взяла что-то, стоявшее на столе и вернулась к кровати.

– Еда и питьё. Это гумо принесли. Я попробовала, вроде ничего не подмешали.

– О-о... – в животе Харухиро внезапно забурчало, рот наполнился слюной.

– Подожди, – Мэри снова села на край кровати, – Я разверну. Вот, сначала выпей.

Харухиро поднёс кожаную флягу к губам и отхлебнул. Напиток был тёплым и чуть горьковатым. Но это не была неприятная горечь, как от протухшей воды. Харухиро, не сдержавшись, осушил флягу.

– Держи, – Мэри протянула ему что-то плоское. Стоило, конечно, принять предмет руками, но Харухиро, подстёгиваемый голодом, вытянул шею и откусил кусочек от пищи в руках Мэри.

– А! – вскрикнула та. Должно быть, не ожидала от него такого.

Харухиро хотел извиниться, но не успел – в голове словно проскочил электрический разряд.

– Вкуснятина! – воскликнул он.

– Н-ну да, так и есть. Они очень вкусные.

– Я словно вернулся к жизни.

– Но ты и так был жив.

– Ну, да, но понимаешь...

– Тут ещё есть.

– О, конечно.

– Вот.

Мэри вложила остаток лепёшки в раскрытый рот Хархиро. Он на мгновение замешкался, но ему хотелось есть, а когда представится следующая возможность, он не знал. Харухиро прожевал и проглотил.

Лепёшка и правда была очень вкусная. И, пожалуй, не только потому, что он голоден.

Для начала, густое тесто со слабым привкусом чего-то очень аппетитного. Замечательное.

А ещё начинка. Кисло-сладкая, мясной фарш, смешанный с овощами. Тоже очень вкусная. Вкус цивилизации. Харухиро уже довольно давно не ел нормальных блюд. Но даже не будь это так, лепёшки, наверное, всё равно понравились бы ему. Вкус, который никогда не надоест.

И, пожалуй, этот вкус словно затрагивает что-то глубоко в нём, пробуждает какие-то далёкие воспоминания. Как будто у этой пищи есть душа. Хотя что это может быть за душа? Непонятно, но всё же эти лепёшки поразительны.

– Ещё одну?

Харухиро не мог отказаться. Пусть бы даже это не Мэри предлагала ему, он всё равно хотел ещё. Во что бы то ни стало. Две, три, столько, сколько есть.

– Пожалуйста.

– Скажи: «а-а-а».

– А-а-а...

А?

Харухиро, сидя с раскрытым ртом, посмотрел в глаза Мэри.

Их взгляды встретились.

– А!.. – Мэри быстро отвела взгляд, – П-прости. Просто увлеклась. Я... Н-ни на что не намекаю....

– К-конечно, – Харухиро опустил голову и без нужды потёр плечо, – П-понимаю.

– Ешь, – прошептала она.

Харухиро нерешительно откусил от лепёшки в руке Мэри. Прекрасно. Он чувствовал, как начинка тает во рту. Такой нежный вкус, идеально подошедший бы к чему угодно. С теми, кто ест такое каждый день, наверняка можно поладить – пусть они и другой расы.

Но, конечно, это просто ощущение. Не стоит всерьёз строить своё отношение к местным жителям, основываясь на вкусе их блюд. С другой стороны, первоначальное впечатление уже сложилось хорошее. Он ведь даже попросил добавки.

– Хватит пока... ладно? Наверное, не стоит есть сразу много.

– Очень по-твоему, Хару, – усмехнулась Мэри.

– Э? То есть?

– То, как ты спокойно пытаешься держать себя в узде. Я всегда думаю, что мне стоило бы брать с тебя пример.

– Но во мне нет ничего особенного... Нет, правда.

– И то, как ты всегда скромен.

– М-м... – Харухиро поёжился.

Ему было нелегко принимать похвалу. Нет, он рад, конечно, но комплименты всегда смущали его, и он опасался, что начнёт зазнаваться.

Ну, то есть, это же очевидно, так? Если Мэри продолжит меня хвалить, я буду на седьмом небе от счастья. Так что пусть лучше перестанет. Не хочу быть слишком счастливым, у меня сразу начинаются дурные предчувствия. Бывают хорошие времена, а бывают плохие. После каждого подъёма неизбежно начинается спуск. За каждой белой полосой – чёрная.

– Мэри, – начал он.

– Да?

– По-моему...

Окно комнаты располагалось довольно высоко. Деревянная заслонка была поднята и держалась на деревянной же подпорке. Снаружи было тихо.

Было, пока не перестало.

Бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам...

Харухиро услышал стук.

Не может быть, – подумал он. Разум не хотел верить в происходящее, но тело среагировало сразу.

Харухиро вскочил и выглянул в окно. Бесполезно, слишком темно. Не рассмотреть. Но удары доносились совершенно отчётливо.

– Этот стук... Это редбэк. Гуорелы.

– Не может быть... – прошептала Мэри.

Да уж. Харухиро чувствовал то же самое.

Гуорелы необычайно настойчивы. Харухиро убил самца-редбэка их стаи, но гуорелы не отступились. Должно быть, эта стая оказалась особенной, с несколькими редбэками. Харухиро и его спутники, рискнув жизнями, спрыгнули с обрыва и думали, что наконец отделались от погони. Но, очевидно, ошибались.

Раздались и другие звуки. Крики на незнакомом языке. Это язык гумо? Там и сям двигались огни – видимо, факелы.

Дверь распахнулась, в комнату пролился свет.

– Мэри! Харухиро-кун?!

Шихору. Позади неё – мужчина со светлыми волосами, с факелом в руке. Джесси.

– Очнулся, значит. Отлично. Похоже, мне понадобится твоя помощь, – без выражения произнёс Джесси.

Он говорит так, словно происходящее его ни капли не заботит. И лицо спокойное.

Оружие Харухиро и его верхняя одежда была сложена в углу комнаты. Он вооружился и вместе с Мэри вышел наружу. Его слегка шатало, но со временем он должен прийти в норму. Хорошо, что удалось поесть.

В деревне было на удивление спокойно. Никто не паниковал, не метался между домов, не пытался бежать куда глаза глядят.

– Я приказал всем остаться в домах, – объяснил на ходу Джесси, – Похоже, пока меня слушаются. Кстати, те гумо– что носят зелёные плащи, как у меня – они другие. Я называю их рейнджерами. Они, можно сказать, мои руки и ноги. Они ничем не уступают солдатам добровольческого корпуса Ортаны.

Здание, в котором располагались Харухиро с Мэри, похоже, находилось близко к краю посёлка. Очень скоро зданий вокруг них не осталось, дорога уже вывела в поля. В отдалении виднелись огни. Похоже, у посёлка было несколько наблюдательных вышек.

– Сколько их? – спросил Харухиро, – Ну... рейнджеров?

– Двадцать четыре, – отозвался Джесси.

Джесси вёл их за собой, Харухиро шёл за ним, а Мэри и Шихору замыкали.

Бам, бам, бам, бам, бам, бам... Бам, бам, бам, бам, бам... Бам, бам, бам, бам, бам...

Удары не затихали. Звуки, казалось, шли с нескольких сторон.

– Потери есть? – спросил Харухиро.

– Нет... – начал Джесси, но тряхнул головой, – Не знаю. Пока не знаю.

Это наша вина?

Это ведь Харухиро и его товарищи привели гуорел к Джессилэнду. Да, может и так, но Джесси тоже виноват. Он мог прогнать команду Харухиро, мог перебить. Но он, не совсем понятно почему, поступил так, как поступил. А это – последствия. Можно сказать, он сам навлёк их на себя.

Джесси свернул на узкую тропку. Впереди показалась небольшая хижина.

– А-а-а! – завопил кто-то, стоя перед хижиной и размахивая факелом, – Хару-кун! Шихору-у-у-у! И Мэри-тян!

– Юме! – воскликнул Харухиро.

Рядом с Охотницей стоял гумо в зелёном плаще.

– Туоки, – представил его Джесси, потом назвал ему имена Харухиро и девушек. Рейнджер кивнул.

– О, здравствуйте... Я Харухиро.

– Туокин крутой! – Юме хлопнула Туоки по спине так сильно, что тот закашлялся.

– Юме, вы что, уже подружились? – поражённо спросил Харухиро.

– Ну, вроде как! Юме ведь его едва встретила! Но, может, Юме с Туокином и правда уже друзья, а, Туокин?

– А-а...

– Похоже, ему слегка не по себе... – заметила Шихору.

– Ня-я?! – вскрикнула Юме. Её глаза вытаращились, она метнулась вокруг Туоки и заглянула ему в лицо – Туокин, Юме ошиблась? Она слишком поторопилась называть тебя другом?

– Ва...

– Юме... – Мэри покачала головой, – Он, наверное, не понимает.

– Нуо-о, так вот оно что! – Юме ткнула Джесси в рёбра, – Джесси, ты мог бы перевести, что Юме говорит!

– Ну да... Нет, нам некогда болтать.

– Фуа! Точно! Хару-кун, тут просто еда!

– Беда, а не еда?

Хотя, в общем-то, Юме просто опять ошибается в своём стиле, так что, наверное, можно было оставить как есть. Некогда поправлять её.

Хижина, похоже, была чем-то вроде склада и местом для привала, но по внешней стене вверх вела лестница, а на крыше была построена незамысловатая смотровая площадка. Джесси поманил за собой Туоки с Харухиро и полез по лестнице.

Наверху было тесно – смотровая площадка могла вместить максимум четверых. Она была не такой и высокой, лишь чуть выше второго этажа, но никаких препятствий вокруг не было, и обзор открывался широкий.

Исключая эту башенку, деревню окружало ещё семь, на каждой горел огонь. Харухиро предположил, что смотровые вышки размещены на севере, юге, востоке, западе, юго-востоке, юго-западе, северо-западе и северо-востоке.

– Север вон там, – указал Джесси.

Значит, верно. Наблюдательные пункты расположены по сторонам света.

Бам, бам, бам, бам, бам, бам... Бам, бам, бам, бам, бам, бам... Бам, бам, бам, бам, бам...

Если прислушаться, то угрожающий стук гуорел раздаётся с трёх направлений. С севера, запада и юго-запада.

– Необычная ситуация, – пожал плечами Джесси, – Обычно только редбэк барабанит кулаками грудь. Точнее, бывает по-разному, но когда другие самцы так делают, рэдбэк воспринимает это как вызов. Обычно самки и молодые самцы встают на сторону вожака, и наглеца просто уничтожают.

– Я тоже это слышал, – кивнул Харухиро.

– От той женщины из деревни?

– От Сеторы? Да, верно. Мы были в Дарнггаре, другом мире, не Гримгаре, и...

– Шихору в общем рассказала мне, что случилось. Горы Огненного Дракона, а? Интересно. И вы, я слышал, встретили Унжо в Дарнггаре?

– Он... Вы его знаете?

– Нет, не знаю. Ну, как по мне.

– А?..

– Джесси! – закричал Туоки. Он смотрел на северо-восток.

Они обернулись в том направлении. Огонь на одной из смотровых площадок погас.

– Во дают, – Джесси фыркнул, – Так этот стук – обманка? Чудесно.

Да, это было поразительно. Гуорелы привлекли внимание этим барабанным боем, как бы говоря: «мы здесь, мы сейчас нападём». А потом тайком обошли посёлок и напали с другой стороны.

– Эм, не уверен, что время восхищаться, – заметил Харухиро.

– Разумно. Туоки.

Джесси отдал рейнджеру какой-то приказ. Туоки кивнул и сбежал вниз по лестнице. Ему, видимо, было поручено отразить нападение с северо-востока.

Остальные семь огней продолжали гореть. Удары тоже не утихали.

– Это ведь не было их основной целью... так?

Джесси кивнул.

– Харухиро. Что бы ты приказал сделать авангарду на их месте?

– Не бить слегка по щеке, а ударить так сильно, как удастся. Точно, молодые... На месте гуорел я бы послал молодых самцов, самых активных, ударить вглубь посёлка.

– Согласен. Похоже, мы с тобой сойдёмся.

– Не уверен...

– Неужели так сложно просто согласиться?

– Нет нужды угрожать мне. Я сделаю, что могу. В конце концов мы, пусть и ненамеренно, но, вроде как, привели гуорел сюда.

– Это очень умная стая, – сказал Джесси, – Они знали, что рано или поздно вы направитесь к другому поселению людей, и отпустили вас. Вы убили редбэка, но барабанный бой не утихает. Видимо, редбэков несколько. Полагаю, где-то там есть большой босс, вожак нескольких стай.

– А где Кузак?

– Тот высокий? Думаю, скоро придёт. Я приказал привести его.

– А Сетора с Энбой?

– Лично я не доверяю людям из Скрытой Деревни.

– Их можно использовать, – настоял Харухиро, – И Киичи тоже.

– Тот няа? Что ж, подумаю.

– А остальные жители, кроме рейнджеров? Они могут сражаться?

– Я их не учил. Они очень добродушные существа. Оружие есть лишь у рейнджеров. Ну, в домах, наверное, есть ножи и что-нибудь в этом роде, и фермерские инструменты.

– Что это за место?

– Джессилэнд, – ответил с Джесси с самодовольной улыбкой – и полностью неуместной в этот момент, – Основная локация в моей игре.

– Игре?..

Однажды Манато тоже проронил это слово. «Это словно игра». Но отчего-то это же слово в устах Джесси звучало немного иначе. Нет, не немного – полностью иначе.

– Можно подумать, тебя это не касается, Харухиро.

– Я так выгляжу?

– Да. Ты ведь не можешь не понимать: всё вокруг – лишь игра, неважно, какой жизнью живёшь.

– Мы с вами, похоже, не сойдёмся.

– Нет. Ты так говоришь только потому, что пока ничего не знаешь. Со временем ты поймёшь, что я имею в виду.

– Неважно, что я узнаю – мои убеждения это не изменит. Наши жизни – не игра.

Харухиро смотрел в сторону. Его чувства бурлили, он злился, но не повышал голоса, понимая, что это не докажет его правоту. Да ему и не особенно хотелось доказать, что Джесси неправ или переубедить его.

И всё же, Харухиро казалось, что он должен это сказать – пусть его слова и прозвучат впустую.

Он сделал глубокий вдох.

– Смерть – это конец всему. Умереть значит потерять всё. Да, жизнь может казаться ничтожной и бессмысленной. Тяжёлой, мучительной, невыносимой. Но даже я иногда радуюсь, что жив. Жить – это когда можешь и плакать, и смеяться.

– Хочешь сказать, жить важно вот поэтому?

– Речь не про то, что важно, а что нет. Я не знаю, что стоит жизнь. Но сколько бы она ни стоила, я не желаю лишаться того, что имею. У меня не было другого выбора, кроме как держаться за то, что вокруг меня. И со временем этих важных вещей стало так много, что стало уже невозможно все их бросить.

– На самом деле достаточно решиться, и ты обнаружишь, что бросить всё гораздо легче, чем казалось.

– Правда? Ну что ж, полагаю, вы тоже не захотите терять этот посёлок.

– Наверное. Думаю, даже я немного расстроюсь если всех жителей с таким трудом созданного Джессиленда перебьют гуорелы.

– Мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы не дать этому случиться. Лучше поскорее приготовить всех к обороне.

– Так и поступим, – Джесси приподнял левую бровь, – Игра ещё не окончена.

Вскоре появился Кузак – его привела к хижине женщина-рейнджер. И почти сразу потух огонь на северной башне.

Хижина отстояла от посёлка метров на двести. От северной башни её отделяло около километра.

– Харухиро, идите вы, – Джесси, похоже, пока собирался остаться здесь.

Харухиро кивнул, и Джесси отдал приказ сопровождавшей Кузака женщине. Наверное, приказывал ей сопровождать их и заодно присматривать.

– Хэй! – воскликнул Кузак, когда Харухиро спустился вниз. Паладин вытянул вперёд кулак, и Харухиро легонько стукнул своим кулаком о его.

– Как же хорошо, что теперь ты с нами, Харухиро, – сказал Кузак, – Без тебя было прямо не по себе.

– Мне не по себе прямо сейчас.

– А?! Вот так вот ты мне отвечаешь?!

– Шучу. Ну, может, не совсем...

– Жестокий ты, Харухиро. Но я, пожалуй, рад.

– А? Чему?

– Ну, ты теперь поддеваешь меня чаще, чем раньше. Это ведь хорошо?

– Мазохист, – пробормотала Шихору.

– Вовсе нет! – тут же запротестовал Кузак, но потом задумчиво склонил голову набок, – Хм-м. Но если выбирать между садистом и мазохистом, то я точно не С. Нет, пожалуй. Может, я и не полный М, но если выбирать из двух то, пожалуй, немного М?..

– А Юме тогда L. Или, может, F?

– F?.. – Мэри словно бы всерьёз задумалась.

Наверху, на смотровой площадке, язвительно рассмеялся Джесси.

– Уора! – женщина-рейнджер шлёпнула Кузака по ягодицам.

– А, да, слушаюсь! – Кузак толкнул Харухиро в спину, – Харухиро, пора! Янни-сан хорошая, но её лучше не злить.

– Ваоф! – прикрикнула женщина с бежевым лицом – Янни, судя по всему. Да, она и правда страшна в гневе.

– Ладно, идём, – сказал Харухиро, – По факелам они сразу нас заметят, так что, Кузак, дело за тобой. Пойдёшь впереди. Юме, ты – замыкающая. Присмотришь за Мэри и Шихору. Шихору, бой может затянуться, так что придержи пока магию. Я пойду за Кузаком.

– Понял!

– Някей!

– Ясно!

– Хорошо...

Когда они зашагали вперёд, Янни быстро обогнала Харухиро и заняла место рядом с Кузаком. В отличии от танка команды женщина-рейнджер не носила ни доспехов, ни шлема. Разве впереди не опасно? Да, конечно, ей поручено присматривать, но это можно делать и сзади. Впрочем, она, наверное, просто накричит на Харухиро, если он что-нибудь скажет. Для начала, она вообще не поймёт его слов.

Харухиро хотел срезать через поля, но Янни пошла по дороге, и окрикивала «Уора!» каждый раз, когда Кузак пытался свернуть.

Идти по полю будет тяжело, а Янни наверняка сможет показать самую короткую дорогу. Харухиро решил следовать за ней.

Бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам, бам... Бам, бам, бам, бам, бам, бам... Бам, бам, бам, бам, бам, бам...

Теперь барабанный бой доносился с востока, запада и юго-востока. А поначалу, кажется – с севера, запада и юго-запада.

Наконец, раздался клич гуорел: «ухо, ухо, ухо, ухо!». Команду Харухиро обнаружили.

– Стой! Кузак, готовься! – закричал Харухиро.

– Понял!

– Сейнеа! – крикнула Янни и выхватила факел из рук Кузака. Паладин тут же извлёк из ножен свою большую катану. Эти двое на удивление хорошо сработались.

Харухиро тоже приготовил оружие. Перевёл дыхание, расслабил плечи и бёдра.

– Хо! Хо! Хо! Хо! Хо! Хо! Хо!

– Справа, слева и спереди! – прокричала Юме, выпуская стрелу.

Попала? Промахнулась? Ничего не видно.

– Дарк! – прокричала Шихору.

– О свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис! Эгида Света! – повинуясь заклинанию Мэри, над левыми запястьями Харухиро и его спутников появились светящиеся гексаграммы.

Это не он, почувствовал Харухиро. Нападает не редбэк – хотя Харухиро и сам не смог бы объяснить, почему он в этом уверен. Гуорелы столько раз нападали на команду, что он просто знал: сейчас их противник – молодые самцы.

– Шихору, налево! – окликнул он.

– Да!

– Они здесь, – пробормотал Харухиро.

Сначала спереди. Гуорела, молодой самец – чутьё не подвело.

– Р-ра! – выкрикнул Кузак, отталкивая щитом самца А. Со щитом в руке Паладин не проиграет рядовому гуорелу.

Затем справа.

– Ня! – Юме выпустила ещё одну стрелу, тут же бросила лук и выхватила катану. Два быстрых взмаха навстречу мчащемуся на неё самцу Б, прыжок вбок.

– Чя, чя, чя!

Катана безвредно отскочила от подобной скорлупе шкуры самца Б, но быстрые прыжки из стороны в сторону и непрекращающийся шквал ударов сбили гуорела с толку. Он, конечно, скоро придёт в себя, но Мэри в случае чего придёт Юме на помощь. Нет, Харухиро должен закончить до того, как это понадобится.

Самец В нёсся наискось слева, сминая стебли на возделанном поле. Этот самец не выглядел таким уж большим – он уступал редбэку в размерах, и шёл не на ногах, а на четвереньках, опираясь на кулаки.

Впрочем, даже такой гуорела опасен – если Харухиро позволит ему врезаться в себя на полной скорости, то не избежит ран, а если не повезёт – то и смерти. Он же всё-таки не Кузак. Впрочем, Харухиро и не собирался встречать врага лицом к лицу.

Он бросился влево.

Самец В взревел и погнался за Харухиро.

– Вперёд! – Шихору выпустила Дарк.

Элементаль, завывая, понёсся к цели. Самец В не сумел увернуться.

Столкновение.

Гуорела взвизгнул и конвульсивно содрогнулся. Этого Хархиро и ждал. На это и рассчитывал.

Он прыгнул на спину самцу В, обхватил его шею левой рукой. Ороговевшие кончики гривы, усеивавшие затылок и верхнюю часть спины гуорела, болезненно впились в кожу, но оставалось лишь терпеть. Харухиро, не обращая внимания на боль, перехватил стилет обратным хватом и вбил в правый глаз врага.

Глубже. Глубже. Насколько возможно.

Вырвал оружие и ударил снова – немного под другим углом. Вырвал, ударил. После восьмого раза гуорела обмяк и больше не шевелился.

Харухиро двинулся прочь, быстро окидывая взглядом поле боя. Кузак рубил катаной самца А, отгоняя того прочь, а Янни била ногами и молотила факелом. Похоже, эти двое в порядке. Впрочем, нанести смертельный удар гуорелу им будет непросто, но, по крайней мере, какое-то время они продержатся.

Юме чуть дальше. Постоянно в движении, прыгает из стороны в сторону и старается отвлечь самца Б от Шихору и Мэри.

Мэри сжала свой посох и, кажется, пытается решить, что делать. Помочь Юме или остаться с Шихору?

Шихору смотрит в сторону Харухиро. В её глазах читается вопрос – посылать Дарк ещё раз или нет.

Харухиро покачал головой. Скрытность, подумал он. Погрузись.

Он представил, как погружается в глубины земли.

Придал мыслям нужный вид.

Харухиро пригнулся и двинулся вперёд.

– Гха! Ня! Хнгя! Ньё! – Юме всё так же прыгала из стороны в сторону, размахивая катаной. Она не успела устать, её движения были всё так же быстры, но самец Б, похоже, приноровился. Теперь всё выглядело так, что инициатива от Юме перешла к её противнику. Теперь лишь вопрос времени, когда гуорела схватит Охотницу.

«Как будто я позволю!» – но Харухиро старался гнать из головы эту мысль. Нужно просто делать то, что следует сделать. Он в каком-то смысле отстранился.

В этом, наверное, была крупица истины. Должна быть.

Чувства могут серьёзно повлиять на восприятие и самоконтроль. Харухиро хорошо это знал. Эмоции могут породить неукротимый прилив сил, но бывает и наоборот. Иногда потрясение может оказаться роковым, вызвать ошибки и промахи.

– Ай! – вскрикнула Юме.

Гуорела взмахом руки отбросил катану Юме в сторону. Юме, стараясь удержать оружие, упёрлась ногами в землю – и на долю секунды замешкалась. Самец Б тут же ринулся к ней и, не давая опомниться, обхватил обеими руками.

Харухиро прыгнул твари на спину, вцепился левой рукой в шею. Ороговевшие отростки гривы впились в его тело, но боли он не ощущал.

Он осознавал, что получает новые порезы, но так, словно это происходит не с ним. Пожаловаться на боль можно будет позже.

Харухиро ударил стилетом в правый глаз врага. Как и до этого. Вонзить и вырвать. Вонзить и вырвать. Вонзить и вырвать. Вонзить и вырвать.

– Мррра!.. – Юме оттолкнула самца Б обеими ногами. Тот опрокинулся на спину, угрожая подмять Харухиро.

Тот отпрыгнул в сторону от падающего трупа. Поднял плечи, перевёл дыхание и расслабил спину. Размял шею.

У меня, наверное, сейчас очень усталый вид. Хотя я вроде и не устал.

– С-спасибо, Хару-кун!

– Пустяк... – Харухиро неопределённо помахал рукой, но Юме вытаращила глаза:

– Хару-кун, т-ты весь в крови! Насквозь!

– Всё хорошо.

Он понимал, что ороговевшие кончики гривы гуорел ранят его, но это просто царапины. Хотя, конечно, больно. Грудь и руки начало саднить, но это не помешает в бою. Эту боль можно вынести. Просто потом надо попросить Мэри о лечении.

– Юме, вернись к Мэри и Шихору. Могут появиться ещё враги.

– К-конечно! А ты, Хару-кун?

– Похоже, у меня получается убивать их быстрее всего.

Вдох, выдох.

Погрузиться. Скрытность.

Кажется, он ухватил суть этого навыка? Теперь это удаётся гораздо легче чем раньше.

Собственный прогресс – довольно необычная штука, совсем не то же самое, что взбираться по склону. Вместо того, чтобы становиться лучше понемногу день за днём, ты как бы переходишь рывками с одной ступени на другую. Можно неделями тренироваться, пробовать изобретать разные хитрости и в итоге не достигать почти ничего нового. Но в какой-то момент вдруг обнаруживаешь, что одолел следующую ступень. Обнаруживаешь, что вещи, которые совсем недавно никак не давались тебе, вдруг становятся чем-то простым и обыденным.

Значит, Харухиро поднялся на ступень? Как бы то ни было, это не повод для самоуверенности. Нужно оставаться настороже.

Кузак заслонялся щитом от ударов самца А, иногда контратаковал Выпадом или Ударом Щита. Янни предоставила Паладину вести бой и, пользуясь им как заслоном, старалась отвлекать гуорела.

По этим двоим не сказать, что они впервые в жизни сражаются бок о бок. Чем дольше Харухиро наблюдал, тем более гармоничной казалась эта пара. Но им будет нелегко нанести смертельный удар.

Кузаку должно хватить сил пробить шкуру-скорлупу гуорел его огромной катаной, но для этого потребуется либо выпад с разбегу, либо удар с широким замахом. То есть врага нужно либо повалить, либо хотя бы заставить пошатнуться.

Стиль боя Кузака прежде всего надёжен. Паладин отвлекает на себя как можно больше противников, принимает их атаки на себя, защищает себя и товарищей. Кузак вкладывает всего себя в свою роль танка.

И, конечно, само по себе это не что-то плохое. Собственно, Кузак заслуживает похвалы. Он хорошо потрудился и серьёзно вырос.

Да, хотел бы похвалить его от всего сердца но... Но говоря откровенно, этого недостаточно.

Если можно так сказать, Могзо исполнял роль танка, но в то же время обладал достаточной силой, чтобы решать исход схваток. Могзо был Воином, а Кузак – просто обороняющийся Паладин.

Но всё же, несмотря на эту разницу, у Кузака есть высокий рост, длинные руки, да и в чистой физической силе он превосходит Могзо. Он должен быть способен на большее. Да, теперь его защита практически непробиваема, но это должно давать возможности для нападения. Зная Кузака, он наверняка хочет делать для команды больше чем сейчас. Вдобавок к стремлению у него есть и способности.

Кузак всё это время концентрировался на том, чтобы добиться успеха в чём-то одном – практически стал упёртым в этом. В каком-то смысле это его плюс. Но проблема в том, что однажды встав на этот путь Кузак ломился вперёд словно разъярённый вепрь, не замечая ничего по сторонам.

Харухиро – предводитель команды, он должен был взять дело в свои руки, направить Кузака в нужную сторону. Если развитие Кузака остановилось, то в этом виноват Харухиро. Прозвучит, наверное, самоуверенно, но разве это не обязанность Харухиро – помочь Кузаку стать Паладином способным на нечто большее, чем просто роль танка? Впрочем, если Кузак станет распыляться, от этого не будет пользы. Можно пока оставить всё как есть.

Я закончу дело.

Харухиро не ощущал возбуждения. Каждый ведущий к смерти врага шаг ощущался как что-то само собой разумеющееся, почти предрешённое.

Он крался через поле, обходя самца А сзади.

Не только гуорела, но и его собственные товарищи потеряли Харухиро из виду. Так что самец А не обернётся, и...

Вируу, руу, рууу, руу, руу. вируууу!

Раздался громкий крик – похоже, откуда-то поблизости. Крик, который они никогда раньше не слышали.

Источник, впрочем, был недалеко, но и не так уж и близко – метрах в ста или даже чуть больше. Самец А, судя по всему, понял, что значит этот крик – едва услышав его, он резко развернулся. И встретился глазами с Харухиро.

Харухиро против воли смутился. Он никак не мог предвидеть такой поворот.

Впрочем, такова жизнь. Бывает, что планы идут наперекосяк. Нужно продержаться, не дать убить себя на месте. Рядом товарищи, вместе мы как-нибудь справимся.

Харухиро присел, готовясь встретить врага. «Ну, давай», – подумал он.

Но самец А не ринулся к Харухиро. Он пронёсся на солидном расстоянии сбоку, направляясь куда-то вдаль своей типичной походкой, опираясь на кулаки.

Хотя, наверное, сейчас это правильнее назвать побежкой, а не походкой – подумалось вдруг Харухиро. Нет, не имеет значения. Пусть будет походка.

Его даже не сочли угрозой. Самец А отступил, не удостоив Харухиро и взгляда. Видимо, тот крик был зовом других гуорел, сигналом к отходу.

– Он... он сбежал? – сказал Кузак, хватая ртом воздух, – Мы справились?

Янни медленно ходила из стороны в сторону, поводя факелом.

Вируу, руу, руууу, руу, руу, вирууу!

Опять этот крик.

Харухиро поразмыслил, потом попросил Мэри вылечить всех и решил направиться к северной сторожевой башне. Он приказал всем оставаться начеку – но полагал, что враги им больше не встретятся.

Это не значит, что Харухиро расслабился – просто у событий есть свой черёд и своя инерция. Гуорелы отступили, и вряд ли сразу же атакуют вновь.

Постройка называлась башней, но была скорее незамысловатой платформой, на которую можно было бы забраться прямо с земли. Сторожевая вышка была разрушена – опоры сломаны, а ведро, в котором горел сигнальный огонь валялось на земле поблизости.

Рядом с ещё тлеющими углями лежал ничком единственный рейнджер. Мэри подбежала, попыталась приподнять его – но, едва коснувшись, отшатнулась.

Юме перевернула лежащего на спину вместо неё. У рейнджера не было лица – видимо, гуорелы напали внезапно и укусом сорвали с черепа кожу и плоть. Рейнджер, разумеется, был мёртв.

Прежний клич «Вируу, руу, руууу!» повторился ещё пять раз. И со всех сторон донёсся отдалённый барабанный бой.

Вернуться к Джесси или остаться здесь? Вопрос не из лёгких, но Янни явно не собиралась отходить от трупа своего товарища. Харухиро не хотелось оставлять её одну, а Джесси, если бы захотел, чтобы они вернулись, отправил бы посыльного.

Он и его товарищи решили остаться у развалин башни и выждать дальнейших действий от гуорел. Но Харухиро был уверен, что те ничего не предпримут.

Он, конечно, ни на секунду не сомневался, что враги нападут вновь, но по крайней мере до утра будут лишь угрожающе барабанить вдали, но не нападать. Харухиро был в этом практически уверен.

Как он и предполагал, когда небо на востоке начало светлеть, барабанный бой затих. Ночная атака оказалась единственной.

Вскоре после рассвета подошёл Джесси.

– Что думаешь? – спросил он у Харухиро, поглаживая бороду.

– Думаю, они вернутся.

Было бы замечательно ошибиться, но Харухиро не мог ответить иначе. Доказательств, впрочем, у него не было – лишь интуиция. Но мысленным взором Харухиро нарисовал в голове образ: гуорела, которому подчиняются трое или четверо редбэков, возглавляющий большую стаю в полусотню голов.

Редбэк среди редбэков. Огромный, сильный, но сверх того – сообразительный и хитрый. Он наслаждается охотой. Пока Харухиро и его друзья изо всех сил старались сбежать, он следил за ними и с восторгом обнаружил отличные охотничьи угодья – Джессилэнд. И теперь приказал своим подчинённым выжидать, словно бы желая продлить веселье.

Хотя, конечно, это всё может быть просто плодом воображения Харухиро. Может быть, гуорелы просто увидели, что деревня защищена слишком сильно и сбежали. Хорошо, если так.

– Денко, – произнёс Джесси, бросив взгляд на останки рейнджера, – Включая его, мы потеряли троих. Значит, остаётся двадцать один рейнджер, я и ваша команда.

– Вы не выпустите Сетору? – спросил Харухиро, – Она пригодится в бою.

– Не представляю, с чего бы кто-то из Скрытой Деревни сражался за Джессилэнд.

– Но ведь нам тоже незачем это делать.

– Кстати, почему вы не сбежали? Можно было убить или связать Янни, и у вас могло получиться.

– Честно говоря, я про это не подумал. Но это означало бы бросить Сетору, так? Не уверен, что я могу так поступить. Плюс наш Кузак, похоже, неплохо сошёлся с Янни-сан.

– Эм, послушай-ка, – вмешался Кузак, – Давай сразу проясним – мы с Янни-сан не в таких отношениях.

– Я этого и не думал...

– Но вообще она бывает милой, хотя по ней и не скажешь. Эм, наверное грубо прозвучало?

– А-а?! – Янни резко пнула Кузака в бедро – должно быть, догадалась о сказанном.

– Ай! Янни-сан, хватит! Это совсем не мило!

– Вы и правда сошлись, – усмехнулась Шихору.

– То есть и он умеет сходиться с кем-то, не то что я... – пробормотала себе под нос Мэри.

– Юме тоже подружилась с Тоукином, – Юме надула щёку, – Кстати, Джесси, с ним ведь всё хорошо?

– Туоки не пострадал, – Джесси пожал плечами, – Он – предводитель рейнджеров. Туоки пусть и невелик ростом, но очень умён.

– Уво-о, – протянула Юме, – Юме сразу поняла, какой Туокин крутой. Он знает, как делать дело.

– Кстати, после Туокина я больше всего доверяю Янни, – продолжал Джесси.

– Силы ей не занимать, – кивнул Кузак.

– Нара! – тут же выкрикнула Янни и наподдала ногой ему под зад. Кузак, конечно, в доспехах, но пинок выглядел болезненным.

– Да, а ещё поручите жителям не... – начал было Харухиро, и бросил взгляд на юг. Он не услышал ничего необычного... вроде бы. Но что-то его встревожило.

– Мне стоило додуматься, – Джесси развернулся к посёлку, – Янни! Афта эва!

Янни на мгновение замешкалась, глядя на тело Денко. Но почти сразу, воскликнув «Яй!» бегом бросилась вслед Джесси.

– Харухиро-кун?! – закричала Шихору.

– Идём! – приказал Харухиро и побежал за Джесси и Янни.

Джесси выглядел спокойным, но Янни было явно не по себе. Она постоянно пыталась выбежать вперёд, но Джесси каждый раз одёргивал её.

– Янни-сан... – Кузак, похоже, очень тревожился за женщину-рейнджера, – Слушай, Харухиро, неужели?..

– Гуореллоны?! – сказала Юме, прежде чем Харухиро успел ответить «наверное». Словечко звучало как обычная бессмыслица в стиле Юме, но в то же время Харухиро подозревал, что она права, – Юме перестала слышать их голоса и расслабилась!

– Это могла быть уловка... – проговорила Шихору.

Видимо, так и есть.

– Сетора! – воскликнула Мэри.

Не то чтобы Харухиро забыл про Сетору, Энбу и Киичи. Но всё же это удивительно – Мэри не сказать, чтобы дружна с Сеторой, да и остальные тоже.

– Хару! Сетора в камере, она не сможет сбежать! Мы должны скорее выручить её!

– Эм, да.

– Она наверняка ждёт, что ты придёшь за ней!

– Н-наверное...

«Что это со мной?» – Харухиро прижал руку к груди. – «Что это за неуютное чувство? Мэри ведь совершенно права. И всё же... я разозлился? Но почему? Нет, это пожалуй не совсем злость. Правда, что именно – непонятно.»

– Да какая разница, что с ней будет?! – закричал Кузак.

– Ну конечно, есть разница! – тут же возразила Мэри.

– Ладно, я может перегнул, но всё же! Разве о ней мы должны сейчас волноваться?! Она ведь даже не одна из нас!

– А сколько раз она нас выручала?! И она любит Хару!

– Это её проблема, разве нет?! Харухиро просто пришлось изображать её парня или любовника или кого там она хотела, неважно кого! Это она его заставила!

– И что, теперь просто бросить её?!

– Я этого не говорил! Просто...

– Просто что?!

– Ладно, забудь! Я не хочу ссориться! Но почему ты, Мэри-сан, её защищаешь? Не понимаю!

– Я тебя тоже!

Если бы спор затянулся дальше, то Харухиро, наверное, пришлось бы вмешаться. Хотя, может и нет. Может, он не нашёлся бы, что сказать. Харухиро попытался представить себе, как поступил бы, но ничего не получалось.

Как бы то ни было, хорошо, что они закончили. От их перепалки ноет в животе. И с чего вообще Кузак с Мэри ссорятся из-за Сеторы? С Кузаком я не согласен, но хотя бы могу его понять. Но Мэри? Почему она приняла сторону Сеторы?

Может, она думает, что мне и правда стоит сойтись с Сеторой? Вообще-то, я предпочёл бы выбрать сам...

Хотя, конечно, бросать Сетору я не намерен.

Послышались отдалённые крики. До посёлка ещё метров триста. Что там происходит? Что-то случилось? Пока ещё не видно но, похоже, дело плохо.

Харухиро вдруг ощутил какую-то неправильность. Точнее, внезапно осознал: с ним что-то не так. Он чувствовал себя своего рода окрылённым, проснувшись в той комнате, наедине с Мэри. Когда же появились гуорелы, он даже не напрягся.

Он был спокоен. Наверное, слишком спокоен. Да, это не в его характере позволять обстоятельствам слишком уж сильно брать над собой верх, но всё же сейчас Харухиро ощутил некую едва заметную оторванность от происходящего.

Гумо не так уж сильно отличаются от людей. Харухиро осознавал это, но тело рейнджера у северной наблюдательной вышки воспринимал просто как предмет. Сочувствовал ли он Янни, только что потерявшей сородича и, вероятно, товарища? Едва-едва. Да нет, ему просто было всё равно. Происходящее почему-то казалось ненастоящим. Словно игра.

Но ведь это не игра.

Харухиро увидел, как в отдалении огромный гуорела проломил дверь одного из домов и ворвался внутрь. Ещё один бродил от дома к дому – кажется, редбэк. Сколько ещё этих тварей проникло в посёлок?

– Харухиро! – Джесси швырнул ему что-то, – Вытаскивай оттуда ту женщину!

Ключ. Ключ от клетки.

– Ясно, – кивнул Харухиро, – Где она?

– Шихору покажет! Янни, уора!

– Яй!

Видимо, Джесси намерен взять с собой Янни и дальше действовать отдельно.

– Я поведу! – Шихору шагнула было вперёд.

– Нет! – Харухиро остановил её, – Кузак, ты впереди! Шихору, стой позади меня и говори куда идти!

– Понял! – отозвался Кузак.

– Точно!

– Юме, смотри по сторонам! Мэри, прикрывай её и Шихору!

– Ня!

– Сделаю!

– Туда, Харухиро-кун! – Шихору указала вперёд и направо.

Харухиро замешкался. Они вот-вот вступят в посёлок.

Слышались крики жителей, рёв гуорел. На дороге лежало несколько окровавленных тел гумо. Их руки и ноги были оторваны, лица обглоданы. У некоторых раздавлены черепа.

Скорее всего они все уже мертвы. И тут не только взрослые – среди убитых есть и дети. Почему они не укрылись в домах? Плохо. Наверное, решили, что с рассветом всё закончилось? Джесси стоило предупредить их, чтобы не выходили.

Впрочем, Харухиро быстро понял, что ошибся. Из одного из домов выбежало несколько гумо. Их преследовал гуорела. В дом ворвался враг, так что жителям оставалось лишь спасаться бегством. Вот как всё было? Но ведь даже если попытаться убежать...

О-ох. Кошмар.

Гуорела, молодой самец, настиг и схватил самого маленького гумо – по меркам людей тому, пожалуй, было бы лет пять ли шесть. Гуорела повалил мальчика и прокусил ему голову – просто сжал зубы, затем выплюнул. Потом оторвал руку и принялся грызть.

Мать мальчика завопила и попыталась броситься на тварь, но отец удержал её, заломив ей руку за спину.

Что с ними будет дальше? Харухиро не знал.

Они должны двигаться дальше, обойти посёлок по правой окраине и найти тюрьму, где держат Сетору. Им некогда спасать это семейство и некогда интересоваться их судьбой. Харухиро не был уверен, чувствует ли себя виноватым.

Но ведь если бы он ощущал вину, то наверняка попытался бы спасти их? Ну или хотя бы попытался. Да, конечно, гумо – не люди. Они уродливы, а ещё сейчас чрезвычайная ситуация – хотя, конечно, нельзя сказать, что Харухиро совсем к ней непричастен. Но спасти всех и каждого он всё равно не сможет.

Но в то же время Харухиро подумал: «Нет, я неправ. Мне ведь жалко их. Но что я могу сделать? Ничего.»

– Туда! – указала Шихору.

Дверь в здание, на которое она указала, была выбита, а на крыше даже сидели двое гуорел. Эти были необычно мелкими – самки.

– Н-не смешно! – Кузак попятился, его голос дрожал.

– Отвлеки их! – Харухиро хлопнул его по руке, – Я посмотрю внутри!

– Харухиро, ты с ума сошёл! Ей точно конец!

– Просто делай, что говорю! Мы должны проверить! – Харухиро перевёл дыхание. – Всем помогать Кузаку! Я пойду один! Если что, закричу!

– Да даже если закричишь!.. – Кузак в сердцах врезал правой рукой по щиту, – Дерьмо! Эй, вы, там, сучки! А ну, сюда! И не ждите ласки!

Самки, похоже, заинтересовались им. А значит, пока они отвлеклись...

Погрузиться. Скрытность.

Окон, само собой, нет. Остаётся только дверь.

Юме выстрелила из лука по самкам на крыше, Шихору выпустила Дарк.

Харухиро проскользнул внутрь.

Внутри были три камеры, две справа одна слева. Энба пытался выломать решётку в ближней камере справа. Раздавались пронзительные крики няа.

– Го-о-о-о! Га-а-а-а-а! О-о-о! – а ещё внутри был гуорела. Он, громко завывая, яростно тряс решётку дальней камеры справа. Значит, Сетора именно там.

Решётка, хоть и деревянная, укреплена металлом – но гуорела, казалось, в любой момент может её выломать. И, к сожалению, у него красная грива. Редбэк.

Не мешкать. Харухиро перехватил стилет обратным хватом. Редбэк его не замечает. Просто идти вперёд.

Но стоило ему сделать шаг, как редбэк, не отпуская решётку, обернулся.

Харухиро сглотнул, всё его тело напряглось. Он ощутил, как бешено заколотилось сердце.

Гуорела сощурился, оскалил клыкастую пасть... и улыбнулся. Почудилось, наверное, но выглядело это именно так.

Теперь, когда враг заметил его, Харухиро с ним не справиться. Ни единого шанса. Бежать или умереть.

В это мгновение Харухиро и думать забыл о Сеторе. Наверное, к лучшему.

Харухиро круто развернулся и бросился бежать. В следующее мгновение редбэк ринулся на него.

Едва выбежав наружу Харухиро прыгнул вправо, и тут же ощутил сзади что-то вроде взрыва. Должно быть, редбэк пронёсся мимо, наружу.

– А-а?! – донёсся вскрик Кузака.

Редбэк врезался в него?

Харухиро перекатился, вскочил и посмотрел на крышу. Самки-гуорелы всё ещё не спустились вниз. Неподалёку обнаружилась Юме.

– Юме, ключ! Выведи Сетору! – закричал Харухиро.

– Някей! – Юме поймала ключ и побежала к тюрьме.

– О-а-а!..

Голос Кузака. Что?..

Редбэк.

Редбэк размахивал Кузаком, схватив его за ногу. Гуорела держал Паладина за ногу и волочил по кругу

– Куза!..

– За-а-а-а-а-а!.. – редбэк швырнул Кузака.

Эй.

Глазам не верю.

Это невозможно.

Кузак летел. Он описал пологую дугу и врезался в стену дома – метрах в двадцати.

– Мэри! – прокричал Харухиро, готовясь броситься к гуорелу.

И что потом? – раздался в его голове требовательный вопрос. – Что я сделаю? Это не тот враг, с которым я могу биться в открытую.

Вдох.

Выдох.

Отлично. Успокоиться.

Расслабить колени. Локти. Кулаки, лодыжки, все суставы. Перенести центр тяжести чуть вперёд. Хорошо.

Харухиро облизнул губы.

Мэри бежит к Кузаку.

Шихору прячется за соседним зданием.

Юме уже вбежала в дверь тюрьмы.

Обе самки всё так же сидят на крыше.

Редбэк наморщил своё покрытое твёрдой кожей-скорлупой лицо и снова улыбнулся.

Харухиро едва не улыбнулся в ответ. Ничего смешного в происходящем он, конечно, не видел. Нет.

Ублюдок. Он что, издевается?

– Проблемы, приятель? – огрызнулся Харухиро.

– О-о, – протянул редбэк. Явно дразнит.

Но ведь совершенно незачем злиться. Харухиро сделал ещё один глубокий вдох.

Вряд ли он справится с двумя самками, не говоря уже о редбэке, но нужно как-то протянуть время. Харухиро мало что может, но уж в том, что ему под силу, выложится на полную.

И тут редбэк отвернулся.

– А?..

Нет, тут же одёрнул себя Харухиро. Ничего ещё не закончено. Стоит расслабиться, и враг может броситься в атаку.

Но его тревоги были излишни.

Редбэк побежал прочь, самки тоже куда-то исчезли.

– И что это было...

Что бы то ни было, оно спасло Харухиро. Сейчас важно только это. Выброси это из головы.

Шихору вышла из-за дома и подбежала к нему.

– Что это... – проронила она.

Из дверей тюрьмы вышли Сетора, Энба, Киичи и Юме. Сетора шла опустив голову, словно чем-то недовольная – впрочем, это была лишь видимость.

– Хару, – сказала она. – Спасибо... И тебе, Юме.

– О... – Харухиро замялся. – П-пустяки.

– Нья! – Юме подмигнула и показала ей большой палец.

Они все поспешили к Кузаку и Мэри. Кузак отделался несколькими сломанными костями, ссадинами и порезом, так что Мэри даже не понадобилось Чудо Света. Ей хватило Лечения.

– Нет, всё же иногда даже не верится, до чего я крепкий, – сказал Кузак.

– Это, конечно, хорошо, – Мэри смерила его взглядом, – Но не забывай, что ты всё же уязвим.

– Понял. Извини. Я доставил тебе проблем.

– Не извиняйся. Это моя работа.

– Ну? – Сетора, похоже, снова стала сама собой. – Уходим уже отсюда?

Харухиро переглянулся с Шихору.

Воспользоваться суматохой и сбежать из Джессилэнда. Да, понял Харухиро, это вполне осуществимо. Возможно, это даже разумное решение. С точки зрения того, что лучше для них самих, для их безопасности, это решение выглядит наилучшим.

Шихору первой опустила взгляд. Видимо, она никак не могла выбрать и стыдилась этого.

Ничего. Шихору пыталась облегчить ношу Харухиро, этого достаточно. Она и правда помогла.

Зачем нужен предводитель? Для того, чтобы в любых обстоятельствах находить решение. Вот какова роль лидера – роль Харухиро.

Да, он может ошибиться. Может впоследствии пожалеть о своём выборе. Но, тем не менее, каждый раз, когда они оказываются на развилке, Харухиро должен выбирать – направо или налево.

– Нужно отогнать гуорел, – Харухиро чуть изменил хватку на рукояти стилета, тихо выдохнул. Покосился направо. – Нужно разделаться с ними сейчас, иначе они от нас не отстанут.

– Да уж, – Кузак коротко хохотнул внутри своего шлема. – Ага! – он, кажется, пытался раззадорить сам себя.

– Давайте будем осторожны, – Мэри приготовила свой посох, встала рядом с Шихору и вычертила шестиугольник. – О Свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис. Эгида Света.

Шихору бросила взгляд на вспыхнувшую возле её запястья гексаграмму и кивнула.

– По одному... И не рискуя!

– Для начала... – Юме подняла лук и выпустила стрелу. – Вон там!

Стрела свистнула в воздухе и отскочила от шкуры молодого самца-гуорела, пожирающего гумо метрах в пятидесяти от них.

– Энба, помогай им, – приказала Сетора, взяв Киичи на руки. – Выбора нет. Мы все тут в одной лодке.

Молодой самец мчался на них в приступе бешеной ярости.

По одному и не рискуя. Простейший план, но Шихору права. Гуорелы, конечно, тяжёлый враг, но не поодиночке. План борьбы с ними, согласно которому Кузак, Юме и Энба отвлекают, а Харухиро подбирается в Скрытности и наносит смертельный удар, действует даже на редбэков. Так что они постараются по возможности избежать схватки с группами гуорел.

Если же выхода не будет, то Шихору обездвижит одного Дарком, а Харухиро добьёт его, пока его товарищи сдерживают остальных. Таким образом, они смогут уничтожать врагов одного за другим, сколько бы их не оказалось – пятьдесят, сотня, неважно.

Гуорелы совершили роковую ошибку – местность. Они напали на посёлок. Должно быть, решили, что это идеальные охотничьи угодья. Но Харухиро и его команда могут использовать здания, чтобы разделить врагов. Гуорелы опьянены резнёй, они отвлеклись на жителей, что делает бой ещё проще.

Резня в посёлке до сих пор продолжалась. Множество гумо расстались с жизнью на глазах Харухиро и его товарищей. Кто знает, сколько их уже погибло.

Мы заставим этих тварей заплатить. Им конец. Мы перебьём их.

...Харухиро старался гнать из головы такие мысли. Нельзя давать волю чувствам. Нужно сосредоточиться на одном – уничтожать гуорел одного за другим, мало-помалу сокращать их численность.

Конечно, ошибки неизбежны, но можно постараться сократить их количество до минимума. Точнее...

Мы ведь справляемся почти идеально, а?

Харухиро заметил, что за исключением его собственных царапин о ороговевшую гриву гуорел, остальные не нуждались в помощи Мэри. Даже Кузак, танк команды, с появлением Энбы мог в нужный момент отступить, и не получал ран, которые нужно было бы исцелять магией света.

Харухиро убил четырнадцать самцов и трёх самок. Джесси, похоже, возглавил отряд лучших рейнджеров и тоже уничтожал одного гуорелу за другим. Две группы несколько раз миновали друг друга.

Обычных жителей на улицах не осталось. Должно быть, уцелевшие спрятались в своих домах.

Теперь гуорелы пускались наутёк, едва завидев команду Харухиро.

Они не уничтожили ни одного редбэка. Собственно, вожаки даже не показывались на глаза. Харухиро начал беспокоиться.

– Вижу... – сказал он наконец. – Вон там.

Тварь стояла почти вертикально на ближайшем перекрёстке, глядя в их сторону.

Встретившись взглядом с Харухиро, гуорела распахнул пасть, высунул язык и протянул что-то вроде «вуээээ».

Харухиро сразу узнал его.

– Я его убью! Кузак, вперёд!

– Понял!

Редбэк, не обращая внимания на несущегося на него, лязгая доспехами, Кузака, неспешной походкой вошёл в дом слева от дороги.

Кузак на мгновение оглянулся, но продолжал преследовать врага.

Почему я не остановил его? – подумал Харухиро. – Точно. Что-то не так. С этим редбэком нужна осторожность. Я должен остановить Кузака.

– Кузак, сто..

Он опоздал. Кузак выкатился наружу, словно вынесенный взрывом. И тут же из дома на него набросился гуорела.

Да, это тоже гуорела, но... Гигантский, и эта ороговевшая грива... Длинная и пышная, словно мантия льва. И красная. Багряно-красная.

Это редбэк.

Нет. По сравнению с теми редбэками, что встречались команде Харухиро до сих пор, этот был в полтора раза крупнее. Это совершенно точно не обыкновенный редбэк.

Это он? Тот редбэк среди редбэков? Это он?

– Дарк! – Шихору призвала элементаль и тут же направила его на врага. – Вперёд!

Гигантский редбэк прыгнул, подминая Кузака, и разинул пасть.

Дарк, издавая своё характерное завывание, врезался гуореле прямо в бок.

– Гахх... – рыкнул редбэк. Всё его тело сотряслось, он замер. Но лишь на мгновение.

– Ха-а-а-а-а-а-а! – гигант замахнулся обеими лапами и изо всех сил обрушил их вниз.

Кузак не принимал удары безропотно – он пытался заслоняться щитом. Но долго ли он продержится?

Бам, бам, бам, бам. Редбэк что, решил, что щит – это что-то вроде барабана? Видимо, да. Гуорела лупил по щиту обеими руками как бешеный.

Кузак, должно быть, еле держится под таким градом ударов, пусть даже они и приходятся в щит. Один такой, скорее всего, убил бы Харухиро на месте, а Паладину приходится принимать их снова и снова.

– Куза... Кузак! – заорал Харухиро, и попытался прыгнуть на гигантского редбэка.

Шарах... Тот отшвырнул его одной рукой. Всё тело сотряслось, на мгновение Харухиро показалось, что его разорвало на куски.

Он упал, раскинув руки и ноги.

– О-о-о-о.... – изо рта вырвался стон. Боль была такая, словно порвался каждый нерв в его теле. Он не мог и пошевелиться.

Нет. Не время стонать. Вставай. На ноги, вставай. Скорее, вставай и успокойся. Так нельзя. Сосредоточиться и сделать всё как надо. Сейчас моё единственное оружие – голова.

– Хару-кун! – Юме помогала ему подняться.

Мэри бежала в его сторону.

Кузак. Что с Кузаком?

– Уга-а-а-а, го-о-о-о! О-бо-о-о-о-о, дуа-а-а-а-а! – ревел гигантский редбэк.

– А! Га! Хя-а! – вопил Кузак.

Он в беде. Тварь вот-вот его прикончит.

Откуда оно вообще взялось? Безумие, такого вообще не должно быть! Нет, нет. Успокойся. Ага, успокойся. Не стоять столбом. Тело не слушается. Почему? Мне страшно? Ну да, страшно. Ещё бы. Я осознаю это. Ладно, я это признаю. Но пусть даже я перепуган – я всё ещё жив. Я ещё могу что-то сделать. А что? Что сделать?

– О свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис! Исцеление! – Мэри подумала за него, вылечила раны Кузака. Хотя, конечно, мы даже не знаем, какие у него раны.

Думай.

Подбежал Энба, он не пытался ни протаранить гигантского редбэка, ни даже пнуть его с разбегу – он просто взбежал вверх по огромному телу твари. Голем и так может?

Энба успешно взобрался по спине редбэка, вцепился в его корпус. У Энбы всего одна рука, но ноги две. Однако, если он будет так крепко прижиматься, то получит много ран от ороговевшей гривы.

Харухиро и самому приходилось это испытывать – но он старался действовать осторожнее. Впрочем, големы, похоже, вообще не чувствуют боли, так что с Энбой, наверное, всё в порядке.

Редбэку, судя по всему, эти объятия тоже пришлись не по вкусу. Он наконец прекратил лупить по Кузаку и поднял обе руки вверх, пытаясь стряхнуть Энбу.

Харухиро посмотрел на Сетору. Та крепко сжимала в руках Киичи, её лицо исказила гримаса.

Он встретился глазами с Шихору. Шихору кивнула.

– Дарк!

– Юме, спаси Кузака! – приказал Харухиро, – Мэри, готовься лечить!

– Ня!

– Да!

Мы можем это сделать, и мы сделаем. Другого шанса, скорее всего, не будет. Нужно успеть.

Гигантский редбэк наконец схватил Энбу.

– Энба! – закричала Сетора.

Хватка редбэка была пугающе мощной. Всё закончилось в мгновение ока. Во все стороны полетели ошмётки мяса, обломки костей, осколки доспехов. Энбу словно разорвало на части.

Но Харухиро, глядя на это кошмарное зрелище, лишь мысленно кивнул. Хорошо. Я спокоен.

– Вперёд! – Шихору выпустила Дарк.

Это был не обычный Дарк, а его крошечная, мельчайшая версия, отточенная настолько, насколько Шихору вообще была в состоянии. Мельчайший Дарк, в его полной силе.

Если не сработает это, то не сработает ничего, сказал себе Харухиро. Это всё, на что мы сейчас способны. Давай, давай, давай!

Гигантский редбэк не заметил несущуюся к нему чёрную точку. Дарк ударил его.

И втянулся в его шею.

– Давай! – приказал Харухиро.

Бежать. Бежать. Бежать!

– Ха-а... – гигантский редбэк втянул воздух, – Кха! – Издал он странный звук, – А! – и выгнулся назад, корчась от боли, – На-о-о-о-агх! – тварь зашаталась, пятясь от Кузака.

Харухиро прыгнул вперёд, к Паладину. Кузак, обмякший, лежал под своим щитом.

Он жив? Пожалуйста, пусть он будет жив.

Харухиро схватил его подмышки и потащил на себя. Юме помогала.

– Мэри! – в зове не было нужды. Та уже была рядом.

– О свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис! Чудо Света!

Давай же, свет, изливайся на Кузака, лечи его раны, только на тебя вся надежда...

Харухиро словно окатило холодной водой. Он обернулся.

Шихору. Она осталась одна. Мы бросили её одну.

Она истратила почти все свои силы на этот крошечный Дарк. Наверное, даже идти как следует не сможет. А мы оставили её одну. А ведь тут был ещё один. Я что, забыл? Идиот. Законченный идиот.

Тот редбэк-весельчак. Когда он успел снова выйти на улицу? Харухиро хотел закричать – «Сзади», предупредить Шихору. Но ему уже не успеть. Весельчак уже совсем рядом с Волшебницей, подходит со спины. И Харухиро, признаться честно, сдался. Положение казалось безнадёжным.

– Малик Эм Палук! – прокричал голос.

И поэтому сейчас... В этот момент... Он не мог бы испытывать большей благодарности. Харухиро мог бы прямо сейчас присягнуть этому человеку на вечную верность.

Джесси. Он появился как раз вовремя.

Его Магическая Стрела ударила Весельчака прямо в голову и вынудила попятиться.

– Хо?! – редбэк чуть пошатнулся и развернулся к Джесси.

– Малик Эм Палук! – ещё один шар света пролетел по дуге и на этот раз врезался в затылок редбэка.

Юме подскочила к Шихору и потянула её за руку прочь. Та, пошатываясь, всё же последовала за Охотницей.

Джесси осыпал Весельчака Магическими Стрелами, и наконец вынудил отступить в переулок.

– К Шихору у меня слабость, знаете ли, – объявил Джесси, – Не хотелось бы, чтобы она пострадала!

Он необычно резким тоном отдал несколько команд сопровождавшим его рейнджерам – в их числе были и Туоки с Янни. Похоже, он приказывал им преследовать редбэка-весельчака. Впрочем, у Харухиро и его команды оставалась и другая проблема.

– Пфа... Кха! – Кузак вскочил на ноги.

Дон, дон, дон, дон, дон, дон, дон, дон, дон! Гигантский редбэк колотил себя в грудь кулаками. Харухиро чувствовал, как каждый удар отдаётся у него внизу живота.

Но какой же он здоровенный! Вот так, на задних лапах, это просто невероятно! Кузак, с его щитом и большой катаной, по сравнению с этим редбэком выглядит мальчиком.

– Малик Эм Палук! – Джесси попытался ударить гиганта Магической Стрелой, но тот просто отмахнулся от светящегося шара.

Шихору отступала вместе с Юме. Прямо сейчас она в бой не вернётся. Значит, придётся справляться лишь Харухиро, Кузаку, Мэри и Джесси? Нет, тут есть ещё кое-кто.

– И-и-и-и-и-а-а-а-а! – Сетора издала пронзительный боевой клич и бросилась на гигантского редбэка. Киичи у неё на руках уже не было – она сжимала какую-то длинную жердь. Редбэк что, вообще не обращает на неё внимания?

Сетора без помех подбежала вплотную, и изо всех сил ткнула жердью в горло твари.

– Дииия-а-а-а-а!

Но, разумеется, это была просто обычная жердь – должно быть, обломок разрушенного дома, который Сетора подобрала. Редбэк лишь едва заметно дрогнул, жердь сломалась, а Сетора кубарем покатилась по земле. Зачем она это сделала?

– Это за Энбу!! – закричала она.

А, вот оно что.

Да, поступок глупый, но Харухиро не мог её винить. А ещё это навело его на мысль.

– Нападай! – приказал он Кузаку, — Полностью блокировать удар всё равно не сможешь, нападай изо всех сил! У тебя их больше чем у любого из нас!

– Так точно! – Кузак отбросил щит и вычертил катаной шестиугольник, – О свет, даруй нам божественную защиту Люмиарис! Сэйбер! – он перехватил обеими руками окутанную светом катану и бросился на редбэка.

Нет, я, конечно, приказал нападать, но не в лоб же. Мог бы придумать какую-нибудь хитрость.

Хотя, похоже, в уловках никакой нужды нет. Кузак подлетел к гигантскому редбэку, выгнулся назад всем телом, и рубанул. Редбэк даже не пытался увернуться или отступить.

Атака застигла его врасплох? Или считал, что его шкура-скорлупа выдержит любой удар? Если так, то это была большая ошибка.

– Ого! – выкрикнул Джесси.

Что, серьёзно? Кузак, сколько же у тебя этой твоей дурной силы? Харухиро его явно недооценивал. Он не ожидал, что Кузак на такое способен.

– Звеееа-а-а-а-а-а-а-а!

Огромная катана разрубила шкуру редбэка и впилась в его левое плечо. Впилась – значит вонзилась глубоко в рану и осталась в ней. Лезвие прошло как сквозь масло, от левого плеча по диагонали до середины корпуса, или даже ниже.

– О-о-а... У-у.. Го...

Похоже, гигантский редбэк не осознавал, что случилось с его телом. Как, видимо, и Кузак, с ног до головы залитый кровью врага. Из раны вырвался настоящий фонтан.

– А? Что? К-кровь? – вскрикнул Кузак.

Харухиро вздохнул.

Гигантский редбэк. Редбэк среди редбэков. Ужасающий вожак огромной стаи. И вот... мда. Кто бы мог подумать. А я-то сомневался, что мы можем победить. Кузак. Кузак, значит. Кузак смог. Я, значит, думал, что ему неплохо бы поработать над атакой, а он прятал такой потенциал. Да, приятный просчёт. Хотя нет, гигантский редбэк ещё жив. Катана, наверное, достала до его сердца, но всё же он ещё стоит. Кажется, может рухнуть в любой момент, но всё же держится на ногах. Но, наверное, это лишь вопрос времени. Такое увечье могло бы убить его на месте. Скоро стая потеряет своего вожака, и тогда...

Что-то рухнуло с неба. Харухиро инстинктивно прыгнул в сторону.

«Что-то» было одето в зелёный плащ. Гумо-рейнджер. Его руки, ноги и шея изломаны. Харухиро не умел различать лица гумо, но знал лишь одного с фиолетовым цветом кожи.

Он развернулся и посмотрел вверх, туда, откуда упало тело. Совсем рядом, на крыше. Тварь сощурилась и осклабилась, и Харухиро осознал – гигантский редбэк вовсе не был вожаком.

– Это ты...

Редбэк-весельчак засвистел.

Снова издевается...

Нет.

Нет.

– Враги! – закричал Харухиро. На что-то большее он был не способен.

На той же самой крыше, там, тут, в переулках, спереди, сзади. Гуорелы появились со всех сторон.

Это был сигнал. «Выходите».

– Тирг! Джесси! – донёсся откуда-то крик. Кажется, Янни. Значит, она ещё жива. Должно быть, предупреждает Джесси о засаде.

Гуорелы умны – но, всё-таки, они всего лишь звери. Их можно вырезать по одному, мало-помалу. На это Харухиро рассчитывал.

Собственно, так и получалось, и после того как они одолели гигантского редбэка, он был на семьдесят или восемьдесят процентов уверен в победе.

Но теперь их окружили, гуорелы наседают со всех сторон.

– Все сюда! Не разделяться! – приказал Харухиро. – Юме, Шихору! Сюда!

– Чёрт, Харухиро! Мой щит!..

– Забудь, Кузак! Просто руби мечом!

– Шихорууу! – позвала Юме. – Ты цела? Идём с Юме!

– Да, я в порядке!

– Сетора, вставай! – звала Мэри. – Ну же, у тебя же остался Киичи! И Харухиро!

– Заткнись, Жрец! Без тебя разберусь!

– Харухиро! Укройтесь в тюрьме! – закричал Джесси. – Там вы!..

– А вы, Джесси-сан?!

– Присмотрю за Янни и остальными! Идите!

Кузак отчаянно размахивал своей огромной катаной. Харухиро кое-как удалось соединиться с Шихору, Юме, Мэри и Сеторой и начать продвигаться к тюрьме. Но удастся ли им это?

– Кузак, туда!

– Знаю!

Ну конечно знает, но если Кузак хоть на мгновение замешкается с очередным ударом, его тут же прикончат.

С другого края Юме с Мэри тоже делали, что могли, но даже Шихору пришлось отбиваться посохом. Сетора отгоняла гуорел обломком своей жерди, но даже все вместе они едва держались.

А значит, дело за мной, сказал себе Харухиро. Я должен. И я сделаю. Я. Вот так, в кольце врагов? Да. Давай. Погрузиться. Незримость.

У меня и правда получается, если меня загнать в угол.

Звуки не исчезли, не отдалились – просто они разом потеряли значение. Не было никакой нужды слушать.

Харухиро отделился от своих товарищей, скользя сквозь ряды гуорел.

Он видел тускло светящуюся линию. Он не старался следовать за ней – скорее, было предрешено, что Харухиро пройдёт по её изгибам. Не нужно было задумываться ни о направлении, ни об угле удара, ни о скорости.

Его угол зрения вдруг приподнялся – он словно смотрел сверху на себя, своих товарищей, гуорел, Джесси, Янни, прочих рейнджеров. Он чётко ощущал, кто и где находится, может не так, как ощущаешь собственные руки и ноги, но почти так же.

Сначала вот этого. Молодого самца, которого Мэри только что огрела посохом. Обхвачу шею левой рукой, воткну стилет в правый глаз.

Дальше этого. Которого Кузак только что отогнал взмахом катаны. Тоже молодой самец, конечно же. И тоже убью.

А потом этого, который замахнулся на Шихору. С красноватыми кончиками ороговевших волосков гривы. Он тоже умрёт.

И теперь открылся узкий проход.

– Внутрь! – закричал Харухиро своим товарищам, и тут же погрузился вновь.

Незримость. Устранить преграды, тех, кто встанет на пути. Это возможно для меня. Только я смогу это сделать.

Не думать, что у меня какие-то там сверхспособности – потому что у меня их нет. Это работает лишь сейчас – в этот самый момент я просто исполняю свою роль. Я споткнусь в ту же секунду, как задеру нос. Я уже потерял счёт таким ошибкам, но я усвоил урок.

Они уже почти добрались к тюрьме, где держали Сетору.

– Сначала вы! Я последний! – прокричал прикрывавший отступление Кузак, не переставая размахивать катаной. Остаётся только похвалить его храбрость и выносливость.

Шихору, Сетора, Мэри и наконец Юме вбежали внутрь. Кузака зажали у входа.

Я могу помочь, – подумал Харухиро. – Вон тот самец, что постоянно то бросается на Кузака, то отскакивает назад. Редбэк. Кузаку будет легче, если я уложу его. Без проблем. Я разберусь, смотри.

Харухиро уже был за спиной самца. Наброситься, обхватить рукой за шею, ударить стилетом в правый глаз. Как обычно.

Всё в порядке. Иди. Харухиро даже не понадобилось это произносить – Кузак вбежал в дверь.

Харухиро последовал за ним.

Накатило головокружение. Остатки сил покидают его, он и стоять-то скоро не сможет, не то, что идти...

И всё-таки, Харухиро сделал ещё несколько шагов по коридору, упал на колени перед Мэри. Опустился на четвереньки. Чем занят Кузак?

– О-о-ра! Р-ра-а! – видимо, отгоняет гуорел, пытающихся пробраться внутрь. Плохо. Мэри и остальные что-то говорят.

Ах да. Кровь. Каждый раз, когда он убивал гуорел, в его тело впивались их ороговевшие волосы, и он получал глубокий порез.

– Мэри, магия... вылечи... прости... – выдавил Харухиро. Он чувствовал, что в любой момент может потерять сознание. Этого нельзя допускать.

Мэри произнесла заклинание. Лечение.

Харухиро почувствовал себя немного лучше – во всяком случае, постарался себя в этом убедить. Во всяком случае, теперь он может стоять. Дышать, правда, немного тяжело.

– Чёрт! – выкрикнул Кузак. – Слишком тесно для катаны! Могу только колоть!

– Что дальше? – закричал кто-то.

Шихору. Кузак. Дело плохо? Кто вообще предложил укрыться в тюрьме? Джесси, вот кто. На открытом месте у нас было бы больше возможностей. Разве сейчас время об этом думать? Нет ведь, да? Нужно действовать.

– Тот редбэк... – пробормотал он.

Верно. Мы должны убить его. Он вожак. Мы убьем его, иначе это никогда не закончится.

– Я смогу... – пробормотал Харухиро. – Одна атака всем, на что способен. Я... Я иду наружу. Найду его... и сделаю это. Я закончу это... Сам.

– Да, но!.. – возразила Юме.

– Я сделаю это! – закричал он, перебивая её. – У нас нет выбора. Нас тут просто перебьют. Все погибнем. Я это сделаю. Слушайте, атакуем все разом. В суматохе я проскользну. Ну, раз, два!..

– Зу-о-о-о-о-о-а! – Кузак протаранил теснившихся в проходе гуорел, отбросил их назад. Повалил пинком того, что стоял прямо перед ним, и замахнулся. Он, должно быть, выжимает последние остатки своих сил. Его огромная катана снесла голову упавшему гуореле.

Остальные попятились.

– Ня-я-я-ар! – Юме бросилась вслед за Кузаком.

Шихору выпустила Дарк. Сетора что-то швырнула. Харухиро попытался погрузиться.

Незримость...

У него не получилось. Что? Почему?

В тюрьму, проскользнув между Юме и Кузаком, вошёл самец. Нужно остановить его. Сражаться. Он идёт прямо сюда. Почему меня не слушаются руки? Враг прямо здесь.

– Нет! – Мэри шагнула вперёд, ударила набалдашником посоха по голове гуорелы. Харухиро видел, что она хочет занести посох для второго удара.

Она не успела.

Гуорела схватил посох обеими руками и рванул на себя.

– Мэри! – вскрикнула Шихору, и одновременно с ней Сетора: – Пусти!

Да, Мэри. Отпусти.

Мэри, по-прежнему сжимая в руках оружие, упала в сторону врага.

Харухиро наконец нашёл в себе силы пошевелиться.

– О-о... – простонал он, и тут раздался громкий хруст.

Мэри подчинилась команде Сеторы, отпустила посох. Но гуореле не было дела до её посоха – он схватил её саму, обхватил руками.

– А-а! – Шихору едва слышно вскрикнула.

И сразу же, не меняя позы, самец укусил Мэри в основание шеи.

Харухиро сразу же набросился на него. Почти вжимая себя в гуорелу, он вбил стилет в его правый глаз.

Харухиро видел, как глаза Мэри широко распахнулись.

Нужно спешить. Скорее. Скорее. Скорее убить тварь. Или будет слишком поздно. Поздно? Для чего?..

Гуорела обмяк, подминая Мэри. У Харухиро уже не было сил столкнуть с неё труп. Ни в руках, ни в ногах, нигде.

И пока он пытался...

– Как она?! – крикнула Сетора.

Харухиро не отвечал.

Глаза Мэри были полузакрыты, по её телу пробежала дрожь. Она закашлялась, изо рта потекла кровь.

– Магия! – позвал Харухиро, – Мэри, магия! Вылечи себя, скорее! Мэри!

Мэри попыталась поднять правую руку. Казалось, ей это не под силу. Она ранена? Перелом? Где, когда?

Харухиро бросил стилет, схватил обеими руками её ладонь, поднял. Мэри застонала, помотала головой.

Ей больно? Настолько? Чем ей помочь?

Магия. Шестикончник. Ей нужна рука чтобы вычертить символ для заклинания. Неужели просто прочитать заклинание нельзя? Неужели магия света бесполезна, если не можешь шевелить рукой? Какого черта? Какой вообще смысл?

– Мэри? Мэри?! – кричал Харухиро. – Что... Ч-чем я могу?..

Что-то. Мэри пыталась что-то сказать. Хаурхиро нагнулся, почти прижимаясь ухом к её губам.

– Мэри? Что, Мэри? Что ты говоришь?!

– Ха.

– Да, что?

– Хару...

– А?

– Я...

– Да?

– Хару... я... тебя...

– Что – меня? Что, Мэри?...

Мэри резко втянула воздух.

Она пыталась перевести дыхание? Что-то сказать? Харухиро чуть отстранился, глядя ей в лицо.

Почему? Почему она улыбается? Разве ей не больно? Разве ей не страшно?

Почему ты улыбаешься?

Мэри.

В версии с изображениями тут находится картинка.

В следующем томе.

Я что, думал, что поднялся на ступень выше?

Я что, собирался научить Кузака?

Я что, думал, что у меня такое острое чутьё?

Я что, думал, что разгадал редбэка среди редбэков?

Я ничего не знаю.

Я ничего не смог сделать.

Ничего.

Вот как это случилось.

Всё кончено. Всё должно быть кончено.

– Способ есть. Всего один, – говорит он.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Начальные иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 1. Сейчас

Он сделал глубокий вдох, затем выдох.

Похоже, на какое-то время он забыл, что нужно дышать.

На какое-то время?

Как долго тянулось это какое-то время?

Он не помнил. Шум...

Издалека доносится шум. Множество накладывающихся друг на друга звуков.

Издалека?

Нет, наверное не издалека. Звуки будто отдаются эхом в его собственной голове, глубоко внутри. А значит, шум он вовсе не далёкий. Наоборот, близкий. Очень близкий.

Такой близкий, что он не в состоянии его слышать?

Его руки упираются в землю.

Где он?

Не под открытым небом, в каком-то помещении. Но пола нет. Здесь земляной пол.

Между его рук – её лицо. Почему? Странно, но он не помнит, как оказался в этой позе – словно застыл, делая отжимание. Её глаза почти закрыты, губы слегка разомкнуты. Всё её тело словно обмякло.

Но всё же, кажется, что если попытаться заговорить с ней, она ответит. Так почему же он молчит? Это же так просто. Нужно просто позвать её по имени, вот и всё – но он почему-то не может этого сделать.

Почему?

Я... Мне страшно?

Но чего я боюсь?

Не понимаю. Не знаю.

Наверное, лучше просто оставить всё как есть. Я всё равно не пойму.

Да, так лучше.

Просто оставлю её в покое. Да. Так и сделаю.

Почему всё обернулось вот так? Неважно. Соберись. Ты же предводитель, нет? Да, лидер из тебя так себе, но всё же ты лидер. Не время витать в облаках. Не думай о ненужных вещах. Есть то, что нужно делать прямо сейчас – вот этим и занимайся. Раз есть время думать, то думай о первостепенном.

Он встал и посмотрел в стороны входа. Слева на полу сидела Шихору, опираясь спиной на решётки. Она смотрела на него расширенными глазами, её зубы были крепко стиснуты, челюсть дрожала.

Шихору попыталась что-то сказать, но не смогла издать ни звука.

Харухиро склонил голову набок. Что это с ней?

У неё такое странное выражение лица. Словно она увидела что-то ушасное.

– Всё в порядке, – сказал Харухиро, улыбнувшсь. Он выдохнул.

Порядок. Всё в порядке.

В порядке.

В порядке.

В порядке.

Нет, постойте. Сейчас не время заявлять, что всё в порядке. У меня есть дела.

Кстати, а где стилет?

О.

Прямо тут.

Он наклонился за оружием, и в поле его зрения попал труп гуорела. К голове прилила кровь. Ему хотелось колотить по голову уже мёртвого врага, пока та не обратится в кровавое месиво. Убить эту тварь. Убить насмерть.

Но ведь он уже мёртв, этот самец. Ну да. Он мёртв, но есть другие.

Точно. Нужно убивать дальше, так? Убивать их.

Я убью их.

Убью их всех. Верно. Уничтожу всех до последнего.

Да. Точно.

Именно это я должен сейчас делать, так? Убивать их. Убивать их. Убивать их. Убивать их. Убивать их. Убивать. Убивать. Убивать. Убивать. Убивать. Убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать.

Стой.

Он услышал голос. Её голос.

Когда его взгляд упал на труп гуорела, он увидел и её тоже. Просто попытался не видеть.

Точнее, нет. Он не мог не видеть, но постарался убедить себя, что не видит её.

Не видит её, лежащую прямо перед ним.

Он не хотел видеть.

– А ведь точно...

Сорваться и очертя голову ринуться в бой... Это не его стиль. Обладай он хоть сколько-нибудь выдающимися силами или способностями, то, может, и мог бы забыть про осторожность и рискнуть, но Харухиро, увы, совершенно обычный, средний человек. Он не так уж много может совершить – но то, что может, должен делать как можно лучше. Как всегда. Использовать все доступные средства и найти способ выжить. Забыться в ярости будет самоубийством.

Хотя, это, может, не так и плохо.

Покончить с собой.

Какая разница, что дальше?

Нет.

Она же только что сказала прекратить, разве нет? Значит, так нельзя. Но почему он услышал её голос?

Это ведь невозможно.

Он никак не мог...

Как?.. Да, её голос... Показалось? Просто галлюцинация... Но ведь я отчётливо слышал – хотя и никак не мог... Нет, хватит. Не думай. Бесполезно и бессмысленно. Хватит. Подбери. Подбери стилет. А потом делай то, что нужно... Те дела, которые должен сделать. Делай их.

Он стиснул зубы. Напряг мышцы ног. Сил ещё много, он справится.

Тюрьма. Это тюрьма, где держали Сетору. Снаружи – гуорелы. Мы скрылись внутри, и Юме с Кузаком из последних сил сдерживают поток врагов.

– Шихору, магия! – крикнул он, и попробовал броситься вперёд.

Колено подломилось, он чуть не упал. Харухиро цокнул языком.

Это что? Это что ещё такое?

Тело отказывалось подчинстья. Почему? Хотя, это же очевидно. Он вымотался. Убивал одного гуорелу за другим, и, сам того не замечая, забылся. Потерял слишком много крови, истратил слишком много сил. Вот результат.

Это... Нет... Не думать. Я должен забыть.

Ему всё же удалось побежать – странной, шатающейся походкой. У входа стояла Сетора, она обернулась к нему.

– Хару! – окликнула она, их взгляды встретились. Харухиро, не отвечая, выбежал наружу.

Кузак яростно рубился в двух метрах от входа, размахивал катаной, сопровождая каждый удар коротким боевым кличем. Он, судя по всему, полностью погрузился в схватку и не думал ни очём другом. Его поддерживает только сила воли. Стоит ему остановиться и он рухнет на землю.

Юме двигалась быстро, пригибаясь к земле, отгоняя тех гуорел что пытались приблизиться. У неё, конечно, тоже уже не осталось сил, но в ней не чувствовалось безысходности. Что ж, Юме есть Юме.

Она сражалась стойко и отважно, постоянно меняла позицию слева направо и обратно, пробегая позади Кузака, и поддерживала его как могла. Но ей приходилось слишком много движется. Она не продержится долго.

– Юме! Я возьму тех что слева! – позвал Харухиро.

– Ня!

– У меня ещё остались силы! – добавил он.

Но, по правде говоря, он не был в этом уверен сам. Тем не менее, остаётся лишь рассчитывать что это так. Верить в это и убедить в этом товарищей.

Харухиро взял в левую руку нож с гардой и сместился влево от Кузака. Отбил правую руку тут же ринувшегося на него гуорела и тут же ткнул тварь в лицо стилетом. Махнул ножом, метя в глаза, и враг отпрянул.

Следующий. Сейчас нападёт. Уже нападает.

Харухиро крутанулся, уворачиваясь от мчащегося на него противника.

– Нга! – Кузак рубанул гуорела катаной.

Удар проломил тёмно-коричневую, похожую на хитиновый панцирь шкуру-скорлупу, во все стороны полетели осколки. Ну и силища.

Враг, не выдержав, попятился, но вместо него вперёд бросился следующий. Молодой самец, но даже ему Харухиро проиграл бы в прямой схватке. Вот только отступать всё равно некуда.

Так что вместо того чтобы пятиться или пытаться выдержать атаку Харухиро бросился вперёд сам. Он решил рискнуть, сократить дистанцию и ударить противника в лицо стилетом и ножом до того, как тот сомнёт его.

Харухиро не так силён, как Кузак, и не сможет пробить прочную шкуру гуорела. Его оружие не нанесёт особого урона – но всё же шкура-скорлупа треснет.

Гуорела отступил, за ним возник следующий, и ещё, и ещё... Враги продолжали наседать, но им недоставало слаженности.

Даже людям может оказаться неожиданно трудно одолеть одиночку числом. Кто-то должен схватить врага сзади, другой ударить по лицу, третий в живот – но если нападающие не смогут чётко распределить эти роли, всё пройдёт не так успешно. Даже двоим нападающим на одного может оказаться неожиданно трудно не мешать друг другу. А значит, обороняющемуся нужно заставлять врагов совершать ошибки, мешать им перемещаться. И, разумеется, цель гуорел – Харухиро – прекрасно это осознавала. Он не стоял на месте.

Двигаться.

Он уже не мог двигаться с обычной скоростью.

Неважно. Двигаться.

Он постоянно менял позицию, наносил удары тем врагам, что пытались приблизиться. Нужно просто повторять это снова и снова, пока зватает сил.

Делать это. Просто продолжать сражаться. Скоро Шихору поддержит нас магией. Даже Сетора попробует что-нибудь сделать. Верить в товарищей и сражаться изо всех сил. Продержаться. Это всё, что я могу сделать сейчас.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Глава 2. Зачем я родился

Тихо.

Главное – тихо.

Опустить ногу на землю – так, чтобы не издать ни звука. Ещё шаг вперёд.

Он не Вор и не Охотник, но сейчас нужно красться как профи. Необходимость прародитель прогресса – или как там, необходимость мать изобретения? Неважно. Когда ему понадобится какой-то навык, он им овладеет по ходу дела. Именно так.

Ещё немного. Вон там, в траве.

У существа гладкая, склизкая зелёно-коричневая кожа. Задние ноги поджаты, передние приподнимают корпус над землёй. Круглые глаза смотрят куда-то в другую сторону.

Всё нормально, не шевелится. Значит, не заметило.

Здоровая, однако.

Оно, конечно, похоже на жабу, как ни посмотри. Восемь или десять из десяти, что это жаба. Только вот жаба размером с кулак – нет, даже с младенца, наверное.

Здоровенная. Да уж, даже слишком.

Внезапно его посетило сомнение. А это точно жаба?

Разве бывают такие большие? Я, конечно, не спец по жабам, но вообще-то почему бы и нет. Бывают же большие собаки и маленькие. Эта тварь слишком похожа на жабу, чтобы быть чем-то ещё. Просто очень большая.

О, а яд? Про яд-то я не подумал.

Вроде ведь бывают ядовитые жабы, так? Ну, с другой стороны, большинство ядовитых животных и выглядят ядовитыми, так? А хотя, может и нет. Вот змеи – они ведь вроде как все одинаковые, что ядовитые, что нет. И грибы тоже. Те, что на вид ядовитые, могут оказаться съедобными, а некоторые, что на вид съедобны, лучше в рот не брать. Хотя, грибы ведь не животные. Но ведь тоже живые.

Нет, нет, нет! Хватит колебаться. Да, не время для сомнений. Я голоден.

Если не поем, умру. Ну, или не умру, но лучше съесть что-то сейчас, пока ещё есть силы. Когда даже двигаться толком не смогу, добыть еду станет ещё труднее. Даже сейчас это тяжело – я ведь не охотник, и не знаю, как добывать добычу в лесу. Эти дурацкие птицы и звери слишком пугливы и убегают, когда подходишь ближе. Можно, наверное, есть жуков, но пусть это будет вариантом на крайний случай.

Так что насчёт жаб? Если подумать, то я не против. Это будет настоящий пир. Ну, если кинуться на эту жабу и сразу попытаться откусить то вряд ли, но можно ведь для начала снять шкуру. Может, будет даже вкусно.

Рот начал наполняться слюной.

Ну, давай.

Проблему яда можно решить когда она возникнет. Защиплет язык, например, и тогда просто выплюнуть, не глотая. Он не сомневался в своём чутье на опасность и скорости реакции.

Съем её, решил он. Поймаю и съем. Сожру до костей.

По привычке он едва не выкрикнул название навыка, но успел подавить возглас.

Ну, вперёд. Беззвучно! Тихий Выброс!

Он ринулся вперёд, вытягивая обе руки. В этот же момент жаба прыгнула.

– Чё?!..

Левая и правая руки схватили пустоту. Как это возможно? Как он мог упустить добычу?

Он понял, что недооценил жабу. Как быстро среагировала – и прыгучая при том. Скаканула метра на два. Всё-таки это не обычная жаба.

– Чёрт! Не уйдёшь! – заорал он.

Ну как хочешь, шутки кончились. Да, я недооценил тебя, думал, ты просто здоровая жаба. Что ж, теперь ты не жаба. Ты враг, которого нужно победить.

– Тебе конец! Выброс! – он прыгнул.

– Выброс!

– Выброс! Выброс!

Он прыгал снова и снова, не давая жабе времени передохнуть – да и себе, кстати.

– Выброс, выброс, выброс!

Он снова и снова бросался на жабу, вытягивая руки в попытке её схватить. Но каждый раз в последнюю секунду та ускользала. Жаба даже не смотрела на него – она постоянно сидела к нему задом. Можно подумать у неё глаза на спине.

Стоило ему подумать это, как он осознал – два странных пятна на спине возле зада жабы на самом деле два века.

Точно. У неё веки, а значит и глаза на спине – даже скорее на заднице.

– Тьфу! – вскрикнул он, – Тогда... Выброс как обманка, а потом?.. Потом?!..

Он изобразил бросок, но остановился. Жаба тоже припала к земле для прыжка, но осталась на месте.

– Ха! Попалась!

Жаба, выбитая из ритма, не успела прыгнуть ещё раз. Теперь она у него в руках.

Ну, отчасти это сработало – вот только жаба выскользнула из его пальцев и снова оказалась вне пределов досягаемости.

– Да ты хороша, а!?

Он почувствовал, что вскипает. Это не просто враг. Эта жаба – могучий противник, мой заклятый соперник. Её нельзя отпускать. Я одолею её, вот моё слово! Я должен её съесть – это вопрос жизни и смерти. Как я выживу без еды? У меня уже аж желудок сплющило. Хотя, так бывает? Да какая разница, ты, чёртова жаба! Будь ты проклята! Ты обычная хренова жаба!

Затем он прыгал снова – десятки, нет, сотни раз. Кроме шуток.

А-а, как же я устал. Нет, серьёзно. Вымотался почти до смерти.

– Но зато теперь, наконец-то... – пробормотал он, – Ха!

Он хотел победоносно расхохотаться, но сумел выдавить лишь тихий смешок.

Он стоял один посреди жаркого, влажного леса, весь в поту, крепко сжимая в руках жабу-переростка. Ну, что дальше?

– Ну и крут же я... – проговорил он.

А? Правда?

Сложно сказать, но, во всяком случае, цель достигнута. Огромная жаба, только что бешено трепыхавшая всеми четырьмя лапами, наконец сдалась и затихла. Вот только глаза на её заднице до сих пор, мягко говоря, нервировали. К тому же они моргали и смотрели на него.

– Н-не смотри, – сказал он, – Теперь я тебя съем...

Жаба квакнула. Молит о пощаде? Бесполезно. Выживает сильнейший, тот, кто стоит выше в пищевой цепочке – на этом держится мир. Он не сможет сражаться на пустой желудок.

– Не держи зла... А, хотя мне всё равно. Можешь обижаться, если угодно. Мне вообще плевать. И я не хвалюсь, если что.

И, завершив свою реплику этой крутецкой фразой, он достал запасной нож, быстро прикончил жабу, снял с неё шкуру, выковырял глаза и выпотрошил. Так, и что дальше? На вид это, конечно, как большая жаба, но теперь у него в руках большой кусок аппетитного бледно-розового мяса. Было бы неплохо как-то его приготовить, но разводить костёр, пожалуй, не лучшая идея. И воды нет.

Видимо, придётся жевать прямо так? Ну, за дело. Не бояться, тут нечего бояться. Ну, один раз живём! Лучше без приправ чем на пустой желудок! Ну, за еду. Ешь. Ешь её! Ешь!

Ну, и... Ага! Видали?!

Он впился в мясо зубами и принялся жевать. Съел жабу целиком, выплюнул лишь кости.

– Да уж, – пробурчал он.

Закончив трапезу, он развалился на земле, раскинув руки и ноги, и, щурясь, смотрел на сочащийся сквозь листву солнечный свет.

–Вкус... Да. Вкусным его не назовёшь – но я хотя бы что-то съел. Это важно. Да. Язык не щиплет, и живот не болит. Пока, по крайней мере. Одного этого мне хватит на несколько дней, а может…

В версии с изображениями тут находится картинка.

Он рыгнул и невольно поморщился. Изо рта воняло тиной и сырым мясом.

– Это доказывает, что я ещё живой...

Точно.

Живой. Ему захотелось заорать это во всё горло.

Живой!

Живу на всю катушку!

Как вам такое, а?!

Смотрите, как сияет моя жизнь!

Впрочем, орать он не собирался.

– Ранта! – прокричал чей-то голос.

При звуках собственного имени он едва не подскочил – но нет, этого делать нельзя. В случаях вроде этого нужно не панически метаться, а приготовиться действовать сразу, как только потребуется.

Ранта не поднялся. Он только полуприсел, наклонившись вперёд.

Откуда доносится голос?

Кричавший сравнительно далеко – в нескольких десятках метров, может, даже в сотне.

Ранта уже больше десяти дней прятался в Тысяче Лощин, и не имел понятия, где именно находится. По крайней мере, удалось выбраться из вечного тумана. В этих местах туман бывает только по утрам, не висит в воздухе круглые сутки. Вот только в густом лесу да ещё среди холмов и оврагов от этого немногим легче.

– Ранта! Я знаю, где ты!

Голос раздался снова. На этот раз ближе? Ну? Определить не получалось.

– Чёртов старикан, – пробурчал Ранта, прикрывая рот ладонью.

Такасаги сказал, что знает, где он.

Правда? Или блеф? На этот раз противник не жаба, а этот ловкий дед. В чутье ему не откажешь, он действительно может примерно представлять где находится Ранта – впрочем, вряд ли знает наверняка.

Иначе не кричал бы – он же понимает, что выдаёт себя и предупреждает Ранту. Просто подкрался бы и напал. А раз он этого не делает, значит, ещё не нашёл.

А ещё это значит, что тот гоблин, Онса, не с ним. Онса – дрессировщик, командует прирученными волками и няа. Его няа, конечно, почти все погибли, но стая чёрных волков и её вожак, огромный волк Гаро, уцелели. Будь Онса здесь, его волки давно учуяли бы Ранту и уже окружали бы его.

Значит, тут только Такасаги и несколько орков с нежитью. Рнта сможет убежать. Во всяком случае, у него есть шанс.

Нужно действовать спокойно. Главное – не суетиться.

Они рассчитывают, что он испугается и бросится бежать. Значит, двигаться нельзя. Пока он просто будет сидеть на месте и смотреть по сторонам.

Раскрыть глаза, насторожить уши.

Метрах в трёх от него росло странное дерево – искривлённое и перекрученное, словно клубок спутанных щупалец. Ранта прокрался к этому дереву – это вообще одно растение, или несколько деревьев? Хотя, какая разница?

Ранта прислонился к дереву и тихо перевёл дыхание.

– Ранта! – закричал Такасаги, – Выходи! Выходи сейчас, и я оставлю тебе жизнь!

Голос прозвучал ещё ближе? Или нет?

Такасаги, видимо, постепенно приближается – но пока ещё не подошёл вплотную.

«Выходи сейчас, и я оставлю тебе жизнь»

Он правда простит Ранте, что он вступил в Форган а потом сбежал? Джамбо, наверное, не будет возражать если Такасаги заступится за Ранту. Может, даже снова примет его в банду.

Нет, нет, одёрнул себя Ранта. Такасаги только сказал, что не убьёт меня. Это ведь не значит что он вообще ничего мне не сделает, так? Что-нибудь ужасное. Такого же не может быть, чтобы он просто посмеялся и забыл. Ни за что на свете. Я ведь предал его.

– Ранта!..

Ранте вспомнилось. Этот голос орал на него столько раз...

– Мне хватит деревяшки, – сказал старик, и подобрал с земли тонкую, сухую, крючковатую палку. Он мотнул подбородком: – Бери свой меч, Ранта.

– Не велика ли фора, дед? Я не так слаб как ты думаешь!

Ранта разозлился, но всё же подчинился – достал меч из ножен и приготовился.

Свой меч, Упокойник, он добыл в Колодезной Деревне, в Дарнггаре – точнее, просто купил его у кузнеца. Рукоять длинная, под двуручный хват, но клинок не так уж и велик, да и сам меч был легче и удобнее чем выглядел. Пята клинка щерилась выступом, и Ранте нравился хищный вид оружия. Он сразил своим любимым мечом множество врагов.

Ты что, думаешь, сможешь совладать с моим красавцем своей веткой? Не забывайся, старик... Впрочем, Ранта понимал, что было бы ошибкой думать так.

Такасаги чуть опустил сжимавшую палку левую руку и выпрямился.

Его и Ранту разделяет примерно пара метров.

Ранте достаточно шагнуть вперёд, и любой удар – что выпад, что взмах – достигнет цели. Более того, Ранта – Рыцарь Ужаса, мастер молниеносного нападения. Он может сократить такую дистанцию в мгновение ока.

Такасаги даже не готов защищаться, и вооружён всего лишь палкой. Даже если он и успеет ударить, Ранта даже ничего не почувствует. Тут вообще нечего бояться.

И всё же Ранта чувствовал, как перехватывает дыхание. Ноги... Нет, всё тело оцепенело.

Он может убить меня в любой момент.

Да нет, невозможно. Это же просто ветка, так? Ветка и ничего больше. Да и вообще, только глянь на него: единственный глаз полузакрыт, голова склонена вбок, челюсть отвисла.

Ранта чувствовал разочарование. Он так унижался, упрашивал, чтобы Такасаги его учил пока тот наконец нехотя не согласился. Так что это за вид такой? Подтянись, старик!

Он что, только проснулся? У него похмелье, или что с ним? А главное, почему, несмотря на всё это?..

Ранте не победить.

Как бы он не атаковал, ему не победить.

Или это просто так кажется? Такасаги видит Ранту насквозь. Может, Ранта просто переоценивает его?

Можно проверить. Тогда он узнает наверняка.

– Ну что? – Такасаги наконец поднял ветку, но просто крутанул её движением запястья, – Нападай, Ранта. Ты же хотел стать сильнее, нет? Если будешь стоять и трястись, ничего не добьёшься.

– Да... Я понимаю, – голос Ранты едва заметно дрогнул.

– Правда? – Такасаги ухмыльнулся, – Не уверен.

Сейчас!

Это не было осознанным решением – скорее, инстинктивным порывом. Тело Ранты ощутило что-то и среагировало.

Движение казалось идеальным. Выброс и Разрез Злобы. Всего лишь рывок вперёд и рубящий удар сверху вниз. Просто, но наверняка. Ранта не сдерживался.

Мечом Такасаги ещё мог бы отразить атаку, но не палкой. И уж никак не увернуться – от такого не уворачиваются. Ранта не сомневался – он исполнил всё идеально.

Такасаги шагнул влево. Его палка вскользь ударила по опускавшемуся Упокойнику и с силой врезала Ранте по лицу.

– А?!

Он знал?!

– У тебя на лбу написано, – Такасаги пнул Ранту под колено и толкнул ногой в спину.

– А-а! – Ранта повалился вперёд.

– Ты слаб.

– Аргх! – Ранта кувырнулся через голову, – Чёрт! – Он вскочил, молниеносно развернулся и тут же снова получил палкой по лицу, – А-а!

– И предсказуем.

Ранта получил ещё множество ударов и пинков, пока не повалился на землю, и каждый раз, когда он пытался встать, Такасаги снова бил и пинал его. Свой меч Ранта давно выронил. Такасаги был совершенно недосягаем.

От очередного удара Ранта полетел вверх тормашками, сильно приложился спиной и задом. Пока он лежал на спине, корчась от боли, Такасаги уселся на его живот.

– Уа-а-а!

– На тебя смотреть противно. Что ты там говорил – хочешь стать сильнее? Хорошая шутка, засранец.

– Ты же сам... говорил... Что не всегда... был... сильным...

– Да, говорил, – Такасаги ухмыльнулся, – Но если подумать, я никогда не был настолько плох.

– Ты же сказал... что я смог бы... победить... десять лет назад...

– Я пошутил, идиот. Даже десять лет назад я был раз в сто сильнее тебя сейчас.

– Жестоко...

– Слишком много лишних движений, – Такасаги отбросил ветку и принялся набивать свою трубку.

И вот он принялся курить трубку, сидя у меня на животе. Что он о себе возомнил? Вот только вряд ли я смогу его скинуть. Он поколотит меня ещё раз, и всё. Что делать?..

– Потеря руки и глаза кое-чему меня научила, – сказал Такасаги, – Люди – ну, полагаю это касается также и орков и других рас – в общем, мы, сами того не замечая, таскаем с собой слишком много ненужного. Стать сильнее не значит изучить больше приёмов. Стать сильнее значит сбросить жир, отточить то, что у тебя уже есть. Это то, насколько хорошо ты можешь исполнить то, что нужно, и не делать того, что не нужно. Сомневаюсь, что у тебя получится, Ранта.

– Не говори так... Словно всё во мне... Ненужно...

– Когда я лишился руки... – Такасаги выдохнул дым, занёс левую руку. И вдруг молча махнул ей вниз.

Ах чёрт!

Такасаги всего лишь махнул рукой. Но катана в его руке, дуга, которую она описала... Ранта с невероятной ясностью увидел это. Никакого оружия не было, но оно предстало перед Рантой как настоящее.

– То занимался лишь тем, что тренировал удар катаной, – продолжал Такасаги, – Я ведь был правшой. Мне стало ясно, что раз уж придётся жить дальше с одной левой рукой, то придётся привыкать. Каждый день, снова и снова, я махал и махал катаной, пока не падал без сил.

– Значит, нужно трудиться? – спросил Ранта.

– Труд ничего не значит.

– Но ты ведь только что сказал...

– Зачем я столько махал катаной? Ответ прост. Поначалу у меня не получалось наносить удар так же хорошо, как раньше правой, и меня это бесило. Но потом, в какой-то момент это стало интересно.

– Серьёзно?..

– Видеть, в чём я ошибся, как сделать лучше, всё такое. Подмечать, исправлять, пробовать, снова и снова. Это очень интересное занятие.

– По мне так какой-то больной фетиш...

– Как думаешь, если бы я просто, не думая, махал катаной снова и снова, моя левая рука стала бы такой же умелой, как правая? Конечно, даже если бы я как идиот занимался только этим, то в некоторых пределах смог бы стать лучше. Но лишь в некоторых.

– Хочешь сказать, я не думаю? – Ранта рассердился.

– Во всяком случае, недостаточно. Обычным людям приходиться доводить своё тело до истощения, и лишь тогда они видят разницу между собой и гениями.

– Даже я это знаю, – пробормотал Ранта.

– Ты наверняка знаешь кого-нибудь очень сильного, но сейчас ты понимаешь только, что в подмётки ему не годишься. Но в чём именно его отличие от тебя? Как бы ты мог его одолеть? У тебя ведь нет ни малейшего понятия, так?

– Ну, у меня есть идеи...

– Я придумал около тысячи способов победить нашего босса, и уверен в трёх из них.

– Победить Джамбо? – непонимающе спросил Ранта.

– Босс знает. Моя цель – убить его.

Ранта не верил своим ушам.

– Но зачем убивать Джамбо?

– Видишь ли, это он отрубил мою руку. Я не держу на него зла, но, если возможно, хотел бы убить его до того, как умру сам. Думаю, убить босса было бы здорово. Я был бы просто счастлив, у меня не осталось бы других желаний. Это было бы просто замечательно – и, пожалуй, после этого осталось бы только умереть самому.

– Да ты рехнулся.

– Думаешь? – спросил Такасаги, – Но это моя мечта. Когда есть мечта – есть к чему стремиться.

– Мечта?..

А у меня есть мечта? – спросил себя Ранта.

Словно ответ в памяти всплыли лица. Несколько лиц.

Да ладно, подумал он. Они-то почему? Чушь какая-то. Они – моя мечта? Бессмыслица.

Сама наша встреча была лишь случайностью, и мы были вместе лишь ничтожную долю той долгой жизни, что ещё предстоит мне. Да, в Дарнггаре я временами думал что останусь с ними до смерти – но в том мире такие мысли нормальны. И даже там можно встретить кого-то хорошего. Я мог бы, как Унжо, найти себе спутницу и расстаться с ними. Да и кто по собственной воле стал бы водиться с ними? Могзо был не такой, мы с ним были партнёры. А эти – просто товарищи по оружию.

Можно сказать, мы с ними всего лишь коллеги. Мне никогда не было легко с ними, честно говоря, я никогда не чувствовал себя своим. Да, мы в основном доверяли друг другу, но я не любил их, а они не любили меня. Мы не столько уважали друг друга сколько научились терпеть друг друга.

А здесь не так. В Форган всё иначе.

Здесь мало кто знает человеческий язык, остальные не лезут ко мне, предоставляют самому себе, но на удивление я почти никогда не чувствую себя изолированным. Само собой, кому-то из банды я не по душе. Мне не доверяют – но, несмотря на это, принимают.

Что это значит для меня? Мне не доверяют – да и с чего им доверять мне, но ко мне относятся по-товарищески. Может, эта открытость и создаёт такое чувство, что остаться в Форган было бы совсем неплохо.

Вероятно, дальнейшее зависит от того, как я себя поведу. Делать что скажут, всячески демонстрировать, что я свой, постепенно завоевать доверие. Со временем меня примут здесь как друга. Жаль, конечно, что тут нет женщин – но, с другой стороны, и никаких проблем из-за женщин не будет. В этом есть и плюсы и минусы.

Ранта закрыл глаза.

Будущее здесь казалось таким осязаемым.

День за днём он будет всё теснее сходиться с другими членами банды. Да, временами сварливый характер будет брать своё, но тут найдутся те, кто заставит его склонить голову и извиниться. Но и шансы оторваться на всю катушку тоже будут.

Ещё ему нравился наряд Джамбо. Крутой. Если получится раздобыть такой, можно будет надеть поверх доспехов.

А может, и доспехи не понадобятся? Джамбо же ходит прямо так. Ну да. Главное чтобы было легко двигаться, лучше обойтись без тяжёлой брони.

Неважно, насколько силён удар, если он тебя не достигнет. Нужно просто увернуться, так ведь? Можно будет научиться уворачиваться. Что для этого нужно? Тут есть те, у кого можно спросить совета.

То, к чему он всегда стремился... Ранте никак не удавалось подобрать точные слова, чтобы описать это, но он чувствовал – здесь он сможет достичь своей мечты.

– Ранта! – окликнул Такасаги.

– А?..

Сколько бы он не искал, мечта оставалось недостижимой. Так что он уже почти... Нет, не почти – практически полностью сдался.

Для него нигде нет места, никто и никогда не поймёт его. Откуда такие мысли? Ранта не знал. Была ли какая-то причина, какое-то событие, после которого он осознал это? Даже если и было, то, видимо, до прихода в Гримгар. Ранта не помнил.

Всё не так, подумал он. Всё время всё не так. Где бы я не был. Я всегда напряжён, всегда неспокоен. Или – «был напряжён и неспокоен»? Сейчас, во всяком случае, меньше.

– Так чего? – переспросил Ранта.

– Ты действительно хочешь стать сильнее?

Какова твоя мечта? – вот о чём спрашивал Такасаги.

Стать сильнее просто ради того, чтобы стать сильнее? Или «стать сильнее» – это средство, с помощью которого Ранта собирается чего-то достичь? Или это способ сбежать, забыть ту цель, которая действительно стоит перед ним?

Чего я хочу? Какая моя мечта? – спросил себя Ранта. Без понятия. Вообще без понятия.

– Слезай уже, старик, – пробурчал он, – Я тебе не кресло. Долго ты собрался сидеть?

– Ещё чего, – хохотнул Такасаги. Он набил трубку листьями и поднёс что-то вроде зажигалки. Для однорукого он управлялся очень ловко, – В общем, мне всё равно – если ты хочешь стать сильнее, я не против тренировать тебя, но...

– Пожалуйста, – Ранта сам поразился, как легко быстро с языка скатилось это слово.

Такасаги, видимо, тоже немного удивился.

– Хм, ну-ну, – неопределённо бросил он наконец.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Обложка

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

1. Сейчас

В версии с изображениями тут находится картинка.

Он сделал глубокий вдох, затем выдох.

Казалось, что на какое-то время он забыл как дышать.

Какое-то время?

Как долго это длилось?

Он не знал. Шум -

Вдалеке послышались какие-то звуки.

Как далеко?

Нет, может быть, дело не в этом. Шумы могут эхом отдаваться в его голове. Глубоко внутри. Если так, то они были совсем не за горами. Даже наоборот. Они были так близко. Очень близко.

Так близко, что в результате он их не слышал?

Его руки были на земле.

Откуда он снова доносился?

Не снаружи. В помещении. Но пол не была ничем покрыт, лишь обычная земля.

Её лицо было между его руками. Почему так произошло? Даже когда он задавался вопросом, он понятия не имел, но с того места, откуда он смотрел на неё в позе, как будто он остановился посреди отжимания, он мог видеть, что её глаза были закрыты, а её губы слегка закрыты. Как будто все её тело было вялым.

Несмотря на это, если бы он заговорил с ней, казалось, что она ответит ему. Так почему он этого не сделал? Это было так просто. Ему оставалось только позвать её по имени, вот и всё, но по какой-то причине он не мог этого сделать.

« Почему? »

« Я... испуган? »

« Но из-за чего? »

« Я не понимаю. Я не знаю в чём причина. »

« Я всё равно не понимаю, так что, может быть, всё в порядке. Точно. »

« Всё будет хорошо. »

« Я оставлю её. Это к лучшему. Ага. Именно так и поступлю. »

« Как всё так вышло? Неважно. Соберись. Ты же лидер, не так ли? Не так хорош, но всё же лидер. Сейчас не время раскисать. Не думай ни о чем лишнем. Прямо сейчас тебе нужно кое-что сделать. Закончи их. Если у тебя есть время думать, используй его для их выполнения. »

Он встал и посмотрел на вход. Шихору сидела, прислонившись спиной к решетке слева от него. Её глаза были широко раскрыты, зубы стиснуты, а челюсть дрожала, когда она смотрела на него.

Шихору пыталась что-то сказать. Но её голос, казалось, не выходил.

Харухиро склонил голову набок. Что бы это могло значить?

У Шихору было невероятное выражение лица. Как будто она только что стала свидетельницей чего-то ужасного.

— Всё хорошо. — сказал он Шихору и улыбнулся. Затем Харухиро выдохнул.

Всё было хорошо. Всё было хорошо.

Хорошо.

Хорошо.

Хорошо.

Нет, подожди. Сейчас не время говорить, что всё хорошо. У него были дела, которые нужно было закончить.

Если подумать, где был его стилет?

Ой.

Прямо рядом с ним.

Когда он попытался поднять свой стилет, его внимание привлек труп Гоуреллы, и кровь прилила к его голове. Ему хотелось растоптать голову уже мертвой Гоуреллу, пока она не превратится в кровавую кашу. Он хотел убить его. Убить его до смерти.

Он был уже мертв. Вот этот. Этот самец Гоуреллы. Но были и другие.

« Точно. Мне еще нужно убить, не так ли? Убить их.»

«Я их убью.»

«Я должен прикончить их. Верно. Я их всех уничтожу.»

«Ага. То, что мне нужно.»

«Это было именно то, что я должен был делать, не так ли? Убить их. Убить их. Убить их. Убить их. Убить их. Убить их. Убить их. Убить их. Убить. Убить. Убить. Убить. Убить. Убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить.»

« Ты не можешь .»

Он услышал голос.

Это был её голос.

Когда он увидел труп Гоуреллы, она тоже предстала перед ним. Он старался не смотреть.

Нет, не то. Он должен был видеть, но он пытался убедить себя, что не видит её.

Хотя она была здесь.

Он не хотел видеть.

— ...Ты права.

Щелкать и отчаянно нырять... это не в его стиле. Если бы у него была сила выше среднего или какие-то особые способности, можно было бы бросить вызов безопасности и рискнуть, но, к сожалению, Харухиро был простым и посредственным человеком. Даже если он мало что мог сделать, он должен был сделать это в меру своих возможностей. Как всегда. Максимально используя свои инструменты, он нашел бы способ выжить. Если бы он потерял себя, он бы только самоуничтожился.

Хотя может это и к лучшему.

Если он самоуничтожится.

Не имело значения, что случится. Какая ему разница?

« Нет .»

Разве она не сказала ему, что он не может? Ага. Это не могло быть нормально. Но почему он услышал её голос?

Он не мог этого сделать.

Он не мог -

« Почему...? Верно, её голос... Мне просто показалось? Это была иллюзия... Нет, я имею в виду, я определенно слышал её, но нет никакого способа... Нет, это нехорошо. Не думай. Ничего хорошего, я не могу об этом думать. Подними его. Подними стилет. Затем делайте то, что должен - делай то, что я должен сделать. Убей их. »

Он стиснул зубы. Он уперся обеими ногами. Они были полны сил. Он мог это сделать.

Тюрьма. Это была тюрьма, в которой держали Сетору. Гоуреллы были снаружи. Они ворвались в тюрьму, а Юме и Кузаку еле сдерживали Гоурелл, пытавшихся проникнуть внутрь.

— Шихору, используй магию! — крикнул он и попытался побежать.

Но его колено согнулось, а бедра опустились. Он прищелкнул языком.

Что это было? Что это было, черт возьми?

Его тело не двигалось так, как он хотел. Почему? Это было неочевидно. Он был истощен. Он убивал Гоурелл за Гоуреллой и, хотя и не хотел этого, увлекся. Он потерял слишком много крови и, должно быть, в какой-то момент превысил свою выносливость. Это был результат его действий.

« Это... Нет... Забудь об этом. Я должен забыть .»

Разбежавшись невероятно неуклюже и неуравновешенно, он бросился к выходу. Сетора, стоявшая в дверном проеме, снова посмотрела на него.

— Хару! — она назвала его имя, и их взгляды встретились. Не ответив, он вышел.

Кузаку был примерно в двух метрах от тюрьмы, издавая короткие боевые кличи, размахивая своей большой катаной и впадая в ярость. Вероятно, он был сосредоточен и не думал ни о чём. Кузаку поддерживал свою силу воли. Если он остановится, он обязательно упадет.

Юме двигалась быстро, её осанка была низкой, сдерживая любую приближающуюся Гоуреллу. Очевидно, у нее не было лишних сил, но она не выглядела отчаявшейся. В этом была вся Юме.

Не колеблясь и не боясь, она постоянно меняла свои позиции влево и вправо, изредка проходя позади Кузаку, и поддерживала его так, как ей было удобно. Но было слишком много движений. Юме не могла так долго продержаться.

— Юме! Я возьму на себя левую сторону! — крикнул Харухиро.

— Мяу!

— Я всё ещё могу продолжать! — добавил он.

Честно говоря, он не знал, сможет он или нет. Даже в этом случае он должен был предположить, что сможет. Верить в это и заставлять своих товарищей тоже поверить.

Харухиро левой рукой вытащил нож с защитным щитком. Он подошел слева от Кузаку, использовал «Сват» на правой руке Гоуреллы, которая прыгнула на него в тот момент, а затем ударил её стилетом в лицо. Когда он немедленно ударил ножом по глазам, тот отступил.

Перейдем к следующему. Скоро. Вернее, он уже был здесь.

Харухиро развернулся, чтобы избежать нападения Гоуреллы.

Кузаку крикнул. — Нгах! — и ударил его своей большой катаной.

Темно-коричневая кожа панциря, похожая на жесткий экзоскелет, разлетелась вдребезги, и осколки разлетелись повсюду. Какая разрушительная сила.

Гоурелла попятилась, не в силах справиться с ней, и за место неё ворвалась другая Гоурелла. Это был молодой самец, но, если Харухиро возьмет его в лоб, он окажется в невыгодном положении. Тем не менее, отступать было некуда.

И поэтому, вместо того, чтобы отступить, вместо того, чтобы стоять на своем, он двинулся вперёд. Рискнув сократить дистанцию, он решил нанести ему удар стилетом и ножом, прежде чем он ударит его.

В отличие от Кузаку, Харухиро не хватало силы, чтобы сломать свою похожую на раковину кожу, так что, хотя это не принесло бы большого урона, этого было бы достаточно, чтобы сломать её.

Когда тот отступил, следующий, затем следующий, а затем следующий... Гоуреллы продолжали наступать, но они не атаковали в унисон.

Даже с людьми было сложнее, чем казалось, наброситься на одного человека и избить его как группу. Один парень должен был схватить врага сзади, другой должен был бить его кулаком в лицо, третий в живот, и, если бы они не могли так разделить работу, это не получилось бы. Даже если бы два человека охотились на одного, их союзник помешал бы больше, чем можно было бы ожидать. В этом случае нужно было заставить врага споткнуться или удержать его и не дать ему двигаться. Естественно, их цель - то есть Харухиро - более чем знала об этом, поэтому он не остался на месте.

« Двигайся .»

Он не мог двигаться так быстро, как обычно.

« Мне всё равно. Двигайся. »

Он продолжал двигаться и поражал вышедших врагов. Он просто продолжал это повторять. Пока мог. Пока не кончились его силы.

« Убивай. Продолжай убивать их. Вскоре Шихору поддержит нас магией. Даже Сетора попытается что-нибудь сделать. Верь в своих товарищей и делай всё, что в твоих силах. Преодолей свои возможности. Это всё, что ты можешь сделать. Сейчас. »

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

2. Почему Я Родился

В версии с изображениями тут находится картинка.

« Тишина».

«Прежде всего тишина».

«Не позволяй своим шагам издать ни малейшего шума».

«Продвигайся потихонечку вперёд ».

Ранта не был ни Вором, ни Охотником, но к настоящему времени он должен был быть не хуже в плане скрытности. Был ли это случай, когда «Большой Папочка был отцом развития»?

Что? Разве не так звучала эта поговорка? Может быть, «Необходимость была крестной матерью изобретения»? Ну, как бы то ни было, это был навык, в котором он отчаянно нуждался, так что, конечно же, он собирался совершенствоваться.

« Хорошо хорошо».

«Ещё совсем немного».

«Она до сих пор в траве ».

Её слизистая кожа была в зеленых и коричневых пятнах. Её задние лапки были согнуты, а передние поднимались вверх. Её круглые глазки смотрели не в его сторону.

« Всё в порядке », сказал себе Ранта. « Она не двигается. Значит, она меня ещё не заметила ».

« Тем не менее... она огромна ».

Как ни крути, эта штука выглядела как лягушка. Он дал бы шансы восемь-девять из десяти, что это определенно лягушка, но она была кулачковая лягушка - нет, лягушка размером с младенца.

« Большая », подумал он. « Ага. Несмотря ни на что, разве она не слишком большая...? »

Внезапно ему в голову пришло сомнение. « Неужели это точно лягушка? ».

Может ли быть такая большая лягушка? Он не был специалистом по лягушкам, но было бы не так уж и странно, если бы такие были. У него было такое чувство. Даже существовали собаки мелкие и крупные. С таким лягушачьим силуэтом это должна была быть лягушка. Она была просто огромна, и всего-то.

« А как насчет яда? »

« Яд, точно... » Он вообще не думал об этом.

Точно не помнил, но ядовитых лягушек не было? Что ж, большинство живых существ, которые были ядовиты, выглядели ядовитыми.

Правильно? Может, нет, а? Как и змеи, ядовитые они или нет, они не так уж сильно отличались, не так ли? Грибы тоже. Грибы, которые выглядели ядовитыми, могли быть на удивление съедобными, и те, которые выглядели так, будто их можно было полностью съесть, иногда тоже были плохой новостью для того, кто съел. Не то чтобы грибы были животными. Тем не менее, они все равно были живыми существами.

« Нет, нет, нет! », он сказал себе. « Не сомневайся. Ага, сейчас не время быть нерешительным. Я здесь и сейчас, ой, какой голодный ».

Если он не съест её, то умрёт от голода. Ну, может, и нет, но он знал, что лучше было бы сейчас что-нибудь съесть, пока у него ещё хватает сил.

Как только он больше не сможет нормально двигаться, даже добыть себе пищу станет затруднительно. Теперь он мог передвигаться, но он не был экспертом по выживанию в дикой природе, как Охотник, поэтому было не так-то просто найти съедобные вещи.

Птицы и звери были глупо осторожны, и когда он попытался подобраться поближе, они убегали. Возможно, он каким-то образом мог заразиться жуками, но, если возможно, он хотел избежать их поедания, поэтому оставил их на крайний случай.

« Так что насчет лягушек? » Когда он подумал об этом, у него не было никаких опасений. На самом деле, они казались настоящим праздником.

Если бы он просто набросился на лягушку, которая находилась примерно в метре от него, и откусил её целиком, это было бы ужасно, но если он сначала сдерёт с нее кожу, разве он не смог бы сделать её вкусной?

Его рот наполнился слюнками.

« Решено », сказал он себе.

Если она была ядовитой, он пересек бы этот мост, когда подошел к ней. Если его язык будет покалывать, он может просто выплюнуть её. Он был уверен в своём чувстве опасности и своих рефлексах.

« Я съем её », решил он. « Я поймаю и съем. Я съем её с удовольствием ».

Он был близок к тому, чтобы выкрикнуть свое умение по привычке, но заставил себя не делать этого.

«Здесь я начну. Без слов! Бесшумный «Выскок»!»

Он прыгнул прямо вперёд и протянул обе руки. Именно тогда это произошло.

Она тоже прыгнула.

— Чтооо...?!

Его левая и правая рука ничего не схватили, поскольку они столкнулись друг с другом. Как это могло произойти? Неужели он позволил ей уйти?!

Её быстрая реакция на предполагаемую опасность и невероятная прыгучесть шокировали его. Одним прыжком она продвинулась на два метра. В конце концов, это была не обычная лягушка.

— Черт возьми! Тебе не уйти! —крикнул он.

« Если ты так будешь так убегать, то буду я серьезен. Ага. Сам того не сознавая, я недооценивал её. Какой бы огромной она ни была, мне показалось, что это просто лягушка. Не думай об этой штуке как о лягушке. Думай о ней как о враге, которого нужно сразить ».

— Нгх! Жди смерти! «Выскок»! — он прыгнул.

— «Выскок»! — он прыгнул.

— «Выскок»!

— «Выскок»!

— «Выскок»!

Он прыгал, не давая ни ей, ни самому себе, если на то пошло, вздохнуть. — «Выскок», «Выскок», «Выскок»!

Он прыгал, прыгал и прыгал за ней. Каждый раз, когда он приближался с «Выскока», он тянулся, чтобы поймать её. Однако каждый раз она уклонялась от него в последнюю секунду. Она даже не смотрела на него. Её задница всегда была повернута в его сторону. Как будто у неё были глаза на спине.

В тот момент, когда он подумал об этом, он понял, что на её спине то, что выглядело как пятна возле её задницы, на самом деле было веками.

« Не сомневайся на этот счет. Это были веки. У неё были глаза на спине или, точнее, на заднице ».

— Мерзость! — завопил он. — Я сделаю финт «Выскоком», а потом...?! Потом...?!

Когда он пошел прыгать, а потом не прыгнул, лягушка тоже начала прыгать, а затем остановилась.

— Хех! Попалась!

Он сбросил тайминг, затем применил «Выскок». Всё было решено.

Было бы - или должно было быть, но лягушка всё же выскользнула из его пальцев и убежала.

— Насколько ты хороша?! — он был в бешенстве.

« Это не просто враг», возмутился он. «Что за могущественный враг был перед ним. Теперь я должен видеть в ней своего судьбоносного соперника. Я не позволю ей уйти. Клянусь, я собираюсь поймать её. Я съем её, несмотря ни на что. Как я мог выжить без еды? Я так голоден, что у меня чертовски болит живот. Что это вообще значит? Не знаю, чертова лягушка! Будь ты проклята, лягушка! Ты просто лягушка! Проклятая лягушка! »

Таким образом, он прыгнул десятки... нет, сотни раз. Серьёзно.

Черт, он устал. Серьезно, серьезно. Конечно, он устал.

— Но благодаря этому. — пробормотал он... —Бвах!

Он попытался громко рассмеяться, но из него вышел только маленький смех.

В жарком влажном лесу он был совсем один, весь в поту, стоял там, сжимая в руках слишком большую лягушку. « Что делать из такой ситуации? ».

— Блин, как же я крут... — пробормотал он.

« А? »

« Разве ? »

Трудно сказать, но как бы то ни было, он достиг своей цели. Большая лягушка, которая только что молотила всеми лапами, наконец сдалась и теперь просто молчала. Однако иметь глаза на заднице было, мягко говоря, жутко. Они ещё и моргали, смотря на него.

— Н-Не смотри. — сказал он. — Я тебя сейчас съем...

Квакнула большая лягушка. Она умоляла о своей жизни? Конечно, это было бесполезно. В конце концов, этот мир был построен на выживании сильнейших и на пищевой цепочке. Он не мог драться на пустой желудок.

— Не обвиняй меня... Нет, думаю, ничего страшного, если ты будешь это делать. Если хочешь обижаться на меня, обижайся. Я буду в порядке. Не то чтобы я пытался вести себя жестко или что-то в этом роде.

С помощью этой крутой и милой линии он использовал свой запасной нож, чтобы быстро положить конец жизни лягушки, снять с нее кожу, вырвать ей глазные яблоки, удалить внутренние органы и - что он должен был с этим поделать? По форме она напоминала лягушку, хоть и большую, но внутри был кусок аппетитно выглядящего светло-розового мяса. Хотелось бы его приготовить, но разводить огонь было бы плохо. У него ещё и не было воды для мытья.

« Похоже, мне просто придется вот так перекусить, да? Погнали. Не бойся. Нечего бояться. В мире всё едино?! Нет специй лучше, чем голод! Я буду есть. Есть. Съешь её. Съешь! »

« Нууууу! Какова она на вкус?! »

Он съел её. Съел хорошо. Он выплюнул кости, но все остальное полностью сожрал.

— Честно говоря, ага. — пробормотал он.

Бросив обе руки на землю, он прищурился в слабом свете, струящемся сквозь листья.

— Вкус... Ага. Это было нехорошо или что-то в этом роде. Это было больше похоже на: «Ну, я хоть что-то съел». Это важно, да. Ага. У меня язык не покалывает, живот не болит. На данный момент пока всё нормально. Бьюсь об заклад, я смогу двигаться в таком состоянии несколько дней. Вероятно...

Он рыгнул, и это заставило его невольно нахмуриться. От него исходило лягушачье сырое зловоние.

— ...Это доказательство того, что я ещё жив.

« Ага ».

В версии с изображениями тут находится картинка.

«Я живой. Я хочу прокричать это вслух».

«Я живой!»

«Я живу как сумасшедший!»

«Как тебе это нравится?!»

«Посмотри, как сияет моя жизнь!»

Но он не собирался этого кричать.

— Ранта! — раздался чей-то голос.

Услышав своё имя, Ранта чуть не вскочил, но нет, он совершенно не мог этого сделать. В такие моменты, вместо того, чтобы биться в панике, для него было лучше быть готовым сразу же двинуться, если понадобится.

Он не вставал. Он оставался чуть более чем наполовину присевшим, его верхняя часть тела была наклонена вперед.

« Откуда раздался этот голос? »

« Не рядом. Судя по звуку, источник находился в десятках метров, может быть, метрах в ста ».

Он скрывался вокруг Тысячной Долины уже больше десяти дней. Он понятия не имел, где он сейчас находится. По крайней мере, он выбрался из густого тумана. В этом районе был утренний туман, но это всё, и сейчас дымки почти не было. Однако из-за толстых деревьев и неровной местности видимость была плохой.

— Ранта! Я знаю, что ты здесь, Ранта!

Снова раздался этот голос. Было ли это ближе, чем в прошлый раз? Хорошо? Он не мог сказать наверняка.

— Черт бы подрал этого старика. — пробормотал Ранта, прикрывая рот ладонью.

« Я знаю, что ты здесь », сказал до этого Такасаги.

В самом деле? Это был не блеф? В отличие от лягушки, которую он только что съел, это был проницательный старик. Его интуиция была острой, поэтому он мог иметь смутное представление о том, где примерно может быть Ранта, но он, вероятно, не определил его точное местоположение.

Если бы он знал точно, не было бы необходимости кричать и предупреждать Ранту. Ему просто нужно было подкрасться. Если он этого не делал, значит, Такасаги ещё не нашёл Ранту.

Кроме того, было гарантировано, что Онса с ним не работал. Этот гоблинский повелитель зверей приручил черных волков и ньясов. Ньяасы Онсы были опустошены, и их осталось всего несколько, но стая чёрных волков во главе с его большим чёрным волком Гаро осталась нетронутой. Если бы Онса был рядом, чёрные волки уже вынюхали бы Ранту и приблизились к нему.

Это был только Такасаги и несколько орков или нежить. Он мог уйти. Или, по крайней мере, он всё ещё думал, что у него есть шанс ускользнуть.

Он должен был действовать спокойно. Это было главным.

Они ждали, когда он запаникует и выйдет. Значит, он не двинется. Он просто собирался пока оставаться на месте. Затем он наблюдал за местностью вокруг себя.

« Широко раскрой глаза. Навостри уши ».

Примерно в трёх метрах от него росло дерево, которое было ужасно искривлено до такой степени, что выглядело как масса спутанных щупалец. Ранта шёл рядом с этим деревом, молча шагая. « Было ли такое дерево целиком? Или это была масса из разных деревьев? Ну какое это имеет значение? ».

Ранта прислонился к тому дереву. Он тихо глубоко вздохнул.

— Ранта! — крикнул Такасаги. — Выходи, Ранта! Выйдешь сейчас, и я не убью тебя, Ранта!

« На этот раз было немного ближе - может быть?»

Такасаги, вероятно, постепенно приближался. Но он ещё не был очень близок.

« Выйдешь сейчас, и я не убью тебя ». — сказал только что Такасаги.

Собирался ли он простить Ранту за то, что он присоединился к Форгану, а затем сбежал? Если Такасаги простит его, Джамбо, вероятно, ничего не скажет. Он мог бы даже снова принять его как товарища.

« Нет, нет ». — сказал себе Ранта. « Такасаги только сказал, что не убьет меня. Даже если он не заберет мою жизнь, ему все равно придется сделать со мной что-то ужасное, верно? Он ни за что не собирается посмеяться над этим и позволить мне ускользнуть. Ну конечно нет, правда ведь? То есть, в конце концов, я его всё-таки предал ».

— Ранта...!

Сколько раз этот голос кричал на него? Он вспомнил...

— Я воспользуюсь этим куском дерева. — сказал старик, а затем взял не просто кусок дерева, а тонкую, сухую, скрученную старую ветку, прежде чем махнул Ранте подбородком. — Ты используешь свой собственный меч, Ранта.

— Это довольно большой недостаток, старик ... Ты думаешь, что можешь меня недооценивать!

Это его разозлило, но Ранта достал Рипер*, как ему велели, и подготовился.

Он получил это оружие в Деревне в Дарунггаре, вернее, купил его у кузнеца. Это был двуручный меч, но лезвие было не таким длинным, легче и проще в использовании, чем казалось. Рикассо у основания клинка имел выпуклость, и ему нравился его злобный внешний вид. Не будет преувеличением сказать, что Ранта сразил многих врагов своим любимым мечом.

« Ты думаешь, что сможешь справиться с этим с помощью этой ветки? Не выделывайся, старик », это не то о чём он думал.

Такасаги опустил левую руку, которой он слегка держал ветку, и выпрямился, разогнув колени.

Он был примерно в двух метрах от Ранты.

Если Ранта наступит на него, то нанесёт удар. Более того, Ранта был Рыцарем Ужаса, который специализировался на высоких скоростях. Он мог мгновенно сократить это расстояние до нуля.

Такасаги даже руки не поднял, и всё, что у него было, это ветка. Даже если он ударит Ранту, она не повредит ему. Она совсем не должна была быть страшной.

Однако его дыхание стало тяжёлым. Его ноги... нет, всё его тело съеживалось.

« Старик мог убить меня в любой момент ».

Нет, это не могло быть правдой. Знаете, это ведь всего лишь ветка? Ветка. Это и выражение лица парня. Его единственный глаз был полуоткрыт, шея слегка наклонена, а челюсть отвисла.

Это выражение заставило Ранту пожаловаться. « Я унизился, попросив тебя тренировать меня, и ты согласился, хотя и неохотно. Давай же, отнесись к этому серьезно. Соберись ».

« Неужели этот человек только что проснулся? Он был с похмелья или что-то в этом роде? Несмотря на это, почему...? »

Ранта не мог выиграть.

Как бы он ни атаковал, он не мог победить.

Неужели это только так казалось? Такасаги мог видеть Ранту насквозь. Это переоценило его?

Ранта мог это проверить. Если бы он это сделал, он бы знал наверняка.

— Что случилось? — Такасаги, наконец, поднял ветку, но затем все, что он сделал, это пошевелил запястьем и повернул её. — Давай, Ранта. Ты же хочешь стать сильным? Если ты останешься там, съеживаясь, тебе никогда не добиться прогресса.

— ...Да, я понимаю. — когда он ответил, голос Ранты слегка задрожал.

— Ты действительно понимаешь? — Такасаги слегка улыбнулся. — Выглядит сомнительно.

« Время пришло! »

Он не так решил. Можно сказать, это были его дикие инстинкты. Тело Ранты что-то почувствовало и отреагировало.

Это было идеально. «Выскок», затем «Ненависть»*. По сути, он прыгнул и нанес удар вниз. Это было просто, но убить с одного удара. Он совсем не сдерживался.

Если бы Такасаги держал меч, он, возможно, едва смог бы его заблокировать. Но не с веткой. Он также не мог надеяться избежать этого. Этот удар был неизбежен. Ранта мог с уверенностью сказать, что это была идеальный «Ненависть».

Такасаги сделал шаг влево и просто пропустил Рипер. Он слегка погладил Рипер своей веткой, затем ударил Ранте ею по лицу.

— Ах?!

« Он предвидел это?! »

— У тебя всё на лице написано. — Такасаги ударил Ранты по задней части колена, чтобы вывести его из равновесия, а затем толкнул его ногой в спину.

Ранта бросился вперед. — Вхоа!

— Ты слаб.

— Угх! — Ранта покатился вперед. — Черт возьми! — он мгновенно обернулся, только чтобы снова получить удар веткой по лицу. — Акх!

— С тобой легко справиться. — сказал Такасаги.

Ранта получил множество ударов руками и ногами, прежде чем упасть, и когда он попытался встать снова, его били кулаками и ногами. Рипер больше не был в его руках. В какой-то момент он его уронил. Он не мог прикоснуться к Такасаги.

Он перевернулся, ударившись спиной и задом, и, когда он лежал на спине, корчась, Такасаги сел на живот.

— Гвух! — Ранта вскрикнул.

— У тебя вообще ничего не получается. Что значит, ты хочешь стать сильнее? Не смеши меня, придурок...

— Ты сам говорил... что не всегда был сильным... не так ли...?

— Ну, да. — усмехнулся Такасаги. — Но, подумав об этом, я не думаю, что был так плох, как ты.

— Если бы это был ты десятилетней давности... ты говорил... даже я мог бы тебя победить...

— Не воспринимай эту чушь всерьёз, придурок. Даже я десять лет назад был явно в сто раз сильнее, чем ты сейчас.

— Э-Это... сурово...

— Ты делаешь слишком много лишних движений. — Такасаги подбросил ветку, сунул трубку в рот и начал курить.

« Вот он, попыхивая, сидя на чужом животе. Кто он такой, черт возьми? Если бы я попытался сбить его с толку, у меня не получилось бы. Но держу пари, что сразу же выдержу ещё один удар. Что я должен делать...? ».

— Есть кое-что, чему меня научила потеря глаза и руки. — сказал ему Такасаги. — Люди… ну, я думаю, это касается и орков и других рас, но в конечном итоге мы несем все эти вещи, которые нам не нужны, не осознавая этого. Чтобы стать сильнее, нужно не увеличивать количество движений. Речь идет об обрезке жира и полировке того, что у тебя есть. Речь идет о том, сколько ты можешь делать то, что тебе требуется, не делая ничего лишнего. Ранта, ты не выглядишь так, как будто у тебя это хорошо получается.

— Не говори так... как будто каждая часть меня... не нужна...

— После того, как я потерял руку... — Такасаги выпустил дым и поднял левую руку. Затем он молча опустил её.

« Вот дерьмо! »

Такасаги взмахнул только левой рукой. Однако катана в его левой руке, её дуга... Ранта ярко это представлял. Её не существовало, но Ранта видел её.

— Я ничего не делал, кроме как махал катаной. — сказал Такасаги. —В конце концов, я ведь был правшой. Я понял, что, если я собираюсь жить только с левой рукой, мне придется сломать правую. Каждый день, каждый божий день я махал, махал и махал, пока не упал.

— Работал усердно, хочешь сказать? — спросил Ранта.

— Тяжелая работа ничего не стоит.

— Нет, но для чего ты только что сказал...

— Почему я продолжал так сильно взмахивать катаной? Просто. Вначале я не мог делать это так же хорошо, как правой рукой, и это меня бесило. Но, знаешь, в какой-то момент стало интересно.

— ...Серьёзно?

— Видеть, что не так, как я могу сделать лучше, и тому подобное. Замечать вещи, исправлять их, проверять. Это повторение было интересным.

— Это один из странных фетишей. — пробормотал Ранта.

— Ты думаешь, что, не задумываясь, просто продолжая взмахивать, я смогу научить мою левую руку использовать катану так же хорошо, как и мою правую? Конечно, даже если бы это было единственное, что я делал, как идиот, я бы получил некоторый рост от этого. Но только до определенной степени.

— Ты хочешь сказать, что я недостаточно думаю? — Ранта спросил.

— Мало, это точно. Нормальные люди должны использовать свое тело, пока они не упадут, и тогда они наконец смогут увидеть разницу между собой и гением.

— Даже я знаю это. — пробормотал Ранта.

— Ты должен знать одного или двух действительно сильных парней. — сказал Такасаги. — Но сейчас ты знаешь, что они классные. Чем они отличаются от тебя? Что ты мог сделать, чтобы сбить их с толку? Ты понятия не имеешь, правда?

— По крайней мере, у меня есть идея...

— Я придумал тысячу способов победить нашего босса, и я уверен, что три из них сработают.

— Победить Джамбо? — ошеломленно спросил Ранта.

— Босс это знает, но моя цель - убить его.

Ранта не мог в это поверить. — Зачем тебе убивать Джамбо?

— Понимаешь, это босс отрубил мне руку. Я не держу зла на него, но, если могу, я хочу убить его, прежде чем умру. Если бы я смогу убить босса, это было бы здорово. Я был бы счастлив без сожалений. Это было бы потрясающе, и я уверен, что всё, что останется после этого, - это умереть.

— Ты действительно сумасшедший.

— Ты так думаешь? — спросил Такасаги. — Это цель моей жизни. Наличие хотя бы этого дает мне то, к чему нужно стремиться.

— ...Цель жизни...

« Есть ли у меня хотя бы одна из них? », подумал Ранта.

Когда он спросил себя об этом... на ум пришли лица.

Не одно. Несколько лиц.

« Нет », подумал он. « Почему именно их лица? Это безумие. Они цель моей жизни? Какого черта? Это не имеет никакого смысла ».

« Я встретил их только случайно, и работал с ними в течение короткого времени из долгой-долгой жизни, которая была впереди меня. Конечно, в Дарунггаре я временами думал, что могу быть с ними до самой своей смерти. Но это было просто потому, что ситуация заставляла так думать. В Дарунггаре были дружелюбные люди, так что я мог найти себе партнера, как Унджо*, и, возможно, расстался бы с ними. Кто по своему выбору будет вечно зависать с этими ребятами? Могузо был другим. Он был моим напарником, но остальные были всего лишь товарищами ».

« Можно сказать, что мы знали друг друга только по работе. С ними я никогда не чувствовал себя непринужденно и, честно говоря, они были там, где я принадлежал. У нас был базовый уровень доверия, но они мне не нравились, и я им не нравился. Это было меньше взаимного признания, и больше мы шли на компромисс и мирились друг с другом ».

« Это место не такое. Форган другой ».

Лишь немногие из них понимали человеческий язык, и они не становились навязчивыми, и он был в основном предоставлен самому себе, но было странно, как редко он чувствовал себя изгнанным. Естественно, должны были быть некоторые из них, которые не любили Ранту. Ему не доверяли. Несмотря на это, его приняли.

Что он должен был делать с этим? Ему нельзя было доверять, и они ни за что не доверяли ему, но относились к нему как к обычному товарищу. Может быть, именно эта открытость, эта глубина создавала то уникальное ощущение, что здесь приятно находиться.

Наверное, все зависело от того, как он поступил отсюда. Он просто должен был вести себя так, чтобы говорить: «Я определенно один из вас, ребята». Если бы он это сделал, все постепенно стали бы ему доверять. В конце концов он присоединился к их кругу друзей. Жаль, что нет женщин, но это также означало, что ему не нужно было учитывать чувства женщин, так что в этом были плюсы и минусы.

Он закрыл глаза.

Он легко мог представить себе будущее здесь.

Он вписывался все больше и больше, каждый день жил с хорошим юмором. Даже если он время от времени восставал, были люди, которые опускали его голову и заставляли извиняться. У него тоже были бы шансы разыграться так, как он хочет.

Тот наряд, который был на Джамбо, ему нравился. Это было круто. Если бы он его достал, он бы надевал его поверх доспехов.

Нет, может, ему и доспехи не понадобятся. В конце концов, на Джамбо ничего не было. Ага. Мобильность была его самым большим преимуществом, поэтому, честно говоря, ему было лучше без тяжелой брони.

Независимо от атаки, если она не приземлится, с ним все будет в порядке. Ему просто нужно было увернуться, верно? Он мог научиться уворачиваться. Что ему нужно сделать, чтобы добраться до этой точки? Здесь были люди, которых он мог спросить об этом.

То, чего он всегда хотел... Он не мог выразить словами, что это было, но что бы это ни было, он чувствовал, что это было здесь.

— Ранта! — Такасаги назвал его имя.

— ...Ага?

Как бы он ни выглядел, никогда не казалось, что он сможет это получить. Вот почему он наполовину... нет, в основном отказался от этого.

Для него не было места, и никто никогда не мог его понять. Почему он так себя чувствовал? Он не знал. Был ли какой-то спусковой крючок, и после этого он начал об этом думать? Даже если и был спусковой крючок, он должен был произойти до прибытия в Гримгар. Он не мог этого вспомнить.

« Это нехорошо », подумал он. « Ничего не происходит. Независимо от того, где я. Мое сердце на пределе. Или так было всегда. Теперь, может быть, не так уж и много ».

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Что? — спросил Ранта.

— Ты действительно хочешь стать сильнее?

Было ли это целью его жизни? Это то, о чем спрашивал Такасаги.

Например, если он хотел стать сильнее, была ли в этом цель? Или он становился сильнее только как средство для достижения цели и с этой силой хотел чего-то добиться? Или желание стать сильнее было побегом, и он просто пытался отвести взгляд от того, с чем ему нужно было столкнуться?

« Что я хочу делать? Чего я хочу? », подумал он. « Понятия не имею. Как и когда бы то ни было ».

— Отстань уже от меня, старик. — пробормотал он. — Как долго ты будешь сидеть у меня на животе? Я не стул, ладно?

— Ну уж нет. — Такасаги негромко рассмеялся. Он положил листья в свою трубку и зажег её чем-то вроде зажигалки. Чтобы сделать это одной рукой, требовалось умение. — В любом случае, если ты хочешь стать сильнее, я не против тренировать тебя, но...

— Пожалуйста, потренируй меня. — Ранта был удивлен, обнаружив, что он сказал эти слова легко и без колебаний.

Такасаги тоже выглядел немного удивленным, но после короткого молчания сказал. — Что ж, тогда отлично.

Это был ответ, который, возможно, имел смысл, а может, и нет.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

3. Иисус

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

— Я могу продолжать идти. — Кузаку уже некоторое время бормотал Это себе под нос. — Я могу еще идти. Я могу еще. Я могу . Все еще могу.

Бормоча это себе под нос, он воткнул свою большую катану в пасть Гоуреллы. Когда кончик его меча вырвался из затылка чудовища, Кузаку оттолкнул его назад. Он толкнул ее, и она перевернулась. Затем, вместо того чтобы вытащить свою большую катану, он повернул запястье и сдвинул его в сторону.

Большая катана вышла из Гоуреллы через её правую щеку, и пока Кузаку бормотал: — Я могу продолжать идти”, он наступил на упавшую гоуреллу и нанес удар по другой, которая была рядом.

— Я могу продолжать идти. А я все еще могу. Я могу продолжать идти. Я могу продолжать идти, я все еще могу идти, все еще.

Он уже довольно долго тяжело дышал. Кузаку вообще не двигался быстро. На самом деле, он даже, казалось, шел медленно.

Ух... Его голова откинулась назад, и он завелся, чтобы взмахнуть своей большой катаной.

Нгх...! Он спрыгнул вниз.

Большего размаха и быть не могло. Как может такая рана соединяться? Как же он мог так легко пробить панцирную кожу, покрывавшую все тела гоурелл?

Он мучительно хрипел, и не было никаких сомнений, что он в агонии, но между этими тяжелыми, слишком тяжелыми вдохами он прошептал — Я могу. А я все еще могу. Я могу. Я могу продолжать идти. Я могу. Еще...

Но он не остановился. Его большая катана, казалось, двигалась с собственной волей, ища врагов, и это было так, как будто Кузаку тянуло за собой.

Из-за того, что он был полностью измотан, он не мог сдержать себя или окопаться, и вместо того, чтобы Кузаку размахивал большой катаной, большая катана, казалось, раскачивала его вокруг.

Нет, это была неправда. Но дело было не в этом.

Большую часть времени паладины оставались настороже, когда замахивались. Чтобы объяснить это в крайних выражениях, они не качались всем телом, только руками.

Если бы они зашли так далеко, как только могли, размахивая своим телом в атаке, это увеличило бы силу атаки, но это неизбежно создало бы отверстия и пренебрег бы их защитой. Вот почему паладины защищались своими щитами и работали, чтобы прикрыть своих товарищей, атакуя быстрыми ударами и порезами. Если не представится подходящего случая, они не смогут нанести удар в полную силу. Таков был твердый боевой стиль паладина.

Теперь это был уже не Кузаку.

Он не только размахивал руками, но и бросался в нее всем телом, размахивая своей огромной катаной. Более того, каждый взмах, без исключения, был отчаянным, бросая безопасность на ветер.

— Я и сейчас могу... ГХ-продолжать идти...!

Кузаку полоснул еще одну гоуреллу по диагонали. Честно говоря, это был сюрприз. Большая катана Кузаку прорезала прямую линию от левого плеча до правого бедра, разрубив его надвое.

Эта гоурелла дрогнула и попыталась отпрыгнуть назад прямо перед тем, как её ударили. Кузаку отлично поймал её и разрезал на куски.

— Я могу продолжать... идти.... Ого! И все же! Я могу... Ха! Я могу продолжать идти...!

Хотя Гоуреллы не бегали вокруг в Пелл-Мелл ужасе Кузаку,они определенно не решались выйти. Кузаку в одиночку доминировал над гоуреллами.

Но долго это не продлится. Не было никакого способа он мог.

— Охрахх...! — Кузаку наклонился назад, размахивая своей большой катаной обеими руками.

Потом он остановился.

Должно быть, он уже перешел все границы дозволенного. Он сражался за пределами своих возможностей и достиг той точки, до которой иначе не смог бы добраться. Теперь же его ноги скользили под ним. Дальше этого ничего не было. Только падение. Если он упадет, то не выживет.

Харухиро приготовился к тому дню, который не за горами, что все закончится именно так. Как там его тело? Честно говоря, он и сам не знал. Харухиро собрал все свои силы и побежал.

Как далеко он может зайти?

Это был не просто Кузаку. Все-сам Харухиро, Юме, Шихору и Сетора, которая защищала Шихору с помощью головного посоха, который не принадлежал ей,−все они делали то, что могли. Он попытался шагнуть вперед, но не сразу. Его оружие было ужасно тяжелым, а поле зрения странно узким. Он тоже плохо соображал. Вероятно, это было одинаково для всех них. Они использовали каждую унцию силы, которая у них была. Они действительно выкладывались по полной.

Харухиро подозревал, что все, о чем он думал, находясь в таком состоянии, будет неправильным. Он верил, что понимает ситуацию, но, возможно, на самом деле это было не так. Ни в чем нельзя было быть уверенным. Может быть, на самом деле он уже ничего не мог сделать.

И все же Харухиро побежал. Он не мог не знать.

Гоуреллы пытались напасть на Кузаку. Харухиро прильнул к нему. Каким-то образом ему это удалось. Он потянул Кузаку за руку и крикнул — Шихору!

— Дарк, кричи!

Шихору высвободила темную стихию. Дарк издавал колеблющийся потусторонний звук, когда он летел.

Пока Гоуреллы вздрагивали, Харухиро нужно было увести Кузаку подальше от них. Но куда же мне идти? Но он этого не знал. Но даже если он этого не сделает, им придется уйти.

— Хару-кун! — Юме протянула ему руку помощи.

О...

— Хару! — и Сетора тоже.

Даже с тремя из них он был тяжелым. Кузаку был крупным парнем и, в отличие от остальных, носил тяжелые доспехи. У него был шлем, покрывающий голову, тоже. Подумать только, он мог так сражаться со всем этим тяжелым снаряжением. Это было просто невероятно.

В конце концов Харухиро, Юме и Сетора понесли Кузаку к двери тюрьмы.

— Рассредоточиться! — приказала Шихору.

От двери Шихору взмахнула посохом. Дарк, который летал вокруг и пугал гоурелл своими потусторонними звуками, взорвался, распространяясь в мгновение ока.

Это было темно в форме тумана. Темный Туман.

Гоуреллы услышали странный звук, а затем их ослепил черный туман. Это было больше, чем они могли вынести. Харухиро не мог видеть их сквозь черный туман, но было похоже, что Гоуреллы бегали вокруг в замешательстве. Если бы они могли, он хотел, чтобы они так и оставались.

Конечно, это была просьба о невозможном. Шихору не могла вечно поддерживать темный туман. Или, скорее, она не продержится так долго.

Кузаку сидел на земле, прислонившись спиной к тюремной стене. Точнее было бы сказать, что они посадили его именно там. Если Харухиро и остальные не поддержат его, Кузаку наверняка рухнет. Но Кузаку все еще сжимал свою большую катану, как будто она слилась с его рукой, и не пытался её отпустить.

— ...Я могу продолжать идти. Еще... все еще... Я могу... — Кузаку что-то бормотал в своем шлеме.

— Я все еще могу идти дальше. — Он повторял те слова, которые сказал Харухиро.

— Всё в порядке, ты уже достаточно сделал — хотел сказать ему Харухиро.

Но он не мог этого сделать.

Если он скажет это, то в тот же миг Кузаку уйдет куда-нибудь и, возможно, никогда не вернется. Это могло разорвать веревку, которая связывала Кузаку с тем местом, где находились Харухиро и остальные.

Харухиро испугался. Боялся окликнуть его. Боялся оставить его одного. Даже в этот самый момент Кузаку, возможно, собирался покинуть их. Если так, то он должен был ему позвать.

— Кузаку-кун...! — В такие моменты решительность Юме помогала мне.

Когда Юме позвала его по имени и потрясла за плечо, Кузаку сделал короткий шокированнй вдох, а затем попытался встать в удивлении.

Харухиро был ошеломлен. — Ты издеваешься надо мной. Ты можешь стоять? Нет, а до этого ты вообще можешь двигаться?

Казалось, что стоять было выше его сил, но Кузаку поднял забрало левой рукой и огляделся вокруг.

— ...Харухиро. Все... А? А где Мерри-Сан?

— Внутри, отдыхает.

— И кто же это был? — подумал Харухиро. Кто же это сказал?

Вскоре он понял, что это был он. Хотя эти слова прозвучали рефлекторно, он был поражен, что может быть таким наглым.

Харухиро было стыдно, но он также подумал, что это прекрасно. Дело было в том, что она отдыхала. Это не было ложью, по крайней мере, он пытался убедить себя в этом. А может быть, именно в это он и хотел верить.

Юме заглянула в тюрьму через дверь. Затем, бросив взгляд на главный посох, который несла Сетора, она повернулась лицом к Харухиро.

Харухиро отвел глаза.

— Я... вижу... — Кузаку несколько раз кивнул.

— Foooooooooo, foooooooooo, foooooooooo!

Они услышали голос из черного тумана. К тому же это было довольно близко. Нет, не совсем близко, совсем близко.

Неужели оно приближается?

Вот этот?

Когда самец Гоуреллы созревал, его волосатые рога, густо покрывавшие пространство от затылка до спины, как грива, становились красными. Отряд гоурелл обычно сосредотачивался вокруг одного из этих мощных редбеков, с несколькими самками, которые были его самками, а также их потомством. Однако отряд, который преследовал отряд Харухиро весь этот путь и теперь атаковал Джесси Лэнд, был совсем другим. У него было несколько редбеков и ужасно большое количество членов.

Был ли это особенно большой и мощный редбек, ведущий за собой многочисленные войска? Такова была гипотеза Харухиро. В самом деле, в этом отряде был исключительно крупный редбек, но Кузаку его уничтожил.

Даже когда этот огромный редбек был мертв, Гоуреллы не были потревожены им и все еще бесновались вокруг. Эта большая гоурелла не была лидером этого исключительного отряда.

Вероятно, это был именно он.

Один из редбеков протиснулся сквозь завесу черного тумана и появился. Это не было совпадением, что его глаза встретились с глазами Харухиро. Как будто он искал его и нашел.

Похожая на раковину кожа, покрывающая его лицо, сморщилась. Неужели он улыбнулся?

Еще одна улыбка.

В этом не было никаких сомнений. Это был улыбающийся редбек. Тот был предводителем этого отряда.

Харухиро попытался крикнуть и предупредить остальных.

— Всем−пригото...

Редбек повернулся на каблуках. Он растворился в черном тумане, и он больше не мог её видеть. Харухиро был ошарашен. Что же это было только что?

— Fooooooo, fooooooooooo, foooooooooooooo!

Он снова услышал этот голос в черном тумане.

— Хо!

— Хех!

— Хо! Хо-хо!

— Хе-хе-хе!

— Хо! Хо! Хо! Хо!

Гоуреллы начали кричать, и их крики отдавались эхом.

О. Так вот как это было.

Испытывая стыд за то, каким скучным он был, Харухиро вдруг понял. Он пришел, чтобы самому подтвердить их местонахождение. Затем, вместо того чтобы вынимать их самостоятельно, она заставлял своих собратьев-гоурелл делать эту работу.

— Ну и что? — удивился он. — И что теперь?

Нет момента, чтобы проиграть. Я должен кое-что сделать. Что-нибудь.

Я могу что-нибудь сделать?

Я не вижу, что именно.

— Никто не умрет! — закричал Харухиро.

Эти слова не были приказом. Они даже не были ободрением. Это было просто желание Харухиро. К тому же у него было мало шансов сбыться.

— Разбегайтесь! — Шихору взмахнула посохом. Расплывшийся черный туман рассеялся. Шихору не пропустила ни одного удара, прежде чем снова призвать тьму. — Если мы убьем этого редбека...!

— ...Лады! — Кузаку попытался встать, используя свою большую катану для поддержки.

Как раз в тот момент, когда ему показалось, что он не может встать, Юме протянула ему руку.

— Мяу!

— Вы произвели на меня впечатление... — саркастически заметила Сетора, готовя главный посох.

У её ног лежала Киити, которая в какой-то момент добралась туда, выгнув спину и приподняв холку. Как будто она говорил, что готова сражаться вместе со своим хозяином.

Черный туман уже давно рассеялся, и Харухиро ясно видел гоурелл. Два редбека−нет, три. Более десяти молодых мужчин. Позади них были самки гоурелл, и на крышах зданий тоже. Он не видел улыбающегося редбека.

— Я довольно спокоен — подумал Харухиро. Он должен был стать вызывающе.

— Gahhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhh! — закричал Кузаку, вероятно, пытаясь приподняться, а затем двинулся вперед.

Его шаги были тяжелыми и медленными. Держась обеими руками за рукоять, он тащил за собой свою большую катану. Его кончик прорезал тонкую линию в земле.

Внезапно острие ножа взлетело вверх.

Его большая катана прочертила молниеносный след.

Правая рука редбека прямо перед ним упала на землю вместе с головой.

После этого Кузаку чуть не упал вперед.

Он уперся ногами как раз вовремя, чтобы остановить себя, и его голова качнулась вниз. Опустив плечи, он глубоко вздохнул. — Вот так то...

Там был молодой самец, который собирался напасть на Кузаку. Харухиро схватил его спереди. Хотя это был молодой самец, еще не успевший покраснеть, его грива волосатых рогов была жесткой и острой, и они вонзились в тело Харухиро.

Как будто ему было не все равно. Он вонзил свой Стилет в левый глаз молодого самца. Молодой самец дернулся. Харухиро натянул свой Стилет, затем сделал выпад. Он вонзил его туда и обратно.

— Boooooooooooooooooooooooohhhhhhhhh! — взвыл молодой самец.

Он попытался схватить голову Харухиро правой рукой. Он схватился левой рукой за левый бок Харухиро, пытаясь оторвать его от себя.

Все, что он мог сделать, − это повернуть Стилет. Колоть, колоть и пытаться нанести смертельный удар.

Умри, умри, умри. Ну же, пожалуйста, умри.

Рука молодого самца − нет, все его тело обмякло.

Он рухнул на землю. А до этого Харухиро от него удрал. Но у него не было времени отдышаться.

— Хару! — воскликнула Сетора.

Позади него и налево. Там была еще одна гоурелла, готовая наброситься на Харухиро. Редбек, да?

— Вперед! — крикнула Шихору.

Если бы Шихору в самый последний момент не послала Дарк, Харухиро, возможно, был бы сбит с ног этим редбеком и в одно мгновение был бы убит.

Дарк погрузился в левое плечо редбека. Редбек вздрогнул. Из его глаз и носа текла кровь. Редбек спотыкался. Однако он еще не умер, так что вполне мог выздороветь.

Харухиро бросился к редбеку, вонзив свой Стилет ему в правый глаз по самую рукоять.

Ещё нет. Одного удара было недостаточно. Ему нужно было убить его хорошенько и мертвым. Он полностью намеревался это сделать.

— Gahhhh! — Кузаку полетел, и когда Харухиро оглянулся, он уже был там.

Улыбающийся редбек.

Раньше его там не было. Теперь он вернулся?

Это выглядело так, как будто Кузаку съел прыгающий удар от улыбающегося редбека.

Он повернулся к Харухиро. Он думал, что он улыбнется, но этого не произошло, и он хлопнул обеими руками по земле. Затем, согнув обе ноги, он подперся руками, чтобы раскачать нижнюю часть тела, как маятник, и ... полетел на него.

Харухиро сделал отчаянный прыжок в сторону.

Он перекатился, потом встал.

Неужели он избежал этого? Если бы он этого не сделал, то, вероятно, был бы уже мертв.

А как насчет улыбающегося редбека? Но где же он был? Он не мог позволить себе искать его.

Молодая гоурелла бросилась к нему, что-то крича.

Харухиро извернулся, чтобы избежать этого на волосок-о, дерьмо!

Харухиро мгновенно откинулся назад, и яростный удар другой Гоуреллы прошел прямо мимо его носа, затем что-то задело его правую ногу, и он упал. Он рефлекторно выдохнул "ого!" несмотря на себя, он отчаянно перекатился, чтобы уйти от Гоуреллы, пытающейся растоптать его, и ударил ее.

Стена какого-то здания? В тюрьме? Неужели его загнали в угол? Он должен был дать отпор. Стоять. Чтобы встать, а потом взять его оттуда. Он может и не успеть. Но даже если бы он этого не сделал, он должен был это сделать.

— Захххх! — закричал Кузаку.

Кузаку.

Кузаку, а?

Неужели это Кузаку?

Кузаку ударил своей большой катаной по самцу Гоуреллы, который собирался забить Харухиро до смерти — Нуах! — воскликнул он. — Ого! Дах! Ура! Снова и снова, он полоснул. — Хару — пока эта гоурелла не упала. — Хирохххх!

— Да! — Харухиро вскочил.

Зачем я кричу "Да"? Это еще не конец, подумал он. Я еще не умер, так что это не может закончиться. Даже если я потеряю кого−то, даже если мне грустно, даже если это больно и больно-даже тогда, если бы это должно было закончиться, это уже было бы. Но это не может закончиться. Конец не приходит так легко. Мы не можем позволить этому так легко закончиться.

— Нгххх! — Кузаку взмахнул своей большой катаной. Вероятно, он целился в гоуреллу, но промахнулся, и эта гоурелла одним ударом отправила Кузаку в полет.

Гоурелла вскарабкался на упавшего Кузаку.

— Ого! — Кузаку отчаянно выбросил вперед свою большую катану, и, возможно, случайно, она пронзила грудь Гоуреллы.

Однако это еще не было сделано. Гоурелла не была мертва. Гоурелла пришла в ярость.

— ГУ, Хо! Га, хай! — Он потянулся к Кузаку обеими руками.

— Нгх! Ого! — Кузаку попытался сбросить с себя гоуреллу.

Харухиро вцепился в спину этой Гоуреллы, вонзил свой Стилет в её правый глаз, вытащил его и ударил, вытащил и ударил. Тело Гоуреллы обмякло.

Когда Харухиро отодвинулся, Кузаку пинком отбросил от себя тело Гоуреллы. — Grahhhh!

Когда Харухиро попытался взять Кузаку за руку и поднять его, он что−то почувствовал-он мог только сказать, что это было что-то, но когда он посмотрел, в семи-восьми метрах от себя, Юме была распростерта.

— Юме!

Харухиро отпустил руку Кузаку. Он попытался бежать в сторону Юме. Сбоку вбежала Гоурелла и преградила ему путь.

Черт возьми. Ты стоишь у меня на пути. Не становись у меня на пути. Я должен добраться до Юме.

Но у Харухиро не было сил убрать эту гоуреллу силой. Тело Харухиро не было достаточно чувствительным, чтобы он мог проскользнуть мимо Гоуреллы и добраться до Юме.

Дарк влетел в комнату с воплем и заставил гоуреллу забиться в конвульсиях. Однако это была не та гоурелла, с которой столкнулся Харухиро. Это была другая гоурелла, которую Кузаку пытался атаковать.

Гоурелла потянулся к Харухиро. Ему удалось увернуться практически в самый последний момент. Он беспокоился за Юме.

Умудряясь каким-то образом уклоняться от атак Гоуреллы, он украдкой взглянул на Юме.

Не очень хорошая идея. Если он не сосредоточится на враге перед собой, то это его настигнет.

— Кузаку, помоги Юме! — он закричал.

Было бы неплохо попытаться сказать это, но как насчет Кузаку? Был ли он в состоянии сражаться? Гоурелла продолжала наступать на него, так что он не мог проверить.

Ему показалось, что он увидел, как Юме вскочила на ноги. Однако он не был в этом уверен. Возможно, это было связано с тем, что наступление противника было жестким, поэтому Харухиро всегда был на шаг позади.

Если он сейчас потеряет равновесие, то, скорее всего, получит удар. Даже если он сделает хоть один удар, он не выдержит. Он даже не мог позволить себе тратить на это время. Были и другие враги.

Их было очень много. Слишком много.

— Delm, hel, en, giz, balk, zel, arve!

Кто-то произносил заклинание. Это была не Шихору. Голос был совсем другим. Кроме того, Шихору уже целую вечность не использовала никакой магии, кроме темной. Но Харухиро знал это заклинание. Нет, он наверняка слышал нечто подобное.

Бум! Невероятная ударная волна, взрыв и жар обрушились прямо на него, пронзая и снизу тоже.

Хотя Харухиро не был отправлен в полет, его голова была отброшена назад, и он почти упал. Харухиро увидел, как несколько гоурелл взлетели в воздух.

Это был настоящий взрыв.

Раздался довольно мощный взрыв, и он мгновенно понял, что это была за магия. Он тоже имел некоторое представление, чье именно. Если это была не Шихору, то остался только один человек.

Джесси.

Харухиро был почти готов... нет, совершенно уверен, что это сделал именно он.

— Черт возьми! — закричал Харухиро, вонзая свой Стилет в гоуреллу, катающуюся по земле и прижимающую к себе её голову.

Черт побери, если ты мог использовать такую магию, разве ты не мог использовать её с самого начала? Разве вы не должны были использовать его сразу же? До того, как ущерб распространился? Если бы ты это сделал...!

При этом добивая паникующих гоурелл, которые были отправлены в полет взрывом... или, возможно, это была более высокоуровневая версия заклинания, но Харухиро не был уверен, произносятся ли эти слова, или он просто кричал бессвязно.

То тут, то там он видел одетые в зеленое фигуры, бросающие бутылки в гоурелл. Это были рейнджеры, вооруженные и обученные Джесси защищать Джесси Лэнд. Первоначально рейнджеров было двадцать четыре, но во время нападения гоурелл были потери. Тем не менее, казалось, что выжило больше десяти из них.

Рейнджеры не просто били их бутылками. У многих рейнджеров луки были наготове. То, что они прикрепили к этим Лукам, не было обычными стрелами. Наконечники были в огне. Это были огненные стрелы.

В него полетели огненные стрелы. Без длинного лука с большой силой или арбалета, вероятно, невозможно было пробить панцирную кожу Гоуреллы. Однако этим огненным стрелам это было и не нужно.

Несколько гоурелл были зажжены в огне. Скорее всего, эти бутылки были наполнены какой-то жидкостью. Похоже, это было какое-то горючее масло или что-то в этом роде. Эта жидкость была зажжена пылающими наконечниками стрел.

Это было не то, что можно было бы назвать пламенем. Но все же Гоуреллы кричали и катались по земле в огне. Пламя перекинулось от Гоуреллы к гоурелле или на землю, где была разбрызгана жидкость, а затем распространилось.

Харухиро опустил голову и поднял воротник плаща, чтобы прикрыть рот. Дым стоял невероятный. Огонь начал распространяться и на здания.

Здания этой деревни, находившейся примерно посередине Джесси Ленда, были в основном деревянными, а крыши-соломенными. Как только начнется пожар, они сгорят почти полностью, прежде чем успеют его потушить.

Трудно было представить, что рейнджеры сделали это по собственной воле. Они всего лишь выполняли приказы Джесси. Джесси намеревался сжечь деревню вместе с гоуреллами и всем прочим.

Возможно, некоторые жители деревни все еще дрожали в своих домах, не имея возможности убежать, но подавляющее большинство из них были либо убиты гоуреллами, либо сбежали. Если здания сгорели дотла, они могли бы просто построить их заново. Если вы думаете об этом таким образом, то это не было плохим шагом−может быть?

Конечно, если бы существовал какой-то другой способ уничтожить эту злобную и хитрую банду гоурелл, Харухиро не мог бы даже подумать об этом. Возможно, Джесси и был вынужден принять это трудное решение, потому что у него не было другого выбора, но все равно это было трудно понять.

Джесси посоветовал Харухиро воспользоваться тюрьмой.

Харухиро мгновенно понял почему, и сделал так, как сказал Джесси. Если бы они были окружены гоуреллами на открытом месте, у них не было бы ни единого шанса. Если они запрут себя в самом прочном здании, насколько это возможно, и победят только гоурелл, которые войдут, они смогут продержаться некоторое время.

Однако в результате Харухиро вынужден был признать, что это была серьезная, болезненная и в конечном счете фатальная ошибка для них.

А что же тогда было с Джесси?

— ...Приманка. Мы были приманкой.

Когда Джесси сказал “воспользуйтесь тюрьмой", он не давал никаких советов. Скорее всего, этот человек намеревался использовать Харухиро и его группу.

Подставляя их в качестве приманки, привлекая гоурелл и таким образом выигрывая время, Джесси использовал это время, чтобы все устроить.

Харухиро и остальные были приманкой, болтающейся перед гоуреллами.

Разве вы сами не посеяли эти семена? ему показалось, что он слышит чей-то голос, и ему показалось, что сейчас потекут слезы.

Харухиро и его группа привели сюда всех гоурелл. Благодаря им погибло огромное количество жителей Джесси Ленда. Если они были использованы в качестве части усилий по борьбе с гоуреллами, то этого следовало ожидать. Он был не в том положении, чтобы жаловаться на это Джесси. Неужели он думает, что имеет право критиковать Джесси? Но он никак не мог этого сделать.

Но, ох... Еще...

— Мерри.

Он окликнул её по имени. Да он и не хотел этого делать. Он не хотел произносить её имя. Харухиро испугался.

У него было такое чувство, что как только то, что было смутным и расплывчатым на данный момент, станет ясным, оно примет бесспорную форму, встанет перед ним и преградит ему путь. Если это возможно, он хотел, чтобы оно оставалось неопределенным. Навсегда. До скончания времен, если это возможно.

Если бы он мог сделать так, чтобы этого не случилось, он бы этого хотел. Если её отсутствие останется смутным и расплывчатым, он сможет продолжать плавать вокруг с галлюцинацией, что есть какой-то способ отрицать это. Например, может быть, все это было сном. Он проснется и с облегчением поймет, что это действительно был всего лишь сон. Где-то в глубине души он верил, что это не совсем невозможно.

Возможно, после этого он увидит еще нескольких из них. Сны, в которых она все еще была с ними. В тех снах, понимаешь, это была ошибка, она здесь, почему я думал, что никогда больше её не увижу? думал Харухиро, криво усмехаясь. А потом он просыпался. Наступит худшее из возможных пробуждений.

У Харухиро уже был подобный опыт, поэтому он очень ясно представлял себе, какими будут его чувства в этот момент.

Но все же Харухиро пытался думать. Если я могу видеть сны с ней в них, то не так уж и странно, что я вижу сны там, где она ушла. Так что, поскольку ощущение того, что она ушла, такое смутное и расплывчатое, это может быть на самом деле сон. Я имею в виду, что на самом деле она никак не могла уйти.

Это ложь, что Мерри мертва.

Его использовал Джесси, и в результате Мерри умерла.

Хотя, во-первых, если бы они не привели сюда гоурелл, этого бы вообще не случилось.

Харухиро совершил так много ошибок.

Из-за этого Мерри была мертва.

Она умерла прямо на глазах у Харухиро.

Она была убита.

Нет.

Я ведь чуть не убил её сам, не так ли?

По крайней мере, я позволил Мерри умереть.

Это был я.

Это моя вина.

Прости, Мерри.

Ты улыбнулась мне в конце, но почему ты улыбнулась, я понятия не имею.

Я имею в виду, что это была моя вина, не так ли? Я позволил тебе умереть.

Хотя ты и был моим драгоценным товарищем.

Хотя ты мне и нравилась, Мерри.

Я любил тебя.

Я не смог защитить Мерри. Что еще хуже, если бы Мерри не перехватила гоуреллу, входящую в камеру в тот раз, возможно, я был бы тем, кто умер. Это точно был бы я. Мерри спасла меня.

Это благодаря Мерри я все еще жив.

Я позволил Мерри умереть, и вот теперь у меня хватает наглости продолжать жить.

— Хи, аааааааааааааааааааахххххххххх! — раздался невероятный крик, который отозвался эхом.

Сразу же стало ясно, что это был тот самый самец.

Улыбающийся редбек.

Он был меньше чем в десяти метрах от Харухиро, завывая в небо. Но он не улыбался. Наверное, он был взбешен.

Он мог понять её чувства. В конце концов, Харухиро был таким же. Это выходило за рамки простого раздражения или гнева.

Хотя для его гнева было много целей, большая часть ярости редбека, вероятно, была направлена на него самого. Его−и Харухиро тоже-подставили. В большей степени, чем тот, кто их подставил, они оказались неспособны простить себя за то, что попались на эту удочку.

— Weruu, ruu, ruuuu, ruuu, ru, weruuuuuuu!

Но это была не обычная гоурелла. Мгновение назад улыбающийся редбек кричал в пустое небо, а потом вдруг вскочил и начал издавать странный клич. Этот зов, если Харухиро его помнил, был знаком к отступлению.

Как будто я тебя отпущу!

Харухиро побежал. Он не мог быстро бегать. Лучшее, что он мог сделать, это немного больше, чем просто быстро идти, но он все еще не мог остановиться.

Я знаю. Я знаю тебя. Даже если ты сейчас отступишь, то обязательно вернешься.

Пока он жив, он будет упорно преследовать Харухиро и его товарищей. Он только делал то, что можно было бы назвать стратегическим отступлением, чтобы продолжать это.

Что я могу сделать, чтобы положить этому конец?

— Weruu, ruu, ruuuu, ruu, ruu, weruuuuuuu!

Взывая к своим товарищам, редбек пытался убежать.

Он посмотрел в сторону Харухиро.

Он это заметил.

Ему оставалось пройти еще пять метров, прежде чем он доберется до нее.

— Прихватика этого! — крикнул Харухиро, подбегая ближе.

Кузаку, Джесси, рейнджеры − неважно, кто именно. Они должны были что-то сделать с ним. Самец должен был умереть здесь. Они не могли позволить ему уйти. Или все будет напрасно.

Ее смерть, смерть Мерри, будет напрасной.

Наличие смысла или отсутствие его не изменит. Таков был результат, и Факты от этого не менялись. Но разве это не слишком печально? Разве это не должно было быть хоть для чего-то?

Мерри умерла, и из-за этого Харухиро выжил, и он должен был справиться с этим человеком.

Никогда за всю вечность подобная история не принесет ему утешения, и эта рана, скорее всего, никогда не заживет. Потому что Мария, та, что исцелила его раны, была мертва. Ничто не могло заполнить эту пустоту. Вот почему, в конце концов, это было бессмысленно. Что бы ни делал здесь Харухиро, невозможно было понять смысл смерти Мерри.

Фу, победа или поражение, Мне уже все равно. А пока либо я убью тебя, либо ты убьешь меня. То одно, то другое.

Он собирался положить этому конец.

Пришло время все уладить.

Но все произошло очень быстро.

Или Харухиро просто медлил?

Так или иначе, расстояние между ними мгновенно удвоилось.

— Oorahhhhh! — один из рейнджеров швырнул ему в лицо бутылку.

Кожа кремового цвета. Покрасневшие глаза. Это был тот самый рейнджер. Янни, или как там её звали.

Бутылка разбилась вдребезги, масло брызнуло во все стороны, и улыбающийся редбек промок насквозь. Не обращая на него никакого внимания, он продолжал бежать прочь своей костлявой походкой.

Другой рейнджер выпустил две или три огненные стрелы, но ни одна не попала в цель.

— Delm, hel, en−

Он знал, что это голос Джесси, но где же этот человек? Он не мог его видеть. Тем не менее, Джесси пел и собирался использовать магию. Это была магия Arve.

— Saras, trem, rig, arve!

Там, куда направлялся улыбающийся редбек, поднялся огромный столб огня, который, казалось, мог сжечь все небо. Столб огня не ослабевал, и он стоял на пути улыбающегося редбека.

Брандмауэр. Или его эквивалент на более высоком уровне.

Что же будет делать этот улыбающийся редбек?

Но это не прекратилось.

Он должен был нырнуть прямо в воду, хотя и был пропитан маслом. Это означало прорваться сквозь этот столб огня, не избегая его, и убежать.

Столб огня громко горел, в него попали несколько соседних зданий. Если бы он прошел прямо через этот огонь, то откуда бы вышел редбек?

Харухиро прикинул, куда он направляется, и выбрал маршрут, огибая колонну огня и горящих зданий.

Он нашел ее.

Волоча за собой языки пламени, он был далеко впереди него и мчался прочь. Это было почти за пределами деревни.

И вот теперь она вышла наружу.

— Жди...!

Даже если он закричит, Это никогда не заставит себя ждать. Харухиро побежал. Он несколько раз чуть не споткнулся и не упал, но все же продолжал двигаться вперед и вперед.

Дул сырой, влажный ветер.

Было ужасно темно.

А где же остальные Гоуреллы? О том, скольким из них удалось спастись?

Как будто ему было не все равно.

Но это его не касалось.

Нет−Как же это его не касается? Кроме того, зачем он вообще за ней гонялся? Он все еще бежал, но это был огненный шар. Это жжение было ненормальным. Даже если бы это была гоурелла, она не смогла бы уйти оттуда невредимой. Если бы он думал об этом нормально, то в конце концов перестал бы двигаться. Вероятно, Джесси и его люди выследят его и прикончат. Харухиро не было нужды гнаться за ним.

А до этого разве не было других дел, которые он должен был бы делать? А как же его товарищи, например? С ними Всё в порядке? Разве он не должен сначала вернуться и проверить это? Зачем он это делает?

И он это знал. Он делал что-то бессмысленное. Даже если бы он знал это в своей голове, он не смог бы остановиться. Он не хотел останавливаться.

Харухиро тоже вышел из деревни. Небо грохотало. Молния.

Улыбающийся редбек мчался по полям. Поля были густо засеяны пшеницей, похожей на растение, несущее зерно. Когда он двигался вперед, он зажигал огонь в этом зерне или сжигал его. Там был след более четкий, чем следы ног, ведущий туда, где он был. Харухиро просто обязан был последовать этому примеру. В поле ему было хорошо, если он падал, потому что он мог просто встать снова.

Когда он покинул деревню, улыбающийся редбек был уже более чем в десяти метрах, может быть, в двадцати, впереди Харухиро. А как насчет этого сейчас? Неужели это было десять метров? Нет, ближе. Это было пять, может быть, шесть метров. Иногда ему даже казалось, что если он протянет руку, то сможет дотронуться до нее. Его скорость определенно падала.

Харухиро ни разу не обернулся. Он, не отводя взгляда, последовал за улыбающимся редбеком.

Неужели Джесси и его товарищи следуют за ним? Неужели здесь нет других гоурелл? Но он этого не знал. Не то чтобы его это не волновало. Он не хотел этого знать. Нехорошо, что он так себя ведет. Совсем ничего хорошего.

Но он хотел покончить с этим.

Он поймал бы эту штуку, которая все еще горела тут и там, распространяя дым на ходу, и лично прикончил бы ее. С этими словами он хотел покончить со всем этим.

Мерри. Мерри определенно сошла бы с ума.

Если бы это была Мерри, она бы его отругала. — Не говори так. — сказала бы она ему. Забыть обо мне. Ты был со мной до сих пор, и ты был моим товарищем, и этого было достаточно. Хару, продолжай двигаться вперед, как раньше.

Это было похоже на то, что сказала бы Мерри.

— Ты ничего не понимаешь, Мерри, — возразил он. Ничего. Ты вообще ничего не понимаешь.

Я имею в виду, что ты очень внимательна к своим товарищам, ты хороший человек и лучший целитель, которого мы могли бы иметь, и ... И, действительно, ты до смешного хороша, и у тебя тоже есть милая сторона, но почему−то, Мерри, бывают моменты, когда ты ведешь себя так, как будто ты недостаточно хороша... хотя это совсем не так. Это никогда не могло быть правдой.

Мне хотелось крепко держать тебя за руку.

Это самонадеянно с моей стороны, но я хотел дать тебе больше уверенности в себе.

Ты улыбался больше, чем раньше, но мне хотелось, чтобы ты улыбался еще больше.

По правде говоря, мне хотелось обнять тебя изо всех сил.

Взять тебя за руку и продолжать идти вместе вечно.

Мерри.

Мерри.

Мерри.

Я не могу представить себе будущего без тебя.

Даже в Darunggar, там было солнце, что взошло. Но без тебя Гримгар окажется в полной темноте. Я ничего не смогу увидеть. Или что-либо слышать, либо, я уверен.

Я не могу двигаться вперед.

Если меня ждет такое будущее, то оно мне не нужно.

Я имею в виду, правда.

С меня довольно.

Пусть это будет в последний раз.

— Как только я убью тебя...! — Харухиро собрал последние силы и заставил себя идти быстрее. Вот тогда-то все и случилось.

Улыбающийся редбек упал вперед.

Благодаря этому Харухиро наконец-то догнал его.

Она скоро встанет и поправится, он был уверен. Он либо убежит, либо будет сопротивляться. Но кого это волнует? Но только не он. Но это уже не имело значения.

Он упал лицом вниз, и только его лицо было повернуто в сторону. Харухиро прыгнул ему на спину. Пламя на его теле было почти полностью потушено. Она просто тлела. Здесь было даже не так жарко. Но там было что-то странное.

Она даже не дернулась.

— Эй... — пробормотал Харухиро.

Что же все это значило? Харухиро вскочил ему на спину и был готов в любой момент вонзить свой Стилет в его откровенно беззащитные глаза. Несмотря на это, он ничего не чувствовал.

— Эй! Эй! Эй! Эй! Что случилось, а? Ты ждешь своего часа, ожидая шанса нанести ответный удар? Вот и все, верно? Скажи, что это все, ладно?

Но все равно это было странно. Это было слишком непохоже на то, что было раньше. Как будто теперь все было совсем по-другому.

Все по-другому.

Да, это действительно было совершенно другое дело. Не было никаких признаков того, что это было живое существо. Теперь это была просто вещь.

Харухиро покрепче сжал свой Стилет.

В его руке не было никакой силы. И не только в его руке. Во всем его теле. Как будто где-то там была дыра, и его жизненная сила вытекала через нее. Он должен был быстро найти эту дыру и заткнуть ее.

Он знал, что должен сделать. Это было решено, так что все, что оставалось, − это сделать это. Это было очень просто. В этом не было ничего трудного. Он мог бы это сделать. Не было никакого способа, чтобы он не мог этого сделать.

А теперь сделай это, сказал он себе. Сделай это. Поторопись.

Начал накрапывать мелкий дождь.

Это были крупные капли.

Он быстро набирал силу.

Там было сумасшедшее количество грома. Дождь лил как водопад.

Из-за этого он не слышал шагов. К нему подошел человек в зеленом плаще и что-то сказал Харухиро. Что бы он ни сказал ему, Харухиро этого не понял. Вот почему он не кивнул и не покачал головой.

Тот человек со светлыми волосами и голубыми глазами, Джесси, опустился на колени, но не столько рядом с Харухиро, сколько рядом с улыбающимся редбеком. Он всмотрелся в её лицо, приняв серьезный вид. Особенно на его открытые глаза и нос. Затем Джесси схватил его за челюсть и потряс.

— Да... Он мертв.

К этому моменту дождь немного поутих. Гром тоже перестал звучать. Небо даже начало светлеть.

— Внутренняя часть его рта обожжена и распухла. — сказал Джесси. — Судя по этому, ожоги, вероятно, доходят до его горла. Он не мог нормально дышать. Я впечатлен, что все зашло так далеко. Должно быть, у него кончились силы.

— Какого черта? — пробормотал Харухиро.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро скатился с его спины и упал в грязь. Теперь уже более легкий дождь хлестал его по щекам.

Что же это было, черт возьми?

Вслед за Джесси вокруг собралось несколько рейнджеров.

— Хару-кун! — воскликнула Юме.

— Хару! — закричала Сетора.

— ...Харухиро-кун! — завопила Шихору.

— Харухиро! — позвал Кузаку.

Услышав голоса, зовущие его по имени, Харухиро закрыл глаза. Он положил левую руку на свои закрытые веки.

Хару-кун. Хару. Харухиро-кун. Харухиро.

Голоса были слышны для четырех человек.

Четыре человека.

— А что случилось с твоим священником? — спросил Джесси.

Харухиро не сразу смог ответить.

Он убрал руку от глаз.

Когда он открыл их, Джесси смотрел на него сверху вниз.

Как Харухиро отразился в непроницаемых голубых глазах этого человека, которые никак не выдавали его мыслей и чувств?

— Это твоя вина — чуть было не сказал Харухиро, но потом подумал, что это неправильно, и стиснул зубы. Возможно, это и не было ошибкой, но он действительно чувствовал, что это так.

— Я все понимаю. — Джесси моргнул, а затем коротко вздохнул. — Значит, она умерла.

— ...Только не говори этого.

— Хм?

— Не говори так. Не смей... говорить этого.

— Я спрашиваю только потому, что ты, кажется, очень сильно пострадал, и мне показалось, что тебе не помешает немного исцеления.

— Но это не имеет значения. Мне уже все равно. И ты это понимаешь. А ты разве нет? Да, ты, наверное, не знаешь. Ты все-таки странный. Ты сильно пострадал от моего удара в спину, но, похоже, ты в порядке. Ты не похож на Мага, и ты, очевидно, был Охотником, но ты можешь использовать магию. Невероятная магия при этом. Ты выглядишь человеком, но это явно не так.

Харухиро перевернулся, чтобы лечь на живот, затем попытался встать. Его товарищи приближались. Он не мог лежать без дела.

Но тело его было тяжелым. Таким тяжелым. Руки и ноги не давали ему подняться.

— Хару-кун! — позвала Юме.

В конце концов Юме помогла ему подняться. Хотя он уже встал, но не мог стоять без поддержки. Он был не просто слаб от усталости. Как и сказал Джесси, он заметил, что был довольно серьезно ранен. Он не чувствовал особой боли, но все его тело было в крови, и это выглядело довольно плохо. Если он не получит лечения, то в конце концов потеряет сознание, и его сердце остановится.

— Хару, аргх, ты мне мешаешь! Шевелись, Охотница! — Сетора толкнула Юме в сторону и повела Харухиро в руках. — Ты в порядке? Эй, Хару, оставь свои слова при себе. Отряд гоурелл рассеялся. Если их предводитель мертв здесь, то мы должны быть в безопасности, по крайней мере, на какое-то время. Послушай, Хару, что бы еще ни случилось, мы победили.

— ...Мы победили? — тупо спросил он.

— Да. Даже если ты не можешь в это поверить, думай, что мы победили. На сегодня−

— Мы победили...

Харухиро хотел, чтобы подтолкнуть Сетора подальше. Но даже если бы он искал силу воли, чтобы взять на себя такую важную задачу, у него, вероятно, не осталось бы ее.

Вот почему Харухиро только покачал головой. Снова и снова.

Шихору подошла поближе к трупу улыбающегося редбека. Она была не просто запыхавшейся, она почти полностью выдохлась. Шихору села на прежнее место.

Кузаку споткнулся где-то в шести-семи метрах позади Шихору и не встал. Харухиро слышал его хриплое, затрудненное дыхание всю дорогу сюда. Тот рейнджер, которая подошла к Кузаку, вероятно, была Янни.

— Янни! — окликнул её Джесси.

Она поспешно побежала в этом направлении, так что, похоже, это и была на самом деле Янни.

Джесси отдал Янни какой-то приказ. Это было на языке, который Харухиро не мог понять, но слова "Vooloo yakah*" застряли у него в ушах. Может быть, потому, что когда Янни услышала эти слова, на её лице появилось выражение напряжения и страха.

Когда Янни собрала рейнджеров и отдала приказ, он услышал, как она тоже произнесла слова — Vooloo yakah*. — рейнджеры во главе с Янни разделились на несколько групп и рассредоточились.

Дождь полностью прекратился, и солнце даже кое-где проглядывало сквозь облака. По-видимому, это была мимолетная буря.

— Ну, к счастью... — Джесси пожал плечами.

Что же такое счастье?! В этот момент Харухиро резко сказал:

— Наш шаман выжил — сказал Джесси, — поэтому, если предположить, что мы немедленно исцелим раненых, единственная проблема-это ваш священник. Пока мы ничего не можем сказать, пока я не увижу, в каком она состоянии, но ... −

— Мерри...! — Харухиро оттолкнул Сетору в сторону и приблизился к Джесси. — Она мертва! Мерри умерла! Я... Я позволил ей умереть! Ничего из этого дерьма о состоянии, в котором она находится! Что−о чем ты вообще говоришь?..?!

— Нет, послушай...

Даже когда Харухиро держал его за шиворот, Джесси был невозмутим. Он не был напуган, но и намека на улыбку не заметил. И это был вовсе не пустой взгляд. Неужели у этого человека вообще есть эмоции? Может быть, у него вообще не было человеческих эмоций. Поведение этого человека было достаточно неестественным, чтобы заставить человека заподозрить это. Так думал Харухиро, и любой, кто сейчас увидел бы Джесси, согласился бы с ним.

— Мы ничего не можем сказать, пока я не увижу, в каком она состоянии. — сказал Джесси. — Разве я тебе этого не говорил?

— Она умерла! Там нет ничего такого, чтобы смотреть на неё! Мы должны поторопиться... Поторопиться, пока проклятие Бессмертного Короля не коснулось Мерри... Пока она не кончила, как её старые товарищи... Да, мы не можем допустить, чтобы это случилось с Мерри...

— Проклятие Энада Джорджа*, Бессмертного Короля, да? — Джесси фыркнул, а потом нахмурился.

Это тоже было как-то неестественно. Может быть, лучше было бы сказать, что он казался разрозненным.

— Энад Джордж...? — повторил Харухиро.

— Отпусти. (Let go) — Джесси ударил Харухиро в подбородок. Нет, Джесси просто крепко прижал ладонь к подбородку Харухиро.

Несмотря на это, Харухиро перевернулся.

Харухиро ударил его по бедру и по затылку. Все силы покинули его тело.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Юме и Сетора протестовали перед Джесси. Что бы они ни говорили, Джесси не принимал их всерьез.

Харухиро только шевельнул глазными яблоками, чтобы посмотреть на мужчину. Джесси был жутко молчалив, и он смотрел на Харухиро сверху вниз таким взглядом, который не имел никакого очевидного значения.

— Ее состояние...

Голос у него был слабый, как у комара, и Харухиро сам не понимал, что хочет сказать.

Нет, правда была в том, что он знал. Харухиро пытался расспросить Джесси. Но это было просто смешно. В конце концов, Мерри умерла. На что же он так надеялся?

Не цепляйся за него, сказал он себе. Не думай о таких глупостях.

Было бы глупо надеяться на это. Действительно. Должно быть, он был невероятным дураком. Если бы он был умен, этого никогда бы не случилось.

— В зависимости от её состояния, вы хотите сказать, что есть что-то, что можно сделать?..?

— Есть способ, — немедленно отозвался Джесси. Затем, фыркнув, он добавил. Но только один.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

4. Мой Драгоценный Учитель и Он

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда же это началось?

Мне очень не хотелось возвращаться в этот дом.

Когда я стоял перед дверью, мне вдруг показалось, что меня заперли в тупо узком месте, и меня затошнило.

Неужели так было всегда? Это не может быть правдой. Когда же это началось? На самом деле я этого не знал.

В любом случае, я ненавидела свой дом.

Мне очень хотелось сегодня петь, поэтому я пригласил несколько человек, пошел на караоке-с, продлил его, и продлил, и продлил. Один человек ушел, потом другой, потом еще один. После того, как все сказали, что им пора домой, я неохотно прекратил это занятие, но в конце концов мы пробыли там в общей сложности четыре часа. Я щедро оплатил весь счет. В конце концов, ведь это я их пригласила, верно? Хотя я пел как сумасшедший, я также ел и пил, так что я не был голодны.В это время дня кто-то, вероятно, уже вернулся. Там горел свет.

Я достала из сумки ключ и открыла замок. Дверь открылась. Я вошел в дом.

Хитрость заключалась в том, чтобы сделать все это одним движением. Если бы я остановился на полпути, то я захотел бы убежать отсюда. Не то чтобы это помогло.

Даже если бы я сказал всем, что мы должны пойти куда-нибудь после этого, мы только что закончили четыре часа караоке. Никто не собирался идти со мной. Играть в одиночку тоже было не очень весело. Однажды в некоторое время, это может быть хорошо. В конце концов, сегодня я был в игровом центре одна.

Свет у входа зажегся, когда сенсор зафиксировал мои движения. Там были туфли на высоком каблуке. Туфли моей матери.

Я снял ботинки и вошел в дом.

Я поднялся по лестнице в вестибюле на второй этаж. Я вошел в свою комнату и включил свет. Бросив сумку на пол и стараясь не наступать на разбросанные по полу предметы, я направилась к кровати.

Не снимая униформы, я нырнул в постель и перевернулся на спину.

Лениво глядя на плакаты на потолке, я подумал, А когда же я их снова повесил?

Плакаты были самые разные: от плакатов с идолами до плакатов из журналов манги и кино. Их было очень много. После того, как у меня не осталось места для них на стенах, я начал размещать их и на потолке.

Стянув носки, я отбросил их в сторону, чтобы приземлиться где угодно. Моя правая нога коснулась чего-то. Это был крошечный баскетбольный мяч. Я схватил его ногами, подбросил вверх и поймал руками. Сев, я прицелилась в миниатюрное баскетбольное кольцо в углу комнаты. Я сделал первый бросок.

— Ну ладно! Иди в...!

Мяч был безжалостно отклонен обручем.

— Gahhhh! Что за чертовщина! Довольно об этом!

Я разозлился и решил отоспаться.

Нет... Я бы с удовольствием поспал, если бы мог, но пока нет.

— ...ААА. Я позволяю мой голос без причины.

Я потянул себя за волосы.

— Угу, — простонал я.

Я вздохнул.

Я выпустил свой голос наружу. — Уххх.

Затем я сменил тон и вместо этого сказал: — Э-э-э”.

Поменял его, и сказал: — Оооо.

Хе-хе. — Я усмехнулся.

— ...Так скучно.

Лежа на животе, я уткнулся лицом в подушку. Здесь пахло парикмахерскими изделиями, шампунем и другими вещами. Оно отнюдь не было благоухающим. Но я не испытывал к нему ненависти. Это было не очень хорошо, но и не так уж плохо.

— Может быть, такова жизнь. — вдруг подумал я.

— Вполне возможно... Может быть, так оно и есть. Да. Черт возьми, я в порядке. Тпру. У меня пересохло в горле...

Я встал и почесал в затылке. На обратном пути мне надо было заскочить в магазин и купить попить. Но сейчас было слишком больно снова выходить на улицу. Похоже, выбора у него не было.

— Пожалуй, я спущусь вниз...

Я встал с кровати, вышел из своей комнаты и спустился на первый этаж. От прихожей тянулся узкий коридор. Дверь слева вела в туалет, а дверь в конце коридора вела в гостиную.

Когда я открыл дверь, телевизор был включен. Моя мать все еще была в верхней одежде, сидела на диване и что-то пила. Это что-то было, вероятно, вино, как обычно.

В этом доме был до смешного огромный винный погреб, и в нем помещалось около сотни бутылок. Почти каждый вечер моя мать пила вино из глупо большого бокала.

Мама посмотрела в мою сторону, но ничего не сказала. Если бы она что-нибудь сказала, я бы разозлился, но то, что её игнорировали, тоже приводило меня в бешенство.

Я прошел через гостиную на кухню и порылся в холодильнике. — ...Черт. Почему в этом доме нет ничего, кроме газированной воды и минеральной воды? Что это за дерьмо такое? Я не могу в это поверить.

Когда я пробормотал это вслух, сам того не желая, я услышал, как моя мать щелкнула языком, и это меня очень расстроило.

— ...Что? — потребовал я ответа. — Я не сказал ничего такого, что было бы неправдой. У тебя есть какие-то проблемы со мной?

— Почему ты так сквернословишь? Я не знаю, за кого ты взялся. Но я уверена, что это был твой отец.

Моя мать была явно пьяна. Но это вовсе не означало, что я обязан был отмахнуться от всего этого. Я захлопнул дверцу холодильника.

— Под моим "папой" ты, наверное, подразумеваешь своего мужа? Или кого-то еще?

— А? Кто-то еще? Что ты имеешь в виду? — спросила она.

— Откуда мне знать? Похоже, ты не очень-то любишь своего мужа, поэтому я решил, что у тебя роман. Нет, только не сейчас, может быть, у тебя был такой раньше?

— Не говори ерунды.

— Это вовсе не чепуха. Это довольно серьезная проблема, знаете ли. Неужели я сын этого старика?

— Не говори глупостей. Но это правда, ты совсем не похож на своего брата или сестру. Они не такие грубые, как ты.

— Ты хочешь сказать, что брат и сестра не такие, как я, а просто отличники, да? Я так и думал.

— Ну и что же? Ты что, совсем ожесточился? Причина твоей неудачи в том, что ты не прилагаешь никаких усилий, не так ли? Это твоя собственная вина.

— Я вовсе не озлоблен. Конечно, я им завидую, да. Они оставили меня одного в этом дерьмовом доме и убрались оттуда, как только смогли. Например, какого черта? Серьезно. Правда.

— Если ты собираешься это сказать,то почему бы тебе тоже не убраться отсюда?

— Ты не обязана мне это говорить. Как только я закончу среднюю школу, я уйду отсюда.

— Если ты так против того, чтобы обтирать губкой своих родителей, почему бы тебе не бросить все и не найти работу?

— Ух ты, ну и работенка же ты. Я не слышал, чтобы многие родители говорили своему ребенку, чтобы он бросил школу.

— Если ты не хочешь быть в этом доме, то это все. Если ты собираешься играть с деньгами, которые заработали твои родители, не могли бы ты не жаловаться так много?

Я так разозлился, что пнул кухонный стол.

Моя мать закричала — Что ты делаешь?!

— А что, по-твоему, я делаю?! Я пнул его ногой!

— То, как ты вымещаешь свой гнев на вещах, очень похоже на него!

— Это совсем не делает меня счастливым!

— Я вовсе не пытаюсь сделать тебя счастливым!

— Это мой день рождения, черт возьми...!

Как только я произнес эти слова, я уже не мог прикрыть рот рукой. Но было уже слишком поздно.

Честно говоря, зачем я это сказал? Очевидно, я и не собирался этого делать. То, что это был мой день рождения, не имело ни малейшего значения. Это не имело никакого отношения к делу.

Кроме того, подумай об этом. Когда мы в последний раз отмечали мой день рождения? Когда я учился в начальной школе? Третий класс, может быть, четвертый? Должно быть, так оно и было. Атмосфера в этом доме так долго была ужасной. А когда моя мать начала работать, все стало еще хуже.

Мой отец возвращался домой только два раза в неделю. Но даже когда он делал это, была уже глубокая ночь. Наверное, у него был другой дом. У моей матери, наверное, тоже был любовник. Несмотря на это, она приходила домой каждый день.

Я не знал, сколько раз видел, как дерутся моя мать с отецом. Это всегда меня озадачивало. Если они так плохо ладили,то почему не развелись?

Мой брат получил работу в прошлом году. Моя сестра училась в университете. Оба они больше никогда не появлялись в этом доме.

Что же касается моих брата и сестры, то они, по-видимому, считали, что все это происходит между ними как между мужем и женой. Пусть делают то, что им нравится. Они присылают нам деньги, как и положено.

Ну, конечно, они могли видеть это именно так. Несомненно. Когда мой брат нашел работу, мой отец купил ему дорогую машину, а когда у моей сестры была церемония совершеннолетия, они заказали для нее замечательное кимоно. Когда мой отец иногда ездил в Токио по делам, он ел суши с моим братом в Гиндзе. Моя сестра часто общалась с моей матерью.

Это мой отец купил моей сестре то кольцо у Тиффани, или моя мать? Ну, это было одно из двух.

У меня не было никаких ожиданий от моих родителей. Дело было в том, что я получал деньги. У меня был специальный счет, и когда баланс становился низким, то ли потому, что они делали депозиты, то ли по какой-то другой причине, он поднимался сам по себе.

Я никогда ни в чем не нуждался. Этого было достаточно. От них не нужно было ничего ожидать.

Кого волнует день рождения? Это был всего лишь один день из 365 в году. Естественно, я тоже не сказала своим друзьям, что сегодня мой день рождения. Даже если бы они спросили меня, я бы им не сказал.

Что, ты не знаешь, когда у меня день рождения? "Чувак, ты безнадежен", вот и весь ответ, который я им дал.

Но я все же постарался узнать дни рождения моего приятеля и спланировать для них вечеринки. Готовлю им маленькие подарки и все такое. Я имею в виду, почему бы и нет? Это элементарная человеческая порядочность. Я ничего не ждал взамен, ясно? Я делал это только потому, что мне так хотелось.

Да, это не имело значения. Серьезно, это не так, как и тот факт, что сегодня был мой день рождения.

— И что? — моя мать почему-то была еще ближе к тому, чтобы сорваться.

Вот так так. Неужели она собирается взорваться на меня, когда я сам должен быть сумасшедшим? Опрокинув бокал, она на мгновение задержала вино во рту. Затем она сглотнула. Я терпеть не мог, как она пьет.

— И... ничего особенного — пробормотал я.

— Если тебе нужны деньги, то я уже даю их тебе, не так ли? Почему бы тебе не пойти и не купить то, что ты хочешь?

— Дело не в этом...!

— Я знаю, что ты не обрадуешься, если я тебе что-нибудь куплю, так почему бы тебе этого не ожидать? — прорычала она.

— Я никогда не говорил, что хочу, чтобы ты мне что-нибудь купил, и я этого не делаю!

— Ну и что же?! Твои брат и сестра написали мне на день рождения и даже прислали подарки, но ты даже не поздравила меня с Днем рождения, понимаешь?! Разве это не слишком много-ожидать, что я буду праздновать твой день рождения после этого?! Ты сам ничего не делаешь, но потом жалуешься, что я не делаю этого или не делаю того! Ты такой же, как он! Когда я смотрю на тебя, Меня тошнит от тебя!

— Тогда заболей! — закричал я. — Блюй, блюй, выблюй свои кишки! Залпом выпей свое вино, а потом выблевывай обратно, сука!

— Да как ты смеешь!..!

Внезапно мою мать стошнило. Она уронила стакан и обеими руками зажала рот. Она склонилась над диваном.

Вот дерьмо. Я попытался быстро отвернуться, но было уже слишком поздно. Я ясно видел решающий момент.

— А что ты делаешь в твоем возрасте? — пробормотал я.

Я думал, что она много пьет, но не настолько, чтобы её действительно стошнило. Этого было достаточно, чтобы меня тоже затошнило. Если я не буду осторожен, меня стошнит. Если бы это случилось, это было бы не просто самое худшее. Это было бы самое худшее.

Моя мать, должно быть, сдалась, потому что она решила позволить всему этому подняться наверх. Она наклонилась над низким столиком перед диваном, кашляя и отплевываясь.

Я должен был оставить эту суку и вернуться в свою комнату. Несмотря на это, следующее, что я помню, это то, что я принес коробку салфеток и бросил её своей матери.

— ...Спасибо, — смущенно сказала мама тихим голосом и принялась вытирать руки и лицо.

Это было очень трогательно. Я никогда не любил свою мать, но это был первый раз, когда я чувствовал такое сильное презрение к ней.

— Тряпка... — Я начал было говорить, но тут же закрыл рот. Но моя мать, по-видимому, уже услышала меня.

— В раздевалке, под раковиной...

— Да, как скажешь.

Я не торопился, но большими быстрыми шагами направилась в ванную и открыл дверцы шкафа под раковиной. Ведра, тряпки и чистящие средства. Я попытался налить воды в ведро, но кран мешал, и я не мог поставить его в раковину.

— Что, мне нужно использовать ванну...?

Без всякой альтернативы я воспользовался душем, чтобы наполнить ведро, и бросил в него тряпку. Когда я принес ведро с мылом в гостиную, мама сказала — Прости”.

За что именно она извинялась? Я хотел спросить, но не хотел знать ответа.

Я оставил ведро с мылом, вернулся в свою комнату, выключил свет и прыгнул в постель. Забравшись под одеяло, я снял свою униформу, оставив на себе только футболку и нижнее белье.

Я отвернулась в сторону и свернулась калачиком. Я был наиболее спокоен в этой позе, когда моя правая рука была зажата между ног, а левая держала мои колени.

Но ведь это был мой день рождения, хотелось мне пробормотать.

Серьезно, какой смех.

У моего старика была натуральная завивка, но мой старший брат и старшая сестра даже не были слегка кудрявыми. Кстати, волосы у моей мамы были совершенно прямые. Из трех братьев и сестер я был единственным кудрявым. Я пошел по стопам своего старика.

Но мой старик, я был уверен, что он ненавидит меня. Он никогда не хвалил меня, даже в первый раз. Но я помню, как он много раз выходил из себя.

В последнее время он даже не сердился на меня. Я вообще редко с ним встречался. Возможно, он не столько ненавидел меня, сколько просто не обращал внимания. Мой старший брат и старшая сестра тоже не думали обо мне. Даже несмотря на то, что это был мой день рождения, они не написали мне.

У меня были друзья. Много друзей. Я всегда был популярен, понимаешь? Никогда не было недостатка в людях, с которыми можно было бы поиграть.

Если я говорил, что все оплачу, все тут же приходили. Если бы я не заплатил? Кто знает. Они ведь к этому привыкли. Мне их лечить. Они никогда не вырастут достойными взрослыми людьми.

Они были просто мусором. Да, мусор. Ничего, кроме мусора.

Мусор. Мусор. Мусор. Мусор. Мусор. Мусор. Мусор. Мусор.

Это был дрянной мир, полный только мусора, покрытого мусором.

Фу, мне уже было все равно. Ничто не имело значения. Может быть, мне лучше просто остаться здесь навсегда. Во всяком случае, мне нравились узкие пространства.

Быть одному было совсем неплохо. Все остальные были отбросами, в конце концов. Ничего, кроме мусора.

Ну же, хотя бы напиши мне. Сегодня был мой день рождения.

Да и какое это имеет значение? Это не имело никакого отношения к делу. Но это ничего не значило. Черт, как же я устал. Мол, серьезно, так уст...

— ...А? — пробормотал Ранта, протирая глаза.

На какое-то время, только что... неужели он заснул?

— Серьезно? — пробормотал он.

Он не помнил, о чем шла речь, но ему казалось, что это был сон. Вероятно, не очень хороший.

— Ну и мужество же у меня — подумал он со сдавленным смешком.

Ранта сидел на дереве.

Чтобы описать дерево в сравнениях, оно было похоже на десятки... нет, сотни змей переплелись, поддерживая друг друга, когда они тянулись к небесам. Ранта лежал низко, повернувшись к ней спиной.

Конечно, он делал это не для того, чтобы убить время или поиграть. Очевидно. Ранта считал важным всегда сохранять чувство игривости, но учитывая тот факт, что преследующий его парень, старик Такасаги, представлял собой реальную угрозу и надвигался на него, сейчас он не мог себе этого позволить.

Так оно и было, когда голос Такасаги стал постепенно приближаться,

Ранта почувствовал, что попал в беду, оставил свое укрытие в тени дерева и вместо этого вошел внутрь.

Ствол дерева, похожий на сотни переплетенных змей, выглядел не просто так, а состоял из множества тонких стволов. Благодаря этому, с некоторыми поисками, он нашел брешь, казалось, что он может попасть внутрь.

Он понимал, что это опасная авантюра. Из-за дерева Ранту, вероятно, не было видно. Точно так же он не мог видеть за пределами дерева, поэтому был вынужден угадывать ситуацию, основываясь на звуках.

Чтобы попасть внутрь, потребовалась некоторая работа, так что то же самое, скорее всего, произойдет и на выходе. Это означало, что если Такасаги разнюхает его местонахождение, он не сможет уйти.

Его сердце бешено колотилось, если не сказать больше.

Старик постоянно кричал — Ранта! Рантаааа!

Голос старика тоже приближался.

Честно говоря, знаешь что? Я вроде как думаю, что, возможно, напортачил.

Да. Ну, конечно же. Если бы вы спросили, действительно ли он так думал, то это было бы не совсем так, или, может быть, он просто немного думал, но, может быть, и нет. Это было бы равносильно поражению, понимаешь? Это был человек, который никогда не сомневался, что добьется успеха. Что толку думать о том, что случится, если он потерпит неудачу? Он пересечет этот мост, когда дойдет до него. В конце концов, он был редким человеком, обладающим мудростью, храбростью и благородством в одном лице...

Но он не испугался. Ни капельки. Это можно сказать определенно.

В качестве доказательства Ранта не сдвинулся ни на дюйм, когда прямо там−трудно было точно сказать, насколько далеко, но, вероятно, это было действительно близко−он услышал голос Такасаги, кричащего — Ранта!

Он затаил дыхание и остался на месте. Может быть, он был напуган до полусмерти, спросите вы? Нет, нет, нет. Это было совсем не так, ясно? Он был уверен,что с ним все будет в порядке. В конце концов, отсюда все шло гладко, понимаешь? Мужчина. Серьезно.

Жаль, что я не могу показать тебе, каким спокойным и хладнокровным был тогда Ранта, подумал он, ухмыляясь. Чтобы показать всему миру и объявить о нем, чтобы все услышали. Например, Вот великий Ранта-сама, могущественнейший из всех Рыцарей Ужаса!

Как бы то ни было, поскольку он не мог убежать, он должен был молчать. Он был честно и искренне готов к этому.

Но я явно не ожидал, что засну, ладно?..?

Ну а теперь...

Как долго я был без сознания?

Сколько же именно минут прошло с тех пор, как он услышал голос Такасаги так близко? Десятки минут? Или через несколько часов?

Он подумал об этом, но потом сказал:

Да, я не знаю. Откуда мне знать? Например, о продолжительности времени и тому подобном. Но должен ли я продержаться какое-то время, верно? Сейчас самое время проявить терпение, верно? Ведь старик все еще может быть где-то поблизости, верно? Если он там, то у меня все равно будут неприятности, верно? Мол, безумное количество неприятностей. Терпение, терпение. Дерево. Станьте частью дерева. Нет, станьте самим деревом. Я и есть дерево. Дерево. Так что дерево. Как бы ты на меня ни смотрел, там нет ничего, кроме дерева.

Самое древовидное дерево. Совершенно дерево...

Он... старался быть терпеливым, понимаешь?

Я просто проявляю терпение.

Но все же ... ..

Это очень тяжело.

Это и есть страдание.

Что же это такое? Тренировка?

Медитация?

Разве я монах?

С чего бы мне быть монахом? Я не святой человек. В этом нет никакого смысла. А если серьезно?

Я хочу отлить.

Отлить здесь было, наверное, бесполезно. Хотя, возможно, ему придется подумать об этом в худшем случае. Само собой разумеется, что Ранта-сама был реалистом, и если бы дело дошло до кустарника... э-э, нет, если толчок пришел, чтобы пожать плечами... нет, толчок пришел к толчку, он не был бы против сделать это, но прямо сейчас, было ли это так плохо, что он просто должен был уйти? Была ли это кризисная ситуация? Неужели конец света уже близок? Нет, не совсем так...?

Позволь мне выйти и сказать это. Человек не может победить свой мочевой пузырь. Это и есть истина.

Ну, уши у него были широко расставлены, как блюдца − только не потому, что вы не открываете их широко, как блюдца, а делаете это глазами,−но если не считать того, что уши могут быть похожи на блюдца, то он держал уши поднятыми, пока держал свой мочевой пузырь, и не слышал ничего, что указывало бы на то, что кто-то находится поблизости, так что, вероятно, все было в порядке.

Такасаги определенно проходил здесь. Однако его уже не было поблизости. Так же, как и конец света, Такасаги не был близок.

Никто не имел права жаловаться, если он пришел к такому выводу. Как будто он не мог сдержаться. Он должен был ссать, ссать, ссать, ссать, черт возьми. Если он этого не сделает, то превратится в злого демона. Он мог бы умолять о помощи, но никто не собирался ему помогать, так что он просто должен был сделать что-то со своей мочой сам.

В принципе, я собираюсь это сделать!

Это единственный выход! Вот и все!

Проталкиваясь сквозь гибкие стволы, или ветви, или что там еще было, он выпрыгнул наружу. Естественно, он огляделся и убедился, что вокруг никого нет.

Смотри, смотри, смотри, видишь? Там никого не было, ясно? Именно так он и думал, верно? А это означало, что все было именно так, как планировалось, не так ли? Черт, он вот-вот лопнет.

Нет, успокойся, не паникуй, сказал он себе. Он что-то напевал себе под нос, расслабленно, но быстро, спустил штаны, и ... ..

— Ах...

Его голос просочился наружу.

Это чувство С-В-О-Б-О-Д-Ы...

Но, надо же, как это вышло. Это точно было так. Она выплескивалась наружу. Неужели он так долго сдерживался?

Думая об этом, он не ушел туда навсегда, так что он должен был держать его довольно долго, но могло ли такое количество мочи поместиться внутри одного человека? А как насчет этого? Это объем мочи. Разве это не странно? Трудно было поверить, что все это принадлежит ему одному. Может быть, его мочевыводящие пути связаны с чем-то еще? Например, и там был резервуар с мочой на десять человек? Он подозревал, что на самом деле эта моча идет оттуда...

— Ох...

Он вздрогнул.

Казалось, что все это уже кончилось.

Ранта забыл засунуть свою штуку обратно в штаны и испустил самый глубокий вздох в своей жизни.

Это чувство достижения, оно не было чем-то таким, что можно было бы посмеяться.

Например, я не знаю. Может быть, я был рожден для этого момента? И таким образом, я снова начну идти вперед, чтобы создать свою легенду?

Если говорить несколько преувеличенно, то в этот момент Ранта испытывал такое чувство, будто стал всезнающим, Всемогущим Богом. Все будет хорошо, и нет ничего невозможного. Он верил в это, поэтому, когда вдруг услышал, что его зовут по имени, то никак не ожидал этого.

— Ранта!

Вот почему все это казалось нереальным, и Ранта медленно обернулся.

Он вышел из тени дерева метрах в десяти впереди.

— Так вот где ты был, а? — сказал одноглазый-однорукий человек.

Первой мыслью Ранты было, что это должна быть моя реплика или что-то в этом роде, но он не мог выговорить ни слова. Вместо этого у него вырвалось что-то вроде икоты. — ИИП...

Такасаги остановился и нахмурился. — Эй. — Он указал на него подбородком.

С этими словами Ранта, наконец, ответил —...Да, сэр.

— Да, сэр, для чего я это говорю? "Мы не учитель и не ученик", — подумал он, на мгновение сильно смутившись.

Однако, когда он думал об этом, их отношения были не совсем похожи на отношения мастера и ученика в течение короткого времени.

Ну что ж, тогда Всё в порядке, подумал он. Да, Нет, это не так. Я Незнайка? Хм. И это все...?

— А пока сделай что-нибудь с этой штукой — сказал старик.

— ...Что это за штука?

— Только не говори мне, что ты вышел из укрытия, чтобы отлить.

— Ах...!

Ранта понял, что его вещь все еще висит свободно и свободно, и поспешно засунул её в штаны. В смятении он вытащил Рипера и встал в стойку.

Такасаги даже не показал, что положил руку на ножны своей катаны. Что же он видит своим правым глазом? О чем именно думал этот человек? Казалось, его лицо говорило — Может быть, пришло время покурить", но этого явно не могло быть.

Фух, Ранта перевел дыхание. Его тело стало съеживаться. Ты не можешь так двигаться. Этот старик собирается пронзить тебя одним взмахом. "Держи себя в руках, я", предупредил он себя. Или вам лучше расслабиться вместо этого? — Трудно сказать. Подожди, как же ты можешь расслабиться, идиот?!

Расстояние между ним и Такасаги составляло около семи метров. Должен ли он сократить дистанцию прыжком и пойти на внезапную атаку? Нет пути, нет пути, нет пути. Это был не тот противник, с которым можно было бы работать.

Неужели Такасаги был один? Есть ли у него союзники? Он хотел бы, чтобы осмотреться, но это было опасно, чтобы отвести глаза от Takasagi сейчас. Слишком опасно. Это было бы практически самоубийством. Серьезно, серьезно, этот старик был просто слишком сумасшедшим. Это было просто смешно.

Ранта мгновенно вспотел.

— Просто позволь мне сказать... — Такасаги вздохнул. Он вывернул шею, и из сустава послышался треск. Этот звук заставил Ранту подпрыгнуть, и он почувствовал жгучий стыд в груди от этого факта.

— ...Ч-Ч-Что?

— Теперь у тебя нет ни одного шанса из миллиона победить меня.

-Я ... если это один шанс на миллион, то стоит хотя бы попытаться...

— Я же сказал, что у тебя нет даже этого одного на миллион.

— Ты этого не знаешь! Нет, пока я не попробую!

— Затем попробовать его. Я возьму тебя на себя.

Такасаги с легкостью вытащил свою катану.

Его левая рука безвольно повисла, а острие меча почти касалось земли.

Даже я знаю, подумал Ранта, стиснув зубы. Я же не идиот. Я прекрасно понимаю, что ты не тот противник, которого я могу победить.

В чем же была разница в их способностях?

Если Ранта был 50-го уровня, то Такасаги-99-го...

А? Уровень? А что это за уровень? Ну, боевой уровень или что-то в этом роде? Как бы то ни было, даже если он не был вдвое сильнее, Такасаги был почти вдвое сильнее. Это был довольно большой разрыв. К примеру, рост Ранту был около 170 сантиметров, так что в два раза больше, чем в 340 сантиметров. Если он будет драться с таким парнем, его шансы на победу будут равны нулю.

Были ли какие-то лазейки, которыми он мог бы воспользоваться?

По сути, их вообще не было.

В конце концов, этот человек никогда не пропускал ни одного трюка. Если это выглядело так, как будто там было отверстие, то это была причина для осторожности, и лучше всего было предположить, что это была ловушка.

Как же этот однорукий, одноглазый мужчина средних лет мог быть таким могущественным?

Хотя бы на короткое время, Такасаги обучил Ранту, как учитель обучает ученика. Так что, конечно, Ранта думал об этом по-своему. Где же секрет могущества Такасаги?

С точки зрения его спортивных способностей, они, вероятно, не были выше среднего уровня. Это означало, что он не был исключительно быстрым или сильным. Что касается выносливости, то он уже не был молод, так что ему следовало бы уже миновать свой пик. Был ли это опыт? Естественно, у него это было. Но это, конечно, не могло быть все, что нужно было сделать.

Это был не просто Такасаги. Есть одна вещь, что все крепкие парни, как правило, имеют в общем, и это был песок. Если и было что-то особенное в сильных парнях, то это то, что их ничто не могло поколебать. Даже если бы они были в кризисе, где им следовало бы подумать, я теперь полностью облажался. Я точно умру, Они были абсолютно спокойны, не так ли? У них было достаточно мужества, чтобы быть такими, как он.

Неужели все крутые парни такие тупые? Неужели они не чувствовали ни страха, ни угрозы?

Скорее всего, дело было не в этом. Если бы это было так, они были бы просто идиотами.

Дело было не в том, что они не боялись, а в том, что они знали, что от страха не будет никакого толку, и они справлялись с угрозой, правильно осознавая, что это была угроза. Так оно и было, верно?

Такасаги был страшен. Очень страшно. Так страшно, что даже если он уже отлил, Ранта может обмочиться. Когда перед ним такой страшный враг, что он может сделать?

Он перестал потеть.

Все это время его дыхание было неровным, но теперь Ранта дышал нормально.

Губы Такасаги изогнулись вверх с одной стороны.

— Да. Вот и хорошо.

Он что, думает, что он мой учитель или что-то в этом роде?

Нет, если я разозлюсь, то все будет совсем не так, как раньше. Я должен смотреть на вещи такими, какие они есть, и принимать их. Я не знаю, чего хочет Такасаги, и это не имеет значения. Я многому могу научиться у Такасаги. Это самое главное.

— Ну и что дальше, Сэнсэй? — спросил он.

Единственный глаз такасаги слегка прищурился. — Я не очень хороший словесный учитель. Тебе придется учиться на ходу.

— Ах вот как? Ну, тогда ладно. — Ранта отскочил прямо назад. — Это мне тоже больше подходит!

Выхлоп. Стороннему наблюдателю могло показаться, что он просто прыгает, но на самом деле все было по-другому. Когда обычный человек пытался прыгнуть высоко или далеко без разбега, он сгибал колени и приседал, а затем быстро вытягивал колени, чтобы прыгнуть. Рыцари Ужаса так не поступают. Они использовали специальный метод, чтобы не столько согнуть, сколько скрутить свои лодыжки, колени и талию, что мгновенно создавало взрывную вспышку силы.

Вдобавок, пиная землю пятками и пальцами ног поочередно, они могли увеличить свое движение вперед. Эта особая техника, называемая Теневым Шагом, была в некотором смысле тем, что делало страшного рыцаря Рыцарем Ужаса. Он использовал мышцы ног, которые обычно не использовались, поэтому его нельзя было узнать просто наблюдая, и, вероятно, только Рыцарь Ужаса знал бы точно, как он работает.

Из-за Теневого Шага икры Рыцаря Ужаса были необычайно развиты и деформированы. Кроме того, использование Теневого Шага не только отшлифовало их навыки движения, такие как Выхлоп (Exhaust), Выскок (Leap Out) и Промах (Missing), но и придавало остроту различным навыкам атаки, таким как Ненависть (Hatred).

Разница в силе между ними была совершенно очевидна, но Такасаги не был Рыцарем Ужаса. Есть вещи, которые мог бы сделать Ранта, страшный рыцарь, а Такасаги-нет.

Если у Ранты и было что-то, в чем он имел преимущество перед Такасаги, то это в том, что он был Рыцарем Ужаса.

— А ты все болтаешь, Ранта...?!

Такасаги немедленно последовал за ним.

Для парня средних лет он был до смешного быстр на старте. Тем не менее, он был не так хорош, как Выхлоп Рыцаря Ужаса.

Не говоря ни слова, Ранта воспользовался Выхлопом во второй, затем в третий раз и еще больше увеличил расстояние между собой и Такасаги. Если бы он мог продолжать использовать Выхлоп вечно, то можно было бы сбежать вот так. Однако, очевидно, это было невозможно. В долине тысячи было много препятствий, таких как деревья, и земля не была ровной.

В то время как он был в середине своего четвертого Выхлопа с теневым шагом, избегая столкновения с любыми деревьями, он почти зацепился ногой за мертвую ветку. Он не мог позволить себе упасть. Немного споткнувшись, Ранта остановился.

Такасаги подошел ближе. Он был все еще более чем в десяти метрах от меня. Что ж, так оно и было, наверное, метров двенадцать-тринадцать. У Ранты было много свободного места для побега.

— Пока, старик...!

Ранта повернулся к Такасаги спиной. Если бы это была чистая игра в пятнашки, то Ранта, будучи младшим из них двоих, не проиграл бы.

Кроме того, у него была фора в двенадцать метров, так что он мог убежать. Сделай так, чтобы все выглядело так, будто он собирается драться, а потом закажи его оттуда. Это было очень похоже на то, что сделал бы Ранта. Это был обычный, но эффективный ход.

Проверяя расположение деревьев, Ранта пробежал метров двадцать.

Расстояние между ним и Такасаги почти не изменилось.

А как насчет парней из Форгана? Но сейчас он никого не видел. Разве они не были где-то здесь?

Это как раз вовремя?

В тот момент, когда он подумал об этом, Ранта без колебаний отскочил назад с Выхлопом.

Крутанувшись всем телом в воздухе, он выпрыгнул наружу. Он бросился на Такасаги.

Такасаги... смеялся.

Смейся. Смейся сколько душе угодно.

Ранта качнул Рипера вниз по диагонали.

Ненависть (Hatred). Это был удар со скоростью и всей его силой, но катана Такасаги легко отбросила его в сторону. С Рантой обращались как с ребенком.

Конечно. Я знал, что так и будет.

Ранта тут же отступил при помощи Выхлопа. Потом использовал пропавших без вести. С помощью этого навыка, чтобы описать его в самых широких терминах, он повернул верхнюю часть своего тела влево или вправо, а затем прыгнул в противоположном направлении. Большинство людей полагались на свое зрение, и это позволяло легко обмануть их тем, что они видели. Противник будет пойман на движении Рыцаря Ужаса, и они будут смотреть в том направлении, куда его верхняя часть тела качнулась вопреки им самим. Однако рыцарь ужаса на самом деле двигался в противоположную сторону, так что казалось, что они на мгновение потеряли его из виду.

Однако Такасаги не попался на уловку. Его единственный глаз был твердо прикован к Ранте.

Это означало, что подобный трюк не сработает с таким закаленным в боях ветераном, как он.

Хорошо, что хоть это стало ясно, если не все остальное. В конце концов, Такасаги, похоже, неплохо умел перехитрить своих противников. Ранта не собирался драться с ним таким образом.

Ранта использовал прыжок по диагонали влево. Он отошел от Такасаги метров на семь-восемь.

Такасаги даже не пошевелился. Он уже ждал меня. Он видел его насквозь, не так ли?

Я впечатлен, старина. Но я не отступлюсь только потому, что ты можешь меня понять. Я собираюсь это сделать.

От Выхлопа он изогнулся всем телом и выпрыгнул наружу. Это была та же самая атака, что и раньше, но на этот раз он не бросился вниз вместе с Рипером.

Он сделал выпад.

Гнев (Anger).

Такасаги не стал блокировать удар катаной, а плавно уклонился влево.

А вот и он. Контратака, да?

Ранта использовал Промах (Missing), чтобы все выглядело так, будто он идет налево, а потом прыгнул вправо.

Такасаги не стал вытаскивать свою катану. Похоже, он колебался, но кто знает? Движение его верхней части тела с отсутствующим должно было иметь еще более сильный эффект на близком расстоянии, так что, возможно, даже Такасаги ушел, о!

Сможет ли он воспользоваться этим?

Он собирался это проверить.

Даже если он сохранит спокойствие и использует все свои силы и способности как нечто само собой разумеющееся, этого будет недостаточно. Сила Ранты была далеко не такой, как у Такасаги, поэтому ему нужно было что-то добавить.

Он использовал Выхлоп (Exhaust) и снова выпрыгнул, чтобы набрать некоторое расстояние, затем повернулся и опять использовал Выхлоп (Exhaust) и выпрыгнул, чтобы прыгнуть к Такасаги.

Ранта занял позицию для Ненависти (Hatred). Радиус действия был таким же.

Такасаги приготовился блокировать удар своей катаной. Может быть, на этот раз вместо того, чтобы отворачивать его в сторону, он отбросит его назад.

До этого Ранта использовал Промах (Missing), чтобы сделать вид, что он идет налево, а затем прыгнул вправо, размахивая мечом.

Похоже, ему удалось застать Такасаги врасплох. Он попятился, чтобы не попасть под меч Ранты.

— Интересно.

Ах, да? Тебе это интересно, старина? Ну что ж, я только начал, подумал он, но вслух ничего не сказал. Чтобы сражаться без разговоров, требовалось изрядное упорство. Но Ранта должен был это сделать.

Он использовал Выхлоп (Exhaust) и выпрыгнул, чтобы уйти от Такасаги.

Убери все лишние движения.

Он наконец-то начал понимать.

Я вовсе не был серьезен. Я хочу стать сильным. Я собираюсь стать сильным. Я обязательно это сделаю. Я был весь в разговорах. Я мог бы подумать, что отдаю ему все силы, но этого было недостаточно.

Ну и что? Когда случался кризис, я всегда был настолько серьезен, насколько это вообще возможно. Но это верно для любого человека. Не важно, насколько ты добродушный дурак, но когда дела идут плохо, ты впадаешь в отчаяние. Я делал только то, что сделал бы любой другой, но я был полон себя, думая, что делаю все правильно.

Я был наивен.

В конце концов, я стал успокаиваться.

Я мог бы сделать гораздо больше, но не сделал этого.

Итак, что же я сделал?

Я винил других.

— Я делаю то, что должен, просто отлично, так в чем же проблема с вами, ребята? Вы просто кучка отбросов без малейшего таланта, не так ли? Ну, я думаю, что не могу винить тебя. В конце концов, мы были просто объедками. Мы просто кучка мелкой сошки. Но я совсем другой, понимаете? Я имею в виду, что знал это с самого начала. Я вижу самые разные вещи. С самого начала я ничего от вас не ожидал, ясно? Просто сделай все, что в твоих силах. Но в любом случае, если мы добьемся успеха, то только благодаря мне, а если потерпим неудачу, то по твоей вине. Харухиро. Особенно ты. Это твоя вина, что ты лидер, когда у тебя нет к этому способностей. Не потому ли мы в таком печальном состоянии, что ты все портишь по мелочам? Если это все, что ты можешь сделать, то почему я должен быть лучше?

Не то чтобы я действительно так думал, подумал Ранта. Но часть меня смотрела на вас, ребята, с чувством отстраненности. Даже если вы, люди, делаете все возможное с той единственной жизнью, которую вы получаете, есть пределы тому, что вы можете сделать. Я имею в виду, посмотрите на себя.

Я совсем другой. Потому что я с вами, ребята, я не могу продвинуться в этом мире, но если бы я присоединился к лучшей команде, я бы работал безумно усердно и достигал супер удивительных вещей. Я человек, которого сам Ренджи признал, ясно? Я сделан из другого материала, чем все остальные. Совсем другое дело.

Хотя он и верил в это, с другой стороны, он, вероятно, чувствовал себя неуверенно.

Ранта вывернулся и использовал Выхлоп (Exhaust), Выскок (Leap Out) и приблизился к Такасаги. На этот раз это был Гнев (Anger).

Такасаги перенес свой вес на правую ногу и слегка приподнял катану. Тем не менее, наконечник был все еще ниже его талии. Это была оборонительная, более низкая позиция. Он наблюдал за тем, что будет делать Ранта. Такасаги стал осторожнее. Ранта заставил его насторожиться.

Но не надо радоваться, сказал он себе. Не позволяй этому ударить тебе в голову.

Ранта не дал волю Гневу (Anger). Вместо этого он использовал Пропажу (Missing) в последний момент. Все выглядело так, будто он шел направо, а потом прыгнул налево. Но он не стал размахивать мечом. Такасаги следил за Рантой своими прекрасными глазами. Его катана не сдвинулась ни на дюйм.

Ну, тогда как насчет этого?

Здесь он снова использовал Пропажу (Missing).

Такасаги слегка приподнял свою катану.

Ранта с ненавистью набросился на Такасаги.

Катана Такасаги столкнулась с Рипером, и полетели искры.

Когда их клинки почти соприкоснулись, Ранта использовал отбой. Используя запястья, локти, плечи, талию и даже ноги, он отбросил противника в сторону.

Такасаги только один раз отступил назад, прежде чем сумел удержаться на ногах. Он подошел к Ранте.

Ранта использовал Выхлоп (Exhaust), чтобы повернуть голову назад. Выхлоп. Выхлоп.

Такасаги не стал его преследовать.

Вот так так. Он глубоко вздохнул и расслабился. У меня есть потенциал−или должен быть.

Но, серьезно, серьезно, неужели это все мои способности?

Неужели настоящий я сильнее?

Может быть, причина, по которой я не могу проявить свою силу, потому что я тусуюсь с кучей мелкой сошки?

Но все же ...

Если я доведу себя до предела своих возможностей, где я больше ничего не смогу сделать, занимаясь тренировками или чем-то еще, и это все, что я достигну, я буду вне себя от шока.

Даже я это знаю. Кричать все время в разгар боя бессмысленно. Я думаю обо всех этих специальных названиях атак, но в конце концов они не такие уж и особенные. Харухиро и остальные серьезно, серьезно приближаются к своим пределам, и я действительно получаю спасение от них, я знаю. Но ведь это не мой стиль, не так ли? Сосредоточившись только на одной вещи, как идиот, и продолжая делать это. Это займет целую вечность размышлений о том и сем. Я − это я, и они не всерьез пытаются меня остановить, так что же плохого?

У меня есть запас энергии. У меня есть место, чтобы расти спокойно. Это очень легко для меня. Легко. Что же это они так серьезно настроены? Они слишком серьезны, приятель. Какая связка ворчуны. Я не шучу, это они так говорят.

Вы, ребята, всегда такие серьезные, и это неубедительно. Это не круто, ладно? Я имею в виду−

Я имею в виду, что вы изо всех сил боретесь, покрываетесь кровью и грязью, продолжаете бороться, и если это не сработает, что тогда..?

Я не могу ужиться с этими ребятами, подумал я. — У нас разные философии. Наши убеждения не совпадают. Есть разница в том, как они думают, и в том, как я думаю. В конце концов, мы плохо подходим друг другу. Это не то место, где я должен быть. Но, ну, продолжать что-то, потому что я уже начал это делать? А это уже кое-что. Я выдержал это испытание и сумел зайти так далеко.

Но в конце концов наши дороги должны были разойтись. Я всегда собирался расстаться с этими ребятами. Потому что он должен был быть где-то там. Место, которому я принадлежу. Команда, которая мне могла бы понравиться от всего сердца. Они будут ценить меня должным образом, и я тоже буду уважать их.

Причина, по которой я такой, Харухиро, это твоя вина.

Это не моя вина. И я не ошибся. Я вовсе не слабак.

Я − каблук. Все меня ненавидят. Вот и прекрасно. Меня это нисколько не беспокоит. Такую роль на самом деле легче играть, знаете ли.

Я не нуждаюсь в том, чтобы меня любили. Если я соглашусь с этим, мне не нужно будет обращать внимание на ваши потребности. Мне не нужно корчиться. Я могу делать все, что захочу. Да, говори что хочешь. Что бы вы там ни думали, я в полном порядке, черт побери.

— Рантааааа

Такасаги поднял свою катану. Левая рука, сжимавшая рукоять его катаны, была почти у самого подбородка. Клинок был немного наклонен вправо от Ранты. Его левая нога была выдвинута вперед. Его колени были согнуты, а бедра опущены.

Ранта мало что знал о том, как используется катана, поэтому он работал над предположениями, но это, вероятно, была комбинированная наступательная и оборонительная позиция.

В следующий раз, в самом начале, другими словами, когда Ранта попытался напасть, он хотел раздавить его. Так сказать, никогда не давал ему начать. Такасаги уже достаточно насмотрелся на движения Ранты, и ему удалось взять себя в руки. По крайней мере, это было то, что Такасаги решил.

...Он думает, что может недооценивать меня.

Давайте сделаем это!

Если ты думаешь, что можешь остановить меня, то, черт возьми, можешь попытаться!

Если бы Ранта был таким же, каким был до этого, он бы позволил крови прихлынуть к голове и бросился бы на Такасаги. Это было бы совсем не похоже на рост.

Он был в восьми метрах от Такасаги. Ранта намеренно остановился.

— ...А? — Такасаги слегка нахмурился.

Не беспокойся. Я еще ни разу не струсил. Я − Рыцарь Ужаса.

Он мог сражаться как настоящий Рыцарь Ужаса. Это было его единственным преимуществом.

А у Рыцаря Ужаса было больше, чем просто их боевое искусство ужаса.

— О Тьма−

Когда Ранта попытался произнести свое заклинание, Такасаги бросился в атаку. Ранта как-то умудрялся продолжать петь, не теряя концентрации.

— О повелитель пора, призыв демона.*

— Ах ты, собака Скуллхела..! — катана Такасаги вытянулась. Это был не удар и не пощечина. Как будто рука Такасаги слилась с его катаной и превратилась в хлыст.

Это было очень близко. Если бы он хотя бы на мгновение медленнее отступил назад Теневым Шагом, Ранта пал бы жертвой катаны Такасаги. Если бы он запаниковал и убежал еще немного раньше, даже если бы ему удалось продолжать петь на бегу, заклинание, возможно, не было бы завершено.

На том месте, где Ранта был мгновение назад, прямо за спиной Такасаги, появилось нечто похожее на черно-фиолетовое облако. Облако быстро превратилось в вихрь.

Резко вдохнув, Такасаги начал поворачиваться, а затем отпрыгнул в сторону.

Облако уже принимало знакомые очертания. Его можно было бы описать как человека с пурпурной простыней на голове, несущего нож в правой руке и похожее на дубинку оружие в левой. Несмотря на то, что он плавал, у него были две правильные ноги, и это заставляло его чувствовать себя странно сырым. Два его глаза были похожи на дыры, а под ними виднелась похожая на разрез пасть.

Его звали Зодиак-кун.

Демон страшного рыцаря Ранты.

— Кехе... Ехехеххе...! Давно не виделись, никчемный Ранта...! Иди умри десять тысяч раз прямо сейчас...!

— Нет ... — Такасаги резко взмахнул мечом. — Умрешь ты!

Зодиак-кун сделал плавающее сальто назад, чтобы избежать удара Такасаги. — Кехе... Кехехе... Ты хочешь умереть раньше Ранты, старик...?

— Я вовсе не старик! Я ведь едва достиг среднего возраста!

Такасаги пошел на Зодиак-Куна. Он был нехарактерно взвинчен.

Зодиак-кун скользнул назад, уходя от Такасаги. Затем Зодиак-кун делал еще один плавающий сальто назад или поворачивался, чтобы избежать катаны Такасаги.

Переводя дыхание, Ранта наблюдал за Такасаги. Неужели такой человек, как старик, так легко сломается? Но он этого не знал. Это могло быть уловкой, или он мог быть чувствительным к тому, как он стареет, и злиться, несмотря на себя. Ранта не мог сказать, что это было.

Такасаги был хорошим актером. Он не стал так легко раскрывать то, что было у него на сердце. Значит ли это, что он все-таки действовал? Он заманивал сюда Ранту? А может быть, целью Такасаги было сбить Ранту с толку?

Каждое его движение имеет какое-то намерение.

Это же настоящая битва, а?

Я должен использовать свою голову по максимуму, как это?

Какая боль. Я не могу этого сделать. Я все улажу быстро, одним махом. Я собираюсь попрощаться со старым собой, который так думал, верно?

— О тьма, О повелитель порока, Яд Ужаса! — Ранта вызвал темный миазм и попытался поглотить им Такасаги.

Такасаги бежал от миазмов и от Зодиака-Куна. Он помчался с быстротой, какой не ожидаешь от человека средних лет, и убежал. Миазмы почти не могли выследить его. Однако Ранта предсказал, в каком направлении отступит Такасаги.

Ранта использовал прыжок, чтобы прыгнуть в том направлении, куда шел Такасаги, и использовал срез. Он замахнулся Рипером в форме цифры-8. Нет, на половине восьмого меч Ранту был отбит катаной Такасаги.

-— Кехе...! — Зодиак-кун догнал Такасаги и уже замахнулся вниз своим похожим на нож оружием.

Вот тут-то Такасаги и сделал нечто потрясающее. Вероятно, он повернул свою катану вниз по диагонали, а затем сразу же, не останавливаясь, снова повернулся и поднял свою катану вверх.

Зодиак-кун каким-то образом блокировался ножевидным оружием, а Ранта блокировался мечом, но−Ранта приземлился на спину, его руки онемели, и он был близок к тому, чтобы уронить свой меч, в то время как Зодиак-кун был отправлен в полет на пять или шесть метров.

Какая сила.

Я тоже почти ничего не видел. Теперь это было чертовски быстро, знаете ли...?

Нет, сейчас не время удивляться. Ранта нагнулся и воспользовался Выхлопом. Хотя он и держался на некотором расстоянии от Такасаги.

Проклятье...

Да пошел ты, старик.

— Так что ты сможешь это сделать, если постараешься, Ранта. —Такасаги хвастливо похлопал плоской стороной своей катаны по левому плечу и криво усмехнулся Ранте.

Это ведь легко для вас, не так ли?

Да, это понятно. Только что Такасаги дал Ранте шанс. Пока Ранта лежал плашмя на заднице, он мог бы рассечь его пополам, если бы захотел. Он сознательно решил этого не делать.

Такасаги издал гортанный смешок. — Ты просто однажды умрешь.

Почему? Почему он не убил меня? Он что, пытается сделать меня своим должником? Он что, всерьез все еще изображает из себя учителя? Пошел ты. ДА ПОШЕЛ ТЫ к черту до смерти.

— ...Да.

Ранта все это принял.

Зодиак-кун смотрел в эту сторону, но не давал никаких словесных оскорблений, которые были специальностью демона. В глубине его дырявых глаз что−то блеснуло-а может быть, Ранте просто почудилось.

— Ты совершенно прав. Ранта узнал его и вздохнул. — Но я же не умер. Это значит, что я могу продолжать бороться с тобой.

— Не столько. — Такасаги пожал плечами и шмыгнул носом. Он посмотрел вниз. Затем он тотчас же поднял голову и устремил свой единственный глаз на Ранту.

— Все, что я собираюсь тебе сказать так это то что, мы готовы простить тебя только на этот раз. Босс вовсе не сумасшедший, а насчет остальных я ничего не знаю, но если я встану на сторону босса, то они тоже встанут в очередь. Пойдем со мной, Ранта.

Ранта попытался открыть рот. Но что он должен был сказать..?

Я должен тебя выслушать? Старик, ты действительно так себя чувствуешь? Ты ведь не пытаешься застать меня врасплох, правда? Ты же не сделаешь этого, да? Ты бы сделал это, если бы пришлось, конечно, но не против меня. Даже не делая этого, ты можешь убить меня. В таком случае...

— Ты это серьезно?

Ты это серьезно имеешь в виду?

Ты проделал весь этот путь не для того, чтобы убить меня за то, что я ударил тебя в спину, а чтобы вернуть меня обратно?

Ты меня простишь?

Я, который фактически плюнул тебе в лицо? Меня можно простить? Ты хочешь сказать, что я могу вернуться в Форган? Это действительно так...

Ранта моргнул. Не раз. Он несколько раз моргнул. Он почувствовал, как что-то поднимается у него в носу. У него чесались глаза. Он чуть было не щелкнул языком. Он стиснул зубы.

— Не делай этого.

Не сказать, что вещи для меня.

Я наконец-то решил уйти, а ты будешь меня задерживать.

— ...Я был на пределе своих возможностей — сказал Ранта.

Даже если бы старик сказал это, я не должен был бы говорить такие вещи. Это никуда не годится. Держи свой рот на замке. Я ударил их ножом в спину. Это было предательство, столь же явное, как и любое другое, и я сделал это со словами — Ха, как тебе? Нравится?

Что бы я сейчас ни говорил, это всего лишь отговорки. Вот и прекрасно. Вот почему я предал их таким образом. Так что даже если бы я захотел вернуться, то не смог бы.

— Если я еще немного побыл с вами, ребята... Я собирался стать членом Форган, телом и душой. — сказал Ранта. — Я чувствовал, что буду любить вас, ребята, от всего сердца. Жить и умереть вместе с вами. Я чувствовал, что вот-вот начну с этим мириться, и у меня не было ни малейшего сомнения на этот счет... Это был мой предел. Я был на распутье. Я должен был сделать выбор. Чтобы стать членом Форгана, или...

— Или что?

— ... Чтобы остаться со мной.

— Когда ты говоришь "я", что ты имеешь в виду?

— Любить... Это я до того, как столкнулся с вами, ребята.

— Тот самый Ты, который напрасно тратил время, играя с кучкой сопляков, которых едва ли знал?

— Дело не в том, что я просто дурачился.

— А?

— Тебе могло показаться, что мы просто дурачимся. Они старались изо всех сил, по-своему. Мы прошли через многое, и некоторых ребят даже не стало.

— Если ты жив, то рано или поздно все умирают. И ты, и я тоже. Даже наш босс, который чувствует, что вы можете убить его, и он все равно не останется мертвым. Даже с Арнольдом-нежитью, если ты размозжишь ему голову надвое, он заткнется навсегда. Ну и что с того?

— ...У меня был напарник. У меня не хватило сил, и я позволил ему умереть.

— Ты позволил ему умереть? Слишком большие слова доя тебя, Ранта. Неужели ты настолько велик, что можешь взвалить на свои плечи жизнь и смерть других людей?

— Если бы у меня было больше времени, он, возможно, и не умер бы.

— Нет, это неправильно. Причина его смерти заключалась в том, что он не был наделен ни богатством, ни личной силой, чтобы бороться против своей судьбы. Вот так каждый из нас умирает сам по себе.

— Я уверен, что ты прав — сказал Ранта. — Старина, наверное, все именно так, как ты говоришь. Если бы я остался в Форгане, то в конце концов стал бы думать так же, как ты. Даже если вы, ребята, ладите, вы не так уж странно прилипчивы. Каждый стоит на своих собственных ногах. Даже если ты тусуешься с кучей единомышленников, ты знаешь, что останешься один, когда умрешь. Такова жизнь. Вы, ребята, настоящие мужчины. Ты классный мужик, и я это уважаю. Я тоже хочу быть похожим на вас, ребята.

— Тогда будь как мы. Не вздрагивай из-за каждой мелочи и живи смело, будь то долгая или короткая жизнь. Именно такая решимость тебе и нужна.

— Это было бы ложью.

— Ну и что же?

— Я не тот человек, которым я являюсь. Я мог бы остаться в Форгане и подражать тебе. Я уверен, что мне это понравится. Но на самом деле я не такой.

— Небольшой совет от парня средних лет. Слушай, Ранта. Нет ничего более важного, чем настоящий ты, который существует где-то там. Это касается не только тебя. Это касается и меня тоже. Не думай, что какой-то путь был заранее подготовлен для нас обоих. Если ты видишь перед собой дорогу, то это иллюзия. Дорога остается позади, когда ты идешь по ней. Когда ты оборачиваешься и смотришь на шаги позади себя, вот кто ты есть. Через секунду они могут повернуться совсем в другую сторону. Да и ты тоже. Настоящий ты − это не то, что ты ищешь и находишь. То, как ты живешь, решает, кто ты есть на самом деле. Другими словами, это и есть настоящий ты.

— Ты точно умеешь говорить — засмеялся Ранта, но Такасаги слегка улыбнулся, ничуть не смутившись.

— В конце концов, я уже много лет живу. Но я так не выгляжу.

— Ты действительно так выглядишь, черт возьми.

— А я знаю, ха.

— Да. Я могу сказать, что ты прожил вдвое дольше меня. Честно говоря, то, что ты говоришь, просочилось внутрь. По сути, ты говоришь, что независимо от того, кто я и кем я был, если я решу это, я могу быть тем, кем хочу быть, верно? Если я хочу жить как член Форгана, я могу это сделать...

Ранта сделал глубокий вдох, затем выдохнул.

Такасаги ничего не ответил. Однако если Ранта будет молчать, Такасаги придется либо настаивать на ответе, либо снова задавать этот вопрос.

— Ты еще вернешься?

Он не хотел, чтобы Такасаги произнес эти слова. Это было совсем недолго, но Такасаги действительно обучил Ранту, как учителя. Даже сейчас он учил его кое-чему. Нравится ли ему это делать? Возможно.

Если бы у него были только его навыки, он не пользовался бы таким доверием у парней в Форгане, и не был бы в положении авторитета и руководства. Может быть, Джамбо и не слишком разборчив в этом, но он все-таки человек.

Неужели Такасаги присматривает за Рантой только потому, что они оба люди? Возможно, это и есть его часть. Но так или иначе, Такасаги пришел, чтобы вернуть Ранту.

Ранта был ему благодарен.

Но он никогда не поблагодарит его.

— Вначале я стал одним из вас только для того, чтобы спасти свою шкуру и помочь этой никчемной девушке — сказал Ранта. — Это было только из соображений целесообразности. Я думал, что смогу поладить с вами, ребята, и решил, что неплохо было бы побыть с вами еще какое-то время. Если бы я был в ваших рядах, мне не нужно было бы думать о каждой мелочи, я мог бы пить хорошую выпивку, работать в команде, веселиться и развлекаться жизнью и смертью. Это было самое лучшее, черт возьми! Это было так здорово, что меня затошнило! Не важно, через какой ад мне придется пройти, у меня есть причина, по которой я должен открыть магазин рамена Могузо & Ранты! По какой причине, спросишь ты?! Потому что я решил, что именно так и поступлю! Да, это я! Рыцарь Ужасааааааа...!

Он даже потерял счет тому, что говорил где-то посередине, но внутри него что-то кипело так горячо, что казалось, вот-вот вырвется наружу.

Это была кровь. Горячая кровь. Что-то такое, чего он никогда не чувствовал рядом с Форганом.

Тогда он был еще тепловат. Я вижу. Так вот оно что.

Когда я был с Парупиро и остальными, я был слишком легок к себе, и это оставляло меня чувствовать себя теплым в результате. Но даже в этом случае они были такой кучкой никчемных неудачников, что ситуация обычно была тяжелой, а кризисы жизни и смерти были почти ежедневным явлением, так что моя кровь в конечном итоге кипела сама по себе. Однако, когда я попыталась убежать в Форган, мне снова стало не по себе.

Я мог уважать Джамбо, равняться на Такасаги и дружить со многими людьми. Разве это мой жизненный путь?

Я говорю — Нет.

Это было действительно привлекательно, и я уверен, что это было бы хорошо, но это не то, что я, мое великолепное я, ищу в глубине своего сердца и души.

— Кехехе...! — Зодиак-кун вдруг издал зловещий смешок.

Такасаги слегка напрягся, затем повернулся к Зодиаку-Куну.

— Эхе...! Эхэхэхэхэхе...! Хорошо сказано, Ранта...! Будь проклят до смерти...!

— Ты − …

Такасаги потерял дар речи. Ну, конечно же. Даже старик будет потрясен.

Я имею в виду, что даже я здесь в растерянности, ясно?

Зодиак-кун менялся на глазах у всех.

Погоди, Зодиак-кун, Эта штука, похожая на простыню... Ты действительно его носил?

Теперь простыня была свернута или, скорее, откинута назад, и появилась гладкая фигура, не совсем мужская или женская, но явно не человеческая. У него была голова−но не было лица! Там не было ни глаз, ни носа, ни рта.

— Серьезно? Это довольно мерзко, понимаешь?

Хотя это было только на секунду, он смог увидеть обнаженное тело Зодиака-Куна, которое ему было любопытно, но он не хотел видеть. Похожее на лист существо, которое было снято с демона, развалилось и распалось на части, превратившись во что-то вроде веревок, которые обвились вокруг Зодиака-Куна. Кроме того, нож и похожее на дубину оружие пошли ба-бам, и превратились в струны, тоже принимая новые формы в руках Зодиака.

— Он... Хехехехехе...Hehehehehehehehe...Hehehehehehehehehehehehehe...

Это просто безумие.

Серьезно сумасшедший.

Мои слезы.

У меня насморк.

Ранта вздрогнул.

Там был кто-то в темно-фиолетовых доспехах, закрывающих все их тощее тело, не оставляя никаких зазоров, и держащий длинную, похожую на нагинату руку-шест с сильно изогнутым лезвием в обеих руках.

Форма оружия, дизайн доспехов − они не могли быть более зловещими, и это было неописуемо удивительно.

Да. Вот в чем дело.

Так ведь?

Это ведь та самая штука, верно?

Если ты говоришь о Рыцарях Ужаса, то так и должно быть, верно?

— ...Чертовски круто — сказал Ранта.

— Эхе... Ехехехе... Хвали меня еще больше... Умри, восхваляя меня...

— Нет, погоди, Зодиак-кун − это ты?

— Эхе... Хе-хе... Я требую "Сан", ты слабый кусок дерьма...

— Ну, тогда ладно, Зодиак-кун-сан...?

— ...

— Зодиас-Сан? Разве это лучше?

— ...

— О! Как насчет того, чтобы сменить твое имя на Зоди? Тогда я добавлю Сан, это сделает тебя Зоди-Саном.

— ...Сама.

— Зоди-сама? Сама, да? Хм... — Ранта склонил голову набок. — Да, насчет этого -сама. Находились Зоди-сама. Это просто неправильно звучит. Хотя, думаю, это не так уж и плохо. А как насчет Зоди-сама? Нет, не важно, что я думаю об этом, сам просто не прав. И это тоже-Сан. Тем не менее, ты ведь мой демон, верно? Погоди, а зачем ты идешь и развиваешься сам по себе?! В последнее время я не совершал никаких ритуальных действий, когда приношу жертвы Скуллхеллу, чтобы накопить порок! Я не делал этого уже целую вечность! Но я не смог бы этого сделать, даже если бы захотел! Я молился в своем сердце, но мы были в Дарунггаре,и тогда все случилось!

— Дело вот в чем...

— Это что такое?

— Хехех...

Что-то похожее на лисий огонь вспыхнуло в глазах Зоди и замерцало. Но это было еще не все. От всего тела демона исходил слабый воздух, напоминающий яд ужаса.

— Это секрет компании... Эхе... Корчитесь и страдайте, пока в конце концов не умрете...

— Но нет, ты же не компания!

— Скуллхелл наблюдает за нами...

— А?

— Я... Скуллхелл... Тееееееемный Боооооог...

— Н-ни за что! Skullhell?! Сам этот человек?! Ты уже проявился?! Нет, это не "человек", я думаю, что технически ты Бог...

— Тиееехнически...?!

— С-Соуви! Технически-нет! Ты же настоящий бог, Боже! Я имею в виду, черт возьми, посмотри на эту божественную ауру! Эй, Боже Мой! Ты такой благочестивый! Бог среди богов! Если бы ты не был богом, Скуллхелл-сама, был бы Бог где угодно!

— Ярость... Хех...

— Я...мне очень жаль...!

Здесь можно было сделать только одно.

В тот момент, когда он испытал эту вспышку вдохновения, его тело начало двигаться.

Он вскочил и изогнулся всем телом в воздухе. Затем, приземлившись с такой силой, что его голова едва не ударилась о землю, он опустился на четвереньки и прижался лбом к Земле. Это был его главный козырь.

ЭТО БЫЛ НАСТОЯЩИЙ ПОКЛОН!

— Нет!

ЭТО БЫЛ ПРЫЖКОВЫЙ ПОКЛОООН!

— Я тебя умоляю...! Помилуй, Скуллхелл-сама!

— Хехех... Хех...

— Я сделаю все, что угодно, хорошо?! Может быть, "все что угодно — это слишком много?! Эм, я отдам тебе все, что угодно, кроме моей жизни. Ну, честно говоря, я надеюсь, что ты отпустишь меня только этим проявлением моих чувств, но мне придется сделать все возможное, чтобы пойти на компромисс, правда...

— Похоже, что нет... достаточно раскаивайся... Эхехе...

— Т-ты думаешь?! Но я...я так не думаю! Эй, старина, ты ведь согласен со мной, верно?!

— Ты перекладываешь разговор на меня? — недоверчиво переспросил Такасаги. — Бессовестный, как ты?

— Ты ведь видишь, правда? Я такой бесстыжый, понимаешь?!

— У меня нет слов...

— Ты собираешься бросить меня?! Ах ты трус!

— Серьезно, что я должен был сказать..?

— Думай сам, глупец! Упс, только что это было немного далеко. Прости, прости меня. Ранта засмеялся, встал и держал Рипера наготове. — Лааадно, я не знаю, как это случилось, но то, как я убивал всякую дрянь ужасным рыцарским способом, должно быть, повысило мой ранг, или уровень, или силу моего Зоди! А теперь давайте сделаем ужасную рыцарскую штуку и отвратительно удвоим команду старика!

— Ты же прирожденный кусок дерьма, не так ли? — На лице Такасаги отразилось раздражение.

Дело было не только в том, что его тело не было напряжено; он даже выглядел расслабленным. Может быть, это было не просто отсутствие напряжения; может быть, его бдительность тоже была ослаблена. Если так, то отлично.

Зоди, который был одержим Скуллхеллом−но не совсем, демон делал это только как комедийный эпизод−крутанул злобно выглядящую длинную нагинату один раз, а затем медленно приблизился к Такасаги.

— О тьма, О повелитель порока!.. Аура Ужаса. — Ранта тут же вызвал темно-лиловый воздух и закутался в него.

Этот воздух был благосклонной формой Скуллхелла, и он усиливал физические способности Рыцаря Ужаса, и это увеличивалось с количеством накопленного порока. Ранта в какой-то момент накопил достаточно пороков, чтобы Зодиак-кун превратился в Зодиака.

Я в отличной форме.

Мое тело-это свет. Такое ощущение, что мой вес стал легче наполовину.

Блин, это просто потрясающе.

Власть не просто переполнена, понимаешь?

У меня такое чувство, что сейчас пойдет кровь из носа.

Но даже в этом случае он не мог позволить себе думать об этом. Он быстро увлекся и споткнулся. Это была дурная привычка Ранты: как бы горячо ни горела его душа, он должен был держать голову холодной.

Если быть честным с самим собой, ему хотелось кричать. Чтобы издать громкий боевой клич. Но он этого не сделает ... не потому, что это бессмысленно. Потому что это был бы негатив.

Такасаги взглянул на Ранту, потом на Зоди. Левая рука Такасаги слегка напряглась, когда он взмахнул катаной. Опустив подбородок, он встал на прямую линию между Рантой и Зоди. Такасаги не смотрел ни на Ранту, ни на Зоди, и даже не повернулся к ним спиной.

Посмотри на него! Ранта отдал приказ, и Зоди двинулась вперед.

От того времени, когда Зоди был очаровательным Зодиак-куном, не осталось и следа. В то же время он мог видеть свое отражение в Демоне, и у него уже сформировалась привязанность. Однако демон − это всего лишь демон. Возможно, было бы неплохо очеловечить его и обожать в свободное время, но он должен был эффективно использовать его в бою.

Будь бессердечным, сказал себе Ранта. Нет, это вообще ошибка-проявлять привязанность к демону.

— Хиеееееееееееееееееееееееееееееее...! — Зоди размахивал своими длинными нагинатами в Такасаги.

Ранта тоже выскочил с прыжком наружу. Но не прямолинейно. Он попытался встать где-то за спиной Такасаги. Такасаги бы хотел предотвратить это, но Зоди был здесь.

Катана Такасаги отбросила назад длинную нагинату Зоди.

Зоди использовал инерцию от толчка назад, чтобы раскрутить нагинату, и сделала еще один такой же замах.

Такасаги отпрыгнул влево по диагонали. Вот тут-то Ранта и напал на него.

Гнев.

Такасаги вывернулся из-под меча Ранты.

Затем, следующее, что он помнил, была контратака.

Такасаги замахнулся своей катаной с чем-то вроде удара наотмашь, так что Ранте было трудно предугадать это. Если бы его тело не было заточено аурой ужаса, он, вероятно, не смог бы так быстро среагировать и увернуться от нее.

Ранта все еще был выбит из равновесия, и едва успел вырваться с прыжком наружу. Такасаги не смог последовать за ним и напасть.

— Эээээээээ...! Ээээээ...! Эээээээээээ...!

Зоди опустил свою длинную нагинату. Толчок, толчок, он продолжал атаковать Такасаги.

Такасаги не стал блокировать удар своей катаной. Он с легкостью избегал длинной нагинаты. Однако он не стал игнорировать Зоди и пошел за Рантой. Он не мог этого сделать.

Зоди не собирался убивать вместе с Такасаги. Зоди никак не мог победить Такасаги в одиночку, поэтому демон держал его в узде, прижимая к земле, и сосредоточился только на этом. Нет, именно это Ранта и заставлял делать демона.

Тем не менее, даже если бы он заставил Зоди полностью сосредоточиться на роли танка, это не продлилось бы долго. Такасаги увидет только через нападения Зоди. Когда это случилось, Зоди уже спускался вниз. В мгновение ока, наверное.

Ранта вывернул и использывао Выхлоп, выпрыгнув наружу, чтобы броситься на Такасаги.

Ненависть.

Хотя дыхание Такасаги на какое−то мгновение стало неистовым, он отмахнулся катаной от длинной нагинаты Зоди и тут же повернулся к Ранте и ... нет. Но дело было не в этом.

Когда длинная нагината была отброшена в сторону, Зоди стоял перед ним нараспашку.

Такасаги шагнул в пределы досягаемости демона, схватил Зоди и толкнул её вниз. Затем, снова повернувшись к Ранте, он взмахнул катаной по диагонали.

Когда Такасаги схватился с Зоди, это шло вразрез с ожиданиями Ранты, и он был уже в середине замаха.

Казалось, что время растягивается, когда катана Такасаги постепенно приближалась. Ранта пытался согнуться назад, чтобы избежать этого, но у него ничего не получалось.

Почему я тоже медлю, а не только старик?! Если мы оба будем медлительны, то в этом нет никакого смысла.

Его гнев был направлен не туда. И он это знал. Время не сделало ничего плохого. Но почему он двигался так медленно с самого начала? Казалось, его голова сама по себе двигалась быстрее, и у него было время поспорить с самим собой о том, что делать дальше. Он мог думать все, что угодно, но если он не сможет двигаться быстро, то это не принесет ему никакой пользы.

Катана Такасаги, казалось, вот-вот вонзится Ранте в подбородок.

Он был уже почти там. Если бы он мог еще немного согнуть свое тело,то смог бы увернуться от него на волосок.

Он не мог согнуться еще немного.

Если он получит хороший удар по нижней части моей головы, это будет чертовски больно, и я не смогу достойно сражаться. С врагом, с которым я столкнулся, будучи опытным стариком, это будет конец, верно?

Нет.

Но это еще не конец. Я не собираюсь умирать... Возможно. Я не хочу умирать.

В таком случае мне еще многое предстоит сделать. Возьми самую легкую рану, на которую я способен, и отбивайся. Я ведь могу это сделать, правда?

Да, я могу это сделать. Я собираюсь это сделать. Я ведь Рыцарь Ужаса. Я чувствую себя так "Ну и что? Но какой Рыцарь Ужаса когда-нибудь сдавался так грациозно? Рыцари ужаса упрямы до такой степени, что чувствуют себя жадными. По крайней мере, возможно!

Но... а?

Это очень странно.

Катана Такасаги потеряла свою остроту. Может быть, я смогу увернуться от этого?

— Ого...!

Тело Ранты разом выгнулось назад. Его голова ударилась о землю.

Ой!

Мост, верно? Вот как это называется, да? Это положение?

— Хм...! Само собой разумеется, что он не мог оставаться в таком положении, поэтому он использовал свою голову как точку опоры, развернулся всем телом, набирая инерцию, и подпрыгнул. — Хох...!

Промахнувшись, Такасаги с неловким выражением лица щелкнул языком, а затем сделал выпад катаной. — Ага...!

— Это на тебя не похоже, старина. — Крикнул Ранта и отбросил катану Такасаги в сторону, а затем нанес ему удар ножом.

Такасаги заблокировал его своей катаной, затем, прежде чем их клинки смогли сомкнуться, он отрегулировал угол своего клинка и толкнул.

Такасаги хотелось поскорее уйти. Он не хотел запирать клинки. Если бы это было так, Ранта бы зацепился.

— Нгх...! Ура...! — голос Ранты просочился сам по себе.

Такасаги был хитрым старым лисом. Он использовал небольшие движения, некоторые толчки и рывки, направление, в котором он смотрел, и где он искал, чтобы встряхнуть Ранту. Такасаги пытался отбросить его назад.

В этом не было никаких сомнений. Такасаги не хотел, чтобы заблокировались лопасти.

Думая об этом, он, конечно же, не стал этого делать у Такасаги было более крупное телосложение, чем у Ранты. У него было больше силы руки, тоже, наверное. Но у Такасаги была только одна рука. Если он испытает эту силу против Ранту, который держал свой меч в двух руках, то даже Такасаги будет бороться с этим.

Даже если Такасаги и был мастером катаны, ничто не могло изменить того факта, что он потерял свою доминирующую руку. Он не мог использовать то, чего у него не было.

Это было правдой, способности Ранту были далеки от того, чтобы касаться Такасаги, из-за чего Ранта переоценил Такасаги. По сути, он был напуган.

Он не мог быть слишком самоуверенным, но и излишняя нерешительность тоже не годилась. Если бы его дух был набором весов, он хотел бы держать их в равновесии. Это было нелегко. Но даже если это будет трудно, он сделает это.

— Черт...! — закричал Такасаги.

Может быть, от нетерпения Такасаги попытался обхватить правую ногу Ранты своей собственной. Ранта был осторожен не только с катаной, но и с нападениями на ноги, поэтому он думал, что сможет справиться с этим. В этот момент в его сознании возник некий образ, и тело Ранты пошевелилось само по себе.

Двигая свой меч вверх скользящим движением, он скользнул лезвием по верхушке катаны Такасаги. В этот момент острие его меча находилось в таком положении, что могло вонзиться в лицо Такасаги.

Такасаги тоже перекатил свой меч, пытаясь выбить меч Ранту вверх.

Ранта решил не сопротивляться и, подняв меч, покатил его вниз. Острие снова нацелилось в кончик носа Такасаги.

Единственный глаз такасаги широко раскрылся.

Ранта воткнул в него меч.

Такасаги изогнулся всем телом и, задыхаясь, отскочил назад.

Она была неглубокой. Слишком мелкой. От меча Ранты на правой щеке Такасаги осталась лишь царапина длиной около двух сантиметров. Это тоже была всего лишь рана на теле.

Ранта с облегчением отступил, потом перевел дух. Пора снова сосредоточиться. Он должен был перейти к следующему вопросу.

Но все же ... ..

Я сделал это, напарник.

Ему хотелось выкрикнуть свое имя в знак благодарности, но он сдержался.

Сейчас не время впадать в сентиментальность. Верно, напарник?

— Это ветер, да? — Такасаги легонько крутанул левым плечом по кругу и сплюнул на землю. Его глаза были устремлены вверх. Они были остекленевшими. Каким-то образом он стал совсем другим. Дикий, но ужасно холодный. Так оно и было... Жажда крови, да?

— А ты что, воин? — Усмехнулся Такасаги. — А ты не страшный рыцарь?

Ранта не ответил. Это была середина серьезной битвы. Как будто он собирался открыть рот. Хотя, даже если бы он хотел поговорить, он не был уверен, что сможет это сделать. Это было похоже на то, как будто он проглотил камень или что-то еще, потому что его голос не выходил наружу.

Такасаги.

— Ты гораздо искуснее, чем я ожидал, Ранта. Если бы я обучал тебя, то через несколько лет, я уверен, ты будешь очень полезен.

Старик.

Черт, да ты просто пугаешь.

Если я хоть на секунду оторву от тебя взгляд... нет, если я сделаю хотя бы один вдох, меня могут порезать. Но это не может быть правдой. По крайней мере, я так думаю, но правда ли это? Могу ли я сказать наверняка, что меня не вырубят? Не знаю. Я не могу сказать наверняка. Несмотря на это, это совершенно другой Такасаги, чем раньше.

Человекоубийца-вот какое слово промелькнуло в голове Ранту. Такова ли была истинная природа Такасаги?

— Что касается меня, то именно это я и собирался сделать. — сказал Такасаги. — К лучшему или к худшему, но в нашей группе мы все немного безответственны. Между нами, такого рода отношения мастера и ученика принципиально невозможны. Я думал, что меня это вполне устраивает, но я уже много лет живу. Я по глупости думал, что мог бы попробовать кого-нибудь обучить. У тебя был приличный опыт, и ты видел ад. У тебя тоже хватило мужества. Это, как правило, на самом деле более важно, чем талант. Я имею в виду, что если ты оставишь гения в покое, он будет расти и без тебя. Ты посредственный, но неплохой материал для работы. Я думал, что вобью в тебя все, что у меня есть. Что это хороший способ убить время. Я очень разочарован.

Ранта отрицательно покачал головой.

Не колеблясь.

Что бы там ни говорил Такасаги, я не могу позволить этому беспокоить меня. Игнорировать его. Не слушай меня.

Кроме того, почему я позволяю старику болтать без умолку? Он зря тратит свое дыхание. Должна же быть какая-то лазейка, которой я смогу воспользоваться. Здесь ничего не может быть. Но несмотря на это ... ..

Ранта не только не мог двинуться вперед, но и рука, державшая его меч, слегка дрожала.

Эй, Зоди. Сделай что-нибудь. Нет костей, а?

Зоди, которого и раньше толкали вниз, давно уже встал. Демон мог бы ударить Такасаги своей нагинатой с того места, где он сейчас находился, но он не сдвинулся с места.

Я что, лягушка, Замерзшая из-за того, что на нее смотрит змея?

Нет−я не лягушка. Я съем эту чертову змею. Съешь его целиком.

Он хотел было прыгнуть, но Такасаги опередил его. Он и представить себе не мог, что это совпадение. Из-за этого времени казалось, что он видит его насквозь.

В следующее мгновение он увидел перед собой Такасаги.

Он просто огромен.

Старик с широко раскрытым единственным глазом и скривившимися в легкой улыбке губами был похож на великана. Ранта попытался защищаться с помощью Рипера. Хотя и не намеренно. Это была своего рода инстинктивная самозащита.

И все же меч Ранту поймал катану Такасаги. А может быть, Такасаги намеренно ударил Ранту мечом. Можно сказать, что он ударил её кулаком. Или даже: он избил её до полусмерти.

Раздался невероятно громкий лязг, лязг, лязг. Катана такасаги была похожа на одну из колонн гиганта. Меч Ранты пронзительно кричал. Ранта и сам был близок к тому, чтобы закричать. Единственное, чего он не сделал, так это не закрыл глаза. Это было лучшее, что он мог сделать.

Смотри, сказал он себе. Продолжай искать. Если я не буду держать глаза открытыми и смотреть, я умру. Он меня убьет. Хотя, даже если я буду искать, он все равно может убить меня.

— Wahahahahaha...! — Такасаги рассмеялся.

Что это за ужасное существо? А этот парень-человек? Он просто чудовище.

Ранта не столько думал об этом, сколько чувствовал. Парень был освобожден от ограничений человеческого существования. Это было безумие. Это было совершенно очевидно невозможно.

Дело было не в победе или поражении. Но проблема была не в этом. Он был в шаге от того, чтобы сломать свою волю.

Но ведь я все еще жив, не так ли?

Даже сейчас он помнил об этом. Это было выжжено в его памяти, и оно никогда не исчезнет.

Мертвая Голова Наблюдает За Крепостью. Орк-хранитель. Ядовито-темно-красные доспехи и шлем, скрывавшие его массивное тело. Черные с золотом волосы, выбившиеся из-под шлема. Два ужасных ятагана. Двоевладелец, Зоран Зеш.

Даже Ренджи был отправлен в полет, но его напарник не дрогнул. Он попытался ударить его Благодарственным ударом.

Зоран был не просто огромен, он был быстр. Он ударил напарника Ранты прежде, чем тот успел его ударить. Сначала в левое плечо. Затем-верхняя правая рука. Левое предплечье. Правое бедро. Левая сторона головы. Он тоже ударился головой.

Даже после этого избиения его напарник все еще стоял, и Зоран был явно встревожен.

Почему же этот человек не пойдет ко дну? Должно быть, он был озадачен и испуган тоже.

Именно благодаря партнеру Ранты они смогли взять Зорана вниз. Потому что до тех пор, пока его силы не иссякли−нет, даже после этого−его напарник оставался на ногах.

Могузо.

Мне не нужно кричать, что это благодаря тебе я могу здесь оставаться.

Я рискну своей жизнью и докажу это.

Если я это сделаю, то это будет доказательством того, что ты выжил.

Дело было не столько в том, что он не смог блокировать катану, сколько в том, что он больше не мог её блокировать. Рипер был сломан как сумасшедший и полетел. Однако это был и его последний шанс.

Когда меч покинул руку Ранты, Такасаги отскочил назад, как будто хотел убить его следующим ударом, и в тот же миг−

— Рамен...!

Почему это слово вырвалось наружу? Естественно, он был связан с магазином рамэна Могузо & Ранты, который он когда-нибудь откроет. Другими словами, это была надежда, это была жадность, и это было выражение его воли жить, несмотря ни на что.

Ранта отпрыгнул назад с самым сильным Выхлопом, на который был способен.

Естественно, Такасаги гнался за ним по пятам. Для парня средних лет он был быстр!

Ты что, старик, дикий зверь? Впрочем, я это предвидел.

— Keeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeee...!

Зоди напал на Такасаги сзади. Демон все это время держал Такасаги в пределах досягаемости своей длинной нагинаты. Демон был не в состоянии двигаться, потому что Ранта был напуган, но как только он смог двигаться, он сразу же смог напасть.

Такасаги пришлось ответить. Если бы он этого не сделал, то был бы убит длинной нагинатой.

В конце концов Такасаги увернулся и уклонился от длинной нагинаты Зоди. Не теряя ни секунды, он закричал — Ура..! — и сделал невероятный толчок, от которого его рука, казалось, вытянулась вперед. Не упуская свой след, катаной пронзил грудь Зоди.

— Он...− Зоди превратилась во что-то вроде черного пара и мгновенно рассеялся.

— Рантааа! — Такасаги обернулся и крикнул.

Он больше не видел своего лица. Вернее, Ранта не смотрел на Такасаги.

И он побежал.

Он был полон решимости бежать.

Он не думал «я не умру», или «я хочу жить», или «я буду жить», или что-то в этом роде. Душой и телом он бежал. Вот и все, на чем он был сосредоточен.

Направление движения не имело значения. Он даже не пытался сознательно бежать. Ранта просто бежал и бежал.

Он продолжал бежать со всем, что у него было.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

5. Нет Пути Назад

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

Здания в деревне были спасены от распространения огня, и большинство из них не сгорело. Вероятно, потому, что хотя бы на короткое время шел сильный дождь.

К счастью, если что-то в этом можно было назвать удачным, то это здание тоже было нетронутым.

Она была там. В коридоре с грязным полом здания, которое использовалось как тюрьма. Она лежала на спине, лицом вверх, а её полусжатая правая рука лежала у бедра. её левая рука была немного согнута наружу, а ладонь обращена вниз. её правая нога была немного согнута внутрь, в то время как левая была вытянута почти полностью прямо.

Ни в коем случае не было похоже, что она спит. Она была тяжело ранена.

Ее лицо с закрытыми веками казалось совершенно обескровленным.

Он хотел хотя бы привести её конечности в правильное положение. Но что же было правильным? Способность Харухиро верить в то, что все правильно, давно исчезла. Ему казалось, что в этом мире нет ничего простого. Все было неправильно, и именно поэтому все так обернулось.

Если вы думали о том, что было, как было. Так и должно быть.

Юме подошла к ней, нахмурила брови, попеременно поджимая и кусая губы, и какое-то время смотрела на нее сверху вниз. Затем она рухнула в сидячее положение. Шихору молча обняла Юме за плечи.

Кузаку не предпринял никаких попыток, чтобы войти в здание.

— ...Почему? и — это не может быть правдой... — он что-то бормотал себе под нос.

Сетора и Киити, серая ньяас, тоже были снаружи.

Джесси склонился над ней... её безжизненная голова гладила щетину на его подбородке.

Пока он стоял там, на нее упала тень Харухиро.

Джесси позвал шамана, или кем он там был, и велел ему лечить Харухиро, Кузаку и Юме.

Шаман был человеком с кожей, похожей на старую, потрескавшуюся кожу, который не походил ни на орка, ни на человека, и Джесси обратился к нему как к Ниве.

Харухиро ожидал, что Нива пойдет с ними в тюрьму, но Джесси не просил его об этом. Харухиро не был так уж удивлен. Будь то шаман, священник или кто-то еще, но если человек потерял свою единственную жизнь, его уже ничто не спасет.

Есть один способ. Только один, сказал Джесси.

Харухиро не поверил этим словам. Он ничему не мог поверить. Он не собирался ни за что цепляться, но все же привел Джесси туда, где она спала, и не хотел просыпаться.

— Я все понимаю. Да, она точно мертва. — Джесси прямо заявил об очевидном. Подняв голову, он посмотрел на Харухиро. — Можно мне к ней прикоснуться?

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Нельзя — мгновенно ответила Юме. Это был низкий, слегка хрипловатый голос, с ужасной интенсивностью, учитывая, что он исходил от нее. — Что ты такое говоришь? Мерри-тян − подруга Юме. Не смей её трогать.

Джесси пожал плечами: — Я подумал, что было бы плохо просто прикоснуться к ней, поэтому спрашиваю разрешения.

— Юме говорит, что ты не можешь!

— Юме — Шихору крепко обняла Юме и сердито посмотрела на Джесси. — А зачем? Какой смысл в том, что ты пытаешься сделать?

— Я хочу проверить, насколько она свежа — сказал Джесси и криво улыбнулся. — Ах. Это был плохой выбор слов. Слишком прямолинейно? Мое извинение. Окольно... — он сделал паузу, подыскивая подходящее слово в языке, на котором они все говорили, и наконец сказал — Я не очень хорошо умею говорить вещи косвенным образом. В принципе, если труп слишком сильно поврежден, это вызовет проблемы. Видите ли, тут требуется некоторая подготовка. Я хочу кое-что проверить.

— Что... Только что ты собираешься делать? — Шихору справилась.

— Разве я не сказал? Нет никаких сомнений, что она мертва, но есть один способ воскресить ее. Я, конечно, готовлюсь к этому.

— Воскр... — Юме широко раскрыла глаза, переводя взгляд с Мерри на Джесси и обратно. — Воскресить... Воскреснуть? Ты имеешь в виду вернуть Мерри-тян к жизни?

Джесси не ответил на вопрос Юме, а вместо этого перевел взгляд на Харухиро. — Можно мне её потрогать? Харухиро посмотрел на Шихору, чтобы увидеть её реакцию. Нет, он искал помощи. Сам он ничего не мог решить. Он не мог принять никакого решения. Если Шихору не кивнула, Харухиро, вероятно, будет молчать вечно.

Не дожидаясь ответа Харухиро, Джесси прижал пальцы к шее Мерри, приподнял её руку и попытался согнуть пальцы. Как будто он думал, что Мерри была какой-то куклой, и он проверял диапазон движения её суставов и их прочность.

У Харухиро закружилась голова. — Хватит — подумал он. Ему хотелось закричать на Джесси и отшвырнуть его прочь. Почему же он этого не сделал? Возможно, потому, что он считал, что не имеет на это права.

— Она не в такой уж плохой форме — Джесси убрал руки с тела Мерри. — Если мы начнем прямо сейчас, то никакой реальной подготовки не потребуется. Теперь это просто вопрос того, что делать.

— Что значит что делать? — наконец-то открыв рот, это было все, что Харухиро смог сказать.

— Воскресим ли мы её или нет? — Джесси встал, затем сделал короткий вдох. — В конце концов, я не могу этого решить. Это зависит от всех вас.

— От... нас?

— А до этого, я думаю, мне следует объяснить хотя бы немного.

— А разве есть такое... состояние? — нерешительно спросила Шихору.

— Думаю, это можно назвать и так. Джесси поднял одну бровь и фыркнул. — Ты ведь хочешь заранее знать, что произойдет, верно?

Может быть, он подслушивал снаружи? Кузаку вошел в здание и опустился на колени рядом с Харухиро. Почему он так официально преклонил колени? Его большое тело подергивалось.

— Чт... Что же теперь будет? — спросил Кузаку. — с Мерри-Сан?

— Ну, если я сделаю что-то определенное, то на какое-то время она вернется к жизни.

Харухиро попытался что-то сказать в ответ, но голос его подвел.

Держись.

Подожди.

Просто жди.

А что это значит сейчас?

— На какое-то время. Это какие-то ужасно зловещие слова. — На какое-то время. У меня в груди так тесно, что даже больно. У меня в голове полный бардак.

— А что, есть какой-то риск?

Шихору была единственной, кто задал правильный вопрос. Скорее всего, единственная, кто держал голову ровно или пытался её удержать,−была Шихору.

— Риск — Джесси повторил это слово в ответ, слегка склонив голову набок. — Риск, хм. Наверное, можно сказать и так. Позвольте мне сказать вам хотя бы это. Я тоже однажды умер и вернулся. И я не единственный, кто вернулся этим путем. Вероятность неудачи−ну, я не буду говорить, что её нет, но вы можете предположить, что она практически есть.

— Ты... — Кузаку поднял глаза на Джесси, не в силах даже нормально говорить. — Ты... однажды умирал...? Ха...? Умер...? А потом вернулся?

— Проще говоря, она может вернуться к жизни, как и я, который уже однажды умер. Здесь нет никакого риска, но есть цена, которую нужно заплатить. Это потому, что она вернется на мое место.

Это было трудно понять так внезапно. А что сказал Джесси?

— Она вернется вместо меня?

— На моем месте — что именно это означало?

Мерри была мертва. Но он сказал, что её можно оживить определенным образом. Ну и что?

А как же Джесси?

— Чтобы вернуть Мерри обратно... — голос Харухиро звучал так, словно эхом отдавался где-то очень далеко. — ...ты должен умереть...?

— Да. Вот в чем был бы феномен. — Джесси сказал это так, будто ничего особенного не произошло.

— Вот именно... — Шихору опустила голову. — Б-А...

Юме легонько ударила Шихору по спине, как будто похлопывая ее. Вероятно, это было неосознанное движение. Пока рука Юме двигалась, она, казалось, размышляла.

— Ха-ха... — Кузаку издал короткий смешок. Он понятия не имел, что происходит, и это, возможно, заставило его невольно рассмеяться.

— Кстати, вам, ребята, не стоит волноваться по этому поводу. — В голосе Джесси не было ничего, кроме равнодушия. Это явно касалось его, но он как будто не чувствовал, что это имеет к нему какое-то отношение. — Это было немного страшно в первый раз, но я уже испытывал это раньше, так что я знаю, что произойдет. Мой Джесси Лэнд получил довольно серьезный удар. Слишком много хлопот, чтобы начать все сначала с первого этапа. Я с радостью закончу эту игру.

— И-Игра окончена Это... — Кузаку приподнял бедра, поправил сидячее положение и положил руки на колени. — ...Безответственно, не правда ли? Янни-сан не шевелится...

Джесси вздохнул и щелкнул пальцами. — Это никогда не было благотворительностью с самого начала. Я сделал это, потому что это было весело. Если тебе стало скучно, значит, все кончено. Вот что такое окончание игры, верно?

Этот человек был очень странным.

Он уже однажды умер, так что это был его второй раз−

Ну и что с того, что он знает, что такое смерть? Он все равно будет умирать.

Нет, дело не в этом, верно?

Джесси однажды умер, и если они приняли его историю за чистую монету, то кто-то умер, чтобы вернуть его обратно.

До этого Джесси не был тем существом, которое трудно было назвать человеком, тем, кто мог принять удар в спину и отмахнуться от него. Джесси был человеком. Когда он вернулся, все изменилось.

Харухиро прижал обе руки к затылку. Он схватился за волосы. Умерев и вернувшись обратно, Джесси оказался таким же, как сейчас...?

— Она может вернуться к жизни, как я, который уже однажды умер. — сказал Джесси, верно?

Разве это не значит ... .. Мерри кончит так же, как Джесси?

Харухиро посмотрел на лицо Мерри. её улыбка на грани смерти исчезла. Когда он так пристально смотрел на нее, честно говоря, это выражение можно было назвать только безжизненным. На самом деле у нее вообще не было никакого выражения лица. Потому что её жизненные функции прекратились.

Он не хотел узнавать ее, но Мерри там была не более чем предмет. Он не мог думать о ней таким образом, и он не мог относиться к ней как к вещи, но это был факт. Та Мерри была всего лишь остатками того, что когда-то было Мерри.

Если бы он не использовал метод, о котором говорил Джесси, Мерри не просто осталась бы такой; она даже не смогла бы поддерживать форму, которая была Мерри.

Подумайте о сезоне. Она начнет гнить в мгновение ока. В конце концов проклятие короля без жизни вступит в силу, и она начнет двигаться.

Они должны были быстро похоронить ее. Принимая во внимание проклятие, лучше всего было бы кремировать ее. Это была не Альтерна, так что крематория здесь не было. Им придется самим сжечь ее. Они своими глазами увидят, как горит Мерри.

Он не хотел этого видеть. Но у него, вероятно, не было выбора. Если он не доведет дело до конца, то наверняка пожалеет об этом. Даже если он доведет дело до конца, то наверняка пожалеет об этом. Если в любом случае все будет так же, то он должен это увидеть. Харухиро, наверное, будет смотреть.

Я не хочу этого видеть.

Даже вообразив это−нет, даже попытавшись вообразить−каждая клеточка его тела чувствовала, что вот-вот будет раздавлена в порошок. Если бы кто-нибудь воткнул ему в мозг раскаленный железный прут и резко повернул его, он мог бы почувствовать себя так же.

Я этого не хочу.

Мерри.

Я действительно не знаю.

Ему совсем не хотелось сжигать ее. Но он должен был это сделать. Единственный другой вариант был −

Возвращение её к жизни.

Джесси говорил, что это вполне возможно. Он умрет, и Мерри вернется на его место. Неужели это действительно можно было сделать?

Если бы она была его матерью, его любовницей или кем-то, кому он был очень обязан, возможно, это было бы понятно. Но это было не так. У него не было никаких веских причин делать ей предложение, но Джесси сказал, что готов умереть, лишь бы вернуть Мерри.

Может быть, он чего-то недоговаривает?

Например, думал ли Джесси, что он уже готов умереть, или предпочел бы быть мертвым и просто хотел уже умереть? Как будто есть какая-то обратная сторона возвращения к жизни, и хотя Джесси выглядел здоровым, на самом деле он им не был? Может быть, Джесси чувствовал какое-то страдание или смущение, и он пытался переложить это на Мерри?

Если она вернется, что будет с Мерри?

Естественно, Харухиро хотел, чтобы она вернулась. Если это означает, что живая Мерри вернется к нему, он сделает все, что угодно. Он и сам был бы не против умереть. На самом деле он был готов пожертвовать своей жизнью вместо жизни Джесси.

Но что, если это был результат, которым ожившая Мерри не могла быть довольна? Если бы все было так, как сейчас, я бы хотела, чтобы ты оставил меня умирать. А что, если Мерри превратится во что-то, что заставит её чувствовать себя именно так?

— Ну так вот... Джесси широко развел руками и оглядел Харухиро и каждого из его товарищей.

Харухиро вдруг насторожился. Каким был этот человек перед смертью? Возможно, до этого он был совершенно другим человеком. Он мог бы закончить так, потому что его оживили. Мерри была бы точно такой же. Если бы она вернулась к жизни, разве это не случилось бы с ней?..?

— А что ты будешь делать? — спросил Джесси. — Похоронить её или вернуть обратно? Решайте как можно скорее. Это будет мучительно, если её состояние ухудшится, а судя по тому, как идут дела, Вулусы придут к закату. В конце концов, это займет некоторое время. Если мы это делаем, то я хочу закончить до этого.

— ...Вулусы? — шепотом спросила Шихору.

Vooloos. Это было слово, которое они услышали впервые. Если он помнил, то это говорили Джесси и Янни.

Он не знал, что это означало, но, Vooloo yakah, он сказал.

Ему ответил Не Джесси, а Сетора, стоявшая у входа. — Вулусы − также известны как волки-падальщики. — её тон был странно ровным.

— По-видимому, они родственны собакам, но они также похожи на кошек. Хотя они предпочитают падаль, они иногда нападают на живых существ-людей и орков в том числе. Они часто нацеливаются на охотников, которые уже добыли добычу и сейчас несут её домой. Охотник становится добычей, и они вместе со своей добычей съедаются Вулусами. С таким количеством мертвых людей, лежащих вокруг, я бы не удивился, если бы вулусы вынюхали их.

— Те, что в долине тысячи, совсем маленькие, верно? — Джесси указал на север. — К востоку от гор Куарон есть Вулусы, которые больше, чем туманные пантеры в долине тысячи. Они размером с медведя. Если бы все сгорело, я не знаю, как бы все сложилось, но шел дождь. Орлы и вороны, вероятно, собираются вместе, пока мы говорим. Потом придут Вулусы. Мы можем отгонять Орлов и ворон, но Вулусы гораздо сложнее. Как бы то ни было, сейчас нам нужно покинуть это место. Я уже говорил об этом Янни.

— Они начали эвакуацию? — спросила Шихору.

— Да, это так — ответил Джесси с намеренно иностранным акцентом. — Если они вернутся сюда, чтобы отстроиться заново, или будут искать другое место, это зависит от Янни и остальных. Я не буду вмешиваться. Видите ли, я потерял к нему всякий интерес. Я не делаю того, чего не хочу делать. Я решил это еще до того, как умер, и твердо придерживаюсь этого решения.

Джесси помолчал.

А потом добавил: — Кстати. Поскольку это, вероятно, вас беспокоит, просто позвольте мне сказать, что ничего кардинально не изменилось во мне, когда я вернулся к жизни.

Это зависит от вас, верить или нет. Но у меня всегда была такая личность. Но мне стало еще труднее умереть, когда я вернулся. Это было, ну, я думаю, что это большая перемена, а не маленькая. Но это было не так уж и плохо. Во всяком случае, это очень удобно.

— ...Подробности — сказал Харухиро, затем надавил на его горло.

Мой голос, он весь хриплый. Но это так. Вот и все. Именно это я и хотел сказать. Почему я не мог сказать этого раньше?

— Пожалуйста, сообщите нам подробности. В конкретном плане... если она вернется, то как она будет жить дальше? Что происходит и как... В принципе, я хочу знать все. Для того, чтобы принять решение. Я имею в виду, не совсем понимая... Я не могу этого решить. Потому что... дело не во мне. Я не знаю, как это сказать, но не могу получить её согласия... Я бы просто оживил её без разрешения. Мне нужно хорошенько все обдумать. Мне нужен материал для размышлений. Без этого, пока это не невозможно...

— Я отказываюсь объяснять.

— А?

Джесси пожал плечами: — Я рассказал вам более или менее все, что мог. Видишь ли, есть вещи, о которых я сам не могу тебе рассказать. Вы же не дураки, так что сами понимаете, верно? Это ненормально. Это здравый смысл, что люди не могут вернуться к жизни, и это факт. Такие вещи почти никогда не случаются. Это особый случай, и есть уникальные условия. Но это вовсе не чудо. Как и в случае с фокусами фокусника, какими бы таинственными они ни казались, за ними скрывается правильное объяснение. Я не могу испортить этот трюк. У меня есть на то причина. Я тоже не могу назвать вам эту причину. А что ты будешь делать? Принять мое предложение и вернуть её к жизни? Или ты её похоронишь? Решай уже. Мне все равно, что это такое.

Харухиро поднял глаза к небу.

Там была дыра. Он мог видеть небо. Было ли небо чистым и синим или черным от густых облаков, какая разница?

Это было не только для неба. Сейчас, по крайней мере, он, вероятно, ничем не интересовался. На сегодня. Неужели только сейчас? Завтра, послезавтра и даже позже-изменится ли это со временем?

Да, это было то, что случилось, да. Это тоже случилось. Да, она была жива. Мы проводили время вместе, да?

Сможет ли он оглянуться назад и вспомнить все именно так?

— Пожалуйста — сказал Харухиро, не отрывая взгляда от неба, которое он мог видеть сквозь дыру в потолке. — Если ты действительно можешь это сделать, я хочу, чтобы ты вернул Мерри.

Это дурной сон или обман? Он все еще не мог избавиться от этих сомнений. В следующее мгновение я проснусь, мы с Мерри останемся вдвоем, и Мерри будет мертва. Здесь больше никого нет. Я ничего не могу с этим поделать. Мерри просто умерла.

Или Джесси скажет “Извини”, с неуверенным смешком. Все это было ложью. Моя вина. Я просто немного подшучивал над тобой. Ты ведь знаешь, что мертвого уже не вернешь, верно?

Это не было ни.

— Ну что ж, тогда приступим к работе.

А что они будут делать? Что же должно было начаться?

Как ни странно, это было не просто Харухиро, Юме, Кузаку, или Сетора, которая ничего не сказала. Даже Шихору не спросила Джесси об этом.

Никто не открывал рта, но когда Джесси сказал: Ты мне мешаешь — Юме и Шихору молча попятились, как и Кузаку с Харухиро.

Джесси вытащил нож и прижал его к своему запястью. Затем он сказал — Если Янни или другие придут, ни при каких обстоятельствах не впускайте их. Это займет несколько часов. Я не скажу вам, чтобы вы не смотрели, но нет никакой необходимости смотреть все это. Некоторые из вас пусть выйдут наружу и постоят на страже.

Сначала Кузаку, а потом и Юме, спотыкаясь, вышли на нетвердых ногах. Юме была в оцепенении, а Кузаку рвал на части.

Шихору осталась. Харухиро тоже остался.

Джесси опустился на колени рядом с Мерри, и промямлил. — Это здесь, верно? — он перерезал себе левое запястье. Он не выказал ни малейшего колебания. Похоже, он сделал довольно глубокий порез, потому что кровь не просто текла, а хлынула наружу. — Ой. — сказал Джесси и поспешно прижал рану к плечу Мерри.

Там была ужасающая рана. Именно там её укусила Гоурелла, и эта рана, возможно, стала непосредственной причиной смерти Мерри. Было ясно, что Джесси пытается прикоснуться к порезу, который он только что сделал на своем запястье, к ране Мерри. Да и что толку от этого? Харухиро понятия не имел.

Это было ужасное зрелище, но Харухиро не остановил его.

Джесси отбросил нож, схватившись правой рукой за левое запястье. Казалось, он пытается поставить её на место. Он сделал глубокий вдох. Он поморщился.

— Харухиро — позвал он.

— ...ах... — Харухиро хотел было ответить, но его голос почти не прозвучал.

— Не мог бы ты мне немного помочь?

— Как?

— Я держу её на месте, но хочу, чтобы она лучше не отделялась. Это мой первый раз, когда я делаю это, поэтому я действительно не очень хорошо знаю этот процесс. Я думаю, что это будет в порядке, хотя. Ты же знаешь, что они говорят: Будь осторожен, как подобает, верно?

Именно Шихору сделала так, как он просил. Она нашла в своих вещах большой кусок ткани и, дрожа всем телом и тяжело дыша, обернула его вокруг левого запястья Джесси и шеи Мерри.

Харухиро ничего не сделал. Он ничего не мог сделать. Он просто смотрел.

Шихору вернулась, вытирая руки о подол халата.

— ...Прости — тихо извинился Харухиро.

Шихору обхватила обеими руками правую руку Харухиро и повернула голову в сторону. Она все еще дрожала. Должно быть, ему было достаточно тяжело просто стоять. Шихору нуждалась в его поддержке.

Даже я могу справиться с этим, так что я должен это сделать, и я должен это сделать, подумал Харухиро.

— Харухиро-кун, если бы ты этого не сказал... — тихо сказала она.

Но я ошибся.

Но дело было не в этом.

— ...Я бы так и сделала, — закончила она. — Оживи Мерри... Я бы так и сказала... так что не бери это на себя. Потому что Юме и Кузаку-кун... Я уверена, что они сделали бы то же самое.

— Да, — кивнул Харухиро.

Шихору не хотела, чтобы он поддерживал ее. Она сама пыталась поддержать Харухиро.

Тот самый, который вот-вот рухнет прямо сейчас... это был Харухиро.

— Я...

Пока он не мог вымолвить больше ни слова, Шихору крепко держала Харухиро за руку.

Он поклялся, что ни о чем другом не будет сожалеть. Он не знал, что подумает Мерри, и мог причинить ей страдания. Но даже в этом случае Харухиро не мог позволить себе сожалеть об этом. Если это решение было неправильным, и он совершил ошибку, Харухиро возьмет вину на себя. Он не мог жаловаться, если Мерри обижалась на него. Пускать ее. Но у него не было другого выбора.

Любой другой вариант просто не был для него возможен. Независимо от того, сколько раз он проходил эту сцену, Харухиро в конечном счете всегда просил Джесси сделать это. Возможно, он даже не колебался по этому поводу.

Если бы Мерри могла вернуться к жизни, он, конечно, пожелал бы этого. Так что он ни о чем не пожалеет.

Харухиро в ответ сжал руку Шихору. Его сердце больше не колотилось. У него тоже не было проблем с дыханием.

Снаружи почему-то было очень шумно.

Кар. Кар. Кар. Кар. Кар. Кар. Кар.

Может быть, это звуки птиц? Он посмотрел на дыру в потолке. В небе было много черных точек, летающих взад и вперед. Похоже, это действительно были птицы.

Джесси стоял на коленях, опустив правое колено и подняв левое. Теперь оба колена были опущены. Его плечи слегка двигались вверх и вниз. Он тоже начал кашлять.

Харухиро навострил уши, но его голос был так тих, что он не мог разобрать слов. Однако вместо того, чтобы разговаривать с самим собой, он, казалось, разговаривал с кем-то другим.

— А кто именно? Мерри? Но Джесси не смотрел на лицо Мерри. Его глаза были устремлены в землю.

— Черт...! — закричал снаружи Кузаку.

Когда Харухиро оглянулся, птицы уже собрались и спустились вниз. Довольно крупные птицы были орлами, а сравнительно мелкие-по-видимому, воронами. Птицы роились вокруг трупов, которые когда-то были гумовскими жителями Джесси Ленда и гоуреллами.

Кузаку размахивал своей большой катаной, пытаясь отогнать птиц, но их было слишком много. Юме иногда размахивала своей катаной, но только для того, чтобы угрожать любым птицам, которые приближались к ней.

Он не видел Сетору и Киити. Может быть, они куда-то ушли?

— Шихору — сказал Харухиро.

— ...Хм? Что?

— Почему бы тебе не присесть?

— Это так... хорошо.

— Я все понимаю.

— А как же ты, Харухиро-кун? Ты в порядке?

Он был близок к тому, чтобы сказать — я не знаю —, но проглотил эти слова.

— Я в полном порядке.

— ...Ладно.

— Да.

Джесси не просто стоял на двух коленях, его правый локоть тоже был теперь на земле.

"Этот человек совсем не выглядит хорошо", подумал Харухиро, но у него не было настроения что-то ему говорить.

Мерри вернется к жизни вместо Джесси.

Что именно это значит? он снова был близок к тому, чтобы задуматься. Харухиро покачал головой. Давай не будем этого делать. Даже если я подумаю об этом, ничего не изменится. Кроме того, уже слишком поздно. Нет, он еще не закончил, так что, возможно, еще не поздно действовать. И все же я не собираюсь останавливать Джесси сейчас. Что бы еще ни случилось, Мерри вернется к жизни. Я снова увижу Мерри. Разве этого недостаточно? Может быть, это и не очень хорошо, но Всё в порядке.

Вороны приземлились на дыру в потолке и начали каркать. Было шумно, и он хотел прогнать их, но это было выше, чем он мог достать, прыгая и размахивая своим стилетом. Должен ли он попросить об этом Шихору? С Дарком? Не было никакой необходимости заходить так далеко. Пока же они не показывали никаких признаков того, что войдут через дыру, так что он мог оставить их в покое.

Наконец Джесси уткнулся лбом в землю. Харухиро больше не слышал его разговора. Его спина двигалась медленно и слегка. Он явно не был мертв.

Но это было странно. Даже после удара в спину Джесси был в полном порядке.

Он не лечил ее, но рана зажила сама по себе. А как насчет предыдущей раны?

На этот раз Стилет Харухиро определенно проткнул ему почку. Это была смертельная рана. Рана зажила, но теперь этот человек был в таком плохом состоянии от простого пореза на руке?

Это было очень странно.

Кар, Кар, Кар. Кар, Кар, Кар. Кар, Кар, Кар, Кар.

Каркали вороны. Теперь их было гораздо больше, чем раньше. Не просто четыре или пять. Их было гораздо больше десяти.

— Умень...шился? — сказала Шихору.

Его пробрал озноб.

Может быть, это была уловка, которую его глаза сыграли с ним? Может быть, ему просто показалось?

Джесси с самого начала не был мускулистой массой, да и ростом он был не особенно высоким. Но все равно размер его тела... Может быть, потому, что он сидел на корточках? Трудно было даже представить, что это так. Он был явно маленького роста. Джесси стал совсем маленьким. Можно сказать, что он стал меньше.

Харухиро прищурился. "Это никуда не годится", подумал он. Мне отсюда плохо видно.

Шихору отпустила его руку.

Харухиро подошел к тому месту, откуда он мог видеть профиль лица Джесси. Он использовал скрытность, не сознательно, а просто естественно.

Щеки и глаза Джесси сильно запали, и он выглядел изможденным. А может быть, иссушенный-вот лучшее слово. И дело было не только в его лице. Все его тело утратило свою толщину. Его обмякший торс, согнутые ноги были неприятно тонкими. Руки Джесси никогда еще не были такими тонкими. Теперь они были похожи на ветки.

Кар, Кар, Кар.

Кар, Кар, Кар.

Кар, Кар, Кар, Кар, Кар.

Громко каркали вороны.

Джесси съеживался все больше и больше.

Что же это было?

Почему же он не нашел это странным раньше?

Джесси перерезал себе запястье. Даже если рана заживет, он потеряет большое количество крови за короткое время. Даже если он прижмет отверстие раны к ране Мерри и перевяжет её вот таким куском ткани, это не будет иметь большого значения. Ткань мгновенно пропиталась бы кровью, и море крови растеклось бы по всему телу. Однако этого не произошло.

Джесси продолжал съеживаться. Как будто он был всего лишь мешком с кровью. Как будто кожа снаружи удерживала человеческий облик Джесси, а внутри была наполнена кровью. Например, если выпустить кровь, то останется только кожа. Но это, конечно, было невозможно. Если бы у него не было костей, мышц и органов, он не мог бы ходить и дышать.

— ...Не получится. — Шихору прикрыла рот рукой.

В этот момент Джесси был практически плох.

Что же это было, черт возьми?

Кар, Кар, Кар, Кар, Кар, Кар, Кар, Кар, Кар, Кар, Кар, Кар, Кар.

Пронзительно каркали вороны.

Харухиро вырвало. Пути назад уже не было. И он это знал.

Неужели? Нет, это была неправда. Если он начнет действовать сейчас, то все еще сможет взять свои слова обратно. Он искренне думал, что это может быть и к лучшему. Однако если бы он оттащил Джесси, который теперь стал похож на кожаный мешок, подальше от Мерри, эта возможность полностью исчезла бы. Он никогда больше не сможет встретиться с Мерри.

Был ли он в порядке?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

6. Держи Себя В Тонусе

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

Я вдруг начинаю кашлять. Может быть, я заболел? Например, с чем-то действительно плохим? Нет? Да, наверное, нет. Это всего лишь кашель. В этом нет никакого смысла. Это кашель без всякого смысла. Бессмысленный кашель. Подожди, а почему я думаю об этой скучной ерунде? Я такой идиот.

Ранта почему-то очень встревожился и посмотрел налево, потом направо.

Он потер глаза. Но это не заставило бы его видеть лучше.

— Здесь довольно темно...

Судя по цвету неба, выглядывающего из-за деревьев, солнце еще не должно было садиться. Несмотря на это, густой лес Тысячи Долин был окутан туманом.

Но я не боюсь. Ну уж нет. Сколько бы ночей я ни проводил в одиночестве, невозможно избавиться от страха и неуверенности. Нет смысла притворяться. Это не похоже на то, что кто-то наблюдает. Я мог бы выставить сильный фронт, но это ничего бы не значило.

— Кехе... Демон Зодиак-кун издал позади себя легкий смешок.

Он бы дал демону кусочек своего разума, как и в прошлом, но теперь это даже не беспокоило его так сильно. Демоны вели себя как другой человек со своей собственной личностью, но это было совсем не то, чем они были. Говорили, что откровения от Скуллхелла отражаются в действиях демона.

Однако демон по сути своей был зеркалом их ужасного рыцаря, продолжением их самих. Даже если демон выглядел дико непохожим на их ужасного рыцаря, они были просто проявлением скрытой грани их ужасного рыцаря, или частью самих себя, которую они не знали.

— Ехехехе... Споткнись... Упади сейчас же... Споткнись и упади прямо здесь... Споткнись и умри...

— Нет, но я не испытываю ничего подобного по отношению к себе, понимаешь? — сказал Ранта.

— Но ведь я ни за что не стану этого делать, верно?

— ...

— Я получаю молчаливое обращение, да?

— ...

— Просто исчезни уже. Потеряйся. Нет, это ложь. Я соврал, понял? Только не оставляй меня, ладно?

— Что... ты от меня хочешь? Кехе...

— Приказыю “Не исчезай”.

— Тч...

— Что, зачем этот зловещий щелчок языком?

Зодиак казался недовольным, но демон не стал исчезать.

Когда Повелитель гильдии рыцарей ужаса в Альтерне продемонстрировал, как управлять демоном, Ранта смутно припомнил использование слова — Приказ”, чтобы заставить его повиноваться. Когда он попробовал его, то, похоже, оно оказалось эффективным, и он использовал его время от времени.

Демон был подчинен его Рыцарю Ужаса. Если демон не подчинится, это будет не более чем доказательством того, что Рыцарь Ужаса не может контролировать себя. В конечном счете это означало бы, что он сам себя не понимает.

В конце концов, поскольку демон был самим собой, было немыслимо, что он не сможет понять этого.

Естественно, Ранта полностью владел собой. Невозможно, чтобы он не мог заставить себя делать то, что хочет. Он чувствовал себя так, словно уже давно убедил себя в этом, не сомневаясь ни в чем. Это должно было быть доказательством того, что он ни в малейшей степени не понимал самого себя. Он не слишком глубоко задумывался об этом. Возможно, он и не хотел этого делать.

Я − это я. Я прямо здесь − это 100% я. Разве этого не достаточно?

Но что значит " 100%"? Что значит "я"? За кого я себя принимаю, черт возьми? Кто же? Я никак не могу ответить на этот вопрос. Я имею в виду, что на самом деле не понимаю себя.

Я никогда не мог видеть самого себя.

На что же я смотрел раньше? Если я даже не могу видеть себя, то что же тогда говорить о других? Например, правильно ли я оцениваю Харухиро и остальных? Разве у меня просто не было искаженного восприятия их, решенного тем, что было удобно для меня?

Это тоже было бы частью меня... но я думаю, что это означает именно это. Вот такой я человек. Эгоцентричный, эгоистичный и нераскаявшийся. Почему я такая?

В конце концов, может быть, я ничего и не жду от других людей. Ребята, я уверен, что никому из вас я все равно не нравлюсь, верно? Я знал это с самого начала.

Например, я тебе никогда не нравился, не так ли?

Юме, Шихору и Мерри ненавидели меня. Я никогда не думал, что они только притворяются, что ненавидят меня, и, возможно, они действительно любили меня. Я никогда не думал, что они только притворяются, что ненавидят меня, и, возможно, они действительно любили меня.

Кузаку я тоже не нравился. Ну, он меня очень сильно ненавидел. Я немного смирился с этим, так как он был моложе и менее опытен, но если бы не это, я бы оттолкнул его сильнее.

Я пробыл с Манато совсем недолго, но у меня до сих пор осталось ощущение, что он хорошо справлялся со мной. Он был очень умным человеком. Он, вероятно, считал ошибкой позволять своим симпатиям или антипатиям затмевать его суждения, и привык контролировать свои эмоции. Именно таким он и был.

Это было легко для меня.

Могузо был загадкой. Нет, в нем не было ничего таинственного. Просто он был редкой породы, поэтому я нашел его загадочным.

Он был хорошим парнем. Очень хороший парень. Он ставил других выше себя, никогда не вмешиваясь туда, где ему не место, и просто старался изо всех сил. Ради своих товарищей он немного перешел границы дозволенного и умер за это. Та драка с Зораном Зешем в мертвой башне смотрящего Хранителя. Если бы там не было Могузо, то Ренджи, Кадзико и дикие Ангелы попали бы в беду. По крайней мере, многие из них, вероятно, погибли бы. Может быть, каждый доброволец там был бы уничтожен.

Могузо, должно быть, понимал это, поэтому он должен был сделать это. Если бы он не уперся там пятками, все были бы мертвы. Он пожертвовал своей жизнью ради всех нас. Вот каким он был парнем. Я не думаю, что Могузо ненавидел меня. Я серьезно в это верю. Я сделал много такого, за что он не удивился бы, если бы возненавидел меня, но этот парень не стал бы ненавидеть товарищей, с которыми сражался бок о бок.

А потом появился Харухиро.

Он явно ненавидел меня. Не будет преувеличением сказать, что он ненавидел меня за то, что я был беспокойным Рыцарем Ужаса. Впрочем, он неплохо справлялся со мной. Это выходит за пределы того уровня, где я могу быть впечатлен, а вместо этого просто раздражает. Неужели он был глуп? Я имею в виду этого парня. Он должен быть абсолютным мазохистом.

Не думаю, что я старался изо всех сил доставить неприятности Харухиро. Это не входило в мои намерения, но я никогда и не пытался облегчить ему жизнь. Я всегда говорил — Ты приспосабливаешься ко мне. Чтобы мне было легче, ты все правильно уладишь и создашь нормальную обстановку. Сделай это так, чтобы я мог чувствовать себя хорошо, используя свои потрясающие способности. Ты ведь лидер, не так ли? Если ты лидер, то это должно быть данностью. В конце концов, именно для этого у нас есть лидер. Способность приспосабливаться? В принципе, это все.

Ну, Парупиро, знаешь что? Я уверен, что тебе тоже тяжело, но ведь это же перерывы, верно? Это не так-то просто для меня. Твоя удача иссякла, когда ты взял на себя роль лидера. Брось это. Или много работай. Это не моя проблема. Я − не ты. Никто другой не может быть мной, и никто другой не может быть тобой. В конце концов, мы ведь совсем одни, верно?

Блин, ну и парень же я. Для тех, кто не ожидает ничего от других людей, я оставляю все полностью на их усмотрение, а затем ожидаю, что они будут нянчиться со мной.

— Не думаю, что размышления об этом в данный момент принесут мне какую-то пользу... — пробормотал он.

— Эхе... Хе-хе... Ты низшая обезьяна, которая не может размышлять о своих неудачах... Хе-хе...

Ранта обернулся и сердито посмотрел на Зодиака-Куна. Черт побери, демон снова надел эту штуку. На голове у него было что-то Пурпурное, похожее на простыню. Два его глаза были похожи на дыры, а под ними виднелся похожий на разрез рот. В правой руке он держал нож, а в левой-дубинку. Несмотря на то, что демон плавал, у него были две слишком реальные ноги, растущие из него.

— Например, разве ты не превратился из Зодиака-куна в Зоди? — пожаловался Ранта.

— Кехе... Когда ты еще не сделал никаких подношений... только не надо наглеть... Будь спокоен и умри навсегда...

— Приказ: не говори мне умирать.

— ...Разрушься.

— Синонимы тоже не годятся, ясно?

— ...Пусть тебя убьют.

— Использование такого − это одно и то же, черт возьми.

— Куда же делась тот Ты, который любил свободу?.. Ранта...?

— Со свободой приходит ответственность. Кроме того, не надо тонко работать в отношении моей кончины.

— Хех... Хехех... Ответственность, да... Это слово подходит тебе меньше всего...

— Даже сейчас, когда я вот так вот взял на себя ответственность за свои поступки?

— Ты жалеешь об этом, Ранта? Как это нахально с твоей стороны... Эхехе...

— Нет. Я не жалею об этом.

— Пытаешься вести себя жестко... Кехехе...

— Я серьезно не пытаюсь действовать жестко — парировал Ранта. — Есть, наверное, целая куча вещей, о которых я никогда бы не догадался, если бы этого не случилось. Я не буду заходить так далеко, чтобы сказать, что это было к лучшему, но я доволен этим. Что бы ни случилось со мной дальше, единственное, что я не буду делать, это сожалеть об этом.

— Он...

— Я там был слишком крут?

— ...Бваааааааа.

— Тебя тошнит?!

Да, это был его Демон. Он никогда не забывал о своем чувстве юмора. Чувство юмора было необходимо любому мужчине. Вместе с юмором пришло и самообладание. Женщин тянуло к мужчинам, которые были спокойнее мужчин, которые были на грани нервного срыва. Хотя, конечно, здесь нет ни одной женщины.

Стоит ли ему передохнуть? Или продолжить идти?

Он задавал себе этот вопрос каждые несколько десятков минут. Несколько десятков минут? Было ли это более частым явлением? Может быть, это происходило каждые несколько минут. Он не мог отследить время, поэтому не знал точно.

Когда наступила ночь, лес стал громче. Днем здесь было не совсем тихо, но ночью шум был совсем другой. Он не мог видеть в темноте, поэтому его слух, вероятно, был обострен. Он стал чутким к каждому шуму. Он почти полностью полагался на звуки.

— Может, нам не стоит разговаривать — вполголоса сказал Ранта. — Хэй, Зодиак-кун. Команда: Заткнуться, пока не почувствуешь, что-нибудь действительно плохое.

Как только он заставил Зодиака-Куна закрыть пасть, непрекращающиеся звуки леса еще сильнее сдавили ему уши.

Звуки. Звуки. Он не мог позволить, чтобы его били по голове эти приближающиеся звуки.

— Слушай и разберись с ними. — сказал он себе. Это очень трудно, но я должен это сделать. Что же я слышу совсем рядом? Мои собственные шаги. Щебетание насекомых. Вот и все, Ха. Что это за пронзительный крик "фии, фии, фии, фии" я слышу? Не знаю. А как насчет этого шума ках, ках, ках, какакакаках? Откуда мне знать? Я не профессор ночных лесов.

Это выводит меня из себя. Конечно, я Рыцарь Ужаса, а не профессор ночных лесов. Да и вообще, что такое профессор ночных лесов? Нет, но все же, если это будет необходимо, я стану профессором ночных лесов или кем-то еще. Мне пришлось. А может, и нет? Не знаю.

В конце концов, разве это безрассудно-давить, когда так темно? Я ведь на пределе своих возможностей, верно? Это явно опасно. Может быть, мне стоит отдохнуть? Если я засну, то когда проснусь, будет уже утро. Ну, если что-то случится, пока я сплю, я перейду этот мост, когда дойду до него. Старик ведь тоже сейчас спит, верно? Неужели он все еще преследует меня? Я имею в виду, что целью старика было вернуть меня обратно, и я не собираюсь туда идти. В таком случае, может быть, он решит, что с него хватит, и отправится обратно? Если так, то нет нужды торопиться. Я могу успокоиться и расставить приоритеты по безопасности на своем пути.

Это нехорошо.

— Мне страшно.

Это чертовски страшно!

Слишком страшно, понимаешь?! Мое сердце бешено колотится! Мне еще никогда не было так страшно! Почему?!

— ...О.

До сих пор он был в бегах. Он, конечно, старался не попасться, и всякий раз, когда чуял преследователя, ему становилось страшно, но это был Такасаги и его люди. Они не могли просто взять и убить его, не поговорив предварительно. Такова была его точка зрения, и, как оказалось, он был прав.

И поэтому, пока Такасаги и его люди преследовали его, Ранта, в некотором смысле, был не один. По крайней мере, у него не было ощущения того, насколько по-настоящему, безнадежно одинок он был.

На просторах Тысячи Долин, которая, вероятно, была полна опасностей, он даже не знал, в каком направлении движется.

Кроме того, куда он направляется и что пытается сделать?

Он вроде как думал “пожалуй, я вернусь в Альтерну”. Но он понятия не имел, что будет делать, когда доберется туда.

"Если я столкнусь с Ренджи, может быть, он позволит мне присоединиться к его команде", мелькнула у него смутная мысль. Однажды я ему отказал. Может быть, этого и не случится.

Сможет ли он вернуться? В Альтерну?

В этой ситуации, не имея никаких оснований так думать, он не был настолько глуп, чтобы уверенно верить, да, я готов поспорить, что могу.

Это было одиночество.

Он действительно был один, без единого друга на всем белом свете.

Ему хотелось отдохнуть. Для того чтобы восстановить свою выносливость и свести риск к минимуму, было бы лучше, если бы он это сделал. Ему не нужно было спать. Ему просто нужно было лечь или даже сесть. Он знал это в своей голове.

Но он не мог успокоиться.

Если он остановится, то наверняка сойдет с ума. Как минимум, он будет плакать. Вернее, Ранта в какой-то момент начал плакать. Он был смущен этим, но уже начал плакать. Нет, ему не хватило самообладания, чтобы смутиться.

Он мог только удерживать своего демона материализованным в течение тридцати минут подряд. Прежде чем он заметил это, Зодиак-кун исчез, и ему захотелось закричать.

Если ты исчезаешь, то предупреждай меня! Скажи мне, прежде чем ты исчезнешь!

Сквозь рыдания он поспешно переделал демонический Зов. Зодиак-кун сделал так, как велел Ранта, и демон продолжал избегать ненужных разговоров. Ранта сам отдал этот приказ, так что жаловаться ему было не на что. Если он отменит приказ, это будет означать признание поражения.

Нет, проблема была не в этом. Если бы он продолжал свою комедийную рутину-вроде подшучивания над Зодиаком-Куном, ну, это отвлекло бы его, но в некотором смысле это было похоже на то, что он играл и глупого человека, и честного человека, и это казалось пустым.

Нет, нет, проблема была не в этом. Это было больше похоже... Погоди, а почему он вообще приказал Зодиаку-Куну молчать? Он уже почти ничего не помнил, но человек никогда не отступал от своего слова, и гордость не позволяла ему признаться, что он одинок, и попросить Зодиака-Куна отпустить его с одной-двумя смешными историями.

— Вот именно. Если бы Зодиак-кун попросил меня, я бы охотно согласился, но я не могу позволить себе склонить голову. Кроме того, мой демон-это как бы часть меня, так что странно думать о том, кто кого просит о вещах... Другими словами, не может ли Зодиак-кун догадаться о моих чувствах и ударить меня кляпом? Ну, почему бы и нет? А? А как насчет этого? Я тут задаю один вопрос. Нет, наверное, я не спрашиваю, А? — А я и не спрашиваю. Даже не спрашивая меня, вы должны понять это.

Разберись с этим, пожалуйста. Почему бы тебе не разобраться в этом? Мне очень грустно. Это очень тяжело.

Серьезно, серьезно тяжело...

Стало немного светлее, и он лучше разглядел очертания деревьев и рельеф местности. В ту единственную ночь ему показалось, что он постарел лет на двадцать, а то и на тридцать. Вот так он чувствовал себя совершенно измученным.

— Наверное, это значит... Я в безопасности...? — пробормотал он.

Нет. Слишком рано было это решать. Ночь еще даже не закончилась.

Еще один толчок.

Он был уже почти там.

— Почти где? Что же теперь будет?

Даже если наступит утро, нет никакой гарантии, что он будет в безопасности. Когда же он наконец сможет отдохнуть?

В любое время. Если он был готов принять любые последствия, то мог отдыхать где угодно и как угодно.

Это просто вопрос того, чтобы быть готовым принять его. Но это значит сдаться.

Нет, это означает поворот. Я зашел так далеко. Я уже на пределе своих возможностей. Заставлять свои ноги двигаться вперед-это такая боль, которую я не могу вынести. Я никогда не думал, что один шаг может быть таким утомительным. Мне нужно отдохнуть. Если я этого не сделаю, то упаду в обморок. У меня нет другого выбора.

Прими решение и дай себе отдохнуть. Я уверен, что все будет хорошо. ВещьЯ беспокоюсь о том, что этого не произойдет. Я немного вздремну, а когда почувствую себя лучше, снова смогу двигаться.

Он замолчал.

— В порядке...

Даже его голос был слаб.

— Видишь? Теперь у нас нет другого выбора, кроме как отдохнуть.

Он попытался сесть на землю.

— Хех... Ранран...

— ...А?

Услышав, что его окликают, он обернулся. Кого ты зовешь Ранраном? он хотел ответить, но сейчас было не время.

Зодиак-кун пытался сделать обход лица.

Ранта среагировал быстро, используя Выхлоп (Exhaust). Сразу после этого, или, скорее, в то же самое время, Зодиак-кун был пригвожден к Земле чем-то.

Что бы это ни было, оно появилось совсем рядом, выскочив из кустов позади Ранты и зодиака-Куна, чтобы напасть на демона. Прежде чем Зодиак-кун успел дать отпор, он вонзил свои клыки в область около глаз демона, похожих на дыры.

Когда демон получил смертельный урон, он рассыпался так же легко, как замок из песка. Это произошло, и их противник, возможно, был удивлен этим. Но он быстро принял низкую позу и направился в сторону Ранты.

Что это была за штука?

Зверь? Он черноватый. Нет, он пятнистый. Может быть, это волк? Нет, это кошка? Это леопард или что-то в этом роде?

Вот черт! Очень быстрый.

У него не было меча. Он потерял его в схватке с Такасаги. Это было за гранью худшего.

Ранта вытащил запасной нож и попятился еще дальше с Выхлопом, но что ему было делать с таким оружием?

Он снова использовал Выхлоп.

Это нехорошо. Я не могу вырваться. И не только это, он быстро приближается. Он находится на другом уровне, чем человек или орк. Он слишком быстр. Это нехорошо. Я не смогу убежать.

Ранта совсем потерял голову. Наверное, именно поэтому.

— Нга...?!

Это было дерево. Он врезался спиной в дерево. Какая грубая ошибка!

Он приближался. Леопард. Скорее всего, это был леопард. Он взревел и бросился на Ранту.

Он пригвоздил его к месту. Давление было невероятным. Он был прижат к Земле.

Он не мог пошевелить руками.

Ранта был в шлеме. Его подвижный козырек отлетел в сторону. Он выглядел так, словно леопард оторвал его своим укусом.

— Оххххххххх...?!

Что происходило дальше был сумасшедший. Он попытался укусить его за лицо. Ранта инстинктивно вывернул шею. В конце концов леопард укусил его за голову, а не за лицо.

— Оооо, оххххх, ohhhhhhh...?!

Оно просто грызло его. Его шлем. Да. Его шлем. Каким-то образом его шлем сдерживал клыки леопарда.

Нет...?

— Йауч?!

Это больно?

Мне больно, когда ты так делаешь, понимаешь?

— Оххххххх, оххххххххх, нееееееееееееет...?!

Его шлем. Под огромной силой его клыков. Его клыки, вероятно, пробили шлем. Эти клыки вонзились в голову Ранту. Может быть, еще не так глубоко,но это было больно, так что они определенно вонзались в него.

Кроме того, его шлем, казалось, был готов смяться, или уже начал сминаться, а шея, казалось, вот-вот сломается.

Я мертвец. Я определенно труп. Он меня сейчас съест.

— Я-я-я-я невкусный, так что не ешь меня, не ешь меня, не ешь меня! Не ешь меня, увахххххххххххххххххххххх...?! — он уже начал паниковать.

Успокойся, сказал он себе. А сейчас самое время принять таблетку от простуды. Я не думаю, что смогу сейчас проглотить таблетку, но это фигура речи.

— Ах! Ааааа! О тьма, о Владыка порока, ужаснись ужасу...!

Поднялась Пурпурная дымка, и её засосало в нос и рот леопарда.

Эффект был мгновенным. Леопард отпрыгнул от Ранты.

Ранта тут же откатился в сторону и встал на четвереньки. Он прыгнул с прыжком наружу.

Во время бегства, он повернулся, чтобы посмотреть на леопарда. Леопард издал кошачий вой, прыгая вокруг. Как будто перед ним было что-то ужасное, и он пытался смахнуть что-то своими передними лапами. Вот как это выглядело.

Пугая цель угрозой темного бога Скуллхелла и лишая её способности принимать правильные решения. Рыцарь Ужаса начал действовать. Было бы прекрасно, если бы он мог убежать прямо сейчас, но, вероятно, все будет не так просто.

Леопард зарычал и повернулся в его сторону. Он приближался. В мгновение ока он понесся за ним на предельной скорости.

Может быть, все это движется в направлении его смерти?

Чтобы использовать магию ужаса, он должен был остановиться. Если он остановится, она в одно мгновение догонит его и столкнет вниз. Перехватить его было невозможно. Этот леопард был крупнее Ранты. С этим ножом у него не будет ни единого шанса.

Леопарду, вероятно, не хватало выносливости, поэтому, если бы он мог продолжать бежать, он, вероятно, мог бы попытаться утомить его, но он был быстр. Леопард был слишком быстр. Оно скоро настигнет его. Оставалось сделать только одно.

Для леопарда Ранта был добычей. Должно быть, оно пыталось его съесть. Он был голоден. Оно хотело есть. В таком случае, он просто должен был кормить его. Да. У него может быть рука.

Ладно, я уже все решил. Это для того, чтобы я мог выжить. Это очень дешевая цена. Ничего страшного. Я буду жить. Я собираюсь выжить. Закаляю себя, сохраняю хладнокровие, сосредотачиваюсь на том, как выжить, и делаю свой выбор. Я чертовски хорошо это сделаю. Я могу это сделать. Верь.

Он внезапно остановился. Леопард уже почти настиг его. Это было прямо перед его носом, можно сказать.

Недостаточно.

Он сделал вид, что идет направо, а потом налево.

Леопард последовал за ним почти без замешательства. — Серьезно? Это были очень серьезные природные инстинкты.

Еще один раз пропал без вести. На этот раз он сделал ложный выпад вправо, затем влево.

Держись, ноги!

Леопарда слегка качнуло вправо, но он по-прежнему неотступно следовал за ним.

— Ха...!

Это был не прыжок или Выхлоп. Ранта изогнулся всем телом, подпрыгивая почти вертикально вверх. Не высоко, но низко и резко.

Он заставит несущегося леопарда пройти мимо него. Нет, дело было не в этом.

Он вцепился в спину кугуара.

Он был готов пожертвовать рукой, если понадобится, но не собирался отказываться от нее с самого начала.

Ранта обвил рукой шею леопарда, держась за его туловище обеими ногами. Он вонзил свой нож ему в шею сбоку. Он попытался зарыться поглубже, но леопард взвизгнул и прыгнул. Он ударился спиной вперед о ближайшее дерево.

Тот, кто получил прямой урон от этого, был Ранта, который цеплялся за его спину. Влияние. Он был близок к тому, чтобы отключиться.

Я тебя не отпущу. Я никуда не собираюсь уходить.

— Ngahhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhh...!

Он передвинул нож.

Умри. Умри. Умри, черт возьми.

Леопард резко развернулся и схватил Ранту за левую руку. Когти. Их сила была невероятной.

Его левая рука вырвалась из пасти зверя.

Сейчас самое время-не упрямиться.

"Убирайся отсюда", подумал он. Он перекатился, потом встал. Леопард бросился вперед.

Он бежал с испульзуя Выхлоп и Пропажу, каким-то образом умудряясь уйти, но леопард совсем не замедлился. Как будто эта рана на шее даже не зудела.

Ранта стащил с себя помятый шлем, швырнул его в леопарда и подпрыгнул от испуга. Это становилось довольно утомительным для его ног. Как далеко он может зайти? Он должен был это увидеть. Потому что одной решимости будет недостаточно.

Сейчас самое время искать способ изменить ситуацию, но у него его не было. Ещё раз. Ему придется сделать то же самое еще раз. Если бы это случилось еще раз, он бы как-нибудь справился. Как только он не сможет нормально двигаться, ему придется пойти на жертвы.

Он вовсе не напрягался. И это была вовсе не жалкая решимость. Это был явный кризис, ситуация жизни и смерти, и он стоял на краю, но был странно расслаблен.

Если бы это было не так, он был бы потрясен до потери сознания, когда сверху упал длинный тонкий предмет. Его сожрал леопард.

Естественно, о, он был удивлен, но он был приятно расслаблен, поэтому он был в состоянии немедленно отреагировать. Этот длинный предмет был воткнут в землю прямо перед кончиками пальцев Ранту. Это была катана.

В тот момент, когда Ранта отбросил нож, он вытащил катану из земли. Приставив рукоять к левому уху, он держал её обеими руками. Правая нога-вперед, левая-назад.

Леопард был уже близко. Слишком близко, черт возьми.

Он двинул левую ногу вперед, поворачивая запястье, покачиваясь по диагонали вниз и вправо.

Он почувствовал, как она ударилась обо что-то.

Леопард прошел мимо его правого бока, достаточно близко, чтобы коснуться его, а может быть, и не коснуться, и рухнул.

— Вот эта катана... — пробормотал Ранта.

Слева перед ним возвышался холм, который никак нельзя было назвать холмом, но там была резкая зыбь.

Кто-то бросил ему эту катану оттуда, сверху. Он мог только предполагать, что так оно и было. Не было никакого способа, чтобы что-то настолько удобное просто пролилось дождем с неба, поэтому он мог сказать, что шансы на то, что это будет что-то другое, были равны нулю.

Он понимал, что это бессмысленно, но Ранта все же полез вверх по склону.

Это не было бессмысленно. Там никого не было, но лежала брошенная Катана в ножнах.

Ранта присел на корточки и потянулся к ножнам. Он ухватился за нее, и у него подкосились колени.

Он тихо всхлипнул.

Только не плачь.

Я не могу проливать слезы.

Держи это в себе всем, что у меня есть, и дыши.

— Этот старик...

Он попытался засмеяться, но у него ничего не вышло.

— Ну и идиот...

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

7. Указательный Столб

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

Я бегу.

Бегу.

Здесь темно.

Я бегу по длинному, черному как смоль туннелю.

Я вижу впереди что-то похожее на свет.

Я направляюсь к нему и бегу.

Бегу.

Бегу.

Я бегу сквозь темень.

Я бегу к свету, но не могу остановиться.

Кажется, я не могу до него дотянуться. Но даже в этом случае я бегу.

Бегу.

Бегу.

Уже почти добралась. Только чуть дальше.

Такое чувство, что туннель вот-вот закончится, но этого так и не происходит.

Я бегу.

Бегу.

Бегу.

Я продолжаю бежать, и.....

Внезапно свет переливается через край.

Выйдя из туннеля, я бегу.

Бегу.

Бегу как можно дальше.

В солнечном свете мои открытые руки и голова кажутся горячими.

Когда я бегу, это приятно и прохладно, поэтому я не хочу останавливаться.

Я бегу.

Бегу по траве.

Когда я поворачиваюсь назад, солнце бьет мне в глаза, и оно ослепляет.

Мне это почему-то кажется смешным, и я смеюсь.

Смеясь, я снова поворачиваюсь вперед и бегу.

— Эй, не уходи слишком далеко.

Я слышу голос, говорящий это.

— Нет — отвечаю я, снова смеюсь и ускоряю шаг.

Я думаю, что не хочу, чтобы меня поймали.

Я не хочу, чтобы меня кто-нибудь поймал.

Не то чтобы мне хотелось куда-то идти.

Даже без ветра, когда я бегу вот так, мне кажется, что дует ветер.

...Эй, я серьезно... Возвращайся уже.

Я снова слышу этот голос.

"Наверное, я должна вернуться", подумала я и останавилась.

Папа всегда занят работой, и ему не хватает физических упражнений. Он любит записывать все на свою видеокамеру, поэтому он берет свою дочь в свой выходной день, и мы едем куда-то немного подальше, хотя иногда мы просто гуляем в соседнем парке, но, в любом случае, он берет меня куда-то и катает камеру. Он сделал это на моей церемонии выпуска из дошкольного учреждения и вступления в школу. На Хина-мацури, а также в Рождество. А еще в мои дни рождения.

Но при всем том, что он записывает, он почти никогда не смотрит его, верно?

— Вот и отлично — говорит Папа. — Это же рекорд. Когда-нибудь настанет время, когда мы действительно захотим посмотреть его, мы сможем смотреть все вместе и вспоминать. Я записываю на тот момент, когда это время придет.

— Например, когда я вырасту? — спрашиваю я.

— Ну, например, — отвечает Папа, — когда ты вырастешь, выйдешь замуж и заведешь собственного ребенка...

Он чувствует себя очень странно слышать, что. Я что, женюсь?

— Ты ведь не можешь сказать наверняка, что не будешь, верно? Ну, это было бы совершенно неудивительно, если бы вы это сделали. Возможно, когда-нибудь ты выйдешь замуж за кого-нибудь, я думаю.

...— А Я Смогу? Выйти замуж? У тебя есть дети? Значит ли это, что я стану матерью?

— Ты можешь ею стать, — говорит Папа.

У меня такое чувство, что этого не случится.

— ...А? Что? Скажи это еще раз, — пробормотала я. — Держаться... Я не очень хорошо тебя слышал.

Мама что-то говорит по телефону. Мама плачет. Я плохо слышу её сквозь слезы.

Но, честно говоря, я понимаю. Я слышала, как она сказала, что папа умер просто замечательно.

Но я думаю, что это должно быть ложь, или Я, должно быть, ослышалась. Я имею в виду, что это похоже на то, что никогда не произойдет, поэтому я прошу её повторить это.

А?

— Что, Мам? Говорить правильно.

Что случилось с папой?

Бегу.

Я убегаю.

Я бегу по школьному коридору.

Я выбегаю за дверь.

Выйдя на главную улицу, я бегу и ищу такси. Я поднимаю руку и бегу.

Я запрыгиваю в такси, которое останавливается передо мной. Я говорю водителю, куда направляюсь. Такси ползет вперед. Когда светофор становится красным, он останавливается.

Это так, так медленно, я думаю. Если бы все было именно так, мне не следовало брать такси. Мне надо было бежать.

Такси останавливается перед зданием больницы. Я пытаюсь выбраться наружу. Дверь не открывается.

— Мисс, это плата за проезд. Вы должны заплатить за проезд”, — говорят мне.

— И сколько же? — Спрашиваю я, вытаскивая бумажник.

Я бледнею.

Внутри него всего 425 иен. Недостаточно.

Что же мне делать, что же мне делать?

— Хм, мой отец умер, так что мне очень жаль насчет денег... — Я заикаюсь.

— О, Всё в порядке, Всё в порядке, я понимаю. — Водитель открывает дверь.

— Прости, прости, прости, — повторяю я, вылезаю из машины и бегу. Я бегаю по всему госпиталю.

В темном месте я смотрю видео, которое снял папа. Я уже бегу. Смеющийся.

Веду себя вежливо. Задувание свечей на торте. Пение.

Иногда я слышу папин голос. Например, “Эй, не уходи слишком далеко.”

А вот и папин смех.

Когда я пою, папа тоже поет.

Я сижу на полу в комнате с выключенным светом и смотрю на свое отражение в телевизоре неизвестно сколько времени.

Папино лицо так и не появляется ни разу. Даже его руки этого не делают.

Я слышу только его голос. Но иногда мне кажется, что да.

Почему я не записала и папу тоже?

— Пожалуйста, выйди со мной,-говорит мне Хакамада-кун под деревом. Я думаю об этом. А потом я отвечаю:

— А что именно это означает? — Переспросила я.

— ...Что же это означает? Нравится... поедем вместе домой и все такое?

— Я просто должна идти с тобой домой?

— Нет, не только это... например, тоже идешь играть?

— Я не против поиграть, но.....

— Но что именно?

— Всё в порядке, правда.

Я думаю, что в конце концов мы поженимся.

Хакамада-кун, конечно, ничего не говорит о браке. Он ни словом об этом не обмолвился.

Но что значит выходить из дома, когда ты не собираешься выходить замуж? В конце концов я задаюсь вопросом.

— А что такого замечательного в Хакамаде? — спрашивает меня Якки, и я в задумчивости склоняю голову набок.

Якки припарковала свой велосипед рядом со скамейкой, и она ест ледяную шипучку. Я и сам сейчас ем такую же. Летом цикады шумят, и мой ледяной поп-это очень холодно, но я не потею.

— Ничего особенного в нем нет — честно отвечаю я.

— Он совсем никуда не годится, но ты все равно с ним встречаешься? — спрашивает меня Якки.

— Мы говорим, что идем гулять, но на самом деле просто идем домой вместе.

— Вот это мы и называем выходом, — сказала Якки. — Ну, вы хотя бы поцеловались?

— Такого еще не было.

— А что, ты не хочешь?

— Наверное, я никогда не думала, что хочу этого.

— А почему ты вообще с ним встречаешься?

Ну, если мне нужно что-то сказать, может быть, я чувствовала, что встречаться с кем-то было бы не так уж плохо, но теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что это немного отличается от этого.

Пока я не могу ответить, Якки предлагает — Может быть, тебе стоит все отменить?

Я тоже так думаю. Но как мне сказать об этом Хакамаде-Куну?

Когда я достаю из шкафчика тапочки и надеваю их, мои ноги испытывают неприятное ощущение. Когда я их снимаю, на моих носках остается красное пятно.

Я вижу. Держу пари, я знаю, что это такое, думаю я и осматриваю их.

Похоже, внутри был кетчуп. Я бы сам этого не сделал, так что кто-то другой должен был это сделать.

— Некоторые люди...— Бормочу я себе под нос, снимая носки. Обе мои тапочки полны кетчупа.

По-моему, это вовсе не горячие доки.

Нет, не горячие доки, а хот-доги. Причал-это то, к чему привязывают лодку. Собака-лучший друг человека. Хот-дог − это нагретая собака.

Даже когда я думаю, что это бессмысленно, я держу один из своих испачканных кетчупом носков, идя по коридору с левой ногой, все еще одетой в испачканный кетчупом носок, а правая нога босая. Где-то должны быть тапочки для гостей.

— А? Меня? Что случилось? — Окликает меня Якки.

Нижняя половина лица Якки странно расслаблена. Верхняя половина просто немного напряжена. По этому выражению лица я убеждаюсь, что это сделала Якки.

— Я ищу тапочки, — отвечаю я.

— Но почему же? А? А что там случилось с твоими носками?

— Они как-то испачкались.

— Как же ты их так пачкаешь? Ты какой-то странный, я тоже. Ты немного странная,ты ведь это знаешь, я?

— А Я Что?

Я решаю порвать с Хакамадой-Куном.

Когда я рассказываю ему об этом после школы, Хакамада-кун начинает нервничать.

— А? Неужели я что-то сделал?

-Ты ничего не сделал, Хакамада-кун, — говорю я ему.

— Тогда почему ты говоришь, что хочешь расстаться?

— Я не думаю, что это правильно.

— А? А что тут не так?

— Как бы это сказать? — Я же говорю. — М-м-м, я думаю, что, наверное, нравлюсь тебе.

— Ну, конечно же, знаю. Вот почему я попросил тебя пойти со мной на свидание. Погоди, значит, я тебе тогда не нравился?

— Я думаю, что мои чувства сильно отличаются от твоих. Я вообще не понимаю, что значит любить кого-то.

— Тогда, может быть, тебе вообще не стоило встречаться со мной?

Лицо Хакамады-Куна ярко-красное. Он действительно злится.

Я не могу его винить. Я вышла с ним без особых раздумий и теперь жалею об этом. Я думаю, что поступила с ним неправильно. Я причинила ему боль.

Мне приходит в голову, что именно из-за нежелания причинить ему боль я и пошла с ним на свидание. В конечном итоге это причинило ему еще большую боль.

Хакамада-кун был тем человеком, с которым я могла бы непринужденно поговорить, и когда он пригласил меня, мы могли бы пойти и поиграть с ним еще несколько человек. Делать это было весело, но потом он вдруг пригласил меня на свидание.

В конце концов, я, вероятно, не хотела ставить его в неловкое положение, отказывая ему. Вот почему я сказала "Да". В результате этого все стало еще более неловко, и атмосфера теперь прямо-таки неприятная. Я уверена, что больше никогда не смогу непринужденно болтать с Хакамадой-Куном.

— Я ужасна, — говорю я.

— Да, конечно, — соглашается он.

— Мне очень жаль. — Я склоняю голову.

Хакамада-кун ничего не говорит.

Я смотрю вниз. Левая рука у него в форменных штанах. Его правая рука крепко сжата и дрожит.

Если я скажу — Давай все-таки не будем расставаться, — это успокоит его гнев? Но я не могу этого сделать.

— А? Значит, ты порвала с Хакамадой-Куном тогда, со мной? — Спрашивает Якки.

Я отвечаю, что именно это я и сделала.

— Бедняга, — говорит Якки. — Не повезло Хакамаде-Куну.

Я думаю, она имеет в виду невезение. Но я держу язык за зубами.

— Я надеюсь, что ты научишься этому, и больше так не делай. Люди будут держать это против тебя.

Отвечая “да”, я задаюсь вопросом, почему Якки в конечном итоге обиделась на меня из-за того, что случилось с Хакамадой-Куном.

Всякий раз, когда я чего-то не понимал, я спрашивал об этом папу. Я никогда особо не советовался с мамой и до сих пор не советуюсь. теперь, когда я думаю об этом, мама в некотором смысле похожа на Якки.

Якки обычно плавная, улыбчивая, с ней легко разговаривать. Но иногда она вдруг становится жестокой. Слова настолько резкие, что вы будете шокированы, внезапно выскочат у нее изо рта, и она бросится на кого-нибудь. А потом, когда проходит немного времени, она как будто даже не помнит, что сказала, и ведет себя так, будто ничего и не было.

Много раз случалось, что какая−нибудь мелочь, сказанная мамой без всякого умысла−по крайней мере, я думаю, что она этого не хочет, вонзалась мне в грудь, как стеклянный нож, оставляя меня страдать.

Всякий раз, когда я говорил об этом с папой, он говорил, что она не хочет ничего плохого, и гладил меня по голове.

Она просто была в плохом настроении или что-то в этом роде, я всегда так думаю. У нее бывают такие дни.

Когда это папа с мамой ссорились?

— Я говорю, что это нечестно, что ты так себя ведешь! — Закричала Мама.

— Тебе не обязательно кричать. Я прекрасно тебя слышу.

— Я всегда был злодеем. Может быть, тебя это и устраивает, но я этого не вынесу.

— Но ты же не злодейка. Я не думаю, что ты плохой. Если кому-то из нас здесь и плохо, так это мне.

— Ты так не думаешь, и ты это прекрасно знаешь!

— Я действительно так думаю.

— Ну, тогда что же в тебе плохого?

— Я заставляю тебя сердиться. Если бы я не был плохим, ты бы на меня не сердилась.

Папа был тихим человеком. Он всегда улыбался, был немного встревожен или выглядел усталым и измученным.

В тот день, когда умер папа, мама села на скамейку в больнице, закрыв лицо руками.

— Как же я теперь буду жить без тебя?..?

Я села рядом с ней и погладила маму по спине. Я была уверена, что папа сделал бы то же самое.

— Я здесь ради тебя, — сказала я ей. — Ты не одна, мама.

Мама немного поплакала, потом кивнула. После этого в ту ночь произошло еще несколько событий, и я пошла в темную комнату посмотреть видео, которое снял папа. Папа не появлялся ни в одном из них.

В одном видео я бегала. И вообще, где же это поле?

Если я спрошу маму, она узнает? Мама, наверное, знала. Должно быть, мама тогда была с нами.

Я хочу попасть в это место. Солнце сильно светит вниз, и почти нет ветра, и если я останусь на месте, то будет жарко, но я могу просто бежать.

— Тебе не нравится розовый цвет, Мерри? — папа спрашивает меня.

— Да, не совсем, — говорю я.

— А какой цвет тебе нравится?

— Может быть, белый? Ох, и синий!

— Светло-голубой, да.

Одежда, которую мама покупает мне сама, обычно бывает розовой.

— Ты же девочка, так что розовый действительно самый симпатичный, верно? она всегда так говорит.

Всякий раз, когда она говорит это, и я расстраиваюсь, папа услужливо говорит: — Даже если она девочка, я думаю, что она может носить любой цвет, какой захочет.

Я хочу убежать.

Давай убежим.

Я собираюсь бежать.

— Эй... Я слышу голос, зовущий меня.

Кто бы это мог быть?

Может быть, папа? Голос звучит совсем по-другому.

Я хочу еще побегать, поэтому не обращаю на это внимания и бегу.

— Привет, Мерри... Мне кажется, это знакомый голос.

Я останавливаюсь. Может быть, это Митики?

Я оборачиваюсь назад.

Вдалеке кто-то есть. И не только один человек. Может быть, Митики и его банда?

— Митики? Муцуми? ОГУ?

Я повышаю голос, взывая к ним. Я не знаю, три это человека или нет. Они слишком далеко отсюда. Как бы то ни было, там кто-то очень далеко, и они не двигаются.

— Муцуми? Огу? Митики? Якки? Папа? Мама?

Сколько бы раз я ни звала, они все равно не придут. Если это не Митики и другие, или Якки, или папа, или мама...

Я стараюсь называть всех по именам. Всех...

— Кто же это? А кто это все?

Это не придет мне в голову.

— Я не могу вспомнить.

Почему?

О, да, мне это приходит в голову. Если они не придут ко мне, я могу просто пойти к ним.

На этот раз я бегу прямо к ним.

Бежать.

Но сколько бы я ни бежала, я не могу приблизиться к этим людям. Я двигаюсь вперед и вперед, но они не становятся больше.

Я выматываюсь и останавливаюсь.

Внезапно появляется тень, отбрасываемая на землю.

Я поворачиваюсь назад, и какая-то большая черная тварь пролетает над моей головой.

— А это что такое?

Я провожаю его взглядом.

Он исчезает за горизонтом прежде, чем я успеваю его понять.

Я сдаюсь и начинаю искать этих людей.

Но их там нет. Да и вообще нигде. Они уже ушли.

Я не знаю, в каком направлении. Откуда я пришла и куда направляюсь?

Травянистое поле простирается настолько далеко, насколько хватает глаз. Трава, небо. Больше ничего нет.

— ...Я одна, — шепчу я.

Мой голос даже не звучит глухо. Она все время давит мне на сердце.

Все... одна.

Я обдумываю эти слова, пережевываю их, пока они не теряют всякий вкус, и тогда до меня наконец доходит.

О.

Я оглядываюсь вокруг.

Там есть небо, трава и больше ничего, все как всегда.

Я поняла, что умерла. Вот почему я так одинока.

Мне кажется, что кто-то уже был где-то далеко, но это всего лишь мое воображение. Я умерла, и в итоге осталась совсем одна, так что там не могло быть никого.

Как только ты умираешь, то теряешь себя и перестаешь что-либо понимать, я уверена.

Но перед этим я хотела их увидеть. Это мое желание, возможно, заставило меня почувствовать, что там кто-то есть.

Я пытаюсь сесть. Мое тело не слушается меня.

Я опускаю глаза.

Я не вижу своих собственных рук. У меня нет ни рук, ни ног, ни тела.

Нет, ничего.

О, это потому, что я умерла,−думаю я.

Потому что я умер, от меня ничего не осталось.

Но это очень странно.

Я все еще могу так думать.

Неужели я действительно думаю?

Даже если я больше не существую?

В этом бесконечном поле, с таким высоким небом...

Поле?

Небо?

А где же все это?

Они уже ушли.

Я ничего не вижу.

Неужели я ничего не слышу, потому что ветер не дует?

Я пытаюсь закрыть глаза. Ничего не меняется. Очевидно.

У меня нет тела. Так что у меня нет глаз.

Единственное, что я могу сделать, это подумать.

Не совсем понятно, что я делаю-думаю или нет, но я думаю.

Думать.

О чем же мне тогда думать?

Я решаю считать.

Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь. Девять. Десять. Одиннадцать. Двенадцать. Тринадцать. Четырнадцать. Пятнадцать. Шестнадцать. Семнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать. Двадцать. Двадцать одни. Двадцать два. Двадцать три. Двадцать четыре. Двадцать пять. Двадцать шесть. Двадцать семь. Двадцать восемь. Двадцать девять. Тридцать. Тридцать одна. Тридцать два. Тридцать три. Тридцать четыре. Тридцать пять. Тридцать шесть. Тридцать семь. Тридцать восемь. Тридцать девять. Сорок. Сорок один год. Сорок два. Сорок три. Сорок четыре. Сорок пять. Сорок шесть. Сорок семь. Сорок восемь. Сорок девять. Пятьдесят. Пятьдесят один. Пятьдесят два. Пятьдесят три. Пятьдесят четыре. Пятьдесят пять. Пятьдесят шесть. Пятьдесят семь. Пятьдесят восемь. Пятьдесят девять. Шестьдесят. Шестьдесят один год. Шестьдесят два. Шестьдесят три. Шестьдесят четыре. Шестьдесят... шестьдесят... четыре. Пять? Шестьдесят... шесть... шестьдесят... пять? Шесть?

Нет, дай мне посчитать. Цифры, пожалуйста. А если нет, то да...

Я просто исчезну.

Исчезну.

Исчезну...

— Мерри.

Там есть голос.

Чей-то голос.

Я хочу тебя видеть.

Потому что это в последний раз.

Это и есть конец.

Прежде чем я исчезну.

Все, пожалуйста−

А кто такие все остальные?

Мерри? Мерри...?

Он держал меня за руку.

Чт... что же мне теперь делать?

Тебе ничего не нужно делать.

Мне ничего не нужно.

Потому что ты уже достаточно сделала для меня.

И это не ложь.

Я

была

счастлива, потому что

была

не

одна.

Ты была там

ради меня.

Хару

Я

Послушай, Я ...

Хару, Я ...

Что же это было?

Я

Что я опять пытаюсь сказать?

Я совсем забыла

Были вещи, которые я хотела тебе сказать

Так много всего произошло

Они все рассыпаются, так что прощай

О, если это прощание ...

Если я уезжаю далеко отсюда

Каждый

Я рад, что смог это сделать

— Эй, придурок.

На моем прыщавом лице появляется глупая ухмылка, когда Мэтт, большой парень, который провел больше пяти лет, издеваясь надо мной, называет меня так.

В этот момент я срываюсь. Я налетаю на него. Моя внезапная атака увенчалась успехом. Я толкаю Мэтта вниз. Я сажусь на него верхом. Я бью его кулаком по лицу.

Мое тело очень слабое. На самом деле я не могу ударить Мэтта, поэтому я бью безрезультатно.

Мэтт оправляется от шока. Он легко отталкивает меня от себя. В мгновение ока Мэтт набрасывается на меня, и его удары уже не так безрезультатны.

Это больно. Мне страшно. Я хочу, чтобы он пощадил меня. Но я не прошу пощады. Я отчаянно защищаюсь и стискиваю зубы. Я держусь до тех пор, пока не прекращается яростная атака Мэтта.

В конце концов у Мэтта начинают болеть кулаки, и он уходит, изрыгая на ходу ругательства.

Кинсберг.

Я лежу на обочине дороги на Саут-Пайн-стрит, один, и напеваю про себя маленькую победную песенку. Я хоть и гик, но не слабак. Или глупо. Я стану сильнее и осуществлю свою мечту.

Я изучаю японский язык. Мои основные учебные материалы-это аниме и манга. А еще анисон и джей-поп. Потом я читал японские романы. Я учусь.

С самого начала я хорошо разбирался в науках. Как только я начинаю самостоятельно изучать японский язык, я перестаю так сильно ненавидеть гуманитарные предметы.

Я убегаю. Я потягиваюсь. Я занимаюсь бодибилдингом. Тренировать свое тело.

Я не могу быть таким большим парнем, как Мэтт. И все же у меня есть кое-какие мускулы. Теперь никто не хочет иметь со мной ничего общего.

Я терплю это одиночество. Я работаю изо всех сил. Наконец, я ступил на японскую землю в качестве студента по обмену. Это на период около года.

Почему я не мог родиться в этой стране? Во всяком случае, эта страна мне очень подходит. Я, конечно, отаку и гик.

С моей принимающей семьей, Хазаки, я чувствую теплую семейную любовь, которую я никогда не испытывал со своей настоящей семьей.

В японской средней школе, где я мечтал учиться, я впервые смог завести настоящих друзей.

Я тоже нахожу любовь.

С японской старшеклассницей, Джей Кей, Сатсуки. Да, я нашел себе девушку с таким же именем, как у той девушки в Тонари-но-Тоторо.

Мы с Сатсуки держимся за руки−

Мы ходим Аль Онг в nkment Эмба, КР ОСС собой помогают преодолевать, идти в БО окст

— Джесси, твой японский действительно хорош, — говорит она. — Это, типа, так естественно.

...Сатсуки?

— Джесси?

Я целую Сатсуки.

Это милый поцелуй, где соприкасаются только наши губы.

— ...Кто же это? Я? Сатсуки?

Я серьезно люблю Сатсуки. Я хочу любить её со всей искренностью, на какую только способен, оставаясь при этом верным самому себе.

Люблю Са цуки, оставаясь верным самому себе...

Я чувствую что-то странное. Что-то здесь не так. День, когда я покидаю Японию, приближается.

Сатсуки говорит мне — я не против отношений на расстоянии.

Я просто постоянно говорю ей, что люблю ее. Потому что я люблю Сатсуки.

Наконец я возвращаюсь домой. У меня есть сеансы видеочата с Сатсуки несколько раз в день. Мы стреляем по ветру. Я чувствую себя счастливым только от этого.

Но когда наши беседы заканчиваются, я чувствую себя безнадежно одинокой и грустной. Я хочу снова услышать голос Сатсуки. Я начинаю хотеть увидеть её лицо.

Как раз когда я закрываю один сеанс, потому что в Японии уже поздно, и Сатсуки нужно поспать, я чувствую, что-то странное.

— Джесси, а тебе не холодновато в последнее время? — Говорит Сатсуки, и когда я извиняюсь, она огрызается на меня.

Что-то здесь не так. Это неправильно. Все это неправильно.

— Кто я такая? Я-Джесси? Я...

— Агеха, мы будем вместе всегда. — Такая крепко обнимает меня и шепчет на ухо.

Я хочу, чтобы он держал меня так вечно. Подбородок Такаи прижимается к моему лбу.

Такая не каждый день бреется как следует, поэтому, когда он шевелится, его борода царапает мне лоб, и это немного больно. Я помню, как велел ему побриться.

Он сказал, что Всё в порядке, но через несколько дней все забывает. В конце концов я сдаюсь. Я к этому привыкаю.

Так вот, я не нахожу это ощущение таким уж неприятным. На этот раз, когда мы с Такайей закутываемся в одеяло, мне жарко, голова кружится, хочется спать, но я не могу заснуть, а он так дорог мне. Я люблю его, и мне хочется попросить его поцеловать меня, но я слишком смущена. Я хочу, чтобы такая сделал это сам. Однако такая спит.

Ну же! Я начинаю злиться. Я и сам стараюсь заснуть. Когда я это делаю, губы Такайи прижимаются к моему лбу. Они постепенно движутся вниз. Я принимаю их своими собственными устами.

Разделяя долгий поцелуй, я чувствую, что-то странное происходит. Что-то здесь не так.

Тепло Такаи исчезает. Еще мгновение назад ему было тепло. Даже жарко.

Я все еще держу такаю. Я пытаюсь его согреть. Я не думаю, что это напрасно. Я не хочу об этом думать.

Рикимару находится неподалеку. Карацу здесь. Домико здесь. Тарацуна здесь. Никто больше не двигается.

Кровь, пролитая моими товарищами, теперь холодна. Я слышу жужжание насекомых. Собираются мухи. Я пытаюсь отмахнуться от мух рукой. Но я не могу прогнать их всех. Мне вообще трудно пошевелить рукой. Когда я смотрю, мухи тоже роятся вокруг моего живота.

Я хочу что-то с этим сделать. Я не знаю, что мне делать.

Такая. Просыпайся, Такая. Я хочу назвать его имя. Мой голос не выходит наружу.

Муха садится мне на губы. Он ползает вокруг. Муха пытается проникнуть в меня через них. Я пытаюсь закрыть рот. Но все идет не так уж хорошо. Вместо этого мои глаза начинают закрываться. Я чувствую что-то странное. Что-то здесь не так.

— Есть один способ. Только один.

Я кое-что понимаю.

Даже если мне не сказали прямо, разве мне не дали ключ? В чем смысл того, почему меня, нас, учат волшебной ракете, что в некотором роде является уникальным заклинанием, как наше первое заклинание?

Теперь я понимаю. Так вот оно что.

— Вот как это было, не так ли, волшебница Сара?

Я говорю это ей прямо. Сара, великий старейшина гильдии магов, просто улыбается и ничего не говорит.

Мне говорят, чтобы я сам об этом подумал. Чтобы открыть свой собственный путь. Если я этого не сделаю, то никогда не смогу достичь истинной магии. То, что я найду таким образом, будет моей магией.

Даже если я спрошу об этом, Сара ничего не подтвердит. Однако я уверен в этом. Наконец-то я его вижу. Путь, по которому я должен идти. Я пойду по тому пути, где нет никакого пути. Таков мой путь.

— Ясума — говорит мне Сара. — Ты не должен торопиться. А теперь посмотри на меня. Видешь ли, жизнь очень долгая штука. Ты можешь делать это медленно.

Естественно, таково было мое намерение. Даже когда я чувствую что-то странное, у меня, наконец, есть ключ к разгадке. Мне самому странно это говорить, но я думаю, что я серьезен и старательен. Как только я стал добровольцем-солдатом и магом, я работал до мозга костей, пытаясь овладеть магией. Я приобрел много заклинаний.

Я высказываю свое мнение, и если я чувствую, что кто-то не прав, я говорю ему об этом. Благодаря этому, бывали времена, когда я сталкивался лбами с другими, и мы шли своим путем. Однако всегда найдутся те, кто нуждается во мне как в маге.

Как маг и добровольный солдат, я прожил жизнь, которой могу гордиться. Я это прекрасно понимаю. И все же что-то здесь не так.

Я решаю отполировать свою волшебную ракету. Я уверен,что это будет мой прорыв. Я все еще нахожусь только на полпути туда. Нет, даже не это; можно сказать, что я только начинаю.

Я еще не могу упасть. И все же я чувствую что-то странное.

— Живи крепко, Ицунага. Сильный...

Моя мать в основном покрыта опавшими листьями. Я сам их всех собрал.

Мама выглядит холодной. Она вся дрожит. Вот почему я думаю, что должен её согреть.

Я держу маму за руку. Мама снова берет меня за руку. Вскоре её хватка ослабевает. Мама улыбается.

Моя мать умирает. И это я тоже знаю. Я видел, как умирают многие существа, поэтому знаю, что такое смерть. Моя мать вот-вот умрет и оставит мне послание, чтобы я жила сильной.

Мне кажется, что-то здесь не так. Что-то здесь не так. Так это или нет, но мама умрет. Держа маму за руку, когда она перестает двигаться, я клянусь себе, что никогда не забуду того, что люди деревни сделали со мной и мамой.

Мать не произносит ни единого слова жалобы. Однако я не могу простить этого жителям деревни. Я просто не могу этого сделать.

В кармане у меня лежит короткая катана, которую мама велела мне носить для защиты. Я решил отомстить за нее этим клинком. Если эта короткая катана не сможет добраться до их горла, я найду себе более длинную катану, и с её помощью я пронзу их сердца одним ударом.

Если я скажу ей это, моя мать наверняка остановит меня. Поэтому я ничего не скажу. Я молча позволил матери спокойно умереть. Пусть она отдохнет.

Однако я думаю, что здесь есть что-то странное.

Что-то здесь не так.

— Кто я такая? Я Ицунага? Даже я больше не знаю, кто я такой. Но только не для меня.

Имена меняются. Мне все равно, как меня зовут. Я отбрасываю десять имен, подбираю сотню и обладаю тысячей.

Диха ГАТТ. Это всего лишь одно из тысячи имен, которыми я владею. Однако это довольно старое название. Возможно, самый старый из них.

Я−

Джесси Смит.

Агеха.

Ясума.

Ицунага.

Диха ГАТТ.

— Кто я такая?

Имя не имеет значения. У меня есть тысяча имен. Я пересекла тысячи Земель.

Без ДЕЗ тинат Иона? Мне кажется, что-то здесь не так. Пока я дрейфую в поисках невидимых достопримечательностей, со мной происходит что-то странное.

Стоя на отвесных утесах залива, когда ветер дует вверх, я смотрю на море, где ярко-зеленый цвет сменяется синим, а затем еще более глубоким синим. Вдыхая удушающе сильный запах моря, я прищуриваюсь.

Я смотрю на свои собственные руки. Мои зеленые руки. Мои толстые пальцы. Мои твердые, прочные когти.

Я-одинокая крыса.

Крысиный Король.

Я

Гэа Тсуна Йе га ВНО ЯСУ-Ди-Су Ма, т. е. ГАТТ МИТ га didididididiha gagagagagagagagagagagagagatt gaitsutsutsutsutsuna gayasususususususususumaa geageagegegegegegegegeagehaJohnjejejesiesmismismismismismismismithit hmememememememememememememe Maryryryrymemememememememememememe Johnsmithagehayasuma itsunagadihagattratatatatatatatatatat kinginginginging

Я не должен идти дальше.

Я уже бегу

Эксплуатации

Бежать

Нет поля

Никакого неба

Никакая вещь

А это еще что такое?

Да никто и не смеет он ре

Я ал один

Кто-то говорит, что ты не одна.

Так говорят несколько человек. Они тянутся друг к другу. Прикоснись ко мне. Без колебаний. Неистово. Они пробивают себе дорогу внутрь меня. Они заходят внутрь.

Стоп. Нет, не уходи. Только не внутри меня. Не надо, пожалуйста.

— Мерри!

Это.

Это мое.

— Мерри!

Зови меня по имени.

Назови это еще раз.

Свяжите меня.

Не отпускай меня.

— Мерри!

— Мерри!

— Мерри!

О...

И вот я пытаюсь открыть глаза.

Кузаку вошел в здание.

— Какого черта! — крикнул он всей группе. — Неужели эти твари собираются оставаться здесь даже после наступления темноты?!

Снова и снова, больше раз, чем он мог сосчитать, Кузаку выходил наружу, а затем возвращался вот так. Должно быть, он очень устал. Он, без сомнения, умирал от голода и жажды. Но даже в этом случае он не мог оставаться на месте.

Легко было понять почему. Харухиро чувствовал то же самое. Было трудно молчать об этом. Но он не мог отойти от нее ни на шаг.

Юме сидела, приподняв одно колено, у разбитого входа без двери. Хотя она держала в руке катану, её пальцы едва касались рукояти.

Юме все это время смотрела вниз. Даже если он окликнет ее, она может не ответить. Именно такое чувство испытывал Харухиро.

Шихору была в таком же состоянии. Она сидела рядом с Харухиро, опустив голову и не двигаясь.

Птицы все еще издавали ужасный шум. По очереди стоя на краю дыры в потолке, там было больше десяти ворон, и они были так же шумны, как и всегда.

Кузаку пнул ногой землю, затем присел на корточки. Через мгновение он сказал — что же нам делать?

Харухиро открыл рот, чтобы что-то сказать. Но ничего не вышло.

Он облизнул губы. Они немного болят. Губы у него были сухие и потрескавшиеся.

В конце концов Харухиро просто сказал — Пока ничего.

— Тогда ладно.

Кузаку попытался встать. Неужели у него не работают ноги? В конце концов он потерял сознание.

Что же касается Харухиро, то он не просто наблюдал и ничего больше не делал. Это потребовало большого мужества, но он проверил состояние Мерри и состояние Джесси, который превратился во что-то вроде тонкой кожаной куклы, и сделал это не один раз, а много раз.

Особенно страшно было прикасаться к Джесси. В коже Джесси не было тепла, и она не казалась влажной, но и не была сухой до костей.

Харухиро попытался приподнять левое запястье Джесси. У него был вес, как и должно было быть. Но только не вес человека. Неужели все было так, как казалось, и Джесси теперь превратился в сплошную кожу и кости? Он никак не мог быть живым, но и зловония смерти тоже не ощущал. Это означало, что он не гниет.

В этом отношении она была такой же.

Она ведь умерла. Или должен был бы. Харухиро был там в тот момент, когда это случилось.

И в этот настоящий момент она тоже не была жива. Он и сам это подтвердил. Пульса у нее не было. её сердце не двигалось. Температура её тела, вероятно, даже не сильно отличалась от температуры окружающей среды. Несмотря на это, трупное окоченение еще не наступило. Она вовсе не гнила.

Была еще одна вещь, которую он проверил, так как она привлекла его внимание.

У людей, если они были живы, сердце всегда билось, создавая постоянный поток крови через их тело. Если сердце остановится, естественно, то и поток крови тоже остановится. Что же тогда произойдет?

Ну, на кровь действовала сила тяжести. Если человек лежал лицом вверх, то кровь собиралась в задней части тела. Это было очевидно даже при взгляде на труп снаружи. Это называлось посмертной синюшностью, и та часть тела стала пурпурной.

Харухиро попытался приподнять её голову. Для этого ему пришлось отодвинуть Джесси, который прижимал левое запястье к ране на её плече. Харухиро осторожно развязал ткань, связывавшую её и Джесси вместе.

Он сомневался в своих глазах. На левом запястье Джесси осталась похожая на рану рана. Однако её плечо было чистым.

Массивная рана, которая вполне могла бы убить ее, теперь полностью исчезла. Он также не видел большого количества крови, которая должна была бы вытекать из раны Джесси. Даже ткань, которая должна была потемнеть от крови, была сухой и не особенно грязной.

Харухиро со стоном подняла голову и откинула волосы, чтобы посмотреть на затылок девушки.

Возможно, этот результат должен был быть данностью.

Там не было никаких признаков посмертной синевы.

Что именно это означало? Она не была живой. Однако он также не мог сказать, что она мертва. Она никак не могла просто так остаться. Там должен быть какой-то перемены, которые будут происходить.

Что же это за перемены? Он не мог этого предсказать. Это было очевидно. Он никак не мог этого предсказать.

Харухиро надеялся, что это будет хорошая перемена. И в то же время он был напуган. Возможно, сейчас произойдет что-то невероятное. Возможно, это уже происходит.

Независимо от того, что это была за перемена, у него не было другого выбора, кроме как принять ее. Но, в конце концов, сможет ли он это сделать?

Оооооооооооооооооооооооооооооооооооо...

— Ого! — Кузаку вскочил на ноги.

Юме тоже повернулась и посмотрела на улицу.

— Харухиро-кун... — Крикнула Шихору, и Харухиро кивнул.

Он ничего не забыл. Джесси им все рассказал. Когда солнце садилось, приходили Вулы.

Юме стояла на одном колене, готовя свою катану. Кто-то ворвался в здание. Юме пропустила их вперед, не останавливая. Это был не один из пожирателей падали, известный как Вулу. Это была Сетора с главным посохом, а за ней-Киити, серая ньяас.

Сетора даже не взглянула на Юме или Кузаку, когда бросилась к Харухиро. — Хару!

— Да — только и сказал в ответ Харухиро.

Сетора прислонила главный посох к решетке, а затем остановилась перед Харухиро. Она сделала глубокий вдох.

Киити уткнулась носом в голени Сеторы, мяукая со звуком няяяя.

— Где ты была все это время? — Спросила Шихору.

— Искала — коротко ответила Сетора, доставая из кармана предмет размером с кулак.

Дело было не только в размерах. Он тоже был похож на сжатый кулак. Это был металл? Она выглядела твердой и, казалось, имела немалый вес. Похоже, в нем было несколько дырок. Из них сочился бледно-голубой свет.

Харухиро посмотрел на предмет. Вот и все, что он сделал. Это ни в малейшей степени не привлекло его внимания. Что бы это ни было, честно говоря, ему было все равно.

— Это сосуд псевдодуши — объяснила Сетора сама себе. Внутри находится псевдодуша энбы. Это то, что можно назвать истинным телом Голема из плоти. Некромант связывает псевдодушу с Големом, созданным путем сшивания мертвых тел вместе. Я родилась в доме Шуро и поэтому возилась с мертвыми телами людей и животных с тех пор, как себя помню. Даже в деревне дом Шуро считается тревожным местом. Меня тоже часто дразнили как вонючку.

Она сделала паузу.

— Правда в том, что некромант почти никогда не имеет дела с гниющими трупами. На самом деле тщательно вымытый труп чище и менее вонюч, чем живой человек. Кроме того, при правильном использовании кости, мышцы, кровеносные сосуды и органы действительно прекрасны. Когда вы видите, как голем из плоти, созданный путем сшивания этих вещей, начинает двигаться, это по меньшей мере движущееся зрелище. Харухиро сделал смелый шаг вперед, однако, как только я построила Энбу, я больше не могла мотивировать себя работать над другим големом. Некроманты из дома Шуро создают големов, уничтожают их, а затем создают новых. Они повторяют это всю свою жизнь, стремясь усовершенствовать свое ремесло. Я был довольна Энбой. Хотя члены моего дома никогда этого не понимали. Это считалось эксцентричным для женщины из дома Шуро-заниматься воспитанием ньяаса. Похоже, что я в некотором роде чудачка.

Харухиро неопределенно кивнул. Если бы не нынешняя ситуация, он, вероятно, выслушал бы Сетору как следует. Но сейчас он не мог этого сделать. Он не хотел этого слышать. Он просто не мог слушать. Честно говоря, у него были и другие заботы.

— Хару. — Сетора засунула сосуд псевдо-души обратно в карман. Киити пристально посмотрела на нее. — Я вижу, ты любишь эту девушку.

− Что ... — его лицо дернулось, и он потерял все слова. С чего бы ей вдруг такое говорить?

Но почему именно здесь? Но почему именно сейчас...!

Аууууууууууууууууууууууууууууууууу!

Вулусы завыли.

Харухиро посмотрел на дыру в потолке. В какой-то момент все вороны исчезли. Он посмотрел вниз, дважды моргнул и глубоко вздохнул.

— Это однобоко, — сказал он.

"Я не могу лгать", подумал он. Это единственное, чего я не могу сделать.

— Это мое... можно сказать, односторонние чувства. Это не−

— Всё в порядке. Сетора присела на корточки, протянула правую руку и закрыла рот Харухиро. Затем, по какой-то причине, она улыбнулась немного, и сказал: — Я понимаю. Но послушай, Хару — продолжала она уже другим тоном.

Руки Сетора это было трепетное. Она вложила в него еще больше сил.

— Мертвые не возвращаются.

Харухиро ничего не мог сказать в ответ. И вовсе не потому, что Сетора закрыла ему рот. Он легко мог бы это исправить. Харухиро насторожился.

Может быть, мне снится сон? Сон, в котором мертвые возвращаются к жизни? Даже если смерть-это конец для людей?

С этим единственным заявлением Сеторы его удобный сон прервался, и он проснулся. Вот что он чувствовал сейчас.

Сетора отдернула правую руку, обхватила её левой и крепко сжала.

— Голем был в некотором смысле продуктом компромисса. Люди, которые позже стали известны как некроманты, изначально пытались воскресить мертвых. Приобретение реликвии сделало их способными создавать псевдодуши, и они продолжили свои попытки после создания голема. Однако им это никогда не удавалось, ни разу. Смерть-это необратимое явление. Это не просто люди−ни одно живое существо не может вернуться из смерти. Даже если эта женщина снова начнет дышать, как я вижу, это будет не то пробуждение, на которое вы надеетесь. Женщина, которая возвращается, может быть совсем другим человеком, чем та, что умерла. По крайней мере, я надеюсь, что она не какой-нибудь неизвестный монстр.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро ничего не ответил.

— И все же, если она восхитительно преданна, как голем, то это уже кое-что. Но что ты будешь делать, если она не придет?

— А что я буду делать?..?

— Нет — ответила Сетора. — Ты ничего не можешь сделать. Тебе придется признать и принять все это.

— Я... знаю это.

— Неужели? Можешь ли ты высоко держать голову и сказать, что готова сделать это, Хару?

Если бы он был готов к этому, то должен был бы высоко держать голову и немедленно кивнуть. Но он не мог этого сделать.

— Если ты не можешь этого сделать... — Сетора смягчила свой тон и заговорила спокойно. — ...тогда есть кое-что, что вы должны сделать прямо сейчас.

— Что-то... Я должен это сделать?

— Да, совершенно верно. Я уверен, что еще есть время. Проткни голову и сердце этой женщины своим стилетом. Покончи с этим вот так. Если ты не можешь этого сделать, то я могу сделать это за тебя. Я привык взваливать на плечи чужую плохую карму. Я могу сделать это без колебаний. Я сделаю это в одно мгновение.

Еще есть время. — А что, есть? Я должен это сделать. Мне. Своими собственными руками. Или пусть это сделает Сетора. Нет, если кто-то и делает это, то только я. Но разве это необходимо? Это не. Разрешить. Да. Если только у меня хватит решимости. Если я могу сказать, что я в порядке, что бы ни случилось.

— Угу... — Послышался стон.

Это было не от Харухиро. Или Сетора. Это было не от Шихору, не от Юме и не от Кузаку.

Это была Мерри.

Все конечности Мерри вытянулись наружу. Дело было не только в её руках и ногах. её шея и туловище тоже изогнулись назад, как лук.

— Мерри...!— Харухиро прыгнул на нее. Вскоре его голова была отброшена назад.

— Uwahhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhhh! — он закричал.

Было темно, так что он не мог хорошо видеть, но что-то текло изо рта Мерри, и, вероятно, из других её частей тоже. Что? А что же тогда выходит из Мерри?

— Нгх...— Харухиро невольно прикрыл рот рукой и задержал дыхание.

Это зловоние.

Кровь?

Может быть, это кровь? Это было похоже на запах крови. Нет, но он был более грубым.

— Что...?! Сетора попятилась назад.

— М-Мерри-тян?! — Воскликнула Юме.

— Мерри-Сан! — Закричал Кузаку.

— ИК! — Шихору слегка вскрикнула.

Что же это было? Что же это было, черт возьми? В конце концов Харухиро опустился на колени, положив левую руку на землю. Кровь или что это было, он толком не знал, но жидкость, которая вытекала из Мерри, намочила левую руку Харухиро, а затем и его колени. Там были большим количеством его.

— Агух, го, Ге, ГХ, gwuh, gwah, ага, fugagh... — Мерри издала странные звуки вместо своего голоса, продолжая извергать жидкую субстанцию.

И что теперь? Что же мне теперь делать? Я не могу просто ничего не делать. Я должен сделать хоть какой-то шаг. Я должен что-то сделать. Я имею в виду, что она выглядит так, будто страдает.

— М-Мерри...!

Харухиро смело шагнул вперед и обнял Мерри за плечи. Он хотел остановить это. Остановите выход жидкости. Но разве это нормально-заставить его остановиться? Может ли он остановить это? Как же так?

Жидкость просто продолжала выходить из Мерри. Мерри уже вся пропиталась им. Харухиро тоже был там. Его руки, руки, ноги-все было мокрым. Вода забрызгала ему все лицо. Эта жидкость, вероятно, была не просто обычной кровью. Или это вообще была кровь?

Харухиро надавил левой рукой на правое плечо Мерри, а правой потянулся к её щеке. В конце концов, это был не только её рот. Жидкая субстанция, казалось, тоже вытекала из её носа и глаз. Харухиро попытался вытереть ее. Это было бессмысленно. Он продолжал выходить наружу. Может быть, это был бездонный резервуар? Он никогда не прекращался, даже на мгновение. Но он не мог помочь, но стереть его. Потому что он не мог просто ничего не делать.

— Мерри, ты меня слышишь?! Мерри! Это я, Харухиро! Мерри!

Он хотел что-то сделать, но ничего не мог поделать с жидким веществом. Было невозможно остановить его, когда он так хлестал.

— Мерри! Мерри! Мерри! — Харухиро все время звал ее.

Все тело Мерри было напряжено, и в любой момент она могла снова начать метаться. Это должно было быть ужасно тяжело для нее. Вероятно, она страдала.

Если она страдала, это означало, что она была в таком состоянии, когда могла страдать. В таком случае, разве они не были почти там? Но почти где именно? Это было трудно объяснить. Но, наверное, это будет только чуть дольше.

Харухиро обнял Мерри и закричал: — Все будет хорошо! Тебе не о чем беспокоиться! Я здесь! Я−мы-здесь! Мерри, мы с тобой!

Твое тело здесь, но, возможно, ты все еще где-то в другом месте. Куда-то, куда мой голос не может долететь. Возможно, вы даже не услышите моего жалкого голоса. В таком случае я буду кричать до тех пор, пока он не доберется до тебя. Я буду реветь, пусть мой голос отдается эхом, чтобы он достиг тебя. Возможно, я не смогу взять тебя за руку, где бы ты ни был, и привести обратно сюда. Но в таком случае я буду звать тебя так громко, как только смогу, и притягивать к себе.

— Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Мерри. Меррийййй!

Харухиро еще крепче обнял Мерри. Он еще раз попытался выкрикнуть её имя. Его голос давно уже стал хриплым. Ему было все равно, даже если он сломает себе горло. Он будет звать её так долго, как только сможет.

Мерри глубоко вздохнула. До сих пор она только и делала, что извергала жидкую субстанцию.

Она начала кашлять. — Ha...ru?

Несмотря на сильный кашель, он был уверен, что слышал слова Мерри.

Потом ей удалось выдавить: — Хару. Это был ты, Хару?

О чем только Мерри думала, что это был Харухиро? Харухиро этого не знал. Но это уже не имело значения.

— Ну да! Это я, Мерри. Харухиро. Ты же меня знаешь. Ты ведь меня слышишь, правда? Мерри. Ты же вернулся. Мерри! Мерри...!

Мерри молча кивнула. Похоже, её кашель постепенно утихал. её дыхание все еще было крайне неровным. Как бы то ни было, Мерри продемонстрировала свое сознание. Очевидно, в том смысле, который не может быть неправильно понят. Мерри назвала имя Харухиро. Она поняла, о чем говорит Харухиро.

Что и означало...?

Это просто невероятно.

Нет, я могу в это поверить.

Какими словами можно выразить это чувство? — Мы сделали это”? "Слава богу”? Должен ли я сказать “C возвращением”? “Я уже давно жду”? “Спасибо, что вернулись к нам”? “Я скучал по тебе”? Все это правда, но даже если бы я сказал их все, этого было бы недостаточно. Но если Мерри с нами, этого более чем достаточно.

Ооооооо! Ого! Ого! Ооооооо! Awoooo!

— Харухиро! — Закричал Кузаку. — Это все из-за этих тварей Вулусы!

— Вулус, — четко произнесла Мерри. Она попыталась встать.

Харухиро тут же попытался удержать ее. — Мерри, еще не−

— Сейчас не время об этом говорить.

Она была абсолютно права. Сейчас было не время говорить ей, что она еще не готова. Харухиро помог Мерри подняться на ноги.

Мерри попыталась идти, но споткнулась. её главный посох был прислонен к ближайшей решетке.

Мерри взяла его в руки. — Для снаряжения, — пробормотала она, затем тихо застонала и покачала головой. — Было бы неплохо иметь щит. И еще лук со стрелами. Они все еще должны быть на складе...

— Мерри...?

— Нам нужно поторопиться.

Мерри присела на корточки, обыскивая тело Джесси, которое было не столько трупом, сколько сброшенной оболочкой. Что именно она делает? Прежде чем он успел спросить, Мерри встала.

— Я провожу вас на склад. Это действительно близко. Давай.

— ЕР... Ну ладно.

У Харухиро были некоторые сомнения, но он отбросил их в сторону. Сейчас было не время говорить о них.

У входа стояли Сетора и Киити, а также Юме и Шихору.

Кузаку был снаружи. Он был немного в стороне, его большая катана сияла белым светом. Должно быть, он наложил на него легкое магическое заклинание сабля.

Оооооооо! Оооо! Ого! Ооооооо!

Они были уже близко. Это были завывания Вулус.

— Это же громадина! — Закричал Кузаку.

Может быть, он говорил о Вулу? Но где же они были? Харухиро их еще не видел.

— О свет, да пребудет с тобой божественная защита Люмиариса. Защита.

Мерри использовала легкую магию. На левом запястье Харухиро и всех остальных появилась сияющая гексаграмма.

— Hahhhhh! — Кузаку взмахнул своей большой катаной. Там была вспышка белого света, и.....

Это был всего лишь проблеск, но мне кажется, что я его видел. В vooloo. И это все? Но если серьезно, то разве это не слишком много?..?

— Куза− — начал он.

— Тпру...?!

Тень явного Вулуса поглотила Кузаку. Нет, может быть, оно прыгнуло на него и толкнуло вниз? Харухиро не мог даже шагу ступить. Юме, Шихору и Сетора были такими же.

Это была всего лишь Мерри. Оставив позади Харухиро и остальных, Мерри ворвалась внутрь.

— О свет, да пребудет с тобой божественная защита Люмиариса... — Мерри выпустила ослепительный свет в сторону Вулу, который был на вершине Кузаку.

— Виноват!

Он издал вопль, все его тело содрогнулось, и, хотя это было только на мгновение, на этот раз они ясно увидели его.

Она была покрыта шерстью и, вероятно, имела черный цвет. Темно-коричневый, темно-серый или что-то в этом роде. Это был волк − пожиратель падали.

Волк? — Недоверчиво подумал Харухиро. Как это-волк? И что же это за часть? Волки ведь не такие уж большие, верно? Они ведь более худые, не так ли? Разве эта штука не слишком прочная? Но я чувствую, что форма его головы была похожа на собачью. Он был похож на волка. Но в целом он производил совсем другое впечатление. Это существо было больше похоже на медведя, чем на волка.

В тот момент, когда ему пришло на ум слово — медведь”, он вспомнил. Джесси как раз говорил о них.

— К востоку от гор Куарон есть Вулусы, которые больше, чем туманые пантеры в Тысячи Долин. Они размером с медведей, — сказал он.

Медведи.

Вот и все. Он же сказал-медведи!

— Гваххриахх! — Кузаку оттолкнул Вулуса, выбираясь из-под него. Почти в то же самое время, может быть, непосредственно перед этим, а может быть, сразу после этого, Мерри завелась и ударила своим головным посохом в лицо вуулу. Похоже, это заставило Вулуса замолчать.

Мерри закричала: — Хару! — когда она пустилась бежать. Может быть, она направлялась на склад или что там еще?

— Мы двигаемся! — Сказал Харухиро, и тут же ему пришло в голову, что это плохо. Я не принимаю решения сам. Я просто плыву по течению. Какой смысл мне вообще существовать? Нет, причина моего существования здесь не важна.

— Ах, черт возьми! — Воскликнул Кузаку. — Спасибо, Мерри-Сан! Я так рада, что ты в порядке! Заххххх! — Он ударил Вулу своей большой катаной, затем повернулся и побежал.

— Идите все! Вперед!— Харухиро размахивал руками, подгоняя их.

Сетора и Киити, Юме, Шихору и, наконец, Кузаку последовали за Мерри. Харухиро последовал за Кузаку.

Вулу приближались.

Оооооооо! Ого! Ооооооо! Оооо! Awoooo!

Тут и там завывали Вулусы. А сколько их там было? Их было очень много. Как могло быть несколько таких медвежьих тварей? Нет, прежде чем беспокоиться о других Вулус, он должен был позаботиться о том, что было раньше.

Fweh, хах, хох, хах, хах, hahh, хах, hahh.

Он слышал её дыхание, когда она приближалась. Вулу из прошлого делал бешеную атаку. Это их настигнет. Он приближался, чтобы напасть.

— Рутений...!

Харухиро издал странное восклицание, отпрыгнул в сторону, перекатился и снова встал.

Это было уже близко! Его когти, или что-то еще, задели его!

Вулус издал недовольное рычание, откинув назад свое большое тело, словно готовясь к чему-то. Так ли это было?

Вот дерьмо, вот дерьмо, вот дерьмо!

Харухиро побежал. Он бежал так быстро, как только мог. Но он чувствовал, что не может надеяться превзойти его в скорости.

— Смотри.Видишь? Вулу уже так близко.

Там было темно, так что он не мог разглядеть её достаточно хорошо. Его глаза сияли.

Это уже близко. Это слишком быстро, слишком быстро. Это меня достанет.

— ИГХ...!

Он попытался как-то вырваться. Неужели он не успел вовремя? Следующее, что он помнил, это то, что он был раздавлен. В воздухе стоял сильный животный запах. Он не мог дышать. Неужели его сейчас съедят? Сожрали?

— Убить их...! — Закричал Кузаку.

Неужели Кузаку повернул назад, чтобы нанести удар по Вулусу, который пытался съесть Харухиро?

В vooloo взвизгнула, но он не позволил Харухиро идти.

Кузаку закричал — Эй, ты! — и снова ударил Вулу ножом. — Как ты думаешь, что ты делаешь с Харухиро? Убирайся отсюда! Я убью тебя! Умри, проклятый медведь!

Он несколько раз ударил её своей большой катаной.

"Нет, я не думаю, что это медведь", подумал Харухиро. Или это медведь?

Разве это имеет значение?

Наконец, Вулу слез с Харухиро.

Кузаку немедленно поднял его на ноги. — Харухиро, ты в порядке?!

— Да, так или иначе...

— Это плохие новости. Я не могу разрезать эту штуку. Его мех вроде как ... Ох...?!

Кузаку отбросило назад. Вул-у снова бросился в атаку. Кузаку, однако, инстинктивно защищался своей большой катаной. Ему удалось вкопаться и каким-то образом не упасть.

Оооооооооооо! Вулу уже собирался наброситься на Кузаку.

Харухиро вытащил свой Стилет. До сих пор у него даже не было оружия наготове.

Какого черта я вообще делаю?

Он схватился за Вулу, который снова собирался атаковать Кузаку, борясь с ним и вонзая в него свой Стилет. Он все колол и колол. Он определенно колол его, как и собирался, и Вулу крутился вокруг, потому что ему это не нравилось, но ... это не сработало, не так ли?

Мех. Этот жирный, жесткий мех был виновником всего. Спутанный мех сам по себе не был таким уж твердым, но он был плотным и слоистым, образуя что-то вроде подушки. С помощью чего-то столь же короткого, как его Стилет, Харухиро мог вонзить его по самую рукоять, и самое лучшее, что он мог сделать, это проткнуть эту меховую подушку.

Это была еще большая проблема, чем панцирная кожа Гоуреллы. Если он собирается сделать это по правилам, то должен ли он целиться в глаза или что-то в этом роде?

Вулу испустил пронзительный вой, когда поднял свою верхнюю часть тела. Он стоял на задних лапах.

— Ну и что?! — Взвизгнул Харухиро.

Неужели эта тварь действительно не волк,а медведь? Я имею в виду, когда эта штука стоит, она действительно огромна!

— Ого?! Оооо?! — Кузаку выглядел удивленным.

Харухиро отчаянно цеплялся за спину Вулу. Но Вулу лаял и яростно тряс свое тело, так что он не мог этого вынести.

Это очень плохо.

Я не могу этого сделать.

У меня нет на это сил.

Он отлетел в сторону, отлетел в сторону и вместо земли ударился о стену какого-то здания. Стена не смогла остановить Харухиро, и он прорвался прямо сквозь нее.

— Унг... ГУ...

А?

Это... яркий?

— Вот это да! Так оно и было... Голос Юме?

Харухиро лежал на спине. Очевидно, он сильно ударился головой, пробиваясь сквозь стену. Из-за этого он был немного потрясен.

Оглядевшись вокруг, он в конце концов нашел Юме. И Шихору тоже. И Сетора, и Киити.

А, так вот оно что. Склад. Это был настоящий склад. Это имело смысл. Вот почему здесь горел свет. То есть Юме была здесь, Шихору была здесь, Сетора была здесь, Киити была здесь, и, конечно же, Мерри тоже была здесь.

— ...А?

Как странно.

Почему-то казалось, что на Мерри нет никакой одежды.

Что же это было? Иллюзия? Так и должно быть. В конце концов, у нее не было никаких причин раздеваться здесь.

— Хару...!

Мерри бросилась к нему. Не буквально, конечно. Это было само собой разумеющимся. Мерри не умела летать. Но она была быстра.

Когда обнаженная Мерри обняла его, Харухиро подумал, что, может быть, это и есть рай. Нет, скорее всего, нет. Небес ведь не было, верно? Но в таком случае это была реальность...?

— Эй, ты! — Сетора швырнула в Мерри зеленоватый плащ. — Надень хотя бы это!

— Ах...! Пока голова Харухиро лежала у нее на коленях, Мерри взяла этот зеленый плащ и прикрыла им свою грудь. — Э-Это ... моя одежда промокла насквозь, так что я переодевалась...

— О-Ох.— Харухиро крепко зажмурился. — ...Да. Я не буду смотреть. Несмотря ни на что.

— Мяу! Кузаккун в беде! — Закричала Юме.

— Мы должны поддержать его! — Закричала Шихору.

Юме и Шихору почему-то поднимают шум. Нет, не по какой-то причине. Кузаку берет на себя Вулу самостоятельно. А я тем временем? Что же это такое? Это нормально, что я использую колени Мерри как подушку и крепко зажмуриваюсь, пока она переодевается? Но ведь это не так, верно?

— Э-э, ГМ... Хару, у меня есть верхняя половина, так что ... ..

— Ох, ох...

Харухиро открыл глаза и поспешно сел. Он украдкой взглянул на Мерри.

Мерри как раз собиралась встать. На ней было зеленое пальто, как и положено. Только ноги у нее были голые. Она сказала,что прикрыла свой топ. А как насчет её попки?..?

Он покачал головой. Даже если она была голой внизу, какое это имело значение? Кроме того, если у нее есть сменная одежда, да, она захочет переодеться. В этот момент её предыдущий наряд был в полном беспорядке. Честно говоря, Харухиро и сам хотел переодеться.

Юме несла лук, а на плече у нее висел колчан, полный стрел. Сетора держала в руке копье. Она тоже несла квадратный щит.

Шихору тоже несла щит, но не для себя, так что она, вероятно, собиралась передать его Кузаку. Еще раз взглянув на это здание, каким бы маленьким оно ни было, я понял, что оно определенно было складом. Вдоль стеллажей стояли мечи и копья, а к стенам было прислонено несколько щитов.

Там были луки. Там были стрелы. Там была полка с тряпками и кусками одежды. Было неясно, что там внутри, но там были банки. Это были не просто лампы, свисающие со стропил. Там были и другие вещи, которые он не мог с легкостью определить.

Харухиро невольно посмотрел в сторону Мерри. Он тут же отвел глаза. Мерри присела на корточки и принялась шарить под пальто. Наверное, она уже одевалась.

— Нувах! ЦВА! Сихххх! — Кузаку сражался с Вулу один.

— П-Правильно! — Харухиро пришел в себя, но не успел отдать никаких приказов...

— Защищай! — Закричала Сетора, бросаясь к Шихору.

— Право...! — Шихору ответила Хорошо, направляясь к выходу через дыру, которую Харухиро пробил в стене. Юме последовала за ней.

Харухиро хлопнул себя левой рукой по левой щеке. Возьми себя в руки, сказал он себе. Он последовал за Юме. Сетора привела Киити и пошла с ней.

Когда он оглянулся, Шихору только что закончила кричать — Кузаку-кун...!

и бросил щит. Щит покатился к ногам Кузаку. Кузаку взглянул на него сверху вниз, но это было все. Похоже, у него не было возможности поднять его.

Кузаку приблизился к Вулу, крича и размахивая своей большой катаной.

Большая катана попала в левое плечо Вулу, но он все равно не смог её перерезать.

Кузаку отвел назад свою большую катану. — Keeahh...!

Он опустил его вниз. Вулу получил удар по макушке, но просто споткнулся и попятился. Подкладка из его меха была тем, чего следовало опасаться. И что они вообще должны были с этим делать?

— Ты болван, не режь! Толкай! — Закричала Сетора.

Она не просто кричала об этом. Она помчалась к Вулу. Вытянув вперед копье, она вонзила его ему в горло. Невероятно, но он вонзился как следует.

Сетора без колебаний отпустила копье и отпрыгнула назад. — Иди сюда, идиотка!

— Раррргххх!

Кузаку бросился на Вулу. Когда Кузаку пошел в атаку, выпустив все свои боевые инстинкты сразу, он был жестоким до такой степени, что немного пугал. И вот теперь все было именно так.

Кузаку врезался всем телом прямо в Вулу. Его большая катана глубоко вонзилась в грудь зверя. Удивительно, но к этому моменту Сетора уже повернулась и направилась к складу.

— Хару! Когда он услышал свое имя и обернулся, в его сторону летело копье.

Почему? — спросил он, но Харухиро инстинктивно уловил его вопрос.

— И ты тоже, охотница! — Сетора тоже бросила Юме копье и взяла одно для себя. — Ну же!

Даже когда Харухиро подумал, что я идиот, нерешительный, некомпетентный, бесполезный и никому не помогающий, он убрал свой стилет и приготовил копье.

Вероятно, он никогда раньше не пользовался копьем. Ну и что с того?

Кузаку крикнул: — отойдите сейчас же! — когда Сетора и Юме ворвались внутрь, каждая из них пыталась добраться туда первой.

Один удар, который получил Кузаку, был особенно эффективен. Вулу был полностью на задней ноге.

Сказать, что копья Харухиро, Сеторы и Юме собирались проткнуть его насквозь, было немного преувеличением, но все три их копья поразительно вонзились в него. Вулу изогнулся назад от боли, но скрутил свое тело как раз перед тем, как оказаться на спине, поэтому он упал на бок. Он, возможно, хотел бы встать на четвереньки, но это выглядело так, как будто четыре копья и большая катана Кузаку, застрявшие в его горле, груди и других местах, мешали ему.

— Прочь с дороги! — Кузаку, который временно отступил, в бешенстве прыгнул на Вулу. Он вырвал свою большую катану и тут же нанес удар. Он пронзил её насквозь.

Рот. Кузаку воткнул свою большую катану в рот Вулу. Но это было еще не все.

— Нуууууу! — Он крутанул свою большую катану с грубой силой, поднимая её вверх. Большая катана рассекла голову Вулу пополам изнутри. Каким бы крутым ни был зверь, это был смертельный удар.

Харухиро почувствовал облегчение. Затем, словно желая отчитать его за излишнюю наивность, Сетора отдала серой ньяас какой-то приказ. — Киити!

Он действительно был наивен. Он был так наивен, что даже не мог понять, что на него нашло. Там все еще были Вулы, воющие повсюду, не так ли? Но это еще не конец. Они еще не преодолели их. Если они еще не выбрались из этой передряги, то почему он чувствует облегчение?

Мерри вышла из склада, держа в одной руке посох, а в другой-лампу. Это зеленое пальто, которое ни в малейшей степени не выглядело священническим, было для нее совершенно новым взглядом, и Харухиро не мог отвести от нее глаз.

Он мог только сердиться на себя за это. С ним действительно было что-то не так. Он не умел делать то, что должен был делать лидер. Разве Сетора не вела себя гораздо более как лидер? Может быть, у него спад или что-то в этом роде? Так ли это было?

Нет, как он мог назвать это спадом? С самого начала он не был создан для того, чтобы быть лидером. Он никогда не был хорошим лидером. И все же у него не было выбора

но чтобы сделать это, он сделал все, что было в его силах, не так ли?

Если он собирался назвать это спадом, то он был в вечном спаде. Это было нормально для него-находиться в состоянии спада, и он никогда не сможет выйти из него до конца своей жизни.

Ему было скучно, но он должен был подумать.

Сетора отдала Киити какой-то приказ. Похоже, Киити куда-то ушла. Сетора, вероятно, хотела, чтобы Киити нашла для них путь к отступлению.

Мерри несла лампу. Это было нормально? Свет, казалось, должен был выделиться. Но ведь Вулы были ночными жителями, верно? Они могли видеть в темноте. Если команда не могла видеть, то они были в невыгодном положении в темноте. Лучше было бы иметь свет.

Во всяком случае, сейчас они должны были бежать. Чтобы убраться отсюда подальше.

Он был не вдохновляющим лидером, и было гораздо больше вещей, которые он не знал или не мог сделать, чем иначе, но он не мог ныть об этом, и поскольку он не мог выйти из этого в одиночку, да, ему придется заимствовать силу всех остальных.

— Сетора! В какую сторону нам идти?! — закричал он.

— Жди. — Сетора издала резкий звук сквозь щель между зубами. Она закрыла глаза и повернула голову.

Оно было слабым, но все же слегка.

С какой стороны она пришла? Харухиро никак не мог решить. Похоже, Сетора его услышала. Она открыла глаза и указала налево.

— Пока что сюда. Я не могу гарантировать, что это безопасно, но ... −

— Достаточно хорошо. Кузаку, бери очко!

— Хорошо! Кузаку поднял щит и кивнул.

— Сетора, оставайся рядом со мной и указывай дорогу.

— Ладно, понял.

— Юме, оставайся сзади.

— Мяу!

— Мерри, это ты... — Он был близок к тому, чтобы запутать свои слова. Он чувствовал, что он может плакать. Да и что толку от этого? Он просто должен был сделать все как обычно. Подумать только, он все еще был в состоянии сказать Мерри все, как обычно. — Ты защищаешь Шихору и остаешься рядом с Юме!

Не теряя ни секунды, Мерри ответила — Да!

— Шихору, побереги свою магию — добавил Харухиро. — Мы не знаем, что там происходит.

Его голос был на полпути к слезам.

— Хорошо! — Шихору ответила быстро, её голос тоже был полон слез.

— Ладно, Пошли отсюда!

Харухиро и его команда бросились бежать.

Он слышал, как воют Вулы. Он чувствовал, что они двигаются вокруг, но сколько же там было Вул и где они были? Он не имел представления о том, что бы то ни было.

Сетора часто повторяла — сюда! — и — вот так! — указывая направление. Харухиро просто следовал за ними, и даже при том, что он чувствовал, как все его тело разрывается от чувства бессилия. Хотя он не мог избавиться от этого чувства, просто признав, что оно всегда было таким, он был в состоянии вынести его.

Оглядываясь назад, я понимаю, что не было абсолютно никаких случаев, когда все шло хорошо. Но это случалось лишь изредка. В большинстве случаев все шло не так уж хорошо.

Даже если он добивался результатов,то никогда не получал сто баллов из ста возможных. Это всегда было так, я должен был сделать это, или я должен был сделать это таким образом, но я просто не могу. он будет думать, что ему нужно исправить свои недостатки, но он также будет думать, что это было больно, и не будет связывать себя этим.

Оценка, которую он сам себе ставил, всегда была ниже пятидесяти баллов. Может быть, сорок семь или сорок восемь баллов.

— Похоже, мы можем выбраться отсюда! — Закричала Сетора.

"Вот когда мне действительно нужно взять себя в руки", подумал Харухиро.

— Слушай, а тебе разве весело так жить? — Ему показалось, что он слышит голос этого идиота Ранту, и его затошнило.

— Если ты спрашиваешь, весело это или нет, то это вовсе не смешно или что-то в этом роде, — тихо возразил он. — Но ты будешь удивлены; это действительно немного весело. Не то чтобы ты это понимал, Ранта. Когда ты живешь, как я, нет никаких сильных взлетов и падений. Вместо этого вы становитесь довольно счастливыми или грустными из-за мелочей. Я в порядке, если кто-то хочет назвать это скучным образом жизни. Я ничего не могу с этим поделать. Вот кто я такой. Я могу жить только как я сам.

Это выглядело так, будто вернулся к своей обычной самости. Из-за того, что случилось с Мерри, он неожиданно потерял самообладание. Несмотря на это, Мерри каким-то образом вернулась, и Кузаку, Юме, Шихору, Сетора и Киити тоже были в порядке. Наверное, он должен считать, что ему повезло.

Потому что Харухиро, который был лидером, несмотря на все свои недостатки, был бесполезен. Учитывая это, не было бы ничего странного, если бы все обернулось еще большей катастрофой.

Он прекрасно справлялся с пятьюдесятью баллами из ста. Даже счет в сороковых годах был неплохим. Искать шестьдесят-это уже слишком много. Он сделает все возможное, чтобы не набрать очков ниже сорока. Ему самому было около пятидесяти, но он хотел сделать так, чтобы каждый мог набрать шестьдесят, может быть, даже семьдесят.

Так или иначе, он хотел сделать эту команду шестидесятилетней или даже лучше. Он сделает все возможное, чтобы это произошло. Это была работа Харухиро как лидера.

Знай свое место. Не перегибай палку. Если вы потеряете равновесие из-за этого, это разрушит вашу цель. Просто успокойся пока. Смотри. Слушать. Почувствуйте. Используй все, что сможешь. Особенно твоя голова. Даже если это повторяется и нет никакого прогресса, не теряйте интереса. Продолжайте делать это, не уставая от этого. Есть нечто более важное, чем ваше движение вперед, шаг за шагом, само по себе. Двигай своих товарищей вперед. Я думаю, что было бы неплохо иметь большие амбиции, такие как “я хочу сделать что-то большое” или “я хочу, чтобы люди считали меня невероятным”, но в конце концов, у меня почти ничего подобного нет. Такие желания, как “я хочу увидеть новые достопримечательности” или “я хочу подняться и посмотреть вдаль”, не имеют ко мне никакого отношения.

Но для моих товарищей я могу постараться достаточно сильно.

Я не ненавижу это в себе. Я делаю все возможное для своих товарищей. Это моя сердцевина. Если я потеряю его из виду, то не смогу идти дальше. Нет, я даже стоять не могу.

Они вышли из деревни и присоединились к Киити, как только вышли на поля.

Оооо! Ого! Awoooo! Оооооо!

Из-за их спин доносился вой Ву-Лу... или, по крайней мере, так думал Харухиро, но он не был уверен. Если бы это было правдой, они могли бы убежать вот так. Он очень надеялся, что так оно и есть.

— Киити! — Сетора снова послала ньяас.

Киити бежала впереди Харухиро и его команды. Если впереди будут Вулы, он предупредит их.

— Я все еще могу убить еще одного или двух! — Кузаку запыхался, но голос его звучал уверенно.

— Мерри, погаси лампу! — Закричал Харухиро.

— Поняла! — Мерри ответила и погасила его.

У Вулу было хорошее ночное зрение. Тем не менее, зажечь яркую лампу посреди поля было все равно что сказать им, что их добыча находится прямо здесь.

Там было много облаков, но не было Луны. Звезд было немного. Это была удушающая темнота. Но даже при этом, когда его глаза привыкли к темноте, Харухиро едва мог различить очертания своих товарищей рядом с ним.

Завывания Вулу были совсем не близки. Они ушли еще дальше−по крайней мере, он так думал.

— В конце концов, они же пожиратели падали... — Пробормотала Сетора.

Она, должно быть, говорила о Вулу. Во-первых, Вулу не были так заинтересованы в живой добыче, как команда, поэтому они не могли быть так зациклены на них. В идеале именно так и должно быть. Тем не менее, это была только его надежда, так что они не могли подвести своих охранников.

— Юме, она думает, что здесь их больше нет!

Если Юме так думает, то это может быть правдой. Но нет, нет, они не могли расслабиться.

Будьте осторожны. Если уж на то пошло, то до трусости.

— Шихору?! Ты ведь не устала, правда?!— Харухиро не очень хорошо её разглядел, когда обернулся, чтобы спросить.

— Я все еще в порядке! — Ответила Шихору.

И тут же Мерри добавила: — Всё в порядке!

Если бы Шихору выходила за свои пределы, Мерри скорее остановила бы ее, чем сказала, что Всё в порядке.

Сетора издала фыркающий смешок. — Ах вы, люди... — она начала было говорить, но тут же закрыла рот.

— А? Что?

— Нет, — сказала Сетора и покачала головой.

Шаги Кузаку были тяжелыми. Похоже, у него были довольно тяжелые времена. Было уже немного поздно замечать это, но Кузаку, должно быть, все это время боролся. Харухиро хотел дать ему отдохнуть, но не сейчас. Даже если он собирался дать ему отдохнуть в конце концов, сейчас было не время. Хотя, тем не менее, это будет проблемой, если он упадет на них.

— Давай сбавим темп, — сказал Харухиро.

— Хорошо! — Кузаку перестал бежать и пошел большими шагами.

Вой Ву-Лу теперь раздавался уже на приличном расстоянии. Смогут ли они это сделать?

Вот так так. Харухиро глубоко вздохнул. Всякий раз, когда открывалась какая-нибудь щель, он старался расслабиться. Эта хрупкость была его злейшим врагом.

Он сам был своим злейшим врагом. Ирония судьбы заключалась в том, что когда его собственное слабое "Я" становилось врагом, он на самом деле был довольно пугающим.

Он был близок к тому, чтобы подумать о Ранте, но прогнал эту мысль. С чего бы ему думать об этом парне? Они больше не были товарищами. Но...

Может быть, я так не думаю? Я не верю, что он полностью предал нас.

Забыть об этом. Я могу сказать, по крайней мере, что думать о нем сейчас бесполезно.

Я хочу расслабиться. Честно говоря, от всего сердца я просто хочу расслабиться и расслабиться. Съесть что-нибудь вкусненькое, а потом крепко уснуть. Хотя бы на один день, нет, даже на полдня, я хочу провести свое время именно так. Это невероятная роскошь. Я знаю, что. А пока я должен забыть даже мечтать об этом.

— Кузаку, — сказал он.

— Эй.

— Сетора.

— Да.

— Шихору.

— ...Правильно.

— Мерри.

— Да.

— Юме.

— Мяукать.

— Хорошо — с облегчением сказал Харухиро.

Неужели я устал?

Нет никакого смысла выставлять сильный фронт. Я очень устал. Лучше всего знать об этих вещах. Но я могу продолжать идти.

Как долго нам придется идти дальше? Пока не станет совсем светло? Продержусь ли я до тех пор?

Я должен все рассчитать, предсказать и спланировать. Трудно делать точные прогнозы. Тем не менее, просто пролететь мимо моих штанов-это самое худшее, что я могу сделать.

— Мы направляемся на восток, более или менее...? — Спросил Харухиро.

— Направляюсь на северо-восток, — ответила Юме. Хотя, может быть, чуть больше на восток, чем на север?

Как бы то ни было, в конце концов мы окажемся в горах.

Лучше всего было бы отдохнуть хотя бы один раз до этого. Велика вероятность, что здесь нет никаких вул. Давай отдохнем. Должен ли я сказать это сейчас, заранее? Было бы плохо, если бы мы потеряли фокус, так что, возможно, мне не стоит говорить этого, пока не придет время.

Уааааааааааааааааааааааааа!

Внезапно раздался крик, который, казалось, исходил от Киити, и Сетора бросилась бежать.

Похоже, возникла какая-то непредвиденная ситуация.

Харухиро рефлекторно крикнул — Сетора, подожди! — чтобы остановить ее.

Сетора не остановилась. Она уже скрылась из виду. Он не мог оставить её в покое.

— Не торопись! Приготовьтесь, а потом двигайтесь вперед!

Харухиро выхватил свой Стилет, прошел мимо Кузаку и погнался за Сеторой. Вскоре он понял, что впереди что-то есть. Он не столько видел ее, сколько чувствовал. Сначала ему показалось, что в земле образовалась зыбь. Как будто это был небольшой холм.

Gyaa! Gyaa! Гяаааааа!

— Завопила Киити. Это был пугающий голос, как у кошек, когда они дерутся.

Холм сдвинулся−или ему показалось, что сдвинулся.

— Киити, вернись! — Закричала Сетора.

— Харухиро?! Что это? — Кузаку догнал его.

В какой-то момент Харухиро остановился. — Я не знаю, но ...

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN...

Низкий, тяжелый звук, похожий на грохот земли, приближался к ним. Он понятия не имел, что это такое, но сомнений не было. Без всякой логики он мог сказать одно с полной уверенностью. Это была плохая новость.

— Фу! О-о-о! — У Юме было хорошее зрение, так что она могла бы увидеть нечто удивительное, в отличие от Харухиро.

— Мама...! это было все, что Шихору смогла выговорить. Неужели она пыталась сказать что-то о магии?

— Вот это да−

Было что-то очень глубокое в том, как Мерри потеряла дар речи. Почему Харухиро так решил?

— Я действительно не знаю, что это было, — пробормотал Кузаку. — Но из какого бы мира я ни пришел раньше, он никогда не был таким, как этот. Серьезно, Гримгар-это такой человек.−

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN...

Оно было здесь. Что же теперь будет? Харухиро этого не знал. Как же он должен был справиться с этим, если сам не знал? Он никак не мог этого знать.

Но он должен был что-то предпринять. Это было ужасно. Может быть, он и не чувствовал себя так сильно, как Кузаку, но его уже тошнило от того, как Гримгар проделывал с ним подобные вещи. Надоело это или нет, но Харухиро и остальные были живы. Они ведь здесь жили. В Гримгаре. Образ Мерри с закрытыми глазами, неподвижной, мелькнул у него в голове. Этого было достаточно, чтобы разорвать его сердце на куски.

Он никогда больше не хотел проходить через это.

— Отступаем!— Харухиро попятился и повысил голос. — Не разделяйтесь!

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN...

Что же это было? Что-то приближалось. Это было совершенно ясно. Что же теперь будет? Если бы только у него была хоть какая-то зацепка...

— Дарк...! — Шихору вызвала темного элементаля.

Юме резко вздохнула и выпустила стрелу. Он попал в цель? Или нет?

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN...

Мерри сказала что-то с болью в голосе. Вероятно, это был "Секаишу"... или что-то в этом роде.

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN Sekaishu.

Это что, имя такое? Но зачем Мерри знать его имя? Но это уже не имело значения.

Харухиро отскочил назад. Он почувствовал, как что-то коснулось кончиков его пальцев. Нет, он не просто хотел этого. Что-то определенно коснулось его.

— Он доносится снизу! — Крикнул Харухиро, чтобы предупредить остальных.

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN Блин, я не вижу. ННННННННННННН что это такое? НННННННННННННННН но он продолжает давить все ближе, это я могу сказать. ННННННННННННН я это очень остро чувствую. ННННННННННН это вещь, но в то же время не вещь. НННННННННН... Я чувствую, как он вторгается в мое сердце. ННННННННННННННННННН... Нет, не сбивайтесь с пути истинного.

Он снова почувствовал, как что-то коснулось кончиков его пальцев. Харухиро не отпрыгнул назад. Он растоптал ее, вместо того чтобы убежать. Это было совсем не трудно. Она тоже не была мягкой. Он мог бы растоптать его, но его нога глубоко увязла, и он чувствовал, что его могут затянуть внутрь.

В конце концов Харухиро вырвал ногу и отпрыгнул назад. Разве это сейчас опасно? Если бы он оставил там свою ногу, кто знает, что бы случилось.

Тем не менее, это была вещь. Как бы безумно это ни было, он мог дотронуться до нее. У него была настоящая физическая форма.

Она снова коснулась кончиков его пальцев. Харухиро отшвырнул его ногой.

— Да не бойся ты! Это просто ... просто какой-то странный монстр...!

— Ахахаха! Кузаку рассмеялся. — О Свет, о Люмиарис, даруй свет защиты моему клинку!

Он начертил знак гексаграммы острием своей большой катаны, и она начала испускать свет. Когда Кузаку взмахнул своей большой катаной, в воздух полетело несколько черных комков. Они были похожи на огромных гусениц.

— Это же просто гусеницы! — Сказал Харухиро, поправляя себя с самого начала.

Но говорил он это главным образом самому себе.

Это были гусеницы. Просто гусеницы. Они были гусеницами, поэтому выглядели жутко. Они могли быть ядовитыми, поэтому он должен был быть осторожен, но не было никакой необходимости слишком пугаться.

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN...

Этот NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN... Что же это было? Это беспокоило его, но он не смог бы понять этого, даже если бы сосредоточился на этом, так что лучше было не беспокоиться об этом. Харухиро пинал гусениц, которые приближались к нему. Отступая потихоньку, он пинал, пинал и пинал гусениц, которые вызывали у него неприятное ощущение, когда он это делал.

Кузаку почти не отступал. — Ooorahhhhh! — Он сделал большой взмах своей большой катаной, чтобы смахнуть гусениц.

Похоже, Юме тоже использовала свою катану.

Неужели Мерри размахивала над головой своим посохом? А что делали Сетора и Киити? Он не мог проверить.

Шихору закричала — Вперед, Дарк! — Она, по-видимому, послала Дарк.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Было сомнительно, чтобы элементаль произвел хоть какой-то эффект.

В любом случае, это NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN был раздражающим. Как будто глубоко в ушах, в голове у него вибрировал металлический шар.

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN это был уникальный, низкий грохочущий звук.

Сразу после того, как он в сотый раз пнул гусениц, Харухиро понял, что у него идет кровь из носа.

NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN что это может быть? За его глазами было жарко, даже больно. NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN — Guweh! — Кузаку внезапно бросил что-то вверх, его меч сверкнул, когда он почти упал на колени, разрезая еще больше гусениц. NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN были слезы, Нет, это были не слезы. Ннннннннннн кровь, из его глаз текла кровь. ННННННННННН Харухиро закашлялся. НННННННН у него кружилась голова. ННННННН его поймали. ННННННН его правая нога. НННН по гусеницам. НННННН Харухиро упал на спину. ННННННН НННННН это было плохо. ННННН он чувствовал себя ужасно холодно. ННННН, как будто он потерял нннннн правую ногу. ННННННН что такое Нннннн Секайшу? NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN нет, это не хорошо, не хорошо, не хорошо. ННННН он пинал гусениц левой ногой, пинал и пинал их с правой ноги, потом отполз в сторону и убежал. Он должен был уйти. Она собиралась поглотить его целиком.

— Дарк! —позвола Шихору.

Темный издал странный звук vwoooooong как он сжался, как он летел, и Харухиро мог видеть дугу, куда он идет. Темнота собиралась врезаться в основной корпус гусениц, или основную их массу, в то, что было похоже на небольшой холм, сделанный из гусениц.

Но все, что произошло, было то, что шум NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN становился все сильнее, и не было никакого другого эффекта.

— Ohhhhhhhhhhhh! — Кузаку неплохо сражался сам, размахивая своей большой катаной туда-сюда, на пять-шесть метров опережая Харухиро, но он был в процессе того, чтобы быть захваченным гусеницами.

— Нет! Мы не можем позволить этому продолжаться! — Мерри почти кричала. — Беги! Со всем, что у тебя есть! Отойди от него на некоторое расстояние! Я...!

Что же теперь будет делать Мерри? А Почему Мерри? Отбросив сомнения, Харухиро повернулся, чтобы уйти.

Кузаку. Кузаку даже не пытался пошевелиться. Неужели он не слышал голоса Мерри?

Обращаясь к Мерри, Юме, Сеторе, кому угодно, он крикнул:”

Защити ее! Я рассчитываю на тебя! Подумал Харухиро, бросаясь к Кузаку. Он наступил на гусениц и перешагнул через них, смахивая их, открывая путь.

— Кузаку! Вернись, Кузаку! — завопил он.

Кузаку повернулся к нему. — Ах! Прости!

— Скорее!

— Хорошо!

Харухиро бежал, как гусеницы, огромное их количество−Нет, лучше сказать, огромное количество−набежало отовсюду.

Кузаку тоже бежал изо всех сил. Если бы гусеницы обвились вокруг него, эта часть его тела стала бы холодной.

В NNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNNN звук становился сильнее.

Харухиро кое-как отбил гусениц, стряхнул их и побежал, спасая свою жизнь. Гусеницы продвигались не особенно быстро. Это было его единственное спасение. Вот почему, хотя он ни на секунду не думал, что сможет справиться с этой ситуацией, он чувствовал, что, возможно, сможет избавиться от них.

Кто-то, вероятно Юме, взял его за руку. Шихору, вероятно, была рядом с ними. Может быть, Сетора держит Киити? И Еще, Мерри.

Мерри.

Так и было с Мерри...

— Delm, hel, en, saras, trem, rig, arve!

— Уфф?!

— Дох?!

УФ, вероятно, был Харухиро, а дох пришел от Кузаку. Харухиро и Кузаку бросились вперед почти одновременно с сильным порывом горячего ветра, ударившим их сзади.

Было безумно жарко. Вместо горячего ветра было бы более уместно назвать его взрывной волной. Харухиро едва успел перекатиться вперед, но когда он оглянулся, прежде чем встать как следует, это обожгло ему лицо. — Ого!

Нет, возможно, это и не обжигало его, но жар был достаточно болезненным, чтобы заставить его думать, что он, возможно, немного опалился. Он был слишком велик, чтобы назвать его огненным столбом. Там была стена, нет, перед ним поднимался огненный Утес.

Магия.

Должно быть, это была магия АРВ.

Но это была не магия Шихору. В эти дни Шихору использовала только темноту.

Кроме того, Шихору не получила ни одного заклинания магии АРВ.

— Ай, ай, ай, ай, ай! — Воскликнул Кузаку, ползя вперед с впечатляющей скоростью.

Харухиро встал. Горячий. С огненной скалы посыпались искры. Это было больше, чем просто жарко.

Харухиро вложил Стилет в ножны, закрыл лицо руками и, спотыкаясь, направился к своим товарищам.

Шихору съежилась, глядя на огненный Утес. Она казалась немного не в себе.

Несколько слов слетело с губ Шихору. — Блейз Клифф.

Это должно было быть название заклинания. Но Шихору не была той, кто использовал эту магию АРВ.

Юме посмотрела на Мерри, которая стояла рядом с ней. Она тут же отвела взгляд.

— Я... — Мерри посмотрела вниз, прижимая её левой рукой к её лбу. — Я... Секаишу. Удаление. Только с этим. Я не могу, поэтому я волшебник. Я... использовать магию. Пока я еще могу это сделать.

Сетора держала Киити на руках. Присев на корточки, она опустила серую ньяас на землю. — Священник. Что такое Секаишу?

— Сека...ишу. — Пробормотала Мерри. — Я...

— Я не знаю, — продолжила она бормотание, которое затихло и исчезло.

Харухиро стоял ошеломленный. Он практически ничего не мог сделать.

Я не знаю. Именно это и сказала Мерри.

Секаишу. Даже после того, как она четко произнесла это незнакомое слово, Мерри использовала магию. Используя Блейз Клифф. Магия Arve. Вероятно, они уже второй раз видели, как это заклинание используется. Первый раз он был в деревне, с Джесси.

Мерри этого не знала. Светлая магия − это одно, но такой священник, как Мерри, не может использовать магию Arve.

— Мы должны бежать, пока еще можем. — Харухиро сделал все возможное, чтобы его голос не дрожал. Затем, подойдя к Мерри, он протянул ей правую руку.

Есть ли у меня решимость? удивился он. Я узнаю все это. Я приму это и приму как должное.

— Пойдем, Мерри.

Мерри подняла голову. Он не собирался ждать, пока она кивнет. Харухиро взял Мерри за руку.

— Да, конечно. У меня есть решимость.

Харухиро взял Мерри за руку и пошел дальше. Во-первых, они должны были убраться подальше от пылающего утеса. Он не знал, что такое Секайшу или что там еще, но они убежали от этого бессмысленного монстра. А потом они отправятся на восток.

Если они пойдут на восток, то придут к морю.

Если им удастся добраться до моря, они как-нибудь справятся.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Автора

В версии с изображениями тут находится картинка.

Вам понравился Гримгар Пепла и Иллюзий 11-ый том?

Это уже 11-й том или только 11-й?

Со своей стороны, я преодолел первое препятствие, то есть ту часть, которую мне пришлось пройти, несмотря ни на что, поэтому я немного рад.

Нет, может и нет. Есть еще способы двигаться дальше.

Сказать по правде, изначально Харухиро и остальные должны были вернуться в Альтерну к настоящему времени или, по крайней мере, близко к Альтерне. Но по какой-то причине этого не произошло, и благодаря этому наша веселая небольшая экскурсия, похоже, продлится ещё немного.

Честно говоря, я устал после завершения этой рукописи, но я хотел бы, чтобы вы позволили мне сказать только одно.

Думаю, следующий том наверняка будет веселым, милым, пушистым приключенческим рассказом.

Моему редактору Хараде-сан, Эйри Шираи-сан, дизайнерам KOMEWORKS среди других, всем, кто участвует в производстве и продаже этой книги, и, наконец, всем вам, люди, которые сейчас держат эту книгу, я выражаю свою сердечную признательность и вся моя любовь. А теперь я кладу перо на сегодня.

Надеюсь, мы ещё встретимся.

Ао Джюмонджи

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Обложка

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Мы Каким-то Образом Оказались В Дыре

— ...Увах. — Харухиро закрыл лицо рукой, в которой он держал свой стилет наотмашь.

К нему летел какой-то рой маленьких существ. Летучие мыши? Нет. Может, жуки?

Перед Харухиро Кузаку начал суетиться, размахивая лампой, которую он нес. — Вуааааааааа, р-р-р-разве это не плохо?!

Свет яростно закачался. Раздавался непрерывный звук ударов маленьких существ по лампе.

— Фуааааа, что происходит? — крикнула сзади Юмэ.

— ...съедобны?! — спросила Шихору, её первые слова прозвучали приглушенно и оставили место для многочисленных интерпретаций.

Мерри тут же ответила — Их нельзя есть! — очевидно, приняв интерпретацию, что речь идёт о том, съедобны они или нет.

Не пропуская ни одной детали, Сетора спросила — Ты это знаешь?!

Мерри не ответила. Наверное, у неё не было на это времени. Вот как истолковал это Харухиро.

Киити, серая ньяас издала устрашающий вой.

— В-Всё в порядке. Всё будет хорошо... возможно. — Наклонившись, Харухиро произнес заверения, которые были похожи на воплощенную неуверенность, и попытался выяснить природу маленьких этих существ.

Это действительно выглядело так, как будто они были летучими мышами, жившие в глубине этой пещеры - нет, не пещеры, это была искусственная дыра и при входе Харухиро и остальных, эти существа удивились и моментально вылетели.

Но они ещё немного похожи на тараканов. Кем бы они ни были, у него почему-то возникло ощущение, что они не так уж опасны. Побывав в аду больше раз, чем ему хотелось бы, его тело почти всегда мгновенно реагировало на подобную опасность.

Должно быть в порядке...

Возможно.

Ему показалось, что он простоял на месте секунд сорок пять. Рой маленьких существ, казалось, улетел, по большей части. Но только по большей части. Не все из них. Один или два всё ещё били крыльями и летали вокруг.

— Они похожи на что-то среднее между жуком и белкой-летягой... — пробормотал Кузаку.

« А, понятно » , подумал Харухиро. « Всё дело в том, как ты говоришь о таком » .

Помесь жука и белки-летяги производила лучшее впечатление, чем помесь летучей мыши и таракана. Кузаку был из тех, кто видит хорошую сторону вещей, что было полной противоположностью Харухиро. Впрочем, это был вопрос склонности, так что даже если бы Харухиро захотел что-то изменить, он не смог бы.

— Похоже, теперь всё в норме, так что давайте двигаться дальше. — скомандовал Харухиро.

— Звучит неплохо. — кивнул Кузаку.

— Ах! — Юмэ повысила голос. — Одна из этих существ вылетела и прижалась к спине Шихору.

— Иик...?! Т-Ты шутишь! С-с-с-снимите его, умоляю...

— Не суетись из-за такой мелочи. — упрекнула её Сетора, а затем сорвала маленькое существо со спины Шихору и бросила его на землю, после чего растоптала его.

— Там.

Увидев это, Юме издала короткий крик —Уууунь! — и закрыла лицо руками. — Знаешь, не было никакой необходимости брать и растаптывать его. Ты могла бы отпустить его...

— У тебя тоже есть один на ноге, Охотница.

— Ой! Мяу, сними его! Ахх!

— ...Ты только что очень сильно наступил на него. — сухо сказала Сетора. — Разве ты не собиралась отпустить его?

— Муррх. Ну, эта тварь, она собиралась укусить Юмэ, понимаешь?

— Они сосут кровь, так что будьте осторожны. — внезапно сказала Мерри. — Не думаю, что слишком много. Но если они заразны, я не могу гарантировать, что мы не подхватим от них что-то.

Все замолчали.

Да. Ну, а кто бы не замолчал?

Эта информация показалась Харухиро очень важной, и он подумал, что было бы неплохо, если бы она поделилась ею немного раньше. Однако, сказав это, он должен был признать, что сомневается в том, откуда Мерри знает, и поэтому, хотя он и хотел спросить, ему было слишком трудно это сделать.

Такие вещи случались время от времени. Когда, в результате, он чувствовал себя неловко, он мог бы или не хотел, чтобы у них был кто-то вроде этого идиота, который был готов прямо сказать то, что было трудно сказать.

— Мы идём? — заговорила Сетора, одна из тех, кто был менее общителен.

Это его и спасло. Харухиро и остальные двинулись дальше.

Дыра была около двух метров в диагонали и чуть больше двух метров в высоту. Кузаку, будучи таким высоким, слегка пригнулся. Между прочим, отверстие было гораздо уже и ниже у входа. И стены, и пол были покрыты мхом или лишайником, и там росли таинственные грибовидные или папоротниковидные растения, и то, что казалось навозом каких-то животных, было нагромождено, но оно было почти плоским.

Эта дыра также не шла прямо. Она опускалась вниз, а потом поворачивалась.

— Здесь что-то есть. — Кузаку остановился и постучал рукой по правой стене.

Он поднес лампу поближе. Похоже, там было что-то похожее на дверь.

Харухиро подошел поближе и осмотрелся. Это действительно была дверь. Не деревянная. Или из металла. Это была каменная дверь. Даже ручки и замочная скважина были сделаны из камня.

Харухиро был Вором, хотя и не великим. По крайней мере, он мог сказать, что это была необычная дверь. Он не был ни в малейшей степени показным, но вся его поверхность была гладкой и тщательно сконструированной.

— Вау, дварфы являются удивительными... — Харухиро достал свои воровские инструменты и начал ковырять. Тщательно исследуя внутреннюю часть замка, он пришел к пониманию его конструкции. Если он попытается отпереть её, то не исключено, что она захлопнется, поэтому он должен быть осторожен. Хотя, если бы замок был металлическим, он мог бы проржаветь до такой степени, что он ничего не смог бы с ним сделать.

Ну, это заняло некоторое время, но ему удалось каким-то образом открыть его.

— Она больше не заперта, но открыть её всё равно будет тяжко. — сказал он. — В конце концов, она каменная и довольно тяжелая.

— Я, я сделаю это. Харухиро, ты возвращайся. Кузаку начал с силой взламывать каменную дверь.

Сетора пробормотала что-то вроде — Чисто идиотская сила...

— Я создан для таких вещей. Это моя единственная сильная сторона — ответил Кузаку с улыбкой.

За дверью оказалась четырехметровая квадратная комната. В ней были установлены полки, а по углам оставлены две большие коробки. Они тоже сделаны из камня.

Снаряжение, оставленное на полках, сильно заржавело, и в его нынешнем состоянии от него не было бы никакой пользы.

Проблема заключалась в том, что находилось в ящиках, которые были близки к одному метру в высоту и ширину, с глубиной около восьмидесяти сантиметров. Харухиро внимательно осмотрел их.

— Я не вижу ни замков, ни ловушек, которые могли бы выскочить при их открытии... Я думаю, но, честно говоря, я не могу быть настолько уверен. Скорее всего, я сам не смогу поднять его. Но я уверен, что гном легко справится с этим.

— Это намек на меня, а. — Кузаку передал лампу Юмэ и подошел, чтобы положить руки на крышку.

Харухиро поспешно остановил его. — Нет, послушай, я говорю тебе, что не знаю, безопасно это или нет.

— Похоже, он не с ловушкой, верно? Насколько ты можешь видеть.

— Настолько я могу судить. Даже если он без ловушки, внутри может быть что-то странное.

— Что чуешь насчет этого, Харухиро? Своим чутьём, я имею в виду.

— Хм. Я не знаю, можно ли доверять моему чутью с самого начала...

— Я ему верю. Если ты думаешь, что мы можем пройти, я пойду вперёд и сделаю это. Если ты скажешь остановиться, я остановлюсь. О, и если случится что-то плохое, я ни о чём не буду жалеть, хорошо?

Юмэ кивнула. — Да это точно любовь — сказала она, хотя это была полная чушь.

Это заставило Шихору расхохотаться, поперхнуться и захлебнуться, а потом Мерри почему-то громко откашлялась.

— Любовь? — Сетора склонила голову набок. Серая ньяас, Киити, нежно терлась лицом о её ноги. — Паладин, ты, что гомосек?

— Нет, мне нравится Харухиро, но не в таком смысле. Не знаю. В принципе, я ему доверяю.

— Я поражена, что ты можешь говорить это так беззастенчиво.

— А? Это тебя смущает? Ох. Может быть? Возможно, сейчас я начинаю чувствовать себя немного неловко. Но это то, что я действительно чувствую. Я не хочу лгать, ты знаешь, и я не склонен лгать. Ну и фигня.

Харухиро и сам начинал смущаться, поэтому ему хотелось, чтобы Кузаку прекратил это.

Кузаку сказал — Ой, черт, это действительно неловко. Без разницы. Я открываю! — Затем он хотел бы, чтобы Кузаку остановился ещё больше, открыв каменную крышку…

— А! Кузаку, подож—

— Вуа! Прости, Харухиро, но, похоже, ничего не случилось?

В коробке лежали несколько коротких мечей, щит, шлем и небольшое количество аксессуаров. Они были практически как новые. Судя по их виду, они ещё были и хорошего качества. Дварфы, должно быть, вложили свои души в их создание.

Похоже, Кузаку мог использовать щит и шлем. Среди мечей были широкий тяжелый нож и короткий меч, два кинжала и странный нож с волнистым огнеподобным лезвием. Девушки могли бы надеть аксессуары, если захотят, а остальное могли бы продать. Вопрос о том, где они их продадут, и кто их купит, можно пока отложить в сторону. Размышления об этом только усложнят дело.

Сетора взяла короткий меч и обычный Кинжал, а Харухиро - второй кинжал и странный нож с огнеподобным лезвием.

По правде говоря, стилет, который он так привык держать в своей доминирующей правой руке, а также Нож с предохранителем, который он использовал в левой, были повреждены до такой степени, что немного заточки было недостаточно. Было стыдно это делать, но он решил выбросить их во имя сохранения света.

Для удобства он назвал кинжал с огнеподобным лезвием огненным кинжалом. Кузаку мог носить широкий, тяжелый кинжал в качестве запасного оружия.

Кроме этого, в ящике были наконечники копий и топоры. Если бы они прикрепили к ним древки, то, вероятно, их можно было бы использовать как копья или топоры, но они были громоздкими, поэтому им пришлось бы оставить их.

— Это же двойной урожай. — усмехнулась Юмэ. — Всё прошло чудесно.

— Я думаю, ты имела в виду богатый урожай, а не двойной. — подметил Харухиро. — Или можно вместо урожая сказать улов? Кроме того, всё прошло гладко, и не так глубоко...

Движимый чувством долга исправлять высказывание Юмэ, он краем глаза заметил, что Кузаку собирается открыть вторую коробку.

— Вхах... — он не находил слов.

— А? — Кузаку открыл крышку, затем повернулся, чтобы посмотреть на Харухиро. — Что-то случилось? О...

— Послушай, не открывай его только потому, что тебе так захотелось...

— Что-то происходит... — Мерри подняла глаза к потолку.

Шум.

Послышался тихий звук.

— Убирайтесь отсюда, скорее! — крикнул Харухиро.

Юме практически потащила Шихору за собой, когда она вылетела из комнаты. Мерри, Сетора и Киити последовали за ними. Харухиро хлопнул Кузаку по спине.

— Ну же, скорее!

— Харухиро, со мной все будет в порядке! Вперед!

— Послушай, нам не нужно убегать поочерёдно! Давай уже, у нас нет времени на... Ох, чёрт!

Шум становился всё громче. Вся комната дрожала. Потолок. Потолок начал опускаться. Может быть, это и была ловушка?

— Ваааааах!

Харухиро и Кузаку одновременно выкатились из комнаты. Сразу же после этого потолок комнаты опустился на пол.

— Было близко! Нас чуть не раздавили! — закричал Кузаку.

— Кузаку, это потому, что ты открыл ту коробку, не подумав. Это произошло из-за того, что ты не был осторожен...

— Эй, эй, Хару-кун, всё ещё немного странно, знаешь ли. Словно грохочет, грохочет и грохочет.

— А?! Грохочет, грохочет и грохочет...? — Харухиро говорил, как Юмэ, сам того не желая.

« Я так не разговариваю » , подумал он про себя. « Я ещё ничего такого не говорю » .

— Из глубины...? — Мерри нахмурила брови.

И это было правильно. Эта пещера, нет, эта шахта гномов, эта дыра гномов, которая была похожа на естественную дыру, которую дварфы переделали для своих нужд, всё ещё была глубже. Скорее всего, там были другие комнаты, кроме той, в которой они только что побывали, и там могло быть ещё больше сокровищ, спящих внутри. Однако, как и сказала Юме, из этих глубин доносился зловещий грохот. Что-то определенно приближалось. Это было что-то большое?

— Бежим! — крикнул Харухиро.

Это было душераздирающе, но им придется отказаться от сокровищ.

Харухиро послал своих товарищей вперёд, а сам остался позади.

Кузаку выкрикивал его имя или что-то в этом роде, но он просто подумал, Всё в порядке, ты уже бежишь. Сейчас не время беспокоиться о других людях. Беги так быстро, как только можешь. Да, это определенно глубоко внутри. Оно идет изнутри. Это что-то вроде, ну не знаю, каменной глыбы? Как будто огромный каменный шар вот-вот покатится? Мне кажется, что я где-то это видел, а может, и нет, но все равно. Если мы не побежим, он раздавит нас в лепешку.

Естественно, Харухиро тоже бежал, замыкая шествие.

Как близко был каменный шар? Был ли на самом деле каменный шар? Может быть, это было что-то другое?

Даже если бы он повернулся назад, там было темно, как в кромешной тьме, так что он ничего не видел.

Казалось, что звук приближается. Да, это заставило бы его чувствовать себя торопливым. Если бы он утверждал обратное, то солгал бы.

Тем не менее, Харухиро всё ещё сохранял немного самообладания. Но он не мог бежать быстрее. В конце концов, Шихору была перед ним. Он не мог пройти мимо неё.

Что же ему теперь делать?

Он оказался в затруднительном положении.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пламя, Колеблющееся В Нерешительности

Эта область, теперь называемая границей, когда-то состояла из королевств людей с такими названиями, как Арабакия, Нананка и Ишмал. *

Эльфы, дварфы и гномы процветали в результате установления сердечных отношений с человеческой расой, но орки, кобольды, гоблины и другие всё ещё были изгнаны, преследуемы, отчуждены и полностью презираемы.

Для орков, в частности, дело было не только в их телах и физических способностях. Их интеллект ни в чем не уступал человеческому. Тем не менее, люди создали нации до орков и распространились по плодородной земле.

Даже когда орки, загнанные людьми в низшие земли, такие как Пустыня Нехи*, Плоскогорье Падающего Пепла* и Равнины Плесени*, объединились в племена, основанные на кровном родстве, это было всё, что они могли сделать, чтобы выжить.

Около ста пятидесяти лет назад появился некто, называющий себя Бессмертным Королём*, и изменил всё.

Рождение нежити и расширение его власти в короткие сроки оказали давление на человеческие королевства. Кроме того, он поощрял единство между различными оркскими племенами и установил для них короля.

До этого люди видели в орках не более чем дикую расу, больше похожую на зверей, и смотрели на них свысока. Однако, как только орки обрели короля, они быстро создали систему государства и, вооружившись, начали вторгаться в человеческие царства.

Заключив договор с орками, кобольдами, гоблинами и серыми эльфами, которые откололись от других эльфов, Бессмертный Король основал Альянс Королей и смело объявил войну королевствам человеческой расы.

Человеческие королевства Ишмал и Нананка были уничтожены, а королевство Арабакия бежало к югу от Гор Тенрю. *

Эльфы, дварфы и гномы также были захвачены кровавым хаосом войны. Эльфы полагались на естественную преграду, созданную Теневым Лесом*, в основном сражаясь в целях самообороны, но дварфы размахивали своими мечами и топорами с отвагой и решимостью большей, чем у любого человека, ведя ожесточенную битву.

Прославленный дварфорский Корпус Стальных Топоров* столкнулся с превосходящими силами Альянса Королей на Равнинах Бордо*, никогда не отступая, но они были уничтожены, вступив в этот не посильный им бой.

Эльфы Теневого Леса должны были послать подкрепление, чтобы помочь Корпусу Стального Топора, но они были задержаны отдельным отрядом из Альянса Королей и не смогли выполнить своё обещание.

Помимо всего прочего, в разгар ожесточенных боев дварфы рыли тут и там убежища, складируя в них оружие, доспехи, припасы и пайки.

Эти убежища, называемые норами дварфов, предлагали место для бегства побежденным солдатам-дварфам, а также базы для начала контрнаступления.

Во время своего путешествия на восток, к морю, Харухиро и другие случайно нашли одну такую карликовую дыру.

Харухиро и другие смогли заполучить часть сокровищ, которые дварфы спрятали там более ста лет назад, но теперь попали в ловушку дварфов.

Это было нелегко пережить.

— Я со всей серьезностью сожалею об этом. — Кузаку изобразил поклон.

Харухиро подбросил ветку в огонь, думая, « С таким поклоном тебе предстоит пройти долгий путь, прежде чем ты достигнешь уровня легендарного мастера поклонов. Может быть, будет лучше, если ты никогда не достигнешь этого уровня. Интересно, жив ли ещё где-нибудь этот легендарный мастер поклонов? Ну, жив он или мертв, меня это не касается. Во всяком случае, этот костер довольно милый. Хотя мы находимся на довольно большой высоте, сейчас лето, так что совсем не холодно. Но огонь все равно хорош. Это расслабляет .»

— Что ж, конечно... — Юме взобралась на ближайшее дерево, свесила ноги с ветки и огляделась вокруг. Казалось, что она расслабляется и успокаивается, но на самом деле она активно брала на себя роль наблюдателя.

— К счастью, ничего особенного не потерялось. Никто не пострадал, так что всё прошло хорошо, вот что думает Юмэ.

— Нет... — Кузаку слегка приподнял голову. — Это можно сказать только оглядываясь на произошедшее. Я думаю, что мне действительно нужно подумать о своих действиях. Сделайте всё как считаете надлежащим.

— Ты был в каком-то странном расположении духа? — спросила Шихору, прижимаясь к Мерри у костра.

Кузаку снова опустил голову, застонав в раздумье. Затем, спустя некоторое время, он снова поднял голову.

— Может быть? Типа, «Вот дерьмо, это же дыра дварфов! Может быть, здесь есть какое-то супер потрясающее оружие и всё такое!» Это было наше первое приключение за долгое время. Возможно, я был взволнован...

— Ты что, ребёнок? — Сетора побранилась, проверяя кастрюлю, готовящуюся на огне.

— ...Я ребёнок. Понял. Извиняюсь.

— Даже если ты больше любого из нас.

— ...Конечно. Фьююю. Ладно. Я не знаю, что сказать.

— Для начала, паладин, что с тем как ты говоришь?

— О, то, как я вежлив? По крайней мере, это то, к чему я стремлюсь.

— Ты совсем не вежлив. У меня такое чувство, что ты издеваешься надо мной.

— Ты меня неправильно поняла. Ладно. Ой, опять сделал это. Это становится привычкой...?

Кузаку в какой-то момент вышел из режима поклонов, и теперь он стоял на коленях и чесал затылок.

О чем думала Мерри, глядя на потрескивающее пламя? Возможно, она просто отключилась, но Харухиро не мог не вообразить всевозможные вещи, которые могли проноситься в голове Мерри.

Это было нехорошо. Он не должен был просто выдумывать, ему нужно было поговорить с ней и спросить. В конце концов, Мерри была прямо у него перед глазами. Это, конечно, было правдой, но...

— Харухиро-кун? — крикнула Шихору, приводя Харухиро в чувство.

— Ух, да. Что такое?

— Я не думаю, что правильно игнорировать Кузаку, когда он извиняется... — она жаловалась.

Харухиро опустил глаза. — Эм… — он потер нос. — Но я не хотел его игнорировать...

— Я не возражаю. С Харухиро такое часто случается.

— А? Я игнорирую людей?

— Обычно я воспринимаю это так «Оу, а он сумасшедший. Ой-ой. Мне лучше подумать о том, что я сделала».

— А, правда? Так я делаю то... чего никогда не осознавал. Извините. Игнорировать людей - нехорошо. Если никто ничего не говорит, то, наверное, трудно заметить, что ты это делаешь. Спасибо, Шихору. Я постараюсь этого больше не делать.

— Нет, это я должна извиниться. — сказала она. — Возможно, я вмешивалась, когда это не было моим делом.

— Нисколько. Я благодарен, что мне хоть что-то рассказали. Постойте... Кузаку, чего ты ухмыляешься?

— Ухмыляюсь? Я ухмылялся? Ну, ты же знаешь, как это бывает. Я просто рад, что у нас есть ты в качестве лидера.

— Ты делаешь естественную работу, пугая меня, когда говоришь такие вещи...

— Ни за что. Это было жутко? Ой-ой. Я обычно говорю всё, что приходит мне в голову.

— Какой же ты верный пёс. — фыркнула Сетора, снимая котелок с огня.

Шампуры, разложенные вокруг костра, были хороши и хрустели. Сетора вытащила одну из земли и сунула в рот кусок мяса. Она пожевала, потом кивнула.

— Давайте поедим. Эй, Охотница, ты тоже иди сюда. Киити оглядывается по сторонам, так что все в порядке.

Все собрались вокруг костра, поедая улитковый и грибной суп Сеторы вместе с шашлыками из оленины. Ингредиенты, включая улиток, оленину, различные травы и разнообразные грибы, были собраны Юме, Киити и Сеторой.

Когда они вгрызались в шампуры, приправленные травами, из них лился сок, и это было просто, но вкусно. В супе также были внутренности оленя, так что получился густой бульон. Несмотря на это, травы добавляли легкий привкус полыни, освежающий, как мята, послевкусие было легким. Это был неожиданный вкус, но второй глоток был вкуснее первого, а третий лучше второго, так что Харухиро начал понимать, что это может быть очень, очень хорошо.

— Сеторан, ты хорошо готовишь? — Юме, которая, казалось, собиралась получить награду за скоростное поедание, сказала, потирая живот после того, как она закончила.

— А Я Что? — переспросила Сетора не слишком радостным тоном. — Я действительно думаю, что если меня заставят есть что-то отвратительное, то я лучше вообще ничего не буду есть. Для чего-то подобного просто готовишь его таким образом, чтобы не вызвать пищевого отравления, а затем регулируешь вкус таким образом, чтобы сделать его вкуснее.

— Не думаю, что это так просто, как ты говоришь... — пробормотала Мерри.

— Правда? — сказала Юмэ в знак согласия. — Даже если Юмэ будет готовить, думая «будь вкусной, будь вкусной», это в конечном итоге получается довольно странно.

— Я ничего не понимаю. — Сетора склонила голову набок. — Вкус вещей уже решен.

Нет никаких неопределенных элементов в том, как получится аромат, если смешаешь их в определенных пропорциях и приготовишь или сваришь их. Кстати, когда говоришь, что думать «будь вкусным» ...разве это желание? Какой смысл делать это?

— Хм, ну, если ты будешь думать «будь вкусным», то это, вероятно, получится лучше, чем если бы ты думала «будь гадким». Даже если делаешь одно и то же.

— Если ты действительно будешь делать одно и то же, независимо от того, что думаешь, результат будет тем же самым. Вместо того чтобы думать о бессмысленных вещах, лучше сосредоточиться на процессе.

— ...Хмм. Видишь ли, дело в том, что ты, может быть, и права, но...

— В общем, так, Сетора-Сан... — Кузаку попытался помочь продвинуть разговор вперед. — Здраво мыслишь. Разве ты не родились с превосходным чувством вкуса?

— Я просто научилась. — холодно ответила она. — Определяю вкусы один за другим.

То же самое и с комбинациями ингредиентов. Есть небольшая разница в том, с чем мы родились.

Упс, похоже, они оба не понимают друг друга , невольно подумал Харухиро. Я имею в виду, что Сетора родилась в семье некромантов, в Доме Шуро*, и она действительно сотворила голема и также является мастером укротителем ньяасов. А ещё хорошо готовит. Вернее, дело не только в её стряпне.

— Сетора, а ты ещё неплохо управляешься с оружием... — подметил Харухиро.

— Я должна уметь защищаться. — объяснила Сетора, как будто это было пустяком. — Мечи, копья, луки - я умею обращаться с любым оружием. Ньяасы воспитываются шпионами онмицу, поэтому я также изучила некоторые техники онмицу.

— Ты можешь всё... — сказал Кузаку, разинув рот, но Сетора недовольно подняла бровь.

— Я не так много узнал, чтобы с гордостью сказать, что способен на это. Однако я уверен, что не проиграю глупым воинам-самураям и шпионам онмицу из деревни. Это всё.

— Мне так кажется... это само по себе довольно удивительно... — лицо Шихору передернулось.

— Думаю, у тебя высокая способность к обучению. — сказал Харухиро. — Да. Так или иначе, именно это я и чувствую...

Что касается Харухиро, то он просто пытался подвести какие-то итоги, но Сетора сказала — Никто никогда не говорил так обо мне, и я тоже так не думаю — почему-то расстроившись. — Открытие неизвестных методов - это одно, но, если есть люди, которые делали их раньше, тебе нужно только внимательно наблюдать, и ключевые моменты придут к тебе сами. Если они практикуют эти ключевые моменты, любой может достичь определенного уровня.

— Нет, но все же? — Кузаку смело продолжал задавать вопросы. — Должны же быть вещи, для которых ты подходишь и не подходишь, верно? Должны быть вещи, где, сколько бы ты ни практиковался, никогда не улучшишься.

— Тебе нужно только практиковаться, пока ты не научишься их делать.

— Ты собрала всё это с таким трудом, Сетора-Сан?

— Это само собой разумеется. Ты получаешь только то, что вкладываешь. Это железное правило.

— И с мечом тоже?

— Естественно, было время, когда я только и делала, что размахивала мечом, даже время сна сокращала. Если бы я не делала этого, то, по крайней мере, никогда не смогла бы почувствовать рукоять, не так ли?

— ...Вот как это работает?”

— Вместо того, чтобы пытаться учиться лёгким путем, делать это трудным путем, как правило, проще.

— Оооо. Ну да. Я это вижу. Теперь, когда ты это рассказала, возможно, ты и права...

Кузаку, казалось, не мог ничего сказать на это, и он был на полпути к слезам.

Скорее всего, Сетора была права. Там она тоже ничего не сказала. На самом деле, это был здравый смысл. Дело было не в том, что вам просто нужно было усердно работать; вам нужно было понять трюк, и работать усердно эффективным способом. Вот что говорила ему Сетора. Харухиро не мог с этим поспорить.

Но это то, что мы, обычные люди, не можем сделать, даже если бы захотели. Если бы мы могли делать всё, что нам вздумается, любой мог бы стать супергероем, верно? Но мы слабы, хрупки или ленивы, и не можем ничего сделать, даже если захотим. Иногда, они будут чувствовать, что, « тьфу, хватит с меня. Я ничего не хочу делать » . Я мог бы объяснить Сеторе, что так обычно поступают люди, но она просто сказала бы « просто сделай это » . Да. Она была бы права. Если ты ничего не делаешь, ничего не будет, поэтому вывод таков: ты должен это сделать, верно?

— Не поймите меня неправильно. — Сетора обхватила руками колени и отвернулась. — Я считаю, то, что я говорю, правильно. Но только потому, что это правильно, не означает, что люди примут это. Я знаю это по собственному опыту. Но даже в этом случае я не отступлю от своего мнения. Если я буду лгать о своих чувствах, я перестану быть собой...

Харухиро сглотнул. Юмэ, Шихору, Мерри и Кузаку тоже были по-своему удивлены.

Что? Что? Что? Что? Из ниоткуда? Почему? Сетора, почему ты плачешь...?

Харухиро и Кузаку посмотрели друг на друга.

Что происходит? Я не знаю. Как ты думаешь, что нам делать? Я не знаю.

Такой безмолвный обмен мнениями произошел между ними в одно мгновение.

Мы так бесполезны в такие моменты.

Это был общий вывод, к которому они оба пришли.

— Эмм, Послушай, Сеторан... — Юмэ села рядом с Сеторой и принялась растирать ей спину.

Юмэ, она единственная, кто справляется с такими вещами в такое время.

Наблюдая за происходящим с некоторым облегчением, Харухиро попытался вспомнить, через что Сеторе тоже пришлось пройти. Конечно, она так и сделала. В конце концов, в деревне Сетора была позором для Дома Шуро, с ней обращались как с изгоем, она жила на краю деревни со своими ньяасами. Не то чтобы у неё не было нескольких воспоминаний, которые могли бы довести её до слёз, просто думая о них.

В отличие от Харухиро и других, у Сеторы была родина. Однако, даже если деревня и была её родиной, это было не то место, куда ей следовало возвращаться. Голем Энба был ей как друг, но она потеряла его. Из всех Ньясов, которых она растила, теперь осталась только Киити.

Было бы здорово, если бы он мог сказать ей « Всё в порядке, у тебя есть мы, мы товарищи, ты не одна », но отношения Харухиро и Сеторы были немного сложными.

Нет, Харухиро просто думал, что это сложно? Может быть, на самом деле это не так? И что же это было на самом деле?

— Я вижу, ты любишь эту девушку.

В тот раз, когда Сетора сказала ему это, как отреагировал Харухиро?

Он вспомнил, как думал, что не сможет солгать ей. Если он и вспомнил, то не сказал этого прямо. Прежде чем он успел сказать ей, что это была односторонняя привязанность или что-то в этом роде, Сетора закрыла рот Харухиро руками. Как бы говоря: « Я больше ничего не хочу слышать. Ничего не говори » .

Харухиро посмотрел на Мерри. Мерри всё ещё смотрела на огонь. У неё не было настоящего выражения лица.

Мерри вдруг протянула правую руку к огню.

Харухиро удивился и запаниковал. — М-Мерри?

Она не выказала удивления, просто медленно остановила свою руку. Затем, посмотрев на свои пальцы, она схватила правую руку левой. Затем она повернулась и посмотрела на Харухиро.

— Что такое?

— Нет, что это было, только что...? — Харухиро был в недоумении, как реагировать.

Что на тебя нашло? Ты ведешь себя как-то странно, Мерри. Я уверен, что ты чем-то озабочена или обеспокоена. Поговори со мной. Я тебя выслушаю. То есть, я хочу это выслушать. Почему я не могу выйти и сказать это?

— Мертвые не возвращаются.

Он никак не мог выбросить из головы слова Сеторы.

Джесси. Это слова того странного человек.

— Это ненормально. Здравый смысл подсказывает, что люди не могут вернуться к жизни, и это факт.

Правильно. Это было особое событие, которое произошло при особых обстоятельствах.

Но Джесси сказал ещё кое-что. Что ничего кардинально не изменилось в нём, когда он вернулся к жизни. Что там могут быть небольшие изменения, но ничего драматического.

Скорее всего, Мерри ещё не привыкла к таким маленьким переменам. Вот почему она чувствовала себя немного не в своей тарелке и могла быть смущена. Это был переходный период, можно сказать.

Он уже собирался сказать, что ничего особенного, пытаясь уклониться от темы, когда из темноты ночи в комнату ворвался Киити.

Сетора оттолкнула Юмэ и встала. Киити обернулась вокруг Сеторы, мяукая высоким голосом.

— Похоже, Киити что-то нашла. — сказала Сетора. — Похоже, нам лучше убираться отсюда.

— Кузаку, потуши огонь — приказал Харухиро.

— Ладно! — Кузаку растоптал костер.

Все подняли свои вещи. Они были готовы отправиться в путь в мгновение ока.

— Надеюсь, мы сможем немного поспать до рассвета... — Шихору вздохнула, но по кривой усмешке на её лице было ясно, что она наполовину шутит.

Даже Шихору, которая была менее физически здорова как маг, не была настолько слаба, чтобы это могло сломить её. Это была команда обычных людей, не считая Сеторы, но по какой-то причине они вели жизнь, которую трудно было бы назвать обычной, будучи добровольцами. Благодаря этому они натренировали приличную сумму.

Жизнь полна взлётов и падений, гор и долин. Эх, по правде говоря, в последнее время у нас это только горы. Если быть честным, то с нами много чего произошло. И всё же мы живы, Манато, Могузо.

То, что он мог так обращаться к своим ушедшим друзьям в своём сердце, было ещё одной вещью, которую он мог сделать, потому что он был жив.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Ночное Чудище

Итак, то, что нашла Киити... это оно, да?

Харухиро стоял в тени дерева, затаив дыхание и проверяя, правильно ли он держит свой Кинжал дварфом.

Неужели этот Кинжал действительно был сделан более ста лет назад? В это трудно было поверить.

Он часто слышал, как прекрасны методы Кузнецов-дварвоф, и не похоже, чтобы они не соответствовали своей репутации. Если не считать замысловатых узоров на лезвии и рукояти, это был обычный кинжал, но когда он держал его в руках, то мог почувствовать разницу.

Баланс был хорошим. Было ясно, что ему будет легко. Кроме того, потребовалось лишь немного заточки, прежде чем появилась гладкая текстура. Тот, что он называл огненным кинжалом, имел уникальную форму, но в нём, казалось, была скрыта тайна. Он чувствовал себя хорошо, когда размахивал им, и этот кинжал действительно отлично разрезал.

Имея хорошее оружие в руках, это обнадеживало. Это было похоже на невидимую колонну, стоящую в центре его тела. Если он попадет в беду, то сможет опереться на эту колонну, которую будет нелегко сдвинуть с места.

Что-то прервало его сосредоточенность. Послышался звук, как будто кто-то тащил что-то тяжелое и что-то твёрдое скреблось друг о друга.

Товарищи Харухиро уже отошли к ближайшему гребню. Он пришел сюда на разведку один. Тем не менее, у него не хватило духу подойти слишком близко, да это и не было необходимо. Он ещё не спустился с гребня горы.

Они были примерно в десяти метрах внизу, двигаясь по долине.

Плыли облака, и Лунный свет падал на землю.

Он увидел, что это такое.

Люди, а? Это раса, похожая на людей. Вероятно, они были вооружены.

Он не мог назвать их темп быстрым. Они были медленными, как будто были полностью истощены временем и шли странно скованно. У некоторых из них одно плечо казалось неестественно опущенным, или всё тело было наклонено в сторону, как у побежденных солдат, раненых в бою. Это, по-видимому, называлось парадом мертвецов.

Это были мертвецы. Ни один из них не был живым. Они передвигали свои трупы.

Если их классифицировать, то те, у кого все ещё была плоть, гниющая или нет, были зомби, а те, кто превратился в кости, были скелетами. Но были ли они скелетами или зомби, если подумать об этом нормально, их нервы и мышцы не могли нормально функционировать, поэтому они не могли двигаться.

Они не должны были двигаться.

Люди говорили, что проклятие Бессмертного Короля сделало это возможным, но какой точный механизм двигал ими? Или ими манипулируют, как марионетками?

Харухиро решил, что хочет подойти поближе. Нет, это было неправильно. Он хотел что-то проверить.

Он глубоко-глубоко вздохнул.

Ему нужно было использовать три основных метода.

Первое: устранить его присутствие с помощью способности Укрытие*.

Второе: двигаться с Поворотами*, пока присутствие не было обнаружено.

Третье: использовать все свои Чувства*, чтобы обнаружить присутствие других людей с чувством.

Чтобы дать ему образ, ему пришлось всё выполнить.

Он беззвучно проваливался под землю. Как только он нырнул, это было уже не так похоже на подземелье, а скорее на море. Он мог свободно двигаться. Затем, подняв над поверхностью только глаза и уши, он будет смотреть, слушать и чувствовать всё, что находится над землей.

Скрытность. Он мог скрыться. До этого.

Но это было нехорошо.

Он мог бы добраться до хорошего места. Он был почти на месте. Если бы он мог пройти мимо этого, он был бы внутри. Несмотря на это, что-то удерживало Харухиро.

Естественно, Скрытность* была не так проста. Но ему это удалось. Какое-то время он даже мог включать и выключать её в одно мгновение.

У Харухиро было ощущение того, каково это-быть полностью скрытным, прочно укоренившимся в его сознании. Его поле зрения быстро расширилось, он видел то, что не мог видеть, слышал то, что не мог слышать, и даже мог касаться и чувствовать вещи на расстоянии. Он слишком много видел и слышал, его сознание покидало тело, и это создавало иллюзию, будто он смотрит вниз на себя и на окружающее пространство под углом.

Неплохо , подумал он. Даже такой посредственный человек, как я, может делать такие вещи, если я буду стараться изо всех сил и достаточно упрямо. Потенциал, которым обладают люди, поразителен.

Но сейчас...

Я не могу пойти туда сейчас. Это может быть один, нет, полшага, но разница огромна. Разница между тем, чтобы уйти в неё, и тем, чтобы не уйти, слишком велика. Если я смогу правильно уйти в Скрытность, я всё равно не смогу подкрасться сзади к врагам, ищущих меня с намерением убить. Мне даже не кажется, что я могу облажаться. Если враг собирается повернуться, я пойму это как свои пять пальцев.

Харухиро пригнулся.

Это то, что они называют спадом? — удивился он.

Когда это началось? Был ли для этого какой-то спусковой крючок?

Так оно и было. Возможно.

Преследуемые гоуреллами, они бежали в похожее на тюрьму здание, несмотря на то, что приближающиеся гоуреллы всё ещё жаждали биться.

Лидер. Ему нужно было уничтожить лидера гоурелл.

Чтобы сделать это, он попытался скрыться, но, вероятно, из-за своего истощения, он не смог сделать это хорошо.

А потом ЭТО случилось с Мерри.

Чье-то присутствие вырвало его из воспоминаний. Ему казалось, что его сердце вот-вот остановится.

Харухиро вздохнул и подпрыгнул в воздух, держа Кинжал наготове.

Мерри стояла с широко раскрытыми глазами не более чем в трёх метрах от Харухиро. Она выглядела ужасно удивленной, но Харухиро был удивлен не меньше. Или, скорее, Харухиро был гораздо больше удивлен.

— Какого чёр... — он сорвался.

Нет-нет. Здесь они не могли говорить громко. Долина прямо под ними была полна зомби и скелетов.

Харухиро подошел к Мерри, стараясь не делать громких шагов.

— Почему ты здесь? — прошептал он.

Мерри задумчиво опустила голову, а потом почти прошептала в ответ — Ты вёл себя немного странно, Хару.

— А? Разве? Я так не думаю.

— Возможно, мне это только показалось. Извини.

— Н-Не надо извиняться... Ты пришла сюда одна?

— Всё нормально.

— Хорошо. — Харухиро неопределенно кивнул.

Мерри пошла дальше. Вскоре она остановилась. Оттуда она могла рассмотреть низ, долину.

— Мертвецы... — пробормотала она.

— Ага. — стоя рядом с Мерри, Харухиро собрался было вложить кинжал в ножны, но остановился, крепко сжимая оружие. Потом он все-таки вложил его в ножны. — Но я слышал, что это проклятие Бессмертного Короля.

— Ты так думаешь, Хару?

— Не могу сказать точно. Но они называют это проклятием.

— Я... — Мерри прикусила губу.

Её челюсть дрожала. Должно было быть больно. Её губа, она собиралась кровоточить. Он хотел что-то сказать. Но по какой-то причине он не мог этого сделать. Мерри пристально смотрела на мертвецов.

Внезапно Харухиро пришла в голову одна мысль. Может быть, она беспокоилась не о нём, но ей хотелось самой увидеть мёртвых. Но если так, то по какой причине?

— Должно быть, со мной что-то не так. — прошептала Мерри. — Я заставляю всех волноваться. Я знаю это.

— Да, мы беспокоимся о тебе. Конечно. В конце концов, мы же товарищи. Мы должны заботиться друг о друге.

— Наверное, мне это просто кажется неправильным. Даже если я - это я.

— Я... Между нами ничего не изменится.

— Это я тоже знаю.

Мерри всё ещё смотрела на мертвых. Не глядя на Харухиро, она слегка улыбнулась.

— Шихору и Юмэ, они оба подставляют мне плечо помощи, когда я в нём нуждаюсь. И Кузаку, он не избегает меня. Конечно, и ты тоже. Я думаю, что Сетора тоже хороший человек. В конце концов, её серая ньяас очень мила. Просто... это всё похоже на какую-то ложь. Я немного боюсь засыпать. Это прозвучит банально, но я не знаю, что бы я делала, если бы всё это было сном. Если это сон, то я хочу прояснить для себя, что реально, а что – лишь жалкие сновидения. Но мне страшно. Я не хочу этого знать.

— Мерри...

— Возможно, я убегаю от проблем. Думаю, мне не стоит этого делать. Я... со мной что-то не так. Я уверена... Я изменилась. Но я не хочу так думать. Если я что-то напутаю, я хочу, чтобы ты мне сказал мне об этом. Мне страшно это слышать, но ещё я боюсь, что ты мне не скажешь, и просто промолчишь.

— Послушай, Мерри...

— Я хочу, чтобы ты меня остановил. Я должна быть здесь, но как будто я где-то в другом месте. Где я нахожусь? Я знаю. Я здесь. И всё же я не знаю. Это не всегда так, но бывают моменты, когда я просто не знаю. Ветер настолько сильный, что я чувствую, что меня сейчас сдует. Где я нахожусь? Кто-нибудь, скажите мне. Я —

Если он позволит ей продолжать, голос Мерри будет звучать всё громче и громче. В конце концов, она будет кричать. Что будет немного перебором.

Он должен был что-то сделать. Мог ли Харухиро действительно сказать, что это было единственное, о чем он думал? Это было неожиданно, и он не мог объяснить это подробно, но это было так, как будто он чувствовал это, это и это, поэтому он сделал это. Он ничего не мог с собой поделать.

Он обнял Мерри.

Для Харухиро в тот момент единственным выходом было обнять Мерри.

Ну, может быть, он и идиот, но Мерри - нет. Она подействовала бы рефлекторно, чтобы защитить себя. Из-за этого её руки были бы теперь между ними двумя.

Должен ли я отпустить её? удивился Харухиро. Во всяком случае, я должен отпустить её. Это же очевидно, не так ли? Что я делаю, обнимаю её вот так? Я не просто идиот; я честный до добра идиот.

Но Мерри даже не пошевелила руками. Не сдвинулась с места. Не пыталась оттолкнуть Харухиро.

Мерри была высокой для девушки, а Харухиро - низким. Но...

Она действительно девочка, подумал он.

Может быть, дело было в костной структуре или мышечной массе. Эти вещи должны быть разными между мужчинами и женщинами. Какова бы ни была причина, даже когда он обнял её вот так, Мерри уютно устроилась в объятиях Харухиро.

Мысль о том, что он может защитить её, может удержать её на месте... честно говоря, он не думал о таком. Харухиро не думал, что у него есть право, способности или навыки делать такие вещи.

Но если оставить в стороне вопрос о том, способен он на это или нет, то, конечно, он хотел защитить её. От этого ему стало ещё страшнее, ноги онемели, и он не мог сделать ни шагу.

Нет, дело не в этом. Дело было не в том, что он не мог сделать ни шагу, а в том, что он этого не делал.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ты здесь, Мерри. — пробормотал он. — Рядом со мной. Тебе не нужно думать, что ты не знаешь, где находишься, и я тебе этого не позволю. Потому что я чувствую, что ты здесь, Мерри.

Он был напуган, опасаясь, что ляпнет что-нибудь странное. Он не мог вспомнить слова через мгновение после того, как они покинули его рот в этом состоянии, поэтому он даже не мог решить, были ли они странными или нет.

Мерри вздохнула. Её тело уже почти не было напряжено. — Я всегда хотела, чтобы ты это сделал.

Прежде чем спросить, «А? Что ты имеешь ввиду?» Харухиро приблизил губы к точке чуть выше левого уха Мерри. Мерри вздрогнула и вздохнула.

Он зарылся лицом в волосы Мерри. Он почувствовал её запах.

Вот дерьмо. Я веду себя как ненормальный? Или нет? Не имея никакого опыта, Харухиро не знал, где этот поступок находится в таком масштабе. Я чувствую, что делаю что-то очень смелое. Я думаю, что ещё немного было бы слишком.

Так ли это? Был ли это предел? Зайдя так далеко и стараясь изо всех сил, неужели Харухиро в конце концов пожалеет об этом позже?

Я имею в виду, что мы никогда больше не попадем в подобную ситуацию. Наверное, не будет, да? Мерри, похоже, это ничуть не смутило. Возможно. В таком случае, не следует ли мне попытаться перейти к следующему вопросу? ...Следующему? Что будет дальше?

Уххх.

Не знаю. Но сейчас не об этом. Могу ли я взять это с собой, чтобы подумать? Нет? Я не могу? Это должно быть сейчас? Только сейчас? Ну да. Конечно.

— А ты хочешь... — начал он.

О чем Харухиро собирался спросить её? Неужели он собирается спросить её об этом? Действительно спросить её? Мерри? Он не был в этом так уверен. Здесь не было двух путей. Он не мог спросить. Нет. Ни в коем случае. Даже Харухиро знал это.

— ...вернуться назад?

Последовала короткая пауза.

— Конечно. — Мерри кивнула и вдруг улыбнулась.

Мне почему-то казалось неправильным говорить «прости», но сейчас Харухиро отчаянно хотелось извиниться. Он хотел сделать поклон, который посрамил бы легендарного мастера поклонов.

Но он этого не сделает, ясно? Он ни за что не сделает этого. Он ведь не мог этого сделать, верно?

Харухиро попятился, выпуская Мерри из своих объятий. Он хотел как бы извиняясь лук, по крайней мере. Нет, он не собирался этого делать. Но его тело было честным. Его лицо само по себе было опущено вниз.

— Я уверена, что все уже заждались. — сказала она.

Если бы Мерри не сказала это за него, Харухиро никогда бы не смог уйти оттуда.

Харухиро и Мерри вернулись на гребень, где находились их товарищи. Шихору и Юмэ сидели, прислонившись друг к другу спинами, облокотившись к дереву и тихо похрапывая. Кузаку тоже был в полусне, но когда он заметил Харухиро и Мерри, то просто сказал — Ох — и слегка помахал рукой.

К чему было такое отношение? Что случилось?

Киити, возможно, оглядывалась по сторонам, потому что её нигде не было видно.

На ногах стояла только Сетора.

— А, это вы двое. — оживленно сказала она. — Хару, ты как-то быстро.

— ...А? — нервно спросил Харухиро. — Неужели?

А? Что она хочет этим сказать? Быстро что? Почему?

Он не мог спросить.

В ту ночь Харухиро провел ужасно бессонную ночь.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Если Вы Собираетесь В Путешествие, То Делайте Это Как Истинный Джентльмен

Оставив всё это в стороне, Харухиро и его команда двигались более или менее на восток.

Они знали, что если пойдут дальше на восток, то дойдут до моря. Если они пойдут оттуда вдоль побережья на юг, то в конце концов доберутся до вольного города Веле*. Были люди, которые приходили и уходили между Веле и Альтерной. Если они присоединятся к каравану или станут телохранителями, то смогут вернуться в Альтерну.

Это был грубый план, но это было что-то. Это была вражеская земля, далекая от владений человеческой расы. Не было никаких карт, так что не было никакого способа точно спланировать всё.

Запасшись едой и питьевой водой, они направились на восток. Они были на горной тропе, или, скорее, на горе, где не было никаких тропинок. Идти прямо на восток было невозможно, а о севере не могло быть и речи, поэтому они взяли курс более или менее на юг.

Но горы были сумасшедшими.

Этот район больше всего хотелось бы считать частью Гор Куарон*. Однако горы были не так уж высоки. Было похоже на непрерывную линию гор класса в тысячу метров и гор класса в несколько сотен метров.

Это было самое сложное. Взлеты и падения были интенсивными. Когда склоны были крутыми, было трудно быстро подняться или спуститься, или вообще невозможно сделать это. Даже пройдя зигзагами более десяти километров, они могли продвинуться лишь на несколько километров по горизонтали. Такие вещи были обычным явлением.

Тем не менее, земля, наконец, начала выравниваться. И когда они впервые увидели сияющую поверхность воды, простирающуюся с востока на юг, насколько хватало глаз, Кузаку издал вопль и подпрыгнул в воздух, крича — Это море, не так ли?!

Харухиро понимал, что он чувствует. Он тоже был счастлив. Он не собирался начинать хоть с гиканья...

Внезапно он воспламенился.

Тем не менее, спешка только приведет к потере времени, так что лучше было не ускорять темп. Одним из немногих плюсов Харухиро была его способность сохранять контроль над собой в такие моменты. Здесь не было идиота, чтобы сказать ему, « Ты такой зануда! Вот что делает тебя невеселой дрянью! » Поэтому он будет сдерживать это желание, подавлять его и двигаться вперед медленно, но верно.

— Эй, эй! — всего в десяти метрах впереди Юме стояла на вершине небольшого округлого холма, размахивая обеими руками. — Как думаете, мы можем остановиться здесь перекусить? Дует оооооооочень сильный ветер, и это прууууууукрасно!

Приближались сумерки. Даже если бы они не спешили, Юмэ была довольно энергичной, учитывая, что они шли без остановки около половины дня.

— Я думаю, что еда будет одна и та же, где бы мы её ни ели... — Сетора казалась раздраженной, но она быстро подошла и начала готовиться к обеду прямо перед холмом. — Эй ты, верный пес. Разожги огонь.

— Так точно. — Кузаку ответил немедленно, но как только он начал разводить огонь, он остановился.

— ...Подожди, верный пес? — он склонил голову набок. — По крайней мере, я не припоминаю, чтобы я был твоей собакой, Сетора-Сан. Не я. Сделай что-нибудь с тем, как ты обращаешься ко мне, ладно?

— Я не могу, ладно?

— Не подражай мне...

— Тогда заткнись и делай, что тебе говорят. Я занята. И не перебивай меня, мой верный песик.

— Урх, мне хочется просто залаять...

Если ты желаешь полаять, то лай на здоровье, мой друг , мысленно крикнул Харухиро своему верному псу, а затем бросил тонкий взгляд на Мерри.

Что-то случилось, или это просто совпадение? Мерри тоже смотрела в сторону Харухиро. Из-за этого их глаза встретились.

Что же теперь делать?

Если бы он был путешествующим джентльменом, он должен был бы сказать, « О, здравствуйте! Какое совпадение! Ха-ха-ха! », однако Харухиро не был путешествующим джентльменом.

Или, вернее, что это за джентльмен-путешественник?

Харухиро и Мерри смотрели друг другу в глаза. Однако, в конечном счете, это было единственное, что произошло, и за этим не было никакого особого смысла. Если бы Мерри отвела глаза, как будто ничего не случилось, Харухиро ничего бы не подумал. Вероятно, то же самое было и с Мерри.

По крайней мере, возможно? Харухиро не был весел, поэтому он не мог сказать наверняка. Вот почему, несмотря ни на что, он не хотел, чтобы она подумала, « О, может быть, меня избегают? » Не было никакой возможности избежать встречи с ней, не так ли? Боже.

Возможно, Мерри думала о том же, и ей было трудно первой отвести взгляд. В случае, если она была, Харухиро будет работать до мужества, чтобы быть первым. Нет, но он не хотел создавать недопонимание.

Шихору медленно поднималась на холм. Харухиро видел её краем глаза.

Постой, постой! Эй! Скажи что-нибудь! Шихору! Давай. Например, «Что ты делаешь?» или «Что случилось?» или что-то в этом роде. Если бы ты просто сказала что-нибудь, дала мне шанс ответить, я мог бы ответить, «А, что?» и выйти из этого тупика.

Почему их оставили одних? Может быть, их избегают? Все тайно сговорились против них? Харухиро и Мерри были вытеснены? Оставили в стороне? Ни за что. Этого ведь не может быть, верно? Не-а. Ни малейшего шанса.

— Неееет? — Юмэ издала какой-то звук.

Хорошая идея, Юмэ. Я могу разыграть это так, чтобы это привлекло мое внимание , подумал Харухиро, и действительно сделал это.

Юме склонила голову набок, глядя себе под ноги. — Хурррм? Только что, кое-что...

— Ик! — Шихору, которая всё ещё была на середине Подъёма, издала короткий крик.

Кузаку отпрыгнул назад. — Шихору-Сан?! В чём дееееееело?!

— Что тако... — сказала Сетора, глядя на холм.

Харухиро тоже посмотрел. Холм? Этого не может быть. По крайней мере, это был необычный холм. Поистине холм, похожий на холм, который все ожидают, когда слышат слово «холм», не двигается, верно?

— Мяу, мяу, мяяяяяяу... — Юмэ шаталась на вершине холма. Или, скорее, она пыталась удержать равновесие, чтобы не упасть?

Покрытый травой холм, который был, возможно, десять-пятнадцать метров в диагонали и около десяти метров в высоту, зашевелился.

— Иииииик... — Шихору цеплялась за ухабистый склон, издавая жалобный вопль. Она была на полпути вверх, так что находилась примерно в пяти метрах от земли.

— Эй, прыгай вниз, маг! — закричала Сетора.

У ног Сеторы Киити, чей серый мех стоял дыбом, шипела и скалила клыки.

— Я... одно дело говорить, но... — сорвалась Шихору.

— Поторопись! Этот холм живой! Охотница, ты тоже спускайся, пока ещё можешь!

— Хангх! — Юмэ, всегда быстрая на действия, сразу же побежала вниз по склону.

Шихору в нерешительности смотрела вниз.

— Что значит «Этот холм живой»? Харухиро потряс головой, чтобы прояснить её. — Нет, сейчас не время. — Шихору, Сетора права! Кузаку, лови Шихору!

— Гав! — отозвался Кузаку.

— А теперь он ещё и лает...

— Ничего не произойдет, ясно?! Шихору-Сан! Ну же, всё будет хорошо! Я тебя поймаю!

Кузаку встал прямо под Шихору и широко раскинул руки.

Холм ожил. Что бы это значило? Он не просто шевелился, но и менял свою форму. С самого начала, даже если он был несколько ухабистым, в целом это был округлый холм. Но не сейчас. Теперь она выпирала в одних местах, а в других втягивалась обратно. В ответ на это, как небольшой оползень, грязь и трава, которые были укоренены в этих местах, громко упали вниз.

— Шихору! — Мерри надавила на неё.

Сразу же после этого, может быть, окончательно решившись, Шихору слетела со склона. Место, где она стояла мгновение назад, обвалилось, так что она была на волосок от гибели.

Кузаку поймал Шихору.

— Назад! — Харухиро сам попятился, отдавая приказ. Он не собирался отступать, но сделал это вопреки себе.

Холм был живой. Так вот что это значит? Холм был в процессе Подъёма.

Естественно, Холм не встал. Если бы это был нормальный холм, нет, даже ненормальный холм, он действительно не должен был стоять. Это означало, что это был не холм с самого начала. Это было существо.

Там он и лежал, согнувшись, вероятно, очень, очень долго. Открытый ветру и дождю, покрытый грязью и пылью, растения в конце концов пустили корни. В конце концов, он был уменьшен до состояния холма.

— Он огромный — пробормотала Мерри.

Ага. Я понимаю, верно?

Сначала он опустился на колени, потом приподнялся и попытался встать прямо, но его спина была сгорблена, как у старика, и он не мог так хорошо поднять свое туловище. К нему всё ещё прилипало огромное количество грязи и травы. Местами даже казалось, что он слился с травой и грязью. Может быть, трава пустила корни в его кожу?

Но это был человек. Ну, гуманоид. Его тело по форме напоминает Харухиро или кого-либо другого в команде. Хотя была большая разница в размерах. Потому что, глядя на него, даже со сгорбленной спиной, он должен быть выше пятнадцати, может быть, даже двадцати метров в высоту, верно?

— Я слышала о таких. — сказала Сетора. — Это лесной великан*.

В какой-то момент Сетора привела Киити и встала рядом с Харухиро. Когда Харухиро взглянул на её лицо, Сетора почему-то отступила в сторону.

— Это разновидность расы гигантов, и я слышала, что они могут жить сотни лет, спя, как звери в спячке... Но я никогда не думала, что они существуют на самом деле.

— Ах, Ва-ва-ва! — Кузаку бежал в ту сторону, всё ещё неся Шихору.

Глаза Харухиро расширились. — А! Держись, Ку—

Лесной великан протянул руку, и ему показалось, что он вот-вот упадет.

Кузаку. Он целился в Кузаку.

А? Что, что, что? Если он поймает его, что он сделает? Съест его, что ли? Может быть, он немного проголодался после долгого сна?

— Уааааааааааах! — Кузаку завыл, как он качая ноги изо всех сил. Шихору вцепилась в Кузаку и завопила — Иииииииииииииииик!

Харухиро хотел спасти их. Но его противник был слишком велик. Он не мог остановить ничего подобного, как бы ни старался. Но даже в этом случае он должен был что-то предпринять. Потому, что Кузаку и Шихору были его драгоценными товарищами, а Харухиро был их лидером.

Но если быть до конца честным, то мысли Харухиро были полностью заморожены, вплоть до того момента, когда он думал только, « Разве это не невозможно? » В этот момент Харухиро был не более чем сторонним наблюдателем.

— Delm, hel, en, balk, zel, arve!

Пение. Это было заклинание.

Это была не Шихору. Это была Мерри.

Это Мерри произносила заклинание и активировала магию. Это было взрывное заклинание магии Арве. От лица лесного великана донесся взрыв. Лесной великан споткнулся. Казалось, он вот-вот упадет... нет, он действительно падал. Его массивное тело наклонилось вперед, и он продолжал идти, пока не врезался в землю.

Кузаку и Шихору были в порядке. Это была довольно рискованная ситуация, но им каким-то образом удалось не быть схваченными лесным великаном.

Харухиро замахал руками. — Все, бегите!

Сетора и Киити бежали, словно летели. Юмэ выглядела так, будто она собиралась временно уйти в другом направлении, а потом догнать группу позже. Кузаку шёл рядом с Шихору на руках.

— Мерри?! — крикнул Харухиро.

Когда он обернулся, Мерри прижала руку ко лбу, закрыла глаза и стиснула зубы. Похоже ей было больно.

Когда он бросился к ней и положил руку на плечо, Мерри ответила — Я в порядке — но она не была в порядке ни на йоту.

Если бы не было такой ситуации, он бы хотел, чтобы она легла и отдохнула, или хотя бы села и выпила немного воды. К сожалению, сейчас это было невозможно.

Лесной великан не был невредим, но пытался подняться.

Харухиро взял Мерри за руку. Её рука была холодной. Когда он крепко сжал её, она ответила ему тем же.

Они вдвоем молча бросились бежать.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Юность, Сила И Мужество

Мы пришли на восток, беззвучно сказал Харухиро . Следующий путь на юго-восток.

Это было не только веселое время. На самом деле, это были очень редкие весёлые времена, но и не все оказались плохими. Например, в бушующий шторм мы обычно натыкались на пещеру, в которой могли укрыться. Потом погода прояснится, и он почувствует себя бодрым, как будто все это было ложью.

Еда, которую готовит Сетора, также может быть очень вкусной. Киити становится вспыльчивой, но она будет прижиматься к нам, мурлыкать, когда её гладят, и быть милой. Существует удивительное количество счастья, которое можно найти здесь и там. Мне просто было очень трудно заметить, что оно там было.

Это путешествие многому меня научило. Возможно, это был не такой уж плохой поход.

Харухиро продолжал свой внутренний монолог, доходя до того, Вот так и закончилось наше путешествие.

— Так это и есть море, а. — тихо сказала Сетора.

Киити держалась поближе к её ногам, её поднятый хвост мягко покачивался взад-вперед.

— Это точно море... — Юме прищурилась и усмехнулась.

Шихору присела на корточки и вздохнула. — Фьюх...

— Харухиро. — Кузаку смотрел в его сторону. На его лице появилось серьезное выражение.

— В чём дело?

— Не возражаешь, если я закричу?

— А? Ты хочешь покричать? Ну, я не вижу в этом проблемы...

— Ладно, тогда я сделаю это.

Кузаку сложил ладони рупором перед ртом, откинулся назад, сделал глубокий вдох, а затем…

— Мооооооооооооооооооооооре...!

— Он похож на идиота — пробормотала Мерри.

Харухиро полностью согласился, но он вроде как понимал, что чувствовал Кузаку.

Харухиро и его команда смотрели на море с последней вершины горы. Они должны были находиться примерно в трехстах метрах над уровнем моря. Как только они спустятся с этой горы, то окажутся на берегу. Оттуда, насколько хватало глаз, простиралось бескрайнее синее море.

Харухиро был сыт горами по горло. Он столько раз поднимался и спускался по ним, что хватило на всю жизнь. Наконец-то, наконец-то, это было последнее.

Накануне, когда перед их глазами была эта последняя вершина, они намеренно решили разбить лагерь, не поднимаясь на неё полностью. Они были так взволнованы, что встали ещё затемно, чтобы полюбоваться восходом солнца с вершины горы.

В конечном счете, Подъём на вершину занял больше времени, чем ожидалось, поэтому они не смогли увидеть момент, когда солнце поднялось из-за горизонта.

Но, несмотря на отсутствие первых лучей солнца, это все равно было чудесное зрелище. Если бы Харухиро был склонен к поэзии, он, вероятно, сочинил бы стих, а может даже два.

— ...Да уж, нет слов — прокомментировал он.

— Для чего? — спросила Мерри.

— О, нет, не для чего...

Даже когда тени, отбрасываемые тусклым небом, падали на неё, Мерри сияла в свете зари. Если бы он был поэтом, то мог бы петь ей дифирамбы прекрасными словами.

Он пробормотал — Так прекрасна, что в голове становится пусто.

— Я знаю, верно? — Мерри посмотрела на море и тихо вздохнула.

Однако Харухиро имел в виду не море. И он не имел в виду Солнце, которое сияло так, словно по его поверхности были разбросаны миллиарды драгоценных камней. Он имел в виду Мерри.

— Кстати, Хару. — Сетора сверкнула глазами.

— ...Да?

— Когда я смотрю на тебя, я иногда-довольно часто, на самом деле-чувствую себя расстроенной до такой степени, что мне хочется кого-нибудь убить.

— Это не очень приятно...

— Это не так. Будь осторожен, чтобы я не убила тебя.

— Хм... Я бы хотел быть осторожным и всё такое, но чего именно ты от меня хочешь…?

По какой-то причине Кузаку присел на корточки рядом с Шихору и залаял, как собака. — Гав!

Шихору похлопала Кузаку по спине и по голове. Неужели его собакофикация прогрессирует все быстрее и быстрее?

Это, видимо, всё моя вина так или иначе . Об этом Харухиро мог только догадываться. Но, эй, что я могу сделать? Я бы с удовольствием сделал что-нибудь с моей нерешительным характером, понимаете? Если бы я мог измениться, я бы это сделал, и я стараюсь делать шаги вперёд, когда могу, но этого, вероятно, недостаточно. Больше, а. Мне нужно сделать больше, а. С другой стороны, если я все-таки решусь на решительный шаг, то проблема в том, что я не знаю, что произойдет. Например, какое влияние это окажет на всех окружающих меня. Я все ещё лидер, понимаете? Я не могу не думать об этом. Есть над чем задуматься, так что это непросто. Это тяжело. Жизнь слишком тяжела...

— Кстати, знаете что? — Юме указала в сторону моря. — Вон там что-то вроде корабля. Он ведь наклонен, не так ли? Или Юмэ это только кажется?

Нет, это определенно не было её воображением. Как далеко он был от пляжа? Не близко, но и не так далеко. Этот корабль не плыл, так что можно было бы сказать, что она остановилась, но что-то в нём было странное. Как и сказала Юме, он явно был наклонен.

— Он что, сел на мель? — вслух поинтересовался Харухиро.

Как бы то ни было, они не могли позвать их отсюда. Харухиро и его команда спустились с горы к морю. Думая, что это последняя гора, ему захотелось напеть какую-нибудь мелодию, как будто он был на пикнике, но если они ослабят бдительность, то что-нибудь их споткнёт. Вот что значит путешествовать.

Они спустились с горы, как им показалось, за два часа, затем шли около тридцати минут и достигли травянистого поля с видом на каменистый пляж.

Корабль, о котором шла речь, находился прямо по курсу. Его паруса были белыми, а корпус не таким уж старым. Он не выглядел брошенным гнить там давным-давно, так что, возможно, недавно сел на мель. Хотя это был любительский анализ, у него сложилось именно такое впечатление.

Невероятно, но на скалистом пляже были люди. Нет, он не знал, что они были людьми, но там было множество гуманоидных существ. Их было больше десятка, они сидели, стояли и бродили покругу.

— Может быть, это команда того корабля. — пробормотал он.

Харухиро и его команда лежали на земле горизонтальной линией.

Те люди, скорее всего, не могли их увидеть оттуда.

— Мяу... — Юмэ прищурилась. Будучи Охотником, она обладала лучшим зрением, чем любой из них. — Там шесть человек... может быть? То есть люди-мужчины. О, там также есть нелюди? Один из них мог быть орком. По крайней мере, возможно. Есть ещё кобольды. Да, и ещё гоблины? Что это за человек с повязкой на лице? Трудно сказать. Ещё есть одна девушка... Хмм. Это что, девчонка?

Если бы это были только люди, это было бы одно, но были ещё и орки, кобольды и гоблины. Кроме того, в этой компашке была также и одна человеческая девушка. Что же это была за группа?

— Я слышала, что люди и орки сосуществуют в Веле... — Сетора прозвучала слишком неуверенно.

Было слишком много неопределенных элементов. Может быть, лучше не вмешиваться? Это было любопытное зрелище, но любопытство, как известно, убивало, и некий идиот, который когда-то был с командой, навлек на них много неприятностей.

Ага , подумал Харухиро. Давайте не будем это расследовать. Мы тихо уйдем и сделаем вид, что ничего не видели.

— Подкрадитесь сзади, а после идите на юг...

Может быть, подкрасться сзади вместо того, чтобы ползти вперёд, было странным способом выразить это. Харухиро уже собирался поправиться, когда Юмэ издала странный звук.

— Хухуах!

—Ч-Что случилось, Юмэ?

— Она машет рукой.

— А? Кто?

— Та девчонка... Но у неё есть усы. Разве у девушек растут усы? У Юме никогда не росли усы.

— Ну, может быть, это зависит от того, сколько ждать, а? Она машет рукой?

Посмотрев вниз, он увидел человека, похожего на девушку, которая махала им рукой. Но был ли это один из тех случаев, когда он думал, «Кто, я?» и тогда это окажется кто-то другой? Например, может быть, за Харухиро и его командой стоит кто-то из товарищей этой девушки?

Это тоже было бы опасно. Да. Определенно опасно. Харухиро повернулся, чтобы проверить. Нет. Там никого не было.

— Хэээээээээй! — девушка наконец начала кричать.

Она ведь смотрела на них, не так ли?

Он дал бы ей больше восьмидесяти процентов вероятности, что это так. Может быть, девяносто процентов? Может быть, девяносто девять. Может быть, даже сто.

— Ээээээээй! Вы тааааааам! Вылезааааааайте! Если вы враги, мы убьем ваааааас!

— М-Мы будем драться? — Кузаку потянулся за своей большой катаной.

— Подожди. — остановил его Харухиро. Если дело дойдет до драки, им лучше бежать. Они были более чем в пятидесяти метрах от группы.

Он уже собирался отдать приказ отступать, когда таинственный человек в бинтах протянул девушке какой-то цилиндрический предмет. Что это было? Девушка указала этим предметом на них.

— Ка-бум!

Когда девушка произнесла эти слова, раздалось «ка-бум», или «бум», и Харухиро приподнялся на руках. Что это только что было?

Что-то пролетело в этом направлении и ударилось о землю с невероятной силой. Из конца предмета, который держала девушка, поднимался дым.

— Ни за что! Это что, огнестрельное оружие? — Шихору вырвала эти слова изо рта Харухиро.

— Эээээээээй! Вылезааааайте! Следующий будет прямо в цееееееель! Будет слиииииишком больно! Я одна пикантный снайпер! Да, действительно! Но на самом деле это не так! — девчонка что-то лепетала, и смысл её был только наполовину ясен.

— Что это за... магия? — даже Сетора была потрясена. Киити пригибалась к земле и начала ползком отступать.

— Нет — сказал Харухиро. — Это не магия. Это оружие.

Харухиро прикусил губу и облизнул её. Огнестрельное оружие. Почему именно огнестрельное оружие? Нет, разве огнестрельное оружие вообще вещь? Он ведь никогда их не видел, верно? В таком случае, почему Харухиро и Шихору знали, что они существуют, и как они называются? Были ли это их воспоминания, знания, полученные до того, как они пришли в Гримгар?

Как бы то ни было, это было оружие, которое выпускало пулю с порохом. Огнестрельное оружие. Также известна как пистолет. Как сказала девушка, если в них попадёт пуля, они легко не отделаются. Мерри была здесь, так что она могла залечить любые раны, если они не были смертельными, но вполне возможно, что пуля вызовет мгновенную смерть, если попадет не в то место.

— Не стреляй! — закричал Харухиро и поднял руку. Он поднялся на одно колено.

Похоже, его товарищи все ещё были потрясены. Ему было жаль действовать по собственной инициативе, но выбора не оставалось. Это была кризисная ситуация.

— Если ты выйдешь, я не буду стреляяяяяять! — девчонка всё ещё держала пистолет наготове. — Но должны выйти все вы! Да, верно! Я же не блондинка, в конце концов! Ой, извините! Я имела в виду не близорука!

— А какие у нас гарантии, что ты не выстрелишь?! — крикнул Харухиро.

— Ух, я обещаю, что не сдеееееелаю этого! Поклянёёёёёёмся мизинцами!

— Мы не можем клясться мизинцами! Мы далеко!

— Я думаю, неееет! Но вам просто придётся довериться мне, я думаю!

— Ты говоришь, что тебе можно доверять, но мы даже не знаем, кто ты такая!

— Я тебя тооооооооже не знаю! Таааааааак что мы квиты, веееерно?! Конечно, на самом то деле!

Её манера говорить включала в себя, что она была очень странной особой, но она не казалась идиоткой. Можно ли рассказать ей, что они были Солдатами-Добровольцами? В конце концов, это была вражеская территория, так что это был трудный выбор.

— Харухиро-кун! — Шихору позвала его по имени.

Когда он оглянулся, Шихору кивнула.

Да , подумал Харухиро. Она была права. Не было никакой возможности быть уверенным в этом, но эти люди, вероятно, не принадлежали к организации, противостоящей человечеству. Если бы они это сделали, то без колебаний атаковали бы команду, как только заметили их.

— Всем встать. — следуя приказу Харухиро, его товарищи встали один за другим.

Девушка бросила пистолет забинтованному таинственному мужчине и ткнула пальцем в их сторону. — Оооотлично! А теперь, один из вас, подойдите ко мне лицом к лицу! Меня не волнует кто, просто давайте! Да, в самом деле!

Похоже, она оказалась ещё более странной девчонкой, чем ожидалось.

Харухиро спустился на скалистый берег, лицом к группе.

Члены группы действительно оказались моряками. Ну, не то чтобы он был специалистом по морякам, но они, казалось, были одеты для работы на борту корабля, и не только люди, но и орки и гоблины также были загорелыми. Они были именно такими, какими ожидаете увидеть морских людей.

На девушке была шляпа, закатанная с обеих сторон, и мужская одежда, и она щеголяла усами. Нет, это были фальшивые усы? Более чем вероятно, да. Даже для Харухиро, мужчины, если бы он оставил свои усы расти, они, вероятно, не были бы такими густыми.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Она что, валяет из себя дурачку?

Хотя мне так не казалось.

Девушка выпятила грудь, скрестила руки на груди и посмотрела на Харухиро и команду. Её взгляд был острым. Даже ошеломляющим. Хотя она была миниатюрной, в ней чувствовалась напряженность, которая не позволяла им почувствовать это.

— Я K&K! K!M!W Момохина! Назови себя!

— ...K&K? — Мерри нахмурила брови.

Момохина широко раскрыла глаза. — Назови себя! — повторила она.

— Эй! — мужички начали кричать. — Она сказала, назвать себя, тупица!

— Мы убьем всех мужчин и трахнем женщин, если ты этого не сделаешь!

— Я все равно хочу их трахнуть!

— Теперь ты просто даешь волю своим желаниям, придурок!

Это было ужасно. Девушки в группе были запуганы. Рявкнул Кузаку и попытался двинуться вперед.

— Зашвартовались! — крикнула Момохина, и мужчины закрыли рты.

Харухиро был сбит с толку. Швартовались...?

Момохина откашлялась. — ...Ой. Правильный ответ был «заткнулись»! Такое случааается. Это все из-за сцены. В самом деле!

Ее лицо было красным. Она казалась смущенной.

— Мм-хм... — Юмэ кивнула в знак согласия.

О, ты собираешься посочувствовать ей там? Да, наверное, ты бы так и сделала.

Юмэ и Момохина. Эти двое имели странное сходство. Но Юмэ не стала бы носить фальшивые усы. Она бы тоже не стала стрелять из пистолета. И она не станет бросать вызов из ниоткуда.

— Эм, когда ты говоришь «лицом к лицу», что ты имеешь в виду? — на всякий случай спросил Харухиро.

Момохина, все ещё раскрасневшаяся, ухмыльнулась и подняла вверх большой палец. — Мы собираемся бросить вам, мано-э-мано, очевидно! Ты ставишь пари против нас мы. Полный вперед!

— Полный вперед! — эхом отозвались мужчины хриплыми голосами.

Мано-а-Мано. Это означало-один на один. Значит, голыми руками?

— Ты на связи! — когда Кузаку описал рукой круг, двигаясь вперед, усы Момохины скрутились и чуть не отвалились.

— Дуохах?!

Момохина тут же поправила свои фальшивые усы, но Кузаку уже потерял свой энтузиазм. Зная Кузаку, он помнил, что его противник был женщиной, и задавался вопросом, было ли мано-э-мано - нет, такого слова не существовало - было ли нормально идти мано-э-мано с девушкой.

Харухиро не был в восторге от кулачного боя с женщиной, но он не был уверен, что оставит его женщинам в группе.

— Хорошо, я сделаю это. — сказал он.

— Хе-хе — хихикнула Момохина. — Давайте его сюда! Это будет лёгкая прогулка. Да, на самом деле!

Момохина сбросила пальто. Мужчины радостно закричали, и Харухиро поспешно отвернулся в сторону. На Момохине было пальто до колен, но, естественно, он ожидал, что под ним окажется рубашка. Но - нет.

Это была голая кожа. Она не была голой, но вместо нижнего белья на груди у нее была повязка, так что смотреть на неё было трудно.

— Что случиииилось? Эээээй! Подходи ко мнеееее!

— Можешь снова надеть своё пальто? — спросил он.

— Ни за что!

— Причина...?

— Слишком тяжело влееееезть! Понимаааааешь?! Это чууууувство?!

— Не понимаю, но ты можешь попытаться понять и мои чувства тоже?

— Меня это не волнует, так что давай сделаем это! Хууурах! Если ты не подойдешь ко мне, может быть, мне стоит пойти на атааааааааку? Я приближааааааюсь!

Момохина подошла ближе. В одно мгновение Харухиро перешел в рабочий режим, как будто кто-то щелкнул выключателем, отскочив назад по диагонали со всей силы.

Вот дерьмо. Она быстрая. Что?

— Хи. Дай угадаю, ты ведь не любитель, а?

Эта позиция. Её левая нога и рука были выставлены вперед, бедра опущены, а ладонь слегка раскрыта. Нигде в её теле не было неиспользованной силы. Из состояния, которое выглядело почти расслабленным, она быстро набрала скорость. Она была единственной, кто не был любителем.

— Развлеки меня! — крикнула она. — Да, на самом деле!

В отличие от удара или пощечины, её руки, запястья и даже пальцы согнулись и атаковали его. Хотя это не могло быть так, казалось, что они порежут его, если ударят. Харухиро полагался на свои рефлексы, чтобы избежать атак Момохины. Если он попытается продумать в уме, что делать в ответ на каждую новую попытку, у него не будет ни малейшего шанса угнаться за ними.

— Взмах, взмах, взмах, взмах, взмах, взмах, взмааааааах! — крикнула она.

Какая яростная атака! Быстрая и плавная. Она никогда не сдавалась.

Харухиро быстро потерял способность уклоняться, и когда он блокировал его рукой, его рука была не столько отбита, сколько отброшена в сторону, и он потерял равновесие. Он был загнан в угол в мгновение ока. Других ходов у него не осталось. Харухиро неохотно перешел в контратаку.

Удары руками и ногами не были его специальностью. Он решил принять комбо-атаку от Момохины, выдержать её и попытаться схватить её за руку. Боевые приемы Вора включали в себя умение, называемое арестом.

Сейчас.

В тот момент, когда он подумал об этом, он был перевернут. Вместо этого его схватили за руку и бросили.

— Так близко!

Момохина собиралась выстрелить Харухиро в лицо. Но только не кулаком.

Что она собирается делать с этой разжатой рукой? Он не знал, но был уверен, что одна атака сработает.

Он сделал это не нарочно. Должно быть, ограничитель в его мозгу отключился сам собой.

Нападение.

Харухиро отпрыгнул от Момохины и тут же бросился на неё. Он не думал о том, как использовать свои руки или ноги, не думал о том, чтобы сделать обман, чтобы получить свои настоящие атаки, ничего из этого. Он не смотрел на движения своего противника, не пытался почувствовать их. Он отрезал все свои ответы, чтобы просто атаковать.

Атака.

Его сердце бешено колотилось, кровеносные сосуды расширились во много раз по сравнению с обычным размером, и кровь текла по его телу с невероятной скоростью. Для Харухиро в его нынешнем состоянии не имело значения, что его противник был противоположного пола или вообще человеком. Мясо столкнулось с мясом и раздавило его. Они оба могут превратиться в кровавое месиво, ему всё равно. На самом деле, он хотел этого. Когда Харухиро атаковал нападением, он был самим собой, но в то же время и не был.

Но даже этого было недостаточно.

Момохина проскользнула мимо его правой руки, левой руки, правой ноги и левой ноги, отводя их в сторону. Она просто играла с ним. Как будто он был ребенком.

Это никуда не годится.

Момохина была странной, но не идиоткой. Должно быть, она с самого начала знала, что никогда не проиграет в рукопашной схватке. Она соблазнила его. Она заманила Харухиро в битву, которую обязательно выиграет. Спор уже решён.

— Это! Всё! На что! Ты способен?! — крикнула она.

Отбив атаку, в которую Харухиро вложил все свои силы, она уверенно пошла в атаку. Штурм отбросил все доводы рассудка, полностью отказавшись от обороны, чтобы сосредоточиться на атаке. Если она заполучит его сейчас, ему нечего будет ответить взамен.

— Delm! — Момохина хлопнула ладонью по левому боку Харухиро. Хотя прямое попадание было в бок, оно отдалось эхом в самой макушке.

Даже когда он пошатнулся, Харухиро отчаянно попытался схватить её. Момохина кричала — Hel! En! — ударяя его по левому и правому плечу, затем по солнечному сплетению с криком «Balk!». Карающие удары были подобны кольям, вбитым в него. В этот момент Харухиро уже терял сознание. Единственное, что удерживало его на ногах, - это упрямство, или мужество, или совпадение.

— Zel! — вмешалась Момохина, пнув Харухиро по левому колену.

Он упал навзничь. Он больше не мог стоять на ногах.

— Arve!

Если бы Момохина ударила его ладонью по подбородку, кто знает, что случилось бы с Харухиро. Он вполне мог умереть.

Момохина сознательно решила не бить его.

Но это ещё не всё. Правой рукой, которую она заставила промахнуться, Момохина обняла падающего Харухиро и развернула его. В то же время, бум, где-то ещё раздался взрыв.

Раздались крики и радостные возгласы, и Момохина усадила Харухиро на землю.

Её фальшивые усы исчезли. Должно быть, они оторвались в какой-то момент во время боя.

Лицо Момохины было очень похоже на лицо молодой девушки. Её настоящий возраст был неизвестен, но она выглядела даже моложе, чем Харухиро и его команда. Погоди, а что это был за взрыв? Может быть, это был взрыв?

Delm, hel, en, balk, zel, arve... Если подумать, она ведь произнесла заклинание, не так ли? А? А что потом? Была ли она магом?

— Я - Момохина! КМЖ пиратской компании K&K! Я кунг-фу мастер, маг, а ещё и женского пола! Уууууууууууух! — крикнула она.

Мужчины вскинули руки и хриплыми голосами приветствовали его. — Оооооооооо!

К = Кунг-фу мастер. М = Маг. Ж = Женщина.

А, так вот оно что. Ну, это не было похоже на то, что был какой-то другой КМЖ, так что это было довольно прямое описание её.

— Как же так?! — Момохина высокомерно посмотрела на Харухиро. Она выглядела такой... самодовольной. — Безупречная! Победа! О, да! Ты признаешь своё поражение?

— Я признаю своё поражение.

— Оооооотлично! А теперь, с этого момента, вы мои мелкие сошки! Мелкие, малюсенькие сошки! Ладно!

— А? М-Мы...?

— Держу пари, что так оно и есть! Сражаясь с мано-э-мано, мы создали кроооооооовные узы!

— Ты говоришь так, будто драка заводит друзей. Нет, я думаю, что это не совсем так...

— Все в порядке, все в порядке! Не парься из-за мелочей! Юность! Сила! Мужество! Это ЮСМ! Это пиратский закон, ясно?! Да, конечно!

— Морские разбойники...

Если подумать, она говорила что-то о Пиратской Компании К&К. Мужчины были моряками, и Момохина, очевидно, была их капитаном.

Их корабль сел на мель вон там.

Тогда ладно. Это была группа пиратов. Это был их пиратский корабль, и Момохина была капитаном. Значит, усы? Нет, на самом деле они ей не нужны, не так ли?

— ...Погодите, мы подчиненные? У пиратов? А? Серьезно?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Кальций

В жизни никогда не знаешь, что случится. Никто не знает, что ждет нас в будущем. На самом деле, возможно, именно в этом и заключается вся жизнь.

— Лааааадно! Nexy! To-wah! *

Когда Момохина приняла таинственную позу, Юмэ, Шихору, Мерри и Сетора, выстроившиеся перед ней в ряд, закричали — To-wah* — вставая в одну и ту же позу.

— Следующее! Sah! Sah! Zan, zan! Yarya! *

Когда Момохина сделала вращающийся удар, удар ножом, два удара и обратный вращающийся удар, Юмэ и другие подражали ей.

— Se-hah! Sah! Zan, zan! Yarya! *

У Юмэ, Мерри и Сеторы начинало получаться лучше, но Шихору не делала никаких успехов. Трудно было винить её за это. В конце концов, Шихору была магом. Ну, как и Момохина, но она была особым случаем, так что, наверное, было бы справедливо считать её исключением.

— Следующее! Chorya! Nata! Fumi! Shu, sha, briin! *

— Chorya, nata, fumi, shu, sha, briiin. *

— Вам не хватает энергии! Давайте, делайте это быстрее! Do-wah! Se-rah! *

— Do-wah! Se-rah! *

— Ооооооотлично! Так держаааааать!

Уроки кунг-фу на пляже продолжались. Как такое могло произойти? Харухиро действительно не знал. Несмотря на это, Юмэ и остальные девочки учились кунг-фу у Момохины, в то время как Харухиро и Кузаку занимались физическим трудом вместе с другими мужчинами.

Хотя они и называли это трудом, на самом деле они просто помогали морякам, то есть пиратам, прочесывая берег в поисках выброшенных на берег вещей, собирая хворост и пытаясь построить укрытия и плоты. В этом тоже не было никакой срочности.

С пиратского корабля, вытащенного на берег, было вынесено несколько бочонков, в которых хранились соленая рыба, мясо и маринованные овощи, так что еда в данный момент не представляла проблемы. Что касается воды, то её можно было взять из ближайшей реки и вскипятить, чтобы сделать пригодной для питья. Если бы они действительно захотели, то могли бы даже выпить его прямо из реки, и, возможно, это не убило бы их.

Пиратам было скучно. Если бы там была выпивка, они бы выпили и повеселились, но, похоже, они уже выпили всё до последней капли. С их руками, праздными, они находили себе занятие за неимением какой-либо альтернативы. Может быть, даже убить время было для них слишком хлопотно, потому что пиратов, лежащих на скалах и храпящих, хватало.

Однако Харухиро и его группа были новичками, стоящими на самом низу иерархии. Если они будут отдыхать, на них будут кричать «Эй, за работу!». В любом случае было скучно ничего не делать, поэтому они помогали пиратам, которые двигались вокруг.

Пока они это делали, солнце зашло. Как только стемнело, они разожгли костер и выставили охрану, а может быть, и нет. Киити, которая была где-то и делала всё, что ей заблагорассудится, вернулась. В конце концов ночь закончилась, и наступил день. Начался ещё один новый день, неотличимый от любого другого.

Пиратская жизнь немного отличалась от того, что представлял себе Харухиро.

Нет, не то чтобы он когда-нибудь представлял себе это. У него никогда не было связей с пиратами. Никогда не думал, что он будет иметь с ними дело. И где же он теперь? Харухиро был членом пиратской команды. Но разве так поступают пираты? Например, делали ли они вообще что-нибудь? А может, и нет.

Юме и остальные весь день занимались кунг-фу. Хотя версия, что они просто соглашались с Момохиной, которая играла учителя, потому что у неё было слишком много свободного времени, была более убедительной. Харухиро и остальные были её подчиненными, так что, если это была просьба от КМЖ Пиратской Компании K&K, или как там она хотела себя называть, они не имели права отказать ей.

Они оказались в таком положении из-за того, что Харухиро проиграл бой Мано-э-мано, поэтому он глубоко задумался о том, что сделал не так. Но в этот момент их жизнь на каменистом пляже была настолько безжалостно мирной, что размышления об этом начинали казаться совершенно глупыми.

На пятый день пришел корабль.

Правда заключалась в том, что Момохина и её команда не просто так болтались на этом каменистом пляже. Они ждали один из кораблей своих товарищей.

Корабль сбросил якорь у берега и послал шлюпку. На его борту было трое пиратов. Двое из них были людьми, но один, как ни странно, оказался рыбочеловеком.

— Момохина-сааан! Это я, я! Гинзи. Гинзи здесь ради вас! Момохина-сааан, ты слышишь меняяяяяяя?! Гинзи здесь, чтобы забрать тебя, понимаешь?!

Орки, гоблины и кобольды-пираты все говорили на человеческом языке, даже с сильным акцентом, так что, возможно, это не должно было быть сюрпризом. Впрочем, так оно и было. Подходящей расой для его расы, возможно, рыба-человек, но этот пират был чертовски похож на рыбу. Он носил одежду с рисунком, похожим на пальто Момохины, вместе со шляпой, но это было впечатляюще, насколько он был похож на рыбу.

— Охххх. Гинзи, а... — Момохина выглядела откровенно разочарованной, даже слегка расстроенной. Учитывая, что их товарищ пират, которого они ждали всё это время, наконец-то появился, она не была сильно взволнована.

— Забей на это, КМЖ. — сказал Момохине забинтованный пират. Его звали Джимми, и должность его была, по-видимому, чем-то вроде помощника Момохины. — Если не учитывать того капитана, то Мантис-гоу * - отличный корабль. С этим мы можем, по крайней мере, вернуться на Изумрудный Архипелаг. *

— Ну, конеееечно. Ты прав, ноооо...

— Разве ты не знаешь Гинзи дольше меня, КМЖ?

— Слушай, это означает, что мне пришлось выслушать от него горааааааздо боооооооооольше бессмысленной чепухи, поняяяяяял?

— О, когда так говоришь, это кажется просто невыносимым...

— Он всегда увлекается, болтает снова и сноваааааа. Он не был бы плохим пареньком, если бы не был таким надоедливым. Таков Гинзи.

Они говорили о нём много гадостей, но, когда рыба-человек Джинзи сошел с лодки на каменистый берег, он показался им очень неприятным.

— Фух, извините, что опоздал. Мне ужасно жаль, но, а? Что такое? Почему я не чувствую себя желанным гостем? А, а, а? Странно. Вы тоже думаете, что это странно, да? Я ведь пришел сюда, чтобы забрать вас, не так ли? Даже если бы вы попали в шторм, потребовалась бы настоящая неосторожность, чтобы сесть на мель, и вот я здесь, иду изо всех сил, чтобы забрать вас всех. Я не стану требовать, чтобы вы трижды прокричали «банзай» или что-то в этом роде, но «спасибо» было бы уместно, согласны? Нет, нет, я не собираюсь возвращаться без вас или чего-то еще, хорошо? Почему я никогда не сделаю ничего подобного. Но это не значит, что я не могу, понимаете? Но я не буду, правда не буду, я серьезно.

— Что с этим пареньком...? — когда эти слова слетели с губ Кузаку, рыбьи глаза Гинзи уставились в его сторону.

— А?! Это должна быть моя реплика, понимаешь?! Я никогда раньше не видел и не ел твоего лица, ясно?! Ты говоришь, было бы страшно, если бы я его съел? Это просто шутка сахуагинов*! Ладно, это та часть, где ты смеешься! Я не понимаю, почему твои бока не трясутся!

— М-Мы новенькие. — похоже, это должно было перерасти во что-то неприятное, поэтому Харухиро заставил Кузаку опустить голову, сказав — Давай, извинись. — Затем он объяснил — Я проиграл Момохине... КМЖ... в схватке Мано—э-мано, так что теперь мы её подчиненные... или что-того.

— Фишишишиши?! Ты? Дрался с Момохиной-Сан? Мано-э-мано, притом?!

— А? Ну да... Эм, у тебя глаза вылезают из орбит.

— Конечно, это так! Момохина-Сан безумно сильная! Просто чудо, что ты ещё жив, понимаешь?!

— Она была ко мне снисходительна. — признался Харухиро.

— Держу пари! Если бы этого не было не, ты бы сейчас превратился в груду рыбьих костей. О, в деревне, где я родился, принято топить трупы в озере, чтобы рыбы ели, а потом мы ловим тех же самых рыб и едим их. Разве это не отвратительно? Ты думаешь, что это мерзко, да?

— Я не уверен, что буду с этим согласен, нет...

— Я знаю, верно?! Я всегда думал, что это отвратительно. В любом случае, вот откуда берётся поговорка о рыбьих костях, вот к чему я клоню. Для тебя это тривиальное знание. Мелочи. Ты уверен, что тебе не нужно делать заметки?

— Со мной всё будет в порядке.

— О, ты шутишь. Может быть, тебе будет полезно записать это, понимаешь? Или ты один из тех людей, которые думают, что всё, что вы забыли, было несущественно, но ты будешь помнить важные вещи? Чтож, ты ещё забудешь много важных вещей! Очень жаль!

...Вот дерьмо.

Харухиро захотелось подкрасться сзади к этому сахуагину, или кем бы он там ни был, и свернуть ему шею прямо сейчас. Он не знал, как устроены их тела, но почти наверняка должен был быть жизненно важный нерв на шее. Он подозревал, что если бы он мог быстро нанести ему большой ущерб, то результат был бы очень удовлетворительным. У Харухиро было много практики с этим идиотом, поэтому он полагал, что у него больше терпимости к раздражающей чепухе, чем у обычного человека, но у Гинзи был нечеловеческий уровень раздражения. Может быть, потому что он был рыба-человеком?

— Мне очень жаль. — перебил его Харухиро. — Могу я задать вопрос?

— Да, конечно. Если это необходимо. Если я смогу ответить на него, что ж, может быть, я так и сделаю? Впрочем, я не знаю... В конце концов, ты новичок и к тому же всего лишь подчиненный.

— О... тогда забудь об этом.

— Спрашивай! Ты должен был спросить! Ты ведь ещё молод, верно?! Я тоже молод, но мир не так прост, чтобы ты мог жить с таким энтузиазмом, понимаешь?!

— Нет, я вроде как забыл свой вопрос. Мол, для меня это даже не имеет значения.

— Фишшшш! — воскликнул Гинзи, выгибаясь назад, как креветка... хотя он и был рыбой, а не креветкой. Хотя, если бы Харухиро сказал это, это, вероятно, только подтолкнуло бы этого рыба-человека продолжать идти.

— Все сахуагины, как бы это сказать... бесперебойные говоруны, как ты? — спросил он.

— Да, конечно, это так. А зачем спрашиваешь?

— Ах, правда? Я понял. Я просто никогда раньше не встречал сахуагинов.

— Просто шучуууууууу!

— А?

— Это лоооооожь! Я более разговорчив, чем обычный сахуагин! Нях-нях, я обманул тебя. Фишшш! Фишшш.

Харухиро хотел похвалить себя за то, что не использовал Навык Паука* на Гинзи, которая постоянно изгибалась назад в шоке, и не устранил источник стресса для себя.

Шлюпка совершила несколько переходов между скалистым пляжем и кораблем Гинзи Мантис-гоу . Как только все оказались на борту Мантис-гоу , они подняли паруса и якорь.

Они держали курс на восток и немного на юг, в сторону Изумрудного Архипелага. Что ж, Харухиро и его команда не направлялись туда, но теперь, когда они были на борту корабля, у них были более серьёзные проблемы.

Да. И это Морская болезнь.

Харухиро и его спутники выстроились вдоль борта корабля, борясь с укачиванием, тошнотой, а после снова с укачиванием. Когда они в изнеможении перевернулись на другой бок, чтобы хоть немного поспать, пираты остановили их. Если они лягут, то будут в порядке, пока спят, но, по-видимому, будет ещё хуже, когда они проснутся. Самое подходящее-это выпить немного воды с лаймом и попытаться справиться с этим. Это, и чтобы не смотреть вниз. Если бы они могли это сделать, то со временем привыкли бы, говорили им, но правда ли это? В это было трудно поверить, понимаете?

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ну, я по крайней мере никогда не слышал, чтобы кто-нибудь умирал от тошноты. — сказал им Джимми забинтованный человек. Время от времени он приходил проведать Харухиро и его команду.

Из всех пиратов он, возможно, был самым порядочным и нормальным. — Это то, через что прошли все, даже те, кто намного слабее вас. Вы как-нибудь справитесь. Впрочем, я и сам никогда не страдал морской болезнью, так что не знаю, на что это похоже.

— Значит, некоторые люди не страдают морской болезнью. — выдавил Харухиро. — Это вообще законно?

— Ну, я не могу сказать насчет людей. Я ведь нежить, так что я действительно не понимаю, что вы, люди, которые действительно живы, чувствуете.

— ...Ох. Я полагаю, что ты не почувствуешь этого, нет.

Кроме глаз и рта, Джимми почти ничего не было видно. Не только лицо, но и шея, руки и даже пальцы были обернуты тканью. У большинства немертвых была грязно-коричневая кожа. Не для того ли, чтобы скрыть это? Но в этой пиратской банде были орки и гоблины, так что не было бы ничего странного, если бы в ней оказалась нежить. Кроме того, Джимми сказал им, что он был нежитью сам по себе. В этом не было никакого смысла. В конце концов, с Джимми было что-то не так.

Юмэ адаптировалась примерно за полдня и отправилась на экскурсию по кораблю с Киити позади. Она, видимо, ещё ходила на уроки кунг-фу с Момохиной.

Харухиро, Кузаку, Шихору, Мерри и Сетора так и не смогли отойти от борта корабля. Конечно, это не было похоже на то, что их постоянно тошнило; по крайней мере, они могли говорить. Казалось, что разговоры облегчают дело, но, когда одному из них поплохело, остальных потащило само собой. В таком состоянии им никогда не удастся много поговорить.

— Вы никогда не будете настоящими пиратами, как эта, вы понимааааааете? Нет! — смеялась над ними Момохина.

Харухиро был полностью согласен с ней и пожалел, что она уже не выпустила их с корабля.

То, что это невозможно было сделать, было самой страшной вещью на корабле. В открытом море бежать было некуда.

Может быть, потому, что, несмотря на хорошую погоду, волны были высокими, и лодку сильно качало. В конце концов, через три дня после отплытия, когда на горизонте показался остров, никто, кроме Юме и Киити, не был полностью освобожден от тошнотворных тисков морской болезни.

Но как только они почувствовали облегчение, их симптомы немного уменьшились, так что, возможно, в этом было больше психологического аспекта, чем они думали.

Однако, когда они приблизились к острову, стало ясно, что происходит что-то странное.

— Мантис-гоу Гинзи направлялся к порту, построенному в заливе острова. За пределами бухты стояла целая куча кораблей. В конце концов, это был порт, и ещё даже не вечер. Если бы было много кораблей, входящих и выходящих, это было бы понятно. Однако было больше кораблей, которые остановились, чем двигались. Экипаж Мантис-гоу был явно на взводе.

Фигурой на носу этого корабля, как и следовало из названия, была статуя богомола. Момохина уже некоторое время стояла на вершине статуи, не шевеля ни единым мускулом. Она не сводила глаз с иллюминатора. Было бы страшно, если бы она упала, но, зная Момохину, она, вероятно, даже не испугалась.

Харухиро и его команда, как и прежде, стояли у борта корабля. В этот момент мимо проходил Джимми, и они попытались спросить его, что происходит, но он ответил — Я думаю, вам будет проще увидеть это. — и указал в сторону порта.

— Птица? — Харухиро склонил голову набок. Там были птицы, как существа, кружащих над портом. Стая из двух, может быть, трех птиц. Похоже, их было три. Было ли слово «стая» правильным? Они летали, так что, по крайней мере, не были стаей.

— Но

— Довольно большие, правда? — сказала Юмэ.

Что было то было. Они были ужасно большими для птиц.

— Виверны? — прошептала Сетора. Это имело смысл.

Правда, они действительно напоминали виверн, которые жили в Горах Куарон и спускались в Тысячную Долину, когда рассеивался туман.

— На Изумрудном Архипелаге давным-давно живут драконы. — сказал кто-то.

Если бы Джимми сказал это, все закончилось бы «Охом». Но это сказал не Джимми.

Все присутствующие, не только Харухиро, повернулись к Мерри.

Откуда Мерри это знает?

Мерри прикрыла рот рукой и опустила взгляд, но Харухиро был тем, кто волновался ещё больше.

— А, это — сказал Харухиро. — Хм, я тоже это слышал. Это просто что-то, что мы где-то слышали, так что это похоже на то, о да, оно самое...

— Ахххх! — сказала Шихору ужасно громким голосом. Может, она их прикрывает?

Нет, не обязательно. Пираты тоже подняли шум.

Один из драконов, по слухам, обитавших на Изумрудном Архипелаге с давних-давних времен, начал спускаться. Если это были драконы, то правильнее было бы назвать их сворой, а не стаей, и голова одного из трех членов этой своры была обращена почти прямо вниз, когда он спускался или, скорее, падал.

Дракон добрался до порта или, возможно, до города в мгновение ока, но что случилось потом? Это было далеко, так что отсюда ничего нельзя было сказать.

— В общем... — Харухиро проследил взглядом за двумя кружащимися драконами и с трудом выдохнул.

Это происходило снова. Один из двух других начал быстро спускаться. Затем к ним присоединился последний.

Над городом поднималась пыль.

Он уже растерялся, не зная, что делать, когда их уговорили присоединиться к пиратской команде. Поездка на корабле была самой ужасной в его жизни. Теперь, наконец, они собирались высадиться на берег. По крайней мере, так он думал, но потом случилось вот что.

— ...на порт напали драконы?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Сокровища И Черепа

Свора драконов улетела только вечером. После этого Мантис-гоу вошел в порт, так что, когда они сошли на берег и покинули причал, было уже довольно поздно.

Выяснилось, что драконы начали появляться ещё за десять дней до сегодня, а семь дней назад начали вот так же пикировать вниз.

Ущерб распространился на портовый город, жилой район Роронеи*, коммерческий район и квартал развлечений. В порту был разрушен только один причал, а два корабля получили серьезные повреждения. Ну, даже если это всё, что произошло, это все равно означало, что один из семи причалов и пристаней был полностью выведен из строя. Корабли были главным активом и для их владельцев. Иногда всё их состояние целиком. Это была огромная потеря.

В таком случае в Роронее было гораздо меньше людей, чем обычно. Обычно это был дикий город, где пили и пели весь день и всю ночь, что-то вроде бессонного города, но сейчас никакой суеты не было видно.

— В конце концов, основная работёнка нашей компании - это различные налоги, которые мы собираем со всей Роронеи. — сказал им мужчина.

Мужчина сидел за столом и смотрел в открытое окно. Он был не совсем среднего возраста, но производил впечатление взрослого мужчины. Его матросский костюм очень шёл ему, и он выглядел гораздо более капитанским, чем Момохина или Гинзи.

Особняк, в который привезли Момохину и остальных, стоял на возвышенности, и из окна этой комнаты на втором этаже открывался полный вид на порт.

Влажный морской бриз казался тепловатым. В комнате было много мотыльков, возможно привлеченных лампами внутри, и они порхали под потолком.

— Резиденции - это одно, но мы сами должны платить за ремонт пирса. — продолжал мужчина. — В таком случае, мы собираемся быть выведены из бизнеса. Я никогда не ожидал, что такая чепуха случится, пока президент и Кисараги* в отъезде. Невезение, вот что это такое.

— Нет, сейчас не время для твоей чепухи о везении — огрызнулся рыба-человек. — Ты же управляющий директор!

Человек, которого называли управляющим директором, казалось, не обращал никакого внимания на возражения Гинзи. Не обращая внимания на шумных сахуагинов, он внимательно посмотрел на Харухиро и его команду.

— Новички, значит. Это не море. Вы, люди, пахнете землей. Вы Солдаты- Добровольцы из Альтерны или что-то в этом роде?

Харухиро ответил не сразу. Его товарищи тоже не открывали рта.

— Эй. — Мужчина откашлялся и рассмеялся. — Я задаю тебе вопрос, намёк понятен? Ответь на него. Ты не очень хорошо их обучила, правда, КМЖ?

— Эмм, я обучала девочек кунг-фу!

— Обучала их кунг-фу?

— Шихоруру немного ненадежная, но остальные три моооогут оказаться довольно сильными.

— Что ж, это прекрасно. Наверное, это лучше, чем их слабость.

— Эй, послушай, как ты думаешь, Юмэ может стать сильнее? — внезапно спросила Юмэ.

Момохина издала странный смешок и кивнула. — Конечно сможешь. Я думаю, ты уже на правильном пути, Юмэюмэ! Если я буду тренировать тебя хорошо и усердно в течение трех-четырех месяцев, то ты станешь настоящим кунг-фуистом! Ага!

— Ох-хо! Юмэ будет кунг-фуистом, да?

— Юмеюме, ты Охотник, верно? Твои движения немного проворнее, чем у воинов, так что можеееет это помогает?

— Хммм. Юмэ не окоченела. Может быть, Юмэ довольно гибкая?

— О, и Харупиророн - Вор, Кузаккюн - Паладин, а Шихоруру - Маг, права? Меримери, хм, Священник, я думаю, но у неё есть опыт и в других классах. Сеторанран из скрытой деревни, я полагаааааю? В конце концов, с ней Ньяс-тян!

— Значит, более или менее Солдаты-Добровольцы. — Директор-распорядитель потер подбородок. — Ну, может быть, от них будет больше пользы, чем от закоренелых пиратов.

— И я тоже! И я тоже! И я тоже! Я ведь тоже не чистокровный пират, в конце концов! — гордо добавила Гинзи.

Управляющий снова проигнорировал его слова. — Даже наша КМЖ, Момохина, изначально был Солдатом-Добровольцем.

— Только стажеровалась. — сказала Момохина. — То же самое с Кисарагиччоном и Икчончоном. *

— Теперь она - глава пиратской бригады. Это жизнь для вас.

— А ты - пиратский управляющий, Джанкарулун*.

— Да, из Пиратской Компании. Хотя, даже когда меня так называют, я толком не знаю, что это значит.

— Управляющий директор! Это своего рода важная персона!

— Чёёёёёёрт вооозьми. — простонал Гинзи. — Я здесь дольше, но они сделали меня только капитааааааном.

Момохина и управляющий директор, которого, по-видимому, звали Джанкарулун или что-то в этом роде, даже не взглянули на Гинзи, когда он в отчаянии заскрежетал зубами.

Не было бы ничего странного в том, чтобы немного пожалеть его, но было что-то в этом сахуагине, что не вызывало ни малейшего сочувствия. Это что-то было таким раздражающим, каким он был. Слишком раздражает.

— Если подумать, я ещё не представился. — пожал плечами управляющий. — Формально я управляющий директор Пиратской Компании К&К, Джанкарло Крейцаль. *

— Очень приятно. Я - Харухиро.

Харухиро приветствовал его как представителя команды. Однако он всё время чувствовал себя странно. Почему их, новобранцев, привели на встречу с важным руководителем пиратской компании?

У этого руководителя, Джанкарло, было такое неопределенное отношение, Что, чёрт возьми, я делаю? Ну, неважно. Здесь в округе драконы. Всё в полном беспорядке. Он казался равнодушным и вялым.

Забинтованный Джимми, который до сих пор молчал, шагнул вперед и прошептал что-то на ухо Джанкарло. Джанкарло отреагировал так, будто наконец понял, и кивнул.

— Харухиро, да? Что бы ни привело вас сюда, теперь вы являетесь членами нашей Пиратской Компании K&K. Поздравляю с вступлением в компанию. Ладно, пора хлопать.

Когда Джанкарло начал хлопать в ладоши, Момохина сказала — Ура, хлоп, хлоп. — произнося звукоподражание вслух, в то время как Джимми хлопал в тишине. О ком думает Гинзи, который хлопает в ладоши и одновременно делает вид, что не хочет этого делать? Ну, может быть, капитан.

Это было похоже на довольно вынужденное празднование, но это не было так уж плохо.

Да, верно.

К сожалению, в отличие от Кузаку, который смущенно почесал затылок и сказал — Ах. Спасибо… — или Юмэ, которая вежливо поклонилась со словами — Спасибо ваааам, Харухиро не был таким чистым и невинным.

Он быстро переглянулся с Шихору. Шихору, как и Харухиро, сомневалась. Судя по выражению их лиц, Сетора и Мерри тоже были подозрительны. Когда дело дошло до Киити, которая держалась у ног Сеторы, она с самого начала была настороже.

— Кстати, извините, если это неудобный вопрос, но... что же это за организация такая - Пиратская Компания К&К? — поинтересовался Харухиро. — Если мы «присоединились» к компании, я думаю, что вы могли бы рассказать нам, по крайней мере, это.

— А? Тебе не рассказали? — Джанкарло раздраженно выплюнул эти слова, затем посмотрел на Джимми и сделал жест подбородком.

Джимми кивнул и снова повернулся к Харухиро. — Изумрудный Архипелаг изначально принадлежал большому пирату по кличке Мёртвый Череп. *

По его словам, Изумрудный Архипелаг издавна называли пиратским раем. Здесь были порты, где пираты, которым больше некуда было идти, могли безопасно остановиться, и это было место, где они могли дать отдых своим усталым костям. Некоторые пираты также родились на Изумрудном Архипелаге. Ходили даже слухи, что острова были родиной пиратства.

Однако, когда банда пиратов под командованием Мёртвого Черепа захватила это место, Изумрудный Архипелаг перестал быть раем для многих из этих пиратов.

Считавшийся человеком с характером, понимающим и умеренным капитаном пиратов, Череп был крупным мужиком с белыми волосами и белой бородой.

Когда он впервые попал на Изумрудный Архипелаг, то назвался стариком. Подчиненные называли Черепа «Стариком».

Хорошо разбираясь в арбитраже, когда случались неприятности, и действуя в качестве посредника, они постоянно приносили Старику выгодные идеи и сколачивали состояние, работая с ним. У Старика были связи в торговых городах, таких как Веле* и Игор*, на Коралловом Архипелаге* и на Красном Континенте. *

Когда пират советовался с ним о чем-нибудь, Старик всегда начинал со слов «Я всего лишь старик. Я не знаю, смогу ли я тебе помочь», но затем справился с этим или предоставил план действий.

Быстро познакомившись с главными пиратами, старик в мгновение ока получил роль координатора.

И вот однажды он показал свое истинное лицо.

В свой семьдесят седьмой день рождения он сказал другим пиратам, что хотел бы выпить с ними перед смертью.

Каждый пират думал, что он будет пить со стариком наедине в таверне, все крупнейшие имена пиратства собрались на Изумрудном Архипелаге.

Вполне справедливо; очевидно, именно этого и добивался старик. Команда на день рождения, да?

Были пираты, вынужденные сидеть с теми, с кем они не ладили, но как они могли жаловаться? Решив помочь старику хорошо выглядеть и вытерпеть друг друга на ночь, они все вместе подняли тост.

Это был последний глоток, который они когда-либо пили.

Пираты упали, как мухи. Выпивка была отравлена.

Старик обманул могущественных пиратов и покончил с ними, став единоличным правителем Изумрудных Островов за одну ночь.

Любой, кто отказывался присягнуть Мёртвому Черепу, был схвачен бандой пиратов Черепа и после казнён. Как мужчины, так и женщины. Даже двенадцатилетняя девочка была убита за то, что осквернословила Черепа.

Их стандартный способ действий был невероятно жестоким: отрезали нос и уши, а затем выбросывали жертв в море на съедение акула.

Несмотря на содрогание, все понимали, что у них нет другого выбора, кроме как подчиниться Черепу.

— И кто же убрал Мёртвого Черепа? — заявил Гинзи, раздувая ноздри.

— Я... я хорошо дружу с Кисараги-сан, который вместе со своими товарищами совершил это деяние!

— К&К - это сокращение от Кисараги и Крейцаль. — Тон Джимми был прост. Естественно, он даже не взглянул на Гинзи. — Кисараги не хотел работать в компании, поэтому младшая сестра Джанкарло, Анджолина*, является президентом нашей компании. Она была пиратом с самого начала и противостояла банде пиратов Черепа.

Джанкарло криво усмехнулся. — Я ... ну, я скачу верхом на хвостах Кисараги и моей младшей сестры. Не то чтобы я особенно хотел эту работу.

— Где сейчас эти Кисараги и Анджолина? — спросил Харухиро.

Момохина вскочила. — Эм, ну, они реааааааально оооооооочень далеко! — энергично объяснила она. — Кисарагиччон, Икчончон, Мирирюн* и Хаймари* сели в корабль госпожи Президента и отправились на Красный Континент. Госпожа Президент в командироооооовке! Это правда!

— Ох, и Мицуки*, вероятно, не вернется. — добавил Джанкарло со вздохом.

— И всё же, Момохина, почему ты не пошла с Кисараги? Ты ведь никогда не была на Красном Континенте, верно? Может быть, это и не очень приятное место, но его стоит посмотреть.

— Хммм... — Момохина посмотрела на мотыльков, летающих под потолком. — У Кисарагиччона с собой Икчончон, Мирирюн и Хаймари, так что я решила, что он будет в порядке. Если вы любите кого-то, пусть он идёёёёёт. Ооох. Ну, ты понимаешь? Вот так?

— Нухухух... — Гинзи жутко засмеялся. — Любовь-это сложно, не так ли? Как хорошо. О, какая молодость! Да ведь я никогда не был популярен! В последнее время я подумываю о том, чтобы отказаться от сахуагинских женщин и вместо этого обратить свой взор на людей! О, о, о, о, что это? Никаких остроумных реплик? Я приветствую их, знаете ли! Ну же, ну же, ну же, скажите мне, скажите мне, что мне ещё меньше повезёт с людьми! Три, два, один, вперед!

Было тихо.

Единственными звуками, которые можно было услышать, были отдаленные волны и стук крыльев мотыльков о потолок.

Не то чтобы кто-то взял на себя инициативу в этом деле, но существовала строгая политика не давать этому сахуагину никакой наживки. В каком-то смысле Гинзи свел их всех вместе, так что это было удивительно.

— Драконы живут на Изумрудном Архипелаге с незапамятных времен. — сказал Джимми.

Мерри слегка напряглась. Именно эти слова произнесла Мерри, когда драконы атаковали Роронею. — Но пираты Изумрудного Архипелага всегда сосуществовали с драконами. Было невысказанное понимание «Не подходи близко к драконам». О том, чтобы причинить им вред, не может быть и речи. Драконы похожи на морских птиц, питающихся крупной рыбой. Недалеко от этого острова есть идеальное место для ловли рыбы. Но мы никогда не нарушаем это место для рыбалки. Пока пираты просто следовали этим правилам, драконы оставляли их в покое. В качестве дополнительного бонуса, респектабельные корабли боялись драконов, и они не приближались к Изумрудному Архипелагу. Драконы были для пиратов почти как боги-покровители.

— Разве это не странно? — спросила Сетора тоном слишком дерзким для новичка и подчиненного. Возможно, у неё просто нет понятия о подобострастии. — Почему эти боги-покровители нападают на город?

Джимми, похоже, не обиделся. — Да, это странно. — согласился он. — Управляющий директор, как продвигается расследование?

— Мы пытаемся провести расследование, но... — Джанкарло нахмурился. — У меня есть свои обычные обязанности, и я могу быть очень занят ими, а потом драконы делают для меня больше работы каждый раз, когда они приходят. Единственные пешки, которыми я располагаю, - это кучка головорезов. Джимми, если бы у меня был такой умный парень, как ты, я мог бы добиться некоторого прогресса.

— Это всего лишь отговорка! — крикнул Гинзи.

— Эй, Заткнись, Гинзи. Ты хочешь, чтобы тебя поджарили, а потом выбросили?

— Фишшш?! На этот раз меня не проигнорировали?! Я вроде как счастлив! Но разве готовить меня, а потом выбрасывать, не съев, не слишком грубо?!

— Я понимаю. — Джимми совершенно не обращал внимания на рыбака. — Я устал плавать на кораблях, терпеть кораблекрушения и ждать спасения, так что позволь мне взять это на себя. В конце концов, я начальник отдела.

— А ты в каком отделе работаешь? — спросила Шихору.

Джимми сказал — Обыщите меня. — и немного склонил голову набок. — Меня попросили выбрать между помощником директора, начальником отдела и начальником департамента, и я просто согласился, так что я даже не знаю. Когда я нахожусь на корабле, я важнее остальных членов экипажа, но менее важен, чем капитан. На суше я выше капитанов, но ниже управляющего. Вот о том, как устроена компания. Что касается расследования, мне понадобятся люди.

Джанкарло махнул рукой, как бы говоря « делай, что хочешь », затем взглянул на Харухиро.

— Ну, разве это не удобно. — начал Джимми.

Я вижу, к чему это ведет , подумал Харухиро.

Харухиро сделал свой ход прежде, чем Джимми успел его поднять. — Конечно. Мы подсабим. Я уверен, что от нас будет немного больше пользы, чем от пиратов. Но есть одно условие.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Настроение – Жизненно Важная Атмосфера

Давным-давно даже просто торговаться из-за цен в лавках Альтерны было тягостно. Теперь Харухиро сам начал переговоры, как будто это было совершенно естественно, и пытался получить лучший компромисс, который он мог получить от другой стороны.

Он был не из тех, кто хвастается, но чувствовал, что стал намного смелее.

Первоначальное условие Харухиро состояло в том, чтобы им разрешили перестать быть пиратами, или, другими словами, уволить из Пиратской Компании K&K, а затем заключить новый ограниченный контракт на расследование инцидента с нападением драконов на Роронею.

В конце концов, Харухиро и его группа обнаружили вход в этот неизвестный подземный мир, Царство Сумерек*, в Чудесной Дыре*. Кроме того, они забрели из Царства Сумерек в Дарунггар*, поднялись на Гору Огненного Дракона* из орочьего города Валуандин* и после многих трудностей вернулись в Гримгар.

Затем, каким-то образом покинув опасную Тысячную Долину* и пройдя через различные события, они пересекли море, чтобы прибыть сюда, на Изумрудный Архипелаг.

Не у многих людей было столько опыта, как у них. Судя по истории их карьеры, они были не столько Солдатами-Добровольцами, сколько группой профессиональных авантюристов.

Так что, если они собирались исследовать драконов в качестве авантюристов, они не были против принять эту работёнку. Однако если компания хочет, чтобы профессионалы выполняли профессиональную работу, они заслуживают того, чтобы к ним относились как к профессионалам.

Управляющий директор Джанкарло, казалось, был готов согласиться, но Гинзи упрямо отказывался. У пиратов были свои правила, в том числе один, который гласил, что капитан избирается своей командой, и если у кого-то из этих членов экипажа была просьба, капитан одобрял или отклонял её. Если кому-то из членов экипажа это не нравилось, то следовало вызвать капитана на дуэль.

— Момохина-Сан сделала вас своими подчиненными, так что если вы хотите уйти, вы должны сказать это Момохине-Сан! — крикнул Гинзи. — Не то чтобы она тебе позволила бы! Верно, Момохина-Сан?! Я ведь прав, не так ли?!

— Хм. Вот именно. В конце концов, Харупиророн и его друзья являяяяяются моиит подчиненными.

— Вот видишь! Видишь, видишь! Вот оно у тебя! Для вас, людей, остался только один способ! Дуэль Момохины-Сан! Выиграйте, и вы свободны и вольны, чтобы перестать быть пиратами!

Нет, Харухиро не мог победить. Если бы он мог победить, то не стал бы пиратом с самого начала.

В конце концов, он продолжал торговаться, и сделка, которую они в конечном счете заключили, состояла в том, что Харухиро и команда будут расследовать как члены пиратской компании K&K, другими словами, все ещё как пираты, но, если они обнаружат причину нападений, они будут вознаграждены.

Наград было две. Первое - перестать быть пиратами. Во-вторых, их доставят на корабле в вольный город Веле.

Если они доберутся до Веле как свободные люди, Альтерна внезапно окажется намного ближе.

Первым делом Харухиро и его группа осмотрели места, на которые напали драконы.

— Причал, разрушенный драконами, хах. — задумчиво произнес Харухиро.

Драконы впервые появились десять дней назад. На следующий день и ещё через день они только летали в воздухе над Роронеей.

А потом, семь дней назад, ещё до полудня, на Причал №2 было совершено первое нападение.

Они покинули особняк сразу после окончания переговоров, так что была ещё ночь. Драконы начнут летать, как только рассветет, так что команде придется действовать в темноте. Они были изрядно измотаны путешествием или, вернее, сопутствующей морской болезнью, но это их не убивало.

Причал № 2, по-видимому, имел форму буквы «F». Харухиро присел на корточки и осветил пространство у их ног своей лампой. Внизу было море. Это было то, что должно было быть нижней частью горизонтальной линии F. Неужели драконы приземлились здесь?

Доски моста, конечно, были раздавлены, и балки тоже. Похоже, что несколько опорных столбов тоже были сломаны.

— Как оно? — Мерри присела на корточки рядом с ним, убирая волосы за ухо.

— Ммм... — Харухиро пробормотал что-то вроде “это плохо” или что-то в этом роде.

В свете того, что ущерб, нанесенный драконами, был распространен на обширную территорию, команда решила разделиться. Харухиро и Мерри были на Пирсе № 2.

Ему не нужен был проводник, чтобы найти порт, и только один причал был разрушен, так что он смог быстро выяснить, где он находится.

Харухиро прекрасно справился бы и сам, но если считать Сетору и Киити как одно целое, то их было шестеро, так что они разделились на три пары по двое. Он был бы рад любому партнеру, но по какой-то причине Шихору, Юмэ, Кузаку и Сетора быстро образовали пары, оставив его с Мерри.

Это само по себе не было проблемой. Но...

— Должно быть, именно здесь были уничтожены корабли. — Мерри была такой же, как всегда. По крайней мере, она так выглядела.

Харухиро тоже нужно было сохранять самообладание, хотя причина была не в этом. — Похоже на то. Два корабля, пришвартованные к этому пирсу, были сняты с якоря. Но, судя по тому, что мы слышали, причалы и пристани с тех пор не подвергались нападению, верно?

— Так, может быть, они охотились за кораблями?

— С тех пор как они разрушили этот Причал № 2, корабли перестали заходить в порт днём. Драконы не нападают на причалы и пристани, потому что не видят никаких кораблей. Хм, Но, если бы это было так, они бы напали на корабли, укрывшиеся за пределами порта, не так ли?

— Возможно, ты и прав. Если так, то не могло ли быть простым совпадением, что этот причал и корабли были уничтожены первыми?

— Вполне возможно... а может, и нет. Мы не можем ничего сказать, просто нет. Но интересно, что они попали в порт только один раз.

Харухиро поставил лампу на доски мостика. Он перевел дыхание.

Он хотел побольше узнать о драконах. Он, конечно, расспрашивал Джимми, но оказалось, что даже пираты с Изумрудного Архипелага мало что знают о драконах. На самом деле, основное отношение пиратов к этому вопросу состояло в том, что лучше не знать о драконах, и им это было не нужно.

До сих пор пираты достаточно хорошо ладили, не взаимодействуя и не вмешиваясь друг в друга. Почему эти отношения рухнули именно сейчас?

— Причина не может быть в драконах. — сказал Харухиро. — Я уверен, что люди сделали что-то первыми.

— Согласна.

— Драконы нападают на Роронею не для того, чтобы съесть пиратов или что-то в этом роде. Я слышал, что драконы все ещё ловят рыбу на своем обычном месте.

— Может быть, кто-то сделал что-то такое, что разозлило драконов?

— Но если бы это было проблемой, я чувствую, что драконы могли бы разгромить это место намного хуже...

— Прости. — извинлась Мерри Мерри.

— А?

— Хотела бы я знать больше, что могло бы помочь. — Мерри опустила голову, словно пытаясь уткнуться лицом в колени.

Было бы легко сказать « Не беспокойся об этом ». Но как она могла этого не сделать? Вероятно, это было связано с личной проблемой Мерри, как бы это сказать. Если бы это было что-то внешнее для нее, было бы легко закрыть на это глаза, но для проблемы, которая была внутренней для неё, она не могла этого сделать.

С удовольствием выслушаю , подумал Харухиро. Почему бы тебе не рассказать мне об этом? Я имею в виду, что, просто выговорившись, ты почувствуешь себя немного лучше. Что бы ты ни говорила, со мной всё будет в порядке. Тебе не нужно об этом беспокоиться.

На ум приходили самые разные слова. Все они звучали дешево, неискренне или фальшиво, так что было трудно их произнести.

Что, если вместо того, чтобы заговорить с ней, он просто крепко обнимет её?

Нет, это было именно то, что он хотел сделать, не так ли? Не значит ли это воспользоваться её слабостью? Тем не менее, Мерри, вероятно, чувствовала себя слабой прямо сейчас. Ему хотелось подбодрить её. Подбодрить её было бы неплохо. Нет, нет, но как это привело к тому, что он обнял её или что-то в этом роде?

Сколько всего он думал о Мерри, а сколько-о своих собственных желаниях?

Честно говоря, он хотел бы просто высказать всё это. Думать только о Мерри. Если бы он мог не беспокоиться о себе и думать только о Мерри, то насколько это было бы лучше?

Это заставило Харухиро снова всё осознать. Что он любит Мерри.

Именно из любви он хотел заставить свою любовь к ней исчезнуть. Он хотел бы полностью стереть свои собственные чувства, чтобы принять правильное решение о том, что лучше для Мерри. Мысли о том, как он хотел прикоснуться к ней, или как он хотел сделать то или это, или как было бы хорошо, если бы все обернулось определенным образом, всплывали одна за другой, и он не мог прогнать их. Он хотел, чтобы эта часть его просто умерла.

— Где-то должен быть кто-то, кто знает о драконах. — Мерри подняла голову, посмотрела на Харухиро и улыбнулась. — Может, это и рай для пиратов, но на этом острове живут не только пираты. Первоначальные жители тоже имеются здесь... Я считаю.

— В этом есть смысл. — Харухиро спрятал, в какое замешательство он, подняв светильник так, как он стоял.

Это был Изумрудный Архипелаг. Здесь было несколько островов. Велика была вероятность, что где-то поблизости есть туземцы.

Даже не зная этого, он мог более или менее догадываться. И это было правильно. Даже если она не знала...

Если бы этот бесчувственный придурок был рядом, он бы, наверное, сказал, « Какая разница? Если она знает вещи, которые не может знать, и использует магию, которую не может использовать, это просто удобно ».

Это было хорошо, чтобы принимать его всерьез, как, что? Если бы они это сделали, Мерри, возможно, не пришлось бы беспокоиться. Харухиро не сказал бы этого, хотя, « какое это имеет значение? » Что бы быть немного слишком много.

Харухиро и Мерри встретились с командой Юмэ и командой Кузаку перед рассветом.

Они прикинули, что если сейчас уберутся из города, то шансы избежать нападения драконов будут очень высоки.

Они вместе с Джимми, начальником отдела Пиратской Компании К&К, перебрали всю информацию, которой располагали до сих пор на пляже в окрестностях Роронеи.

Это был новый день, так что первый день нападения драконов был уже восемь дней назад. Только один дракон пришел, разрушив Причал № 2, сильно повредив два корабля и вызвав около тридцати жертв.

Семь дней назад прилетел ещё один дракон, напал на квартал удовольствий, сравнял с землей три питейных заведения, ранил только двадцать человек, но не убил ни одного. Наверное, потому, что не так уж много людей пили в середине дня.

Шесть дней назад два дракона спустились на торговый район, где были сосредоточены рынок и магазины, и ущерб был намного, намного больше. Более десяти убитых и более сотни раненых.

Начиная с пяти дней назад, два дракона отправились громить дома в жилом районе в течение трех дней подряд. Более двадцати домов были полностью или частично разрушены. Убитых и раненых было больше пятидесяти.

Позавчера впервые появился третий дракон. В тот день были повреждены два бара в квартале развлечений и десять домов в жилом районе. По-видимому, не слишком много жертв.

Наконец, вчера снова появились три дракона. Восемь жилых домов были снесены, а рынок почти полностью разрушен. Однако все, кроме стариков, были эвакуированы, так что жертв от этого нападения было немного.

Драконы прилетят, как только солнце полностью взойдет. Они не будут кружить над Роронеей все время, они будут бродить по своим рыболовным угодьям тоже. Если бы они следовали той же схеме, то нападали бы на город только один или два раза в день, возвращаясь домой до захода солнца.

Похоже, пираты действительно мало что знали о драконах.

Изумрудный Архипелаг состоял из главного острова, Изумрудного острова, трех островов к востоку от него, Острова Куну*, Острова Рема* и Острова Хосу*, а затем ряда небольших островов. Драконы жили в местечке на севере главного острова под названием Драконье Гнездо*, а Роронея находилась в бухте на южной оконечности.

Рыбацкие угодья дракона располагались в двух-трех километрах к юго-востоку от Роронеи. С Роронеи драконов можно было заметить летящими туда практически ежедневно. Все знали, что драконов было много. Однако никто точно не знал, сколько их было.

Драконы, обитавшие на этом острове, имели чешую, как изумруды. Видимо, отсюда и произошло название «Изумрудный Остров». Они были крылатыми и летали. Они ловили и ели рыбу на своих рыболовных угодьях.

По размерам некоторые были около тридцати метров с распростертыми крыльями. Однако были и индивидуальные различия. Более крупные драконы были старше, а меньшие, по-видимому, моложе. Может быть, это были родители и их дети.

Это было почти все, что пираты знали о драконах.

Довольно скоро взошло солнце. Три дракона влетели и начали кружить над Роронеей.

— А мы не можем их убить? — спросила Сетора.

— О, я тоже об этом думал. — Кузаку сидел на берегу, широко расставив длинные ноги. Судя по тому, что Киити свернулась калачиком, используя эти ноги в качестве подушки, ньяас могла спать. Когда они начали так ладить? — Эти трое пришли, чтобы напасть на город, верно? У меня такое чувство, что, если бы мы могли убрать только одного большого, они, возможно, перестали бы приходить.

— Ты ведь знаешь, Кузаку-кун, что тебе грозит наибольшая опасность? — спросила Шихору.

— Ну конечно. — ответил Кузаку, скривив лицо и приподняв только одну бровь. — Например, если я могу держать его неподвижным, разве остальные не могут справиться с остальным?

— Это слишком случайная вещь... — пробормотала Мерри.

— Нет, если мы всерьез решим взяться за это, я думаю, как следует, хорошо? Не знаю. Можно сказать, это вопрос выбора. Мне было интересно, есть ли возможность победить драконов.

Харухиро нахмурился — Я бы предпочел не рисковать, нам это не нужно...

Юме изобразила, как стреляет из лука. — Как думаете, стрелы сработают?

— Их чешуя слишком твердая, чтобы пронзить её стрелами. — ответил Джимми.

— К твоему сведению, все храбрые глупые пираты, пытавшиеся стрелять в них из арбалетов, погибли. Я ничего не знаю о магии. Если вы хотите попробовать, будьте моим гостями. Я не стану вас останавливать.

— Пушка? — спросил Харухиро, но Джимми слегка покачал головой.

— У Кисараги и других, кто отправился на Красный Континент, их много, но у нас остался только один. Это, и нет никакого пороха. Насколько мне известно, выстрел, который мы сделали, чтобы запугать вас, люди, израсходовал все до последнего.

Даже если бы у них был для этого порох, только одно ружье ничего не могло бы сделать. Нет, несколько пушек ничего не изменят. Если драконы летали, они, вероятно, не могли поразить их.

— Тогда ты знаешь кого-нибудь, кто знаком с драконами? — спросил Харухиро. — Пиратов или ещё кого-то.

Джимми на мгновение задумался, прежде чем открыть рот. — У меня есть идея. Есть те, кто жил на этом острове до того, как пираты построили Роронею. Но они принадлежат к расе под названием рунаруки.

Уроженцы Изумрудного Острова, рунаруки, жили в лесистых районах главного острова, а также на островах Рема, Хосу и ряде небольших островов. Рунаруки, как и драконы, были загадочной расой, и почти ничего не было известно о них наверняка. Однако они не выступали против пиратов и поддерживали с ними торговые отношения. Редко кто из молодых рунаруков появлялся в Роронее, и были даже времена, когда они становились пиратами.

— Вообще-то в нашей компании есть один пират рунарук. — сказал Джимми. — Но они едва ли могут пользоваться обычным человеческим языком, на котором мы сейчас говорим. Они не говорят ни на оркском языке, ни на языке нежити. Рунаруки скрытны по своей природе, поэтому я не знаю, могут ли они чем-нибудь помочь. От них может быть мало толку.

Как бы то ни было, сначала они должны встретиться с этим членом экипажа и поговорить.

Когда Харухиро попросил его об этом, Джимми согласился и чуть позже полудня привел рунарука на пляж.

Они как раз собирались начать знакомство, когда драконы начали спускаться на Роронею.

— Аааа. Etwa, unakai, nye, shatah... * — Рунарук произнес что-то похожее на слова, закрывая грудь обеими руками и качая головой.

Было неясно, мужчина это или женщина. Проще говоря, он был похож на лису.

Его лицо было по меньшей мере лисьим. На нем была матросская одежда. Его тело было похоже на двуногого человека или орка, но руки были относительно короткими по отношению к туловищу. Все его тело было покрыто шерстью. В заднице его штанов зияла дыра, из которой торчал хвост.

Один дракон опустился на Роронею, и пыль с дымом начали подниматься вверх. Оставшиеся двое всё ещё были высоко в небе.

— Nyarah, nyarah... * — Рунарук плакал или боялся?

— Да, об их убийстве, вероятно, не может быть и речи... — сказал Кузаку.

Рунарук сказал — А! — с широко открытыми глазами. — Убивать? Нет. Убивать. Нет! Dorahga, etwana, vitwa, she, gwadwa. *

— Нет, я понятия не имею, о чем ты говоришь...

— Убивать, dorahga*, нет!

— Ты думаешь, он говорит о том, что убивать драконов было бы плохо? — спросила Юмэ.

— А? Юме-Сан, ты понимаешь, что говорит этот рунарук? — ответил Кузаку.

— Хм. Не понимаю, но хотя чувствую это? Может быть?

— Убивать, dorahga*, нет! — Рунарук повернулся к Юмэ и повторил, кивнув — Убивать, нет! Дракон. Doragha*. Убивать, хорошо, нет.

Согласно чувственному переводу Юмэ, рунарука звали Тсиха*, и это было что-то среднее между мужчиной и женщиной. Дети рунаруков выбирали, кем они станут, когда вырастут, - мужчиной или женщиной. Тсиха ещё не выбрал ни того, ни другого, но уже не был ребёнком, так что это поставило его где-то между мужчиной и женщиной.

Рунаруки живут на Изумрудном Острове давным-давно, давным-давно. Затем на остров прибыли самец doragha* и самка doragha*, или, другими словами, брачная пара драконов. С тех пор жизнь рунаруков улучшилась, и они видели в дорахгах посланцев Бога.

В прошлом было много случаев, когда рунаруки делали что-то плохое и злили doragha*. Тсиха не стал вдаваться в подробности, но, если они говорили что-нибудь пугающее, появлялся gewguw*, и им становилось плохо. Gewguw* были темно-черными и могли прокрадываться под покровом темноты, чтобы их не было видно. Однако, когда gewguw* был рядом, дул холодный ветер, так что вы могли сразу сказать, что они сказали. Похоже, что скрытность рунаруков связана с этими тварями.

Харухиро согласился, когда Тсиха сказал, что кто-то сделал что-то не так, и это разозлило doragha. Если бы это сделали рунаруки, то doragha напали бы на леса, где жили рунаруки. Так что, если на Роронею напали, значит, пираты сделали что-то, чего не должны были делать.

— Плохо! Doragha*! Злой! Гррр! Что? Гррр! — воскликнула Юмэ. — Что делает doragha*? Гррр? Злой?

Юмэ несколько раз пыталась ответить на его вопросы, изображая пантомиму, но Тсиха молчал и ничего не говорил. Должно быть, он боится gewguw*.

Три дракона бушевали в Роронее, затем взлетели и снова начали кружить.

Подавляющее большинство населения теперь ожидало появления драконов, поэтому днем они избегали выходить на улицы. Кое-кто остался в городе, чтобы проверить свою храбрость, а некоторые пьяницы продолжали пить, несмотря ни на что, но, вероятно, никто не умер. Хотя повреждения зданий и дорог были обширными, драконы не стали серьезными. Ну, не было никакого способа узнать, что они на самом деле чувствовали, но было ясно, что они должны были сдерживаться. В противном случае у Роронеи было бы ещё больше неприятностей, и с городом случилось бы гораздо хуже. Все пираты, включая Пиратскую Компанию К&К, уже давно покинули бы остров.

Однако этого не произошло.

Почему так было?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Закат На Пляже

Было довольно забавно.

Он слышал их.

Откуда-то доносившиеся голоса.

А ещё и этот шум прибрежных волн.

Он должен был открыть глаза. Но это было самое лучшее, что с ним было, поэтому он так сильно не хотел их открывать.

Естественно, он не мог держать их закрытыми вечно. И он знал об этом.

Но только ещё чуть-чуть.

Ещё немного, и он готов был остаться здесь.

В общем, он устал. Измученный душой и телом. Конечно, он был прав. Он не мог нормально поспать на корабле из-за морской болезни. Затем, когда они наконец-то высадились, они снова оказались втянутыми во что-то нелепое.

Вот почему. Ага.

Когда драконы улетели раньше, чем ожидалось, он подумал, что, может быть, попробует вздремнуть.

Он чувствовал, что, когда наступит ночь, ему придётся кое-что сделать. Впрочем, теперь он уже ничего не знал. Он почувствовал, что его голова перестала работать, как будто он был на пределе.

Извините, я посплю немного . — сказал он, и никто не возразил.

По крайней мере, он так думал. Возможно. Его воспоминания были немного смутными. Он пошел в какое-то место, которое показалось ему приличным, а потом лег спать.

Ещё не стемнело. А может быть, он проспал всю ночь, и наступил рассвет. Нет, это невозможно. Если так, то он будет бодрее. Ему ничего не снилось. По крайней мере, не то, чтобы он что-то помнил. Его разум постепенно прояснялся.

Его чувства о том, « Должен ли я вставать? Я хочу полежать подольше » , и его сила воля, которая говорила, «Я должен встать», противоречили друг другу.

Фьюх... Он сделал глубокий вдох, и...

— О, ты проснулся? — кто-то сказал ему.

— Ага. — ответил он, садясь и одновременно открывая глаза.

Этот пляж выходил на море на юго-западе, заходящее солнце выглядывало из-за кромки моря, освещая гладь воды. Западное небо и море выглядели так, словно горели в огне.

Легкий ветерок, лишь изредка игравший его волосами, был ещё неприятно теплым, как и всегда. Прежде чем его ночной пот успел высохнуть, он снова начал потеть. Если бы он сказал, «Фух, ну и жара», то почувствовал бы, что от этого ему стало бы ещё жарче, поэтому решил промолчать. Ну, по крайней мере, это было лучше, чем быть холодным. И все же было чертовски жарко. Должно быть, именно поэтому девочки резвились босиком у края воды.

Нет, не просто у края, а зашли почти по колено.

— Плюююх! — Юме зачерпнула ладонями большой объем воды и плеснула в сторону Шихору, Мерри и Сеторы.

— Иик! — Шихору закричала и вцепилась в Мерри.

Сетора отпрыгнула назад. — Ха! — она резко ударила ногой по верху воды.

— Мяу! — запищала Юмэ. Получив в лицо струёй, она бросилась на Сетору. — Муррррр!

Сетора проворно отскочила в сторону.

Юмэ воскликнула — Пьях! — и закончила тем, что мелко нырнула в море, но вскоре снова поднялась и вцепилась в правую ногу Сеторы.

— Мяуууу!

— Подожди, ты, прекра—

— Мрурррррр!

— Ува! — Сетору утащили в море. Глубина была около тридцати сантиметров, но этого было более чем достаточно, чтобы она полностью промокла.

Вскоре они вдвоем уже боролись в воде.

— Черт бы тебя побрал, Охотница! Стой! Отпусти!

— Называй Юме «Юме»! Если ты это сделаешь, то Юмэ тебя отпустит!

— Кто бы тебя так называл?!

— Если ты так собираешься поступить, то Юмэ тебя не отпустит!

— Ну и упрямая же ты...!

Шихору и Мерри улыбались и смотрели, как они дерутся, - по крайней мере, так казалось, пока Мерри вдруг не сказала —Там! — и не толкнула Шихору.

Шихору воскликнула — Иик?! — и упал, насквозь промокнув. — Это было подло!

Как бы говоря, Я не позволю тебе уйти с этим , Шихору тоже плеснула в Мерри морской водой.

— Солёная! — пожаловалась Мерри, возвращаясь к ней.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ха-ха... — Харухиро нашел это очень забавным. Но в то же время в задней части его носа было тепло, и он невольно надавил на переносицу.

Кузаку шмыгнул носом. — Я знаю, что это странно говорить, учитывая то, что только что произошло с городом, но...

Кузаку снял свои доспехи и теперь сидел с голым торсом. Киити лежала у ног Кузаку с закрытыми глазами, но, судя по тому, как она навострила уши, ньяас не спала.

— Да, здесь действительно мирно. Когда мы в последний раз так расслаблялись?

— Хотелось бы, и мне знать на это ответ.

Не то чтобы они все время были на взводе. Если бы они не подвели своих охранников здесь и там, они бы никогда не зашли так далеко. Но это было правдой, они не чувствовали, что было много раз, когда они могли расслабиться, как сейчас.

— Это как летние каникулы — сказал Харухиро.

— Охх... — Кузаку рассмеялся и вытер лоб рукой. — Летние каникулы, точно... — пробормотал он тогда сказал, «Да» кивком головы. Казалось, ему потребовалось некоторое время, чтобы подобрать следующие слова. — Летние каникулы, ха. Например, я знаю, что это значит. Так или иначе, это ощущается по-другому. Я не могу это хорошо объяснить. Я имею в виду, что такое летние каникулы. Я... Я хочу узнать, что такое со мной происходит?

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Я ведь знаю это, правда? — спросил Харухиро. — Странно говорить это, когда я сам и использовал эти слова, но я вроде как понимаю, откуда ты пришел.

— Но ведь сейчас действительно летние каникулы, верно? Это очень мило.

— Конечно.

— Но, блин, наши девчонки такие энергичные, а?

— Ты не устал, Кузаку?

— Я тут отдыхал, так что вроде всё в порядке.

— Я что, храпел? — рискнул спросить Харухиро.

— Совсем немного.

— Ого, серьёзно?

— Я думаю, что ты был более измотан, чем я. — сказал Кузаку. — В конце концов, ты никогда не давал покоя своей головой.

— Надеюсь, я хорошо её использую.

— Я вообще ни о чем не думаю. Ты позволяешь мне расслабиться... — Кузаку зевнул, лениво поводя головой слева направо.

На этом песчаном пляже было разбросано что-то похожее на бревна. Иногда они двигались медленно. Это были не плавники или что-то в этом роде. Они были живыми существами. Они были похожи на тюленей, только круглее. Если бы вы подошли к ним поближе, они бы действительно испугались, но на расстоянии они были чертовски милы.

Вид этих морских звероподобных животных, расслабляющихся, и с таким большим количеством их лежащих вокруг, может быть одной из причин, почему их сердца были так спокойны.

— Разве это нормально - вот так промокнуть в солёной воде? — Харухиро задумался. — Мне кажется, что, в отличие от пресной воды, она не просто высыхает...

— Ага. — Кузаку рассмеялся. — Сначала они просто собирались промочить ножки. Затем Юмэ вошла поглубже. В какой-то момент все они просто перестали заботиться об этом, я думаю.

— Они ужасно энергичны, не так ли? — внезапно за его спиной раздался голос, удививший Харухиро.

Когда он обернулся, нежить, завернутая в бинты, с одеждой поверх них, сидела там на корточках.

— Ох... — прозвучало от Харухиро. — Глава отдела. Вот где вы были. А я и не знал.

— Я тоже некоторое время не спал, так что решил, как и ты, отдохнуть.

— Ты вообще не двигался — сказал Кузаку и снова слегка зевнул.

Теперь Юмэ атаковала Мерри. Возможно, она потеряла бдительность, потому что Шихору щекотала Сетору за бока.

— Если подумать, а нежить тоже спит? — вопрос Кузаку показался мне немного грубым, но, если подумать, может, и нет.

— Мы спим. — просто ответил Джимми. — Хотя я подозреваю, что наш сон немного отличается от вашего. У вас, людей, бывают сны, верно?

— Но иногда мы их тоже не видим. Подожди, нежить не видит снов?

— Да. Говорят, что перед тем, как нас уничтожат, у нас есть долгий сон, но никто не может знать этого наверняка. Наш сон... Как бы мне выразиться? Как будто всё превратилось в грязь. Как будто мы тонем в болоте.

— Похоже, от этого ты ещё больше устаешь. — заметил Харухиро.

Джимми проверил состояние своих бинтов. — Это не очень приятное чувство, должен признаться. — признался он. — Но если мы не будем спать, то это болото будет давить на нас. Можно сказать, мы засыпаем. Я думаю, что между удовольствием и неудовольствием, мы чувствуем значительно больше последнее. Говоря словами, которые вы могли бы использовать, мы не очень весело проводим время.

— Ого. — выпалил Кузаку. — Тогда, наверное, я рад быть человеком.

Джимми выглядел недовольным. — Кузаку, ты...

— Ах, извини. Не похоже, чтобы Джимми-сан решил стать нежитью.

—Нет. — ответил Джимми, не повышая голоса, и улыбнулся. — Я ненавижу нежить. В том числе и себя, знаете ли. Что такое живое существо? Я бы сказал, что это тот, который растет, размножается и имеет жизнь. В таком случае, мы, нежить, не живые существа. Жизнь - слишком абстрактное понятие, чтобы я мог его понять, но мы не растем и не размножаемся. Интересно, кто же мы такие? Было бы проще, если бы мы могли просто не думать, как полые зомби и скелеты, перемещающиеся под проклятием Бессмертного Короля.

— Ты очень похож на человека, Джимми-сан. — сказал Кузаку. — Нет, я не знаю, что такое другая нежить.

— Я лишь притворяюсь, играя человеком, Кузаку-кун. Хотя, что бы я ни делал, я не смогу быть человеком.

— Хммм. — я не понимаю сложных вещей. Но будь это игра или нет, если ты выглядишь на свою роль, разве это не прекрасно? Джимми-Сан, ты делаешь это, потому что ненавидишь нежить, и ты бы предпочел быть похожим на человека, верно? Оставляя в стороне вопрос о том, есть ли что-то плохое в том, чтобы быть нежитью, вот что вы делаете.

— Да... — Я хотел стать кем угодно, только не нежитью, если смогу. Но это невозможно.

Кузаку покачал головой. — Насчет этого, я не знаю, как это называется, как же оно будет называться? Это очень важно. Я думаю, что это важнее, чем то, к какой расе ты относишься. Что ты хочешь делать, и что ты действительно делаешь. Честно говоря, я не думаю, что это имеет значение, какой ты расы. Я не против таких парней, как ты, Джимми-Сан. Не то чтобы я так уж хорошо тебя знаю. Но я понимаю это чувство.

— Понятно. — Тон Джимми был ровным. Но даже в этом случае его эмоции неуловимо проступали в интонациях и паузах между словами. Как сейчас, например. —Ты уже второй человек, который сказал мне что-то подобное. Ты, должно быть, очень любопытный человек.

Джимми, наверное, был счастлив. Но в то же время он мог чувствовать себя неловко.

Кузаку был любопытным. А ещё он был хорошим пареньком.

Думая об этом, вспоминаю, что его первая команда была уничтожена, и Кузаку выжил благодаря своему одиночеству. Несмотря на этот невероятно тяжелый опыт, он выполз из самого дна. Вдобавок ко всему, он не ожидал, пока кто-нибудь поможет ему; он двигался сам по себе. Он обладал позитивом, которого не хватало Харухиро.

Кузаку не имел трагического вида и не был циничным. Даже когда у него были чувства к Мерри и он был отвергнут, он не впал в депрессию из-за этого.

Подожди, подожди. Почему Мерри отвергла Кузаку? Он был довольно хорошим парнем, верно? Он был настоящей находкой, не так ли? Но не так, как рыба. Но нет, серьезно.

Если бы Харухиро был женщиной, и такой парень, как Кузаку, любил его, что ж, он не чувствовал бы себя плохо из-за этого. То, как этот парень вёл себя как самый младший ребёнок, временами заставляло его чувствовать себя ненадежным, но он всё равно без колебаний рисковал своей жизнью. Он щекотал материнские инстинкты, но в то же время был мужественным.

Он был таким хорошим парнем, что какое-то время Харухиро завидовал ему. Ему было грустно думать о том, каким он был малодушным.

— Мрроу?! Хару-кун проснулся! — закричала Юмэ.

Он оглянулся.

— Нвииии! — Юмэ широко развела руками.

Харухиро помахал в ответ. — Я только что проснулся.

— Ну что ж, Хару-Кун и Кузаккун, почему бы вам не подойти?! И Джимми-тян тоже! Каждый может играть вместе!

— Я пас. — просто сказал Джимми. — Я не умею плавать.

— А? Но ты же пират...

— Нежить тонет.

— А, они тонут?

— Может быть это только со мной...

— Ладушки. — Кузаку потряс левой ногой и подождал, пока Киити отойдет сама, прежде чем встать. — Пошли, Харухиро. Время от времени нам нужен... отдых? Можно сказать, чтобы укрепить наши товарищеские узы. Это очень важно.

— Наверное...

Харухиро все ещё был немного измотан и, по правде говоря, ему не хотелось этого делать, но здесь он должен был плыть по течению. Кроме того, это было бы по-своему забавно. Харухиро поднялся на ноги, невольно издав «уфф».

— Давай, беги. — Кузаку потянул его за руку.

— Вуаа... — Харухиро чуть не споткнулся, а Кузаку рассмеялся.

Было слишком много хлопот, чтобы жаловаться на всё подряд. Харухиро ускорил шаг и не сопротивлялся.

— Ах да, будьте осторожны. — Джимми что-то проговорил.

— А, что? — Харухиро попытался повернуть назад, но Кузаку с ворчанием поднял его и швырнул в море. — Эй, погоди, откуда у тебя взялась эта идиотская сил—

Здесь вода доходила им только до лодыжек, но это был песок, поэтому он был мягким, и ему удалось грациозно упасть. И всё же всё его тело промокло.

Харухиро вскочил — А это ещё зачем?! Черт побери, Кузаку!

— Вахахаха! Поймай меня, если смооожешь!

Кузаку поднял ногу ужасно высоко, делая большие всплески, когда он побежал.

— Подожди! — Харухиро погнался за ним.

Отчасти из-за странного способа бега Кузаку не был таким уж быстрым. Харухиро поймает его в мгновение ока.

— Ха! Ты открылся! — закричала Юмэ, прыгая на него сзади.

— Слишком предсказуема! — Харухиро сделал шаг в сторону, уклоняясь от атаки Юмэ.

Когда Кузаку сделал поворот и тоже пошел в атаку, Харухиро предсказал и это.

— А вот и он! Пробивание Корпусом...!

— Кто позволил этому ударить их?! — крикнул Харухиро.

Он не пошел ни в сторону, ни назад. Вперед. Харухиро опустил свою стойку, проходя под Кузаку, когда тот подошел к нему с захватом, широко раскинув руки.

— Гвах! — Кузаку закончил тем, что использовал свой удар тела, или что бы это ни было, на морской воде. Харухиро остановился посмотреть.

Возможно, это было ошибкой.

— Ты мой! — за его спиной раздался голос Сеторы.

Харухиро не обернулся, пытаясь убежать боковым прыжком. Неужели он слишком медленный?

— Техника шпионов онмицу также известна как ниндзюцу! Летающая Ветряная Мельница...! *

У Харухиро перехватило дыхание. Что это было? Скорее всего, его схватили за спину и бедра. А что потом? Он и сам не знал.

Что бы это ни было, тело Харухиро развернулось в сторону с невероятной скоростью. Сетора также могла использовать подобные физические приемы? И, постойте, это было нечестно вытаскивать такую технику здесь!

Харухиро швырнуло на дно мелководья. Когда он попытался встать, его уже окружили товарищи.

— Эй! А! Пятеро на одного - нечестно! — завопил он.

Кузаку крепко держал Харухиро за руки, Юмэ и Сетора - за правую ногу, Шихору и Мерри - за левую.

— Готово, поворачиваем...!

По приказу Кузаку тело Харухиро сначала повернули направо, к берегу. Набирая инерцию, как маятник, он повернул влево, к морю.

— Вуааа, я же не вещь, так... —

— Давай...!

По второму сигналу Кузаку они все разом отпустили его.

Увах...

Он летел. Может быть, он провел здесь какое-то впечатляющее время?

Он был немного напуган, но это было довольно весело.

Нет, но, когда он начал падать, его внезапно охватил страх.

— Аххххххххххххххххххххххххх!!

Причина, по которой он начал размахивать руками в воздухе, заключалась в том, что он думал, что так будет веселее. Ну, по крайней мере, у него было достаточно самообладания.

Харухиро приземлился в воду первым. Но не глубже ли здесь, чем он ожидал? Но не до такой степени, чтобы его ноги не касались дна.

Вместо того чтобы немедленно всплыть обратно, он не торопился.

Когда он высунул лицо из воды, крича — За что вы так со мноооой?! — его товарищи громко расхохотались. Кузаку схватился за бока, в его глазах стояли слезы.

Харухиро пытался заставить их рассмеяться, но было ли это действительно так смешно? Обычно Харухиро не делал бы ничего подобного, так что, возможно, внезапность этого делала их счастливее. Иногда это было не так уж и плохо. Только один раз в некоторое время, хотя.

— Чёёёёрт бы вас попрал! — Харухиро прорезал воду, направляясь к Кузаку. Вода доходила ему до плеч и становилась глубже, когда набегали волны, так что даже отдавая все силы, он не мог развить большую скорость. Должно быть, он выглядел забавно, потому что все смеялись.

— Эээээй! — Джимми кричал с берега.

После просмотра он решил, что хочет присоединиться? Хотя, похоже, дело было не в этом.

С приближающимися волнами что-то прошло мимо Харухиро. И не единственное.

Они шли один за другим, и некоторые задевали Харухиро, когда проходили мимо. Они были живыми существами. Может быть, те морские звери, которые валялись на пляже?

— Ааааа! Харухиро! — глаза Кузаку были широко раскрыты, и он указывал на что-то.

— Хару! Позади тебя! — Мерри повысила голос.

Юмэ, Шихору и Сетора тоже закричали.

— Хм, сзади — Харухиро обернулся. — Подождите, чоооооооооооо?!

Что-то широко раскрыло свою пасть. Ни одно из этих морских звероподобных созданий. Это было совсем другое существо. Что бы это могло быть? Погоди, сейчас не время гадать.

Оно было близко. Очень близко. Неужели его съедят?

Может быть - нет, не было никакого «может быть» - он попал в большую беду.

— Таааах...! — Харухиро испустил таинственный крик и попытался прыгнуть влево, как будто от этого зависела его жизнь, но его подхватило мощное течение, и он понятия не имел, что произошло.

Но это означало, что он всё ещё жив. По-видимому, его не съели.

Массивное существо протиснулось сквозь воду. Больше, чем волны, течение, созданное этим существом, бросало Харухиро вокруг. Это была акула? Кит-убийца? Возможно, что-то в этом роде.

Харухиро вздрогнул. В обычной ситуации он бы умер тут, не так ли? Ему всё ещё казалось, что он также может умереть.

Это было плохо. Он собирался утонуть.

Даже когда ему удалось поднять лицо над водой, чтобы сделать вдох, он проглотил много воды.

— Буааа, соленая! — закричал он.

Кузаку и остальные дико кричали и бегали вокруг. Разве это существо не было акулой или китом? Он поднялся на сушу и атаковал морских звероподобных существ одного за другим.

Трюки, которые он демонстрировал, например, используя свои хорошо развитые предплечья, чтобы легко подбросить свою добычу, и прыгая в воздух на суше, чтобы укусить их, были, вероятно, за пределами возможностей акулы или кита. Похожие на морских зверей существа, которые лениво отдыхали на песчаном пляже, теперь массово бежали обратно в море.

— Ничего хорошего. — выдохнул Харухиро. — Когда мы увлекаемся, это всегда случается!

Харухиро направлялся к суше, но убегающие морские звери сталкивались с ним одно за другим, и он не мог идти туда, куда хотел.

Крики, рёв животных и вопли отдавались эхом.

Солнце уже село.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Холодные Ветра

К северу от Роронеи всё быстро превратилось в густой лес. Тем не менее, на протяжении первых тридцати-сорока метров была область, где деревья были вырублены, оставив травянистую равнину. Раньше здесь росла густая трава, но теперь здесь было полно киосков и лавок, которые, казалось, работали круглосуточно.

Харухиро и его группа купили сменную одежду на этом аварийном рынке к северу от Роронеи. Там не было филиала Депозитной Компании Ёрозу*, так что у них было мало денег. Выбор товаров также был очень «тропическим», можно сказать. Там было много очень эффектных нарядов, и было немного трудно выбрать, но команда как-то справилась.

Драконы были в ярости. Кто-то что-то сотворил, что разозлило их. Независимо от того, что кто-то делал раньше, драконы никогда не показывались вне полёта между их гнездом и рыболовными угодьями.

Если кто-то собирается что-то сделать с драконами, им придется пробраться в их гнёзда. Если они собираются приблизиться к гнёздам, им придется пройти через густой лес.

Лес был домом для рунаруков. Рунаруки могут что-то знать.

С пиратом рунаруком Тсихой впереди, Харухиро и группа вошли в лес.

Судя по тому, что рассказывал им Тсиха, или, скорее, по тому, как чувствовала это Юмэ, рунаруки не были особенно скрытными, но они были сдержанными. Даже если команда окликнет их, они не покажутся. Тем не менее, если бы группа подошла к ним и вежливо спросила, вероятно, были бы некоторые рунаруки, которые бы их выслушали.

Кроме того, рунаруки обычно засыпали днём и бодрствовали всю ночь. Если бы команда хотела встретиться с ними, то лучше было бы искать их ночью.

Тсиха сказал, что он может привести команду в деревню, где живет его семья.

Кстати, начальник отдела Джимми был в другом месте, проверяя, нет ли других слухов о драконах.

Почему драконы сошли с ума? Харухиро понятия не имел, но они не бесновались вслепую. Но если это и была месть, то довольно слабая. Тогда, может быть, запугивание? Может быть, они демонстрировали свою несравненную силу, угрожая народу Роронеи из-за чего-то. Разве это не выглядело так?

По правде говоря, одна мысль пришла ему в голову.

Яйца или, может быть, дракончики.

Может быть, кто-то пробрался в драконье гнездо и унёс оттуда яйца или детей?

Он не был знаком с экологией драконов или их способностями, так что это было только его воображение, но, возможно, они следили за запахом своих яиц или детей и обнаружили, что их прячут в Роронее. Затем, поскольку они не могли говорить, чтобы потребовать своих детей обратно, они показывали это своими действиями.

Он не знал, насколько велики дракончики, но учитывая, насколько велики взрослые драконы, они не могли быть маленькими. Они, вероятно, тоже будут плакать или бороться, так что яйца казались более вероятной возможностью. Или, может быть, дракончики уже умерли, и родители верили, что они всё ещё живы, или что-то в этом роде.

Однако была ли в них действительно достаточная ценность, чтобы оправдать риск кражи драконьего яйца или дракончика?

Он спросил Джимми и получил ответ «Не могу сказать, что нет».

Если бы они были подлинным артефактом, нашлось бы множество людей, которые захотели бы яйцо или живого дракона, или даже мертвое тело дракона.

Роронея была городом пиратов, но купцы тоже приходили торговать с ними.

На этих торговых или пиратских кораблях иногда находились люди неопределенного происхождения и целей. Можно сказать, охотники за сокровищами. Например, такие исследователи, как Лала и Ноно, могут сделать что-то вроде входа в запретную зону, например, в драконье гнездо, и унести драконье яйцо или дракончиков. В этом не было ничего невозможного.

Если бы что-то подобное гипотетически произошло, то не было бы ничего странного в том, что несколько человек что-то видели или слышали. То, что драконы напали на порт только однажды, было интересно. Это опять было только его воображение, но в то время преступники могли находиться на пирсе № 2. Это или на борту одного из кораблей, остановившихся там. Так что, возможно, преступник едва успел скрыться и теперь скрывается в городе. Таким образом, драконы нападали на Роронею с тех пор, пытаясь запугать преступника, чтобы он вернул яйцо или дракончиков, или ещё что-нибудь.

Доказательств не было, так что, как уже неоднократно говорилось, все это было исключительно плодом воображения Харухиро. Но кто-то явно не угодил драконам. Этот кто-то был в Роронее. Или, по крайней мере, был в Роронее. В этом Харухиро был уверен.

Если бы этот человек был умен, он не оставил бы никаких следов. И все же, даже если Харухиро не сможет схватить этого человека за хвост, где-то там может быть хоть один волосок от этого хвоста.

Ночью лес был страшным местом, но у команды Харухиро был опыт выживания с Дарунггаром и Тысячной Долины, и они взяли с собой Тсиху в качестве проводника. Они слышали крики зверей или чувствовали их присутствие в нескольких случаях, но на самом деле ничего не происходило, пока они шли, возможно, два часа.

— Это займет ещё какое-то время? — спросил Кузаку.

Юмэ спросила Тсиху — Время? Взять? Ещё?

Она просто разбила его на отдельные слова, не так ли?

— Lilmore* — ответил Тсиха.

Вскоре они увидели впереди что-то похожее на костёр. Скорее всего, факел или что-то в этом роде. Когда они подошли к нему, оказалось, что это костёр, и рядом с ним стоял один рунарук.

Тсиха поздоровался с ним на языке рунаруков, и рунаруки ответили ему тем же.

— Пойдем. — сказала Тсиха. — Этот путь.

Тсиха указал за костёр и повёл Харухиро и группу дальше. Рунарук у костра был одет так же, как Тсиха, носил лук и стрелы через плечо, а на поясе у него висел топор. Он не сводил глаз с Харухиро и его команды, пока они не прошли мимо, но особой враждебности не было.

И все же это было странно. Что именно было странным? Харухиро не мог выразить это словами, но что-то не давало ему покоя.

— Тсиха. — позвал он.

— Ннгх? — Немедленно ответила Тсиха.

— Ты часто возвращаешься в деревню рунаруков?

— Нет.

— Черт.

Харухиро невольно выругался и быстро двинулся вперёд. Он выхватил кинжал, схватил Тсиху и прижал его к горлу рунарука.

— Хару-кун?! — воскликнула Юмэ.

Кузаку выглядел удивленным. — Вха...

— Будьте начеку! — крикнул Харухиро. — Не двигайся — предупредил он сопротивляющегося Тсиху. — Ты ведь понимаешь, правда? То, что я говорю. Ты все время это понимал. Пытаешься нас подставить, не так ли?

Тсиха перестал сопротивляться, но ничего не ответил.

Кто-то приближался. Тот самый рунарук, который раньше сидел у костра. У него была стрела, наложенная на тетиву и уже была натянута.

Сетора попыталась заставить Киити тихо двигаться в темноту, и рунарук выпустил стрелу.

— Кши! — зашипела Киити и отскочила назад. Она увернулась от стрелы на волосок, но была близка от попадания.

Рунарук готовил свою следующую стрелу. Этот рунарук был очень хорошим стрелком.

— Мы облажались. — пробормотала Сетора.

Действительно. Они не собирались этого делать, но они подвели свою охрану.

— Это ещё не всё... — это все, что сказала Мерри.

Шихору приготовилась, расслабленно выдохнув.

Впереди, справа и слева теперь раздавались звуки. Они намеренно старались не скрывать своих шагов. Мы здесь, мы здесь , говорили они команде.

Когда Кузаку попытался вытащить свою большую катану, рунарук с луком наготове закричал — Ianna! * — страшным голосом.

— Меч, не вытаскивать. — тихо сказал Тсиха. — Стрелять из лука. Яд. Умереть быстро.

— Кузаку. — Харухиро покачал головой.

Кузаку убрал руку с рукояти своей большой катаны.

— Решил убить нас? — спросил Харухиро.

— Тсиха не решиться.

— А кто тогда?

— Papa . *

— Твой отец?

— Papa * Цихи. Вождь Камушики. *

— Что за вождь племени? — Харухиро задумался. — Значит, ты следующий в очереди, чтобы возглавить свое племя?

— Я иметь старший брат.

Оказалось, что предводитель рунаруков, который окружил команду и поймал их в эту ловушку, был тем самым старшим братом.

Рунараук, чем-то похожий на Тсиху, но более высокий и крепкий, вышел вперёд и что-то сказал на их языке.

Согласно переводу Тсихи, если бы они молчали и не сопротивлялись, их бы ещё не убили. Кроме того, его брат вёл более десяти рунаруков, и все они были лучниками с луками, нацеленными на отряд.

У Харухиро не было причин сомневаться в словах Тсихи о том, что стрелы были покрыты смертельным ядом. А пока, похоже, им придется делать то, что им скажут.

Руки их были крепко связаны за спиной веревкой, и их повели прочь.

Киити сначала оскалила клыки на приближающихся рунаруков, чтобы запугать их, но, когда Сетора сказала — Остановись, Киити —, она затихла и была связана. Серую ньяас несли рунаруки, как багаж.

По пути Сетора бормотала что-то вроде — Они нас поймали. Я не знаю, как это получилось...

Потом она обо что-то споткнулась и легонько толкнула Харухиро.

— Ай! — воскликнула она.

— Ianna! *- один рунарука предупредил их.

— Извини. — кротко извинилась Сетора, отодвигаясь от Харухиро.

Примерно через полчаса они подошли к месту, где горело множество костров, вероятно, это была деревня. Сколько же таких домов, построенных на верхушках деревьев, было на самом деле? Это было довольно трудно сказать. Даже дн`м они будут скрыты за деревьями, так что это будет трудно сделать. Все-таки это не было похоже, это была маленькая деревушка, с помощью любых средств.

Многие рунаруки ждали Харухиро и его команду. И не просто десятки. Сотни. Их было две-три сотни. Судя по их размерам, это были не только взрослые. Там же были и дети. Одежда, которую они носили, скорее всего, была из Роронеи. Судя по всему, они приспособили их к своему телу.

У каждого рунарука на плече висели лук и стрелы, соответствующие его размеру. Кроме того, многие из них были вооружены топорами, ножами или кривыми мечами.

У всех были лисьи морды, и было довольно трудно определить их возраст только по размеру, но казалось, что у многих количество волос увеличилось с возрастом.

У маленьких рунаруков было мало волос, в то время как те, что выглядели старше, были ужасно пушистыми.

Харухиро и его команду усадили перед большим костром, зажженным в центре площади.

Тсиха и крепко сложенный рунарук, который, по-видимому, был братом Тсихи, о чем-то говорили. Остальные рунаруки издали внимательно разглядывали группу.

Очень немногие рунаруки посещали Роронею, а это означало, что остальные имели мало контактов с внешним миром, так что, возможно, люди были для них необычным зрелищем.

— Ты думаешь, Тсиха всё это время обманывал Юмэ и всех остальных? — Юме опустила голову, явно подавленная.

— Я не думаю, что они специально пытались нас обмануть. — Даже со связанными за спиной руками Сетора была спокойна, сидя на коленях и выпрямив спину. Киити, сидевшая рядом с ней, подражала позе Сеторы, что было довольно забавно. —Возможно, они проникли в Пиратскую Компанию К&К с какой-то целью, и им было удобнее притворяться, что они не понимают человеческого языка.

— Юмэ, она столько времени провела, разговаривая с Тсихой, а сама даже не заметила...

— Не-а. — сказал Кузаку с горьким смешком. — Дело не только в тебе, Юме-Сан. Никто из нас этого не заметил, ясно? Я имею в виду, даже слушая, как ты переводишь, я никогда не думал «Ах, это подозрительно» или что-то в этом роде.

— Ныыыыааах — простонала Юмэ. — Юмэ - настоящая дурында...

Внезапно, пробираясь сквозь стену рунаруков, появился особенно пушистый рунарук, сопровождаемый большим.

Когда они остановились перед Харухиро, все вокруг затихло.

Пушистый рунарук заговорил. Большой рунарука перевёл.

— Люди входят в лес. Рунаруки не позволят. Вы плохие люди.

Большой рунарук говорил немного более свободно, чем Тсиха, что было удивительно.

И все же этот рунарука был огромен. Он оказался выше, чем Кузаку. На нем была только верхняя половина безрукавки, но грудь была такой широкой, что казалось, вот-вот лопнет. Его шея, плечи и руки были толстыми, а тело находилось на другом уровне от других рунаруков. У него было такое же лисье лицо, но принадлежал ли он к той же расе?

— Мы не плохие люди. — начал Харухиро, переводя взгляд с пушистого рунарука на большого рунарука. — Вы не возражаете, если я объясню?

Биг перевел вопрос, и пушистик кивнул.

— Говори. — настаивал большой.

Харухиро перевел дыхание. — Я уверен, что вы, рунаруки, знаете, что драконы нападают на Роронею. Мы подозреваем, что это потому, что кто-то сделал что-то, чтобы разозлить их. Мы ищем того, кто это был. Мы хотим выяснить, что именно они сделали. Я думаю, что этот человек, должно быть, проник в драконье гнездо и что-то украл.

Большой прошептал пушистику на ухо, передавая ему слова Харухиро.

Тсихе сказали, что если ты скажешь что-нибудь страшное, то gewguw* придет и сделает тебя больным. Рунаруки, вероятно, полагали, что разговоры о чем-либо, связанном с драконами, приведут к gewguw*. Вот почему Большой старался говорить тише, чтобы его не услышали другие рунаруки.

Пушистик что-то шептал в ответ большому. Большой кивнул и посмотрел на Харухиро.

— Вы плохие люди. Твои слова вызывают холодные ветра.

Одна из особенностей gewguw* заключалась в том, что, когда он появлялся, это было заметно сразу, потому что дули холодные ветра.

Может быть, просто говорить о табу было достаточно, чтобы сделать Харухиро плохим человеком в глазах рунаруков. Может быть, только может быть, его убьют...?

Нет, ситуация была не настолько ужасной. Это был не тот кризис, из которого он не мог выбраться.

По крайней мере, он так думал. На самом деле это был просто инстинкт.

— Мы не плохие люди. — сказал он им. — Они в другом месте. Всё ещё прячутся в Роронее. Они сделали плохую вещь. Можно ли их отпустить?

— Это уже твоя проблема. Ничего общего с рунаруками.

— Мы просто хотим, чтобы вы немного помогли.

— Рунаруки не будет вмешиваться.

— Такими темпами пираты покинут Роронею. Если Роронея исчезнет, это будет проблемой и для вас, рунаруков.

— Давным-давно не было Роронеи. — сказал Большой. — Для рунаруков это не проблема.

Большой больше не утруждал себя толкованием всего для пушистика. Если пушистик был чем-то вроде вождя племени, то большой мог стать его преемником. Это, или большой был вождем, другими словами, папой Тсихи, а пушистый был старшим, или бывшим вождем, который перешел на должность советника.

Как бы то ни было, трудно было сказать, насколько сильно давить. Если Харухиро сильно разозлится, его, возможно, казнят на месте. Может быть, лучше не быть слишком агрессивным и вместо этого молить о пощаде.

— Papa. * — Тсиха шагнул вперёд и что-то сказала пушистику на языке рунаруков.

Он выглядел, как пушистый был отец Тсихи, в конце концов.

— Tsiha! *— Большой ругал Тсиху.

Тсиха что-то возразил в ответ, потом продолжил разговор с Пушистиком.

Похоже, Тсиха спорил от их имени. Харухиро гадал, что же пытается сделать Тсиха, заманив их в эту ловушку и все такое, но, если Тсиха собирается принять их сторону, это поможет.

Давай, Тсиха.

Если переговоры сорвутся, Харухиро и его группе в худшем случае придется прибегнуть к силе. Если это случится, ни одна из сторон не останется невредимой. Здесь были дети, так что он предпочел бы избежать этого.

Тсиха всё ещё страстно спорил.

Харухиро обследовали прилегающую к дому территорию. Если до этого дойдет, что он будет делать?

Правда заключалась в том, что у Харухиро было спрятано маленькое, похожее на бритву лезвие, и он мог перерезать веревки в любой момент. Прежде чем добраться до этой деревни, Сетора нарочно налетела на него и передала ему письмо. Вероятно, у неё тоже был свой. Если Харухиро и Сетора захотят, они смогут немедленно освободиться от своих пут.

Рунаруки связали руки команды, но они даже не побеспокоились о том, чтобы разоружить их. Их трудно было назвать осторожными.

Ядовитые стрелы требовали осторожности, но, если команда быстро прыгнет в толпу, рунаруки не смогут стрелять в них из страха попасть не в ту цель. Был также вариант взять в заложники шефа пушистика. Это могло бы быть более практичным решением.

Если он собирался сделать это, то должен был сделать это неожиданно, поэтому он должен был действовать до того, как не останется другого выбора.

Если Харухиро пошевелится, его товарищи наверняка отреагируют. Он не имел об этом беспокоиться.

Тсиха показывал на них пальцем и что-то яростно говорил.

Пора?

Ещё нет?

Если он облажается, всё станет совсем плохо. Это было правдой, но, если он слишком сильно осознавал неудачу, его тело напрягалось, и ему было трудно приложить все усилия. В какой-то степени он должен был перестать беспокоиться. Что бы ни случилось, он разберется с этим, когда придет время.

— Tuwanra, shitte! * — крикнула Тсиха, и корона зевак рунаруки взревела, что немного обеспокоило Харухиро.

— Tuwanra! Tuwanra! Tuwanra! Tuwanra! * — толпа топала ногами и скандировала это слово.

Они были очень взволнованы. Не хорошо. В этой ситуации двигаться будет трудно.

Внезапно большой рунарук ударил себя в толстую грудь. — Tuwanra!* Очистим холодные ветра! Я Моуадан*, первый сын Папы Датта, вождя племени Камушика! Вы, люди, сразитесь со мной один на один!

Харухиро дважды моргнул. — ...А? Дуэль? Что?

— Ну, наверное, это я. — Кузаку встал.

Рунаруки заревели ещё громче.

— Tuwanra! *

— Tuwanra! *

— Tuwanra! *

— Tuwanra! *

— Tuwanra! *

— Нет, нет, нет. — Харухиро был в полубессознательном состоянии. — Но почему? — пробормотал он.

— А? — Кузаку обернулся и посмотрел на Харухиро. У него было озадаченное выражение лица. — А мне нельзя? Враг большой, так что я решил, что это буду я.

— На самом деле проблема не в этом.

Все рунаруки были взбударажены, и Моуадан большой рунарук снимал свой жилет, явно готовый идти, и у Кузаку был вид « Я сделаю тебя! Давай же !» и вокруг него тоже. Он посмотрел, что они будут иметь в ходе личных дуэль.

Серьезно, почему?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Отдайся Этому Полностью Как Сможешь

Большой костер был отодвинут в сторону, и двенадцать небольших костров были разложены вокруг площади.

Никому, кроме вождя племени Камушика Папы Датта, его старшего сына Моуадана и его противника Кузаку, не разрешалось выходить на ринг.

Харухиро и остальную команду, конечно же, заставили сидеть за пределами ринга.

Как и Моуадана, Кузаку заставили снять доспехи, и он был обнажен до пояса.

Папа Датт произвел личный обыск обеих сторон, проверив, нет ли у них чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Дуэль будет вестись голыми руками.

Тсиха объяснил, что происходит, на неуклюжем человеческом языке. Tuwanra была не самой дуэлью, а ритуалом, проводимым, чтобы отогнать gewguw. В том, что два бесстрашных человека рискуют своими жизнями в состязании сил, был смысл, и gewguw убегали в страхе перед их дикой доблестью.

Также в ней были свои правила:

Применение оружия было запрещено.

Если вас выкинули за ринг, проиграл.

Если умрешь, проиграл.

Капитуляции не было.

Вот и всё.

Это было освежающе, как ясно и просто это было. Казалось, что любая атака была разрешена до тех пор, пока она не использовала оружие, но, по словам Тсихи, на грязную борьбу не смотрели бы доброжелательно.

Сражайтесь честно и убивайте друг друга голыми руками, не так ли? Разве это не очень опасно...?

В середине ринга папа Датт сидел с серьезным выражением лица. То есть у него было лисье лицо, так что Харухиро не очень понимал выражения его лица, но у него было такое чувство, что это было именно такое выражение. Во всяком случае, он стоял там с таким торжественным видом.

Моуадан стоял на краю ринга, потягиваясь, размахивая руками и старательно выполняя разминочные упражнения. Рунаруки приходили в возбуждение от каждой мелочи, которую делал Моуадан.

Оглядевшись вокруг, я увидел, что ни один другой рунарук не имел такого же построенного впечатляющего тела, так что Моуадан мог быть чем-то вроде героя народа Камушика.

Кстати, Камушика была всего лишь одним племенем рунаруков, и они оказались самыми крупными на главном острове.

Кузаку крутил верхнюю часть тела, растягивая ахиллово сухожилие, и сосредоточился на различных упражнениях на растяжку. Поскольку он двигался медленно и расслабленно, казалось, что он совсем не нервничает, но кто знает, что он чувствовал на самом деле.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Кузаккун! — окликнула его Юмэ.

Кузаку повернулся к ним и ухмыльнулся.

— Он ужасно сдержан. — сказала Сетора, сидя прямо, спокойная и собранная.

Киити, сидевшая рядом с ней, навострила уши, и, казалось, у неё было немного больше чувства насторожности, но, возможно, весь этот шум мешал ей успокоиться.

— Кузаку-кун, сделай всё, что в твоих силах! — голос Шихору дрожал. Все её тело было напряжено, и она вся напряглась.

Это была Шихору. Ситуация, должно быть, была для неё тяжелее, чем быть в беде самой.

Лицо Мерри тоже было напряженным. — Если ты поранишься, я тебя вылечу.

Кузаку помахал им обеими руками и сверкнул зубастой улыбкой. — Ладно! Если это случится, я рассчитываю на тебя. Что ж, всё будет хорошо. Потому что у меня есть вот это.

Должен ли Харухиро сказать, Какие громкие слова , и подразнить его? Или ему следует просто подбодрить его?

Харухиро все ещё решал, когда Кузаку молча показал ему большой палец.

Между нами нет необходимости в словах, не так ли?

Ну да.

Противник Кузаку казался довольно уверенным в своих силах. Вряд ли это был тот случай, когда его габариты делали его более крепким, чем он был на самом деле.

Кузаку специализировался на защите себя доспехами, шлемом и щитом, бесстрашно принимая удары от врага, а затем стремясь нанести ответный удар. Если бы они боролись голыми руками, эта тактика была бы совершенно бесполезной. Вот почему Харухиро волновался, но Кузаку был в нескольких метрах от него. Он не мог дать ему подробного совета. И всё же у него было ощущение, что в этом нет необходимости.

Когда Харухиро кивнул, лицо Кузаку сморщилось в усмешке.

Почему ты такой счастливый? Удивился Харухиро. Ну, думаю, все в порядке .

— Ooozureee. Aaadiiistaaa. Deeeooobooo. * — Папа Датт широко развёл руками, позволив своему звучному голосу отдаться эхом.

— Tuwanra! *

— Tuwanra! *

Рунаруки пели, а папа Датт продолжал:

— Raaagareee. Soookiiiiiiyaaa. Rureeegaaaaaareee. *

— Tuwanra! *

— Tuwanra! *

— Araaasute! Nanaaadiiiyaaa. Tuwanra! *

— Tuwanra! *

— Tuwanra! *

— Oooseeeyooo, Kamushiakaooo, Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Вуооооооооооооооооооооооооооооооо...! — Моуадан взвыл, несколько раз ударив кулаком в небо, и двинулся вперед.

— Oooseeeyooo, nuhaaagura, Kuzaaaku! *

Когда папа Датт назвал Кузаку по имени, все рунаруки оскалили клыки и зашипели, словно освистывая его. Не желая, чтобы толпа их заметила, Харухиро и остальные повторили выкрикнутое имя Кузаку.

— Кузакууууууу! — крикнул Харухиро.

— Няяяяяяя! Кузаккун! Кузаккун! — завизжала Юмэ.

— Кузаку-кун, держись! — отозвалась Шихору.

— Покажи ему, Кузаку! — крикнула Мерри.

— Няууу! — это была Киити.

— О, даааааааааааааа! Подавайте мне его! — Кузаку сделал жест, чтобы спровоцировать рунаруков, когда приблизился к Моуадану.

Они стояли лицом друг к другу, и между ними оставалось расстояние в сорок-пятьдесят сантиметров.

Кузаку был около ста восьмидесяти сантиметров ростом, так что Моуадан был около двух метров. Они были примерно одинаковой ширины, но тело Моуадана было гораздо толще. Особенно его грудь и талия, которые, казалось, выступали вперед, а также руки и ноги, которые были удивительно толстыми. Может, от его волос они стали ещё больше? Нет, даже если учесть это, у моего отца действительно было намного больше мышц.

— Tuwanra, zei! * — Папа Датт дал сигнал трогаться и попятился.

Ни Моуадан, ни Кузаку ещё не двинулись с места.

Рунаруки кричали — Mwadan, Mwadan* — подстрекая своего героя.

Они смотрели друг на друга, не мигая.

Моуадан первым пошевелил левой ногой назад, и занёс свою руку до того же уровня, как и его лицо. Похоже, он приглашал Кузаку сразиться и сравнить их силы.

В простом тесте на мышечную силу преимущество было у более крупного. Но Кузаку был спокоен. Он не принял приглашения Моуадана, широко размахнувшись правым кулаком.

Рунаруки зашипели от гнева. Они, вероятно, критиковали Кузаку как труса за то, что он не принял испытание силы.

Кузаку, тем временем, собрался, « Я тебя так ударю! Мало не покажется! » в простой для понимания манере, навязывая решение Моуадану.

— Ein! *— Моуадан закричал так, что мне показалось «Иди ко мне!» он уперся пятками и наклонился вперед. Он приготовился остановить руку Кузаку.

— Нннннннннгух! — Кузаку замахнулся на него. Его рука была крепко сжата, но это был не удар. Он не протянул руку, а более или менее оттолкнул её, резко опустив вниз. Участок от основания мизинца до запястья, эта сторона ладони, врезалась в морду Моуадана.

Моуадан на мгновение пошатнулся. Из носа у него хлынула кровь. Однако он не просто стоял на месте, он сложил руки вместе и поднял их вверх.

— Dieeeeeeeeeeeeeeeeeeee! * — Руки Моуадана нанесли прямой удар по затылку Кузаку.

На мгновение ему показалось, что ему оторвали голову, но это было не так. Кузаку оказался в положении, невероятно близком к тому, чтобы стоять на четвереньках. Но каким-то образом ему удалось удержаться и не упасть.

Моуадан дважды фыркнул, очищая левую и правую ноздри от крови, затем схватил Кузаку. Он перегнулся через спину Кузаку, схватив его сзади за бедра.

Неужели он собирался вот так взять его на руки?

Да, именно так и было.

— Ныыааах! — Моуадан поднял Кузаку, развернув его боком. Кузаку подняли над головой Моуадана.

— Стой! — Шихору практически кричал.

Рунаруки скандировали— Mwadan! Mwadan! Mwadan! Mwadan! — подстегивают своего героя.

Харухиро заскрежетал зубами. Он даже не закрыл глаза.

Моуадан швырнул Кузаку на землю. Нет, это было бы лучше, чем то, что он сделал на самом деле. Все было по-другому. Но он этого не сделал.

Моуадан опустился на колени. Он повалил Кузаку не на землю, а на правое колено.

Ты его сломаешь. Если ты это сделаешь. Ты сломаешь ему хребет.

Кузаку скатился с правого колена Моуадана на землю.

Моуадан встал, подняв правый кулак.

— Oоооооооооооооооооооооооооооооооо! — закричала толпа.

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

Рунаруки взревели.

Кузаку неподвижно лежал лицом вниз. Он прижимал левую руку к спине.

Он что, не может пошевелиться? Неужели у него действительно сломалась спина?

— Кузаку...! Харухиро невольно начал подниматься, но кто-то сзади надавил ему на плечи и остановил. Это был Тсиха.

— Не вставать.

Моуадан медленно обошел круг и подошел к Кузаку. Капитуляция не будет принята. Попытается ли Моуадан вытеснить Кузаку с ринга? Или он прикончит его?

Рунаруки, вероятно, хотели получить окончательное заключение. Трудно было представить, что Моуадан предаст это ожидание. Вероятно, он хотел покончить с этим, убив Кузаку на ринге с самого начала.

Юмэ и Шихору громко аплодировали, но Мерри и Сетора вели себя очень тихо.

Харухиро заставил себя дышать.

Как руководитель группы, Харухиро наблюдал за Кузаку всё это время. И как товарищ тоже. А также, вероятно, как друг. Вот почему он всё понял. Кузаку ещё не утратил желания сражаться.

Разве не так, Кузаку?

Моуадан попытался пнуть Кузаку.

Он остановился.

— Hadda! Hadda!* — рунаруки уговаривали его поторопиться. Сделай это! Убей его! они, без сомнения, говорили.

Моуадан хотел было пнуть его, но остановился. Из толпы послышалось тихое улюлюканье.

Все могло выглядеть иначе, но Моуадан, по-видимому, был очень осторожен. Вероятно, он проверял реакцию Кузаку. Однако даже после того, как он дважды попытался напасть на него, Кузаку не сдвинулся с места. Эта последняя атака, должно быть, сильно ударила его.

Какой слабак. Я, по крайней мере, закончу это большим шагом, чтобы удовлетворить толпу . Возможно, именно так и думал Моуадан.

Чтобы снова поднять Кузаку, он присел на корточки и протянул обе руки. Вот тогда -то все и случилось.

Кузаку вскочил, боднув Моуадана головой в подбородок.

Голова Моуадана откинулась назад, и Кузаку пошел в яростное наступление.

Его кулаки. Левым и правым кулаками он бил Моуадана по лицу.

После нескольких хороших ударов Моуадан закрыл лицо руками. Кузаку было все равно, и он осыпал его ударами сверху своей защиты.

Он намеревался силой сломить свою защиту.

— Ну и ну! — возможно, почувствовав опасность, Моуадан попытался ударить Кузаку с разворота в левый фланг правой ногой.

Кузаку, должно быть, предвидел это. Он не стал уклоняться, а схватил Моуадана за правую ногу левой рукой. — Хыаааааа!

Он столкнул Моуадана вниз, вскочил на него и принялся молотить.

Лицо Моуадана было избито.

Рунаруки закричали.

Моуадан пытался что-то сделать, чтобы защититься от нападения Кузаку, но это не сработало. Моуадан уже был окровавлен. Он все меньше и меньше мог защищаться.

Наконец Моуадан оказался распростертым на земле. Может быть, он спустился вниз?

Кузаку мог победить. Шансы на то, что это была победа, были очень высоки.

Теперь ему оставалось только закончить её. Вопрос был в том, как это сделать.

Кузаку отпрыгнул от Моуадана.

Раздался звонок. Если бы он мог заставить его уйти с ринга, не лишая его жизни, ничего не могло бы быть лучше.

Эта мысль пришла в голову Харухиро, и, вероятно, Кузаку тоже. Это не было наивным мышлением.

Кузаку попытался схватить Моуадана за правую лодыжку. Моуадан, вероятно, не подражал Кузаку из прошлого, но в этот момент он, казалось, проснулся и пошел в контратаку. Все ещё лежа на земле, он пнул её ногой. Он пнул Кузаку обеими ногами.

Когда Кузаку попятился, Моуадан тут же встал.

Бросившись на него, Моуадан замахнулся руками и ногами. Он ни в коем случае не использовал хорошо отшлифованные приемы, но у него была сила. Если бы он был против Харухиро, даже один из этих ударов выбил бы его душу из тела.

Кузаку не был вынужден полностью защищаться; он также атаковал. Вернее, его ударили, и он ударил в ответ. Ударил в ответ и получил ещё один удар. Когда он ударил, его ударили, а когда его ударили, он ударил.

Ни один из них не защищался.

Моуадан был окровавлен с самого начала, но в какой-то момент Кузаку также оказался в синяках по всему лицу, груди и бокам. Он был весь в крови.

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

Рунаруки назsвали имя своего героя.

— Кузаку!

— Кузаккун!

— Кузаку-кун!

— Кузаку!

— Кузакуууууу!

— Няуууууууу!

Все, что Харухиро и его команда могли сделать, это поверить в победу Кузаку и радоваться до тех пор, пока их голоса не охрипли.

Моуадан сделал большой замах правой рукой и ударил Кузаку.

Намеренно или нет, но Кузаку слегка наклонил голову. Благодаря этому правый кулак Моуадана угодил ему прямо в висок. Это, казалось, повредило правую руку Моуадана, но он все равно использовал её, чтобы ударить Кузаку.

Кузаку то ли не успел, то ли не смог увернуться, потому что Моуадан постоянно давал ему пощечины.

Вдруг, Моуадан перестал двигаться. Он явно запыхался. В этот момент Кузаку сократил расстояние между ними. Он обхватил руками шею Моуадана, притянул его к себе и ударил коленом в бок Моуадана.

Снова и снова.

— Аааа! Ааааа! Ныаааааах! — закричал Кузаку.

Моуадан не пытался сбросить Кузаку, вместо этого предпочитая принимать удары.

— Ннгх! Нннннх! Гуннннннхх!

В конце концов, они разошлись в разные стороны.

Следующей была очередь Моуадана. Все это знали.

Конечно, Моуадан побежал вперед, а потом прыгнул. Это был прыжковый удар обеими ногами вместе. Как бы ни был избит Кузаку, он должен был суметь увернуться от этого.

Но Кузаку не увернулся. Он попытался грудью оттолкнуть ноги Моуадана.

Это было безумие. Кузаку перевернулся, но Моуадан упал на землю.

Ни один из них не встал сразу.

Рунаруки скандировали имя Моуадана, в то время как команда скандировала имя Кузаку. Моуадан встал, и Кузаку тоже.

Раздался шквал аплодисментов.

— Udaaa! Подходи! — Моуадан поманил его к себе. Кузаку отступил на несколько шагов, давая себе возможность разбежаться.

— Двааххххххххх!

Это был не обычный прыжок ногой. Кузаку отпустил его, прыгнув с разворота и ударив ногой в лицо Моуадана.

Моуадан был скошен, и, хотя Кузаку потерял равновесие, он каким-то образом сумел удержаться на ногах, едва не упав.

Это было впервые. Кузаку получил бурные аплодисменты от рунаруков.

— Даааааааааааааааааа! — Кузаку в ответ поднял кулак и повернулся к упавшему Моуадану. — Вставай! Давай, вставай! Я знаю, что ты все ещё можешь сражаться! Это ещё не всё, что у тебя есть! Ни за что!

Моуадан сначала перекатился на бок, лежа лицом вниз, а потом всеми руками и ногами попытался подняться.

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

— Mwadan! *

Кузаку и Моуадан были потрясающими персонами. Поистине невероятно. Харухиро явно нуждался в Кузаку, чтобы победить. И все же он не хотел, чтобы Моуадан потерпел сокрушительное поражение.

Лихорадка в воздухе, вероятно, притупляла его способность принимать решения. Харухиро чувствовал себя полным ничтожеством, думая таким образом. Да, они были невероятны и всё такое. Конечно. Но зачем им обоим было принимать такие удары?

Они должны больше защищаться или уклоняться. Неужели они глупы?

Более чем счастливые быть идиотами, Кузаку и Моуадан выпятили грудь, не принижая своего противника и пытаясь показать свою собственную силу.

Как это так? Я ведь крутой, правда?

Я стал жестче.

Тогда я даже круче тебя.

Я сделаю тебе кое-что получше.

Кузаку и Моуадан, спотыкаясь, двинулись навстречу друг другу.

Когда Моуадан выставил вперед левый кулак, Кузаку легко поймал его левой рукой. Правая рука Моуадана болела, и он больше не мог сжимать её в кулак.

Они оба сделали шаг назад.

Кузаку шагнул вперед первым, ударив Моуадана кулаком.

Моуадан ударил Кузаку в ответ.

Следующим был Кузаку.

Потом Моуадан.

Они колотили друг друга.

Они оба были избиты до синяков и совершенно измучены, но вкладывали в каждый удар всю свою душу. Они должны были причинить боль.

Будет ли это Моуадан? Или Кузаку? Кто первым встанет на колени?

С обоими чувствами: мне все равно, кто победит, просто покончи с этим быстро, и «Не проиграй, Кузаку», оба застряли в горле, Харухиро едва мог дышать. Это было ошеломляюще.

Вероятно, это закончится следующим ударом.

Но потом этого не произошло.

Ну, может быть, на этот раз.

Еще нет?

Этот следующий должен быть именно таким.

Всё ещё нет?

Удары ещё долго летали туда-сюда, и он начал сомневаться, что это когда-нибудь закончится.

Правый кулак Моуадана врезался в щеку Кузаку. Правый кулак, который он не должен был больше сжимать. Рунаруки радостно закричали, и Харухиро чуть не выкрикнул его имя.

Кузаку споткнулся. На его изуродованном лице играла улыбка.

— Хваааах.

Что он пытался сказать? Кузаку больше не мог нормально говорить. Но даже так он не упал.

Это был Моуадан, он рухнул первым.

Моуадан упал на оба колена, как будто у него отказала талия. Затем, когда Моуадан уже готов был упасть вперед, Кузаку подхватил его.

Моуадан явно был без сознания. Было ясно видно, что всё его тело обмякло. Несмотря на это, Кузаку взял правую руку Мядана и высоко поднял её.

Сетора слегка покачала головой.

Шихору и Юмэ уставились на Кузаку.

Мерри кивнула.

Крик рунаруков пронзил небеса.

Харухиро, наконец, выдохнул.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Мужики, У Которых Есть Это

Обдумав это спокойно, казалось, что не было никакого реального победителя. И окончание этой ситуации, вела себя так, как будто они оба были победителями, казалось немного странным, но Tuwanra* была просто ритуалом, чтобы прогнать gewguw*.

Единственное, что было важно, так это то, подумали ли рунаруки «Ладно, gewguw теперь не вернётся, так что мы все будем в порядке», или же нет.

В этом смысле все прекрасно провели время. С практической точки зрения Моуадан проиграл, но только потому, что человек, с которым он столкнулся, был невероятно силён.

И этот сильный человек восхвалял их героя.

Это был ближний бой. Любой из них мог победить. Следовательно, победил не только человек, но и Моуадан, по крайней мере, рунаруки чувствовали, что это показало им, что чемпион - человек.

Что касается Кузаку, он просто чувствовал, выполненил свой долг и теперь он свободен, идя с тем, что он чувствовал в данный момент, но, если рунаруки могли принять это больше таким образом, это делало его лучшим выбором в любом случае.

Таким образом, Tuwanra* была завершена.

Кузаку и Моуадан немедленно исцелили свои раны исцелением Мерри.

Когда Моуадан очнулся от бессознательного состояния, рунаруки принесли спиртное и начали подбрасывать команду.

Спирт рунарука получался в результате брожения сока дерева рати, в результате чего получалась густая белая жидкость с кисло-сладким вкусом и приятным вкусом во рту.

Может быть, в нем было мало алкоголя, потому что рунаруки пили его, как воду.

Даже дети рунаруков использовали стебли травы, как соломинки, чтобы глотать её.

Можно было только гадать, не лучше ли им подождать, пока они станут взрослыми, но никто их не остановил. Не похоже, чтобы был век пьянства.

Кузаку и Моуадан стояли с обнаженной грудью, обняв друг друга за плечи и соревнуясь, кто больше выпьет.

Теперь рунаруки уважали Кузаку не меньше Моуадана и хотели сблизиться с ним. Это было похоже на то, что они соревновались, кто быстрее нальет ему следующий напиток. Увидев это, Моуадан рассмеялся от искренней радости, несколько раз хлопнув Кузаку по спине. Похоже, герой племени Камушика был великодушным.

Юмэ, Шихору, Мерри и Сетора были пойманы женщинами-рунаруками. Что ж, тем не менее, рунаруки решали, стать ли им мужчиной или женщиной, когда они достигнут совершеннолетия, и Харухиро не был уверен, как отличить один пол от другого по внешнему виду. Тем не менее, каким-то образом рунаруки вокруг Юмэ и остальных девушек казались женственнами.

Но, погоди, неужели рунаруки действительно выбирают, каким полом они станут? Это было загадкой.

Чтобы поговорить с Папой Даттом, Харухиро полагался на переводческие способности Тсихи. Папа Датт постоянно давил алкоголем на Харухиро, и было похоже, что он расстроится, если тот откажется, поэтому Харухиро делал всё возможное, чтобы выпить, когда он спрашивал о том и сем.

Теперь, когда gewguw был изгнан, он, по-видимому, не вернется в этот район в течение некоторого времени, поэтому Папа Датт даже не боялся рассказывать ему о страшных вещах больше.

Похоже, не только племя Камушика чувствовало себя так же; драконы были как боги для всех рунаруков.

Однако это не означало, что не было глупых рунаруков, которые пытались увидеть этих богов. Не многие рунаруки были настолько глупы, чтобы войти в драконье гнездо, но некоторые действительно были. Эти наглые рунаруки в большинстве случаев были убиты драконами и никогда не возвращались. Тем не менее, также были рунаруки, которым удалось вернуться.

Один рунарук, известный как Ядикя* из племени Тацуами*, завлёк в свою деревню дракончика, в попытке завладеть им. Его целью, скорее всего, было приручение дракона, давшая бы ему силу, равную силе Бога. Но вместо этого он лишь навлек на себя гнев богов и получил ясное доказательство их могущества.

Драконы вторглись в деревню племени Тацуами, чтобы вернуть своего детеныша. Ядикю сначала убили, а потом съели целицом.

Тацуами дрожали от страха и отпустили дракона, но боги-драконы не простили их. Деревня была разрушена, а Тацуами исчезла с лица этого мира.

До этого «Ядикя» было обычным именем, но теперь оно воспринималось как проклятое имя, которое могло привлечь gewguw. Теперь, кроме как после Tuwanra, было запрещено произносить это имя.

Инцидент с Ядикей стал серьезной травмой для рунаруков. Слушая Папу Датта, казалось, что причина, по которой рунаруки поддерживали строгое табу на то, чтобы не приближаться к драконам или не приближаться к их гнезду, заключалась в инценденте с Ядикей.

Чтобы сделать ещё один шаг вперёд, инцидент с Ядикей, возможно, был тем, что привело к тому, что они поклонялись драконам как богам.

В очень редких случаях рунаруки находили в лесу чешую дракона.

Эти блестящие зеленые драконьи чешуйки, особенно если они были без царапин, были очень ценны, и рунаруки, которые нашли их, были очень благословлены.

Однако им не разрешили их оставлять.

У рунаруков изначально не было особого понятия о личной собственности, и они жили, деля большинство вещей между собой, но драконья чешуя не стала общей собственностью; рунаруки выполнили ритуал под названием синатта и вернули их в море. Сделав это, боги-драконы будут довольны, и все в племени будут счастливы.

На самом деле, у рунаруков, которые жили в Роронее, как Тсиха, была работа, которую им дали.

В обмен на разрешение жить за пределами деревни они должны были следить за пиратами. Если пираты возьмут драконью чешую, рунаруки вроде Тсихи должны каким-то образом украсть её и вернуть в лес. Если кто-то пытался проникнуть в лес тайком, или слышал, что кто-то планирует причинить вред драконам, они должны были уведомить деревню.

Тсиха стала пиратом из-за своей тоски по внешнему миру. Однако это был гордый рунарук, и он любил свой народ. Поэтому он попытался выполнить свой долг.

Объяснив это, Тсиха защищался, говоря, что никогда не считал Харухиро и его товарищей плохими людьми, но одного исследования драконов было достаточно, чтобы расстроить рунаруков. Если бы Тсиха отнесся к этим людям как к гостям и пригласил их в деревню, Папа Датт и другие рунаруки наверняка рассердились бы. Вот почему, хотя это и было связано с обманом команды, Тсиха временно захватил их. Тогда Тсиха намеревался вступить в переговоры с Папой Даттом и каким-то образом добиться его сотрудничества.

Неужели это правда? Это было довольно подозрительно, но Тсиха был тем, кто убедил рунаруков поддержать Tuwanra, и выступление Кузаку сделало племя Камушика дружелюбным. Это был факт, так что, хотя Тсиха и мог поразмыслить над некоторыми вещами, всё хорошо, что хорошо кончилось.

— Итак, мы хотим знать, почему драконы сердятся. — сказал Харухиро. — Я считаю, что кто-то не один из вас, рунаруков, а именно пиратов, или жителей Роронеи, или кто-то ещё извне-определенно сделал что-то, что разозлило драконов. У вас есть какие-нибудь идеи?

Когда Тсиха перевел вопрос Харухиро, Папа Датт погладил пушистый подбородок и кивнул.

— Папа, да, говорить. — сказал Тсиха, переводя для папы Датта. — Люди, дракон гнездо, пытаться войти. Три человека. Один убит, другой рунарук, не Камушика. Два человека, бежать.

— Что случилось с ними после того, как они убежали?

— Не знать. — ответила Тсиха. — Тсиха не знать. Об этом. Не возвращаться в деревню. Теперь слушать. Папа—

Когда Тсиха что-то спрашивал, Папа Датт объяснял, в том числе жестикулируя рукой.

— Примерно за месяц до этого. Два бежать. После этого рунаруки никого не видеть. Наверное, они, пираты.

— Трое пиратов прошли через лес и попытались проникнуть в драконье гнездо, но рунаруки нашли их. — задумчиво произнес Харухиро. — Они потеряли одного из своих товарищей, так ты думаешь, они сдались?

— Только не через лес. — сказал Тсиха. — Не весь дорога. Просто немного идти по лесу. Дракон гнездо, идёт с дороги. Быть один.

— Другой маршрут? Может быть, на пиратском корабле? — спросил Харухиро.

— Да. Рунарук, не часто, выходить в море.

— Но это же остров. Я думал, вы ходите на рыбалку.

— Ядикя. Тацуами. Много рыба поймать. Тацуами умереть. После этого число пойманных рунаруками рыб падает.

— А, так вот оно что... Гнев Дракона даже изменил ваш образ жизни.

— Камушика, меняться, не нравиться.

— Ты хочешь сказать, что, как бы там ни было, ты не хочешь попасть под перекрестный огонь, верно?

— Но дракон рассердиться. Не хорошо.

—Ты хочешь, чтобы ярость драконов утихла.

— Да.

— Мы позаботимся, чтобы у рунаруков не было неприятностей. Мы не собираемся заставлять вас делать что-то, что может их расстроить. Я бы хотел, чтобы вы были уверены в этом.

— Камушика, ты доверяешь людям. Тсиха. Брат Тсихи Моуадан. Брат Тсихи Танба. Помочь тебе.

Танба должен был быть тем хорошо сложенным рунарукой, который немного походил на Тсиху.

— Спасибо — с благодарностью сказал Харухиро. — Это действительно поможет.

— Драконье гнездо, пираты приближаться. Ишакк*, рунаруки, убить одного.

— Рунаруки из племени Ишакк убили одного из Пиратов?

— Да. Двое пиратов бежать. Танба загляни внутрь. Танба, Ишакк, идите вместе.

— Ты имеешь в виду, что Танба спросит Ишакка о вещах для нас? Но как ты думаешь, почему эти пираты пытались проникнуть в Драконье гнездо? Нет, они, вероятно, потерпели неудачу в первый раз, а затем попытались снова, выбрав маршрут вдоль побережья... Может быть, в Драконьем гнезде много драконьей чешуи?

— Драконье гнездо, не знать. Рунарук не ходить.

— Я чувствую, что они должны быть в гнезде. Держу пари, их соскребают. Я уверен, что чешуя дракона будет продаваться за высокую цену. Нет, но будет ли достаточно просто собрать чешую, чтобы разозлить драконов...?

Команда племени Камушика продолжала путь, пока небо не начало светлеть. Всю команду заставили много пить, пока один, а потом и другой не свалились с ног, а когда они проснулись, было уже около полудня.

Возможно, это был эффект дерева рати, но никто не страдал от сильного похмелья, поэтому они вернулись в Роронею под руководством Тсихи.

Когда они уходили, их провожала большая группа рунаруков. Моуадан несколько раз обнял Кузаку, так что некоторые члены команды склонили головы набок и задумались, не сблизились ли они по-другому.

Когда они добрались до Роронеи, солнце уже садилось, и в небе парили три дракона. Харухиро и его команда встретились с Джимми на аварийном рынке.

— Нашли что-нибудь? — спросил Джимми.

— Немного. — ответил Харухиро. — А как у вас, начальник отдела?

— Я кое-что услышал, и это привлекло моё внимание. Есть такой человек по имени Бенджамин*, и—

Роронея когда-то была под контролем банды пиратов Мертвого Черепа, с ужасным угнетением. Позже Солдат-Доброволец-Стажер Кисараги победил Мёртвого Черепа, и мир вернулся в жизнь пиратов Изумрудного Архипелага.

Пираты черепа разошлись, и более половины подчиненных мертвеца покинули Роронею. Однако некоторые остались здесь.

Не было недостатка в пиратах, которые не были частью шайки пиратов черепа по собственному выбору, но которые следовали приказам Мертвого Черепа из страха за свою жизнь.

Кисараги не выгонял людей только за то, что они когда-то были подчиненными покойника.

В мире пиратов смена глав группировок и банд, сходящихся вместе или распадающихся на части, не была чем-то необычным. Было много пиратов, которые постоянно переходили от одной банды к другой. На самом деле, некоторые говорили, что пираты, которые были только в одной банде, были в меньшинстве.

Итак, Бенджамин Фрай* был остатком пиратской банды Черепа, который присоединился к Пиратской Банде Торокко*, вскоре ушел, а затем сменил свою преданность Пиратской Банде Диа*.

Пиратские банды Торокко и Диа были небольшими группами, имевшими только один корабль среднего размера. Обе эти банды сейчас находились под прикрытием Пиратской Компании К&К.

Для начальника отдела Джимми Бенджамин был низкоранговым сотрудником субподрядной компании, но этот парень Бенджамин когда-то был очень близок к Мертвому Черепу. Возможно, он и не был правой или левой рукой этого человека, но он был одним из его близких доверенных лиц.

В какой-то момент, облажавшись или сделав что-то ещё, чтобы не угодить мертвецу, он был понижен в должности и стал обычным пиратом. С этого момента он никогда особо не выделялся, поэтому, когда банда пиратов черепов была разорена, он легко перешел к новой банде.

Он все ещё держал обиду на старика, поэтому часто говорил что-то вроде «Какая жалость», и, «Как же рад, что он ушел».

Его прозвали Красноглазый Бен*.

Когда он был моложе, у него была незаживающая рана на левом глазу, поэтому белки его глаз теперь были желтыми, а зрачок красновато-коричневым.

Пираты часто пытались выделиться травмами, причудливыми татуировками или аксессуарами. Бенджамин тоже был таким.

Возраст его был неопределенным, но выглядел он лет на сорок. Он был бородат, и его подбородок был немного вздернут. У него была прямая фигура, короткие ноги и странно длинные руки.

Красноглазый Бен, или Бенджамин Фрай, исчез больше месяца назад, не сказав ни слова капитану Пиратской Банды Диа. И не только Бен. ещё один молодой пират по имени Стэп* и ещё один по имени Хони Дэн ушли вместе с Беном.

Стэп был долговязым мужчиной лет двадцати, любил играть, но много проигрывал. Хони Дэн, питавший слабость к сладкому, как и Бен, происходил из шайки пиратов Черепа. Он был ленивым человеком и винил в этом боль в своих полостях, и никто не мог сказать о нём ничего хорошего.

Услышав все это, Харухиро пробормотал — месяц назад, три пирата...

Это соответствовало тому, что они слышали от Папы Датта.

Продолжил Джимми. — Я слышал, что Бенджамин внезапно вернулся в Роронею тринадцать дней назад. С ним был Хони Дэн.

— А Стэп?

— Их было только двое.

Из трёх пиратов, пытавшихся проникнуть в Драконье гнездо, один был убит племенем Ишакк. Это тоже совпадало.

Капитан Пиратской Банды Диа потребовал ответов от Бена и Хони Дэна, но они молчали о причине своего исчезновения, отказываясь говорить о чем-либо, связанном с этим. Они оба утверждали, что не знают, что случилось со Стэпом.

Капитан, конечно же, сообщил им, что они исключены, и велел другим капитанам не пускать их на свои корабли.

В мире пиратов, по-видимому, это было обычным делом, чтобы сделать это с членом экипажа, который действовал бесчестно по отношению к вам. Не было никакой гарантии, что это будет исполнено, но ни Бен, ни Хони Дэн не были симпатичными людьми с самого начала.

Это, и они ещё были бывшими членами Пиратской Банды пиратов Черепа. Пиратские банды Изумрудного Архипелага, скорее всего, не будут иметь с ними ничего общего.

Однако теперь они, казалось, не обращали на это никакого внимания, пили, покупали женщин и играли в азартные игры. Дело было не в том, что они объединились так сильно, чтобы привлечь внимание, но Бен однажды выиграл по-крупному, играя в азартные игры.

Недавно он сказал что-то вроде «О, да, мужики, у которых есть это — совсем другие», и пираты, которые были с ним в игорном притоне, подумали, что это немного странно.

— Мужики, у которых есть это . А что у него было? В общем, ну, он, вероятно, имел в виду удачу.

Он выиграл только по чистой случайности, чего ради этот старик треплется? другие пираты, вероятно, тоже так думали. Пираты Изумрудного Архипелага больше не будут с ним возиться, но вот он здесь, в бешенстве из-за одной счастливой победы? Черт, он безнадежен. Надеюсь, я никогда не паду так низко...

Было неясно, что случилось с ним с тех пор, как драконы начали летать над Роронеей, но, когда произошло первое нападение, они вдвоем плыли на корабле Пиратской Банды Укобаку* под названием Великий Тигр-гоу .

Пиратская Банда Укобаку владела тремя пиратскими кораблями и не входила в состав Пиратской Компании К&К. Однако эти двое были на борту не как команда, а как пассажиры. Они договорились, что их высадят на Коралловом Архипелаге, и заплатили капитану Великого тигра-гоу за это приличную сумму.

В тот день у пирса № 2 были пришвартованы два корабля. Одним из них был Великий Тигр-гоу .

Великий Тигр-гоу был уничтожен до неузнаваемости, и его останки всё ещё не были удалены.

Капитан и пятеро членов экипажа разделили судьбу своего корабля. Красноглазый Бен, очевидно, сбежал. Хони Дэн был тяжело ранен, но он держался за свою жизнь, и, как и другие раненые, его лечил Шаман Серых Эльфов. Но потом он уплыл, не заплатив за лечение.

— Ух ты, они звучат как полные отбросы... — сказал Кузаку с выражением отвращения на лице.

— Итак, где сейчас Красноглазый Бен и Хони Дэн? — спросил Харухиро.

Джимми махнул рукой, как бы говоря, « Иди за мной ».

Аварийный рынок на севере был переполнен, и им приходилось проталкиваться мимо людей, которые ели на стульях перед всплывающими киосками, и других людей, проходящих мимо, чтобы попасть куда-нибудь.

Подняв глаза, он увидел драконов, летящих над Роронеей, и это была совершенно сюрреалистическая ситуация.

Джимми вдруг остановился и указал подбородком на что-то впереди. Там был ларек, где выпивали пираты. Никаких стульев. Пираты выпивали стоя или сидя на земле, опрокидывая свои стаканы.

Прислонившись к одному из столбов стойла, пират, который держался одной рукой за щеку, когда пил, поймал их взгляд.

— У этого человека плохие кариозные полости. — прошептала Мерри.

Это было правдой: когда пират скривил губы, чтобы сделать глоток из своей кружки, его зубы показались коричневыми. Они были не просто обесцвечены, потому что были грязными; они стали меньше, как будто их съели микробы.

Шихору нахмурилась, А Юмэ продолжила — Фуньо? — и склонила голову набок.

— Ох... — Кузаку посмотрел на Харухиро.

Сетора обняла Киити, поглаживая её горло.

Харухиро кивнул. — Хони Дэн, хух.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Противный Метод

— Хони Дэн. — позвал его Харухиро. — Можно вас на пару слов?

Когда он подошел, Хони Дэн не сказал ничего из разряда, « Конечно », или « Что »? Он просто внезапно швырнул свою кружку в Харухиро.

Он мог быть ленивым, но, вопреки внешнему виду, он не был черепахой. Харухиро удалось увернуться от деревянной кружки, но немного выпивки всё-таки пролилось на него.

Щелкнув языком, он погнался за убегающим Хони Дэном.

Даже не предупреждая такими словами как « Эй » или « Уйдите с дороги », Хони Дэн сбивал людей с ног и пролетал над ними сверху. Это был верный способ убежать в толпе, но такое было трудно сотворить любому порядочному человеку. Но он, видимо, не был из таких.

— Подонок! — крикнул Харухиро.

Когда он перепрыгнул через одного из упавших людей, Харухиро невольно произнес это оскорбление, но Хони Дэн просто повернул голову назад и крикнул —Закрой пасть! Я убью тебя, чёртова псина!

— Да ты просто кусок дерьма! — рявкнула Сетора.

Для Хони Дэна, он, должно быть, чувствовал, как если бы, вдруг, одна женщина поднялась, чтобы встать у него на пути.

Дело в том, что они заранее предусмотрели возможность того, что он сбежит, и команда была рассредоточена по всему району. Хони Дэн случайно выбрал направление, в котором находилась Сетора.

Сетора попыталась схватить Хони Дэна за ногу. Вернее, она изо всех сил пнула Хони Дэна по голени.

— Гве?! — Хони Дэн качнулся вперёд и упал. Он попытался встать, но Сетора в мгновение ока оказалась на нём, поставив ногу ему на спину.

— Ты думаешь, я позволю тебе сбежать, идиот? — прорычала она.

— Нгххххххх...

Когда Хони Дэн застонал, Киичи подбежала к нему, шипя и угрожающе обнажая клыки.

— Чтоа?! Какого черта?! Кошка?! С-Стой! Не кусайся! У меня не очень хорош на вкус...

— Как будто я позволю её съесть тебя. — презрительно сказала Сетора.

Когда Сетора всем весом навалилась на пятку, Хони Дэн издал какой-то жуткий визг. Может быть, ему это нравится? Он был действительно жутким...

В версии с изображениями тут находится картинка.

Так или иначе, Хони Дэн теперь был успешно схвачен. Они бы с удовольствием заставили его говорить и покончили с ним здесь, но вокруг собралась кучка любопытных зевак, так что на это не было времени.

Солнце садилось, драконы улетели, поэтому Харухиро и его команда сопроводили Хони Дэна в Роронею. Это всё ещё привлекало множество зевак, которые, несмотря на то, что ничего не знали, громко кричали, что хотят ударить его, разорвать на части и даже убить.

Что же делать?

Джимми высказал предположение.

— А как насчет того, чтобы воспользоваться нашим кораблем? Он должен был вот-вот войти в порт.

Когда они направились в порт, Мантис-гоу уже подплывал к причалу.

По какой-то причине KMW из K&K Момохина была на планшире, а не на палубе, делая то, что выглядело как практика кунг-фу. Возможно, это было частью её очарования... или нет? Трудно было сказать наверняка.

На этот счёт ничего нельзя было сказать, но планшир был не шире простого поручня, и просто стоять на нем было страшно. Несмотря на это, она делала сальто и кричала высокие удары.

Серьезно? Это было бесчеловечно.

— Мяу, это так круто... — Юмэ издала вздох восхищения, и было нетрудно понять почему, но Харухиро действительно предпочел бы, чтобы она не начинала стремиться быть такой.

Как только они помогли со швартовкой и поднялись на борт Мантис-гоу , этот шумный сахуагин Гинзи встретился с Харухиро и командой, ведя себя так, как будто он был капитаном этого корабля.

Он был слишком шумным, чтобы его терпеть. Лучше не обращать на него внимания.

— Эй, эй, эй! Я капитан этого корабля, да будет Вам известно!! Почему вы меня игнорируете?! Эй, почему?! Черт возьми, я подам в суд! Нет, я бы с удовольствием подал в суд, но где я могу это сделать?! Кто услышит мои мольбы?! Эй, эй, эй, эй?! Эй! Я сказал Эй!

— Фьюхх. Заткнись, болван! — Момохина набросилась на Гинзи, когда та спустилась с планшира, легко подняла его и от души подбросила.

—Иииииииииииииииииииик! — отчаянно размахивая руками и ногами, Гинзи упал прямо в море.

Плюх! Раздался сильный всплеск, а потом он просто утонул.

Чуть позже он всплыл обратно, снова подняв шум. — А почему ты сбросила так внезапно?! Я знаю, что я сахуагин, но это уже слишком! Я не морской сахуагин, я сухопутный сахуагин, поэтому морская вода слишком соленая. Я на полпути к тому, чтобы стать пресноводной рыбой, хотя я и не рыба, ясно?! Но я всё ещёёёёёёёёёёёё капитан!

Они проигнорировали его и продолжили допрос в трюме корабля. Должно быть, ей нечего было делать, потому что Момохина увязалась за ней.

Как только экипаж вышел, команда и Момохина привязали Хони Дэна к столбу в трюме и начали допрос, спрашивая, ходил ли он в лес с Красноглазым Беном и Стэпом.

— Я понятия не имею, о чем вы говорите. — заныл мужчина. — Ой, как больно. У меня болели зубы.

Кузаку хрустнул костяшками пальцев, принимая угрожающую позу. — Этот парень, кажется, не понимает, в какой ситуации он оказался, не так ли?

Хони Дэн только слегка усмехнулся.

Шихору бросила взгляд Что теперь? в сторону Харухиро. Было трудно решить.

Пираты были негодяями, поэтому они могли использовать физическую боль, чтобы добиться признания, но Харухиро честно предпочел бы не быть таким бесчеловечным. Кузаку всего лишь угрожал. По сути, они просто блефовали.

— Если тебе нужно сделать ему немного больно, пока он ещё дышит, я могу тебя помочь с этим.

При этих тревожных словах выражение лица Хони Дэна немного изменилось. — Хех. Что бы вы со мной ни делали, я не знаю, ничегошеньки не знаю. Я не могу сказать вам ничего такого, о чем не имею ни малейшего понятия. Ой, у меня зубы болят.

— Эй, эй, Хару-кун — начала было Юме. — Этот человек говорит, что у него болят зубы, так почему бы не попробовать вынуть их для него?

— Ты говоришь страшные вещи, Юмэ...

— Не слишком ли это слабо? — Сетора фыркнула.

Она откровенно смотрела на Хони Дэна сверху вниз. Возможно, он принадлежал к тому типу людей, которых она ненавидела. Ну, Харухиро вроде как тоже ненавидел его. Возможно, действительно ненавидел его.

— Пока можно действовать с ним только по жёсткому. — презрительно сказала она. — Отрежьте один-два пальца. Если сделать, он расскажет вам всё, что угодно, я вам гарантирую.

— Не надо меня недооценивать, сука! — закричал Хони Дэн.

— Если хочешь дожить до завтрашнего рассвета, держи свои слюни во рту, пират.

— Я... Я ничего не боюсь! Я серьезно!

— Хочу посмотреть, сможешь ли ты говорить так, после того как я вырву из тебя глазное яблоко и засуну отрезанное ухо в глазницу?

— Ч-Что с ней не так?! О-Она что, спятила?! Ни один здравомыслящий человек не придумает ничего подобного, верно?!

— У меня есть причины резать трупы. — холодно ответила Сетора. — Если они ещё живы, это не имеет большого значения. Возможно, мне следует использовать тебя, чтобы доказать это прямо сейчас.

— Е-Е-Е-Е-Если думаешь, что с-сможешь это сделать, д-давай, сука! Я-я-я-я не могу с-сказать тебе то, чего я н-н-не знаю!

— С чего бы мне начать? — Сетора вытащила маленький клинок и шагнула к Хони Дэну. Она была совершенно бесстрастна, без малейшего намека на колебания в голосе или действиях. — Почему бы мне не содрать кожу с твоего отвратительного лица?

Говорят, что свежий воздух приятен на вкус, и без вашей кожи, возможно, вы сможете попробовать его лицом. Хочешь попробовать?

— Т-Т-Т-Т-Ты не можете так поступить! Я не хочу ничего пробовать! Это будет просто больно! Мне тоже будет чертовски больно, если с меня содерут кожу с лица!

— Это может быть так больно, что тебе захочется прикусить язык и умереть, но меня это нисколечки не волнует.

— У тебя что, совсем нет человеческой совести?! С тобой точно что-то не так!

— Думай, что хочешь, на меня это никак не повлияет. — Сетора сделала ещё один шаг к Хони Дэну.

Не может быть, чтобы она собиралась пойти на это... по крайней мере, так надеялся Харухиро, но Сетора вполне могла сделать это, не моргнув глазом. Вот что она заставляла их чувствовать.

Было ли это частью представления? Возможно. Надеюсь, это был всего лишь спектакль.

Теперь о том, жалел ли он Хони Дэна... нет, ни в малейшей степени, но Харухиро не хотел думать, что у него нет другого выбора, кроме как позволить Сеторе запачкать руки. Он двинулся, чтобы остановить Сетору.

— Постой-ка, сестрёнка! — воскликнула Момохина.

Его опередили.

Подошла Момохина, всё ещё потная после занятий кунг-фу, так что она просто накинула пальто на плечи, не застегивая его. Она не носила его раньше, но в какой-то момент снова надела фальшивые усы.

— Кого ты назвала сестрёнкой? — разочарованно спросила Сетора.

— Хех... — засмеялась Момохина. — Ты сестрёнка, вот я и назвала тебя сестрёнкой, сестренка.

— Ничего не понимаю...

— Не бойся, пожалуйста. Я и сама этого не понимаю!

— КМЖ, не так ли? — холодно спросила Сетора. — Ты будешь пытать этого гнилого, испещренного дырками куска дерьма вместо меня?

— У пиратовввввввввввв есть свои пиратские путиииииии ведения дил*.

— ...Дил*?

— Дыл*? Хм? Я что-то не так поняла?

— Мне кажется или правильнее будет...

— Бесрасницы*. У пиратов есть свой собственный метод ведения дел. Вот именно! Полный вперед! На этой ноте, Джимми-тян, эта штука, приготовь её!

Момохина, казалось, имела в виду что-то конкретное, но как ни посмотри на него, Джимми казался смущенным.

— Что это за штука? — спросил он.

— Фунгх?! — шлаза Момохины расширились, и она поманила Джимми к себе, чтобы прошептать ему на ухо.

Джимми кивнул, вышел из трюма и вскоре вернулся с ним на руках.

— Да! Онооооо — это то, что должен использовать пират! Момохина высоко подняла пучок больших птичьих перьев, полученный от Джимми.

Джимми тоже принес горшок. Момохина опустила перо в этот горшок.

— Это...? — начал было Кузаку.

А Момохина закончила — Та-даааа! — и вытащила из горшка пучок перьев. Пучок из перьев блестел и был мокрым.

— Нефть? — прошептала Шихору.

— Бинго! У нас есть победитель! — Момохина хлопнула в ладоши так, что это показалось странным, когда она медленно раскачивала пучок перьев.

— Нефть? — Мерри склонила голову набок. — Ты собираешься сжечь его?

— Ик! Всё тело Хони Дэна напряглось.

Сетора оглядела трюм. — С кораблем все будет в порядке?

Постойте, вы двое, ваше мышление слишком безжалостны .

Харухиро откашлялся. — Если мы его сожжем,разве он не умрет?

— Фуах! — Юмэ захлопала в ладоши. — Юмэ думает, что у неё это есть! Это время для щекотки, не так ли?!

— Ха-ха! — лицо Момохины расплылось в улыбке, когда она указала пучком перьев на Юмэ. — Динь, динь, динь, динь, диииинь! У тебя получилось! Пятьдесят тысяч очков для Юмеюме!

— Ууу! Юмэ поняла!

Неужели у этих двоих есть что-то общее?

— Ух?! — глаза Хони Дэна забегали по сторонам. — Щ-Щ-Щекотно?! О-О-Остановись, эй...

Момохина продолжала, — Мухихихихи. — грязная улыбка на лице, когда она махнула перо пачка нежно взад-вперед, приближаясь к Хони Дэну.

— Нет, послушайте, я не против боли, но это действительно не мое...

— Гвахахах! Мааааальчки! Раааааазденьте егоооо!

Если таков был приказ КМЖ, пусть будет так. Харухиро и его команда были подчиненными Пиратской Компании К&К.

Харухиро попросил Кузаку и Джимми помочь раздеть сопротивляющегося Хони Дэна. Или, скорее, поскольку развязывать его, а потом снова связывать было бы настоящей болью, они срезали с него всю одежду, кроме нижнего белья, ножами.

Он был не совсем тощим, и у него были густые волосы на теле, так что на него было трудно смотреть. Девочки, за исключением Момохины, брезгливо отвели глаза, но Хони Дэн казался не столько смущенным, сколько застенчивым и довольным.

Он был ненормальным. У них тут также оказался и сексуальный извращенец.

— Готовы идти полный вперёёёёёёд?! — воскликнула КМЖ.

Харухиро, Кузаку и Джимми просто ответили — Ага.

— У вас совсем нет энееееергии! Полный вперёёёёёёд?!

Гадая, что же это за ритуал, Харухиро отчаянно закричал — Полный вперед!

Джимми сказал — Ага. — как и раньше, а Кузаку тоже крикнул —Полный вперёд! —даже громче, чем Харухиро.

Теперь КМЖ компании была удовлетворена. — Ладно! Вот и всё! Давайте начнем с самого начала. Приготовься!

— Нет, стой, стой, стой! — взвыл Хони Дэн.

— Я не остановлюсь! Мяу!

— ИГХ?!

— Ну и как тебе это нравится вон туууууууут?!

— Ха?! Ха-ха-ха?!”

— Бооооооольше!

— Нвахахоах?! Гьяхахахахахахахахахох?! П-П-П-прекратите, пожалуйста.!

—Я. Не. Остановлюсь. Больше никогда! Гучи, гучи, гу!

— Нгаххххххххх?! Нет, нет, не таааааааам, ААА?!

— Ты про это мееееесто! Тебе нравится тууууут, хууууууух! Здесь, здесь, здесь, здесь, здесь.

—Нгааххххххххнгахххх?!

Это было реаааааально... тяжело смотреть.

Но это было невероятно эффективно.

Хони Дэн наконец признал, что Красноглазый Бен уговорил его пойти в Драконье гнездо. Им нужна была более молодая рука для родов, поэтому они взяли с собой Стэпа.

Опираясь на карту, составленную очень давно знаменитым авантюристом Эдгмером*, они попробовали пройти через лес к Драконьему гнезду. Тем не менее, они были найдены рунаруками. После погони, в ходе которой Стэп был застрелен, Бен и Хони Дэн едва успели как-то стряхнуть с себя преследователей-рунаруков.

Хони Дэн извлек из этого урок и предложил отказаться от своего плана. Но Бен упрямо отказывался это принять и угрожал убить Хони Дэна, если тот откажется.

— Он был серьезен. — сказал им Хони Дэн. — Он лжец, но, когда он говорит, что сделает что-то, он чертовски хорошо это делает, этот ублюдок.

Они были вместе в шайке пиратов Черепа, так что Хони Дэн хорошо знал Красноглазого Бена. По словам Хони Дэна, когда Бен срывается, никогда не знаешь, что он сделает. Причина, по которой он разозлил Мертвого Черепа и был понижен в должности, заключалась в том, что он дрался с одним из своих товарищей-пиратов из-за какой-то мелочи, а затем устроил засаду и убил этого человека. Он рассказывал небылицы и производил впечатление мелкого головореза, поэтому люди были склонны относиться к нему легкомысленно, но он был способным человеком.

Поэтому Бен и Хони Дэн, уставившись на карту, выбрали маршрут на север вдоль побережья для второй попытки.

Сначала все шло хорошо, никаких столкновений с рунаруками, до такой степени, что они смеялись, « И это была за первая попытка? Стэп умер ни за что! »

Однако в этот момент они уже почти добрались до Драконьего гнезда.

Даже знаменитый искатель приключений Эдгмер никогда не входил в Драконье гнездо. Глядя на их копию карты, Гнездо дракона было пустым. На настоящей карте не было ничего, кроме симпатичного дракона и нарисованных драконьих яиц.

В принципе, что это было и какие существа населяли это место, было совершенно неизвестно.

Неизведанный рубеж.

Это было, мягко говоря, гораздо более страшное место, чем Хони Дэн мог себе представить.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Смерть – Это Не Конец

В скалистой стене, высоко вздымавшейся вдоль берега, было много маленьких отверстий.

Морские птицы, очевидно, гнездились здесь во время весеннего брачного сезона, но они никак не могли выкопать их сами.

Ниже на стене не было видно никаких отверстий, они появлялись только в семи-восьми метрах над поверхностью, так что трудно было представить, что они были результатом эрозии морской водой.

Неужели морской бриз, или дождевая вода, или что-то в этом роде выдолбили эти дыры за долгое время? Харухиро не знал. Это было загадкой.

Скоро наступит ночь.

Харухиро вскарабкался на каменную стену, цепляясь прямо за отверстия.

Когда он выглянул из-за каменной стены, то увидел, что его товарищи, начальник отдела компании К&К МОМОХИНА, начальник отдела Джимми, управляющий директор Джанкарло и пират рунарук Тсиха смотрят на него снизу вверх. Как и Хони Дэн, связанный и с кляпом во рту.

Он не особенно боялся высоты, но было довольно высоко, а снизу торчали скалы. Если он ошибется и упадет, то сильно пострадает. Но Мерри была здесь, так что, если он не умрет мгновенно, с ним всё будет в порядке. Он просто должен был быть уверен, что не ударится головой. Да. Все было прекрасно, просто прекрасно.

Вытянув шею, он тихонько заглянул в одно из отверстий, имевшее диаметр около 1,2 метра.

Она была глубиной около полутора метров. Эта дыра, вероятно, была свидетелем драмы морских птиц, строящих свои гнезда, откладывающих яйца, а затем птенцов, достаточно больших, чтобы покинуть гнездо. Вокруг были разбросаны перья и материалы для гнезд, а посреди них, или, скорее, поверх них, громко храпел один человек.

Его ноги были повернуты в сторону так, что невозможно было опознать его лицо, но не многие люди будут приходить сюда, в трех-четырех километрах от Роронеи, чтобы найти место для сна.

Было более или менее определенно. Этим человеком был Красноглазый Бен, он же Бенджамин Фрай.

По свидетельству Хони Дэна, даже после того, как затонул Великий Тигр-гоу , Бен уже несколько дней был мишенью для драконов. Однако, возможно, благодаря своему дьявольскому везению, он каким-то образом сумел избежать опасности.

Бен и Хони Дэн искали выход из Изумрудного Архипелага.

Однако, отчасти из-за шума вокруг драконов, прямо сейчас было трудно найти корабль, готовый принять на борт людей с такой плохой репутацией, как у них. Эти двое подумывали о том, чтобы спрятаться, но, если их поймают, из них выбьют всю начинку, и этим дело не кончится. Скорее всего, их выбросят в море. Если это случится, шансы выжить будут минимальными.

Хони Дэн впал в отчаяние и стал сильно пить на аварийном рынке, но Бен не сдавался. Используя эту тайную дыру в качестве своей оперативной базы, он искал старых партнеров, дипломированных ноггудников*, самых низких из низких, даже среди пиратов, и угрожал им, умасливал их, обманывал и пытался найти способ попасть на корабль.

Сегодня это должно было закончиться. Но как с этим покончить?

По словам Хони Дэна, Бен спрятал клад, и его местонахождение осталось неизвестным. Для него было бы слишком прятать его под одеждой, поэтому, если он собирался носить его с собой, он должен был быть в сумке или что-то в этом роде.

Именно этим он и занимался, пока они были в Роронее, но, насколько Хони Дэн знал, с тех пор, как он перенёс сюда своё убежище, Бен ходил повсюду, ничего не принося с собой.

Он спрашивал, « Где сокровище », но ответ был не слишком дружелюбным.

— Ты что, собираешься его украсть у меня?

Его чуть не убили, поэтому он больше никогда не пытался спрашивать.

Может быть, сокровище находится в этой дыре? Судя по всему, там не было ничего похожего на сумку, но Бен вполне мог использовать её в качестве подушки.

Прежде чем Бен и Хони Дэн отправились прибрежным маршрутом к Драконьему гнезду, им нужно было провести здесь ночь. Бен пользовался этой дырой, а Хони Дэн спал в соседней.

Другими словами, Бен знал, что Хони Дэн знает, где находится его убежище. Из осторожности он, вероятно, будет хранить сокровище в совершенно другом месте.

По мнению Харухиро, драконы, напавшие на Роронею, пытались вернуть свои сокровища. Он хотел спросить Бена, где оно. Ответит ли он им честно?

Сделай глубокий вдох. Глубже. Глубже.

Харухиро был прижат к каменной стене, так что его ноги не касались земли. Вместо того чтобы провалиться в землю, он войдет в стену. Стань с ней единым целым. Это был образ, который он использовал.

Скрытноть...

Ничего хорошего, да? Я чувствую, что должен был бы войти в неё, но не могу. Это не кажется совершенно невозможным. Что-то не так? Они не сходятся вместе. Наверное, я уже почти на месте. Однако разница между « почти там » и «уже там » огромна.

Неужели я все-таки в упадке? Что мне делать в такие моменты? Раньше я мог делать это нормально. Я должен собраться. Странно, что я не могу... чем больше я об этом думаю, тем больше паникую. Успокойся. Попробуй другую тактику. Ну, одно дело сказать это самому себе, но совсем другое - сделать.

Его товарищи внизу, должно быть, думали: « Что же он там творит ?»

Харухиро не мог терять времени. Он не мог проскользнуть в неё гладко, но это не было похоже на то, что он вообще не мог использовать скрытность.

Ладно, давай сделаем это.

Приняв решение, он не колебался ни секунды. Харухиро вошел в дыру, почти не издав ни звука. Бен всё ещё храпел.

Правой рукой Харухиро вытащил кинжал. Затем, внезапно, он получил удар ногой от Хони Дэна.

— Гху...!

Спотыкаясь, Харухиро получал повторные удары ногами, и его почти вытолкнули из дыры. Он инстинктивно обхватил себя левой рукой и обеими ногами, чтобы удержаться.

Красноглазый Бен. Этот мужик, он не спал. Он был в сознании. С каких пор?

— Гахххх! — Бен сел, пытаясь ещё раз пнуть Харухиро.

Харухиро крикнул — Чёрт! — он сделал выпад кинжалом.

Бен отдернул ногу. — Кто ты, чёрт возьми, такой?!

Он что-то ощупывал вокруг. Сокровище? Нет. Кривой меч.

Сжавшись в комок внутри дыры, Бен отбросил в сторону ножны изогнутого меча. Он повернул его острие в сторону Харухиро.

— Я спросил, Кто ты?! Отвечай мне, ублюдок!

Харухиро промолчал. В сложившейся ситуации лучше всего было предоставить Бену как можно меньше информации. И всё же дыра была тесной. У Бена было преимущество, так как он был глубоко внутри.

Харухиро решил выбраться из дыры.

— Эй, ты...! — закричал Бен.

Харухиро не стал отходить далеко от дыры, обойдя её кругом в противоположном направлении, откуда пришел, и стал ждать человека там.

— Ха...! — Юмэ начала звать его.

Харухиро опустил глаза и покачал головой.

Юме поспешно прикрыла рот обеими руками.

Бен не торопился вылезать.

Не думай , сказал себе Харухиро. о том, какой Бен, или что он будет делать, когда вылезет. Если что-то случится, пока я думаю, это замедлит мою реакцию. А пока разберись с ним, когда он выйдет. Это все, что мне нужно сделать.

Наконец Бен высунул голову наружу. Он смотрел в противоположную от Харухиро сторону.

— Нннхх! — Хони Дэн издал какой-то звук сквозь кляп.

Бен заметил это и опустил глаза. — Ты...

— Нннннгх...!

Хони Дэн пытается что-то сказать Бену? Я не могу сказать, но Бен потрясен. Сейчас самое время.

Харухиро прыгнул на Бена. Сначала он вонзил кинжал в плечо Бена, запутался с ним, сделал так, что они упали в дыру вместе, а затем схватился с ним.

— Ах ты, маленький засранец, что ты делаешь?! Это больно, черт возьми!

— А где же яйцо?! — крикнул Харухиро.

— Черт бы тебя побрал, Хони Дэн! Яйца здесь нет, идиот!

— Держу пари! В какую из дыр ты его спрятал?!

— Без понятия!

С кинжалом, все ещё торчащим из его правого плеча, Бен не мог нормально использовать правую руку. Он отпустил свой кривой меч. Харухиро захотелось задушить его.

Если бы он был без сознания, остальное было бы легко.

— Сейчас самое время! — крикнул Харухиро. — Если ты заговоришь, я тебя отпущу!

— Ты думаешь, что имеешь право так говорить?! Я даже не знаю, кто ты, малыш! Не веди себя так самонадеянно!

Харухиро не думал, что он ведет себя слишком самоуверенно. Во всяком случае, он был в отчаянии. Этот человек, он был силён. И он вонял...

Что за …? Это было ужасно. Он был сверхвонючий. Может, дело в подмышках? Невозможно было сказать, откуда исходит зловоние. Даже если он старался не дышать через нос, Харухиро чувствовал сильный запах. Просто сцепиться с парнем было достаточно, чтобы сделать это невыносимым. Это сводило его с ума.

— От тебя воняет! — крикнул Харухиро. — Серьёзно!

— Уахахахахахаха!

Ой.

До этого момента Бен пытался сбросить Харухиро с себя, или пытался ткнуть его в глаза, но теперь он, должно быть, решил, что его зловоние было оружием. Он был чертовски близок к этому.

Это ужасно. Меня тошнит. Это ошеломляет. Этот парень труп. Клянусь, я убью его. Он слишком воняет, чтобы оставить его в живых.

— Гууууууууууаааааааааххххх!

Харухиро собрал все свои силы и прижал Бена к стене. Он несколько раз ударил Бена головой о стену. Закричал Бен, нанося ответный удар. Вверх и вниз.

Харухиро получил удар в солнечное сплетение, и это было очень больно. Вот дерьмо. Его перевернули, прижали, и теперь его голова была снаружи отверстия.

— Пошёл вон! Пошёл вон! Пошёл вон! — Бен его душил. С обеими руками. По-видимому, он мог сжать и правую руку.

Был ли это взрыв истерической силы во время кризисной ситуации? Глаза Бена были не просто красновато-карими, они были кроваво-красными. С него тоже капали сопли и слюна.

Мерзость, Харухиро захотелось застонать. Я больше не могу этого выносить. Это самое худшее, что со мной происходило.

У подножия каменной стены кричали его товарищи. Харухиро схватился за рукоять кинжала и вонзил его в плечо Бена.

— Агххххх, бооооооольно!!

Правая рука Бена ослабила хватку. Харухиро попытался выскользнуть, но Бену это не понравилось. Они оба были в отчаянии. Харухиро был на грани удушья, поэтому он боролся за свою жизнь.

В следующее мгновение он понял, что они оба падают.

— Охххх?! Чёрт! Ооо! Оххххххххххххх

Бен пытался направить тело Харухиро вниз. Он хотел использовать Харухиро как подушку, чтобы спастись.

Неужели на этот раз я умру? Нет, нет, нет. Я ведь самый младший из них. Это потому, что я слишком молод? Харухиро действительно не понимал, но именно так он и думал. Я ещё молод. Я не могу умереть тут.

Может, эта мысль придала ему сил, а может, и нет.

— Аххххххххххххххххххххххххххххх!! — он развернулся и оставил всё остальное на волю случая.

Он услышал хрустящий, ломающийся звук.

Бен стоял под Харухиро, широко раскрыв глаза. Его челюсть отвисла, а рот был открыт.

Харухиро знал, что сам он не был невредим, но он хотел уйти от этого человека как можно скорее. Он попытался встать, но сильная боль пронзила его тело, и он невольно вскрикнул.

Может быть, я просто не остался цел и сильно пострадал? Например, такое же может случиться? Мое сознание угасает...

Если бы Мерри не примчалась сюда, чтобы совершить Таинство*, кто знает, что могло бы случиться.

Для Бена было уже слишком поздно. У него были серьезные повреждения головы, спины и, вероятно, внутренних органов. Он умер почти мгновенно.

— Уваах, — пробормотал Харухиро. — Что теперь...?

Он присел на корточки и схватился за голову. Хони Дэн предупреждал его, что Бен крепкий орешек, но он недооценил этого мужика. Кто бы мог подумать, что он окажется таким упрямым? Или, что ещё важнее, что от него так сильно воняет.

— Место, где находится яйцо... — пробормотала Шихору.

Вот и все, что сказал Шихору.

Извините. Попытайтесь понять.

Все вздохнули, нахмурились или уставились в пустату.

Да, я знаю...

Посреди всего этого Кузаку присел на корточки рядом с Харухиро. — Конечно — сказал он, кивнув. — И все же я рад. Ты чуть не довел меня до сердечного приступа на мгновение. По крайней мере, ты ещё жив. Это самое главное. Ну, мы что-нибудь придумаем. Мы всегда так делали раньше.

Затем Кузаку добавил — Хорошо!

Он схватил Харухиро за руку и встал, волоча его за собой.

— Давайте посмотрим! Я уверен, что он должен быть в одной из этих дыр. Дыр много, но и нас тоже много. Я уверен, что мы найдем его в мгновение ока.

Ты что, ангел? вот о чем хотел спросить его Харухиро, но он чувствовал, что это будет неправильно понято. Во всяком случае, он был слишком большим, чтобы быть ангелом. Может, размер не имел ничего общего с ним.

Харухиро шмыгнул носом. — Ты совершенно уверен, Кузаку, дружище.

— Это благодаря тебе и всем остальным.

— Ты так легко говоришь о таких вещах...

— Каких именно?

— Нет, ничего особенного.

Может быть, в каменной стене и не было бесчисленных дыр, но их были десятки, может быть, около сотни. Более того, у них не было доказательств, что Красноглазый Бен спрятал сокровище в одной из ям. Тем не менее, они понятия не имели, где ещё это может быть. А пока им придется проверять дыры одну за другой.

— Мы поднимемся туда? — управляющий директор Джанкарло возражал. — Ты, должно быть, шутишь...

— Ага конечно. — пробормотал он, но быстро начал карабкаться по стене. КМЖ Момохина, Кунг-фу-мастер-Маг-Женщина, казалось, могла бы ходить по стенам, если бы захотела, так что здесь не было никаких проблем. Тем временем Джимми и Тсиха решили остаться на земле и охранять Хони Дэна.

Шихору осталась с Джимми и Тсихой, а Харухиро, Кузаку, Юмэ, Мерри, Сетора и Киити продолжали по очереди проверять отверстия.

С семью людьми и одним домашним животным на работе, очевидно, всё ещё требовалось изрядное количество времени, но это не могло быть невыносимым объемом работы. Казалось, что Киити может справиться с работой двух-трех человек в одиночку.

Когда они некоторое время обыскивали норы, Шихору сообщила им, что драконы уже летят.

Присмотревшись, Харухиро увидел, что она была права, над Роронеей действительно кружили три дракона.

Вчера драконы снова спустились на Роронею, сровняв с землей несколько зданий. Если они найдут сокровище, как будто оно где-то лежит, заберут ли драконы его обратно и оставят все как есть? Это будет зависеть от того, что чувствуют драконы, предположил он.

Когда они продолжали обыскивать ямы, кто-то окликнул их. — Эй! Эй!

Это был, несомненно, голос Шихору. Но вот так кричать «Эй»? Это было совсем не похоже на Шихору. Что-то случилось?

Харухиро прервал поиски, высунувшись из дыры. Шихору указывал в сторону Роронеи.

— Д-Д-Драконы...!

— А? Драконы...?

О чем это она?

Глядя в сторону Роронеи, не направлялся ли к ним сейчас один из драконов, круживших над городом?

— Ох, дерьмо... — ахнул Харухиро. — Это плохо, да? А? Ч-Что же нам делать?

— Сейчас же мы уходим — крикнул Джимми.

Мужчина хлопнул Тсиху по спине и пнул Хони Дэна в зад. Он схватил Шихору за рукав и сказал — Давай же! — когда он тянул. — Всем залезть в дыры! Я думаю, что мы в огромной опасности!

В дырах? Это было нормально? Все ли будет в порядке? Джимми, Шихору, Тсиха и Хони Дэн бежали так быстро, как только могли.

Харухиро посмотрел на дракона. Это был всего лишь один дракон, и он не казался таким быстрым. Но даже один был достаточно опасен, и он не был медленным. Или, скорее, он даже был чертовски быстрым. Харухиро поспешил поглубже в дыру.

Дракон приближался. Он чувствовал его присутствие, слышал его звук. Он громко завизжал, и звук отозвался эхом. Он также чувствовал порыв ветра.

Был ли это звук бьющихся крыльев? Возможно, он пытался приземлиться. Вот что он почувствовал.

Где же дракон?

Он уже приземлился?

Что он делает?

Кажется, он движется...?

Это его беспокоило. Он испытывал не столько любопытство, сколько беспокойство о том, в безопасности ли Шихору.

Если дракон нацелился на Шихору, он должен спасти её. Если он привлечет его внимание, а затем спрячется в дыре, дракон не сможет залезть. Возможно. Ну, должно же быть что-то, что он не сможет сделать.

Харухиро опустился на четвереньки и высунул голову наружу.

Дракон был там.

Прямо под дырой, где был Харухиро.

Он что-то делал на камнях.

Он был просто громадный. Его крылья были сложены, но он все ещё должен был быть больше двадцати метров в длину.

Изумруды. Как будто все егё тело было покрыто изумрудами. Красивый. Это было невероятно красиво. Трудно было думать о нём как о живом существе. Но он двигался. Что он делает, опустив голову, как собака, которая что-то вынюхивает?

Харухиро не видел Шихору и остальных. Может, они где-то спрятались?

Он втянул голову обратно. Дракон начал расправлять свои крылья.

Было страшно. Он попятился назад. Ушёл. Харухиро отступил на самое дно своей дыры.

Дракон полетел. Это был не просто шум и ветер. Когда дракон поднялся, он на мгновение увидел его собственными глазами. Она была почти прямо под ним, так что проходила мимо дыры, в которой находился Харухиро.

Это была не виверна. Как и у птиц, передние лапы виверны превратились в Крылья. Драконы Изумрудного Архипелага имели крылья на спине и отдельные передние лапы, даже если они не были такими же сильными, как их задние лапы. На самом деле они были не столько похожи на передние лапы, сколько на руки.

Может быть, дракон что-то держал в руках?

Дракон снова громко закричал. Это случилось сразу же после этого.

Вжух ! Что-то упало с невероятной скоростью. А потом раздался шлепок, а может, и нет.

Неужели дракон бросил что-то? То, что он держал в руках раньше.

Дракон замолчал.

Где же дракон? Неужели он улетел? Или он все ещё там, наверху?

Харухиро колебался довольно долго, затем высунулся из дыры как можно меньше, предварительно проверив над собой. Только не здесь. Они были над Роронеей. Сколько их было? Один-два... три. Похоже, что дракон уже ушел и вернулся к группе.

— Шихору...?! Шихору! — Харухиро выбрался из дыры и спустился по каменной стене. Не успел он полностью спуститься, как к нему подбежали Шихору, Джимми, Тсиха и даже Хони Дэн.

Все четверо бежали так далеко, как только могли, прячась в низине среди скал. Благодаря этому они были в безопасности. Что, вероятно, означало, что дракон никогда не интересовался Шихору и остальными с самого начала.

Момохина и Джанкарло, а также Кузаку, Юмэ, Мерри, Сетора и Киити вышли из своих нор и спустились по каменной стене.

— Что это было ? — пробормотал Харухиро, а потом, Буа , прикрыл рот рукой. Было ясно, что это такое.

Это были куски мяса, кости, что-то похожее на органы, и кровь, разбрызганная по всем камням.

Если подумать, я убил его . Эта мысль пришла ему в голову слишком поздно. Если бы он этого не сделал, то умер бы сам, так что какой у него был выбор?

Неужели он впервые убил человека? Это было не очень приятное чувство, но, честно говоря, он не чувствовал себя таким уж виноватым. Он и раньше забирал много жизней. Может быть, это просто означало, что он не настолько чист, чтобы его жертва, оказавшаяся на этот раз человеком, заставила его почувствовать угрызения совести.

Красноглазый Бен. Бенджамин Фрай был исключительно жалким подонком.

Хотя, видя его уменьшенным до такой степени, что он был неузнаваем, даже если Харухиро не чувствовал себя плохо из-за парня, он чувствовал себя эфемерным.

Хони Дэн, должно быть, был шокирован, потому что сидел, уставившись на то, что когда-то было Красноглазым Беном.

Харухиро слегка покачал головой и вздохнул. — Интересно, следили ли драконы за ним благодаря его зловонию?

— Они хотели отомстить, но он был уже мёртв, поэтому дракон выместил свое разочарование. Ты это имеешь в виду? — Джанкарло задумчиво пожал плечами. — Ну, если они теперь довольны, то хорошо...

— Об этом я ничего не знаю. —Джимми указал на Роронею.

Драконы спускались вниз.

— Фю? — Юмэ склонила голову набок.

— Ньо? — Момохина прищурилась. — Ароро? Это к северу от города, не так ли?

— На север, но ... — Кузаку потерял дар речи.

Джанкарло бросился бежать. — Я пойду посмотрю! Если аварийный рынок пострадает сейчас, это будет не хорошо!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Переговорщик

Здесь теперь не было ни ларьков, ни лавок, вообще ничего. Всё было разрушено.

Люди, орки и множество других рас, все они были убиты и покрыты кровью. Многие были раздавлены или у них был оторван кусок тела. Здесь были руки, ноги, даже головы, вращающиеся вокруг. Они, должно быть, никогда не предполагали, что драконы спустятся на этот аварийный рынок.

Эй, это странно, они направляются сюда! К тому времени, как кто-то это прокричал, было уже слишком поздно.

Эта трагедия действительно была не из приятных.

Три дракона уже улетели и кружили в воздухе над Роронеей.

— Мы должны помочь выжившим. — сказала Мерри.

Они подумали, что это звучит разумно, поэтому разделились и отправились на поиски выживших, но затем драконы спустились снова, и все пошло к чёрту.

Харухиро и его команда не были в безопасности в городе, поэтому им придется эвакуироваться в густой лес. Но был ли лес безопасным? Не было никакой гарантии, что драконы не войдут в лес, поэтому они могли быть вынуждены сражаться с ними. Они начали было решаться на это, но драконы так и не появились в лесу.

Похоже, что многие люди сбежали в Роронею с аварийного рынка. Теперь драконы сосредоточили свое внимание на них. Со всего города поднимался дым, и даже из леса доносились слабые крики, доносившиеся из города.

В конце концов, пока драконы не улетели после полудня, все, что Харухиро и его спутники могли делать, это затаив дыхание прятаться в лесу.

После этого они начали искать выживших на аварийном рынке, но не смогли найти никого, кто бы дышал, и пока они искали, драконы вернулись, поэтому они снова поспешно убежали в лес.

Драконы, по-видимому, возвращались со своих рыбацких угодий, где они ели. Они сеяли хаос в Роронее на полных желудках, а когда наступил вечер, вернулись в свои гнезда.

В таком случае, только ночью стало ясно, насколько велик ущерб.

Обширный был единственный способ, чтобы описать его. Только среди подтвержденных погибших было более восьмидесяти человек и более трехсот раненых.

Из того, что Харухиро и остальные слышали, было немало людей, которые сделали безумный рывок по улицам только для того, чтобы прыгнуть в море с причалов и пристаней. Из-за этого порт был особенно сильно поврежден.

Причалы № 1, № 3 и № 4 были полностью разрушены, а Причалы № 1 и № 2 сильно повреждены, так что единственным относительно целым остался Причал № 5.

Склады возле порта также были разрушены драконами, и большое количество зерна, солёного мяса, рыбы, маринованных овощей, фруктов и спиртного было испорчено.

Это был сокрушительный удар для Роронеи. И драконы всё ещё могут вернуться на следующий день.

Когда солнце село, пираты начали сражаться за деньги, еду и воду. Были и отчаянные пираты, которые дрались с кем только могли.

Лодки, стоявшие у берега, бросились к Причалу № 5 из страха перед драконами, и интенсивное движение привело к полному хаосу.

Чтобы справиться с пиратами, Джанкарло, Момохина и Джимми бросились наутек, но даже когда тучи, низко нависшие над городом с полудня, начали накрапывать дождем, город не показывал никаких признаков успокоения.

Ничего хорошего из пребывания в Роронее в этом месте не выйдет, и это было просто опасно. В разгар дождя Харухиро и его команда вышли наружу и подошли к каменной стене.

Пират рунарук Тсиха пришел вместе с ними.

У каменной стены Хони Дэн был рад их возвращению.

— Ммф успешно, ммф успешно, ммф успешно, ммф успешно! — закричал он.

Нет, он, возможно, не был в восторге, но поскольку его руки были связаны за спиной, во рту кляп, колени и лодыжки связаны веревкой, а веревка вокруг талии привязана к выступу на валуне, он, должно быть, испытал по крайней мере некоторое облегчение.

Он мог проголодаться, к тому же начался дождь, так что ситуация была не из приятных. Всё-таки, видя, как он отказался прекратить постоянно происходит, — Ммф успешно, ммф успешно, ммф успешно, ммф успешно! — Хони Дэн был по-прежнему чувствует себя относительно хорошо.

Почему они вернулись к каменной стене? Одна из причин заключалась в том, что они оставили Хони Дэна здесь, когда вернулись в Роронею. Чрезвычайная ситуация не оставила им другого выбора, но не то чтобы Харухиро не чувствовал, что это немного жестоко, и у него были бы проблемы со сном по ночам, если бы они просто оставили парня в таком состоянии.

Развязав только веревку на поясе и путы на ногах, они увели Хони Дэна куда-то подальше от дождя. Неподалеку была удобная пещера, и они решили там отдохнуть.

Ни у кого не было много, чтобы сказать. Кузаку попросил разрешения лечь, и он мгновенно заснул.

Хони Дэн начинал раздражаться от его приглушенных криков, поэтому Харухиро развязал ему кляп и просто слушал его жалкие мольбы о еде. Когда он отдал мужчине часть их портативного рациона, тот наконец заткнулся.

На улице становилось всё светлее. Дождь не прекращался. По данным Тсихи, в дни, когда шёл дождь, драконы, как правило, не покидают свои гнезда. Если бы это было так, они могли бы перевести дыхание.

Харухиро с некоторым усилием поднялся. — Ночь закончилась, так что я бы сказал, что нам пора отправляться на поиски.

— И всё же мы не знаем, в какой дыре оно находится, верно? — спросила Сетора. — Хуже того, его вполне может здесь и не быть.

Возможно, Сетора была права. Но она тоже может ошибаться.

Харухиро перевел взгляд с входа в пещеру на скалы снаружи. Дождь должен был смыть большую его часть, поэтому они не могли легко найти его останки, но когда Харухиро спросил Красноглазого Бена, чья жизнь закончилась здесь, где находилось сокровище, ответ был « Его здесь нет, идиот ».

« Держу пари ». Харухиро поверил мертвецу.

Если подумать, то это было загадкой. Он был беспечным, тупоголовым, и, честно говоря, у Бена были все основания называть его идиотом.

Бенджамин Фрай ни в коем случае не был честным человеком. Он легко обманывал других, обманывая их быстро импровизированной ложью. Именно таким человеком он и был. Если он сказал, что что-то белое, то лучше начать с предположения, что это чёрное.

— Если его здесь нет, значит, его здесь нет, и мы будем работать оттуда. — сказал Харухиро. — А пока все оставайтесь здесь. Я могу сделать это один.

Харухиро вышел из пещеры. Издалека его не было видно, но кровь и плоть Бена все ещё цеплялись за камни. Это означало, что он был прямо здесь.

Он осторожно взобрался на скользкую от дождя каменную стену. Когда он добрался до упомянутой дыры, внутри было почти совсем темно. Что ж, он как-нибудь справится.

Отодвинув в сторону куски дерева и ветки, которые морские птицы принесли в качестве материала для своих гнезд, вместе с другими предметами, которые он не мог идентифицировать, он начал искать.

Может быть, ему показалось? Иногда он чувствовал зловоние мертвеца. Этот человек спал здесь. Его голова покоилась где-то здесь, и ... его спина. Нет, его талия была бы где-то здесь. Когда Красноглазый Бен ложился спать, его задница была где-то здесь.

Оно было мягким. Или, скорее, там было углубление для начала. Бен выкопал его, а потом положил сверху ветки и ещё что-то.

Когда Харухиро убрал их, он нашел его.

Оно было там.

Мешок, сделанный из толстой пеньки или аналогичного материала.

Он вытащил сумку. Он открыл её. Харухиро судорожно сглотнул, и его слегка вырвало.

— Вот оно. — прошептал он. Он закрыл сумку и взвалил её на плечо.

Когда он вышел из дыры, Кузаку, Мерри, Сетора и Киити были внизу.

Юмэ, Шихору и Тсиха, вероятно, охраняли Хони Дэна.

— Нашел. — сказал Харухиро.

— А... — сказала Мерри.

— Няя? — вставила Киити.

— Что ты сказал? — спросила Сетора.

У Кузаку отвисла челюсть. — Серьёзно?

Все были удивлены. Харухиро тоже был во многом удивлен.

Каким же идиотом он был! Он должен был сразу же предположить, что если Красноглазый Бен сказал, что его там нет, то все было наоборот, и это действительно было так. Если такой подозрительный человек, как он, собирается что-то скрывать, то где это может быть? Дыра, в которой он остановился, была, очевидно, самым подозрительным местом.

Харухиро спустился по каменной стене и вернулся в пещеру вместе с Кузаку и остальными. Как только он увидел сумку, которую нёс Харухиро, Хони Дэн вскрикнул — Ах!

Харухиро снова открыл сумку. Было ли большое количество сухой травы, набитой внутрь, предназначено для изоляции? Этот человек хорошо заботился о нем, по-своему. Харухиро отмахнулся от травы.

Оно было блестящей. Темно-зелёной. Если бы они посмотрели на него при солнечном свете, оно было бы ярко-зелёным, без сомнения.

Яйцо. Оно определенно имело яйцевидную форму. Взятый в самом широком месте, он мог иметь диаметр около двадцати сантиметров. Он не был маленьким, но казалось, что яйцо от этих драконов могло быть больше.

Харухиро попытался стряхнуть его пальцем. Это было тяжело. Как камень. Он не собирался легко царапаться.

Он попробовал поднять его.

— Тяжелый...

Оно действительно было как камень. Оно было тяжелым.

Мерри положила руку на яйцо и закрыла глаза. — Здесь очень холодно. Это может быть настоящее яйцо, но я не ожидаю, что оно вылупится.

— Оно что, окаменело, что ли? — спросила Шихору, глядя больше на выражение лица Мерри, чем на яйцо.

— Может быть. — Мерри открыла глаза. Она поспешно отдернула руку. — Я действительно не знаю. Это было просто ощущение, что я получила.

Кузаку скрестил руки на груди и кивнул. — Это значит, что мы не можем его съесть, верно?

— Ты хочешь его съесть? — Харухиро ошеломленно спросил.

Но Кузаку повернулся к нему со всей серьезностью и ответил — А? Разве ты не хочешь попробовать?

— Нет, не совсем так.

— Оооо. Ну, в конце концов, ты именно такой. Ты довольно консервативный в отношении того, что ты готовы есть.

— Я не уверен, что здесь дело в этом...?

—Послушайте, ребята, эта штука стоит пять тысяч золотых. — Хони Дэн говорил так, словно укусил что-то неприятное.

— Фуоо... — Юмэ вывернула шею. — Пять тысяч? Ммммм?

— Золотых?

От неожиданности Харухиро чуть не выронил яйцо, а Кузаку воскликнул — Ого! — и отскочил от него.

— П-Пять тысяч! Пять тысяч золотых?! Это же целая ладда денег! Правда, я не совсем понимаю, что такое ладда...

— По крайней мере, так мне сказал Бен. — уточнил Хони Дэн. — Не знаю, правда ли это. Даже сотни золотых было бы достаточно, чтобы обеспечить нам жизнь. По крайней мере, таков был план...

Плечи Хони Дэна поникли, и он начал бормотать проклятия. В некотором смысле, это было впечатляюще видеть, что он был настолько подлым, что всё ещё мог оплакивать своё несчастье на этой стадии игры.

— Ты ведь понимаешь, что из-за вас двоих погибло много людей? — рявкнул Харухиро.

— Это была не моя идея. Кроме того, даже если бы я не помогал, я уверен, что Бен сделал бы это в одиночку. Это он во всем виноват. Если бы не он, ничего этого никогда бы не случилось. Я прав?

— Что ты имеешь в виду, говоря «я прав?» — Сетора холодно взглянула на Хони Дэна.

Киити угрожающе смотрела на человека, который тоже отчаянно нуждался в зубной помощи.

— Хару, мы с ним покончили. — ледяным тоном произнесла Сетора. — А не лучше ли его прикончить? Он будет стоять у нас на пути, и он - зло.

— Н-Не будь такой! — взвизгнул Хони Дэн. — Я-Я могу не выглядеть так, но я могу быть полезен, хорошо?

— Не могу себе представить, чтобы ты был таким. — усмехнулась она.

— Нет, я серьезно! Вот почему Бен втянул меня в это дело!

— Разве ты только что не сказал, что он мог бы сделать это сам?

— Э-Это была просто фигура речи, понимаешь?

Покончили они с ним или нет? Это был тяжелый вызов. Даже если бы это было так, Харухиро не видел необходимости убивать его, но он также не хотел долго смотреть на лицо парня. Что же делать?

— Тсиха, эта штука, ты когда-нибудь видел её раньше? — на всякий случай спросил Харухиро.

Тсиха некоторое время молча смотрел на яйцо, потом покачал головой. — Нет. — сказал он наконец. — Но, вероятно, яйцо дракона. Для Дракона, вернуть хорошо. Не отдавать, дракон рассердится.

— А как, по-твоему, мы должны его вернуть? — Юме выгнула брови и обхватила руками колени. — Драконы, они кричат как сумасшедшие, понимаешь? Например, представь себе, что Юмэ заберет у них яйцо, верно? Юме, ты не думаешь, что её сожрут драконы?

— Почему бы нам просто не оставить его где-нибудь? — предположил Кузаку, а затем ударил себя два-три раза по голове. — Ничего хорошего, ха. Подожди, разве это не хорошо? Я не знаю, но в любом случае, у меня такое чувство, что они не прекратят атаковать город. Они полностью сломались.

— Мы тоже не можем больше выводить корабль... — Шихору выглянула из пещеры и глубоко вздохнула.

— Отдать его обратно, а?.. — пробормотал себе под нос Харухиро.

— Отдай его мне... — Кузаку попугал в ответ, глядя в потолок пещеры.

— Отдай его мне...? — Юмэ наклонила голову на девяносто градусов. — Как ты думаешь, если бы Юме пришлось кому-то что-то вернуть, она бы пошла к нему?

— Идти к ним... — Мерри вздернула подбородок и опустила глаза. — В Драконье гнездо?

— Я-Я не хочу! — Хони Дэн закричал и попытался выбежать из пещеры.

Сетора тут же схватила его за ногу и подставила подножку. Поверхность скалы здесь была далеко не плоской, поэтому Хони Дэн взвизгнул, когда его лицо было исцарапано.

— Н-Нет, я не хочу туда идти. — простонал пират. — Если это означает, что я снова пойду туда, я лучше умру. Нет, это зашло слишком далеко. Я не могу умереть, пока не пересплю со многими хорошими женщинами и не съем сладкого, пока мои щеки не провалятся...

— Что с этим парнем? — Сетору уже давно не отталкивали, и она слегка дрожала.

А если серьезно, то что с ним?

Если они оставят его в покое, Хони Дэн, скорее всего, выползет из пещеры на животе, поэтому Харухиро поставил ногу ему на спину за неимением лучшей альтернативы.

— Гьяуа?! Ты бесчеловечное чудооооовище!

— Ох, заткнись... Кроме того, я не хочу слышать такое от тебя .

— Тогда отпусти меня. Освободи меня. Если ты это сделаешь, я буду помнить тебя как святого.

— Следи за своими манерами. Ты хочешь, чтобы тебя скормили драконам?

— Я ... простите, я ... это больше не повторится, простите меня, пожалуйста, помилуйте...

Даже просто наступая на него вот так, Харухиро чувствовал, что его сердце с каждой секундой становится всё грязнее. Но если он уберет ногу, этот человек более или менее гарантированно убежит.

— Ты говоришь, что никогда больше не захочешь туда идти, но ведь ты никогда туда не заходил, верно? — спросил Харухиро. — Красноглазый Бен отправился в гнездо один, и ему удалось вернуться целым и невредимым.

— Этот ублюдок был немного странным. В голове, знаете ли. Что касается меня, то я в своем уме...

— Ты ведь знаешь дорогу туда, верно?

— Только путь туда. Там нет никакой карты, как только вы пройдете эту точку, либо. Идти туда - это не то, что делает нормальный человек.

— Но, Хару. — Сетора посмотрела на Хони Дэна так, как смотрела бы на кучу экскрементов.

Не надо на него смотреть, невольно подумал Харухиро . Не многие парни так никчемны, как этот.

— Разве мы обязаны заходить так далеко? — спросила Сетора. — Теперь, когда мы нашли яйцо, я думаю, мы можем сказать, что раскрыли причину нападения драконов на Роронею. На этом этапе наша работа должна быть закончена.

— Ты права, Сетора. — сказал Харухиро. — Всё именно так, как ты говоришь, но...

Дождь все ещё шёл. Может быть, он немного успокоился? Прилетят ли драконы сегодня? Что случилось с кораблями, которые бросились к Причалу № 5? Большинство из них, вероятно, не смогли бы уйти. Дело было не только в дожде, но и в сильном ветре.

Море было неспокойным.

Роронея была пиратским городом. Припасы, через которые они проходили, в основном доставлялись на кораблях. Если судоходство больше не будет жизнеспособным, население будет голодать в мгновение ока.

Будут ли они есть рыбу? Они могли бы попробовать поохотиться и в лесу, но рунаруки этого не потерпят.

Что Харухиро должен был иметь в виду, так это то, что эта проблема больше не касалась только островитян. Команда была здесь, на этом острове. На них это тоже подействовало.

Они должны встретиться с Джанкарло или Джимми. Харухиро ещё хотел услышать мнение рунаруков. Он решил, что Тсиха обратится к своему старшему брату Моуадану, следующему в очереди на пост вождя племени.

Кузаку сказал, что пойдет с Тсихой, и Харухиро побежал в Роронею искать Джанкарло.

Город был опустошен. Лучше всего было предположить, что кто-то на улице-мародер. Когда он пробрался в порт, там всё ещё стояло несколько кораблей, пришвартованных к Причалу № 5, и собралась толпа. Они о чем-то довольно громко спорили.

Когда он подошел ближе, Джанкарло что-то кричал пиратам, и они отвечали ему тем же. В любой момент это может перерасти в драку.

Когда Момохина оказалась среди них, пираты тут же поклонились. Похоже, всё было решено мирным путем.

Джимми тоже был там.

Харухиро попытался заговорить с ним. — Начальник отдела.

— О. Ты, да. Приятно видеть, что ты всё ещё жив.

— Ты выглядишь измученным. — сказал ему Харухиро. — Ты в порядке?

— Я нежить, это приходит вместе с территорией. Вам есть что рассказать?

Харухиро прошептал отчет о том, как они нашли яйцо. Тогда было решено, что не только Джимми, но и Момохина пойдут с ними, чтобы подтвердить, что у них есть подлинный предмет, и оттуда они обсудят, что будет дальше.

Вскоре после того, как они покинули Роронею, драконы взлетели, несмотря на дождь.

Если драконы разнесут вдребезги и Причал № 5, они не смогут покинуть остров. Нет, Харухиро не был настолько оптимистичен, чтобы думать, что этого не произойдет. Он ожидал, что так оно и будет.

Джанкарло и его люди уже почти сдались. Возможно, они были измотаны, но даже когда они увидели драконов, они не выглядели особенно удивленными или действовали так, как будто они беспокоились о своих будущих перспективах.

Тсиха и Кузаку вернулись вместе с Моуаданом к тому времени, когда они прибыли. Моуадан был очень зол на Хони Дэна и сказал, что его нужно принести в жертву в каком-то ритуале, но они заставили его пока воздержаться от этого.

Прежде всего, они должны были решить, что делать с драконьим яйцом. Моуадан считал, что его следует вернуть туда, где оно по праву принадлежит.

— Не знаю, драконье это яйцо или нет. — сказал Моуадан. — Однако для драконов оно очень важно. Никаких вопросов. Рунаруки наказывают воров. Человек, который украл, заставлен вернуть вещи. Вещи, которые они украли, вернулись туда, откуда пришли. Потом наказание. Вы, люди, делаете то же самое. Драконы делают то же самое. Вернуть украденные вещи. Нет иного выхода.

— Более или менее согласен — сказал Джанкарло, поднимая руку. — Что ж, мы не узнаем, решит это вопрос или нет, пока мы не попробуем. Похоже, это единственный способ показать драконам наше искреннее раскаяние.

— Миуууууу. Давайте сделаем ээээээто! — Момохина повернулась к Харухиро, и протянула обе руки по направлению к нему. — Ладно!

— Хорошо. — ответил Харухиро и положил левую руку на ладонь Момохины. Правильно ли он это делает?

— Нееет. Дело не в этом! Дай мне драконье яйцо-вуйцо!

— О...

Он не был уверен, что ей следует называть это так, но Харухиро передал Момохине яйцо, мешок и всё остальное.

Но разве это нормально?

Харухиро посмотрел на Шихору. Когда он был в затруднительном положении, он всегда обращался к Шихору за спасением. Это полностью вошло в привычку. Шихору посмотрела Харухиро в глаза и кивнула.

— Ннгх! Яйцо-вуйцо! — уговаривала его Момохина.

Харухиро потянул сумку назад как раз перед тем, как положить её на ладони Момохины.

— Нет.

— Ньо?

— Я не могу его отдать. Мы ещё не получили свою награду.

— Об этом... — Джанкарло начал было говорить, но Харухиро перебил его — Я знаю.

— Это не та ситуация, когда вы сможете выслать корабль, чтобы доставить нас в Веле. — сказал Харухиро. — Так ведь? Более того, если мы ничего не предпримем в отношении драконов, мы не знаем, что произойдет завтра.

Джанкарло нахмурился и пожал плечами.

Харухиро продолжал давить. — Мы рады помочь вам вернуть яйцо в Драконье гнездо. Тем не менее, мы будем нуждаться в бо́льшем вознаграждении. Пиратская Компания К&К загребает его, верно? У вас, ребята, есть деньги. И кстати, судя по тому, что говорит нам Хони Дэн, драконье яйцо, по-видимому, стоит 5000 золотых монет.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Приземлившийся

Восточный берег острова был в основном каменистым, в то время как на западном побережье было больше песчаных пляжей. Таким образом, хотя путь на север вдоль восточного побережья был бы короче, более длинный маршрут на западное побережье был легче пройти, несмотря на то, что это был длинный путь вокруг.

В некоторых местах вдоль берега были отвесные скалы, и им пришлось войти в лес, но Тсиха и Моуадан сопровождали их.

Племя Камушика, к которому принадлежала Тсиха, было многочисленным, а Моуадан был знаменитым воином, поэтому его знали даже другие племена. Кроме того, другой брат Тсихи Танба объяснял ситуацию всем остальным племенам за них.

Благодаря этому им не нужно было беспокоиться о засаде со стороны рунаруков.

Вскоре после того, как они отправились в путь, начался дождь. Примерно двухдневный поход к Драконьему гнезду мало чем отличался от приятной прогулки. У них даже было свободное время, чтобы возбудиться от необычных птиц или испугаться грибов, таких ярких по цвету, что они казались ядовитыми.

Хони Дэн, которого они на всякий случай взяли с собой в качестве проводника, остановился в одном месте и сказал — С этого момента становится безумно опасно...

На самом деле они не нуждались в том, чтобы он им это говорил. Один взгляд на гору заставил бы любого заколебаться.

Если смотреть на гору горизонтально, то это был более или менее стол. Можно сказать, там была кальдера. Вершину, вероятно, снесло во время извержения вулкана, и она имела значительно затонувший кратер. Предгорий почти не было, а поверхность горы имела довольно крутой склон. К тому же она была довольно высокой, так что взобраться на гору было бы трудно даже со специальным снаряжением.

Если бы не узкая расщелина в склоне холма, вероятно, никто не смог бы войти в эту гору. И этот разлом тоже был явно опасен. Он был достаточно широк, чтобы в неё мог войти человек, но высота его превышала сотню метров, а может, и сотни, так что она казалась странно узкой.

Более того, за расщелиной была кромешная тьма, так что они понятия не имели, что там внутри. С одной стороны, они чувствовали, что могут войти, или, скорее, не было никаких сомнений, что они могут физически войти внутрь. Но с другой стороны, это казалось запретным, как будто они абсолютно не должны туда входить.

Тсиха и Моуадан не делали попыток приблизиться к разлому, а наблюдали за Харухиро и его командой издали. В любом случае, у них было табу рунаруков на вход в гнездо, так что здесь им пришлось расстаться. Во всяком случае, команда могла быть благодарна рунарукам за то, что они зашли так далеко. Харухиро посмотрел вверх, на расселину. Он почувствовал, как что-то сжалось в области живота, и почувствовал, что страдает.

— Уже немного за полдень. — Кузаку поднял глаза к небу. —Мы атакуем вот так?

Момохина была уже недалеко от разлома, деловито оглядываясь по сторонам. — Хум, Хум, Хум...?

— Я-Я не пойду, ладно?! — Хони Дэн сел на землю. — Во всяком случае, я поверну назад недалеко отсюда! От меня не будет никакой помощи!

— Тогда, я полагаю, ты нам больше не нужен, не так ли? — Холодно спросила Сетора.

Хони Дэн быстро поклонился. — Прекрати! Не смей так говорить! Я тебя умоляю!

Кстати, руки этого человека всё ещё были связаны за спиной. В тот единственный раз, когда они расстегнули их, он сразу же сделал перерыв.

Мерри, казалось, пыталась что-то разглядеть в темноте, тщательно изучая трещину. Рядом с ней Юмэ, которая делала повторные растяжки для упражнений, сказала — Нууу — с большой растяжкой.

Киити подошла к ногам Момохины, несколько раз принюхиваясь, прежде чем издать звук ньяа.

— Драконы улетели сегодня утром. — Шихору взглянул на Харухиро.

Харухиро кивнул и перевел дыхание. — Ну что, пойдем?

Джанкарло и Джимми остались в Роронее. Как её управляющий директор, Джанкарло должен был управлять Пиратской Компанией K&K и держать непокорных пиратов в узде. Джимми специализировался на умственном труде. Он больше подходил для помощи Джанкарло, чем для исследования драконьего гнезда.

Момохина заняла позицию, в то время как Харухиро, Кузаку, Сетора и Киити, Мерри, Шихору и Юмэ последовали за ней в расщелину, один за другим, в таком порядке. Момохина несла лампу, а Харухиро держал на плече сумку с драконьим яйцом.

— Пока, маленькие засранцы! Надеюсь, вы сгниёте там! — хриплый голос эхом отозвался у них за спиной, и когда они обернулись, Хони Дэн с улыбкой подпрыгивал на месте.

— Почему, ты... — Сетора бросилась бежать.

Хони Дэн тихонько вскрикнул и метнулся, как испуганный заяц. Возможно, он забыл, что там, куда он направлялся, его ждали Тсиха и Моуадан.

— Оооо...?! Стой, стой, что ты делаешь?

— Так ему и надо. — пробормотала Мерри.

Что в конечном итоге будет с Хонни Дэном? Ну, кого это действительно волнует? Лучше об этом не думать.

Они продолжили путь через разлом. Она была не то чтобы извилистой, но и не совсем прямой. Земля была довольно ровной. Воздух был немного холодным и влажным. Ветра не было.

— Ты думаешь, у него была клаустрофобия или что-то в этом роде? — предположил Кузаку.

Харухиро думал в том же направлении. Чего же так испугался Хони Дэн? До этого момента ничто не было настолько опасным.

Момохина продолжала двигаться вперёд.

— Что-то... упало? — Шихору повысила голос. Это было правдой, был слышен звук, отличный от их шагов.

Момохина остановилась. — Хм? — она повернула фонарь к задней стене.

Киити резко вскрикнула, и Шихору, сглотнув, вцепилась в Мерри. Где-то между Шихору и Юме было это тонкое извивающееся существо.

Юмэ попятилась. — Змеяяяяя? Может быть...?

— Интересно... — Харухиро прищурился. Она была черноватой и напоминала змею, но в то же время и жука. Тем не менее, у него не было большого количества ног, как у сороконожки или многоножки, и он вообще не видел ничего похожего на ноги.

Кроме того, оно было гораздо больше многоножки и в длину больше метра.

— Это не похоже на змею. — Сетора приготовилась, взглянув вверх. — Если она упала сверху, это значит —

Упало, упало, упало, упало, одно за другим падали эти длинные, худые существа, и их крики отдавались эхом.

Даже на Харухиро идущего с ними — Ого?!

Его голова. На его голове сидело какое-то существо. Она была довольно тяжелой. Она была колючей.

Он поспешно вскочил и опрокинул существо. Когда он это сделал, следующий приземлился на его левое плечо и правую руку. — Хью?! — странный крик вырвался из его рта без его воли. Что это было? Они были страшные, страшные, страшные.

Момохина выкрикнула что-то ещё более страшное. — Мяу! Они здесь битком набиты!

Битком набитый? Что бы это значило? Свет лампы дрогнул. Он мерцал на стенах расщелины.

Стены корчились от света. Нет. Это были не скалы и не камни, а живые существа.

Они были битком набиты длинными, тонкими существами, цепляющимися за них.

Хони Дэн сказал им — Пойти туда - это не то, что решит сделать нормальный человек.

Теперь понятен смысл его слов. Так вот о чем он говорил. Вполне справедливо; это довольно плохо. Я хочу домой.

— Гяааа! Не сдаваааааайтесь! Мы обяяяязаны! Идёёёём, идёёёёмте же! — крикнула Момохина.

Если бы Момохина не отдала приказ, Харухиро, возможно, решил бы отступить.

Если бы они ушли, то, вероятно, никогда бы не пожелали снова войти в разлом.

Чувствуя, что вот-вот расплачется, Харухиро толкнул своих товарищей сзади, подгоняя их, и сам двинулся вперёд в полубезумном состоянии.

Мы должны идти. У нас нет другого выбора. Но даже если мы пройдем через этот безумный, неприятный участок, как мы вернемся? Разве нам не придется пройти здесь снова? Я ни за что не хочу этого делать .

— Гьяяях! Оно прошлось по моей спине! — закричала Шихору невероятно испуганным голосом.

Харухиро хотел что-то сделать для неё, но одно из этих существ само обернулось вокруг его лица. Иными словами, он находился в состоянии ААААААААААААААААААААААААААААА. Что за ААААААААААААААААААААа? Он даже больше ничего не знал.

Он споткнулся и врезался в стену. Когда он это сделал, эти длинные, худые существа ползали и там. Здесь их было полным-полно.

Внезапно Харухиро почувствовал, что достиг просветления. Он был живым существом, так разве это не прекрасно?

Черт возьми, нет! Конечно, нет. Ни в коем случае! Он хотел уйти. Это не должно было быть так! Он ещё недостаточно все обдумал!

Я ошибся, подумал он, сожалея об этом от всего сердца. Я имею в виду, Красноглазый Бен был упрямым парнем, но он был просто пиратом, а мы, ну, вы знаете, что? Солдаты-добровольцы? Или, скажем, опытные искатели приключений? Он добрался туда и обратно, так что, честно говоря, я не могу сказать, что не ожидал, что это будет легко. Ну, я вроде как так и думал. Само собой разумеется, я предостерегал себя от этого. — Не расслабляяйся — сказал я. — К таким вещам нельзя относиться легкомысленно. — Но, правда в том, что Красноглазый Бен смог что-то сделать, а мы не могли? Это же невозможно, правда?

Было очень трудно отмахнуться от этого чувства, и наша финансовая ситуация действительно тяжелая, поэтому я решил, что, если всё пойдет хорошо и мы сможем сделать целое состояние, это сделает меня счастливее в наших будущих перспективах. Это было верно в Роронее, и это будет ещё более верно на нашей следующей остановке в Веле, но, если мы хотим взаимодействовать с цивилизацией, деньги необходимы. Говорят, деньги заставляют мир вращаться. У вас никогда не бывает слишком много денег. Проблема - когда их нет. Но если бы я не думал, что мы как-то справимся, я бы никогда не вызвался помочь. Мои товарищи тоже были на удивление готовы к этому. Они, наверное, решили, что у нас это есть. Я думаю, что, возможно, мы все чувствовали то же самое. Я имею в виду, ни за что, верно? Мы никогда не ожидали, что нас ждет такая ловушка.

Такое ощущение, что мы бежим уже пятьдесят часов. Нет, это не так уж долго. Но мне кажется, что прошло больше двух дней, нет, как будто я прожил целую жизнь? Так что, моя жизнь закончилась?

Харухиро рванулся к свету, и когда он выскочил с другой стороны, это был мир зелени.

Был ли это лес? Деревья и поверхность были покрыты мхом, или плющом, или чем-то еще. Все было зелёным.

Харухиро на мгновение впал в оцепенение, но каждый раз, когда длинные, тонкие существа, которые все ещё были обернуты вокруг его тела, дергались, это было неприятно и колюче.

Черт, черт, черт! Он отмахнулся от тварей, освобождаясь от них, а затем проверил, все ли его товарищи были там.

Кузаку был распростерт рядом с выходом в расщелину, существа роились вокруг него. С ним все в порядке? Он ведь был в порядке, правда?

Юме и Шихору оттаскивали друг от друга этих тварей.

Сетора, которая сидела на корточках, прижимая к себе Киити, держала на плечах ещё одно существо. Когда Харухиро подошел и схватил его, отбросив прочь, Сетора посмотрела на него пустыми глазами и сказала — …Ох. Спасибо. Хару. Я люблю тебя.

Эх, прости .

С Момохиной всё было в полном порядке. Она забралась на дерево, покрытое мхом и плющом, и осматривала окрестности.

Дружище, она действительно что-то с чем-то. Что творится в её голове...?

Тот, кто, казалось, воспринял это хуже всего, была Шихору. Все были в синяках, ссадинах и порезах, но в случае с Шихору психическая травма была ещё хуже. Она сказала, что оно прошлось по её спине, её одежда была в полном беспорядке. Скорее всего, она сама порвала их, чтобы избавиться от существа, которое туда забралось. Её одежда была разорвана в клочья. Шихору съежился в неприличном состоянии, содрогаясь.

Харухиро снял плащ и накинул его на Шихору. Она не ответила.

Шихору была здесь физически, но её разум, казалось, был где-то далеко.

Он надеялся, что она вернется. Но, возможно, ожидание этого прямо сейчас было немного чересчур.

Да, наверное. Конечно, это было так...

Оставив Юмэ и Мерри заботиться о Шихору, Харухиро направился на помощь Кузаку. На Кузаку было больше тридцати этих тварей, и это было тяжко. Когда он всё ещё помогал Кузаку избавиться от них, на помощь пришла Сетора.

— Забудьте, что я говорила раньше. — сказала она.

Верно. Эм, извини...

После того, как всё было в состоянии, в котором они могли бы двигаться, Момохина спустилась с дерева и повела команду вперёд. Все вокруг было зелёным, кроме неба, так что определить направление было невозможно, но чем дальше они уходили от расщелины, тем ближе должны были быть к Драконьему гнезду. Возможно.

Они прошли ещё немного и подошли к устрашающе синему пруду. Это было очень подозрительно, поэтому они кружили вокруг него и продолжали идти. Там они впадали в слишком синюю реку. По крайней мере, это была река, но она не текла. Она была такой синей, что казалось, будто её нарисовали, что было явно странно, так что что-то должно было быть. Тем не менее, они должны были пересечь её, чтобы закончить начатое. Неужели у него не было другого выбора?

Харухиро вызвался добровольцем и велел всем оставаться на своих местах, а сам пошёл вперёд и в одиночку приблизился к Голубой реке. Когда он отошел всего на шаг, на поверхности реки появились волны, и что-то синее выползло из воды.

Харухиро чуть не закричал, но сдержался, выхватывая Кинжал и пятясь назад.

— Delm, hel, en, balk, zel, arve! — Момохина тут же взорвала его взрывным заклинанием.

Это было прекрасно, но Харухиро оказался забрызган синей жидкостью, кусками плоти и бог знает чем ещё. Она тоже была обжигающе горячей. От всего его тела поднимался пар.

Погоди, оно что, тает? Может быть, это мощная кислота? Вдобавок ко всему, всё больше и больше голубых тварей выходило из реки.

— Отступаем! Отступааааааем! Убирайтесь оттуда! — кричала Момохина.

Я согласен, что это правильный курс действий, но я горю здесь, понимаете?

Однако Харухиро не мог просто сидеть и гореть. Он отчаянно отползал, пока его одежда тлела, а тело плавилось.

Когда они ушли далеко и встряхнули синие штуки, он велел Мерри наложить на него таинство. Несмотря на то, что было жарко, он не растаял так сильно, как думал. Тем не менее, его одежда была полна дыр.

— Ох, как сексуально! Ага! — Момохина показала ему большой палец, чтобы подбодрить, но это не принесло никакого утешения.

Голубой пруд и река, чем бы они ни были, казались опасными. Им придется избегать их. Но смогут ли они добраться до драконов, не пересекая реку?

Они исследовали различные возможности, и казалось, что вполне возможно забраться на верхушки деревьев, а затем продвигаться вперед, карабкаясь с ветки на ветку, с дерева на дерево. Это была неисследованная граница, и не только стволы деревьев были толстыми, но и их ветви тоже были толстыми. Благодаря мху, плющу и тому подобному, ветки тоже кое-где слиплись. Не похоже, что их сила будет проблемой.

Впрочем, у верхушек деревьев были свои проблемы. Это было похоже на хождение по канату в некоторых местах, и были точки, где они должны были прыгать от одного к другому. И если они падали, то внизу была голубая река, так что это было связано со всеми видами острых ощущений.

Кроме того, они поняли это немного позже, но здесь было много обезьяноподобных существ - нет, существ, которые, вероятно, были обезьянами - и они часто прыгали с ветки на ветку. Это заставило ветви дрожать, что было страшно.

Звуки « УК, УК, УК » , которые они издавали, ещё и резало слух. Казалось, что они издеваются над ними, хотя на самом деле это было не так.

Вечером Харухиро и остальные заметили тени драконов. Скорее всего, они вернулись в гнездо. Уже стемнело, и они решили отдохнуть на земле, а не на деревьях.

Кроме Момохины. — У вас не всегда есть такая возможность, тааааак что, — сказала она и, очевидно, хотела поспать на деревьях.

Делай, что хочешь , подумал Харухиро.

Оставив совершенно измученных Шихору и Кузаку отдыхать на ночь, Харухиро, Юмэ, Мерри, Сетора и Киити по очереди охраняли остальных.

Харухиро был первым, кто сторожил. Вдалеке болтались обезьяны.

Это были обезьяны? Он подумал, что это обезьяны. Возможно. Днём они шумели, но были ли они активны и ночью?

Было темно. Нет, даже больше. Было почти полностью чернота. Если кто-то попытается подкрасться к нему, он наверняка ничего не заметит. Это было опасно. Но их выносливость была на пределе. Не было никакой возможности двигаться вперёд, не в такой темноте. Может, им стоит развести костёр? Если бы они это сделали, это было бы всё равно, что громко объявить, что здесь были странные люди, поэтому он чувствовал, что это была не очень хорошая идея. Он должен был ждать, пока пройдет время, борясь с подобными психологическими проблемами и оставаясь как можно более бдительным.

Сколько ночей он провел вот так? Он привык к этому, но это было тяжело.

Это было тяжело, но, к счастью, время не остановилось. Неважно, насколько медленным оно казалось, оно определенно текло.

Харухиро сунул руку за воротник и вытащил плоский предмет, висевщая на цепочке, и он всегда носил её на шее. Сейчас, конечно, не светило.

Когда это было в последний раз? До этого нижняя часть светилась зелёным.

Странно , - подумал он.

Он вдруг попытался встряхнуть её. Затем он попробовал потрясти его ещё несколько раз рядом с ухом. Может быть, он услышал какой-то слабый звук внутри?

— Может быть, он сломан? — пробормотал он.

Сразу после этого от него прозвучало — Хару? — кто-то позвал его по имени, и двойной шок от неожиданности чуть не довёл его до сердечного приступа.

Харухиро поспешно сунул приёмник за пазуху.

— О, ты уже встала...? — он начал было вставать, но тут же снова сел.

Мерри села рядом с ним. — Настала моя очередь охранять. Поспи.

— ...Ага. Верно. Но я все же задаюсь вопросом, смогу ли я вообще заснуть.

— На удивление, мне это удалось. Я думаю, что я должна быть довольно легкомысленна.

— Нет, я уверен, что ты просто устала.

— Это касается не только меня. В любом случае, поспи. Даже просто полежать будет иметь значение.

— Конечно. — ответил он, но Харухиро почему-то не двинулся с места.

Неужели он не хочет двигаться? Удивился он. Мерри молчала, не уговаривая его уйти.

Когда он пошевелился, его плечо коснулось плеча Мерри. Он был удивлён. Его сердце билось как сумасшедшее. Он должен быть начеку. Да. Быть начеку.

— Хару. — тихо сказала она.

Я не могу просто оставаться на месте. Это неправильно .

Харухиро более полно прильнул к телу Мерри. Как будто он прижимал ухо к её плечу. Он боялся, что она отодвинется, чтобы избежать встречи с ним. Но она этого не сделала.

Мерри потерлась щекой о голову Харухиро.

О, я хочу оставить всё таким, как сейчас, подумал он. Жаль, что я не могу заснуть вот так.

Он не произнес ни слова, но, словно соглашаясь с его желанием, Мерри слегка кивнула. Он почему-то вспомнил слова Сеторы «Хару. Я люблю тебя» и у него защемило в груди. Но он подумал, «Я люблю тебя. Мерри, я люблю тебя».

Он должен выразить это словами. Это определенно было то, что он должен был сделать. Но в тот момент, когда он подошел, чтобы сказать это — Ииик! — крикнула Момохина с верхушки деревьев.

Что? Может, она разговаривает во сне? Нет. Момохина что-то бросила с деревьев. В том месте, где он упал, Кузаку закричал — Вхааа?! — он вскочил, и остальные товарищи проснулись один за другим.

Кричала Момохина. — Берегитесь! Нас окружают!

Что-то нападало на них. Они не знали, что именно. Было слишком темно. Несмотря на это, Харухиро и его команда отбивались изо всех сил. Это были странные враги. Вероятно, это были волосатые существа, и они не использовали свои голоса, не кусались и не царапались. Они просто врезались в них. Это были не тяжелые удары, а довольно мягкие. Это было меньше похоже на снасть, и больше похоже на то, что они толкали их, может быть? Честно говоря, было не так уж трудно увернуться или сбить их с ног. Но их противники не сдавались. Они приходили один за другим.

Наконец Момохина потеряла терпение. — Няяяхах! Delm, hel, en, balk, zel, arve!

Её заклинание взрыва взорвалось. Взрыв выявил личность их врагов.

Волосы. Это были волосы. Волосы. Это то, как их можно было назвать. Волосяные монстры были здесь, тут и там.

Волосатые монстры разбежались, как отлив, но вскоре снова ринулись в бой. Даже когда Момохина выпустила ещё один взрыв, они в конце концов пришли снова, и не было никакого способа справиться с ними.

Харухиро попытался схватить одну из них и вонзить в неё кинжал, но, как бы он ни старался, ему казалось, что он бьет только по волосам. Было отвратительно видеть, как шевелятся и волосы, которые он отрезал.

Волосатые монстры давили на них снова и снова, пока не наступил рассвет. Ранним утром, во время их последней атаки, когда волосатые монстры бежали, Харухиро кое-что понял. Он думал, что все они разные. Тем не менее, он заметил явление, когда один убегающий волос прикреплялся к другому, а затем этот волосяной монстр к ещё одному. В конце концов, каждый из извивающихся волосков, разбросанных по земле, собрался, перепутался и убежал от команды...

Что это значит? Что это значит? Ломая голову над этим вопросом, он почувствовал, что в голову ему приходит смущающая гипотеза. Пора было всё бросить.

Из-за волос Харухиро не сомкнул глаз, но ему нужно было добраться до Драконьего гнезда, вернуть яйцо и уже убираться отсюда.

Команда рванулась вперёд. Было достаточно больно, что он был странно взвинчен, но что с того? Подумайте об этом. Разве ничего не болит? Да, может быть. Но разве эти вещи не были редкими и далекими друг от друга? Разве он не проводил больше времени, страдая, чем нет? Кроме того, существуют различные виды боли. Это был тип, с которым он мог как-то справиться. Он не чувствовал, что не сможет пройти через это.

Утром три дракона поднялись в воздух. Что происходит с Роронеей?

Сейчас было не время думать об этом.

Утром Юмэ наступила на белоснежную змею длиной более десяти метров и чуть не была проглочена ею целиком. Кузаку упал с дерева, заставив всех обезьян смеяться над ним, и его преследовало существо, похожее на гигантского краба-отшельника. Шихору упала в обморок, а Кузаку бросил её заспину, неся её, так что Мерри пришлось лечить её. Кроме этого, ничего особенного не произошло.

Во второй половине дня на них напал рой метровых бабочек, или мотыльков, или ещё чего-то. Они попытались взобраться на дерево, но на самом деле это была масса зелёных тараканоподобных насекомых. Затем, когда они в панике убегали от них, Харухиро, Кузаку и Юмэ упали в похожую на трещину дыру, в которой кишели жуки, и они оказались в настоящей беде.

Это была ситуация, которая заставила Харухиро думать, что тот день, когда он мог бы посмеяться над этим, сказав, « Мне никогда не приходило в голову, что я лучше приму нормальную ванну, чем буду купаться в насекомых, ха-ха-ха ».

Они столкнулись с существом, которое стреляло копьеобразными снарядами изо рта, и были потрясены, увидев, как оно убило обезьяну на верхушках деревьев. Затем, как и следовало ожидать, на них самих напали и заставили сражаться. За весь день ничего хорошего не произошло.

Несмотря на это, им удавалось делать небольшие перерывы здесь и там, и они были осторожны, чтобы не полностью истощиться. В конце концов, они привыкли путешествовать. Они не забыли, как это важно.

Ещё до наступления сумерек они заметили драконов, возвращающихся в гнездо. Они выглядели довольно большими. Это, конечно, означало, что гнездо близко. Они не знали, было ли это исключительно близко, но они приближались.

Казалось, что волосатые монстры могут появиться снова, поэтому они продолжали осторожно продвигаться вперед даже после захода солнца. Естественно, для этого пришлось зажечь лампу. Они накрыли его, и сделали все возможное, чтобы только осветить область вокруг их ног. Но через некоторое время они уже не нуждались в свете. Невероятное количество жуков, которые светились, как светлячки, начали летать вокруг.

Думая, Они жуки, да? Харухиро попытался поймать одну, и она исчезла, как свет, и всё остальное.

— Это сверхъестественное явление, хууууух — усмехнулась Момохина. — Хе-хе-хе!

Момохина смеялась, но Кузаку и Шихору выглядели серьезно испуганными. То, как бесчисленные мерцающие бледно-голубые огни тускло освещали зелёный лес, создавало таинственную и прекрасную картину. Он был так прекрасен, что по коже бегали мурашки, и в нем было что-то пугающее.

Это что-то и было тем, чем были эти огни. Были ли они естественным явлением? Или сверхъестественное, как предположила Момохина? Были ли они бесплотными душами? Такого рода мысли не приходило ему в голову. В конце концов, огни собирались в человеческие очертания.

Разве человекоподобные фигуры не следовали за ними? Разве их число не увеличивается? Неужели ему это только показалось? Нет, правда?

— Э-Э-Э-Это несколько с-с-сбивает с толку, в-в-вам не кажется? — было немного удивительно, что Сетора испугалась.

Если бы он спросил, боится ли она, она, вероятно, отрицала бы это, но её колени дрожали, и он решил, что она испугана. Из-за этого она едва держалась на ногах и несколько раз чуть не споткнулась.

— Здесь опасно. — Мерри пыталась поддержать её, но Сетора отказалась.

— Не важно. — она тут же споткнулась, и Мерри подняла её на ноги. С этого момента Сетора уже не отказывалась от помощи, и они шли, опираясь друг на друга.

Когда команда остановилась передохнуть, масса света тоже остановилась. Когда они начинали двигаться вперед, масса света всегда приходила вместе с ними. Что это были за штуки...?

Когда ночь подошла к концу, бесчисленные огни и масса света исчезла в одно мгновение, как будто их никогда и не было.

Оглядевшись вокруг, команда была шокирована и поражена.

Лес больше не был зелёным. Он был оранжевым. Более того, она продолжала меняться. Пока они шли, солнце поднималось все выше и ярче, деревья, земля и все вокруг, кроме ясного голубого неба, становилось желтым.

Оно было действительно желтым. Возможно ли это? После инцидента с фонарями прошлой ночью, казалось, что они попали в другой мир.

Погодите, может быть, мы когда-то успели умереть? Неужели это не просто другой мир, а мир после смерти? Удивился Харухиро.

Между желтыми деревьями они заметили зелёновато-желтую или жёлто - зеленую гору и увидели, как оттуда один за другим взлетели три дракона. Это убедило Харухиро, что они все ещё живы.

— Подождите. — сказал он, останавливаясь.

Гнездо. Драконье гнездо находилось на вершине жёлто-зелёной горы. Они уже были в кальдере на вершине горы, но здесь была ещё одна гора. Она тоже была жёлто-зелёной. Она хоть и была довольно симпатичной. Это заставило их снова осознать, что это была неизвестная граница. Они понятия не имели, что ещё их ждет.

Должно же быть что-то ещё более невероятное, чем то, что они видели. Этого не могло не быть. Это было бы странно. Сумасшедший.

Но они шли и шли, и ничего не происходило. Невероятно, но они достигли жёлто-зелёной горы около полудня. (Это была жёлто-зелёная гора, поэтому они называли её жёлто-зелёной горой.)

Глядя на него, он выглядел примерно на четыреста метров высотой. Он был слишком мал для горы. Склон тоже не был крутым. Они могли бы взобраться на такую гору примерно за два часа. Если бы не было никаких несчастных случаев. Был ещё полдень, так что они могли подняться туда и вернуться к вечеру. Драконы не могли вернуться и столкнуться с ними, пока они были в гнезде. С надеждой...

Они решили перестраховаться, переночевать здесь и отправиться в горы на следующее утро, как только драконы улетят. Однако, если бы это заняло лишний день, было бы намного больше жертв.

Драконы, возможно, не остановят свое разрушение даже после того, как яйцо будет возвращено в гнездо, но, что ж, они перейдут этот мост, если доберутся до него. В конце концов, они зашли так далеко. Они сделают всё, что смогут, и как можно скорее. Вот и всё, что нужно было сделать.

Подъём на жёлто-зеленую гору прошел гладко. Если смотреть с высоты, то вид захватывал дух. Здесь, с жёлто-зелёной горой в центре, жёлтые деревья раскинулись, как поле цветов в полном цвету, и они были окружены лесом, таким ярко-зелёным, что это казалось нереальным.

Рунаруки называли всю эту местность драконьим гнездом. Даже вид такого таинственного и удивительного зрелища сделал поездку сюда стоящей. Тем не менее, Харухиро никогда не хотел возвращаться, и он хотел быстро закончить свою задачу, чтобы они могли вернуться домой. Это не означало, что они спешили, но это была легкая гора, чтобы подняться, поэтому они поднялись на вершину в два раза быстрее, чем ожидалось, и они нашли гнездо в мгновение ока.

Точнее вход в гнездо.

В вершине жёлто-зелёной горы зияла дыра. Она должна была быть достаточно большой, чтобы из нее могли выйти драконы, так что она была, вероятно, около сорока метров в диагонали. Это была слегка искривленная круглая вертикальная шахта. Заглянув внутрь, они увидели то, что выглядело как дно внизу.

Не совсем ясно. Она была довольно глубокой. Легко более ста метров.

Они не могли спуститься отсюда. Это был не просто отвесный утес; были места, где это было хуже, чем просто быть прямо вниз. Им придется упасть, чтобы достичь дна. Конечно, если они это сделают, то умрут.

Шихору в изнеможении села. — Что... сейчас... — сказала она голосом, который, казалось, вот-вот сорвется.

— Хм... — Кузаку скрестил руки на груди и захмыкал.

Сетора глубоко вздохнула и покачала головой. Киити стояла у её ног, хлопая глазами.

У Мерри было тяжелое выражение лица, и Харухиро почти не мог перестать смотреть на неё, но он поспешно отвернулся. Юме стояла плечом к плечу с Момохиной у обрыва, глядя вниз, на дно ямы.

— Должен быть другой путь. — сказал Харухиро, затем кивнул. Этого не могло не быть. Безусловно, так оно и было. — Мы его упускаем из виду. Или, скорее, мы никогда не искали его с самого начала. Где-то на склоне горы есть боковая тропинка, ведущая в гнездо. Теперь нам остается только найти её.

Не было никакой гарантии, что они смогут пройти по этой боковой тропинке невредимыми, и мало того, что у них будут неприятности на обратном пути, это было так опасно, что он не хотел думать об этом. Но он намеренно игнорировал всё это. Они будут преодолевать трудности по очереди, шаг за шагом продвигаясь вперёд. Вот как они делали это всё это время. Они здесь и сделают это.

Харухиро хотел бы разделиться, но, если бы они разделились на группы, у них не было бы никакой возможности связаться друг с другом, и был риск, что некоторые заблудятся. Поэтому они, по сути, двигались как группа, рассредоточившись, чтобы обыскать как можно более широкую область, не теряя друг друга из виду.

Даже для такой маленькой горы, как эта, потребовалось бы много времени, чтобы обыскать каждый её уголок и трещину. Было бы неплохо иметь хоть какое-то представление о том, где искать. Если дно гнезда находилось на глубине более ста метров, то боковая тропинка, ведущая к нему, не могла находиться так высоко. Было немного трудно представить, что это будет рядом с базой.

Сначала они тщательно обыщут среднюю зону. В такие времена Киити серая ньяас часто оказывалась полезнее любого человека. Они позволили Киити действовать самостоятельно, надеясь, что она расскажет им, если что-то будет похоже на то, что им нужно.

С этим разобрались, когда они собирались спуститься с вершины, чтобы приступить к работе, раздался милый, но все ещё довольно громкий крик, который эхом разнесся по всему району.

Пигяяяяяяях!

Харухиро перевёл взгляд на гнездо. Он не хотел смотреть, но и не мог не смотреть, поэтому посмотрел.

Хлопая крыльями, он появился из норы гнезда. Во многих отношениях, Без вариантов , был его честный ответ.

Почему он оказался здесь? Трое из них улетели, верно? Ну, даже если они знали, что драконов было несколько, никто не знал их точное количество. Это просто означало, что на самом деле их было четверо.

Погодите-ка, он был маленький. Даже с широко распростертыми крыльями он мог иметь размах всего в четыре-пять метров. Он все ещё был большим, но по сравнению с драконами, неоднократно нападавшими на Роронею, он не мог не думать, что он крошечный!

Его голова тоже казалась странно большой. Как будто у него было тело размером с ребёнка. Его полёт тоже был довольно неуклюжим. Он изо всех сил бил крыльями, но поднимался медленно. Тем не менее, маленький изумрудный дракон уже смотрел вниз на Харухиро и его команду с высоты двадцати-тридцати метров.

— Аааа... Ах! Аааааааааааах!! — Кузаку начал кричать слишком поздно.

— Харухиро-кун?! — запаниковала Шихору.

— Хару?!

— Хару!

— Хару-кун?!

Товарищи один за другим выкрикивали его имя.

Нет, не спрашивай меня, что делать .

Он хотел было обратиться за приказами к Момохине, но Харухиро гордился своим лидерскими качествами. Или нет. У него их было немного. Но самым печальным фактом было то, что он являлся их лидером.

И что теперь? Как будто, даже если он был маленьким, это был дракон. Он тоже умел летать. И если они будут сражаться, даже если им повезет победить, что тогда? Это, должно быть, молодой дракон. Они пришли сюда, чтобы вернуть яйцо и успокоить гнев драконов, так что убийство молодого дракона было явно не в порядке вещей. Выбора не было. У них был только один выход.

— Бежать...! Разделитесь!

Они все как один бросились вниз с жёлто-зелёной горы. Он сказал разделиться, но Харухиро последовал за Шихору. Все остальные будут в порядке. Возможно.

Обернувшись, молодой дракон закричал — Пигяяяяяяяяхх! — он не нападал. Молодой дракон всё ещё находился примерно на том же месте, где и раньше. Это заставило Харухиро замедлить шаг, но нет.

Молодой дракон продолжал кричать — Пигяяяяхххх, пигяяяяххх! — он кричал как сумасшедший. Этот голос достигнет большого расстояния. Может ли это быть? Может быть, это он их зовет? Может быть, он пытался позвать обратно трёх драконов? Даже если бы это было так, сколько времени им понадобится, чтобы долететь сюда?

Спускаться было гораздо быстрее, чем карабкаться. Харухиро и Шихору замыкали шествие, но им все равно понадобилось меньше часа, чтобы спуститься с горы.

Молодой дракон всё ещё издавал свой пронзительный крик — Пигях, пигях!

Прямо перед тем, как они нырнули в жёлтый лес, Харухиро увидел драконов, летящих с юга. Как только они оказались в лесу, деревья заслонили обзор, так что он не мог подтвердить это, и они были далекими пятнышками, но он был уверен, что это были драконы. Может быть, лучше спрятаться где-нибудь? Или им нужно бежать гораздо дальше? Он должен был принять решение. Что было лучше? Даже если бы они собирались спрятаться, найдется ли для них удобное место, чтобы сделать это здесь?

Даже если бы они продолжали бежать, все были запыхавшимися. Вот на что было похоже отсутствие выхода.

В конце концов, раздался ужасный рёв, когда один дракон пролетел прямо над командой.

Гёёёёёёёёёёёёёёёёёёёёёёёёх !

Он все ещё висел над верхушками деревьев, но все равно казалось, что он задел их макушки.

— Он приближается! — кто-то закричал.

Шихору не двигалась. Неужели её ноги онемели от страха? Харухиро обнял Шихору и побежал. Он бежал, но что это даст?

Он приближался. Снова. На этот раз по-настоящему. С противоположной стороны, позади них. Скорее всего, он сменил направление, а затем совершил стремительное погружение.

Харухиро подтолкнул Шихору вперёд по диагонали, затем повернулся к нему лицом. Он думал, что оно идёт за ним, но не думал, что он так близко. Он был совсем близко. Дракон косил деревья, пытаясь приземлиться. Это было прямо перед его носом. Поднялось облако пыли, и его унесло ветром. Харухиро крутанулся один раз, потом второй. О, нет, он собирается наступить на меня! Подумал он, но не помнил почему. Как бы то ни было, Харухиро цеплялся за дракона. Судя по всему, его задняя лапа. Самое то, да.

Дракон взревел — Агёёёёёёёёёёёёёёёёёёх! — и метался вокруг. Это избавит его от него в мгновение ока.

Ему не особенно хотелось цепляться за дракона, но он был уверен, что умрёт через секунду, если отпустит его. Харухиро инстинктивно выхватил кинжал с огнеподобным лезвием и вонзил отполированный металл в чешую дракона. Обычный меч не смог бы пронзить его насквозь. Огненный Кинжал не был обычным клинком. Он скользнул глубоко. Он не мог его вытащить.

Дракон все ещё топал лапами и прыгал. Харухиро крепко сжал рукоять своего огненного кинжала левой рукой, затем вытащил другой Кинжал правой.

Этот другой Кинжал тоже был продуктом дварфовой дыры. Он мог бы это сделать. В теории. Он ударил ножом.

Хорошо , подумал он. Он вошел внутрь. Вот тогда - то все и случилось.

Увах !

Дракон сгибал ноги, как перед большим прыжком.

Погоди, он сейчас полетит? Должен ли я отпустить его?

К тому времени, когда он подумал об этом, было уже слишком поздно.

В тот момент, когда дракон оттолкнулся от земли, он почувствовал, что парит. Быстро. Всё происходило чертовски быстро. Всё произошло в одно мгновение.

Он уже был в воздухе. Высоко над деревьями. Он явно отличался от того молодого дракона. Нельзя было недооценивать силу, с которой он поднимался, взмахивая крыльями.

— Вааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааах... — Харухиро кричал, несмотря на себя.

Ему пришла в голову мысль поискать своих товарищей, но это было немного невозможно. В конце концов, он был высоко в небе.

И тем более парил.

Неужели он уже в сотнях метрах от земли? Может быть, больше?

Похоже, дракон держал свои ноги в слегка согнутом положении во время полета. Может быть, если он слишком много двигался во время полета, это сбивало его с равновесия.

Благодаря этому, пока Харухиро крепко держал огненный Кинжал, казалось, что он не упадет. Правильно. До тех пор, пока он был в состоянии держаться. Но это было довольно трудно сделать.

Когда он вонзил огненный Кинжал и лезвие в чешую дракона, он перестал цепляться за ногу дракона. В отличие от человеческой ноги, лапа дракона была толщиной с большой ствол дерева, поэтому он не мог цепляться за нее так долго. Поэтому хватка его левой и правой руки на огненном кинжале и лезвии была его единственной надеждой.

Харухиро чувствовал порыв ветра практически всем своим телом. Сила ветра была ужасно сильной. Его собирались отправить в полет, серьезно. Для него оставалось загадкой, как он до сих пор не упал. Ну, он знал, что если его сбросят, то это будет конец для него, поэтому он держался изо всех сил.

Высоко. Было так высоко. На сколько сотен метров они сейчас поднялись?

Может быть, тысячи? Больше? Невероятно. Он мог видеть весь Изумрудный остров.

Он мог видеть и другие острова. Это было совсем не то, что просто страшно. Хотя, тем не менее, это тоже было страшно. Как долго продлится его хватка?

Он не был уверен.

Каждый раз, когда дракон шевелил крыльями, его подбрасывало. Ему казалось, что всё его тело разрывается на части. Не только его физическое тело, но и само его существование.

В конце концов дракон начал спускаться и подниматься. Это было уже слишком. Он действительно больше не мог этого выносить. Он не мог заставить себя действовать. Он мог только плакать, что не может этого сделать, он был на пределе своих возможностей, и висеть там.

Затем дракон начал кружиться и делать горизонтальные и вертикальные вращения.

Ты пытаешься убить меня? Остановись. Пожалуйста. Прекрати , мысленно взмолился он, но все ещё мог только держаться.

Один раз он выпустил из рук огненный Кинжал левой рукой. Всё кончено, смирился он с собой. Это конец. Я абсолютно закончил.

Однако, когда дракон сделал поворот после этого, его тело сильно качнулось. Он вытянул левую руку, используя инерцию от этого, и ему удалось дотянуться до рукояти огненного кинжала.

Он почувствовал некоторое облегчение, но в то же время чувствовал, что сыт по горло. Что, всё ещё не закончилось? Если это должно было закончиться, то должно было просто закончиться. Так было бы проще. С него было достаточно.

Даже когда его товарищи мелькнули у него в голове, он не мог подумать, «Я попробую ещё раз». Ну, тогда почему он держится за кожу зубами? Разве этого недостаточно? Он сделал всё, что мог. Больше, чем кто-либо мог ожидать. Если всё закончится здесь, он ни о чем не пожалеет.

Правда?

Он решил перестать думать об этом. Или, скорее, он больше не мог думать.

Иногда он издавал крики типа «Вахх», «Оххх» или «Гви».

Было несколько случаев, когда его левая рука или правая была отделена от рукояти кинжала. Как он выжил? Он понятия не имел. Следующее, что он помнил, это то, что обе руки всегда были на своих эфесах.

Море было прекрасным.

Такое голубое.

В какой-то момент они вылетели из-за моря.

Крылья дракона всё ещё были расправлены, тело слегка наклонено, и он плавно кружил. Казалось, он медленно опускается.

Так оно и было...

Город?

На острове был только один город. Дракон направлялся от моря к Роронее.

Он пролетел над разрушенными причалами и пристанями. От складов почти не осталось и следа. За ними находился торговый район. Тот тоже сильно пострадал, и от бывшего рынка остались лишь обломки и щебень.

Дракон взмахнул крыльями. Его скорость мгновенно упала, и тело Харухиро поднялось вверх. Он почти потерял хватку на рукоятях своих кинжалов, или, скорее, хотел отпустить их, но просто не мог... никакая из них не хотела его слушать.

Удар от приземления был очень сильным. Все его тело тряслось сильнее, чем когда-либо, и он боялся, что у него отлетит голова.

В данный момент Харухиро цеплялся за огненный Кинжал и Кинжал, которые были воткнуты в ногу дракона и свисали оттуда. Он осознавал свое нынешнее состояние, но оно не было реальным.

Чувства. Да. Чувств у него не было. Ему было холодно. Всё его тело. Он словно застыл на месте.

Дракон слегка вздрогнул и издал короткий низкий звук. Вох !

Он понял, что оно пытается что-то сказать. Харухиро кивнул, тяжело дыша. В конце концов, он вернулся к чему-то, приближающемуся к температуре тела.

Они двигались. Кончики пальцев. Свои руки. Его руки. И ноги тоже. Он мог двигать ими.

— ...Постой.

Харухиро обхватил обеими ногами ногу дракона, изо всех сил вытаскивая и огненный Кинжал, и Кинжал. Они не выходили все это время, но теперь они действительно вырвались.

Харухиро упал на землю с огненным кинжалом и кинжалом. Он попытался грациозно приземлиться, но это ему не удалось, и он ударился в нескольких местах, и это было больно. Но он был жив... Так ведь? Жив ли я? удивился он.

Он не мог быть в этом уверен. Он огляделся по сторонам. Это, вероятно, был район, который когда-то был рынком Роронеи. Здесь должны были быть десятки ларьков и лавок, а может быть, и больше, и их остатки были разбросаны повсюду.

Почему он здесь? Не так давно он был в Драконьем гнезде. Это было странно. В этом не было никакого смысла.

Харухиро встал. У него всё болело. Волоча ногу, он побрел дальше.

Когда он вдруг обернулся, дракон уже поднял голову и смотрел на него.

Он был громадный. Серьёзно.

Пасть дракона была закрыта. Его ноздри раздувались, когда он вдыхал и выдыхал, и чешуя дракона искрилась в такт этим тонким движениям. Его жёлтые глаза казались ещё более невероятными, чем чешуя. Они были сущностью самого света.

Как такое существо могло существовать?

Это поразило Харухиро в самое сердце. Можно сказать, чувство благоговения.

Это никуда не годится. Ни за что. Что-то вроде этого. Это невероятное существо. Вы не можете сделать что-то, что могло бы разозлить его.

Харухиро вытащил яйцо из своей сумки и, отступив назад, опустился на колени, осторожно положив его на землю.

— Прошу простить. Мы хотели вернуть это. Мы пришли, чтобы вернуть его.

Дракон на мгновение наклонил голову, затем моргнул.

Что он чувствовал? О чём он только думал? Он не имел ни малейшего понятия. Но хотя он, вероятно, думал и чувствовал совершенно иначе, чем Человек, дракон определенно что-то чувствовал и, вероятно, тоже думал.

Дракон вытянул шею. Может быть, именно здесь Харухиро собирался сейчас быть съеденным? Если так, то он ничего не мог поделать. Только не на таком расстоянии. Он не мог убежать. Выживет Харухиро или умрет-решать дракону. Были вещи, с которыми он ничего не мог поделать. Харухиро глубоко вздохнул и остался на месте.

Дракон сжал яйцо в своих челюстях. Он откинул голову назад.

Все ещё держа яйцо во рту, он тихо произнес — Ohh, wao, ohh!

Харухиро встал. Дракон взмахнул крыльями два-три раза и взлетел.

Подхваченный ветром, Харухиро упал на спину. Оттуда он посмотрел на дракона. Он всё поднимался и поднимался.

Харухиро откинулся назад, глядя прямо вверх. Дракон сделал один круг над Роронеей и исчез вдали. Затем, наконец, он потерял его из виду.

Харухиро прошептал про себя — Я устал...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Поднять Якоря

С тех пор нападения на Роронею прекратились.

Момохина, Кузаку и остальные члены команды вернулись через четыре дня. Его товарищи, без сомнения, молились за безопасность Харухиро, но они, должно быть, опасались худшего. Они все были вне себя от радости и набросились на него. Было очень много слёз. Глаза Харухиро тоже слегка затуманились.

Восстановление Роронеи шло невероятными темпами. Последние причалы и пристани были фактически стерты с лица земли, пока команда направлялась к Драконьему гнезду, но к тому времени, когда Кузаку и другие вернулись, там было два временных причала в несколько пригодном для использования состоянии.

Перевозки с использованием судов с баржами были возобновлены до этого, и мало-помалу припасы начали поступать в Роронею. Покойников оплакивали, а здания то тут, то там отстраивали заново.

На следующий день после того, как они воссоединились, команда отправилась на временный Причал № 1 и поднялась на борт Мантис-гоу под командованием Гинзи.

Несколько других кораблей пытались покинуть порт, но погрузка грузов и экипажей по большей части уже была завершена. Несмотря на это, не только временный Причал № 1, но и Причал № 2 рядом с ним были заполнены людьми, людьми и ещё большим количеством людей.

— Герой Роронеи!

— Драконий Всадник!

— Эй, богач!

— Потрать немного, прежде чем уйдешь, скряга!

— Отлично справился! Я слегка впечатлена!

— Харухирооооо! Я никогда не забуду вас, ребята! Ведь вы никогда больше не вернетесь!

— Возвращайся как-нибудь и поиграй, чёртов герой!

— Тебе не нужно возвращаться, чёрт побери! Спасибо, Драконий Всадник!

Молодые и старые, мужчины и женщины всех рас кричали всё, что хотели, размахивая кулаками и подпрыгивая. Глядя на них с борта корабля, трудно было поверить, что они говорят о нём.

Кузаку ткнул его в плечо. — Почему бы тебе не помахать рукой?

И тут же подумал, Чего ты ухмыляешься ? Харухиро помахал людям рукой наполовину от отчаяния.

Толпа взревела, когда он это сделал, но что он должен был думать об этом, на самом деле? Ему казалось, что это происходит с кем-то другим, и он даже не смутился.

— Ну, дело в том, что ты спас многих из них. Я бы сказал, что это заслуживает звания Героя, не так ли? — у Сеторы было неприятно серьезное выражение лица.

— Няяяяя — мяукнула Киити у ног Сеторы.

Герой, хух . При этой мысли Харухиро почесал затылок.

— Драконий Всадник. — пробормотала Сетора и расхохоталась.

— Ты издеваешься — пробормотал Харухиро.

— Я имею в виду, что ты же на самом деле не оседлал дракона.

Это было правдой. Харухиро никогда не летал верхом на драконе. Он вцепился в дракона, как в какую-то дрянь, на которой тот запутался, и сумел улететь из Драконьего Гнезда в Роронею.

Некоторые люди все ещё оставались на рынке Роронеи, потому что это было опасно, куда бы они ни пошли, и они случайно стали свидетелями того, как Харухиро вернул яйцо дракону. Но вряд ли кто-то видел, как именно дракон перенёс туда Харухиро. В этом случае история была быстро приукрашена, искажена и расширена до такой степени, что он прилетел верхом на спине дракона, и давшая ему прозвище Драконий Всадник. Ему было немного неловко.

— От Убийцы Гоблинов до Драконьего Всадника... — прохихикала Шихору.

— Эй, только не ты, Шихору. — возвразил он.

—Прости. Но я не думаю, что ты сможешь избежать разговоров в городе...

— В конце концов, он же герой, верно? — Сетора выглядела так, словно в любой момент готова была разразиться смехом.

Как я могу быть героем? Дай мне передохнуть .

— Ну, зато мы получили солидную прибыль. — Кузаку похлопал по странно внушительной сумке, висевшей у него на плече. — Это благодаря тебе, Харухиро. Ты тоже наш герой.

Сумка была полна платиновых монет. Каждый из них стоил десять золотых монет. Золотые монеты - это одно, но, если кто-то, кто не был торговцем с большим оборотом, или богатым человеком со значительными активами, обычный человек почти никогда не видел платиновых монет.

Даже если история о том, что драконье яйцо стоит пять тысяч золотых, была чепухой, работа, которую они выполнили, должна была стоить по меньшей мере тысячу.

Перед тем, как вернуть яйцо, он попробовал эту фразу на Джанкарло, который отшил его словами — Не будь дураком ! — но после переговоров они сошлись на сумме в пятьсот золотых монет.

Это было пятьсот золотых. Это все ещё была головокружительная сумма.

Кстати, в сумке, которую нёс Кузаку, было сто платиновых монет, каждая из которых весила тридцать граммов. Другими словами, тысяча золотых.

Джанкарло рассеянно смотрел на Мантис-гоу с временного Причала № 1. Должно быть, это были непрерывные дни напряженной работы. Он выглядел очень сонным.

Когда жители Роронеи говорили о великом подвиге Харухиро, они всегда вспоминали о том, как Пиратская Компания К&К наградила его за работу тысячей золотых. Это был слух, который Джанкарло и Джимми, стоявший теперь рядом с ним с поднятой рукой, активно распространяли.

Некоторые были впечатлены щедростью Пиратской Компании К&К, в то время как другие огрызались, говоря, « Если у них есть все эти деньги, они должны отдать их мне ». Так или иначе, невпечатляющий авантюрист или Солдат-Доброволец, но совершенно неизвестный в любом случае, сколотил состояние в мгновение ока. Это было то, что можно было бы назвать Роронейским Сном.

Прикинув, что тысяча золотых будет в два раза больше, чем пятьсот, Джанкарло и Джимми выложились по полной. На самом деле Роронея сейчас была в лихорадке.

По крайней мере, в настоящее время эта лихорадка даст дополнительный толчок к восстановлению Роронеи. Харухиро чувствовал себя неловко, как человек, которому приходится нести бремя выдуманной легенды, но тысяча золотых - это много. В пересчете на серебро, которое они использовали в повседневной жизни, это была сотня тысяч монет. В меди - десять миллионов. Невероятно.

— И всё же я рада. — Мерри прищурилась, глядя куда-то вдаль.

Глядя на улыбку Мерри, Харухиро смог честно признаться, что тоже рад. Многое произошло, но теперь они могли двигаться дальше.

— Поднимайте паруса! — претенциозно приказал Гинзи. — Поднимайте паруса! — и паруса Мантис-гоу были подняты.

Затем он подал им знак — Поднять якорь! — и команда принялась взвешивать якорь.

Люди, толпившиеся на причале, размахивали над головами плащами или платками и кричали Йо-хо-хо, Йо-хо-хо ! и устраивали сцену.

— А? — Харухиро огляделся вокруг.

— А? В чём дело? — спросил его Кузаку, но тот лишь неопределенно кивнул, глядя то туда, то сюда.

Что это, что такое ?

— Ах... — Шихору сглотнула.

— Подождите! — Мерри наклонилась над бортом корабля.

— Хм? — Сетора положила руку на планшир. — Ох...

Киити прыгнула на планшир, мяукая, Няяяа .

Мантис-гоу уже двинулся.

— Юмэ?! — Харухиро протиснулся между Мерри и Сеторой, пристально глядя на временный Причал № 1.

Там был Джанкарло, там был Джимми. Потом была Момохина с фальшивыми усами, суровым выражением лица и скрещенными на груди руками. Наконец, рядом с ней оказалась Юмэ, размахивая клочком ткани и крича — Йо-хо-хо, Йо-хо-хо!

— Нет, не Йо-хо-хай, а? Почему?! Юмэ?! С каких пор…?

— Она только что была здесь... разве не так? — cказала Мерри, выглядя менее чем уверенно.

— Эй, во что ты играешь?! — закричала Сетора.

Юмэ расплылась в широкой улыбке. — Ах! Эй, послушайте! Юмэ, она заставила Момохину тренировать её, потому что она решила стать настоящим кунг-фуистом!

— Но зачем?! — спросила Шихору пронзительным голосом.

Да. Зачем? Это пришло из ниоткуда. В этом не было никакого смысла.

Может быть, потому, что это было так неожиданно, Шихору готова была заплакать.

— Ну, вы же знаете! Юмэ просто не могла заставить себя сказать это! — Юмэ была вся в слезах.

В груди Харухиро что-то сжалось, и он пришёл в себя.

С Юме никогда не было особого смысла находиться рядом. Если бы он описал её одним словом, это было бы «глупышка». Она не была скучным, обычным человеком, как Харухиро, который имел тенденцию льстить людям, читать социальные сигналы, идти на компромисс и подбирать слова, чтобы другая команда могла понять его.

У Юмэ были свои собственные мысли и чувства, а также Уникальный способ их выражения. Вот почему, честно говоря, Харухиро никогда не понимал в точности, что чувствовала или думала Юмэ.

Он думал, что именно такой она и была. Этого ему и не нужно было понимать. Наверное, все будет в порядке.

Они всегда так обходились. Все любили Юмэ, и они хотели, чтобы она осталась той же самой Юмэ навсегда. Даже если они не скажут ни слова, Юмэ останется Юмэ, и она останется с ними, как будто это само собой разумеющееся. Он верил в это без малейших сомнений. Правда заключалась в том, что у Юме, вероятно, были свои заботы и надежды на что-то, и, возможно, даже были свои тайные амбиции, но он никогда не думал об этом.

— Прошу прощения, ребята! Юмэ хочет стать сильнее! Она думала над тем, что хочет стать намного, намного сильнее! Если она с Момохиной-тян, то она может сделать Юмэ сильнее! Мы встретимся снова в Альтерне, через полгода! К тому времени, Юмэ, она станет по-настоящему сильной!

Теперь, когда она упомянула об этом, в их первый день в Роронее, Юмэ спрашивала Момохину, может ли она стать сильнее. У него было чувство, что Момохина ответила, что Юмэ, возможно, уже на правильном пути, и, если она будет тренировать её в течение трех-четырех месяцев, она будет честным кун-Фуистом или что-то в этом роде. Но, действительно, она хотела стать сильнее? Харухиро не мог сказать, что это глупо, или что ей не нужно становиться сильнее. Это было то, о чем мечтала Юмэ, то, что она выбрала. Он мог появиться из ниоткуда, но это было очень умно.

— Полгода...! — Харухиро шмыгнул носом. Он выдавил из себя улыбку. Он глубоко вздохнул.

— Мы будем ждать! Через полгода, в Альтерне!

— Ага! — Момохина хлопнула Юмэ по спине так сильно, как только могла. — Оставь её на меняяяяяяяя! Я воскрешу Юмеюме, чтобы быть реальным честным к добру кунг-фуистом! Действительно!

— Серьезно...? — Кузаку упал на палубу и повесил голову.

У Шихору не было слов, она только махала рукой.

Сетора и Киити были ошеломлены.

Мерри положила руку на плечо Шихору.

Мантис-гоу набрал скорость.

Так родилась легенда, и в последующие месяцы и годы она будет передаваться из уст в уста по наследству.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

Как это было? Том 12 "Гримгара фантазии и пепла"?

Как было объявлено заранее, я думаю, что это была весёлая, весёлая, пушистая приключенческая история.

Это относится не только к Гримгару, но при написании романов я обычно не решаю заранее мельчайшие детали того, что произойдет, кто будет делать и почему. Это обычное дело; бывают также моменты, когда я планирую все в деталях, прежде чем начать писать. Однако, когда я делаю это, это, как правило, не идет хорошо. Я могу добиться прогресса в написании, но я не могу получить настроение, и я должен придумать различные способы, чтобы сделать написание весело.

Вы можете писать романы, как вам угодно, и я люблю их за эту свободу, но у меня есть только одно правило, которому я следую.

Больше всего на свете я хочу, чтобы людям нравились романы, которые я пишу. Если я не получаю удовольствия от написания романа, это, вероятно, скучно, поэтому я стараюсь получать удовольствие от написания. Я не позволю рукописи, которую мне не нравилось писать, выйти в свет.

Если я чувствую, что это не весело, я решаю прекратить писать в этот момент.

Бывают моменты, когда я не осознаю этого, пока пишу, или замечаю, что обманываю себя, что это весело, или я нахожусь под давлением времени и забываю получать удовольствие, когда пишу.

Если я перечитываю его и думаю: "Да, мне здесь было не весело", - я тут же выбрасываю его.

Когда я иду, то это происходит, потом это, и получается вот так, решая все детали, прежде чем я напишу, я часто не могу получить удовольствие.

Тем не менее, если я ничего не решу, я понятия не имею, куда движется история, и я даже не могу начать писать.

Момент, когда я запланировал достаточно и могу выяснить остальное, - это то, что я более или менее узнал из опыта.

Однако, когда что-то приходит мне в голову, я пытаюсь проверить, должен ли я решить больше заранее. Могу ли я собрать более сложную историю? Или если я уменьшу количество вещей, которые я решаю заранее, на один или два, что произойдет?

Для 12-го тома я заранее выбрал ключевые моменты первой половины или первой трети рассказа, а остальное предоставил ходу событий.

Что я буду делать в следующий раз? У меня есть несколько идей. Что я выберу? Мне не терпится это выяснить.

Моему редактору Хараде-Сану, Эйри Шираи-Сану, дизайнерам KOMEWORKS, всем, кто участвовал в производстве и продаже этой книги, и, наконец, всем вам, кто сейчас держит эту книгу, я выражаю свою сердечную признательность и всю свою любовь. А теперь я отложу перо на сегодня.

Надеюсь, мы ещё встретимся.

АО Дзюмонджи

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Обложка

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

1. Мечты, свобода и границы

В версии с изображениями тут находится картинка.

Под палящим солнцем жарко загорелый экипаж корабля спустил лестницу на пирс.

Гинзи, капитан Мантис-гоу , стоял на мостике, нагло глядя со скрещенными руками.

Когда Харухиро махнул рукой, Гинзи поднял челюсть, заставив свое рыбоподобное лицо (потому что кем он был, если не рыбой?) повернуться.

Это была улыбка? Или же ухмылка? Трудно было сказать.

Путешествие заняло пять дней, включая день отъезда и ещё день прибытия, но даже сейчас Харухиро по-прежнему не нравился этот рыба-человек. Конечно, у него никогда не было желания дружить с этим рыба-человеком, поэтому он не сильно от этого расстроился.

Несмотря на то, что Гинзи был капитаном, его команда не то чтобы, просто не любила его, а они попросту ненавидели его. Казалось, они презирают его. Ему совершенно не хватало добросовестности, и у него не было никаких манер или обаяния. Почему Пиратская Компания K&K сделала этого проклятого сахуагина капитаном Мантис-гоу ?

Гинзи и основатель K&K, Кисараги, были лучшими друзьями, так что, возможно, это был пример кумовства. Можно было сказать, что личные чувства не были слишком сосредоточены в сотрудническом деле.

Не то чтобы это имело значение.

... Ну, может быть, это так. Так или иначе, с лестницей перед ним, Харухиро посмотрел на лица каждого из своих товарищей.

Кузаку был рядом. Большой как всегда, конечно. Он никак не собирался становиться меньше.

Снова пережив тяжелый случай морской болезни, Шихору выглядела так, словно у неё не всё в порядке. Мерри держалась рядом с ней с беспокойным выражением на лице.

Сетора также была здесь. Серая Няас, Киити, была с ней.

Это все, кто прибыл. Юме решила остаться с Момохиной, K&K КМЖ, на некоторое время.

Кстати, это название, КМЖ, было сокращением от «Кунг-фу мастера Мага Женщины» или что -то в этом роде. Не кажется ли это смешным, нет?

Несмотря на это, из-за этого они не могли разорвать связи с K&K. По крайней мере, пока Юме не вернулась.

И все-таки, если честно, это как-то нехорошо, что Юме не с нами.

— Я хочу стать сильнее — сказала нам Юме.

Это было не сложно понять. Харухиро тоже хотел бы быть сильнее, если бы мог. Однако Харухиро не возлагал на себя таких надежд, поэтому он имел привычку концентрироваться на повышении общего уровня команды. В отличие от Харухиро, Юме, вероятно, чувствовала, что она все ещё может продолжать идти вперёд, что у неё есть возможности стать лучше.

На самом деле Юме использовала ещё не весь свой возможный потенциал. Харухиро согласился, что у неё есть куда расти. Но все же ... это должно было произойти именно сейчас?

Она была Охотником, но как кунг-фу поможет ей с этим?

Даже если оставить это в стороне, ему бы хотелось, чтобы она хотя бы сначала поговорила с ним об этом. В любом случае, если бы Юме настояла, Харухиро, возможно, не остановил бы её. Но разве она не должна была дать ему время, чтобы подготовиться принять это? Знаешь, это было слишком много для обдумывания.

Во время скалистого плавания он обдумывал, как может выглядеть их боевая тактика без Юмы, но он не мог не чувствовать себя неловко. Это была огромная дыра, которую она оставляла позади. Невероятно огромная.

Юме не умела логически продумывать события наперёд, но у неё было животное, инстинктивное восприятие. Возможно, у неё было сильное ощущение, что её товарищи будут в беде без неё, и именно поэтому она не смогла сказать им, что она собирается сделать. Но после долгих мучений она внезапно решилась. Это было очень похоже на Юме.

Харухиро не собирался обвинять её в этом, но её отсутствие во многих отношениях действительно нанесло вред. Как лидер, он не мог позволить этому проявиться перед остальными их товарищами, что только усугубляло ситуацию.

Ему хотелось, чтобы исчезновение Юме было всего лишь сном.

Возможно, это прозвучало как каламбур, поскольку её имя буквально означало «сон», но именно такое себя и чувствовал. Но сейчас они не могли вернуться на Изумрудный Архипелаг, чтобы утащить её обратно, так что ему просто придётся смириться с реальностью.

К счастью, Юме в конце концов вернётся в команду. Она не нарушит своего обещания. Харухиро был склонен к пессимизму, но в этом отношении он мог быть оптимистичен. Ему просто нужно было набраться терпения на полгода, пока она не вернётся. Ему просто нужно было продержаться до этого момента. Он как-нибудь справится.

...По крайней мере, он на это надеялся.

Нет, что бы ни случилось, он должен как-то справиться.

Как только он спустился по трапу с корабля на пирс, он не был точно уверен, как именно, он почувствовал внезапную, резкую перемену в атмосфере вокруг него.

— Наверное, это просто у меня в голове... — пробормотал он, оглядываясь вокруг.

Харухиро посмотрел на знаменитый свободный город Веле*. Пиратский город Роронея был очень оживлен, и даже после нападения драконов в порту было полным-полно пиратских кораблей. Но размер Веле был совсем другим. Он был совсем на другом уровне.

Кто знает, сколько причалов было в порту Веле и сколько кораблей стояли с опущенными якорями? Их было слишком много, чтобы даже начать считать.

Здесь было огромное количество рабочих, перевозивших груз вверх и вниз по причалам и пристаням, бесконечное количество матросов, работавших на своих кораблях и вокруг них, и крики и смех доносились отовсюду.

Тут и там можно было увидеть хорошо одетых мужчин и женщин, едущих на носилках и рикшах, но кто они такие?

Естественно, там были люди вроде Харухиро и его команды, но также были и здоровенные зеленокожие орки. Здесь были также остроухие эльфы, бородатые гномы, сложенные как бочки, нежить, которая выглядела слишком болезненно, а также гоблины и кобольды.

— Эй, это же... — глаза Сеторы широко раскрылись, когда она посмотрела на одного из рабочих.

В какой-то момент Киити забралась Сеторе на плечи-нет, она обвилась вокруг её шеи. Она была одной из самых смелых ньяасов, но, возможно, весь этот шум достал её.

У рабочего, о котором шла речь, на спине было очень много багажа. Однако эта спина была его нижней половиной. Другими словами, это была вовсе не его спина. Невероятно, но у этого человека было четыре ноги. Верхняя половина была человеческая, а нижняя - лошадиная. У него даже был хвост.

— Кентавр — прошептала Мерри.

— О-о, так это один из них... — ответил Харухиро.

Он уже слышал о них раньше. Кентавры наполовину люди, наполовину лошади. Если он правильно помнил, они могли быть жителями Равнин Быстрых Ветров*. Возможно, он видел их впервые.

— Этот парень большой. Держу пари, что у него есть несколько серьезных лошадиных сил — Кузаку ухмыльнулся. — Ну, знаете, потому что он лошадь.

— Совсем не смешно. — Сетора не оценила эту шутку.

Кузаку приподнял брови, как будто ему было больно. — Не понравилась. Шутка была не очень?

— Твое чувство юмора лишено всякого вкуса.

— Нет. Я не хочу слышать это от тебя, Сетора-Сан.

— И что это должно означать? — возмущенно спросила она.

Когда они вышли из порта, город Веле быстро начал излучать атмосферу элегантности.

Здания Альтерны были такими, что можно было бы назвать простыми и прочными, если бы вы чувствовали себя хорошо; они были просто прочными, а не модными. Деревянные или каменные, здания оставались того же цвета, что и те, из которых они были построены.

Но в Веле по умолчанию использовались белые стены, а крыши - яркие цвета. Здесь было много скульптурных колонн и дверей, и даже окна и дверные рамы имели небольшое количество лепнины. Стеклянные окна тоже не были редкостью.

Может быть, это было потому, что они шли по главной улице, но там было ужасно много людей и повозок, путешествующих туда и обратно.

— Чувак, Веле такой циливизонный — сказал Кузаку со вздохом посреди всего этого шума.

— Ай...! — Шихору чуть не сбил с ног прохожий.

Кузаку сказал — Эй, подожди-ка! — и попытался возразить.

Мужчина остановился и обернулся. Шея и руки у него были такие толстые, что можно было только смеяться, а плечи такие мощные, что это было просто смешно. Он даже казался выше и без того высокого Кузаку.

Он и вправду зелёный , подумал Харухиро.

Он просто не мог привыкнуть к этой зеленой коже. Как бы вы на него ни смотрели, этот парень был орком.

— Wazza. Danaggwa!* — крикнул проходящий мимо орк.

— ...Нет, я не понимаю о чём ты говоришь, ясно?

Кузаку затеял драку с проходящим мимо орком. Удивительно, но он мог быть очень агрессивным в таких вещах.

Харухиро положил тонкую руку на бедро Кузаку. — Зачем ты затеял драку? Извинись.

— Но этот осёл, ты же видел, что он сделал с Шихору.

— Хм... Кузаку-кун. — Шихору попыталась улыбнуться, а Мерри поддержала её. — Это потому, что я недостаточно хорошо следила за тем, куда иду...

— Ну, если ты так говоришь, тогда ладно... — пробормотал Кузаку.

— Ganna! Nndegan!* — cлюна вылетела изо рта, проходящего мимо орка, когда он приблизился к Кузаку.

— Нет, послушай! — получив себе на морду слюну, Кузаку огрызнулся. — Я же сказал, что ничего не понимаю! Как насчет того, чтобы поговорить на языке, который я знаю, а?!

— Fuck ! You !*

— Эй, приятель, по-моему, ты напрашиваешься на неприятности, а?! — закричал Кузаку. — Я продам тебе пару пинков за даром!

— Эй! Я же сказал, успокойся! — Харухиро быстро встал между проходящим мимо орком и Кузаку. Он не знал Орочий язык, но, когда он отчаянно объяснил ситуацию вместе с какой-то пантомимой, проходящий мимо орк довольно легко ушёл, что было облегчением.

Тем не менее, они не начали привлекать толпу, что означало, что подобные инциденты должны были быть ежедневным явлением в Веле, так что, возможно, орк тоже не был так зол.

— Не пугай меня так. — огрызнулся Харухиро, глядя на Кузаку.

— Прости.

Быстрое извинение было прекрасным, но у Кузаку было видно кривую улыбку.

Я вижу, что ты совсем не раскаиваешься , возмутился Харухиро. Позже мне придется вбить в тебя немного здравого смысла. Но я не собираюсь избивать тебя. Скорее всего будет небольшой разговор...

— А чего это ты так разозлился из-за пустяков? — требовательно спросила Сетора. — Ты что, совсем идиот?

Сетора, которая была менее снисходительна, чем Харухиро, была явно раздражена из-за Кузаку, и в её глазах читалось откровенное презрение.

Кузаку, казалось, наконец осознал всю глубину своей ошибки и начал чесать голову, пытаясь оправдываться. — Он был настоящим орком, так что я ничего не мог с собой поделать. Например, мне трудно не видеть в них наших врагов.

— Здесь больше орков, чем в Роронее, пойми же — холодно сказала Сетора.

— Да, ты права... Я понимаю, но... Но тяжело с этим смириться. — у Кузаку был такой вид, словно он никак не мог смириться с этим.

Вспоминая прошлое, они отправились в Царство Сумерек* из Загадочной Дыры*, а затем забрели в Дарунггар* и провели там более двухсот дней. И когда им наконец удалось вернуться в Гримгар, они оказались в Тысячной Долине*, которая была далеко-далеко от Альтерны.

Слишком многое произошло с ними с тех пор, и хотя они каким-то образом добрались до Веле, это было долгое путешествие. Трудно было представить, что прошло меньше года с тех пор, как они покинули Альтерну.

Неужели они выросли? Не было никаких сомнений, что физически и морально они все изменились. У них теперь был большой опыт, и они многое повидали и научились чему-то новому. Возможно, они узнали что-то, о чем лучше бы не знать и не пытаться это выяснить.

Это было правдой, что орки были врагами. Теперь это было правдой, как и тогда, но теперь Харухиро кое-что знал.

Орки были врагами человеческой расы, но сперва они были такими же живыми существами, как Харухиро и остальные. Если бы люди и орки просто общались на одном языке, они могли бы говорить вместе и, возможно, даже прийти к взаимопониманию.

Даже с нежитью, о которой он думал только как о разумных зомби, были такие люди, как глава отряда Джимми из K&K. Джимми был кем-то, с кем они могли бы абсолютно поладить, и хотя у них ещё не было знакомых орков, они могли бы найти кого-то, с кем они могли бы подружиться когда-нибудь.

Это нормально, если бы они были врагами и это было необходимо, он забрал бы жизни орков или даже людей, если бы это было необходимо. Харухиро и раньше пачкал руки, поэтому он не собирался говорить о чувстве вины. Если бы ему пришлось, он убил бы без колебаний. Убей или будь убитым.

Но было ли это действительно необходимо?

Действительно ли они были врагами, с которыми он должен был сражаться?

Мир был недостаточно велик для них обоих, и они должны были убить друг друга. Он верил в это всё это время, но возможно... может быть, это и не то, чем казалось раньше.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

2. Расстояние Оттуда, Где Мы Сейчас

В версии с изображениями тут находится картинка.

Как бы то ни было, сначала им нужно было вернуться на Альтерну.

Однако расстояние от Веле до Альтерны, куда летела ворона, все ещё составляло пятьсот километров, так что путь до Альтерны нельзя было назвать близким, а скорее даже далеким.

Естественно, учитывая рельеф местности, они не могли двигаться по прямой, так что это было бы путешествие в шестьсот-семьсот километров. Если сейчас они оценивают в шестьсот, а потом изо всех сил постараются проходить тридцать километров в день, то все равно на это уйдет около двадцать дней.

Это было довольно далеко. Это было действительно далеко.

Область к северу от Веле была под контролем орков и нежити, но Альтерна была на юго-западе, так что они не будут путешествовать по вражеской территории. Однако они ничего не знали о здешних местах и даже не знали общего маршрута обратно, так что самостоятельно добраться до Альтерны было бы затруднительно.

У них были деньги. Было сотня платиновых монет, которые они получили в качестве оплаты от Пиратской Компании К&К. Они стоили невероятную тысячу золотых. Это были такие большие деньги, что, честно говоря, они не казались настоящими.

Несмотря на то, что Харухиро с трудом верил в то, что у них в руках были настоящие сотня платиновых монет, поэтому они подумывали нанять гида, но он чувствовал, что гиды могут использовать их в своих интересах. Ну, у них была целая тысяча золотых, так что не имело значения, сколько бы они переплатили, но было трудно сказать, кому они могли доверять.

Если все узнают, насколько богата их команда, то вполне возможно, что многие попытаются устроить заговор, чтобы обокрасть их до ниточки, поэтому лучше всего было притвориться, что они бедные Солдаты-Добровольцы. Они должны по крайней мере быть настороже .

Очевидно, купцы путешествовали между Веле и Альтерной. Если бы они оглянулись, то увидели бы один или два каравана в поисках охраны.

По крайней мере, он на это надеялся.

— Можно ли быть... иногда чересчур оптимистичным? — пробормотал Харухиро. Он и его команда собрали информацию у владельцев и покупателей ларьков, а также у дружелюбных прохожих, и в конце концов они оказались на Улице Winged Ogrefish*.

Вся большая крытая улица представляла собой рыночную площадь, но здесь почти не было магазинов с выставленными товарами. Это было прежде всего место, где купцы могли торговать друг с другом, поэтому здесь располагались офисы торговых ассоциаций и компаний.

Оказалось, что в Альтерну направлялось несколько торговых караванов. Но когда они спросили везущих их купцов, не нужна ли им охрана, никто из них не проявил дружелюбия.

— Охрана, говоришь? — один пухлый купец с чудесными усами с сомнением посмотрел на команду и гнусаво рассмеялся. — Ты что, принимаешь меня за идиота? Если вы когда-нибудь найдете человека, который настолько туп, чтобы согласиться на подобную сделку, о которой вы говорите. Я уверен, что из этого получилась бы прекрасная и крайне идиотская история, о которой можно было бы как-нибудь подискусировать за выпивкой.

Это было жестоко.

Кузаку был близок к тому, чтобы огрызнуться, но, глядя на это с точки зрения торговца, это была разумная позиция. По той же причине, по которой команда не могла так легко нанять проводника, торговцу нужны были люди, которым он мог бы доверять в качестве охранников.

Если присмотреться повнимательнее, то там было много купцов, путешествующих с хорошо вооруженными мужчинами и женщинами, и любой настоящий караван, скорее всего, имел наемников на подхвате.

Не похоже, что все будет так просто, как ожидалось, но, в общем, не было абсолютно никакой необходимости спешить.

У них были деньги. Иметь при себе мешочек с деньжатами было просто замечательно. Это давало им простор для работы.

До захода солнца Харухиро сумел раздобыть довольно приличное жилье для своей команды, а затем они собрались, чтобы вместе поужинать.

— Пойдемте в ресторан «Бурный Буревестник» — предложил он.

В процессе сбора информации это место уже несколько раз упоминалось как место хорошей еды.

Прибыв на место, они обнаружили, что «Бурный Буревестник» - это открытая забегаловка с более чем сотней столиков, но без единого стула. Покупателям, очевидно, полагалось покупать еду и питье в одном из многочисленных ларьков поблизости, а затем стоять и есть и пить там, где им заблагорассудится. Там был широкий выбор блюд, и они могли бы также приобрести алкоголь.

Здесь было ужасно оживленно, учитывая, что солнце ещё не зашло, и почти все столики были заняты.

Кузаку и Сеторе было поручено купить еду, в то время как Харухиро, Шихору и Мерри остались ждать за столиком, который они выбрали. Киити пошла вместе с ними.

Промежутки между столиками были относительно небольшими, и было довольно шумно, так что было трудно расслабиться, когда место было так переполнено.

— Может быть, нам следовало пойти куда-нибудь еще? — небрежно спросила Мерри.

— Хм. — Харухиро почесал в затылке. — Вот уж не знаю. Я имею в виду, что прямо сейчас мы могли бы пойти в такие роскошные рестораны, в которых никогда раньше не бывали. Например, как... Не знаю что сказать. Что-нибудь, где более спокойно и тихо?

Шихору слегка наклонила голову и криво улыбнулась. — Мне кажется, что там мы тоже врядли сможем расслабиться...

— Да. Возможно ты права. Мы были бы как не в своей тарелке. Понимаю.

— Эта забегаловка недостаточно хороша для Драконьего Всадника? — cпросила Мерри с дразнящей улыбкой.

— Хватит об этом уже, пожалуйста...

— Но именно так мы и разбогатели.

— Это было чистое совпадение. Я даже не ездил верхом на драконе, ясно? Я просто держался изо всех сил. Я имею в виду... Я сам до сих пор удивлен тем, что я тогда не упал.

— Это же... — Мерри надула щеки почти так же, как делала это Юме. Но это был всего лишь миг. Они быстро сдулись, но Харухиро возблагодарил небеса, что не пропустил этот момент.

А что такое небеса? Как Бог, что ли? На самом деле он этого не знал. Но милое личико, которое она сделала, было словно наградой для него.

−Погоди, это было наградой?

— У тебя есть один недостаток — резко сказала Мерри.

— ...Извини. — Харухиро склонил голову.

У него было такое чувство, что однажды он уже получил выговор. Значит ли это, что теперь у него есть два недостатка? Тут ему в голову пришла одна мысль. А что будет, если он будет продолжать накапливать недостатки?

— Хэй, прошу прощения! — внезапно раздался ужасно громкий голос, и кто -то с грохотом поставил кружку на стол.

Это был не Кузаку, не Сетора и, очевидно, не Киити. Это был мужчина со странно жесткими волосами. Он был в очках и нёс большой рюкзак. На нем была изрядно поношенная одежда путешественника, а сапоги тоже были грязными. Он был похож на человека.

— ...Ха? — Шихору выглядела испуганной. Похоже, Шихору по крайней мере не знала, кто этот мужчина.

Ну, конечно же, нет. Если бы этот город был Альтерна, то может и знала, но это был город Веле.

Мерри притянула Шихору поближе, чтобы защитить её, и пристально посмотрела на мужчину.

— Хм? Что-то случилось? — большие глаза мужчины моргнули за стеклами очков. У него был курносый нос, и его угловатое лицо было своеобразным, но Харухиро действительно не узнал его.

— Хм... Кто же вы такой? — нерешительно спросил Харухиро.

Мужчина поднял свою кружку, сделал большой глоток пенистого напитка и удовлетворенно выдохнул. — Я?

— Ну, мы с вами здесь единственные...

— Вахахаха! Мы…, и правда! И на самом деле! Я, видите ли, скромный торговец по имени Кеджиман. Нигде не было свободных мест, а вы, ребята, похоже, не очень то большая команда, так что я подумал, что вы не будете против если я сяду с вами за один стол. Послушай, я не буду вам мешать. Ведь найдется место для такого одиночки как я, так ведь?”

— Нет, я в этом не уверен...

— Сразу же отказал! — Кеджиман снова хрипло рассмеялся и сделал ещё один глоток своего напитка.

Его смех был слегка раздражающим. Кроме того, было довольно неприятно видеть, что вокруг его рта осталась небольшая пена. Было бы неплохо сказать ему, чтобы он вытер ее, но Харухиро чувствовал, что это было бы признанием поражения.

— С нами есть ещё друзья — сказала ему Мерри невероятно холодным тоном.

Но Кеджиман заверил их, казалось бы, бесконечным количеством «Все в порядке!»

Если он даже не вздрогнул от такого отказа Мерри, то был скорее всего очень стойким. У него был слишком стойкий ум или же он просто бесчувственный?

— Ты сказала, что у тебя есть друзья, но ведь это не десять или двадцать человек, я прав? — спросил он. — В таком случае я не вижу здесь никаких проблем. Я имею в виду, посмотрите на этот стол. За ним могут разместиться семь или восемь человек, а может быть, и десять, если его растянуть. А сколько у вас друзей? Один? - Два? Может быть, три? О, два! Значит, все отлично!

Не отлично. Харухиро тут как на парах катался. Если бы только Кузаку или Сетора были рядом. Но эти двое ещё не вернулись. Харухиро должен был каким-то образом остановить этого мужчину.

−Но подождите.

— ...Торговец, говоришь? — осторожно спросил Харухиро.

— Да. А почему ты спрашиваешь? — у Кеджимана на верхней губе все ещё была пена.

Вот черт , подумал Харухиро. Я проиграл .

— Хм... У тебя пена на верхней губе.

— Ууууууупс! — Кеджиман вытер рот тыльной стороной ладони, на которой была кожаная перчатка без пальцев, и его лицо покраснело от смущения.

Это его смутило? Ещё было такое долгое «Уупс». Слишком долгое.

— Простите, простите — сказал Кеджиман. — И что же? Так на чем же мы остановились? Ах да, я же торговец. И что же это такое? Судя по вашему виду, вы Солдаты-Добровольцы из Альтерны. Неужели я ошибаюсь?

— Ну что ж, вы не ошиблись.

— Да. Да. Я знал, что могу доверять своим глазам. Или, по крайней мере, моим очкам. Они ведь не только для галочки, ты же знаешь. Они же прописаны по рецепту. - И что же? Что? Вы заинтересованы в бизнесе?

— Не очень...

— А, понятно. Знаете, такое иногда случается. Бывшие Солдаты-Добровольцы пытаются заняться бизнесом. Любители. Я знаю многих из них. Впрочем, это никогда не срабатывает. Так им и надо! Умриииите!

— Ну разве вы не перегибаете палку..?

— Простите, простите! Я ничего не могу с этим поделать! Обида накапливается со временем, знаете ли!

Харухиро медленно спросил — Вы когда-нибудь были в Альтерне?

— Был. Был. Это только между нами, но я тоже собираюсь пойти туда снова.

— А?

— О, что же мне скрывать? Я зарабатываю хорошие деньги, торгуя с Альтерной!

— То, как ты кричишь. Я не думаю, что ты это скрываешь вообще...

— О, это просто то, что я иногда говорю. ‘А что мне нужно скрывать?’ Это очень удобное выражение. Другими словами, Я тот, кто быстро зарабатывает деньги на нишевых продуктах, которые больше никто не тронет! Великий Кеджиман, это я! Вахахахахха!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

3. Жизненный Путь

В версии с изображениями тут находится картинка.

Возможно, она очень беспокоилась. Постоянно думала о том, что всё будет только хуже и хуже. Особенно когда дело касалось её самой, все шло из рук вон плохо. Она не могла ничем помочь, но думаю, что это так и есть.

По правде говоря, иногда всё шло хорошо, а иногда и нет. Но она помнила только те моменты, когда все шло наперекосяк. Эти воспоминания были с ней и не собирались никак уходить.

Если она и вспоминала пройденный ими путь, то не всё, что произошло за это время, заставляло её отводить глаза. Она прекрасно это понимала. Но даже когда она старалась отважно поднять голову, её взгляд так и оставался глубоко опущенным.

Даже сейчас её лицо все также было обращено вниз.

Капля воды упала с её волос и упала на колени.

— Шихору.

Услышав своё имя, Шихору наконец подняла голову.

Комнату освещал мягкий свет лампы. Сама гостиница была похожа на маленький замок, и, впервые ступив в эту комнату, она задумалась, что же за принцесса здесь живет.

Конечно, в комнате принцессы не было бы и четырех кроватей. Мебели тоже было немного, и при ближайшем рассмотрении обивка не была особенно роскошной. Комната была тщательно обустроена, регулярно обслуживалась и содержалась в чистоте, вот и всё. Но кровать, на которой сидела Шихору, была мягкой, и от неё исходил слабый приятный аромат.

Сколько же времени прошло с тех пор, когда она могла так спокойно пожить? Вполне может оказаться, что это впервые.

Мерри стояла перед Шихорой с полотенцами в руках.

— Твои волосы все ещё мокрые — сказала она.

— ...Ох. — Шихору коснулась её волос. Они всё ещё были довольно мокрыми.

Мерри села рядом с ней, прижимая полотенце к голове Шихор, её движения были осторожными, впрочем как всегда у неё получалось.

Тебе не обязательно… хотела сказать Шихору, но проглотила эти слова. Так как ей было легче принимать доброту от других, чем отвергать её. Возможно, у неё просто такой характер. Тем не менее, общаясь с друзьями, она поняла, что если кто-то хочет сделать что-то для неё, и вследствии чего это сделает его счастливее, то она должна позволить ему это, даже если она хочет сдержаться.

Юме не скрывала своих чувств. Она всегда открыта и честна со всеми. В то время как Шихору была полной её противоположностью.

Даже если бы она захотела, Шихору не могла бы быть такой, как Юме. Однако, если бы Юме прижалась к ней в поисках тепла, Шихору обняла бы её в ответ и не убежала. Если бы Юме сказала, что она ей нравится, Шихору каким-то образом сумела бы ответить ей взаимностью, Я тоже .

Так что даже если бы ей было трудно передать, насколько важны для неё люди, о которых она заботится, Шихору все равно могла бы вложить всю свою душу в общение с ними.

— Спасибо... Мерри — медленно произнесла она.

Мерри слегка улыбнулась и продолжала работать руками.

Шихору не хватало прежнего шума и заряда энергии, которые исходили от Юме. Теперь, когда она осталась наедине с Мерри, ни та, ни другая не были особенно разговорчивы, так что они почти не разговаривали.

Шихору не считала молчание чем-то неприятным. Она просто беспокоилась, можно ли просто так сидеть в тишине, и что подумает человек, с которым она была рядом. Но в то время как Мерри говорила, когда хотела, она была не из тех людей, которые заставляют себя заниматься пустой болтовней без всякой причины. Поэтому, когда Шихору была с Мерри, даже если они не разговаривали, она не чувствовала себя неловко. Они говорили друг другу только то, что хотели сказать, и слушали слова, приходящие обратно в ответ.

— Мне так одиноко — вдруг сказала Мерри.

— ...Ага. — Шихору кивнула, и её грудь сжалась.

Мерри чувствовала то же самое. Впрочем, она и сама это знала.

— Я и правда ощущаю... одиночество — грустно сказала Шихору.

— Я тоже чувствовала, как... Юме постоянно спасала меня — вздохнула Мерри.

— И я тоже. Может быть... - нет, определенно... даже больше, чем ты, Мерри.

— Когда она вернется, нам нужно поприветствовать её с улыбкой на лице.

— Я сейчас заплачу...

— Но ведь это в порядке вещей, разве не так?

— Я... слегка зла. — Шихору не собиралась никому говорить, но слова сами собой вырвались.

Мерри положила полотенце на колени и обняла Шихору за спину.

Юме была довольно сильной, но Мерри была мягкой. На какое-то время Шихору решила, что Мерри сдерживается. Но теперь она поняла, что она была неправа. Именно так поступала Мерри, и именно это делало её уникальной.

— Я просто ошеломлена — сказала Мерри. — Это заставило меня задуматься: «Юме была такой смешной.» Я начинаю понимать это снова и снова.

— Она была слишком смешной. Но я признаю, что это одна из её черт, что ж... За это я её и люблю.

Слезы были готовы пролиться, но они не текли, потому что Мерри оставалась с ней.

— Так что мне и в голову не приходило, что она решит оставить нас... — Шихору грустила. — Я так ужасна... Часть меня из-за которой мне приходится полагаться на других.

— Возможно, это потому, я доверяю тебе, Шихору — успокаивающе сказала Мерри. — Даже если Юме покинула нас ненадолго, она уверена, что с тобой все будет в порядке.

— Как ты думаешь, она когда-нибудь сомневалась в своих друзьях и товарищах? — рискнула спросить Шихору.

— Я так не думаю — тут же ответила Мерри и рассмеялась.

Шихору тоже находила это забавным. — Я ведь знаю, правда?

— Даже если она станет сильнее, «Она останется все той же Юме, которую мы знаем.» Вот такое у меня чувство.

— Знаешь, она может измениться гораздо сильнее, чем мы можем себе представить...

— Даже если и так, это было бы так на неё похоже. В конце концов, я смогу быть в порядке что бы ни произошло. Пока с Юме всё в нормально, и мы сможем увидеть её снова через полгода, этого будет достаточно...

Правая рука Мерри лежала на бедре Шихору, а левой рукой играла с полотенцем.

— Наверное... - да, ты права.

Шихору протянула правую руку и схватила Мерри за левую. Должно быть, она этого не ожидала, потому что на мгновение тело Мерри напряглось. И все же, даже если бы она попыталась стряхнуть ее, Шихору все равно держалась бы и не отпускала.

— Пока ты здесь со мной в таком виде, я в порядке — сказала Шихору. — Что бы ни случилось, ты - это ты.

Мерри опустила голову, о чём-то задумавшись.

Независимо от того, насколько они узнавали друг друга, независимо от того, насколько они сокращали дистанцию, все люди были отделены друг от друга. Шихору так и не смогла разглядеть его решимость насквозь. Когда дело доходило до того, что творилось в голове у Мерри, она тоже могла только догадываться.

И все же она могла попытаться. Даже если она не могла понять всего, то по крайней мере могла сказать, что Мерри была глубоко обеспокоена и что-то мучило её.

Шихору не могла решить проблемы Мерри. Возможно, ей будет трудно даже дать полезный совет. Само существование Шихору, возможно, даже не очень помогло бы Мерри.

Но—

Я здесь , подумала Шихору. Даже если ты скажешь, что я тебе не нужна, я не смогу возненавидеть друга, которому доверила свою жизнь, и что бы ни случилось, я не сдамся. Я прилипчива и могу быть довольно жуткой, если сама так скажу, но тут уж ничего не поделаешь. Я имею в виду, что это часть того, кто я есть.

— Я рада — прошептала Мерри, удерживая руку Шихору.

Чему же она радовалась? Шихору предпочла не спрашивать, а просто вообразить.

Я должна копнуть глубже , подумала она. Но она не будет делать то, что не может, у неё есть свой собственный темп, и она не может стать человеком, которым не является.

Когда она впервые попала в Гримгар, она даже не могла измерить свои собственные шаги. Но мало-помалу, спотыкаясь, она наконец начала находить себя. В последнее время Шихору чувствовала себя именно так.

Это было ещё одной причиной, почему она беспокоилась о Мерри, которая иногда, казалось, теряла саму себя. Держать её за руку «Вот так» - это все, что могла сделать Шихору. Для чего-то большего—

Я не смогу сделать , подумала Шихору. Харухиро-кун. Возможно... ты единственный, кто может это сделать. Ты это понимаешь?

Внезапно дверь открылась, и Шихору запаниковала. Мерри слегка отшатнулась, и Шихору через мгновение поняла, что ей вовсе не обязательно было так паниковать.

В комнату вошла Сетора.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Удивительно, но в этой гостинице было несколько впечатляюще больших раздельных ванн на мужские и женские. Но оставлять комнату пустой было бы неосторожно, поэтому Шихору и Мерри первыми отправились мыться. Сетора же осталась в комнате, пока они мылись, а потом ушла купаться одна, так что теперь она вернулась.

— Т-Ты... ты быстро управилась. — сказала Шихору.

— О, правда? — Сетора вытерла волосы полотенцем и подошла к другой кровати, на которой сидели Шихору и Мерри. Она сама села в кресло.

Все они переоделись в хлопчатобумажную одежду, купленную на рынке Веле. Это были простые одежды, которые открывались спереди, и, если они не были завязаны поясом, они легко открывались. Они тоже доходили только до колен, так что были немного обнажены. Шихору никогда бы не пошла в таком на прогулку.

Сетора откинулась на спинку кровати и уставилась в потолок. Она сделала глубокий вдох. Возможно, на самом деле это было не так, но у Шихору сложилось впечатление, что она как будто знает, о чем думает Сетора.

Должно быть, ей сейчас не по себе .

Когда дело касалось Сеторы, между ними всегда была стена. Это место, гостиница «Золотой Козлерыб», было довольно роскошным, и каждый номер стоил пять серебряных за ночь. Тем не менее, у них было достаточно денег, чтобы позволить себе некоторую роскошь, и вместо того, чтобы получить только одну комнату для парней и одну для девочек, они могли бы получить отдельные комнаты для всех. Шихору не чувствовала в этом необходимости, но Сетора определенно чувствовала себя скованной, так что ей следовало бы это сделать.

— Позволь мне сказать вот что. — Сетора открыла рот — Когда речь заходит о том, что мне не удалось наладить отношения с вами, то вы можете подумать, что я не особенно об этом то и беспокоюсь... но это совсем не так.

Мерри слегка выдохнула — ...А? — и склонила голову набок.

Шихору потребовалось некоторое время, чтобы осознать сказанное Сеторой.

Сетора подняла ноги. Подол её платья соскользнул, полностью обнажив стройные ножки. Что же она делает? Она медленно поднимала и опускала каждую из своих ног. Было ли это упражнением?

— Я не умею налаживать отношения с другими — сказала Сетора. — Разве это плохой способ выразиться? Практика развития моих отношений с другими людьми - это то, чем я почти не занималась. Пожалуй, никогда. В отличие от големов и ньяасов, с существами, известными как люди, трудно было справиться. Это тоже может быть плохой способ выразиться. Но, да, я подозреваю, что все так и есть. Я не умею быть внимательной в том, как говорю...

Шихору подумала, не следует ли ей для начала сказать ей, что, когда ты пытаешься сказать что-то деликатно и внимательно, то ты не должна говорить другому человеку, что именно ты делаешь. Тем не менее, казалось, что Сетора делает все возможное, чтобы быть внимательной к другим, по-своему, но и это было не плохо.

— Хм... — неуверенно произнесла Шихору. — Если подумать, то где ньяас?

— Киити? По-моему, она исследует город. А вот это - просто пучок любопытства. Это необычно для ньяаса. В конце концов, дикие ньяасы - это не те существа, которые пытаются покинуть свою территорию.

— Они не приспособлены к путешествиям? — спросила Мерри.

Сетора перестала поднимать и опускать ноги. — ... Нет, не в их естественном состоянии. Ньяа, которых держат в деревне, привыкли передвигаться, но они все равно отмечают место, где спят, своим собственным запахом. Похоже, иначе они не смогут расслабиться.

Мерри кивнула, удовлетворенная ответом. Она могла бы попытаться придумать другой вопрос, но, очевидно, не смогла его придумать. У Шихору тоже ничего не было.

Сетора снова попыталась поднять ноги, но остановилась на полпути. Она осталась сидеть, уставившись в потолок и задрав колени.

Молчание продолжалось довольно долго. Конечно, возможно, Шихору это только казалось долгим, а на самом деле это было совсем не так.

— Я эгоистично взяла их с собой из деревни и позволила большому количеству ньяасам умереть. — Сетора закрыла лицо обеими руками и вздохнула. — Я ужасный хозяин. Я также уничтожила Энбу. Я не уверена, что смогу его восстановить. Я пока не собираюсь возвращаться в деревню, так что надежды на это мало.

Шихору и Мерри переглянулись.

И что теперь? удивилась Шихору. Что... как ты думаешь, мы должны на это ответить?

Юме без колебаний сумела бы успокоить Сетору. Неважно был ли этот человек одним из её товарищей, принадлежал ли они вообще к одной расе - все это не имело для Юме никакого значения. Она умела сочувствовать другим, и если что-то чувствовала, то сразу же признавалась в этом.

Шихору, а также Мерри не могли без разбора заботиться о других так, как это делала Юме.

— У людей... — неужели Сетора плакала? Её голос не дрожал. Он был неподвижным и бесстрастным, как обычно. — ...у них есть лица, те что для публики, и те что является их истиным «Я». Они скрывают свои истинные чувства за маской. Они лгут. С легкостью. Даже для самих себя. В детстве мне казалось это чем-то очень тревожным, но теперь уже не так сильно. У каждого есть вещи, которые он хочет защитить, и все они в отчаянии. Просто я не могу справиться со всем этим. Меня это не слишком интересовало... по крайней мере, я так думала. У меня была Энба, я был окружен ньяасом, и этого было достаточно. Этого должно было хватать. Неужели я совершила ошибку? Что ж, сейчас я ни о чем не жалею.

Сетора на мгновение замолчала.

— Я этого не понимала, но как только я покинула деревню, я была рада, что освободилась от нее. Деревня была тесной, но я никогда не думала о том, чтобы покинуть её. Теперь я нахожу это чем-то странным. Интересно, почему? Почему я никогда не пыталась покинуть деревню? Неужели я боялась? Не было решимост? ...Как бы то ни было, теперь я покинула деревню. У меня нет никакого желания возвращаться туда. Но пока я не вернусь, я не смогу восстановить Энбу. И все же я не хочу возвращаться. Я чувствую себя ужасно из-за Энбу, но не из-за себ. Как бы это сказать? Я чувствую себя живой. Я никогда не чувствовала себя такой живой.

— Разве тебе не весело? — спросила Мерри, и Сетора убрала руки от лица.

— ...Весело. Может быть, так оно и есть, а может, и нет. Несмотря на то, что я потеряла Энбу и ньяасов, я не так уж и расстроена. Нет ничего такого, чем бы я была недовольна.

— Но... есть же все-таки что-то такое? — нерешительно спросила Шихору.

Сетора читала им монолог, а Мерри и Шихору просто задавали вопросы, чтобы подтвердить то, что она говорила. Это было похоже на неловкую форму общения, но, вероятно, это было лучшее, что они могли сделать в данный момент.

— ...Конечно. — ответила Сетора. — Я бы назвала это неудовлетворенностью. Откровенно говоря, бывают моменты, когда я чувствую себя будто отчужденной. Я думаю, что, скорее всего, я действительно чувствую себя чужой. Поскольку меня избегают в доме, где я родилась, я привыкла к этому, так что это не такая уж большая проблема. С самого рождения я вела себя вызывающе, не подчиняясь дому, как следовало бы. Я знала каков будет результат, но я не хотела быть рабом своих родителей и не хотела подчиняться обычаям деревни. Сейчас... Я уже не так упряма, как тогда. Хотя, тем не менее, я не ищу компромисса с вами. Например, я нахожу Хару приятным, но не стану просить, чтобы он находил меня приятной в ответ. Это был бы неправильный подход. Даже если бы я каким-то образом заставила его подчиниться мне, его сердце не повернулось бы ко мне. Точно так же, как я никогда не слушалась своего собственного дома. Это потому, Жрица... Мерри... Хару, он любит тебя.

Подумать только, что она действительно сейчас выплеснет и скажет это! Шихору краем глаза посмотрела на Мерри.

Мерри вся напряглась. Статуя. Она превратилась в статую.

Трудно было представить, что она не знала об этом, но в каком-то смысле Мерри могла быть ещё более тупой, чем я, в таких вещах, так что Шихору хотела её прощупать, чтобы убедиться.

Я просто хочу сказать, «Эй, твои чувства взаимны, ты же знаешь». Если бы я это сделала, как бы отреагировала Мерри? Она могла бы сказать, «Почему?» с выражением удивления на лице.

Они всегда были вместе, так что она иногда забывала об этом, но Мерри была так красива, что люди с трудом находили к ней подход. Она тоже была стройной, и, честно говоря, Шихору завидовала этому, но то, что она так сильно отличалась от нормы, должно было иметь свои собственные проблемы.

Похоже, у Мерри было мало опыта в любовных делах, она была бескорыстна и к тому же довольно туповата. И Харухиро-кун такой же. Мало того, что он не был супер опытным, он был немного юн для такого, разве не так?

Значит ли это, что эмоционально они оба все ещё дети?

Шихору уже начала подозревать, что если они будут предоставлены самим себе, то, возможно, ничего и не изменится.

Должна ли я что-то сделать? Да и как я вообще буду пытаться?

Шихору и сама была не слишком опытна. На самом деле, все, с чем ей приходилось работать - это однобокое увлечение и её фантазии, так что вряд ли от неё будет много толку.

Сетора вздохнула, а потом пробормотала себе под нос — …Просто ничего не получается.

— Я ведь знаю, правда? — cогласилась Шихору, глядя на Мерри, которая все ещё была полностью заморожена.

Честно говоря, у меня вообще ничего не получается. Мне кажется, что я иду по бесконечному канату, и иногда спрыгнуть с него было бы легче. Но я, наверное, никогда этого не сделаю.

У Шихору было слишком много вещей, от которых она не хотела бы так легко избавиться. Как бы она ни дорожила ими, она могла потерять их в любой момент. Возможно, сейчас - единственное время, когда она может продолжать быт с ними.

У Юме свой путь жизни, я думаю поэтому ей пришлось оставить нас , размышляла Шихору. Но я хочу увидеть тебя, Юме. Хотя мы только что расстались, я так сильно хочу тебя увидеть.

— Итак, подводя итог, каждый из нас обременен своими личными проблемами. — сказала Сетора, слегка улыбнувшись.

Не говоря ни слова, Шихору мысленно добавила, «Да, и несмотря на это мы до сих пор живы…».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

4. Что Он Говорил В Тот День

В версии с изображениями тут находится картинка.

— В нём есть что-то странное, верно? — спросил Кузаку. — Этот незнакомец по имени Кеджиман. Я в этом уверен.

Даже когда они выключили свет и в комнате стало совсем темно, Кузаку и Харухиро продолжали говорить о всякой ерунде. Или, скорее, Кузаку говорил в основном сам, а Харухиро просто кивал в ответ. В конце концов, он очень устал.

— Ну да — сказал Харухиро.

— Но, с другой стороны, если бы он не был немного странным, я бы подумал, что что-то случится потом.

— Ты в чём-то прав.

— Не похоже, чтобы он был полностью хорош во всем. Скорее, он немного не в себе.

— Скорее всего — ответил Харухиро.

— Но ведь он может просто притворяться и поиметь нас по самые гланды. Например, нас могли бы схватить и обокрасть прямо здесь.

— Считаешь, что нам надо быть настороже?

— Оставляю это на тебя, Харухиро. А что касается меня, ну, ты же знаешь.

— Ага

— Zzz...*

— Кузаку?

— Zzzzzzzzzzz...

— Дружище, ты действительно слишкрм быстро засыпаешь...

Не то чтобы меня это действительно волновало . Харухиро перевернулся на другой бок.

Окно все ещё было открыто. Дул лёгкий ветерок. Но всё равно было немного жарко, поэтому он просто укрылся тонким одеялом до самого живота.

Когда он был на корабле, его это не особенно беспокоило, но теперь, когда они остановились в такой гостинице, как эта, он чувствовал себя богатым, и это его беспокоило.

Тысяча золотых. Сейчас они были спрятаны под кроватью. Что же ему теперь делать? Если они будут носить его с собой, он боялся, что их украдут или, возможно, вокруг них соберутся странные люди.

С точки зрения психики это было вредно для здоровья, поэтому он хотел просто растратить все на что-нибудь, но это не то, чем Харухиро должен распоряжаться сам. Кроме того, есть ли вообще правильный способ потратить их?

Например, даже если бы они заказали Кузаку полный комплект изготовленных на заказ доспехов, это не стоило бы и сотни золотых. Имея тысячу золотых, они могли бы купить дом и всё равно бы остались лишние деньги. Возможно, они даже смогут купить корабль.

Тем не менее, дома и корабли были бесполезны для Солдат-Добровольцев. Они не могли справиться с такими вещами сами, и было бы глупо просто продолжать платить за их содержание.

— ...Мы могли бы уйти. Не то что бы это не выход. — осмелился он прошептать себе под нос.

Кузаку тихо дышал во сне.

В конце концов, у них была целая тысяча золотых. Даже если они отложат свою долю в сторону и разделят её на шесть частей, это будет сто шестьдесят шесть золотых на человека. Он не знал, достаточно ли этого, чтобы валять дурака всю оставшуюся жизнь, но если не быть транжирой с деньгами, то можно прожить, не зная бедности, на них десять-двадцать лет.

Десять-двадцать лет - это, конечно, слишком долго, но не так уж плохо было бы расслабиться на год или два. Почему же никто этого не предложил?

Они обещали встретиться через полгода в Альтерне. Тем не менее, никто не говорил о том, что они должны были оставаться активными Солдатами-Добровольцами в течение этого времени.

Они отправятся в Альтерну. Встретиться Юме в течение полугода. В остальном же они были свободны. Они могли бы наслаждаться длительным перерывом.

Если они собирались уйти в отставку из числа Солдат-Добровольцев, это было очень важно, так что, возможно, было бы неплохо отойти и заняться чем-то другим на некоторое время. Однако никто из них, включая Харухиро, казалось, не думал об этом.

Да, Харухиро тоже не был таким. Он просто прокручивал в голове все возможные варианты, чтобы быть уверенным. Они, скорее всего, продолжат усердно работать в торговле Солдатами-Добровольцами, как и все это время.

Но как долго они смогут продолжать в том же духе?

Если он правильно помнил, Акире-Сану из «Воинов Зари» было за сорок. Он был Солдатом-Добровольцем уже более двадцати лет. Два десятилетия.

Сколько лет прошло с тех пор, как девушка по имени Хиёму привела Харухиро и остальных в штаб Добровольческого Корпуса? Пять? Шесть? Нет-нет. Казалось, что это было целую вечность назад, но на самом деле прошло меньше двух лет. Мысль о том, чтобы заниматься этим в течение двадцати лет, была ошеломляющей.

Ещё восемнадцать лет такой жизни, а?

Честно говоря, он не мог себе представить, что они переживут это. Каков был уровень выживаемости Солдат-Добровольцев? Она не могла быть такой высокой. Харухиро уже достаточно раз попадал в такие ситуации, когда мог запросто умереть.

Достаточно? Нет. Даже более чем достаточно.

Слишком часто стоя на грани жизни и смерти, он развил в себе способность избегать опасности. Он надеялся, что это правда, но Харухиро только недавно снова столкнулся со смертью.

Естественно, он не рисковал ради острых ощущений и был настолько осторожен, насколько мог, но это все равно продолжалось.

Иногда он думал об этом. В конце концов, в недалеком будущем он, скорее всего, умрёт.

А может быть и не умрет. Возможно, однажды он заметит, что, как и Акира-сан, он был Солдатом уже двадцать с лишним лет, но гораздо более вероятно, что ничего подобного не произойдет.

Не то чтобы он хотел умереть молодым. Так что если он собирался прожить долгую жизнь, то должен был в нужный момент всё бросить.

Акира-Сан не был гением. Вот что говорил о нём его товарищ Гог. Он не был гением. Акира-Сан только выживал.

Поскольку Акире-Сану посчастливилось выжить, ему дали время. И поэтому он стал сильным.

Акира-сан выжил не потому, что стал сильным, наоборот, он стал сильным, потому что выжил.

— Но они могут говорить всё, что им взбредёт. — пробормотал Харухиро. — Я имею в виду, что всё это они выдумывают постфактум.

Даже если предположить, что Харухиро выживет, сможет ли он стать таким же сильным, как Акира-Сан? Харухиро воспринимал всё это всерьез, всё это время находясь на грани смерти, так что он знал каково это. Люди не были равны. И вправду существовали такие вещи, как врожденный потенциал, талант и пределы своих способностей. Глядя на всю эту картину, Акира-Сан был явно необычен, в то время как Харухиро был обычным человеком.

Возможно, даже такой посредственный человек, как он, мог бы при избытке удачи прожить двадцать лет добровольцем. Ну, по крайней мере, он не мог исключить такую возможность. А что касается того, чтобы стать Легендарным Солдатом-Добровольцем, как Акира-Сан, то этому никогда не бывать. Ни за что и никак.

Но для Харухиро это было не так уж важно.

Харухиро не хотел становиться ни богатым, ни знаменитым. Он не стал бы возражать, если бы кто-то сказал, что он может быть более жадным или иметь больше амбиций, но он не собирался переутомляться из-за этих вещей. Если они никогда не попадались ему на пути, это было прекрасно.

Проблема была в том, что даже если Харухиро выживет, его товарищи могут погибнуть. Завтра Кузаку, который только что начал храпеть на соседней кровати, может испустить последний вздох и превратиться в холодное мёртвое тело.

Харухиро встал. Кровать слегка скрипнула. Кузаку крепко спал.

Харухиро надел ботинки, встал с кровати и тихо вышел из комнаты.

В холле не горел свет. Казалось, что на лестнице все ещё горели лампы, и свет шел сюда.

Место, где они остановились, гостиница под наванием «Золотой Козлерыб», была четырехэтажным зданием. На втором и четвертом этажах располагались все гостевые комнаты. Номера на втором этаже были четырехместными, этот третий этаж предназначался для двухместных номеров, а на четвертом этаже были большие гостевые комнаты с несколькими меньшими комнатами внутри.

В отличие от Альтерны, в Веле было много четырех-и пятиэтажных домов.

Харухиро спустился по лестнице на второй этаж. Сам того не желая, он бросил взгляд на дверь комнаты, где остановились девушки. Неужели они все уже спят? Или они уже проснулись и разговаривают?

Шихору и Мерри прекрасно ладили друг с другом, но как появление Сеторы в команде изменило их настроение? Шихору и Мерри обе были тихими девушками, так что трудно было представить себе, что их разговор будет бурным.

— Если бы только Юме была рядом... — пробормотал он.

Харухиро беззвучно прошел мимо комнаты девочек, открыв дверь на Т-образном перекрестке в конце коридора. За ней виднелся деревянный балкон. Где-то в глубине души он предчувствовал, что там кто-то есть, но никого не было.

А на что я вообще надеюсь? Он слегка рассмеялся про себя, вцепившись в перила. Затем он глубоко вздохнул.

Гостиница «Золотой Козлерыб» располагалась в тихом, стильном районе, и с балкона ему были видны фонари патрульных стражников. Жесткая охрана была одним из пунктов оплачиваемых услуг многих гостиниц и отелей в этом районе. Дело было не только в самих предметах; безопасность тоже нужно было покупать за деньги или обеспечивать собственными средствами.

Харухиро оперся локтями о перила и закрыл лицо руками. В таком большом городе должно быть много профессиональных воров. Кроме того, возможны вооруженные ограбления и убийства. Кто-то мог быть убит прямо сейчас, и было бы совершенно неудивительно, если бы в этот самый момент один или два человека умерло от болезни.

И кроме того, даже если ты будешь хорошо защищаться и постараешься позаботиться о своем здоровье, ты не сможешь противостоять стихийному бедствию, которое никто не предвидел.

Даже если они не были Солдатами-Добровольцами, они умрут, когда придет их время. Это было правдой, но в этой торговле они могли заработать достаточно денег, чтобы компенсировать то, что их жизнь будет сокращена.

Ни один Солдат-Доброволец не хотел умирать, но они знали, что вынуждены идти на риск, не останавливаясь перед реальной смертью.

В конце концов, Харухиро просто оцепенеет. Нет, он и так уже порядком окоченел.

Думая об этом, когда он только начинал работать в качестве солдата-добровольца, он был гораздо более робким, чем сейчас. Даже безоружный грязный гоблин был невыносимо страшен для него.

« Здесь на карту поставлены жизни людей !» кричал Манато.

Эти слова... Харухиро совершенно забыл о них. На карту были поставлены жизни с обеих сторон в добровольческом военном деле. Он был полон проблем, которые не могли иметь более серьезных ставок.

— Это ни в коем случае не будет легко... ха... — пробормотал он.

« Ни один человек, ни одно живое существо не хочет умирать » говорил в тот день Манато. Затем, хотя он и не мог этого хотеть, Манато ушел и умер раньше остальных своих товарищей. Именно там все и началось для Харухиро и остальных.

Как далеко они продвинулись от того места, которое теперь казалось таким далеким?

— Нет, дело не в этом... — пробормотал он.

На самом деле они вообще не продвинулись вперёд.

У них была только одна жизнь, и если они умрут, то все будет кончено. Этот принцип ни за что не изменится.

Ничего не изменилось, то что они улучшали свои навыки или брали на себя более сложных противников, в сущности, ничего не поменялось. Одни существа, которые не хотели умирать, убивали других существ, которые тоже не желали умирать, питаясь ими, получая прибыль и проходя через радость и горе.

Если это и казалось ему грехом, то он давно уже сдался и смирился с этим.

Ему не хотелось наступать на тех, кого он убил, и купаться в лучах славы от содеянного, но он не думал, что это сделало бы его лучше, не совершив бы он всего этого.

Он украл у этих существ единственную данную им жизнь, не мучаясь чувством вины или ответственности, и даже если это должно было оставить неприятный привкус, он даже этого теперь не ощущал.

Ну, для нас это тоже самое. Мы ставим на карту свою жизнь и просто по случайности выигрываем. Если мы проигрываем, то умираем. Условия те же самые, так что в конце концов мы все окажемся на той стороне.

Он мог бы подумать что-то эгоистичное вроде: « У каждого из нас есть только одна жизнь, так что не держите на меня зла ».

— Но... — Харухиро прижался головой к перилам.

Но что, если это неправда?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

5. Измерение Непорочности Своего Бытия

В версии с изображениями тут находится картинка.

...Иногда я просто не знаю. Иногда? Всё время? Возможно, это не вопрос как много. И как часто? Разве это так важно?

Здесь не о чем так глубоко думать. Вы к этому привыкаете. Вы можете привыкнуть к чему угодно.

Заткнись. Заткнись. Прекрати.

Что? Что прекратить? Я же ничего не делаю .

Да. Ты. Именно ты прекрати.

Тебе это только кажется. Я ничего не делаю. Ничего. Я не буду тебе мешать. Потому что я все понимаю. Я тоже через это проходил. Ладно. Ты должен попытаться успокоиться. Сделай глубокий вдох. Хорошо и просто.

Я не могу контролировать свой пульс. Но это лучше, чем если бы я вообще что-то делал. Я не могу остановиться по собственной воле.

Мое дыхание. Я могу контролировать свое дыхание. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Стоп.

Стоп. Стоп. Стоп. Держи его вот так. Стоп. Продолжай держать его. Разве это больно? Что ж, все в порядке. Ты в порядке. Ты же не умрешь. Нет, это не точно сказано. Этого недостаточно, чтобы ты умер. Твая жизнь подобна сердцу. Ты сам ничего не можешь с этим поделать. Довольно скоро ты придешь к согласию. Ты постепенно начнешь понимать, что всё это значит. Так ведь? Правильно. Ты сможешь привыкнуть к чему угодно. До тех пор, пока ты живой.

Живой.

Лучше не думать о том, имеет ли это значение. В конце концов, все так думают. Глупо повторять одно и то же снова и снова. Пустая трата времени. Некоторые считают, что это нормально - потратить немного времени впустую. Ну, конечно же. Я предполагаю, что это может быть.

Стоп.

Я же ничего не делаю. Вообще ничего.

Стоп.

Тут не о чем беспокоиться.

Стоп.

В конце концов, это как сердце. У тебя есть время.

Стоп.

Стоп.

Времени достаточно. Пора приспосабливаться. Тебе остается только принять это, так как другого выбора у тебя нет. Есть и более простые способы. Возможно, было бы неплохо выбрать более простой путь. Я тебя научу. Если ты захочешь узнать.

Что?

...Что это?

Не могу сказать, советовать ли тебе это.

Да. Я не советую тебе этого делать.

Но так будет гораздо проще. Вдох.

Выдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Вдох.

Разве тебе больно? Тогда ты можешь остановиться.

Откажись от этого.

Тебе не нужно его контролировать.

Ты можешь бросить это.

—Что?

Что именно я могу бросить?

Ты ведь знаешь, не так ли?

Это часть тебя.

Часть меня?

Всё в порядке.

Ничего плохого не произойдет.

Ну конечно же нет. Ты даже не сможешь больше почувствовать, что всё плохо.

Это будет очень просто. Это сделает тебя свободным.

Ты страдаешь, потому что думаешь, что находишься там. Утверждаешь, что ты находишься там каждый момент, это довольно утомительно, не так ли?

Поэтому ты должен постоянно подтверждать это.

Это все равно что уколоть себя иглой.

Укол, укол, укол.

Это тонкая игла, так что держать её приходится с большим трудом.

Вполне возможно, что ты падёшь и потеряешь её из виду.

Свою сущность и личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

Свою сущность.

Свою личность.

С каждым мгновением эта игла вонзается куда-то в тыльную сторону твоей ладони. Нет никакой необходимости так много работать. Это ведь требует больших усилий, верно?

Если ты устанешь, то сможешь отдохнуть.

Не перенапрягайся, отдохни.

Отдохни.

А теперь отдохни.

Отдохни.

Ну же, отдохни.

Прекрати.

Я открываю глаза. Даже если там темно, я все равно вижу. Дыши.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

Выдох.

Даже если я не могу контролировать своё сердце, я могу контролировать своё дыхание. Я это чувствую. Что я здесь. Тот, кто контролирует мое дыхание - это моё «Я».

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

Моё Я.

С каждым мгновением я утверждаюсь в своём существовании, словно вонзаю иглу.

Я существую.

Здесь.

Я здесь.

Кто-нибудь, посмотрите на меня. Услышьте мой голос.

Почувствуйте меня.

Подержите меня.

Пожалуйста.

Иногда я просто не знаю. Иногда? Все это время? Это ведь не вопрос как много? И как часто? Разве это важно? По-моему, здесь не о чем так глубоко думать. Потому что я к этому привыкну. Я могу привыкнуть к чему угодно. С такой скоростью я в конце концов привыкну к этому.

Так что посмотрите на меня. Услышьте мой голос. Почувствуйте меня. Подержите меня. Прошу.

Но я не хочу использовать вас таким образом.

Я не чист.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

6. Если Вы Собрались Путешествовать

В версии с изображениями тут находится картинка.

Её звали Заппа.

На её крепкой голове был один очень выдающийся рог. У неё было большое овальное лицо, её тонкие глаза выглядели совсем не умиротворенными, но кто знает, так ли это на самом деле.

Её движения были расслабленными и мягкими. Она была волосистой, но её жесткие каштановые волосы не были такими уж длинными.

Её тело было огромным. Выше, чем Кузаку. Более того, Заппа даже ещё не встала с места.

Ганаро были четвероногими существами, поэтому они не часто вставали на задние лапы, но они были все ещё большими.

Ганаро были широко выращены по всему Гримгару в качестве домашнего скота. Люди, орки и другие расы давным - давно приручили ганаро, используя их в качестве молока, мяса или рабочей силы. Они были обычным животными, поэтому Заппа чувствовала себя обычной.

Она была особенно крупным ганаро. Сначала они приняли её за самца, но на самом деле она была самкой.

Кеджиман погладил её по мощной шее и улыбнулся, представляя её. — Это моя напарница. Она для меня как жена. Вахахаха!

Неужели он действительно хотел пошутить? Это было непонятно, но Харухиро не собирался смеяться.

Квадратная четырехколесная повозка, которую тащила Заппа, была довольно маленькой, но с пружинной подвеской. Она называлась Вестаргис-гоу .

Экипаж состоял из одного человека. Казалось, что в кучерское кресло можно было втиснуть троих, но Кеджиман сказал, что на самом деле там сидел только один человек.

Кроме Заппы, Кеджиман привез с собой птицу по имени Нипп. Нипп был чем-то вроде большой нелетающей птицы, название которой сторух.

На Равнинах Быстрых Ветров обитали дикие сторухи, но они не привыкли ни к оркам, ни к людям. Только эта одомашненная порода, выведенная благодаря упорному использованию селекции, позволяла людям и оркам ездить на них.

И все же было очень важно никогда не стоять за спиной сторуха. Потому что они отправили бы вас в полет с невероятно мощным ударом.

— Наверное, Нипп - мой друг — усмехнулся Кеджиман. — Единственный друг, который мне нужен. Вахахаха!

Он намеренно встал позади Ниппа, демонстрируя этот свой ловкий трюк, когда тот увернулся от мощного удара ногой на волосок.

— Даже мне с трудом удается увернуться. Если вы немедленно не отступите, то получите следом и второй. Если вы возьмете на себя два удара подряд, то это наверняка убьет вас. Я говорю это вам из собственного опыта. Вахахаха!

Сказав это и убравшись с дороги, команда должна была теперь охранять купеческий караван, состоящий из Кеджимана, Заппы ганаро, Ниппа сторуха и четырехколесной повозки под названием Вестаргис-гоу в течение 25-ти дней путешествия в Альтерну.

Еда и вода были обеспечены, и он заплатил по тридцать серебряных каждому. Но, Киити, серая ньяас, в сделку не входила.

Первоначальным предложением Кеджимана было ежедневное пособие в размере одного серебряного, то есть двадцать пять серебряных на человека. Вряд ли это была хорошая плата, и было бы неестественно легко принять её, поэтому Харухиро решил хотя бы поторговаться.

— Послушайте, моя жизнь зависит от этой сделки — предупредил их Кеджиман. — Впрочем, так всегда бывает.

Продержавшись так долго, как только мог, Кеджиман предложил тридцать серебряных, сказав, что не может подняться выше, потому что у него нет денег.

— Видите ли, я вложил в свои запасы почти все, что у меня было. У меня ни за что не будет денег, чтобы заплатить вам, люди. Если бы я не встретил вас всех, я думал, что мне было бы хорошо идти одному. У меня не было другого выбора, кроме как идти туда в одиночку. А что вы будете делать? Пойдете? Или же нет? Я в любом случае буду в порядке. Всё зависит от вас, люди. Делайте, что пожелаете!

Согласно их первому впечатлению, этот парень был чокнутым. Он немного нервничал, но Харухиро не хотел, чтобы им воспользовались, поэтому он продолжал торговаться, и в конце концов они договорились, что, как только груз будет продан в Альтерне, будет премия.

Врата Бога Морей* в Веле открылись в половине седьмого утра. Вскоре после этого они отправились в путь по не нанесенному на карту маршруту на юго-запад.

Кеджиман сидел на кучерском сиденье Вестаргис-гоу , а Нипп следовал за ним, хотя и не был привязан к нему.

Харухиро и его команда шли пешом. Убедившись, что они не окажутся позади Ниппа и не получат пинка, они продолжали идти.

Торговый караван скромного купца Кеджимана не обращал внимания на совершенно прекрасную дорогу, вымощенную белесыми камнями, а вместо этого пересекал поля, леса и холмы, направляясь на юго-запад.

То, что это было лучше Дарунггара*, само собой разумеется, но это также было лучше Тысячной Долины* или Куаронских Гор*. Даже если они ничего не делали, кроме как шли пешом в течение двадцати пяти дней, это было легкое путешествие по стандартам команды.

— Старик, здесь же ничего нет... — пробормотал Кузаку себе под нос, и Кеджиман гнусаво рассмеялся.

— Если бы это было так, то у нас были бы большие неприятности. Я изо всех сил стараюсь избегать мест, куда ходят люди. А теперь послушайте, я собираюсь сказать нечто очевидное, но это потому, что вы люди невежественные. Я бы хотел, чтобы вы выслушали меня с этой мыслью, но в этих краях живет миллион воров и бандитов. Я говорю миллион, но я не имею в виду буквально миллион. Это было бы слишком много. И все же их очень много. Меня самого несколько раз избивали.

Казалось, Шихору, Мерри и Сетора, с которыми была Киити, игнорировали всё, что говорил Кеджиман, если только это не было важно. Они даже не отвечали.

Харухиро знал, что они чувствовали. Этот мужчина был в некотором роде... бесячим, да. Харухиро предпочел бы не слушать сам, но этот мужик был их нанимателем, поэтому он не мог его напрямую игнорировать.

— Так вот почему вы разработали свой собственный маршрут. — ответил Харухиро.

— Совершенно верно. «Светлые*», «Налетчики*», «Краш Андердогс*», «Дэшбал*» ... это все знаменитые группировки воров и бандитов. Если они найдут вас и решат, что у вас есть что-то ценное, то все будет кончено.

— Светлые... — пробормотал Харухиро.

— «Светлые» - это группа Солдат-Добровольцев, которых отстранили от дел. Если спросите меня кто они такие, то это люди, погубившие себя и гораздо более злодейские, чем орки или нежить.

— ...Ах, да? Так ли это на самом деле?

— Орки, я думаю, и то будут невиннее. — сказал Кеджиман. — В их поведении есть что-то освежающее. Немного сложнее понять, о чем думают немертвые, но они не действуют жестоко без веской причины. Те, кого вам действительно нужно остерегаться - это люди, которые потерялись в себе.

— Правда...

— Тем не менее, даже такие страшные парни, как «Светлые», не смогут просто так появиться из ниоткуда, чтобы убивать, насиловать и грабить.

— ...Ага.

— Ха! «Ага» говорит он. В чем твоя проблема?! Ну же! Принимай участие в разговоре! Я прилагаю все усилия, чтобы поговорить с вами!

Я не вмешиваюсь в этот разговор, потому что мне не очень интересно то, что ты хочешь сказать. Харухиро хотел сказать это, но не смог: возможно, это было бы приятно, но наверняка вызвало бы неприятности.

— ... Они вам угрожают? — наконец спросил Харухиро.

— Так оно и есть. Ну, хэй. Наверное, тебе все-таки интересно это.

— Разве?

— Вот так! Вот так и должно быть!

— ...Хуззах.

— Угрозы - это их обычный образ их действий. «Если вы заплатите нам столько, мы не станем нападать» скажут они. Я уверен, что более крупные караваны с надлежащими силами обороны могут просто сказать им, «Выбейте из них всю дурь!». Вот почему воры и бандиты не нападают на такие караваны. В конце концов, каждый ценит свою собственную жизнь. В конце концов, это средние и маленькие люди, которые получают удар. Для такого независимого обменщика, как я, мне приходится довольствоваться только своим умом и смелостью. Кстати, я ищу себе жену!

— ...Я вижу.

— Я имею в виду, что действительно ищу жену! Я супер-супер ищу! А как насчет этого?! Рядом со мной есть свободное место, понимаете?! — Кеджиман подвинулся и похлопал по месту рядом с собой.

Девушки в группе хранили леденящее молчание.

— Вахахаха! Всё в порядке, всё в порядке. Чистые и невинные, которые преследуют свои идеалы, как и я. Женщины нас почти никогда не понимают. Всё нормально. Только наказания. Когда дело доходит до этого, я могу просто купить их!

— Это довольно мерзко для такого дерьма. — пробормотал Кузаку.

Воскликнул Кеджиман в одно мгновение, сидя на месте Кучера. — Эй, ты! Кого ты называешь дерьмом, ты красавец-ублюдок?! Не надо быть таким самонадеянным только потому, что ты высокий и красвчик!

— Нет... Я не настолько самонадеян.

— Да, конечно! И вы тоже! Позвольте мне сказать вам, что я никогда не пользовался популярностью у дам! Количество людей, с которыми я встречался - ноль! И всё же, если я просто заплачу, даже такой человек, как я, сможет удовлетворить свои потребности! Это же реальность! Даже если они меня не любят, у меня есть люди, которые будут притворяться, что любят меня! Если, конечно, имеются при себе монеты!

— ...Э. Послушай, мне очень жаль.

— Ты жалеешь меня?! Даже мой собственный отец никогда не жалел меня!

Это должно было стать первым долгим двадцатипятилетием. Харухиро даже думать об этом не хотел.

Но, ну, не то чтобы он не терпел таких людей, как Кеджиман. Кроме того, как только они доберутся до Альтерны, все будет кончено. Если бы он считал это делом ограниченного времени, то с этим было бы легче смириться.

В первый день они прошли двадцать пять-двадцать шесть километров за полдня, разбив лагерь у подножия небольшой горы.

Даже когда он спал, Кеджиман оставался на месте кучера. Харухиро и остальные разбили палатки, сменяясь на ночную стожировку. Они слышали крики ночных зверей и чувствовали их присутствие, но утро наступило без дальнейших событий.

Кеджиман был раздражающим, второй день также прошел хорошо. И третий тоже. Когда всё шло так гладко, это действительно было тревожно.

В ту ночь Харухиро спал спокойно, даже когда не сторожил в ночь. Утром ему приснился короткий сон. Юме появилась из ниоткуда, и она почему-то хотела, чтобы Харухиро стал мишенью.

« Ну, если ты настаиваешь », сказал он и стал для неё мишенью. Юме прицелилась и выпустил в него стрелу за стрелой, но все они едва не промахнулись.

Они же не полетят криво, а? Юме рассмеялась.

Думаю, что нет. Харухиро тоже рассмеялся.

Но у меня есть предчувствие, что следующий выстрел попадет прямо в цель , Юме положила стрелу на тетиву и натянула её.

Как раз в тот момент, когда Харухиро подумал, « О, на этот раз прямо в яблочко », он проснулся.

Что за сон…

На четвертый день они хорошо провели время, пересекая поля, взбираясь на пологие холмы и прогуливаясь по тихим лесам. Действительно было мирно.

Они достигли кульминации первого этапа путешествия вскоре после полудня того же дня. Они добрались до опушки леса, и там была река.

Кеджиман спрыгнул с кучерского места и побежал вперёд. — Яхууууу! Мы уже здесь! Иротооооо...!

— Вот это да... — Харухиро потер щеки и подбородок. У него даже появилась небольшая бородка. Но она была довольно тонкой. Ему придется её побрить.

— Она очень большая... — пробормотала Шихору.

Возможно, сверкающая поверхность воды была слишком яркой, потому что Шихору прищурилась. Нет, сегодня было облачно, так что она совсем не искрилась. Должно быть, Шихору была сбита с толку.

— Интересно, насколько широкая эта река? — Кузаку склонил голову набок.

Юме могла бы разглядеть его с достаточной точностью, но Харухиро мог сказать только смутно.

— Двести... Триста... Может быть, даже больше. — сказал он наконец. — Это может быть четыреста или пятьсот метров.

Очевидно, если они путешествовали по земле, то там должны были быть реки. По пути сюда они пересекли несколько островов, но ни один из них не был глубже пояса Харухиро, и их течение не было быстрым.

Кеджиман заранее предупредил их, что сегодня они переправятся через реку, но не упомянул, что Ирото* была такой крупной рекой.

Нипп вышел на мелководье, жадно попивая речную воду. Привязанная к Вестаргис-гоу недалеко от берега реки, Заппа выглядела немного ревнивой.

Кеджиман играл вокруг, прыгая плоскими камнями по поверхности воды.

— Что с этим человеком? — пробормотала Сетора. — Он что, идиот? Наверное, так оно и есть.

Сетора ловко сняла ярмо, удерживая Заппу неподвижно привязанной к Вестаргис-гоу . Теперь Заппа могла свободно передвигаться.

Заппа коротко промучало Сеторе «Бумо!» прежде чем медленно направиться к берегу. Она опустила лицо в воду и стала пить. Она жадно глотала.

Стоявшая рядом с ней Киити обмочила лапки и протерла мордочку.

Увидев это, Мерри улыбнулась. Ну, когда ньяас вот так умывается, это все-таки мило. Да. Это было нечто такое, что заставило бы тебя улыбнуться.

Но двигаемся дальше.

Шихору сделала жест подбородком. — Этот человек... — сказала она, указывая на Кеджимана. — Я не верю, что он сказал, что реку нельзя пересечь. Как, по-твоему, мы её пересечем?

— Тридцать пять прыжков! — Кеджиман в восторге всплеснул руками. Казалось, брошенный им камень тридцать пять раз пролетел по поверхности реки.

— Черт возьми. — сказал Кузаку, прищелкнув языком. — Видя, что он вытворяет, я тоже хочу попробовать.

— Никто не запрещает. — сказал Харухиро. — Если ты действительно этого хочешь, то вперёд.

— Остановись, Харухиро! Если ты мне это скажешь, я серьезно займусь этим.

— Сделай это, дружище.

— Но, если я попробую, ты будешь смотреть на меня свысока. Посчитаешь меня таким же как того мужика.

— Нет, не посчитаю.

— Я сделаю это, я серьезно! Это никуда не годится. Я буду сдерживаться. Если бы ты в конце концов стал смотреть на меня свысока из-за чего-то подобного, чувак, я бы не смог дальше с этим жить.

— Тебе действительно не стоит беспокоиться о том, как я на тебя смотрю...

— Отлично, тогда я кидаю!

— Тридцать семь прыжков...! — крикнул Кеджиман.

Кеджиман продолжал бросать мелкие камешки, и, похоже, у него появился новый рекорд.

Чего он там валяет дурака? - удивился Харухиро. Это выглядит очень весело. Я-Я не хочу этого делать. Я бы никогда этого не сделал.

— Эмм... — начал он, пытаясь привлечь его внимание.

— Постой! — закричал Кеджиман, отдергивая руку, а затем бросил ещё один камень. Камень проскочил по поверхности озера, словно скользя, а затем погрузился в воду. — Дааааааааааааа! — закричал Кеджиман и тряхнул рукой. — Тридцать девять прыжков! Я победил! Зееееееееееед...!

— Зед...? — повторил Харухиро. Он знал, что лучше ничего не говорить, но все же сказал.

Кеджиман повернул назад, используя средний палец правой руки, чтобы подтолкнуть вверх свои очки. — В этом весь я! Я победил! В соревновании с самим собой!

— Нет, только не это. А что такое Зед..?

— Хехехехех... — Кеджиман вдруг расхохотался. — Вахахахахахахахаха!

Он громко рассмеялся. Как идиот. С ним явно было что-то не так. Харухиро с самого начала считал его странным, но этот человек оказался ещё большим чудаком, чем ожидалось.

Ему придется обдумать свои варианты. Например, бросить Кеджимана и бежать за ним, возможно. Неужели для этого ещё слишком рано? - Удивился он.

Глядя на Заппу, Сетора и Киити сидели верхом на её спине.

— Хм... Эм... — начал было Харухиро.

— Хм? Что это?

— Нет, не спрашивай меня...

— Ой, ой, ой, ой, ой?! Заппа - это не транспортное средство! — крикнул Кеджиман, глядя в их сторону. На его лице застыла маска гнева, но Сетора, казалось, ничего не заметила.

— В конце концов, она же животное. Я не вижу причин думать, что она может быть средством передвижения.

— Тогда почему ты на ней ездишь?! Для чего?!

— Я подумала, что смогу, и сделала это. — сказала Сетора. — Разве это плохо?

— Я должен спросить, почему ты думаешь, что это не так, Зееед! Кстати, я чувствую, что могу легко сказать это сейчас, поэтому я собираюсь объявить об этом, но мы не можем пересечь реку здесь! Хотя мы должны были бы это сделать! Мы должны были это сделать! Но похоже, что нет! Как бы это прискорбно ни было!

У Шихору отвисла челюсть, и она несколько раз моргнула.

Лицо Мерри на мгновение напряглось, но потом она почему-то улыбнулась. Это было немного страшно.

— Что это значит? — спросил Кузаку, и через несколько мгновений его глаза расширились. — А?! Чт?... Что ты имеешь в виду? Вха...?!

— Ты слишком потрясен... — Харухиро вздохнул.

Хотя, конечно, это был сюрприз. У него уже начинала болеть голова.

— Вот оказывается почему ты валял дурака. — сказал Харухиро. — Я знал, что что-то здесь не так...

— Ну, извините. — Кеджиман с сияющей улыбкой склонил голову. Если бы он собирался извиниться, то постарался бы выглядеть более виноватым. Почему этот человек делает такие вещи, которые задевают людей не так, как надо? Это было трудно понять.

— Итак, что же нам делать? — Сетора даже не пыталась слезть с Заппы. Ну что ж, в этой ситуации, даже если Кеджиман собирался огрызнуться и потребовать, чтобы она спустилась, Харухиро не думал, что она должна это делать.

Кеджиман подобрал маленький камешек и бросил его в реку. Это был бросок вверх, так что камень упал в воду, не подпрыгнув.

— Ага, то что таилось в реке и оказалось проблемой...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

7. Время Привала

В версии с изображениями тут находится картинка.

Получив описание от Кеджимана и продолжив путь, они узнали, что, похоже, было племя, известное как Кючапигюря, которое жило в бассейне реки Ирото с давних пор, и Кеджиман был случайно знаком с одной группой из того племени.

Кичипигира. Нет. Может Кючапигюря? Их название было трудно произнести, и оно звучало вымышленным, но данное племя выживало охотой и рыбной ловлей. В особенности рыбалкой. Они садились в лодки, используя ловушки такие как сети и гарпуны, чтобы ловить всякую живность: рыбу, крокодилов и черепах.

Всё это было согласно Кеджиману, поэтому он был уверен, что это была куча вздора, но великая река Ирото была домом для злобных черепах, которые были длиной более двух метров и крокодилов-людоедов, так что даже просто ловить здесь рыбу означало подвергать свою жизнь риску.

Эти Кячупигинья - нет, Кючипирягья — нет, опять неправильно, Кючапигюря - жили в этой местности, и Кеджиман утверждал, что дважды пересекал Ирото на их лодках. Он сказал, что они возьмут с собой Ниппа, Заппу и Вестаргис-гоу и отправятся на своих лодках.

Они явно любили спиртное, но сами могли делать только простой самогон. Поэтому, когда он предлогал им дистиллированный ликер, они были очень довольны, и они помогли ему, как будто это не было большим делом.

— Послушайте меня, по этой причине я беру на себя часть обязанности как перевозка спиртного! А вы как думали?! — Кейджиман вытащил бутылку ликера из Вестаргис-гоу и поднял её повыше, чтобы все увидели.

Он казался таким отчаявшимся, что это выглядело ещё более подозрительно, но теперь уже не имело большого значения, лжет ли Кеджиман.

Эти Кю – что-то там, с его слов они жили здесь раньше, но теперь их здесь нет. Никаких видимых признаков того, что они здесь жили, видно не было. Естественно, заручиться их помощью в переправе через реку было бы невозможно.

И они не могли даже попытаться переплыть реку, кишащую двухметровыми черепахами и крокодилами-людоедами. Вестаргис-гоу , скорее всего, просто уйдет на дно.

А пока что сидеть здесь было бы бесполезно. Когда Харухиро и его команда начали конструктивно обсуждать, стоит ли двигаться дальше, Кеджиман перестал дуться и бросать камни в реку, оживился и подошел к реке, чтобы окунуть голову в воду.

— Вверх или вниз по течению? Вы хотите решить, в какую сторону идти? Может, сыграем в камень, ножницы, бумагу? Соревноваться, чтобы опрокинуть шест команды противника? Устроить состязание по метанию камней? Я возьму тебя на что угодно! Принесите его!

Было бы невежливо сказать их нанимателю, заткнуться прямо сейчас, поэтому Харухиро спросил его более тактично — Не могли бы вы, пожалуйста, держать свой рот закрытым ещё чуточку? Я не хочу ещё больше усложнять ситуацию.

— Что, это моя вина?! Ты хочешь сказать, что это моя вина?!

— Да — резко ответила Сетора. — Это полностью твоя вина.

Сетора все ещё сидела на спине у Заппы, а Киити отдыхала между её рог. Похоже, Киити там нравилось. Заппа тоже не возражала.

У Кеджимана на глазах выступили слезы. — Меня ещё ни разу не унижали так как сейчас! Прошу еще! Будь жестче! Я приму эти оскорбление! Нет, пожалуйста, оскорбляй меня ещё! Ну пожалуйста!

— Что это за мерзкий кусок дерьма, и почему он продолжает ставить себя в неловкое положение, продолжая так дышать? — пробормотала Сетора.

— Гвог?! Я хочу записать это в блокнот своего сердца! Запомни, запомни!

— Пойдемте вверх по течению. — предложил Харухиро. — Если мы пойдем вниз по течению, то рано или поздно выйдем к морю.

Никто не возражал против предложения Харухиро.

Кеджиман был полным чудаком, и это было просто ужасно, что поход не прошел так, как планировался. Тем не менее, пока что они не сталкнулись с какой-либо проблемой, поэтому все были спокойны. Это обнадеживало.

Было решено, что Сетора и Киити сядут на место кучера в Вестаргис-гоу , а Кеджиман пойдет пешом. Формально он был их нанимателем, поэтому Харухиро на мгновение усомнился, правильно ли он поступает, но теперь Кеджиман был в полном рабстве у Сеторы.

Заппа тоже пристрастилась к Сеторе, заставляя Вестаргис-гоу катиться ровным ходом, так что все выглядело вполне нормально. И все же Сетора могла сделать почти всё, что угодно...

Караван Сеторы направился вверх по течению реки Ирото. Нет, это действительно был караван Кеджимана. Но видя, как Кеджиман бодро шагает рядом с Заппой, тащащей за собой Вестаргис-гоу , он явно был её подчиненным, слугой или рабом.

Если бы Сетора сказала ему: «Теперь ты мой раб. Подчиняйся мне!», «Повинуюсь, моя госпожа!» мгновенно ответил бы Кеджиман, сверкнув очками «С превиликим удовольствием!».

Это нормально? Не знаю... Да. Наверное, так оно и есть.

В конце концов берег реки принял вид густого леса. Деревья пытались помешать продвижению Вестаргис-гоу , но всё было в порядке.

— Сюда, пожалуйста! — указывал Кеджиман. — Сюда, Сетора-Сан!

Каждый раз, когда Вестаргис-гоу останавливался, Кеджиман находил обходной путь и манил их к себе.

Каждый раз, когда Кеджиман делал что-то хорошее, Сетора неизменно бесстрастным тоном говорила ему «Молодец» - давая ему эту маленькую похвалу.

— Да, Сетора-Сан! Я сделаю ради вас всё, что угодно, Сетора-Сан! — воскликнул Кеджиман.

Если бы у Кеджимана был хвост, он бы постоянно вилял им. Он полностью пытался бы быть её любимчиком.

Была ли это техника мастера ньяасов в её лучших проявлениях? Сетора была просто ужасающей. Подумать только, что она может даже приручить людей. Либо так, либо это было тем, чем увлекался Кеджиман, его фетиш. Вполне возможно, что так оно и есть.

На четвертый день они разбили лагерь на вершине небольшого холма. На всякий случай Харухиро и Киити огляделись вокруг, пока не стемнело, но опасности вроде бы ничего не предвещало.

До этого момента вся стряпня была в руках команды, но теперь Кеджиман настоял на том, чтобы готовкой занялся он, и они решили довериться ему.

— Как же я хочу, чтобы Сетора-Сан съела мою стряпню. — сказал Кеджиман. — Нет, желаю, чтобы она оказала мне честь и съела его. Вы понимаете, Сетора-Сан? Не окажете ли вы мне любезность приняв его?

— Нет, я вообще ничего не понимаю.

— Вы так холодны ко мне, Сетора-Сан! Но именно это мне и нравится в вас! Вы же самая лучшая?! Вы же самая лучшая! Уиииииии!

Кстати, стряпня Кеджимана была на удивление качественно приготовленной, и она не была совершенно отвратной. На самом деле, это было очень вкусно.

— Как вам на вкус, Сетора-Сан?! — спросил Кеджиман, сверкнув глазами.

— Неплохо. — коротко ответила Сетора.

Кеджиман радостно завертелся на месте. Он был в восторге. Никогда ещё Харухиро не видел такого счастливого человека.

Честно говоря, это было жутко, но в зависимости от того, как вы на это смотрели, способность выражать радость так дико могла быть завидной.

Нет, в конце концов, Харухиро ему никапельки не завидовал.

Согласно их контракту, ночную охрану должны были нести пять членов команды, и Кеджиман был освобожден от неё. Но теперь Кеджиман очень сожалел об этом и настаивал на изменении контракта.

Было совершенно очевидно, что он хочет дежурить вместе с Сеторой. Естественно, Сетора ничего подобного не испытывала.

Кеджиман выглядел так, словно все надежды, которые он имел в жизни, были разрушены, и сразу же пошел плакаться, чтобы заснуть.

— Фхаах, сегодня что-то изменилось. — зевнул Кузаку. — Я очень устал...

— Ага. — коротко ответила Сетора. — Это было ужасно утомительно.

— Полностью согласна — согласилась Шихору. — Это действительно было очень утомительно...

Кузаку, Сетора и Шихору попросили свой черёд охраны после того, как они немного поспят. В результате Харухиро и Мерри оказались первыми, кто охранял остальных.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Было ясно, что они постараются быть внимательными. Но если возможно, он предпочел бы, чтобы они прекратили по странному это делать. Может быть Харухиро просто показалось это странным потому, что они были чересчур внимательны, а он просто этого не понимал. Если так, то это было довольно неловко.

А пока ему придется притвориться, что все нормально, и исполнить свою обязанность - быть начеку. В конце концов, Мерри ничем не отличалась от обычного человека.

Они сидели у костра, глядя друг на друга. Это было сделано для предотвращения слепых зон. Таким образом, их поле зрения охватывало 360 градусов.

Если быть честным, то Харухиро хотел избежать прямого контакта с Мерри. Когда он оказывался прямо перед Мерри, она гарантированно оказывалась в его поле зрения. Он не мог не посмотреть на неё.

Ему было трудно смотреть прямо в лицо Мерри, освещенное теперь огнем костра. Как только он взглянул на неё, то уже не мог оторвать глаз. Он был в полном восторге.

Это было странно - долго смотреть на лицо товарища. На самом деле это было даже ненормально. Он не должен так пялиться. Но он ничего не мог с собой поделать. Это беспокоило его самого.

Что? Проблемы вдойне? Может быть, это была двойная проблема? Так ли это было? Нет. Нисколько .

Во всяком случае, его это беспокоило.

Он не мог позволить себе волноваться. Если Харухиро был обеспокоен, то Мерри будет чувствовать себя ещё более обеспокоенной, чем он. Поэтому не хотел беспокоить Мерри.

Они ничем не отличались от обычных, с бесцельными разговорами, которые ни к чему не приводили, а потом внезапно замолкали, только для того, чтобы один из них снова заговорил. Как обычно, они ходили взад - вперёд, не зная, что сказать, и замолчали.

Было неловко, когда молчание длилось слишком долго. Он работал, чтобы предотвратить это. Тем не менее, даже те времена, когда ни один из них не говорил, сами по себе были неплохими.

Может быть, это просто отговорка, и он просто пытается оправдаться? Ну, в данный момент ему было все равно.

— В конце концов, говорят, что здоровье начинается с ума...

Он не знал, что привело его к этой черте, и даже оглядываясь назад, он действительно не имел ни малейшего понятия.

— И то правда... — взгляд Мерри повис в воздухе, как будто она смотрела куда-то вдаль.

Он сказал что-то не то? Но почему это было так плохо говорить? Он и понятия не имел.

Мерри чуть заметно улыбнулась.

— Но каждый помогает. — сказала она.

— Ах, да? ...Да. В конце концов, мы же товарищи.

Мерри молча кивнула. В конце концов, мы же товарищи. Харухиро задумался над этим.

Мы ведь товарищи, верно? Мы. Мы товарищи. Но не только, как мне кажется. Впрочем, я думаю, что так же обстоит дело и с другими моими товарищами. Мы ведь не просто товарищи. Можно сказать, что мы нечто большее.

Я имею в виду, мне кажется странным, что я все ещё думаю о таких вещах. Если бы Кузаку и остальные не были излишне внимательны к нам, мне бы не пришлось так думать. Бывают моменты, когда самые лучшие намерения могут дать обратный эффект и привести к противоположному результату, так ведь? Я знаю. Я вымещаю это на не тех людях. Но все равно, здесь ничего не случится, ясно? Я имею в виду, что нет никакого способа сделать так, чтобы это произошло, ясно?

— Я думаю, что проведуюсь вон туда. — сказал Харухиро, вставая.

— В одиночку?

— ...А? А, ну да... один. В конце концов, мы не можем оставить это место без присмотра...

Даже произнося эти слова, он сомневался, что нужно ли пойти проверить окрестности. Тем более в этом не было необходимости. Так зачем же он это сказал?

Быть наедине с Мерри...

Разве это больно? Нет, это не так, понятно? Я не знаю, что мне делать, и от этого у меня сжимается в груди. Но это вовсе не боль. Я беспокоюсь. И только.

— Хорошо, тогда я буду тут. — ответила Мерри. — Береги себя.

На мгновение он подумал, Неужели она сошла с ума ?

Глядя на Мерри, она улыбалась. Похоже, он не задел её чувств. Слава Богу.

Харухиро встал. Он попытался уйти.

Но ноги не слушались.

В чем же дело?

Он почесал в затылке. Он снова сел на свое место.

Затем он снова встал.

— Что-то случилось? — спросила Мерри.

— Да... — Харухиро сел. — Пожалуй, я все-таки останусь...

— Ладно.

— ...Ага. — он тяжело вздохнул.

Должен ли я что-то изменить? он задумался. Или стоит измениться мне? Если так, то как я должен это сделать? Что именно я должен изменить в себе?

— Как думаешь, чем сейчас занимается Юме? — он отважился спросить.

— Наверное, спит.

— А, ну да... Я полагаю, что так оно и есть, а?

— Ты беспокоишься о ней?

— Ну да, наверное, я и правда волнуюсь. Но я уверен, что с ней всё будет в порядке. Я имею в виду, что это же Юме.

— Ага. Если уж на то пошло, то мы... — начала было Мерри, но тут же умолкла.

«…то мы...» что?

Это его беспокоило. Стоит ли ему спрашивать? Почему он не может спросить?

Харухиро всхлипнул. Он посмотрел на огонь. В нем был скрыт какой-то намёк, и он был уверен, что если прищурится, то обнаружит его. Ложь. Он совсем не был уверен в себе. Он никак не мог найти намёка на это. В конце концов, костер есть костер.

— Я всегда лишь только жду... — пробормотал Харухиро невероятно тихим голосом.

Он вовсе не надеялся, что Мерри его услышит. Может ли он сказать это наверняка? Возможно, он действительно надеялся. Он был таким бесхребетным.

— Хару. Ты только что что-то сказал?

— О... нет... — поспешно сказал он.

Это довольно ужасно с моей стороны - вести себя так, будто я никогда ничего не говорил, не так ли? Он ищет свое отражение. Я просто не должен притворяться, вот и всё, но я не могу перестать дрожать от страха.

— Я думаю... Я недостаточно самоуверенн... — его голос действительно дрожал.

— Потому что ты хороший парень, Хару.

— Ты действительно так считаешь? — спросил он, несмотря на все свои усилия.

Мерри сидела, опустив взгляд. Он задал ей вопрос, на который было трудно ответить.

Харухиро потер левую бровь. Во рту у него ужасно пересохло.

Вау. Удивительно, как сильно оно пересохло.

— Я... не в состоянии видеть в себе хорошего парня, или кого-то подобного... — наконец сказал он. — Это совсем разное. Я не очень то и хороший... Я думаю. Не знаю. Я просто пытаюсь сбежать от проблем? Я чувствую, что именно оттуда все и происходит...

— Никто не хочет поднимать волну, понимаешь? Если всё хорошо, и ты не желаешь их изменений, то ты захочешь, чтобы они оставались такими, как есть.

Понимаю , подумал Харухиро. Проще говоря, Мерри удовлетворена существующим положением вещей и хочет сохранить наши нынешние отношения. И это все?

Да, скорее всего так и есть. Это единственный способ принять это. Если бы только я понял, что она имеет в виду, она бы сказала, «Не подходи ближе». В каком-то смысле «знай свое место». Возможно, когда-то наши тела соприкасались, но это была лишь случайность, так что я не должен был слишком углубляться в это. «Давай обо всем забудем» - как-то так? Это имеет ввиду, так ли? В основном?

Да.

Я так и думал.

Вхю.

Может быть, это и к лучшему, на самом деле? Я поймал себя на этом ещё до того, как возникли какие-то странные недоразумения. Это, конечно, было опасно. Я был на волоске, от того, чтобы невероятно опозориться. Если бы я все испортил, то совершил бы роковую ошибку. Возможно, я сильно напортачил. Могу ли гарантировать, что сделал бы это.

Харухиро встал. Его тело казалось странно легким. Вернее, у него подкашивались ноги, и все вокруг казалось смутным и расплывчатым.

— Я пойду осмотрюсь вокруг.

— ...А? Ты все-таки пойдешь?

Харухиро неопределенно улыбнулся ей. Почему он улыбается? Даже он сам этого не знал.

Держись здесь. Если я просто начну ходить, то во мне словно произойдет щелчок переключателя, и всё станет ясно, как будто я перешёл в новый режим, я довольно хорош в этом, подумал Харухиро . Я все ещё могу идти дальше. В конце концов, я довольно молод. У меня ещё многое вперёди. Я уверен, что так оно и есть...

А теперь пора перестать думать о таких вещах, которые не имеют никакого смысла. У меня впереди есть дела поважнеее, требующие концентрации. Сосредоточиться на них. Но что же это такое? Оглядеться вокруг? И это всё? Неужели это то, что мне действительно нужно сделать? Не совсем так, правда? Но я всеравно сделаю это. Это и означает жить. Вероятнее всего. Возможно. Я так полагаю...

Харухиро пошел дальше. Его шаги были бесшумны. Ни одна часть его тела не издавала лишнего шума. Даже его дыхание было подавлено до такой степени, что оно стало незаметным.

Он растворился в темноте. Стал с ней единым целым. Это было очень приятно. Действительно отлично. Его Скрытность удалась. Он чувствовал себя так, словно стал Хозяином Ночи.

Что ещё за Хозяин Ночи? Но ведь такого ещё не было, а? Их просто не существовало.

Тут что-то есть. Какой-то шум .

Сегодня почти не было ветра. Стрекотали насекомые. Птицы тоже иногда шумели. Что же касается журчания реки, то они разбили лагерь довольно далеко от Ирото, так что он не должен был его слышать.

Но что же это за звук?

Харухиро уже давно спустился с холма, на котором они разбили свой лагерь. Но даже при этом он был всего в двухстах-трехстах метрах от неё. Ирото была не здесь, скорее всего, в противоположном направлении.

Почему ноги сами привели его сюда? Это произошло наполовину неосознанно, но он понимал причину этого.

Звук. Этот таинственный звук привлек внимание Харухиро.

Это было так трудно описать, было трудно его с чем-то сравнить. Однако где-то, в какой-то момент, он слышал похожий звук подобный этому.

Может быть, это музыкальный инструмент?

Что же это может быть за инструмент? Инструмент?

В таком месте, как это?

Это может быть довольно опасно... разве не так?

Харухиро понимал, что он так же хорошо чувствует опасность, как и все остальные. Не пора ли повернуть назад?

Если бы он путешествовал один, то сделал бы это без колебаний. Но хотя он и не планировал этого, он был охранником каравана, и сейчас он был в дозоре.

Неужели это действительно опасно? Каким образом и насколько? Он должен был выяснить это и прояснить ситуацию. Он был лидером, хотя и не очень-то им был. У Харухиро была своя ответственность.

С этим звуком в качестве проводника он поплыл сквозь темноту.

Какое-то время, довольно долгое время, на самом деле, он не мог войти в Скрытность, как будто он был в каком-то спаде. Но разбитое сердце...

Это разбитое сердце? удивился он. Пережитый шок от переживания, похожего на то, что невероятно близко к разбитому сердцу, возможно, помог мне преодолеть его. Я делаю все возможное чтобы выйти из плохой ситуации. Удача и невезение тесно переплетены. Там, где есть плохое, есть и хорошее, а там, где есть хорошее, есть и плохое. Вещи не всегда могут быть хорошими, но и плохими они тоже не всегда будут. Думая об этом таким образом, это придает мне смелости. Да. Я думаю, что смогу продолжать в том же духе. Черт возьми, я могу это сделать. Я смогу это сделать. Я сделаю это.

Вперёди немного светло.

Может быть, она открывается, и Лунный свет льется вниз? Звук, который я слышу, доносится оттуда.

Нет никакой необходимости быть особенно осторожным. Я и так достаточно осторожен.

Харухиро двинулся вперёд.

Это совсем не то, что я думал.

Она не открывается. А тут ещё и впадина. Она становится всё ниже.

На краю впадины Харухиро остановился. Он немного нервничал .

Там обустроена чья-то палатка.

Это была большая круглая палатка. Он никогда не видел такой большого большого размера. Было несколько входов, каждый из которых был прикрыт занавесом, но изнутри просачивалось немного света.

В впадине был небольшой водопой. А те животные, что засунули туда головы - это были лошади? Они были размером с лошадь. Но, может быть, что это были совсем другие животные. Их было несколько штук, а ещё дальше от водопоя он увидел животных, которые паслись на траве.

Источником звука была та самая палатка. Может быть, это был какой-то музыкальный инструмент? Кто-то играл музыку.

Это плохо, не так ли? удивился он. Или же нет?

Я удивлен.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

8. Тайна Лесли

В версии с изображениями тут находится картинка.

Естественно, Харухиро вернулся назад, всех разбудил и сообщил им о том, что он увидел.

Кеджиман, казалось, источал радость всем своим телом и был до смешного взбудоражен. — Т-Т-Т-Т-Т-Т-Т-Т-Т-Т-Т-Ты! Ты знаешь, что это значит?! Ты ведь не знаешь, правда?! Ты ведешь себя так спокойно только потому, что не знаешь! Невероятно! Неужели тебе не хватает элементарного, здравого смысла?! Или ты просто идиот?! Держу пари, что ты идиот, большой чертов идиот!

— ...Я почти уверен, что не сделал ничего такого, что заслуживало бы такого обращения ко мне.

— Огромный шатер, который появляется ночью! Таинственная музыка! Это известная история, знаешь ли! Все это знают, если только они не идиоты и не живут под скалой! А ты кто такой?!

— Ну, не знаю...

— Ты даже на это не можешь ответить! Это значит, что ты идиот! Ну, не то чтобы это имело значение! Будь ты идиотом или жил под скалой, это не имеет никакого значения! Это незначительная деталь, так что давайте начнем!

Когда Кеджиман попытался убежать, Сетора схватила его за шиворот.

— Приостановись-ка.

— О-отпусти! — взвизгнул Кеджиман. — Ты меня задушишь! Это же больно! Я задохнусь! Я задохнусь до смерти!

— Если хочешь, то почему бы тебе не задохнуться?

— Нееееееет, спасибо! У меня все ещё есть дела, которые мне нужно сделать! Нет, я не могу умереть, пока сам не увижу Лагерь Лесли*! Иначе я никогда не смогу упокоиться с миром!

— Лагерь Лесли? — Кузаку склонил голову набок. — А что это за лагерь такой?

— Н-Н-Н-Н-Невероятно! Вы действительно не знаете?! Вы меня разыгрываете! Я не могу в это поверить! Вы не можете не знать о Лагере Лесли! Вы должно быть буквально жить под скалой!

Он говорил это, но Шихору или Сетора впервые услышали об этом, и то же самое было с Харухиро.

А как же Мерри? Он не мог спросить. Хотя это и не было откровенно подозрительно, реакция Мерри была немного странной.

— А ты... слышала об этом...? — Шихору спросила её вместо Харухиро.

Мерри на мгновение заколебалась, прежде чем кивнуть. — Только само название. — коротко ответила она.

— Охх, — сказал Кузаку, расслабленно кивнув. — Мерри-Сан, иногда ты можешь не соглашаться с нами, потому что ты Солдат-Доброволец дольше, чем мы.

О, да.

И это было правильно.

Мерри была в некотором роде их начальницей — нет, не просто начальницей; она определенно была Солдатом-Добровольцем дольше, чем все остальные.

Лагерь Лесли. Судя по тому, что сказал Кеджиман, это была довольно важное место. Не было ничего странного в том, что Мерри знала об этом. Харухиро и остальные были просто не осведомлены об этом.

Должно быть, так оно и было. В этом нет никаких сомнений.

— Я не против пойти посмотреть, но это ведь не опасно, правда? — осторожно спросил Харухиро.

— А, опасно?! — воскликнул Кеджиман. — Разве беспокойство об этом позволяет тебе жить более полноценной жизнью?! Можешь ли ты громко петь о том, как прекрасна эта жизнь?! А тебе не кажется, что есть вещи поважнее?!

Кеджиман продолжал болтать, объясняя, что Лагерь Лесли видели в разных местах по всему Гримгару, обычно ночью. По-видимому, это была обычная особенность совпадений, которые утверждали, что он внезапно появился там, где в течение дня ничего не было.

Как можно было догадаться из названия, в этом деле был замешан человек по имени Лесли.

Эйнранд Лесли*. Он был хозяином Лагеря Лесли.

Одни говорили, что он человек, другие - что он нежить. Это был купец, известный в определенных кругах уже более пятидесяти лет.

Тем не менее, он был больше, чем просто торговец. Эйнранд Лесли приобретал предметы, подобных которым никто никогда не видел, и иногда отдавал их в обмен на большую цену. Иногда на золото, иногда на что-то еще.

Один богатый человек в Веле без сожаления отдал свою прекрасную жену и дочь Эйнранду Лесли и получил кольцо, не похожее ни на одно другое в этом мире, обладающее силой вызывать бури.

Однако тогда богач понятия не имел, как вызывать бури. Поэтому, когда он попросил Эйнранда Лесли о помощи, то получил ответ:

—Позволь мне научить тебя. Однако ценой будет твоя новая жена.

У богача была молодая любовница. Он плевал на свою жену, которая была уже далеко не в расцвете сил, и на дочь, которая вела себя с ним дерзко. Для богатого человека его первая жена и дочь не были большой платой. На самом деле он смог избавиться от них, получить кольцо и жениться на своей новой жене. Три зайца одним выстрелом.

Но его новая жена...

— Как будто я отдам тебе свою жену! — богач огрызнулся и бросил кольцо на землю.

Когда он это сделал, поднялась буря, на глазах у людей образовались темные тучи, и Веле поразила великая буря невиданных доселе размеров.

Дома рухнули, и многие корабли затонули. Эйнранд Лесли исчез, а богач погиб в своем разрушенном особняке.

Таких историй об Эйнранде Лесли было бесчисленное множество. Тем не менее, он не был человеком из сотен лет назад, так что было слишком рано, чтобы о нем ходили легенды.

По словам Кеджимана, не было недостатка в людях, которые утверждали, что встречались с Эйнрандом Лесли. В Веле было довольно много людей, которые хвастались какой-нибудь диковинкой, сокровищем, сказкой или куском хлама или пытались продать его, утверждая, что они получили его от Эйнранда Лесли.

Однако на самом деле не было никаких твердых доказательств, ни каких-либо непоколебимых доказательств того, что Эйнранд Лесли определенно посетил Веле. История о богаче воспринималась как бред, выдумка, нечто такое, о чем болтают идиоты за выпивкой.

Но даже при этом никто не сомневался в существовании Эйнранда Лесли.

Вот ещё одна история, например.

Молодая девушка убежала из дома, забредя в лес не дальше десяти километрах от Веле. В конце концов девушку привлек таинственный звук, и она наткнулась на большую круглую палатку, вокруг которой собрались похожие на лошадей существа. Она в страхе повернула назад, бродила по лесу до самого утра и каким-то чудом добралась домой.

Девушка рассказывала всем вокруг о том, что она видела. Кто-то предположил, что это может быть Лагерь Лесли, и из-за слухов, порождающих новые слухи, вскоре по всему Велу поднялся шум.

В течение более чем десяти дней сотни людей - нет, тысячи, а может быть, и десятки тысяч - направлялись в лес в поисках Лагеря Лесли.

В конце концов лагерь так и не был обнаружен, но это случилось всего пять лет назад, так что большинство людей в Веле помнили его.

Путешественники, которые бродили по Гримгару, любопытные авантюристы, бывшие Солдаты-Добровольцы, торговцы, пылающие честолюбием, готовые отправиться куда угодно ради прибыли - никто из них не встречал Лагеря Лесли. Если бы его можно было найти путем обыска, кто-нибудь уже давно бы это сделал. Были такие, кого называли Лесли-маньяками, которые одержимо обменивались информацией о нем между собой, но говорили, что чем больше смотришь, тем дальше становится Лагерь Лесли.

Как бы то ни было, Лагерь Лесли явно был тем местом, где можно было найти Эйнранда Лесли. Он был одним из немногих коллекционеров Гримгара.

Может быть, у него и не было кольца, вызывающего бури, но зато имелись одно - два знаменитых сокровища вроде красного бриллианта, который, как говорят, стоит столько, что можно купить целую страну, или массивный золотой бюст Энада Георга*, короля-основателя Арабакии, или потерянная корона королевского дома Нананки, или Ожерелье Найджелинка*, которое принцесса Титиха* из исчезнувшего Ишмала* носила до самой своей смерти, или Скипетр Рассвета*, или драгоценный меч Улгиса*.

Если бы кто-нибудь попытался купить хоть одно из этих знаменитых сокровищ, Эйнранда Лесли, без сомнения, потребовал бы с него грабительскую сумму. Однако даже если бы они не могли иметь эти вещи, даже мимолетный взгляд на них был бы историей, которую они могли бы рассказать до самой смерти.

Кроме того, вряд ли кто-то принимал это всерьез, но были детские истории, что Эйнранд Лесли мог исполнить желание для любого, кто смог встретиться с ним.

Более того, согласно одной из теорий, Эйнранд Лесли не был ни человеком, ни нежитью, но чем-то похожим на фею или дух и мог принести людям огромное богатство своими таинственными силами.

По правде говоря, причина, по которой никто из тех, кто утверждал, что знает его лицо, не вышел вперёд, была связана именно с этим. Те, кто разбогател с помощью Эйнранда Лесли, унесут эту тайну с собой в могилу. Точно так же, как деньги, если бы у каждого была удача, она уменьшилась бы в цене. Вот почему до самой смерти им лучше было скрывать все, что они знали об Эйнранде Лесли. В этом и заключался секрет окончания привилегированной жизни, все ещё находящейся на вершине.

Существовал ли вообще Лагерь Лесли? Если судить чисто по тому, что сказал Кеджиман, то это было несколько сомнительно.

Нет, очень сомнительно.

Однако Харухиро видел его собственными глазами.

В таком случае...

Честно говоря, хотя он и не был в восторге от этой идеи, он направил туда своих товарищей и Кеджимана.

Вскоре они прибыли.

Харухиро надеялся, что, пройдя по тому маршруту, который он помнил, они будут разочарованы, обнаружив, что его больше нет. Не то чтобы он хотел разочароваться, но если лагерь Лесли и существовал, он не видел в этом ничего, кроме неприятностей. Он хотел избежать этого... но из этого ничего не вышло.

Может быть, это и была крупная находка, но он бы нисколько ей не рад.

— Э-э-э-э-это...! — Кеджиман стоял на краю впадины, дергая себя за волосы. Он тянул так сильно, что у него свалились очки. — Оооо! М-Мои очки! Где, где, где мои очки?! Мои очки...!

— ...Здесь. — Шихору подобрала их и вернула обратно.

Кеджиман надел их и бросился на дно впадины. — Охххххх! Я! Лесли! Лагерь!

— Так ты теперь в Лагере Лесли? — спросил Кузаку. — Подожди−

Он взглянул на Харухиро, как бы говоря: « Разве нам не нужно идти за ним?»

Без сомнений не обойтись. А может не надо? Харухиро, очевидно, был не единственным, кто так думал, потому что Шихору, Мерри, Сетора и Киити тоже не двигались с края впадины.

Харухиро и его команда были наняты только в качестве охранников. Они не были ни мамой, ни папой Кеджимана. Они не должны были соглашаться с этим.

— Если от этого человека больше нет никакой пользы, то сейчас самое время его бросить. — тихо сказала Сетора.

Она могла бы повторить это ещё раз. Она была права. Если забыть о том, что он был их нанимателем, то они нуждались в нем, чтобы он привел их обратно на Альтерну.

— Эй... — не решаясь кричать слишком громко, Харухиро позвал его вполголоса.

Либо Кеджиман не слышал его, либо не собирался даже слушать, так как не останавливался. Он не задумывался о том, чтобы повернуть назад. Серьезно, что это было с тем мужиком?

Он уже достиг дна впадины.

Похоже, другого выбора нет, а? Даже если бы я бежал быстрее всех, то не смог бы догнать его вовремя.

Харухиро собрался с духом. Они будут стоять в стороне и ждать, что произойдет. Если дело примет дурной оборот, им придется оставить Кеджимана и бежать.

Прощай, Кеджиман. До следущей встречи.

— Ахх... — Кузаку застонал, затем прикрыл рот рукой. Должно быть, он беспокоился о Кеджимане, который, по крайней мере, пытался подкрасться к одному из входов палатку.

Ты чертовски мягок, Кузаку, подумал Харухиро . Но я думаю, что это одна из сильных твоих сторон. Это делает тебя симпатичным парнем. И все же именно эта часть тебя беспокоит меня больше всего. Хотя я понимаю, что это не мое дело.

Кеджиман был уже в точке примерно в десяти метрах от входа в палатку.

— Этот звук. — прошептала Шихору. — Это что, аккордеон?

— Вот именно! — понял Харухиро.

На ум пришел образ музыкального инструмента, состоящего из змееподобных мехов и клавиатуры, на которую можно было нажимать. Потом он потерял счет своим мыслям, и только слово «а-кор-де-он» осталось где-то позади, как пустая коробка.

Опять это? Теперь он уже начинал злиться.

Но сейчас, наверное, не время злиться...

Наконец Кеджиман добрался до входа палатки. Он был уверен, что Кеджиман будет осторожен с этого момента, но Кеджиман внезапно распахнул занавеску.

Стоит ли нам бежать по-настоящему? В течение нескольких секунд Харухиро серьезно обдумывал это.

— Эйнранд... — сказал кто-то тихим голосом.

Нет, не просто кто-то.

Харухиро машинально посмотрел на Мерри, которая стояла рядом с ним. Глаза Мерри были широко раскрыты, как будто её что-то удивило.

Харухиро не колебался и самым незаметным образом, на который был способен, отвел глаза. Он не знал, сможет ли вести себя так, будто ничего не видел, но собирался попробовать.

Кеджиман просунул голову в палатку. Неужели ничего не случится?

В конце концов, он начал махать рукой. Ну же, ко мне! это было то, что он, по-видимому, пытался сказать.

Кузаку оглянулся на остальных. — ...Мы идём?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

9. Время Для Смеха?!

В версии с изображениями тут находится картинка.

Нерешительно заглянув в палатку, там оказался только Кеджиман.

И правда. Кеджиман, очевидно, был слишком нетерпелив, чтобы ждать Харухиро и остальных пока они подойдут, поэтому он вошел туда раньше них.

Она не была широкой. Может быть, по три метра в каждую сторону. Она была разделена не стенами, а блестящими темно-фиолетовыми занавесами. На полу был расстелен красный ковер. Его волокна были довольно длинными. В углу стоял приставной столик, а на нем - довольно дорогая на вид лампа. Учитывая размеры палатки, там должна была быть ещё одна комната или что-то в этом роде, если они отодвинут эти занавесы.

Там не было ничего похожего на музыкальный инструмент, который мог бы издавать звуки, которые они слышали здесь.

Харухиро велел своим товарищам подождать снаружи, а сам вошел в палатку.

Кузаку держал вход открытым снаружи.

— Это действительно... правда, я не сплю! — сказал Кеджиман. Затем он начал смеяться. — Хе-хе-хе!

— Послушай, эм... а ты не мог бы помолчать? — спросил Харухиро.

— А тебе что с того?!

— Неужели я действительно должен объяснять?

— Мы имеем дело с Эйнрандом Лесли, ты же сам это понимаешь! Если бы он хотел что-то сделать с нами, то уже давно сделал бы все, что угодно, всё-всё!

— Ты ведь тоже не знаешь, что он за человек, Кеджиман-Сан? Даже если он человек или нет...

— Но! Я уверен, что когда дело доходит до слухов, сплетен, слухов и многого другого об Эйнранде Лесли, мои знания не имеют себе равных! Может быть, ни с чем не сравнимый - это немного чересчур, но я прилично разбираюсь в этих вещах! Я кое-что знаю!

— А разве уровень твоих знаний в этом не катится к нулю?

— Эта комната! — Кеджиман стоял кривоногий, указывая вверх по диагонали указательными пальцами обеих рук.

— А в этой позе есть какой-то смысл? — Харухиро вздохнул. Харухиро стыдился, что ему приходится указывать на такие вещи.

— Эта коооооомната...! — воскликнул Кеджиман.

На Харухиро никто не обращал внимания. Уныло.

— ...Фиолетового цвета! — воскликнул Кеджиман, закончив фразу. — Судя по тому, что я слышал, внутри Лагеря Лесли всё фиолеееетоооового цвета! Другими словами! Других слоловами! Этот лабиринт темно-фиолетовых занавесов! Лабиринт действительно существует!

— Я уже и так измотан... — пробормотал Харухиро.

— Ладно, ладно, давайте успокоимся.

Кеджиман дважды ударил себя кулаком в грудь, выдохнул и откашлялся.

Ох, блин. Это плохая новость.

Харухиро чувствовал, что уже привык к таким персонам. Вот почему у него был способ контролировать их до некоторой степени. По крайней мере, он так думал, но его совершенно выбили из колеи. Всегда найдется кто-то лучше тебя. Кто бы мог подумать, что он столкнется с таким сильным противником?

— А теперь входите, ребята. — Кеджиман махнул рукой.

Кузаку последовал за ними в фиолетовую комнату.

Харухиро прижал руку ко лбу. — Зачем ты сюда зашел, дружище?

— Ах! Прости, я не хотел...

— У них все равно нет другого выбора, кроме как войти. — Кеджиман надавил на переносицу очков средним пальцем и тихо рассмеялся.

— А почему все так? — Сетора отодвинула занавес, чтобы спросить.

Кеджиман понизил голос и сказал, словно раскрывая какую-то особую тайну, существует легенда о Лагере Лесли, которая гласит: « Вы не сможете выйти через ту дверь, через которую вошли ».

— Ерунда.

Сетора прошла за занавес и смело вошла в фиолетовую комнату. Занавес у входа закрылся за ней. Затем Сетора сделала круглое лицо, пытаясь уйти тем же путем, каким вошла.

— Что...?

Сетора направилась к выходу. В этом не было никаких сомнений. Если она протянет руку, то сможет дотянуться до занавеса. Если бы она немного продвинулась вперёд и отодвинула занавес, то смогла бы уйти. И все же...

— Как странно. — пробормотала Сетора.

— Что же это такое? — спросил Кузаку.

Сетора покачала головой, словно не понимая, что происходит. — Я не знаю.

— Хо-хо! Ну-ну! — Кеджиман попытался бежать к выходу, но по дороге замер на месте, и всё его тело начало дергаться. — Нннннх...! Ч-ч-ч-ч-что это...?!

— А? Вы не можете выбраться отсюда? Вы нас разыгрываете. — Кузаку рассмеялся и направился к выходу. Первый и второй шаг прошли нормально, но он остановился как вкопанный прямо перед выходом. — Что это такое? Всё, что я могу сказать, что это странное ощущение...

Кеджиман - это одно, но трудно было представить, что Кузаку или Сетора с ним шутят. Харухиро не нужно было пробовать это самому; он мог предположить, что происходит что-то ненормальное.

Шихору, Мерри и Киити всё ещё были снаружи.

Тут было два варианта. Он мог бы заставить Шихору и других снаружи сбежать, а те, кто внутри, сами найдут выход, или...

Нет . Харухиро покачал головой. Разделять команду было бесполезно.

— Шихору! — он позвал их. — Мерри и Киити тоже... заходите.

Через занавес в палатку вошли два человека и одна ньяас. Мерри, казалась, задумчивой, или имела несколько мрачный взгляд на её лице, но она выглядела, как она может быть бледной, слишком.

Возможно, Киити что-то почувствовала, потому что она вскочила и схватила Сетору за руку. Шихору тоже казалась встревоженной.

— В чем... дело? — спросила Шихору.

— Ну, видишь ли ... — начал объяснять Кузаку, но его прервал чей-то голос.

— Ну и ну. Как вы себя чувствуете? Мы очень рады видеть вас в Лагере Лесли.

— Нихах?! — Кеджиман издал странный крик и посмотрел в обе стороны.

— Только что... неужели этот голос сказал «Лагерь Лесли»? — спросила Шихору.

Да, Харухиро ясно слышал, как этот голос произнес то же самое. Неужели это действительно Лагерь Лесли? Что же это значило для них? Этот голос принадлежал...

Это был женский голос.

Возможно ему показалось, но голос был знаком, а может и нет...?

— Вы ведь люди, да? Это значит, что вы понимаете этот язык, да? Неужели вы все—

— Вот так! — Кеджиман повернулся к левому занавесу и резко отдернул её. Когда занавес был отодвинут, там была такая же комната, окруженная занавесами, и никаких признаков присутствия человека внутри. — ...Ух! Голос доносился отсюда, так почему же?!

— О, боже, боже, боже. — издал голос. — У нас тут очень оживленные гости. Даже слишком оживленные. Если вы слишком увлечетесь, то, боюсь, долго не проживете.

—Г-Где ты?! Выходи! Нет, пожалуйста, выходи! Ты, та самая, с голосом красивой молодой девушки!

— Кьяпии. — сказал голос. — Интересно, откуда ты узнал, что я красивая молодая девушка? Только от моего голоса? Неужели я излучаю такой высокий уровень красивой молодой девушки, что это невозможно скрыть? Но я не могу этого сделать.

— А почему именно кьяпии?!

— О путники! — самопровозглашенный голос красивой молодой девушки внезапно приобрел более величественный оттенок. — Ищите и бродите. Если вы это сделаете, ваш путь приведет вас куда-то. Я ещё раз приветствую вас, путники, в странствующем хранилище реликвий, которое собрал мой хозяин, Эйнранд Лесли.

Голос оборвался.

Харухиро и Кузаку быстро переглянулись. Харухиро шел вперёди, Кузаку - справа. Они оба одновременно отдернули занавесы.

Комната перед ними ничем не отличалась от этой. Но комната справа была совсем другой. Там была деревянная дверь.

Взглянув на него, Харухиро не мог не признать, что это странно. Обычно двери были встроены в стены. Однако эта дверь была закрыта занавесом.

Судя по всему, если они откроют дверь, то за ней скорее всего окажется занавес.

— Оххххх! — внезапно Кеджиман бросился к двери и взялся за ручку. Если бы Харухиро отреагировал чуть медленнее, Кеджиман, без сомнения, открыл бы её.

Паук.

Нет, он не собирался заходить так далеко, чтобы убить его. Харухиро просто заломил руки Кеджиману за спину, прежде чем тот успел это сделать.

— П-Подожди! — воскликнул Харухиро, пытаясь вырваться.

— Ах, отпусти меня! Я же твой наниматель! Как ты думаешь, что ты делаешь со своим нанимателем?!

— Мы не знаем, что ждет нас вперёди!

— То ли это повелитель демонов, то ли темный бог, который собирается выйти, мы не узнаем, пока не попробуем!

— Так или иначе, я действительно не хочу, чтобы кто-то из них выходил!

— Отпусти меня! Отпусти, отпусти, отпусти! Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет!

— Ты что, капризный ребенок...?

Харухиро передал Кеджимана, который вертелся покругу и устраивал сцену, Кузаку. Сейчас он чувствовал себя в большей безопасности, но что делать дальше?

— Мы не можем выйти через этот выход. — вслух размышлял Харухиро. — Если мы сможем найти другой выход...

— Все равно нет никакой гарантии, что мы сможем уйти. — Сетора тщательно гладила шейку Киити. Возможно, она пыталась её успокоить. — Этот женский голос сказал, что это хранилище реликвий. Это была реликвия, которая делала возможным создание искусственных душ и производство големов. Хотя это может быть не так для всех из них, определенный процент реликвий обладает силой, способной перевернуть законы этого мира. Они просто бесценны.

— Ониииии! Здееееесь! Их тут много! Даже эта дверь, как бы обыкновенно она ни выглядела, может быть реликвией! — закричал Кеджиман.

Кеджимана крепко держал Кузаку. Но кляпа у него не было, так что он все ещё мог кричать.

Сетора искоса взглянула на Кеджимана. — Какой же ты шумный! Может, мне заставить его заткнуться?

— Т-ты собираешься убить меня?! Если так, то я немного помолчу...

— Закрой пасть, пока я не скажу иначе. Ты просто невыносим.

Кеджиман молча кивнул.

— Это реликвия... — Шихору обнимала свой посох, нервно поглядывая на дверь, но не приближаясь к ней.

Мерри молчала. Она посмотрела вниз, нахмурив брови. С ней все в порядке?

Нет, это была не просто Мерри, никто из них не был в порядке.

— Может, мы просто откроем её, откроем и посмотрим, что будет дальше...? — спросил Кузаку.

Его предложение стоило обдумать. Они могли бы попытаться открыть её, и если бы случилось что-то странное, они могли бы немедленно закрыть её.

— Нет. — сказал Харухиро. — Но, хм, я всё же не уверен...

Как и говорил Кеджиман до этого, они понятия не имели, что может выйти наружу, поэтому, честно говоря, он был напуган. Тем не менее, Харухиро намеренно проглотил свой страх и решил больше не использовать слово «боюсь», если это возможно.

Это хорошо - иметь чувство страха. Это заставило его насторожиться. Но причитания о том, как он напуган, могли только навредить ему.

Даже если это было безосновательно, он должен был, по крайней мере, заверить своих товарищей, что они смогут как-то справиться с этим.

— А пока почему бы нам не проверить всё остальное? Очевидно, мы сделаем это так осторожно, что в наших силах. — предложил Харухиро с притворным спокойствием.

Никто не возражал.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

10. КОМНАТЫ

В версии с изображениями тут находится картинка.

Каждый раз, когда Харухиро отдергивал занавес, он напрягался и морально, и физически.

Это было к лучшему. Именно в те моменты, когда он был уверен, что с ними всё в порядке и ничего плохого не случится, всё шло наперекосяк.

— Ящик... — пробормотал он.

В этой комнате, помимо бокового столика и лампы, стоял ящик, достаточно большой, чтобы он мог обхватить его руками и поднять. Похоже, он был сделан не из дерева. Скорее всего, это был металл.

Кеджиман попытался дотронуться до него, но Сетора накричала на него — Эй!.

— Иик! Я извиняюсь!

Это становилось регулярным представлением.

Было неясно, является ли этот ящик или предыдущая дверь реликвиями, но пока по возможности, лучше было их не трогать. Столкнувшись с таинственным явлением, которое не позволяло им выйти из палатки, эта мера осторожности была оправдана.

Харухиро подозревал, что этот звук мог быть причиной этого таинственного явления, но это также могло быть и работой реликвии.

Была ли его догадка верна или нет, лучше всего было предположить, что в Лагере Лесли может произойти что угодно, и сосредоточиться на поиске другого выхода.

Харухиро и его команда уже обыскали двенадцать комнат. До сих пор все они занимали около трех квадратных метров и были отделены от остальных темно-фиолетовыми занавесами. Рядом всегда стоял столик с лампой.

Там могли быть и другие предметы, а могли и не быть. Однако в той же комнате ещё не было ни одного чемодана с различными предметами.

Комнаты, в которых были только приставной столик и лампа, давайте назовем их пустыми комнатами, их было семь. Для оставшихся пяти разбивка была следующей.

Дверная Комната, с деревянной дверью.

Скульптурная Комната, со статуей обнаженной женщины, скорее всего, человеской расы.

Ключечая Комната, с кольцом ключей, оставленным на стуле.

Комната, в которой они сейчас находились, была второй, где находился ящик.

Ящик в первой такой комнате был похож на этот ящик с точки зрения размера и используемого материала, но другого цвета. Ящик в первой комнате был из почерневшего золота, а ящик в этой комнате был цвета меди.

Шихору нерешительно подняла руку.

— Меня что-то беспокоит... — начала она, а потом показала им записку с простым планом каждой комнаты. — Вход, через который мы вошли... должен был находиться на внешнем краю палатки, но…

Харухиро и его команда воспользовались комнатой с их входом, а также двумя комнатами слева и справа от нее, как отправной точкой, и обыскали четыре комнаты внутри каждой из них, одну за другой.

— Это может показаться странным, но мне интересно, что находится за пределами внешнего края... — продолжала она.

Кузаку склонил голову набок. — За внешним краем ничего нет, верно? Я имею в виду, разве это не выход наружу?

Сетора скрестила руки на груди и пробормотала себе под нос — Скорее так оно должно и быть.

Киити вела себя вполне прилично, сидя там и глядя на Сетору снизу вверх.

— Ага. — согласилась Мерри.

— Как-то слишком все просто... — пробормотал Харухиро.

Вот именно. Если это не так, значит, есть что-то еще.

Харухиро попытался вернуться в комнату с дверью, которая была справа от входа.

— Обычно, другая сторона этого занавеса находится снаружи... так ведь? — спросил он.

В Дверной Комнате тоже были занавесы с четырех сторон. Из этих четырех сторон дверь, о которой идет речь, находилась перед занавесом в том направлении, которое было прямо перед входом в эту комнату от двери с входом.

Харухиро стоял перед занавесом, который был справа от него, а лицом к двери.

Сама палатка была беловатого цвета. Если бы он отодвинул эту темно-фиолетовый занавес, то там должна была быть беловатая наружняя занавеска, отделяющая внутреннюю часть от внешней. Он не вполне осознавал этого, но именно поэтому не пытался пройти здесь.

Не было никакого способа, чтобы они смогли пройти здесь.

— Подожди, Харухиро. — сказал Кузаку. — Я сам с этим разберусь.

Когда Кузаку подошел к занавесу, Кеджиман издал странный крик «Зумой!» - и бросился вперёд. Он с удовольствием отдернул занавес.

Кеджиман закричал — Нннннннннннннн! Уааааааааааааа...?!

У него было чувство-нет, он был наполовину убежден — что это вполне вероятно, так что Харухиро не очень удивился.

Нет, это была ложь. Он был удивлен, но ещё больше он был смущен тем, как передать эту ситуацию. Потому что он все-таки был там.

Судя по расположению палатки, он должен был задернуть занавес снаружи или выйти наружу, но там была комната с боковым столиком, лампой и занавесами в каждом из четырех направлений, включая то, которое Кеджиман сейчас держал открытым.

Это была комната.

Там была ещё одна комната.

Пустая комната.

— Ух, конечно, так и должно быть...

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро сделал вид, что задумался. Вернее, он пытался думать, но не мог избавиться от ощущения, что это бессмысленно. Что же это значит?

— Хе-хе! — Кеджиман хихикнул. — Неужели вы не понимаете?

Казалось, даже Кеджиман не спешил войти в эту пустую комнату, потому что он повернулся к ним, все ещё держа занавес открытым.

Мужчина сделал паузу. — Ну чтож, Я... без понятия. Что здесь происходит?! Страшно! Страаа-шнооо! Н-Н-Н-Нам лучше вернуться домой, к черту всё...!

— Послушай, это ведь твоя вина с самого начала... — пробормотал Харухиро.

— Ты же мой телохранитель, так сделай же что-нибудь с этим, осёл!

— Ты кого ослом называешь? — холодно спросила Сетора. — Следи за своим языком, ничтожная мразота.

Пока Сетора отчитывала его, Кеджиман начал реветь. Из носа же у него текло довольно много соплей. — Простите меня, Моя королева. Моя богиня. Но я понятия не имел, что всё так закончится...

Было бы неплохо, если бы Кеджиман хоть немного подумал о тех, кого он втянул в эту неразбериху, но не было ни малейшего шанса, что возьми он ответственность за эту проблему на себя, это как-то улучшит ситуацию.

Но Харухиро очень хотел этого. Он действительно хотел отдать ему должное за всю эту чертовщину, что тот натворил.

Это ситуация требовала некоторого самообладания. Но он знал, как держать себя в руках.

Это было лучше, чем те дни, которые он провел, мучаясь от одного этого идиота. Если он будет думать об этом именно так, то как-нибудь сможет это пережить.

Но погодите, неужели это действительно так?.. Правда?

Это было сомнительно. Кеджиман тоже был довольно ужасен.

— А вдруг это другой мир... может быть. — сказала Мерри, а затем добавила — Но это только предположение. — как будто оправдываясь.

— Д-Другой мир, да?! — Может, это и не повод для паники, но по какой-то причине Харухиро так и сделал. — Хм, конечно, другой мир, а? Этим всё объясняется. Это другой мир, да? Другой мир... — пробормотал он, его мозг отчаянно работал.

В конце концов, что это значит? Другой мир? И что же это было?

— Ухх...? — пробормотал он. — Это место? Как Царство Сумерек или Дарунггар?

— Другой мир... — Кеджиман поправил очки на переносице средним пальцем правой руки. — Можно мне уйти...?

— Уходи. — Сетора указательным пальцем указала на землю. — Уходи и никогда не возвращайся.

— Прошу простииииить! Я просто пошутил! Это не то, что я действительно хотел спросить! Я тут подумал, может быть, вы, люди, бывали в других мирах?! По крайней мере, так мне показалось!

— Я нет, но Хару и остальные да. — сказала Сетора.

— Ваааау! Клааааааааасно! — глаза Кеджимана выпучились, и он немного потанцевывал.

А что с этим мужиком было? Серьезно. Он был отвратителен.

—Другой мир! Как же я мечтал попасть туда! Я всегда хотел увидеть его перед смертью! Ох! А что, если это действительно другой мир?! Разве я не должен быть счастлив?! Мое желание могло бы сбыться, верно?!

— Как круто... — сказал Кузаку с раздраженным лицом.

Но это не так уж и приятно, правда? с досадой подумал Харухиро.

— Реликвии, хм... - пробормотал он.

Он знал не так уж много, но у Харухиро был один такой же. Он получил его от Сомы. Приёмник. Казалось, он был сломан, но...

Правильно. Теперь, когда он думал об этом, он ещё не сказал своим товарищам. Вот дерьмо. Ему нужно было что-то сказать. Но, да, не сейчас. Но сейчас было не время.

Во всяком случае, если он правильно помнил, товарищ Сомы, Шимам*, что-то говорил об этом. Слово "реликвия" было общим термином для всех вещей, которые не могли быть воспроизведены с помощью современных технологий, но явно были сделаны в прошлом. По сути, это было слово для обозначения вещей, которые несли в себе силы за пределами человеческого знания, которые были неизвестного происхождения и замысла.

Харухиро подумал, что они были загипнотизированы этим звуком или чем-то еще, и именно поэтому они не могли уйти. Может быть, где-то в палатке была реликвия, похожая на музыкальный инструмент, обладающая такой силой. Но вполне возможно, что реликвия изменила внутреннюю часть палатки, превратив её в другой мир, как говорила Мерри. Или, возможно, вход вёл в другой мир, и это было путешествие в один конец.

Но все это было не более чем предположением.

Он чувствовал, что почти готов поддаться отчаянию. Может быть, они просто должны делать всё, что угодно в этот момент. Продолжать идти, и идти, и идти. В конце концов им пришлось зайти в тупик.

Харухиро прочистил горло. Он выдохнул, выпуская напряжение из своих плеч. Это не было обычной ситуацией, но был ли кто-то сейчас под угрозой смерти?

Ответ отрицательный. Это не было такой уж и отчаянной ситуацией.

Поэтому первым приоритетом было не впасть в ситуацию, которая угрожала бы их жизни. Для этого им требовалось выбраться из Лагеря Лесли.

Он боялся действовать неосторожно из-за отчаяния. Важно было быть непоколебимым. Продолжайть делать ту же самую работу, не сдаваясь. До тех пор, пока он делал это, это не было невозможным, даже для такого человека без особого таланта, как Харухиро.

— Наша задача не изменилась так что… — сказал он. — давайте продолжим поиски, проходя комнату за комнатой.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

11. Никогда Не Думал, Что Такое Случится

В версии с изображениями тут находится картинка.

Это не так уж и плохо.

Когда-то Харухиро верил в это. Или по крайней мере пытался заставить себя поверить.

Двадцать три ящика разных размеров, форм, цветов и материалов, из которых они сделаны.

Семь книг, разложенных на пьедесталах.

Пять статуй разной конструкции.

Три полки, с ящиками и всякой всячиной.

Одна дверь.

Одна связка ключей лежала на стуле.

Один подсвечник, тоже разложенный на стуле.

Еще восемь вещей, которые нелегко классифицировать.

И ещё двести пятнадцать пустых комнат, в каждой из которых стояли только приставной столик и лампа.

Таков был результат обыска двухсот шестидесяти комнат.

Используя комнату с входом, в которую они не могли вернуться, как точку отсчета, команда продолжила исследовать Лагерь Лесли. Теперь они снова были в прихожей. На самом деле они там просто упали на землю.

В случае Кеджимана, как только он сел на ковер, он откинулся назад и захрапел.

— Как ты думаешь, сколько времени прошло? — Кузаку сидел, скрестив ноги, сгорбив спину и опустив голову. В его голосе не было никакой силы.

— Мне кажется... у меня пропало чувство времени... — пробормотала Шихору. Шихору сидела спиной к спине с Мерри, и они поддерживали друг друга.

Сетора казалась довольно энергичной. Она открыла блокнот и с энтузиазмом делала заметки о лагере Лесли. Киити свернулась клубочком рядом с ней, явно сонная.

— Он бесконечен. — быстро сказала Сетора. — Не пора ли нам исследовать реликвии? Или мы все-таки попробуем открыть ту дверь?

На самом деле, Харухиро обдумывал ту же самую идею. В конце концов, единственное, через что они могли войти или выйти, была та дверь. Это заложено в человеческой природе - желание попытаться отворить её, то, чему тяжело было воспротивиться. Было довольно трудно игнорировать данное желание.

Харухиро также боролся с желанием открыть каждый из ящиков. Существование связки ключей бросалось ему в глаза, и он подумал, что, может быть, она предназначалась для вскрытия ящиков. Но, насколько он мог видеть, ни в одном из этих ящиков не было замочных скважин.

Они вообще открывались? Он ещё не пробовал. А пока, может быть, стоит проверить, смогут ли они открыть одну из них или нет? Разве это плохо?

Да, это было нехорошо.

Погоди, так ли это?

На самом деле он этого не знал. Ему тяжко было сейчас принимать решения. Он понимал это и потому не мог поступить иначе. Но в данный момент он не мог избавиться от ощущения, что все, о чем он думал, было в основном неправильно, и связка ключей не давала ему покоя.

Дверь. Если они откроют её, что там будет?

Ящик. Реликвии...

— У нас ещё есть запасы воды... — Мерри рылась в каком-то контейнере. — но у нас почти закончилась еда.

Все они оставили свои большие рюкзаки в лагере. У Харухиро было только самое необходимое снаряжение. Теперь он сожалел об этом. Однако он никак не ожидал, что это произойдет. Он был неосторожен.

— Тысяча золотых. — неожиданно сказал Кузаку.

— Ха...? — Харухиро посмотрел на Кузаку. На мгновение их взгляды встретились.

Кузаку отвел взгляд. — ... Нет, ничего особенного. Забудь про это.

— Забыть про это...? — несколько секунд Харухиро пребывал в оцепенении.

Каждая платиновая монета весила тридцать граммов. Их было около сотни. Три килограмма. Это была отнюдь не та сумма, которую они не могли унести, но мешок с сотней платиновых монет в нем был тяжелее, чем его физический вес. Сама сумка была сделана так, чтобы прослужить долго, и она была довольно громоздкой, так что она не была такой уж легкой.

Во время их путешествия Кузаку взваливал на плечи эту внушительную сумку, пока они шли, и держал её под рукой, пока спал. Однако что-то тут было не так.

А? А где же сумка? Я её не вижу, подумал Харухиро.

— Ну, вы же понимаете... — сказал Харухиро. — Наверное, такое часто случается?

Они только что проснулись. Их нигде не было, где они могли быть украдены. Кузаку, должно быть, не предполагал, что они не смогут вернуться.

Кузаку шмыгнул носом и с подавленным тоном, который был так не похож на него, пробормотал — ...Извини.

Харухиро обменялся взглядом с Шихору, у которой было, Ох ... выражение её лица.

Казалось, Мерри поняла, что происходит, и с тревогой посмотрела на Кузаку.

Сетора уставилась в свой блокнот и что-то тихо пробормотала.

Киити, по-видимому, уже заснула.

Громкий храп Кеджимана раздражал её.

Ну, вы же понимаете… со вздохом подумал Харухиро. Это же всего лишь деньги, верно?

Но это очень большие деньги. Например, смехотворная сумма? Это не значит, что они пропали. Если быть точным, то он их не потерял. Пока мы можем вернуться, тысяча золотых находится в том месте, где мы поставили лагерь. При условии, что мы сможем вернуться.

Можем мы это сделать или нет? Вот в чём сейчас проблема. Сейчас не время беспокоиться о деньгах. Если мы сможем вернуться, то это все решит. Об остальном будем думать, как выберемся.

Деньги не имеют значения. Забудь. Просто постарайся забыть. Нет, чем больше я стараюсь забыть об этом, тем труднее это забыть. Я начинаю зацикливаться на этом.

Ладно. Давай подумаем об этом так. Денег там не было. Для начала у нас никогда не было тысячи золотых. Их никогда не существовало.

Давай начнем с этого. Да. Я чувствую себя лучше... Что за пустая трата времени, черт побери!

Нет-нет. Мы ещё вернемся. Несмотря ни на что, мы вернемся. Не из-за денег, а потому что мы должны вернуться. Мы выберемся из Лагеря Лесли. Это всё, что сейчас имеет значение.

Он просто старался извлечь максимум пользы из плохой ситуации, но ему удалось заставить себя воспламениться. И все же его голова оставалась холодной. Он должен был думать спокойно. Двигаться вперёд только по инерции было не в стиле Харухиро.

Но даже тогда не было никаких сомнений, что они зашли в тупик. Если бы они просто продолжали идти вперёд, то было бы ясно, что ни у кого из них не хватит силы воли продолжать идти.

Харухиро встал. — Давайте исследуем дверь. К счастью, она прямо рядом.

Она была в соседней комнате, так что это было очень близко.

Кеджиман, который все ещё громко храпел, не проснулся, когда они позвали его по имени или когда Сетора пнула его, поэтому они оставили его там.

Команда подошла к дверному проему и начала внимательно изучать внешнюю сторону двери.

— Ключ... — Харухиро присел на корточки и приблизил лицо к дверной ручке. Сама дверь была деревянной, но ручка и задняя панель были металлическими. Отверстия выше и ниже ручки выглядели как ничто, если не замочные скважины. — Никогда раньше не видел двери с двумя замочными скважинами...

— Да. Не сомненно. — Кузаку присел рядом с Харухиро. — Но я не знаю, заперта она или нет...

Выглядело так, как будто он стоял на своих двоих. Кузаку был не из тех, кто тащил вещи с собой, и это было хорошо, потому что это означало, что с ним не плохо иметь дело.

— Да... — Харухиро согласился. — Вот уж не знаю. Нет никакого способа определить это, просто глядя на него.

— Ты можешь проверить что находится по ту сторону двери?

— А почему бы не попробовать?

— Я могу попробывать?

— Всё в порядке. Только не трогай его.

— Окей. Только не дави на меня, ладно?

— Я бы никогда этого не сделал...

— Это просто клише, знаешь же. — Кузаку закрыл левый глаз и поднес уже правый глаз к замочной скважине.

Это было всего лишь на мгновение, но Харухиро почувствовал, что ему немного хочется толкнуть его. Ну, не то чтобы он хотел этого.

— Ну что там? — спросила Сетора.

— Неа. Я ничего не вижу. — Кузаку отошел от двери.

Конечно, он ничего не видел. Замочные скважины и дверной глазок - это две разные вещи.

Внезапно Шихору судорожно сглотнула. — Ключ...

— Да, я тоже об этом подумал. — Харухиро облизнул губы.

Ни в ящиках, ни в ящиках полок не было замочных скважин. Но в этой двери были замочные скважины. Если она была заперта, то где же ключи?

На стуле лежала связка ключей.

— У меня есть мои инструменты, так что я мог бы использовать их. — сказал Харухиро. — Хотя дверь может быть даже не заперта...

Сказав это, он посмотрел на выражение лица Мерри. Мерри смотрела на Харухиро, но её рот был слегка приоткрыт, и она казалась немного не в себе. Должно быть, она очень устала. Должно быть, именно поэтому.

Сетора взяла на руки Киити, которая терлась о её ногу.

Дверь. Ключ. У меня такое чувство, что они ведут нас именно туда, и мне это не нравится. Не слишком ли я много думаю? Я считаю, что перестраховываться лучше всего, но это никуда нас не приведет. Несмотря ни на что, нам придется пойти на этот риск.

— Всем отойти. — приказал он.

Он подождал, пока его товарищи отступят, и взялся за дверную ручку.

Он сузил глаза. Он полагался на осязание своих пальцев и слух.

Как только он решит это сделать, не должно быть никаких колебаний. Нерешительность разрушит его чувства.

Ручка двери не повернулась.

Сколько бы сил он ни вложил в неё, она не сдвинулась с места.

Это чувство. Звук. Дверь была заперта. В этом нет никаких сомнений.

Харухиро отпустил ручку двери. Он опустил глаза и вздохнул. Он сильно вспотел. Это был ужасно холодный пот.

— Она не открывается. — сказал он. — Пойдемте возьмем ключи.

Комната С Ключами была совсем рядом. Всё было не преднамерено.

Как бы то ни было, когда они вошли в Комнату С Ключами, связка ключей, очевидно, всё ещё висели на спинке стула. Металлическое кольцо было темноватым, почти без блеска, и там были ключи самых разных форм, всего девять.

Подняв её и посмотрев на нее, я понял, что она не особенно тяжелая. Это была обычная связка ключей.

Харухиро стоял перед дверью, держа в руках связку ключей, а Кузаку и остальные стояли позади.

— ...Ладно, давай проверим их. — сказал Харухиро.

Было девять ключей. Две замочные скважины, одна над ручкой, другая под ней.

Харухиро наугад выбрал ключ, проверяя его сначала в верхней замочной скважине.

Он бесшумно скользнул внутрь.

Гладкость, с которой он вошел, была странной. Более того, ключ был плотно зацеплен в замковом механизме. Вероятно, он не смог бы её вытащить.

Он попробовал потянуть за ключ. Всё прошло, как и ожидалось. Он не сдвинулся ни на дюйм.

— ...Что же это такое? — прошептал он, несмотря на себя.

Казалось, товарищи его не слышали.

Не волнуйся , сказал себе Харухиро, вдыхая и выдыхая воздух.

Это была не просто связка ключей. Так вот что это значит? Может быть, эти ключи тоже были реликвией. Если так, то какую же силу они таили в себе?

Харухиро повернул ключ. Она была отперта. Он понял это по тому шуму, который она произвела.

Вот тогда-то всё и случилось.

Ключ затуманился, словно превращаясь в дым. Пока он думал, что это невозможно, ключ исчез без следа.

Харухиро держал ключ в руке. Когда он исчез, связка ключей с грохотом упала на ковер.

— Хару? — Сетора окликнула его по имени.

Харухиро взял связку ключей, а затем бессмысленно ответил — ...Ух, ну конечно.

Он попытался сосчитать ключи.

Восемь. На самом деле их было всего восемь. Он был невысокого роста.

Харухиро обернулся и показал всем связку ключей. — Когда я открыл замок, ключ исчез.

— А? — спросил Кузаку. — Подожди, но ведь ключей там...

— Нет, просто ключ, которым я воспользовался, исчез, и всё... — пока он объяснял Кузаку, ему удалось немного успокоиться. — Ну, это же реликвия. Это что-то наподобии, я не знаю... универсального ключа? Но только одно применение.

— Дай сюда! — Кеджиман протянул обе руки, как чашу. — Нет! Я требую этого как твой наниматель! Я нанял вас, так что право собственности на эту реликвию должно принадлежать мне! А теперь отдай!

— Мы отказываемся.

Услышав эту короткую реплику от Сеторы, Кеджиман стал вести себя гораздо более смиренно. — Я... это была шутка. Ох, чёрт возьми! Вы же знаете, что я не шутил. Хи-хи...

Ладно, может быть, и не безропотно. Как бы то ни было, если все было так, как предполагал Харухиро, они могли открыть любую дверь ещё восемь раз. На его выбор повлиял опыт, и он не был уверен в успехе. Это тоже заняло довольно много времени. Кроме того, в зависимости от типа замка, иногда отмычка была неэффективной. Кроме того, любой мог воспользоваться универсальным ключом.

Это была исключительно полезная, но пугающая плата, в зависимости от того, как вы на неё смотрели.

Харухиро отпер нижний замок ещё одним ключом. Универсальный ключ, которым он пользовался, исчез, как и ожидалось, оставив его с семью оставшимися.

Теперь дверь должна была открыться.

— Ты позволишь мне открыть её? — Кузаку вызвался добровольцем.

Он, вероятно, беспокоился о безопасности Харухиро, но, если бы там были ловушки или другие механизмы, Кузаку никогда бы их не заметил.

Харухиро уже собирался отказаться, но тут Сетора сделала встречное предложение.

— Пусть наш наниматель, Кеджиман, откроет её. Он является в конце концов тем, кто нанял нас.

— Я?! Н-Нет, но это...

— Ну и что же? Значит, всё это была просто бравада? Какой же ты зануда.

— Я вовсе не зануда, только не я! Ни за что! Во всяком случае, я такой интересный, что за мной трудно угнаться! Я стараюсь быть хорошим клиентом, но так много служанок в таверне отвергли меня! Хорошо, я сделаю это!

Как только Кэдзиман закончил свою бессвязную болтовню, он оттолкнул Харухиро в сторону, схватился за ручку и резко повернул её.

— Эй, эй, не так быстро! — воскликнул Харухиро.

— Там будет повелитель демонов?! Или же злой бог?! Давайте мне их сюда! —Кеджиман открыл дверь.

О, так вот как это будет , подумал Харухиро.

— Ч-Ч-Что?..! — Кеджиман удивленно откинулся назад. Он практически сделал мост. В каком-то смысле это было впечатляюще. — Что это такоооое?!

Что ж, как ни обидно было соглашаться с Кеджиманом, нетрудно было понять, почему ему так хочется кричать вслух.

За дверью виднелась темно-фиолетовый занавес.

Что же это всё значит?

Ничего. Дверь, казалось, была расположена так многозначительно, что Харухиро был уверен, что это не обычное приспособление, а скорее особая дверь.

И это не было чем-то странным. Это была обычная дверь, как и любая другая.

— Тогда не запирай её. — Кузаку присел на корточки и тяжело вздохнул.

Сетора положила руку на плечо Кузаку. Затем она уставилась на свою руку, как будто не была уверена, что это действительно её собственная рука. Она тут же отдернула её назад.

— Ну, вы же понимаете... — Харухиро вздохнул.

— Сплошное разочарование... но ничего плохого не случилось, так что... — Шихору издала слабый, неловкий смешок.

Харухиро не сделал ничего плохого, но ему было немного жаль. И все же, как сказала Шихору, лучше смотреть на это позитивно. Даже если это было ужасно трудно.

Мерри все ещё смотрела мимо двери. Неужели она была в каком-то оцепенении? Но, похоже, дело было не в этом. Выражение её лица было напряженным. Скорее даже острым. В её глазах было такое выражение, словно она что-то заподозрила.

Харухиро тоже посмотрел на дверь. Вот тогда-то все и случилось.

— Черт бы всех побрал! — закричал Кеджиман.

Неужели он выпускает пар? Похоже было, что он собирается взяться за занавес с другой стороны двери.

Позвольте ему . Харухиро не стал его останавливать.

И затем...

А, так вот как это будет.

— Он...

Харухиро, вероятно, пытался что-то сказать. «Он»? «Он» что? А что было дальше? Что же произошло?

Было непонятно.

— ...Он ушел? — сказал Кузаку.

Вот и всё. Он уже ушел.

Именно это и пытался сказать Харухиро.

— А куда он подевался? — прошептала Сетора. Разумеется, она имела в виду Кеджимана.

— Он исчез. — Мерри казалась удивленной, её лицо подергивалось.

Харухиро почему-то почувствовал некоторое облегчение. Нет, сейчас не время для облегчения.

Он просто исчез. Кеджиман пропал.

Глаза Шихору расширились, и она несколько раз покачала головой.

Дверь все ещё была открыта. Занавес с другой стороны не шевелился ни на йоту. Кеджиман бросившись к занавесу, даже не дотронулся до него, а просто перед ним - он исчез?

— Это странно... так ведь? — Кузаку подошел к двери и высунул правую руку.

— Подожди, не надо! — произнесла Мерри с легким беспокойством в голосе.

Но все, что было дальше правого локтя Кузаку, исчезло. — ...А?

— Что …

На этот раз Харухиро понял, что он хотел сказать, « Что тут происходит ?» Но прежде чем он успел это сказать, Харухиро прыгнул и схватил Кузаку за правую руку. Он обхватил её рукой и попытался оттащить в сторону.

— Ауауауауауау?! Ха-Харухиро, я тоже чувствую это с другой стороны...

— Чтоооо?! — воскликнул Харухиро.

Это было нехорошо. Он уперся пятками в землю и тянул изо всех сил, но не мог освободиться.

Кузаку было больно, и вдобавок он паниковал. — Вот дерьмо! Вот дерьмо! Я также чувствую, как что-то тянет с другой стороны!

— Д-Держись!

— Нет, я! Просто, если я там окажусь, я думаю...

Было неясно, о чем думал Кузаку, но он просунул левую руку в дверь. Оно исчезло. Всё, что было дальше левого запястья Кузаку, засасывало их.

В этом нету никакого смысла. Но так ли это? Судя по ситуации, если бы он вошел в дверь, то исчез бы. Так вот как это работает?

— Я... похоже, я не перестану существовать! Я... я все ещё могу чувствовать! Моя правая рука, её тянут с другой стороны, я имею в виду! Но как только я войду, то, возможно, уже не вернусь сюда...

— Ни за что! — Харухиро лишился дара речи. Несмотря на это, он продолжал тянуть Кузаку.

— Черт возьми! Извини, Харухиро, все, похоже, мне придется перейти на другую сторону. Тебе вовсе не обязательно идти со мной. Никто не знает, куда оно ведет... Мне правда очень жаль!

Левая рука Кузаку, его левая нога и правая нога двинулись через дверь. Он просто исчезал. Постепенно. Кузаку оказывался там. Это было крайне странно.

— Ууу...! — закричал Кузаку.

Его просто засасывало внутрь. Или, скорее, его тянули с другой стороны. Харухиро все ещё держался за него. Но только не в его правую руку. Он обхватил себя сзади обеими руками и крепко держался.

— Х-Харухиро, отпусти меня. Со мной все будет в порядке. Я как-нибудь справлюсь. Это ведь тоже довольно-таки больно...

— Чего ты лыбешься, дружище? — кричал Харухиро.

— Я имею в виду, что здесь не о чем плакать.

— Да... — Харухиро ослабил хватку.

Кузаку поскользнулся через руки Харухиро.

Всё произошло в одно мгновение.

Кузаку был поглощен дверью.

— Харухиро-кун... — прошептала Шихору.

Харухиро даже не обернулся. — Извините меня. Я знаю, что мы ещё не обговорили об этом... но я уже решил, что мы будем делать дальше.

Шихору и Мерри наверняка не станут возражать.

— Няяяу. — Мяукнула Киити.

— Честно сказать... — Сетора казалась раздраженной, но в то же время удивленной. — с вами, ребята, никогда не соскучишься.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

12. Паранойя

В версии с изображениями тут находится картинка.

Не все начинания одинаковы.

Например, может быть такое начало.

Когда они прошли через дверь, за ней дул ветерок, и что-то явно изменилось в воздухе.

— ...Так сладко. — пробормотал Харухиро.

Было ли это вкус? Аромат? Кто его знает. Что бы это ни было, он был слегка сладковатым.

Светило ярко, но не сильно.

Пейзаж был довольно странный.

Земля была полностью белой. Это был песок? Песчинки были разного размера и скорее зазубренные, чем гладкие. Также росли какие-то растения высотой от трех до четырех метров. Они были ярко-розовыми, так что, возможно, на самом деле были коралловыми.

Однако это была земля. Они прекрасно могли дышать, так что, скорее всего, это всё же была земля.

Небо было молочно-белым, кое-где виднелся голубоватый оттенок. Как горошек. Эти огни, рассеянные по небу, может быть, это звёзды? Даже если сейчас был полдень? Или это была ночь? Солнца нигде не было видно. Однако было светло, так что, вероятно, это была середина дня.

Кеджиман держался за Кузаку, который упал на белую землю.

— Харухиро... — сказал Кузаку.

— Оказывается это всё ты... — Харухиро прижал ладонь ко лбу.

Очевидно, он говорил не о Кузаку. Кузаку потянуло на другую сторону. Кто же был ответственен за это? У него было тайное подозрение, но теперь он был уверен в этом.

— Я... это совсем не то, что был я, эм... — неловко начал Кузаку.

Кеджиман не просто не отпускал Кузаку, он цеплялся за него. — Смотрите... Я... Мне было одиноко, понимаете? Я, находился здесь, в полном одиночестве? Это совсем не смешно. Вы ведь понимаете, правда? А что бы вы делали, если бы я умер?!

— Слишком близко... Не рыдай, прижимаясь ко мне. Ты меня здесь задушишь. Как же, гадко.

— Не называй это гадостью! Мы с тобой очень дружны, Кузаку-кун!

— Между нами ничего нет. А теперь прекрати, я серьезно...

Вскоре появились Сетора, Киити, Шихору и Мерри, появившиеся рядом с ними в таком же порядке.

— Вот это да... — Шихору тяжело дышала, осторожно оглядываясь по сторонам.

Выражение лица Сеторы ничем не отличалось от обычного для неё, но, увидев, как она крепко обнимает Киити, она, должно быть, немного встревожилась.

Глаза Мерри были опущены, губы плотно сжаты, словно она пыталась что-то вспомнить.

Сетора сморщила нос. — Как сладко пахнет.

Харухиро кивнул. Этот сладко пахнущий воздух был каким-то отвратительным.

— Ах... — Шихору указала вверх. — Та штуковина... она становится всё больше?

— Ого! Бхааааааааааааа! — Кеджиман начал кричать, всё ещё держась за Кузаку.

Кузаку тоже начал суетиться. — А? А? А? Что? Что это такое? А что это такое?! Ч-Ч-Ч-Чтооооо?!

— Звёзды...? — прошептала Мерри.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Падающие звёзды? — Сетора все ещё была относительно спокойна, но, возможно, в этой ситуации ей следовало бы быть немного более испуганной.

Одна из ярких сияющих точек в небе в горошек меняла свой размер с каждым мгновением.

Если бы она уменьшилась, то стала бы невидимой, и на этом все могло бы закончиться. Но оно росло. Это нельзя было игнорировать.

Эта похожая на звезду штука приближалась к земле. Падает. Звезда приближалась. Вероятно, на очень высокой скорости.

— Отс... — Харухиро начал говорить, «Отступаем!», но заколебался.

Звезда была уже размером с человеческую голову. Она выглядела так, как будто вот-вот упадет на них. Даже если бы они попытались бежать, это было бы бессмысленно, не так ли? Даже когда они запаниковали, звезда удвоилась, а затем снова удвоилась в размерах, продолжая быстро расти. Но на самом деле она не росла.

— Ра... Разве мы не должны бежать…? — предложение Шихору привело Харухиро в чувство.

И это было правильно. Одно дело, если бы он был один, но его товарищи были здесь. Как он мог так легко сдаться?

— Бежим, но не разделяйтсь! Ну же, я сказал, бежим!

Харухиро пнул в зад Кеджимана, который все ещё не отпускал Кузаку.

— Хххххххх?!

Кеджиман рванулся вперёд, как будто его стрельнули из пушки, и Кузаку, который теперь был свободен, тоже побежал. Сетора и Киити также рванулись бежать, а Мерри и Шихору последовали за ними, практически держась за руки. Харухиро замыкал шествие.

Повернувшись назад, звезда стала настолько массивной, что её трудно было с чем-либо сравнить. Было ли что-нибудь ещё столь же большим? Как далеко она была? Например, в нескольких сотнях метров над головой? Но это было немного странно. Разве падающие звезды обычно не горят? Например, от трения? Не было никаких признаков подобного. Да и жарко не было. И не слышно ни единого звука. Она просто приближалась.

Возможно, это будет первый и последний раз, когда он увидит столь массивный и сверкающий предмет. Если бы она не падала в его сторону, он бы просто смотрел на неё. Это было просто невероятно. Это был не какой-то особенный цвет, а просто сияние, заполняющее все его поле зрения, и, о, было ли это вообще что-то.

— Все ... — ему удалось выдавить из себя эти слова, но всё остальное после них превратилось в бессвязный крик, смешанный с голосами его собственных товарищей.

Они были раздавлены. Он почувствовал что-то вроде давления на все свое тело.

Всё кончено , подумал он. Но тот факт, что он вообще мог так думать, означал, что на самом деле все ещё не закончилось.

Баххххххххххххххххххххххх! Что-то лопнуло. Харухиро подбросило в воздух, а затем он перевернулся. Все его лицо было покрыто песком. У него защипало в глазах. Он ничего не видел. Ничего. Его уши также не были в порядке.

Похоже, он пока не превратился в лепёшку. Он ещё жив. Что же произошло только что?

Вставая, Харухиро стряхнул с себя песок. — Кузаку! Шихору! Мерри! Сетора! Вы в порядке...?!

Его собственный голос звучал так искаженно, так далеко.

— Я-Я в порядке! — закричал Кузаку. — А где все остальные?! Я ничего не вижу!

— Я в норме! — отозвалась Шихору. — Мерри тоже рядом со мной...

— Да, как-то мы справились... — Мерри согласилась.

— И что же это было?! Киити?! — закричала Сетора.

— Мяу!

— Я-Я жив?! Каким-то чудом?! Жизнь - это умопомрачительная штука! — закричал Кеджиман.

Похоже, все были целы, включая одного лишнего, без которого они действительно могли бы обойтись.

Харухиро моргал и протирал глаза, пока зрение восстанавливалось.

Было расплывчато, но он мог видеть. Его зрение становилось всё яснее.

— Вот это да...

Здесь было что-то похожее на падающий снег. Когда оно коснулось его ладони, то мгновенно исчезла.

Он не был холодным. Это исключало, что это был снег. Что же это может быть? Это что-то напоминало.

Кузаку протянул свою длинную руку и поймал сразу нескольких из них.

— ...А это ещё что такое? Они почти как маленькие мыльные пузыри.

— Да, теперь, когда ты об этом заговорил... — Харухиро снова посмотрел на небо в горошек.

Вполне возможно, что бесконечные крошечные пузырчатые объекты, которые сейчас сыпались вниз, были осколками упавшей звезды. Это должно было означать, что это вовсе не звезда. Тогда что же это было? Харухиро не мог этого знать. Он тяжело вздохнул.

— Давай просто порадуемся, что мы ещё не умерли.—

— Ауч?!

Крик, который прервал его, исходил от Кеджимана, так что на мгновение Харухиро не захотел смотреть, но это был не вариант.

Повернувшись в сторону голоса, Кеджиман рухнул перед зарослями какого-то розового коралла или растения. Неужели он опять ведет себя странно, как всегда? Нет.

Дело было не в этом, не в этот раз.

— С-С-С-Спасите меня...! — Кеджимана тащили в сторону зарослей.

— Ик! — закричала Шихору.

Внутри зарослей что-то было.

— Ох, да чтоб тебя... — Кузаку казался скорее раздраженным, чем испуганным, и Харухиро чувствовал то же самое.

Может быть, это был паук? Внутри зарослей было что-то похожее на огромного паука. Но оно было всего лишь похоже на паука, и ... —

Погоди, эта существо явно не было пауком. Его ноги не были паучьими лапами. Они были похожи на щупальца осьминога. А разве это не осьминог? Но так тоже нельзя было его назвать. В конце концов, его общая форма больше напоминала паука. Но голова не была ни пауком, ни осьминогом.

Лицо его было не просто бледным, а совершенно белым, с черными белками глаз и золотистыми зрачками. Оно не казалось ни мужским, ни женским, но это была голова лысого человека.

Кеджимана схватили за ноги. Оно испускало таинственные крики вроде «Афвайх»?! когда потащило его в чащу.

Что же все-таки происходит? Он больше не видел Кеджимана и не слышал его голоса.

Чудовище все ещё было в зарослях. Его рот хлопал, открываясь и закрываясь, когда он смотрел в его сторону этими сбивающими с толку глазами.

Харухиро согнул колени и наклонился вперёд. Он был готов бежать, но Кеджиман был их нанимателем. Кроме того, Харухиро не был чудовищем. Он должен был помочь ему.

Он попытался сделать шаг вперёд.

В этот момент существо начало отступать. Извиваясь, как осьминог, он с невероятной скоростью попятился назад.

— Хару!

Это была Мерри или Сетора? Или они оба его позвали? Сразу ответить было трудно.

Харухиро выхватил кинжал.

Под землёй.

Из песка к нему полетело что-то тёмное и чёрное, вероятно рука.

Если бы Харухиро быстро не поднял правую ногу, эта черная рука, похожая на ладонь, схватила бы его за лодыжку.

Похожее на черную руку существо, вернее, его основное тело, начало выползать из-под земли.

Харухиро отскочил назад.

Был ли он человеком? Что бы это ни было, оно было черным. Это была не просто рука. Его плечи, голова, шея, грудь и торс были полностью черными.

Однако у него не было ног. На их месте росло нечто, напоминающее морскую анемону. На его голове не было ни глаз, ни носа, и она была разделена вертикально. Может быть, это был его рот? Она была усеяна тонкими, похожими на шипы зубами. Его тело было полностью черным, но внутренняя часть ротовой полости была желтой. Он был ярко-лимонно-желтого цвета.

Эта тварь морской анемоны с темной, гротескной верхней частью туловища был не один. Другие начали выходить со всех сторон. Их было очень много.

Были ли товарищи Харухиро в безопасности? На первый взгляд казалось, что никто из них не был пойман. По крайней мере, сейчас.

— Что это за твари?! — закричал Кузаку.

Парень выхватил и взмахнул своей большой катаной, и морской анемон рывком с темной, гротескной верхней частью туловища, вы знаете, что это было слишком долго, может быть, просто гротескный рывок был достаточно хорош, отрубил ему одну руку.

Неужели Мерри и Сетора тоже сопротивлялись? А как насчет Шихору? Харухиро хотел посмотреть, но не мог себе этого позволить. К нему ползло несколько этих гротескных тварей.

Харухиро пританцовывал вокруг, чтобы избежать их цепких рук и кусающихся голов. Естественно, ему совсем не хотелось танцевать. Он не был хорошим танцором, и ему это не нравилось. Он просто отчаянно уворачивался, и в результате ему пришлось сделать несколько довольно сложных танцевальных шагов. Но, черт возьми, это было безумно. Настоящий псих.

— Заросли...! — закричал Харухиро. Он пытался предостеречь своих товарищей, чтобы они были осторожны в зарослях, но это было все, что ему удалось сделать.

Вокруг были густые заросли этого розового кораллоподобного растения. Было бы справедливо сказать, что они были окружены густыми зарослями. Один из них был прямо позади Харухиро, и как раз в тот момент, когда он подумал, что это было подозрительно, из него выскочило ещё одно странное существо, как он и ожидал.

— Уаааа...! — закричал он.

Это была сороконожка. Просто огромная. Она должна был быть размером с человеческого ребенка. Кроме того, его неприятно белые ноги были похожи на человеческие руки. У него было много этих придатков, и когда они все двигались, это выглядело довольно страшно.

Нет, не просто страшно. Это было довольно ужасающе.

Харухиро упустил свой шанс увернуться, и это сбило его с ног. Двадцать-тридцать ножек с маленькими ручками твари извивались. Из-за того, что они были маленькими, они не причиняли ему никакого вреда, кроме того, что пугали его, но он не мог бороться с чувством отвращения, которое поднималось внутри него.

— О Господи! — Харухиро тут же оттолкнул её от себя.

Когда он это сделал, то, хотя и не пытался смотреть, да и не хотел бы, он увидел изнанку этой штуки. Верхняя сторона, казалось, имела панцирь, и он был похож на сороконожку, что было довольно тревожно, но нижняя сторона была вся неровная. Как рыбья икра, если уж сравнивать.

Да, как яйца. Это были яйца? Может быть, он их высиживал? Вылупятся ли они? Неужели их будет ещё больше?

— Чёрт возьми!

Харухиро вскочил. Он не мог этого вынести.

Это было безумие. Ничего особенного, все это было совершенно ненормально.

Розовый коралл, или растение, или что там ещё было, человек-осьминог-паук, гротескные рывки, инкубаторная сороконожка, упавшая звезда, небо в горошек, все эти твари, летящие сейчас по этому небу—

Что? Что же это было? Птицы? Нет, дело было не в этом. Они были слишком длинными, чтобы быть птицами. Слишком длинные. Они были похожи на летающие кишки. Если бы кишечник пророс несколькими парами крыльев. Неужели это возможно? Это ведь не было невозможно, правда?

Вполне возможно, что Харухиро действительно сошел с ума. В конце концов, это было странно. Странно и бессвязно. Все это было совсем не похоже на сон. Это был настоящий кошмар, если уж на то пошло.

Харухиро полагался почти исключительно на свои рефлексы, чтобы оттолкнуть инкубаторную сороконожку, а затем оттолкнуть гротескную тварь.

Ему нужно было меньше думать о себе и больше о своих товарищах, особенно о девушках. Он должен был не только думать, но и действовать. И он это знал. В голове.

— Если мы останемся здесь...! — начала Мерри.

Должно быть, она хотела сказать, что у них будут неприятности. Оставаться здесь было плохой идеей. Возможно, это и правда. Они должны двигаться. Но если они не будут двигаться вместе, то будут разделены. Он хотел избежать этого, так что, может быть, лучше не двигаться? Но если они останутся здесь и попытаются продолжать иметь дело с гротескными тварями и инкубаторными сороконожками, смогут ли они выбраться отсюда?

— Уарх?! — взвизгнул он.

Что-то обвилось вокруг его левой лодыжки. Осьминог. Это была нога осьминога. Человек-осьминог-паук, да?

Она потянула его вниз прежде, чем он успел крикнуть «Вот дерьмо!»

Он не мог оставаться на спине. Он перевернулся на другой бок. Он встал на брюхо твари и вонзил свой кинжал в землю.

Не повезло, хух? Но это не прекратилось.

Его кинжал прочертил линию на белой земле. Пока он смотрел, дистанция становилась все длиннее. Его тянуло с невероятной скоростью.

— Хааааааххх! — закричал Кузаку.

Если бы Кузаку не бросился вперёд и не отрубил его похожую на осьминога ногу вспышкой своей большой катаны, Харухиро прошел бы через то же самое, что и сороконожка.

— Вставай! — Кузаку схватил его за запястье и потянул вверх.

У него не было времени сказать спасибо. Гротескные твари ползли к ним один за другим. Инкубаторная многоножка тоже прыгнула на них, человек-осьминог-паук вытянул свою осьминожью ногу, и крылатые кишки даже начали нырять и бить их.

Харухиро толкнул локтем инкубаторную сороконожку, пнул гротескных тварей и перерезал крылатые кишки своим кинжалом. Когда он разорвал кишку, тот показался ему мягким, и разноцветное вещество внутри него, которое не было ни жидким, ни твердым, расплескалось.

От их содержимого шел пар. Не теплая, а горячая.

Там были существа размером с кулак - нет, даже меньше — прыгающие вверх и вниз. Лягушки? Их тела были синими, красными и желтыми снаружи, с черными или зелеными полосами. Но почему у них головы, как у человеческих младенцев? Даже с волосами! И очень много. Жуткие.

Когда он споткнулся от гротескной твари и упал, прямо рядом с ним из песчаной земли вынырнуло ещё одно странное существо. Глядя на него, он не видел глаз, а он был мохнатый, так что походил на крота. Но когда он открыл рот, он был расколот, как у морской звезды, и глубоко внутри было глазное яблоко.

— Ииик! — Харухиро невольно вскрикнул и попытался встать, но над ним роилось множество инкубаторных сороконожек, и бугристые шишки на их нижней стороне, эти бугристые, яйцеобразные шишки, были такими бугристыми, ничего, кроме бугритости, бугристых шишек, что они были слишком бугристыми, ничто не могло быть таким бугристым.

— Увааааааааааааааааааааа?!

Нет. Он больше не мог этого выносить. Что он имел в виду, говоря, что больше не выдержит? Он не знал, но больше не мог этого выносить. Шишек было слишком много. Бугристость всех этих ухабов была одной вещью, которую он не мог вынести.

Харухиро метался туда-сюда. Не только руки или ноги - все его тело дергалось, когда он совершенно обезумел.

Ему хотелось убежать. Из этой реальности. Нет, из-за шишек. Он не хотел, чтобы эти шишки были настоящими.

Сколько же там было этих сороконожек-инкубаторов? А сколько шишек?

Это был всего лишь сон. Да. Должно быть, это был дурной сон. Он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Как бы ему этого хотелось! Если бы он это сделал, то наверняка вернулся бы в реальность.

Он уже был готов сказать, «Я дома», и просто хотел услышать в ответ, «С возвращением домой». Ему было все равно, от кого именно. Он готов был услышать от кого угодно, лишь бы он не был ухабистым.

Что-то было обернуто вокруг его левой лодыжки. Осьминог? Это была нога осьминога? Он ничего не видел и не мог сказать наверняка из-за инкубаторских многоножек и их шишек. По сути, эти шишки, эти чертовы шишки были виноваты во всем этом. Черт побери, эти чертовы шишки были всего лишь шишками.

— Обухобухобух! — кричал Харухиро, когда ему каким-то образом удалось освободиться от этой осьминожьей ноги или что там ещё было. Он чувствовал, что с ним покончено во многих отношениях, но если он позволит этому продолжать тянуть его, то все будет кончено по-настоящему.

— Нет, это я, Харухиро, это я!

Он не мог видеть из-за всех этих шишек, но мог слышать. Это был голос Кузаку. Может быть, Кузаку пытался утащить Харухиро, когда тот убегал? Или какой-то монстр подражал голосу Кузаку и пытался увести его? И то и другое было возможно.

Как бы то ни было, но все же были шишки. Может быть, шишки тут ни при чем. Нет, конечно, они имели к этому какое-то отношение. Они были неровными. Если эти кошмарные шишки действительно были всего лишь сном, то был ли это скорее Кузаку или монстр?

Если это был монстр, то ему пришел конец. Но почему-то он не мог найти в себе силы сопротивляться. Должно быть, во всем виноваты шишки.

Харухиро тихо позволил себя утащить.

— Wah , hiah , kwah , oh , eah , gwana , nia , zwahh ! — Шишки сороконожки-инкубатора издавали звуки, похожие на голоса. Каждый из них был тихим звуком, но было много ударов, и это было похоже на несколько тысяч бессмысленных шепотов в его ухе, что было действительно страшно. В конце концов, это были бугорки. Ухабы были невыносимы в своей ухабистости.

Может быть, я никогда раньше не испытывал такого страха как сейчас, невольно подумал Харухиро. Это и есть то, что называют страхом? Шишки, в основном? Ну да ладно, мне все равно, я хочу подальше от этих шишек. Серьезно, пощади меня. Больше никаких шишек. Это просто безумие. Если бы я мог, то хотел бы вытащить свой мозг из черепа. А потом, даже если бы это был всего лишь мой мозг, я бы убрал его отсюда.

Внезапно монстр, или Кузаку, или кто там еще, отпустил его левую лодыжку.

Харухиро больше не тащили, но инкубаторная сороконожка, шишки - все было тихо... Что?

Что еще? Страшно. Помогите мне.

— Харухиро! Только подожди! Сейчас!

Ага.

Я жду.

Харухиро собрал все свои силы до последней унции, чтобы не шевелиться.

От тела Харухиро один за другим отваливались шишки. Сначала ему удалили шишки на лице, так что он быстро почувствовал себя лучше.

Естественно, Харухиро спас не какой-нибудь монстр. Это был Кузаку.

Кузаку не просто оставил эти бугристые штуки в покое-нет, инкубаторные сороконожки—он стащил их с Харухиро, а затем бросил в ближайших кораллоподобных и растительных существ, растоптал их, а для тех, кто продолжал двигаться после этого, он ударил их своей большой катаной.

С невероятной скоростью инкубаторные многоножки исчезли с Харухиро.

Если бы не Кузаку, кто знает, что могло бы случиться? Инкубаторные сороконожки по какой-то причине собрались вместе, чтобы удержать Харухиро, но затем только прижали к нему шишки на своей нижней стороне, заставляя его слышать эти голоса или звуки, или что бы это ни было. Впрочем, одного этого было бы достаточно, чтобы свести его с ума. Он уже чувствовал себя немного не в своей тарелке и не мог отделаться от сомнений, что вёл себя довольно странно.

Кузаку был его спасителем. Он был ему благодарен. Так чертовски благодарен. Как он мог выразить эту благодарность? Как бы он ни старался, этого будет недостаточно.

— Харухиро! — Кузаку прыгнул на него с перекошенным лицом, словно какой-то демон. Он крепко обнял его. — Ты ведь в порядке, правда?! Харухиро! Харухиро! Харухиро?!

Харухиро кивнул. Или, по крайней мере, пытался, но кто знает? Неужели ему удалось кивнуть? Казалось, что его челюсть слегка двигается вверх-вниз. В мгновение ока его зрение затуманилось.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Харухиро?! Держись!! Почему ты плачешь?! Ты сильно ушибся где-нибудь?!

Но дело было не в этом. Он не был ранен достаточно сильно, чтобы заставить его плакать, но слезы не переставали литься из глаз. Харухиро потер глаза. Его рука дрожала. Был ли он в состоянии шока? Он чувствовал слабость во всем теле.

— ...Всё? — прошептал он.

— Ох! Вот именно! Харухиро, встать сможешь?!

С помощью Кузаку Харухиро мобилизовал все до последней унции жизненной энергии в своем теле, чтобы встать. Его тело словно онемело. У него дрожали ноги. У него кружилась голова, а слезы все никак не могли остановиться. Вдобавок ко всему, его глаза не открывались. Он чувствовал себя крайне отвратительно.

Шихору.

Мерри.

Сетора.

И Киити тоже. Но где же они были?

— Оооо, мы довольно далеко друг от друга! — закричал Кузаку.

Казалось, Кузаку очень хорошо представлял себе, где находятся их товарищи. Харухиро этого не знал.

Что же это такое? Это больно. Странно. Я не могу нормально дышать. Как будто воздух сюда не проникает. Мое сердце бьется как сумасшедшее. Неужели я умру? Нет, нет, сейчас не время. Я не могу позволить себе умереть.

Ему удалось выдавить из себя — Иди... Кузаку... иди... п-позови Шихору... и остальных тоже...

— Нет, но Харухиро, ты же вроде как...

— Вперёд! Скорее! Я тоже пойду!

— Тогда пойдем со мной! Ты должен остаться со мной, понял?!

Кузаку бросился бежать. Харухиро попытался последовать за ним. Но он не мог бежать. Он также не мог и нормально дышать. Ноги его подкашивались, и идти было трудно.

А пока дыши, сказал он себе. Если я не вдыхаю, то и выдыхать не могу. Так что дыши глубже.

Вдох.

Вдох.

Как сладко. Ох...

Что же может быть таким сладким?

Он должен был двигаться вперёд. А как же Кузаку? Но где же он был? Но он этого не знал.

Свой кинжал. Где же его кинжал? Там. Он его уронил.

Он поднял его, а потом что, он двигался вперёд? Он не думал, что остановился.

Он очутился в зарослях или каких-то кустах, продираясь сквозь эту розовую, похожую на коралл массу, и там были существа, монстры, чем бы они ни были, твари, которые двигались, прыгали на него, так что он отмахивался от них, стряхивал их, двигаясь вперёд на один шаг или полшага за раз.

И все же было очень сладко.

Пахнет сладко, слишком сладко, и теперь мне хочется спать .

Ему ужасно хотелось спать.

Я не могу. Что будет, если я засну? Я должен продолжать двигаться вперёд. А куда еще? Зачем я вообще двигаюсь вперёд? Так хочется спать. Что же я делаю? Так сладко. Боже, как это мило. Я очень устал.

В какой-то момент он оказался на животе. Ему пришлось встать.

О, но я так сейчас засну—

Я не вижу лица этого человека.

Я не знаю его лица, но думаю, что это, скорее всего, мужчина.

Он сложен как настоящий мужчина.

Я стою за этим человеком.

Через его плечо я наблюдаю за всем, что делает этот человек.

Там что, темно? Не очень ярко. Но и здесь не совсем темно. Это что-то вроде, ну не знаю, сепиевого тона. Может быть, из-за освещения все выглядит именно так.

Человек идет шагом. Его шаги не издают ни звука, как будто он крадется.

На нём старая, пушистая одежда, похожая на пальто, и он сам довольно крупный парень.

В правой руке, прикрытой шерстяной рукавицей, он что-то держит.

Лезвие.

Похоже на разделочный нож. Это или мясницкий тесак.

Я понимаю, что мы находимся внутри дома. Это очень знакомый дом.

Мужчина заходит внутрь, не снимая грязных ботинок. Не обращая внимания на дверь справа от нас, дверь слева и дверь дальше справа, он подходит к двери в конце коридора.

Может быть, это его дом?

Нет, у меня такое чувство, что это не так... но я уже видел это раньше.

Этот дом, я его знаю.

Мужчина, он открывает дверь.

Даже когда он открыл, человек почти не издал ни звука.

Этот человек осторожен, и больше всего на свете он опытен.

Когда дверь открылась, я услышал звуки.

Теплый звук.

Чоп, чоп, чоп! Что-то режется, скорее всего овощи. Да, именно так, с ножом.

В этом номере есть смежная кухня, гостиная и столовая.

В гостиной удобный диван, стол, который зимой становится котацу, телевизор, подставка для телевизора и шкаф.

Здесь есть фигуры персонажей, а также чаши с изображениями, напечатанными в них, оставленные здесь и там, и ряд фотографий на дисплее. Эти фотографии, ни одна из них не новая.

В столовой стоит обеденный стол и четыре стула. Шкафчик. Это не очень большая комната. Если уж на то пошло, то уж больно она маленькая. Цветы в маленькой вазе в углу обеденного стола не свежие, это сухие цветы. Молочай, если я не ошибаюсь.

Кухня выходит окнами в столовую, и женщина в фартуке готовит еду. Наверное, готовит поздний ужин.

Женщина ещё не заметила мужчину.

Торопись.

Предупреди её.

Торопись.

Это очень плохо. Если ты не поторопишься и не предупредишь её, то случится что-то ужасное.

Я хочу предупредить её. Я бы так и сделал, если бы мог. Но я не могу, я могу только смотреть.

Рука женщины на ноже останавливается. Она кладет нож и отворачивается.

Она открывает холодильник. Достает что-то. Она кладет это в кастрюлю, и хотя я не могу видеть его отсюда, у неё должен быть горшок, и она снимает с него крышку.

Женщина наконец кое-что понимает. Как будто думая, « О, здесь кто-то есть?»

Мужчина уже вошел в столовую.

Увидев его, женщина повышает голос —Ах! — Эта женщина была потрясена и напугана. Ну, конечно же.

Этот человек ужасно большой, он настоящий великан, и хотя я не видел его лица, я сомневаюсь, что оно красивое. Должно быть, он отвратителен.

Кроме того, у этого человека в руках мясницкий нож. Он не просто держит его, но держит на уровне груди, готовый использовать в любое время.

— Нееет, неееееет, стоооой. — женщина кричит.

Пятясь, она наткнулась на полку позади себя, уронив рисоварку, миксер и кофеварку.

Это не побеспокоило мужчину, и он спокойно зашел на кухню. Рисоварка, миксер и кофеварка зацепились за руку женщины во время падения, когда она убегала.

В мгновение ока она оказывается загнанной в угол в самом глубоком углу кухни, рядом с холодильником.

Мужчина начал делать ужасное с женщиной, которая сидит на полу, прижавшись спиной к стене.

Во-первых, он использовал мясницкий нож на ... женщине ... Затем он - её — и после связал вокруг шеи.

И всё же женщина ещё дышала. А почему это так, спросишь ты? Но этот человек был очень осторожен в своей работе, чтобы убедиться, что она не умерла.

Каждый раз, когда женщина кричила, мужчина говорил ей — Ш-ш-ш! — словно заставляя её замолчать.

Тише.

Тише.

Будь тихой.

Если ты будешь шуметь, это только усложнит мою работу.

Ты ведь понимаешь, правда? Замолчи. Не шуми.

С точки зрения женщины, у неё нет причин слушать мужчину, и она, вероятно, могла бы бросить ему вызов, но каждый раз этот, «Ш-ш-ш!». Этот мерзкий, резкий звук раздавался между зубами мужчины, она послушно закрывала рот и кивала головой.

Он делал это жестоко, причинял ей невероятную боль, заставлял кричать, потому что она не может сдержать крик, но когда он заставлял её замолчать своим... Как машина, созданная для того, чтобы всегда реагировать определенным образом на определенный сигнал.

Много раз женщина закрывалат рот, кивала и в конце концов, то ли от боли, то ли от потери крови, наконец потеряла сознание. Когда она оказалась без сознания, работа мужчины наконец-то закончилась. Он тут же вонзил ей нож в сердце, гарантируя, что она никогда больше не проснется.

Да что же это с ним такое? Кто же этот человек на самом деле? Мне трудно считать его за человека. И не только из-за того, что он сделал. С его шерстяными рукавицами, мясницким ножом и особенно мускулистой верхней частью тела, с неестественно раздутыми бицепсами и слишком толстой грудью, в нем есть что-то странное.

Я не знаю этого человека в лицо. Это подозрительно и странно.

Меня тошнит.

Как он мог убить ее?

Да, я знал эту женщину. Женщина, которая, хотя я бы не сказал, что она сейчас неузнаваема, была раскромсована на множество частей и лежит в луже крови, других жидкостей, какой-то желеобразной субстанции и мягких кусочков.

Я знаю её так же хорошо, как и этот дом.

Этот человек убил её.

Неужели ему этого мало?

Мужчина вытер лезвие своего мясницкого ножа о край промокшего пальто и вышел из кухни. Он шел так же, как и раньше, его шаги не издавади ни звука. Несмотря на это, мужчина что-то напевал.

Это песня, которую я уже где-то слышал.

Я слышал её однажды, а может быть, и много раз раньше, давным-давно, где-то еще, но не здесь.

Я не знаю названия и почти не помню текст песни. Может быть, это было хитом давным-давно. Это могла быть популярная песня. Как бы то ни было, припев застрял у меня в голове, и я не мог его вытащить.

Мужчина повторял припев снова и снова, напевая себе под нос, когда возвращался из столовой в гостиную, а затем прошел через открытую дверь, чтобы пройти дальше по коридору.

Мужчина останавился.

Он медленно, бесшумно открыл дверь справа от нас. Кровь прилипла к дверной ручке.

В комнате темно. Стоит кровать. Рядом находится подставка для зеркала. Книжная полка. Это же спальня. Здесь никого нет.

Мужчина слегка прикрыл дверь, но не полностью, оставив её в таком положении, когда он продолжил идти.

...Нет.

Вперёди справа есть ещё одна дверь.

...Но только не там.

Этот зал.

Эту гостиную, столовую и кухню.

Я знаю эту комнату.

Мужчина перестал напевать и потянулся к дверной ручке.

...Стой.

Он повернул дверную ручку.

...Прекрати это, пожалуйста.

Раздался щелчок, и ручка перестала вращаться. Мужчина медленно открыл дверь...

Горел свет. В комнате было мало вещей, но выглядело всё не красиво. Был только шкаф, письменный стол, стул и кровать для мебели, с полотенцами, одеждой, обрывками бумаги и записными книжками, разбросанными наугад. Никто не входил в эту комнату, кроме членов семьи, или, скорее, её матери, женщины, которую только что убил мужчина.

— Моя мама всегда ворчит на меня, чтобы я убиралась в своей комнате. — сказала мне она однажды, когда я приходил сюда раньше, возвращая ей то, что одолживал у неё.

— Ну да, глядя на эту комнату, я могу понять твою маму. — помнится, ответил я.

— Ты хочешь сказать, что тут грязно? — спросила она.

— Нет, я бы так не сказал.

— И все же ты так думаешь.

— Да, совсем немного.

— Комната быстро убирается. — сказала она, быстро отодвигая множество вещей в сторону и складывая их в углу комнаты.

Когда она так сделала, если не обращать внимание тот угол, можно было увтверждать, что комната выглядела чистой.

— Я могу убраться в комнате, если постараюсь. — сказала она с некоторой гордостью.

Это было так смешно, что я невольно рассмеялся.

Это выводило её из себя. — Что? — сказала она и слегка ударив меня кулаком в плечо.

И вот сейчас она лежала в своей постели, слегка свернувшись калачиком.

Её глаза, они не были закрыты.

Она не спала, но до сих пор не заметила, как незнакомый мужчина прокрался в её комнату.

Это потому, что она была в наушниках, смотря видео на своем смартфоне.

Остановите его кто-нибудь. Умоляю.

Мужчина бесшумно подкрался к ней.

Я слышал, как звук просачивался из её наушников, хотя и очень слабо.

Наконец, кажется, что мужчина или, возможно, его нога попали в поле её зрения, потому что она судорожно сглотнулся и дрожала всем телом. Вытащив наушник из правого уха, она, кажется, подпрыгнула прямо вверх, её глаза широко раскрылись, и она смотрела на мужчину.

— Что?!

Затем, я думал, она, вероятно, собиралась издать пронзительный крик, но мужчина протянул свою левую руку, руку в варежке, пропитанной кровью её матери, и закрыл ей рот.

У этого человека большие руки. Варежки, достаточно большие, чтобы соответствовать этим рукам, вероятно, трудно купить, так что, возможно, это ручная работа. Вот почему он так легко прикрыл ей рот.

Окровавленная рукавица на левой руке мужчины плотно облегала нижнюю половину её лица. По сравнению с рукой мужчины её голова слишком мала. Благодаря этому она казалась ненастоящей, её голова была похожа на игрушку.

...Прекрати.

Если бы он захотел раздолбить ей голову, то с большой вероятностью ему бы это удалось.

Скорее всего так и есть.

...Нет.

Она что-то кричит и плачет.

Ш-ш-ш! Мужчина, как и прежде, шептал ей.

Однако, в отличие от своей матери, она не перестала кричать.

Легко представить себе, что этот человек собирался сделать. Я хотел остановить его. Зацепиться за него, умолять, заставить его передумать.

Пожалуйста. Умоляю тебя. Прошу перестань.

Это была Чоко.

Чоко обеими руками пыталась оторвать от себя левую руку мужчины, но та не поддавалась. Этот человек был очень силен.

Нет...

Нет.

Нет.

Нет.

Нет.

Нет.

Нет.

Нет.

— Ш-ш-ш ! — мужчина приказывал Чоко замолчать, поднял мясницкий нож и опустил его вниз.

В левое плечо Чоко вонзился мясницкий нож. Почти так же, как если бы оно приветствовало его. Как будто он говорил, «Пожалуйста, войди в меня так глубоко, как тебе нравится».

Мясницкий нож мужчины легко рассек одежду Чоко, её кожу, плоть и даже ключицу. Глубоко и без всяких ограничений он вонзился в неё.

Крики Чоко становились всё громче и отчаяннее. Мужчина заглушал их левой рукой окровавленной рукавице, хотя не сильно то и удавалось.

— Больно, больно, больно! — кричала Чоко.

Стой.

Хватит.

Прекрати.

Остановись.

Мужчина повернул голову в сторону.

Он не остановится.

Он не остановится.

Он не остановится.

Он не остановится.

Он ни за что не остановится.

— Тише, тише! — мужчина издал этот резкий звук, одновременно вытаскивая нож из Чоко. На этот раз он сделал горизонтальный замах и ударил Чоко в бок.

Чоко кричала и стонала от боли.

Когда он снова вытащил мясницкий нож, рана оказалась открытой, и изнутри что-то, похожее на шланг, вышло наружу её внутренностями. Из раны на левом плече Чоко брызнула кровь. Глаза Чоко, они наполовину закатились обратно в её голову.

— Тише, тише! — мужчина шептал ей. На этот раз он не велей ей замолчать. — Эй, эй, не падай в обморок, ещё нет, я не закончил, держись. — он подбадривал её. Больше. Как можно больше. Мужчина вытащил мясницкий нож из Чоко и вонзил его в нее вновь. Тем временем рука мужчины в рукавице все время прикрывала ей рот, удерживая её голову на месте.

Если он этого не сделал, то было не ясно, что Чоко все ещё в сознании в этот момент, но по крайней мере, она упала на кровать, испачканную её кровью, внутренностями и их содержимым. Чтобы предотвратить это, мужчина держал свою добычу, как будто он мог поднять рыбу-удильщика, чтобы разделать ее, поддерживая Чоко только левой рукой.

Держа её в подвешенном состоянии, он резал свою добычу, Чоко, иногда сбривая кусок плоти, и пытался ранить её так, как ему нравилось. Это было ещё хуже, чем если бы он осквернил её.

Ты же не человек. Ты чудовище. Как ты мог так поступить?

Перестань. Остановите его.

Но уже слишком поздно. Слишком поздно.

Чоко уже...

Кто ты такой?

Точнее, что ты такое?

Мужчина оборнулся.

Наконец-то я увидел его лицо.

Этот человек - его личность...

Это Я.

У этого человека точно такое же лицо, как и у меня.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

13. Другой Путь

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Унгх...

С таким потрясением, словно его ударили по голове − нет, словно он упал и удар прошел по всему телу, Харухиро проснулся.

Он спал? Да, он спал прямо на белом песке.

Ему казалось, что он видит какой-то сон.

Это был не очень хороший сон. На самом деле это был ужасный кошмар.

Он ничего не мог вспомнить. Или, скорее, казалось, что у него были вещи поважнее для размышлений, чем какой-то сон.

Прямо перед носом Харухиро, лежавшего на песке, виднелась чья-то нога. Этот человек был одет в длинные сапоги и что-то похожее на плащ. Возможно, первоначально это был красный плащ, но он был грязным, создавая узор из светло-коричневых и темно-коричневых пятен. В общем у плаща цвет был примерно темно-красной окраски.

Человек держал что-то похожее на лопату. У него была длинная рукоятка с похожим на совок лезвием на конце. Он был довольно темного цвета и весь в вмятинах, но в целом это была почти наверняка лопата.

— Кух! — этот человек размахивал лопатой с невероятной силой.

БАМ! Человек в плаще что-то стукнул в ответ.

— Ах... — бессмысленно сказал Харухиро.

Острый взгляд, который он встретил, пронзил его насквозь. — Шевелись!

Капюшон Плаща был так сильно задернут, что был прямо над глазами носящего, а нижняя половина лица была обернута черной тканью или чем-то подобным. Из-за этого было почти невозможно определить, как он выглядит. Однако, судя по голосу, как он говорил, и не совсем мускулистому телу, Харухиро предположил, Неужели он - женщина .

Как бы то ни было, сейчас лучше всего было сделать то, что она сказала.

Она стояла не одна.

Перед ней стоял крупный мужчина, возвышавшийся над ней.

— Не может быть . — на мгновение в голове у Харухиро помутнилось.

Мужчина был одет в пальто, не менее грязное, чем у неё, с шерстяными рукавицами на руках, и держал явно опасный на вид мясницкий нож. Теперь этот мясницкий нож яростно метался в сторону Плаща.

Харухиро вскочил, почти ошеломленный.

— Кух! — Плащ отбила своей лопатой мясницкий нож.

Харухиро отступил на шаг, а потом ещё на два назад, весь потрясенный и изумленный происходящим. Это было удивительно, что она могла отражать его удары. В конце концов, этот мужик, вероятно, был больше Кузаку.

Удивительным был не столько как его рост, а то какой была толщина его верхней части тела, груди, плеч и рук. Обычно люди не могли бы стать такими, независимо от того, как бы они не тренировались. Он явно был не в той категории, что считалось бы нормой и даже возмозможным.

В таком случае, скорее, он был просто гуманоидом, а не человеком на самом деле?

Была причина, по которой Харухиро не мог принять это, и это беспокоило его.

Лицо этого человека.

Он не мог в это поверить, да и не хотел. Но если зрение или память Харухиро не подводила его, тот он узнал этого ужасного здоровика.

Он хорошо его знал. Даже слишком.

— ...Почему он это я? — прошептал Харухиро.

У него не было волос. Он был совершенно лысый. У него не было бровей, и он – бледный, словно мертвяк. Вот почему на первый взгляд они производили совсем другое впечатление, но сколько бы раз Харухиро ни смотрел на эти черты лица, они были его собственными.

— Всё из-за...! — Плащ с криком взглянула вверх, затем взмахнув лопатой вверх по диагонали. Она была быстра. — ...увиденного тобой сна, очевидно!

Здоровяк с лицом Харухиро, возможно, был застигнут врасплох, потому что он не смог достаточно быстро увернуться и попытался заблокировать удар лопатой левой рукой.

Однако ему это не удалось. Левая рука здоровяка была начисто отрезана по локоть.

Разве она... должна так резать? Лезвие лопаты? Если бы вы заточили его как сумасшедший, могло получиться ли получится также... ведь так?

Левая рука здоровяка упала на песок и извивалась. Кровь, идущая из того места, где она была разорвана, была по-настоящему красной.

Здоровяк попятился назад.

Плащ держала лопату наготове, повернувшись только лицом к Харухиро. — Этот мужик явно монстр из твоих снов, которые ты навоображал. У тебя чертовски хорошее воображение.

— Я понятия не имею, что о чём ты говоришь.

— Держу пари. Ты здесь новенький.

Пока они разговаривали, здоровяк медленно попятился назад, а потом состроил злую мину и убежал.

Плащ не стала его преследовать. — Сбежал? Ну, да пофиг.

Она со вздохом положила лопату на плечо.

Левая рука здоровяка всё ещё дергалась.

Прежде чем Харухиро заснул, вокруг него роились самые разные монстры. А как насчет этого сейчас?

Нет, их уже не было. Здесь было ужасно тихо.

В одной из этих розовых зарослей кораллов, или растений, или из чего они там были сделаны, шевелилось что-то маленькое, отбрасывавшее белую тень. Больше он ничего не чувствовал. Ветра тоже не было.

И еще, как он внезапно понял, воздух был не из приятных.

Плащ начала шагать прочь.

— ...Э-Эм! — Харухиро крикнул, не зная зачем.

Она продолжала идти ещё несколько шагов. Как раз, когда он думал, « Игнорирет меня, да?» Она вдруг остановилась и обернулась, как будто ей неприятно.

— Что ещё?

— Эм... Я не знаю, что именно, но... где я?

— Парано, как-то так.

— Это... название того, где мы сейчас?

— Ну, я не знаю. Но они называют это место Парано.

— Это наподобие мира? Как Гримгар, или Царство Сумерек, или Дарунггар? Другой мир?

— Я действительно не знаю почему, но Парано - это потусторонний мир, очевидно же.

— Потусторонний мир...

Первое, что пришло ему в голову, когда он услышал это слово, была загробная жизнь.

И что это опять значит?

А, ну да.

Мир мертвых.

— ...А? Я умер...?

— Возможно. — Плащ издала гнусавый смешок. — Если так, то, возможно, все здесь давно мертвы. Загробная жизнь, да? Может быть, и так.

— ...Неужели только я? — он отважился. — А как насчет моих товарищей? Точно. Там со мной были и другие... Кузаку, Шихору, Мерри и Сетора. Наверное, их было четверо. О, там тоже должна была быть ньяас. Ты что-нибудь о них знаешь?

— Возможно, они были здесь. А может, и нет. Упала звезда, и поднялась страшная суматоха. Возможно, их сожрали монстры из снов. Возможно, они просто сбежали. Кто знает.

— Я спросил, это очень важно...

— Да, и что же? Я должна дать серьезный ответ? Почему? Назови мне причину.

— Причина в другом... Ладно, можешь не отвечать, но... — Харухиро опустил голову.

Левая рука здоровяка всё ещё не переставала двигаться. Был ли он всё ещё жив? Тошнотворно. Это была рука той твари. У него тоже было такое же лицо, как и у него.

Кинжал Харухиро лежал на песчаной земле. Он поднял его, проверяя свою хватку. Это был кинжал из Дыры Дварфов.

Это место, в конце концов, не было загробным миром.

— Не-а. — пробормотал он. — Насчет этого я ничего не знаю...

— Эй, ты. — сказала Плащ.

— Ух... да?

— Здесь.

Она рылась в плаще, из-за которого он стал называть её «Плащ», хотя на самом деле это было даже не её имя, и Харухиро называл её так в своей голове.

Она вытащила что-то и легонько бросила ему. Оно упало на землю у ног Харухиро. Это была чёрная тряпка с привязанной к ней бечевкой.

— Это маска? — спросил Харухиро.

— Да. Тебе лучше её надеть. Если ты этого не сделаешь, то будешь засыпать при каждом дуновении ветров.

— Засыпать... при дуновении ветров?

— Ветра Парано очень сладки. Если вдохнешь много сладкого бриза, то уснешь сладким сном. Спать значит - сотворять сны. Но сны, которые ты видишь, находясь в Парано, становятся тут реальностью.

Не доконца поняв, что именно хотела сказать Плащ, Харухиро вложил кинжал в ножны и наклонился, чтобы подобрать маску. В ней были сшиты несколько слоев ткани, и она оказалась толще, чем он ожидал. Должно быть, это ручная работа.

— То существо. — сказал он нерешительно. — Оно было в моём сне... ты же сама сказала. Чудовище из сна? Так ведь?

— Прежде чем упадет звезда, всегда дует ветер. Такие люди, как ты, часто появляются там, где падают звезды.

— Звёзды... — Харухиро попытался надеть маску. Как и следовало ожидать, судя по её толщине, ему было немного трудно дышать.

— Ты быстро к этому привыкнешь. — сказала она, словно видела его насквозь.

Харухиро склонил голову. — Спасибо.

Плащ помахала ему рукой, как будто его благодарность была досадной помехой, и снова зашагала прочь.

Харухиро последовал за ней. — Эм...

— Ну что ещё? — ответила Плащ, не оборачиваясь.

— Ты ведь не с рождения тут, так ведь...?

— Конечно нет.

— И давно ты тут?

— Кто его знает.

— А ты не помнишь?

— В Парано тебе не обязательно спать. В общем, ты даже не почувствушь сонливости. Если только не вдохнешь сладкого дуновения ветерка.

— Тебе не нужен сон? — спросил Харухиро.

— Ты проголодаешься, а также захочешь пить, но даже если ты не будешь есть или пить, ты от этого не умрешь.

— Подожди... Я проголодаюсь, но есть мне не придется? Значит...

— Если ты не сдохнешь, то очень скоро всё сам поймешь.

— А как насчет смены дня и ночи?

— Можно сказать, что она у нас есть, а можно сказать, что её нет. Трудно сказать как тут устроено время. Очевидно, в Парано мы не стареем.

— Получается ты не... становишься старше?

— Наверное, это можно назвать чувством времени? Для меня это уже прошло. Я не могу сказать это наверняка, но мы, вероятно, не стареем.

Возможно, я все-таки умер , подумал Харухиро. На данный момент я определенно могу сказать, что это не Гримгар. Даже если это другой мир, альтернативный мир, он слишком сильно отличается. Это совершенно «другое» во всём. Так вот почему это потусторонний мир?

Плащ закинула на плечо лопату, ноги её двигались плавными шагами.

Это была старая лопата. Его режущая кромка была невероятной, но не только лезвие было металлическим, но и рукоятка тоже, и всё было в ржавчине. Он был весь почерневший, и на нём не было ни одного гладкого участка.

Приглядевшись повнимательнее, можно было заметить, что трещины были повсюду на лопате, а не только на рукоятке или лезвии. Из глубины этих трещин выглядывало что-то красное и блестящее, с покрытием, не похожей на металл, возможно, мясо какого-то животного. И что же это было?

И что ещё важнее, стоит ли продолжать следовать за ней?

Плащ, похоже, знала в Парано всё и то, как здесь выжить. Она была резка с ним, но, вероятно, спасла Харухиро и дала ему маску, чтобы защитить от сладких ветров. Если он останется с ней, то пока будет в безопасности.

Но это всего лишь мое мнение . Его товарищи пронеслись у него в голове. Разве он не должен был вернуться и искать их?

Харухиро на ходу обернулся. Он издал странный крик. — Ух!

Рука. Рука здоровяка была там.

Теперь, когда он думал об этом, рука была жива даже после того, как здоровяк убежал. На его левой руке, как и на плаще Харухиро, остался кровавый след. Он двигался вперёд, двигая запястьем и пальцами. Неужели он гонится за ними?

— Ч-Что...

...нам делать? С этим?!

Не обращая внимания на озадаченного Харухиро, Плащ повернулась и наступила на руку здоровяка. Левая рука болталась, как рыба на крючке. — Чтож, ты полон жизни. Может быть, я смогу отобрать его id для себя.

— Украсть его... id?

— Давай попробую это сделать.

Плащ повернула лопату лезвием вниз, ухватившись правой рукой за рукоятку. Она подняла меч и опустила его на левую руку здоровяка.

Чоп! Чоп! Чоп! Она повторила это действие несколько раз.

Это была всего лишь левая рука, оторванная по локоть, но было в ней что-то такое, на что трудно было смотреть. Может быть, всё из-за того, что у её хозяина было с ним общее лицо? Или это не имеет никакого отношения к делу? Может быть, так оно и было, только немного.

Левая рука здоровяка в конце концов перестала извиваться. С его плотью и костями, полностью разорванными, вероятно, не было никакой возможности двигаться.

— Хмм... — прозвучало от Плаща. — Может быть, он хотя бы слегка возрос. Мой id. Трудно сказать.

— ЭМ, Плащ-Сан?

— «Плащ»?

— ...Э-Эм, извини. Я не знаю твоего имени... Если, что меня зовут Харухиро.

— Я Алиса Си. — ответила Алиса, используя мужское местоимение для обозначения самой себя.

— Си? — повторил Харухиро.

— Так меня здесь называют. Можно просто Алиса, этого будет достаточно.

— Алиса... — Харухиро склонил голову набок.

В этом имени было что-то особенное. Что-то тут было не так.

Местоимение, которое использовала Алиса, было мужским. Может быть, Харухиро просто ошибся?

Харухиро внимательно вгляделся в лицо Алисы. Возможно, это было грубо, но он ничего не мог с собой поделать. Ну, с капюшоном на голове Алисы и маской, закрывающей нижнюю половину её лица, Харухиро мог различить только форму её глаз, но трудно было представить, что она была мужчиной. её плечи были тонкими, и она была, вероятно, на десять сантиметров ниже его. Кроме того, у неё была маленькая голова. В целом она была миниатюрной.

— Ух... прости. — извинился Харухиро. — Всё это время... Я считал, что ты женского пола...

— Ох. Мне на это плевать.

— Нет, но... Ну, если ты так говоришь...

— Мужчина, женщина, какая разница?

— Ну, вроде... как бы есть разница...?

— Харухиро. — сказала Алиса.

— ...А?

— Добро пожаловать в Парано. — глаза Алисы сузились. Скорее всего, она улыбалась.

Харухиро не мог не сомневаться.

Может быть, я всё-таки ещё сплю...?

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

14. Смутная Ты и Я

В версии с изображениями тут находится картинка.

Покинув песчаную местность, заросшей зарослями розовых коралловидных растений, они вышли к подножию Горы Гласс*.

Гора Гласс, согласно своему названию, состояла из твёрдых полупрозрачных камней, которые были сложены в виде горы. По словам Алисы, стекло было твердым, но хрупким, и если они наступят в определенное место, то оно легко ломалось. Если они случайно упадут на них, то простыми царапинами не отделаются. Они могли ожидать, что в конце концов будут тяжело ранены или, в худшем случае, умрут.

Они скребли снаружи по подножию Горы Гласс, и у него было такое ощущение, что до этого они как будто вечность бродили по белой песчной земле. Но это было не совсем так. Течение времени здесь было ужасно неопределенным.

Шаги Алисы были разбросаны по песку. Харухиро старался не наступать на них. Если бы он это сделал, то его шаги слились бы с шагами Алисы, оставив только одну пару шагов позади. Когда он обернулся, то увидел, что две пары следов тянутся далеко в даль, насколько хватало зоркость глаз. Следы не одного, а двух.

Время от времени он слышал звериные крики, а когда поднимал глаза к небу в горошек, то видел чудовищ не похожих на птиц, летящих над ним.

Как долго он там простоял? В небе парил пурпурный полумесяц, выглядевший ужасно большим. Ему казалось, что если он протянет руку, то сможет дотронуться до него. Он рассеянно уставился на него.

— Не смотри. — приказала ему Алиса. — Если ты посмотришь прямо на Луну Парано, то будешь проклят.

— Значит, это Луна, да? Та штуковина в небе.

— А как ты думаешь, что это? Она не похожа ни на что другое.

— Я думал, что она живая, может быть. Одна из этих... чудовищ из снов, не так ли?

— Чудовища из снов не живые. Вот почему у них нет эго.

Честно говоря, он не понимал и половины того, что говорила Алиса. Если он задавал вопросы, то иногда получал ответы, а иногда его игнорировали.

Иногда... он больше ничего не знал. Существовала ли Алиса на самом деле? Или он был один, просто галлюцинируя, что он был с кем-то?

Нет, дело было не в этом. Вот вам и доказательство. Шаги. Их было две пары, как и должно быть. Кроме того, если он посмотрит прямо перед собой, то увидит Алису.

Но, возможно, он не мог доверять своим чувствам или памяти.

Похожая на корону, Гора Гласс была полным полна ралзличным стеклом, насколько хватало глаз. Предгорье было пологим, а склон в конце концов стал крутым. Это было красиво, но ничего особенного, как только привыкнешь видеть его. Это была гора из стекла.

На границе между Горой Гласс и песчаной землёй, белый песок был перемешан с маленькими стеклянными камушками. Стеклянные камушки были не такими мелкими, как песок, и под ногами они казались совсем другими.

Когда же это случилось? Он больше не видел никаких розовых коралловых растений. Над песком клубился молочно-белый дым. Меньше тумана, но больше облаков.

Неужели он действительно прошёл всё это пешом? Может быть, он на самом деле лежал где-то, закрыв глаза? И когда он откроет глаза, окажется ли он в другом месте? Например, перед той дверью в Лагере Лесли?

А может быть, его вообще нигде не было. Если это так, то где же тот «Он», который думает, что его вообще нигде нет?

Все это было глупо. Тот факт, что он мог чувствовать и думать, был доказательством его существования. Это был не сон. Это продолжалось слишком долго, чтобы быть сном. Было бы странно, если бы он не проснулся в ближайшее время.

Где же были Кузаку... Шихору... Мерри... Сетора? Были ли они в безопасности?

Почему он не пошел искать своих товарищей?

Все это было очень странно. Может быть, это все-таки был сон. Может быть, отсутствие логического потока и последовательности в его мыслях и действиях было вызвано тем, что он просто спал? Если это и был сон, то ничего странного в нём не было. Всё было возможно.

Если он предположит, что видит сон, то когда же? Когда же начался этот сон?

Эй, Манато , подумал Харухиро. Может быть, тебе тоже приснилось, что ты умер?

Если так, то это был ужасно долгий сон. Но каким бы длинным, сложным и запутанным ни был сон, как только он откроет глаза, то сразу же забудет его. В мгновение ока он почти ничего не вспомнит. Может быть, это был именно такой сон. Может быть, это был именно такой сон... Может быть...

Теперь, когда я упомянул об этом, я думаю, что это так, может быть. Этот сон превратился бы в пустую оболочку вроде этой, а потом исчез бы.

— Я очень голоден... — пробормотал Харухиро. — А ещё у меня пересохло в горле...

Алиса либо не слышала, либо вообще не слушала. Как будто Алиса была здесь, но не здесь, и продолжала идти, не оборачиваясь.

Несколько раз он даже подумывал остановиться. Надо бы присесть и отдохнуть , подумал он. Если Алиса скроется из виду, пока он будет отдыхать, значит, так тому и быть. Все равно никакой Алисы не было. Он был совсем один.

Ну почему он не может взять на себя это обязательство? Неужели он испугался? Одиночество? Да и какое это теперь имеет значение? Он даже не знал, жив он или нет.

— Эм, а куда ты собираешься идти? — спросил Харухиро. — Эй! Эй, я же спросил! Я задал тебе только один вопрос, понимаешь? Почему ты не можешь ответить? Не игнорируй меня. Да пошла ты. Какого чёрта? Поставь себя на мое место. Для начала, почему? Почему это происходит? Неужели мне всё это кажется… может быть? Не реально. Что. Такое просходит постоянно. Каждый. Чёртов. Раз…

Харухиро глубоко вздохнул.

— Может быть, я просто думаю, что правда. У меня такое чувство, что подобное уже несколько раз случалось. Неужели я ошибаюсь? В конце концов, я не могу доверять своей памяти. Кроме того... Да. Я тоже не помню, что произошло до моего попадания в Гримгар. Это очень странно. Я же не какой-то там двухлетний ребенок. Если бы все это случилось до того, как я стал достаточно взрослым, чтобы по-настоящему думать, я бы всё понял. Но это не так. Это ведь странно, правда? Это очень странно. Много чего случилось, но всё это очень странно. Я не могу себе представить, что это реально.

Харухиро перебирал мысли в своей голове.

— Какой смысл... это место в принципе не является реальным. Это всего лишь сон. Сон. Всё это. Манато. Могузо. Ранта. Шихору. Юме. Мерри. Кузаку. Сетора. Все они, они не существуют. Они не настоящие. Я... в моей голове... в моем сне, или как там это называется, Я выдумал их. Это всего лишь плод моего воображения. Всё, что случилось - это правда. Гримгар, Царство Сумерек, Дарунггар и этот мир, Парано, тоже. Блин, я просто потрясный. Я имею в виду силу моего воображения. Ведь не так уж и плохо, а? Это просто безумие какое-то... А? А как же тогда я сам? Это я, который думает, что я - это я... Это тоже плод воображения? Может быть, где-то там кто-то есть? Непохожий на меня, непохожий, может быть, даже не человек, существо или что-то в этом роде... воображает обо мне?

Он помедлил с ответом.

— Нет, дело не в этом. Этого не может быть. Но как я могу это доказать? Это же невозможно, правда? Ну и черт с ним... Когда же я пробужусь от этого сна? Неужели это одна из тех вещей? Неужели я должен умереть? Если я умру, то, наверное, проснусь. Возможно, именно так все и устроено. Манато и Могузо... и Чоко, те, кто умер, может быть, это то, что случилось со всеми ними. Они пробуждаются ото сна, когда умирают... и возвращаются в свои изначальные миры. Но... если так, то это тоже странно. Я имею в виду, что это мой... нет, не мой, а чей-то ещё сон.

Харухиро начинал чувствовать себя потерянным.

— Если бы это была куча человеческих снов, которые можно было бы смешать вместе, это было бы странно. Там же ничего нет. Всё это бессмысленно. Потому что это всего лишь сон... даже если я умру, все может быть по-прежнему. Этот сон, вероятно, будет продолжаться вечно. Пока спящий не проснется... а когда они проснутся, то всё забудут. Всё это превратится в ничто. Всё обнулится... А-а, я проголодался. А ещё пересохло в горле. Так сухо, что больно... Это и есть страдание.

Он сорвал с себя маску и отбросил её в сторону. Ему хотелось сорвать с себя плащ и одежду, сбросить с себя и всё остальное.

Дул сильный ветер. Сладкий. Воздух был очень сладким. Он втянул в себя всё, что мог, и поперхнулся. Это что-то ему напомнило.

О. Ваниль. Это было похоже на запах ванили.

Он сделал глубокий вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох, вдыхал так глубоко, как только мог.

Как же невероятно сладко. Он чувствовал сладость до самых глаз. Чем больше он вдыхал, тем больше страдал. И все же он не остановился.

— Эй! — внезапно его схватили за шиворот и встряхнули.

Это была Алиса. Прямо перед его глазами. Алиса.

К черту Алису!

— Не дыши этим ветром! Ты хочешь заснуть и создать ещё одного монстра из сна?!

— Мне всё равно.

— Твое эго стало довольно слабым. — возразила Алиса. — С такой скоростью ты сойдешь с ума. Ты не отделаешься тем, что просто заснешь и создашь чудовище из снов. Ты хочешь впасть в бездну тьмы и стать Обманщиком*?

— Я - что. Понятия не имею о чём ты говоришь.

— Один из моих друзей провалился в пучину тьмы. Как только это случится, пути назад уже не будет. По крайней мере, я не смогу вернуть тебя назад. Также, как и Нуи...

— ...Нуи?

— Просто выслушай!

Алиса толкнула Харухиро. Когда он приземлился на спину, туман в его голове рассеялся, и сладость, застрявшая в легких, заставила его почувствовать тошноту.

Алиса подняла маску и швырнула её в лицо Харухиро. — Надень её. Я спасаю тебя не для того, чтобы ты впал во тьму.

Харухиро попытался надеть маску. Его пальцы дрожали, но это не помогало.

Пока он возился, Алиса воткнула лопату в землю, опустилась на колени и выхватила маску из рук Харухиро. — Послушай, Харухиро. Знаешь, как иногда советуют тебе держать себя в руках? В Парано это действительно важно.

Алиса надела на него маску. Харухиро даже не пошевелился. Вернее, он был напряжен и не мог пошевелиться.

— Что бы обо мне ни говорили и ни думали, я знаю, кто я, и что бы ни случилось, я не буду тем, кем не являюсь. Это эгоизм. Невозможно выразить в цифрах, но в Парано ты можешь почувствовать, является ли чьё-то эго слабым или сильным. Ты же не можешь этого видеть. Это что-то вроде запаха или вкуса. Если ты хочешь оставаться самим собой, то ты должен быть самим собой. Если ты этого не сделаешь, то станешь кем-то другим, а не тем кем являешься на самом деле. Я серьезно, это не какая-нибудь метафора. Ты действительно превратишься во что-то другое. В того, кого называют Обманщиком.

— Это то, в кого... я начал бы превращаться?

Алиса встала, вытаскивая лопату из земли. — Если бы я оставила тебя в покое, думаю, ты бы так и сделал.

Харухиро осмотрелся вокруг себя. Справа от него - Гора Гласс возвышалась к небу, стеклянное предгорье и белый песок смешивались вместе, и в конце всего этого был дым.

Как всегда, чем больше он смотрел на него, тем больше ослабевало его чувство реальности. Это была довольно туманная сцена.

— Куда ты направляешься? Ты не возражаешь, если я спрошу? — он заколебался.

— Туда, где я живу.

— Дом?

— Поймешь, когда доберемся. Если, конечно, ты сможешь добраться туда целым и невредимым. — резко сказала Алиса, затем взвалила лопату на плечо и пошла дальше.

— Я должен оставаться самим собой... — пробормотал себе под нос Харухиро, следуя за Алисой.

Я... Сам... Значит ли это, что ты действуешь так же, как и я? Что же это значит?

Что я такое?

Если бы у меня было зеркало, я мог бы посмотреть в него на свое лицо. Да, именно это я. Но, к сожалению, у меня нет зеркала. Ну, не то чтобы я хотел увидеть своё собственное лицо. Во всяком случае, у меня нет привычки внимательно его рассматривать. Что же...

Если бы спросите, помню ли я в деталях, как я выгляжу, это было бы сомнительно. Даже если лицо в зеркале слегка изменится, я могу этого попросту не заметить.

И все же тот, кто ступает по белому песку вперемешку с мелкими осколками стекла и хрустит ногами - это, несомненно, Я - Я сам. Я чувствую тяжесть своего тела. И голод, и жажду тоже. Эти чувства, несомненно, принадлежат мне.

Это значит, что я здесь. Если бы здесь не было меня, я бы вообще ничего не почувствовал.

Ну, разве это не было так просто?

Тот, кто смотрит, слушает, нюхает, чувствует, думает, размышляет обо мне и вещах, которые не являются мной - это я. Даже если я превращусь во что-то другое, возможно, не совсем человеческое, пока я могу смотреть, слушать, нюхать, чувствовать, думать, это всё равно я.

Алиса шла с лопатой на плече. Между ними образовалась пропасть. Алиса была примерно в десяти метрах впереди.

На ходу Харухиро посмотрел на свою правую ладонь. — ...А?

Неужели мои руки всегда были такими? Мохнатыми, огромными и с длинными острыми когтями?

Нет.

— Это не моя рука.

Прежде чем он успел подумать, Что мне делать? Его левая рука уже вытаскивала огненный кинжал, найденный в Дыры Дварфов.

Верно, я должен её отрезать. Я имею в виду, что эта правая рука, она - не моя. Я должен отрезать её этим огненным кинжалом. Рука, держащая Кинжал, это странно, она вся покрыта мехом, не так ли?

— Черт возьми! Oboaba! Bugegagobuda! Udebagazo! Nndebanda! Doga!*

Кто-то что-то кричит. Не я. В конце концов, это не мой голос. Так не должно быть. Эти слова, они fiil rong gigazuzu . Badagu dota obada godoga ganbaze gotoga ? Onto furebure tobagonda guzoda bugo , oada ?*

— Харухиро! — крикнула Алиса.

— Nnaka?! *

— Смотри! Смотри на меня!

— Сма...ри...

Смари.

Смотри.

Он оглянулся.

Здесь была Алиса.

Та, кто держала его за руки, была Алиса.

Глаза Алисы оказались бледны. Он думал, что они окажутся яркими, но они светло-коричневого окраса, почти цвет крови, текущей по чьим-то артериям. Капюшон был откинут назад, а затем, в конце концов, снят, показав волосы Алисы.

Цвет волос Алисы был не столько ярким, сколько бледным. Если присмотреться, то брови и ресницы были одного цвета. И кожа Алисы также... словом «белая» не вполне адекватно её описывало. Она казалась полупрозрачной, как будто можно было увидеть сквозь неё другую сторону.

— Возьми себя в руки. — сказала Алиса.

Алиса что-то говорила ему.

Харухиро кивнул, глядя на свои руки.

Не мохнатые, не большие и не с длинными когтями. Его собственные руки.

— Это чувство... как будто я - это не я...

— Работа Ослепителя*, а?

Алиса оттолкнула Харухиро, вытащила из земли ближайшую лопату и быстро развернулась. Очевидно, что-то было слева позади Харухиро.

Алиса подпрыгнула, размахивая лопатой.

Лезвие лопаты с грохотом вонзилось в песчаную землю.

Просто, прежде чем это произошло, он почувствовал, что он увидел большую рыбу похожую на голову, или, может быть, нет. В любом случае, к тому времени Алиса похоронила своу лопату в песок, что вещь уже не было. Неужели он нырнул в песок как раз вовремя?

— Ты никуда не уйдешь! — Алиса вцепилась в лопату обеими руками.

Что? А? Что за черт? Это была лопата... разве не так? По крайней мере, мне показалось, что это была не просто обычная ржавая лопата.

Темное, похожее на ржавчину вещество оказалось его кожей, и оно начало шелушиться само по себе.

Внутренности выглядывали наружу через трещины в этой коже. Может быть, это и не совсем верное описание, но оно было похоже на палку, сделанную из мяса. Кожа ещё не совсем отвалилась, и концы её все ещё были прикреплены к мясной палочке, разделенной на десятки тонких ремней... нет, даже больше... и все они извивались.

Они были толщиной с человеческий палец и немного напоминали черных или темно-коричневых змей.

Эта часть была обернута вокруг Алисы. Вокруг самой лопаты были какие-то обмотки, а Алиса все глубже и глубже погружалась в песок.

Была ли эта лопата живой? Конечно, это была даже не лопата с самого начала. Такой лопаты просто не могло быть. Если это была не лопата, то что же это было? Никакого другого подходящего названия в голову не приходило, так что пока придется называть его лопатой.

Когда Алиса вдруг потянула лопату вверх, она зацепилась за неё.

Неужели их цель была поймана черными змееподобными существами, которые вытащили её из песка, выталкивая наружу?

У него были руки и ноги, более или менее гуманоидные, и он чем-то напоминал сахуагина. Эти глаза и рот были особенно похожи на рыбьи. Но его светло-персиковая кожа была странно гладкой. Все это время она лежала в песке, но почему-то не была покрыта песком.

— Это работа Ослепителя. — сказала Алиса.

Ослепитель. Так вот как эта тварь называется?

— Похоже на аксолотль, да? — пробормотала Алиса, и черные змеи, державшие Ослепителя, отпрянули в сторону.

Освобожденный Ослепитель тут же вскочил.

Он повернулся спиной к Алисе, вероятно, пытаясь убежать.

Но к несчастью − нет, совсем не к несчастью, Алиса лишила его всякой надежды на спасение, позрезав Ослепителя.

Алиса шагнула вперёд, выставив вперёд лопату. Лезвие лопаты пронзило Ослепителя насквозь.

В таком состоянии Алиса потянула лопату вверх. Лопата легко рассекла Ослепителя от груди до макушки головы.

Никаких брызг крови не было видно. Вместо этого из раны Ослепителя сочилась густая слизь, похожая на старое масло.

Ослепитель упал вперёд.

— Наконец-то заполучила его.

Чоп, чоп, чоп . Алиса использовала лопату, чтобы проткнуть, разрезать, измельчить и расчленить Ослепителя, а затем просто фыркнула. Алиса, вероятно, была счастлива, что убила Ослепителя, но также, похоже, наслаждалась этой жестокой работенкой.

— Это был не монстр из снов. Он был монстром наполовину. Когда людей захватывают в плен монстры из снов, то те превращаются в полу-монстров, как и этот Ослепитель.

— Захватывают... в...

— Но большинство монстров из снов просто нападают и едят людей. И все же есть некоторые страности. Я думаю о том чудовище из сна, которое ты создал. Кстати, в отличие от монстров сновидений, у которых нет ничего, кроме личности, у полукровок тоже есть эго. Впрочем, не так уж много. Если ты убьешь их, то сможешь забрать всё. Полукровки - редкость, поэтому они очень ценны.

Плечи Алисы затряслись от смеха.

Внезапно Харухиро пришла в голову одна мысль. Алиса выглядела как человек, но являлась ли она им?

То, что Алиса выглядела как человек, ещё не означало, что она им была. Он не знал, что это были за монстры из снов и полукровки, но, возможно, они были чем-то совсем другим.

Харухиро попятился назад. Доверять Алисе было опасно, но Алиса спасла его. Алиса изо всех сил старалась довести Харухиро туда, где жила Алиса. Но зачем? Из простой доброты? Может быть, у Алисы была какая-то причина, какой-то скрытый мотив?

Возможно, это ловушка.

Руки Алиса замерли. На мгновение он испугался, что Алиса вот-вот бросится на него.

Эти опасения были необоснованны. Хотя было уже немного поздно, Алиса, казалось, поняла, что капюшон снят.

Алиса снова надела капюшон и продолжила свою работу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

15. С Не Прикрытыми Лицами

В версии с изображениями тут находится картинка.

Спустя несколько часов, а может полдня или даже дольше − в общем, спустя долгое время − он заметил кое-что, на что раньше не обращал внимания, хотя они шли всё это время на границе между Горой Гласс и песчаной землей.

Песок плыл, хоть и медленно.

Более того, он не был направлен в каком-то одном фиксированном направлении. В одном месте песок двигался в сторону предгорий. В другой, чуть дальше, он двигался прямо на них. Бывали даже моменты, когда песок тёк в том же направлении, в каком они двигались, и им было легче передвигаться, как будто с попутным ветерком за спиной.

Если присмотреться повнимательнее, то предгорья, усыпанные осколками стекла, тоже не оставались неподвижными. Если бы он прислушался, то услышал бы тихий звук.

Звяк, звяк, звяк, звяк...

Этого было недостаточно, чтобы быть видимым глазу, но происходило едва заметное движение.

— География Парано изменчива. — рассказала Алиса. — Ничего не останется неизменным. Вообще ничего, ты понял?

Это то, что рассказала Алиса Си , подумал он.

Но когда же он это услышал? Что заставило Алису сказать ему это? Он думал об этом, но всё было не чисто.

В конце концов из-за песчаной земли с её молочно-белым дымком показалась какая-то тень. Был ли это лес? Линии были слишком прямыми для этого. Тогда, может быть, здания? И дело было не только в одном. Там было несколько зданий, тесно прижатых друг к другу. Был ли это город?

— Так вот где ты...? — начал он, на что Алиса просто ответила «Да».

— Как далеко отсюда до этого места?

— Зависит от обстоятельств.

— А...?

— Мы все чувствуем себя по-разному.

В Парано существовало время и пространство, но с тем же успехом могло и не существовать.

Давным-давно, сказала ему Алиса по дороге в город, так давно, что не было ясно точно, когда именно, но, вероятно, это было «очень давно», Алиса пыталась сделать часы.

В небе Парано сияли Луна и звезды, но всё же Солнца не было. Это означало, что о солнечных часах не могло быть и речи, поэтому Алиса остановила свой выбор на водяных часах.

Алиса хотела какое-нибудь устройство или предмет, который поддерживал примерное время, используя фиксированные интервалы. Первый из них был прост: небольшое отверстие на дне контейнера, на котором были вырезаны отметки. Когда контейнер наполнился водой, вода медленно вытекла со дна. Если бы скорость оттока была фиксированной, то её можно было бы использовать как меру времени.

Однако, когда Алиса действительно попыталась это сделать, возникали различные проблемы.

Например, контейнер. Даже если это был большой контейнер, если между его устьем и дном был склон, он работал не хорошо. По мере того как объем воды в контейнере уменьшался, сила, с которой она выходила из отверстия, тоже падала.

Когда эти проблемы были решены, возникли другие. В результате проб и ошибок водяные часы стали размером с башню, используя нетривиальное количество воды. В конце концов Алисе это надоело, и она разбила водяные часы, над которыми ей пришлось так много потрудиться, чтобы собрать в маленькие кусочки.

Слушая эту историю, Харухиро начал сомневаться в ней. Неужели это случилось на самом деле? Может быть, это просто выдуманная история?

Во-первых, это было совсем не похоже на Алису - рассказывать многословные истории. Рассказывала ли Алиса? Может что-то ещё?

Нет, Алиса была очень разговорчива. У него уже начало возникать такое чувство. С самого начала он не слишком хорошо знал Алису. Было бы справедливо сказать, что он практически ничего не знал. Разве ему не трудно было сказать, что было или не было похоже на Алису?

Серьезно, все так запутано.

Всё вокруг.

Включая меня самого.

Когда они приблизились к городу, туман рассеялся. Они больше не стояли на песчаной почве. Земля была грязной. Когда же это случилось? Он вообще не заметил этого перехода.

Тут росли травы и деревья. Кора была коричневой, а листья - зелеными. Он думал, что это обычные растения, но, когда он наступил на них, они разлетелись на куски, не оставив никаких следов в мгновение ока. Они были похожи на галлюцинации, или же являлись иллюзией.

Здания были довольно высокими. Как гигантские каменные колонны. На их поверхности систематически располагались прямоугольные отверстия. У них были окна, но в них не было ни стекол, ни даже деревянных ставен, так что они выглядели как какие-то гнезда.

Здания, несомненно, раньше все стояли вертикально в одном месте. Но теперь некоторые из них уже рухнули, пока другие были лишь под наклоном.

Из-за того, что он рассеянно смотрел на здания, фигура Алисы казалась далёкой. Он ускорил шаг, чтобы догнать её.

— Хм, а что это за место?

— Руины № 6. — ответила она. — Я слышала, что до того, как его стали так называть, это был город под названием Асока*.

— Асока...

— Но это только то, что я слышала.

— Тут... были ли здесь люди? Эм... Кроме тебя, я имею в виду.

— Лишь те, у кого не в порядке с головой. — сказала Алиса с лёгким смешком.

— Полагаю, это относится и к вам, принцесса. — прозвучал хриплый мужской голос. Не принадлежавший Алисе.

Подняв голову, он увидел, что кто-то высунулся из окна на третьем этаже здания слева от них. На нём был массивный зелёный плащ и сапоги. Судя по его виду, он - человек. У него были длинные волнистые черные волосы и короткая борода.

— ...Ахиру*. — Алиса сердито посмотрела на мужчину, снимая лопату с плеча. Она выглядела так, словно вот-вот снова начнет шелушиться, как тогда, когда Алиса убила Ослепителя.

Мужчина склонил голову набок и ухмыльнулся. — Не делайте такое страшное лицо, принцесса.

— Тогда не называй меня так.

— Но ведь вы принцесса, не так ли?

— Ты хочешь сдохнуть, Ахиру?

— Нет желания, и именно поэтому я не буду драться с вами.

— Не стой рядом со мной.

— Тогда возвращайтесь к королю. — сказал Ахиру. — Если вы сделаете то, что я прошу, тогда я больше не появлюсь перед вами. Клянусь вам.

— Я ни за что не вернусь обратно.

— Король сошёл с ума. Если вы не вернётесь, будут большие неприятности.

— Только не у меня.

— А у меня как раз-таки будут.

— Йонаки Угуису*, да?

Как только Алиса произнесла это имя, правая нога Ахиру задрожала. Его колено двигалось вверх и вниз, как будто соблюдая определенный ритм. Хотя на его лице играла легкая улыбка, внутри он был потрясен или, возможно, взбешен.

Алиса воткнула лопату в землю дважды, потом трижды. — Как это смело с твоей стороны, Ахиру.

Дул сильный ветер. Даже в маске он казался немного сладковатым.

Ахиру прижал рукав к губам. — Этот паренек. — сказал он, глядя на Харухиро. — Он ведь новенький, я прав? Что вы собираетесь с ним делать, принцесса? Сварите его и съедите? Или испечете его и слопаете?

— Я не чудовище из снов. Я не ем людей.

— Если вы съедите человека, то сможете украсть их эго и быстро повысить его. Вы ведь хотите стать сильнее, не так ли, принцесса? Если вы сделаете это, съедите этого паренька.

—Закрой пасть, Ахиру. Я серьезно прибью тебя когда-нибудь.

— Я скоро вернусь, принцесса. — оставив напоследок эти слова, Ахиру исчез в окне.

В здании не было никаких входов или выходов, кроме окон. Алиса попыталась направиться к зданию, где предположительно находился Ахиру, но вскоре остановилась, склонив голову набок.

Харухиро тоже почувствовал, что что-то не так. Это был не столько звук, сколько вибрация. Земля дрожала под ногами.

Харухиро обернулся. Это было здание почти прямо напротив того, в котором находился Ахиру. Оно было сильно повреждено, с трещинами по всей длине, как паутина, и выглядел так, как будто оно тоже немного накренилось в их сторону.

Вскоре после этого раздался треск ломающегося чего-то твердого, скребущий звук и ужасающий низкий грохот от сотрясения земли. Может ли это быть −

Это ведь не земля?

Дрожь исходит от того самого здания?

— Бежим! — Алиса убежала ещё до того, как слово было закончено.

Харухиро тоже побежал.

Здание быстро рухнуло позади них. Он даже не обернулся, чтобы проверить. Звук, удар и облако пыли были настолько невероятны, что не было никакой необходимости проверять и смотреть. У него также не было на это времени.

Дело было не только в этом здании. Это место, Руины № 6, тут были десятки зданий, возможно, даже больше. Впереди не было ничего, кроме зданий. Алиса и Харухиро двигались по дороге между зданиями. Возможно, это были не все из них, но они рушились то тут, то там.

— Будь ты проклят, Ахиру! — крикнула Алиса.

Алиса пошла не прямо, а повернула направо, а после налево. Дело было не столько в том, что у них был какой-то план, сколько в том, что они меняли направление движения каждый раз, когда замечали опасное здание.

— Алиса...! — закричал Харухиро.

— Ты такой надоеда! Заткнись и следуй за мной!

Конечно, у него не было другого выбора, кроме как послушаться её. Харухиро не знал этой местности. Он мог бы выбраться из Руин № 6, если бы повернул туда, откуда они пришли, но эта дорога, без сомнения, была завалена обломками первого упавшего здания. Он не имел ни малейшего представления, в какую сторону следует идти.

В тот момент, когда они повернули направо, здание перед ними начало опускаться, как будто оно было сжижено. Когда они повернули налево и некоторое время продолжали двигаться в том же направлении, два здания с обеих сторон рухнули, ударившись друг о друга.

Пока они отчаянно мчались под падающими обломками, он чувствовал, что все это сводит его с ума, и ему было трудно сохранять рассудок.

Каким-то образом у него возникло ощущение, что это не очень хорошее психическое состояние.

Он был весь мокрый от пота, но всё его тело было холодным, а желудок словно пытался вырваться изо рта. А сейчас он хотел выбраться отсюда, чтобы избежать этой ситуации. Как долго это будет продолжаться?

Дай мне чуточку передохнуть , взмолился он.

Он хотел, чтобы все это поскорее закончилось. Как бы он этого ни желал, реальность не удовлетворяла его потребностей. Когда что-то не кончалось, то оно и не собиралось кончаться.

Но как быть здесь, в Парано?

Если он действительно хочет покончить с этим, то есть способ.

Способ покончить со всем этим прямо сейчас.

Можно сказать, аварийный выход.

Если он больше ничего не мог сделать, то мог просто уйти.

Харухиро видел этот аварийный выход. Нет, он не мог его видеть. Он просто чувствовал его. Он всегда был у него за спиной, распахнут настежь.

Если быть более точным, то, возможно, правильнее было бы сказать, что он был прямо у него в затылке. Так что, даже если он обернется, она все равно останется позади. Он не мог его видеть, но он был там.

Аварийный выход манил Харухиро.

Пойдем , шептал он. Следуй за мной.

Нет никакой необходимости сдерживаться. Это не очень хорошо для тебя.

Остальное предоставь мне...

Должен ли я? удивился он . Всё, что ему нужно было сделать - это отдать себя в его руки. Если бы он это сделал, то освободился бы от всех страхов и хлопот.

Нет.

Он знал, что не сможет этого сделать.

Аварийные выходы не говорят. Кроме того, что это значит - аварийный выход?

Уйти через дверь в его затылке? Но это было невозможно. Это было невозможно сделать. Но в Парано случались такие невероятные вещи. Кроме того, это была, да, экстренная эвакуация. Разве у него был выбор?

Харухиро остановился. В конце концов, он очень устал. Он больше не хотел двигаться.

Я думаю, что сделал хорошую работу.

Ты так думаешь?

Да, я хорошо справился.

Может быть, и так.

Разве сейчас не самое время?

— Ахх...

Расставив ноги, он потянулся так широко, как только мог. В конце концов он посмотрел вверх.

Там был огромный кусок обломков, в десять раз больше человеческого роста.

— Ох, вау! — он почувствовал, что готов расхохотаться.

Он падал прямо на него. Как он мог не рассмеяться? Интересно, подумал он, стоит ли ему закрыть глаза или нет? Было бы обидно пропустить такое зрелище, так почему бы не посмотреть до конца?

Он протянул руку, и они почти оказались на месте. Он почти мог дотронуться до обломков.

— Хахх...! — Алиса бросилась назад и оказала ненужную помощь. Лопата, направленная в его сторону, оторвалась, и черные полосы кожи пронзили обломки, превратив их в пыль.

Обломки посыпались градом. Некоторые из них были размером с кулак, так что он, конечно же, не был невредим.

— Ой! Ай, ай, ай, ай...

Он был ранен в левое плечо, правую руку и голову большими кусками обломков. Так вот почему он упал?

Он лежал на животе и стонал, когда его с силой подняли на ноги.

— Какого черта ты тут удумал?! Ну же!

Алиса.

Это была Алиса, опять.

— Почему ты не можешь оставить меня в покое?! — взвыл Харухиро.

Даже когда он скулил и жаловался, он двигал ногами, которые, казалось, мог растянуть в любой момент, и почему-то бежал.

Разве не бессмысленно было бежать? Во всех направлениях рушились здания. Облака пыли ухудшали видимость. У него также всё болело.

Это было очевидно, даже не задумываясь. С ними было покончено. Из этой ситуации не было никакого выхода. Так что, да. Он спасался. Всему был положен конец. Когда-нибудь наступит конец. Ну почему же не сейчас?

С меня хватит , подумал он.

У него были свои сожаления. Но никакой давней привязанности.

— Черт бы побрал этого Ахиру! Он самый худший! Харухиро, ну же...!

Кто-то схватил его за руку и потащил за собой. Сопротивляться было бессмысленно, и он позволил этому случиться с собой.

Ничто не имело никакого смысла.

Что же всё-таки происходит?

Ему это было неинтересно, но Алиса крепко обняла его, лопата снова обнажилась, и несколько черных полосок кожи, очень большое количество, сошлись вместе, образовав зонтик. Он мгновенно достиг земли, аккуратно окутав Алису и Харухиро.

Что же происходит за пределами зонтика? Он мог себе это более или менее представить. Вероятно, все здания рухнули, и обломки образовали грязный вихрь.

Защищенные зонтиком, они стояли в самом центре.

Темно. Здесь почти полностью было темно. Но он немного видел.

Лопата. Обнаженная лопата слабо светилась. Из-за этого она была немного яркой.

Алиса наклонилась, крепко держась за голую лопату, и обняла Харухиро. Это было почти так же, как если бы они собрались вместе в крошечной палатке, сделанной для одного человека.

Так ли это было? Снаружи бушевала гроза. Это не обычный сильный ливень. Ну, это было само собой разумеющимся, так как не было ни ветра, ни дождя.

Раздался скрежет, хруст, царапанье и стук. Шум был очень сильный. Лопата должна была находиться под огромным давлением извне. Было странно, что она, казалось, ни на йоту не сдвинулась с места, но всё равно чувствовалась угроза.

Это, когда Харухиро только что думал, что он был бы в порядке, если бы всё закончилось здесь.

— А она выдержит? — спросил он.

— Всё в порядке. Ты за кого меня принимаешь?

Может быть, Алиса самоуверена? Но это было совсем не похоже.

— Я не знаю. — слова, слетевшие с губ Харухиро. — Честно говоря, я понятия не имею, кто ты или что ты.

— Держу пари. — рассмеялась Алиса. — Что ты даже не знаешь, кто ты на самом деле.

— Это совсем не так.

— Но это так и есть. Харухиро. Этот осел Ахиру спрашивал, почему я тебя не съем, но послушай. Я не ем людей. Я имею в виду, что разве люди едят людей? Это же просто отвратительно. Но если бы я кого-то и съела, то это точно был бы не ты. Даже если я съем тебя, я ничего с этого не выиграю. Твое эго слабо, чтобы сделать мою магию сильнее, мне нужна сильная id или сильное эго.

— ...Магия? Ты... маг?

— В Парано любой может использовать магию. Магия, которая принадлежит только им. Моя магия... это. — Алиса крепко сжала обнаженную лопату. — Это Филия*.

Он понятия не имел, что это значит. Лопата была волшебной или что-то в этом роде? Во всяком случае, он называл её лопатой для удобства, но это явно была не лопата.

Что это за чертовщина? подумал про себя Харухиро. Я не знаю, называется ли эта лопата Филией или чем-то ещё. Когда она такая оголенная, это чертовски жутко. Моё эго слабо? Ладно, да, если ты мне так говоришь. Я чувствую, что, может быть, так оно и есть. Ну и что с того? Разве это плохо?

Это всего лишь сон. Мне снится дурной сон. Я чувствовал то же самое всё это время, и я хочу, чтобы это было правдой.

Но я почти уверен, что это не сон...

Это самое худшее.

Это жестоко.

Эта ситуация выходит за рамки жестокости.

Насколько жестоко? Я не знаю. Я не хочу даже думать об этом.

Я стараюсь не думать о таких вещах, как «Я единственный, кому удалось выжить».

Я изо всех сил старался не думать об этом. Но лучше этого не делать. Я имею в виду, что если буду думать о таких вещах, то упаду. Я буду падать всю дорогу, всю дорогу вниз. А потом, в мгновение ока - Увижу.

Здесь. Это и есть самое дно.

Дно такой глубокой ямы, что удивительно, как я ещё могу дышать.

Самое дно ада.

— Харухиро.

— ...Что?

— Ты что, плачешь?

— Вовсе нет.

— Все нормально. — Алиса легонько похлопала Харухиро по спине, словно успокаивала ребёнка.

За кого Алиса его принимает? И все же это не было чем-то неприятным.

Возможно, Алиса права. Хотя речь шла о нем самом, а не о ком-то еще, он ничего не знал.

— Это нормально – плакать. — утешала Алиса. — Я не возражаю. Но это не нормально - тонуть в слезах. Почему ты плачешь? Если ты плачешь без причины, это нехорошо. Не думай, посмотри на себя. Не отводи глаз. Даже если это не то, что ты хочешь видеть, ты должен смотреть.

— Я...

— Ты?

— Я...

Он закрыл лицо обеими руками.

Ахх, это...

Это было его лицо. Лицо, закрытое обеими руками.

Он не видел своего лица.

— Там ничего нет. — пробормотал он. — Даже меня. Его просто не существует. Я ни... нигде. Там ничего нет... Для меня - ничего...

— Ты здесь, Харухиро. Ты здесь, рядом со мной.

— Но я...

— Ничего страшного, если ты будешь принимать его понемногу. Что же ты считаешь ценным?

— Ценным...

Кузаку.

Шихору.

Юме.

Мерри.

И Сетора тоже... он очень беспокоился за неё.

Неужели Сетора и Киити - одно и то же лицо?

Ранта.

Чёрт возьми. Глупый Ранта. Когда тебя нет рядом... почему-то всё это кажется таким пресным.

Мне это не нравится , прошептал Харухиро. Всё...

Потому что каждый нуждается во мне, И...

Потому что каждый – вон там...

Каждый...

Каждый...

— Мне страшно. — прошептал он.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Без всяких там людей, я такой и есть...

— Мне так не по себе... Я ничего не могу с собой поделать... — прошептал он. — Мои товарищи, они сейчас не сомной. Я не знаю, в безопасности ли они. Я не хочу думать об этом... но не могу... я просто не могу... это бесполезно. В этот раз... может быть, так оно и есть. Ни за что. Да. И теперь... я остался совсем один?

— У тебя есть я, не так ли? — спросила Алиса.

— А, ну да. Ты же здесь. Ты... Я не могу сказать, добрая ты или жестокая.

— Дело в том, что иногда я бываю доброй, а иногда жестокой.

В какой-то момент всё снаружи уладилось.

Внутри было тесно, трудно дышать, но было тепло.

Кем и чем была Алиса Си?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

16. Многогранная Личность

В версии с изображениями тут находится картинка.

У меня есть другое имя, ты знаешь. То самое, что даровано мне от родителей. Но меня всегда звали Алисой.

Надо мной издевались. Ни капельки не поддразнивали, а откровенно издевались.

Что же касается причины, по которой меня стали называть Алисой, то всё из-за книги, которую я читала. Ладно, немного несправедливо говорить, что это «вина» книги. Книги не могут сделать ничего плохого. Но всё же терпеть я не могла, когда меня называли Алисой.

— Алиса!

— Я не Алиса.

— Алиииса!

— Я не Алиса.

— Ааааалииисааа!

— Я же сказала вам, что я не Алиса!

— Алиса!

— Вы никогда не прекратите. Плевать. называйте, как хотите.

— Тогда всё в порядке, правда, Алиса?

— Алиииса!

— Ааааалииса!

— Алиса!

— Алиииса!

— Алиса!

Я помню, именно так, как будто я дала им разрешение. Все и вся стали звать меня Алисой, Алисой, Алисой, Алисой, Алисой, Алисой, Алисой, Алисой.

Они прятали мои вещи. А иногда и попросту ломали их. Они разрисовывались на моих вещах и швыряли в меня всякой всячиной.

Кроме этого, что хорошо помню, была ещё одна вещь, которую они называли игрой в извинения. Они окружали меня в парке, так что я не могла пройти. После чего я говорила им убраться с дороги, уступили дорогу или что-нибудь ещё. Конечно же, они этого не делали. Это меня злило, так что я старалась отодвинуть их в сторону.

Потом они устраивали шоу, словно падали и кричали, что они ушиблись, или то, что сломали кость, или у них идет кровь, или ещё какая-нибудь ерунда.

— Извинись! Извинись! — требовали они от меня. Они не отпускали меня, пока я не извинюсь перед ними.

Да и вряд ли они отпускали меня, когда я выполняла их прихоти. Мне приказывали извиниться с искренностью, или если бы я правда сожалела, то должна была бы сделать то или это. Таким образом, они требовали от меня очень многого.

Они превосходили меня числом.

Они также орали на меня, так что у меня не оставалось вариантов кроме как сделать так, как они хотели.

Что же касается того, что именно они заставили меня сделать, то я оставлю это на ваше воображение.

Ну, то, что они делали со мной, когда я вспоминаю их, это хуже, чем просто чувствовать, как будто блевота поднимается в моем горле; я хочу разбить свою собственную голову.

Ключевой момент в том, что они не удерживали меня, чтобы что-то со мной сделать. Меня заставляли, это правда, но я делала это сама. Очевидно, я ненавижу тех, кто заставил меня пройти через это. Но я виню и также себя за то, что беспрекословно подчинилась.

В конце концов, я задалась вопросом, может быть, это была моя собственная вина за то, что я была так слаба. Если я так это всё ненавидела, то прокусила бы себе язык. Я также должна была укусить их, как будто сошла с ума. Интересно, почему я этого не сделала?

Имя Алиса — для меня это рана.

Не шрам, а рана. Та, что больше всех, всегда свежая и никогда не исчезает.

Я ненавижу себя больше, чем могу вынести это. Я ненавижу всё в себе, и больше всего на свете я не могу простить себя за то, что была такой.

По крайней мере, так я себя чувствовала тогда.

Я проклинала всё это.

Весь мир.

Наверное, все началось, когда я попала в Парано.

Именно тогда я осознала, что даже у меня, проклинающей всё на свете, есть вещи, которые я любила и были важны для меня.

Например, я думала, что ненавижу своё лицо, своё тело, но, несмотря на это, я всегда смотрела в зеркало. Довольно часто и вблизи, на самом деле.

По правде говоря, я думала, « О, а я не так уж и плохо выгляжу с этого ракурса или с таким выражением лица, которое довольно милое» , когда я смотрел в зеркало.

Если бы кто-то раньше сказал, « Зачем ты пялишься в зеркало? » я бы тогда всё отрицала « Нет, я не пялюсь !». Но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что всё-таки пялилась.

Моя внешность необычная, не в том плане, что уродливая, но я не то, чтобы считаю это чем-то плохим, если бы это было таковым. Просто, такие вещи, которые обычно считаются уродливыми, такие как раздвоенные подбородки, курносые носы, толстые губы, большой живот, они могут быть по-своему милыми, если посмотреть на них с другой стороны.

Я ненавидела саму себя, но кое-что во мне мне нравилось.

Или, скорее, когда надо мной издевались, я начинала думать, что это моя собственная вина, и начинала ненавидеть себя за это. Можно сказать, что я была вынуждена не любить и даже ненавидеть саму себя.

Дело было не в том, что я ненавидела всё в себе. Конечно, были кусочки, которые выводили меня из себя, но также были и те, в которые я была глубоко влюблена.

Затем... И тут я всё поняла. Я не могла вынести, когда они дразнили меня, называя Алисой, Алисой, Алисой. Но я не испытывал ненависти к самому этому имени.

На самом деле, теперь я чувствую, что Алиса подходит мне лучше, чем имя, которое дали мне родители.

Я жестокая или добрая? Мой ответ: Я - То и Другое.

Люди, которые делали со мной ужасные вещи, не то чтобы всё время были полными подонками. Они будут чувствовать себя плохо, видя бедную брошенную кошку на грани смерти, и помогать своим семьям и друзьям, когда они окажутся в беде.

Вероятно, были и такие, кто, принимая участие в игре в извинения, думал, «Ого, это уже чересчур. Нам не нужно было заходить так далеко».

Один из них даже испытывал угрызения совести и тайком прислал мне письмо. Оно лежало в почтовом ящике. Отправитель не написал своего имени, но оно было аккуратно написано от руки.

Когда издевательства были в самом худшем состоянии, я сама делала довольно неприятные вещи. Всё равно что отрывать крылышки и лапки у насекомых. Всякий раз, когда я видел, как они корчатся в таком состоянии, мне становилось легче. Когда я закончу, то скажу, « Думаю, самое время избавить тебя от страданий » и после убивала их.

Я подумывала о том, чтобы проделать то же самое с более крупными животными. Но я никогда так не сделала бы. И вовсе не потому, что мне было бы их жалко. Просто мне казалось, что это будет очень хлопотно, поэтому я не стала этого делать. С того момента ситуация могла бы обостриться, и однажды я стала бы настоящим серийным убийцей.

Естественно, если бы меня так долго не запугивали, мне бы и в голову такое не пришло. Но даже в этом случае я не могу сказать, что я не жестокий человек.

Чтобы привести пример, представьте себе игру, в которой несколько человек, включая вас, заперты в закрытой комнате, и только один может выйти живым.

Что бы ты сделал в такой ситуации?

Ты бы убил других и выжил?

Или позволил бы себя убить, потому что убийство - это неправильно?

Ты бы покончил с собой?

Есть некоторая заслуга в аргументации, что предложенная ситуация слишком экстремальна, и неуместно пытаться извлечь из неё что-либо о твоей природе как личности.

Но всякое может случиться. Это не совсем невозможная ситуация. Ты ведь тоже в Парано, так что понимаешь, да?

Я не знаю, как и откуда ты попал в Парано, но я училась в школе на берегу моря. В скале вдоль берега была пещера, и люди говорили о том, чтобы исследовать её.

Примерно в то же время я использовала стратегии, которым научилась, чтобы справляться с издевательствами, и довольно хорошо справлялась благодаря ряду совпадений. Но мне казалось, что если я облажаюсь, то вернусь туда, где была раньше.

У меня было много друзей, и один из них пригласил меня пойти с ними, так что у меня не было никаких реальных причин отказываться.

Мы вошли в черную как смоль пещеру, продвигаясь все глубже и глубже.

В какой-то момент на пути мне показалось, что там был туман. Наше зрение ухудшилось, и я помню, что это было плохой вестью для нас. Но всё, что я могу сказать, это то, что в следующее мгновение я уже была здесь.

Мы беззаботно забрели в Парано.

Это было совершенно неожиданно. Я имею в виду, что может случиться что-то настолько нелепое.

Если человеку предстоит убить других людей, потому что какая-то ситуация не оставила ему другого выбора, то этот человек скорее всего убьёт. Но если бы эта возможность никогда не представилась, они могли бы прожить всю свою жизнь, никого не убив.

Что касается меня, то я могу убивать.

Если возникнет такая необходимость, я убью кого угодно и что угодно своими собственными руками. Не жалея никого. Я имею в виду, что если от меня это потребуется, то я должна буду это сделать.

Но у меня, по крайней мере, есть эмоции.

Тогда-то и упала звезда. Основываясь на своем опыте, я решила, что кто-то попал в Парано, поэтому пошла проверить. Вот так я и нашла тебя. Я не могла оставить тебя одного, поэтому спасла.

Ты мне не друг, да и вообще никто. Лично ты не представляеешь из себя ничего особенного. Но в Парано нет ни одного здравомыслящего человека, так что иногда меня охватывает ностальгия.

Когда я вижу такого порядочного человека, как ты, который только и делает, что заботится о других, а сам опустошает себя, постепенно становясь только тем, кто отражается в глазах других, как некое хлипкое зеркало, мне так хочется много говорить.

Ну вот, собственно, и всё.

Я уже выполнила свою задачу, так что вполне довольна.

Я могу бросить тебя, как будто ты ничто. Но, как я уже сказала, иногда я могу быть доброй. Когда я так хорошо отношусь к другим, мне становится хорошо. Но в конце концов мне это может надоесть.

Или я передумаю и решу, что хочу съесть тебя. У меня пока нет никаких планов на этот счёт, но я могу как-нибудь воспользоваться тобой. Или обмануть тебя. Когда придёт время, я так и скажу.

Если ты говоришь человеку, которого собираешься обмануть, что ты хочешь обмануть его, то он не попадётся на это, ты это хочешь сказать?

Ты идиот. Вот что я скажу тебе, когда совершу содеянное.

Кстати, а что собираешься делать ты?

Что хочешь, чтобы я сделала для тебя?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

17. То, Что Изменяется И То, Что Нет

В версии с изображениями тут находится картинка.

Как долго они были похоронены заживо под обломками зданий? Думать об этом было бессмысленно. Времени в Парано не существовало. Даже если бы у него были механические часы, они, вероятно, остановились бы, завелись, зашагали по часовой стрелке, а за затем развернулись и пошли против часовой стрелки, так что они были бы совершенно тут бесполезны.

Алиса Си использовала свою волшебную лопату, чтобы выкопать проход на поверхность, что облегчило побег.

Как только они выбрались, здания Руин № 6 превратились в груду щебня. Сохранилось очень мало зданий — шесть, если быть точным - и все они были наполовину разрушены или погребены под обломками.

— Похоже, это конец для моего убежища. — сказала Алиса. — Чертов Ахиру. В следующий раз, когда мы встретимся, он будет умрёт.

— И все это было делом рук Ахиру? — спросил Харухиро.

— Я же тебе говорила, в Парано каждый может использовать магию. Магия Ахиру такого же типа, как и моя.

— Филия? Или как там она называется?

— Да. — глаза Алисы сузились, и она рассмеялась.

Харухиро всё ещё не видел Алису без маски. Что за лицо было у этого человека?

— Магию в Парано можно широко разделить на три типа... нет, пусть будет четыре типа. Но четвертого я пока ещё не видела. Есть Филия, Нарси и Доппель. Магия большинства обычно относится к одному из этих трех типов.

Алиса продолжала объяснять, что они из себя представляют.

Филия была любовью. Любовь использовала проклятия, чтобы наполнить силой определенный предмет, такой как обычно используемый предмет или оружие, используемое для самозащиты. Они назывались фетишами.

— Источник силы Филии - это фетиш. — проговорила Алиса, поднимая лопату. — Заколдованный предмет делает владельца сильнее, наделяя его магией. Если они теряют контроль над фетишем, владелец ослабевает, становясь неспособным использовать магию. Этим я убивала чудовищ из снов. Мне показалось странным отправляться в спелеологию с пустыми руками, поэтому мы решили взять с собой кое-какие инструменты. Я держала его в руках. И не случайно. Не знаю почему, но мне захотелось взять его с собой. Я сказала, что возьму его, и мне разрешили. Может быть, у меня было предчувствие или что-то ещё. В конце концов, это спасло меня.

— Так... эта лопата стала твоим фетишем? — медленно спросил Харухиро.

— Харухиро, у тебя ведь есть нож или что-то в этом роде? — спросила Алиса. — Может быть, он станет твоим фетишем. Кстати, фетиш Ахиру - это пояс. Тот, что был у него вокруг талии.

— Как же ему удалось опрокинуть столько зданий с помощью пояса?

— Искал меня. Держу пари, он усердно работал над этим, подготавливая каждое здание одно за другим.

— Похоже, на это у него ушло уйму времени.

— Так это или нет, плевать. Ты либо делаешь что-то, либо нет. Он слабее меня, но у него есть цель, и он не отстанет. Он не может победить меня, поэтому он преследует меня и пытается принести меня к королю.

— Королю? — повторил Харухиро.

Его проигнорировали. Алиса не отвечала на вопросы, на которые Алиса не хотела отвечать.

В море обломков почти не было ровной поверхности, поэтому они карабкались вверх и вниз, постоянно перепрыгивая через препятствия и огибая их, постепенно продвигаясь вперёд.

Вначале Алиса шла впереди, а Харухиро молча следовал за ней. Но Алиса постепенно начала останавливаться, вздыхать и бессмысленно размахивать лопатой. Алису, казалось, уже тошнило от этого, так что выбор, конечно же, был не очень эффективным.

Когда Харухиро вместо этого взял инициативу на себя, предоставив Алисе просто решать общее направление, они значительно ускорили темп.

— Неужто, ты к этому уже привык? — спросила Алиса.

— Ух... Наверно. — сказал Харухиро. — И вполне прилично.

— Хм. Ты что, жил как выживальщик или что-то в этом роде?

— Это долгая история.

— Ты не понял. Тебе не нужно беспокоиться, будет ли эта история длинной или короткой.

Поэтому, пока Харухиро шёл от одного куска щебня, который выглядел как жизнеспособный плацдарм, к другому, он рассказал Алисе всё о себе, или, скорее, о своей группе.

Он не начал с самого начала, когда они проснулись в Гримгаре больше полутора лет назад. Он не прошел через все события по порядку. Он прыгал с места на место, двигаясь взад и вперёд. Он должен был признать, что был плохим рассказчиком. Или, может быть, потому что это был Парано, это просто естественно получалось таким образом.

Когда они наконец выбрались из Руин № 6, вода растеклась по широкой площади сразу за белым песком. Здесь не было никакого течения. Было ли это озеро? Вдалеке виднелся молочно-белый дым.

— Где это мы? — спросил Харухиро, но Алиса лишь пожала плечами.

— Надо полагать, я его раньше не видела. Есть не так уж много мест, которые существуют постоянно. Насколько мне известно, есть Руины № 1 и № 7, которые являются остатками семи городов и их окрестностей, Гора Гласс, Железная Башня Небес, Долина Мирских Желаний и река Санзу.

— Остальные изменяются?

— Если ты запомнишь все ориентиры, то прекрасно справишься.

— Значит, Руины № 6 не исчезают. — задумчиво произнес Харухиро. — Так вот почему ты там жила, да?

— Этот ублюдок Ахиру действительно поймал меня на этот раз.

— Ты думаешь, его втянули в это дело?

— Я считаю, что неважно, втянули его в это или нет, но благодаря его упрямости он до сих пор остался жив. Если бы он был мёртв, я не смогла бы убить его. Он нужен мне живым.

Алиса вышла на поверхность воды, как будто в этом не было ничего особенного. Неужели они собирались поплыть?

Когда правая нога Алисы коснулась поверхности, от неё пошла рябь. Но она не утонула.

Разве это не вода? Казалось, что это была чистая поверхность, которая отражала свет, как вода. Более того, когда её касались, она вызывала рябь.

Дна не было видно, это было просто понятно с самого начала.

Харухиро тоже попытался пойти. Когда рябь, которая распространялась с каждым шагом, соприкасалась, они сбивались друг об друга. Если бы её не прерывала очередная последующая рябь, она бы растянулись навсегда.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Во-первых, нам нужно найти место, где мы могли бы осесть. — сказала Алиса, отчего по её лицу пробежали мурашки.

— Я хочу найти своих товарищей. — высказал Харухиро.

— Я это уже слышала. Я уверена, что тебе также нужна и моя помощь. Ну, честно говоря, я сомневаюсь, что они живы, а искать людей здесь непросто.

— Ты сказала, что всё зависит от того, сделаем мы что-нибудь или нет, Алиса. В таком случае я сделаю это.

— « Мои товарищи. О боже. Как там мои товарищи. Мои товарищи... » Это всё, что я от тебя слышала. Если бы твои товарищи сказали тебе идти умереть, ты бы пошел?

— Если бы это был самый лучший вариант.

— Многие парни говорят, что это все болтовня, но ты вполне можешь пойти и сделать это.

— Я не говорю чего-то, не подумав.

— Если я тебе помогу, то, что мне за это будет? — требовательно спросила Алиса.

— Ты сказала, что у Ахиру есть цель. Что насчет тебя? Ты просто хочешь стать сильнее?

Его снова проигнорировали. Алиса, наверное, не хотела говорить.

— Если ты поможешь мне, то я помогу тебе в равной мере. — наконец сказал Харухиро.

— Ты то? — Алиса громко рассмеялась.

Это даже не слишком его обидело.

Алиса говорила, что в Парано каждый может использовать магию. Но Харухиро ещё не открыл свою магию. Алиса, наверное, думала, А что ты вообще можешь сделать?

— Позже ты сможешь решить, нужен ли я тебе. — ответил Харухиро.

— Нет, Харухиро, я не думаю, что ты бесполезен. Ты ведь был вором, верно? Это звучит как что-то из игры, но ты можешь использовать эти навыки здесь, не так ли?

— Игра?

— Они появляются в РПГ и тому подобном, так ведь? Персонажи такие как воры. Они быстры и воруют предметы. Ну, я никогда особо не увлекалась играми. Но это не значит, что я никогда в них не играла.

— Я правда... без понятия о чём ты, но если я смогу избежать паники, то с теми… Ты называла их чудовищами из снов? Я думаю, что для меня вполне возможно сражаться с такими монстрами, как они.

— Думаю, это будет зависеть от твоей магии. Если всё, с чем ты можешь справиться - это обычные монстры сна, то там есть сумасшедший мужик, против которого у тебя не будет ни единого шанса.

Неужели этот «Сумасшедший мужик» и есть король?

Прозрачная поверхность, которая на самом деле не была озером, теперь была полностью покрыта рябью.

В дымной дали он смутно различил что-то вроде столба, который тянулся к небу в горошек.

— Это и есть... Железная Башня Небес? — медленно спросил он.

— Да. Думай о нём, как о пупке Парано. Если ты используешь Железную Башню Небес в качестве точки отсчета, а также такие вещи, как то, в каком направлении тебе нужно идти, чтобы добраться до каких-либо руин, то ты можешь вычислить относительные местоположения таким образом.

Сколько ещё им придется идти, чтобы добраться до Железной Башни Небес? Он хотел спросить, но воздержался. Он и сам мог более или менее угадать ответ. В Парано думать о времени или о том, как долго это будет продолжаться, было бессмысленно.

— Значит, чудовища из снов - это не такое уж и частое явление? — спросил он.

— Это моя вина. Самые слабые пугаются меня и убегают. Но совсем другое дело, когда падает звезда и все вокруг становится дикими.

— Так ты знаменита? — Харухиро засомневался.

Алиса пожала плечами — Держу пари, что монстры из сновидений могут чувствовать эго. У них самих их нет — они не могут, — но им это нужно, поэтому они нападают на людей. Но когда эго слишком сильно, оно становится угрожающим для монстров сна.

— Когда ты убиваешь чудовищ из снов... возможно ли украсть их эго? — спросил Харухиро.

— id.

— Ты можешь украсть его и стать сильнее?

— Дело не в том, что ты станешь сильнее. Твоя магия становится сильнее.

Казалось, что эго и id по своей природе колеблются, чтобы уравновесить друг друга.

Если бы у Алисы было эго 100, то id Алисы установилась примерно на 100. Верно было и обратное. Если Алиса убила монстра из сна с 10 id, Алиса поднялась до 110 id. С этого момента эго Алисы автоматически становилось сильнее, пока не достигало бы 110 баллов. Это произойдет не сразу, а будет расти постепенно.

— Если бы это было мое эго... скажем, 10, будет ли мой id тоже 10? — спросил Харухиро.

— Более-менее, да.

— Итак, если я убью монстра с 10 id, мое id станет 20, и мое эго тоже увеличится до 20.

— Это будет единственной надеждой.

Алиса была уклончива. Неужели он ошибся в своих расчетах? Как бы он ни думал об этом, десять плюс десять - это двадцать, но, возможно, не в Парано.

Когда они достигли края земли ряби, то оказались в месте с песком, который можно было описать как чисто голубой. Тут и там виднелись жёлтые, похожие на грибы существа с раскинутыми шляпками. Может быть, это и есть грибы?

Когда они подошли поближе, жёлтые твари были двухметрового размера и походили на черепа, несущих грибы на спине. Они не двигались и были тверды, как камень, на ощупь.

Они были действительно странными, но не особенно удивительными. У Парано было много странных вещей. Вернее, в нём не было ничего, кроме странностей.

— Я должен отыскать свою магию... — пробормотал Харухиро.

— Я выжила, потому что у меня была лопата. — согласилась Алиса. — Хоп!

И Алиса прыгнула на верхушку одного из желтых грибов, который на самом деле не был грибом.

— В тот момент, по крайней мере, эта лопата была всем, на что я могла положиться. Только на мою лопату. Один из способов думать об этом заключается в том, что нечто подобное может стать твоей магией, а...

— ...А может, и нет? — закончил Харухиро.

— Как ты думаешь, почему чудовище из сна, которое ты родил, приняло такую форму?

— Это... интересно. Я чувствую, что я видел сон, но я его почти не помню его.

— Именно так всё и происходит. Даже если мы сумеем убедить себя в том, что что-то является ответом, нам будет очень трудно найти абсолютное доказательство.

На голубом песке, где были разбросаны желтые грибы, которые не были грибами, они вдвоем шли, и шли, и шли.

Всё это было похоже на выдуманную историю. Даже когда дело доходило до событий, которые были вырезаны в его голове и сердце, в тот момент, когда Харухиро перестал чувствовать, что они действительно произошли, они распадались на части и проскальзывали сквозь щели в его пальцах.

Без другого человека, известного как Алиса Си, даже если бы он выжил, его чувство реальности ослабело бы, исчезло, и он потерял бы все свои воспоминания.

В какой-то момент количество грибов, которые не были грибами, увеличилось до такой степени, что они закрыли поверхность, сделав невозможным увидеть песок.

Верхушки грибов, которые не были грибами, были скользкими, так что идти было трудно, но им двоим пришлось идти вперёд.

Внезапно он почувствовал голод. Его внутренности извивались в поисках пищи. Несмотря на это, в животе у него не урчало.

В горле у него пересохло. Ему хотелось чего-нибудь выпить. Он не знал почему, но в глубине его глаза появилась боль.

— Вода — выдохнул Харухиро. — Что-нибудь поесть...

— Разве я не говорила тебе об этом в первый раз? Даже если ты не будешь есть или пить, ты не умрешь. Давно я не ложила себе что-то в рот, ты привыкнешь.

— Но это сводит меня с ума.

— А почему бы тебе не выпить свою собственную слюну?

Харухиро решил попробовать это сделать. Он не был удовлетворен этим ответом, но если он не выпьет чего-нибудь, не выплюнет или ещё чего-нибудь, то ситуация выйдет из-под контроля.

Сад желтых грибов, которые не были грибами, внезапно сменился грубыми серыми скалами. На скалах росли бесчисленные маленькие хвощевидные штуковины. Они ведь вполне съедобны, правда?

Он сорвал несколько штук, а когда подошел, чтобы бросить их в рот, понял, что Алиса наблюдает за ним, и остановился.

Когда он сжал маленькие псевдо-хвощи, из них вышла золотисто-желтая жидкость, и она воняла так, словно была гнилой. Тот факт, что он всё ещё испытывал желание лизнуть её, надо признать было ужасающим.

Скалы поднимались и опускались, и они обнаружили, что они спускаются вниз, когда пытались взобраться, и взбирались вверх, когда пытались спуститься.

Когда он, повинуясь внезапному порыву, повернулся вверх, неба уже не было. Повернувшись направо, он увидел там небо. Он как будто шёл по стене, но не падал.

Но так было не всегда. Земля образовывала пологую спираль, а небо иногда было вверху, иногда внизу, иногда слева, а иногда и справа.

Иногда к нему возвращались голод и жажда. Он часто обижался на Алису за то, что она прекрасно справляется с этим состоянием.

Голод и жажда будоражили сердце. Из-за этого он старался подавить свое разочарование и ненависть. Иногда это срабатывало, а в других случаях - нет.

Он наконец-то начал ясно видеть Железную Башню Небес.

— Это что-то вроде радиовышки, да? — сказала Алиса. — Но она слишком большая и высокая.

Алиса говорила вещи, которые он чувствовал, что понимает, но, возможно, не понимал. Несмотря на это, Железная Башня Небес, верная своему названию, была собрана из железных материалов и представляла собой грандиозное сооружение, которое, казалось, достигало небес.

Если смотреть на него со спирального холма, то железом была покрыта не только сама башня, но и все вокруг нее. Башню окружали десятки — нет, сотни - десятиметровых ржавых железных стен.

В железных стенах были ворота с железными прутьями. Когда они проходили через одни ворота, другая железная стена преграждала им путь с другой стороны. Они прошли вдоль стены, и там были ещё одни ворота. Они прошли через ворота и снова двинулись вдоль стены.

Там были ворота. Они прошли сквозь них, следуя вдоль стены.

Это повторялось очень долго.

— Я помню тропинку, но, если бы я её не помнила, мы бы заблудились. — сказала Алиса. — Здесь очень много тупиков.

— Это практически лабиринт.

— То, что это место не меняется, есть его единственная спасительная благодать. Если бы он изменялся каждый раз, нам пришлось бы действовать методом проб и ошибок.

Медленно, но верно он становился все более способным справляться с голодом и жаждой. Вместо этих неудобств, а может быть, и нет, его тоска по товарищам становилась все сильнее и сильнее.

Всякий раз, когда это становилось слишком много, он спрашивал разрешения у Алисы, а затем кричал изо всех сил, катаясь по полу.

Алиса не говорила, «Ты что, идиот?» или «Что ты делаешь?» или что-нибудь в этом роде.

Когда они прошли через железный лабиринт, там была гора старых железных обломков, а на её вершине возвышалась Железная Башня Небес.

Железная Башня Небес имела естницу с внешней стороны. Это была просто железная рама со ступеньками шириной около метра и без поручней, так что человеку, боящемуся высоты, было бы очень тяжело.

Ступеньки были сделаны из железа и достаточно тонкие, чтобы они немного деформировались, если на них сильно наступить. Вся лестница тоже немного дрожала.

Когда они поднялись примерно на сотню метров, там оказалась уже другая лестница, она должна была быть не менее пятидесяти метров.

Поднялся ветер, и даже сквозь маску он казался сладким на вкус. Он был немного напуган, но каким-то образом сумел подняться по лестнице, а потом нужно было подняться ещё по одной лестнице.

Он поднимался по ступенькам одной лестнице, потом второйой, а после третьей. Поднимался, поднимался и поднимался.

Алиса остановилась на лестничной площадке.

Это была странная посадка. Если бы кто-то назвал эту лестничную площадку, то, вероятно, это была бы статуя человека, сидящего, свесив ноги с края площадки.

Эта статуя тоже была из железа? Или он был сделан просто путем упаковки ржавчины вместе? Казалось, что так и должно было быть. Вот так она и заржавела.

Мужчина был среднего веса, среднего роста, лет двадцати-тридцати. Его руки лежали на бедрах, и он, казалось, смотрел куда-то вдаль.

БАМ! Алиса ударила статую по голове.

— Когда что-то находится здесь слишком долго, просходит такое.

— А что будет дальше? — нерешительно спросил Харухиро.

— Оно ржавеет. Да, люди тоже так думают.

— Значит, этот парень...

— Пока он не заржавел, он был жив и мог свободно дышать.

— Кто-то, кого вы знали?

— Он был здесь всегда, когда я приходила. Ржавел понемногу за раз. Я предупреждала его, что он попал в беду, но он настаивал, что всё в порядке... он получил то, что заслужил.

Мужчина, конечно же, не шевельнул ни единым мускулом. Неужели он все ещё жив? Но он на это не смотрел. Но это был Парано. Может быть, даже когда всё его тело превратилось в ржавчину, он не был мертв.

— Мы не можем здесь долго оставаться. — сказала Алиса. — Если ты не против заржаветь, то это совсем другое дело.

— Ты хочешь сказать, что тут опасно?

— С тобой все будет в порядке, если ты не останешься тут. Я приходила сюда несколько раз и даже поднималась выше, но не заржавела.

— Неважно, надолго мы здесь или нет, но это Парано. Я думаю, что время не имеет значения...

— Этого не должно быть, нет. Но дело в том, что он превратился в ржавую статую, не так ли? — сказала Алиса, поглаживая мужчину по голове. Затем Алиса указала в ту сторону, куда смотрел мужчина.

Большая часть земли была покрыта молочно-белой дымкой. Это было похоже на море облаков. Тем не менее, были места, разбросанные вокруг, где местность была открытой.

Когда он посмотрел в ту сторону, куда указывала Алиса, может быть, это были цветы?

Там цвели растения разных окрасов.

— Это Руины №2 — сказала Алиса. — Или как раньше его называли, Баярд Гарден. Следующий цель - пойти туда поиграть.

Алиса начала спускаться по ступенькам, по которым они поднимались легкими шагами.

Прежде чем броситься за ней, Харухиро попытался дотронуться до щеки ржавого человека. Она была очень холодной. Ржавчина попала ему на пальцы.

Потирая пальцы, чтобы стряхнуть ржавчину, он несколько раз пробормотал себе под нос — Я найду своих товарищей.

А для этого ему нужна была Алиса. Вот почему он сейчас пойдет за ней.

Он просто выигрывал время, верно? Он ведь на самом деле не хотел искать, не так ли? Он боялся искать своих товарищей и боялся, что ему придется смириться с их исходом. Но ведь он просто откладывал это, не так ли?

Кроме того, даже если он будет искать их, то может ничего и не найти.

Он почувствовал, как у него подкашиваются колени. Он чуть не присел на корточки.

Алиса уже спускалась по лестнице. Скоро она скроется из виду.

Ему вдруг захотелось сесть рядом с этим человеком.

Конечно, он этого не сделает.

По крайней мере, не сейчас.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

18. Магия

В версии с изображениями тут находится картинка.

Обширная холмистая местность покрыта цветами. Их было не счесть, и размеров было от мало до велика.

На этом холме цвели алые цветочки. На противоположном склоне виднелась смесь жёлто-оранжевых красавиц полей. А вон там виднелись цветы пурпурной и также голубой окраски. А в той стороне поляны украшали округу виды белоснежных роз.

Что касается продолжительных следов Руин вдоль нашего пути, то тут и там сплошь лежали обломки зданий, торчащие сквозь море цветов. В основном на глаза попадались осыпающиеся стены, но чаще виднелись колонны, покрытые мхом и обвитые плющом, став единым целым с этим прекрасным пейзажем.

— Когда-то эти Руины были городом, он, кажется, назывался Имаги. — рассказала Алиса. — Кажется, я слышала именно это название.

Алиса предупредила Харухиро, чтобы тот был крайне внимателен, чтобы он не наступил ни на один из цветов.

Эти цветы росли здесь не сами по себе. Они были собраны отовсюду, посажены, выращены, ухожены и приведены в порядок.

Издалека это было невозможно определить, но через весь сад тянулись тонкие тропинки сантиметров пятьдесят в ширину. Они вдвоем пошли по одной из этих тропинок, проходя через холм.

— Хм... Если я наступлю на цветок, что тогда? — спросил Харухиро.

— Она просто взбесится.

— Кто именно?

— Человек, к которому мы сейчас пойдем.

По-видимому, это место называлось «Баярд Гарден», но это были Руины № 2, неизменное место. Количество холмов не поднималось и не опускалось. Или, по крайней мере, не предполагалось.

Они пересекли семь — нет, восемь - из этих пологих, покрытых цветами холмов. Или все-таки девять? Может быть, даже больше.

Сначала Харухиро был поражен их красотой. Теперь же он ничего не чувствовал.

Цветы, холмы - какое это имеет значение?

— Алиса. — позвал он её.

— Что?

— Я не знаю почему, но уже некоторое время... Я не знаю точно, когда это началось... во всяком случае, имена моих товарищей не вспоминаются мне. А вот их лица - да.

— А как насчет того, чтобы подумать об их лицах, а потом перебрать все звуки, с которых могли бы начинаться их имена? А, и, у, е, о, ка, ки, ку, ке, ко и так далее.

— А, и, у, е, о...

Он дошел до слов «Ва, Во и Н», но ничего не вспомнил.

— Странно. — сказал он. — Я ни за что не забуду их.

— Ты можешь забыть всё, что угодно. — сказала ему Алиса. — Что касается меня, то я не помню ни имен, ни лиц своих родителей.

— А я никогда не помнил своих родителей с самого начала...

— О, ты имеешь в виду, что ничего не знаешь о своей жизни до того, как очнулся в Гримгаре, верно? Ну, тогда не так уж и странно, что ты забыл имена своих товарищей.

— Если я действительно их забуду... всё будет так, как будто их вообще никогда не существовало.

— Шихору. Кузаку. Мерри. Сетора? Ох, кто же там ещё был? Киити? Юме. Хмм, также Ранта? Потом Манато. Могузо?

Харухиро уставился на Алису. — А ты откуда знаешь?

— Ты же сам мне проговорил все уши, помнишь? Впрочем, я не могу гарантировать, что они верны.

— С ними всё в порядке. — медленно произнес он. — Никаких ошибок. Ты сказала всё верно.

Хорошо, что он понял, что начинает забывать своих товарищей. Судя по тому, как развивались события, само их существование исчезло бы из его головы.

В любом случае, они были незаменимы, так почему же он собирался забыть своих товарищей, которые значили для него больше всего на свете?

Харухиро намеревался найти их во что бы то ни стало, но, с другой стороны, он мог бы и забыть об этом. Если бы он мог просто полностью забыть, это было бы легче.

Это неправда , хотелось ему думать. Но такое желание, возможно, бурлило в нём, а он даже не замечал этого.

Конечно, в Гримгаре, даже если бы он хотел что-то забыть, это было бы нелегко. Но в Парано даже то, что должно было стать незабываемым, могло ускользнуть в небытие.

— Держись за то, что для тебя важно, иначе ты потеряешь это в мгновение ока. — сказала ему Алиса. — В этом месте мгновение и вечность - одно и то же. Но правда в том, что всё, что у нас есть - это «сейчас». Вот что это значит. Вечность и мгновение, они по существу равны по своей ценности. Харухиро. Если бы ты знал, что никогда больше не встретишь своих товарищей, если бы ты знал это с самого начала, что бы ты сделал?

Пока они шли по цветущим холмам, посреди узкой тропинки сидела желтая птица. На макушке у неё были длинные перья. Оно вроде называется гребешком. Её щеки были круглыми, красными и очаровательными.

— Попугай? Или, может быть, какаду? — удивился Харухиро. — А что он здесь делает?

— Сузуки-Сан. — сказала Алиса птице.

— Привет, Алиса. — птица по имени Сузуки-Сан сказал голосом, который был слишком ясным, чтобы походить на имитацию человеческой речи. Если бы это была не птица, а человек средних лет или чуть постарше, то он подошел бы лучше. Вот какой это был голос. — Пришла навестить нашу цветочницу, Ханаме*?

— Ну да — сказала Алиса. — Как всегда, Сузуки-Сан, тебе здесь легко?

— Это очень удобное место. — Сузуки-Сан щебетал и время от времени наклонял голову набок, когда говорил. Его рот двигался слишком быстро, и было трудно сказать, соответствует ли он его скорости говора. — Если ты не будешь втирать Ханаме то, что не требуется, то здесь просто чудесно.

— Я думаю, что тоже могу на некоторое время наведыватьсяк ней.

— Я вижу, у тебя на хвосте новичок. — заметил Сузуки. — Не начинай никаких неприятностей. Ты же знаешь, я пацифист в этих делах.

— Тогда тебе не следует подходить ко мне слишком близко.

— Я просто хотел поздороваться. Ты же меня знаешь. Я всегда из себя такой вежливый человек. — Затем Сузуки-Сан взмахнул крыльями и улетел куда-то еще.

— Это был полукровка? — спросил Харухиро. — Или что-то ещё? Он не был похож на чудовище из снов. Может быть, это был Обманщик?

— Сузуки-Сан - человек, а это его двойник.

— Разновидность магии?

— Да. Самоуважение, кажется так назыается? Для тех, у кого его немного, или кто ненавидит себя, это обычное дело, когда они получают возможность вызывать двойника, используя магию Доппель. Для людей с большой любовью к себе они обычно используют Нарси, что просто делает их самих сильнее. Это самый скучный вид магии. По сути, это проекция вашего сознания или общего расположения.

— Значит, Ханаме...

— Она – Обманщик. — сказала Алиса. — Хозяин Баярд-Гардена.

— Хм... Обманщик? Мы встречаемся с одной из этих? Сейчас?

— Обычно она тихая, милая особа. По-моему, всё должно быть в порядке.

Харухиро вдвойне старался следить за тем, куда он наступает. Он был осторожен с самого первого предупреждения Алисы, но Сузуки-Сан намекал, что Ханаме страшно злиться, так что лишняя осторожность не повредит.

— Лично я хотел бы побыстрее отправиться на поиски своих товарищей. — вздохнул Харухиро.

— Я не буду торопиться. Если ты хочешь пойти, почему бы тебе не пойти самому?

— Даже если бы я действовал один, честное слово... Я даже не знаю, где их искать.

— Теперь, когда ты знаешь о Железной Башне Небес, ты можешь пойти куда угодно и вернуться обратно.

— Так вот почему ты меня туда отвела.

— Да, иногда я бываю такой доброй.

Харухиро остановился. Он повернулся обратно, думая, что, может быть, ему лучше пойти одному.

Если он скажет, « Я ухожу », Алиса может остановить Харухиро. Алиса могла бы придумать какую-нибудь причину и заставить его продолжать следовать за ней. Возможно, именно на это и надеялся Харухиро.

Когда же он успел так ослабеть? Нет, он всегда был таким. Будучи Солдатом-Добровольцем, он никогда ничего не делал для себя без разрешения Манато.

Если бы он тогда был серьезен, делая всё, что мог, может быть, они бы не потеряли его?

— Алиса. — позвал он её, но не для того, чтобы остановить. — Алиса Си.

Он уже стоял спиной к Алисе. Он не слышал никаких шагов, так что Алиса, вероятно, остановилась.

Не оборачиваясь, Харухиро сказал — Я ухожу. Я найду своих товарищей.

— Ах, да?

— О, и, возможно, заодно и мою магию тоже.

— Ну что ж, постарайся сделать всё как можно лучше.

Если они расстанутся здесь, то никогда больше не встретятся. У него было такое чувство. Это заставило его почувствовать себя немного одиноким, но он не колебался.

Нет. Причина, по которой он не обернулся, заключалась в том, что он чувствовал, что это притупит его решимость. Он все ещё колебался. Он должен был думать, что это не так, иначе он не мог бы идти вперёд, поэтому он сказал себе, что не испытывает никаких колебаний.

Харухиро дотронулся до маски, закрывавшей его рот. — Спасибо за маску.

— На самом деле ничего особенного.

Он уже собирался сказать, « Увидимся », но Харухиро проглотил эти слова и сделал шаг вперёд.

Если бы он мог действовать под влиянием момента, он мог бы позволить этому увлечь его так далеко, как это было бы возможно.

Теперь он будет совсем один. Может быть, навсегда.

В груди у него всё сжалось. Это было страшно, но, если его ноги будут двигаться сквозь страх, он сможет двигаться вперёд намного быстрее. Ему вдруг захотелось назвать имена своих товарищей. Он ведь не мог уже забыть их снова, верно?

Всё в порядке , успокоил он себя. Я их знаю. Но пока воздержись от этого. По крайней мере, до тех пор, пока я не выберусь из Баярд-Гардена. Как далеко мне придется идти пешком? Может быть, мне стоит пробежаться.

Хотя он и не бежал, но всё же немного ускорил шаг.

Это случилось сразу после этого.

Впереди на холме что-то двигалось. До него было несколько сотен метров, а может быть, и больше, так что он плохо его видел. Но он шёл по узким тропинкам.

Был ли он человеком? Первая мысль, пришедшая на ум - Ахиру. Но это был не он. Судя по его форме, он не был похож на человека. Может быть, чудовище из сна?

Но Алиса так близко, а чудовища из сна должны были бояться Алису. Это означало, что он был полу-монстр, человек, поглощенный чудовищем из сна, да? Это или, может быть, чей-то двойник.

Харухиро выхватил кинжал и приготовился.

Это был... паук. Но ноги у него были как у осьминога, человек-осьминог-паук.

Его движение было отнюдь не медленным, а скорее даже быстрым. Он уже в сороках-пятьдесяти метрах от меня.

Он был больше человека и имел при себе много щупалец, так что при умелом манипулировании этими многочисленными осьминожьими лапками он мог мчаться по дороге, которая была не более пятидесяти сантиметров в ширину.

— Ахахахахахахах! Ахахахахахахахахахахахахахахахахахахахах! Ахахахахах! Ахахахахахахахахахахахахах!

Он также над чем-то смеялся. В конце концов, у него была человеческая голова. Может быть, и не стоило удивляться, что это возможно.

Голос был совершенно безумный.

— Оставаться ли на месте...? — Харухиро уже мог ясно различить глаза и нос человека-осьминога-паука.

Эти жесткие на вид волосы. Очки. Курносый нос. Угловатое лицо. И ещё этот голос.

— Ахихихиии! Хахахихехе! Эхихихохохохихи! Гьяххахаххахаххеххе!

— ...Кеджиман?

— Доппууууууууууууууу...! — щупальца осьминога втянулись, затем быстро растянулись, и существо прыгнуло. Кеджиман так и сделал.

Нет, это был Кеджиман? Лицо было похоже на лицо Кеджимана. Как будто они были двумя горошинами в одном стручке. Это было так похоже на Кеджимана.

Существо не просто подпрыгнуло вверх. Другими словами, это был не вертикальный прыжок, а движение в его направлении. Он ведь прыгал на него, не так ли? Если он не уберется с дороги, то тот ударит его по голове, не так ли?

Естественно, Харухиро не был настолько пустоголовым, чтобы спокойно сидеть и ждать в подобной ситуации. Место, где он ожидал приземления человека-осьминога-паука, похожего на Кеджимана, и нынешнее положение Харухиро были одним и тем же, так что он мог избежать неприятностей, просто двигаясь.

Вместо того чтобы отступать, да, ему лучше было двигаться дальше. Если бы это было место, где у него была свобода передвижения, он бы сделал бросок вперёд, но он не мог потревожить цветочный сад, поэтому он бежал вниз по узкой тропе, сохраняя свою приклонившуюся позу.

Кеджиман парил над головой Харухиро.

Хотя нет, он не был уверен, что это Кеджиман.

Позади него раздался странный, влажный звук приземления. Когда он повернулся кругом, человек-осьминог-паук, который выглядел как Кеджиман, тоже обернулся и увидел Алису, бегущую к ним с другой стороны.

— Эй, не смей наступать на цветы! — крикнула Алиса.

Алиса, вероятно, говорила это не Харухиро, а человеку-осьминогу-пауку, который выглядел как Кеджиман. Ему пришлось спросить себя, понимает ли он, о чем они говорят, но было уже слишком поздно.

Издавая « Шааааааааа » или какой-то другой подобный звук, человек-осьминог- паук, похожий на Кеджимана, повернулся в его сторону. Его осьминожьи лапки находились вне тропинки, жестоко растоптав чистые белоснежные цветы. — Харухарухарухарухарухарухарухирухиророророророророророророооооооооооооооооооооооооо...

— Ох, только не это... — пробормотал Харухиро.

Это существо было Кеджиманом. Или, по крайней мере, первоначально это был Кеджиман.

Ему хотелось плакать. Не так уж много было парней, которые могли бы так сильно досаждать, понимаешь? Кроме того, то, как его язык двигался, когда он говорил, «Ророророророророророророророророророро», было чрезвычайно грубо.

Погоди, он же наступал на цветы. И что теперь?

— Как ты посмел...! — Алиса бросилась на бывшего Кеджимана.

Лопата раскрылась, и десятки черных полос кожи обернулись вокруг бывшего Кеджимана. Само собой разумеется, но эти полосы были не просто кожей. Они до этого защитили Алису и Харухиро от кружащегося водоворота обломков. Они были жёсткими, но острыми.

Десятки этих черных полос кожи разрезали бывшего Кеджимана на ленты. Даже когда полосы просто касались слегка кожи, они легко прорезали бывшего Кеджимана, как будто он был сделан из желе.

— Увах... — Харухиро невольно отступил назад.

Торс бывшего Кеджимана был похож на массивного паука, а ноги-на щупальца осьминога, голова Кеджимана торчала из верхней части туловища. Полосы из кожи дико хлестали не только по туловищу или ногам, но и по всему телу без всякой жалости. Вскоре голова Кеджимана должна была быть отрублена.

Но прямо перед тем, как это могло случиться...

...Кеджиман выскользнул на свободу.

Как будто его только что выпустили из тела, голый Кеджиман полетел в воздух.

Это выглядело так, словно Кеджимана только что родил осьминог-паук.

— Ик! Ииииииик! — закричал Кеджиман.

Упав на узкую тропинку, этот мужик теперь полз сюда.

Харухиро отступил ещё дальше. В конце концов, этот мужик был голый. Он также был весь покрыт слизью и был липким и скользким. Даже если бы он не был всем этим, это был не тот человек, к которому Харухиро когда-либо хотел бы приблизиться.

— Харухирооооооооо! — простонал Кеджиман. — Харухироооооооо! Харухироооооо!

— Нет! Держись подальше!

— Это ужасно холодно с твоей стороны...

Кеджиман встал. Осьминог-паук уже развалился на куски и был разбросан повсюду.

Алиса перепрыгнула через останки, держа лопату наготове. — Этот человек только что вышел из чудовища сна? Что это за парень? Харухиро, он твой друг?

— Нет, он мне не друг...

— Если мы не друзья, то кто же мы такие, Харухиро? — заскулил Кеджиман. — Скажи мое имяяяяяя.

— Кеджиман, верно?

— Я Кеджимананан? Чочочочочочочочто.

Его язык был высунут наружу, двигаясь взад и вперёд с невероятной скоростью. Глаза Кеджимана быстро вращались в своих глазницах. Все его кровеносные сосуды были приподняты и пульсировали. Он явно не был в нормальном состоянии. С ним было всё кончено.

Может быть, это и бессердечно, но они должны были прикончить его. Был ли он наполовину чудовищем или кем-то ещё, чего Харухиро не знал, но Кеджиман превратился в какое-то чудовище.

Но было сомнительно, что Харухиро мог оказаться прав. Он не был уверен в себе.

— А-Алиса...

Ему было жаль это делать, но он должен был обратиться за помощью к Алисе. Хотя, даже если бы Харухиро не спросил, лопата в руках Алисы уже начала шелушиться.

Прощай, Кеджиман , подумал он. Пусть мы никогда больше не встретимся. Я имею в виду, что, если бы я никогда не встретил тебя с самого начала, мы бы даже не попали в эту переделку.

— ΩΩΩΩχχχχχχχχΩΩΩχχχχχχχΩΩχχχχχχχχΩΩΩχχχχχχχχχΩΩΩχχχχχχχχχ ΩΩχχχχχχχχχΩΩΩχχχχχχχΩΩχχχχχχχχχχχΩΩΩΩΩχχχχχχχΩΩΩΩχχχχχχχχ...!

Харухиро пошатнулся. Что это за звук? Похоже на ультразвук, или ультра-вибрация, или что-то ещё. В ушах у него болело, но это также сбивало его с равновесия, заставляя сильно пошатнуться.

Это происходило не только с Харухиро. Голый Кеджиман также сжимал свою голову, и даже Алиса частично съежилась.

Алиса закричала —…наме! — или что-то в этом роде.

...наме...

...наме...

Ханаме, а? Хозяин Баярд-Гардена. Обманщик.

Здесь запрещено наступать на цветы , вспомнил Харухиро.

Кеджиман же нарушил это табу. Он навлек на себя гнев Ханаме. Был ли это результат?

От края земли что-то постепенно распространилось по небу. Оно становилось всё больше и больше, окрашивая небо в горошек, расширяясь и покрывая его. Это был не простой окрас, и трудно было сказать, что это были за цвета. Цвет её менялся от мгновения к мгновению, и она ещё сияла, почти как полярное сияние. Однако это явно отличалось от явления, связанного с электрическим разрядом. Он был там как твердый предмет.

Был ли это предмет или, поскольку оно двигалось, существо? Оно было настолько велико, что слово «огромный» даже не могло дать описать того, каким оно было на самом деле. Оно было похоже на птицу, или бабочку, или даже на мотылька, или что-то ещё, расправившее крылья и пытающееся заслонить небо.

Может быть... это была она?

— ...Ханаме? — прошептал Харухиро.

Нет, не может быть. Она явно был слишком огромной для этого. Вероятно, это была не сама Ханаме, а феномен, вызванный силой Ханаме. Вероятно, это был лучший способ думать об этом.

Естественно, это всё ещё было достаточно удивительно, что он хотел молиться, чтобы это была какая-то ошибка. Что же теперь будет? Он не мог себе этого представить, но Ханаме, или то, что было силой Ханаме, которая пыталась заполнить небо, казалось, формировало волны. Если бы это была какая-нибудь массивная бабочка или мотылёк, он, возможно, пытался бы бить крыльями.

Он почувствовал дуновение ветра. Это было совсем не сладко. Все выше и выше засасывалась атмосфера.

— Ух! Ух! Ух! Ухохох! Ухохохохо! — Кеджиман стоял на четвереньках, прижимаясь к земле.

— Ах! — тело Харухиро тоже начало подниматься вверх.

Вот дерьмо.

Он просто летел.

Погодите, они же сейчас улетят.

Цветки.

Цветы Баярд-Гардена, бесчисленные лепестки красных, желтых, оранжевых, пурпурных, синих, белых и розовых цветов были сметены.

— Нет! Как удержаться на месте?! — Харухиро отчаянно замахал руками, пытаясь вернуться на землю.

Но он плыл по течению.

Харухиро уже был в воздухе.

Может быть, он вообще ничего не мог сделать—

— Харухиро! — прямо под ним Алиса воткнула лопату в землю.

Лопата оторвалась, и чёрные полосы кожи потянулись к Харухиро. Возможно, Алиса пыталась спасти его. Но разве это не ранило бы его? Было ли это безопасно?

Черные полосы кожи обнимали и обвивали Харухиро с удивительной нежностью.

Потянув Харухиро вниз, Алиса заставила его опуститься на землю.

— Кяаааааа! — простонал Кеджиман. — Кюууууууу! Кеооооооооо...?!

Обнаженного Кеджимана засосало в небо. Погоди, а почему он плавал? Ну, даже если бы он превратился в монстра, он не смог бы плыть по небу. Он просто двигал руками и ногами, чтобы создать впечатление, будто плывет.

Алиса развернула кожу лопаты, как палатку. В мгновение ока десятки она была плотно склеена, не оставляя даже малейшего зазора. Алиса отрезала их от внешнего мира, запечатав их. Яростные воздушные потоки снаружи могли дуть так сильно, как им хотелось, но только шум ветра достигал их внутреннего пространства.

— Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы подавить её гнев. — сказала Алиса. — Но я на это не рассчитываю.

— Только не говори мне. — Харухиро сглотнул. — Эта большая штука, это и есть Ханаме?

— Она не всегда такая. Она выглядит очень красивой девушкой. Правда, без лица.

— О... Я так понимаю, у неё нет лица...

— Это всё потому, что эта мерзкая тварь наступила на цветы.

— Если уж на то пошло, то это сама Ханаме всё испортила...

— Когда она злится, то теряет над собой контроль, но что касается Обманщиков, то она одна из лучших.

Одна из самых лучших.

Это была одна из лучших?

Серьезно? Обманщики были страшны. Он не хотел иметь с ними ничего общего.

— Харухиро. — позвала его Алиса.

— ...Да?

— Держу пари, что для тебя остается загадкой, зачем я проделала весь этот путь до дома Ханаме.

— Ну... честно сказать да.

— Даже если неприятно иметь связь с ней, это лучше, чем ничего. — сказала Алиса. — Если ты думаешь, что можешь прожить жизнь, не связываясь с другими людьми, то ошибаешься.

Внезапно перед его мысленным взором промелькнуло лицо Ранты. Даже если этот парень был тем ещё ослом, но был бы он сейчас здесь, то это немного — нет, не немного, а очень успокаивало. Он намеревался искать своих товарищей в одиночку, но это решение уже пошатнулось.

Должен ли он что-то сделать с этой невыносимой слабостью, попытаться как-то отбросить её? Или ему придется смириться со своей слабостью и продолжать жить дальше?

Когда он был со своими товарищами, роль Харухиро была ясна, выбор целей был прост, и он просто должен был двигаться к ним. Когда он был один, он не мог придерживаться тех вещей, которые ему удавалось решить, и он быстро колебался.

— Думаю, это и есть настоящий ты. — вдруг прошептала Алиса. Правой рукой Алиса всё ещё держала голую лопату, а левой схватила Харухиро за воротник. — Вставай.

— А?

Повинуясь приказу Алисы, хотя он и сомневался в этом, Харухиро был потрясен, когда Алиса положила руку ему на талию.

— ...А? Что? Почему...? А?

— Мне показалось, что здесь что-то странное. Я чувствовала это. — начала рассказывать Алиса. — Использование магии довольно утомительно, но, когда я рядом с тобой, моё тело почему-то кажется таким лёгким. В принципе, моя магия становится сильнее.

Голая лопата мерцала слабым красным светом. Если Алиса снимет маску, как она будет выглядеть?

Может быть, Алиса догадывается, о чём он думает.

— Всё в порядке. — прошептала Алиса. — Моя маска, ты можешь снять её. Ты ведь хочешь посмотреть, верно?

Его руки дрожали. Они не колебались ни секунды. Харухиро сдвинул маску Алисы ниже подбородка.

— Я вполне нормальная. — сказала Алиса. — Разочарован?

— ...Ни капельки.

— Поиск твоих товарищей. — сказала ему Алиса. — Позволь мне помочь тебе с этим, Харухиро. Если, конечно, ты поможешь мне своей магией.

— Моей... магией?

— Существует четыре вида магии. Я ведь уже говорила тебе об этом, не так ли?

— Филия, Нарси, Доппель... Я слышал только о трёх.

— Это потому, что я в первый раз вижу четвертый. А его название - «Резонанс».

— ...Так вот что у меня такое?

— Да. Дело в том, что Резонанс делает магию других людей сильнее. На этом всё.

— Так получается... Что сам я ничего не могу сделать?

— Идеально для тебя, хах. — сказала Алиса со слабой улыбкой.

Его сердце уже некоторое время бешено колотилось. Он не хотел, чтобы это заметили. Но Алиса уже знала наверняка.

Я вовсе не уродина , сказала тогда Алиса.

Это требовало некоторой наглости. Это выходило далеко за рамки того, чтобы не быть уродливым.

В команде Сомы была эльфийка по имени Лилия, которая возглавляла Воинов Зари. Поскольку она была эльфом, её лицо в корне отличалось от человеческого, что придавало ей неземную красоту.

Если бы он был вынужден описать её, Алиса была бы похожа на Лилию. Не совсем сравнимо с другими людьми. Нос, глаза, губы... было ли странно, что эти формы, эти размеры заставили его думать, что Парано не так уж и плох, в конце концов?

Как будто некий бог-творец тщательно усовершенствовал лицо Алисы на микроуровне. Как будто малейшее дуновение могло заставить всё это рухнуть, но оно было слишком ценным, чтобы его уничтожить.

Алиса говорила о том, что над ней жестоко издевались. Ни физически, ни морально он не мог понять, о чем думали те, кто причинял боль Алисе.

Если бы это был Харухиро, он, вероятно, был бы слишком напуган, чтобы даже приблизиться. Если это возможно, он не хотел быть где-то поблизости. Достаточно было лишь изредка видеть её издалека.

Была ли Алиса на самом деле настоящей?

Была ли она сладким сном, в конце концов?

Даже после этого Харухиро продолжал думать об этом много раз.

Он всё ещё думал:

Если бы только всё это было обычным сном.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

19. Посмотри, Её Слезы Прекрасны

В версии с изображениями тут находится картинка.

В этом не было никакого смысла, но Кузаку был в неплохой форме. Всё его тело было полно энергии. Не будет преувеличением сказать, что он был в отличной форме.

Дело было в том, что его мускулы были накачаны, а доспехи плотно облегали тело. Благодаря этому, хотя он чувствовал себя немного тесновато, его тело было достаточно острым, чтобы компенсировать это. Он никогда раньше не чувствовал себя таким острым — и это было очень хорошо, но...

Он повысил голос, чтобы позвать своего товарища по имени. — Шихору-Сан!

Голос, который прозвучал, был действительно громким, и это даже удивило его. Он был в лесу, где земля, деревья и всё остальное было чёрным как смоль, несмотря на то, что ещё не наступила ночь. Он смотрел на неё сверху вниз со своей большой катаной в руке.

— Просыпайся уже! Ты ведь обычно не такая, Шихору-Сан!

— Почемууу? — взвыла Шихору.

Её тело было кое-где покрыто чем-то похожим на сверкающую паутину. Не на её одежде, а на её обнаженной плоти.

При желании он почти мог увидеть её откровенные места, так как в основном она была более или менее голой.

И потом, неужели её волосы всегда были такими длинными? Губы у неё были ужасно блестящие и припухшие, а глаза сонные и слегка влажные.

Что же всё-таки произошло, чтобы случилось такое? Неужели это было взаправду?

Всё, что Кузаку мог сказать, Это то, что произошло .

Ну, не то чтобы он знал, что именно произошло. В конце концов, он мог бы использовать все слова, которые хотел, и всё равно не смог бы это описать.

— Разве я не такая как всегда? — заплакала Шихору. — Я не из тех девушек, что тебе нравятся? Как ты можешь говорить, что я не такая как обычно, Кузаку-кун? А? Как же так?

— Нет, но... Шихору-Сан, мы же с тобой товарищи! Мы были вместе всё это время! Мы провели вместе хорошие и плохие времена! Но то, как ты сейчас выглядишь...

— А ты не хочешь посмотреть?

Она начала ласкать свою собственную грудь. У неё перехватило дыхание.

Эй, эй, эй, ч-ч-что она там делает ? Кузаку чуть было не отвел глаза, но вовремя остановился.

Не то чтобы он хотел это видеть. Нет? Если он скажет, что не хочет видеть, будет ли это ложью? Нет. Дело было не в том, что я хотел видеть или нет.

— Это безумие, Шихору-сан! — закричал он. — Ты ведешь себя как сумасшедшая!

— Может, и так. Я чувствую, что и правда схожу с ума.

— Нет, не в этом дело! Чёрт возьми! Мы должны искать Харухиро, и Мерри-сан, и Сетору-сан, и даже Киити, но я даже не могу поговорить с тобой!

— Забудь о разговорах. — сказала Шихору. — Меня это не волнует.

Ни с того ни с сего она начала плакать. Но сверкающие слёзы, которые хлынули из её глаз, не были жидкими. На самом деле, они похожи на паутину, покрывающую её обнаженное тело... это были её слезы.

То, как она выглядела, когда плакала, было поразительно красиво, но он не мог позволить себе просто продолжать смотреть.

Слёзы лились без конца, обволакивая её плоть, как бриллиантовые украшения, и, возможно, делая её ещё красивее. Кроме того, они стекали вниз по её ножкам, сверкая, собираясь в лужицы у её ног.

— Что происходит, серьезно?! — Кузаку опустил бёдра, держа наготове большую катану.

Его тело двигалось очень хорошо. Скольких из этих странных монстров он убил по дороге сюда?

Чем больше он убивал, тем больше накачивал мускулов и тем острее становились его навыки фехтовальщика. Его мышцы стали здоровее, жестче, что сделало Кузаку более сильным в прямом смысле слова. Судя по тому, как идут дела, он доживет до трехста лет. Благодаря этому он смог уничтожить одного монстра, который атаковал одного за другим.

— По правде говоря, мне наплевать. — Плача, Шихору подняла правую руку. В такт её движению, похожая на паутину масса собралась у её ног, её похожие на драгоценности слезы заплясали в сторону Кузаку. Эти слезы были плохими новостями.

— Нуваххх...! — Кузаку замахнулся изо всех сил. Что бы он ни делал, он не мог пробиться сквозь её слезы. И вот он взмахнул своей большой катаной, отталкивая их вместе с ветром.

Когда её слезы были рассеяны давлением его меча, они ударились о чёрную землю и деревья поблизости, эти части ярко сверкнули, и они были явно раздавлены.

Неужели это возможно? Неужели? Это было страшно. Что же там происходит? Кузаку понятия не имел.

— Что с тобой случилось, Шихору-Сан?! — завопил он.

Она все ещё плакала от боли, и её жестокие слёзы подступали к нему.

Кузаку отступил на один шаг, потом на два, размахнувшись, в последний момент блокируя слёзы, но было странно, что он вообще мог их блокировать.

Эта сила, она была немного ненормальной, не так ли?

Это что, какой-то кошмар ? Он снова и снова задавался этим вопросом.

Если отбросить все шутки, он хотел, чтобы это оказалось сном.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Обложка

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

1. Далёкое [Далёко]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Всё вокруг было удушающе красным.

Красный, но не совсем чтоб красный-красный, а скорее жёлто-красный, а если точнее, то багряный.

Листья, стволы и ветви деревьев в этом лесу, несмотря на некоторую разницу в силе, были одного цвета. Более того, земля, на которую падали листья, также была красной.

Нет, даже не красной, а ближе к алому цвету. От этого у него даже глаза заболели.

Впереди Алиса Си развернулась ко мне лицом, воткнув в землю свою зловещую лопату. — Это Багряный Лес.

Плащ Алисы был грязным или скорее запачканным, но Харухиро подумал, что, возможно, он был когда-то таким же красным, как и этот лес.

— Багряный... — пробормотал себе под нос Харухиро. Слово показалось довольно знакомым. Если он ничего не путал, то Алиса как-то небрежно упомянала, что они идут в какое-то место с таким же названием. — Багряный - это же такой цвет, я прав?

— А что ещё по-твоему, это может быть?

— Нет, ничего особенного...

Он с самого начала не расслышал Алису как следует, и не было никакого смысла говорить, «Багря... Что? Прости, что ты сказала?». Его бы просто проигнорировали. И если бы он сейчас возразил, сказав, что на самом деле у него не было никаких причин думать, что это был тот самый цвет, это тоже было бы проигнорировано.

— Сначала ты пишешь зверь радикал с символом для звезды рядом с ним. — объясняла Алиса очень быстро, используя кончик лопаты, чтобы написать « 猩 » на земле. — У тебя есть два таких рядом друг с другом. Затем этот символ для обозначения красного, — продолжила Алиса, написав еще одно « 猩 » рядом с первым, а затем « 緋 ».

— Оооо!

Лицо Алисы было почти полностью скрыто капюшоном плаща и маской. Удивительно, но глаза говорили так же много, как и рот. Приподнятые вверх глаза были не просто раздражены; Алиса почти наверняка смотрела на Харухиро свысока.

— Багряный Лес, хух. — сказал Харухиро. — Окей. Багряный Лес...

Он посмотрел вниз, кивнул сам себе, прочистил горло и почесал голову, но Харухиро не чувствовал себя в своей тарелке.

По крайней мере, он так думал. Возможно.

— А? — Харухироо осмотрелся вокруг. Было очень странно. Где...?

Он нигде не видел Алису. Почему?

— А? Эм, Алиса?

Ответа не последовало, и он навострил уши. Послышался шорох травы и слабый хруст листьев под ногами. Или, по крайней мере, ему так показалось. Возможно, разыгралось его воображение.

Ни за что. Неужели его оставили позади?

Он бросился бежать и чуть не врезался во что-то красное.

— Уа!

Когда он взглянул еще раз, это были листья кустарника. Всё здесь было красным - нет, багряным - так что было трудновато отличать вещи друг от друга, но в этом лесу повсюду был подлесок.

Листья кустов и молодых деревьев были твердыми, как металл, тонкими и острыми, как бритва. Все ветви были покрыты шипами, что делало это место естественной смертельной ловушкой. Со всем этим потенциалом оказаться быть порезанным или заколотым, грозило опасность.

Он смахнул своим плащом хлыстоподобные ветви и бритвоподобные листья, рванулся вперед и только вперёд. Он мог бы спросить себя, как долго он бежал, но у него не было часов, а время здесь было ненадежным, так что это не имело никакого значения.

Как бы то ни было, он наконец увидел спину человека.

— Алиса! — закричал он.

— Ты такой шумный. — несмотря на раздражение в голосе, Алиса всё же остановилась, чтобы он смог её догнать. Если бы она не остановилась, то он мог бы снова потерять Алису из виду.

— Тебе не обязательно отходить от меня так далеко вперёд. — пожаловался Харухиро. — Ты могла попасть в неприятности, пока меня не было рядом.

— И что с того, ждешь от меня, что я стану паинькой?

— Но это не то, что я имел ввиду.

Алина фыркнула и пошла прочь.

По крайней мере, Алису не убило, если бы она просто сказала, « Пошли ». Алиса всегда действовала немного быстрее, чем ожидал от неё Харухиро.

Может быть, мы плохо подходим друг другу , подумал он. По крайней мере, они не чувствовали себя хорошей парой.

Он решил пока помолчать и сосредоточиться на том, чтобы следовать за Алисой. Даже просто не отставать от неё было довольно трудновато. Алиса была стройной и невысокой, и, хотя они шли не совсем быстро, Алиса двигалась вперёд на удивление быстро.

Что это за странная походка у Алисы? Дело было не только в её легкой походке. Из-за её шагов казалось, что Алиса идёт по воде или плывет по воздуху, и это заставило Харухиро усомниться, есть ли у Алисы хоть какой-то вес.

Естественно, у Алисы был вес. Алиса не была привидением, так что это не так.

— Как только мы доберёмся до другой стороны этого Багряного Леса, там будет королевский замок, верно? — спросил Харухиро. — Нет... но только не с другой стороны, верно? Хмм, неужели в самом центре леса?

Алиса промолчала. Не то чтобы он был против. Он привыкнул к этому, так как не ожидал, что с этого момента между ними двумя начнется настоящий разговор. Что бы он ни говорил, Алиса отвечала ему в лучшем случае в половине моментах.

Пока он думал об этом, Алиса пробормотала — Если предположить, что мы сможем преодолеть этот путь, то да.

Внезапно появилась тень, и по спине Харухиро пробежал холодок.

Когда он поднял голову, на него сверху смотрело что-то массивное.

Что-то.

Нет, погоди... может быть этим что-то был кто-то?

Он был ужасно велик для человека, так что же, великан? Может быть?

Он был выше деревьев Багряного Леса и зловеще взирал на них сверху. У него был отличный цвет лица, и его пухлые розовенькие губы. Без бровей. Никаких ресниц. Ни единого волоска на его голове, если на то пошло.

Если отбросить его размеры, то у него было пухлое лицо, как у новорожденного младенца. С того места, где стоял Харухиро, он мог видеть только его плечи, но он, вероятно, был голым.

— Иихии... Аахаа... — мир немного содрогнулся. — Ухохохо... Э-хе-хе...

Издаваемый им звук был невероятным. Это точно было его... голосом?

Честно говоря, это было чертовски страшно.

— Что он такое? — Харухиро судорожно сглотнул.

— Чудовище из снов. — Алиса уже держала лопату наготове. Это была не обычная лопата. Хотя лопата Алисы не была специальной для такого, просто она приобрела особую силу после некоторых событий. Она была почерневшей и помятой со всех сторон, так что выглядела обычной, пока не настуало что-то плохое. Дело было в том, что лопата была довольно крепкой, но сейчас они были против гигантского ребенка.

— Разве он не слишком большой? — запротестовал Харухиро.

— Ну, это же Багряный Лес. Там, откуда он пришел, их ещё полным-полно.

— Да ты шутишь... так ведь?

— Cамое время для шуток да?! Ты что, совсем дурак?

— Охехо... Охохх... Ахяхххх... Ихахахх... — ребенок снова завыл.

Нет, это не ребёнок , поправил себя Харухиро. Чудовище из сна. Прости .

Нет, сейчас не время извиняться про себя.

В следующее мгновение подул ветер. Вжух! Посыпались багряные листья с ветвей деревьев.

— Вуааа! — Харухиро съежился и уперся пятками. Если бы он этого не сделал, то его унесло бы ветром, так ему показалось, так как порыв ветра был достаточно сильным для такого.

— Он приближается. — предупредила Алиса не крича.

Харухиро хотел спросить, «Что это?», но с таким огромным монстром из снов перед ним, кем он еще мог быть? Должно быть, это был гигантский монстр-ребенок из сновидений. Проблема была в том, как такое могло произойти с ними?

— Он прыгнул! — закричал Харухиро.

И правда. Он прыгнул. Гигантский монстр-ребенок из сна, прыгнул. Разве он не пробьет тут всё. К тому же сейчас был впечатляющий момент, чтобы увидеть стопы гигантских детских ног демона-монстра.

Скорее это не просто прыжок, а прыжок с разбега, так как он перепрыгнул через верхушки деревьев Багряного Леса. А потом упал. Хвала гравитации! Нет, незачем хвалить её. С такой скоростью Харухиро наверняка мог попасть под ноги. Если эта тварь наступит на него, то он раздавится, как маленький жучок.

— Харухиро! — крикнула ему Алиса.

— Иду! — ответил Харухиро и бросился к Алисе.

Он подошел достаточно близко, чтобы не коснуться её, но — Ближе! — крикнула Алиса.

Если Харухиро будет колебаться, Алиса может ударить его лопатой, поэтому Харухиро собрался с духом и крепко обнял Алису.

Внезапно лопата Алисы просто лопнула.

Нет, она не лопнула. Чёрный внешний слой лопаты, похожий на кожу материал раскололся, образовав десять или более извивающихся, скользящих нитей, тянущихся вверх и вниз от своего хозяина. Они были почти как живые. Нечасто можно было увидеть такую лопату.

Кстати, главное тело — это было именно то, я увидел? Во всяком случае, когда кожа лопаты была раскрыта, внутри обнаружилось, что она похожа на красную мясную палочку.

Разве называть его мясной палочкой звучит неприлично? Может быть, лучше всего было бы остановиться на том, чтобы называть её куском мяса. Может быть, это и не имело никакого значения.

Несмотря на это, то, как выглядела лопата с содранной кожей, не поддавалось воображению. Это было ненормально для лопаты иметь кожу, которая могла бы с самого начала шелушиться.

Пока он наблюдал, чёрные кожаные нити образовали корзину, обернувшись вокруг Алисы и Харухиро. Между этими нитями виднелись щели. Эти зазоры постепенно заполнялись другими нитями кожи.

Очевидно, гигантский монстр сна не перестал нападать, пока нити образовывали корзину. Гигантская нога ребенка-монстра приближалась. Не хорошо.

Она направлялась прямо на них.

Это было очень плохо.

Очень плохо.

Харухиро был почти готов закричать.

Он попытался сдержаться, но невольно вскрикнул. — Иип!

В тот момент, когда щели заполнились полностью, и чёрные нити образовали скорее всего кокон, чем корзину, нога монстра наконец наступила на них.

С учётом того, насколько огромен был монстр-ребенок, то его вес определенно больше нескольких сотен килограмм или тонн. Харухиро не удивился бы, если бы этот монстр весил десятки или сотни тонн.

Удивительно, но кокон из чёрных нитей смягчил его вес, и ему каким-то образом удалось защитить Алису и Харухиро, находившихся внутри. Однако кокон погрузился в землю, так что удар, должно быть, был невероятной силы. Харухиро понятия не имел, как они в двоем до сих пор оставались в порядке.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Если бы Харухиро кто-нибудь сообщил, « Фактически, ты раздавлен в лепешку » , то ему было бы легче поверить в это, чем в обратное. Однако с его телом всё было в порядке, так что он явно пока что не был раздавлен.

В таком случае, что же всё-таки произошло? Что же сейчас вообще происходит?

Харухиро всё еще цеплялся за Алису. В этом не было никаких сомнений. Ни один луч света не проникал в пределы кокона, но внутри лопаты — нет, внутри мясной палочки — было слабое пульсирующее свечение. Благодаря этому, они не были в абсолютной темноте.

Лицо Алисы было прямо перед ним.

Это было похоже на то, как будто Харухиро обнимал Алису сзади. Нет, всё было не так − он действительно обнимал Алису сзади, так что ничего не поделаешь, что они оказались так близко. Кроме того, лицо Алисы было повернуто к нему, так что если бы они не были в масках, то были бы так близко, что у них не было бы другого выбора, кроме как целоваться.

В обычной ситуации он бы просто убежал, но сейчас это было невозможно. В конце концов, кокон был прочным. Поскольку гигантский монстр-ребенок из сна наступил на них, кокон, вероятно, погрузился слегка в землю и в результате был под напряжением, что сделало его настолько плотным внутри, что ни Харухиро, ни Алиса не могли пошевелиться.

Это было невыносимо.

Алиса моргнула пару раз. — ...Что?

— Нет... Мне просто стало интересно, что там произошло снару−

Прежде чем Харухиро успел закончить, раздался ещё один удар.

Что же это было? Что же это было, чёрт возьми?

Он не знал, да и не мог знать, но если бы ему пришлось сделать обоснованное предположение, то это было бы именно то, что на них кто-то наступил. Неоднократное количество ударов, всё из-за монстра-ребенка из сна.

Бам, бам, бам! Он просто топтал их ногой.

— Тут очень тесно! — отозвалась Алиса, так что всё должно было быть очень плохо. На самом деле, он был поражен тем, что Алиса могла говорить.

Не прикуси свой язык , подумал он. Будь осторожна .

Естественно, он не мог на самом деле предупредить её. Если он сейчас откроет рот, то наверняка прикусит себе язык. Он может прокусить его полностью.

Был небольшой шанс, что кокон будет разбит вместе с ними внутри до этого момента, так что, возможно, ему не нужно было беспокоиться о своем языке? Может быть, ему все-таки стоит прокусить его насквозь? Плохая идея?

— О...?

И что теперь? Теперь всё было иначе, чем раньше. Ситуация явно изменилась.

Вверх, да? Вверх? Да, вверх. Кокон двигался вверх.

Может быть, их поднимают? Гигантский ребенок-монстр из сна поднял кокон? Если да, то что он собирается делать с ними дальше?

— Харухиро. — сказала Алиса.

— Что?

— Скорее всего, сейчас будем вращаться.

Что подразумеваешь под вращаться?

Прежде чем он успел спросить, всё завертелось. А что тогда вращалось, спросите вы? Этот мир? Парано - другой мир? Нет, кокон. Кокон вращался всё больше и больше.

Харухиро крепко зажмурился. Если бы он сделал это, то почувствовал бы себя немного более сносно. Если он откроет глаза, то почувствует рвотный рефлекс. И это также пугало.

Он крепко сжал губы, стиснул зубы и крепко обнял Алису, потому что у него не было другого выбора.

И это было верным решением. Харухиро ничего не мог поделать.

В Парано было обычным делом, так сказать, здравым смыслом, что люди могли использовать здесь магию.

Когда дело доходило до магии, их было три типа: Филия, Нарси и Доппель. У Алисы была Филия.

Источником силы для Филии была привязанность, то, что поддерживало её образ жизни, то, без чего человек не мог обойтись. Это называлось фетишем.

Само собой разумеется, что фетишем Алисы была её лопата. Лопата была источником магии Алисы и самой магии.

Чтобы упростить ситуацию, Филия - фетиш, Нарси – нарциссизм, и Доппель – создание клона, которому передаёте свою силу и становитесь истоничником его магией.

Кстати, Харухиро тоже умел пользоваться магией. Однако магия Харухиро почему-то не была ни Филией, ни Нарси, ни Доппелем.

Странно, да? Разве не существует только три вида магии? Обычно - да. Но во всем было исключение.

Исключением в магии Парано являлся такой тип магии как Резонанс.

К сожалению, эта магия была бесполезной для того, кто ею обладал. Каждая магия, независимо от типа, что-то усиливала, и Харухиро чувствовал, что это был более быстрый и надежный способ, чем отработка и совершенствование навыков с помощью тренировок. Как бы усердно он ни старался усовершенствовать свою магию, но стать сильнее благодаря ей он не мог.

Резонанс усиливал или расширял магию другого человека. По-видимому, это и была та самая магия.

Это было что-то невероятным — или же нет?

По словам Алисы, это была невероятно необычная и ценная магия или что-то в этом роде. Но что касается самого Харухиро, то он не мог радоваться этому без всяких оговорок. На самом деле, он не был счастлив по крайней мере. Он мог усиливать свою магию сколько угодно, но это вовсе не делало его сильнее. Разве это не несправедливо? Это было довольно ужасно, правда? Мол, серьезно, к чёрту всё это. Если бы он решил что-то с этим сделать, он бы сделал, но с этим ничего нельзя было поделать, поэтому ему просто нужно было заткнуться и смириться с этим.

Да, если его начали вертеть, то он просто должен был вращаться. Он мог смотреть на это как на форму обучения и принимать свое вращающееся «Я».

Но продержаться бы. Они ведь не просто вращались, ещё и летели, верно? Он чувствовал, как они кружатся и кружатся, со свистом рассекая воздух. Гигантский ребенок-монстр из сна подобрал их и бросил? Так вот оно что, да?

Так вот к чему всё это привело. Монстр разозлился, не сумев растоптать их в лепешку, и теперь запросто швырнул их. Несмотря на всю свою детскую внешность, у него были довольно сильные руки. Если их швырнуло так, как думал Харухиро, то они действительно летели. Это был очень серьезный момент.

Насколько далеко мы улетели?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

2. Ложная Броня [одиночество]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Давным-давно жила-была бедная маленькая девочка.

Она была совсем одинока.

Так как родилась очень уродливой и слышала от остальных лишь « уродина », « толстуха », « грубиянка », « проваливай ».

Ей было приятно чувствовать себя не одинокой, но то, что её обзывали, причиняло ей тяжкую рану на душе, поэтому у неё не было другого выбора, кроме как отстраниться от всех.

Когда малышка в очередной раз заплакала в углу своей спальни, её мачеха забеспокоилась за неё.

— Что случилось? — спросила она.

Сквозь рыдания девчуля ответила — Почему они издеваются надо мной.

— Ты не сделала ничего плохого, так что не беспокойся о тех, кто так с тобой обходится.

— Но меня обижает почти что каждый!

— Твои слёзы, только на радость хулиганам. Веди себя так, будто с тобой всё в порядке.

— Но это же совсем не так! — закричала девчушка.

— Будь уверенней. Ты совсем не плохая, в отличие от них. Ты должна быть сильной. Глупо позволять тем недоумкам задирать тебя. Кроме того...— мачеха девочки резко повернулась к ней. — Ты сказала, что тебя задирает почти каждый, но кто именно? Что они говорили тебе? Что делали? Расскажи мне. Ну же, как их зовут? Как обзывались на тебя? Мне нужно узнать подробности.

Хотя девочка была смущена, она рассказала своей мачехе, кто и что говорил ей, кто что делал с ней, и через что она прошла.

Когда она рассказала, её мачехе было что сказать о каждой мелочи.

— Ты никапельки не толстая, так что скажи им, что ты не толстая.

И...

— Причина, по которой они оставляют тебя в стороне, заключается в том, что они слишком трусливы, чтобы попытаться сделать что-то ещё. Если они причинят тебе настоящий вред, скажи мне об этом. Я подам на них в суд.

И ещё...

— Посмотри в зеркало. Разве твое личико можно назвать некрасивым? Но ведь это не правда, не так ли? Никто и никогда не сможет выглядеть красиво с опущенной головой. Поэтому встань во весь рост и посмотри им прямо в лицо.

Она попыталась подбодрить малышку.

Мачеха, вероятно, была права, а девчуля ошибалась. Её мачеха всегда оказывалась права. И она делала всё возможное, чтобы позаботиться о девочке, которая не была ей родной дочерью. Малышка это прекрасно понимала.

Если бы она могла сделать так, как сказала её мачеха, то было бы чудесно. Но даже несмотря на то, что девочка была не очень толстой, но и худой её не назвать. Быть оставленной в покое, не причиняло такой боли, как быть избитой кулаками и ногами, и не было такой большой проблемой, как кража и ломание её вещей, но это заставляло её чувствовать себя одинокой.

На лицо девушки, возможно, и не было тошно смотреть. И все же ей явно недоставало красоты её мачехи. Её лицо было полно недостатков, и малышка беспокоилась, должна ли она показывать окружающим. В отличие от мачехи, у неё были странные глаза и некрасивый нос. По сравнению с мачехой она чувствовала, что её губы были ужасно маленькими. В отличие от четко очерченных щек мачехи, щеки девочки были пухлыми, а её круглый маленький подбородок резко выделялся на фоне глаз. Она пыталась отрастить волосы, чтобы скрыть плохие стороны, но не было никакого способа скрыть все недостатки, поэтому она всё время смотрела вниз.

Кроме того, даже если она расскажет своей мачехе, как обстоят дела и почему, она не сможет понять её.

— Ты слишком много волнуешься. — говорила ей мачеха.

Или...

— Ничто не идеально. Мы прекрасны, потому что несовершенны, а маленькие недостатки придают нам индивидуальность.

Или...

— Попробуй сделать так, как я тебе посоветовала.

Именно такие ответы она всегда получала. Без сомнения, её мачеха была права.

Её мачеха думала о том, что будет лучше для девочки, и она знала, что баловать её бесполезно, поэтому иногда говорила ей жестокую правду, которую она, наверно, не хотела говорить. Последовать советам мачехи, было бы к лучшему. Девушка тоже это понимала.

Но девочка была совсем не похожа на свою мачеху. Она никогда не могла бы сказать этого своей мачехе, да и не стала бы, но они не были родными матерью и дочерью, так что с самого начала они были не очень-то и похожи. Она никогда не сможет быть такой, как она.

Есть вещи, что людям подвластны и те, что нет, и только из-за того, что её мачеха может что-то сделать, это не означает, что девочка тоже сможет. Разве не это означает иметь личность?

Давным-давно жила-была маленькая девочка, которая была совсем одинока.

Тем не менее, девушке не нравилось быть одной. Она ненавидела одиночество, поэтому старалась изо всех сил.

Она тщательно читала лица людей. Что чувствовали окружающие её люди и о чём они думали? Было очень важно иметь возможность понять это. Несмотря ни на что, она не хотела, чтобы её ненавидели, поэтому ей нужно было быть очень, очень осторожной. Во всём она будет сдержанна и ничем не будет выделяться.

Если бы она выпятила грудь и пошла прямо вперёд с высоко поднятой головой, они могли бы подумать, « За кого воспринимает себя эта уродливая толстуха? » и из-за этого она возможно споткнется об что-нибудь и упадёт. А после, когда она почувствовует боль, они посмеются над ней. Тогда бы она скорее всего разрыдалась, а те назвали бы её слишком раздражительной. Ничего хорошего из этого не выйдет.

— Ты всегда должна брать за себя ответственность. В конце концов, всё зависит только от тебя.

Её мачеха всегда так говорила.

— Ты можешь попытаться изменить людей, но это не сработает. Если не можешь изменить людей, то изменись сама. Если собираешься измениться, потрудитесь изо всех сил, чтобы убедиться, что это к лучшему.

Как всегда, её мачеха была права. У девушки не было ни силы, ни права менять кого-либо. Вот почему она должна была измениться сама. Всё было именно так, как она сказала.

Она хотела быть такой же, как её мачеха. Красивой, стильной, надежной, преданной, внимательной, умной, умелой и всегда усердно работающей над тем, чем бы она не занималась, никогда не говорящей ничего плохого, всегда правильной, той, кем все восхищаются... именно таким замечательным человеком хотела быть девочка.

Если бы это было возможно.

Но, в конце концов, это желание, которому никогда не сбыться.

Слёзы.

Слёзы.

Слёзы.

Слёзы. Слёзы.

Слёзы. Слёзы.

Искрящиеся слёзы.

Слёзы девушки, в которой нет ничего хорошего.

Блеск, блеск.

Слёзы, пролитые грязной и некрасивой девчонкой, и всё же как странно. Они были так прекрасны.

Блеск, блеск. Слезы девушки текли без конца. Блеск.

Проливая слёзы, она шла дальше. Искра, искра.

Искрящиеся слёзы текли по всему телу уродливой девушки, мерцая и покрывая её.

Они обернулись вокруг гротескной девушки, сверкая, в отличие от её грязной лжи.

Да. Девушка врала. Много-много лжи.

Я не хочу быть такой жалкой собой. Я хочу быть кем-то другой.

С этим желанием девушка солгала себе, желая стать искрящей версией самой себя.

Весело, весело она приветствовала людей. Люди смотрели на неё глазами, которые словно говорили, « Что с этой девчонкой? »

Когда люди смеялись так, словно им было весело, девушка тоже смеялась. Её голос звучал нелепо, как смех шута.

Когда все они бросали в кого-нибудь камни, девочка тоже подбирала камешек и бросала его. Это был всего лишь камешек. Всё было прекрасно. Он всё равно в никого не попадёт, а если и попадёт, то больно не будет.

Если там была искрящаяся девушка, высокомерная, как молодая благородная леди, она посмотрит издали с восхищением. Когда она мало-помалу приближалась к ней, и молодая леди обратила неё внимание, заговарив с ней, она была вне себя от радости.

Когда кто-то заговаривал с ней, девушка слушала, в ответ издавая лишь — Мм-хм мм-хм.

Даже если она думала, « Какой же ты тупица », или « Ну и тварина же ты », или « иди ты к черту » − это никак не отражалось на её лице.

Потому что ей хотелось блистать, она коротко подстригла свои длинные-предлинные волосы.

— Эй, как мило. Ты так прекрасно выглядишь. — сказала её мачеха, но девушка не упустила чувство жалости, которая на мгновение отразилась на лице мачехи.

— Спасибо. — поблагодарила девушка, но её сердце было готово разорваться. Извини меня. За то, что я не твоя настоящая дочь, и за то, что я такая уродина. Извини. Ты такая красивая и такая правильная. Ты всегда блистаешь, и это меня загоняет в тупик.

Я ненавижу тебя.

Девушка, конечно, никогда не сказала бы этого вслух. Она просто улыбнулась и сказала — Правда? Я очень рада. — и изобразила, как она счастлива.

Бедняжка, она так старается , наверно так, думала её мачеха.

О, я была такой бедняжкой. Слёзы. Слёзы. Искрящиеся слёзы.

Никто не знал чувств моих настоящих, всегда сокрытых под водопадом из слёз. Слёзы текут, и вновь заискрили они.

Я шла, обливаясь слезами, что мерцали всё ярче с каждой слезой.

Текли и текли мои горькие слёзы, создавая лужу из слёз. Искрятся повсюду. Искрятся, создавая мою красоту.

Слёзы текли, но вновь появилась искра, а за ней снова слеза.

Мне нужно было только то, что умело сиять. Я больше ничто не хотела.

Каждого... каждого могу превратить я в искру.

Плюх! Что-то ударило меня по щеке.

О Боже, неужели полил дождь? Я подняла голову.

Лавандового цвета и раскинувшиеся, как решетка, ветви были ли это? Они были почти как зонтик.

Но с этих ветвей уже капал дождь.

Лаймовые желтые капли падают кап, кап, кап . Это был не дождь. Оно было грязной, как экскременты. О, как грязно! Оно явно было нечистым.

Там! Я широко развела руками. Накопившиеся слёзы, эти искрящиеся слёзы, они улетали прочь, разбрасывая повсюду искры. Блеск, слёзы, мерцание, слёзы. Кружащиеся слёзы делали экскременты красивыми. Они цеплялись за ветви лавандового цвета, искрясь, искрясь, заставляя их визжать, изгибаться, а затем сжиматься в ничто.

Остались только слёзы. Падающие, искрящиеся, мерцающие слёзы.

Лавандовые ветви исчезли, и над ними распростерлось небо в горошек. Я также хотела сделать это небо красивым. Но мои слёзы не могли достичь этого неба.

Слёзы. Слёзы. Слёзы.

Обливаясь слезами, я шла всё дальше вперёд.

Вокрук росли большие лавандовые деревья с раскидистыми ветвями того же цвета. Значит, их так много. Неприглядно. Неприглядно. Моя грудь была полна беспокойства.

Я сильно дунула. Слёзы, слёзы улетают прочь. Искрящиеся слёзы улетают прочь. Сверкают, визжат, изгибаются, сверкают, мерцают, сжимаются.

За деревьями, которые становились всё меньше и меньше, пока не исчезли, кто-то прятался, пригнувшись. Теперь прятаться было негде.

— Чёрт возьми, она нашла меня! — закричал тот человек. У него был ужасно громкий голос.

В моей груди возникло беспокойство. Страдание, страдание. Почему ты меня запугиваешь? Как же так? Зачем?

— Ииииииихиииииихиииии! — я просто плакала. Плач. Слёзы текли, переливаясь через край. Взмахнув обеими руками вверх, полетели искрящиеся слёзы. Мерцая, сверкая, летели они.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— ...Вхуа, опять?! — кто-то размахивал большой катаной вокруг себя. Когда он это сделал, ого! Дул сильный ветер, и он отбивал искрящиеся слёзы прочь.

Грр. Я плакала, я действительно плакала. Слезы текли ручьем. Искрились, мерцали они.

— Довольно, Шихора-Сан! Ты не можешь так меня заполучить! Ты ведь уже должна это знать, верно? Что хорошего в том, чтобы повторять это вечно?

Этот кто-то говорил так, будто знал эту девушку.

Знал ли он её?

— Охх.

И это было правильно. У меня появилась идея. Если подумать, девушка тоже знала, кто этот кто-то.

— Кузаку-кун, а?

— ...А, ну да? Ты что, забыла меня, Шихора-Сан?

— Хи-хи-хи.

— Не «хихикай» мне тут! Ты ведёшь себя очень странно, Шихора-Сан!

— Странно, да. Я. Ты считаешь меня странной?

Даже когда они разговаривали, слёзы текли по щекам. Слёзы. Искрящиеся слёзы, струясь и сверкая, текли. Всё больше и больше, без конца. Может быть, это было странно?

Неужели я сошла с ума?

Если так, то, когда же я стала такой странной?

Как смешно.

— Над чем ты смеешься, Шихора-Сан? — требовательно спросил паренёк.

Да, этот кто-то был мальчиком. Высокий, как бобовый росток, с прекрасным телосложением. Девочка знала этого мальчика. Кузаку-кун.

Кузаку-кун был влюблен в одну девушку. Не в меня, конечно, а в другую. Это была стройная и красивая девушка, такая красивая, что я могла только восхищенно вздохнуть. Более того, она не была тщеславна, не была любопытна и была добросердечной, милой девушкой.

Хе-хе. Моя грудь, она была так полна беспокойства. Хе-хе. Хе-хе.

Вот именно. И это было правдой. Не только Кузаку-кун. Харухиро-кун тоже любил эту девушку.

Теперь я понимала почему. Даже если она никогда не скажет ни слова, прекрасная девушка будет нравиться другим. Ценили её, относились по-доброму. Нет ничего странного в этом. Это было естественно. Никто не был неправ, делая это. Хе-хе. В этом не было ничьей вины. Хе-хе. Хе-хе.

— Шихора...Сан? — кто-то окликнул её по имени.

Девушка подняла глаза к небу в горошек.

Когда же эта история успела так исказиться?

Всё, чего хотела девушка, - это чтобы кто-то был добр к ней. Чтобы дорожил ею. Обожал её. Хвалил. Утешал. Чтобы крепко держал её и баловал. Всего-то. Неужели это так сложно?

Да, это было невероятно трудно.

Я имею в виду, что я не хорошенькая, я толстая, тупая, мрачная и робкая, и, если для тебя или для всех, а не для себя, я могу изо всех сил стараться для всех, нет, это ложь, большая жирная ложь, это неправда, я хочу, чтобы меня узнавали, чтобы меня хвалили, я хочу, чтобы люди были добры ко мне, чтобы они дорожили мной, я хочу чего-то взамен для себя, для себя, это всё, что я хочу, я хочу этого так сильно, что мне больно, это всё, ради чего я всё это делаю.

Когда-то давным-давно жила-была девушка настолько уродливая, что её можно было только пожалеть.

Эта девушка всё ещё уродлива.

Эта девушка всегда, всегда будет уродливой.

Эта история была искажена с самого начала.

Потому что девушка, которая была его главной героиней, была невероятно уродлива и испорчена.

— Шихора-Сан. — снова позвал её кто-то.

Глядя вниз, высокий парень с большой катаной стоял достаточно близко, чтобы протянуть руку и дотронуться до неё.

— Чтооооооо? — спросила девочка, и мальчик опустил глаза.

— Ничего... просто... мы ведь товарищи, верно?

— Товарищи...

— Так ведь? Как я должен уточнить это? Мы вместе, несмотря ни на что... или что-то в этом роде, я точно не знаю. Что случилось...? Например, что ты думаешь и чувствуешь, я думаю? Я не знаю, что это такое, но я уверен, что ты страдаешь. А ты могла, например... может быть, рассказать мне об этом? Хотя я не уверен, что моё внимание вообще поможет. Нет! Может быть, я и не очень хорош, но, может быть, есть что-то, что я могу сделать...

— Тогда обними меня.

— А? — Парень вскрикнул от удивления, его глаза расширились, когда он посмотрел на девушку. Взгляд мальчика почти игнорировал лицо девушки, задержавшись на её груди, прежде чем отвернуться.

Честно говоря, грудь, грудь, грудь, и на этом всё? Мальчики всегда смотрели только на девчачью грудь. Неужели они думают, что девушки этого не замечают? Да и как они могли не знать? Это было почти так же, как если бы девушки были обычной вещью с сиськами. Разве они не думали, что девочки будут обижены, если с ними так обращаются?

Ты для меня ничто, всего лишь жалкий хуй. Ну и как тебе? Это очень обидно, правда?

— Нет, хм, это немного... — Мальчик разговаривал с самим собой.

Девушка широко улыбнулась. — Всё нормально. Я просто пошутила.

— Ох! Ооооох. Т-Ты просто пошутила. Конечно. Нет, я не воспринимал тебя всерьёз. Это было так неожиданно. Ты меня удивила. Просто, может быть, мне и не нужно этого говорить, но это не значит, что я никогда не рассматривал бы тебя как вариант, но мы же товарищи и всё такое. Да. Очень важно иметь некоторое чувство умеренности...

В её груди возникло какое-то беспокойство. Было больно. Было очень больно. Слёзы заискрили вновь. Слёзы. Слёзы. Слёзы.

— Не важно.

— А?

— Плевать.

— Уа... — Длинный парень поспешно отпрыгнул назад.

Всё из-за искрящихся слёз девушки, что подступали к его ногам. Искрились и мерцали. Слёзы. Слёзы. Море слёз, искрящих, растущих, всё больше и больше.

— ...Шихора-Сан! — парень попытался взмахнуть своей большой катаной, но заколебался.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Глупый, глупый мальчишка.

У него не было намерения спасать девушку, но он старался обходиться мягкими словами.

В душе у неё было неспокойно. Искрящиеся слёзы.

Исчезни.

Исчезни!

Девушка быстро подняла руки. Накопившиеся слёзы, слёзы, слёзы летели, кружась вокруг и нападая на парня.

— Урх...

Для парня было уже слишком поздно. Что бы он ни делал, это было бесполезно. Он не мог убежать. Она ему этого не позволит. Бедный, глупый мальчишка. Бедная, некрасивая девчуля, без сомнения, прольёт ещё больше искрящихся слёз.

Сияйте. Мерцайте слёзы мои.

— Тонбе!

— Так точно, Ио-сама!

Затем, совершенно неожиданно, она услышала один за другим незнакомые ей голоса. Случилось что-то невероятное. Мужчина, который был намного толще уродливой девочки, встал между ней и парнем, которого вот-вот поглотят искрящиеся слёзы.

Мужчина держал в руке что-то маленькое. Это было маленькое зеркальце с ручкой. Скорее всего, это было ручное зеркало.

Когда толстяк присел на корточки перед высоким парнем, ручное зеркало мгновенно выросло до размеров, закрывавших их обоих.

Зеркало, зеркало. В зеркале отражались искрящиеся слёзы. Сверкали и мерцали, мерцали и сверкали. Сверкай, сверкай, мерцай, мерцай.

— Иииик! — девочка думала, что ослепла. Настолько сильно светило в ответ. — Аааа! Ааааа!

Её глаза были открыты, но всё вокруг побелело. Не просто выглядело всё белым. Она вообще ничего не видела.

Её глаза, они заболели, ой, ой, ой. Она упала на одно колено, закрыв лицо обеими руками. Больно, больно, больно. Но даже когда она закрыла лицо, слёзы всё равно продолжали течь. Они никогда не остановятся. Вполне возможно, что они будут литься вечно, никогда не останавливаясь.

Со временем она снова смогла видеть очертания предметов. Она пришла в себя.

Но они уже ушли.

Здесь никого не было.

Потирая глаза и моргая, она ещё раз проверила. Да, они исчезли.

Вокруг не было ни души.

Бедная, некрасивая девчуля вновь осталась одна.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

3. Мои Дорогие Друзья [будь_моим_другом]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Боже мой, но они могли летать.

Но как долго они смогут так продержаться в полёте?

Вечность?

Но Харухиро все меньше и меньше мог думать об этом.

В конце концов, они не просто летели, но ещё и вращались. Это было так по-адски. Нет, не совсем так. Это и был настоящий ад. Крутящийся ад.

Он полагал, что это было своего рода вращение, которому было бы трудно сопротивляться, даже если бы они попытались. Это было похоже на то, чтобы заставить ваши глаза вращаться, или что-то на этом уровне. На данный момент всё это было сплошным месивом. Казалось, что его мозг, кровь, жидкости и органы, даже кости превратились в сплошное месиво, и его всё ещё трясло, трясло и трясло.

Из-за того, что они были заключены в чёрном кожаном коконе лопаты, он вообще не мог видеть, что происходило снаружи. От этого тяжелый удар казался только хуже или что-то в этом роде.

Наверное, они наконец приземлились, но тут: бам, бам, бам! Он чувствовал себя так, как будто было несколько ударов.

Ох, так мы умерли, подумал он.

То, что он мог думать означало, что он ещё не умер. Какое облегчение. Ну, нет, это вовсе не было облегчением.

— ...Алиса? — неуверенно спросил он.

— Что?

— Ты в порядке?

— ...Да.

Не может быть, чтобы Алиса была в порядке, так как её голос звучал очень странно. Или единственный кто стал таким странным - это он?

Неужели у него все уши перепутались? Нет, это ещё не всё. Харухиро должно быть цеплялся за Алису. Но ему не казалось, что он прикасается к другому человеку или к чему-то похожему на тепло. Может ли он пошевелить руками и ногами или нет? Всё это было невероятно расплывчато.

Он дышал. В этом нет никаких сомнений. Алиса тоже. Они оба выжили. По крайней мере, это было хорошо.

Так ли это было на самом деле?

Несмотря на то что он сумел выжить, он чувствовал, что из этого немного больше минусов, чем плюсов.

Совсем немного? Может как раз таки наоборот? Нечестно. Может быть, к нему кто-то приставал? В такие дни он слишком много думал.

Окей. Теперь он чувствовал себя немного лучше.

Он глубоко вздохнул. — Ты не ушиб−

— Выдвигаемся. — сказала Алиса, прежде чем он успел закончить.

Кокон, сделанный из черной кожи, распался, разделившись на тонкие нити, и обернулся вокруг мясной палочки, которую держала Алиса.

Харухиро прищурился. Неужели это была дыра? Алиса и Харухиро оказались на дне ямы, образовавшемся после падения кокона. Оно было не особенно глубокой и не очень крупной. Оттуда он спокойно видел небо в горошек.

Кокон, вероятно, упал и застрял в земле. Но он, очевидно, упал не на ровной поверхности, а врезался в постройку или что-то похожее? Может быть, они прошли сквозь крышу, а потом уже упали на землю?

— Отойди. — сказала Алиса, отталкивая Харухиро в сторону.

Прежде чем он успел ответить, его ударили локтем в лицо. Это было довольно больно, но Алиса была не из тех, кого заботит такие мелочи. Алиса выползла из ямы, а Харухиро последовал за ней.

Они действительно были внутри какой-то постройки. В потолке была дыра. Судя по всему, это был небольшой одноэтажный дом.

Сквозь дыру в потолке пробивался свет, но его трудно было назвать ярким. Но даже в этом случае он мог более или менее разобрать что внутри было комнаты.

Здесь было что-то вроде камина. Также диван, стол и что-то похожее на книжную полку. Стены и пол, скорее всего, были выложены каменной кладкой. В полу была большая яма, из которой выбрались Алиса и Харухиро.

— Чей-то дом? — удивился Харухиро.

— Я не уверена, что он чей-то... — начала было Алиса, но тут же взяла лопату наизготовку.

Дверь открылась.

Алиса устремилась, как будто летела, и сбила открывшего дверь незнакомца лопатой на землю. — Ну же, Харухиро!

— А?

Наверное, сейчас было не время стоять столбом. Алиса уже вышла из здания. Он перестал стоять в ступоре и побежал за Алисой.

Дверь всё ещё была открыта. Человек на земле, сбитый с ног Алисой, упирался в дверной проем.

Это была блондинка в светло-зеленом платье.

Нет, не так.

Её легко было бы принять за девочку, но, похоже, она была куклой?

Фигура была человеческой, но окрас её кожи не была похожа на окрас живого существа. На ощупь она казалась твёрдой. На суставах её обнаженных рук и ног тоже были швы. Она лежала на животе, так что он не мог видеть её лица, но это была довольно замысловатая кукла.

Сейчас она не двигалась, но ещё мгновение назад было иначе.

−Так ведь?

Она открыла дверь и пыталась войти внутрь.

Даже если это была кукла?

Это было жутко, но учитывая, что они в Парано, где всё время происходят какие-нибудь странности. Хотя нет, в Парано ничего кроме странностей вообще не происходит.

Харухиро перепрыгнул через куклу маленькой девочки и выбежал наружу.

Там была тонкая дымка. Был ли это город? Были видны ряды зданий, все из камня, с черепичными крышами из шифера. На самом деле все это было невероятно нормально.

Это заставило его подумать, Да, такие города существуют, не так ли? На самом деле, это было слишком нормально для такого места. Оно не вписывалось в Парано.

Алиса была прямо там, дожидаясь Харухиро. Или Алиса просто ждала?

Это ведь Алиса, так что, может быть, и нет. Возможно, Алиса просто не смогла бы никуда пойти.

Там были люди. Может быть, жители этого города? Вон там, на улице и не только.

Их очертания расплывались в тумане, их было десятки может даже больше, никто из них не приближался к ним пока что. Однако они окружили Алису и Харухиро на некотором расстоянии. Стояли не только на дорогах, а также виднелись фигуры на крышах зданий здесь и там.

— Нам предстоит длинный путь... — пробормотала Алиса.

— Хм... Где мы? — спросил Харухиро.

Алиса со вздохом опустила глаза. — Кукольный Городок. Руины № 3.

— Ох... Так вот оно что.

Всё в Парано было подвижным и изменчивым. Иногда медленно и нежно, а иногда внезапно и резко. География не была исключением. Даже если бы сейчас здесь была каменистая гора, то вскоре после этого она могла бы превратиться в песчаную пустыню или же превратиться в серый лес.

Однако, по словам Алисы, которая провела в этом мире гораздо больше времени, чем Харухиро, даже в Парано, было много мест, которые постоянно существовали. Например, Руины № 1, Руины № 7, Руины семи городов и прилегающая к ним территория были тому примером.

— Место, где мы встретили чудовище из сна, Багряный Лес, это были Руины №1... так ведь? — спросил Харухиро.

— Да.

— От Руин № 1 до Руин № 3, так что...

— Это будет долгая прогулка.

Время и расстояние в Парано были смутными, поэтому их можно было измерить только по тому, как они их чувствовали. Даже грубые предположения, такие как путь займет «примерно X километров» или «около половины дня», не сработают. Возможно, было бы лучше думать об этом как о чем-то менее расплывчатом, а также о том, что время и расстояние не являются абсолютными показателями. Несмотря на это, Алиса говорила, что это будет долгий путь, так что, должно быть, это действительно будет довольно долгий путь.

— Я удивлен, что мы выжили. — сказал Харухиро.

— Как же я не хотела оказаться тут. Только не сюда.

— Не хотела?

— Кстати, в Токио тоже есть свой Кукольный Городок, но это совсем не то.

— Токио... — пробормотал Харухиро.

В этом слове было что-то странное. Очевидно, это было название какого-то места. Он чувствовал, что знал это, а может быть и нет. Ему казалось, что он может постараться вспомнить, если подумает об этом, но сейчас было не до этого.

Кукольный Городок.

Куклы.

— Все они - не люди... они куклы? — спросил он.

Когда он посмотрел на все эти фигуры на крышах, Алиса снова раздраженно вздохнула.

— Это город владельца этих кукол.

— Хм... Кто-то, кого ты знаешь?

— Мы были друзьями. Пока она не впала во тьму.

— Тьма...

— Она здесь.

— А? Где же?

— Там.

Алиса повернулась к нему лицом и посмотрела налево. Харухиро тоже поспешно повернулся в ту сторону.

Там никого не было. Во всяком случае, не на улице. Но на крыше одного из зданий кто-то стоял.

Она имела человеческую форму, если это можно было так назвать. У неё была голова, тело, две руки и две ноги, всё то, что должно быть у человека, но... они были очень тощими. Чертовски тощими. За исключением головы с её экстравагантной шляпой, всё её тело было тощим. Шея и конечности были почти как палки. На ней была очень короткая юбка, а грудь прикрывала ткань, похожая на нижнее белье. Бедра у неё тоже были тощие. Даже если человек похудеет до крайности, втянет свой живот, а затем затянет талию каким-нибудь поясом, он не сможет стать настолько тощим, как она сейчас.

Из-за шляпы, заставившей его подумать об очень разукрашенном торте, и нескольких пар очков, которые она почему-то носила, он вообще не мог разглядеть её лица. Тем не менее, у неё были большие губы, и они были красными до такой степени, что казались ядовитыми. Судя по всему, это была женщина. Судя по всему, она была хозяином этих кукол, так что, скорее всего, сама она не была куклой.

— Нгх... Нгх... Хехех... Хех...

Неужели она смеётся? У неё был голос, подобный ветру, дующему в полночь.

— Нуи... — Алиса воткнула кончик лопаты в землю и заговорила с болью в голосе. — Это было довольно давно.

Нуи. Неужели так звали хозяйку этих кукол, когда она ещё была подругой Алисы? Нуи.

В какой-то момент куклы начали двигаться. Сквозь дымку было трудно что-либо разглядеть, но там и сям виднелись куклы, судя по тому, где можно было различить цвет их платьев, так что они, должно быть, медленно приближались к Харухиро и Алисе.

Или, вернее, разве теперь их не стало больше?

Может быть, ему просто показалось? Нет, их число определенно росло. Неужели все куклы Кукольного Городка собрались здесь именно в этот момент?

Теперь Нуи говорила какую-то бессмыслицу. — Ах... Нгх... Хихи... Кух... Гугу... Фу...

— Нуи, — печально сказала Алиса, — я не хочу с тобой драться. Может быть, это и не имеет никакого значения, но... мы ведь были друзьями, не так ли?

— Фхе... ех... нехех... дзех... гиги...

— Я не собиралась приходить сюда. Не то чтобы я не хотела тебя видеть. Просто... Я не думаю, что наше воссоединение прошло бы хорошо. Так что я старалась избегать этого места. Ты можешь остаться здесь навсегда, делая своих кукол. Это ведь то, чего ты хочешь, верно? Я тебе не помешаю.

— Хах... хех... хах... Нгхехех...

— Не хорошо. — щелкнув языком, Алиса вытащила лопату из земли.

— Что значит твоё «Не хорошо»? — спросил Харухиро.

— Мы не можем с ней вести переговоры. — сказала Алиса. — Похоже, она также меня не знает. В конце концов, она Обманщик. Я не могу винить её за это.

— Имеешь ввиду, что она как Ханаме...

Как давно это было? Ну, в Парано этот вопрос может оказаться бессмысленным. Алиса привела его в Руины № 2, в Баярд Гарден. Хозяином этого места была Обманщик по имени Ханаме, и считалось, что там безопасно, если не возиться с её садом, но всякое случилось, и они там плохо провели время.

Этот образ Ханаме, когда она, казалось, заполнила всё небо, всё ещё горел в сознании Харухиро. Если это была сила Обманщика, то разве эта ситуация не была невероятно плохой?

— Мы... неужели мы будем драться? — Харухиро заколебался.

— Дай мне подумать об этом после того, как я её ударю.

Прежде чем Алиса успела добавить «погнали», Харухиро обнял Алису сзади.

В зависимости от того, как вы на это посмотрите, может показаться, что он совершил акт извращенца. Харухиро делал это вовсе не потому, что ему этого захотелось, но если он не сделает этого достаточно быстро, то его могут отчитать за то, что он ничего не может сделать без прямого указания.

Магия Харухиро, Резонанс, усиливала магию Алисы, Филию. Однако Харухиро не имел ни малейшего представления о том, как работает Резонанс, или каким образом какой эффект он оказывает. Он почувствовал притяжение, которое было духовным, а не физическим. Если бы он был немного гиперболическим, то это было бы похоже на то, что его душу вырывают. То есть, если бы он превратился в сосуд, то был бы наполнен жизненной энергией, которое сейчас перетекало в Алису.

— Иди. — прошептала Алиса.

Алиса могла отпустить лопату в любой момент, поэтому само собой разумеется, что лопата была не Алисой. Несмотря на это, лопата была фетишем Алисы, заставляя её делать всё то же самое.

Жесткая, но гибкая кожа отслаивалась. Пульсируя от простого прикосновения внешнего воздуха, истинная форма лопаты, которую было ужасно легко повредить, была обнажена. Эта кожа защищала Алису. Она также стала мечом, который рубил врагов, а также копьем и алебардой.

Уничтожь. Уничтожь. Уничтожь. Уничтожь. Уничтожь всё, что пытается причинить мне вред.

Кожа лопаты высвободила свою ярость. Она свободно растягивалась и складывалась, вращаясь, превращаясь в десять или более лезвий и нападая на соседние здания, в частности на хозяйку кукол.

Хозяйка кукол не отступила ни на шаг. Она подняла свои руки-палки. Форма каждого из её пальцев была разной. Указательный и средний пальцы были похожи на ножницы. Еще один был кривым ножом, второй-буравчиком, другой-долотом, а третий-лучковой пилой.

Пальцы обеих рук хозяйки кукол были всего лишь инструментами для изготовления кукол. Однако они были не просто инструментами. Они использовались не только для тонкой работы, но и для опасных вещей.

Хозяйка Кукол пронзила лезвия из кожи лопаты насквозь и остановила их с помощью тех инструментов, что у неё в руках, разрезая их на части. Кожа лопаты не могла навредить хозяйке кукол.

Но я знал это. Он словно слышал мысли Алисы . Знал, что это именно то, что позволяет мне безжалостно натягивать кожу на хозяйку кукол. Кукольный мастер - нет, Нуи - была моей подругой. Даже сейчас, когда она превратилась в эту тварь, я не хочу убивать её. Но Нуи впала во тьму и стала Обманщиком. Я не буду сдерживаться только потому, что хозяйка кукол была когда-то моим другом.

Они целились ей в ноги. Лезвия лопаты до чёртиков пронзились в здание, на котором стояла хозяйка кукол, и в соседние здания, а также в тех кукол, теснившиеся к ним.

Теперь ты погребена под обломками. Впрочем, я уверена, что она быстро выберется отсюда. И всё же мы сможем выбраться отсюда раньше. Пока, Нуи—

Как только он отошел от Алисы, Харухиро понял, что произошедшее только что с ним было чертовски странным моментом.

Алиса уже бежала. Он должен был последовать за ней, и именно это сделал Харухиро. Его тело двигалось так, как и должно было двигаться, но в голове царил полный беспорядок.

Что же это было? Какого черта произошло?

Только что это была Алиса.

Он чувствовал и думал в точности так же, как и Алиса.

Может быть, это из-за магии? Резонанс? Такое у него было впервые с Алисой. Очевидно, это была редкая магия. Магия, которая усиливала магию других людей. Дело в том, что, когда Харухиро каснулся Алисы, её магия стала сильнее.

Но правда ли, что Резонанс только усиливал чужую магию?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

4. Как Всё Сияло При Нашей Первой Встрече [токи_меки]

В версии с изображениями тут находится картинка.

— ... Это судьба. — сказал Тонбе. — Да, именно так, как я и думаю, что судьба предрекало мою встречу с Ио-самой. «Наши с Ио-самой судьбы, определенно, связаны». Только об этом бы и говорил, но не говорю, иначе Ио-сама отругает меня, «Прекрати, Тонбе, ты меня пугаешь. Можешь остановиться? Серьезно, это отвратительно. Вот, посмотри, у меня аж мурашки по коже пошли». А когда она покажет мне свою прекрасную руку... нет, она ведь не даст узреть мне нечто столь прекрасное, правда? Что ж, на её ручонку с мурашками — я посмотрел бы, я, конечно, посмотрел бы, да? Я бы смотрел на неё как сумашедший, верно? В конце концов, это ведь настоящая длань Ио-самы! Несмотря на то, что это напугает Ио-саму. Я знаю, что так и будет, но всё равно бы попытался. Например, я бы попытался сотворить подобное много раз, лишь бы увидеть, как её мурашки бегут по коже. Я думаю, может быть, раз десять попробывал бы? Например, я говорю о том, как выбраться отсюда. Гвахахаха! И да, если что, это секрет. Серьезно, если не сдержишь это тайне, то всё выйдет из-под контроля. Я рассчитываю на тебя. Но, как бы то ни было, я рад, что смог встретиться с Ио-самой. Мол, одной этой причины будет достаточно того, чтобы я родился. В самом начале, в таверне под названием Забегаловка Шерри*, если не ошибаюсь? Ты вроде как похож на Солдата-Добровольца, так что наверняка знаешь про таверну Забегаловка Шерри. Итак, я был там, верно? И прошел слух, что некая жрица набирала членов в команду. Так вот, в то время я был в другой группе, но все они были полными кусками дерьма. Короли дерьма. Дерьмовые короли. Гвахахахахаха! Они называли меня жирдяем, уродливым, мерзким, жутким и вонючкой. Ну, может быть, кое-что из этого и не было совсем правдой, но всё же, как они могли сказать мне такое в лицо? Я имею в виду, конечно, они вели себя так, как будто всё это было дружеской шуткой, но в любом случае, это было ужасно. Так что, когда я огрызнулся, они сразу удивились, «Почему ты так покраснел, чувак? Мы же просто развлекались с тобой. Ты такой забавный». В то время мне казалось, что я был немного незрелым в этом отношении, и я сразу же извинялся, но, когда это происходило снова, и снова, и снова, и больше миллиона, миллиарда раз, неоднократно, в конце концов, я начал думать, Вы, ребята, держите меня за дурака. Вам со мной совсем не весело. Вы только и делаете, что издеваетесь и смеетесь надо мной . Мне тогда было больно. Возможно, я глупо ухмыльнулся, но я был на Аллее Разбитых Сердец, когда вошел в ту таверну. А что такое Аллея Разбитых Сердец? Как бы то ни было! Я может и ростом 171 сантиметр и вес мой 81 килограмм, но это ведь не больше сотни, ясно? Не называй никого меньше ста килограммов жирдяем. Это оскорбление концепции полноты. Ты ведь согласен, правда? Так ведь? Ну же?

— О... уххх... — сказал Кузаку. — Пожалуй, да...

Я не знаю, соглашаться мне или нет , подумал он. Я имею в виду, я даже не уверен, с чем он хочет, чтобы я согласилась.

Я ведь даже не понял о чём он вообще. Я имею в виду, этот парень, он тихо бормотал себе под нос всё это время рядом со мной. Похоже, он пока ещё не собирается останавливаться. Он болтал без умолку всё время, пока мы шли. Я услышал так много. Как будто я пытаюсь слушать, но не слышу его слов. Этот жирный осёл, он так чертовски раздражает...

— Во-первых, там был Сакумата, тот парень, которого можно было бы назвать лидером моей команды, заявивший, что они “развлекаются” со мной. — продолжил Тонбе. — Интересно, он всё еще здесь? Всё ещё жив? Ну, тогда он был где-то поблизости. Этот парень встречался с магом нашей группы, но они расстались, а потом он пошёл с нашим вором. Я имею в виду, на первый взгляд, может быть, он и был мачо? Например, он решил, что он тоже довольно горячая штучка. Дело в том, что он открыто говорил что-то вроде, «У меня никогда нету проблем с женщинами». Парень, в твоём лице нет ничего особенного. У тебя лицо как раздавленный банан. Длинное лицо, курносый нос, тонкие губы, опущенные глаза. Возможно, он был одним из менее уродливых членов их группы, но это самая низкая планка, чтобы положить конец всем низким планкам. Кстати, твои подружки, маг и вор, мне очень неприятно это говорить, но они были в лучшем случае в середине стаи. А может, и хуже. Моё лицо может быть не самым симметричным, и если бы ты был красивым мальчиком, то мог бы назвать меня уродливым, но я не хочу слышать это от тебя. Ты не имеешь права так говорить.

— Уух... Да, конечно...

— Так что, в общем-то, я думал, « Хочу уйти из команды Сакуматы. Может быть, мне стоит покинуть их. Что же мне делать? » Вот тогда-то, черт возьми, ко мне и спустилась богиня. Вот именно! Она буквально была богиней. Когда я пошёл к жрице, набирающей членов в отряд. Там была какая-то богиня. Богиня, которая спустилась с небес на землю. Словно удар молнии пронзил меня. Я был потрясен до глубины души. Гвахаххаххаха!

— Ох, ух...

Мне все равно, но ты можешь что-нибудь сделать с этим смехом? Смутно подумал Кузаку. Я имею в виду, что с меня хватит. Я серьезно начинаю уставать от всего этого.

— Ух... извини, Тонбе-Сан. — Кузаку попытался перебить его как можно вежливее, но толстому паладину Тонбе было всё равно.

— Я не знаю, что тогда со мной произошло, но её шелковистые гладкие пряди волос и её миниатюрная фигурка, она была очень-очень маленькой, но не такой уж хрупкой, понимаешь? У неё была женственная фигура, можно сказать? В конце концов, униформа жрицы – белая, как снег, и эта белизна ей очень шла. Например, её кожа, она казалась такой гладкой, и тот блеск, в её глазах, я имею в виду, потому что они были такими большими, и что более важно, эта богиня уже была окружена Добровольцами-Солдатами, но в тот момент, когда её глаза встретились с моими, она улыбнулась мне. Эта улыбка. Мне казалось, что мое сердце вот-вот остановится. Нет, это не ложь. Я не преувеличиваю. Моё сердце буквально остановилось на мгновение, понимаешь?

Почему же тогда этот парень не сдох к чертовой матери? Кузаку тихо заворчал. Если бы он умер ещё тогда, мне бы не пришлось выслушивать эту чушь, вздорную историю, не так ли?

Нет, я беру свои слова обратно. Нехорошо так думать. Простите, простите меня. Каким бы ужасным он ни был, я не должен желать ему смерти. В конце концов, он спас меня. Этот толстяк. Наверное, мне не стоит так его называть. Впрочем, он и вправду толстый. Я не думаю, что быть толстым так уж плохо, но есть разные виды толстяков. Его вид как бы выводит меня из себя. Нет? Неужели я просто злюсь, потому что он - Тонбе? Хмм. Может быть. Но я устал и хочу спать. И всё же удивительно, что я всё ещё туда иду. Я не столько иду, сколько падаю вперёд, а потом моя нога опирается о землю сама по себе, а потом я снова падаю, и тогда моя вторая нога опирается о землю. То же самое, снова и снова. Кроме того, это странное ощущение сладковатости в носу и во рту...

— Это само собой разумеется, но я сразу же принял решение. — продолжил Тонбе. — Я сразу же вернулся к этому тупому, идиотскому, разбитому банановому лицу Сакуматы и сказал ему, « Прощай, мы никогда больше не встретимся, забудь, что я когда-либо существовал, да, это значит навсегда ». Тогда я сразу же бросился к своей богине, набрался храбрости и назначил себя одним из её товарищей. Я уже не помню, что именно сказал. Вроде как-то так, « Я хочу что-то поменять в своей жизни », или что-то в этом роде, я думаю. О, и мне кажется, я сказал что-то вроде этого, « Я сделаю всё, что угодно, так что, пожалуйста, возьми и меня тоже ». Я имею в виду, очевидно, что я сделаю всё, что угодно, верно? В конце концов, это была Ио-сама, богиня. Мне пришлось это сказать. Гвахахаххахахахахххаахха!

Я на пределе , тихо простонал Кузаку. Я явно не смогу больше это терпеть, и мне уже как-то плевать. Я просто сейчас потеряю сознание .

В тот момент, когда он упал, последовал немедленный удар ногой.

— Ауч!

Кузаку перекатился на другой бок, держась обеими руками за лоб.

Удивительно, но тот, кто пнул Кузаку в лоб своей ноги, был не Тонбе. — Не спи, болван ты этакий.

Ещё один человек, сопровождавший его, не такой толстый, как Тонбе, смотрел сверху вниз на Кузаку.

— Н-Не пинай меня. — пробормотал Кузаку. — Ай...

— Да, я тебя сейчас как пну, век не забудешь! — сказал парень.

Он был одет во все чёрное, и этот взгляд кричал, что он был Рыцарем Ужаса. У него был ужасно длинный подбородок. Да такой длинный, что он торчал из-под его маски. Его брови были почти треугольными, у него были глаза санпаку с белками, показывающими их, и невероятно тонкий лоб.

Есть предел тому, насколько тонким может быть лоб. Кузаку никогда раньше не видел такой низкой линии роста волос.

— Если ты уснешь, это вызовет большие неприятности. — сказал другой парень. — Конечно, я собираюсь тебя пнуть. Если ты собираешься спать, то лучше умри. Если ты не можешь умереть сам, я тебе в этом помогу.

— Гоми. — прозвучал чей-то голос.

Этот голос был чистый, как стеклянный колокольчик. Этот прекрасный голосок... назвавший кого-то «гоми», значение которого было «мусор»?

Когда Кузаку оглянулся, в его сторону смотрела длинноволосая красавица в белом халате.

Хоть он и назвал её красавицей, на её лице была маска, закрывающая нижнюю половину лица. И всё же она была до смешного красива. Ему показалось, что Тонбе назвал её миниатюрной, но она была среднего роста, ни высокой, ни низкой. Её пропорции не оставляли ничего, на что можно было бы пожаловаться.

Она была похожа на ортодоксальную хорошенькую девчушку. Проще говоря, красавица. Это было похоже на то, что, когда кто-то произносил слово «красавица» она была именно такой, какую они имели в виду. В ней была какая-то прозрачность, какая-то чистота? Настолько хорошенькая, что само слово «красавица» казалось недостаточным. Например, «Там и вправду красавица».

Красивые девушки не были выдумкой. Они действительно существовали.

Наряд этой красивой девушки был не совсем белым, на нём были синие блики.

Хотя он был сшит на заказ, чтобы быть более подходящим для заказчика, это было то, что вы узнали бы как наряд жрицы. Как безумно шёл её этот наряд. Как будто это был единственный в своём роде наряд, специально заказанный для красавицы.

Эта хорошенькая девушка с голосом, вполне подходящим для такой красавицы, произнесла только одно слово, « гоми », что означало мусор или отброс.

Она ударила его с разрушительной силой.

— Оставь всё как есть, Гоми.

Она снова это сказала! Хорошенькая девушка, говорящая: « гоми ».

Рыцарь Ужаса, которого называли мусором, наклонился на 90 градусов - нет, на 120 градусов - нет, почти на 180 градусов.

— Так точно! Если вы прикажите, Ио-сама, я сделаю это с превеликим удовльствием!

— Ты слишком громкий. — сказала хорошенькая девушка. — Заткнись, Гоми.

Оскорбленный красавицей, Гоми отвесил авангардный поклон, опустив лицо так низко, что оно почти касалось колен, и тихим, как скулеж комара, голосом извинился. — П-Простите...

Всё его тело сотрясала дрожь. Может быть, он плакал. На самом деле, слёз было полно, так что не было никакого «может быть». Этот взрослый мужчина явно плакал.

Мужик, тебе уже за тридцать , подумал Кузаку. Только не плачь...

Между прочим, Тонбе теперь смотрел на Гоми и ухмылялся. Ну, разве он не был отвратительным работником?

— Чтож... — Кузаку сел, покрутил головой вправо-влево и повертел руки по кругу. На мгновение ему показалось, что сонливость исчезла, но он все ещё чувствовал себя не в своей тарелке.

— Это правда, я чувствовал, что вот-вот засну. — сказал Кузаку. — А разве это настолько плохо?

— Ну конечно. — сказала хорошенькая девушка. — В Парано, когда ты спишь, тебе снятся сны. Эти сны искажаются, чтобы породить чудовищ из сноведений.

— Хм...

Я действительно ничего не понимаю , подумал Кузаку. Понимаю? Серьёзно. Ах... Я очень устал...

Он попытался зевнуть, но его рот был закрыт. Рукой.

Чья это рука?

— Ветер дует, знаешь ли. — сказала хорошенькая девушка. — Сладкие ветра Парано. Старайся не вдыхать их.

Красавица смотрела на Кузаку сверху-вниз. Она была чертовски близко. Когда же это случилось? Он снова почувствовал сонливость и, возможно, начал засыпать. Но погодите, мне показалось, что хорошенькая девушка прикрывает ему рот. Нет, это было не просто так, она была абсолютно права.

— И-Ио-сама! — взвизгнул Тонбе.

— Ио-сама! — простонал Гоми.

Толстяк и мусор - нет, Тонбе и Гоми - были в панике. На самом деле они были в ярости. Почему они так разозлились?

— Эм... ветер...? — спросил Кузаку.

— Ах! — Тело хорошенькой девушки содрогнулось, и она издала очаровательный стон, который заставил его слегка подпрыгнуть.

А? Что, что, что? Что же я такого сделал?

— И что же это было? — закричал он.

— Щекотно! — хорошенькая девушка убрала руку, которой закрывала рот Кузаку, и, держа её под левой рукой, отвернулась от него.

— ...Боже.

Она искоса взглянула на Кузаку. Он видел, что она здесь делает.

Это было так преднамеренно, что он хотел уйти, но никак не мог.

Даже сейчас, когда он думал, « Кто это делает? » Сердце Кузаку бешено забилось. Если ему нужно было сказать, симпатичная она или нет, то она действительно была симпатичной. Хорошеньких девушек следовало опасаться.

— Как же так! Дерзишь! Тыыыыыыыыы...! — закричал Тонбе.

— Э-Э-Это! Вот это да! Вот это да! Это непростительно...!

Тонбе и Гоми совсем сорвались. Их лица были красными, как свекла, и они выглядели готовыми в любой момент броситься на Кузаку.

Тонбе держал наготове свой боевой молот, а Гоми потянулся за огромным мечом, висевшим у него за спиной. Были ли они готовы убить его?

Рука красавицы коснулась Кузаку. Возможно, именно это и привело их обоих в ярость. Не то чтобы он не понимал почему. Наверное, она им нравилась. Они были влюблены в неё. В конце концов, они называли её Ио-самой. Они любили её слишком сильно, возможно, до такой степени, что это было чем-то близким к поклонению.

Однако их Ио-сама ни в малейшей степени не рассматривала их как объекты романтического интереса. Она использовала их как лакеев или слуг.

Это так коробит , подумал Кузаку. Это действительно отвратительно .

— Ух... Эй... Э...

Тем не менее, они спасли его, и они были его старшими, когда дело дошло до того, чтобы стать Солдатом-Добровольцем, у него могли быть и другие косвенные связи с ними.

Кузаку не хотел причинять неприятности, поэтому, хотя он и не думал, что сделал здесь что-то плохое, он решил склонить голову в знак извинения.

— Если я чем-то обидел вас, то прошу прощения.

— Т-Т-Ты думаешь, что твои извинения помогут тебе выйти из воды сухим?! — крикнул Тонбе.

— Блин, ты заикаешься как сумасшедший, Тонбе-Сан... — сказал Кузаку.

— Не смей надо мной издеваться! Ах ты дерзкий мальчишка! Я занимаюсь этим дольше, чем ты!

— Извини, но я ничего не мог с собой поделать...

— Ио-сама! — крикнул Гоми, выхватив наконец меч. Он тоже почему-то плакал. — Я вас умоляю, дайте мне разрешение порезать этого гнилого бинпола, считающего себя мачо!

— Я выгляжу так, будто считаю себя мачо? — скептически спросил Кузаку. — Ты слишком много вникаешь в суть вещей, не так ли? То есть, я даже не думаю, что я настолько горяч.

— Откуда у тебя такое самодовольное и самоуверенное отношение?! — крикнул Гоми. — Говоришь, что ты не горячий парень, но думаешь иначе! От таких как ты меня просто тошнит!

— Нет, я серьёзно так не думаю.

— Ведешь себя со мной небрежно?! Я же твой старший! Ты даже не можешь обращаться ко мне с должным уважением?! Ты умрешь здесь и сейчас!

— Гоми! — крикнула Ио.

Если бы она этого не сделала, Гоми непременно напал бы на Кузаку. Тогда Кузаку был бы убит одним ударом. Вероятно — нет, почти наверняка - точно был бы убит.

Каждый волосок на его теле встал дыбом.

Черт возьми, это было так страшно , подумал он.

Тот самый кипящий взгляд, которым Гоми его пронзил. Он был на грани того, чтобы войти, и его движения были резкими, как пружина, которая всё время поворачивалась назад. Кроме того, Гоми был Рыцарем Ужаса. Для Рыцаря Ужаса высокая подвижность, движения, которые заставляли его противника терять концентрацию, и умение владеть мечом были их специальностью. Кузаку, скорее всего, принял бы первую атаку Гоми, не имея ни малейшего шанса сопротивляться.

Этот человек не был обычным человеком. Было ясно, что Гоми был очень опытным, высокоуровневым Рыцарем Ужаса. Кроме того, он мог обладать магией, которую, как казалось, любой житель Парано мог использовать, чтобы воздействовать и на него. Как бы то ни было, его способности были на уровень, может быть, на два или три уровня выше способностей Кузаку.

Несмотря на это, в руках Ио он был всего лишь мусором. Он не был симпатичным, но Кузаку было немного жаль его.

— Довольно, Гоми. — холодно сказала Ио. — Он уже мой слуга. Неужели ты всерьёз считаешь, что имеешь право наказать его?

—Никак нет. — пробормотал Гоми. — Я просто не могу этого сделать. Мне... мне очень жаль, Ио-сама...

— Ты точно всё понимаешь? А, Гоми? Ты - мусор, не способный жить, и ты утверждаешь, что слушаешь то, что я говорю, и внимаешь их?

— Не могу! Я не могу, но дайте мне попробовать! Я грязный мусор, но позвольте мне быть мусором, которого вы хотите назвать мусором, Ио-сама!

Вау. Он просто ревел. Гоми скулил, плакал и умолял Ио о прощении. Как он мог так низко пасть? Кузаку вообще ничего не понял. Оставалось загадкой, почему Тонбе смотрит на Ио и Гоми и тоже стонет сквозь стиснутые зубы. Какие же у них были отношения? Кузаку не хотелось гадать, и он хотел бы, чтобы они оставили его в покое, но это в стороне...

— Я тоже твой слуга... Что это значит? — спросил кузаку.

— Ну и что? — Ио спросила с намеком. — И что с того?

Нет, нет, нет , подумал Кузаку. — А? С... С каких это пор?

— С тех пор, как ты родился, верно?

Когда она ответила так, как будто это было само собой разумеющимся, он даже начал чувствовать, что, возможно, она была права.

Нет.

Черт возьми, так она права.

— Я даже не помню, как родился. — сказал Кузаку. — Я имею в виду, что у меня даже нет воспоминаний о том, что было до моего попадания в Гримгар. Мы ведь тем более только что познакомились.

— Ты ведь из «Воинов Зари», верно? — спросила Ио.

— Вроде как... технически? Но я никогда не чувствовал ничего подобного. Сома-Сан, Акира-сан и даже Рок-Сан - все они чувствуют себя так, словно находятся над нами, вне нашей досягаемости.

— Я тоже совершенно определенно вне вашей досягаемости, но, к счастью, я также являюсь членом «Воинов Зари», и мы встретились здесь, в этом альтернативном мире, в этом другом мире, называемом Парано. Ты хочешь назвать это совпадением?

— Нет... ух... Даже не знаю. — ответил Кузаку. — Я действительно думаю, что это к счастью.

— Какой же ты глупышка. Это было неизбежно, понимаешь? Ты встретил меня, потому что так было предначертано.

— Ты... неужели ты так считаешь?

— Да, совершенно верно. Тебе предначертано стать моим лакеем.

— Твоим лакеем...

— Я позволю тебе служить мне. Это само собой разумеется, но ты не можешь быть счастливее. Так что трепещи от радости.

— Вот именно! — Тонбе топал ногами, изрыгая слюну, и кричал.

Толстяк... подумал Кузаку.

— Я не очень рад видеть, как растет число лакеев, но раз так говорит Ио-сама, значит так тому и быть! — крикнул Тонбе. — Будь счастлив! Это большая честь, так что служи Ио-саме с ликованием! Хвала Ио-саме!

— Я не хочу соглашаться с тобой! Но у меня нет выбора! Такова воля Ио-самы! — Гоми снова заплакал. Как он мог так легко плакать? Неужели его слёзные протоки ослабли от старости?

— Мы уходим. — Ио откинула назад свои длинные волосы и начала идти, прежде чем остановиться. Она пристально посмотрела на Кузаку.

Когда она так посмотрела на него, он был поражен ощущением, будто она схватила его за сердце. Он не мог пошевелить ни одним мускулом. Ему даже хотелось, чтобы, когда она снимет маску, в её внешности не будет ничего особенного. Если бы это было не так, а она действительно была безупречной красавицей, он мог бы попасть в беду.

— Боссари. — пробормотала Ио.

Кузаку склонил голову набок. — ...?

— Это твое имя.

— Нет, я Кузаку...

— Отныне ты – Боссари. — заявила Ио. — Я так и решила. Понятно?

Он никак не мог принять это слово за свое имя, ведь оно означало «Неряха». Он уже собирался пожаловаться, когда Ио опустила маску до самого подбородка.

Она была безупречна.

Прямо перед ним стояла безупречная красавица. Её губы в частности были такими пухлыми и блестящими, что делало её тревожно особенной.

— Ты понял? — требовательно спросила Ио.

Я не ... Подожди, о чем мы опять говорили? Думаю, это не имеет значения. Уже нет. Она слишком хорошенькая. Кузаку почти кивнул, несмотря на себя. А?

Это нормально? Но ведь это не так, верно? Это ведь неправильно, правда?

Но, погоди, опять что-то не так...?

— Приятно познакомиться, Боссари! — воскликнул Тонбе. — Это наша Ио-сама! Её чувство давать имена просто замечательное, Боссари!

— Эй, Боссари! Молодец, Боссари! Я с нетерпением жду возможности поработать с тобой, Боссари!

Тонбе и Гоми окружили Кузаку с обеих сторон, обняв его за плечи.

— Нет! — закричал Кузаку. — Боссари не нормальное имя! Это же не может быть нормально, правда?!

— Ты что, идиот?! Ио-сама говорит, что ты Боссари, так что все уже решено!

— Да, сэр! А по-моему, ты похож на Боссари! Боссари - это единственное подходящее для тебя имя!

— Ах да, Гоми, одолжи Боссари запасную маску. — приказала Ио.

— Так точно, Ио-сама! Ну-ка, Боссари, наденька это!

— Кстати, Боссари, у меня от природы бессонница, так что маска мне не нужна! Да, я страдаю бессонницей! Понял, Боссари?! Гвахахахахха!

— Мне плевать, что ты страдаешь бессонницей! — закричал Кузаку. — Ну же! То, что вы, ребята, называете меня «Боссари, Боссари», выводит меня из себя ещё больше!

— Правда? Какая наглость - злиться на нас, Боссари!

— Ты всего лишь Боссари, так что не дерзи нам, Боссари!

— Черт возьми! Ладно, мы идем, но куда?! Вы мне ничего не сказали...

— В Багряный Лес. — Ио положила руку на бедро и снова откинула назад волосы.

Нравилась ли ей это телодвижение? Она была превосходна. При всей своей неземной красоте она была так превосходна в этом, что было страшно.

— Я представлю тебя королю. — сообщила ему Ио. — Если ты хочешь выжить здесь, в Парано, я бы посоветовала тебе быть вежливым и не делать ничего, что могло бы его обидеть.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

5. Путь Мудреца [рожден_быть_мудрым]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Давным-давно жил-был очень умный малыш.

Родился с исключительно хорошей головой на плечах, из-за чего окружавшие его люди казались невероятными дураками.

Взрослые прожили дольше, чем мальчик, поэтому они кое-что знали о здравом смысле, законах и экономике. Однако это было всего лишь знание, которое они получили естественным путем.

Быть умным - значит обладать способностью анализировать вещи, понимать их и принимать решения. Если вы ничего не знаете, вы просто смотрите на это. То, что вы знаете или не знаете, не имеет большого значения. Многие взрослые этого не понимали, и они хвалили идиотов, которые даже немного хорошо учились, говоря, что они были хорошими учениками. Им уже ничем нельзя было помочь.

Мудрый человек видит природу глупости насквозь, поэтому он с легкостью понимает глупцов. Однако для глупца, не понимавшего мудрости, невозможно понять мудреца.

Тот факт, что он был окружен идиотами, означал, что никто не понимал мальчика.

Однако мальчик был мудр.

— Я просто большая рыба в маленьком пруду — говорил мальчик. — Я здесь номер один, но где-то там может находиться озеро побольше или даже бескрайнее море, и я просто не знаю об этом.

Именно так он и смотрел на вещи. Если бы он сделал шаг в более широкий мир, он мог бы встретить тех, кто умнее его, лучше его, и оказаться побежденным.

Мальчик не был настолько глуп, чтобы считать такое невозможным, и отрицать вероятность такого.

Всякое может случиться.

Из-за этого ему приходилось предсказывать и готовиться ко многим, очень многим возможным ситуациям. Если бы он был действительно мудр, то мог бы это сделать.

Мальчик всегда предполагал самое худшее. Всякий раз, когда он слышал, как страшная буря проносится по далекой стране, сносит дома, наводняет реки и топит огромное количество людей, он думал о том, что он сделал бы, если бы такая буря пришла в его собственный город.

Всякий раз, когда земля сотрясалась, он читал о прошлых извержениях вулканов.

В сознании мальчика его семья, друзья, знакомые и соседи были бы убиты снова и снова. Город, в котором жил мальчик, разрушался бы снова и снова. Небо и земля были разорваны на части различными бедствиями и стали бы непригодными для жизни. Луна, Солнце и звёзды исчезали. Даже сама Вселенная иногда исчезала.

Это был секрет, но мальчик постоянно боялся. Даже просто идя по улице, бродячая собака может укусить его. Следующий человек, с которым он столкнется, может быть склонен к насилию и внезапно ударить его. Вдруг на него обрушится метеорит и ударит его самого.

Конечно, вероятность того, что все это в конечном итоге произойдет, была невелика. Было бы справедливо сказать, что она была исключительно низкой. Однако, поскольку они не могли быть исключены как невозможные, он не мог игнорировать их.

Между тем, все вокруг него были идиотами. Идиоты не знают страха. Это происходит потому, что они не знают того, чего им следовало бы бояться.

Между этими идиотами и мальчиком была непреодолимая пропасть. Мальчик знал про эту пропасть с самого раннего возраста. Он был единственным, кто стоял с одной стороны, пока все остальные были на другой стороне, и они глупо улыбались, как будто им не о чем было беспокоиться.

Мальчик лишь однажды попытался открыть свои чувства матери и попросить совета. Когда она выслушала всё, что он хотел сказать, она склонила голову набок, словно озадаченная.

— Эм, а разве то, что тебя беспокоит, не очень редкое явление?

Судя по всему, вероятность попасть в аварию во время езды на автомобиле составляет девять к одному миллиону. Говоря в широком смысле, если вы едете в машине сто тысяч раз, у вас есть немалый шанс умереть. Если вы предполагаете, что проездиете сто тысяч раз, со частотой один раз в день, то это займет двести семьдесят четыре года.

Это было легко понять, так что мальчик знал это. Это было совсем не то, о чём говорил мальчик. Он ни словом не обмолвился о том, что не хочет ехать в машине, потому что есть девять шансов на миллион, что он может умереть. Он даже не испытывал ничего подобного. Если бы машина была более удобна для того, чтобы добраться туда, куда ему нужно, то даже если бы он был напуган, мальчик, несомненно, поехал бы на ней.

Мальчик вовсе не был идиотом.

Идиоты ничего не знают. Вот почему, даже когда речь заходит о вещах достаточно опасных, чтобы они боялись, они придумывают необоснованные оправдания, как будто всё это делают, или потому, что они были прекрасны, делая это вчера, они снова будут прекрасны сегодня, или что они не будут единственными, кто потерпит неудачу, а затем они идут и делают это, как будто это не имеет большого значения.

Более того, даже при том, что шансы выиграть в лотерею составляют один к десяти миллионам, они говорят глупости, как будто они «покупают мечту», а затем ставят всё своё состаяние, а после проигрывают до ниточки.

В то же время идиоты будут пытаться убежать от будущего, которое почти неизбежно.

Дело было не только в мальчике, его идиотская семья, его бездумные друзья и многие другие глупцы, которых он даже не знал, все они когда-нибудь умрут. Что бы ещё ни случилось, смерть была гарантирована. У каждой жизни есть свое начало и, следовательно, свой конец.

Мальчик постоянно думал о смерти и также изучал её.

Что происходит с нами, когда мы умираем? Что значит жить с самого начала? Ты и я, мы оба чувствуем, что мы здесь, и мы живы. То сознание, которое есть у нас с тобой, что же это такое?

Никто из умерших никогда не оживал вновь, поэтому нет никакого способа узнать, что происходит, когда мы умираем. Это должно быть очевидно.

Конечно, существуют так называемые околосмертные переживания, и бесчисленное множество людей свидетельствует о том, что они пережили их. Однако, в конце концов, они могут говорить только потому, что они не умерли. Это всего лишь переживания того, кто чуть не умер. Смерть - это не то, что мы можем пережить.

Внутри нашей головы находится мозг, центр нашей нервной системы. Через этот мозг и нервную систему я чувствую, « Я жив » . Когда он теряет эту функцию, и моё сознание перестает существовать, Я умираю. Мое сердце остановится, все мои клетки разрушатся, и я сгнию. От этого уже не увернешься.

Ум и тело - это не отдельные сущности. Без тела нет ума, и эта идея души - не более чем заблуждение.

Тщательно обдумав эту мысль, мальчик пришел к такому выводу.

Наше сознание - это феномен. Именно в результате работы мозга и многих других органов мы обретаем ощущение « Я жив » и можем двигать своё тело так, как мы этого захотим. Если эта функция утрачена, то, естественно, сознание тоже будет потеряно. Человеческое тело, даже без души внутри него, создано таким образом, что даёт начало сознанию.

Те, кто умен, как и я, могут обдумывать довольно сложные вещи, но это всё равно не более чем феномен, происходящий внутри моего тела. Это невероятно до такой степени, чтобы быть чудом, что такого рода феномен настолько распространен. Вот почему нас нельзя обвинить в том, что мы считаем людей особенными, и у нас есть что-то вроде души, но это не так.

Каким бы умным мальчиком он ни был, он был всего лишь ещё одним феноменом, происходящим где-то в уголке этой Вселенной.

Будь то ты, или я, или мальчик, наше рождение и наша смерть - это просто феномен.

Естественно, для мальчика его собственная жизнь была незаменимым, единственным в своём роде явлением. Если бы он был потерян, мальчик перестал бы существовать. Он исчезнет полностью и бесповоротно.

Здесь нет ни рая, ни ада. После смерти не может быть никакой жизни.

Я могу понять, почему вы хотите верить, Нет, правда .

Даже если мы собираемся умереть, когда мы думаем, что сможем увидеть тех, кто умер до нас, на небесах, это делает смерть намного легче.

Они говорят, что один великий ученый был атеистом, когда был здоров, но он стал цепляться за Бога определенной религии, когда заболел. Когда мальчик прочитал эту историю в книге, он не смог удержаться от смеха. Однако мальчик был мудр, так что он мог это понять.

Вера - это убежище. Это не обязательно должно быть правдой. Даже если это наглая ложь, полная чушь, если вы можете поверить в это или обмануть себя, думая, что вы верите в это, и использовать это как эмоциональную поддержку, этого достаточно.

Правда в том, что жизнь и смерть - это просто феномены. Если вы или я умрём, ваше или моё сознание перестанет существовать. Наши воспоминания хранятся в нашем мозгу. Наши мозги сгниют, а потом их похоронят или сожгут, так что наши воспоминания тоже исчезнут.

Мы будем возвращаться к Земле. Всё, что есть ты или я, перестанем существовать. Это касается всех.

Когда мы умрем, ты и я перестанем думать, перестанем чувствовать.

Мальчик попытался представить себя низвергнутым в ничто. Когда он это сделал, то почувствовал такой ужас, словно заглянул в бездонную дыру. Однако если он умрёт, то больше не будет испытывать этого страха. Что же касается того, что будет после смерти, то об этом вообще не стоило беспокоиться.

Незачем было бояться смерти.

То, что так сильно пугало мальчика, что не давало ему спать по ночам, была не смерть, а то, что он был на грани смерти, то, что должно было произойти непосредственно перед его смертью.

Один знаменитый писатель, немощный и неспособный говорить прямо перед смертью, поднял четыре пальца, а затем быстро скончался. Когда мальчик прочитал эту историю в книге, он не мог перестать дрожать.

Почему? Потому что этот автор ясно почувствовал смерть, которая вот-вот поглотит их целиком. Они постепенно теряли свободу двигаться, их сердце ослабевало, они теряли способность говорить, их глаза слепли. Все было украдено смертью. Они медленно умирали, теряя всё это понемногу, и вскоре всё должно было исчезнуть.

Бежать было некуда. Надежды не было, всё было кончено, ничего нельзя было сделать, всё было кончено. Собрав последние силы, автор поднял вверх четыре пальца. Они сообщали окружающим, Моё время пришло, я умираю .

Произведения, написанные этим человеком, его слава, его гордость - всё это превратится в ничто. Друзья, с которыми они поддерживали связь, и семья, которую они любили, никогда больше его не увидят. Они даже не могли погреться в этих воспоминаниях.

У них даже не будет времени подумать о таких вещах, как «О, я умираю. Я умираю. Может быть, что-то и останется после моей смерти, но если я сам не смогу увидеть это, то какой в этом смысл? Что же всё это значит?».

Они могли бы кричать о том, как это было так грустно, так пусто, плакать, « Останови это, я не хочу умирать! Я хочу жить! Молю, дай мне хоть как-то ещё прожить! », но это было напрасно. Они могли только умереть. Они потеряют всё, потому что для них никогда не было уготовано иного конца, кроме смерти.

Мальчик не боялся самой смерти. Он боялся умирать постепенно.

Родившись, ты, я и мальчик умрём.

Если мне суждено умереть, я хочу, чтобы это произошло мгновенно , таково было искреннее желание мальчика. Это или уйти во сне, сам того не зная.

Идиоты вокруг него понятия не имели, что мальчик проводит весь день и всю ночь, думая об этих вещах. Он мог бы сказать этим идиотам, какие они дураки, но так он только нажил бы себе врагов.

Идиоты думали, что мальчик был весёлым парнем, славным пареньком, рассказывавший постоянно о смешных вещах, которые заставляли всех смеяться. Это было потому, что мальчик расчетливо заставлял себя выглядеть именно так. Разыгрывание спектакля не доставляло ему никаких хлопот, и это было выгодно для большинства вещей.

Тем не менее, независимо от того, насколько хорошо он жил в этом мире, и как он использовал свой ум для достижения успеха, было бы трудно выбрать, как он умрет. В неосторожные моменты страх потерять все на грани смерти вспыхивал в сознании мальчика.

Именно это в конце концов и случится.

В чём же смысл нашей жизни? Вопрос в том, что даже если все мы умрем в этом отчаянии, мы всё ещё живы, так в чём же причина этого?

Прежде чем наступит наш последний момент, смерть лишит нас разума, и даже наши воспоминания начнут исчезать. Если нам повезёт, то в это время мы будем окружены семьей и друзьями. Однако мы потеряем их из виду. Мы перестанем слышать их голоса и в конце концов не сможем признать их существование.

Мы с тобой останемся совсем одни. Все умрут в одиночестве.

Когда они узнают о чьей-то разлуке, «Ты был хорошим человеком, Ты был замечательным человеком, я благодарен тебе, я всегда буду любить тебя», могут сказать ещё живые, но это полнейшая глупость. Этого человека больше не существует. Они уже умерли в полном одиночестве.

Мальчик целыми днями только и думал о таких вещах.

Это случилось однажды летом.

Мальчик уехал в отпуск со своими друзьями. Он садился в автобус с кучей ребят своего возраста, и они оставались ночевать в каком-нибудь местечке у озера. В этом не было ничего особенного, вряд ли это вообще можно было назвать путешествием, и мальчику было неинтересно, но его пригласил друг. Когда ему сказали, что такой-то, и такой-то придут, и спросили, не хочет ли он тоже поехать, он решил, что отказываться будет неловко, и, вероятно, он сможет потерпеть одну ночь.

В тайне он надеялся, что надвигается гроза и путешествие будет отменено, но, несмотря на то, что утром было пасмурно, в облаках время от времени появлялись просветы, и это был не такой уж плохой день для путешествия.

Автобус с мальчиком и его друзьями направлялся к озеру. Внутри мальчик, как всегда, валял дурака, устраивая дурацкие разговоры.

Пока он это делал, автобус проезжал в горы. В какой-то момент появился туман. Были и другие машины, но они не могли видеть ни впереди, ни сзади. Густой туман ограничивал их обзор, и они не могли видеть машины, которые, как они знали, должны были быть рядом. Это было так ужасно, что они осознавали, что встречная машина была там только тогда, когда она уже проезжала мимо них.

Один из детей притих, как собака, которая боится своего деспотичного хозяина. Один ребенок посинел лицом и начал дрожать.

Когда одна девочка разрыдалась, не в силах сдержаться, другой ребенок тоже начал хныкать. Мальчик отпускал остроты, пытаясь подбодрить своих друзей, но на самом деле он был вне себя от беспокойства.

Внезапно они увидели огни приближающейся машины, и их водитель крепко сжал руль, отчего автобус зловеще затрясся. Это случилось не один раз, а дважды.

Каждый раз мальчик слишком громко визжал как девчонка, что вызывало смех у его друзей, и он молился, чтобы туман поскорее рассеялся.

Автобус, в котором я сейчас нахожусь, никак не мог попасть в аварию , об этом он никогда даже не задумывался. Через эти горы проезжало множество машин, и в этот самый момент, вероятно, было много машин, которые ехали в худших условиях. Только очень и очень небольшое их число попадет в аварию. Возможно, никто из них этого и не сделает. Однако несчастные случаи случались тогда, когда они случались.

И все же, почему автобус не замедлил ход? Это было явно опасно. Они могли бы сделать это в медленном, легком темпе, не так ли?

Нет... если они замедлят ход, машина сзади может врезаться в них. Тут уж ничего не поделаешь. Им просто нужно было побыстрее выбраться из гор. Если бы они это сделали, туман, вероятно, рассеялся бы.

Вот тогда-то всё и случилось.

— Аааа! — водитель автобуса издал странный крик. Автобус сильно накренился вправо, и —Вах! Мы падаем! — это было следующее, что крикнул водитель.

Мальчик подумал, « Что же ты делаешь, старик? Какого черта? », когда он вцепился в спинку переднего сиденья. Неосторожных детей подняли со своих мест, и они дико закружились внутри машины. Со всех сторон доносились крики, подобных которым он никогда не слышал, да и не хотел бы слышать, если бы у него был выбор.

Должно быть, они обо что-то ударились, потому что стекло с правой стороны разбилось вдребезги. Тело мальчика сильно тряслось.

Какая-то невидимая сила пыталась оторвать мальчика от сиденья перед ним. Мальчик опустился между сиденьями, цепляясь за их ножки.

Машина несколько раз перевернулась.

Мальчик крепко зажмурился, стиснул зубы и изо всех сил вцепился в ножки.

Следующее, что он помнил, это то, что машина остановилась. Она была перевернута вверх дном, и под мальчиком была приплюснутая крыша.

Мальчик спустился с сиденья на крышу. У него слегка кружилась голова, но он, должно быть, поступил правильно, потому что мальчик был невредим. Он нигде не чувствовал боли.

Было тихо.

Может быть, здесь нет никого, кроме мальчика?

Это не может быть правдой. В автобусе было много народу.

На самом деле несколько друзей мальчика лежали на крыше, которая теперь превратилась в пол. Он узнал их всех, но никто ничего не говорил. Они даже не шевелились.

Мальчик подумал, « Может быть, они все уже мертвы », но ему не хотелось об этом думать, и он решил не думать об этом. Даже когда конечности неловко поворачивались в разные стороны или кровь, вытекающая изо рта девушки, попадала в поле его зрения, мальчик не обращал на это внимания.

Запах экскрементов или чего-то ещё заставил его прикрыть рот. Это был ужасный запах, и он не смог бы вынести его, если бы не заткнул себе нос.

Окна автобуса были полностью разбиты, так что мальчик наполовину выполз из машины.

Туман был просто невероятным. Он каким-то образом различал свои ноги, но видел только на метр вперёд. Ему показалось, что он видит какое-то движение.

— Там кто-нибудь есть? — мальчик попытался окликнуть меня.

Ответа не последовало. Может быть, это была игра его воображения?

Может быть, там был ещё кто-то невредимый, и они выползли из автобуса, как и мальчик. Мальчик решил прогуляться вокруг автобуса. Он хотел, чтобы кто-то был там, но в то же время он думал, что будет очень больно, если этот человек будет сильно ранен.

Есть тут кто-нибудь? Есть тут кто-нибудь? Есть тут кто-нибудь? ему хотелось кричать во весь голос. Ему захотелось заглянуть внутрь автобуса, но он сдержался.

В конце концов, вокруг автобуса никого не было.

Только мальчик.

Автобус был просто окружен тошнотворным запахом, который висел в воздухе, и он чувствовал, что от него тоже несёт гнилью.

Я не могу здесь оставаться , твёрдо сказал мальчик. Он не мог быть здесь.

Туман не показывал никаких признаков прояснения. Если бы он собирался покинуть это место, ему пришлось бы шарить вокруг почти вслепую. Теперь настало время, когда мальчику придется действовать мудро.

Если я действительно умён, подумал мальчик , я уверен, что смогу пройти через это. Если я не смогу, то умру, как и все остальные.

Ни за что. Не дам этому случится ни малейшего шанса.

Это совсем не смешно.

Я ни за что не умру!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

6. Как Пожелаешь [вдохнови_меня]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда Харухиро впервые увидел эту местность издалека, он подумал, что это кладбище.

Над равниной возвышалось нечто похожее на мыс, и на вершине этого холма были выстроены бесчисленное количество могильных плит.

Когда они приблизились к холму, стало ясно, что это вовсе не плиты, а человеческие статуи.

— Статуи женщины...? — пробормотал Харухиро, не задавая Алисе этот вопрос.

Ну, если признаться, то он задал этот вопрос именно Алисе, но не ожидал от неё какого-либо ответа.

И действительно, Алиса продолжала тащиться вперёд, не говоря ни слова.

Следуя за ней молча, Харухиро подумал, Было бы намного легче, если бы я мог жить только для себя, как это делает Алиса.

Теперь, что касается того, правда ли он хотел бы подражать такому поведению, было сомнительно. Он действительно хотел попробовать жить так, как ему хотелось, не заботясь о том, что думают другие. Тем не менее, пока он остается самим собой, ему будет небезразлично, что думают другие, и он будет беспокоиться о них. Он не мог быть таким, как Ранта.

Ранта?

А кто такой Ранта? Ранта. Ран... Рантер? Ранран? Нет. Кажется неправильно. Ну конечно же. Это неправильно. Ведь это Ранта.

На ум приходят кудрявые волосы. Да, да, теперь я вспомнил. Я всегда так быстро всё забываю...

Быстро? Мне кажется, что я не видел его целую вечность. Неужели прошло уже несколько месяцев? Лет? Или мне это просто так кажется? Нет, я действительно отстранился от Ранты. Это было ещё до прихода в Парано. И почему это опять случилось? Когда? Где же?

Ох, Тысячная Долина! Точно. Когда мы вернулись из Дарунггара, мы оказались в Тысячной Долине, и мы попали в заварушку между Тайфун Рокс и Форганом. Всякое случалось, и Ранта предал нас, чтобы присоединиться к Форгану. Интересно, жив ли он ещё? Ну, зная этого идиота, я уверен, что он где-то там и совершенно здоров.

Если я не возьму эти фрагменты воспоминаний и не запечатлю их в своём сознании, они все исчезнут. Как будто их никогда и не было.

Иногда мне кажется, что я хочу его увидеть. Хотя, если бы мы встретились, я уверен, что он бы меня разозлил. И всё же никогда больше не видеть его было бы слишком. Но ведь он же не умер.

И они ведь тоже не умерли... я прав?

Кузаку.

Шихору.

Сетора и Киити.

Мерри.

А Юме не должна быть в Парано.

Они ведь живы, верно?

Они должны быть живы.

Да.

Они определенно должны были выжить.

Если это так, то я не могу просто отлынивать; я должен искать их. Я их обязятельно найду.

Его чувство срочности превратилось в миллион насекомых, ползающих под кожей. Казалось, что эти насекомые могут начать выходить из-под его ногтей, из уголков глаз и ушей.

Естественно, никаких жуков там не было. Не было никакого способа, чтобы нечто несуществующее могло выйти наружу, но в Парано не было никакого способа быть уверенным, что то, что не должно было произойти, не произойдет.

Честно говоря, у него не было на это времени.

Статуи стояли у подножия холма. Судя по всему, они и правда относилась женщинам.

Были ли они сделаны из камня, железа, дерева? Может быть, из стекла? Это выглядело так, как будто многие материалы были смешаны вместе и объединены. Некоторые из них были фотореалистичны, как будто настоящая женщина была превращена в эту форму, в то время как другие были деформированы. Если бы он высказал своё откровенное мнение, то они были бы не очень хороши. Или, скорее, хотя он не назвал бы их случайными, они были довольно неуклюже сделаны.

Алиса проверила каждую из них, взбираясь на холм по большой спирали. Если бы они собирались подняться на холм, то могли бы просто пойти прямо. Он хотел было пожаловаться, но его бы проигнорировали либо заткнули бы.

Харухиро в сотый раз вздохнул под своей маской.

Эти статуи, вероятно, были сделаны ребёнком, у которого было слишком много свободного времени, и они не стоили того, чтобы на них смотреть, но это было не так, как если бы что-то еще привлекло его внимание. Вот и все, что он подумал сначала.

Но по мере того, как они продолжали идти, было похоже... статуи выглядели всё лучше и лучше... кажется?

Нет, дело в том, что фотореалистичные были явно правильной формы, а деформированные имели художественный замысел, который мог заметить даже любитель.

Даже самые маленькие статуи были сделаны в масштабе, в то время как более крупные могли быть вдвое выше Харухиро. Одни были одеты, другие-обнажены.

Через некоторое время его осенило.

У всех статуй было одно и то же лицо.

Моделью для этих сотен, тысяч, а может быть, и больше статуй служила одинокая молодая женщина.

Когда они были уже на полпути к вершине холма, большинство статуй были фотореалистичными, и их точность действительно возросла. Хотя размеры, поза и одежда были разными, можно сказать, что все они относились к одной и той же персоне.

Их скульптор, должно быть, был одним и тем же человеком. Кто-то делал статую этой женщины одну за другой, и так продолжалось до тех пор, пока их не стало так много.

Казалось очевидным, что эта женщина не была плодом воображения скульптора, а скорее существовала где-то или была когда-то. Скульптор, должно быть, был очень привязан к ней. Они были очень близки. Может быть, член семьи, подруга или любовница.

Алиса огляделась вокруг, проходя между статуями, как будто всё было нормально.

Гоняясь за ней, Харухиро подумал, «Разве Алиса не находит это жутким?» Он, со своей стороны, был очень напуган.

Скульптор, должно быть, начинал делать статуи снизу холма и работал до тех пор, пока не дошел до самой вершины. По мере того как они шли, прогресс навыка скульптора виднелся перед глазами.

Харухиро и Алиса были уже близко к вершине, и статуи выглядели как женщина, которая была чем-то ошеломлена. Вид такого количества людей, выстроившихся в ряд, можно было описать только как странный.

— Руины № 5, а? — пробормотал он.

Это была одна из семи пронумерованных Руин, от № 1 до № 7. Почему, несмотря на это, здесь не было упавших колонн или чего-то похожего на остатки здания? Почти не было даже щебня.

Статуи, да? Скульптор, вероятно, разрушил здания или использовал каменные и металлические части разрушенных зданий, чтобы сделать эти статуи.

Алиса положила лопату, вместо того чтобы нести её на плече.

Когда подъем закончился, на вершине холма открылась ровная открытая площадка. Статуи женщины стояли только на краю вершины холма.

Нет, не несколько статуй. Там был только один человек. Он находился примерно в середине вершины холма.

Эта единственная статуя женщины стояла там, одна.

Харухиро судорожно сглотнул.

Там кто-то был.

Прямо перед статуей.

Это был одинокий мужчина, немного ниже его ростом, уставившийся на то, что казалось статуей женщины в натуральную величину.

Волосы у него были длинные и волнистые. Если смотреть со стороны, то на его лице была короткая борода, и он выглядел одновременно молодым и довольно старым. Мшисто-зеленое пальто с отороченным мехом воротником, которое он носил, было порвано в нескольких местах, он был немного грязный, а жесткие сапоги, которые он носил, выглядели изрядно поношенными.

Харухиро знал, что Алиса называла этого человека Ахиру. Но это имя означало утку, так что, вероятно, это было не настоящее его имя.

Ни Алиса, ни Харухиро не издавали большого шума, когда шли, но и сейчас они не пытались прокрасться незаметно. Ахиру должен был знать о них обоих. Несмотря на это, он не отвел взгляда от статуи. Он даже не пошевелился.

— Странные тени? — Алиса огляделась вокруг и пробормотала. — Похоже, что нет.

Солнце не поднималось и не садилось в небе Парано, поэтому в противоположном направлении от него не было отбрасываемой тени. Тени Харухиро и Алисы лежали прямо у их ног и выглядели там весьма уместно.

Что имела в виду Алиса, говоря о странных тенях?

Алиса подошла к мужчине. — Теперь их гораздо больше, Ахиру.

Как будто он только что заметил их, когда прозвучало его имя, Ахиру слегка подпрыгнул и повернулся в их сторону. — ...Принцесса.

— Сколько раз я должна тебе повторять? Не называй меня так. — Алиса остановилась и воткнула кончик лопаты в землю.

Ахиру вздохнул. — Алиса Си. — прозвучал он, четко выговаривая слова. — Теперь лучше?

— Сойдет что угодно, но только не «принцесса».

— Хм... — Ахиру медленно вытер рот рукавом пальто. После этого, казалось, он наконец-то заметил существование Харухиро. — Как необычно, что ты взяла с собой слугу. Алиса Си, сбежавшая от короля, чтобы быть волком одиночкой.

— Он мне не слуга. — сказала Алиса. — Он мой друг. Но это всё же ложь.

Когда Алиса заговорила, было трудно понять, чему верить. Это было совсем не то, что слушать лжеца. Алиса просто постоянно противоречила ему.

Алиса криво усмехнулась и начала расстегивать пуговицы на передней части пальто.

— Ты здесь ради мести? — спросил Ахиру. — В конце концов, я же разгромил твой дом.

— Все-таки это был ты. Это было жестоко.

* Удар, удар, удар. *

Алиса вытащила лопату из земли и воткнула её обратно в землю, вытащила и снова воткнула.

— Я не думала, что у тебя хватит смелости, Ахиру. Никогда не думала, что ты вытворишь что-то подобное. Ты ведь понимаешь, что я имею в виду? Ты знал, где я живу, но то же самое относилось и ко мне. Я знаю Руины № 5, место, называемое когда-то Цукихи*, место, где ты тонешь в своих воспоминаниях о Йонаки Угуису*.

— Похоже, ты меня неправильно поняла. Мне не нужны воспоминания о ней.

— Тогда зачем делать для неё столько статуй, а? — требовательно спросила Алиса.

— Мне просто больше нечего делать.

— Какое-то натянутое оправдание.

— Ты пришла сюда, потому что твой дом был разрушен, верно? — спросил Ахиру. — Штраф – ты разобьешь мои статуи. Разбей их все.

Ахиру расстегнул пуговицы на пальто и положил руки на пояс. Похоже, это был фетиш Ахиру.

Алиса всё ещё протыкала, протыкала, протыкала землю кончиком лопаты.

Харухиро стоял почти прямо позади Алисы. Он был готов двинуться в любой момент. Ну, даже если он передвинется, то всё равно останется с Алисой.

— Уничтожь их. — повторил Ахиру со слабой улыбкой. Он вытащил свой ремень из петель на поясе. Он выглядел не более чем обычным черным кожаным ремнем.

Как только Харухиро подумал об этом, пояс сам по себе обернулся вокруг правого кулака Ахиру.

— Уничтожь их. В любом случае, они все фальшивки. Уничтожь их всех.

— Ох, ты серьезно? — Алиса перестала мучить землю лопатой, а потом просто хихикнула. — Ты не можешь уничтожить их сам, поэтому хочешь, чтобы я сделала это вместо тебя. Так вот почему ты решил меня разозлить? Ты такая же заноза в заднице, как и всегда.

Правая нога Ахиру начала дрожать. Выражение его лица не изменилось, но он явно нервничал. — Я не думаю, что ты из тех, кто говорит о том, чтобы быть занозой в заднице, принцесса.

— Ахиру, — сказала Алиса. — я ничего не понимаю. Если ты хочешь вернуть Йонаки Угуису, почему бы тебе этого не сделать?

— Если бы я мог, я давно это сделал бы. — возразил Ахиру. — Ты ведь тоже не играла роль глупой принцессы, вечно танцующей на ладони короля, потому что сама того хотела.

— Ну да, конечно. Вот поэтому я сбежала. Ты можешь лизать этому куску дерьма задницу и говорить ему, что как это вкусно, сколько угодно, но она не вернётся. Или, может быть, ты ждешь, что этот кусок дерьма устанет от её красивого голоса и выбросит её? По-моему, он скорее раздолбит её об пол, чем отшвырнет в сторону. Как только он делает что-то своим, он никому больше этого не отдаст. В конце концов, он же настоящий кусок дерьма.

— ...Может быть.

— Чего именно ты хочешь, Ахиру? — требовательно спросила Алиса. — Что заставило тебя разозлить меня и заманить сюда?

— Я... И выманить тебя сюда? Это... это не входило в мои намерения.

— И всё же это странно, не так ли? — заметила Алиса.

Харухиро понятия не имел, что означала половина из того, что говорили эти двое. Однако Алиса была сильнее Ахиру. Это было совершенно ясно.

Ахиру, казалось, был готов впасть в бешенство. Его обмотанный ремнем правый кулак в любую секунду мог замахнуться на Алису.

Даже если бы это было так, Алиса легко бы справилась с этим. Ахиру, вероятно, тоже это знал.

— Ты никак не сможешь победить меня. — сказала Алиса. — Я думала, что именно поэтому ты и приставал ко мне, пытаясь заставить меня пойти к королю. Если ты просто оставишь меня в покое, я в своё время разобью этот кусок дерьма.

— Конечно. Держу пари. Но я не верю, что ты сможешь это сделать.

— И всё же я сделаю это. — продолжала Алиса. — Этот кусок дерьма почти никогда не покидает своего трона. Если я собираюсь ударить его, мне придется пойти к нему. Как только я буду готова, я пойду и позабочусь о нем. Ахиру, а что ты всё это время делал?

— Я... Действовал по приказу короля...

— Ты бездарный халтурщик, и этот кусок дерьма тоже это знает. Никто от тебя ничего не ждет. Даже твоя Йонаки Угуису, держу пари. Она даже не мечтает о том, что ты приедешь за ней на белом коне, как какой-нибудь принц.

Я не знаю, что это за ситуация, но разве Алиса должна быть так сурова по этому поводу?

Харухиро всё больше и больше сочувствовал Ахиру. Алиса сквернословила. Не выказывая особого удовольствия от этого, Алиса говорила вещи, которые резали душу глубоко с относительной легкостью, не стесняясь в выражениях. Может быть, там и не было никакой злобы, но Алиса могла немного сдержаться.

— Алиса, — Ахиру изобразил улыбку, которая могла быть только блефом. Затем напряженным голосом он произнес. — ты настоящий мастер своего дела.

Но, как и следовало ожидать, Алиса осталась невозмутимой. — Обращайся со мной, как с гадким утенком, сколько хочешь. Я ни капельки не возражаю. Но вот в чём дело: я думаю, ты не хочешь, чтобы я тебя ненавидела.

— ...Что?

— Позволь мне сказать тебе, что ты чувствуешь на самом деле. Позволь мне рассказать тебе о твоих истинных чувствах и желаниях, в которых ты не мог бы признаться, даже если бы знал о них, и, что ещё хуже, даже не можешь полностью осознать.

— С чего бы это—

— Природа, видимо, не наделила тебя умом. Вдобавок ко всему, когда Йонаки Угуису взяли в заложники, ты стал плохо соображать. Ты не очень хорошо смотришь на то, что тебе нужно, и на то, что ты делаешь. Вот почему я говорю, что расскажу тебе.

— Я...

— А до этих пор... — склонив голову набок, Алиса слегка дернула её.

С этим небольшим сигналом Харухиро получил сообщение, и ему было немного больно, что его тело ответило наполовину автоматически.

Харухиро придвинулся поближе к Алисе. Как только он это сделал, лопата Алисы оторвалась от земли.

Эта черноватая кожа образовывала изменчивую оболочку. Он защищал Алису, нападая на её врагов. Было бы справедливо сказать, что главным телом лопаты было сердце Алисы. Он был обнажен и легко ранен. Даже воздух причинял боль.

« Мы... » подумал Харухиро, меняя местоимения. Когда он вот так держал Алису сзади, то начинал думать, что он и есть Алиса. Он ощутил основной корпус лопаты, как будто сам к ней прикасался.

Он чувствовал её настолько сырым, что они должны были задаться вопросом, почему она не истекала кровью. Она была мягкой и влажной. Мясо, ткани и органы. У неё был глухой пульс. Сотни, нет, тысячи нитей, на которые распадалась кожа, были твердыми и нелегкими для того, чтобы их остановить. Даже если кожа порвётся или разлетится вдребезги, это не будет иметь большого значения. Это было бы прекрасно, несмотря ни на что, но главное тело - нет. Она была опасно хрупкой. Честно говоря, мне было больно просто держать её вот так. Они оба это терпели. Всё это было ложной бравадой.

— Стой! — крикнул Ахиру. Он не просто повысил голос. С болью на лице он умолял — Пожалуйста, прекрати!

Я не могу насытиться этим, подумали они оба . Мне нравится это выражение лица. Но он может дать мне кое-что получше.

Кожа лопаты издала стон, вылетая с площади и кося одну статую Йонаки Угуису за другой.

Они смеялись. Они не собирались громко смеяться, но ничего не могли с собой поделать. Смеясь, они разбили вторую, третьбю четвертую и пятую статую Йонаки Угуису.

Может быть, я и садист. Я не стану этого отрицать. Хотя, конечно, я не сделала бы ничего такого ужасного с настоящей Йонаки Угуису. Она - птица в клетке, как и её имя, соловей. Мне её очень жаль. Но эти статуи, сделанные Ахиру, - это не она. Я терпеть не могу, когда Ахиру только и делает, что создаёт эти штуки. Так что я их уничтожу. Разрушу на мелкие куски. Раздавлю. Разобью.

Уничтожь, уничтожь, уничтожь их, словно ты безумна .

— Ах...! — Ахиру схватился за голову, наблюдая за происходящим. Он посмотрел туда-сюда и наконец упал на колени.

Это просто смешно. Что ты можешь сделать, кроме как рассмеяться? Несмотря на всё это, он кричит, « Прекрати, пожалуйста! » он почти ничего не делает, чтобы остановить меня. Я знаю, что он не сможет остановить меня, но он мог бы проявить хоть немного силы воли, по крайней мере.

Но Ахиру этого не сделает, потому что именно этого он и хочет. Он сделал их с большой осторожностью, и они стали намного ближе, чем его первые попытки, и теперь он хочет уничтожить эти статуи, которые выглядят как Йонаки Угуису.

Потому что, в конце концов, это не она. Они не смогут заменить её. Но даже в этом случае Ахиру не может заставить себя уничтожить их. Статуи похожи на неё, так что, как бы он ни старался, он не может причинить им вреда своими собственными руками. Даже если это не она. Он что, идиот? Скорее всего, так оно и есть.

Ахиру уже стоит на коленях и плачет. Этот претенциозный осёл так уверен в своей внешности, что всегда старается вести себя круто. Теперь его борода превратилась в месиво соплей и слёз. Так ему и надо. Это уже за гранью веселья.

Ну, не то чтобы я собирлась разбить их все.

Я имею в виду, что на это уйдет слишком много усилий.

Их слишком много, чёрт возьми. Например, сколько он работал над ними? Это Парано, так что, если бы настроение взяло его, он мог бы сделать бесчетное их количетсво. Знаешь, есть такая штука, которая называется пределом. Ты просто идиот. Настоящий идиот.

Тем не менее, на вершине холма осталась только одна статуя.

Шедевр в центре площади. Ахиру, должно быть, решил, что один из них будет последним, убедившись, что каждая мелкая деталь была совершенной. Но если бы дело не дошло до этого, оно не было бы последним. Он никогда не был бы удовлетворен, и он сделал бы ещё одну.

Создание статуй - это акт подмены.

Он никогда больше не сможет держать её в своих объятиях, поэтому он утешает себя тем, что постоянно делает статуи.

Какая жалость!

В версии с изображениями тут находится картинка.

— О, да. — воткнув в землю обтянутую кожей лопату, они оба кивнули. — Было очень приятно.

Харухиро отошёл от Алисы. Он немного отодвинулся от них, а затем тяжело опустился на землю.

Он больше не был частью «они», а «он».

— И мне тоже. — Ахиру сидел, вытянув ноги в форме буквы «W», как девочка, и с отсутствующим видом смотрел в небо в горошек. Он не вытирал слёзы, сопли и слюни. —Теперь я понимаю. Я хотел покончить с ними. ...Я вижу.

— Хочешь продолжать лизать задницу короля? — спросила Алиса.

— Нет. С меня довольно.

— Ну что ж, Ахиру. Ты будешь моим шпионом.

Ахиру посмотрел на Алису снизу-вверх, слегка вытирая рукавом пальто место вокруг рта. У него было такое выражение лица, словно он грезил наяву. В глубине этих глаз вспыхнуло маленькое пламя.

— Шпион... говоришь?

Алиса рассмеялась и сказала. — То, что надо, не так ли?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

7. Наедине С Тобой [только_ты]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда они вышли из туннеля, перед ними предстал настоящий замок.

Если бы вы сказали так, то может это не имело большого смысла, но Кузаку тоже не очень понимал этого. Разве можно винить его за это?

Чёрт возьми, какой высоченный потолок! он подумал. Этот коридор чересчур широкий... Не уж то так и должно быть? А? Так ли это? Он слишком широкий, поэтому я не уверен, что могу назвать это коридором. Что это? Например, есть ли такое пространство в стиле холла, которое в длину уходит далеко вдаль?

А пол, он что, мраморный? Может быть? Он сделан из чего-то твердого и блестящего, что, вероятно, камень? Коричневатого цвета? Светло-коричневого? Хотя, несмотря на этот спокойный цвет, всё блестит и искрится. Воистину великолеееееепно. Ну, не до такой степени, чтобы мне нужно было растягивать моё «е» .

На самом деле, разве это не великолепно? С потолка свисают бесчисленное количество светильников, похожие на люстры, и лучи, которых отражаются от пола, как будто это никого не касается. Как будто они пытаются перевернуть концепцию отражения. Вот такая суперрефлексия у нас тут и происходит.

Представьте себе, что без предварительного знания вас бы попросили рассказать кому-то, что это за место. Что касается Кузаку, то он мог бы сказать, что они были в помещении, но не более того.

Ио-сама вела через зал Рыцаря Ужаса Гоми, паладина Тонбе и Боссари, известный как Кузаку.

— А где мы находимся? — спросил её Кузаку.

— В замке. — резко ответила она.

« Замок », да? Так что, без сомнения, именно там они и находились. Он подумал, что, возможно, ослышался, но это действительно был замок. Да и вообще, что-то тут было не так?

Ему потребовалось некоторое время, чтобы осознать, что коридор был заполнен тенями, которые начали принимать трехмерную форму. Они были как бы на полпути между человеком или животным, или чем-то ещё. Кроме того, они могли передвигаться.

— А как вы думаете, что это такое? — спросил Кузаку.

Он не собирался спрашивать кого-то конкретно, просто выложил это в виде, « Эй, может быть, кто-нибудь объяснит мне это? » в некотором роде. — Перестань пялиться. — предупредил его Гоми.

Не то чтобы это имело значение, но его мусорный акцент слишком туповатый .

— Эти твари - слуги короля. — продолжал Гоми. — Можно сказать, что раньше они были слугами. Нет, дело не в этом. Во всяком случае, это то, что от них осталось. Если ты разозлишь короля, то и сам можешь кончить так же. Будь осторожен, понял? Это было бы тяжким бременем для Ио-самы.

— ...А? — сказал Кузаку. — Мощь того, кого называют... Королём... неужели это его рук дело? Хочешь сказать, что изначально они были людьми?

— Ну да, конечно...

Гоми замолчал. Что-то было нехарактерно для него, но, казалось, что-то более глубокое происходило, как будто он хотел сказать, « Не спрашивай меня больше ».

В любом случае, он не очень ясно выразился. Но мне так показалось, что может быть?

А пока они шли, Кузаку обернулся, чтобы посмотреть назад.

Тени обычно держались на расстоянии от группы Ио-сама, в которую входил и Кузаку. Все они направлялись кто куда. Из всех них только одна тень следовала за группой.

Он почти ничего не знал об Ио, кроме того, что она - Жрица и что её красота не от мира сего, но что касается Гоми и Тонбе, то они были довольно искусны. Они никак не могли не заметить эту тень. Но они не обращали на неё внимание.

Может быть, потому, что это была незначительная тень? Возможно, так оно и было, но он не хотел думать, что это всё.

Даже если они были в «Воинах Зари», так же как Кузаку и его друзья, эти две группы никогда раньше не встречались, поэтому у Кузаку было мало информации об отряде Ио-самы. Однако их должно было быть больше трёх. Он не помнил никаких имён, кроме имени Ио, но большинство команд состояло из пяти или шести человек, и ему казалось, что у команды Ио было несколько больше, чем просто Тонбе и Гоми.

Возможно, тень когда-то была членом отряда Ио-самы. А после они разгневали короля и превратились в тень. Возможно, именно это и случилось с товарищами Ио.

Сколько же длился этот коридор? Каким бы экстравагантным и великолепным он ни был, он не был так трогателен, как если бы вы привыкли к нему.

Пока Шихору гонялась за ним, он, убегая, пытался уговорить её любой ценой, решая, «Нет, если мы поговорим, то она поймет», а потом чуть не умирая и убегая, он был в отчаянии. Из-за этого у него не хватало самообладания хорошенько всё обдумать, но где же Харухиро, где Мерри, где Сетора и где сейчас Киити?

Нет, с ними, наверное, все в порядке , сказал он себе. Я имею в виду, что если я в целости и сохранности, то остальные тоже?

Но Шихору-Сан всё закончила тем, что потеряла самообладание.

Ну, по крайней мере, она жива. И даже стала сильнее, если уж на то пошло.

Но действительно ли это была Шихору-Сан?

Например, разве это не так? Я не знаю, но она совершенно другая. Она не должна быть такой. Я думал, что, если мы поговорим, она поймет. Именно так я и думал. Именно об этом я и пытался думать. Просто, может быть, мне просто хотелось так думать, понимаешь? Если я успокоюсь и подумаю над этим. Думаю, всё получится, если мы поговорим? Эта трансформация не была чем-то на том уровне, где этого будет достаточно.

Сможешь ли вернуться к нормальной жизни, Шихору-Сан? Сможешь ли ты к нам вернуться? Есть ли какой-то выход? Я не могу придумать ни одного.

А как же Харухиро и остальные?

Должно быть, с ними все в порядке... Я думаю. Ну, до этого мы прошли через множество преград. Нам как-то удавалось справляться. На этот раз всё будет точно так же. Это... подожди, и это всё, что я придумал?

Может быть, они и не шли ни в какое сравнение с командой Сомы, которая, как все говорили, была самой сильной, или с легендарной командой Акиры-Сана, или с отрядом Тайфун-Рокс, но отряд Ио-самы славился тем, что был группой очень способных Солдат-Добровольцев.

Кузаку не собирался унижать себя или своих товарищей, но с точки зрения общего рейтинга отряд Ио-самы был на голову выше команды Кузаку.

И даже несмотря на то, что отряд Ио-сама был сокращён до трёх человек.

Это место просто безумное, не так ли?

Это ведь опасно, правда? Ясно.

Это просто безумие... Да.

Теперь, это только « может быть » , но...

Может быть, не всё в порядке.

Может быть, они даже не дотягивают до самого минимума того, чтобы быть живыми.

— Эм... — Кузаку присел на корточки.

Он не мог ходить. Ни шагу. Он даже не мог устоять на ногах. Всё это обрушилось на него мгновенно. Чувство уныния.

Если он хорошенько всё обдумает, то ни за что не выдохнется. Но ведь речь шла не об этом, не так ли? Это было нечто большее.

Он схватился за живот и присел на корточки. Возможно, это был какой-то вид голода.

— Я ещё ничего не ел...

Его желудок был словно тонкая бумага. Там было так пусто, что стало больно. Чувство голода обрушилось на его тело всей своей массой изнутри. Он почувствовал ноющую, жгучую боль позади глаз, и пламя поползло от носа ко рту, чтобы распространиться по горлу.

Оххххххххх! Здесь так горячо! Горячо! Я весь горю!

— Моё горло... Ах да, я ведь так ещё ничего и не пил...

Его желудок напоминал злобного дракона, пытающегося вырваться через рот и вырвать когтями глаза. Погоди, а что это вообще значит?

Пока он катался в невыносимой агонии, кто-то отругал его. — Смирись.

Они могли говорить это сколько угодно, но это было совершенно невозможно. «Воды, воды, воды, воды, воды, дайте мне воды!» он попытался закричать. Или, скорее всего, он уже кричал.

Его то ли толкнули, то ли пнули ногой, он не был уверен, что именно, но в любом случае Кузаку перевернулся.

Тяжелый!

Чёрт побери, что-то очень тяжелое. Неужели это Тонбе? Не садись на меня верхом. Блин, какой же ты тяжелый. Слишком тяжёлый, чёрт тебя дери.

— Лежи смирно! Смирно я сказал, Боссари! — сказал Тонбе и ударил Кузаку кулаком в лицо.

Кузаку инстинктивно попытался блокировать удар обеими руками, но кулаки Тонбе мгновенно разрушили его защиту и прорвали её.

После тридцати или сорока ударов он вырубится. Если бы Ио не остановила его, он, скорее всего, потерял бы сознание.

— Довольно, Тонбе. — отрезала она. — Мы не можем использовать здесь светлую магию, поэтому не сможем исцелить его. Будет очень неприятно, если он умрет у нас.

— Простите, Ио-сама! Я ненавижу этого парня, поэтому я стал серьёзным, несмотря на себя!

Это были серьезные удары? подумал Кузаку. Я имею в виду, то, как ты оседлал меня перед нападением, было слишком хорошо. За это ты получаешь моё уважение. Хотя это меня бесит. Что же ты за человек такой? И подожди, мы не можем использовать светлую магию? Да, у меня было предчувствие на этот счёт. Сила богов не доходит сюда, или что-то в этом роде.

Ему многое хотелось сказать, но ушибы был слишком велики, чтобы он мог что-то говорить. То, как здесь действовали голод и жажда, ему объяснили, но только половину из них он понял.

— В любом случае, ты должен быть крепким. — сказала ему Ио. — Крепким как орешек. А теперь вставай, Боссари. Мы уходим.

Ио-сама, ты такая суровая , тихо простонал Кузаку. От всего сердца подумал он, хотел бы я познакомить её с Харухиро.

Затем он встал без чьей-либо, преследуя тех троих, которые двигались впереди него. У него болело лицо, а также он истекал кровью. Его глаза были опухшими, а поле зрения сузилось.

Со мной же ужасно обращаются, да? Иметь при себе хороших товарищей - это настоящее сокровище , понял он. От этого ему захотелось заплакать.

— Черт побери. — пробормотал он. — Этот король, или как его там... Есть ли сейчас время для встречи с ним? Да и мне не особенно хочется. Я должен найти Харухиро и остальных...

Но если ему удастся воссоединиться с кем-то из них, то придется рассказать о Шихору.

Например, Шихору по какой-то причине бродит практически совсем голая. Боже, это было так непристойно. Наверное, это то, что я не должен буду говорить. Я не могу этого сказать. Кроме того, её слезы сверкают, а ещё они прекасны, но безумно опасны. Чувак, я должен признать, что мой словарный запас отстой. У меня болит лицо, и настроение тяжкое. Хотя мои ноги тоже кажутся такими тяжёлыми.

Эта тень снова преследовала их. Он начинал всё больше и больше жалеть об этом. Хотя, жаль или нет, но он ничего не мог поделать.

Наконец они добрались до конца коридора.

Казалось, что здесь было несколько коридоров, выходящих из похожего на театр пространства, и Кузаку и остальные шли по одному из них. Тут, в прошлом, всё больше и больше походило на поле. Но это было не поле боя

Когда они спускались по этой гладкой, блестящей лестнице до самого конца, была ли это круглая сцена? В центре его возвышалась колонна.

Что это за место ? удивился он. Это для того, чтобы собирать аудиторию и устраивать мероприятия, или что-то в этом роде? Нет? Ну, что бы это ни было, оно даже красивее, чем пол. Я не вижу, идет ли сверху свет, но все это так блестит.

Вау. Потрясно. Хотя я вроде как чувствую, « Ну и что в этом такого? » . Я не могу этого отрицать. Но у меня нет на это времени, серьёзно.

Ступеньки были не больше тридцати сантиметров, и их было не просто сотни, а, вероятно, больше двухсот штук. Театральная площадь тоже была излишне велика.

По пути вниз он попытался спросить. — Мне обязательно встречаться с этим королём?

— Король как бы правит всем Парано, смекаешь? — сказал Гоми.

Акцент Гоми начинал раздражать его. Он даже почувствовал легкое желание убить этого человека.

— Ну да, но мне это неинтересно. — сказал Кузаку. — У меня есть и другие дела...

— Пофиг. — парировал Гоми. — Ты слуга Ио-самы. Делай то, что велит тебе наша госпожа.

— Я благодарен вам за помощь, но, честно говоря, эта история с лакеем - это что-то вроде... немного перебор? Я не думаю, что это работает таким образом. Но вы, люди, можете делать всё, что вам заблагорассудится.

— Вы, люди? — прорычал Гоми. — Думаешь, что ты лучше нас, Боссари?

Тонбе гнусаво рассмеялся. — Оставь его в покое, Гоми.

Этот гнусавый смех вызвал у Кузаку желание столкнуть Тонбе вниз по лестнице и посмотреть, как он истерично кувыркается.

Однако Тонбе был не просто толстяком. Он был сильным, здоровенным мужчиной, который мог очень хорошо двигаться, так что даже если бы Кузаку захотел это сделать, он не смог бы.

— Увидишь, когда встретишься с королем. — ухмыльнулся Тонбе. — Совершенно очевидно, что лучший план в Парано - это исполнить приказы короля. Если ты настолько идиот, что не понимаешь этого, то твоя судьба уже решена.

— Он что, настолько страшный? — осторожно спросил Кузаку.

— Разве я не говорил тебе, что ты всё увидишь, когда встретишься с ним? Ты что, совсем тупой? Держу пари, что так оно и есть. Ты просто тупица. Ты ещё хуже, чем то дерьмо, которое я выдавливаю из своей задницы. Ничтожество, которое хуже всякого дерьма! Это так дерьмово!

Кузаку почти поддался своему разрушительному импульсу. Не хорошо.

Я тебя не слышу, я тебя не слышу, я тебя не слышу , повторял он про себя, заглушая голос Тонбе.

Я просто не буду с ними разговаривать , подумал он про себя. У этих парней есть чертовски неполноценные личности. Почему Ио вообще держит их в качестве лакеев? Наличие лакеев вообще достаточно странно. Тайфун Рокс были в основном странными, а Акира-сан и его команда были кучкой суперменов. У Воинов Зари не хватает нормальных людей. Блин, я хочу увидеть Харухиро. Просто, когда он со мной, это немного успокаивает, знаете ли...

Кузаку опустил голову и молча спустился по ступенькам.

Теперь, когда я зашел так далеко, я спущусь, хорошо? Но как далеко мы спускаемся? Где я могу остановиться? Мы всё ещё идём вниз? Мы продолжаем спускаться вниз?

Ему казалось, что он спускается по лестнице уже неопределенно долгое время.

Наконец они добрались до похожей на сцену площадки внизу.

Похоже, у Ио было какое-то дело к этой колонне.

Вот только когда он следовал за ней, это была не колонна. Там была еще одна дверь. Она открылась сам по себе.

Когда они вошли внутрь, там оказалась круглая комната.

Невероятно, но если снаружи не было видно внутренностей, то снаружи все было видно изнутри. Всё, кроме пола и потолка, было прозрачным.

Дверь за ним закрылась. Сама комната начала двигаться.

— Лифт, значит... — прошептал Кузаку, глядя на Ио, чтобы увидеть, что она делает.

Ио сняла маску и внимательно посмотрела на прозрачные стены. Фух! Она вздохнула, но напряженное выражение её лица не смягчилось. Она явно была на грани нервного срыва.

Дело было не только в Ио. Тонбе и Гоми тоже были напряжены. Они были довольно высокоуровневыми Рыцарем Ужаса и Паладином. Неужели король Парано настолько безумен?

Лифт продолжал подниматься. Это просто не прекращалось. Они, должно быть, поднимались довольно далеко, но, как ни странно, вид снаружи почти не изменился.

— Погодите, мы же просто слишком высоко поднимаемся. — пробормотал Кузаку.

В тот же миг он почувствовал, что его чуть не швырнуло не вверх, а назад.

— Штаааа?!

Ему каким-то образом удалось удержаться на ногах, но если он чувствовал, что его отбрасывает назад, то двигались ли они вперёд? Как только он подумал об этом, на этот раз его тряхнуло вправо.

— А?!

Ио, Тонбе и Гоми опустили головы и старались терпеть всё это. Кузаку решил подражать им.

Если вы знали, что это произойдет, так предупредили хотя бы! Вы что умерли бы, если сказали бы мне об этом? подумал он обиженно, но жаловаться было некогда.

— НВА?! Дох?! Бвуа?! Го?! Убах?! Зе...?!

Каждый раз, когда лифт внезапно менял направление или поворачивал, Кузаку падал и поднимался, поднимался и снова падал.

Ио в какой-то момент начала опираться на невидимую стену, ища поддержки. Гоми и Тонбе создавали вокруг неё стену. Никто из них и пальцем не тронул бы Ио, но и Кузаку, который катался по всему лифту, тоже не позволил бы прикоснуться к ней.

Блин, их преданность - это совсем другое , поморщился он. Я это не уважаю.

— Гвааа...!

Лифт, конечно же, внезапно остановился, двери открылись в унисон, и Кузаку выкатился через них.

У меня в глазах всё кружится. Я валялся на земле с распростертыми объятиями. Меня тошнит. Что это вообще за место?

— Угу... ААА... — он застонал.

Это было жестокое обращение. Пока он стонал, его ударили ногой в живот.

— Поднимай свою задницу! — завопил Гоми.

Это больновато как бы , Кузаку пытался жаловаться. Но его голос не выходил наружу.

Он почувствовал неприятный холодок. Все его тело, казалось, съежилось от холода. Это был невероятный холод, не похожий ни на один из тех, что он испытывал раньше. Ему казалось, что он вообще не может двигаться.

Несмотря на это, Кузаку вскочил на ноги. Именно это он и должен был сделать сейчас, а если не сделает этого, то приведет к худшему из возможных результатов. Шестое чувство толкнуло его на это.

Кузаку затаил дыхание. Вернее, он не мог нормально дышать.

До поездки на лифте коридор и театральная зона были впечатляющими, но это место было на другом уровне. Это было похоже на известняковую пещеру, из потолка, стен и даже пола которой торчали какие-то предметы. Но это были не сталактитами и сталагмитами. Вместо этого они были линейными или изогнутыми, что делало их не естественными. Это окружение в целом имело мрачное, значительное ощущение и казалось слишком гнетущим.

Стена прямо перед ними была единственной белого цвета, скорее даже выглядела фосфоресцирующим. Сначала он подумал, что это может быть стеклянное окно, но оно не было прозрачным.

Было ли оно молочно-белым? Или это вообще было не стекло?

Перед белой стеной была ступенька, несколько из них, может быть, десятки ступенек, поднимающихся вверх.

Наверху, это был стул? Темноватая прямоугольная спинка его была обмотана цепями, а подлокотники тоже имелись. Он имел несколько, нет, довольно странную форму, но, скорее всего, это был стул. Разве это можно назвать троном?

Это место короля.

Это было очень далеко от смутных фантазий Кузаку. Но он не ошибся.

Человек, сидевший на троне, скрестив ноги, являлся королем. Даже не будучи предупрежденным, он мог это сказать. Если это был не король, то у Парано вообще не было короля.

Даже если бы бородач не носил черную корону, он все равно выглядел бы как настоящий король. Мужчина был одет в обтягивающую кожу или что-то подобное, но был ли это подходящий наряд для королевской семьи, Кузаку не мог сказать. Услышав слово «король», он представил себе нечто более яркое, более цветистое, с одеждой и аксессуарами, которые были явно роскошными.

Однако это был король. Если здесь и был король, то это было королевским залом.

Глаза Кузаку были прикованы к трону... вернее, на короля и не на что другое.

Король был уже далеко. Ощущение расстояния у Кузаку, казалось, сходило с ума, потому что, хотя он не мог сказать, сколько метров до него было, трон должен был быть в десятках метров. Несмотря на это, он мог ясно различить короля.

Он будет высоким, когда встанет. Ноги у короля были ужасно длинные и стройные.

Ему никак не могло быть за тридцать. Ему было лет сорок, а может, и пятьдесят. Его лицо было соответствующим образом сморщено, и у него была короткая борода с проседью. У него короткие волосы. Если бы он не улыбался, то мог бы произвести совсем другое впечатление, но если уж на то пошло, то выражение его лица было очень мягким. Его глаза, в частности, казались почти добрыми.

И все же он был пугающим.

Просто находясь там, он заставил воздух в этом королевском зале затвердеть и затвердеть.

Бесчисленные острые наросты, должно быть, проросли из-за короля.

Причина, по которой этот королевский зал был чёрным, заключалась в том, что здесь находился король.

Существование короля определяло это место. Нет, он победил её, подчинив себе.

Естественно, то же самое было и с Кузаку. Им управлял король.

В доказательство этого он в какой-то момент простерся ниц перед королем, склонив голову, и пристально смотрел на него, подняв глаза, как будто украдкой видел короля. Тонбе, Гоми и даже Ио тоже встали на колени, как и Кузаку.

Пока они были здесь, у них не было другого выбора. Тонбе сказал, что все поймет, когда встретится с королем, и у него не было другого выбора, кроме как сделать так, как сказал король.

И он был прав.

— Здравствуй, Ио. — голос короля был низким, мягким и глубоким. Это был голос старшего поколения, который мог бы понравиться девушкам, но по какой-то причине он был словно гром, заставляя Кузаку и других подчиниться.

Едва услышав его слова, Кузаку задрожал и был готов заплакать.

Голос Ио, когда она ответила, был ужасно слабым. — ...Да, Ваше Величество.

Этот король – просто безумен , дико подумал Кузаку. За гранью безумия. Я ничего о нем не знаю. Это безумие по максимуму. В некотором смысле это может быть само определение безумия. Он серьезно, законно безумный. Это как, погодите, и это король?

— Я вижу, что ты кого-то привела с собой. — сказал король. — Новоприбывший?

— Да, Ваша Светлость... — пробормотала Ио. — Чтобы служить вам с пользой... Я почувствовала, что это мой долг... мой долг как вашего вассала, поэтому я привела его к вам.

— Как это замечательно!

— ... Премного благодарю вас, сир.

— Вассалов много не бывает, если, конечно, они полезны.

— Если... если вы чувствуете, что он не может быть вам полезен... делайте с ним, что заблагорасудится.

Вуаа, что? Я не понимаю, что она имеет в виду... А? Мысли Кузаку лихорадочно метались в голове. Эти тени, они сказали, что это то, что осталось от тех, кто разгневал короля, верно?

Если он не сможет использовать меня в чём-то, она предлагает ему превратить меня в тень?

Для меня это было бы большой проблемой, понимаешь?

Из-за его легкого гнева и антипатии к Ио, а также чувства раздражения, его благоговение перед королем, казалось, немного ослабло. Кузаку наконец-то смог наблюдать за другими вещами, кроме короля.

Иными словами, до сих пор он мог видеть только короля. Насколько же невероятным был этот король?

В задней части королевского зала стояло возвышение, а на нем - трон. За троном было окно или стена, которая излучала белый свет. Впрочем, было и много других вещей. Самая привлекательная вещь висела под потолком.

Это была огромная птичья клетка? Нет, это скорее всего просто клетка, но не птичья. Она была похожа на птичью клетку, но там была не птица, запертая внутри.

Там был человек.

Коричневое пальто, надетое поверх белого платья. Длинные волосы. Её лица не было видно, но судя по форме тела, это была скорее всего женщина.

Там был король, так, может быть, она была его королевой?

Нет.

В каком мире вы найдете мужа, который держит свою жену в клетке? Ладно, может быть, это и случалось в редких случаях. Может быть, именно этим он и занимался?

Перед троном была лестница, по которой можно было подняться или спуститься с возвышения. Теперь он понял, что везде, кроме этой лестницы, были камеры. Они были разделены на маленькие клетки, в каждой из которых находился заключенный. Он видел, что некоторые из них тоже привалились к решетке. Внимательно прислушавшись, он услышал их голоса.

— Ио-самаааа...

Было неясно, кто из заключенных произнес эти слова, но он определенно обращался к Ио.

По крайней мере один из товарищей Ио, член отряда Ио-самы, был взят в плен. Другой был превращен королем в тень. Теперь это имело смысл.

Так вот что здесь происходит, да?

Ио не подчинилась власти короля и не поклялась ему в верности. Она не просто боялась его огромной силы после того, как он превратил одного из её товарищей в тень.

У него был заложник.

Если заложник был членом отряда Ио-самы, то даже если он был безликим незнакомцем для Кузаку, он всё равно был товарищем среди Воинов Зари.

Кузаку не мог просто сказать, «Это не моя проблема. Мне плевать».

Я не могу бросить вызов королю , подумал он, лихорадочно соображая. Даже если я не хочу повиноваться, я должен сделать это сейчас. В любом случае, это невозможно. Бросать вызов такому человеку? Ни малейшего шанса.

Он не мог не задаться вопросом, была ли женщина в клетке чьей-то ещё заложницей, и подумал, что если король действительно так велик, то он не должен вести себя как какой-то мелкий злодей.

Враждебность кузаку, возможно, и просочилась наружу, но он не терял времени даром, подавляя её.

Ни за что. Я не могу взять его на себя. Я действительно не понимаю этого, но могу сказать, что это невозможно, даже не понимая, почему. Честно говоря, я даже боюсь смотреть на короля. Я не хочу его видеть. И все же я смотрю.

И все-таки, что это такое?

Этот трон.

Например, спинка сиденья?

Она просто слишком большая. Подлокотники и сиденье вполне подходили королю. Это просто спинка, которая странно огромна в высоту и ширину. А ещё она выглядит очень тяжелой. На вершине, что, закованная в цепи. Похоже, что подлокотники и само сиденье были добавлены позже, и он заставляет себя использовать эту спинку. Я даже не уверен, что это вообще спинка.

Я имею в виду, что существуют всевозможные гравюры, и край, кажется, укреплен другим материалом, но это форма...

Судя по всему, это дверь?

— Отныне ты также становишься моим вассалом. — Король пытался использовать большую дверь в качестве подставки для спины, но ему пришлось скрестить ноги, потому что он не мог опереться на неё спиной. Он ухмыльнулся Кузаку. — Если сотрешь свои кости в порошок, усердно служа мне, то я тебя вознагражу. Я надеюсь, что ты будешь полезным вассалом.

Кузаку попытался открыть рот.

Почему? А? И зачем только я попыталась открыть рот? Понятия не имею. Ни малейшей зацепки. Я вспотел как сумасшедший. Это просто безумие.

Ио смотрит на меня так, словно хочет сказать, « Ничего не говори » . Да, я и без тебя знаю. Нет, я ничего не скажу. Ни слова.

Король с улыбкой посмотрел на Кузаку.

Ну же, просто скажи что-нибудь сам. Ругать нас или еще что-нибудь. Тишина только делает это еще страшнее.

Возможно, король действовал таким образом, чтобы напугать Кузаку. Если это был рассчитанный ход, то разве он не был подлым? Думая об этом таким образом, страх Кузаку немного уменьшился.

Правда, совсем немного. Он всё ещё страшный. Он такой страшный, что мне кажется, будто я могу превратиться в сухую шелуху. Больше похоже на то, что я уже начал.

Внезапно сзади раздался странный звук. Раньше он даже не мог нормально дышать, но каким-то образом смог повернуться и посмотреть.

От пола до потолка поднималась колонна. Это был лифт, на котором Кузаку и все остальные приехали сюда.

Её дверь открылась. Оттуда вышел человек в зеленом мшистом пальто с меховым воротником.

Его длинные волосы были слегка волнистыми, и он был покрыт щетиной. Он казался вялым, дегенеративным и немного грязным, но все же каким-то стильным. Проще говоря, он был из тех людей, которые, похоже, пользуются популярностью у девушек.

Посмотрев на Кузаку и остальных, мужчина слегка нахмурился, но тут же отвел взгляд и подошел к помосту.

— Ахиру. — сказал король.

Когда король позвал его, тот остановился и, низко поклонившись, опустился на колени. — Ваше величество... Это большая честь, вновь лицезреть вас.

— Йонаки Угуису поёт так же прекрасно, как и всегда. Только для меня.

Когда король сказал это, человек, которого, очевидно, звали Ахиру, не совсем задрожал, но напрягся. Кузаку заметил это.

Взглянув на женщину в клетке на мгновение, а затем обратно, Кузаку подумал, что это был он .

Женщина была похожа на человеческую оболочку, но её положение изменилось по сравнению с предыдущим. Он не мог сказать наверняка, но она, скорее всего, смотрела на Ахиру. Как и Ио и её группу, и Ахиру, Король держал эту женщину - Йонаки Угуису - над собой в качестве заложницы.

Кузаку опустил глаза и закусил губу. Оххххх, я в бешенстве.

Каким бы отвратительным ублюдком он ни был, он не мог бросить вызов королю.

Если он бросит ему вызов, всё будет кончено. Это было единственное, с чем он ничего не мог поделать.

— Йонаки Угуису всегда радует меня, а ты возвращаешься ко мне ни с чем, Ахиру? — спросил король.

— ...Прошу прощения, мой король.

— Мне кажется, или ты тоже умел петь. Почему бы тебе не исполнить для нас песню?

— Помилуйте меня, пожалуйста. Я уже целую вечность не пел. Я бы не хотел запятнать ваши уши.

В таком случае поторопись и приведи сюда Алису.

— Как вам известно, сир, эта принцесса очень жесткая. — сказал Ахиру. — Стыдно признаться, но у меня нет сил победить её, поэтому я пошел и разгромил дом принцессы.

— Ну-ну. Я уверен, что Алиса ужасно рассердилась.

— Может быть, достаточно, чтобы ворваться сюда.

— Сможет ли Алиса пройти через Багряный Лес, как раньше, когда сбегала? — задумчиво произнес Король.

— Насчет этого не знаю, но... Возможно справится, зная принцессу.

— Прежде чем прийти сюда, Алиса может попытаться убить тебя, Ахиру.

— Это так... по крайней мере, она хорошо умеет убегать.

— Ты хочешь заманить Алису сюда. — сказал король. — Это и есть твой план, Ахиру?

— Если он не сработает... Я придумаю что-нибудь ещё. Ещё есть время. Нет... может быть, у нас вообще нет времени.

— Ты мог бы сказать и то, что времени нет, и то, что оно безгранично. Мы вечны. — сказал король. — Вечность, которая должна быть недостижима, как бы отчаянно мы её ни желали, теперь в наших руках. Нам больше не нужно измерять себя человеческими понятиями, но мы вынуждены это делать. Это и есть карма. Поэтому отбросьте её.

— Я не могу понять сложных вещей, мой король, но я хорошо подумаю над этим... сир.

— Оставьте меня. — приказал король Ио. — Я хочу послушать голос Йонаки Угуису.

— Мы уходим. — прошептала Ио.

Когда Кузаку поднял голову, Ио, Тонбе и Гоми уже уходили.

Ахиру не двигался с места. Йонаки Угуису по-прежнему стояла ждала.

Стук, стук, стук. Король топнул ногой по земле и приказал. — Сейчас же!

Кузаку взлетел вверх, как пуля, и сделал круговое движение.

Страааашно. Я чуть не обмочился .

Не понимая, что происходит, он посмотрел на Ахиру. Ахиру последовал за Кузаку и остальными, как будто тоже убегал. Его спина сгорбилась, правая рука сжимала левую грудь, оба глаза закатились, зубы были стиснуты, а лицо - как у дьявола.

Этот человек также, как и мы, не был полностью предан королю. Если уж на то пошло, он подавлял в себе чувство, «я убью его, клянусь, я убью его», и продалжал служить королю, потому что у него не было выбора.

— Хм, а в чём заключается наша работа? — спросил Кузаку Ио по дороге к лифту.

— В убийстве... — быстро ответила Ио. — …всех до единого людей в Парано. Или же привести их к королю и заставить поклясться в верности. Это долг вассала.

— ...Ах, да?

Просто может быть, подумал Кузаку , Ио притворяется, что служит королю, а на самом деле собирает товарищей. А потом, когда придёт время, она свергнет короля с его трона. Если свергним короля, то сможем открыть ту дверь. А что там за той дверью? Мы сможем вернуться в Гримгар? Неужели мы больше не сможем вернуться?

Но что ещё важнее, сначала я должен найти Харухиро и остальных. Но как насчет Шихору? Здесь слишком много проблем. В такие моменты мне действительно нужен Харухиро. Без Харухиро я ничего не смогу сделать.

Харухиро...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

8. Их Песня [честность]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Давным-давно жил-был певец-неудачник.

Однако у певца были сомнения на этот счет. А что, собственно, означает быть неудачником?

Гордый певец подумал, Мои песни - это не то, что можно продать. Нужно быть бедным душой, чтобы увидеть ценность вещей только в зависимости от того, делают они деньги или нет.

Песни - это искусство. А искусство - это стремление к красоте и её выражению. Красота в свою очередь - это то, что выходит за пределы мелкого личного интереса и вкуса, чтобы тронуть сердца людей. Чувство движения - само по себе красота.

Поскольку люди были тронуты песнями певца и чувствовали в них красоту, он получал предложения создать группу и проводить концерты.

Каждый раз, когда кто-то говорил, что собирается совершить убийство, и певца поднимали вверх, как золотого гуся, певец наклонял голову набок.

Это странно , подумал он. Деньги вообще не имеют значения, не так ли?

Если певец мог петь песни, от которых всё его тело трепетало, а душа становилась единой с аудиторией, этого было достаточно. Это лучше, чем секс с женщиной. Это было так невероятно удивительно, что никто из тех, кто не испытал этого, даже не мог себе представить.

Певец сочинял песни, пел их, очаровывал публику и получал огромную поддержку в определенных кругах. У певца были товарищи по группе, и поначалу его отношения с ними были хорошими, но постепенно они становились всё более напряженными. Это было потому, что всякий раз, когда кто-то приносил им предложение, которое принесло бы деньги певцу, он прогонял их прочь.

И певец, и его товарищи по группе сильно «потели» на работе, а затем использовали свое свободное время для тренировок и прилагали огромные усилия на концертах.

Разве это не хорошо? певец задумался. Пока он так поступал, ему не нужно было петь за деньги.

Однако его товарищи по группе были явно недовольны.

— Мы могли бы сделать это. — утверждали они. — Мы могли бы добиться успеха. Мы могли бы зарабатывать на жизнь своей музыкой.

Если бы они это сделали, им не пришлось бы работать, и они могли бы полностью посвятить себя музыке.

— А теперь послушайте. — предупредил певец своих товарищей по группе. — Если бы мы так поступили, то песни на наших выступлениях уже не были бы чистыми. Если мы используем их для заработка денег, то они ничем не отличаются от любого другого труда.

Несмотря на это, его товарищи по группе сказали. — Неважно. Мы зашли так далеко, как только могли, работая на рабочих местах. Ну же, давай сделаем это. Всё будет хорошо. Нам нужен только один толчок. Мы сможем сделать это.

Наконец певец сдался. — Ладно, согласен, но взамен я буду делать всё по-своему, как всегда. Вы ведь не против этого, правда?

— Прекрасно. — согласились все его товарищи по группе.

И вот певец сделал то, что хотел.

Когда дело доходило до песен, певец был искренен. Когда он писал их, то был не просто серьезен, а отчаянно серьезен. Он превращал в текст только то, что действительно счиатал и чувствовал, честно передавая их такими, какие они есть. Он был беспощаден, а порой и жесток.

Если уж быть честным, то даже женщину, которую он любил от всего сердца, он не мог назвать просто красивой. Иногда, после того как они занимались любовью и она впадала в неряшливый сон, громко храпя, он вдруг чувствовал, что ненавидит её.

Иногда ему хотелось сказать, «Как ты можешь кормить меня этими отвратительными помоями?» А по ночам он мастурбировал, думая о другой женщине.

Ох, но в этот момент больше всех, больше всего на свете я люблю её! Выкрикнуть это вслух, без всякого стыда, было бы честностью. Я не знаю, что будет завтра. Может быть, когда-нибудь я и выброшу тебя, как мешок мусора, но сейчас я люблю тебя.

Когда речь заходила о его товарищах по группе, певец тоже ничего не скрывал.

— Вы отстой. Просто уйдите. Почему вы не можете сделать все правильно? Идите и переделывайте свою жизнь несколько раз. Вы мне нравитесь, ребята, но прямо сейчас я хочу убить всех вас. Я имею в виду, что вы потеряли свой дух. Вы совсем не серьезны. Я ведь прав, не так ли?

И певец иногда кричал на них.

— Не в деньгах сила! Мы не играем музыку за деньги, чёрт побери! Я заработал немного, нет,скорее много, и скажу, что это нормально, если деньги приходят, но не ставьте деньги на первый план. Если нам нужны деньги, и мы делаем это только ради денег, то с этим покончено. Это уже не музыка. Ценность его пения или звучания равна нулю. Нулю! Почему бы вам не взять это? Мы были вместе всё это время, так, когда же вы все стали такими отбросами? Если бы мне пришлось выбирать между вами и кучей блевотины, я бы выбрал блевотину. Куча мух, роящихся вокруг кучи дерьма, была бы лучше, чем все вы сейчас. Теперь я не могу любить никого из вас. Я хочу, чтобы вы все просто умерли, серьезно.

Сказав, « Я больше не могу этого терпеть », один из участников группы ушел, затем другой, пока в конце концов певец не остался один.

С одним только певцом больше не существовало никакой группы. Несмотря на это, певец по-прежнему называл себя группой, искренне вкладывая свою жизнь в написанные им песни, наполняя их всем своим сердцем.

Он пел о любви и ненависти, справедливости и несправедливости, искусственности морали, противоречиях мира, правде и лжи, свободе. Он делал всё это без страха, глядя людям в лицо.

— Вы знаете, все говорят, что я им нравлюсь. — обратился певец к толпе. — Но почему, черт возьми? Что же во мне такого замечательного? Что я могу петь? Что я пишу стихи, которые резонируют с вами? Вы чувствуете, что я говорю за вас? Или это потому, что быть таким человеком, который любит меня, заставляет вас чувствовать себя особенным? Что бы это ни было, я пою не поэтому. Я пою только для себя. Это мои чувства, а не ваши. Мы же совершенно разные люди. У нас почти нет ничего общего, ясно? Когда вы говорите так, будто понимаете меня или что-то в этом роде, что это значит? Я имею в виду, что не понимаю никого из вас, ясно? Понять людей не так-то просто, не так ли? Неужели вы все настолько серьезны? Я не могу обещать ничего, кроме того, что никогда не солгу вам. Как вы все к этому относитесь?

Были и такие, кто видел в певце жертву меркантильности, мученика искусства, и прощали его.

Другие осуждали его, говоря, что он был ребенком, чей эгоизм стал слишком большим, незрелым, подражающим революционеру, и клоуном, который неправильно понимал вещи.

Другие же говорили, что певец считал себя трагическим гением, но неспособность приспособиться к миру в основном свидетельствовала о недостатке таланта, и, хотя, возможно, он написал несколько хороших песен, они с холодным смехом предсказывали, что он исчезнет, скоро будет забыт.

— Ладно, пусть говорят, что хотят. — пренебрежительно сказал певец, отстреливаясь от критиков в своих песнях.

Око за око, и зуб за зуб.

Если они не были готовы к тому, чтобы их ударили, им вообще не следовало поднимать кулаки. Они думали, что бросают в него камни издалека, но певец не был каким-то пугалом, способным стоять на месте. Он мог бы подойти к ним и бросить в ответ камни.

«Если кто-то ударяет тебя, ты сразу же ударяешь в ответ », таков был девиз певца. Он не сдерживал своих мыслей. Он облекал их в слова и обострял их.

Когда слова певца становились острыми как лезвия, он не мог не ранить людей. Однако, говоря о таких вещах, как бы невзначай, временами они могут дойти до самого сердца. Вот что значит быть человеком. Никто не может жить без того, чтобы не пострадать или не причинить боль другим.

Разве это не прекрасно, что даже когда наши тела и сердца покрыты ранами, истекая кровью, и мы почти умираем от потери крови, мы все равно движемся вперёд, всегда вперед?

Если кто-то не хочет, чтобы ему причинили боль, он должен повеситься и просто сдохнуть. Тогда они больше никогда не пострадают. Мы всё равно когда-нибудь умрём, так что сегодня или завтра - плевать.

Как они посмели взять и умереть вот так! Кто-то может рассердиться. Почему они должны были умереть? Кто-то может быть опечален. Но мёртвые никогда этого не узнают.

Если это больно, если это невыносимо, и они не могут этого больше вынести, они должны просто убежать. Даже если люди попытаются остановить их, ничто не остановит человека, искренне стремящегося покончить с собственной жизнью. Спасение, известная как наша собственная смерть, всегда находится рядом с нами, и это вполне реалистичный вариант.

Некоторые люди говорят, что это тяжкий грех, но даже если бы вы возложили тяжесть этого греха на могилу умершего, только живые могли бы испытывать от него отвращение, а мертвые ничего бы не почувствовали. Это потому, что мертвых больше нет.

Певец ни разу не сказал, «Не критикуйте меня, не бейте, не пинайте, не бросайте в меня камни».

— Делайте, что хотите. Говорите, что хотите. Ударьте меня, если хотите. Вы можете укусить меня, а если захотите раскроить мне голову камнем, сделайте это. Но я тоже буду делать то, что хочу, и не собираюсь терпеть это спокойно. Давайте сделаем друг из друга кровавое месиво. Всё нормально. Мы ведь будем квиты, верно?

Один за другим люди уходили от певца и его группы из одного человека.

Один человек как-то сказал.

— Я больше не могу этого выносить. Ты очень утомляешь меня своим присутствием.

В конце концов, ты просто эгоистичен, говорили некоторые, оскорбляя певца.

— Да, я эгоист. Ну и что с того?

— Не будь таким дерзким. Вот почему ты всегда будешь ребенком, неспособным измениться. Ты не вырастешь как личность. Почему бы тебе не попробовать подумать о других? Повзрослей уже. Ты ведь не можешь, правда? В конце концов, ты просто глупый ребёнок. Держу пари, ты думаешь, что это круто - так себя вести. Что ж, ты ошибаешься.

Этот человек кричал до тех пор, пока у него не покраснело лицо, а потом ушёл прочь и больше не возвращался.

Там был кто-то, кто заявил. — С тобой всё кончено. — а затем также повернулся спиной к певцу. — Откровенно говоря, все так думают, а ты единственный, кто этого не понимает.

Певец был озадачен. Он сочинял свои песни с искренностью, пел от всего сердца, так же, как и всегда. Певец ничуть не изменился. Несмотря на это, его товарищи по группе начали говорить, «Мы справимся, мы будем хитом», мечтая, запятнанные жадностью. Люди пели ему дифирамбы, и все они начинали радоваться этому сами по себе. В конце концов они начали жаловаться и осыпать его оскорблениями, говоря, что они были неправы в отношении него, или что это не должно было быть так. Они говорили, что могут взять только так много, а потом в конце концов покинули певца.

Певец любил многих женщин, но все они были одинаковы.

Сначала каждая женщина говорила что-то вроде, « Это судьба », или « Я никогда не расстанусь с тобой, несмотря ни на что », или « Я хочу быть вместе с тобой до самой смерти », а бывало « Пожалуйста, никогда не бросай меня ». Но в конце концов они начинали жаловаться, говоря, «Ты не знаешь, что такое доброта», или «Ты сошел с катушек», или «Ты неудачник», «Ты неполноценный», «Ты психически ненормальный». В конце концов они скажут, «Верни мне моё время, потраченное на тебя», и «Ты ничего не стоишь и ничем не отличаешься от сутенера. Когда он пинал их в гневе, они говорили, что он их ранил, или у них пошла кровь из носа, или он вывихнул им кости. Некоторые даже требовали денег на компенсацию.

Там был только один человек.

Она отличалась от них всех.

В тот день, когда он встретил её, она сказала певцу. — Мне не нравятся твои песни. Все твои песни - как сила. Им не хватает деликатности. Как будто ты опьянен собой. Они импровизированные и одноразовые. Только хороши в данный момент, без капли универсальности. Ты говоришь, что твои песни - это искусство, но я не думаю, что ты можешь быть более тщеславен. То, что ты делаешь, похоже на мастурбацию перед людьми, а затем говоришь, «Посмотрите на меня, нагло дрочащего на публике, разве я не потрясающий?».

Певец, конечно же, пришел в ярость. Тем не менее, это было правдой, что певец сосредоточился на одноразовой сущности данного момента, и вместо того, чтобы уточнять то, что он говорил с мастерством, он выражал вещи так, как они были на самом деле. Кроме того, он в основном играл на своем собственном роге, говоря, «Если я захочу помастурбировать, я сделаю это на глазах у людей. Я же такой честный. Вот как действует соглашения. Я же потрясающий, да?» Она была на верном пути. Было бы неправильно злиться на неё за правду.

— Возможно, ты и права. Но меня это бесит. — сказал ей певец.

— Это очень культурное отношение, и я нахожу это более приятным, чем твои песни.

— Я не знаю, о чём ты говоришь, но я хочу трахнуть тебя прямо сейчас. Ты не против?

— Мне нравится ход твоих мыслей. Я хочу заниматься диким сексом снова и снова, а потом я буду внимательно наблюдать за тобой. Вообще это в моём стиле.

— Ладно, давай сделаем это.

Таким образом, занавес над их отношениями поднялся. Они часто спорили, но певец ни разу не поднял на неё руку. Это было потому, что она сказала ему, «В тот момент, когда ты станешь жестоким, я тебя возненавижу и разорву отношения без всяких споров». Она ясно сказала это заранее, так что певец не сомневался, что она это сделает.

Она была очень честным человеком. Когда он был с ней, это заставляло певца кое-что понимать. Он не был честен, он напрягал себя, чтобы попытаться быть таким же.

Чтобы продемонстрировать собственную искренность, певцу пришлось усыпить других людей. Вы лжецы, живущие жизнью, полной обмана, но я другой, совершенно другой. Я честен, чист и прекрасен.

А она была совсем не такой. Она была просто честной, просто сама собой.

Певец носил табличку с надписью «Честность», одевался в одежду цвета искренности и постоянно повторял, «Я честный человек, стараюсь, чтобы меня признали самым честным человеком в мире».

Что бы там ни думали о ней люди, она, казалось, не испытывала никаких чувств. Она казалась незаметной, её невозможно было понять, но в то же время он чувствовал, что она никогда не лгала ему.

Певец верил, что честность - это праведность. Он считал, что нужно быть честным, потому что это правильно, и именно поэтому он должен быть честным.

Ее нисколько не волновала праведность. Она была просто честна. Даже если она ходила в одежде, в её случае это ничем не отличалось от того, как если бы она была голой. Певец нашел её красивой, и когда он сказал ей об этом, она непонимающе посмотрела на него.

Иногда она даже подпевала ему. Поскольку она была так хороша, он спросил, не учил ли её кто-нибудь. Оказалось, что её мать была певицей, в детские годы она росла, слушая её колыбельные песни. Она не писала песен, поэтому, когда она пела, это были песни её матери, или песни, которые были популярны. Однако, когда она пела их, все они резонировали, как будто были частью неё.

Певец впал в депрессию.

— Когда я слышу, как ты поешь, мне кажется, что мое сердце разрывается на части. Талант - это жестокая вещь. Должно быть, я чувствовал, что в моих песнях чего-то не хватает, и мне нужно было что-то с этим делать. Поэтому я написал стихи, которые больше никто не мог написать. Я хотел быть особенным. И всё ради этого. Если бы у меня был талант, я мог бы делать любые песни частью себя, просто спев их. Но я не могу.

Когда он сказал это, у неё на лице появилось загадочное выражение, и она сказала ему. — Если ты собираешься так разочароваться, почему бы тебе просто не перестать петь?

Однако если бы он бросил петь, певец остался бы без работы, его минимальный доход был бы сведен на нет, и когда кто-то спросит его, «Кто ты?». Он больше не сможет сказать, «Я тот, чем я занимаюсь». Если он потеряет своё место певца, что будет с этим певцом?

Он боялся больше не быть певцом. Певец честно раскрылся и открыл ей эти чувства.

— Если ты потеряешь его, то какое-то время тебе будет тяжело, но ты, возможно, удивишься, обнаружив, что с ним всё в порядке. — сказала она так, словно это не имело большого значения.

— А ещё я боюсь потерять тебя.

— Почему ты боишься потерять меня?

— Я имею в виду, что не вижу причин твоего желания остаться со мной, если я прекращу быть певцом.

— Мне всё равно, певец ты или нет. Во-первых, мне никогда не нравились твои песни. Разве я не говорила тебе об этом в самом начале?

Певец рассмеялся над тем, как глупо это было. Довольно скоро он заплакал. Он решил прекратить петь. Затем он сказал ей. — Почему бы нам не отправиться в путешествие? Давай уедем куда-нибудь подальше.

— Давай. — немедленно ответила она, но тут же нехарактерно для себя добавила условие. — Если мы больше сюда не вернёмся, то давай отправимся в путешествие. Прямо сейчас.

Когда их чемоданы были упакованы, они ушли, держась за руки. В голове не было никакой цели. Они шли туда, куда глаза глядели, а когда им не хотелось идти дальше, они оставались там. Никто не мог им приказывать. Даже если кто-то пытался сказать им, что делать, они попросту не слушали.

Они решили, что будут смотреть только на то, что хотят, с широко открытыми глазами, и, если есть вещи, которые они не хотят видеть, они пройдут мимо них.

Будь то в поле с травой, влажной от утреннего тумана, или ночью, когда отражение луны сияло в озере, она пела, когда ей хотелось. Путешественник, который уже не был певцом, с обожанием слушал её песни.

В тот день, когда упало много звезд, она спросила. — Нашему путешествию когда-нибудь придет конец, не так ли?

— Даже если путешествие закончится, несмотря не на что, я все равно буду рядом с тобой.

— Но в конце концов и ты, и я умрем.

— Но мы пока что ещё живы.

— Но это лишь вопрос времени. Ты хочешь уйти до меня или после?

— Я никогда не хочу, чтобы ты умирала.

— Ну, тогда значит ты умрёшь первым. Я провожу тебя, а после умру в одиночестве.

— Такого исхода я тоже не хочу.

— И я тоже, знаешь ли.

« Мы все равно должны когда-нибудь умереть », сказала про себя она со смирением. Путешественник любил её больше всего на свете, но теперь она была ему безумно дорога и незаменима. И тогда он понял, что то, что видела она, и то, что видел он сам, было похоже, но отличалось. Всё из-за того, что для путешественника он был так взволнован, что путешествие, казалось, не имело конца. Однако она ни разу не отводила глаз от истины, что всякое путешествие должно когда-нибудь закончиться. Словно песчинки, оседающие в песочных часах, их время, оставшееся вместе, истекало. Замедлить эту скорость было невозможно. Более того, они никак не могли знать, когда упадёт их последняя песчинка.

Под небом падающих звезд путешественник крепко обнял её и помолился Богу, «Боже, прошу, позволь мне быть с ней вечно. Даже если нам суждено быть разделенными смертью, не отрывай её от меня, несмотря ни на что».

«Охх, я...», путешественник задумался. Он не хотел говорить «счастлив». Если бы он считал себя счастливее всех, то в этот самый момент у него не было бы иного выбора, кроме как остановить время, покончив со своей жизнью. Он убьет её, а потом и себя. Он не хотел этого делать, но у него не было выбора.

— Эй, я хочу посмотреть на море. — сказала она.

— Звучит неплохо. Давай пойдем к морю.

Даже если путешествие закончится, они оба ещё живы. Если бы она захотела, то путешественник отвёз бы её куда угодно.

По дороге к морю она без всякого энтузиазма заговорила о своём прошлом.

— У меня была старшая сестра. На шесть лет старше меня. Она была очень хорошенькой. Когда мне было девять лет, она заболела и умерла. Всё изменилось. Хотя та, чья жизнь оборвалась, принадлежала моей сестре, а не мне. После смерти моей сестренки моя жизнь изменилась.

— Ты когда-нибудь думала о таких вещах, как, «Жаль, что я не могу показать это море своей сестре»?

— Ни в малейшей степени. Болезнь, из-за которой моя сестра умерла, была ужасной. Она очень страдала. Вот почему однажды, когда она больше не могла этого выносить, она сказала мне, «У тебя это здорово получается, да? У тебя нет настоящей боли, и ты можешь продолжать жить. Очень, очень долго. Ты сможешь столько сделать. Я завидую тебе больше, чем ты можешь себе представить». Моя сестра плакала. Это было очень трогательно, но в тот момент я ненавидела свою сестру. Я имею в виду, что это была не моя вина, что она заболела. Я хотела сказать, «Не вымещай на мне свою злость», но сдержалась. Она всё равно скоро умрёт, и мне стало её жаль.

— Держу пари, твоя сестра сожалела об этом.

— Да. «Не волнуйся», сказала я ей. «Я ещё не собираюсь умирать, так что всё будет хорошо. Ты можешь говорить еще более ужасные вещи.» Но после этого моя сестра больше никогда не жаловалась, а после умерла.

Они вдвоем провели несколько дней на берегу моря. Подумав об этом позже, они не должны были быть там. Они должны были немедленно уехать. Однако пребывание на одном месте несколько дней, а то и дольше, если им этого хотелось, не было для них чем-то необычным. Как всегда, они держали там свои крылья, пока не решили, куда идти дальше.

Утро было туманное. В таком густом тумане, что они не могли разглядеть собственных ног, они вдвоем впервые столкнулись с таким.

Прежде чем он подумал, что это может быть опасно, любопытство взяло верх. Они вдвоем отправились на побережье. Туман был такой густой, что они могли потерять из виду кончики своих пальцев, выставив перед собой руку. Почти полностью полагаясь на звук, они подошли как можно ближе к берегу, держась, разумеется, за руки.

Несмотря на то, что они держались за руки, он почувствовал, что они могут разойтись, и путешественнику стало не по себе. Чем дольше они были вместе, тем меньше ему хотелось расставаться. Однако поскольку они не расстались, он ничего не мог поделать. Он чувствовал, что сходит с ума от разочарования, но в то же время он был неудовлетворен, и чувство, что он не был счастлив, удовлетворило путешественника.

Она не произнесла ни слова. Путешественник тоже шёл молча.

Но что же это за туман такой? Не было бы ничего странного, если бы сейчас выглянуло солнце, но он не видел никаких признаков лучей солнца. До недавнего времени волны иногда мочили их ботинки, но теперь это было странно. Он всё шёл и шёл по направлению к морю, но шум волн всё удалялся.

Как и прежде, она ничего не сказала. Внезапно путешественнику захотелось услышать, как она поёт.

Он уже собирался попросить её спеть, как вдруг она сказала. — Эй, а где мы?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

9. Жизнь Полна Ловушек [Рип_Ван_Винкль]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Если бы ему не сказали, что здесь когда-то был город, Харухиро никогда бы этого не заметил.

Все Руины № 7 находились в низкой впадине, и они могли наблюдать за всем этим с самого края.

Проще говоря, это была яма, полная дыр. Более того, эти дыры были неописуемой формы.

Нет, может быть, они и не были неописуемыми. Это были какие-то искривленные круглые дыры, но, увидев их так близко друг к другу в земле, он почувствовал невыносимо неприятное ощущение. От этого у него мурашки побежали по телу, и ему захотелось отвернуться. Эта внутренняя ненависть к ним никогда не ослабевала.

Харухиро не был поклонником ульев, но это было намного хуже, чем соты улья.

Алиса стояла рядом с Харухиро, глядя на яму, полную дыр, и казалась совершенно невозмутимой. Кажется, что это не заставило Алису почувствовать что-то особенное.

Я не могу быть совместим ни с кем, кто согласен с этим , подумал Харухиро. Я не могу представить, что мы когда-нибудь поймем друг друга, но, когда я приближаюсь к Алисе, я могу перестать быть собой и стать нами. Или, скорее, я просто делаю это. Могу ли я контролировать, стану ли я самим собой или нет?

Он не мог бы сказать наверняка, не проверив это, но это было явно вызвано магией Харухиро, Резонансом. По-видимому, это была исключительно редкая разновидность магии, и Харухиро же был первым случаем, когда Алиса увидела такую магию. Из-за этого они ещё много чего не знали.

Здесь должны были быть какие-то тайные или, по крайней мере, неизвестные элементы Резонанса. Например, может быть, оно не просто усиливало чужую магию, но и позволяло ему проникать в их сердца. Или заставляло его сочувствовать им.

Он еще ни словом не обмолвился об этом с Алисой. Он рассудил, что лучше не говорить ничего неопределенного, и каким-то образом убедил себя, что будет действовать именно так, но на самом деле было бы просто неловко говорить об этом. Например, любой бы возненавидел то, что он делает, верно?

Намеренно или нет, но Харухиро заглянул в сердце Алисы. Если бы у него был выбор, он бы этого не захотел. Но Алиса видела в Резонансе Харухиро нечто вроде усилителя энергии. Тот, на котором было написано имя Алиса Си, и который можно было использовать в любое время.

Более того, несмотря на то, что это был предмет, он активировался автоматически, и когда Алиса захотела его получить, предмет отвечал «я буду прямо там», и приходил сам по себе.

Удобный.

Если бы у него был выбор какую разновидность магии выбрать, то он захотел бы нечто подобное как у Алисы.

Однако хорошее и плохое-это две стороны одной медали, и, вероятно, неудивительно, что у удобного предмета есть недостатки.

Обычно, когда вы принимаете лекарство, вы делаете это, осознавая последствия и побочные эффекты. Независимо от того, будет ли то, что он сказал, неопределенным или нет, Харухиро, вероятно, должен был открыться Алисе об этом.

Должен ли я это сказать? Как я должен это сказать? Может быть, мне все-таки не стоит этого делать? Нет, я должен это сделать, верно?

Пока он все еще мучился над этим, они уже подошли к Руинам № 7.

— Алиса. — начал Харухиро.

— Заткнись.

Я имею в виду, что именно такой ответ я получаю после всего пережитого вместе? Он был очень расстроен . Я решил, «Хорошо, я скажу это», и, конечно же, так происходит. Мы просто не ладим друг с другом. Это не вопрос симпатии или антипатии. Я думаю, что мы плохо подходим друг другу. Мы уже некоторое время вместе, но это просто неправильно. Может быть, мне стоит просто стать нами. Удержав её крепче, активирую Резонанс и посмотрю, что произойдет. Неужели я так внезапно обниму Алису? Это не сработает. Она моментом меня оттолкнёт, а потом ещё и изобьёт.

У меня есть много других вещей, которые я хочу сказать. Так же, как я хочу искать своих товарищей, а точнее найти их, и увидеть их лица. Я повторяю это время от времени, но Алиса либо напрямую игнорирует, либо отмахивается от меня со словами, «Отложим это на потом». Алиса действительно хорошо умеет создавать впечатление, что разговоры с ней ни к чему хорошему не приведут.

За Руинами № 7 простирался лес, который был краснее красного. Это был не красный-прекрасный, а был слегка с жёлтым оттенком. Это был яркий цвет, но слишком яркий, и в нем была какая-то глубина. Руины № 7 находились достаточно близко к Багряному Лесу, чтобы он мог видеть их отсюда.

По словам Алисы, королевский замок в центре Багряного Леса представлял собой Руины № 1 или что-то в этом роде. Могло показаться, что Руины № 1 и № 7 находятся совсем рядом, но это было не так. Багряный Лес вокруг Руин № 1 был просто невероятно огромен.

Багряный Лес кишел монстрами настолько сильными, что даже Алиса, усилинная Резонансом Харухиро, не могла победить их.

Они не могли добраться до королевского замка, не пересекая леса, но пройти через лес было невероятно трудно. На самом деле, было бы справедливо сказать, что попросту невозможно. По крайней мере, для Харухиро и Алисы, какими они были сейчас.

— Этот лес, он ведь не всегда был там, верно? — сказал Харухиро. — Это не сами руины...

В Парано, за исключением Железной Башни Небес, Долины Мирских Желаний, реки Санзу* и семи Руин, все находилось в постоянном движении и менялось без вмешательства человека.

Хотя Алиса и не смотрела в сторону Харухиро, на этот раз он получил ответ.

— Ага, — ответила Алиса. — когда я бежала из замка, он был намного меньше.

— Так вот как тебе удалось выбраться из леса?

— Я пошла на это только потому, что был шанс на успех. Багряный Лес был создан спящим человеком. Спящий человек всё ещё спит где-то в лесу и видит сны.

— Тогда, если мы найдем его и разбудим...

— Искать парня, чьего лица я не знаю? В этом лесу? Не сходи с ума.

— Полагаю, мы не сможем добраться до замка, не пройдя кратчайшим путем, я прав?

— Ну, если бы твой Резонанс был более впечатляющим, я, возможно, смогла бы пробить себе дорогу грубой силой.

— Жалуясь на него, это мне не поможет...

— Они выходят.

— А?

— Смотри.

Харухиро посмотрел в ту сторону, куда указала Алиса.

Там, да?

Он увидел, как что-то вышло из одной из сотен дыр. Оно было довольно далеко, так что он не мог его разглядеть. Хотя, скорее всего, это был человек.

Алиса схватила Харухиро за голову и заставила его присесть. — Спрячься.

— Если бы ты просто сказала мне об этом...

— Заткнись. Слишком раздражаешь.

Они оба присели на корточки, наблюдая за тем, что будет делать человек, вышедший из дыры.

— Я всё это время знала, что эти Руины № 7... Гнездо Радужного Крота* было связано с замком этого куска дерьма.

— Радужного... Крота?

— Так же, как и со спящим человеком, я с ним не встречалась. Он живет здесь дольше, чем я. Я слышала, что Радужный Крот вырыл все эти норы.

— Тут и такие бывают?

— Были и другие, ещё до того, как этот кусок дерьма начал подгребать по себя всех подряд и убивать ему неугодных. Оставшиеся стали его вассалами, как Ахиру, Спящий человек или Радужный Крот. Там было много людей, которые были растоптаны, после чего ставшие тенями.

— Тени?

— Если ты просто присмотришься, то увидишь.

Это всё, что сказала Алиса, прежде чем замолчать.

Человек, вышедший из ямы, шел по узкой тропинке между ямами. Хотя она была узкой, но всё же достаточно широкой, чтобы двое взрослых могли пройти мимо друг друга.

Было ещё слишком рано, чтобы разглядеть что-то отчетливо, но, судя по цвету плаща, это должен был быть Ахиру. Ахиру воспользовался потайным ходом в Гнезде Радужного Крота, чтобы добраться до замка для встречи с королем, и теперь он возвращался.

— Ты ведь встретишь его, верно? — спросил Харухиро.

Алиса не ответила. С этим он ничего не мог поделать, поэтому проследил взглядом за Ахиру. Они взяли на себя труд заставить Ахиру шпионить для них, так что же именно Ахиру здесь делает? Он хотел бы получить более подробные объяснения.

— Ты могла бы доверять мне чуть больше...

— Да, это тень. — сказала Алиса и добавила — Я так и знала.

Тень? Где же?

— Ах...! — Харухиро моргнул.

Может быть, всё дело в этом?

Чёрная фигура появилась из той же дыры, из которой вышел Ахиру. Она была похожа на тень. Но в Парано не было солнца, поэтому ничто не отбрасывало то, что можно было бы назвать тенью.

Погоди, а что вообще отбрасывало эту тень? Тени создавались тогда, когда свет был заблокирован, и область была затемнена. Тень не могла существовать сама по себе.

Нет, Алиса только что говорила, что Парано - это место, где происходят вещи, даже если они невозможны. А также то, что было много людей, которые были растоптаны королем и стали тенями.

Тень, казалось, следовала за Ахиру, но, возможно, из-за того, что она держалась на разумном расстоянии, Ахиру уже давно перестал оглядываться назад.

Неужели он не заметил этой тени или только притворялся, что не заметил?

— А что это за тень? — спросил Харухиро.

— Они и есть настоящие шпионы. Не то чтобы у них был интеллект. У них не так уж много свободы действия... Наверно, это можно как-то назвать независимостью. Они патрулируют вокруг замка, следят за вассалами и следят за ними таким методом.

— Поэтому ожидала их слежки?

— Не всегда. Собственно говоря, в Руинах № 5 не было никаких теней.

— Возможно... ты не проверяла статуи, а искала тени?

— Зачем мне понадобилось проверять какие-то жалкие статуи, сделанные Ахиру?

— Нет, мне это просто показалось странным...

— Я не смогла бы поговорить с Ахиру, если бы за ним следовали тени.

— А как насчет того, чтобы их убрать?

— Я имею в виду, что они - тени. Я не знаю, как их убить. Я думаю, теоретически, если посветить на них ярким светом, это могло бы помочь, но где мы найдем такой свет? Даже если бы у нас было нечто подобное, большинство теней - это люди, которые закончили так, потому что бросили вызов этому куску дерьма.

— Тогда лучше их не стирать.

— Ты ведь и сам можешь стать тенью, понимаешь?

— То же самое касается и тебя, Алиса.

— Этот говнюк хочет заставить меня подчиниться ему. Он не превратит меня просто в тень, не поговорив предварительно. Это открывает передо мной новые возможности.

Алиса встала. Похоже, план состоял в том, чтобы уйти отсюда. Куда же теперь?

Даже если ему все это надоело, у Харухиро не было другого выбора, кроме как последовать за ней. В конце концов, его магия - это Резонанс. С помощью неё он даже не сможет защитить себя в одиночку.

Филия черпала силу из предметов. Нарси усиливала собственную силу.

А что такое Доппель? Если он помнил, Алиса говорила что-то о тех, у кого низкая самооценка, которые могут сотворить двойников.

Нарси должна была быть полной противоположностью этому.

Для Филии зависимость от объекта могла быть ключевой. Алиса говорила что-то о ментальной позиции человека, о его склонности к магии, которая также влияет на человека.

Так, а что же такое Резонанс?

Он ничего не сможет сделать в одиночку. И он мог посочувствовать другим.

Ну, это было не столько то, что он мог, сколько то, что это просто случалось. Когда она активировалась, он сам становился этим человеком.

Думая об этом, разве это не совсем то, кто я есть на самом деле...?

Алиса уже ушла.

Харухиро почувствовал слабость и даже не смог встать.

Нет ничего, что я мог бы назвать своим собственным «Я». Я не могу этого отрицать... Я так думаю.

Если отобрать его товарищей у Харухиро, что останется? У него почти не было таких желаний, как « Я хочу выбраться из Парано » или « Я хочу вернуться в Гримгар ».

Его товарищи, его товарищи... всё было связано с его товарищами. Но если бы вы спросили его, не нравится ли ему это в нём самом...

Нет? Но я не думаю, что это так.

Сказав такое, он сам не знал ответа. Он не мог придумать ни одной вещи, без которой не мог бы обойтись.

Разве это не идеально подходит?

Резонанс.

А что мне ещё оставалось?

Кроме того, было ли что-то особенно ценное в этом «Я»? Если бы вы спросили об этом многих людей, они могли бы сказать, « Нет, так и должно быть ».

Харухиро мог только сказать, «Может быть, ты и прав. Может быть, это и правда для тебя. Но я уверен, что именно ты - главный персонаж этой истории».

Ну, если бы вы смотрели на жизнь как на своего рода пьесу, естественно, вы сами были бы главным героем в ней, но не все хотят стоять в центре сцены. Харухиро, честно говоря, вообще не хотел подниматься на сцену. Ему было хорошо находиться в зале. Если есть какая-то причина, по которой ему нельзя этого делать, он предпочел бы находиться за кулисами.

Теперь, если бы вы спросили, не восхищался ли он какими-либо героями, было бы неправдой сказать, что он ничего подобного не чувствовал. И всё же, даже если бы ему дали какую-то особую силу, и вы спросили бы, что он собирается с ней делать, у него не было бы ответа.

Создавать своими руками новый образ жизни, самореализовываться - это было ему не очень интересно.

Не то чтобы ему не хватало жадности. Этого у него было. Просто он не был особенно жадным. Возможно, было бы справедливо сказать, что он не мог стать жадным. Он явно не был тем, кого можно было бы назвать человеком с глубокой кармой, на самом деле он был довольно поверхностным. Скорее всего, даже если вы проникнете в глубины личности Харухиро, вы не найдете там ничего необычного.

Он тяжело вздохнул. Он не был разочарован. Это было меньше от, «Всё хорошо, как сейчас», и больше от, «Тут ничего не поделаешь». Возможно, это было что-то близкое к вызывающему приятию.

Когда он уже собирался погнаться за Алисой, из норы показалось что-то смутно напоминающее человека. Это была та же самая дыра, из которой вышел Ахиру.

— Алиса, там еще кто-то... — начал он.

Они ведь не одни? Их там несколько. Два, три-четыре человека, да?

Было очень неприятно, что из-за такого расстояния их трудно было разглядеть.

В конце концов Алиса вернулась, «Они тоже вассалы этого куска дерьма, да?»

— Ты их знаешь?

— Они вышли из той же дыры, что и Ахиру. А кем еще они могут быть? Руководителем группы является та... что похожа на женщину. Остальные - мужики. Один толстяк, два высоких парня... Ох. Оттуда тоже появилась тень. За ними следят.

— Это Кузаку.

— А?

— Кузаку!

Харухиро чуть было не бросился бежать. Если бы Алиса не удержала его, он бы точно побежал.

— Эй ты, дуралей! — крикнула Алиса.

— Это Кузаку! Тот парень, что шёл позади. Это Кузаку! Я никогда не мог ошибиться в нем. Он в порядке!

— Успокойся, черт тебя дери. А кто остальные трое?

— Остальные... — Харухиро покачал головой.

Черт. Алиса была права. Ему нужно было успокоиться.

— Ну, не знаю... или, по крайней мере, мне так кажется, я не думаю, что они мои товарищи.

— В таком случае, Кузаку, не так ли? Этот твой товарищ, возможно, был связан с остальными тремя и стал одним из вассалов этого куска дерьма. Если он собирается выжить в Парано, то это правильный выбор. Но только не для меня.

— Если я поговорю с ним, Кузаку присоединится к нам.

— Даже если ты это сделаешь, ничего хорошего из этого не выйдет. Тени наблюдают за нами.

— Если мы подождем, пока тени исчезнут... мы последуем за ними, убедившись, что тени нас не заметят...

— Если ты хочешь это сделать, то делай это в одиночку. Я отправляюсь в Железную Башню Небес. Я договорилась встретиться там с Ахиру.

— Да...? Железная Башня Небес? Что? Я ничего об этом не слышал.

— Потому что я этого не говорила. Если ты слушал, когда я разговаривал с Ахиру, то должен был догадаться и без меня.

Из-за того, что он оставил все Алисе, он терял концентрацию. Не то чтобы раньше ему не хватало самостоятельности, но сейчас он даже не думал своей головой. Он не принимал никаких решений.

Потому что он был лидером, и потому что его товарищи полагались на него, он смог сделать все возможное в Гримгаре. Теперь все было по-другому. Он не был лидером, вообще никем.

В сущности, Харухиро уже почти потерял всякую надежду на то, что его товарищи выживут.

Но тут показался Кузаку.

Он выжил.

— Кузаку и другие люди появились сразу после Ахиру. — сказал Харухиро. — Ахиру может что-то знать о них.

— Вполне возможно. Впрочем, никаких гарантий.

— Всё порядке. Я тоже пойду в Железную Башню Небес.

Прежде чем отправиться в путь, Харухиро выжег образ Кузаку в своих глазах, а затем ударил себя по щекам.

Он снова воспрянул духом. Ему не нравились споры о том, что все сводится к тому, чтобы иметь позитивный настрой, и он не любил делать подобные вещи слишком часто, но иногда это было нормально.

Сначала они встретятся с Ахиру. Он хотел выяснить, кто эти люди с Кузаку. Оттуда он придумает, как снова встретиться с Кузаку. Очевидно, он найдет Мерри, Шихору, Сетору и Киити тоже. На данный момент он понятия не имел, где находится кто-то ещё, кроме Кузаку, но он будет работать, исходя из предположения, что все они должны быть живы.

Он не собирался полагаться на Алису. Он бы использовал Алису. Алиса использовала бы Резонанс Харухиро, так что это было справедливо. А потом, чего бы это ни стоило, они все вернутся в Гримгар.

Харухиро покинул Руины № 7, даже не оглянувшись.

За горизонтом слабая вертикальная линия разделяла небо в горошек пополам. Это была Железная Башня Небес.

Это Парано, так что он часто сталкивался с бессмысленной местностью, но если он будет смотреть на Железную Башню Небес, то никогда не заблудится. Благодаря маске он был в полном порядке, даже когда дули сладкие ветра. Если бы ты только знал, как это делается, то смог бы выжить даже в таком месте, как это. Однако он не собирался оставаться здесь навсегда. Он хотел продолжать цепляться за это чувство. Было важно приспособиться к окружающей среде, но он не мог позволить себе привыкнуть к жизни в Парано. Это не было тем, чему он принадлежал. Он вовсе не собирался здесь жить.

Мы вернемся домой. В Гримгар.

— Ты не хочешь вернуться в свой родной мир, Алиса? — спросил он.

Всё это время ему было трудно молчать, поэтому он время от времени пытался заговорить с Алисой. Большую часть времени его игнорировали, но когда он получал ответ, то чувствовал себя странно хорошо.

— Не совсем.

— Не можешь оставить своего друга здесь?

— Я не была так уж близка с Нуи.

— Ты не можешь быть счастлива, прожив здесь всю оставшуюся жизнь.

— Хотя я сомневаюсь, что это когда-нибудь закончится.

Железная Башня Небес представляла собой вертикальную линию, такую же, как и прежде. Казалось, что они совсем не приближаются друг к другу.

Это просто нереально , подумал Харухиро. Но сейчас уже немного поздно поднимать этот вопрос. Неужели всё это просто сон? Сколько раз я уже думал об этом? На самом деле, я бы хотел, чтобы всё это было просто сном. Я также думал и раньше.

— Эй, послушай. — Это было редкостью для Алисы, чтобы начать разговор первой. — Ты знаешь об Урасиме Таро? *

— Урасима... Таро... Это имя такое? Имя человека, верно? Хмм. Мне кажется, что я мог бы слышать его где-то, но, может быть, и нет...

— Таро-рыбак. — сказала Алиса. — Он увидел, как на берегу моря издеваются над черепахой, и спас её. Я думаю, может быть, потому, что, будучи рыбаком, он считал, что черепахи не для запугивания, а для ловли.

— А разве он просто не пожалел её? — удивился Харухиро.

— Есть версия, что он поймал черепаху. Но ведь говорят, что черепаха живет десять тысяч лет. Так что, поскольку убивать их-плохая примета, он отпустил её.

— В любом случае, с точки зрения черепахи, она обязана ему жизнью. — сказал Харухиро.

— Вот почему, чтобы отблагодарить его, черепаха отвезла Таро в это место под названием Рюдзе* на дне моря.

— На дне морском... Можно было подумать, что он утонул.

— Он почему-то мог дышать. Может быть, «дно морское» - это ложь. Это могло быть где-то ещё.

— Рюдзе, да?

— Таро поприветствовала подозрительная женщина по имени Отохиме*, но все остальные были рыбами. Рыба плавает, танцует и разыгрывает комедию.

— Ну, это просто нереально. Хотя Парано тоже довольно сюрреалистичен...

— Ну, не знаю. Это было похоже на большую вечеринку с пением и выпивкой. Поначалу ему было очень весело от того, как все это ново, но в конце концов он устал от этого. Например, еда? Рыба подавала ему сашими, жареную рыбу и рыбный стебель. Это довольно жутко, если подумать.

— Значит, Таро решил, что хочет вернуться домой?

— Он решил, что с него хватит, и когда сказал Отохиме, что ему пора уходить, правда была такова что—

— Погоди, а оказалось, что Отохиме… была той самой черепахой или что-то в этом роде?

— Это как, «Ты даже не была человеком?!» так ведь? По крайней мере, для Таро.

— Как будто она ему лгала.

— Отохиме была словно «Мне очень жаль. Это было неправильно с моей стороны. Здесь ты можете взять с собой эту шкатулку с сокровищами в качестве прощального подарка. Пожалуйста, иди домой сейчас же». Но она также сказала, «Ни в коем случае ты не должен открывать эту шкатулку».

— Даже если это был подарок? — спросил Харухиро.

— Всё это очень подозрительно, верно? Я думаю, что Таро подставили. Не знаю почему. В каком-то смысле оно немного схоже с Парано.

— Так... удалось ли Таро вернуться домой?

— Технически - да.

— Что значит «технически»?

— Когда он вернулся, это был определенно тот же самый морской берег, но что-то было не так. Хотя это был родной город Таро, там не было никого из его знакомых. Неожиданный поворот оказался в том, что, в то время как он баловался в Рюдзе, на суше прошло безумно долгое количество времени.

— Погоди, а как же шкатулка с сокровищами?

— А, ну да. Вот в чем был настоящий поворот событий. Не зная, что с собой делать, Таро открывает шкатулку, которую Отохиме велела ему не открывать.

— Ну, в такой ситуации у него, наверное, не было другого выбора.

— Когда он это сделал, из шкатулки с сокровищами вышел белый дым, и в мгновение ока волосы Таро стали совершенно седыми.

— Значит, он состарился? — спросил Харухиро.

— Да. Таро стал стариком. Это ведь ужасная история, правда?

— Ты ужасно себя ведешь, когда рассказываешь мне эту историю, понимаешь?

Линия, поднимающаяся вертикально от поверхности, внезапно стала намного толще в какой-то момент.

Железная Башня Небес ничуть не изменилась с тех пор, как они были здесь в последний раз. Железную башню окружали десять-двадцать слоев ржавых стен. После долгого блуждания по лабиринту тропинок между железными стенами они подошли к горе железного лома. На вершине его прямо возвышалась железная башня.

Они вдвоем начали подниматься по лестнице снаружи башни.

— А что, если тень придет вместе с Ахиру? — спросил Харухиро.

— А ты разве не заметил? — Алиса указала на лабиринт железных стен.

— А? — Харухиро склонил голову набок, но не сразу понял, что именно показалось ему загадочным. Он задумался на мгновение, а потом наконец понял.

— Между стенами есть тени. Здесь нет солнечного света, так почему же?

— А кто его знает? В какой-то момент они тоже могли быть движущимися тенями. Они могли быть мертвыми тенями или ржавыми тенями. Как бы то ни было, я могу быть уверена только в одном: одна тень не может пройти сквозь другую. Это означает, что тени этого куска дерьма заблокированы от приближения к Железной Башне Небес.

— А здесь безопасно?

— Но если ты останешься здесь слишком надолго, то заржавеешь.

— Значит небезопасно...

Харухиро со вздохом опустил голову. Это место вовсе не было безопасным.

— Алиса.

— Ну что ещё?

— Снизу.

— Что снизу? — с недовольным тоном Алиса тоже посмотрела вниз, на нижнюю ступеньку лестницы.

Железный лом, сваленный в гору вокруг башни, был разного размера, большой и маленький, некоторые куски были во много раз больше человека. Харухиро и, скорее всего, Алиса тоже ничего не заметили, но эти девушки, должно быть, прятались между фигурами.

Одетые в разноцветные платья, они толпились вокруг и смотрели на Харухиро и Алису.

Издали они выглядели как настоящие девушки. Но они ими не были, всего лишь куклы.

Нет, не все из них.

Кукольные девочки были стройными, но та, что поднималась по лестнице и приближалась к ним странной походкой, каждый раз скрещивая ноги, была намного тоньше всех остальных. Она была слишком худой. Она выглядела как человек с движущейся палкой.

Её изможденная фигура была одета в костюм, который был практически нижним бельем, с безвкусной шляпой, похожей на торт, и она носила много пар очков одновременно. Она больше походила на куклу, чем сами куклы, но изначально была человеком. Хотя было уже не так ясно, можно ли её все еще называть человеком.

— Мастер кукол. — прошептал Харухиро.

— Нуи... — прошептала Алиса в унисон.

Они посмотрели друг на друга. Это было довольно неловко. Они отвели глаза в сторону.

— Как ты думаешь, зачем она здесь? — удивился Харухиро.

— Искала меня. Откуда мне знать, о чем думает та, с кем я даже не могу поговорить?

— Я думаю, что она может быть здесь, чтобы отомстить.

— Эй, мы ведь только немного похоронили её заживо, верно? Кажется, она в порядке.

— Только не говори мне об этом.

— Я бы сказала Нуи, но мы не можем разговаривать, так какой в этом смысл?

— Она сейчас поднимется.

Кукольный мастер поставила ногу на ступеньку лестницы. Девочки-куклы последовали за ней.

— Если мы собираемся бежать, то должны спуститься вниз.

— Я не нуждаюсь в твоих объяснениях. Харухиро, в последнее время ты становишься нахальным.

— Есть кое-что, что я давно хотел попробовать.

— А?!

— Я не думаю, что Резонанс просто усиливает магию. Я хочу прикоснуться к кукольному мастеру. Не могла бы ты мне помочь?

— Ты предлагаешь мне бороться с Нуи без твоего Резонанса и увести её туда, где ты сможешь незаметно подкрасться к ней сзади, или что там еще, да?

— Да, примерно так и есть.

— Что ты собираешься сделать с Нуи?

— Я не узнаю, пока не сделаю. Если мы не попытаемся сделать это по-моему, то, направляясь вверх, мы будем измотаны, так что нам придется либо разбрасывать их, либо прыгать. Ты ведь можешь справиться с ударом лопатой, верно? Есть также возможность убрать мастера кукол.

— Вот именно...

— Вы ведь были друзьями, верно? Ну, теперь она совсем другая. Я думаю, что если бы ты была той, кто положит ей конец, это было бы приемлемо. Я бы, конечно, такого выбора не сделал.

— А что бы ты тогда сделал?

— Нашел бы способ вернуть её обратно.

— Если бы я могла, я бы уже давно её вернула.

— Может быть, просто тебе это не под силу.

— Хочешь сказать, что ты сможешь?

— Разве я не говорил, что хочу кое-что попробовать? Я ещё не сделал этого, так что нет никакого способа узнать, смогу ли я или нет.

— Ито Нуи. Вот как её зовут.

Алиса поправила ручку лопаты. Черная кожа лопаты уже шелушилась, обвиваясь вокруг руки Алисы и превращаясь в подобие копья.

Кукольный мастер... нет, то, что осталось от подруги Алисы, Ито Нуи... он взбирался на башню с куклами на буксире.

— Если бы Нуи не пригласила меня, я бы никогда не пошла заниматься спелеологией. Конечно, я тоже уверена, что никогда бы не оказалась в Парано. Она могла быть занозой, но в глубине души не была плохим ребенком.

Харухиро незаметно подошел к Алисе сзади. Он позволил всей лишней силе выйти из своего тела. Ступени лестницы были не особенно толстыми, поэтому трудно было сказать, что они были жесткими. Он представил себе, как погружается в эти ступени.

Скрытность на полную.

У него возникло такое чувство, будто он наблюдает за собой и окружающим пространством сверху. Всё шло хорошо. И все же он не мог позволить себе думать об этом. Сердце было похоже на бассейн с водой. Даже малейшее волнение создавало волну.

Волны постепенно расходились. Харухиро плыл на маленькой лодке. Это был маленький корабль, поэтому он легко мог перевернуться. Он не мог позволить себе тревожить свое сердце.

Нуи поднялась по лестнице. Харухиро прятался за спиной Алисы. Он не мог видеть Нуи. Однако он уже слышал шаги. Они были быстрыми. Гораздо быстрее, чем раньше. Близко. Они подошли довольно близко.

Харухиро двигался медленно, как будто перестал дышать.

Алиса двинулась вперед.

Вместо этого Нуи остановилась и замерла.

Алиса не стала нападать, а вместо этого сделала шаг немного влево и взмахнула лопатой в форме копья.

Нуи не отступила ни на шаг. Она двинулась вперед, уворачиваясь от лопаты.

Алиса резко обернулась, и Нуи повернулась, чтобы не дать Алисе зайти ей за спину.

Теперь же Нуи повернулась спиной к Харухиро. Она была разоблачена. Нуи не заметила Харухиро.

Он явно был там, и она никак не могла не заметить его, но она упустила его, как будто он просто случайно попал в какое-то слепое пятно. Когда он в совершенстве овладел искусством скрытности, такие вещи случались.

Не торопясь и не поднимая шума, Харухиро схватил Нуи сзади. Нуи вдруг попыталась сопротивляться, но отказывать ему было нечем.

— Ито Нуи. — сказал он. — Я - это…

Прежде чем он успел сказать « Ты », он уже стал ею.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

10. Тоска под названием Любовь [путь_любви]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Однажды я была там?

Да.

Там была.

Я. Я была там.

Я уверена, что никто не замечал меня, и не заботился о моём существовании, но...

Я была там.

Словно... воздух?

Им я была.

Я имею в виду, что нииикто на самом деле не заботился обо мне, я права?

Там, на сцене среди огромного количества танцующих пар из мальчат и девчат, поющих, «ла-ла-ла», я вопила.

Я...

Смотрите на меня!

Я прямо здееееееесь!

Узрейте!

Эти люди - не главные герои, а вот я - да!

Почему всё так? Почему никто не смотрит на меня? Неужели мне чего-то не хватает?

Ох!

Ох!

Я знаю! Я знаю! я знааааю!

Всё выше, выше и выше поднималась рука.

Ладно, ты там.

Ктооооо ты?

Оххх.

Я?

Я единственная, кто была здесь всё это время, не так ли?

Ну, без разницы.

Продолжим, отвечай на вопрос.

Потому что ты не симпатичная.

Да. Это так. Я не настолько уродлива, чтобы мне было трудно жить, но и не симпатичная.

Ну, я вроде как нормальная, наверное?

Нет, нет, совсем не нормально. Я имею в виду, что знаю, что такое красивое лицо, и я читала об этом в книгах, так что я уверена, что я права, но это в высшей степени средний показатель.

Если ты сложишь лица миллиона людей вместе и разделишь их на один миллион, люди будут созданы таким образом, что они найдут результат довольно приятным. Вот почему не быть уродливой, но и не быть милой - это ненормально.

Если мне и нужно было сказать, что я что-то значу, то это ерунда.

Люди не отворачиваются от меня, не пялятся на меня. Я в принципе не представляю никакой ценности.

Держу пари, что именно поэтому мои родители дали мне немного другое имя. Это не совсем обычное дело. По крайней мере, я никогда не встречала человека с таким же именем, как у меня. И всё же оно мне не подходит.

Когда я называла своё имя, все смотрели на меня словно, « О, правда? »

Бьюсь об заклад, они думали, « Ты выглядишь так заурядно, ниже среднего, но у тебя такое имя? ».

И что с этого. Не важно, какое у меня имя — нет, не важно, кто я — никому нет дела. Никто не проявляет ко мне никакого интереса.

Не так уж много людей отбрасывают такую слабую тень, как моя. Когда ты выделяешься так же мало, как и я постоянно слышишь, « О, ты разве была там? », не такая уж редкость услышать такое в свой адрес.

У меня нет никаких особенно забавных анекдотов о моем полном отсутствии присутствия. Я просто не привлекаю к себе внимания, и никто мной не интересуется. Если я кого-то позову, они отозвутся, но разговор никогда по-настоящему не прекращается, и из этого ничего не получается. Я прекрасно знаю, что так оно и будет, поэтому не разговариваю с людьми, если у меня нет к ним дела.

Когда я рассказываю об этом вот так, мне кажется, что мое ненормальное отсутствие присутствия все время оставляет меня в покое, и что, в некотором роде, я необычный человек. Но это не так. Просто я хочу быть немного другой, вот и придумываю эту историю.

Дело в том, что у меня было несколько мимолетных дружеских связей то тут, то там. У меня также спрашивали дорогу прохожие. Может быть, мне и не хватает присутствия, но это не похоже на то, что я когда-то была бледной тенью человеческого существа или чем-то подобным.

Однако мои друзья почти никогда не связывались со мной. Если я не буду постоянно общаться с ними, любой мой друг ускользнет в мгновение ока. Может быть, меня и не ненавидели, но и не особенно любили. Они явно не придавали мне особого значения.

Я, честно говоря, тоже не считала этих людей незаменимыми друзьями. Неужели их безразличие ко мне сделало меня безразличной к ним, или моё безразличие к ним сделало их безразличными ко мне? Я не могу сказать, но, вероятно, это было и то, и другое.

Эй, эй, мне так одиноко.

А? Ты так одинока? Какая бедняжка.

Но всё в порядке. Давай поиграем?

С чем ты хочешь сегодня поиграть?

(Куклы...?)

Вот именно Куклы всё время утешали меня.

Я покупала и собирала кукол, которых продавали в магазинах понемногу, и когда мне это надоедало, а этого было недостаточно, я делала наряды, чтобы одеть их, или меняла. Я даже сделала свой собственный из глины.

Тебе ведь не помешали бы более длинные ноги? Позвольте мне их растянуть.

Теперь, когда твои ноги стали длиннее, они потеряли равновесие с твоими руками. Давай и руки удлинним.

Тебе бы также не помешала более длинная шея.

У тебя довольно большая голова.

(Ох, эти куклы...)

Позволь мне положить эту маленькую головку вот сюда, на тебя.

Твои лодыжки такие толстые и уродливые. Давайте запишем их в архив.

Имей в виду, это не значит, что я трачу все своё время на создание кукол. Я думаю о самых разных вещах, принимая их во внимание, но больше всего в то время я сосредоточилась на улучшении своей внешности.

В конце концов, можешь одеть, как хочешь, но девушка, которая не симпатична, не получит её по заслугам. Дело не только во мне, все женщины одинаковы. Когда они видят другую женщину, то сразу же решают, симпатичная она или уродка.

Не многие скажут это вслух, но быть уродливым - это грех.

И не просто какой-то грех. Смертный грех.

Обычно, все знают о семи смертных грехов, такие как гордыня, гнев, зависть, лень, жадность, чревоугодие и похоть, но почему-то нет « уродства ». Я всегда находила это загадочным.

Я хочу быть милой. Тем не менее, я ничего не могу поделать со своим лицом. Я не могу свободно изменить его, как у глиняной куклы, может быть, мне следует пойти на пластическую операцию, но это дорого, и даже если я могу рассмотреть этот вариант в будущем, сейчас это невозможно.

Я тайно практиковалась в нанесении макияжа в одиночку. Может быть, есть что-то общее между макияжем и кукольным мастерством, потому что я действительно стала выглядеть луче. Если бы такая простая девушка, как я, которой не так уж заметная, вдруг появится с макияжем, разве это не удивит всех?

Нет... даже хуже того. Я буду плохо выделяться, они подумают, что я жуткая, и тогда меня точно будут избегать.

Я была пухленькой с самого раннего возраста. Я решила, что если в итоге окажусь толстой на вершине уродства, то никакой надежды для меня не будет. Я была такой уродиной, что мне было трудно жить, поэтому я изо всех сил старалась следить за собой.

Однако я была генетически предрасположена легко набирать вес. Вдобавок ко всему, я родилась с тройным проклятием: большие кости, толстая кожа и твердая плоть. Нет, у меня ещё также была тёмная и сухая кожа, так что пусть будет пять проклятий.

Если я наберу хотя бы немного лишнего веса, то в конечном итоге стану отвратительным бочонком и не смогу легко сбросить этот вес. Несмотря на это, моей единственной радостью в жизни, кроме кукольного дела и игры с куклами, была еда. Сладости и соленая еда, я любила их больше, чем желание похудеть. Когда меня тошнило от всего этого, у меня появлялась привычка наедаться, чередуя сладкое и соленое, пока меня не начинало тошнить.

Но мне нужно было похудеть.

Каким бы красивым ни был наряд, на толстухе он выглядит отвратительно. Если просто похудеть, то даже дешевая одёжка, купленная где-нибудь, будет выглядеть хорошо.

Я твёрдо решила похудеть. Мне также хотелось приобрести как можно более светлый оттенок кожы, поэтому я изо всех сил старалась держаться подальше от солнца. Даже если я не изменила своё лицо и не накрасилась, я все равно была бы хорошенькой. Я хотела быть красивой. Если бы я была хорошенькой, я была уверена, что мое положение изменилось бы.

Это было очень тяжело.

Даже больше, чем я предполагала, я страдала, и страдала, и страдала, и страдала, и страдала.

Когда по какой-то причине приходило время ограничить себя в еде, я начинала думать, « Я хочу есть », « Не смей кушать », « Я могу покончить с этим, съев кусочек », или « Только один кусочек », « Нет, я не могу, в конце концов », « Я умру, если не съем чего-то », « Это неестественно для живого существа такой как я - не кушать », « Если я просто съем немного, я могу бросить это обратно », « Что угодно, я просто хочу есть ». Я не думала ни о чем, кроме еды.

И вот однажды, когда я, как всегда, ела, мне вдруг пришла в голову одна мысль.

Говорят, что человеческое тело на шестьдесят процентов состоит из воды. Если это верно, то уменьшение количества воды уменьшило бы мой вес. Если бы моё тело было легче, я бы похудела. Если я не могла обойтись без еды, то должна просто прекратить пить жидкость.

Я попробовала это сразу же, и результаты были впечатляющими. Из-за отсутствия влаги в моём теле мой вес быстро падал. У меня так пересыхало в горле, что это сводило меня с ума, но я ела всякую всячину, чтобы отвлечься от этого. Это иногда заставляло меня снова набирать вес, но через некоторое время он снова падал.

Я похудела. Это, должно быть, сделало меня намного красивее. Мои друзья сказали, « Ты похудела? ».

Однако больше ничего не изменилось.

Странно.

Может быть, невозможно стать красивой, не изменив своего лица? Если есть что-то, что я могу сделать, я хочу это сделать. Знаешь, у меня тоже есть свои идеалы. У меня нет таких желаний, как, например, я хочу быть популярной среди мальчиков, или я хочу парня. Нет, я просто хочу быть красивой, вот и всё. Я хочу, чтобы этот ребёнок думал, что я красивая. Я хочу, чтобы меня считали особенным.

Я не собираюсь подлизываться к мужчинам, поэтому мне не нужно быть женственной или сексуальной. И сиськи мне тоже не нужны. Я хочу быть стройной и хорошо выглядеть во всём. Чтобы поймать взгляд и не дать ему уйти. Именно таким человеком я и хочу быть.

Разве это плохо?

Разве этого недостаточно?

Да, я уверена, что этого недостаточно.

Мне нужно похудеть ещё.

Сделав мои руки и ноги тоньше, и тоньше, и тоньше, и тоньше, и тоньше, и тоньше, и тоньше, и тоньше, и тоньше, и тоньше, и тоньше.

Они такие толстые и грубые. Жаль, что я не могу их оторвать и заменить.

Вы, куклы, всё это умеете, а я - нет.

Оооо, это сводит меня с ума.

Моё горло просто полыхаааааааает.

Я делала кукол из маленьких девочек и ломала их. У меня не было для них особой модели, но о мужчинах не могло быть и речи, да и женщины тоже не годились. Должно быть, это были молодые девушки.

По правде говоря, молодые девушки тоже не соответствовали моему идеалу, но тогда я могла думать только о молодых девушках. Это потому, что я ещё не встречала такого человека.

Это застало меня врасплох. Когда я встретил такого человека.

(Алиса...)

Да.

Алиса, так звали того ребенка.

Когда мы встретились в первый раз, Алиса излучала ауру, не похожая ни на мужскую, ни на женскую, ни даже человеческую. Она явно была ненормальной.

А слабое телосложение, обусловленное врожденным заболеванием, и ряд других недугов, заставляло Алису тоже чувствовать себя особенной.

Это не просто люди; я думаю, что у каждого живого существа есть свой собственный цвет. Однако у Алисы не было цвета.

Алиса была бесконечно прозрачной, призрачной сущностью, которая могла исчезнуть в любой момент. Если бы где-нибудь в этом мире существовал цветок из тонкого стекла, он, несомненно, выглядел бы точно так же, как Алиса. Я уверена, что в этом мире есть только один такой цветок.

Это сразу же сбило меня с толку. Я это прекрасно понимала. Я хотела быть похожой на Алису. Я хотела родиться Алисой. Хотя, конечно, этого никогда не будет. Потому что, как ты прекрасно знаешь, я не Алиса.

С некоторой дерзостью, в которую даже я не могла поверить, я подошла к Алисе.

Я говорила без всякого стыда и готова была сделать всё, чтобы привлечь внимание Алисы.

Я думаю, что у меня внутри было два чувства.

Первым было желание быть с Алисой. Я бы сделала так, чтобы Алиса полюбила меня, может быть, как друга, и болталась бы с Алисой. Если бы это было возможно, то я смогла бы любоваться Алисой вечность, внимая её голос и вдыхая её необычный аромат.

Другой причиной было желание узнать её поближе и раскрыть истинную природу Алисы. Я подозревала, что Алиса - это только внешность, и ничего больше.

Откровенно говоря, я любила Алису. Да, я была влюблена в Алису. Но также Алису я ненавидела ничуть не меньше.

То, о чем я всегда мечтала, то, что если бы у меня было, то мне больше ничего не было бы нужно, - это то, с чем родилась Алиса. Как я могла не ненавидеть Алису?

Я имею в виду, что если бы я узнала, что Алиса была только внешностью, что внутри не было ничего особенного, просто пустота, если бы я узнала, что Алиса была последней куклой, это было бы некоторым утешением.

Эй, а ты как думаешь?

О чем только думает Алиса?

Я не знаю. Я действительно не знаю. Этого человека невозможно понять.

Алиса никогда не говорит о своих личных чувствах.

Я также никогда не знаю, лжет ли Алиса или нет.

Алиса очень осторожна.

Опасается меня.

Но все же Алиса не пытается оттолкнуть меня или избежать встречи.

Неужели Алиса ненавидит меня?

Мне это интересно.

Может быть, Алиса просто осторожничает.

Может быть, это ненависть?

Хотя я так сильно люблю Алису...

Я не знаю.

Я не знаю.

Я ничего не знаю.

Бывали дни, когда Алиса была вялой, а бывали дни, полные уныния. Всякий раз, когда я видела Алису подавленной, я чувствовала себя приподнятой и полной энергии. С другой стороны, всякий раз, когда Алиса была странно весела, меня охватывало беспокойство, и я сама чувствовала себя подавленной.

Иногда Алиса была на удивление нормальной. Намеренно поднимая популярные темы и видя, какую реакцию я вызываю, говорила скучные вещи, которые любой может придумать, заставляли меня разочаровываться в ней.

Для меня всякий раз, когда я видела, как Алиса пытается говорить о вещах, которые все знали, даже если Алиса не была особенно осведомлена об этой теме и имела только поверхностные знания, но все же пыталась говорить об этом, как будто это была знакомая тема, это была самая меньшая «Алиса», о которой я могла думать.

Однако у Алисы определенно была такая сторона.

Я часто начинала чувствовать себя плохо после того, как съедала что-нибудь, поэтому в таких случаях я немедленно бросала то, что было, обратно. Естественно, я позаботилась о том, чтобы никто не видел, как я это делаю.

Никто не обращал на меня внимания, поэтому я чувствовала себя в безопасности, думая, что никто этого не заметит, но всякий раз, когда я заканчивала и возвращалась, я получала понимающий взгляд, как будто Алиса понимала мои обстоятельства и просто говорила, «С возрващением».

Каждый раз мне казалось, что Алиса видит меня насквозь, и от этого меня бросало в дрожь.

Я следила за Алисой бесчисленное количество раз. Я была настолько осторожна, насколько могла, стараясь следовать за ней, но в какой-то момент всегда теряла Алису из виду.

Я думаю, что Алиса, вероятно, заметила это и стряхнула меня. Несмотря на это, Алиса никогда не говорила об этом ни слова.

Постепенно я стала полностью одержима идеей, что Алиса может полностью понять, как я буду реагировать и чувствовать на всё, что она делает.

Дело было не только во мне. Алиса играла со всеми, кто был поблизости, и, хотя иногда это казалось вопиющим, иногда мне приходилось делать вывод, что я слишком много думаю.

Иногда у меня возникала иллюзия, что, хотя Алиса была передо мной, настоящей Алисы там не было. Я могла ясно видеть Алису, не щурясь, но не могла протянуть руку и дотронуться до этого человека.

Я думала, что Алиса - это всего лишь зеркальное отражение Алисы, и если бы я повернулась, то увидела бы её, но, если бы я дотронулась до этой Алисы, она так и останется зеркалом.

Время от времени что-нибудь из сказанного или сделанного Алисой трогало моё сердце или ранило своей остротой. Алиса ежедневно причиняла мне боль. Тем не менее, я практиковала предельную осторожность и убедилась, что никогда не причиню вреда Алисе.

Если бы убийство Алисы позволило мне стать ею, я бы обязательно это сделала. Но это было, конечно, невозможно.

Если я убью Алису, она исчезнет. Я больше не смогу видеть её.

Я была не единственным другом для Алисы. Будь прокляты все остальные. Я хотела, чтобы она была только моей, но, если бы я была слишком настойчива, Алиса возненавидела бы меня, так что я должна была следить за собой.

Все друзья Алисы были людьми, заставлявшие меня хотеть сказать, « Почему ты вообще дружишь с кем-то вроде них? ».

У меня было десять или двадцать жалоб на каждого из них, и мне было исключительно больно с ними ладить.

И все же я должна была это делать.

Когда мы отправились в школьную поездку к морю и заговорили о сборе добровольцев и спелеологии, меня это совершенно не интересовало. Однако я услышала, что один из друзей Алисы будет участвовать, и запаниковала.

Зная их, они наверняка пригласили бы с собой и Алису. Алиса, вероятно, не была увлечена исследованием, но могла бы ответить, « О, конечно, почему бы и нет? ».

Я решила действовать первой. Прежде чем они смогут пригласить Алису, я сделаю это сама.

Вопреки моим ожиданиям, когда я сказала, что мы отправляемся в приключение, Алиса была достаточно заинтересована, чтобы пойти и взяла откуда-то лопату. Никогда не знаешь, что сделает Алиса.

Я действительно сожалею об этом.

Парень, который, как я думала, мог бы пригласить Алису с собой, на самом деле никогда не участвовал в этом приключении. Пещера меня совершенно не волновала. Просто мне никогда не хотелось чувствовать себя так, будто кто-то отнял у меня Алису.

Если бы этот парень пригласил Алису, а Алиса согласиль, я бы не хотела говорить, «Я тоже пойду». Ты не смогла бы заставить меня сказать такое.

Из-за того, что я пригласила Алису на приключение по этой мелкой причине, моя судьба сильно изменилась.

Оххххх, я не хочу вспоминать!

Когда мы пробирались через пещеру, в какой-то момент нас окружил туман, и в конце концов мы перестали что-либо видеть. Я даже не могла найти Алису, которая должна была быть рядом со мной.

«...Нуи?», я смутно помню, как Алиса звала меня по имени.

Хотя, возможно, мне это только показалось.

(Ито Нуи...)

Я так сильно хотела это услышать, что, возможно, это была просто иллюзия, которую мой мозг создал для меня.

Наверное, так и должно было быть.

— Нуи...!

Я определенно слышала чей-то крик. На самом деле их было очень много. Там также были голоса, которые я узнала. Послышался какой-то звук, который я не могла точно определить.

Что же, черт возьми, происходит?

Мне стало страшно.

Нет такого человека, который бы не испугался в такой ситуации.

«Алиса! Алиса!», кажется, я пыталась позвать её. Более того, тот факт, что Алиса была не со мной, ужасала меня.

В какой-то момент мой мир перестал существовать вокруг меня, вместо этого сосредоточившись вокруг Алисы. Все мысли устремились к Алисе, и всё, что не было связано с Алисой, выпало из меня и исчезло.

Именно Алиса заставила меня понять, что я страдаю от того, что ты бы назвал расстройством пищеварения. Не то чтобы Алиса сказала мне это прямо. Но Алиса умела тонко намекать на разные вещи.

Однажды Алиса заговорила со мной об этом.

— Я знаю, что ты можешь подумать, что я немного странная, Нуи. Но ты и сама довольно странная.

— В смысле? — переспросила я.

Алиса на мгновение замолчала, а затем ответила. — У меня просто такое чувство.

Всякий раз, когда Алиса замолкала, я вспоминала, что думала о самых разных вещах. Именно так Алиса заставляла меня думать, доводя суть до конца, не высказывая её прямо и ясно.

Должно быть, для Алисы это тоже была своего рода самозащита.

Мне удалось выяснить тот факт, что Алиса и раньше подвергалась издевательствам. Это было то, что я слышала от других людей, издевательства были действительно жёсткими, а не просто детскими забавами и играми.

Когда я узнала, что Алиса пережила такой ужасный опыт, мне стало так жаль Алису, что я заплакала. В то же время это давало мне рычаги влияния на Алису, так что я была действительно счастлива.

Когда я думала о том моменте, когда я представлю своё секретное оружие Алисе, я была так взволнована, что не могла заснуть. Используя кукол, изображающих меня, Алису и толпу зрителей, я устроила небольшое представление этой сцены.

Я могу загнать Алису в угол в любой момент.

Я могу заставить Алису подчиниться в любое время.

Но я бы этого не сделала. Это было потому, что Алиса была важна для меня, и я любила её. Это было доказательством моей любви.

И всё же, если Алиса когда-нибудь будет плохо обращаться со мной и попытается меня выкинуть, я использую свой секретный ход. Именно тогда я, наконец, причинила Алисе сильную боль.

И вот, наконец, я призналась Алисе в своих чувствах.

Я сказала, что независимо от того, какой Алиса была на самом деле, я буду любить её несмотря не на что.

Я сказала, что Алиса мне очень нравится.

Что я люблю её.

Я сказала, что больше никогда не обижу Алису, что это последний раз, когда я копаюсь в её старых ранах.

Я хотела, чтобы она доверяла мне, открылась и показала мне всё, и знала, что это безопасно.

Я была уверена, что такой день обязательно настанет.

Но теперь Алиса исчезла.

Покинувшая. Вот кем была Алиса.

Это было больше, чем просто мысли типа « Я не вижу » или « Я знаю, что мы вошли в пещеру, но это не может быть пещера », или « Где мы? » или, « Кажется, наша группа спелеологов находится под атакой », или, « Что-то нас атакует сверху? Неужели это зверь? Или это призрак? ».

Но больше всего меня напугало то, что Алиса исчезла.

Алиса не могла уйти. Мир может перевернуться с ног на голову, и, если бы я была с ней, то это было бы не так уж и важно.

Алиса исчезла. Это единственное, что меня беспокоило.

— Нуи...! — позвала меня Алиса.

(Ты чувствуешь это сильнее...)

Я искала, искала и искала Алису. Искала, и искала, искала и искала, искала и искала, искааааала и искааааааалааа.

Я ощущала пустоту и одиночество.

Быть такой о-о-о-о-о-о-о-одинокой было слишком грустно.

Кукла.

Кукла.

Кто ты?

Я - Алиса.

А это кто?

А-лис.

Алинс?

Алинос?

Алилилилилилилисасассасасаслилилилисасаса?

Нет такого человека, как она.

Да и вообще нигде.

Ни с кем другим.

Куклы, куклы, здесь только вы да я.

Давайте все будем жить в счастливой гармонии.

(Они здесь.)

А ты, я думаю, что тебе было бы лучше с длинными ногами. Позволь мне удленить их для тебя.

Теперь, когда твои ноги стали длиннее, они потеряли равновесие с твоими-то руками.

Давай и руки сделаем длиннее.

Тебе также не помешала бы более длинная шейка.

У тебя довольно большая голова.

Позволь мне положить эту маленькую головку вот сюда, на тебя.

Твои лодыжки такие толстые и уродливые. Давай запишем их в архив.

(Алиса уже здесь...)

— Нуи...!

(Алиса здесь. Правда здесь.)

— Нуи!

(Заметь.)

(Вернись.)

(Ито Нуи.)

— Нуи!

(Нуи-сан.)

(Пошли со мной.)

— Нуи!

Алиса?

Охххх.

Так вот где ты всё это время была...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

11. Обними Меня Нежно [никогда_не_позволяй_мне_упасть]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Сетора изо всех сил старалась не думать, «Что вообще тут происходит?».

Или, скорее, в какой-то момент она перестала так думать. Скорее всего, потому что в ней укоренилось убеждение, что думать об этом бесполезно.

Она перестала оглядываться на дорогу, по которой они шли, и пытаться запомнить её. Они просто шли прямо и выходили к бездонным болотам с белыми пузырями и утесами, похожими на молнии.

Если бы они повернули на 180 градусов и пошли обратно тем же путем, каким пришли, то, естественно, увидели бы знакомые места, но по какой-то причине это было не всегда так. Нет, справедливее сказать, что такого почти не происходила.

Невозможно! Что-то тут не так! Может быть, это было неприятие отсутствия логеской последовательности, или более первобытный страх и неуверенность, или замешательство, но что бы это ни было, было трудно подавить появившееся чувство.

И всё же, столкнувшись лицом к лицу с реальностью, скрывая эти чувства, было ещё труднее. Чтобы приспособиться к нереальной реальности, в которой она оказалась, ей пришлось принять всё это.

Во-первых, она отказалась от каких-либо предвзятых представлений о том, какой должна быть реальность. Она смирилась с реальностью, но что потом?

От этого её клонило в сон, поэтому, когда дули сладкие ветра, она прикрывала рот салфеткой. Питьевая вода делала её очень грустной, поэтому она не пила. Отсутствие пищи и воды не заставило её зачахнуть, поэтому она не ела и не пила вообще.

— Но это - ...

Когда она поднялась на вершину холма, который, кажется, вращался, нет, он и правда вращался, перед ней открылся вид какого-то города.

Был ли это вообще городом? Там были ряды больших и маленьких зданий с крышами, покрытыми шифером или чем-то подобным, и пролежавшие дороги между ними. Она также могла различить сады и стены. Там была тонкая дымка, поэтому она не могла четко увидеть существ, двигающихся вперёд и назад по улицам, могли ли они быть людьми?

— Они всё ещё кажутся ужасно нормальными или даже обычными. Ой, мне кажется или это одно и то же? — со смехом сказала её попутчица.

Эта особа ещё и вела себя ужасно странно, но было сомнительно, что это можно просто принять вместе с другими произошедшими событиями. Она попросту не знала, что с этим делать.

Просто глядя на неё, она ничем не отличалась от прежней себя. Не то что Киити, которая сильно преобразилась, и теперь несла свою хозяйку на себе.

Да, Киити изменилась. Глядя на Киити с ней на спине, только один из десяти тысяч людей всё ещё мог подумать, что он ньяас.

Ньяасы были существами, которых иногда также называли обезьяно-кошачьими, или кошачьими обезьянами, и если измерять от макушки головы до нижней части тела, исключая хвост, то даже самые крупные были меньше половины длины взрослого человека. При движении они передвигались на четвереньках, но могли стоять на задних лапках, а при тренировке могли ловко использовать передние лапки, словно руки. Но что же теперь?

Сейчас Киити была примерно вдвое крупнее своей хозяйки, её четыре лапы были пугающе толстыми, а мордочка напоминало злобного хищника. Не было ни капли очарования, которого можно было найти до этого.

Она не могла отрицать, что её чрезмерная злобность в некоторой степени была милой, но всё же, она покинула диапазон того, что можно было называть ньяасом, и ворвалась в совершенно другую категорию.

В то время как она защищала свою хозяйку, старательно кусая монстров, пытавшиеся напасть на них с целью убить, Киити постепенно становилась всё больше и сильнее. Неужели все монстры в этом мире очень питательны?

Нет... даже если бы она питалась пищевыми добавками в больших количествах, будучи взрослой ньяасом, Киити всё равно бы не смогла вырасти так сильно.

Она не могла этого понять, но должна была смириться с этим. Как бы она сейчас ни выглядела, Киити оставалась всё той же Киити. Она была верна своей хозяйке даже без суровой дисциплины, обладала редкой индивидуальностью, которая включала в себя упорство в дополнение к сильному любопытству, и была исключительно умна, приспособлна и атлетична. Среди всех ньяасов, которых она видела, она продемонстрировала самый высокий потенциал.

Для неё было лучше всего оптимистично предположить, что именно из-за природы Киити, даже став такой, она всё ещё служила своей хозяйке так же, как и раньше.

В этом мире всё изменилось. Всё стало не привычным. Можно ли считать, что её попутчица не была исключением из этого правила?

Гуарррр... — Возможно, почувствовав волнение в сердце своей хозяйки, Киити издала низкий рык.

Поглаживая Киити по шее, она обернулась, чтобы посмотреть, на что смотрит её попутчица, стоявшая рядом с ней, и посмотрела вниз на город. Может быть, лучше задать этот вопрос ей самой.

Кто ты такая? Нет, возможно, ей нужно быть более прямой. Ты ведь не она, я права? Ты не та девушка, которую все звали Мерри. Ты - кто-то другая. Я ведь права, не так ли?

— Хм? — девушка с лицом Мерри посмотрела в её сторону и улыбнулась.

Это была фальшивая улыбка, к которой она привыкла после того, как делала это миллионы раз. Не то чтобы она так уж хорошо знала эту особу, но разве она была из тех, кто так улыбается?

Эта девушка никогда особенно не улыбалась. Всякий раз, когда она улыбалась, это выглядело нерешительно, как будто она боялась, что её улыбка причинит боль кому-то ещё. Именно такое впечатление она и производила.

— Что-то случилось, Сетора? — спросила Мерри.

— Не важно.

— Я и вижу. Ну, значит всё в порядке.

— Если с кем-то из нас что-то не так, то это с тобой, не так ли? — спросила Сетора.

Не то чтобы она это пробормотала. Она сказала это четко и ясно, но её собеседница никак не отреагировала, как будто даже не слышала её.

Если она собирается игнорировать Сетору, то есть способы получше достучаться до неё. Она должно быть очень смелая, раз осмелилась игнорировать её.

— Похоже, это город. — сказала Сетора. — Вроде как, там живут люди.

— Думаю, да.

— На этот раз ты своизволила ответить мне, да?

— Хотя, может быть, лучше сказать, что они лишь похожи на людей. Просто потому, что они выглядят как люди, это не значит, что они ими являются.

— ...Ну, полагаю, что всё-таки нет.

— У этого места свои правила. Они немного отличаются от известных нам правил. Нет, даже не немного, я думаю. Они действительно разные. Здесь мы это уже более-менее освоили.

— Ты и сама не такая, как всегда. — сказала Сетора. — Раньше ты так не разговаривала.

— Что ты собираешься делать? Попробуешь спуститься туда?

— Значит, ты намерена полностью игнорировать меня. Очень хорошо. В таком случае, у меня припасены ещё пару идей.

— Эй, Сетора. — девушка снова изобразила фальшивую улыбку.

В версии с изображениями тут находится картинка.

У Сеторы возникло сильное желание сорвать эту маску лжи, но если бы она действительно это сделала, то каким было бы истинное лицо Мерри?

— Может, пока отложим это? Мы вроде как в кризисной ситуации. Конечно, кто знает, как долго это продлиться.

— Я просто хочу знать, что с тобой происходит, вот и всё. Я слишком многого не понимаю в том, что сейчас происходит.

— Ты не собираешься смириться с этим и жить дальше? — спросила девушка.

— Разве я такое говорила? По-моему, я никогда не произносила этого вслух.

— Это видно по твоему выражению лица.

— Если бы Хару встретил тебя сейчас, интересно, как бы он себя чувствовал.

— ...Харухиро, да?

— В отличие от меня, Хару влюблен именно в тебя. — сказала Сетора. — Он чувствует, что привязан к тебе, я так думаю.

— Возможно, мне придётся рассмотреть такую возможность, но жив ли он вообще? Я не могу себе представить, что Солдат-Доброволец его уровня смог бы выжить в этом м…—

Мерри внезапно закрыла свой собственный рот, и на её лице появилось серьёзное выражение. Нет, это не серьезное выражение, правильнее было сказать, что у неё полностью отсутствовали какие-либо эмоции. Но это было только на мгновение. Она быстро нацепила подозрительную улыбку на своё хорошенькое личико.

— Давай для предположим, что он всё-таки выжил. Как мне кажется это самый оптимальный вариант.

— Как странно, но...

— «…такая мысль не так уж и плоха». Я понимаю, почему ты хочешь это сказать, но... Я в этом сама не уверена. Пока мы не избавимся от наших нынешних трудностей, почему бы нам не сотрудничать, как раньше? Если мы просто закроем глаза на незначительную проблему, то сможем поладить. Ты должна чувствовать то же самое.

— О, неужели ты стала вести себя нормально, да? — спросила Сетора.

— Потому что ты как человек очень рассудительна. Правда в том, что иметь дело с тупицами-сопляками - это большая проблема. Но с тобой всё иначе.

Личность этой девушки всё ещё оставалась неизвестной, но, несмотря на это, Сетора интуитивно чувствовала, что она была злым существом. Возможно, движимое какой-то целью, это существо раскрывало свои карты. Конечно, истинные намерения были не совсем ясны.

Правда, в настоящее время для них было бы взаимовыгодно работать вместе. Но, если всё изменится, и она станет более опасной, чем стоило от неё ожидать, эта женщина может избавиться от Сеторы, чтобы заставить её замолкнуть навечно.

Естественно, Сетора не собиралась так легко проиграть, и ей пришлось воспользоваться теми ходами, которые были у неё в распоряжении.

— В таком случае продолжай играть в свои лживые игры. — сказала Сетора. — Никогда не знаешь, когда мы можем столкнуться с другими. Меня не интересует, что у тебя внутри, но остальные будут чувствовать себя иначе.

— Хм, пожалуй, ты права.

— Пожалуйста, не заставляй Хару волноваться или грустить из-за тебя. Он первый мужчина, которого я по-настоящему полюбила. Это не то, словно я пытаюсь полностью.

— Приму это близко к сердцу. — сказала Мерри.

— Пожалуйста, выполни своё обещание.

Сетора пыталась придать выражение лица и голос девушке, которая не могла избавиться от своих романтических чувств, делая все возможное для мужчины, для которого они предназначены, но она не была уверена, насколько хорошо это сработает. Не то чтобы у неё не было ни одного из этих чувств, так что это не должно было показаться совершенно неискренним.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ну, так... может, пойдем? — спросила Сетора. — В тот город?

Сетора и её попутчица, изображавшая Мерри, верхом на Киити спустились с холма, покрытого бугорками и трещинами, и направились к городу.

Туман не сгущался и не рассеивался. Местность вокруг города была слегка туманной. Это было странно, но не настолько, чтобы она не могла принять это. Должно быть, здесь иногда все было именно так.

Перепрыгивая через расщелины и огибая острые, как мечи, бугры, они каким-то образом сумели спуститься с холма.

Город, казалось, был окружен кривым решетчатым забором. Когда они приблизились, то увидели, что он был в три раза выше человека и весь покрыт густым шипастым плющом.

Возможно, было бы не так уж трудно взобраться на него, если бы они были готовы к некоторому безрассудству, но где-то должен быть вход и выход.

Они прошлись вдоль забора и там нашли вход. Ни дверей, ни охраны. По-видимому, они могли свободно войти.

Сетора прошла через ворота и вошла в город. Было так туманно, как никогда. Возле ворот никого не было, но она могла видеть фигуры и там, и сям, передвигавшихся по улицам.

— Здесь тихо. — прошептала Не-Мерри, оглядываясь на Сетору. — Здесь тихо. — повторила она.

Она была права. Если бы вокруг никого не было, это было бы одно, но вокруг ходили люди, и было так тихо, как будто она заткнула уши. Неужели в этом городе никто не пытаеться шуметь и разговаривать?

Киити, обладавшая более чутким слухом, чем человек, вообще не шевелила ушками. Это означало, что она тоже ничего не слышала.

— Давай пока осмотримся тут. — предложила Сетора.

Она и остальные продолжали идти прямо по дороге.

Туман. Фигуры вдалеке. Туман. Фигуры вдалеке. Туман...

Фигуры вдалеке. Туман. Фигуры вдалеке. Туман. Фигуры вдалеке. Туман...

— Хм... — Не-Мерри взодхнула, прежде чем пожала плечами. — Мы так и не прошли мимо кого-то.

— Похоже, они избегают нас.

— Я не ожидала, что меня встретят так радушно... но всё же ...

— Почему бы тебе не попытаться притвориться немного сильнее?

— Copy that . (Поняла) — сказала Не-Мерри на иностранном языке.

— Что ты сказала?

— Роджер.

— Ты что, издеваешься надо мной?

— Забудь.

— Сейчас же поворачиваем назад, Киити.

Просто услышав свое имя, Киити выполнила её команду и сделала круг.

— А найдется ли место на Киити и для меня? — проворчала Не-Мерри, следуя за ними.

— Если бы ты была настоящей, это было бы одно, но я ни за что не позволю кому-то вроде тебя усесться на Киити.

— Я не совсем фальшивка, но даже если бы мне пришлось объясняться, сомневаюсь, что тебя это устроит.

— Объяснять - значит рассказывать так, чтобы собеседник понял. — сказала Сетора. — Ты же говоришь лишь только для того, чтобы что-то скрыть или уклониться от ответа. Это не объяснение.

— Разговаривать с тобой – одно удвольствие. — сказала Не-Мерри. — Это искренно то, что я чувствую.

Вход был перекрыт. Дело было не в том, что из ниоткуда появилась какая-то несуществующая дверь, а в том, что колючий плющ полностью густо разросся и переплелся между собой, закрыв тем самы полностью вход.

— Ну, теперь... — сказала Сетора. — Ты думаешь, он не выпускает людей, когда они приходят?

— Это один из способов, как мы могли бы это интерпретировать... Я думаю. Как я справилась?

— Довольно. Похоже, у меня не будет времени беспокоиться о тебе.

Дёрг. Дёрг. Ушки Киити затрепетали.

— Гурррр... — прорычала ньяс.

Сетора что-то услышала. Подобно ветру. Но не было даже легкого ветерка.

Не-Мерри тоже деловито оглядывалась по сторонам.

Сетора внимательно прислушивалась.

Доброооо...

...пожаааааловать...

Сетора склонила голову набок. — Я могу ошибаться, но... возможно, нам будут рады больше, чем мы думали.

Добро...

...пожаловать...

... в… наш...

...город...

Добро... пожаловать...

Хмпф, фыркнула Мерри. — В нашем случае они не отказываются нас впустить, но пытаются удержать здесь.

Её тон был не так уж далек от оригинала, но это расстраивало само по себе.

Если... будете следовать правилам... все могут остаться... счастливыми... в этом городе...

Правило... Один... Будь тихим... Не шуми...

Правило... Два... Драться это... плохо... Будь мирным... вежливым... весёлым...

Правило... Три... Ты не можешь... оставить этот... город... никогда...

Правило... Четыре... Подражай... за... всеми...

Если... будете следовать этим правилам... все могут остаться... счастливыми... навсегда...

Чей это был голос? Его было слышно со всех сторон. Это, или, может быть, это шло изнутри их голов.

Не-Мерри приподняла только левую бровь. — Похоже, уходить все-таки запрещено.

Правило... Один... Будь тихим... Не шуми...

— Держать рот на замке и не разговаривать, да? — Сетора ухмыльнулась.

Она не знала, кто говорит, но оно было ужасно настойчиво. По крайней мере, Сетора была уверена, что счастливая жизнь в этом городе не слишком её устроит.

Так что же ей теперь делать? Ей даже не нужно было об этом думать. Она немедленно уходила из города.

Сетора крепко обхватила Киити обеими ножками.

Вот тогда-то всё и случилось.

Стена из плюща, преграждавшая ворота, которые она собиралась заставить Киити взяться за них и прорваться, была пробита с другой стороны.

— Вхух...?!

То, что проломило стену плюща и прошло сквозь неё, было большим диском... нет, это было зеркало?

Даже здесь массивное зеркало не могло передвигаться само по себе. Его кто-то нёс. Тостый мужчина, который держал его, поднял зеркало вверх, повертел его, а затем резко взглянул на Сетору и Мерри.

— Вы люди, Вы йому*?

— Йому? — Сетора невольно посмотрела на Не-Мерри.

Похоже, что Не-Мерри не больше неё понимала, о чём тот говорит, и склонила голову набок. — Я так не... думаю?

— Ты не похожа на Йому, тогда кто же ты?! — закричал мужчина. — Судя по всему, вы не полукровки и не монстры из снов. Вы также не похожи на Обманщиков. Значит ли это то, что я думаю?! Что вы за люди?! А мы сможем вас вытащить?!

— Что ты делаешь, Тонбе?! У тебя такой стоящий мешок сала! — Из дыры в стене плюща появился ещё один человек.

— Ну и акцент у тебя. — пробормотала Не-Мерри.

Правда, у него была характерная интонация, которую трудно было уловить, но и внешность его была совершенно уникальной. Неужели есть люди с такими длинными подбородками?

Рот этого человека был прикрыт тканью, но она не могла полностью скрыть его слишком длинный подбородок, поэтому тот выступало наружу.

Могут ли брови расти в таких идеальных равносторонних треугольниках, как его? Его зрачки были ужасно маленькими. Эти глаза санпаку давным-давно считались признаком злого рока, поводом для бегства.

Кроме того, что было со лбом этого человека? Или, вернее, было ли в этом что-то еще? Он был узким, что тяжко верилось в такое. Трудно было даже назвать это лбом, когда он был таким узким. Значит, у этого человека не было лба? Что значит не иметь лба?

В голове у Сеторы промелькнула фраза, «Он наносит какой-то безумный удар». Эти слова не входили в ее обычный словарь. Это было похоже на то, что мог бы сказать Кузаку. Тем не менее, это было правдой, внешний вид этого человека был каким-то сумасшедшим ударом.

Мужчина положил руку на рукоять большого меча, висевшего у него за спиной, и посмотрел на Сетору, а не на Мерри. — А...? А вы, черт возьми, люди?

Оттолкнув Зекрального Человека в сторону, этот парень казался довольно способным—хотя, поскольку его внешность была слишком неординарной, Сетора не могла не рассмеяться над ним.

— Я могу спросить тебя о том же.

Старательно подавляя смех, Сеторе пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить серьёзное выражение лица. Если она засмеется, этот «Ту Мач Панч Мэн» немедленно нападет на Сетору.

Она даже не была уверена, что сможет заблокировать его первый удар. В зависимости от того, как все пройдет, всё может закончиться с первым же ударом. Злой, порочной ауры, излучающая от Ту Мач Панч Мэна, было достаточно, чтобы пробудить в ней это чувство.

Зеркальный Человек приготовил своё гигантское зеркало. Его пухлое тело было почти полностью скрыто массивным зеркалом. Гигантское зеркало выглядело как ручное зеркало, увеличенное до такого размера, но как он вообще его нес? Она действительно не знала.

С опущенными губами и безвольно повисшей левой рукой, Ту Мач Панч Мэн приблизлся ближе, сжимая и отпуская рукоять своего большого меча правой рукой.

Даже для Киити, у которой вздыбилась шерсть, но готовая вступить в бой, справиться с Ту Мач Панч Мэном, вероятно, будет трудно. Вероятно, они также не могли недооценивать Зеркального Человека. Кто знает, сколько еще сражений Не-Мерри выдержит? Как бы то ни было, Сетора должна быть готова к тотальной битве. Сетора спрыгнула со спины Киити, крепко сжимая спрятанный в кармане сосуд псевдодуши. — Энба!

Псевдодуша, созданная силой реликвии, и сосуд псевдодуши, в котором она находилась, были истинным телом голема Энбы. Тем не менее, труп Энбы, который был сделан из мертвых тел и металла, был сломан и утерян. Труп не мог функционировать без сосуда псевдодуши и был не более чем простой марионеткой, но сосуд псевдодуши был также не более чем твердым камнем без трупа.

Те, кто был до неё, говорили, что можно прочесть волю псевдодуши по голубому свету, который мерцал через множество отверстий.

Сетора решила, что это галлюцинация. Если она не переделает его труп, Энба не сдвинется с места.

Если бы Сетора собиралась сделать труп где-нибудь, кроме своего родного города, деревни, ей пришлось бы собирать все инструменты и материалы с нуля, так что это было бы, мягко говоря, грандиозный проект. Было бы невероятно трудно подготовить новый труп для Энбы.

В этот момент Энба, по существу, был мертв.

По какой-то причине она родилась в доме Шуро, и первым Големом из плоти, которого она создала как некромант, был Энба. Она никак не могла привыкнуть к методу дома Шуро по созданию и уничтожению новых големов одного за другим, стремясь создать передового голема.

Она создала жизнь своими собственными руками. Теперь, когда она сделала это, она не могла уничтожить его. Она решила, что Энба будет её первым и последним големом.

Безмолвный Энба служил ей молча. Он всегда был рядом с ней. Словно друг.

Это и стало причиной смерти Энбы.

Это было так, как будто Сетора покончила с Энба.

Она не чувствовала вины. Энба был големом. Он был готов отдать свою жизнь за некроманта, которая была его хозяином в любое время. Энба делал только очевидное. Энба, очевидно, не стал винить Сетору. Никто не мог её ни в чем упрекнуть.

Энбы больше не было. Скорее всего, он никогда не вернется. Сеторе оставалось только смириться с этим фактом. Больше она ничего не могла сделать. Это было, как и должно быть.

Ту Мач Панч Мэн подпрыгнул и бросился к ней. Он двигался быстрее, чем могло уследить зрение Сеторы.

Сетора или Киити, возможно, оба, были бы аккуратно рассечены на две части мечом Ту Мач Панч Мэна, если бы Энба внезапно не встал на пути Ту Мач Панч Мэна.

Длинная металлическая левая рука Энбы отклонила удар. Не теряя ни секунды, его правая рука взревела.

Ту Мач Панч Мэн отступил со странным движением, которое заставило его исчезнуть, только чтобы снова появиться в другом месте, увернувшись от правой руки Энбы.

— Какого черта...?! — крикнул он.

— Мвухух...?! — Зеркальный Человек отразил внезапную атаку Киити своим массивным зеркалом.

Киити отпрыгнула назад, принял боевую стойку и зарычала.

Это массивное зеркало обладало немалой защитной силой. У Зеркального Человека на спине висел боевой молот, но он не мог использовать его одновременно с зеркалом.

Ту Мач Панч Мэн и Зеркальный Человек были командой, один управлял атакой, другой-защитой, не так ли?

Не-Мерри дважды постучала рукоятью своего головного посоха по земле, молча наблюдая за происходящим. Похоже, она вообще не собиралась вмешиваться. Невозможно было предугадать, что она сделает, если дела пойдут плохо, но сейчас Сеторе понадобятся Киити и Энба, чтобы сделать всё возможное.

Почему Энба, который должен был потерять свой труп, оказался здесь? Более того, когда Сетора взяла его псевдодушный сосуд и пожелала, чтобы он пришел, он появился. Как этот феномен работает? Сетора понятия не имела, но Энба был здесь.

Он много раз защищал Сетору в этом странном мире, уничтожая её врагов, и только что проделал хорошую работу, отражая меч Ту Мач Панч Мэна. Он не был иллюзией.

Кожа Энбы вообще не была обнажена. Эластичные трупные повязки, которые Сетора собственноручно сделала для его трупа, были обернуты вокруг всего его тела, прикрывая его должным образом. Тот, кто защищал свои руки там, где они нуждались в этом, тоже была Сеторой.

Неважно, как ты смотришь на него, Энба может быть только Энбой. Однако трудно было сказать, что он совершенно не изменился. На самом деле это было невозможно.

Энба был ростом со взрослого мужчину, может быть, чуть ниже. Когда она начала делать Энбу, Сеторе было девять лет, так что в то время он чувствовал себя большим, но уже не таким большим.

Раньше он не был большим.

Энба подрос.

Так ли это?

Нет, конечно, нет. Это не может быть правдой.

Големы из плоти не уменьшались и не худели, но и не становились выше и толще. Это не должно было быть возможным, но Ту Мач Панч Мэн был, вероятно, выше среднего роста, но всё же ниже Энбы. Да, он определенно был ниже ростом.

Энба явно стал больше.

— Вперёд, Энба, Киити! — приказала Сетора.

Какое это имело значение, когда Киити превратилась в то, кем она сейчас была? Энба только что стал больше. В этом не было ничего особенного.

Энба атаковал Ту Мач Панч Мэна, в то время как Киити атаковала Зеркального Человека. Ту Мач Панч Мэн гибко двигался влево и вправо, уклоняясь от яростных атак левой и правой рук Энбы.

Он увернулся.

Он увернулся.

Когда ему показалось, что он собирается просто уклониться, он выставил свой большой меч, как копье для контратаки. Энба отклонился назад, чтобы избежать удара, и тут же упал навзничь.

Прежде чем он смог встать на ноги, Ту Мач Панч Мэн взревел и прыгнул на него. — Гяяяяяях...!

Сможет ли Энба справиться с этим?

Пожалуйста, выдержи это как-нибудь , мысленно взмолилась Сетора.

Его противник ещё даже не был серьезен. Они находились на той стадии, когда враг просмотрел все доступные им ходы.

Кошка Киити наносила удары обеими передними лапами, а удар, который она выполняла после кувырка вперед, был заблокирован Зеркальным Человеком, поэтому она изо всех сил пыталась атаковать.

Если Ту Мач Панч Мэн решит, что он может сокрушить Энбу, они, скорее всего, перейдут в наступление. Она хотела сделать что-нибудь до этого момента, но у Сеторы не было карт, чтобы играть.

Посмотрев на Не-Мерри, севшой и обнявшей свои ноги. Что же она делает?

Не в силах больше терпеть это, Сетора, наконец, сорвалась и начала кричать на Не-Мерри. — Ты - …

— Подождите, подождите, подождите! — кто-то пробрался через дыру в стене в город.

Этот человек был высоким, и, возможно, в качестве контрмеры против сладкого ветра, у него была какая-то ткань на рту.

Это был...

— Стойте, стойте, стойте! Тонбе-Сан! Гоми-Сан! Они же не враги! Это мои товарищи! Нет никакой необходимости драться!

— А?!

— Что сказаааааал?!

Ту Мач Панч Мэн и Зеркальный Человек отпрыгнули в унисон.

— П-Подождите! — закричала Сетора.

Когда Сетора отдала приказ, Энба и Киити встали.

Парень снял повязку, прикрывавшую ему рот. — Охххххххххх! Мерри-сан! Сетора-сан! Это безумие!

Что должно было быть «безумием»? Что это было за лицо? Она чувствовала себя неловко, просто глядя на него.

Как можно улыбаться, когда у тебя все лицо в таком беспорядке? Его глаза тоже были полны слез. Понятно, что он был счастлив, но разве не странно так плакать? Так и должно быть.

Несмотря на это, Сетора почувствовала раздражение глубоко в носу, и область вокруг её глаз стала горячей от слёз.

Ни за что. Ей казалось, что она вот—вот заплачет-или уже заплакала?

Тем временем Не-Мерри в мгновение ока поднялась и с улыбкой помахала ему рукой. — Давно не виделись, Кузаку.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Возможно, этого и следовало ожидать. Это не заставляло Сетору чувствовать себя так или иначе сильно, но разве она не могла вложить немного больше в свое выступление?

Казалось, Кузаку был настолько тронут, что его рассудок был затуманен, и он просто шёл, Да, да , пытаясь вытереть слезы, так что, вероятно, сейчас все было в порядке.

— ...Постойте. А? — Кузаку посмотрел на Киити, повернулся, чтобы посмотреть на Энбу, потом закричала. — Чтоооооооо?! Аааааа?! Чтоааааааа?! Ч-Ч-Что?! Уаааааааааааа...?!

— Ты слишком громко разговариваешь, Боссари! — раздался женский голос.

Был еще один такой же?

А теперь кто?

По голосу Сетора поняла, что он был женский. Она, вероятно, путешествовала с Кузаку, но она не была Шихорой.

В этом мире были не только монстры. Зеркальный Человек и Ту Мач Панч Мэн -оба были людьми. Скорее всего, они были Солдатами-Добровольцами, как Харухиро и его отряд. В таком случае, эта девушка тоже была одной из них?

Та стояла по другую сторону дыры в стене, скрестив руки на груди. Она даже не попыталась войти в город.

Как и у Ту Мач Панч Мэна и Кузаку, её рот был покрыт тканью, и она носила белый наряд с синими бликами. Это было то, что они называли униформой Жрицы.

— Кто ты такая? — спросила Сетора.

— Нет, сначала ты. Кто ты?

— Я - Шуро Сетора. Теперь твоя очередь.

— Я - Ио. Я бы не возражала, если бы вы называли меня Ио-сама.

— Мне не нужно твоё разрешение.

— Почему?!

— Потому что у меня нет причин обращаться к тебе с «сама».

— Ты не знаешь, что должна называть меня Ио-сама из уважения? — женщина усмехнулась. — О боже. Может быть, у тебя слабая головушка?

— Скорее это относится именно к тебе. — холодно спросила Сетора. — Кстати, Кузаку.

— Муах?

Кузаку указал на себя с идиотским выражением лица. Она уже знала, что он не был особенно умным человеком, так что это не раздражало её. Это было по-своему достойно похвалы.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Сетора. — Зачем ты пришел в этот город?

— Ох. Дело в том, что…

Правило... Один... Будь тихим... Не шуми...

Правило... Два... Сражение это... плохо... Будь мирным... вежливым... весёлым...

Правило... Три... Ты не можешь... оставить это... город... никогда...

Правило... Четыре... Подражай... за… всеми...

Не соблюдение... правил... плохо... уйдите...

Они слышали этот голос до битвы. Может быть, из-за шума, который они подняли, они этого не заметили. Возможно, они слышали его все это время.

Вы не до сих пор не ушли... Убью...

Сетора обернулась. Она была неосторожна. Из-за всего, что происходило вокруг, она не замечала этого раньше.

Они были на дорогах, на крышах домов, в промежутках между зданиями. Их очертания были неясны сквозь дымку, но в то время как некоторые были похожи на людей, некоторые были похожи, но отличались, а другие были совершенно нечеловеческими. Возможно, они собрались со всего города. Их был целый рой.

— ...Э-э, мы пришли сюда, чтобы заработать очки id? — неуверенно спросил Кузаку.

Он подошел к Сеторе, вытаскивая свою большую катану. Но этот человек, он был высоким с самого начала, но был ли он таким большим?

— Если я так скажу, ты меня поймешь? — спросил он.

— Нет, даже не немного... но приготовьтесь, Энба, Киити.

Энба и Киити защищали фланги Сеторы. Не-Мерри тоже неохотно приготовила свой главный посох. Зеркальный Человек и Ту Мач Панч Мэн тоже двинулись вперёд.

На первый взгляд казалось, что жители городка не двигаются с места.

Однако раньше их там не было. Они определенно двигались вперед. Они постепенно смыкались, а потом обрушивались на них, как прорванная плотина.

— Убейте их. — сказала Ио.

Как будто Ио отдала им приказ. Они приближались. Жители города напирали друг на друга.

На мгновение Сеторе пришла в голову одна мысль. Мы не убьём их. Разве они не разорвут нас вместо этого?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

12. Cлегка Потерян, Слегка Сломлен [мы_потерялись]

В версии с изображениями тут находится картинка.

— ...Алиса? — я отважился спросить.

Я уверен в том, что та, кто смотрит сверху вниз на меня, Алиса Си .

— Да... — Алиса кивнула.

На меня?

...Подождите, кто?

Я...

Ох, точно.

— Я...

Держа что-то в руках. Что это?

Это? Это человек.

Он уткнулся лицом в волосы этого человека. Как будто он... обнимал его сзади. И они оба лежали на земле. Это была девушка?

Он не подумал, « Почему я цепляюсь за нее? ». Он быстро - Нет, пожалуй, лучше сказать «наконец-то» - осознал это. Кого именно он держал в своих объятиях.

— Ито... Нуи...

Она обмякла и не двигалась. Харухиро вытащил свою руку из-под неё и положил её на землю, после чего встал.

Хотя на ней было что-то вроде нижнего белья, оно было довольно тонким и местами порванным. Даже не снимая многослойных очков, он слишком хорошо знал её лицо. Он синхронизировался с ней, используя свою магию Резонанса. Точнее было бы сказать, что он вошел в неё или стал с ней единым целым.

Харухиро был Ито Нуи. Даже сейчас он чувствовал себя очень близко к ней. Он не мог думать о ней как о незнакомке. Боль, страдания Нуи, а также и её радость - Харухиро знал их очень хорошо. Он чувствовал, что одержимость Алисой, которая доминировала в её душе, стала его собственной.

Может быть, именно поэтому он без колебаний прикоснулся к щеке Нуи.

— Нуи-сан? — тихо спросил он.

Было даже неуместно обращаться к ней с «сан».

— Нуи… — повторил он.

Этого он никак не ожидал. Харухиро был просто озадачен.

Почему у Нуи такая холодная щека?

Он не запаниковал. Он просто подумал, что это странно, и постепенно убеждался в этом.

Всё тело Нуи обмякло. Ни одна её часть не шевельнулась. Её ярко-красные губы, испачканные помадой или чем-то в этом роде, всё ещё были слегка приоткрыты. Её грудь не вздымалась и не опускалась.

Харухиро прижался ухом к полуоткрытой груди Нуи. Он слышал сердцебиение Нуи.

В этот момент Харухиро запаниковал. — Оно остановилось! Её сердце! Она не дышит! Алиса!

— Да.

— Сейчас не время говорить «да», не так ли?! У Нуи...

— Я знаю.

— Ты... знаешь... А? Подожди, что ты делаешь...?

— Нуи уже мертва.

— Мер… — Харухиро резко остановился.

— Просто присмотрись. Она уже мертва.

— Нет, но ещё не поздно сделать…

— Искусственное дыхание? Ладно, давай попробуй. Но я думаю, что это бессмысленно.

— Я сделаю это. — отчаянно сказал Харухиро. — Я должен. Разве это не очевидно? Конечно, мы собираемся сделать это. Ммм, знаешь, как его делать?

— Более или менее. Давай я помогу.

Наклонив голову Нуи назад, чтобы очистить дыхательные пути, Харухиро заставил Алису вдуть воздух в рот Нуи. Когда в ней наберется достаточно воздуха, чтобы грудь поднялась, они подождут, пока Нуи выдохнет, а потом снова вдохнут. После того, как это было сделано два или три раза, он сильно надавил на центр её груди обеими руками.

Харухиро пришлось сделать это довольно быстро, отталкиваясь, пока её грудь не опустилась сантиметров на пять. После тридцати компрессий они снова будут вдыхать в неё воздух.

Когда Алиса впервые вдохнула в неё, ответа не последовало. Тело Нуи походило на предмет, мало чем отличавшийся от Девчачьих Кукол, разбросанных на лестнице Железной Башни Небес и горе железного лома.

Нуи была здесь, и всё же нигде. Она была точно мертва. Но он не мог заставить себя сказать, «Давай остановимся». Он должен был продолжать.

Нуи была похожа на него самого. Воспоминания Нуи, её чувства цеплялись за него.

Она могла быть той ещё занозой , сказала Алиса.

Правда, Нуи не была ни доброжелательной, ни чистой. Но у неё были причины, по которым она могла жить только так, как жила, и Нуи делала всё, что могла, по-своему.

Когда она забрела в Парано, когда её разлучили с Алисой, Нуи впала в отчаяние, потеряв способность сохранять рассудок, и стала Обманщиком.

Нет... как Кукольный Мастер, Нуи была просто сбита с толку.

Харухиро заснул в Парано, видел сон и однажды родил чудовище из сна. Он не помнил, что произошло во сне, но это был невероятно ужасный кошмар.

По существу, Нуи всё ещё не спала, но её мучил непрекращающийся кошмар. Из-за этого, даже воссоединившись с Алисой, она не смогла бы узнать в ней человека, которого так долго искала.

Теперь кошмару пришел конец.

Алиса была здесь.

Нуи снова встретилась с Алисой.

— Так почему...? — простонал Харухиро.

— Достаточно.

Область вокруг рта Алисы была окрашена в темно-красный цвет. Это было доказательством того, сколько раз Нуи делали искусственное дыхание.

Нуи была бы этому рада. Она так любила Алису. Не в плане романтики, и Харухиро не знал, можно ли это назвать любовью, но Нуи тосковала по Алисе всем своим телом и душой.

Алиса могла бы быть повежливее с Нуи. Не относиться к ней как к одной из нескольких подруг, а поставить её в положение лучшей подруги и поладить с ней.

Нуи любила Алису больше, чем они оба могли вынести.

— Наконец-то вы нашли друг друга. — прошептал Харухиро.

— Но Нуи уже мертва.

— Я слышал… — сказал Харухиро. — …в самом конце твой голос. Ты звала Нуи по имени снова и снова, ведь так? Это дошло до неё. Она услышала его... Должно быть, она услышала твой голос.

Тыльной стороной ладони Алиса энергично стерла помаду. Затем Алиса снова натянула маску.

— Ты стал един с Нуи, да? Это было не просто усиление магии. Такова истинная природа Резонанса? Тоже самое было и со мной?

— Я не знал, понятно? Я никогда не пытался сделать это намеренно с тобой, Алиса. Но Нуи...

— Ты думал, что сможешь спасти её?

— У меня не было доказательств, что я могу это сделать. Как я мог это сделать? Но я подумал, «А вдруг получится…».

— Наверное, Нуи умерла потому, что встретила меня. — Алиса сняла с Нуи очки по одной паре за раз. С нежными движениями, заставляющими каждое мгновение казаться застывшим во времени. — Потому что Нуи всегда, всегда страдала. Она хотела быть такой же, как я... быть просто самим собой. Такая странная. Знаешь, это не так уж здорово. С другой стороны, я думаю, что быть живым вообще не так уж и здорово.

— Если бы я не пошел и не сделал то, что сделал...

— Возможно.

— Это моя вина. — сказал Харухиро, убитый горем.

— Даже если так, послушай. В этом нет твоей вины, сделано, то что сделано.

— Я не смог спасти её!

— Да ладно, это уже не важно. Нуи не будет тебя винить в этом. Она мертва. Я тоже не думаю, что ты сделал что-то плохое. То есть, даже если бы я так думала, ничего бы из этого не вышло.

Как только Алиса сняла все очки с Нуи, шляпа слетела, но потом Алиса снова надела её, немного посмеиваясь.

— Нуи такая странная. Я имею в виду, это просто странно. Верно, Харухиро?

— ...Ага.

— Не мог бы мне помочь?

— С... чем?

— Нехорошо оставлять её здесь в таком состоянии. Я не знаю, это просто оставляет неприятное послевкусие.

Мало того, что он помогал, Харухиро более или менее сам нёс на себе Нуи.

Хотя он мог нести её под подмышкой, поднимаясь по лестнице, но это не сработало бы для лестниц. После того, как он попробовал разные способы, казалось, что это сработает, если он будет нести Нуи на спине, фиксируя её на месте с помощью своего плаща и других вещей. Она всё ещё была тяжелой, да, но не слишком.

Это был Парано, и несколько раз у него промелькало в голове, что Нуи сможет вновь начать двигаться на его спине. То, что она умерла, не означает, что она не вернется к жизни. Но Нуи была мертва. Она просто всё ещё была мертва, вот и всё.

— Вот и хорошо, я думаю. — сказала Алиса, похлопав по голове человека, который сидел, свесив ноги с края площадки.

В какой-то момент Алиса рассказала ему об этом. Этот человек решил заржаветь по собственной воле и остался в этом месте. Он был похож на статую, но, возможно, этот человек всё ещё был жив.

Харухиро опустил Нуи на землю, прислонив её спиной к Железной Башне Небес. Нуи была мертва, так что без деликатного позиционирования угла наклона тела, а также рук и ног она бы упала. Кроме того, его беспокоил тот факт, что она была полуголой.

— У меня есть хорошая идея. — Алиса сняла плащ и надела его на Нуи.

Затем, совместными усилиями им удалось стабилизировать тело Нуи методом проб и ошибок.

С раздвинутыми немного ногами, её руки были сложены на передней части её живота, а её лицо глядело вниз, Нуи выглядела, как будто она спит.

Наискосок от Нуи сидел человек, покрытый ржавчиной.

В конце концов Нуи тоже начнет ржаветь, без сомнения.

Алиса села не рядом со своей подругой Нуи, а рядом с мужчиной.

Харухиро присел на корточки рядом с ними.

Они оставались там так долго, что он начал сомневаться, не заржавеют ли они вдвоем. Или, может быть, это было совсем не так, и они молчали только мгновение.

Харухиро снял плащ и накинул его на плечи Алисы.

— Спасибо. — поблагодарила Алиса, не глядя в его сторону, затем закрыла плащ спереди и встала. — Думаю, нам пора идти.

Даже когда Алиса начала уходить, Харухиро некоторое время не двигался с места. Алиса не остановится и не повернет назад. И все же он подозревал, что время от времени Алиса будет навещать Нуи. Так же, как Алиса иногда приходила посмотреть на ржавого человека, который был её знакомым.

Прощай, Нуи . С этим молчаливым прощанием Харухиро погнался за Алисой.

Его плащ уже успел привыкнуть к Алисе и походил на дождевик.

Они спустились по лестнице и стали спускаться вниз.

Спускаясь вниз, они заметили поднимающегося по лестнице Ахиру.

Похоже, Ахиру тоже заметил Харухиро и Алису.

Ахиру поднялся по лестнице. Харухиро и Алиса ждали его наверху.

— Внизу были разбросаны куклы. — сказал он им. — Неподвижные куклы. Их было много. Эти штуки принадлежат Кукольному Мастеру, верно?

— Не знаю. — коротко ответила Алиса.

Ахиру, возможно, догадался, потому что больше ничего не спрашивал. — Похоже, король обзавелся новыми вассалами. Я уже видел женщину, которая таскает за собой двух уродливых мужчин. Но высокий парень, я видел его впервые.

— Это Кузаку. — сказал Харухиро. — Он мой товарищ.

Ахиру нахмурился. — Откуда ты знаешь?

— Мы наблюдали издали, как ты выполз из Гнезда Радужного крота. После тебя появилась эта женщина и её соратники.

— Похоже, ты всё ещё не доверяешь мне, Алиса. — сказал Ахиру.

— Доверяю я тебе или нет, зависит только от тебя, Ахиру.

— Я всего лишь хочу спасти её. — ответил он. — Вот и всё.

— А я хочу убрать этого ублюдка.

— Ты собираешься стать новым королем или что-то в этом роде?

— Не заинтересована в этом. Я просто хочу попрощаться с этим испорченным миром.

Однажды Харухиро спросил, не хочет ли Алиса вернуться в свой родной мир. Он не получил на это однозначного «да». На самом деле, ответ был, не точным, или что-то в этом роде.

Неужели с тех пор Алиса передумала? Или ситуация изменилась? Поскольку подруга Алисы, Нуи, была мертва, больше не было причин оставаться. Может быть, именно поэтому Алиса теперь хотела попрощаться с этим испорченным миром?

— Если мы свергнем короля, то сможем попрощаться с этим миром? — спросил Харухиро. — Мы сможем выбраться из Парано? Ты это хочешь сказать?

— Там есть дверь. — ответ пришел от Ахиру, а не от Алисы. — Королевский трон - это дверь. Я слышал, что эта дверь была там с самого начала.

— Дверь... — прошептал Харухиро.

Харухиро и его спутники открыли дверь, которая, очевидно, была реликвией, когда они были в Лагере Лесли. Пройдя через эту дверь, они оказались в Парано.

— Дверь, которую я знаю, была ... как бы это описать? За ней ничего не было. — сказал Харухиро. — Она не была встроен в стену. Если вы откроете её, вы просто увидите насквозь другую сторону. Но, несмотря на это, если войдете в неё, то выйдете в другом месте... другом мире. И пути назад нет.

— Я никогда не видел, чтобы королевская дверь открывалась. — сказал Ахиру. — Всё, что я знаю, это то, что она определенно имеет форму двери.

— Да. — пробормотала Алиса. — Он мне её показывал... или точнее сказать заставил меня на неё посмотреть, наверное. Этот кусок дерьма открыл передо мной дверь, всего один раз.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

13. Вечный Сон [басня]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Жил - был великий король.

Король был настолько невероятно велик, что никто не мог бросить вызов королю. Но верно было и обратное.

Из-за того, что никто не мог бросить вызов королю, тот был велик. Он убивал любого, кто выступал против него, или просто раздавлял в лепешку, после чего оставшихся заставлял поклясться, что отныне они будут делать то, что он прикажет, и просить помиловать их, прежде чем сделать их своими вассалами. Вот так король стал величайшим королем в мире.

Теперь, будучи великим королем, он имел много вассалов. Однако король ненавидел бесполезных людей, поэтому, когда он решил, что они не полезны для него, он давил их в лепешки.

Когда король испепелял их своей невероятной силой, не оставалось ничего, кроме их теней.

Тени слонялись вокруг, следя за его вассалами, несмотря на то, что у них не было глаз, держа свои уши настороже на случай неприятностей, несмотря на то, что у них не было ушей. Если поблизости были смутьяны, замышлявшие недоброе, они бросались к королю и шептали, и шептали, и шептали... Они общались с ним словами, понятными только теням и королю.

Тени не могли отличать цвета или определять размеры фигур. Тем не менее, если не считать тех времен, когда они праздно бродили по городу, они в основном проводили время в поисках предателей короля.

Великий король собирал всё больше и больше вассалов и теней, продолжая свой бесконечный поход, но внезапно, в один прекрасный день, он расстроился, что у него нет собственного замка.

Когда он рассказал об этом своим вассалам, человек, который называл себя вассалом номер один короля, предложил это:

— Я слышал, что в месте, которое когда-то было городом Инами*, сейчас там разбит великолепный цветочный сад. Я хочу сразить хозяина цветочного сада Ханаме и предоставить вам её землю, мой господин.

Король был доволен. Он дал этому человеку рыцарский титул, почетное имя Баярд и задание убить Ханаме.

Однако Баярд не только не смог сразить Ханаме, но и попал в плен. Несколько вассалов ворвались в сад, но ни один из них не вернулся.

Наконец король решил сам отправиться в сад. Когда он это сделал, его вассал номер два сказал ему это:

— А стоит ли нам вообще строить замок в саду? Есть башня, которая доходит до самых небес. Я считаю, что эта высокая башня больше всего подходит нашему несравненному королю. Я поднимусь на вершину башни и там построю замок для вас, мой господин.

Действительно, чем какой-нибудь цветник, самая высокая точка в этом мире больше всего подходит мне , чувствовал король.

— Тогда действуй. — приказал он.

— Так точно, мой господин.

Так вассал номер два отправился в Железную Башню Небес, но по какой-то причине так и не вернулся.

По приказу короля несколько вассалов отправились на поиски второго вассала.

Однако, как бы высоко они ни забирались, Железной Башне Небес не было конца.

Один вассал, который повернул назад, позже отчетался:

— Мой господин, мы не смогли найти второго вассала. Я забрался довольно высоко на башню, но, не видя её вершины, сдался. Я верю, что башня может подниматься бесконечно.

Король пришел в ярость и раздавил в лепешку того вассала.

— Почему бы вам не построить свой замок там, где когда-то стоял город Шигухари*? — Спящий человек сделал предложение.

Спящий человек был склонен засыпать, и когда он это делал, монстры появлялись в большом количестве, поэтому он доставлял неприятности другим вассалам. Однако король ценил Спящего человека и велел ему служит усерднее, чтотбы тот постоянно был рядом с королем.

Это было потому, что чем больше он пинал и бил монстров, которые выплескивались наружу, тем больше становилась собственная сила короля.

— Шигухари был самым большим городом в этом мире. — сказал Спящий человек. — Полон жителей, словно муравейник, а также был очень процветающим.

— Спящий человек, почему этот город исчез? — спросил король.

— Давным-давно в этом мире было семь городов. Люди были жадными до чёртиков и не желали процветание других городов, поэтому, чтобы превзойти друг друга, они объявили войну.

— Должен быть только один правитель. — сказал король. — Я вижу, они не могли уяснить хотя бы самых банальных вещей.

— Конечно, мой господин. К концу войны все семь городов были разрушены. Однако у Шигухари была причина быть самым большим из городов. На том месте, где когда-то стоял Шигухари, мы должны будем построить ваш замок.

— Тогда так тому и быть.

Король что-то сказал, и вассалы поспешили осмотреть Шигухари. Шигухари был самым большим из городов, поэтому он стал ненавистен другим городам и теперь был полностью разрушен. Бесчисленные количество зданий было полностью разрушено, так что просто очистить всё это было невероятно трудоемкой задачей.

Тем не менее, если вассалы медлили слишком долго, то вполне возможно, что разгневанный король мог их поджарить, так что они не могли расслабиться.

Король снова увеличил число своих вассалов и заставил их работать. В частности, мастер-землекоп Радужный Крот действительно отличился.

Щебень разбирали на куски, которые можно было использовать, и куски, которые нельзя было использовать, а затем полезные куски складывали в кучу, в то время как бесполезные куски просто выбрасывали. Среди, казалось бы, пригодных для использования предметов была большая дверь.

Сначала король хотел сделать её дверью в свои покои, но Спящий человек воспротивился этому.

— Мой господин, эта дверь особенная. Единственная в своём роде в этом мире. Это было величайшее сокровище Шигухари. Именно потому, что они тайно держали эту дверь, Шигухари стал самым большим городом, и поэтому они считались самым близким местом к небесам.

— По-моему, это обычная дверь. — возразил король.

— Говорят, что эта дверь связана с небесами. Теперь, когда вы получили дверь, вы можете отправиться на небеса в любое время.

— Если я могу уйти в любое время, то сейчас в этом нет необходимости.

— Я думаю, будет лучше, если вы поступите так, как сочтете нужным, мой господин. — сказал Спящий человек.

— Тогда пусть так и будет.

Король приказал, чтобы никто не прикасался к двери, и велел своим вассалам продолжать строительство замка.

Когда замок был закончен, он был для человека так же велик, как слон для муравья. После чего его назвали Cлоновьим Замком*.

Сокровище Шигухари, эта дверь, было перенесено в комнату короля и помещено там, где оно должно было выделяться.

Король остался доволен и решил вознаградить Cпящего человека. — В течение долгого времени ты отлично служил мне. Неужели ты ничего не желаешь?

— Чтобы служить вам, мой Господин, я старался бодрствовать как можно чаще. — сказал спящий человек. — Однако мне очень хочется спать. С вашего позволения, я хотел бы поспать, в таком месте, где я мог бы видеть ваш замок, когда мне случится проснуться.

— Ты человек без жадности. Ты получишь свою награду. Спи в таком месте, откуда cможешь увидеть этот замок, как бы долго и сильно ты ни желал.

— Благодарю вас, О великий король.

Как он и хотел, Спящий человек заснул.

Когда Спящий человек ложился на землю, деревья испускали почки темно-красного, алого цвета, которые росли, становясь толстыми листьями. Они образовали рощу, а затем лес.

Поскольку Спящий человек заснул, появились и монстры.

Увидев это, король подумал, « Это же живая изгородь », и очень обрадовался.

Пережив войну семи городов, встретив великого короля, выполнив свой долг и наконец получив возможность спокойно поспать, Спящий человек был верным и счастливым человеком.

Король иногда приказывал своим вассалам построить пристройки к замку или перестроить их. Если он был недоволен их трудовой этикой или, если они делали что-то не так, король убивал или поджаривал того или иного вассала.

Когда ему не хватало вассалов, король приказывал своим вассалам искать новых вассалов. Однако было довольно трудно найти вассалов, которые соответствовали бы стандартам короля.

Король с нежностью вспомнил о спящем человеке и отправился в Багряный Лес, много раз окликая его по имени. Однако ответа не последовало. Спящий человек крепко спал, как будто ему снились райские сновидения.

С силой, которой обладал великий король, для него, вероятно, не было невозможным сравнять лес с землей и разбудить спящего человека. Однако король решил дать спящему человеку поспать и решил, что отныне он будет щедро почитать и награждать тех вассалов, которые хорошо справились с заданием.

Не имея ни малейшего представления о том, какое ужасное предательство совершили против него его вассалы, король отправился обратно в замок.

Потом, когда он вернулся в свою комнату, произошло кое-что ужасное. Сокровище Шигухари, дверь в Рай, была открыта.

Более того, хотя он и увидел свою комнату по другую сторону двери, из неё почему-то торчала голова одного из его вассалов.

— Вассал, объясни свои деяния! — потребовал король.

— Я пытался открыть дверь, пока вас не было, и попасть на небеса. — сказал вассал.

— Почему торчит только твое лицо?

— Это потому, что мне было страшно, и я медленно попятился назад.

— Ты на небесах?

— Все, начиная с моей шеи, находится на небесах. Только мое лицо осталось в этом мире, мой господин.

— Что это за место такое - рай?

— Мое лицо остается в этом мире, поэтому я пока не могу его увидеть. Однако, поскольку вы больше не мой господин, я все равно не могу сказать вам, даже если бы знал.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что я больше не твой господин? — потребовал король.

— Я говорю серьезно. — Как только он это сказал, лицо вассала исчезло за дверью.

Так король перестал быть господином этого вассала. Каким бы великим королем он ни был, он не мог подчинить себе вассала, ушедшего на небеса.

Король пришел в ярость, немедленно созвал всех вассалов в замке и поджарил их.

— Мой вассал номер один Баярд подвёл меня, а человек, которого я считал своим вассалом номер два, так и не вернулся из Железной Башни Небес. Неужели нигде нет вассала, который был бы так же верен и способен, как Спящий человек?

От неспособных и неверных вассалов ничего не добьешься, да и вреда будет много, но полное отсутствие вассалов само по себе неудобно.

Когда вассалы, которые были далеко от замка, вернулись, король поручил им привести ещё много новых вассалов. Более того, чтобы эта наглая дверь никогда больше не открылась, он заковал её цепями. Используя её в качестве спинки и прикрепив к ней подлокотники и сиденье, король превратил её в трон.

Когда король сидел на этом троне, никто не мог открыть дверь.

— Я не могу доверять своим вассалам, но если я разнесу их направо и налево, то мигом убегут. — пробормотал король. — За исключением тех, кто совершил что-то особенно ужасное, я запру их в подземелье и заставлю поразмыслить над своими действиями. До тех пор, хотя...

Он был вне себя от радости, когда Cлоновий Замок был впервые достроен, но с тех пор, как он приобрел замок, он перестал ходить куда-либо очень часто. Теперь он был вынужден защищать свое сокровище, дверь, и не мог отойти от неё.

Он подумывал просто отправиться на небеса, но даже мудрый король не мог знать, что это за место.

Кроме того, король не всегда был королем. Только постепенно укрепляя свою власть и становясь великим, он смог приобрести такой впечатляющий замок, как этот. Если отбросить в сторону тот факт, что он не может сдвинуться с места перед сокровищем, можно сказать, что он способен на всё.

Вполне возможно, что в тот момент, когда он отправится на небеса, великий и мудрый король потеряет всё. Если это произойдет, всё сделанное окажется напрасной тратой времени и сил.

Кроме того, как однажды сказал ему Спящий человек, король, достигший двери, может попасть на небеса в любое время, так что не было никакой необходимости спешить.

Однако попасть на небеса мог только король. Если король откроет дверь и отправится на небеса, то некому будет её закрыть. Любой мог пройти через открытую дверь и попасть в рай вслед за ним. Дверь принадлежала королю, так что разве это не было бы невероятно досадно?

Чтобы утешить себя, король искал странные и необычные вещи. Его вассалы соревновались, чтобы найти такие вещи, но они не получили результатов, на которые надеялись. После долгого путешествия по этому миру было нелегко произвести впечатление на короля любой старой вещью.

Однажды вассал привел в замок хорошенькую принцессу. Принцесса была красива, но всё время держала рядом грязную лопату. Какая странная принцесса.

Король очень привязался к принцессе. Потому что, в отличие от его вассалов, которые всегда старались выслужиться перед ним, принцесса была храброй или глупой и противостояла королю на каждом шагу.

Для короля предательство было непростительным, но он устал от того, что рядом с ним были только те, кто ему льстил. Вассал, который привел к нему принцессу, должен был видеть, что чувствует король.

— Молодец. — сказал король. — Тем не менее, дерзко пытаться читать сердце вашего короля. Я сделаю тебя тенью.

Как только король превратил этого вассала в тень, он приказал принцессе быть его собеседником в разговоре.

— Я не хочу с тобой разговаривать. — высказалась принцесса.

— Тогда я испепелю тебя, как того вассала?

— Но этого я тоже хотела бы избежать.

— Если тебе это не нравится, то сопротивляйся. Для чего ещё тебе эта грязная лопата?

— Как будто я смогу победить тебя. — фыркнула она. — Ты же знаешь, что я не могу, вот поэтому ты не отбираешь у меня лопату, верно?

— Боже мой, тебе просто обязано, чтобы всё шло по-твоему плану, не так ли?

— Я не хочу, чтобы ты говорил мне, что я эгоистка. — отрезала принцесса. — Не важно, как ты на это смотришь, никто не может быть более эгоистичным, чем ты, кусок дерьма.

— Дело не в том, что хотят короли, чтобы всё было как они хотят. Те, кто добиваются всего по-своему, и становятся королями.

— А? Что это, проблема курицы и яйца? Хотя очевидно, что курица появилась первой.

— А почему курица оказалась на первом месте? — спросил король.

— Я слышала о курицах, несущих яйца, но ни одно яйцо не несет цыпленка. Яйцо - это всего лишь скорлупа.

— Ты очень интересный собеседник. Спой для меня и утоли мою скуку.

— Думаешь, меня волнует, скучно тебе или нет? Тебе может быть скучно всегда.

Для короля, которому до смерти надоели его льстивые вассалы, откровенное поведение принцессы было утешительным. Независимо от того, насколько сильно переходила черту принцесса, если король станет серьезным, он может закончить всё в одно мгновение. Вот почему он мог не обращать внимания на то, что его называют куском дерьма. Принцесса была похожа на эффектного шута.

— Если ты думаешь, что всегда будешь на вершине, то глубоко ошибаешься. — усмехнулась принцесса.

— Решать, что правильно, а что нет, - исключительное право правителя.

— Правителя, говоришь? Ты думаешь, что пугать людей, заставляя их делать то, что ты говоришь, - это правление. Действительно впечатляет.

— Если они не будут верны мне, то будут раздавлены. — рассказал ей король. — Таким образом, они повинуются. Чем проще система, тем лучше.

— Ты просто не можешь придумать более сложную систему, не так ли? Ну, например, какой-нибудь свод законов. Держу пари, ты не смог бы сделать ничего настолько продвинутого. Только не с твоими дерьмовыми мозгами.

Тем не менее, были моменты, когда он срывался. Когда принцесса увлекалась и заходила слишком далеко, король начинал кричать.

— Я могу превратить тебя в гребанную тень, которая ниже чертовой животной твари, и ты с этим ничего не сможешь сделать!

Когда он увидел, как обычно смелое лицо принцессы побледнело, а руки отчаянно вцепились в лопату, ему стало по-настоящему приятно.

Что же касается короля, то он допускал нескромные замечания принцессы только для этой цели. Даже когда она была явно напугана, фальшивая бравада принцессы всё ещё была тем зрелищем.

— Если ты хочешь это сделать, то сделай. — прорычала принцесса. — Я более чем готова.

— Вот это дух. Тебе следует больше разговаривать со мной. Я буду слушать тебя, пока мое терпение не иссякнет.

В конце концов принцесса превратилась в любимицу, танцующую на ладони короля. Поскольку король был слишком велик, большинство людей, помещенных в его ладонь, съеживались от страха, но принцесса танцевала отчаянно. Разве это не было так серьезно и так восхитительно?

— У великого короля есть всё, чего у тебя никогда не будет. — ухмыльнулся король. — Этот замок, во-первых, и эта дверь, во-вторых.

Король поднялся с трона, снял подлокотники, сиденье и цепи с двери и открыл её.

— Это пустяки. — раздраженно сказала невежественная принцесса. — Это всего лишь дверь, ты же и сам знаешь.

Король усмехнулся от всего сердца. — Полагаю, такая дурёнка, как ты, не сможет этого увидеть, но эта дверь ведет в Рай. Король - единственный, кто способен в любой момент открыть дверь на небеса. Это потому, что король есть король. В присутствии короля всё пойдет так, как он велит. Насколько мимолетна твоя судьба, что ты можешь превратиться в пустую тень в тот момент, когда этого пожелает король?

Закусив губу от разочарования, принцесса продолжала смотреть на другую сторону двери.

Всё действительно шло так, как и рассчитывал король.

Король был очень доволен.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

14. Не Скитающийся [ушло_прошло]

В версии с изображениями тут находится картинка.

По этому склону было очень трудно идти. Он был не просто ухабистым, а ещё подпрыгивал то вверх, то вниз. Те места, куда ступала нога человека, могли внезапно подняться или опуститься из ниоткуда.

И изменялись они не просто по чуть-чуть. Иногда изменения могли достигать от десятка сантиметров до целого метра.

Эту местность было не так уж трудно назвать каменистой, но и не грязнлй. И она не была гладкой, как песок. На ощупь она была как глина, только не липкая. Она была равномерно серой, но местами почерневшой, что придавало ей сходство с мрамором. Это действительно мешало чувствовать дистанцию.

Местность динамично поднималась и опускалась, но в целом наклонялась вниз. Это было лучше, чем постоянный спуск под гору. По крайней мере, некоторые моменты не давали ему заскучать.

Если он ослабит бдительность, то потеряет равновесие и не сможет погрузиться в раздумья. Это избавило его от мыслей о вещах, в которых он не нуждался, но всё же « Это нехорошо» , подумал он.

Алиса и Ахиру, которые больше привыкли к Парано, чем Харухиро, шли впереди него. Следуя за ними обоими, сколько раз он повторял себе, « Я ведь не могу просто оставить это им, сейчас?».

Течение времени в Парано было уникальным. Была ли секунда в Парано сотней секунд в Гримгаре, или наоборот? Оно текло взад и вперёд? Может, оно извивалось? Неужели оно течет совсем по-другому?

Ни в чём нельзя было быть уверенным, и он не мог придумать способа проверить это, но чувствовал, что время течет не с одинаковой скоростью.

Харухиро, конечно, чувствовал, что это ненормально. Но не для Алисы и Ахиру. Они, вероятно, начинали с того же чувства неправильности, что и Харухиро, но в какой-то момент, пока жили в Парано, это стало для них нормой.

По мнению Харухиро, результатом этого было то, что всё, даже их суть мышления, находилось под влиянием Парано. Он не был уверен насчет Ахиру, но Алиса отнюдь не была глупой личностью, и всё же ни один из них никогда не планировал вещи упорядоченно и логично. Перемены в Парано были, вероятно, слишком сильны для этого.

Когда дело доходило до мест, которые не менялись, их было, может быть, чуть больше десяти, все они были руинами или чем-то подобным. Даже если они шли от Руин А до Руин Б, расстояние как прямая линия не менялось, но местность между ними менялась с каждой секундой, так что дорога там каждый раз была другой. Было чрезвычайно трудно предсказать, когда что-то может произойти, поэтому они были принципиально обязаны действовать в любой момент, чтобы отреагировать на развивающуюся ситуацию. Учитывая это, любой план должен был пропасть в мгновение ока.

Планирование существовало для того, чтобы эффективно выполнять поставленные задачи. Эффективность - это отношение вознаграждения к затраченным усилиям. Например, если бы потребовался год, чтобы испечь буханку хлеба, вы должны были бы сказать, что это было очень неэффективно. Однако в Парано понятие времени было ужасно расплывчатым.

Неужели требовался целый год, чтобы испечь одну буханку хлеба? Десять дней? Целый день? Несколько часов? Никто не мог сказать наверняка.

Харухиро и другие, возможно, переживают своего рода бессмертие, вечное бессмертие в этом другом мире, Парано. Дело в том, что, если с ними что-то случится, они умрут, так что они вовсе не были неубиваемыми, но если бы они могли избежать опасности, они, вероятно, жили бы бесконечно. По крайней мере, это была иллюзия.

Эта ситуация притупила его ощущение того, что нужно что-то делать прямо сейчас.

Конечно, он беспокоился о своих товарищах, и он хотел увидеть их, и они должны были вернуться в Гримгар вместе. Но если с ними всё в порядке, что ж, « спешка приведёт лишь к расточительству », как говорится. Может быть, это не нужно было делать прямо сейчас?

Нет, очевидно, что он хотел, как можно скорее удостовериться, что с его товарищами всё в порядке. Просто, как бы он ни спешил, было сомнительно, что он сможет сделать что-то ещё. Искать людей в Парано было невообразимо трудно. Умопомрачительная правда. Если он не проявит терпения, то сойдет с ума.

Если после всего этого он просто перестанет беспокоиться, будет ли он встречать конец, как тот ржавый человек в Железной Башне Небес?

«Я не стану таким, как он» , вот во что он горячо верил в тот момент. Однако, если эта ситуация затянется на неопределенный срок, что тогда?

Харухиро вполне мог принять такое же решение, как ржавый человек или Спящий человек в Багряном Лесу.

Алиса и Ахиру всё ещё были привязаны к жизни. Тем не менее, их души определенно были съедены вечностью Парано. То же самое можно было сказать и об одиноком короле, охранявшем дверь в Слоновьем Замке. Ито Нуи не была такой сильной душой, как любой из них, поэтому она отказалась от жизни.

Именно Харухиро нанес ей последний удар, поэтому он не собирался уклоняться от ответственности за свою роль в этом деле. И всё же, когда желание Нуи воссоединиться с Алисой исполнилось, у нее больше не было причин цепляться за жизнь. Став единым с Нуи при помощи Резонанса, Харухиро мог бы сказать это наверняка.

Для Нуи жизнь была страшным и изнурительным испытанием, словно ползти в темноте в поисках чего-то. Алиса была её единственным источником света.

В тот момент, когда она снова увидела этот свет, Нуи почувствовала, что с неё достаточно. Я больше не хочу страдать. Я позволю этому свету поглотить меня и дам ему закончиться.

Подобно Спящему человеку, ржавому человеку и Нуи, захочет ли Харухиро в конце концов покончить с собой? Вполне возможно, что Алиса или Ахиру тоже. Новая группа Кузаку и остальные их товарищи тоже. Он не мог быть уверен, что никто из его товарищей ещё не отказался от такой жизни.

Он собирался найти их до того, как они полностью погрузятся в Парано. Тогда они убедят их победить Короля и открыть ту дверь.

Он не знал, где и что такое рай, но команда Харухиро пришла в Парано через дверь. Дверь в Парано, вероятно, тоже вела в другой мир. Это вполне мог быть Гримгар. Он не был уверен, стоит ли надеяться на это, но у него не было причин отвергать эту идею сразу.

Это, вероятно, не принесет никакого вреда, думая, Что было бы хорошо, если бы это было так.

Спускаясь вниз и пялясь на склон долгое время, вдруг снизу из долины что-то показалось в его поле зрения. Внезапно перед ними возникла крутая скала, так что это, вероятно, была долина.

Харухиро остановился, несмотря на себя. — Их, конечно, многовато...

Алиса и Ахиру торопились дальше. Если они оставят его здесь, у него будут неприятности, поэтому Харухиро старательно переставлял ноги.

— Это же Долина Мирских Желаний... — сказал он.

В скале извивалась какая-то масса. Словно огромный рой насекомых. Одни двигались влево и вправо, другие карабкались вверх по утесу.

Оглядевшись, видно, что не только Харухиро и двое других спускаются по склону, направляясь в долину—нет, скалы на другой стороне. Может быть, они избегали могущественной магии Алисы и Ахиру, так что они были довольно далеко, но он мог видеть то, что выглядело как сонные монстры, разбросанные здесь и там.

В конце концов Харухиро догнал Алису. — Эта долина... или, вернее, утёс... где её начало и конец?

— Ударьте меня. Ты знаешь, Ахиру?

— Откуда мне знать? — мужчина сразу же сказал в ответ. — Если пойдешь дальше, то все узнаешь.

— Ну что ж, иди. — сказала Алиса.

— Я? — Ахиру не поверил своим ушам. — Ты же не всерьез, правда?

— Я сказала, «Иди».

— Не получится. Я никуда не пойду.

— А почему бы и нет? Было бы забавно, если бы ты это сделал.

— Только не для меня, ты почти как король, Алиса. Ну, наверное, поэтому ты ему и нравилась.

Алиса фыркнула в ответ, но ничего не сказала.

Когда они подошли ещё ближе к дну долины, всё больше и больше похожих на жуков монстры исчезли из поля зрения. На самом деле они, конечно, не исчезли. Чудовища из снов стали опасаться Алису и Ахиру и отошли в сторону. И всё же они не убежали.

Держась на расстоянии от Алисы и Ахиру, они бросились вперед остальных и прижались к скале. Потом они полезли наверх.

— Может, нам тоже подняться? — cпросил Харухиро.

— Ты с ума сошел? — cпросил Ахиру.

— Ну, я думаю, что всё ещё в здравом уме, Ахиру.

— То, что ты меня так называешь, меня бесит. Ты просто идешь по пятам...

— Скажи мне своё настоящее имя, и тогда буду звать тебя по имени.

— ...Я забыл. Я даже не помню его больше. Ахиру все-таки будет достаточно.

Чудовища из снов не встали у них на пути. Благодаря этому Харухиро и двое других смогли сосредоточиться на восхождении.

Если бы они не могли полностью погрузиться в работу, это было бы невозможно. Отчасти это объяснялось крутизной склона, но так же, как и склон на пути вниз, этот утес врезался туда и обратно. Когда они клали на неё руку или ногу, она могла выпячиться или втянуться. Это было до смешного опасно.

Как они смогли подняться на самый верх, не сдаваясь?

Это было мистикой, но они справились.

За Долиной Мирских Желаний, насколько хватало глаз, простиралась плоская земля. Оно было голубым, как спокойное море. Как бы далеко они ни ушли, здесь они наверняка ничего не найдут. Он не мог не чувствовать этого. И всё же те немногие монстры, которым удалось взобраться на утес, продолжали двигаться к горизонту.

Харухиро и остальные пошли вдоль края утеса. Они не просто шли. Они внимательно следили за всем, кроме монстров из снов, за всем, что было связано с людьми.

Фантасмагорическая природа Парано была очень сурова к тем, кто приходил сюда из других миров. Алиса жила в Руинах № 6, Ахиру - в Руинах № 5, а король построил Слоновий Замок на Руинах № 1. Ржавый человек встретил свой конец в Железной Башне Небес, и Нуи, ставшая Обманщиком, поселилась в Руинах № 3. Даже Ханаме, которая тоже была Обманщиком, превратила Руины № 2 в свой сад.

Людей тянуло туда, где ничего не меняется. Когда люди были в Парано, они оставались в местах, которые не менялись, или перемещались из неизменного места в неизменное место, одно из двух.

Если его товарищи живы, они наверняка побывают в неизменных местах. Если он пойдет по неизменным местам, то в конце концов встретит Кузаку, который путешествовал с девушкой и двумя незнакомыми мужчинами.

Харухиро подозревал, что он воспринимает всё слишком легко. Не то чтобы он не думал, что, может быть, и на него тоже действует ядовитое влияние Парано. Но был ли способ лучше? Он подумывал о том, чтобы вечно ждать в Долине Мирских Желаний, пока кто-нибудь не придёт, но это было бы крайне медленно. Пока он ждал, его мысли могли полностью окраситься в цвета Парано, и он не мог отрицать, что рискует впасть в пучину тьмы.

Утес постепенно опускался все ниже и наконец достиг такой высоты, что местность внизу уже нельзя было назвать долиной. Очевидно, это был конец Долины Мирских Желаний*. Он так и не заметил ни одного человеческого существа, но Харухиро был удивлен тем, как мало он потерял надежды.

— Мы не можем подняться на Гору Гласс*, верно? — спросил он. — Теперь пойдем к реке Санзу.

Ни Алиса, ни Ахиру не возражали.

Когда он в последний раз разговаривал с ними обоими? Они были с ним, но вели себя ужасно бестолково. Нет, пожалуй, нет. Так ли это? Трудно было сказать наверняка.

Независимо от того, что происходило в пути, редко что-либо из этого трогало его сердце.

«О, да? Хм, ладно. Хм, тогда всё в порядке» , такова была его реакция на происходящее.

Было бы невероятно, если Алиса сохранила желание пройти через дверь в рай, или если бы Ахиру не отказался от своего желания спасти Йонаки Угуису. Неужели Харухиро чувствовал себя так потому, что его собственная воля слабела?

Всякий раз, когда он чувствовал, что это так, он заставлял себя вспоминать лица своих товарищей.

Я хочу их увидеть. Мне надо увидеть их.

Я точно увижу их.

Я хочу, чтобы мы все вместе вернулись домой.

В Гримгар.

Ох, но... что это за место такое - Гримгар?

Неужели он тоскует по нему, по Гримгару? Был ли Гримгар родиной, заслуживающей того, чтобы Харухиро захотел туда вернуться?

Санзу была огромной бурлящей рекой. Пузыри образовались не из-за быстрого течения. Там был бесконечный запас сверкающих радужных пузырьков, которые формировались на поверхности, а затем улетали. Сам поток был медленным. Или, возможно, он только посмотрел в ту сторону. Дальний берег казался туманным сквозь бесчисленные пузыри, почти как мираж.

Берега реки были усыпаны мелкой белой галькой, похожей на бусинки. Издали он ничего не мог разглядеть, но когда подошел поближе, то увидел небольшие кучки гальки. Неужели кто-то сложил их в кучу? Или это произошло так же естественно?

В следующее мгновение Харухиро уже сидел на корточках, нагромождая камни.

...А? Что я делаю? пробормотал он.

Оглядевшись, он увидел рядом Алису, а чуть дальше - Ахиру, делающих то же самое.

— Хм... Тебе просто захочется сложить их в стопку, проходя тут каждый раз... — пробормотала Алиса.

— По какой-то причине так и есть... — Ахиру согласился.

И Алиса, и Ахиру, казалось, неохотно складывали камни, как будто у них не было другого выбора, кроме как сложить их в кучу.

Тогда почему бы им просто не остановиться? Харухиро подумал, но он и сам почему-то нагромождал камни.

Камешки были размером с кончик его мизинца, гладкие и довольно твердые. Даже если ему удавалось хорошо сложить несколько из них, они внезапно падали вниз.

— Это расстраивает... — пробормотал он.

« Сейчас не время складывать камешки », мелькнула мысль в каком-то уголке его сознания, но всегда оставался ещё один камешек, который он должен был сложить, прежде чем насытиться. Как только он сложил это, он захотел сложить ещё одно.

Нет, нет, не было никакой необходимости складывать их в стопку. Он хотел остановиться. Он хотел, чтобы кто-нибудь остановил его. Было ли то же самое для Алисы и Ахиру?

— Мы можем прекратить это делать? — спросил Харухиро.

— Я тоже хотела бы остановиться... — ответила Алиса.

— Аналогично... — Ахиру согласился.

— Нет, если мы не остановимся все вместе, я чувствую, что мы никогда не сможем остановиться. Но это всего лишь предчувствие...

— Тогда для начала остановись, Харухиро.

— Начини ты, Алиса. Или Ахиру может быть попробует.

— Ох! А теперь они упали, идиот. — пожаловался Ахиру. — А теперь мне придется складывать их снова!

— Это никуда не годится. — пробормотал Харухиро.

Собрав всю свою силу воли, он схватился левой рукой за правую, которая тянулась к камню, и попытался встать, но не смог.

Я не могу стоять, потому что думаю, что не могу , сказал он себе. Я могу стоять. Я могу. Я буду стоять. Да. Я буду стоять. Смотрите, я встал.

— М-Мы должны бежать! — Харухиро схватил Алису и Ахиру за шиворот и убежал.

Нет, очевидно, у него не было такой идиотской силы, чтобы бежать, таща их обоих за собой. Тем не менее, как только он бежал от русла реки, что казалось ему берегом, он совершенно забыл, зачем он вообще складывал гальку.

— Что это было? — Харухиро тяжело дышал.

— Кто знает. — губы Алисы были поджаты. Может быть, это из-за неловкости? Алиса нагромоздила безумное количество камешков.

— Такова река Санзу. — сказала Алиса. — Наверное, я накопила в этот раз ещё больше, чем в прошлый раз. Увеличивает ли повторение опыта желание накапливать?

— Такое чувство, что ты можешь складывать их целую вечность. — сказал Ахиру. — Не то чтобы я вообще хотел их складывать...

Ахиру задумчиво оглянулся на русло реки. Он действительно выглядел так, как будто хотел сложить их в стопку.

— Давайте убедимся, что мы не подойдем близко к руслу реки, пока будем искать людей. — сказал им Харухиро. — Только может быть... один из моих товарищей, возможно, складывает камни.

Если это была река, то здесь был источник и устье. Или в Парано реки так не работают?

Как бы то ни было, они направились вверх по течению, отмечая всё, что происходило в русле реки. Принуждение было настолько сильным, что он ожидал, что по крайней мере кто-то будет складывать гальку, но хотя повсюду были видны следы укладки, ничто не двигалось. Он также не видел никаких монстров из снов, поэтому таинственная магия камней, которая заставляла людей складывать их, не должна была работать на монстров из снов.

— Кто все это укладывал? — удивился Харухиро.

— Наверное, такие же, как мы. — ответила Алиса.

— Интересно, куда делись парни, которые сложили всё это. — заметил Ахиру. — — Думаешь, они покончили с собой, утопившись в реке Санзу?

Это была зловещая мысль.

Ну, честно говоря, Харухиро думал о том же, но это был Парано. Неужели они не могут вечно складывать камни в кучу?

А может, и нет.

Время текло даже в Парано, люди старели, и всё вещи в конце концов гнили.

Мог ли он сказать наверняка, что это неправда?

Дальний берег постепенно становился всё отчетливее. Это означало, что река сузилась.

Когда он вспоминал своих товарищей, то постоянно думал, « Я хочу их увидеть, я хочу их увидеть, я хочу их увидеть ».

Пойдемте домой. В Гримгар.

Когда он просто думал о Гримгаре, это было слишком смутно, поэтому он попытался представить себе Альтерну. Даже более конкретно, места, где он, вероятно, проводил больше всего времени, как их комната в ночлежке для Солдат-Добровольцев.

Он помнил это достаточно хорошо, чтобы уйти, я думаю, Это было что-то вроде этого ?

Неужели он тоскует по нему? Был ли Гримгар родиной, заслуживающей возвращения?

Не правда, это не было как если бы он был там родился. Он очнулся и по какой-то причине оказался в Гримгаре. Он не помнил ничего из того, что было раньше, поэтому не мог сказать, где именно, но, вероятно, это был какой-то другой мир.

Царство Сумерек, Дарунггар, а теперь ещё и Парано. Очевидно, существовало несколько миров. Где он был до Гримгара? Мог ли это, к удивлению, быть Парано?

Конечно, нет. Это было явно не то.

Но на один шанс из миллиона, что это его родина, а он просто не помнит её, возможно, не было никакой необходимости возвращаться в Гримгар. Харухиро вернулся бы домой. Если так, то не лучше ли ему жить здесь?

Нет... он не думал об этом всерьез.

Источником реки Санзу был круглый фонтан. Он был не больше десяти метров в диаметре. Вода, казалось, бесконечно вытекала из этого источника. Пузыри тоже вылетали с невероятной скоростью, и они дико танцевали вокруг площади.

Он всерьез подумывал о том, чтобы сделать петлю вокруг источника, прежде чем проверить направление вниз по течению, прежде чем принять решение против него. Это было предчувствие, но если они еще немного побудут у реки Санзу, то уже не смогут сопротивляться притяжению волшебных камешков. Эстуарию придется подождать до следующего раза.

Харухиро и остальные посетили бывший дом Алисы в Руинах № 6, а также Руины № 5, где Ахиру построил все статуи, и Руины № 3, где Нуи жила с куклами-девочками.

У Руин № 3 с разбросанными кукольными частями вокруг быстро собирались сонные монстры, но когда они увидели группу, то бросились бежать.

Королевский замок находился в Руинах № 1, а Руины № 7 были территорией вассала короля Радужного крота. Это было прямо посреди вражеской территории, поэтому они смотрели на Багряный Лес и Гнездо Радужного крота издали, но новых открытий не было.

Они попробовали и Руины № 2. Баярд Гарден был разрушен собственной силой Ханаме, но он был восстановлен, если не в прежней славе, и цветы многих сортов цвели.

Очевидно, они не тронули ни один из них.

Похоже, человек-птица, которого они встретили во время предыдущей поездки сюда, Сузуки-сан, ушел. Они его не заметили.

Они также отправились в Железную Башню Небес. С куклами-девочками, все еще разбросанными вокруг, Алиса не хотела подниматься на башню. Харухиро поднялся на площадку, где ржавый человек и Нуи были с Ахиру.

Они увидели, что Нуи вовсе не гниет, а слегка заржавела.

— Ах... — прошептал Ахиру, глядя на небо в горошек.

Я не хотел обсуждать это с Алисой, но втайне боялся, что она сгниет раньше, чем успеет заржаветь , подумал Харухиро.

Ну что ж, кроме всего прочего, по крайней мере Нуи будет избавлена от гниения.

Было семь Руин. Остались только Руины № 4.

— Это Город Мимика. — сказала Алиса.

По словам Алисы, в Руинах № 4 жил Обманщик по имени Мимик и йомусы.

— Йомусы? — спросил Харухиро.

— Это чудовища из снов. Они живут в этом городе, следуя куче правил, установленных Мимиком, таких как «не разговаривай» или «не шуми».

— Значит, есть и такое место. Или, скорее, есть монстры из снов, которые тоже так себя ведут.

— Я уверена, что существуют всевозможные монстры из снов. — сказала Алиса. — Но если бы ты сказал, что эти особенные, то не ошибся бы. Если нарушишь правила, йомусы нападут, так что это не совсем безопасно.

— Если убьешь монстров из снов, то можешь забрать их id. — сказал Харухиро. — Если ты возьмешь их id, твоё Эго вырастет, а магия станет сильнее. С твоей силой, Алиса, ты не могла бы сознательно нарушить правила, и... Йомусы, не так ли? Разве ты не можешь убить их, когда они идут на тебя, и набрать тонну id таким образом?

— Даже если бы и могла, то не стала бы. — сказала Алиса. — Мне больно объяснять, почему. Расскажи ему, Ахиру.

— Что, теперь это моя работа...?

Ахиру объяснил, хотя он и жаловался на то, что это было так хлопотно.

Эго было вашей силой личности. Был ли ты эгоистом или нет, это не имело никакого значения. Это была степень, в которой ты рационально видел себя отличным от других, и определенно осознавал, что ты - это ты и никто другой.

Напротив, id - это сила ваших бессознательных, инстинктивных импульсов и желаний.

Эго и id обычно колебались вверх и вниз, но оставались примерно равными, и шкала с двумя помещенными на обоих концах колебалась, но оставалась в основном ровной.

Если вы убьете других и заберете их id, что произойдет? Естественно, ваши id увеличется настолько, что чаша весов будет склонена в одну сторону.

— Id - это твои импульсы и желания. — сказал Ахиру. — Когда становишься сильнее, ну, ты знаешь. Получается что-то вроде трамвая под названием желание.

— А? Я не думаю, что полностью понимаю...

— Это как если бы твой мозг знал, что то, что ты делаешь - плохая идея, но твой «дружок», что снизу, решил действовать по-своему.

— ...Ох. Что-то в этом роде, да. Я думаю, что теперь могу себе это представить.

Когда это произойдет, ты попытаешься подавить эти импульсы и желания. Другими словами, твоё Эго поднимется, и в результате ID и Эго снова будут счастливо уравновешены.

Ахиру остановился. — Погоди, ты, должно быть, намного моложе меня. Что происходит с детьми в наши дни?

— Я бы не употребял такое слово как «в наши дни». — сказал Харухиро. — Я имею в виду, что это же Парано.

— Думаю, ты в чем-то прав.

Харухиро более или менее понимал связь между Эго и id.

Алиса, и, вероятно, Ахиру также, подняли их Эго, крадя id у монстров снов. Эго было источником магии. Чем выше поднимается ваше Эго, тем сильнее ваша магия.

— Но дело в том, что, как ни старайся, ты не сможешь украсть Эго. — сказал Ахиру. — Только id. Тем не менее, если ты просто продолжишь собирать и накапливать своё id, то—

— Хорошо, если твоё Эго выдержит, но... это невозможно, верно? — медленно произнес Харухиро.

Это не то, что может быть преобразовано в числа и точно вычислено, но для аргументации предположим, что у Харухиро есть оценка Эго 50. Его id тоже примерно 50. Определенный монстр из снов имеет id 10. Харухиро убивает этого монстра из сна, крадя его id. ID Харухиро поднимается на 10 пунктов с 50 до 60, создавая разрыв в 10 пунктов между его оценкой Эго и оценкой ID.

Чтобы закрыть этот разрыв в 10 пунктов, оценка Эго Харухиро будет расти. В конце концов он становится 60, выравнивая свои оценки Эго и ID.

Однако теперь предположим, что идентификационный балл монстра из сна был 50 вместо этого. Это был сильный противник, но с помощью Алисы и Ахиру Харухиро убил бы его. ID Харухиро вырастет на 50 пунктов и станет 100. Его оценка Эго равна 50, так что разница составляет 50.

— По моему опыту, когда ты убиваешь кого-то, кто находится примерно на том же уровне, что и ты, ты должен быть осторожен. — предупредил Ахиру. — Такое ощущение... это зуд, он сводит тебя с ума, и ты получаешь эти непреодолимые желания.

— Непреодолимые... — пробормотал Харухиро.

— Если перед тобой появятся враги, то ты захочешь убить ещё больше. — сказал Ахиру. — Ты можешь подумать, что после того, как убьешь их всех, проблема сама собой разрешится, но это не так. Тебя ждёт лишь падение во тьму.

— Ты становишься Обманщиком?

— Да. Люди падают во тьму, когда их Эго падает слишком далеко, или они крадут слишком много ID. Если разрыв между Эго и ID слишком велик, желания и импульсы становятся необузданными. В этот момент уже слишком поздно. Ты можешь стать только Обманщиком.

Для Харухиро с его оценкой Эго 50, это будет то же самое, если он убьет одного монстра из сна с оценкой id 50, или десять из них с оценкой id 5 в близкой последовательности.

Ему будет нелегко вырубить монстра с 50 ID, но он может быть в состоянии косить монстров из снов, у которых ID 5, один за другим.

И если он уничтожит монстров из снов с ID счетом 5, он пройдет далеко за пределы опасной зоны.

— У всего есть свои пределы, и бывает трудно понять, где они находятся, да? — сказал Харухиро.

— Неужели ты никогда этого не делал? — cказал Ахиру. — Когда ты собираешься кончить, но сдерживаешься, считая таблицу умножения в своей голове?

— Я не знаю, в какой ситуации ты бы это сделал, но, скорее всего, нет.

— Серьезно? Я думаю, что это похоже на волну, которая вот-вот накроет тебя, мягко говоря. Когда твое ID, которое должно было вот-вот одичать после роста, подавляется твоим растущим Эго, это примерно то, что ты чувствуешь.

— Значит, если ты не чувствуешь этого и продолжаешь воровать ID, то легко впадешь во тьму?

— Если твоя воля ослабевает, твое Эго падает, так что... нет, может быть, твоя воля ослабевает, потому что твое Эго падает? Что бы это ни было, это тоже плохо. Если ты до смешного становишься подавленным, это конец для тебя.

Они поднялись на ужасно извилистый холм, и в поле зрения появился город.

Там была легкая дымка, но он мог сказать, что было много зданий, садов и каменных стен, а также дорог.

Были ли там люди?

Да, были. Двигались по дороге. Их было много. Наверное, не столько шли, сколько бежали.

— Это Руины № 4? — спросил Харухиро. — Мне он не кажется тихим городком.

Алиса воткнула лопату в землю и глубоко вздохнула. — Похоже, что-то происходит.

— Обычно ты могла просто проигнорировать этих парней. — вставил Ахиру. — Они безвредны.

Если они были безвредны, это могло быть еще одной причиной, по которой Алиса не пыталась заработать id в Городе Мимика.

Харухиро начал спускаться с холма к городу.

— Ах, эй! — Ахиру погнался за ним.

Что делала Алиса? Харухиро не обернулся. Алиса, наверное, пошла следом.

По мере того как он продвигался вперёд, его сердце бешено колотилось. В этом городе что-то происходило.

Кто там всё это устроил?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

15. Мальчик По Имени Желание [сексуальный_драйв]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Вопрос:

Для кого был сотворен этот мир?

Ответ:

Для меня.

Меня.

Меня.

Меня.

Меня.

Меня.

Мир был создан лишь для меня одного.

Понимаешь?

Нет?

В принципе неважно.

Что это значит, спросишь ты? Что ж, мир существует словно для меня. Не знаю как, но я могу лишь сказать, что я просто знаю это. Это то, что изначально дано каждому.

Например, ты можешь это увидеть. Как только оно появится в твоем поле зрения, то тебе сразу придет прозрение, понимаешь? Я серьезно.

Когда на меня снизошло озарение, я тут же вскочил и схватил в свои тиски скользкое лицо этого лысого, похожего на осьминога монстра из сна. Потом я хорошенько его смял.

Это было чертовски легко. Как будто готовить стало проще. Нет, я не собирался его есть. Оттуда я покатился со смеху. Вахахаха! Нет нужды в смысле. Смысл может прийти позже. Например, как смысл привязывается к тому, чего я достиг.

Пока я катался со смеху, мне становилось все веселее и веселее. Вахаха! Вахахахахаха!

Кататься со смеху - это самое лучшее, что я делал. Крутишься и крутишься, крутишься и крутишься. Это секрет хорошего здоровья, понимаешь? Крутишься и крутишься, крутишься и крутишься.

Пока я крутился вокруг, я обнаружил чудовище из сна, которое выглядело как морской анемон, убегающий прочь.

Бац . Блокирование.

Увеличение! Разворачиваясь, я ухватил эту вращающуюся силу, эту революцию, и использовал или же не использовал её — нет, использовал, использовал хорошо - БАМ , я разрубил его большой катаной. Прямо надвое, ломтиками. Это было таааааааааааааааак прекрасно.

Но почему я плачу?

Потому что это было так хорошо?

Закричал я.

— Классика...!

Черт , подумал я. Я не знаю, что нашел в этом классического, но то, как это прозвучало с моих губ, серьезно, было чертовски бомбезно.

Вселенная волн в своем аромате придавала ему сверхъестественный оттенок, который уже граничил с божественным. Это было чертово чудо, не так ли? Так оно и было, вернее, было со мной. Я был Богом, не так ли?

Я повернул ухо к небесам и прислушался. — Я его слышу. Голос...

— О каком голосе ты говоришь, Боссари, совсем уже сдурел?! — там был Тонбе-кун, который бежал ко мне со своим любимым огромным зеркалом. Шумный.

— Э-хе-хе. — я остановил его зеркало только указательным пальцем левой руки.

— Урх! П-Почему ты! О-О-Откуда у такая идиотская сила берется, ты, большая куча нарциссизма?!

— Нет, нет, Тонбе-кун, ты просто слаб. — ухмыльнулся я. — Я могу сделать кое-что получше. Я просто ещё сдерживаюсь. В этом весь я, я делаю свои удары. И это всё на что ты способен, Тонбе-кун?

— Н-Н-Не может быть, чтобы это был мой максимум! У меня всё еще есть мой козырь!

— Тогда покажи мне! Покажи мне свою... трубу?

— Козырная карта!

— Да, это!”

Я пнул массивное зеркало Тонбе-куна и отправил его вместе с ним в полет. Неужели у него действительно есть секрет… Что же это было? Самосвальная тележка? Ну, если она у него и была, то мне очень хотелось её увидеть. Но до этого у меня было чувство, что этот Отброс придет за мной с неожиданной атакой, и даже не настолько, чтобы вежливо поздороваться, прежде чем он это сделает.

Это было именно то, что произошло, тоже. Отброс вскинул свой огромный меч и сделал выпад. Он был похож на сильный порыв темного ветра.

Темная Буря. Вхуа. Задира. Но я видел, что он приближается, поэтому я сильно взмахнул своей большой катаной.

Моя ударная волна столкнулась с его темной бурей.

— Вха...?! — Отброс зашипел, когда моя ударная волна сорвала его темную бурю. Он сильно споткнулся и не смог закончить свой замах.

— Ахаха. — рассмеялся я. — В чём дело? Ты выглядишь слабым, старший. Это потому, что ты чертов Мусор? Наверное, раз уж ты Мусор, то всегда был таким.

— Я... Я не Мусор! Я - Гоми!

— Гьяхахаха! — я рассмеялся. — Ты просто умора. Это так смешно, что я хочу убить тебя, как отброса, кем собственно ты и являешься!

Мне так сильно хотелось убить его, что перед глазами всё расплывалось. Такое случается, понимаете? Вы не знали? Ну, теперь знаете. Разве это не здорово? Это было то самое желание убить, которое возникает, когда каждая дырка в твоем теле сочится соком «я-жажду-убийства». Если вы не знаете, что это такое, то никогда этого не поймете.

— Кузаку! Что на тебя нашло?! Ты ведешь себя странно! — Сетора-тян тявкала, как маленькая собачка.

Её я убью следующей , сказал я себе. Когда я убью её, это будет конец всему, что было одним недостатком, но было очевидно, что лучше убить её, чем не убивать, так что, да, я собирался убить её в конце концов.

Каково это - убить Сетору-тян? Наверное, грустно. Печаль разорвала бы мою грудь, и что-то высунуло бы свою морду, чтобы сказать «ку-ку», держу пари. Это было похоже на «Давай убивать, убивать, убивать, детка!» и убеждало меня продолжать. Я не мог дождаться этого, поэтому громко закричал.

— Увааахххххх! Ре! Во! Лю! Ци! Яяяяяяяя!

Бзззапзапзап! Сила отскочила от меня, как молния. Меня от этого покалывало. Это ощущение кровеносных сосудов, разрывающихся внутри меня. Это было так, невыносимо, хорошооооооооо.

— Но почему я плачу? Ихихихихихихихи...

Пока я смеялся, мои легкие судорожно сжимались, как сумасшедшие, я поднял левую руку, чтобы коснуться области вокруг глаз. Мои пальцы стали влажными. Когда я посмотрел, они были красными.

— А? Нет...? Это не слёзы... это... кровь?

Это что, такое безобразное у меня лицо?

Это всё кровь, не так ли?

Я весь в крови, не так ли?

— Пфф... — я расхохотался. Зачем мне было пачкаться в крови? — Гви! Гвехехехехе! Гвахах! Бхухухухухуху! Бвехе! У-Умора...

У меня болели бока. Болела голова. А так же всё моё тело. У меня болит всё тело. Это было так больно, что я не мог перестать смеяться.

— Это плохо. — кто-то сказал.

Плохо? Что она имела в виду, говоря «плохо»? П-П-Плохо? Было ли это плохо? Это может быть чем-то плохим? Быть плохим, быть плохим, быть плохим?

Раскалывалась. Она раскалывалась. Пытается расколоться. Моя наружность. Снаружи и внутри. Может быть, и моё нутро тоже. Чувства любви. Избыточная ловушка.

Ловушка. Стучащие звуки. Символическая принцесса карнавалвалвалвал. Вот дерьмо. Чееееерт. Что-то выходило наружу. Оно шло ням, ням, ням, ням. Меня съедали. Я, наверное, тоже ел.

Чувство любви. Чувства? Какие чувства? Нет, сейчас было не время для этого, я ломал себе голову.

Чёёёёёёёрный. Я, который выходил из меня, был таким чёрным. Черный «я» пожирал меня.

Нет, не черный, а скорее тёмный. О, это был я...?

Что-то развернулось вокруг меняяяяяяя.

— Кузаку! Не впадай во тьму!

Тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма, тьма?

...Хахх.

Скинуть... уть, уть, уть его? Он зацепился за моё тело...?

Они ушли.

Все ушли.

Это всего лишь я, как-то одиноко...

Тьма - это я, а я - это тьма, и тьмаааааааааааааааааааааааа—

(Нет...)

А...

(Ты ошибаешься.)

У...

(Там кто-то есть.)

И...

(Ты не одинок. Ты не...)

О...

АААААААААААААААУУУУУУУУУУУУУУУУУИИИИИИИИИИИИИИООООООООО.

(Ты ведь это знаешь, правда? ...Я здесь рядом.)

А,

У,

И,

О,

(Я...)

Ха,

Ру,

Хи,

Ро?

(Да, Кузаку, я здесь. Здесь. С тобой. Так... ты сможешь не впадать во тьму. Это похоже... Как он тогда говорил? Когда ты соберешься кончить, просто попытайся воздержаться и посчитать таблицу умножения у себя в голове, вроде так...?)

Таблица умножения... Один на один - это один... Один на два - это два... Один на три - это три... Один на четыре - это четыре...

(Не позволяй своей жажде... твоим побуждениям... взять над тобой верх. Они твои... Они - часть тебя самого... Так прими же их... Узнай их, сделай их своими...)

Трижды пять - пятнадцать... Трижды шесть - восемнадцать... Трижды семь - двадцать один...

(На самом деле тебе не нужно считать таблицу умножения. Это может быть что угодно. Мол, тебе просто нужно успокоиться, взять себя в руки. Если бы ты был лошадью, подумай об этом, как о том, чтобы научиться ездить самостоятельно. Блин, я говорю такие вещи, и всё равно они не имеют для меня никакого смысла...)

Ох... но...

(...Да.)

Воздержаться...

(Да...?)

...Я все понял.

...Ты ведь здесь, Харухиро?

(Я... да.)

...Прямо тут.

(Ну, да... Я здесь.)

Когда я думаю об этом вот так, ты понимаешь... Я чувствую, что всё будет хорошо.

Может быть?

— ...Вогх. — странный стон вырвался из его рта.

Он открыл глаза. Подожди, они были закрыты? Очевидно, так оно и было.

Кузаку опустился на колени и опустил голову. Его большая катана лежала на земле рядом с ним.

Что же касается того, что цеплялось за его спину, то это само собой разумеется был...

— ...Харухиро? — пробормотал он.

— ...Ага.

— Прости, я...

— Всё в порядке, приятель. По крайней мере, похоже, что я успел вовремя, слава Богу.

— Ты спас меня, не так ли? У меня были серьезные неприятности, не так ли? Как будто я сошел с ума. Но я понятия не имею, что произошло...

— Ты убил слишком много монстров из снов за раз. — сказал Харухиро. — Твоё id слишком сильно выросло, и разрыв с твоим Эго... Ох, неважно. Мы сможем объяснить это позже. — крякнув от напряжения, Харухиро поднял Кузаку на ноги. — Нам нужно немедленно убираться из этого города! Ты можешь бежать?!

— А? Э-э-э, наверно!

Подняв свою большую катану правой рукой, он потер лицо левой. Вхоа. Она вся стала красной , подумал он.

Он не очень хорошо видел. Он не был полностью слеп, но его зрение было размытым. Со слухом у него тоже было немного не всё в порядке. Как будто ему чем-то заткнули уши. Очевидно, у него было кровотечение из носа.

Его тело болело здесь и там, повсюду... на самом деле, его тело было в плачевном состоянии, но Харухиро сказал, что они покидают этот город.

Даже если он не сможет бежать, он все равно побежит. Он справится.

У него было много мыслей, например, «Здесь куча людей, которых я не знаю», или, «я мог бы поклясться, что видел этого парня в зеленом пальто где-то раньше», но прямо сейчас у него побег был на первом месте.

Харухиро был здесь, рядом.

Если он мог видеть спину Харухиро перед собой, он должен был продолжать следовать за ним.

Потому что Харухиро наконец-то оказался тут, в конце концов.

Ему не нужно было думать ни о чем другом.

Казалось, что в какой-то момент он забрался довольно глубоко в город, и сколько бы они ни бежали, они не достигали ворот, но иногда Харухиро оборачивался, чтобы подбодрить его, так что он легко мог продолжать двигаться.

Ворота были забиты той же самой колючей лозой, что и раньше, но кто-то пробил в них дыру, чтобы они могли пройти.

Даже оказавшись снаружи, они какое-то время бежали.

Со своей стороны, Кузаку хотел прекратить бежать, но Харухиро закричал на него, «Еще нет!», очевидно, он сделал то, что ему сказали.

Они поднялись на холм, состоящий из хаотично соединенных между собой ступенек. Он то и дело, что спотыкался на ступеньках. Каждый раз Харухиро помогал ему подняться на ноги.

Спасибо, дружище, я очень тебе благодарен , подумал Кузаку.

Его зрение улучшилось. Он смог наполовину четко слышать. Удивительно, от чего ты можешь оправиться. Нет, ты можешь нормально оправиться от всего этого? Может, потому, что это был не Гримгар?

Когда он достигнет вершины, чувство выполненного долга будет невероятным. Харухиро, вероятно, похвалит его.

Но был ли это вообще холм? Но ведь это не так, правда? Погоди, он совершенно изменился по сравнению с тем, что было раньше. Кузаку взбирался по крутому склону того, что, казалось, было насыпью из резиновых трубчатых предметов. Когда он сжимал его руками, эти трубчатые штуки прилипали к нему, делая его довольно трудным для подъема.

Впрочем, это не имело значения. Он почти закончил.

— Отлично...! — Кузаку дернул за трубу, чтобы подтянуться, и, наконец, добрался до вершины.

А там была она, всё рыдая и плача.

Сверкая, блистая горячими слезами.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

16. Здравые Аргументы Иногда Бывают Неубедительны [сентиментализм]

В версии с изображениями тут находится картинка.

— ...Шихору? — Харухиро моргнул два, а то и три раза, сам того не желая.

Ещё до того, как он закончил взбираться на этот холм, который, возможно, и не был холмом, но у него не было ничего лучшего, как назвать его холмом, и у него не было выбора, кроме как продолжать называть его холмом, что на вершине его что-то блестело.

Взобравшись сюда, он увидел сияющую человеческую фигуру. С первого взгляда было ясно, что это девушка. На мгновение ему показалось, что она вся за голая.

Её тело было покрыто блестящей, похожей на краску субстанцией, и его первое впечатление было, что она может быть немного странной.

Поскольку это был Парано, он подумал, что, возможно, это было приемлемо здесь, но, когда он заметил, что особа, о которой шла речь, походила на одного из его товарищей, он мог только предположить, что она и в самом деле являлась Шихору, и это полностью меняло ситуацию.

— Это ты, верно? Нет... Я скорее всего обознался? Или... же нет? — неловко спросил он.

Девушка кричала во все горло метрах в пяти-шести от того места, где стоял Харухиро. Она, вероятно, смотрела на Харухиро - или должна была смотреть, хотя казалось, что она вроде смотрела, но и не смотрела.

Она обливалась слезами. Если можно назвать это вещество, похожее на блестки, сделанные из раздробившихся звёзд, слезами.

Эти сверкающие слёзы текли по её щекам, некоторые из них прилипали к её груди и нижней части тела, в то время как остальные скапливались у её ног.

Девушка с лицом Шихору приоткрыла глаза, её губы сложились в ту же форму, что и при звуке «у», но она ничего не сказала и просто заплакала. Она не сдвинулась с места. Всё, кроме её сверкающих слёз, заморозилось, поэтому она выглядела как статуя женщины, сделанная с ещё большим вниманием к деталям, чем статуи Ахиру, посвященные Йонаки Угису.

Что здесь происходит? Его голова не соображала, а разум не мог работать.

Сразу произошло очень много событий. Он полагал, что будет благоразумно убраться подальше от города мимика, прежде чем разбираться с каждой из проблем.

Неужели это была ошибка? Нет, этого не могло быть. Потому что это был не просто Кузаку, Сетора и тигр, который, как он мог только предположить, была Киити, вместе с Энбой по какой-то причине, и Мерри, ох, Мерри, Мерри тоже была в безопасности.

Даже если вся группа не была снова вместе, он всё же смог встретиться с несколькими своими товарищами.

Кроме того, хотя он и не разговаривал с ними, так что он ещё не знал их полного положения, девушка по имени Ио и двое её лакеев-мужчин могли быть членами отряда Ио-сама, который в свою очередь был частью Воинов Зари.

Что они делали в Парано? Ну, что бы это ни было, похоже, они не будут настроены враждебно.

Мимик был заперт в Руинах № 4 и не собирался выходить, но мы решили, что лучше все-таки подняться на холм, чтобы быть в безопасности.

Похоже, это был верный выбор.

Вся команда уже в сборе.

— Ох, привет. — пробормотал Харухиро.

Вот именно. Все в сборе. Да. Ну тогда. Это было просто прекрасно, не так ли?

— Шихору, я не знаю, что с тобой происходит, но перестань рыдать и иди ко… —

— Подожди. — Алиса потянула его за рукав.

Когда он обернулся, тот, кто выглядел как Паладин из отряда Ио-самы - Тонбе, не так ли? Он увеличил свое ручное зеркало до огромных размеров и укрыл за ним Ио и другого человека, одетого во все чёрное и с длинным подбородком.

Сетора и остальные всё ещё взбирались на холм. Ахиру вытащил ремень из брюк.

— Эта девушка – Обманщик. — сказала Алиса.

— ...А?

— Обма...?

— Что?

— Обманщик?

— А?

— Кто это?

Лопата Алисы ободралась. Его кожа начала обволакивать Харухиро и Алису.

— Эй, эй! — Ахиру прыгнул к ним.

Алиса не стала его выгонять.

За мгновение до того, как кожа полностью накрыла Алису, Харухиро и Ахиру, он увидел лужицу сверкающих слёз на ногах Шихору — да, это была Шихору, — которые закрутились вверх и устремились на них. Он почувствовал озноб.

Лопата Алисы уже защищала их. Тем не менее, это не было похоже ни на что, если не на плохие новости.

Щелк, щелк, щелк, щелк, щелк, щелк! Послышался шум. На них напали. Что это была за атака?

— Угх... — Алиса застонала, держа в руках слабо светящуюся мясную палочку, которая была лопатой.

Харухиро поспешно обнял Алису. Резонанс. Я уже Алиса. Словно я онемел. Это... боль? Это похоже на защемление. Словно маленькие, но сильные руки щиплют меня сразу в нескольких сотнях мест. Это невероятно неприятно. Что здесь происходит? Этот Обманщик. Что это за сила? Трудно сказать, не будучи в состоянии видеть изнутри. Придется пока потерпеть. Придется переждать это.

Давление ослабевает.

Атака, она прекратилась.

Немедленно освободив кожу, они выгнали Ахиру.

— Ой!

Не обращая внимания на Ахиру, который приземлился плашмя на задницу, они наблюдали за Обманщиком.

Она всё ещё плачет. Эти сверкающие слёзы вызывают подозрение. Моя лопата сильно пострадала. Кожа превратилась в мессиво. Если она сделало подобное с моей лопатой, то она явно настроена серьёзна.

Это кто-то, кого ты знаешь, Харухиро? Твой друг... Товарищ?

Она пала во тьму, став Обманщиком.

— Чт-Шихору-сан... — раздался голос сзади.

Алиса посмотрела в ту сторону. Тот парень – это Кузаку, да? Похоже, он только что взобрался на вершину холма и увидел эту девушку, и это его шокировало.

— Назад! — приказала Алиса. — Теперь ей уже ничем не помочь.

—Ей уже ничем не помочь... Погоди, что это значит?

— Именно то, что ты и услышал.

То же самое, что и с Нуи.

Харухиро, ты пытался спасти Нуи. Так ведь? Ты стал мной благодаря Резонансу, так что ты слышишь это, верно? Эго, которое является источником магии, и id , которое заставляет людей падать во тьму и становиться Обманщиками, глубоко связаны с нашими сердцами. Можно даже сказать, что это и есть наши сердца.

Если бы ты мог проникнуть внутрь человека, возможно, смог бы найти какой-то ключ. Ты ведь так думал, верно?

Дело не в том, что ты потерпел неудачу. Ты действительно спас её. Нуи нашла своё спасение. Может быть, не в той форме, на которую ты надеялся, но она спаслась.

Кроме того, ничего хорошего из жизни не получается. Иногда ты будешь счастлив или удачлив, но это только на мгновение. Всякое счастье со временем исчезнет, и ты также не сможешь испытывать его так часто. Или ты просто привыкаешь к этому. Словно наркотики. Чувствуешь себя хорошо, когда используешь их, но затем развиваешь сопротивление. Если просто увеличиваешь дозу и принимаешь больше, и больше, и больше каждый раз, в конечном итоге разрушаешь своё тело, или передозируешься, выбрав тем самым свой путь.

Это не что иное, как скука, глупость, страдание, боль и одиночество. Вот и вся жизнь. Что это за выражение такое – «жизнь прекрасна»? Любой, кто поет хвалу человечеству, может смело идти жрать своё дерьмо. Если жизнь не приводит в отчаяние, значит, ты слеп или идиот, лишенный способности мыслить правильно. Самые умные из них используют всевозможные уловки, чтобы отвлечься от жалкого отсутствия надежды. Они забывают, что все это бессмысленно, и сосредотачиваются на удовольствии перед ними. Работая мало - помалу к какой-то цели, удовлетворяя свое любопытство, двигая своими телами, пытаясь продвинуться в мире, играя вокруг, занимаясь сексом. Потому что если они этого не делают, то не смогут этого вынести.

В жизни нет никакого смысла. Мы просто родились в результате полового размножения. Живем мы или умираем, ничего не меняется. Ничего не приобретается, ничего не теряется. Общее количество массы во Вселенной одинаково. Когда энтропия возрастает, даже те вещи, которые мы так отчаянно пытались оставить позади, не смогут сохранить свою форму. Нигилизм - это не вера, не позиция и не отношение. Это чистая правда.

Нуи освободилась от бессмысленности жизни.

Поздравляю, Нуи.

Спасибо, Харухиро.

Вот почему ты должен принять то, что я собираюсь сделать.

С Шихору, не так ли?

Мы собираемся спасти её.

Давай освободим её вместе.

(Ты имеешь в виду... убить её?)

Она плачет, не так ли? Ты хочешь, чтобы она плакала вечно?

(Нет, но... должен же быть какой-то иной выход...)

По крайней мере, мне об этом ничего не известно. Что насчет тебя? Есть идеи?

(Пока... Нет, но...)

Мы спасем её. Как Нуи. Я как-нибудь отвлеку её внимание. Пока я буду этим заниматься, ты схватишься за неё. Как только используешь Резонанс, чтобы настроить себя, я уверен, что ты можешь понять остальное. Просто сделай то, что ты сделал для Нуи.

Что ж, она твой товарищ и друг, так что, может быть, для тебя это будет тяжкой задачей? Тогда почему бы не подумать об этом именно так? Она не обязательно кончит так же, как Нуи. Если попробуешь ещё раз, это может сработать на этот раз. Я думаю, что смерть была тем, чего Нуи действительно желала, в конце концов.

А теперь настала очередь этой девушки? Я её не знаю. Может быть, она всё это время так плакала. Она просто не позволяла тебе увидеть это. Это очень похоже на Нуи, не так ли? Тебе не кажется, что она хочет, чтобы её освободили?

Если бы ты мог каким-то образом стать ею, используя Резонанс, и нашел бы ответ на этот вопрос, смог бы вернуть её обратно? Если её желание и то, что хочешь сам, отличаются, что будешь делать? Сможешь ли навязать ей свои желания? Будет ли так правильно?

— ...Мне всё равно, что правильно, а что нет! — Харухиро расстался с Алисой.

Шихору всё ещё плакала.

Почему же ты плачешь, Шихору? он лихорадочно соображал. Я не знаю. Хоть мы и товарищи. Я понятия не имею, почему Шихору плакала.

— Кузаку! — крикнул он. — Отвлеки Шихору!

— Что?! К-Как?!

— Сообрази по ходу дела!

— Можно и так сказать, но... Да ну его к черту, ладно! Шихору-сан, смотри...!

Никогда по-настоящему не знаешь, что люди собираются сделать.

Даже когда вы являетесь товарищами, ты не знаешь того, чего не дано узнать, и, возможно, есть некоторые вещи, которые вам не нужно знать.

Кузаку двигался быстрее, чем мог уследить глаз.

Он снял с себя доспехи. Он привык делать это, но всё равно это было странно быстро. Затем он сорвал большую часть других вещей, которые были на нём, так быстро, что они могли быть разорваны на части.

— Хнгхх...!

Кузаку поднял обе руки, его правая была в положении ножа, а левая согнута, чтобы показать свои бицепсы. Он перенес вес тела на левую ногу, и только пальцы правой ноги касались земли.

Это была какая-то поза? Это было неясно, но они были очень сильными. Мускулы, вот что это было.

Черт, моё первоначальное впечатление, что он был высоким и долговязым, не изменилось, но Кузаку не просто высокий - у него ещё и довольно хорошее тело, верно? Я думаю, что у него больше мускулов, чем у обычного парня. Но всё же...

Он ведь не был таким раньше, верно?

У меня такое чувство, что он стал ещё круче, чем раньше. Он ведь не был таким толстокожим, верно?

Ширина его груди, это невозможно. Эти грудные мышцы безумны, но что с этими латами? Они как крылья! Это то, что они называют V-конусом? Нет, нет, ты вообще можешь так поступать? С человеческим телом? Ты ведь не можешь, правда? Эти мышцы пресса тоже напряжены, понимаешь? Они рвутся как сумасшедшие, как шесть пакетов! Он напряг все эти мышцы, но всё ещё поддерживает V-образный конус? Я имею в виду, что? Эти ловушки рядом с его шеей? Это горы. Горы! Ты не можешь так сложиться, по крайней мере, обычно.

Мне даже не нужно упоминать его руки. Ладно, может и так. Они толстые. Это не руки, это ноги. Нет, его ноги еще более безумны, как я вижу. Если бы мне пришлось собрать все это в одно слово, он огромен.

Слишком большой.

Его рост, вероятно, не изменился, но он гигант.

Мускулистый гигант.

Более того, он почти полностью обнажен.

Что происходит?

Что же случилось, что всё так обернулось?

Куда делся тот Кузаку, которого я знал?! Харухиро захотелось закричать. Верните его! Я хочу, чтобы Кузаку, который не был мускулистым гигантом, вернулся. Пожалуйста!

Он сказал: «Смотри», и я посмотрел, но я не хочу этого видеть. И всё же я всё равно смотрю. Я имею в виду, кто бы не смог? Ты вроде как должен. Это просто удивительно.

Глядел на это не только Харухиро. Все делали то же самое.

Глаза Шихору были широко раскрыты, а рот широко раскрыт.

Она не плакала.

Эти сверкающие слезы прекратились.

В итоге мне пришлось увидеть нечто невероятное, но хорошо сделанное, Кузаку. Твоя жертва... Разве это жертва? Ты, кажется, очень гордишься тем, что так выпендриваешься? Ну, во всяком случае, это не будет напрасно.

Однако Харухиро не мог торопить события. Позволив своему сердцу упасть в землю, он использовал Скрытность. Затем, избегая взгляда Шихору, он пошел так быстро, как только мог, но не торопясь, когда приближался.

Он не собирался думать, Это мой единственный шанс, поэтому я должен сделать это сейчас, несмотря ни на что . Он мог быть довольно хорош в этом самоконтроле.

Осталось около двух метров.

Один метр.

Кузаку был почти полностью обнажен, но и Шихору тоже. Если он прикоснется к сверкающим слёзам, прилипшие к некоторым частям тела Шихору, и не совсем скроет их, что произойдет?

У него были свои заботы, но с Шихору всё было в порядке, и пути назад уже не было. В самом конце он отбросил все доводы разума и прыгнул на неё.

— Шихору...!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

17. Форма, Делающая Меня Полноценной [совершенный_мир]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Давным-давно жила-была невероятно уродливая и очень жалкая маленькая девчуля.

Она была такой уродливой...

Такой покоробленной...

Маленькая девочка была такой жалкой...

О Д И Н О К О

Да, так всё и было.

Мерцали, искрились... Её полившиеся слёзы.

Искрились, мерцали... Не прекращающиеся слёзы.

Когда она плакала, её ничто не волновало.

И всё же слёзы, мерцая... продолжали идти без конца.

Очень, очень загадочно.

Если мне всё равно, почему же я плачу?

Может... Быть... Мне не всё равно?

Неужели поэтому... мерцание, блеск, мерцание... девчуля плакала?

Это вполне может быть, понимаешь?

Девчуля наверняка что-то... искала.

То, что она искала, что это было?

(Что? В поисках чего-то...?)

Эй, эй, я чувствую, как там что-то есть, да, что-то. Чего-то мне не хватает. Я так думала, с самого начала. Я имею в виду, то чего мне чего-то не хватает, что я потеряла, я всегда была неполноценной, и именно поэтому я такая, верно? Я думаю, что родилась такой, с каким-то врожденным недостатком, недостатком, неполноценностью или синдромом.

Если бы я сказала это, я уверена, что люди сказали бы: «Так оно и есть. Всем чего-то не хватает. Это же очевидно» верно? Да, конечно, я знаю. Они идут и ведут себя как всезнайки, хотя, возможно, ничего не знают о других людях.

Мне не по себе, я не уверена, что останусь такой же, как сейчас. Я боюсь больше, чем могу это вынести. Я хочу быть полноценной. Я чувствую, что я как дыра. Дыра в моей собственной форме. Если есть дыра, ты должен заполнить её, иначе это опасно, верно? Если кто-то упадет туда, у него будут неприятности. Ох, я хочу заполнить эту дыру. Но, знаешь, никто не должен был упасть в эту дыру, никто не должен был упасть в ловушку, которая имеет форму меня, и я рада.

Я должна торопиться, торопиться, торопиться и заполнить эту дыру. Вот почему, как видишь, я решила прыгнуть в эту дыру.

« Хи-хи! Не будь дурой», бьюсь об заклад, ты так думаешь. Держу пари, ты смеешься. Но я не дура. Это совсем не глупо. Не смейся. Не смейся надо мной. Я серьезна. Искренне. Это очень важно. Если я не сделаю этого, что ещё я могу сделать?

Нет.

Но дело не в этом.

По правде говоря, я знала. Я всегда это знала.

Жалкая маленькая девочка, она хотела, чтобы её любили. Причина, по которой девушка была пухлой, изуродованной и безнадежной, в конечном счете заключалась в том, что её никто не любил.

Не милосердная любовь, не любовь к ближнему, не любовь к человечеству, не близкая дружба, а нечто более сильное, глубокое, интенсивное. В сущности, девушка хотела любви, которая принадлежала бы только ей.

Она хотела, чтобы её схватили и сказали: «Я больше никогда тебя не отпущу».

Конечно, это мгновение должно было длиться целую вечность. Если бы это было возможно, у девчули исчезла бы та пустота, дыра, что терзало её душу. Она не будет испытывать недостатка. Если её полюбят, она станет полноценной.

Да.

Я знала.

Я знала, что это было невозможно.

Кто смог бы полюбить уродину, чья жадная жажда любви была такой бесстыдной и такой отвратительной?

Но я всё равно хочу, чтобы меня любили.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу, чтобы ты любил меня.

Я хочу

— ...Я не могу этого сделать! — Харухиро спрыгнул с Шихору.

Возможно, он даже заслуживает похвалы за то, что не оттолкнул её при этом.

Шихору сидела на земле, расставив ноги в форме буквы М, и смотрела пустыми глазами в небо в горошек. Она ещё не начала плакать. Но это оставалось только вопросом времени.

Так вот каково ей было , подумал Харухиро.

Даже между товарищами есть вещи, о которых ты просто не знаешь. Харухиро должен был быть лидером команды, но он не имел об этом ни малейшего представления.

Я хочу, чтобы меня любили. Я хочу, чтобы ты любил меня. Для Шихору это было важнее всего на свете, её единственное желание.

Шихору была товарищем Харухиро и его другом. Она была очень важной фигурой в его жизни, но он не мог этого сделать. Чувства, которые Харухиро испытывал к Шихору, явно не были тем, что она назвала бы любовью.

Даже если бы он решил, что « Я буду любить её » из желания спасти Шихору, любовь не была чем-то, что просто могло автоматически возникнуть внезапным образом. Он ещё не мог притворяться, что любит её. Это было бы фальшью. Вполне возможно, что его раскроют, а то, чего хотела Шихору, наверняка было чем-то искренним.

Очевидно, Шихору также имела право выбирать себе партнера. Она не захочет Харухиро. Но даже если и захочет, Харухиро не любил Шихору.

Кроме того, давайте предположим на мгновение, что Харухиро действительно любил Шихору, и она приняла это. Что будет с Шихору, когда она найдет своё спасение? Если Шихору была Обманщиком, которая впала во тьму, разве она не закончит так же, как Нуи?

Это никуда не годится.

В любом случае, это никуда не годится.

— Мне очень жаль, Шихору, я...

Лицо Шихору было повернуто в его сторону. Все так же бесстрастно. Глаза Шихору сфокусировались на Харухиро.

В уголках её глаз появились по-настоящему блестящие, искрящиеся слёзы.

Это случилось сразу после этого.

Взгляд Шихору переместился. По диагонали позади Харухиро кто-то стоял.

— Дай и мне попробовать.

Ему даже не пришлось оборачиваться и смотреть.

Сетора встала рядом с Харухиро.

— Если это сработает, то это как-то утешит.

Попробовать? Попробовать что?

Прежде чем он успел спросить, Сетора протянула шар, который держала обеими руками, и закричала. — Энба!

Шихору начала превращаться в Энбу. Нет, превращение произошло мгновенно, так что Шихору и Энба как будто поменялись местами.

Энба была крупнее Шихору, но они сидели в одной позе. Шихору превратилась в Энбу.

Обессиленный, Харухиро упал на землю. Он посмотрел на Сетору.

— Хо... А? Чт...?

Сетора глубоко вздохнула и сунула шар перед носом Харухиро. — Как ты думаешь, что это такое?

— По-моему, ты сама мне о нём как-то рассказывала... сосуд псевдодуши, верно? Ты забрала его из Энбы...

— Верно. Сосуд псевдодуши функционирует потому, что он находится внутри голема из плоти. Несмотря на это, я всё ещё могу вызывать Энбу, по какой-то причине. Однако сосуд псевдодуши всё ещё в моих руках.

— Я ничего не понимаю...

— Я просто выдвинула гипотезу, и у меня нет пока каких-то доказательств. Однако я считаю, что нынешний Энба похож на старого голема Энбу, которого я создала, но он отличается от него.

— Это твоя магия. — Алиса подошла с лопатой в руках.

Киити тоже поплелась следом.

Ио и её группа всё ещё были начеку. Все трое прятались за щитом Тонбе, высунув головы и глядя в ту сторону.

Мерри стояла на краю холма, не приближаясь. Ахиру сделал то же самое.

Кузаку всё ещё был обнажен и держался на расстоянии. Ну, нет, он не был полностью голым.

— Попробуй... надеть какую-нибудь одежду? — предложил Харухиро.

— Ох, точно, обязательно оденусь, да...

— Это тело... Ох, я понял, Кузаку. Это и есть твоя магия. Самоусиление. Нарси...

— Так мне сказал. Хотя это немного смущает.

— Во всяком случае, я завидую тебе. — признался Харухиро.

— Что, почему? Погоди, а какова твоя магия?

— Моя... Нет, перед этим—

— Встань, Энба. — приказала Сетора.

Энба медленно или немного неуклюже встал.

Может, это было воображение Харухиро? Он что-то слышал. Что-то вроде голоса, доносящегося изнутри Энбы.

На самом деле это был голос.

Харухиро нерешительно подошел к Энбе. Слегка наклонившись, он приложил ухо к груди голема.

— Нет... Уже нет... Нет... Нееееет... Хи-хи... Это не имеет значения... Ха...

— Это... Голос Шихору? — удивился Харухиро. — Это... означает...

Она была внутри. Шихору не превратилась в Энбу. Шихору была внутри Энбы.

— Это необычная магия. — Алиса наклонялась из стороны в сторону и прищурилась, разглядывая Энбу.

Хмпф , фыркнула Алиса.

— Но это, наверное, Филия, как моя или Ахиру. Та штука, которую ты держишь. Сосуд псевдодуши? Ты, кажется, высоко его ценишь. Сетора, не так ли?

— Да... Ну, я полагаю, что да. Это основной корпус Энбы. Если его псевдодушный сосуд будет уничтожен, Энба никогда не вернется. Для меня Энба был эмоциональной поддержкой.

— Вот почему этот сосуд псевдодуши стал источником твоей магии. Значит, изначально он был внутри Голема из плоти? Это что-то вроде Франкенштейна , наверно? Это было искусственное сердце или что-то в этом роде?

— Сосуд псевдодуши - это как бы комбинация сердца и мозга. Тем не менее, я думаю, что твоего понимания достаточно.

— Итак, несмотря на это, сосуд псевдодуши в твоих руках. Тогда, что находится внутри Энбы?

Сейчас, казалось, Шихору была внутри. Но что было раньше? Что было внутри него раньше?

Харухиро склонил голову набок.

— ...Он был пуст?

Сетора положила руку на плечо Энбы. — Это и была моя гипотеза. Даже если Энба был воссоздан какой-то силой, превосходящей человеческое понимание, пока его сосуд был в моих руках, он должен был быть пуст. Он хорошо сделан. Однако, даже просто заставить органы Голема из плоти функционировать-трудная задача, и даже после её выполнения он не будет двигаться без псевдодушного сосуда. То, что не должно было двигаться, двигалось, поэтому мы можем отбросить представление о том, что должно быть внутри него.

— Ты поместила Шихору в Энбу...

— Похоже, она пока остается внутри полого голема. — сказала Алиса. — Впрочем, она сможет скоро выбраться.

Это была неприятная правда.

— Тогда это лишь отсрочило нам немного времени... — пробормотал Харухиро.

— Мне очень жаль, Хару. — Сетора повернулась к Харухиро и склонила голову. Рядом с ней Киити тоже опустила голову. — Это всё, о чем я могла додуматься. Не могу сказать, что я надеялась на успех, а другого плана у меня не было. Я понятия не имею, что делать дальше.

— Нет, этого достаточно... Более чем достаточно.

Фух , Харухиро вздохнул.

Когда он попытался встать, Алиса протянула ему руку. Харухиро с благодарностью взял её, и Алиса подняла его на ноги.

— Не за что. — ответила Алиса.

— ...Я ведь ещё не поблагодарил тебя, понимаешь?

— Но ведь ты собирался это сделать, я права?

— Хорошо...

Почесав затылок, Харухиро посмотрел на своих товарищей.

Сетора и Киити всё ещё были с опущенными взглядами. Кузаку было трудно снова облачиться в доспехи. Он был слишком возбужден, так что, должно быть, ему было тесно.

Мерри смотрела куда-то вдаль, возможно, о чем-то размышляя. На самом деле это не имело значения, но разве она не вела себя немного отстраненно? Может быть, она избегает его? Но он не думал, что сделал что-то такое, что заставило бы её ненавидеть его. Они были разделены, так что он не мог этого сделать.

Что Шихору делала внутри Энбы, который просто стояла тут? Ему бы очень хотелось это выяснить, но лучше не провацировать её.

— С Шихору всё в порядке. — Харухиро постарался это четко сформулировать.

Правда заключалась в том, что он ничего не мог сделать с ней немедленно и мог только придувымать идеи, которые могли бы сработать, возможно. Что хорошего было в этом?

Оставался ещё вопрос, можно ли доверять Ахиру и отряду Ио-самы. И хватит ли у них сил? Нужно было многое сделать, и он, вероятно, не смог бы решить все проблемы.

Но даже так он всё-таки смог отыскать всех.

Теперь, когда все его товарищи собрались вместе, стало ясно, что им нужно сделать.

Харухиро посмотрел на Железную Башню Небес. Используя эту вертикальную линию, он мог определить общее местоположение Багряного Леса.

Какой бы опасной, бессмысленной или долгой ни была дорога, замок был рядом.

А там ожидал их Король.

С дверью в придачу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

18. Иногда Приходится Быть Бессердечным [Бессердечность]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Вопрос был в том, как подобраться к королю поближе.

Они не только не имели полной картины о силе короля, его магии, но и были окутаны тайной.

Была ли это Нарси, Доппель или Филия? Казалось маловероятным, что это был Резонанс, но тип всё ещё оставался неизвестным.

На мгновение они поняли, что те, кто был раздвлен королем, превратились в тени. По словам Ио, её товарищ, Воин с именем Катазу, превратился в тень, когда они впервые встретились с королём.

Катазу был выше Кузаку ростом и с более крепким телосложением, но король раздавил его так, словно раздавил какое-то насекомое. Если это было правдой, предположили бы, что король должен быть вдвое больше Катазу, около четырех метров в высоту.

Но Алиса и Ахиру сказали, что король был большим, но не настолько уж нечеловечески большим, и всё же, несмотря на это, когда король наступал на кого-то, казалось, что он не просто четыре метра ростом, а все десять. Это определенно был эффект его магии.

В дополнение к превращению людей в тени, король мог легко убивать монстров из снов. Он делал с ними что угодно, мог пробить их, мог забить или захватить и скрутить, а также рвать метать. Не было никаких сомнений, что его могущество огромно.

Означало ли это, что король, как и Кузаку, или Рыцарь Ужаса отряда Ио-самы, Гоми, использовал самоусиляющуюся Нарси? Нет, это не объясняет его способности превращать людей в тени, наступая на них.

И не было никаких признаков того, что король постоянно держал при себе какую-нибудь вещицу. В таком случае, это была и не Филия. Значит, это был Доппель?

Харухиро и его группа прошли через Железную Башню Небес, направляясь к Багряному Лесу.

Хотя тени могли покинуть замок, чтобы следить за вассалами короля, они не бродили вокруг него. Ахиру, а также Ио и её лакеи уже избавились от своих теней. Им не нужно было беспокоиться о теневом приследовании, пока они не окажутся внутри замка, так что все двигались вместе, как группа. Там собрались могущественные маги, так что монстры из снов даже близко не подходили.

Харухиро размышлял. — Если мы говорим о Доппели, то она есть у Сузуки-сана, и...

— Моя вот это. — Мерри подняла свой посох, чтобы все могли посмотреть на него.

— Но я только видела, как ты избивала им монстров до смерти. — сказала Сетора.

Было что-то холодное в том, как Сетора, подходившая с Энбой на спине Киити, приближалась к Мерри. С самого начала они никогда не были друзьями, но, очевидно, они были вместе всё то время, что они были в Парано, так что казалось, что они должны были стать немного ближе. Может быть, что-то произошло, что оттолкнуло их ещё больше?

Правда, Мерри иногда улыбалась Сеторе, так что трудно было сказать наверняка.

— Потому что ты, Киити и Энба защищали меня. — сказала она, улыбаясь.

— Я не могу позволить тебе больше полагаться на Энбу. — сказала Сетора.

— Всё в порядке. Теперь все здесь. — Мерри неожиданно повернулась к Харухиро и сказал. — Да? — с улыбкой на лице.

— Ух... Конечно, ну, я... думаю, да. Ага... — Харухиро разволновался.

Он хотел дать Кузаку, который ухмылялся рядом с ним, легкий подзатыльник. Но он этого не сделал.

Нет, но с Мерри действительно что-то случилось, не так ли? Иногда она вела себя как совершенная незнакомка, а потом вдруг начала вести себя как сейчас. В этом явно было что-то неправильное.

— Кстати, Боссари. — Ио, стоявшая чуть поодаль от остальных вместе с Гоми и Тонбе, зачесала волосы за ухо.

«Боссари», очевидно, что это она про Кузаку. До того, как стать таким мачо, Кузаку, возможно, казался немного неряшливым. И всё же, Боссари...?

— Почему ты не рядом со мной, твоей госпожой, а с этим сонливым Усурабоком? — спросила Ио. Это слово означало « олух ».

— ...Нет, для начала могла бы ты не называть моего лидера олухом? — сказал Кузаку.

— По-моему, он похож на Усурабока, поэтому я буду называть его Усурабоком. С этим явно нет никаких проблем!

— А не «У тебя с этим проблемы»? И ты напираешь «С этим явно нет никаких проблем» Серьезно, это какая-то личность у тебя...

— Ээээй, Боссари! Ты дерзишь Ио-саме! Это непростительно! Непростительно! — Тонбе закричал.

— Он прав! Ты хочешь, чтобы мы тебя грохнули, Боссари?! — закричал Гоми.

Тонбе и Гоми не просто кричали, они, казалось, были готовы начать действовать в любой момент. Какая головная боль от этих ребят.

— Разве мы не можем решить всё миром? — устало спросил Харухиро. — Я имею в виду, что у нас есть проблемы и посерьезнее...

— Отвали! — Тонбе заорал. — Я не знаю, Харумаки ты или Хеллоу Мики, но мы готовы забрать тебя с собой! Понял?

— Не связывайтесь с отрядом Ио-самы! — добавил Гоми.

— Нет, послушай, вы можете звать меня Харумаки или как хотите, но ... —

— Нет, они не посмеют, Харухиро! Ты – Харухиро и только, понятно?!

— ...Кузаку, ты тоже не волнуйся. — вздохнул Харухиро. — Ты только всё усложняешь.

— Ах! Я не хотел тебе мешать! Вставать у тебя на пути - это единственное, чего я не хочу делать. — Кузаку выглядел огорченным.

— Это так тупо, что аж хочется подлить масла в огонь. — сказала Алиса, посмеиваясь.

И так всё уже достаточно наколилось без всякой помощи, так что Харухиро очень надеялся, что Алиса этого не сделает.

Он посмотрел на Ахиру и Сетору, которые продолжали идти молча, как бы говоря, что это не их дело, и подумал, что они всё правильно делали.

Да, эта реакция была вполне понятна для этих двоих, но как насчет Мерри? Она шла рядом с Киити, которая несла на спине Сетору и Энбу, даже не глядя в их сторону. Она была немного холодна.

Кроме того, что это за чувство неправильности? Что-то было странным, но что именно?

Ну, ладно, оставим это в стороне...

— ...Точно. — сказал Харухиро. — В чём заключалась твоя магия, Ио... - сан?

— Ты не можешь сказать?

— Нет... Я думаю, я не могу. Я не спрашивал, если бы мог...

— Эта красота. — сказала она. — Разве это не очевидно мертвяк?

— Ах, да, как же я сразу не понял...

— Твои глаза не просто сонные, они ещё и гнилые, да?

— Нет, ух, я так понимаю, ты говоришь, что ты, ух, хорошенькая? Ио... сан.

— Неправильно. Я самая красивая во всей истории человечества. Исправься и запомни.

— Ты, конечно, самая красивая во всей истории человечества... — совершенно монотонно произнес Харухиро. — Но разве это твоя магия?

— Возможно, что Нарси могла изменить её внешность, не так ли? — предложила Алиса в редком проявлении доброты. — Кузаку, или Боссари-кун? Из-за этого он заметно изменился. Другая возможность - это Доппель, я бы сказала. Чтобы сделать это проще, Доппель позволяет вывести копию самого себя.

— Как Сузуки-сан, да? — спросил Харухиро.

— Да. Его двойник - птица, похожая на попугая. Он боится людей и не может говорить с ними лицом к лицу. Так что его основная масса всегда где-то прячется.

— Так... главное тело… Ио-сан... — Харухиро огляделся.

Это было неглубокое болото с грибами или растениями в форме серебряных ложек, растущих из грязной, светло-пурпурной воды.

Там уже были Ахиру, а также Сетора и Энба на Киити, Мерри, Ио, Тонбе, и Гоми, Харухиро, Кузаку, и, наконец, Алиса. Никаких признаков кого-либо ещё.

— Я никого... не вижу.

— Нет такого уникального существа, как я, понимаешь? — Ио сердито фыркнула, отворачивая голову.

Тонбе и Гоми громко согласились с ней.

— Эта девушка – волшебница. — сказала Алиса, указывая лопатой на Сетору. — Это интересно. Это заставило меня задуматься. Может быть, главное тело не должно находиться вне Доппеля. Оно может быть внутри. Как костюм на всё тело.

— Э-Это тупо! — Ио вдруг ускорила шаг.

В то время как Ио уходила большими шагами, взбивая ногами пурпурную воду, Тонбе и Гоми гнались за ней, крича. — Ио-сама! Ио-сама!

— Ох! А если подумать ... — начал Кузаку.

Он продолжал объяснять то, о чем Тонбе почему-то болтал во всех подробностях во время своей первой встречи с Ио. Он упоминал, что Ио была миниатюрной, или очень, очень маленькой, или что-то в этом роде.

— Ио-сан была не такой уж и коротышкой, так что я был с выражением «Ха?» целую минуту. Но Тонбе-сан, просто, продолжал болтать, так что я пропустил всё мимо ушей.

Харухиро задумывался об этом. — В таком случае, может быть, магия короля тоже двойник, и настоящий человек находится внутри него?

— Мы не можем этого исключать. — сказала Алиса, а затем затронула еще одну тему о короле, которая, по-видимому, беспокоила её. — Этот кусок дерьма выглядит довольно старым.

— Ага. — сказал Кузаку. — Я видел его только один раз, но он был одет очень стильно, как будто он был плохим парнем.

— И всё же он называет себя королем и может делать всё, что захочет. — сказала Алиса. — По сравнению с таким, как он, ты бы построил гарем или два, верно?

— Конечно. — сказал Кузаку. — Ты бы определенно смогла. Но не я, понимаешь? Нет, я думаю, что тоже смог бы. Если мне суждено было стать королем, то пусть. Но я потеряю контроль над собой.

— Ты такой честный, Кузаку...

— Какой смысл лгать тебе, Харухиро? Я хочу быть настолько честным перед тобой, насколько это возможно, Харухиро.

— Пожалуйста, не называй моё имя так часто...

— А почему, Харухиро? Ты ведь Харухиро, не так ли?

— Это как-то неловко...

— А ты популярен. — дразнила его Алиса. Нет, скорее насмехалась над ним. — В любом случае, похоже, что этот кусок дерьма не интересуется женщинами в таком плане. Он может запросто убить их, но не изнасиловать. Если это двойник, то человек внутри может выглядеть совершенно по-другому.

Харухиро кивнул. — Как женщина... или старик, или, может быть ребёнок?

— Ребёнок, а? — прошептала Алиса и замолчала. Может быть, думая, Такое тоже вполне возможно.

Если предположить, что король - это ребёнок, который выжил в Парано, то есть некоторые моменты, которые трудно понять. Король защищал дверь в рай. Если бы он был стар и не стремился к этому миру, это было бы одно, но разве ребёнок, у которого вся жизнь впереди, сделал бы что-то подобное? Можно было подумать, что он откроет дверь и попытается вернуться.

Что, если он был стариком, тогда? Представьте себе, что Харухиро было семьдесят, восемьдесят лет, и он забрел в Парано, и случайно приобрел могущественную магию и стал королем. Захочет ли он вернуться, несмотря ни на что? Если он останется в Парано, то сможет остаться королем навсегда.

У Гримгара были свои правила, и у Дарунггара тоже. То же самое относилось и к Парано.

Парано мог показаться Харухиро странным, потому что он был из Гримгара, но в этом мире каждый мог использовать магию.

Но что, если правила Парано неприменимы в других мирах? Если небеса были другим миром, король мог бы потерять магию, которая сделала его королем.

Король, вероятно, был либо стариком, либо ребёнком. Он не хотел покидать Парано, потому что мог потерять невероятную власть, которой обладал как король. Если он останется в Парано, то сможет продолжить своё правление.

Они приближались к Руинам № 7.

Харухиро видел, что они приближаются к искореженным сотам, во впадине, полной дыр, которую можно было назвать только неприятной.

Радужный Крот, который вырыл ямы по всем Руинам № 7, теперь называл их своим домом, практически никогда не появлялся перед людьми, но его можно было назвать частью старой гвардии среди вассалов короля. Это потребует некоторых актерских способностей.

— Сетора... Как чувствует себя Энба? — спросил Харухиро.

— Кажется, никаких проблем нет. — тут же отозвалась Сетора, прижимая ухо к груди Энбы. Какое-то время она так и сидела. — Вообще-то здесь так тихо, что даже тревожно.

Они разделились на две группы, молясь, чтобы ничего не случилось.

Харухиро, Кузаку, Мерри, Сетора, Киити и Энба с Шихору внутри, были вассалами, которых Ио собрала отовсюду. Она уже ходила на аудиенцию, чтобы Кузаку поклялся в верности королю, так что это не должно было быть противоестественно.

Тогда Ахиру приведет Алису к королю—или сделает вид, что он привёл Алису, а не был избит и вынужден был подчиниться Алисе. Он будет действовать по сценарию, что ему угрожают и заставляют вести в Слоновий Замок.

Кстати, Ио тоже нашла Лагерь Лесли и пришла в Парано через его дверь. В дополнение к Тонбе и Гоми, у неё были товарищи, которых звали Катазу, Тасукете, и Джем, следовавшие за ней.

Мага по имени Джем утащили монстры из снов, затем он превратился в полумонстра, как Кеджиман, а затем был убит Ио и остальной командой.

Воина Катазу превратили в тень.

Вор Тасукете был пойман королем и брошен в тюрьму.

Катазу, превратившийся в тень, возможно, уже слишком далеко, чтобы помочь, но они хотели спасти Тасукете, если это вообще возможно. Имя Ио для Тасукете, по-видимому, относилось к тому, как он всегда кричал, «Помоги мне!».

Тюрьма всегда находилась на нижнем уровне замка. Король обращался с Алисой как с шутом, но после того, как она слишком часто бунтовала и была готова умереть за это, Алису в конце концов бросили туда.

Как же ей удалось спастись?

Ну, одна из причин заключалась в том, что король сильно недооценил Алису. Алиса играла роль слишком бессильной принцессы, не умевшой ничего кроме как действовать жёстко, чтобы заставить его бросить её в темницу. Благодаря этому король даже не отнял у Алисы лопату.

Другая причина заключалась в том, что король не мог заглянуть в тюрьму. Как бы он ни был настороже, если бы Алиса попыталась вырваться, пока он наблюдал за ней, король не позволил бы ей сбежать.

Кроме того, сам замок был намного меньше, чем в его нынешнем состоянии, а Багряный Лес не был так велик как сейчас. Вот так Алисе каким-то образом удалось сбежать.

После этого темницу перенесли в королевский зал. К тому же замок теперь совершенно отличался от того времени, когда там жила Алиса, а Багряный Лес превратился в логово невероятно свирепых чудовищ из снов. Если они не пройдут через Руины № 7, Гнездо Радужного Крота, то попасть внутрь замка им будет невозможно.

Ио повела Харухиро и остальных внутрь, и они ступили в Гнездо Радужного Крота.

Гнездо представляло собой туннель около трех метров в диаметр. Независимо от того, где вы были в нем, он всегда поднимался или падал, изгибаясь влево или вправо. Не было места, которое было бы ровным и прямым.

По словам Ио, норы гнезда вели туда, куда решал сам Радужный Крот. Если бы Радужный Крот решил пропустить кого-то, они бы добрались до замка, но в противном случае они продолжали бы блуждать.

— Ио... - сан, а как ты впервые повстречала короля? — спросил Харухиро.

— Это был не тот человек по имени Ахиру, но нас привел туда другой вассал короля. Катазу и Тасукете нагло обошлись с королем. Вот так они и закончили свою жизнь. Этот вассал заставил их взять на себя ответственность за это. Они разгневали короля, и потому один из них превратился в тень. Я также хочу предупредить вас, люди. Чтобы выжить здесь, нужно заставить короля полюбить вас. Поняли?

Они не знали, откуда может доноситься голос Радужного Крота, поэтому Ио играла роль вассала короля. Но так ли это на самом деле? Ио может предать их и продать Харухиро и остальных королю. Харухиро не настолько хорошо знал Ио, чтобы утверждать обратное.

Ахиру тоже был под подозрением. Если он расскажет весь план королю, то может попросить Йонаки Угуису в качестве награды. Неужели Ахиру просто обманывает Алису и Харухиро в надежде на это?

Если бы он начал подозревать людей, этому не было бы конца, так что, как бы все ни повернулось, Харухиро оставалось только одно.

Выйдя из длинного туннеля, они очутились в зале со слишком высоким потолком. Пол был мраморный или что-то в этом роде. Он был отполирован до блеска, отражая Харухиро и остальных, как зеркало. Тени были тут и там.

Были ли тени просто слоняющимися по округе, или они действительно направлялись куда-то? Было непонятно. Однако одна тень следовала за Харухиро и остальными.

Только один раз Ио посмотрела в его сторону. Вероятно, это был Катазу.

Мы в порядке , подумал Харухиро, увидев выражение её глаз. Она ни за что не предаст их. Или, скорее, если есть шанс победить Короля, который сделал это с ним, она не упустит его.

Это помещение было достаточно широким, чтобы быть залом заседаний, но, по-видимому, это был просто коридор. Впереди был круглый театр. Нет, у него была такая же круглая выровненная структура, но там не было мест для зрителей, так что это не было театром.

В самой нижней точке была плоская площадка, похожая на сцену, но в центре неё неподвижно стоял круглый столб.

Внутри колонны находился лифт. Снаружи ничего нельзя было разглядеть, но по какой-то причине снаружи можно было разглядеть, как только они окажутся внутри.

Сетора и Энба слезли с Киити. Это был довольно большой и просторный лифт.

Даже после того, как Сетора, Киити, Энба с Шихорой, Кузаку, Мерри, Ио, Тонбе, Гоми и, наконец, Харухиро оказались в лифте, всё ещё оставалось много места.

Лифт тронулся с места. Он неуклонно поднимался вверх.

— В замке нет ничего, кроме теней... — прокомментировал Харухиро.

— Большинство из них были вассалами короля. — тон Ио был на удивление невозмутим.

Король, должно быть, правил всем Парано. По крайней мере, никто не пользовался своей властью так безнаказанно, как он. И всё же, чем именно правит король? Какой смысл править страной, где нет ничего, кроме теней?

Лифт, как оказалось, не был лифтом. В конце концов он начал яростно двигаться во всех направлениях, что было настоящим шоком, почти заставив Харухиро упасть, но Кузаку поддержал его.

— ...Спасибо. — поблагодарил Харухиро.

— Всё в порядке! Со мной было то же самое.

— Тогда предупредил бы нас, парень...

— Нет, есть вещи, о которых лучше не говорить. Ты так не думаешь?

— Что...?

Харухиро скрытно взглянул на Мерри. Мерри стояла, прислонившись к прозрачной стене, без всякого выражения, словно на ней была маска, сделанная в форме её собственного лица.

У него мелькнула мысль, что Это не настоящая Мерри .

Это не может быть правдой. Но это был Парано.

Нет, даже в Парано этого не случится. Он не мог принять это, так что это не могло быть правдой. Выдержит ли его логика?

Очевидно, нет. Это было не более чем принятие желаемого за действительное.

Открыв дверь, он почувствовал, что как только они покинут Парано, всё разрешится само собой. Харухиро и его команда прибыли в Парано через дверь из Гримгара. Если они войдут через дверь в Парано, то попадут обратно в Гримгар, верно?

Алиса попала в Парано через какой-то туман. Никакой двери. Так что дверь, несомненно, вела в Гримгар. Это было необходимо.

Он вспомнил историю об Урасиме Таро, которую рассказала ему Алиса. Он не может делать ничего хорошего, чтобы думать о времени по отношению к Парано, так. Но он чувствовал, что они пробыли в Парано ужасно долгое время. Несмотря на это, казалось, что время и вовсе стояло на месте. Точнее, он не думал, что постарел. Хотя, возможно, он только убеждал себя в этом.

Как и Урасима Таро, он, возможно, действительно постарел, находясь в другом мире, но из-за магии, иллюзий или по какой-то другой причине он просто не мог осознать этого. Не то чтобы открытие шкатулки с сокровищами заставило Урасиму Таро состариться. Это только разрушило чары, мешавшие ему заметить, что он постарел.

Даже если Харухиро и его товарищи смогут вернуться домой в Гримгар... а должны ли они?

Лифт, который не был лифтом, внезапно остановился, и в тот же миг двери открылись.

Прежде чем спросить, стоит ли им идти домой... Выйти им из лифта или нет? Это был настоящий вопрос.

Он не мог дышать. Что же это за пространство такое? Дальняя стена была чисто белой, но все остальное было чёрным. Может быть, не все чёрное, но всё было чёрным.

Повсюду виднелись похожие на шипы, или пики, или на копья, или на мечи, или на катаны наросты. Если его проткнёт один из них, у него будут неприятности. Даже если он будет осторожен, чтобы не пораниться на ходу, приблизиться к трону будет невероятно трудно.

Трон стоял перед белой стеной, на возвышенности со ступенями ведущие к нему.

Дверь.

Король сидел, скрестив ноги, прислонившись спиной к двери, обмотанной множеством цепей.

У него было бородатое лицо, он носил облегающий черный костюм из кожи или что-то в этом роде, и, как сказал Кузаку, он выглядел как плохой человек. Если бы не корона, то он не выглядел бы очень царственно. Однако с первого взгляда было ясно, что этот человек - высшее существо.

Сколько метров было до трона? Даже по самым скромным подсчетам – тридцать метров. А может, и пятьдесят. А может, и больше.

Несмотря на это, он чувствовал себя так близко, что их носы могли соприкоснуться. Такова была иллюзия, которую создавало ощущение присутствия человека. Или, может быть, это была магия?

Ио, Тонбе и Гоми вошли в королевский зал и поклонились. Кузаку последовал их примеру. Даже Сетора знала. Киити опустилась, как собака, рядом с Сеторой.

В лифте, который не был лифтом, остались только Харухиро, Мерри и Энба.

— Здравствуй, Ио. — эхом отозвался голос короля.

Что это за голос , подумал Харухиро.

Он никогда раньше не слышал ничего подобного. Глубокий, и в тоже время мягкий, он заставял своих слушателей дрожать. Это сбило их с ног. Харухиро, спотыкаясь, вышел из лифта, который не был лифтом, и опустился на колени. В какой-то момент он опустил голову. На самом деле, он не думал, что сможет заглянуть дальше.

Он смотрел прямо вниз, но улыбающееся лицо короля все ещё мелькало перед его глазами. Хотя он и не мог этого видеть.

Что делала Мерри? Или Энба? Он хотел это выяснить. Но он не мог.

Было ли это волшебством? Это была магия короля.

— ...Да, Ваше Величество. — ответила Ио слабым, как у комара, голосом.

Перед королем даже Ио-сама была такой. Кто мог винить её за это? Он был королем.

Алиса утверждала, что оттолкнула его. Это должно было быть ложью. Ни за что. Какая же для этого нужна сила духа? Или с тех пор власть короля возросла?

— Я вижу, ты привела ко мне кого-то, Ио. — сказал король. — Новобранцы?

— ...- Да, сир... Чтобы они могли служить вам... Ибо это мой долг как вашего вассала... Вот почему я привела их в Ваше Королевское присутствие...

— Твои намерения, как всегда, достойны восхищения. Впрочем, Ио...

— Д-Да... В-В-В-В чем дело, сир?

— Один из них не склоняется передо мной. Что, собственно, всё это значит?

Харухиро подумал, что его сердце вот-вот разорвется. Он бросил быстрый взгляд назад.

Мерри кланялась.

Энба, да? Энба всё ещё стоял в лифте, который не был лифтом. Спина у него была прямая, как шомпол.

— Э-Энба! Ч-что случилось? Проходи сюда... — поспешно приказала Сетора. Судя по тому, как она говорила, Сетора была уверена, что Энба был с ней раньше.

Может быть, Энба неисправен? Он двинулся вперед, дрожа всем телом, но что-то явно было не так.

Колени у него не сгибались, а обе руки почему-то дрожали. Почему он яростно мотает головой взад и вперед? Он, казалось, был готов рухнуть в любую минуту.

Как только Харухиро задумался об этом, Энба, как и следовало ожидать, упал на пол прямо за Сеторой и Киити.

Он лежал лицом вниз, так что можно было сказать, что он в некотором роде пал ниц перед королем. Однако Энба всё ещё била судорога, как и раньше.

— Как странно. — усмехнулся король. Он ничего не заподозрил. На самом деле, он, казалось, был заинтересован в Энбе. Это было неожиданно, но Харухиро смог немного успокоиться, прежде чем запаниковать. Или, скорее, было возможно, что давление, которое оказывал король, уменьшилось. Так ли это было? Если так, то это всепоглощающее чувство устрашения может быть вызвано магией короля, в конце концов.

Сейчас , подумал Харухиро. Если я сделаю это сейчас, то смогу использовать Скрытность. Пора пропасть. Представь себе, как моё сознание проваливается сквозь пол...

Я внутри.

Харухиро не сдвинулся с места. Он просто Скрылся. Он даже не изменил позы. Несмотря на это, он чувствовал себя намного спокойнее. Его мысли были совершенно ясны.

Он не имел ни малейшего представления о том, что это за магия, но магия короля, должно быть, сознательно давила на них.

Скрытность Харухиро выводила его за пределы сознания короля, так что эта сила не влияла на него.

Всякий раз, когда он использовал Скрытность, его дух успокаивался. Или, скорее, всякий раз, когда он не был в состоянии, когда его сердце было непоколебимо, он не мог использовать Скрытность.

Благодаря этому, когда он Скрылся, он мог спокойно принимать вещи, которые, если бы он не Скрылся, удивили бы его ужасно.

Королевский зал совершенно изменился.

Это было похоже на то, как будто органы животных были разбросаны по полу, стенам и потолку. Но, в то же время, корни старых деревьев распространились и через них.

Король сложил несколько слоев клеток, похожих на коробки, положил сверху дверь, которую они искали, и установил ее как трон. Под троном была единственная решетчатая дверь и одна лестница.

Стена напротив них была не совсем белой, она была вся в пятнах.

В клетке, подвешенной к потолку, была заперта одна женщина. Это, должно быть, Йонаки Угуису.

То, что торчало отовсюду, не было ни шипами, ни кольями, ни копьями, ни даже мечами.

Это были бледно-белые голые мальчики.

Судя по всему, им было лет по десять.

По всему королевскому залу то тут, то там стояли мальчики, выгнув спину и вытянув руки или расставив ноги вперед и назад, или просто наклонив верхнюю часть туловища вправо, или согнувшись, или сидя с поднятым коленом.

У всех были идеальные овальные лица. Их глаза были ясными, а рты маленькими. У них было не просто практически одно и то же лицо, но совершенно одно и то же, вплоть до мельчайших деталей. Пропорции их тел тоже были одинаковы.

Что это были за мальчишки?

Харухиро решил пока отложить решение этого вопроса.

Он изо всех сил старался не поворачивать головы, лишь слегка двигал глазами, используя периферийное зрение, чтобы видеть весь королевский зал. Когда он не был в Скрытности, он не мог так хорошо оглядываться вокруг.

Похоже, король этого ещё не заметил. Король понял, что Харухиро здесь, но потерял его из виду.

Король, да? Это был король.

Причина, по которой он выглядел стильным бородатым мужчиной средних лет, скорее всего, заключалась в том, что именно это король решил им показать. Теперь Харухиро видел только маленьких мальчиков без одежды. Что это должно было означать? Эти десятилетние мальчики, которых он мог только предполагать, были одним и тем же человеком... их были десятки, нет, сотни, заполнявшие королевский зал.

Одним из них был король.

Независимо от того, какой он был, король не был стариком. Он был ребёнком.

Но кто же из них настоящий король?

Если он думал об этом нормально, то мальчик, сидящий на троне, должен был быть королем. Если да, то были ли остальные Двойники? Несколько Двойников? Такие случаи тоже могут быть, а?

Дверь в лифт, который не был лифтом, закрылась. Он двигался. Возвращается обратно. В конце концов Алиса и Ахиру тоже придут сюда.

— Никогда нельзя иметь слишком много вассалов. — заговорил король.

Голос был совсем другим. Его естественный голос, должно быть, был высоким, но он заставлял его звучать тихо.

Кто издавал этот голос? Похоже, это был не тот мальчик на троне.

Может быть, какой-нибудь мальчик шевелит губами? Он не мог сказать наверняка. Многие мальчики стояли спиной к Харухиро. Он не мог этого понять.

— Если, конечно, они не будут полезны. — продолжил король. — А если они ещё и интересные, то ещё лучше.

— Я буду делать всё, что в моих силах. — Ио склонила голову ещё ниже.

Тонбе и Гоми прижались лицами к полу, их спины дрожали.

— Служить королю - это дело Ио... моя единственная радость. — сказала Ио. — И с этого момента тоже... Я продолжу соберирать для вас вассалов. Так что, пожалуйста, мой товарищ...

— Ты требуешь, чтобы я вернул тебе твоего товарища?

— Нет, хм... Если возможно... Если вы позволите, сир... Каким бы он ни был, он может быть вам полезен...

— Этот отвратительный человек оскорбил меня, и ты приказываешь мне освободить его из тюрьмы?

— Н-Нет, я говорю... Я знаю, что прошу от вас слишком многого, но... когда-нибудь, если мне дадут награду... вот и всё... Это всё...

— Я мог бы подумать об этом.

— С-Спасибо! Я буду работать для вас изо всех сил, сир, так что, пожалуйста, умоляю вас...

— Я только подумаю об этом, ты поняла? — сказал король.

— Ох... Конечно, это прекрасно, даже если это всё, что вы сделаете...

Пока Ио разговаривала с королем, Харухиро смог убедиться, что ни один мальчик, чье лицо было видно из его нынешнего положения, не шевелил губами. Не важно, насколько это позволило ему сузить круг подозреваемых, всё равно оставалось больше сотни кандидатов.

Это плохо , подумал Харухиро. Если он не найдет главное тело короля, то ничего не сможет сделать. Но план уже был в действии. Теперь его уже не остановить.

— Отныне вы все - мои вассалы.

Только от какого мальчика исходит этот голос?

— Если вы будете работать до изнеможения, пока я не удовлетворюсь, то будете вознаграждены. Буду надеяться, что вы - способные вассалы, как Ио.

Это нехорошо , подумал Харухиро. Он просто не мог сказать. Искать по одному только голосу было невозможно.

Шум доносился из лифта, который не был лифтом. Неужели Алиса и Ахиру тоже пришли?

Именно в этот момент всё и произошло.

Это было очень близко.

Если бы он не осматривал весь королевский зал таким образом, то пропустил бы его.

Один из мальчиков повернулся лицом к лифту, который не был лифтом. Он был впереди Харухиро справа от него, примерно в десяти метрах по диагонали. Он сидел на полу, обхватив руками колени. Судя по его позе, пока он не повернулся, Харухиро не мог видеть его лица.

Этот мальчик был истинным телом короля, да?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Двери лифта, которые не были лифтом, открылись.

Ахиру втащил Алису со связанными сзади руками и ремнем на шее. Так это выглядело на первый взгляд, но лицо Алисы без маски было полно вызова. Это был явно не тот взгляд, который был захвачен в плен. Как раз то, что требовал сценарий.

Однако вскоре Алиса начала гримасничать. Видимо, борется. Королевская власть пыталась заставить Алису подчиниться.

— Вперёд! — Ахиру толкнул Алису сзади.

Алиса, спотыкаясь, двинулась вперёд, но не преклонила колена даже после того, как вошла в королевский зал.

— Эй! На колени, Принцесса! — рявкнул Ахиру, натягивая ремень. Наконец Алиса опустилась на одно колено.

— Ну, хорошо. Если это не наша принцесса.

Мальчик, который, казалось, был главной фигурой короля, смотрел на Алису. Его губы тоже шевельнулись. Никаких сомнений. Это был король.

— Кого ты называешь принцессой? — Алиса сплюнула. — Я не твоя. Не заставляй меня говорить такие вещи. От тебя меня тошнит.

— А что случилось с твоей грязной лопатой?

— Отвали. Твоё лицо в миллион раз грязнее, ты это знаешь? Меня от тебя тошнит.

— Я слышу это впервые за долгое время, и твоё щебетание удивительно успокаивает. — сказал король. — Я только начал уставать от пения Йонаки Угуису. Может быть, я превращу её в тень и наполню свои уши только пением принцессы?

— В-Ваше Величество! Подождите, пожалуйста! — Ахиру опустился на четвереньки и закричал. Он всё ещё держал ремень в правой руке, так что этот жест закончился сдавливанием шеи Алисы.

— Гух! Эй, Ахиру, ты...!

— ...Извини.

— За что ты извиняешься?

— Ах... — Ахиру прикрыл рот левой рукой.

Вот тогда-то и встали главные силы короля. — Вы двое... что-то замышляете, да?

— Нет! Всё не так! Сир, все совсем не так! — закричал Ахиру.

— А на что это не похоже?

Перед Ахиру, который качал головой взад и вперед, Алиса расстегнула ремни на обеих руках и тоже сняла ремень. Они позаботились о том, чтобы их было легко снять.

— Мне... Мне только что угрожала эта принцесса.

— Я заставила его привести меня сюда. — холодно сказала Алиса. — Ты можешь догадаться почему, правда?

— Ты хотела увидеть меня, своего короля? Наконец-то до тебя дошло, что ты счастлива быть моим домашним животным.

— Как будто это когда-нибудь случится. Я здесь, чтобы разнести тебя вдребезги, кусок дерьма.

— Без этой грязной лопаты, которой ты так гордилась?

— Видишь ли, дело вот в чём... Она всё ещё у меня.

Алиса вдруг наклонилась и засунула руку себе в рот. У Ио и остальных расширились глаза. Даже если бы они знали, то не могли не удивиться. В конце концов, Алиса пыталась вытащить оттуда эту мясную палочку.

— Угх... блех ... уххх... Блэх...

Это выглядело прямо-таки мучительно. Было трудно вытащить её, но это было так же удивительно, что она вошла во внутрь. Судя по её размеру, она не должна была поместиться в желудке или кишечнике, но лопата была не такой уж твердой, и она могла сжаться до определенной степени. На самом деле, мясная палочка вышла на удивление легко. То, что будет дальше, будет очень трудно.

После мясной палочки, черная кожа, которая была разделена, чтобы быть тонкой, как лапша или что-то в этом роде, тоже начала выходить. Она была невероятно длинной и имела большой объем, так как же она поместилась в теле Алисы, или в кишечнике, если быть точнее? Она ведь не продойдет, верно?

Даже король был ошарашен этим. Он смотрел на Алису широко раскрытыми глазами.

Благодаря этому Харухиро смог приблизиться к королю, сохраняя Скрытность.

Харухиро шел по диагонали позади короля. Ещё шаг и он окажется на расстоянии вытянутой руки.

Сделав два шага, он обнял его. Он сделал это бессознательно. Чувство, « Я не хочу позволить ему уйти. Я не позволю ему уйти », заставило его сделать это.

Он собирался покончить с этим здесь - нет, он хотел покончить с этим здесь.

Кожа мальчика была холодной.

— Я уже —

— Ах...?!

Честно говоря, у него почти получилось. Еще одна десятая секунды, и он бы синхронизировался с королем.

Что он сделал не так? Неужели он не сделал ничего плохого? Может, это просто невезение?

Вжух! Мальчика словно засосало в пол. Он сбежал.

Король выскользнул из рук Харухиро.

В одно мгновение королевский зал изменился. Темно. С шипоподобными, или похожими на кол, или похожими на копье, или похожими на меч, или похожими на катану наростами повсюду.

Это была магия короля. Неужели Скрытность Харухиро провалилась?

Он потерпел неудачу. Король заметил его.

— Я! — взревел король. Его голос больше не был голосом мальчика.

Бородач поднялся с трона.

— Ты дотронулся до меня! Короля! Что это за магия?!

— Ты все испортил, Харухиро! — Алиса только что закончила рвать кожу лопаты.

Вытирая рот рукавом, Алиса попыталась развернуть кожу, но у неё ничего не вышло.

— Ах...! — Алиса внезапно приземлилась на землю задом вперед, как будто какая-то сила толкнула её сверху.

Кожа лопаты напоминала увядший цветок. Алиса, возможно, и пыталась подняться, но с такими дрожащими ногами этого не случится.

Ахиру, Ио, Тонбе, Гоми, Кузаку, Сетора, Мерри и Киити - все они съежились и дрожали. Их очертания расплывались, и ему стало трудно их видеть.

Казалось, что Харухиро плачет. Почему он плачет? Он не был печален. Неужели он испугался? Да. Он был невероятно напуган.

Он попытался закрыть глаза. Он не хотел ничего видеть. Не хотел ничего слышать. Он больше не мог этого вынести. Почему его глаза всё ещё открыты? Всё это было бесполезно, не так ли? Какой смысл теперь упрямиться? Неужели он всегда так плохо умел сдаваться?

Он, вероятно, не был ни упрямым, ни волевым, или что-то в этом роде, он просто боялся закончить всё это, закрыв глаза.

Возможно, потому, что Харухиро был трусом, но он увидел чудо, когда Энба встал.

Однако Энба не просто встал.

Он взорвался.

Ну, Харухиро плакал как сумасшедший, так что он не мог видеть это хорошо, но он видел, что Энба был стерт в одно мгновение.

— А мне плевать. — шмыгнул носом чей-то голос.

Шихору.

Искрящийся материал выходил из тела тут и там, просто везде, повсюду, и он сверкал так сильно, что у него болели глаза.

Не быть превзойденным Харухиро-нет, не хотеть быть превзойденным, вероятно, не имело к этому никакого отношения, но Шихору проливала сверкающиеся слёзы.

— Это и есть твоя магия?! — крикнул король, и бородач, который, вероятно, был его двойником, повернул ладонь к Шихору.

Шихору споткнулась под устрашающим напором короля, но каким-то образом устояла.

Ты потрясающая, Шихору , подумал Харухиро. Эти слезы просто поразительны. Это как поток сверкающих слёз.

— Почему ты издеваешься надо мнооооооооооооой?

Когда Шихору взмахнула обеими руками, эти слезы заискрились и полетели к королю. Это было похоже на поток звёзд в небе.

Неужели даже король не смог сдержать слёз Шихору? Когда они коснулись бородатого человека на троне, раздался треск и порезы ломающихся частей тела.

Это сработало. Это сработало. Сверкающие слезы всё сильнее сжимали бородатого человека на троне.

Всё было закончено в мгновение ока. С каждой слезой бородатый человек на троне становился всё меньше, пока они не перестали его видеть.

Но какое это имело значение?

В этот момент рядом с Шихору, которая находилась на приличном расстоянии от трона, появился высокий бородатый мужчина в короне.

Бородатый человек на троне был не более чем двойником короля. У него было еще много двойников. Даже если тот, кто сидел на троне, был убит, другой двойник просто должен был притвориться королем вместо него.

— Ты выступила против короля! Я сделаю из тебя тень! — когда бородач поднял правую ногу, он вдруг стал большим. Невероятно большой. Это был не человеческий размер. Нет, не то чтобы он был человеком с самого начала. Он был Двойником, то есть Доппелем.

Он всё ещё сохранял спокойствие? Харухиро не мог сказать наверняка. Были ли его действия рациональными, в конце концов?

Шихору, вздрогнув, посмотрела на бородача. Слез не было видно. Она была так напугана, что даже не могла плакать.

К тому времени, как Харухиро подумал, «Я не могу её бросить», он, возможно, уже действовал на эмоциях.

— Остановись...! — Харухиро бросился бежать.

Что он собирается делать? Что он вообще мог сделать? Наверное, ничего. Но он должен был спасти Шихору.

Даже если она стала Обманщиком, она всё равно останется его товарищем, его другом. Для Харухиро, если кто-то был товарищем и другом, они были важнее, чем он сам.

— Что? — бородач повернулся в его сторону. В тот момент, когда он посмотрел на него сверху вниз, тело Харухиро напряглось, как будто его парализовало. — Ты хочешь, чтобы тебя сначала превратили в тень? Тогда позволь мне исполнить твоё желание!

Напуганный магией короля, Харухиро не мог пошевелить и пальцем.

Это самое худшее , подумал он. Король растопчет Харухиро и превратит его в тень. А потом, возможно, он сделает то же самое с Шихору.

Алиса тоже не могла победить Короля. Если бы Харухиро использовал Резонанс, чтобы усилить Алису, смогли бы они, по крайней мере, нанести какой-то урон на своем пути?

В любом случае, они потерпели неудачу. Всё было кончено.

— Вперёд, Жирдяй! — прежде чем все это закончилось, Рыцарь Ужаса, одетый во всё чёрное, бросил толстяка.

Гоми и Тонбе должны были быть слишком напуганы королем, чтобы двигаться, поэтому он запустил его с помощью магии? Заслужили ли они похвалу за то, что справились с этой задачей?

Тонбе, подталкиваемый Гоми, вкатился в щель между бородачом и Харухиро. Он нёс свое массивное зеркало так, словно был черепахой.

— За Ио-саму...!

Это было загадкой. Зачем Гоми и Тонбе это сделали? Это было так неожиданно, что удивление выбило из Харухиро все эмоции, оставив только его разум, чтобы найти ответ.

Ох, я понял , подумал он.

Тонбе сказал: «За Ио-саму!»

Магия Харухиро была краеугольным камнем этой операции, и только Харухиро мог победить Короля. Если они потеряют Харухиро, Ио тоже умрёт. Это было то, что Гоми и Тонбе решили. Для Ио у них не было другого выбора, кроме как сделать это.

— Не вмешивайся! — правая нога бородача опустилась на Тонбе.

В это мгновение Харухиро потерял сознание и Скрылся. Крадясь, он понял, что бородача нигде нет. Это была всего лишь иллюзия. Мальчик, игравший бородача, как раз стоял перед Тонбе.

Но в этот самый момент бородатый мужчина пытался растоптать и раздавить Тонбе. Что надо было как Тонбе чувствовал. Так это выглядело для всех, кроме Харухиро и короля. На самом деле Тонбе, вероятно, станет тенью. Бородатого человека не существовало, и Тонбе не пришлось бы топтаться на месте. И всё же, что бы король ни сделал, он превратит Тонбе в тень.

Он знал, что поступает бессердечно, но Харухиро должен был проследить за этим от начала до конца.

Неужели этот мальчик перед Тонбе, этот двойник, собирается что-то сделать? Нет, скорее всего, это будет основное тело короля. В королевском зале было много мальчиков. Который из них настоящий?

Вжух! Король поднялся с пола.

Рядом с Тонбе.

Он присел, засунув правую руку в бок тела Тонбе.

Он не стал его топтать.

Он что-то высасывал.

Была ли это кровь, или вода, или, может быть, какая-то жизненная сила или энергия?

Тонбе превратился в пустую оболочку, потемнел и превратился в тень.

На лице главного тела короля, бледном лице мальчика, появилась легкая улыбка.

Харухиро не стал торопиться. Он не повторит своей прежней ошибки.

Он тихонько прокрался внутрь и схватил мальчика за запястье, не переусердствовав.

Он стал един с мальчиком.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

19. Голый Король [промчавшийся]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Жил-был очень умный малыш.

Этот мальчик родился с исключительно хорошей головой на плечах, поэтому люди вокруг него выглядели невероятными дураками.

Взрослые не понимали, что значит быть умным. Они восхваляли такого короля викторин, который хорошо запоминал вещи только как гений, так что им нечем было помочь. В конце концов, они были дураками, так что кто мог их винить в этом?

Такие глупцы никак не могли понять богатство и глубину интеллекта, его остроту, его возвышенность. Если они могли, то не были бы дураками с самого начала.

И всё же мальчик думал, что где-то там должны быть такие же умные, как он, а может быть, даже умнее.

На этой планете было так много людей, и мир развивался каждый день, так что там должно было быть много умных людей. Если бы их не было, это было бы странно.

Но что он должен был с этим делать? Родители, родившие такого умного мальчика, были неисправимыми глупцами, и каждый человек, которого мальчик встречал, был глупее его.

Для умного мальчика, все думали, что дураков было легко увидеть. И всё же глупцы не могли понять мальчика. Никто не мог понять мальчика.

Возможно, мальчику просто не повезло. Возможно, он просто родился в окружении одних дураков. Если бы он родился где-нибудь в другом месте, мальчик мог бы быть благословлен людьми, которые могли понять его, и таким образом мог жить нормальной жизнью.

Мальчик с трудом узнавал в окружающих его дураках людей. Он не ненавидел их и не считал злыми. Ему просто было грустно.

Почему они не такие, как он? Было бы прекрасно, если бы он был таким же, как они. Они не собирались быть дураками, да и сам мальчик никогда не хотел родиться умным.

Мы не выбираем какими нам хочется родиться. Как только мы рождаемся, мы можем жить только той жизнью, которая нам дана.

Мальчик знал, что пройдет время, он вырастет, состарится и в конце концов умрет.

Смерть - это прекращение жизненных функций. В случае с людьми их сознание исчезает, и когда всякая надежда на его восстановление полностью теряется, мы говорим, что они умерли.

В жизни и смерти нет никакого смысла. В жизни нет смысла размножаться, чтобы оставить потомство. Это то, что делают живые существа, поэтому они делают это, вот и всё.

Думая об этом, можно было бы предположить, что глупцы должны быть глупцами. Если бы они были глупы, то ничто из этого не могло бы сокрушить их: это невыносимое отсутствие смысла, слабость жизни, которая исчезнет в пух и прах, если её оставить в покое, и чувство пустоты от неспособности противостоять этой судьбе.

Должно быть, это несчастье избранного , подумал мальчик.

Умный мальчик был особенным существом, и он был создан, чтобы нести особое горе.

Понимание того, что он особенный, помогало успокоить раненое сердце мальчика. Это помогало ему вынести пустоголовый смех и неистовый гам дураков, которые были такими просто потому, что они были такими существами.

Он не принадлежал к их роду, и если бы он подумал, « Я не такой, как вы, люди », то все равно смог бы это вынести.

Я особенный, в отличие от всех вас, и когда-нибудь я сделаю что-нибудь, чтобы моё имя было вписано в историю, например, стану автором бестселлеров и выиграю международные призы, или установлю рекорды на международных спортивных соревнованиях, или что-то в этом роде. Может быть, до этого никто и не заметит, какой я особенный. Они все идиоты, а я особенный, так что кто может их винить? Я всегда отличался от всех и всегда буду отличаться. Как бы далеко мы ни зашли, мы никогда не встретимся, как параллельные линии.

Вот как это представлялось мальчику, но теперь, оглядываясь назад, как все было на самом деле?

Естественно, у него были врожденные способности, заложенные в его генетике. Не каждый мог пробежать 100-метровый рывок в девятисекундном диапазоне, даже имея достаточную практику. Однако дело в том, что талант - это не просто дар небес, это результат. Те, кто достиг чего-то или достиг где-то, были высоко оценены и признаны талантливыми. В этом смысле те, кто родился с каким-то даром, тех, кого мы назвали бы гениями, не существовали.

Мальчик считал себя особенным и гениальным, но он был совершенно неправ. А всё потому, что если спросить, совершил ли мальчик хотя бы один подвиг, то ответ будет отрицательный. Просто он был умнее окружающих, его не понимали идиоты, и он считал себя трагически изолированным особенным существом.

Мальчик был заядлым читателем. У его родителей была не самая блестящая научная биография, но книги были единственной вещью, которую они охотно покупали ему.

В то время как дети его возраста невнимательно читали вымышленные истории и комиксы, которые даже не были достаточно хороши, чтобы быть названными глупыми, мальчик глубоко вчитывался в литературу и специальные руководства.

Благодаря этому, к тому времени, когда мальчику исполнилось десять, не было ни одного текста, который он не мог бы прочитать. Он получил знания о многих вещах, от названий птиц и растений, до движений звезд, от решений квадратных уравнений, до основных основ музыки.

Это правда, что мальчик был умен. Однако это в основном означало, что он работал над тем, чтобы читать и понимать больше книг, чем другие люди, наблюдал за многими вещами и анализировал их.

Мальчик не родился умным. Он шел по пути к тому, чтобы стать умным, и в результате он стал тем, кем хотел быть.

Говорят, что без одного процента вдохновения девяносто девять процентов пота пропадут впустую, но мы не должны упускать это из виду. Этот один процент вдохновения приходит от непрестанной тяжелой работы. Те, кто достигают успеха первыми, проводят каждое мгновение, бодрствуя или спя, глубоко в мыслях, чтобы найти этот один процент вдохновения.

В конце концов, талант-это то, что мы создали, приняв форму, которую другие способны распознать.

Мальчику тогда было десять лет. Он был очень умным мальчиком, но ему было всего десять лет, и он внезапно оказался в мире, совершенно отличном от того, в котором родился. В этом не было никакого смысла, и это было невероятно страшно, так что это было всё, что он мог сделать, чтобы просто выжить.

Если бы мальчик не был умным, его бы в два счета сожрали монстры. Возможно, он не сумел разобраться в законах этого мира и допустил ошибку, которую не мог исправить.

Тем не менее, благодаря тому, что мальчику было всего десять лет, он мог выбраться из неприятностей бесчисленное количество раз.

В этом мире мальчик встречался со многими людьми. Большинство ходили с ним какое-то время, а потом их пути расходились. Нередкой причиной такого расставания становилась смерть.

Вернее, почти во всех случаях это была смерть.

Когда опасность приближалась, особой привилегией десятилетнего мальчика было то, что люди защищали его. Некоторые утверждали, что ребенок будет только мешать, но их было удивительно мало.

Несколько человек были пойманы монстрами прямо на глазах у мальчика. Когда одному человеку, который был его самопровозглашенным старшим братом, чудовище оторвало руки, он крикнул мальчику: «Оставь меня и убегай!»

Плача, мальчик бросил мужчину и убежал.

Одна женщина средних лет, которая обожала мальчика, как своего собственного ребенка, заставила монстра открыть его большую пасть и попытаться откусить ей голову. Решив, что она не справится, мальчик убежал.

Число людей, сопровождавших его, то увеличивалось, то уменьшалось. Каждый раз, когда кто-то умирал, мальчик учился. Умный мальчик становился всё умнее и умнее.

И всё же мальчику было всего десять лет. Хотя он был умнее и опытнее любого из тех, кто был с ним, его недооценивали, потому что он был ребёнком.

Даже если они пытались притвориться, что он им нравится внешне, внутри они были недовольны, и не было ничего необычного в том, что взрослые оскорбляли мальчика за его спиной.

Конечно, он полезен. Но он всего лишь ребенёк. Почему он ведёт себя так самодовльно? Мы просто используем его, потому что у него есть какая-то удобная магия, так что он понимает?

Ты ведь не должен быть таким дерзким, правда? Он всего лишь ребенок. Пусть он немного порадуется за себя. Если мы упустим это из виду, он наверняка продолжит приносить нам пользу. Мы просто должны хорошо его использовать. В конце концов, он ребёнок, так что, если уж на то пошло, мы можем обращаться с ним, как нам заблагорассудится.

В какой-то момент мальчик, которого защищали взрослые, оказался в положении, когда он должен был защищать взрослых.

Когда огромная орда монстров напала на него, и он посмотрел на спины взрослых, пытающихся убежать, мальчик решил, что сыт этим по горло.

Почему мальчик должен стоять на передовой ради таких идиотов, как они?

Эти парни, они все могут просто сдохнуть. Пусть их съедят монстры. С меня хватит быть ребенком , решил мальчик. Я больше не какой-то там малыш. Я не десятилетний мальчик. Я стану взрослым. Я не позволю им смотреть на меня свысока. Я буду королем, а остальные - моими вассалами. Каждый из них будет служить мне, работая до мозга костей ради моего блага. Это мой мир. Я устанавлю тут свои правила, и буду управлять ими.

Взрослые, знавшие мальчика, в конце концов умерли. Новые люди, с которыми он познакомился, не знали, кто он на самом деле.

В этом мире каждый мог использовать магию. Мальчик использовал магию, чтобы показать другим форму, подобающую королю.

Когда он сталкивался с наглецами, которые не следовали его приказам, или с коварными личностями, которым нельзя было доверять, он добивал их или высасывал из них жизнь и оставлял их как призрачную шелуху. Та жизнь, которую он высасывал, становилась королевской силой.

Он разобрался в видах магии. Магия существовала в тысячах различных разновидностей, но, если кто-то с невероятной магией появлялся, они могли стать для него угрозой.

Человеческая мысль работает интересным образом. Если бы у кого-то были слова только для красного, синего и желтого, они могли бы видеть оранжевый как ярко-красный, черный как темно-синий и так далее. Они попытаются разделить каждый цвет на одну из этих трех категорий.

Для этого человека существует только три цвета. Цвета мира сокращаются до трех.

Из-за природы магии, она сильно зависит от психики пользователя, поэтому, если знание о том, что существует только три типа магии, распространится, количество типов, естественно, сократится до трех.

Если они бросят вызов королю, их жизни будут немедленно отняты. Все пришли к пониманию этого факта. Не многие сознательно выступят против короля.

Однако мудрый король знал, что не все покорились ему до глубины души. И всё же, если он не будет суров с ними, они будут смотреть на короля свысока. Несомненно, были и те, кто замышлял убить короля.

Были и те, кто был верен королю. Но их было не так уж много, конечно.

Искренний, но глупый рыцарь Баярд попал в плен к Ханаме. Король подумывал о том, чтобы уничтожить Ханаме своей собственной силой, но такие Обманщики, как она, были свободны от принципа короля, что существует три типа магии, что делает её опасным противником.

Не то чтобы он не мог победить, но предатель мог нанести ему удар в спину, сражаясь с Ханаме. Баярд был таким дураком, что мальчик всё равно счел его неприятным, поэтому он решил отдать его Ханаме.

Его второй лучший вассал был более спокойным, чем кто-либо, и честным, но он был очень умным человеком. Он был остроумным, можно сказать. Король никогда не видел человека, который мог бы так быстро реагировать на изменение ситуации.

Он не только не показывал никаких признаков предательства короля, но даже ни разу не обидел его, а иногда успокаивал и помогал королю расслабиться.

Однако король относился к нему с подозрением. Он позволил этому мужчине позаботиться о себе, но, похоже, позволил ему узнать слишком много.

Кроме того, когда мужчина массировал свои руки и ноги, король почувствовал, что его магия меняется. Это волшебство не было одним из трех, который определил король. Король называл это Резонансом, и, если у этого человека был четвертый тип магии, которого не должно было быть, он должен был похоронить его.

Если бы этот человек не был так умен, король мог бы сделать это сам. Человек попросил у короля позволения и отправился в Железную Башню Небес. Король знал, что он никогда не вернется. И тот также знал о чувствах короля.

Если бы он не решил остаться в Железной Башне Небес до тех пор, пока полностью не заржавеет, король, скорее всего, высосал бы из него жизнь.

Такие, как Радужный Крот и Спящий человек, которые жили в этом мире долгое время, каждый служил королю по-своему. Однако и они не остались служить на его стороне.

Они работали на короля с преданностью и искренностью. Если бы они этого не сделали, король убил бы их. Однако они не доверяли королю. Король тоже не доверял им.

Нет, дело было не в этом, поскольку король не доверял им, они не могли доверять королю.

Как бы то ни было, результат был один и тот же.

Я совсем один , подумал король. И хотя я всегда голый как сейчас, никто не скажет, что у короля нет одежды.

Никто даже не догадывается, что я голый.

(Совсем не так)

...Кто?

Ты, кто видит меня, кто ты?

Эта магия, неужели... Резонанс?

Разве ты не заржавел в Железной Башне Небес?

(Я - не он.)

Ты видел? Видел меня. Ты видел меня насквозь. С помощью этой магии ты понял меня?

(Я

...это я.

А ты.

...Ниияма

Реон.)

Ниияма Реон.

Мое имя.

В таком случае...

Если тебе это известно, то должен знать.

Что я натворил.

Всё, что я сделал в этом месте.

Когда монстры, эта орда монстров напала, я... Я не бросил взрослых, которые сбежали. Я...

Я присоединился к чудовищам из снов, сожрав их.

Всех до единого.

Если бы они выжили, то встали бы у меня на пути. Даже один. Я имею в виду, они знали меня. Знал мои слабости.

Я десятилетний ребенок.

Дело в том, что я был лидером, но я всё ещё должен был заставить их смеяться, должен был петь и танцевать, чтобы они полюбили меня.

Потому что мне было десять лет, и я был слаб. Я решил, что, несмотря ни на что, я не собираюсь делать это в одиночку. Я чувствовал себя одиноким. Я хотел, чтобы меня любили. Я хотел быть полезным для всех. Я хотел им помочь. Но они использовали меня.

Я всегда был в отчаянии, старался изо всех сил. Но они, они говорили обо мне за моей спиной, и они постоянно занимались сексом. Неужели им больше нечем заняться? Но я был ребенком, поэтому притворился, что ничего не вижу. Я был сопляком. Просто ребенком. Что я мог поделать? Мне было десять лет. Честный и добрый ребенок.

Я ни о чем не жалею. Я всегда был прав. Так будет лучше всего. Меня это вполне устраивает. Я не буду открывать дверь. Я никуда не уйду. Я остаюсь здесь. Я не вернусь домой.

(Ты боишься.)

Да, я боюсь.

Как ты думаешь, скольких людей я убил? Из скольких я высосал жизнь?

Разумеется, я не совершал никакого преступления. Это моя страна. Я - здесь король. Парано - моё королевство. Я решаю, что такое справедливость и что такое преступление. Я поступил правильно. Потому что всё, что я делаю, правильно. По крайней мере, здесь. Пока я в Парано, я не могу ошибаться.

Я не знаю, кто ты, но я высосал жизнь из твоего товарища тоже. Я сделал его своим.

Это не грех. Меня не будут судить за это. Я не сделал ничего плохого.

На самом деле, я поступил правильно. Я хочу похвалить себя, сказать себе, что я хорошо справился.

Я буду великим королем, отныне и навсегда.

(Но ты одинок.)

Не проблема. Я всегда был один. В конце концов, есть только один король. Правители изолированые персоны по своей природе. Я справлюсь. Я имею в виду, у меня есть время. Оно, вероятно, никогда не закончится. Я всегда буду здесь. Я могу чувствовать себя немного скованно, и есть неудобства, но со временем я их устраню.

Я знаю. Я знаю, что не могу доверять вам, люди. Глупо с самого начала доверять кому бы то ни было. Как только мы немного поиграем, я могу убить тебя или высосать твою жизнь. Твоя оболочка не будет представлять никакой ценности, но я заставлю её действовать как дозорного с помощью моей магии.

Я знаю. Вот именно. Если ты не ограничен принципом трех типов, возможности магии безграничны. Не то чтобы моя магия всегда была такой. То, что я мог делать, росло мало-помалу, и я становился сильнее. Это может занять некоторое время, но я могу разобраться с чем угодно с помощью магии. У меня есть время в этом мире. Мне нужен только я сам. Мне больше никто не нужен. Единственный маг, который там должен быть... это я.

(Ты не одинок.)

Я—

(Ты не одинок.)

Не... одинок?

(Да.

Ты не одинок.

Я здесь.)

Нет.

Не ври.

Ты никогда меня не простишь. Меня нельзя простить.

Мне было десять лет.

Я был ребенком.

Всего лишь десятилетний ребенок. Но все же...

Я убивал.

Ради моего же блага.

Я убил так много людей.

(Я знаю.)

(Потому что я – это ты.)

(Не кто-то другой.)

(Я - это и ты тоже.)

Но,

Я

Оказался

Очень даже...

Отталкивающим.

Мне страшно.

За себя, больше всего на свете.

То, что я сделал. То, что я буду делать. Я сделаю всё, что угодно.

У меня не было выбора. Это было сделано, чтобы защитить себя. Каждый ставит себя на первое место. Просто мы такие, какие есть.

Но, в самом деле? Так ли это на самом деле?

Например, как насчет людей, которые встали на моем пути, чтобы защитить меня?

Они были старше меня. Я действовал так очаровательно, как только мог, чтобы понравиться им. Они попались в мою ловушку.

Они были хорошими людьми. Закрыв меня собой. Они помогли мне. Они спасли меня. Снова и снова они спасали мне жизнь.

Используя этих добрых людей как ступеньки, я стал королем.

Одинокий король. Тот, кто полностью гол, но никто этого не понимает.

Я боюсь себя.

Вот почему я не должен открывать дверь.

Я должен остаться здесь.

Я останусь королем навсегда.

Никто не может открыть дверь.

Никуда не уходи.

Не оставляй меня одного.

Я не хочу быть один.

Мне так одиноко.

Но мне нужно остаться в одиночестве.

(Ты не одинок.)

(Ниияма Реон.)

(Там кто-то есть.)

(Я.)

(Выходи.)

(Потому Что, Я...)

(...здесь.)

Здесь.

(Рядом с тобой.)

(Смотри.)

(Я...)

(...держу тебя за руку.)

Твой рука...

Такая тёплая.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

20. Дверь [стук_в_дверь_Рая]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Казалось, что по тонкому запястью, которое он держал, потекла кровь.

Ноги Нииямы Реона были вытянуты перед ним, и он сидел на полу королевского зала, в то время как Харухиро стоял на коленях и держал его левое запястье.

Не то чтобы раньше не было никакого кровотока. Реон был жив. Но было прохладно, и он не чувствовал себя живым. Температура его тела постепенно возвращалась.

Реон медленно поднял голову и посмотрел на Харухиро. Белки его глаз были такими белыми, что казались бледными. Харухиро отражался в его коричневатых зрачках.

— Привет. — мягко сказал Харухиро.

Реон снова посмотрел вниз. И все же Харухиро не отпускал его руку.

— Надень на него вот это. — сказала Алиса, накидывая плащ. Это было то, что Харухиро носил изначально.

Харухиро отпустил запястье Реона и поднял плащ. Он накинул плащ на Реона, обнимавшего свои колени.

— ...То, что я делал, было ужасно. — прохрипел Реон.

— Ага. — Харухиро осмотрелся вокруг королевского зала.

Наверное, было бы неправильно называть их двойниками, но клоны, созданные магией Реона, исчезли.

Неужели Гоми пытается открыть тюрьму и спасти своего товарища? Ахиру зацепился ремнем за клетку и как раз собирался её опустить. Ио сидела на земле рядом с тенью, которая была Тонбе.

Оболочка не шелохнулась ни на йоту. У него не было толщины, как будто это была просто тень. Он был Реоном всего несколько минут назад, так что Харухиро знал. Тонбе уже не вернется.

Реон использовал магию, чтобы высосать что-то вроде сущности того, что делало Тонбе Тонбе. Эта тень была остатком от настоящего Тонбе. Тонбе больше нигде не было видно.

Сетора, Киити и Кузаку колебались, стоит ли им приближаться к Шихору.

Шихору сидела на земле, глядя в потолок, возможно, думая о чем-то своём, но сейчас она не плакала. Если она заплачет, всё будет кончено.

Прежде чем она это сделает, они должны сделать то, что необходимо.

— А? А где Мерри? — удивился Харухиро.

Он быстро нашел её. Мерри оттягивала подлокотники от двери, пытаясь снять с неё цепи.

— Кузаку или ещё кто-нибудь! Помогите ей! — приказал Харухиро.

— Так точно! — Кузаку побежал с невероятной скоростью. Его физические способности были усилены с помощью Нарcи, поэтому он двигался так быстро, что это было похоже на плохую шутку.

Алиса взвалила лопату на плечо и пошла было за Кузаку, но вдруг остановилась и оглянулась. Эти красновато-карие глаза, почти алые, смотрели не на Харухиро, а на Реона.

— Мы откроем дверь. — сказал Харухиро. — А что насчет тебя?

— Я...

— Пошли отсюда. — Харухиро с силой поднял Реона на ноги, подталкивая его к Алисе.

Реон споткнулся и чуть не упал. И всё же ему удалось в мгновение ока пройтись на этих тощих ногах.

— Сетора и Киити вы тоже! — позвал Харухиро. — Ио, мы уходим! Тонбе поручил мне позаботиться о тебе! Давайте вместе вернемся в Гримгар! Ну же!

Харухиро послал Сетору, Киити и Ио к двери одного за другим. Ему нужно было сделать ещё кое-что. Он должен был сделать это сам. Харухиро не мог оставить это никому другому.

Он не хотел провоцировать её больше, чем необходимо, но что лучше - сделать это медленно и не торопиться или же поторопиться? Он не был уверен. Он не мог сказать, что что-то из этого был правильным, так что, скорее всего, пятьдесят на пятьдесят.

Приняв решение, он решил подойти к ней как обычно.

— Шихору! Ты тоже!

Он поднял её на ноги, не дожидаясь ответа, а затем побежал, просто так. Это был пан или пропал.

Ему было всё равно, что произойдет, это было единственное, что он мог сделать. Он не мог оставить Шихору, так что это был не просто акт отчаяния.

Это единственный выход. Это к лучшему , подумал Харухиро.

Он бы ничего не смог сделать, если бы Шихору взорвалась до того, как они добрались до короля, но он все еще хотел тащить Шихору за собой, если это возможно. Именно с этим намерением он готовился к худшему.

Прошу, ещё немного... пожалуйста, только не плачь, Шихору.

Молясь, он направился к двери. У него не хватило смелости взглянуть на неё.

Даже когда она споткнулась, Шихору не отставала. Этого было достаточно.

С сильным взмахом меча Гоми, сокрушающего тюрьму, вышел человек с челкой такой длины, что его лицо было скрыто.

Это была Тасукете, да?

— Ио-самааа! Ио-самааа! — вопил Тасукете.

Ахиру закончил опускать клетку. Дверь была заперта, но с помощью ремня Ахиру, очевидно, легко мог её открыть.

— Юико! — крикнул Ахиру, протягивая руку.

Как только он это сделал, женщина, которая была вынуждена носить наряд, который делал её похожей на птицу, прыгнула в его объятия.

— Ёшихару, я верила в тебя! — она плакала.

— Охххххххххххххххх! — Кузаку сорвал цепи с двери с помощью грубой силы.

Киити с Сеторой на спине прыгала по уровням тюрьмы.

В одном месте была лестница метра два в диаметре. Ио, Алиса и Реон поднимались по лестнице. Харухиро последовал за ними.

По пути наверх Шихору внезапно остановилась.

— Вхуа, Шихору...

— Это не важно.

Глядя на неё, глаза Шихору засверкали. Они были как в тумане.

Похоже, она вот-вот расплачется. Вот дерьмо. Разве это не хорошо? После того, как мы зашли так далеко? Нет!

— Но это важно для меня! — Харухиро поднял Шихору. Шихору сейчас выглядела как невеста или принцесса.

Шихору была практически голая. К тому же она до смешного пышная. Блин, я не уверен, что должен этого делать. Не то чтобы я начал вести себя странно или что-то в этом роде. Только не в этой ситуации. Но, да, я не думаю, что у меня есть какие-то романтические чувства к ней. Мне нравится Шихору. Мы через многое прошли. Она мне так нравится, что я даже не знаю, как это выразить. Конечно, она важна для меня. Может быть, я умру от сверкающих слёз Шихору. Но если альтернативой является отказ от неё, то я выберу первое, так как Шихору очень важна для меня, чтобы я мог думать, «Я справлюсь с этим».

Он поднялся по лестнице. Три шага за раз. Кузаку уже открыл дверь. С другой стороны от него не было ничего, кроме грязной белой стены, но когда Ио, Гоми и Тасукете ворвались в неё, они исчезли.

Эта дверь была связана с другим миром. Сидя на спине Киити, Сетора оглянулась. Она вошла в дверь тем же путем.

Реон стоял в нерешительности перед дверью. Алиса пнула его в зад.

— Поторопись!

— Уах!

И Реон тут же исчез за дверью.

— Ахиру, а как же ты?! — спросила Алиса.

— Я... — всё ещё держа Йонаки Угису в объятиях, Ахиру улыбнулся. — ...остаюсь тут с ней. Я никогда больше не хочу, чтобы нас разлучили.

Алиса пожала плечами и небрежно выскочила за дверь.

Неужели Шихору вот-вот расплачется? Неужели она уже плачет? Харухиро не знал.

Дверь была прямо тут. Если бы здесь у него кончились силы, он бы ни о чем не жалел, но это было не так.

Я хочу вернуться домой, в это место, вместе со всеми...

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

21. Продолжить [пере_запуск]

В версии с изображениями тут находится картинка.

Нгх... Это... Ха...? Где... это...?

Здесь темно. Не кромешная тьма... хотя. Там какой-то слабый, зеленоватый... свет.

Этаж...

Земля...

Тяжелый. И холодный. Это камень или что-то в этом роде...?

Я что, лежу?

Я спал?

Нет... Но дело не в этом. Чувствую, что это было что-то отличающееся... от сна.

Я был где-то, словно у меня был длинный путь. Не столько шёл, как... Я не уверен, но падал... Мне так кажется.

А ещё казалось, что я крутился...

Мне кажется, что такое уже случалось раньше...

Парано, точно. Верно. Это было в Парано.

Я думаю... оно отличалось от того времени.

Скорее... Я был внутри торнадо... Не то, чтобы я когда-либо был там... внутри торнадо...

Все ли здесь? Они тут... так ведь? Если нет... То у нас проблема.

— ...

Я не могу говорить и даже шевельнуться.

Почему? Я парализован... наверно?

Мои глаза... Я не так хорошо вижу что-либо. Всё из-за того, что... здесь темно?

Я удивился.

Что-то сияло.

Слабо.

На земле или на полу.

Сияющие линии...

Узор?

Здесь кто-то есть?

Это похоже... они стоят не так уж далеко.

— Хиё. — я слышу низкий, хриплый голос. Это мужской голос.

— Даааааа, Мастер? —В этот раз раздался другой голос. В этот раз... девчачий?

...А?

Мне так кажется... Или я... слышал её голос раньше?

— Начинай вводить лекарства. Мы заставим их забыть то, что им не следует знать.

— Ньяяяях. Там их ещё полно, будет тяжко для меня одной. Конечно, я обязательно сделаю это, вы же знаете? Пора работать, работать, работать, Да, сээээр. Кьяпии!

— Также... Эти двое.

— Хм? Ах. Эм, этот парень, и тот, праааавильно?

— Да. Я придумаю для них другое применение.

— Разумееется! А теперь, а теперь мы начнем управлять суперсекретными лекаааааарствами Мастера. Это специальные лекарства Мастера, сделанные с помощью реликвии, ты знаааал? Мы не можем позволить им пропасть зря! Я использую их с остороооожностью.

— Ты слишком много говоришь...

— Вавава! Мне очень жаль! Но... но... Я сделаю хорошую работу! Вот тебе от Хиёму, никаких ошибок, никаких ошибок!

— Тогда приступай уже к делу.

— Да, сэээр, ньяа!

Что...?

Мастер...?

Хиёму...? Подожди, а?

Это Хиёму...?

Если подумать... этот голос в Лагере Лесли...

Ох... точно, это был...

Голос Хиёму.

Мастер... подождите... кто?

Здесь так темно... Я ничего не вижу. Что... это за место?

Хиёму ... что-то делает.

Совсем рядом.

— О боже. Ты... ты очнулся?

Я плохо вижу её лицо.

— Хм... Ну, неважно. Ты всё ещё не можешь пошевелиться, верно? Значит, всё тоже самое.

Я лежал на боку, но она перевернула меня на спину. Хиёму наклонилась прямо над моей головой.

Это прическа вроде называется «двойные хвостики»?

Никаких сомнений. Это Хиёму.

— Лааадно, а теперь открой рот пошире и скажи: «ААА». Давай же. Раскрой пошире. Ты ведь не спишь, правда?

Я изо всех сил сжимал свой рот, но она заставляла его открыть. Прямо сейчас Хиёму трогает мои щёки и подбородок своей рукой...

Магия.

Правильно.

Использую магию.

Резонанс.

Нет.

Это никуда не годится.

Ничего не происходит.

Да... Я так и думал.

Любой может использовать магию. Это было одно из правил Парано. Но это относится только к Парано.

Я ожидал, что как только мы попадем в другой мир, мы больше не сможем использовать магию. Похоже, это оказалось правдой.

Я уверен, что Шихору больше не будет Обманщиком. Теперь, когда мы покинули Парано, с Шихору всё будет в порядке. Я был прав... но это —

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Лаааадно, вот твоё лекарство. Пей, Пей же. Всё будет хорошо. Это не больно. Это может быть не очень вкусно, но ты все равно забудешь его. Да, да, Хорошооооо. А теперь глотай. А? Ты всё ещё сопротивляешься? Какая досада. Чтооооооо ж, как же мне тогда поступить? А что, если я закрою тебе рот и зажму нос, у тебя не останется другого выбора, кроме как проглотить, верно? Хи-хи. Ладно. Хороший мальчик, хороший мальчик...

“Проснись.”

Он открыл глаза, как будто услышал чей-то голос.

Было темно. Может быть, была ночь? Но не кромешная тьма. Там горел свет. Огонь. Над ним. Какое-то освещение. Похоже, это были свечи. Маленькие, прикрепленные к стене. Не один, а много, расположенных равномерно, насколько он мог видеть.

Что же это за место?

Было немного трудно дышать. Когда он попытался дотронуться до стены, она оказалась твердой и каменистой. Это была не стена. Это был просто голый камень. Неудивительно, что его спина болела после того, как он лежал на ней. А ещё у него болела задница.

Может быть, он был в пещере... Пещера? Почему он оказался в пещере?

Эти свечи были довольно высоко. Он мог бы дотянуться до одного из них, если бы встал, вот как высоко они были. Более того, они даже не давали достаточно света, чтобы он мог видеть свои руки и ноги.

Но он чувствовал присутствие других людей поблизости. Когда он прислушался, то услышал слабый шум, похожий на дыхание.

— Здесь есть кто-нибудь?

— Ух... Ага.

— ...Да.

— Где мы?

— Няяяяу...

— Э-Э, Я... Я здесь.

— Я-Я-Я не знаю, ребята... Что же это такое? Жаль, что никто не может мне помочь...

— Наверное, у меня похмелье или что-то в этом роде. Я чувствую себя дерьмово...

— Не мог бы ты держаться от меня подальше? От тебя воняет.

Дело было не только в этом. Тут было ещё несколько человек. Мужчины и женщины.

— Подождите, где... я? Кто-нибудь... знает?

— Неа... — крупный мужчина, стоявший рядом с ним, покачал головой. Благодаря свечам его глаза постепенно привыкали к свету. — Я... удивлен. Подожди... Хм, я... Хмм. Что это опять было?

— А... Что?

— Наверное, меня... зовут Кузаку.

— Ох. Твоё имя?

— Да, но... я не помню. Я не могу вспомнить.

— Вспомнить что? Ах...!

Он крепко схватился за грудь, словно пытаясь что-то с неё содрать. Он понятия не имел, что происходит. Как долго он здесь пробыл? Почему он здесь?

Когда он начал обдумывать свое положение, что-то затаилось в глубине его сознания. Но оно внезапно исчезло, прежде чем он успел ухватиться за него.

Он и сам не знал. Он ничего не знал. Он был в полной растерянности.

— ...Со мной тоже самое. — сказал он наконец. — Только помню, что меня зовут... Харухиро. Что это...?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Автора

В версии с изображениями тут находится картинка.

Теперь я признаюсь в преступлении, которое совершил.

Это было очень давно, когда я был ребенком, в нескольких минутах ходьбы от моего дома была лесопилка.

Я часто пробирался туда и воровал обломки дерева.

Ну, это была лесопилка, и она производила много древесных отходов. Там громоздились горы хлама. Я думаю, что они просто выбросили все это, так что они могли бы дать мне это, если бы я попросил. Но в то время я учился в начальной школе, поэтому не мог решиться поговорить с людьми, работавшими на лесопилке.

Теперь, что касается того, для чего я использовал эти деревянные обрезки, я разрезал их на соответствующие размеры пилой, прибил их вместе с молотком и сделал мечи и щиты.

Даже у меня, обладавшего ограниченным кругом единомышленников, было немало друзей, готовых присоединиться ко мне в подобных делах. Мы вели серьезные бои на мечах с нашими самодельными мечами и щитами.

Хотя мы защищались щитами, деревянные мечи находятся на другом уровне от газеты, обернутой упаковочной лентой. У них довольно много власти.

Кроме того, сражаясь, мы оттачивали нашу боевую технику. Было довольно трудно проскользнуть мимо щита и нанести удар по телу, но это был просто вопрос нацеливания на щит. Если вы будете бешено колотить по щиту, вам может повезти и вы его уничтожите, а если нет, то удар может заставить человека, держащего щит, потерять равновесие. Ты использовал это отверстие, чтобы поразить их.

Мы делали это с силой детей, но не было ничего необычного в том, что в наших поединках на мечах проливалась кровь.

Не довольствуясь деревянными мечами, некоторые из нас делали длинные копья, и сочетание щита и длинного копья было устрашающим.

Если бы это был просто щит, все, что вам нужно было бы сделать, это закрыть брешь, но когда вы приблизитесь, щит оттеснит вас назад, они отойдут на некоторое расстояние от вас, а затем снова нападут с копьем. Когда сражаешься с копьеносцем, нужно что-то делать с самим копьем, иначе ты никогда не победишь.

Теперь, когда я вспоминаю об этих вещах, мне кажется, что все не так уж и изменилось.

Я всегда так жил и, скорее всего, так и умру.

Итак, моему редактору Хараде-Сану, иллюстратору Эйри Шираи-Сану, дизайнерам KOMEWORKS и всем остальным, кто участвовал в производстве и продаже этой книги, и, наконец, всем вам, людям, которые сейчас держат эту книгу, я выражаю свою сердечную признательность и всю свою любовь. А теперь я отложу перо на сегодня.

Надеюсь, мы еще встретимся.

Ао Дзюмонджи

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Переводчика

В версии с изображениями тут находится картинка.

Всем привет, как вам 14-ый том? Вот, у меня слегка смешанные чувства после такой концовки. Я даже не знаю, что сказать насчет этого, такое чувство эти два тома слиты в молоко, так как стерев воспоминания пережитого ими в Парано, можно сказать, что и не было никакого Парано, а для нас этих два тома (13 и 14). Единственное не понятно, что там с Шихору и остальными ребятами, такими как пати Харухиро и Ио-самы, а также с Алисой. Переместилась ли она вместе с ними в Гримгар или же вернулась в свой мир, ответ мы узнаем через том, ведь следующий том, который ждет меня и не только меня, но и вас, это 14++.

За эти 4 месяца я отредачил 4 тома (12, 13,14, 14+), и это в полне интересный такой опыт в качестве переводчика и редактора. Насчет 11-ого тома, я про него не забыл, но редачить его у меня пока нет особого желания. Скорее всего, я отредачу его после того как переводу оставшиеся тома, но в этом году я точно к нему не подойду ни на шаг.

В ближайшее время я начну работать над следующим томом и хочу сказать, что это такая дичь, что я делаю для того чтобы нормально его перевести через Гугл или Яндекс переводчик. Вы подумаете, «Что сложного провести текст через переводчик», а в этом и вся морока. Допустим у вас есть пдф файл, там текст, а копировать текст запрещено, это было 1-ой проблемой, с которой я столкнулся, когда только начинал переводить для себя, благо я уже знаю, как это обходить. А теперь наступает та самая ДИЧЬ! Копируя текст с пдф файла и перенося его условно в переводчик, ваш текст сохраняет такую же структуру, что и в пдф.

Пример:

(I went

to school

to

learn to

be a

translator.)

Вы же понимаете, какую фигню он переведёт?

(я пошел

в школу

к

учиться

быть

читать.)

И чтобы исправить эту проблему, надо удалять АБЗАЦЫ, Карл, АБЗАЦЫ. 24 на 7 ты удаляешь эти АБЗАЦЫ, сверяя с оригиналом, чтобы сохранить смысловую структуру текста. И в итоге ты получаешь:

(I went to school to learn to be a translator.)

А перевод будет уже более приемлемый:

(Я ходил в школу, чтобы научиться читать.)

Так к чему это я всё. На подготвку текста, то бишь удаление АБЗАЦЕВ всего тома уйдет приемлемое время, плюс время на сам перевод текст и его редактирование, так что скорее всего перевод 14++ тома будет не скоро, но это не точно.

Фух, как-то много настрочил для своего первого послесловия. Вы сможете найти меня на Ранобэлибе и Ранобэхабе, так как только на этих сайтах я лично выкладываю свой перевод. Ставьте лайки, и про оценки тайтла не забывайте, а на этом я с вами прощаюсь.

Буду благодарен если пожертвуете на шавуху :)

Яндекс.Деньги 4100116187015904

До скорых встреч ещё увидимся.

Basarog

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Обложка

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Прощай, Любимый Гоблигар

В версии с изображениями тут находится картинка.

“Проснись”

Я открыл глаза, как будто услышал чей-то голос.

— Эй. Ты чего спишь, придурок? Ты идиот? Так? Или нет? Ты такой идиот. Я имею в виду, что ты мусор. Я понимаю это, ой, как понимаю. Ты безнадежный кусок дерьма. Я знаю это лучше, чем кто-либо другой.

По какой-то причине я вдруг почувствовал себя обиженным.

Держись.

Почему?

За что же?

Где я лежал? Я мог видеть небо.

Все выглядело так, будто я спал. И я проснулся. Это я уже понял.

Но все же...

Что это было?

Парень, который только что закончил ругать меня как сумасшедший, присел на корточки, посмотрел на меня и сказал:

— ...Парень.

— А? — ошеломленно переспросил я.

Кожа у него была зеленовато-желтая, нос низкий и сморщенный, а изо рта, похожего на зияющую рану, торчали клыки. Уши у него были огромные. Он был прямо скажем - отвратителен.

Тонкое подобие волос, растущих у него на макушке, было кудрявым, как естественная химическая завивка, и это тоже выводило меня из себя.

Ну, не обращая внимания на кудрявые волосы, у меня были более важные вопросы.

— Парень, ты гоблин? — спросил я.

— А? — лицо кудрявого гоблина исказилось от раздражения, и он склонил голову набок. — Ну конечно, да. Ты ведь тоже гоблин, паренёк.

— А? — я поднял руки и поднес их к лицу. Я не мог поверить своим глазам. — Что это… за руки?

Эти руки.

Мои руки.

Они действительно были зелеными.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Мои руки также были какие-то странные. Какие-то тощие.

Это было неправильно. Все это.

— Что? Что-то случилось? Ну, ты всегда был тупым куском дерьма, чувак. — кудрявый гоблин взъерошил свои собственные кудрявые волосы и обернулся. – Эй, Гобухиро, проснись!

— ...Гобухиро?

Нет, погоди, это не мое имя - или нет?

А?

Как же меня зовут, если не так?

Успокойся. Мое имя. Это было мое собственное имя; я должен был это знать. Там не было никакого способа, я бы не стал.

Прижав руку к груди, я сделал глубокий вдох.

Теперь я просто должен был произнести свое собственное имя, когда оно пришло мне в голову.

Окей.

— Гобу...хиро.

Серьезно?

Пока я все еще пребывал в шоке, к нам подбежали еще несколько гоблинов. Естественно (?), как и следовало ожидать (?), все они были гоблинами.

Кучка гоблинов.

Здесь было один... два... три... четыре гоблина, не считая кудрявого гоблина.

Нет, я тоже был гоблином, так что их было четверо, плюс я, плюс кудрявый гоблин, то есть пятеро... шесть гоблинов, ага.

Там не было ничего, кроме гоблинов.

Нет, подожди?

Один из них был слишком велик для гоблина. Ни один гоблин не должен был быть таким большим, так что он не был гоблином.

Хобгоблин, да?

На нем также было довольно тяжелое снаряжение. Может быть, потому, что он был Хобгоблином? Я больше ничего не знал.

— Гобухиро...? — гоблин со странно шелковистыми волосами и чистым лицом, по крайней мере для гоблина, но который все еще был бесспорно гоблином, наклонился над моим (гоблинским) лицом, чтобы получше рассмотреть меня. — Ты в порядке?

— А? Ухх... Да. Конечно...

Я хотел, чтобы он не называл меня Гобухиро, как будто это было естественно, но на самом деле я - Гобухиро, так что у этих людей (гоблинов) не было выбора, кроме как называть меня так. Пока подобные мысли крутились в моей голове, я (гоблин) сел.

— Я в порядке... Наверное — сказал я. — Да. Все отлично... Я думаю, Гобуто.

— Отлично? Ну, хорошо.

Несмотря на то, что он был гоблином, улыбка Гобуто была ужасно освежающей.

—Держись.

Разве я только что назвал его Гобуто?

Гобуто мягко похлопал меня по плечу. Даже несмотря на то, что он был гоблином.

— Я знаю, Гобухиро, что иногда ты слишком много на себя берешь. Если что-то не так, я надеюсь, ты мне расскажешь.

— Ха-ха... Я так не думаю...

Я серьезно не думал, что это так, но, может быть, я немного подталкивал себя...?

Он сказал, что хочет, чтобы я рассказал ему, так что я мог, вернее, хотел, но как я должен была это объяснить? Когда я проснулся, рядом со мной был гоблин? И я был гоблином? А еще там были другие гоблины?

— Ньюх? Что-то не так, Гобу-кун?

— Нет, ничего особенного, Юмелин...

Юмелин?

Длинноволосый гоблин с луком в руках, присевший на корточки рядом со мной, - это Юмелин? Да, всё верно. Это была Юмелин. Когда я снова спросил себя, как ее зовут, я получил тот же ответ, что и раньше. Юмелин. Этой гоблиншой была Юмелин.

Я знал, что Юмелин это и есть Юмелин, но не мог отделаться от ощущения, что что-то не так. Но что же все-таки было не так? Этого я сказать не мог.

— Ты точно... в порядке? — спросила гоблинша позади Юмелин.

Эта девушка-гоблин позади Юмелин, та, что в остроконечной шляпе... Я также знал и её. Похожая на посох палка, которую она сжимала, и эта ее робость были мне знакомы.

— Я в порядке. Просто отлично — сказал я. — Я в порядке... Видишь?

Однако, возможно, что-то было не так. Нет, не просто что-то, я не мог избавиться от сомнений, что здесь все было не так.

Я произнес ее имя, как бы подтверждая его для себя. – “ Шихолин. ”

— Т-Тогда... ладно...

— ...Хе-хе. — я невольно рассмеялся.

Я знал, кто это.

Это была Шихолин.

Конечно. Я имею в виду, что она Шихолин.

Тот, кто тащился следом, большой Хобгоблин, который не был гоблином, а был им...

— Э-Э-Э... Д-Доброе утро, Гобухиро-кун.

— Да... Доброе утро... Хобузо.

Я знал и его.

Я очень ясно это понимал. О Хобузо.

Как бы я ни думал об этом, все было в порядке.

Я, Гобухиро, был здесь, и Гобуто был здесь, и Юмелин, и Шихолин, и Хобузо, и, наконец, Гобунта.

Пять гоблинов и один Хобгоблин. Всего шесть человек.

— Мне что, приснился странный сон? — пробормотал я себе под нос.

— Хох? — Юмелин склонила голову набок. — Только что, Гобу-кун, ты звал Юмелин?

— Нет, не звал. Послушай, Юмелин, если ты зовешь меня Гобу—Кун, то все, кроме Хобузо, могут быть Гобу-кун, так что я не уверен, что это сработает. Но у меня такое чувство, что я уже говорил это раньше...

— Ох, вау. Ты говорил? Ты рассказывал Юмелин это раньше?

— Мне кажется, что да... Или, может быть, я не... Хмм...

— Ну, все так, как ты говоришь, Гобу-кун. А, Юмелин взяла и снова назвала тебя Гобу-куном. Прости, Гобу-кун. Ах.

— У тебя что, совсем нет способностей к обучению, Юмелин?! Я имею в виду, серьезно! — крикнул Гобунта.

— Отвали, Гобунта! Юмелин не хочет слышать это от тебя! Ты просто Гобунта, Гобунта!

— Я теперь кто?! Я ничего не понимаю! Я не понимаю, что ты говоришь!

Эта сцена пререканий Гобунты и Юмелина тоже была ему знакома.

Я еще не мог понять, что происходит, но я был здесь, и это было мое место, и все же я думал, что это как-то не так. Это было немного странно с моей стороны. И все же я не мог не чувствовать этого.

Покачав головой, я огляделся.

Разрушенные стены. Прогнивший пол, и травянистая земля под ним была обнажена. Осталась только пятая часть потолка. Синева неба жгла мне глаза.

Это было похоже на руины. Потому что это были, по сути, развалины.

— Хмпф... — Гобунта прислонился к стене, скрестив руки на груди. — До сих пор, хотя. Это место, оно очень грубое. Вроде, даже хуже, чем я слышал...

Когда Гобунта сказал это в насмешливой манере, Шихолин втянула шею в плечи, как будто ей было почему-то стыдно, и Хобузо удрученно опустился на стул.

— Похоже, это место давно не отстраивали, — пожал плечами Гобуто. — Это определенно сильно отличается от того, что было раньше. Но, может быть, все дело в том, как мы на это смотрим?

— Как мы на это смотрим? — эхом отозвался Гобунта, фыркнув. — И как мы должны на это смотреть?

— Это хорошее место для нового старта, не так ли?

— Каким образом?! ”

— С—с нуля! — вдруг воскликнула Шихолин. — Е-если… вы посмотрите на это так, как будто… мы начинаем заново… я имею в виду, что у нас на самом деле ничего нет ...

— С нуля, хм. — Юме пожевала указательный палец, надувая при этом щеку. — Но, знаешь, Юмелин думает, что то, что у нас там было, не лучше, чем ничего. Хотя, если вы хотите спросить, что хуже, чем ничего, Юмелин не знает.

— Д-Да... — Хобузо рисовал на земле своими толстыми пальцами. — Для детей-сирот… таких как мы… у нас там плохое положение. То есть у нас вообще нет выбора...

Я снова посмотрел на небо. Цвет неба в Новом городе, очевидно, ничем не отличался от цвета неба в Старом городе.

Или этого не должно было быть.

Но почему-то все выглядело совсем по-другому.

Как будто небо здесь выцвело, можно сказать.

У меня действительно было такое чувство, ох, как мы упали...

Это было то, что мы выбрали для себя.

Для нас, гоблинов, самым главным была кровь наших отцов. Для хобгоблинов, которые сосуществовали с нами, это не было исключением. Когда мы называли свои имена, сначала мы называли свою родословную. Независимо от того, унаследовали ли мы имя от наших отцов или нет. Именно это решало большую часть нашей жизни, хотя и не все.

Если у гоблина или Хобгоблина было пять или десять жен, и каждая из них рожала детей, не все они могли унаследовать родословную.

Что же касается финансовой власти отца, то здесь тоже сыграли свою роль кровные родственники. В основном это был вопрос о том, насколько хороша их кровь. Если бы у них было пятеро детей, возможно, один или двое могли бы унаследовать родословную. Их выбирали на основании гаданий, внешнего вида или того, насколько хороша или плоха была родная мать. Только те, кому было дано родовое имя, признавались его истинными детьми.

Остальные остались сиротами.

Независимо от того, насколько богаты они были, или насколько хороша их кровь, это было редкостью для некоторых доброжелательных гоблинов, чтобы взять сирот. Как только их отняли от груди, они были выброшены из дома своего отца.

Вот почему я, например, даже не знал в лицо своих родителей. Гобунта сказал, что тоже не знает, а Шихолин и Хобузо знали только своих матерей.

Юмелин была сиротой, рожденной сиротами. Гобуто никогда не говорил о своем положении, так что, возможно, там что-то было.

Как бы то ни было, сирота есть сирота.

— Ну да, — сказал Гобунта, кладя руку на дыру в стене. — Даже если мы останемся там, нас просто заставят работать бесплатно, пока мы в конце концов не укусим его. Здесь ничего нет, и мы даже не можем нормально питаться, но мы, по крайней мере, сможем выбрать, где умрем. ...А? Я только что сказал что-то классное? Это было круто прямо сейчас, верно? Так ведь?

— Не очень... — пробормотал я.

— Заткнись, Гобупиру! Может ли такой хромой, как ты, судить о моем хладнокровии?! Черт возьми, нет, идиот!

— Ха... ха-ха... — Хобузо потер живот. – Н-Но... сначала мы должны позаботиться о том, чтобы что—нибудь съесть...

Из желудка Юмелина вырвалось громкое рычание. — Оооо! Это действительно грохочет!

— Еда... — что касается Шихолин, то, судя по тому, как вы на нее смотрели, она в любой момент могла умереть с голоду.

— Еда, хм... — я посмотрел на Гобуто, несмотря на себя.

— Все в порядке. — Гобуто принял мой взгляд и, несмотря на то, что был гоблином, ухмыльнулся. — Все как-нибудь устроится. Давайте все вместе разберемся.

1. Сказка, Которую Надо Рассказать

— Ух, нюх, нюх, нюх, нюх… — полностью натянув тетиву назад, Юмелин отпустила ее. — Мррмяу!

Шух , вылетела стрела.

Одинокая ворона, сидевшая на высоком месте, не была поражена стрелой. Когда ворона взлетела, послышалось хлопанье крыльев.

Стрела, тем временем, даже не долетела до вороньего насеста, теряя скорость и падая на землю.

— ...Неее-хню. — Юмелин опустила плечи.

Я не знаю ... Я не могу найти слов, чтобы утешить ее. Честно говоря, я был далеко не так разочарован, как Юмелин. В конце концов, это не было похоже на промах.

Если бы вы спросили меня, думал ли я хотя бы на секунду, что она сможет попасть, то мой ответ “нет”, не верил.

Кроме того, я был так голоден, что чувствовал себя вялым.

Хоть это и грубо, но...

Становилось всё очень плохо.

— Хе-хе-хе-хе... — расхохотался Гобунта. — Ты отстой... Хе-хе-хе-хе-хе...

— Не говори, что Юмелин отстой! — чуть не плача, сказала Юмелин. — Юмелин, она старается изо всех сил, понял? Она не умеет стрелять из лука, так что это не ее вина! Если ты хочешь сказать, что Юмелин отстой, сделай это вместо неё, Гобунта!

— ...Да пошло оно. Не хочу напрягаться... Кроме того, перестань кричать... Нехорошо, когда твой желудок пустой...

— Фух, гюх. Гюх, гюх, гюх! — в конце концов гнев Юмелин готов был взорваться - только этого не произошло, и она сдулась. — ... Ух-хюх. Я так голодна...

Как же я тебя понимаю , подумал я.

Я честно, серьезно, искренне понимал.

Господи. Я даже не мог заставить себя упрекнуть Гобуту. Мне не хватало воли. Возможно, я не лежал, как Гобунта, но в какой-то момент я присел на корточки и с тех пор больше не вставал.

Это был не только я; Хобузо тоже сидел, неподвижно глядя в небо. Шихолин присела. Даже Гобуто -

— Одной вороны будет недостаточно, — пробормотал я.

Но в конце концов он был Гобуто. Гобуто выпрямился, по-мужски подняв кулак вверх. — Даже если бы ты смогла сбить ворону, этого было бы недостаточно, чтобы набить нам животы. Одного ворона нам будет мало. Нам нужно найти другую добычу!

— Нет, но..... — я начал было возражать, что на самом деле удивило меня. — Что же нам делать? Я имею в виду, что в Старом Городе есть… сироты, такие как мы… или вороны, и это все. Там также могут быть и крысы...

— А сейчас не время для этого? — из горла гобуты вырвался странный булькающий звук. — Не пора ли заняться каннибализмом…? Я имею в виду… что они делают это, верно…? Парни из Старого города…? Я бы не стал их винить…

— Гооооблиииин ... — прошептал Хобузо про себя. Это был страшный голос, как будто мы слышали, что он исходил из глубины земли.

Оглянувшись, глаза Хобузо были налитые кровью с проступившими белками, и изо рта текла слюна. Здесь было не до шуток; он был в очень опасном состоянии.

— Все, что угодно, только не это ... — плечи Шихолин задрожали. — Все варианты, кроме этого, нет... Как гоблины... мы должны делать что угодно, только не это...

— Оххх.... Юмелин бросила горячий взгляд в сторону Шихолин. — Теперь, когда ты упомянул об этом, Юмелин уже давно думает, что Шихолин выглядит очень аппетитно...

— Ик! Шихолин отскочила назад.

— Нет, нет! — сказал Гобуто с, вероятно, вынужденной веселостью в голосе. — Очевидно, мы не прибегаем к каннибализму. Это наше последнее средство—нет, я шучу, понятно? Просто шутка. Но дело не в этом. Я хочу сказать, что не думаю, что нам стоит оставаться здесь, в Старом Городе.”

— Чтооо...? — Гобунта посмотрел на Гобуто отсутствующим взглядом. — Нет, но..... мы ведь проделали весь этот путь. Мы покинули Новый Город, так что придется возвращаться...”

— Я никогда не говорил о возвращении.

— А? Если мы не собираемся возвращаться, то куда?..”

— Не возвращаться... — проговорил я, моргая.

— Тогда куда…? — спросила Шихолин, моргая. — Не мог бы ты... объяснить, что имеешь ввиду?

— Нюхох...? — может быть, подражая Шихолин, Юме посмотрела вдаль.

— Оххххххххххххххххх... — Хобузо застонал.

Гобуто решительно кивнул. — Наружу. Мы выйдем из Дамуро. Я уверен, что вы все это знаете, но за пределами Дамуро есть целый огромный мир.

— Но все же... — я опустил голову. — Разве это не опасно? Снаружи, я имею в виду. Не то чтобы я действительно знал. Есть, например, люди, и орки, и прочие...

— Гобухиро. Мы ни с кем не сталкивались, но люди тоже приходят сюда, в Старый Город.

— Это... Ну да, я слышал эти истории.

— Но поблизости от Дамуро орков, по-видимому, нет. Они находятся гораздо дальше, в каком-то районе под названием Нананка или Ишмал. Там живут орки и нежить.

— Гобуто, ты... — Гобунта выглядел слегка смущенным. —Ты действительно знаешь свое дело. Где ты все это слышал?

— Ну, немного отсюда, немного оттуда. — сказал Гобунта с улыбкой, которая освежила его, несмотря на то, что он был гоблином.

Я прищурился, думая, что он загадочный парень.

Мы все были сиротами, но в Гобуто было что-то другое. Например, он был очень осведомлен и спокоен. С тех пор, как мы впервые встретились, он был таким.

Может быть, Гобуто на самом деле не сирота? Разве он не мог быть респектабельным гоблином с кровным именем?

Но это было невозможно. Если бы он не был сиротой, он не был бы с нами. Если бы у него было родовое имя, он вернулся бы в Новый город и жил бы там

— На той стороне... — нерешительно повторила Шихолин. — Что там? Что за место снаружи...?

— Это пока все, что я слышал, но... — Гобуто топнул по земле для эффекта. — Земля продолжается во веки веков.

— Фукюх... — Юмелин сжала щеки. — Во веки веков...?

— Совершенно верно. Она продолжается даже за Нананкой и Ишмалем. Что касается того, что за нами, я тоже не знаю. Но именно потому, что я не знаю, я хочу это выяснить.

Я поднес руку к груди. Что это было? В груди у меня было стучащее, стремительное ощущение. Это было странное чувство, которого я никогда раньше не испытывал.

— Кроме того, — продолжал Гобуто, - мы, гоблины, не были в Дамуро с начала веков. Очевидно, мы пришли с севера Ишмала и Нананки или с запада. Но этот Бессмертный Король, он заключил Альянс Королей, и это породило короля гоблинов. До этого у нас, гоблинов, не было короля. Вот почему орки издевались и тиранили нас. Хотя, даже после того, как мы вступили в Альянс Королей, мы все еще находились в низком положении. С гоблинами обращались как с пехотинцами, и многие, большинство из наших сородичей погибли на фронте. Тем не менее, из желания получить признание от других рас, мы, гоблины, никогда не жаловались, и мы храбро сражались. Вот почему Дамуро был отдан нам как владение нашего королевства. Это земля, которую завоевали наши предки, и поэтому она наша святая земля. Вот почему мы, гоблины, цепляемся за Дамуро, что бы ни случилось. В частности, Новый Город, который до сих пор выглядит так, как будто там жили люди, - предмет гордости, оплаченный кровью гоблинов. Мы никогда не сможем отказаться от него. Несмотря ни на что, его нужно защищать...

— Х-Хэй, Гобуто. — Гобунта моргал. — Эта история становится все более запутанной, и я действительно не понимаю ее. Ты говорил о том парне о "Невременном Конге" и его Альянсе Колец, но... Я не знаю, но если у тебя есть что-то, что ты пытаешься сказать, не мог бы ты сделать это короче? Ближе к сути. Нет, позволь мне уточнить! Это не значит, что я не могу понять, ясно?! Я в порядке, но есть другие идиоты, тебе придется еще немного помучить их...

— Прости, прости. — Гобуто почесал в затылке. — Ну, в общем, мир - это большое место. Мы, гоблины, строим под Новым городом и расширяемся в нем. Но мы не пытаемся выйти наружу. По правде говоря, ходят слухи, что у нас есть тайный договор с людьми... Нет, это не имеет значения. В любом случае, я думаю, что это странно. Если мир будет существовать вечно, зачем нам оставаться здесь? У нас есть ноги, на которых можно ходить. Если мы идем, мы движемся вперед. Разве мы не можем пойти туда, куда хотим?

— Нгбоаххххх...! — Хобузо внезапно вскочил на ноги. — Я иду! Погнали! Еда, еда, еда! Пойдем за едой! Едаааааааааа! Съедим еёёёёёёёё!

— Угаххх! — Юмелин вскинула руки вверх. — Еда...!

Шихолин посмотрела на Гобуто так, словно тот был ослепительно ярким.

— Н-нет, но все же! — неужели Гобунта все еще будет упрямиться? — Даже если мы выйдем наружу, нет никакой гарантии, что там будет еда, верно? Как ты думаешь, стоит ли так рисковать?

Прежде чем Гобуто успел открыть рот, я заговорил: “Испугался?”

— А?! Кто сказал что-то о страхе?! Я никогда не говорил об этом ни слова!

— Тогда из-за чего ножки трясутся?

— Вовсе нет! Я просто ... —

— Просто что? Я хочу сказать, что ты считаешь эту затею рискованной, хотя оставаться здесь для поиска пропитания, которой может и не быть, или ждать, что добыча сама придет тебе в руки - это менее рискованно, я прав?

— З-Заткнись, Гобупиро! Мне не нужно это слышать от тебя, я просто... занимаю противоположную позицию или что-то в этом роде, ясно?! Это необходимо! Кто-то же должен это сделать! Вы - кучка идиотов, поэтому не видите, насколько я важен, маленькие засранцы! — Гобунта встал и бросился вперед. — Ну же! Погнали, народ! Все за мной! В этот безумный, огромный мир! Мы можем пойти куда угодно, если только додумаемся до этого!

Мы с Гобуто переглянулись. Даже Гобуто криво усмехнулся при этих словах.

Сначала Хобузо последовал за Гобунтой, потом я неохотно последовал за ним. Гобуто схватил Шихолин за руку и поднял ее на ноги. Юмелин схватилась за руки с Шихолин и пошла следом прискакивая. Шихолин, казалось, была готова споткнуться в любую секунду.

Так мы покинули Старый Город Дамуро.

История Гобуто послужила катализатором, и наши надежды превзошли все наши страхи — но чем дальше мы уходили от Старого Города, тем больше они ослабевали.

В конце концов, мы были на грани голодной смерти.

У меня даже появились приятные воспоминания о тех временах, когда я был подневольным рабочим, копавшим ямы в Подземном Городе.

Единственный способ для сирот заполучать ужасную, но необходимую для жизни пищу, хоть и в недостаточном количестве, - это копать ямы.

Единственными инструментами были старые мечи, да и те почти сломались. С их помощью сироты мало-помалу откололись от невероятно твердой коренной породы. Мы отнесли выкопанный камень в определенное место. С утра до вечера это продолжалось и продолжалось, а потом, наконец, нам давали только один обед. Одна миска супа с двумя маленькими клецками. Она явно не была наполнена полностью, но это было лучше, чем ничего.

Хотя, честно говоря, это было едва ли лучше, чем ничего. Если бы это было возможно, я бы не хотел копать ямы. Но это не было похоже на то, что скот из хороших домов гоблинов мог с легкостью убежать, чтобы нам выдавался шанс ловить его каждый день.

Место, где выбрасывали остатки еды, обычно занимала кучка крепких сирот, так что мы могли добраться до объедков только изредка. Когда король время от времени раздавал помощь, тут же вспыхивали столкновения из-за нее.

Рытье ям было нашим спасательным кругом. Если бы не эта работа, то, скорее всего, никто из сирот не выжил бы.

Те клецки 1 , на вкус были словно набиты грязью. Как будто суп из мочи, в котором почти не было ничего твердого, казался отвратительным даже на пустой желудок. Еда была отвратительной. Это было правдой, но для нас сейчас, я должен был думать, что даже те клецки и тот суп могли бы быть восхитительными на вкус.

Когда мы решили покинуть Новый город, у нас было праздничное настроение, мы думали, что никогда больше не будем есть клецки из грязи и моченой супом. Но что же произошло? Мало того, что грязные клецки и моченый суп были лучше, чем ничего, так еще и без них мы попали в беду. Мы хотели их вернуть. Теперь, когда я это понял, я не думал ни о чем, кроме грязных клецок и мочащего супа.

Если бы я посмотрел вниз на землю, то почувствовал бы, что готов упасть, поэтому я держал голову высоко, пока шел.

Солнце светило вовсю, и мне казалось, что я вот-вот иссохну.

Бам! Раздался громкий звук.

Оглянувшись, Гобунта уткнулся лицом в землю, задом вверх.

— Т-ты в порядке, Гобунта? — спросил я.

— Нгх... — раздался странный звук. Нет, погоди, это был Гобунта.

— Чувак, ты что-то жуешь? — спросил я.

— Грязьгрязьгрязьгрязьгрязь.

— Аааа! — Юмелин бросилась к нему, указывая на Гобунту. — Гобунтааа! Он ест траву!

— Трава... — Гобуто рухнул на колени, как подкошенный. — Трава, говоришь? А это вариант.

— А? Чтоо... Гобуто? Я имею в виду, что трава - это просто трава, ты ведь знаешь...?

— Спааааааааасибо! — Хобузо спустился в котоу-позу 2 , и начал яростно набивать рот травой. — Уогуохуохуогуогу! Хобухобухобубох!

— Нет?! Хобузо?! — Мое зрение затуманилось от слез. — Это обычная трава, понимаешь?! Трава! Ты же не можешь есть траву, верно?! Я имею в виду, что это трава! Нет, но в том супе из мочи, который мы пили, было что-то похожее на траву... Однако он был очень горьким и ужасным на вкус...

— Губваххххх?! — Гобута вырвал огромное количество травы. — Оно горррррькое?!

— Бвууаааааа?! — Хобузо прикрыл рот обеими руками, морщась от горечи.

— Фууууууууууууууууууууууууууууууу?!

Позже это стало известно как Травяной Инцидент.

Глядя, как Гобунта корчится в агонии, я погладил Хобузо по спине. — Я так и знал... Трава - это просто трава...

— Д-Да... Я-Я знаю, но... Я-Я.. не смог сдержаться... Я был голоден, так голоден... Я потерял над собой контроль...

— Н-Не плачь, Могузо. Нет, я имею в виду Хобузо. А…?

Неужели я только что назвал Хобузо как Могузо? Может, мне это показалось? Скорее всего. Хобузо был Хобузо.

Шихолин сглотнула.

— Что случилось? — спросил Гобуто. Он говорил так, словно вот-вот умрет, что было совсем не похоже на Гобуто.

— Э-Это... — Шихолин что-то вытащила из травы.

— Нья? — Юмелин взяла его у Шихолин, подняла его и склонила к нему голову.

Мои глаза расширились. — Э-Это...

— Чтоо. — Гобунта указал на меня, его лицо все еще было покрыто травой. — Гобухиро, чувак, у тебя всегда такие сонные глаза, так что, когда ты их так широко открываешь, становится жутко. Как-то жутко. Слишком жутко.

— Гобунта, дружище, тебе действительно пора заткнуться, — сказал я. — Самое главное – это…

— Грибы, хух... — Гобуто сглотнул... проглотив слюну.

Да.

То, что Шихолин нашла в траве, и то, что Юмелин теперь держала в руках, было желтоватым и скользким, с шапкой и стеблем.

Это был гриб.

Неважно, где и как я смотрел на него, это был не что иное, как гриб, но ох, это был великолепный пример грибовидности.

Г-Р-И-Б. Это был гриб.

Между прочим, это бирг задом наперед.

— П-П-П-П-П-П-П-П-П-Подождите! — Я широко раскинул руки, останавливая всех. — Это грибы, сомнений нет, но они опасны! Я слышал, они опасны, поняли? Вы ведь это знаете, верно?! Даже если он и выглядит вкусно, они могут быть довольно ядовитыми! Это ведь здравая мысль, да?! Я слышал о сородичах в Новом Городе, которые умерли от употребления грибов.!

— Ты прав, — кивнул Гобута. — Я слышал об этом. Но я только слышал об этом...

— Юмелин. — Гобуто? Почему... у него сейчас такая милая улыбка?

Нет, у него всегда была приятная улыбка, но все же это была его лучшая улыбка, не так ли?

— Дай мне этот гриб.

— Н-Не торопись, Гобуто! — я яростно замотал головой. —Ты не можешь! Если с тобой что-нибудь случится, что тогда?! Если кто-то должен проверить на яд, разве мы не можем заставить Гобунту сделать это?! Точно! Это было бы …

— Эй, Парупиро! Нет, Гобупиро! Что ты имеешь в виду, говоря, что я должен проверить на яд?! Ты хочешь сказать, что если я съем яд и умру, тебя это устроит?! Чувак, так вот как ты ко мне относишься?! Я буду орать здесь, черт возьми!

— Немного яда не убьет тебя, не так ли?! — Я парировал в ответ. —Ведь, говорят, что чем больше тебя ненавидят, тем дальше ты продвинешься в жизни, верно?!

— Ох?! Значит, ты признаешь, что я продвинусь?! Дело в том, что я действительно собираюсь продвинуться где-нибудь! Моя устрица мира, черт возьми!

— Ха-ха. — Голос Гобуто звучал странно бодряще, даже по его стандартам. — Все в порядке, Гобухиро. Я уверен в том, о чем говорю. С этим грибом все в порядке. По какой-то причине, я могу сказать. Я вижу его.

— Гобуто-кун... — Шихолин скрестила руки на груди, пронзительно глядя на Гобуто. — Ты можешь его видеть? Что именно ты видишь?

— Во всяком случае, я просто могу! Я вижу его! Я могу видеть вещи! Я говорю, что вижу его, значит, я вижу его! Я так много вижу, что даже страшно! Страшно! Так страшно! Что же мне делать?! Я его вижу!

— Гобуто! — я поспешно схватил Гобуто за плечи и встряхнул его. — Эй, Гобуто, ты ведешь себя странно! Соберись, Гобуто! Если ты тоже сойдешь с ума у нас, что я буду делать?!

— Ладно, Юмелин! — крикнул Гобунта.

— Оньёх?!

— Этот гриб, дай сюда! Я съем все это целиком! Я его сейчас же отполирую!

— Нет, Юмелин! - Мне! Дай мне гриб! Я его съем! Я должен его съесть! Это судьба! — воскликнул Гобуто.

— Нет, Гобуто, я же сказал, ты не можешь! — взмолился я. — Пожалуйста, Гобуто...!

— ...Мне — на мгновение я не понял, чей это голос.

Подумать только, он мог говорить таким ужасным голосом, заставляя каждого из нас содрогаться от страха.

— Я его съем! Дай мне гриб! Я съем его полностью! Мне, мне, мне, мне, мне, мне, мне, мне, мне, мне, мнеееееееееееееее!

— Нюиик?!”

Хобузо выхватил гриб у совершенно запуганной Юмелин.

Гобуто, Гобунта, Шихолин и я - мы все смотрели на это в четырех разных состояниях шока.

Хобузо взял гриб—

—и съел его.

Он даже не жевал.

Он проглотил его целиком.

— ...Прожуй, хотя бы, — сказал Гобунта.

— Грибы! — рявкнул Хобузо. — Плавно течет! Это же нектар!

Нет.

Это не так работает... так ведь?

Я не мог этого сказать. У меня не хватило духу сделать остроумный ответ.

— Недостаточно!

Хобузо опустился на четвереньки в поисках грибов. Если бы мы посмотрели, может быть, их было бы много? В тот момент, когда Хобузо нашел их, он запихнул их в рот.

— Гриб! Гриб! Гриб?! Гриб! Г-риб! Гриб, гриб, грииииб! Риб, риб, риб! Риб-г, риб-г, риииииииб?!

— С-с ним все в порядке?! — Гобунта расхохотался. — Этот гриб! Он его съел! Хобузо ест грибы! Они в съедобные! Хобузо не умер! Это значит, что мы можем их съесть, верно?! Это же съедобные грибы! Я тоже! Я буду тоже есть их!

— Смотрите! — У Гобуто была идеальная улыбка. — Я же вам говорил! Все нормально! Я так и знал! Я видел это! Грибы! Грибы - наш спаситель! А теперь, ребята, давайте есть эти грибы!

— Ю-Юмелин тоже! Юмелин тоже! Юмелин больше не может сдерживаться!

— Я-я тоже! — вскрикнула Шихолин. — Если Гобуто-кун их ест, то и я буду есть! Что бы ни случилось в результате... Мне все равно! Я ни о чем не пожалею!

— М-Манато... Юме... Даже Шихору... А?

На мгновение я успокоился.

Неужели я сказал что-то странное? Только что? Может, мне показалось? Показалось ведь, правда?

— Я имею в виду, имеет ли это вообще значение...? — пробормотал я.

Да. Но это не ничего не означало. А до этого на первом месте было вот это.

Я шел на вялых ногах.

Взглядом вниз.

Между стеблями травы росли грибы. Грибы. Грибы.

Я присел на корточки. Я потянулся за грибом. Она была скользкой на ощупь. Это был гриб. О, это было так... так мило. Мне было стыдно отрывать его от Земли, но я бы сделал это. Я собирался выдернуть его и съесть.

— Ох... Гриб! — воскликнул я.

Был ли он хорош на вкус? Или плох? Я не мог сказать точно. Как бы то ни было, это был гриб. Я мог только сказать, что у него был грибной вкус. Самый лучший грибной опыт. Это был гриб. В следующей жизни пусть я буду грибом.

Так ли это было на самом деле? Чтобы перевоплотиться в гриб, нужно ли мне есть грибы? Например, все больше и больше грибов? Мол, съешь столько грибов, что я сам стану грибом? Погодите, после того как я вкинул один, потом два, я начал думать: “ Эй, они довольно хороши. Грибы - это самое лучшее, не так ли?” Грибы заполонили мой рот, нет, все мое тело. Они были мягкими и мягкими, не приторными, и грибы начали танцевать в моей голове.

Грибы, Грибы, Грибы, Грибыгрибыгрибыгрибыгрибыгрибыгрибыгрибыгрибыгрибыгрибыгрибыгрибы.

Это было что-то вроде ... Ух ты, в моих глазах были искры?

У меня что-то защипало в животе?

Мое горло тоже горело?

Что все это значит?

Разве я не истекаю жирным потом?

— Ай! Ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай! Ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай?!

Я развернулся.

Это был мой желудок. Наверное, у меня болел живот, но это еще не все, у меня болело все тело. Это было слишком больно.

Мучаясь от боли, подобной которой я никогда не испытывал, я посмотрел и увидел, что страдаю не только я. Все. Каждый из нас был в подобном состоянии.

— М-мы умрем? — взвыл я. — Уагххххххх, ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай, ай!

Небо все еще было голубым.

Позже это стало известно, как Грибной Инцидент.

2. Красные Ягоды

— Ну, отлично. Вы можете говорить то или другое о произошедшем, но... Юмелин считает, что ей и всем остальным крупно повезло...

Это правда?

Честно говоря, я не знал.

Но, может быть, это было невозможно утверждать ...?

В конце концов, мы были еще живы. Даже после всех мучений и агоний никто не умер.

Когда Хобузо бросился бежать, вероятно, обезумев от боли, мы все поползли за ним в местность, полную деревьев. Я впервые в жизни увидел столько деревьев.

Пока что мы все прислонялись к деревьям и постепенно начали устраиваться у них. Эти грибы были ядовитыми, но, возможно, недостаточно токсичными, чтобы представлять опасность для жизни.

Как бы то ни было, мы выжили.

— В любом случае, дело даже не в том или этом, то или другое, понятно? — сказал я.

— Мяу...? Юмелин всегда думала то о том или этом. Она ошибалась? Хух...

— Что ж, правда, все в порядке, — ответил я. — То и это, или то и другое. Нет особой разницы.

— Какая разница, придурок! — сказал Гобунта, практически выплевывая слова. По какой-то причине он цеплялся за дерево. — Они слишком разные. Все и вся, вся и все - совершенно разные!

— Но она сказала не это.

— Замолкни. Глупый Гобухиро. Ты не знаешь, как я себя сейчас чувствую...

— Этот разговор никогда не был о том, что ты чувствуешь.

— Гвеххх, — простонал Гобнута. — Хочуууууу ееееесть…

— Парень, ты хоть слушаешь, что я говорю?

— Я слишком голоден для такого...

— Это лес? — Шихолин, казалось, пришла в себя и огляделась на деревья. — Я слышала истории о месте с большим количеством деревьев, которое называется лесом.

— О, правда? — Гобуто встал на дрожащих ногах, оперев руку на дерево для поддержки, когда он посмотрел вверх на деревья. — Лес. Я тоже слышал эти истории. В лесу водятся самые разные существа. Нам будет легче добывать пищу, по крайней мере, по сравнению с полями или Старым Городом.

— Мы ... — Хобузо посмотрел на дерево пустыми глазами. — Мы собираемся съесть эти ...?

— Нет ... — Гобуто покачал головой. — Это совсем не так ...

Было совершенно очевидно, что Хобузо достиг своего предела. Нет, он уже прошел его. Возможно, из-за того, что он был хобгоблином, большим и сильным, чем мы, гоблины, он все еще мог держаться.

Я по очереди посмотрел на Хобузо, Гобуто, Юмелин, Шихолин и, наконец, Гобунту. Меня не волновал Гобунта, но всех остальных я считал друзьями. У нас также чувствовалась общая цель. Или, может быть, они были мне как братья и сестры.

— Пойду разведаю местность, — сообщил я всем. — Ради еды. Я, наверное, смогу передвигаться, если не на долго.

— Я тоже пойду. — даже в такое время Гобуто улыбался.

— Что должна делать Юмелин? Она хочет тоже пойти, но чувствует, что в конечном итоге может упасть...

— Не надо... заставлять себя... — Шихолин использовала что-то вроде посоха для поддержки, напрягаясь, чтобы встать. — ...Я пойду. Оставайся здесь...

— Я не собираюсь. — Гобунта все еще цеплялся за дерево. — Вы, уходите. Идите и принесите мне еду. Поторопитесь. Если вы этого не сделаете, я умру.

— Тогда просто умри... — пробормотал я.

— Как ты можешь так говорить, Гобупиролин?! Я убью тебя, болван!

— У тебя еще есть энергия, а?

— Конечно нет! Я еле дышу! Теперь идите! Быстрее! Поторопитесь! Продолжай! Давайте, давайте, давайте! Поторопитесь назад и сохраните мне жизнь!

Я не хотел тратить силы на споры с этим мусором. Гобуто, Шихолин и я направились в лес.

Вскоре после этого Шихолин споткнулась, Гобуто поймал ее, не упуская ни секунды, и приказал ей держаться за его руку. Сначала казалось, что Шихолин действительно не решалась принять, но как только она схватилась, не было никаких признаков того, что она отпустит.

Со своей стороны, я чувствовал себя в безопасности, когда она так поступала. Шихолин была самая менее выносливая из всех нас. Честно говоря, для меня это было загадкой. Зачем она пошла? Разве ей не лучше было бы отдохнуть с Юмелин?

— Гобухиро — начал Гобуто.

— Хм...? Что, Гобуто?

— ...Ничего.

— Эй, послушай. — сказал я.

— А?

— Я ни о чем не жалею, понял? Тот, кто предложил покинуть Дамуро... Ну, возможно, это и был ты. Но именно я согласился с этим, когда мы покинули город. То есть, я действительно не знаю, но... Я не думаю, что это была ошибка или что-то в этом роде...

— Ага.

— Это не чья-то вина... или что-то в этом роде, понимаешь? Особенно не смей винить себя, Гобуто. Ты всегда... ведешь нас, можно сказать. Если бы тебя не было рядом, мы бы... никогда бы не изменились.

— Не могу сказать, что согласен с этим.

— Нет, это правда. Всё. Мы бы остались такими же, как и прежде. Сиротами, постоянно и везде не умеющие ничего делать... Вот как для нас всё закончилось бы. Ты не согласна, Шихолин?

— Я согласна. Честно говоря... Гобухиро-кун прав. Я...

Это меня удивило.

Шихолин заплакала.

— ...Я благодарна. Так благодарна ... Я хотела сказать тебе это когда-нибудь, Гобуто-кун. Я просто не могла ...

— Нет, я должен поблагодарить тебя, — мягко сказал Гобуто.

Как я и думал, Гобуто был действительно потрясающим. Если бы это был я, и она начала вот так плакать, я бы, наверное, запаниковал, не зная, как реагировать. Гобуто был другим. Он нежно похлопал Шихолин по спине, улыбаясь ей.

— Я благодарен всем вам за то, что позволили такому парню вроде меня стать одним из вас.

В каком-то смысле это удивило меня больше, чем слезы Шихолин.

Такой парень, как я?

Если бы мы говорили о Гобунте, я мог бы понять, как он относился к себе. Хотя, будь то ад или паводок, Гобунта никогда бы этого не сказал.

Но с Гобуто не было ничего такого, что мог бы так принижать себя. Было ли это смирением? Если это так, то это его не устраивало.

Фактически, я хотел поблагодарить его за то, что он позволил таким гоблинам, как мы, быть его товарищами. Вот что я действительно чувствовал. Хотя, как и Шихолин, я не мог бы этого сказать, даже если бы хотел. Это было неловко и слишком безлично. Но...

Что-то случилось?

Я так и думал.

Гобуто был хорошо осведомлен. Он знал, что такие сироты, как мы, не должны. Естественно, это не имело значения, и Гобуто был одним из нас, но он был другим. Я чувствовал это время от времени - нет, довольно часто. Гобуто был не похож на нас. Он слишком отличался от нас, сирот без имени по крови.

Гобуто не может быть сиротой.

Эта мысль снова пронеслась у меня в голове. Однако это действительно было невозможно. Если бы он не был сиротой, он жил бы хорошо, в нормальном доме и все такое.

Что ж, разве это важно? Подумал я.

Гобуто был одним из нас. Мы все видели в Гобуто товарища. Так что, кем бы ни был Гобуто, все было в порядке. Если бы у него был секрет, или ситуация, о которой было трудно говорить, или что-нибудь еще, Гобуто рассказал бы нам, если бы он хотел поговорить об этом.

То, что он не разговаривал, означало либо то, что ничего не было, либо то, что он не хотел. Если бы он не хотел говорить сейчас, он мог бы сделать это в другой раз. Я, конечно, был бы счастлив послушать.

Не было необходимости спешить.

Гобуто никуда не собирался.

Он был нашим товарищем.

Мы всегда будем вместе.

Ну, это при условии, что мы не умрем от голода.

Почувствовав внезапный приступ головокружения, я рухнул в заросли.

— Гобухиро ...?!

— Гобухиро-кун!

Гобуто и Шихолин немедленно бросились ко мне и попытались вытащить меня из кустов. Однако я отказался от помощи.

— ...Оставайтесь на месте. Это - …

В низких ветвях подлеска, в который я упал, было что-то похожее на красные ягоды.

Нет, они не просто выглядели как ягоды—они были ягодами.

Я сорвал одну. Мы только что пережили инцидент с грибами, так что, возможно, мне следовало быть более осторожным, но я без колебаний сунул её в рот.

— Она кислая... но очень сладкая...?

— А? Гобухиро? Что ты ешь? — спросил Гобуто.

— Что…? сладкая...? — отважилась Шихолин.

— Ягоды! Эти круглые красные ягоды! Они восхитительны! Я так думаю?! Я никогда не ел ничего подобного, поэтому они странно ощущаются во рту, но так вкусно! Да! Они восхитительны!

Увидев, что я набиваю рот ягодами, Гобуто и Шихолин тоже потянулись ко мне. Я поспешно остановил их.

— Эй, эй! Они могут быть ядовитыми! Я уже съел их, так что я тестирую на яд! Если пройдет время и я все еще буду в порядке, тогда...

— О-Ох, конечно. — Гобуто вытер рот. — Ух-ох. Как только я подумал, что мы можем их съесть, они стали выглядеть еще вкуснее...

Шихолин с жалким выражением лица опустилась на землю. — Ты меня убиваешь...

Я мог понять её чувства, но мы должны были свести жертвы к минимуму.

Мы так и ждали.

Я чувствовал это довольно долго.

— Это безопасно... — Гобуто в предвкушении проглотил слюну. — Что… скажешь?

Шихолин нетерпеливо кивнула. — Все нормально. Определенно.

— Ну... — я потер горло и живот. Ничего не чувствовалось. Насколько я мог судить. — Наверное?

— Ну тогда... — Гобуто сорвал с ветки красную ягоду. — Спускаемся.

Не желая отставать от Гобуто, я тоже ел.

И Шихолин тоже.

Один за другим.

Мы ели все больше и больше.

Я не мог остановиться -

Подожди, а нужно ли останавливаться? Нет, правда? Тогда пора есть. Я буду есть. Я должен есть, да? Я должен есть. Мне нужно есть, да? Я буду есть как сумасшедший. Конечно съем всё. Что не так с едой?! Ничего. Абсолютно ничего. Еда - это правильно. Надо есть. Ешь, ешь, еееееешь!

— ... Ах!

Когда я пришел в себя, мое лицо превратилось в месиво из красного ягодного сока... нет, все мое тело стало ярко-красным.

Не только я. Шихолин тоже. И Гобуто.

— Ха! — я засмеялся, не в силах сдержаться. — Ухаха! Ухаха! Гобуто, Шихолин! Вы красные! Полностью красные! Хах! Хахаха!

— Бва-ха! — Гобуто засмеялся. —Ты тоже, Гобухиро! Красный! Весь красный! И Шихолин!

— Хи хи. Хи. Н-не смотрите... Хи-хи. Гобуто-кун, Гобухиро-кун, вы оба красные... Пфф...! Хихихихихи...

Мы все схватились за животы и громко засмеялись. Желание смеяться не угасало. Но я больше не понимал, что должно быть смешным, да и смеяться было некогда.

— П-пойдемте, хе-хе-хе... Мы должны позволить Хобузо и Юмелин... и, я думаю, Гобунте тоже, знать... Хехехехех... Нам нужно дать им тоже поесть!

— Т-ты прав, хе-хе... Больно... Хе-хе... Нам нужно поторопиться и дать им поесть... Хахахаха...

— Я больше не могу... У-у меня живот болит... Я слишком сильно смеюсь... Хе-хе-хе ...

Нам как-то удалось подавить смех на обратном пути, но, когда остальные увидели нас, Хобузо, Юмелин и Гобунта подпрыгнули в воздух.

— Уваххх ?!

— Ииииииик?!

— Гваххххх, чувак, ты весь в крови?! Н-не говорите мне, что вы умерли и вернулись в виде призраков?!

Мы все забыли, что мы трое полностью ярко-красные от ягодного сока.

Позже это стало известно, как Инцидент с Красной Ягодой.

Кроме того, теперь нам удалось добраться до еды. Ягоды не были сытными, но их было много, и по мере того, как мы наливались, чувство голода угасало. Ни у кого не было расстройства желудка, покраснение от ягодного сока было терпимым.

Возможно, мы не были сыты, но у нас было много всего.

Мы все легли на землю.

— Я рад, - наконец высказался я. — Я не знаю, как это сказать, но... — я пытался что-то сказать, но не мог подобрать слов. — всё хорошо. Возможность найти что-нибудь поесть.

— Ну, это да, — хихикнула Юмелин. — Просто отлично, но когда пришли Гобу-кун, Гобуто и Шихолин, это было неожиданностью. Нюхухухух...

— Мы ничем не отличались от того, какие вы сейчас, понимаешь? — сказала Шихолин дразнящим тоном, что было для нее редкостью.

— О да? Вахх! Ты права. Ихихихихи. Думаю, нам нужно искупаться.

— Искупаться, да… — Гобунта извращенно засмеялся. — Звучит неплохо. Купание. Если мы посмотрим, что-то да должно быть. Где-то лужа с водой. Давайте все вместе искупаемся и освежимся. Уве-хе-хе...

— Просто скажу это сейчас, Юмелин с тобой не пойдет, Гобунта.

— Почему нет?! Ты была той, кто сказала, что хочет искупаться!

— Потому что, Гобунта, похоже, ты продолжишь пялиться. Типа, в странные места. Совершенно верно.

— Кех, — пробормотал Гобунта. — Что ты потеряешь, когда тебя увидят? Я имею в виду твою наготу? На неё даже не стоит смотреть. А вот Шихолин с другой стороны...

— Я тоже отказываюсь. Но это, само собой разумеется.

— Не будьте такими скупердяйками! — крикнул Гобунта. — Вы ничего не потеряете, когда вас увидят! Думайте об этом как об услуге для остальных из нас! Услуга!

— Почему я должна предлагать тебе какие-либо услуги? Я скорее умру.

— Юмелин тоже! Ни в этой жизни, ни в следующей!

— Вода... — Гобуто сел, почесывая подбородок. — Верно. Мы хотим устроить водопой. Красных ягод нам хватит на несколько дней, поэтому за это время нам нужно обеспечиться водопоем и новым источником еды.

Это было в стиле Гобуто. Уже подумывает о следующем шаге. А я? Некоторое время я не хотел ни о чем даже думать, ни о чем. Мне казалось, что я ничего не могу придумать.

— Мы живы, да — сказал Хобузо чуть дрожащим голосом. — Быть ​​живым - это невероятно. Все мы живы. Я просто так... счастлив.

Шихолин фыркнула. Казалось, она плакала.

— Да. Правда. — Юмелин похлопала Шихолин по голове. — Юмелин тоже очень рада. Кто знал, что просто жить - это то, чему можно так радоваться?

— Ага ... — Гобуто лег. — Вы правы. Я серьезно. Приятно быть живым. У нас все в порядке, и, может быть, нам всем достаточно просто так жить. Разве не это ты пытался нам сказать раньше, Гобухиро?

— Ну ... — я начал чувствовать, что это было так. То есть, наверное, так и было, поэтому я немного смутился. — ...Возможно? Я думаю. Да. Скорее всего...?

— Ха! — Гобунта усмехнулся. — Кто счастлив просто быть живым? Вы придурки. Достаточно просто жить? Могут ли ваши стремления быть настолько низкими? Вы не желаете чего-то лучше? Например, немного драйва, немного амбиций...

— Что, у тебя есть что-то подобное, Гобунта? — задал я вопрос.

— Черт возьми, да. Слушай и удивляйся, Гобупироске. Получается это, я ...

— Шшш! — Гобуто поднес палец к губам.

Мы замолчали. Поведение Гобуто было наполнено силой, которая создавала нас.

Гобуто быстро встал. Мы все тоже встали, стараясь не шуметь. Мы молча шли по лесу, Гобуто шел впереди. Вскоре мы услышали голоса. Каждый из нас прижался спиной к дереву, наклонившись.

Я прошептал Гобуто, который был рядом со мной: “Что это за голоса?”

— Не гоблины. Думаю, мы точно можем быть уверены в этом.

— Тогда...

Я был испуган. Не только внутри. Я был так напуган, что не мог скрыть это.

Разве ты не слишком напуганный кот? Подумал я. Но у меня была причина так встряхнуться.

— ... Люди, а? — я прошептал.

— Скорее всего, — ответил Гобуто, подавая нам знак рукой. Знак означал "оставайтесь на месте", это я понял, но что собирался делать Гобуто?

...По-видимому, пойдет один.

Прежде чем заколебаться, мое тело пошевелилось само по себе.

Я погнался за Гобуто. Он заметил меня и покачал головой. Я покачал головой в ответ.

Я чертовски боюсь, но неужели ты думаешь, что я отпущу тебя одного?

Гобуто пожал плечами, как бы говоря: "Наверно мне придется с этим смириться.”

Может быть, мне показалось, но в этот момент Гобуто почувствовал некоторое облегчение.

Кроме того, и это было впервые, он казался каким-то уязвимым. Если кто-то не останется рядом с ним, это будет плохо. Возможно, я почувствовал это и погнался за ним в ответ. Хотя я был почти уверен, что мое пребывание с ним не будет иметь большого значения.

И все же, если уж, на то пошло, я мог бы, по крайней мере, умереть вместо него. Без Гобуто все были бы в беде. Когда я думал об этом таким образом, это немного приободрило меня.

В конце концов, человеческие голоса подобрались совсем близко. Я все еще не мог их видеть, но это было довольно опасно. Мы с Гобуто держались поближе друг к другу, прячась в кустах.

Я, конечно, дрожал, но и Гобуто тоже.

Гобуто тоже испуган?

В какой-то момент, он начал становится темнее.

Люди о чем-то говорили.

— ...И что теперь?

— Мы мало что можем сделать... Нам нужно возвращаться. В Альтерну.

— Мальчики страдают, и все напрасно, хух...

— Кто эти мальчики, которым больно?

— И-И все же! ...Ф-Фактически, это ничто.

— ...Я хочу есть.

— Как только мы вернемся, давайте сначала сходим на рынок и перекусим где-нибудь. Я знаю дешевое место, где мы можем переночевать. Это ночлежка для солдат-добровольцев на западе города…

— Тч. Может, нам стоит разбить лагерь. Поскольку мы не принесли ни одной медной монеты.

— Нет, мы должны приберечь это на крайний случай. Их можно разделить, но в общежитии есть...

Страх нарастал, и я чувствовал, что могу умереть в любую секунду, но я заметил кое-что странное.

Почему я понял, что говорили люди?

Это было ненормально... правда? То есть я был гоблином. Люди явно говорили на другом языке, чем мы, гоблины. Несмотря на это, я мог понять. Это было явно странно.

В конце концов люди ушли. Мы с Гобуто высунули головы из кустов, глядя, как они уходят.

Один... Два... Три... Четыре... Пять... Шесть... Их Шесть.

Это должно быть совпадение, но людей было шесть, как и нас шестеро.

Вскоре люди скрылись из виду, и я больше не мог слышать их голоса и шаги.

— Это люди — сказал Гобуто с мучительным выражением лица, все еще глядя в сторону, куда ушли люди.

— Гобуто...?

— А? Что?

— Ничего, я не знаю, что я хотел сказать...

По какой-то причине я не мог этого сказать. Что я понимал человеческий язык.

Кроме того, я не мог не чувствовать, что Гобуто испытывал особые чувства к людям, но я не мог противостоять ему и в этом.

— Мы должны вернуться? — спросил я. — К остальным. Они должно быть волнуются.

— Ох... — Гобуто улыбнулся.

Улыбка не выглядела просто вынужденной. Она казалась фальшивой или более резкой, похожая на подозрительную ложь улыбки. Гобуто это не устраивало.

— В этом есть смысл. Давай назад. К нашим товарищам.

3. Иллюзия, В Которой Я Существую

День за днем мы бродили по лесу.

Красные ягоды росли тут и там, так что не похоже было, что мы будем голодать какое-то время.

Мы нашли водопой, который был не слишком мутным. Он был слишком мал, чтобы купаться в нем, но мы могли пить из него. На вкус он был немного грязноват, но мы прекрасно пили еще более грязную воду в Новом Городе, так что это было действительно лучше.

Однажды мы нашли останки зверя. Он все еще был свежим для трупа и почти не гнил, поэтому мы съели его вместе.

Гобунта нашел останки человека. На этот раз прошло довольно много времени, и были признаки того, что останки были растерзаны зверями. Гобунта забрал одежду трупа, а также нож для себя.

Я считал вещи мертвого человека жуткими и тревожными, но чем больше у нас было клинков, тем лучше. Лук, который Юмелин где-то подобрала, стрелял не очень метко, и вряд ли мог чем-то помочь.

Для начала у нас были только сломанные мечи, каменные топоры и деревянные палки. Если дело дойдет до драки, мы окажемся в беде.

— Гобухиро! Они направляются в твою сторону! — крикнул Гобуто.

Я поспешно поправил рукоять сломанного меча.

На меня надвигались такие большие твари, похожие на крыс, бегающие между нами шестью. И она была не одна. Их было несколько штук.

Один из них несся прямо на меня.

— Угх...! — я замахнулся сломанным мечом.

Так не связано.

Я промахнулся.

К тому времени, как я об этом подумала, у меня уже сильно болела голень.

— Аррргх!!

Он укусил меня?!

Нет, погоди, он кусает меня!

Я отчаянно дернул ногой, пытаясь сбросить ее, но другая большая крыса прыгнула на меня и вонзила зубы в мою левую руку.

— Аааай...!

— Гобу-кун! — Юмелин наложила стрелу на тетиву. Она целилась в мою сторону.

— А? На меня?

— Н-н-не делай этого, Юмелин! — закричал я ей.

Может быть, ты и пытаешься уничтожить крыс, кусающих меня, но ты ни за что не попадешь в них. Ты не сможешь этого сделать. Я имею в виду, что ты меня попадешь в меня. —

— Мрроу! — Юмелин выпустила стрелу.

В конечном счете все мои страхи оказались напрасными.

Её стрела полетела в совершенно другом направлении.

В принципе, ситуация не изменилась. Меня все еще съедали заживо две крысы.

— Фвагх! Вагхх! — я не мог сказать, размахивал ли Хобузо этим большим бревном, или оно размахивало им.

— Нееееет! — Шихолин бегала вокруг.

— Черт... — что же касается Гобунты, то он сам взобрался на дерево и смотрел на нас сверху вниз. — Безнадежный беспорядок...

— Вот так! — это был Гобуто. Гобуто был единственным, кому едва удавалось отбиваться от больших крыс, набрасывавшихся на него с помощью деревянной палки. — Ха! Грахх! Гобухиро! Ты в порядке?!

Гобуто, похоже, тоже было нелегко, поэтому я просто ответил, что со мной все в порядке, но правая голень и левая рука болели, и я совсем не в порядке. Это было все, что я мог сделать, чтобы не плакать и не ныть.

— Угххх...!

В конце концов я обо что-то споткнулся и упал.

Большие крысы, вонзившие в меня свои клыки, не собирались отпускать меня.

Я даже встать не мог.

— Ургггггхх! — взвыл я.

Неужели я умру...?

Буду убит этими крысами...?

— Гобухиро!

Крысы отпустили сначала мою левую руку, потом правую голень. Вбежал Гобуто, отгоняя палкой больших крыс.

— Можешь стоять?! — воскликнул он.

— Д-Да!

— Встань ко мне спиной! Юмелин и Шихолин, встаньте позади Хобузо!

— Мяу!

— В-Верно!

— Гобунта, спускайся сюда! Мы не сможем сделать это без тебя, чувак!

— Н-ну, тогда, наверное, придется! Если ты настаиваешь, я спасу вас!

— Все, сохраняйте спокойствие! Мех на этих тварях ужасно твердый, так что наши лезвия, вероятно, не пройдут! Не пытайтесь порезать и проколоть их, а сокрушите их всем, что у вас есть! Хобузо, тебе не нужно это бревно! Твое тело само по себе является оружием!

— Нгх! Нгх! Нгхххххх!

Ситуация мгновенно изменилась - Да, нет.

Я, например, был на пределе, просто стоял спиной к спине с Гобуто, как он и просил, и все, что я мог сделать, это молиться, Никакие крысы не подходите ко мне, не подходите, пожалуйста, не подходите!

Но пока мы этим занимались, крысы все куда-то исчезли.

Мы уселись.

— Крысы - страшные... — Гобунта застонал, потом покачал головой. — Нет! Но я не испугался, понятно?! Я просто говорю, что они представляют угрозу для вас, слабаков.

— Я-Я испугался... — Хобузо покрылся холодным потом. — А еще я...

— Это было утомительно... — Юмелин легла. — Крысы были ужасно большие, но выглядели так мило...

— М-Мило...? — Шихолин, кажется, была немного раздражена. — Ты... ты действительно так думаешь?

— Гобухиро. — Гобуто взял меня за левую руку и осмотрел рану. — Рана неглубокая, но может стать еще хуже, если мы ее не обработаем. Тот, что у тебя на ноге, тоже.

— Если немного плюнуть, станет лучше. — я посмотрел вниз, на землю. — ...Возможно.

Это было все, что я мог сказать. Больше ничего нельзя было сделать. Для лечения все, что мы действительно могли сделать, это промыть её мутной водой.

Несмотря на это, Гобуто и мои товарищи сорвали с себя одежду и прижали очищенные полоски ткани к отверстию раны. Они заставили меня выпить что-то вроде лекарства, сделанного из измельченной травы. Они прибрали для меня спальное место и дали мне отдохнуть. Они делали самые разные вещи.

Но у меня поднялась температура.

Невероятная лихорадка, как будто все мое тело было в огне.

Я был уверен, что в рану попала какая-то зараза или что-то еще. Мне было страшно с тех пор, как на меня напали большие крысы, но я почему-то был странно спокоен, и я подумал о том, что если потеряюсь в этом плохом воздухе, то умру. Мне было жаль моих товарищей, и я извинился.

Я не мог пошевелиться. Один из моих товарищей остался рядом со мной, присматривая за мной, в то время как остальные ушли искать еду или заниматься другими делами.

Когда Юмелин занялась мной, она легла рядом и обняла меня. — Послушай, Гобу-кун, если тебе это не нравится, так и скажи.

— Нет... Все нормально. Совершенно нормально, но... зачем?

— Хм, ну, Юмелин подумала, что, если бы у нее были трудные времена, она бы хотела, чтобы кто-то сделал это за нее.

— Понимаю... В этом есть смысл... Это вроде как... успокаивает...

— Это нормально если ты бооооольше отдохнешь. Затем, если ты почувствуешь, что хочешь спать, спи. Если ты будешь спать много-много, то обязательно поправишься.

Казалось, пока Юмелин обнимала меня и гладила по голове, я заснул.

Я спал, и просыпался, и спал, и просыпался—снова и снова, пока не перестал понимать, что происходит. Неужели я сплю? Или я проснулся?

— Я думаю, что твой цвет лица выглядит немного лучше, наверно? — Шихолин говорила со мной.

— О... Серьезно? Если это так... Я рад.

— Мне кажется, ты понемногу поправляешься — сказала она. — Все стараются изо всех сил... и я знаю, что ты тоже упорно борешься, Гобухиро-кун.

— Но я только и делаю, что сплю...

— Гобухиро-кун.

— ...Да? Что?

— Не смей умирать. Пожалуйста, просто... не умирай ради нас.

— Ты все раздуваешь из мухи слона... Это ерунда...

Я рассмеялся. Но, черт возьми, неужели я все еще жив? Уверен ли я, что на самом деле не умер?

— Эй! Вставай, Гобухиро! — завопилГобунта.

В боку у меня что-то болело.

— Ауч! ...Не пинай меня, Гобута. Чувак, я ранен здесь...

— Как будто мне есть до этого дело, идиот! Поправляйся и вставай уже! Когда ты лежишь вот так, это слишком угнетает! Восстановись на максимальной скорости, ради меня! Это приказ!

— Не будь таким неразумным... Я чувствую себя вялым...

Я чувствовал себя вялым, или—

Да. Это больше похоже на то, что я не могу сказать, тяжелое у меня тело или легкое. Все кажется таким далеким. Как будто я нахожусь в другом месте, далеко от того, где я нахожусь. Странное ощущение. Что же это такое?

— Харухиро-кун... Харухиро-кун? Харухиро-кун...

— А... Могузо?

— Ты что, спал? Твои глаза были открыты, и я подумал, что ты проснулся...

— Я... не знаю... Ух... Я уже проснулся... Я так думаю?

— Я сварил суп. Я разжег огонь. Ты можешь поесть? Ты должен что-нибудь съесть, даже если тебе придется заставить себя...

— Да... Я должен... Я поем... Ты изо всех сил… старался… сделать это для меня…

— Пойдем, я тебя посажу? Ладно?

— Нгх... Я в порядке...

— Давай, ешь. Он немного остыл, так что не должен быть горячим.

— Нгх... Фюю... Нгх... Это хорошо, Могузо... Ты отлично готовишь...

— Нет, это не так. Мне просто нравится есть, поэтому я—

Но каков он на вкус?

Погоди, чем меня опять кормили?

А я и не знал.

— Привет, Манато.

— А? — Манато повернулся ко мне.

Нет. Не Манато.

— Гобухиро, — сказал Гобуто. — Как ты меня только что назвал?

— Я назвал тебя... как-то... — я моргнул. — Что это было... опять? Нет, но ты же Гобуто. Ха...? Но, так или иначе, я...

— Разве ты не называл меня Манато?

— Манато — я вытер уголок рта. — Совершенно верно. Я называл тебя Манато. Да. Вот и я так думаю... Может, я сплю? Я имел в виду Хобузо как Могузо. И Хобузо называл меня... Харухиро.

— Одно и то же.

— А? Что значит "Одно и то же"?

— Для меня тоже, Харухиро. - Нет, извини. Гобухиро. Иногда я вижу сны. В этих снах мы не гоблины... мы все люди. Ты - Харухиро. Гобунта - это Ранта. Хобузо - это Могузо. Юмелин - это Юме, а Шихолин - это Шихору. А меня... все зовут меня Манато.

Вставая, я пытался найти нужные слова. Но никто не пришел ко мне. Что же все это значит? Манато и я - нет, Гобуто и я—видели один и тот же сон, и в нем мы были не гоблинами, а людьми. —

Погоди, я… встал?

— А! Мне стало... лучше? — воскликнул я.

— А! — Глаза Гобуто были широко раскрыты. — Т-тебе... нормально, да? Я имею в виду, что ты сам встал...

— Д-Да. Что ж... Я все еще немного не в себе, но чувствую себя намного лучше. Наверное?

— Слава Богу. — когда Гобуто закрыл лицо обеими руками, случилось то, чего я никак не ожидал. Все его тело дрожало.

После, А? Может ли он? Я думал. Гобуто плачет?

— Слава Богу... То есть... Я всегда верил, что ты поправишься, но всегда была возможность... Я не хотел думать об этом, но всегда думал... В любом случае, я рад, что с тобой все в порядке.

Я потянулся было к нему, но тут же отдернул руку и почесал в затылке. Пока Гобуто не отдышался, не убрал руки от лица и не повернулся с улыбкой в мою сторону, я не мог ничего сделать, кроме как стоять молча.

— Пойду позову остальных — сказал он. — Гобухиро, ты останешься здесь. Я уверен, что ты еще не в лучшей форме.

— Да. Понял. Хм... — я улыбнулся в ответ. Я не знаю, я был смущен, поэтому все, что я мог сделать, это улыбнуться. — Спасибо. За все.

Гобуто мягко похлопал меня по плечу и пошел за нашими товарищами. Может быть, я все еще был немного не в себе. Я чувствовал себя немного слабым, поэтому снова лег. Но я была уверен, что со мной все будет в порядке. Как сказал Гобуто, и было очевидно, что я еще не полностью восстановился. Я был уверен, что это все.

Прошло еще три дня, прежде чем я снова смог нормально передвигаться.

Пока я был внизу, мои товарищи нашли твердые орехи, которые можно было есть, если снять с них скорлупу, неядовитые грибы, тусклые на вид, но не дурные на вкус жуки и чистую родниковую воду. Они также направились обратно в Старый Город, следя за тем, как идут дела.

Наша жизнь немного изменилась к лучшему. Наша жизнь немного изменилась к лучшему. Однако большие жесткошерстные крысы заслуживают осторожности. Когда они преследовали нас стаей, лучше всего было бежать.

Иногда мы замечали и других зверей. У одного были такие стройные ноги, длинная шея и большие черные глаза. Мы поймали его, съели, и он была действительно хорош.

Иногда вокруг валялись инструменты, которые, казалось, были сделаны людьми. Даже если они ломались или разлагались, мы всегда брали их с собой.

Мы тоже отправились в Старый Город. Когда мы сталкивались с другими гоблинами, это было неловко, и некоторые из них пытались запугать нас, но Гобунта всегда выходил из себя, когда это случалось.

Всякий раз, когда казалось, что вот-вот начнется серьезная драка, мы тащили Гобунту прочь и уходили.

Многие из гоблинов Старого Города, но далеко не все, были должным образом вооружены и даже имели доспехи. По-видимому, существовали группы, состоящие не только из нескольких, но и более чем из десяти гоблинов. Эти типы обычно держали колодец, и им, похоже, удавалось добывать пищу откуда-то.

Мы подумывали о том, чтобы присоединиться к группе. Нам пришлось бы смириться довольно сильно, но я не сочел бы это невыносимым, если бы это обеспечивало безопасную жизнь. Но против этого возражал не только Гобунта, но и сам Гобуто.

— Я думаю, что мы покидали Новый Город не для того, чтобы нами управлял кто-то другой — сказал он.

— Ты слышал его, Гобупиро, — прорычал Гобута. — Неужели ты даже этого не понимаешь, парень? Ты идиот. У тебя такое дерьмо вместо мозгов, что тебя уже не спасти. Ты - мусор! Кусок дерьма!

— Даже если мы на мгновение предположим, что я мусор, я не хочу слышать это от таких мразот, как ты.

— А? Меняяяяя? Чтоооо? Что ты сказааааал? Мне жаль, что я не говорю на языке чуши, поэтому я не понимаю.

— Надеюсь, ты превратишься в пыль, - пробормотала Шихолин.

— Ох, хо. И ты говоришь такое своему товарищу, Шихолин? У тебя нет класса, хух? Ты полностью унижена. Что ж, если ты дашь мне сначала пощупать твои сиськи, я буду счастлив превратится в пыль.

— Моя сись...?! Я-я ни за что не позволю!

— Боже! Гобунтааа! Насколько ужасным пытаешься быть?! — крикнула Юмелин.

— Ооо, давайте, оскорбите меня еще раз! Меня не волнует, что мне говорят идиоты!

— Ха-ха, — засмеялся Хобузо. — Ты действительно что-то с чем-то, Гобунта. У тебя сильное сердце, можно сказать...

— Хобузо! Для своих размеров у тебя слишком маленькое сердце, братан!

Помимо Гобунты, если Гобуто возражал, то мы не собирались присоединяться к группе. Во всяком случае, я не хотел бы объединятся с кем-то. То есть, если возможно, я хотел бы этого избежать.

Если бы нам не нужно было выбирать этот метод - если бы мы могли жить, не делая того, чего не хотели, тогда не было бы необходимости делать это.

Как мы могли так продолжать вместе как можно дольше?

Гобуто подумал об этом. Я просто должен был следовать за ним.

Иногда я почти начинал так думать. Хуже того, я даже не думал. Я просто полагался на Гобуто во всем, когда мы жили повседневной жизнью.

Сегодня мы нашли много съедобных грибов.

Сегодня мы убили зверя и съели его вместе. Было очень вкусно, и мы все были сыты.

Сегодня мы взяли в руки красивый меч. Он был большой, поэтому его нес Хобузо.

Сегодня лил дождь.

Сегодня несколько гоблинов в Старом Городе подрались с нами. Ситуация была нестабильной.

Сегодня ничего особенно хорошего или плохого не произошло.

Сегодня я хорошо выспался.

Сегодня мне приснился этот сон. Я говорил об этом с Гобуто.

Сегодня прошлись по лесу. Он был ужасно обширным.

Сегодня мы попытались приблизиться к человеческому городу.

Сегодня казалось, что Гобута, должно быть, сделал что-то плохое, потому что Юмелин сильно ударила его.

Сегодня ничего не было, было удручающе.

Сегодня у меня был довольно хороший день.

Cегодня -

Наша участь в жизни выглядела намного лучше, чем когда мы впервые покинули Новый Город. Это был редкий день, когда мы не приходили с едой. Будучи сытыми и много двигаясь, мы естественным образом наращивали выносливость. Вероятно, сейчас мы были сильнее, чем были тогда. Мы так много увидели, услышали и узнали. Мы знали что, где и когда делать. Теперь мы стали немного мудрее.

Это было похоже на то, что мы двигались вперед. В прямом смысле.

Разве так не все было хорошо?

Разве не прекрасно не думать слишком много, не мучиться обо всем?

— Я имею в виду, не то, чтобы я, — пробормотал я.

Я спал после обеда.

Что касается причины, то это потому, что прошлой ночью дождь был довольно сильным, из-за чего было трудно успокоиться и заснуть. Он утих, когда взошло солнце, и погода прояснилась, и земля мгновенно высохла. Было ужасно тепло, поэтому мы и заговорили о том, чтобы вздремнуть посреди поля.

Я мог бы задаться вопросом, действительно ли это безопасно, но казалось очевидным, что если мы выберем место с хорошим обзором, то быстро заметим все, что приближается. Гобуто, казалось, немного колебался, но он не сказал, что мы не можем.

Так что все в порядке?

Все уже спали?

Я слышал храп. Хобузо? Или, может быть, Гобунта?

— Пффифи... — Шихолин вдруг хихикала.

Неужели она проснулась? Нет, дело было не в этом. Оглянувшись, он увидел, что глаза ее закрыты и она, похоже, спит. Но она едва сдерживала смех.

— Хехехе...

Возможно, ей приснился странный сон. Я мог бы понять, если бы это была Юмелин, но это было довольно неожиданно, что это исходило от Шихолин.

Юмелин лежала лицом вверх, скрестив руки на животе и тихо дыша.

А как насчет Гобуто? Глаза его были закрыты, но спал ли он или бодрствовал?

Я вздохнул.

Честно говоря, было супер... удобно.

Например, это состояние, когда я становился до смешного сонным, и я был почти готов потерять сознание, но просто не мог этого сделать, было здорово.

В моей спутанной голове крутились мысли о том и о сем.

Но эти мысли растаяли, как только сформировались, а когда появилось что-то еще, они исчезли без следа.

Если бы я был один, у меня никогда не было бы ничего подобного.

Я был уверен. Я имею в виду, что это было практически гарантировано.

Если бы я был один, то чувствовал бы тревогу.

И только потому, что рядом были другие, я мог вот так вздремнуть.

Дневной сон - это потрясающе.

Нет, больше похоже на то, что иметь товарищей - это круто.

Жить - это здорово.

Здорово...

Было ярко, даже с закрытыми веками. Дул нежный ветерок, а трава и грязь были мягкими. Присутствие моих товарищей успокаивало.

Все это сложилось вместе, и я был в центре этого. Нет, я не просто был в центре всего этого, а являлся его частью...

Это было похоже на то, что я могу увидеть еще один сон...

Вот такое у меня было чувство.

Манато.

Могузо.

Ранта.

Юме.

Шихору.

Я собирался увидеть их всех снова.

— Вставайте!

Манато? Нет. Это был Гобуто.

— В его голосе звучало отчаяние. Я без промедления вскочил на ноги.

Шихолин уже была на ногах. Гобута и Юмелин просто сидели, протирая глаза.

— Черт возьми, нам надо бежать! — Гобуто пытался поднять Хобузо на ноги. — Нет, мы не успеем—мы должны быть готовы сражаться!

— Сражаться?! — Гобунта схватился за меч, который недавно приобрел, и вскочил на ноги. — К-К-кто сказал, что это место безопасно?!

— Ты тоже это говорил, приятель! — ответил я и покачал головой.

Мое зрение дрожало.

Что же это такое? Что же это такое? Что это вообще такое? Я ничего не понимаю. Как бы то ни было, они идут сюда. Это все люди. Они идут в атаку. Я имею в виду, что они почти настигли нас. Они уже близко. Слишком близко. У нас ничего не получится. Да. О бегстве не может быть и речи. Мы должны это сделать. Сделать это? Я имею в виду биться? С этими людьми?

— Получи-ка! Ненависть!

Ранта.

Ранта подлетел ко мне.

Я увернулся. Я отпрыгнул в сторону, отчаянно избегая длинного меча Ранты.

— Чтоооо! — я закричал.

— Тч...! Я промахнулся, да? Ну, ты никуда не денешься!

— Спаааааааасибо...!

Следующим был Могузо. Могузо пытался ударить Гобуто своим ублюдочным мечом.

— Ах! — Гобуто отбил ублюдочный меч Могузо деревянной палкой.

— Marc em Parc!

Это была Шихору. Когда Шихору в своем облачении мага нарисовала символы элементалей кончиком своего посоха, бусинка света размером с кулак вылетела - в сторону Шихолин.

— Ауч! — Луч света ударил Шихолин в грудь, сбив ее с ног.

— Мяу! Шихолин! — Юмелин попыталась пустить стрелу в Шихору.

Влетела стрела.

Это была Юме. Юме выстрелил. Эта стрела направилась к Юмелин, и хотя на самом деле она не попала в нее, она задела ее.

Юмелин от удивления уронила лук. — Фуа...?!

— Хмф, было близко! — крикнула Юме, бросая лук и вытаскивая мачете. Она ворвалась вперед.

В этот момент я почувствовал озноб и бросился на землю. Когда я посмотрел, то увидел меня - человека, Харухиро. Харухиро подкрался ко мне, очевидно, пытаясь воткнуть кинжал мне в спину.

Мне удалось не наткнуться на кинжал в самый последний момент. Но если серьезно, что это было? Что происходит? Как такое могло произойти? Что, черт возьми, здесь происходило?

— Рахххх!

Харухиро бросился на меня. Каким-то образом мне удалось парировать его кинжал своим мечом. Я блокировал и уклонялся, но Харухиро продолжал наступать.

Его глаза были налиты кровью. Он был серьезен. Харухиро жаждал денег. Он пытался меня убить.

Страшно. Что это? Страшно. Очень страшно.

Я был напуган. Я споткнулся. Харухиро набросился на меня. Он удерживал меня.

У меня больше не было даже меча. Я отпустил его.

Харухиро попытался воткнуть в меня кинжал. Я схватил его за руки, останавливая его.

— Отпусти! Отпусти! Ты довольно сильный, черт возьми!

Харухиро пытался убить меня.

— Закричал я. — Стой! Прекрати! Это я! Я - это я, ясно? Ты - это я! Я - это я! Убивать меня - безумие!

Но, может быть, Харухиро этого не слышал? Потому что я был гоблином? Но я понял, о чем говорит Харухиро. Я имею в виду, он был мной. Я был Харухиро. Нет, я был Гобухиро, не так ли? Ну, как бы то ни было, это безумие. Кинжал.

— Умри! — он кричал. — Просто умри! Пожалуйста, умри! Сдайся уже! Прошу!

Я ни за что не собирался сдаваться. Я не мог сдаться, верно? Но ничего хорошего из этого не выходило. С такой скоростью он бы меня одолел. Я проиграю ему с таким сопротивлением.

Ох. Не хорошо. Серьезно. Кинжал.

Он был прямо у меня перед глазами. Не в переносном смысле. Он почти касался их. Кончик кинжала. Если я моргну, он может коснуться моего века.

Стоп. Это неправильно. Помоги мне.

Манато...!

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Хм...? — пробормотал я.

Манато.

Это Манато.

— Что случилось, Харухиро? — спросил Манато. — А? Ты что, спал?

— ...Ха... — я покачал головой. Я моргнул. Это должно было быть очевидно, но кинжал не коснулся моего глаза.

Подожди. Успокойся. Какой Кинжал?

— Чтоооо? — Ранта насмешливо посмотрел на меня. — Парупиро, дружище, я думал, ты ведешь себя ужасно тихо, а на работе спишь? Я не могу в это поверить. Вздремнуть в Дамуро?! Невероятно. Это вражеская территория, парень. Вражеская территория. Ты что, мусор?!

— ...Дамуро. — у меня в голове был туман, так что я не очень разозлился. — Я... спал? А? Но...

— Нюхух? — Юме присела рядом со мной, вглядываясь в мое лицо. — Хару-кун, ты спал? Ты что, не выспался?

— Ох... Я удивлен. Хм...

— Если подумать... — Могузо сидел на земле, делая тренировочные замахи своим ублюдочным мечом. — Харухиро-кун, ты ведь почти никогда не ложишься спать раньше меня, правда?

— Наверное? — пробормотал я. — Возможно, ты прав насчет этого.

— Ах! А Юме никак не может увидеть спящего лица Шихору! А может она?

— Хм... Я не очень хорошо умею засыпать. И я, как правило, просыпаюсь рано.

— Это немного расстраивает. Юме в следующий раз не будет ложится спать, пока ты, Шихору, не заснешь. Юме будет смотреть на твое спящее лицо тааааак дооооолго!

— Хорошо. Хотя, когда ты так говоришь, это как-то неловко.

— Позвольте мне поговорить с этой девушкой! Нет, дай мне тоже увидеть твое спящее лицо! Нет, не только твое лицо, все твое спящее тело... Гвехехех...

— Ранта, ты извращенец! — крикнула Юме.

— Ты самый худший, — согласилась Шихору.

— Говорите, что хотите! Мне плевать! Гехехехехе!

— Ха-ха ... Ранта-кун, ты уверен, что стойкий... - сказал Могузо.

— Могузо! Ты можешь учиться у меня! Ты воин! Если ты не станешь крутым телом и душой, как ты собираешься стать для меня наживкой?

— Т-ты прав. Да. Я сделаю все возможное.

— Нет, не надо! — Юме закричала. — Если бы ты стал вести себя как Ранта, Юме бы тебя возненавидела!

— П-правда...?

— Я тоже. Без вопросов, — согласилась Шихору.

Манато усмехнулся, глядя, как все подшучивают.

Дамуро.

Верно. Это был старый город Дамуро. Мы пришли сюда, как всегда, охотиться на гоблинов. После остановились отдохнуть в полуразрушенном здании.

Я сел, а потом - задремал...? Может быть?

— Утомился? — спросил меня Манато.

— О... — я склонил голову набок. — Скорее всего. Хотя я правда не знаю. Но если я просто заснул, то так скорее всего и было. Хм.

— Что? Тебе приснился странный сон?

— Сон... — пробормотал я.

Точно.

Мне казалось, что… мне приснился сон.

И довольно запутанный… я имею в виду, длительный - сон.

— Манато, — тихо сказал я, — как долго я отсутствовал?

— Думаю, недолго. А для чего спрашиваешь?

— Нет...

Мне казалось, что это был слишком долгий сон, чтобы это могло быть правдой.

Но я не помнил, о чем он был.

Не просто ничего, абсолютно ничего.

— Ничего… Я действительно, должно быть, просто устал.

— О да? Что ж, тогда давай сегодня закончим пораньше.

— А? Но я в порядке. Если бы я заставил вас всех вернуться пораньше, мне было бы немного неловко...

— Это не твоя вина, Харухиро. Важно учитывать наше состояние. Ради всего святого.

Когда он сказал это так мягко, я не смог отказаться. У меня никогда не было желания возразить Манато.

— Почему бы нам не отправиться обратно в Альтерну, пока светло хоть раз, и не расслабиться? — Манато предложил всем нам.

Ранта немного проворчал, но все были рады. Даже Ранта, вероятно, не был серьезно расстроен; он просто хотел поспорить. Манато хорошо на это ответил. Это был трюк, который я бы не смог повторить. Если бы Манато не было рядом, кто-то давно бы спровоцировался на Ранту, и могло бы произойти что-то необратимое.

Мы покинули Дамуро.

Это было по моей вине, и я действительно чувствовал себя виноватым, но, честно говоря, я также чувствовал, что это нормально, когда происходят такие дни.

— Мне состряпать вам что-нибудь? — сказал Могузо на обратном пути. — Мы возвращаемся довольно рано, так что время есть, и выйдет дешевле.

— Я буду есть в ларьках. — сказал Ранта.

— Почему ты должен мешать нашей командной прогулке вот так, а?!

— Юме. — Я не мог не указать на это. — Вообще-то работа, а не прогулка. Командная работа...

— Мяууу. Разве так?

— Конечно, — усмехнулся Ранта. — Для чего мы по-твоему идем, идиотка?

— Мыргх. Когда Ранта так говорит, это очень раздражает.

— Тогда не заставляй меня это говорить. Надеюсь ты хотя бы с этим справишься!

— Н-но... — нерешительно сказала Шихору, — я не думаю, что совместная прогулка - такая уж плохая идея...

— О, Шихору, я тоже об этом думал. — сказал Манато. — Все мы гуляем вместе. Командная работа нужна для работы, поэтому, возможно, командная прогулка нам больше подходит.

— Я... я знаю, верно? Я... я тоже так думаю...

— Шихоруууу! — крикнула Юме.

— Фуах, ч-что?! Юме, зачем так внезапно...

— Ты лучшая!

— П-посто- Погоди, нет, если ты обнимешь меня, я уйду!

— Погодите, — Манато поднял руку, показывая всем нам остановиться. — Впереди. Там что-то есть.

Мы опустили позы, прищурившись. Он был прав. На другом конце поля что-то двигалось. Я был немного удивлен. Они были похожи на гоблинов. Это был не Дамуро, но они были в группе.

— Один... Два... Три... Четыре... Пять... Шестеро, да? — я сказал. — Многовато.

— Тем не менее. Они выглядят глуповаты, понимаете о чем я? — Ранта облизнул губы, рука потянулась к рукояти своего длинного меча. — Почему бы нам не убить их? С внезапной атакой будет проще простого.

— Согласен, если внезапная атака увенчается успехом. — Это был тот редкий случай, когда осторожный Могузо казался нетерпеливым. — Может быть, мы справимся?

— Мхуа... — Юме приготовила свой лук. — Похоже, они пока что не заметили Юме и всех остальных, понимаете?

— Если мы собираемся сделать это, — Шихору сжимала свой посох, — мы должны действовать немедля.

— Ты права. — Манато немного колебался?

Он обдумывал. В конце концов, именно Манато должен был решать. Кто знал, чем все закончится? Естественно, мы все приняли бы это, но на Манато лежала большая ответственность.

Манато посмотрел на меня. Я сомневался, что он искал совета. Конечно, он просто смотрел, как мое состояние.

И все же, если бы я кивнул сейчас, не решился бы Манато? Так я и думал. Что ж, я мог хотя бы подтолкнуть его сзади. По крайней мере, я был ему должен.

Я собирался кивнуть. Затем что-то промелькнуло у меня в голове. То, что я мог видеть, возможно, слышал. Это казалось связным, но не целиком. Это было трудно объяснить, но ... что-то застряло в моей груди, и мне стало трудно дышать.

Я знал только одно. Я не должен этого допустить. Это было бы ошибкой.

— Разве мы не можем отпустить их? — я спросил всех. — Их много. Один из них также выглядит ужасно большим. Я не чувствую этого, я не думаю, что мы готовы к такому, можно сказать.

— А?! — Ранта обозлился на меня. — Ты единственный, кто здесь не готов! Я очень хочу идти! А теперь послушай...

— Вах! — Юме указала на гоблинов. — Они убежали!

— Она права. — Могузо звучал немного облегченно.

Шихору тоже почувствовала облегчение. — Даже если бы мы погнались за ними сейчас...

— Мы бы не выжили. — Манато немного рассмеялся. — Ну, может, это было к лучшему? Все происходит так, как должно.

— Тч! — Ранта щелкнул языком и ударил ногой по земле. — Мы просто пощадили их жизни.

Наблюдая за уходящими вдаль гоблинами, я думал о долгом сне, который только что вернулся ко мне.

Да. Это был сон. Долгий сон, который я увидел за короткий миг.

Но действительно ли это был сон? Как я мог точно сказать, что это не было сном?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пожалуйста, Ещё Совсем Чуть-чуть

В версии с изображениями тут находится картинка.

“Проснись”

Я открыл глаза, как будто услышал чей-то голос.

Я был в кромешной тьме. Где я? Тьма слегка рассеивалась. Виднелся свет. Я встал и посмотрел наверх. К стене были прикреплены свечи, ряды которых тянулись далеко вдаль.

Стены и пол были твердыми, вроде камень. Мы в пещере?

Если здесь были свечи, то к этой пещере явно прикасались рука человека. Может быть, шахтный ствол?

Здесь помимо меня находились еще другие люди. Точно больше двух или трех. Казалось, что нас было около десятка человек, кто лежал, а кто сидел спиной к стене или просто сидели прямо.

— Здесь есть кто-нибудь? — спросил один человек.

— Ах, да. — рефлекторно ответил я.

— Я тоже тут...

— Здесь.

— Я полагаю, нас тут многовато.

— А сколько именно?

— Мы должны посчитать?

— И... кстати, где мы находимся?

— Неизвестно...

— Что? Неужели никто не знает, где мы?

— Что происходит?

— Что это такое?

Слыша один голос за другим, я подумал, Это странно .

Я не знал. Не знал, где мы были. Почему я здесь. Кем были эти люди рядом со мной.

— Сидя здесь, вы ничего не решите. — сказал один из мужчин, вставая.

— Идешь куда-то...? — издался женский голос.

— Пойду вдоль стены, — спокойно ответил мужчина. — Туда, куда ведут эти свечи.

Этот человек, его волосы были белыми - нет, серебряными?

Мои глаза на мгновение встретились с глазами сереброволосого мужчины. Возможно, он просто случайно смотрел в эту сторону. Но он смотрел на меня так, словно я ему не ровня.

Мне это не нравится.

Как и тот сереброволосый мужчина, я думал о том, чтобы последовать за стеной. Но он подействовал быстрее меня. Не то чтобы это меня расстроило или что-то в этом роде.

Это было не так, но - что это было? Это вызвало у меня плохое предчувствие.

— Я тоже пойду. — сказала девушка.

— Я тоже, наверно. — сказал кто-то.

— П-Постойте, ребята! Значит, я тоже иду! — позвал другой человек.

Один из парней указал, что тропинка тоже ведет в ту сторону, где нет свечей, но никто не собирался идти туда. Я могу это сказать.

Все здесь собирались последовать за человеком с серебряными волосами. У меня не было другого выбора, кроме как сделать то же самое.

И в конце концов, именно так все и произошло.

В конце концов мы наткнулись на железную решетчатую дверь. Когда седовласый парень открыл дверь, тропинка потянулась дальше, и наверх вели ступеньки.

И все же, знаешь, я не так уж удивлен, подумал я. Это довольно странно. Я имею в виду, я понятия не имею, что здесь происходит, но единственное, что я знаю, это то, что это ненормально. Это явно ненормальная ситуация.

Наверху лестницы была еще одна железная решетка.

Сереброволосый парень колотил по решетке, громко крича: "Есть кто-нибудь?! Откройте дверь!” Несколько других тоже начали кричать, пока кто-то не открыл железную решетку, которая, по-видимому, была заперта.

Кто бы это ни был, он указал, что мы должны “выбираться.”

Когда я вошел в дверь, на этот раз я был немного удивлен. Я не придал особого значения каменной кладке комнаты, но человек, открывший дверь, был одет довольно странно. На нем были доспехи и шлем. У него даже на бедре висело что-то вроде меча.

Что это была за шутка? Но настоящая проблема была не только в этом.

Почему я подумал: "Это шутка какая-то?”

Я чувствовал, что могу объяснить, но не мог. Но прежде чем они успели всплыть на поверхность, они исчезли, как пузыри.

Вот каково это было. Это было довольно неприятно. Это было действительно странно. Что было более странным — то, что происходило внутри меня, или то, что происходило снаружи?

Человек в доспехах запустил какой-то механизм, в результате чего часть стены провалилась внутрь и появился выход.

— Выходите.

Когда мы вышли наружу, тусклое небо простиралось так далеко, насколько хватало глаз. Это была вершина небольшого холма. Все это время мы находились в башне на вершине холма и только что оттуда вышли.

Я попытался сосчитать сколько нас было. Восемь парней, включая меня, и четыре девушки. Всего двенадцать человек. Ни с одного из них не припоминал знакомого лица.

Я посмотрел на другую сторону холма. Здесь было много тесно прижатых друг к другу зданий, окруженных крепкими стенами.

— Думаете, это город? — сказал один из них.

— Скорее не город. — сказал худощавый парень в очках с черной оправой, — А больше похож на замок.

— Замок... — прошептал себе под нос парнишка с сонными глазами.

— Хм... как думаешь, где мы? — робко спросила девушка у сонного парнишки.

— Послушай, спрашивая меня, это не поможет.

— ...Да, конечно. Эм, кто-нибудь... знает? Что это за место?

Кудрявый парень почесал свои кудрявые волосы и сказал: “Серьезно?”

— Я все понял! — сказал пацан, похожий на плейбоя, хлопая в ладоши. — Почему бы нам просто не спросить этого чувака?! Ну, знаешь, тот, который был в доспехах или что-то в этом роде!

Когда мы все повернулись, чтобы посмотреть на башню, вход начал закрываться.

— Шта, Шта, Пачему!

Плейбойщик бросился бежать, но опоздал. Вход исчез, оставив место, где оно когда-то было неотличимо от окружающей стены.

Плейбой пытался дотронуться до стены и ударить ее во всех возможных местах, но довольно скоро он упал на землю подавленным.

— Это проблема. — сказала девушка с длинными волосами, заплетенными в две косы. Она произнесла слово "проблема" со странным акцентом.

Она из xxxxxx? — удивился я. — хххххх...? Это никуда не годится. Мне это никак не приходит в голову.

— Ты сказал это, — ответил Кудряш, присев на корточки. — Серьезно...? Серьезно?

— И, сейчас в этот самый подходящий момеееееент! — раздался высокий женский голос. Появляюсь я и выхожу на сцену. Но где же я? Я прямо здееееесь!

— Прямо где?! — крикнул Плейбой, вставая и крича.

— Не паникууууйте! Не пугаааайтесь! Но, тем не менее, не расслабляяяяйтесь. И не вздумайте рваааать на себе волосы!

Из тени башни высунулась женщина с волосами, собранными в хвост, и запела странную мелодию. — Чарарарараран, чарарарарарараран. Хээээээй. Все ли чувствуют себя хорошоооооо? Добро пожаловать в Гримгар. Я ваш проводник, Хиииииииииёму. Прииииятно познакомиться. Давайте поладим? Кьяпи!

— Как раздражает её стиль речи. — сказал парень с короткой стрижкой, скрежеща задними зубами.

— Ик! — Хиёму снова нырнула головой в башню, но вскоре снова высунулась наружу. — Ты такой страшный и столь опааааасный. Не злись так сильно. Ладно? Ладно? Ладно? Ладно?

Баз-кат 3 с отвращением прищелкнул языком. — Тогда не зли меня.

— Да, сээээээр! — Хиёму выскочила рядом с башней, подняв руку, чтоб поприветствовать. — С этого момента я буду осторожна, сэр! Я буду ооооочень осторожна, сэр? Нормально? Все в порядке, правда? Тихи.”

— Ты делаешь это нарочно, не так ли?

— Ав, ты можешь разговаааривать? Ах, ах! Не сердись! Не бей меня, не пинай! Я не люблю, когда мне делают больно! Вообще, я хочу, чтобы вы были добрыыыыыы ко мне! В любом случае, ничего, если я сейчас все перенесу? Могу ли я теперь делать свою работу?

— Поторопись, — сказал сереброволосый низким, угрожающим голосом.

— Тогда все в порядке, —начала Хиёму с неустрашимой усмешкой. — Теперь я буду делать свою работу, хорошо? А пока просто следуйте за мнооооой. Не оставайтесь позадииии!

Хиёму шла по хорошо утоптанной черной грунтовой дорожке, которая вела вниз с холма. По обе стороны дорожки росла трава. Но это было не просто травянистое поле. Там были десятки, сотни, а может быть, и больше больших белых камней.

— Эй, это... — спросил Кудряш, указывая на белые камни. — Неужели… это могилы?

— Хи-хи-хи, — хихикнула Хиёму, не оборачиваясь. — Интересно. Ну, не беспокойся об этом сейчас. Не воооолнуйся. Пока что рано для любого из вас. Я надеюсь, что это слишком рано для любого из вааааас. Хи-хи-хи...

Баз-кат снова с отвращением прищелкнул языком, пиная грязь. Он был готов сорваться, но, похоже, собирался последовать за Хиёму.

Сереброволосый парень уже ушел. За ним последовали парень с очками, женщина в яркой одежде и еще одна, гораздо более миниатюрная девушка.

Плейбой закричал — Эй! Я тоже, я тоже! Я с вами! — и погнался за ними, а потом споткнулся.

Я снова повернулся к башне. Если я не последую за Хиёму, а вместо этого убегу, что тогда будет?

— Ах... — парниша с сонными глазами простонал. — ...Она красная.

Робкая на вид девушка громко сглотнула.

— А-а, — протянула девушка с косами. — Мистер Луна красный. Это очень мило.

Красная Луна? Это было абсурдно.

Но это было правдой.

Это было где-то между половиной и полумесяцем, возможно.

Луна, висевшая в слегка светлом небе, была такой красной, что казалась нереальной.

От кудрявого что-то прозвучало. — Воу...

Ужасно крупный мужчина издал низкий стон.

Все по-другому, подумал я. Это место совсем другое.

Луна, она красная.

Это должно быть совсем другое место. Я в этом уверен.

Разве это не то, на что я надеялся?

По какой-то причине я чувствовал, что это правда.

В версии с изображениями тут находится картинка.

1. Даже, Если Я Не Понимаю

Тип с сонными глазами, его звали Харухиро.

Кудрявого - Ранта.

Большим парнем был Могузо.

Та робкая девчушка - это Шихору.

А тот добродушный паренек, его имя Киккава.

А я Манато.

Разговаривая по дороге, я сумел понять многое.

Хотя, если честно, то это всё, что мне удалось выяснить.

Мы не только ничего не знали об этом месте, где Луна была красной, мы даже не знали ничего о себе. И все же мы могли назвать свои имена, наш рост и также вес. Просто если бы мы захотели узнать что-то более конкретное—о том, где мы родились, о наших семьях, есть ли у нас друзья, - мы не могли достичь этой информации.

Казалось, что она была там, но как бы мы ни тянулись, мы не могли дотронуться до нее. Когда мы касались её кончиками пальцев, она вновь ускользала. В наших головах была такая область. Мы не могли получить доступ к воспоминаниям там. Вот что он чувствовал.

Хиёму привела нас в штаб Добровольческого Солдатского Корпуса Пограничной Армии Альтерна, Красной Луны, а затем сразу же испарилась.

Штаб был похож на бар, и кто-то с зелёными волосами, ямочкой на подбородке, светло-голубыми глазами, густым макияжем и губной помадой, мужчина ждал нас, облокотившись на стойку.

— Хм... — он несколько раз кивнул сам себе, разглядывая нас. — Очень симпатичные. Идите сюда, мои маленькие котята. Добро пожаловать. Я – Бриттани. Я здесь начальник и хозяин, в штабе Красной Луны, Добровольческого Солдатского Корпуса Пограничной Армии Альтерна. Вы можете называть меня “Глава”, но Бри-чан тоже сойдет. Хотя, если вы меня так будете называть, постарайтесь говорить это с большой любовью, хорошо?

— Глава. — Сереброволосый подошел к стойке, склонив голову набок. — Ответь на мои вопросы. Я знаю, что этот город называется Альтерна. Но что это за пограничная армия и Добровольческий Солдатский Корпус? Почему я здесь? Вы знаете?

— А ты весьма мужественен. И мне нравятся такие парни, как ты. Как тебя зовут?

— Ренджи. И я ненавижу таких педиков, как ты.

— О, теперь знаешь... — в одно мгновение Бриттани прижал нож к горлу Ренджи, его глаза угрожающе сузились. — Ренджи, позволь мне дать тебе совет. Никто из тех, кто называет меня педиком, долго не живет. Ты выглядишь умным мальчиком; я думаю, ты понимаешь, что я имею в виду. Или ты хочешь попробовать еще раз?

— Что ж, — сказал Ренджи, схватив лезвие ножа голой рукой. — Я никогда не хотел долгой жизни и не собираюсь поддаваться угрозам. Если ты думаешь, что можешь взять меня, сделай это, главный педик.

— В свое время, — ответил Бриттани, облизывая губы и поглаживая Ренджи по щеке. — Я ‘возьму’ тебя крепко. Столько раз, сколько захочу. А когда я закончу, ты никогда не сможешь забыть меня.

Ранта, Харухиро и девушка с косами о чем-то шептались между собой.

Я не мог отвести глаз от Ренджи. Он был человеком с крепкими нервами. Была ли это уверенность? Вероятно, он повидал немало драк.

— Ну, во всяком случае! — Киккава встал между Ренджи и Бриттани. — Это наша первая встреча! Это неизбежно приведет к недоразумениям! Давайте все решим мирно! Давай попробуем поладить и повеселиться? Ладно? Ладно? Ради меня!

— Ради тебя? — Ренджи насмешливо фыркнул, отпуская нож.

— Похоже, у нас тут есть несколько безрассудных ребят. — сказал Бриттани, вынимая нож. — Восемь парней и четыре девушки. Женщин здесь не так уж много, но я предпочитаю, чтобы так и было, мужчины в любом случае более полезны в бою, так что это не проблема.

Я нахмурился.

— В бою?

— Верно, — сказал Бритни с улыбкой. Честно говоря, это было жутко. — Полезны в бою.

— Это штаб солдат-добровольцев. — сказал я, опустив взгляд. — Значит ли это, что мы становимся добровольцами или что-то в этом роде?

— О боже! — Бриттани искусственно захлопал в ладоши. — Ты тоже кажешься многообещающе. Вот именно. Вы все станете добровольцами. Но у вас есть возможность отказаться, понимаете?

— Мастер выбора. - сказал Харухиро, хлопая Ранту по спине. — Твой выход.

— О? Ах! Точно! Именно так! Мой… выход?

Из того, что рассказал нам Бри, эта земля, известная как Граница, была населена людьми и множеством враждебных рас. Долг пограничной армии состоял в том, чтобы изгнать их и сделать Границу человеческой территорией.

У них не было численного преимущества, и они фактически находились в невыгодном положении, поэтому Пограничная армия была растянута только для того, чтобы поддерживать Альтерну и свои передовые посты. Именно здесь вступили отдельные силы Пограничной армии - Добровольческий корпус.

— У них не было численного преимущества, и они фактически находились в невыгодном положении, поэтому Пограничная армия была растянута только для того, чтобы поддерживать Альтерну и свои передовые посты. Именно здесь вступили отдельные силы Пограничной армии - Добровольческий корпус.

— Мы – Солдаты-Добровольцы… — сказал нам Бри, — появляемся внезапно и неожиданно, проникая на территорию врага слева и справа, исследуя, вызывая замешательство и находя способы ослабить силы противника. Хотя мы сотрудничаем с основными силами, мы очень редко участвуем в организованных операциях. Большинство Солдат-Добровольцев действуют в одиночку или небольшими группами по 3-6 человек, я думаю. В любом случае, мы используем наши индивидуальные навыки и рассудительность, чтобы собрать информацию и поразить врага. Так работает Добровольческий Солдатский Корпус Красная Луна.

Далее он объяснил, что, если мы станем Солдатами-Добровольцами, нам дадут значок стажера, который идентифицирует нас как Солдат-Добровольцев, и 10 серебряных монет. Другими словами, деньги. Если мы этого не сделаем, то, что случится с нами, не было его проблемой.

Технически у нас была свобода выбора. Хотя только технически. Ни один идиот не предпочел бы быть брошенным без гроша в неизвестном месте. Как ни крути, у нас не было выбора, кроме как стать Солдатами-Добровольцами.

— Справедливо. — Первым, кто взял значок стажера и кожаный мешочек с серебряными монетами, конечно же, был Ренджи. — Я ничего не знаю об это авантюре с Солдатами-Добровольцами или о чем-то еще, но я сделаю это. Поговорим после этого.

Он действительно всегда бил меня до упора. Что с этим было?

После Ренджи мужчина с короткой стрижкой и яркая женщина потянулись за своими значками стажера и кожаными мешочками. Я был четвертым. После меня был парень с очками.

Когда Киккава сказал — Хорошо, я тоже в этом участвую! — и пошел брать два мешочка, Бриттани хлопнула его по руке. — Хей!

Остались Харухиро и Ранта, Могузо, Шихору, девушка с косами и миниатюрная девушка. Какой смысл обдумывать это?

Хотя, возможно, их реакция была более нормальной.

— Как насчет тебя? — Бри настаивал на этом.

Ранта первым подошел к стойке. — Я не знаю... Я чувствую, что меня тут облажают. У меня смутное предчувствие по поводу всего этого...

— Хм. — девушка с косичками последовала за Рантой. — Там, где есть воля, там и выход, вроде так говорят...

— Нет, — покачал головой Харухиро. — Я не думаю, что кто-то говорит "Где есть воля, там и выход...

— Ох? Они этого не делают? Юме всегда говорила это с волей и манерой.

— Ты тогда неправильно поняла. Это просто «там, где желание, там и выход».

— Ой. Но это звучит симпатичнее с волей и поступком. Юме считает, что милое звучание тоже важно.

— Это определенно звучит симпатичнее.

— Но разве не так?

Казалось, девушку с косами звали Юме.

Миниатюрная девочка, Харухиро и Могузо тоже взяли значки стажера. Это были все.

— Поздравляю, — сказал Бри, улыбаясь и хлопая в ладоши. — Теперь все вы - Добровольцы-Стажеры. Работайте усердно и научитесь быстро стоять самостоятельно. Как только вы...

Я лишь наполовину прислушивался к этому моменту, думая о том, что делать дальше.

Бриттани говорил, что обычно собираются от трех до шести человек. Что ж, казалось, что одному будет трудно справиться. Во-первых, мне нужно было найти тех, кто, казалось, мог сражаться вместе. Но кто же?

Когда я пошел посмотреть, Ренджи снова был быстрее меня.

Но Баз-кат вылетел из ниоткуда? О чем, черт возьми, он думал?

— Вставай, — сказал Ренджи.

— Ты придурок! — Базз-Кат закричал и попытался встать, но Ренджи тут же ударил его ногой, в результате чего он растянулся на полу.

— В чем дело? Вставай.

— В чем проблема, задница?

— С первого раза, когда я тебя увидел, мне стало интересно, кто из нас сильнее. Пришло время дать тебе ответ. Вставай.

— Черт ...!

Баз-Кат рассердился, и Ренджи безжалостно избил его. Это было совершенно односторонне. После удара головой в качестве финишного Баз-кат рухнул.

Нет, не знал. Он упал только на одно колено, терпя боль.

Ренджи одним пальцем вытер кровь со лба. — У тебя твердая голова. Скажи мне свое имя.

—...Рон. Бля, а ты сильный.

— Ты и сам довольно крутой. Пойдем со мной, Рон.

— Конечно. Пока останусь с тобой.

— Отлично. А теперь, кто еще... — Ренджи оглядел штаб и остановился на мне.

Рон был первым, а я вторым, да?

Да пошел ты , было то, о чем я не мог и подумать сказать. Но Ренджи мог заговорить со мной.

Он отвернулся от меня, вместо этого глядя на парня с очками. — Похоже, ты мог бы быть полезен. Пойдем со мной.

Носящий очки скрестил руки, немного подумав, прежде чем кивнуть. — Конечно. С удовольствием, Ренджи. Я Адачи.

Я вздохнул. Он все время был на шаг впереди меня.

Почему? Из-за чего Ренджи на шаг быстрее?

Ренджи не колебался. Я останавливался, чтобы все обдумать, поэтому я на шаг позади. Возможно, так оно и было.

— Эй, Чиби.

— Да...?

Но это было большим сюрпризом. Ренджи выбрал эту миниатюрную девчушку.

— Присоединяйся.

Когда он жестом велел ей следовать за ним, миниатюрная девчуля пошатнулась в его сторону и посмотрела на Ренджи.

Он похлопал ее по голове. — Похоже, ты будешь полезна. Пойдем.

—... Ага.

Пока я смотрел на лицо миниатюрной девушки, которое стало багровым, я отчаянно пытался понять, почему. За что? На основании каких критериев Ренджи выбрал ее? Чем она пригодится в бою? Ее физическая сила? Ее интеллект? Нет, не то. Или, по крайней мере, это еще не все. Что тогда...?

— Собрались. — Ренджи взял с собой Рона, Адачи и миниатюрную девушку, когда они вышли из здания.

Четыре человека. Им достаточно всего лишь четверо?

— Подождите! — крикнула женщина вслед Ренджи. — Возьми меня тоже!

— Мне не нужна обуза.

— Я сделаю все! — сказала кричавшая до этого, цепляясь за Ренджи. — Я Сасса. Умоляю. Я сделаю всё, абсолютно всё, только прикажи.

— Абсолютно все, хах? — сказал Ренджи, яростно отталкивая Сассу.

В тот момент я увидел это. Было незначительно, но Ренджи улыбнулся.

— Не забывай свои слова.

Я понимал. В этом был смысл.

Это верность. Не то, чтобы они были активом в бою. Это, конечно, было важно, но вопрос в том, сможет ли он заставить их подчиняться ему или нет.

Покорятся ли они ему? Это то, что искал Ренджи. На этом этапе в его сознании уже был образ. Он пытался создать команду с ним в центре.

Когда Ренджи вышел из штаба с своей командой, Киккава что-то сказал и тоже ушел.

— Ну, я тоже ухожу. — сказал я.

Я пока не хотел оставаться здесь. Мне казалось, что меня оставили позади, и мне это не нравилось. Прямо сейчас я хотел выбраться наружу как можно скорее. Так я себя чувствовал, но почему-то улыбнулся.

— Находясь здесь, я ничему не научусь, поэтому пройдусь по улицам, чтобы осмотреться. — Я улыбнулся пятерым неудачникам. Затем, как будто в этом не было ничего страшного, я добавил: «Увидимся позже».

— Ага, увидимся. — Харухиро махал рукой.

Должно быть, он хочет пойти со мной , подумал я. Что ж, тогда тому и быть. Но почему он не идет? Потому что кроме него никто не хочет? В этом причина? Я не понимаю.

Я вышел из штаба. Я был расстроен, но, когда я коснулся своего лица, на нем все еще была улыбка.

Что это со мной? Что я за человек...?

2. Почувствовать Ради Такого

Гуляя по Альтерне, я кое-что узнал о себе.

Я был настолько привлекателен, что даже сам был шокирован этим. Я мог спокойно завязать разговор с кем угодно, и даже если бы не хотел этого в тот момент, я бы все равно улыбался. В большинстве случаев, казалось, что все оставляли положительное впечатление обо мне.

Я ничего не знал, и все было для меня ново. Я не только не боялся этой ситуации, она мне начинала нравиться.

На площади я увидел вдалеке какую-то фигуру. Он выглядел потерянным.

Я просто смутно почувствовал это, но думаю, что так оно и есть , подумал я. Это по-своему неплохо.

— Харухиро! — позвал я его.

— А? — Харухиро побежал прямо ко мне. — Манато...! Манато! Я пытаюсь вернуться в штаб, но не могу его найти! Встретить тебя здесь - все равно что наткнуться на Будду в аду!

— Ты преувеличиваешь. — сказал я. С улыбкой, конечно. — Харухиро, ты один? Где остальные?

— Да, один. Ранта, Шихору и Юме находятся перед штаб... или по крайне мере должны быть. Видишь ли, Шихору начала плакать. После этого мы договорились, что я пойду собирать информацию, пока они там ждут.

— А, так вот оно что. Итак, ты выяснил кучу вещей и теперь возвращаешься обратно?

— Нууу... Я не знаю, что все, но я выясняю насчет некоторых выяснением вещей. Как же она называлась… Депозитная Компания Ёрозу, вроде как...?

— Ёрозу? Депозитная Компания? Я еще ничего не знаю о них.

— Да ну. Серьезно? Это место, где ты можешь внести свои деньги или конвертировать их. Это казалось довольно важным. Да, еще на рынке был хороший мясной ве́ртел... Нет, это не так уж важно.

— Я и сам немного заглянул на рынок. Значит, там есть мясные шашлыки, да? Если они так хороши, как ты говоришь, я бы хотел попробовать.

— Я покажу тебе это место. Я точно помню, где это было. ...Хотя я забыл дорогу обратно в офис.

— Хорошо, тогда пойдем вместе? — Удивительно, что я могу говорить такие вещи, - подумал я, - но это вышло так легко. Должно быть, именно таким человеком я и был. — Я как раз собирался вернуться в штаб.

— Ха...? — Харухиро, казалось, ошеломленно молчал.

Да, я думаю, это имело смысл, что он был таким.

Я сказал ему что-то вроде: “Увидимся позже”, но я не стал бы винить его за то, что он думал, что это просто моя вежливость.

В конце концов, так оно и было. Не то чтобы я ему это сказал. Похоже, именно таким парнем я и был.

— Хм? Что-то не так? — спросил я.

— В-вообще ничего, на самом деле! П-пойдем. В штаб. Мне наплевать на Ранту, но я уверен, что Шихору и Юме чувствуют себя одинокими и беспомощными.

Таким образом, я в конечном итоге сформировал команду с оставшимся: Харухиро, Ранта, Шихору, Юме и Могузо.

Харухиро - ненадежный, Ранта - истошно шумлив, Шихору - ужасно робкая, Юме -легкомысленная, а Могузо – заторможенный. У всех пятерых было больше слабых сторон, чем сильных.

Но я не терял надежды. Это не было моей сильной стороной. Я честно наслаждался собой.

Это было для меня загадка, почему. Я имею в виду, если я собираюсь объединиться с этой группой, мне придется решать все, а когда дело доходит до Ранты, он даже не слушает.

Например, вот что случилось.

Первое, что делают Солдаты-Добровольцы-стажеры, - это вступают в гильдию и проходят обучение на рабочем месте. Поэтому, глядя на их способности, я решил, что Харухиро будет Вором, Шихору - Магом, Юме - Охотником, а Ранта - Воином.

Но после Ранта перехотел и стал Рыцарем Ужаса.

Если бы Могузо, который уже стал Воином, не присоединился к команде, что бы случилось с нами?

Пока у команды есть два столпа - Жрец и Воин, остальные, откровенно говоря, могут быть кем угодно. Это было обычным знанием для того, кто хоть чуточку бы слушал, но не мои тиммейты, они этого попросту не понимали и даже не задумывались над тем, что происходит на самом деле.

Забавно, не так ли?

Я сомневаюсь, что Ренджи смог бы такое провернуть.

Он собрал удобную команду для работы, так что ему не придется этого делать. Он будет принимать все решения сам, а остальными пользоваться как пешками. Вероятно, именно так действовал этот человек. В конце концов, это было эффективно. Я думаю, что это был правильный путь.

Но казалось, что я другой. Если я предоставлял их самим себе, никто бы не попытался повести остальных за собой, поэтому я был вынужден принять точку зрения, но видеть никого впереди меня было неправильно.

Пока мы рыскали по лесам возле Альтерны в поисках гоблинов или упырей, я все время чувствовал, что что-то не так.

Может быть, это не должно было быть моей позицией.

Если подумать, я долго выбирал между Воином и Жрецом, а потом остановился на Жреце. Роль Жреца состояла в том, чтобы лечить раненых. Воин должен был стоять на передовой, защищая своих товарищей, а также втягивать врага и убивать его. Я пытался заставить Ранту сделать это.

Конечно, у меня была на то причина. Ранта был невысоким, но выносливым и быстрым. Его личность была ущербной, но он обладал неукротимым духом, и какая-то его часть любила находиться среди людей. Таким парням, как он, трудно было бросить других.

Я и сам подумывал о том, чтобы стать Воином, но чувствовал, что Ранта справится с этим.

В конечном счете, я не смог понять эгоизм и свободолюбие Ранты. Это было ошибкой с моей стороны, но кто-то должен был занять место Воина и Жреца. Шихору была слишком чувствительной, а у Юме похоже беды с башкой, чтобы я мог доверить ей кого-то из них. Харухиро такой же. Его характер, вероятно, не подходил для того, чтобы быть Воином. И Ранта, как Жрец, было, просто, немыслимо.

А это означало, что наш воин - Ранта.

Нет, это был не единственный вариант. Я не думал, что Харухиро как Жрец был бы так уж плох, поэтому мне было бы хорошо, если бы я стал Воином. Но я сделал не тот выбор.

Ренджи, несомненно, стал Воином. И Жрец команды Ренджи был со мной в гильдии, так что я знал, кто это был. Это была миниатюрная девушка.

Вероятно, я с самого начала планировал стать Жрецом, оставив роль Воина кому-то другому.

Не потому ли, что я не хотел оказаться на линии огня? Может быть, я просто испугался? Нет, дело было не в этом...

Ранта внезапно вскочил.

— Что?! Ч-Что?! Чего?!”

Когда я оглянулся, то увидел зверя размером с кошку, с телом, покрытым игольчатыми волосами, который пытался вцепиться в ногу ранты и царапал ее.

— Ямная крыса. — сказала Юме, оглядываясь по сторонам. — Предполагается, что ямные крысы нападают стаями, так что здесь могут быть и другие.

— Они здесь...! — Я быстро заметил еще одну крысу и замахнулся на нее своим посохом, но она увернулась. — Урх! Они слишком быстры!

—Эй! П-помогите мне здесь, ребята! Помощь мне должна быть в первую очередь! П-Помогите! Кто-то на поооомощь!

— Сражайся, Рыцарь Ужаса! — Харухиро выхватил кинжал и замахнулся им на крыс в яме, промахнулся. — А эти звери быстры...!

— Хм! — Ублюдочный меч Могузо чуть не нанес удар Ранте, а не крысе из ямы.

— Иик! М-Могузо, черт возьми! Ты пытаешься убить меня?! Черт возьми! Черт возьми, черт возьми! Мои союзники пытаются убить меня, я все еще остаюсь мишенью, ничто не идет по моему пути...!

Могузо выглядел очень виноватым, но ничего не мог сказать.

Харухиро попытался пнуть крысу, но та снова увернулась. — Могузо пытался тебе помочь! Будь благодарен! — крикнул он.

— Он совсем не помог! Рахххх, Ненависть! Что? Мой навык Рыцаря Ужаса! Он промахнулся...?!

— Не используй навыки безрассудно! Фу, блин...!

О, Ничего себе. Это полный бардак. Сколько здесь крыс? Пять? Шесть? Я выдохнул. Сначала мне нужно успокоиться. Да, это не страшно. Вообще. По-моему, я даже не волнуюсь.

— Marc em Parc. — Шихору начертила своим посохом знаки стихий, произнося заклинание, и запустила Магический Снаряд.

Ее глаза все еще закрыты. Это плохо, не так ли? Я подумал, и вдруг с кончика посоха Шихору сорвалась бусинка света и ударила Ранту прямо в затылок.

— ГВА?!

— А?! М-мне очень жаль! Я...

— Ах ты сука! Я убью тебя! На самом деле, не стану, только позволь мне пощупать тебя...! — Ранта потер затылок, готовясь напасть на Шихору.

Да ладно, серьезно? Я должен что-то сделать.

Я выбил ноги Ранты из-под него своим коротким посохом. Он с ворчанием двинулся вперед и споткнулся. Похоже, мне придется преподать ему урок.

— Что ты делаешь?! — крикнул я Ранте, собираясь высказать ему все, что думаю, но тут на меня набросилась крыса. Я попытался попасть в него, но промахнулся.

Эта мелкотня действительно быстра. Это становится интересным.

— Е-если мы могли просто попасть понемногу! — Юме дико размахивала своим мачете. — Если бы мы только могли нанести хоть какой-то урон! Мастер сказал, что большинство животных убежит, если сможем это сделать, так что все старайтесь изо всех сил!

Это имело смысл. Они не дурачились. В бою животным, чтобы обеспечить себе пропитание и сохранить жизнь, получать ранения было категорически запрещено.

Пока я следил глазами за крысами в яме, пораженный ими, ублюдочный меч Могузо ударил по дереву, осыпав его насекомыми и листьями. — Хм! Что?! — он вскрикнул от удивления.

Это было слишком смешно. Нет, не время мне забавляться.

— Это никуда не приведет! — Харухиро внезапно опустился на одно колено и наклонился.

А. Вау. Он приманивает их.

Используя свою собственную руку в качестве приманки, он, похоже, намеренно планировал позволить им укусить себя. Но прежде, чем это произошло, другая крыса вонзилась в правую голень Харухиро.

— Аууууч...?! — закричал Харухиро, пытаясь стряхнуть ее, но первая крыса укусила его за правую руку. — Оуч!

— Харухиро...! — я позвал его. Хорошо! План Харухиро в некотором смысле удался. Я прицелился в двух крыс, кусавших Харухиро. — Не двигайся...!

Одним ударом моего короткого посоха ямные крысы завизжали. Но эти игольчатые волосы были хитрыми. Он поглотил удар, так что это было не так эффективно. Две крысы из ямы быстро пришли в себя и бросились бежать. Может быть, они почувствовали, что пришло время сдаться? Остальные крысы тоже исчезли.

Когда я лечил его, Харухиро был удивлен, впервые увидев магию света.

— Потрясающе... Спасибо, Манато. В конце концов ты тоже был тем, кто отгонял крыс.

— Благодаря тому, что ты стал для них живой приманкой, Харухиро.

— Нет, мы планировали использовать мою руку в качестве приманки, а потом справиться с ними самим...

— Конечно... Но, знаешь ли, все хорошо, что хорошо кончается.

Честно говоря, это был неплохой результат.

Похоже, я недооценивал Харухиро , подумал я. Если уж говорить начистоту, то решающий шаг сделал Харухиро. Используя собственную руку как приманку. Даже если вы сможете додуматься до этого, не так-то просто воплотить эту идею в жизнь. Это значит, что он может совершить преступление. У него есть способность принимать решения.

Проблема в том, что он не выглядит так, как выглядит. Если бы он был резче, было бы легко развернуться вокруг него. У него также есть сильная склонность полагаться на других. Он явно зависит от меня.

Как бы то ни было, мы получили результаты. Поспешишь - людей насмешишь. Лучше не торопить события.

На следующий день мы снова обыскали лес и нашли небольшой родник. Там был грязевой гоблин.

С некоторым тонким руководством я сделал Харухиро нашим разведчиком. Он был ближе всех к источнику.

Когда Харухиро кивнул, я кивнул в ответ. Когда я уже собирался дать сигнал возвращаться, Харухиро поднял правую руку и опустил ее.

Да ладно, нет никакой необходимости спешить. Ох, слишком поздно.

Ранта бросился вперед с боевым кличем. Естественно, грязевой гоблин заметил нас и попытался убежать.

— Там! — закричала Юме и тут же выпустил стрелу, которая вонзилась в землю впереди того места, куда направлялся грязевой гоблин.

Благодаря этому все прекратилось.

Грязевой Гоблин был безоружен. Это не означало, что это не опасно, но я решил последить и осмотреться.

Харухиро использовал Шлепок своим кинжалом. Это царапнуло его. Грязевой гоблин застрял в роднике ненадолго, но быстро перешел в контратаку.

Харухиро едва успел увернуться.

Ненависть Ранты была слишком явной, поэтому он промахнулся.

Грязевой гоблин прыгнул на Ранту, сбив его с ног. Это выглядело немного опасным.

Я ударил грязного Гоблина в плечо, когда он уже собирался прыгнуть на Ранту, отгоняя его.

Шихору снова попыталась произнести заклинание с закрытыми глазами, но Ранта остановил ее. Ей нужно было поработать над этой привычкой.

— Могузо, встань перед этой грязной жижей! — приказал я. — Все остальные, окружите его! Не дайте ему уйти!

— Ага! — Реакция Могузо была неплохой. Он немедленно встал перед комком грязи, вонзив в него лезвие своего ублюдочного меча.

— Л-ладно, думаю, придется, а?! — Ранта перешел на правую сторону комка грязи. Я был слева. Харухиро и Юме, бросившая лук и вытащившая мачете, шли сзади. Теперь этому комку грязи некуда было бежать.

Это следует сделать, для начала , как мне показалось. — Могузо! Надави на него! Дави! Больше дави!

— Ханннгх!

— Эй!

Ранта и Могузо хорошо идут впереди, подумал я, но тут грязный гоблин взвизгнул и швырнул в Ранту сухую ветку.

Это была всего лишь ветка, но Ранта попятилась с преувеличенным: “Вуааа!”

Он что, дурак? Раздраженно подумал я. Это разорвет наше окружение. Но я не позволю этому случиться.

Я немедленно шагнул вперед, чтобы ударить по плечу грязного комочка своим коротким посохом.

Может быть, из-за этого лопнула грязь? Он повернулся ко мне и издал ужасный вопль.

Он приближается? Я приготовился. Но он не приблизился. Он ведет себя жестко? Он боится нас. Ну, конечно, это так. Мы превосходим его числом.

— Р-Ребята! — Ранта снова и снова облизывал губы. — Не вздумай струсить прямо сейчас! Убейте или будьте убитыми! Я собираюсь убить эту тварь и накопить порок...!

Это ты струсил, Ранта.

— Будьте осторожны...! — предупредил я, шагнув вперед и ударив его по голове своим коротким посохом. Из него потекла кровь, и грязный урод зашипел и уставился на меня, размахивая обеими руками.

Этот парень также в отчаянии. Думаю, это должно быть очевидно.

— Гобси действительно тот еще крепкий орешек... — голос Юме дрожал.

Могузо подошел ближе. — Умф! Умф! — он взмахнул своим ублюдочным мечом, заставляя грязного отступить.

Когда это произошло, Харухиро и Юме были там.

— О-он наш, Хару-кун!

— Д-Да...!

— Ахххххххх!

— Урх... — Харухиро, казалось, был напуган воплями грязного комочка, но он дико размахивал кинжалом.

Удар попал в правую руку грязевика. Рана была довольно глубокая.

Он мог бы вонзиться глубже, но Харухиро вскрикнул от неожиданности и выдернул кинжал. Что же он делает?

— Угвааааааааааааа! — Комок грязи забрызгал все вокруг кровью, вращаясь на месте. Теперь он просто тщетно боролся. — Гьях! Угвааааааа!

Он был ранен, так что мы действительно не могли ослабить бдительность. Нам оставалось только спокойно продолжать атаку.

Однако никто не пытался к нему прикоснуться. Их дыхание было прерывистым. Ну, я тоже немного запыхался. Было ли это из-за ненормальной ситуации?

— Да что это такое...? — слабым голосом пробормотал Харухиро. У него было такое выражение лица, как будто его сердце вот-вот разорвется.

— Здесь на карту поставлены наши жизни...! — крикнул я. Если я не буду их мотивировать, у нас будут неприятности. — Здесь на карту поставлены жизни! Наши, и только наши! Гоблин будет не шутить!

Нет ничего более смертельно серьезного, чем это! Это ни в коем случае не будет легко! Потому что ни один человек, ни одно живое существо не хочет умирать!

— Marc em Parc…! — первой начала действовать Шихору. Можно сказать, это было удивительно.

Шарик света ударил прямо в лицо комку грязи. Он взвыл от боли и смятения.

— Сейчас! — скомандовал я, ударив по комку грязи.

Ранта опустил свой длинный меч, вонзив его в правое плечо грязевика. — ...Тяжко! Это его кость?!

— Хм...! — Могузо сделал большой размах.

В ком грязи все еще был воткнут длинный меч ранты, так что он больше не мог убежать.

Ублюдочный меч Могузо проделал великолепную работу, сокрушив голову грязного жлоба.

Он рухнул, и Ранта ударил его кулаком со словами: "Черт возьми, да!”

Я решил, что на этом мы должны закончить. Никто бы не ожидал, что ком грязи так быстро поднимется в таком состоянии.

— ...Ты, должно быть, шутишь, — недоверчиво уставилась на него Юме.

Это была не шутка.

— Чтооо...?! — я вскрикнул от неожиданности и попытался ударить его своим коротким посохом.

Это было потому, что комок грязи побежал. Мало того, он умудрился перепрыгнуть через мой посох. Я был ошеломлен.

— Вот тебе и удача! — если бы Харухиро не зацепил ногой правую ногу комка грязи и не подставил ему подножку, он мог бы ускользнуть.

Нет, наверное, нет. Он был слишком сильно ранен. Его сила должна была истощиться еще до того, как он зайдет слишком далеко.

Могузо взревел, наматывая свой ублюдочный меч, чтобы ударить, но Ранта опередил его.

— Прочь с дороги, Могузо! Я нанесу смертельный удар...!

Он не столько порезал его, сколько ударил. И ударил его. И ударил его.

— Вахахахахахахахаха! — Ранта безумно расхохотался. — Лорд Скуллхелл! Ты это видел?! Чтобы накопить порок, Рыцарь Ужаса забирает жизнь у живого существа и предлагает часть его тела на алтарь гильдии, смотрите! Уши немного великоваты, так что, может быть, подойдет коготь - Подожди, ого?!

Ахх. Да... вот именно. Еще не всё.

Он все еще дышит. Комок грязи не умер.

Он пытается уползти. Даже если это безнадежно.

Шихору издала всхлип, на грани, чтобы не разрыдаться.

— Похоже, он не хочет умирать, а…? — Юме сложила руки в молитве. — Покойся с миром...

— Нет... — тихо поправил её Харухиро. — Он еще не умер...

Так вот на что это похоже? Я не знаю, наш ли это враг или что-то еще, но вот, что значит убивать? Это оно.

— Мы должны покончить с ним, — я поднял свой посох, чтобы замахнуться. — Иначе... мы только продлим его страдания.

Я ударил своим коротким посохом в ствол мозга грязи. Это заставило его перестать двигаться. Он больше не дышал.

Я сделал так, как меня учили в гильдии Жрецов, закрыв глаза и начертав знак гексаграммы.

Это давило на тебя. Отнимая жизнь собственными руками. Но не настолько, чтобы это было фатально.

Если это так, то я могу это сделать, подумал я. Я был более или менее в порядке. Честно говоря, теперь моя неуверенность исчезла. Я думал, что это будет труднее. Но на самом деле это было не так.

Если бы он был человеком, ему, наверное, пришлось бы туго. Но он им не являлся, так что даже если он оставит после себя неприятный привкус, я быстро привыкну к такому.

Я мог бы продолжать это делать.

Но сможем ли мы?

3. Продолжай Идти

После того, как мы уничтожили грязевого гоблина, у нас не было дохода в течение следующих трех дней, и общее настроение команды только ухудшалось.

Так оно и было, но мы не могли оставить все как есть. Все, конечно, знали это, но никто не пытался нарушить статус-кво. Я должен быть тем, кто это сделает.

Ночью,в нашей комнате в ночлежке, я сел.

— ...Манато? — кто-то окликнул меня.

Это был Харухиро. Он все еще не спал?

— Ага — ответил я.

— Ты собрался куда-то? Все еще ночь. Вернее, ночь только началась. Бежишь в туалет или еще куда-нибудь?

— Нет, не в туалет. — я встал с постели. — Я ненадолго отойду. Наверное, мне не нужно этого говорить, но я вернусь, так что не волнуйся.

— Конечно. Но ты уходишь из дома... в такое время ночи?

— Ночь только начинается. — сказал я со своей обычной улыбкой. — Увидимся. Вы все, должно быть, устали. Не жди меня тут. Иди спи.

— Ох, хорошо.

Если я не приглашу его, Харухиро не придет. Это было немного неприятно, но не неожиданно. И все же, поскольку Харухиро хоть немного понимал, в какой опасности мы находимся, он был лучше остальных.

Я вышел из дома и направился на Садовую Цветочную Улицу. Там было одно заведение, "Таверна Шерри", где собирались Солдаты-Добровольцы.

По пути туда меня донимали девушки, выступавшие в роли зазывал в других местах, но я отмахнулся от них и направился в таверну, которую искал.

Оживленность толпы почему-то вызывала у меня ностальгию. Привык ли я к таким местам? Конечно, было неудобно не знать своего прошлого.

Идя расслабленными шагами, я оглядел таверну, только чтобы увидеть знакомое лицо.

Эти серебристые волосы. Сидит за стойкой в одиночестве. Это был Ренджи.

Я сел рядом с Ренджи. — Хэй.

Ренджи бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал.

Я спросил одну из официанток, которая подошла, какие напитки были в меню и сколько они стоили.

Когда я пошел заказывать, Ренджи встряхнул свой стакан.

— Еще этого. — он сунул серебряную монету в руку растерянной женщины. — Два стакана.

Женщина, должно быть, испугалась, потому что схватила серебряную монету и поспешно ретировалась.

Я улыбнулся, как всегда. — Извини, что беспокою тебя.

— Ты и вправду такой? — сказал Ренджи с легкой улыбкой.

Я отрицательно покачал головой. — Нет.

— Так и думал.

— Ты и сам неплохо справляешься.

— В отличие от тебя, дрянь.

— Ты не стесняешься в выражениях.

— Потому что это правда.

— Ты купил мне выпивку в качестве угощения?

— Мне очень жаль тебя. — Ренджи осушил свой бокал. — Я не знаю, о чем ты думаешь. Сводя концы с концами, как кучка мразот. Что ты пытаешься сделать?

— Мразот, да? — я был в бешенстве. Но не настолько, чтобы наброситься на него. Во всяком случае, мне было интересно , Почему Ренджи тычет в меня вот так?

Если ты посмотришь на своё положение, то Ренджи, который мог позволить себе купить мне выпивку, должен был иметь больше самообладания. Я имею в виду, если сравнивать нас, то все, что я делал, выглядело бесполезным. Я был почти у самого дна, в самом худшем положении. Несмотря на это, я не был настолько пессимистичен, в то время как Ренджи был действительно раздражен. Возможно, все шло не совсем так, как он планировал.

— Должно быть, трудно быть перфекционистом. — сказал я.

— Не говори так, будто знаешь.

— Я тебя не знаю, Ренджи. Нисколечки.

— Держу пари.

— Но и ты ведь тоже меня не знаешь.

— Ой, как знаю — сказал Ренджи, не глядя на меня. — Эта твоя улыбка-всего лишь видимость. Ты кусок дерьма, который даже не воспринимает людей как за людей, и никому не доверяешь. У тебя нет никаких ожиданий от кого-либо или чего-либо. Вот так ты можешь держать эту глупую ухмылку на своем лице, верно?

— Когда ты это говоришь, я начинаю чувствовать то же самое.

— Я могу сказать это с уверенностью. Вот такой ты парень.

— Если ты выразишь одним словом, я чудовище? — задал ему я вопрос.

— Да, именно так.

— Как бы то ни было, это жалко - вымещать свое разочарование на других людях, Ренджи.

Ренджи хотел было прищелкнуть языком, но остановился. После этого принесли напитки, которые он заказал, и до тех пор, пока он не закончил, он не сказал мне ни слова.

— Ну что ж, удачи тебе, мусорный командир. — попрощался Ренджи и встал со своего места.

Это было так смешно, что я рассмеялся.

Несмотря на то, что я смеялся, слова Ренджи остались в памяти, как удары по телу.

Я не доверяю людям? У меня не было никаких ожиданий? Могу ли я с уверенностью сказать, что это не так? Нужно ли мне вообще доверять им с самого начала? Было ли что-то неправильное в отсутствии ожиданий от других людей? Моя улыбка была лишь видимостью, но что с того?

Ренджи был лучшим парнем, чем можно было предположить, подумал я, и это показалось мне забавным.

И вот я здесь, один, посмеиваясь про себя. Возможно, я был плохим парнем. И я мог бы не поладить с Ренджи. Но если бы Ренджи был немного тупее, мы бы прекрасно поладили.

Грубо говоря, я мог бы обмануть Ренджи и манипулировать им. Но ничего хорошего из этого не вышло. Ренджи видел меня насквозь. Если бы я работал с ним, нам пришлось бы бороться за место.

Если бы мы с Ренджи объединились, наша общая сила могла бы подняться, но это сделало бы все хлопоты. Не думаю, что у меня или у Ренджи хватило бы на это самообладания.

Ренджи инстинктивно понял это. И, что ж, я был таким же. Вот как мы сюда попали.

— Но я все еще не понимаю, Ренджи, — прошептал я, прежде чем допить остатки крепкого напитка.

По правде говоря, я до сих пор толком не понимал, что я за человек. С чего бы это? Я уже начал получать удовольствие.

Они были подонками, да? Я был мусорным командиром? Ну и что в этом плохого? Я не мог придумать как, но я поднимусь отсюда. Я мог бы догнать команду Ренджи, и перегнать их.

Если бы я мог это сделать, то чувствовал бы себя очень хорошо, я был уверен. Мне хотелось увидеть огорчение на лице Ренджи.

Я был чудовищем, да? Может быть. Я еще не очень хорошо понимал себя, но постепенно начинал понимать.

А сейчас мне нужно было зарабатывать деньги. Я начинал с нуля, или, если посмотрите на печальное состояние доступных мне ресурсов, меньше, чем ничего. Но я не терял времени даром. По крайней мере, я представлял себе, кто такой Харухиро и все остальные.

Теперь пришло время стать серьезным.

Я собрал информацию в таверне Шерри. Втереться в доверие к старшим Солдатам-Добровольцам было проще простого. Рыскать по лесу в поисках грязных гоблинов было слишком неэффективно, так что, может быть, где-то есть хорошие охотничьи угодья?

Вскоре я его нашел. Если бы я сделал это предложение, никто бы не стал возражать, так что в принципе все было решено. Вот как на самом деле они шли, тоже.

Мы стали регулярно ходить в Старый город Дамуро. Нашими целями были живущие там гоблины.

Если говорить о врагах человечества, то там были орки, нежить, серые эльфы, кобольды, гоблины и так далее, и тому подобное.

Гоблины были сложены меньше, чем люди, и не были особенно умны. Откровенно говоря, на них смотрели свысока даже с вражеской стороны, и со всей расой обращались как с пушечным мясом.

Вот почему гоблинов оттеснили в угол обширной границы, и они должны были сделать Дамуро, так близко к владениям людей, своим домом.

Более того, центром власти гоблинов был только Новый Город Дамуро. Восточная же часть, Старый Город, была брошена гнить.

Гоблины Старого Города не были теми, кого можно было бы назвать обычными гоблинами. Они были изгоями, которым не было места в Новом Городе.

Честно говоря, могла ли быть более подходящая добыча для нас? Я не хочу сказать, что это ирония судьбы; я действительно так чувствовал.

Зарабатывание денег. Это была наша главная цель, но была еще одна вещь, которую я считал важной.

Испытать чувство успеха.

Если бы мы не видели непрерывной последовательности конкретных успехов, мы не могли бы быть уверены, что сможем это сделать. Мы должны будем сражаться и победить. Нам нужно было выработать привычку побеждать.

Чтобы сделать это, мы будем бить по слабым врагам. Тем не менее, если бы они были слишком слабы, в этом не было бы никакого смысла. Они должны были чувствовать вызов, но быть достаточно слабыми.

Судя по тому, что я слышал, расспрашивая окружающих, Гоблины-Изгнанники из Старого Города Дамуро были для нас идеальными противниками.

Я оставил разведку на Харухиро, так как он был осторожен и не склонен к перепадам настроения и мог продолжать идти, не уставая от всех этих мелочей. Харухиро был довольно зависим от меня, но это было только потому, что он был брошен в незнакомой ситуации, и он был обеспокоен. В сущности, он был из тех, кто может действовать независимо в нужных обстоятельствах.

С этими сонными глазами он выглядел немного несговорчивым, но на самом деле был удивительно кротким. Я чувствовал, что он мог быть более хитрым.

У меня всегда был Могузо, использующий то телосложение, которым он был от природы наделен, стоять на передовой. Я понял слабость Могузо. Когда он волновался, то становился в неустойчивую позу. Тогда, вместо того чтобы размахивать своим ублюдочным мечом, он будет вращаться под тяжестью своего меча.

Я знал, что у него есть силы для этого, поэтому ему нужно было держать свой центр тяжести низко и качаться всем телом.

Когда я спокойно дал ему этот совет, его движения явно улучшились.

На первый взгляд Могузо казался немного туповатым, но это было совсем не так. Если бы он просто стал немного более стабильным эмоционально, он был бы в состоянии сделать довольно хорошо, даже сейчас. Он собирался вырасти еще больше.

Юме, как она сама признавалась, не очень хорошо владела луком. Вероятно, это была не столько ловкость, сколько фокус. Если бы я был добр, я бы сказал, что она очень расслаблена; если бы я не был, то сказал бы, что ей не хватает серьезности.

Как я мог заставить ее стать серьезной? Такова была стоящая передо мной задача.

Проблема Шихору заключалась в ее личности, но исправить ее застенчивую, замкнутую натуру было легче сказать, чем сделать. Она всегда чувствовала на себе взгляды окружающих, беспокоясь о том, как люди относятся к ней и не причиняет ли она им неудобств.

Ну, если это изменить, то это означало, что она проводила все это время, глядя на других людей. Как маг, а, следовательно, и самый дальняя персона от врага, она должна иметь возможность получить широкое поле зрения. Мне нужно, чтобы она этим воспользовалась.

Для Ранты его свободный дух был обоюдоострым клинком. Но единственный вариант - позволить ему делать то, что он хочет, учитывая при этом тот факт, что иногда это может причинить нам боль. Если я буду ограничивать его слишком сильно, его достоинства исчезнут.

Достаточно скоро я смогу понять, как он работает. Тогда, если я включу действия Ранты в свои расчеты, я смогу хорошо использовать его.

В наш первый день в Старом Городе Дамуро мы убили четырех гоблинов и заработали 10 серебряных и 45 медных монет.

На второй день это был 1 серебряный.

На третий день, исследуя Старый Город и составляя простую карту, мы убили гоблинов и заработали 4 серебряных и 32 медных монеты.

Накопив немного, мы отправились в тот день на рынок. Все, казалось, были довольны собой и оставались взволнованными даже после того, как мы вернулись в пансион.

Свет уже погас. Ранта тихо дышал во сне. Могузо храпел. А как же Харухиро?

Мне и самому немного хотелось спать.

Мы наконец-то добрались до стартовой линии. Все было еще впереди. Пока мне удавалось наслаждаться этим. Станет ли это еще веселее? Неужели Ренджи развлекается? На него это не похоже.

Когда я увидел, как Ранта радостно роется в вещах мертвого гоблина, я даже позавидовал ему. Я не мог так волноваться. Я не был лишен эмоций, но плакал или чувствовал головокружение — я не мог представить себя ни тем, ни другим. У меня было предчувствие, что Ренджи тоже такой.

Там была стена. Вот на что это было похоже. Одна стена. Между мной и реальностью.

Реальность, да?

Такова реальность...?

—Манато, — позвал кто-то.

Это был голос Харухиро. Значит, он все-таки не спал.

— Да? — спросил я.

— Спасибо.

— С чего это вдруг? — я невольно рассмеялся. — Это я должен быть Вам благодарен.

— А? Ты мне благодарен...? Но почему?

— Всем за то, что вы мои товарищи.

О чем это я говорю? Неужели я действительно так себя чувствовал? Если это чушь собачья, то я прирожденный мошенник.

— Я благодарен вам за это, — продолжал я. — Я уверен, что, когда я так говорю, это может показаться ложью, но я действительно так чувствую.

— Нет, я не думаю, что ты лжешь, но ... — Харухиро сделал паузу. — Как бы это сказать? Мы всегда полагаемся на тебя. Если бы тебя не было рядом, у нас были бы серьезные неприятности. В зависимости от того, как все сложилось, нас могло уже не быть в живых.

— Это идет в обе стороны. Без тебя и остальных никто не знает, что могло бы со мной случиться. Мы не в той ситуации, когда ты можешь выжить самостоятельно, ты понимаешь.

Нет, я не лгал. Я всего лишь говорил правду.

Если бы меня не было рядом, Харухиро и остальные попали бы в беду. Ну да, наверное, так оно и было.

Никто не может жить один. Но, может быть, я нашел бы место, где мог бы жить.

Харухиро и остальные не могли этого сделать. Ренджи назвал их подонками и отпустил на свободу.

Для Ренджи они были лишены способности выживать и не стоили того, чтобы их использовать. Для кого-то сильного или, по крайней мере, пытающегося быть сильным, как Ренджи, они были не более чем отбросами.

А как насчет меня? По правде говоря, как я относился к Харухиро и остальным?

— Я не хочу, чтобы ты неправильно это понял, но ... — Харухиро говорил напряженно и неуверенно. — Я думаю, ты мог бы найти любое количество людей, готовых стать твоими товарищами. Например, попросив кого-нибудь позволить тебе присоединиться к их команде.

— Добровольческая Команда Солдат? — спросил я.

Это был вполне приемлемый вариант. Вероятно, это было бы возможно. А почему бы и нет.

Я сделал это?

Мне пришла в голову одна мысль.

Когда я вступил в гильдию Жрецов, чтобы стать Жрецом, я едва ли был лучшим учеником. Впрочем, я также был не самым плохим учеником.

Для меня, если я мог решить, как сделать что-то в первый раз, повторять это снова и снова было мучением, поэтому я срезал углы. Мой мастер в гильдии не был идиотом, так что он понял это и наказал меня за это.

Каждый раз, когда он сердился на меня, я находил другой способ, более эффективный способ расслабиться.

Как бы ни злился мой учитель, Мастер Хонен, как бы он ни уговаривал меня, я лишь слегка улыбался, не делая ничего, чтобы исправить свое отношение.

Я был так упрям, что даже мне пришлось склонить голову набок и гадать, что со мной происходит.

Стань смиренным , наставлял меня Мастер Хонен. Если ты это сделаешь, то привнесешь в себя ростки исключительного таланта.

Искренний мастер Хонен все пытался научить меня этим своим откровенным словам.

Но он мог угрожать мне, хвалить меня, быть таким грубым или ободряющим, как ему хотелось, и я не менялся. Я быстро впитал то, что мне было нужно, а остальное пропустил в одно ухо, а потом в другое.

Я не мог быть ужасно симпатичным учеником для Мастера Хонена. Я был откровенно бунтарём.

Более того, как это ни странно, я не выступал против него напрямую, что только усугубляло ситуацию.

— Честно говоря, эта мысль никогда не приходила мне в голову. — сказал я. —Знаете, я, наверное, не из тех, кто может смириться с тем, что ему приходится склонять голову перед другими. И иерархические отношения тоже. Сомневаюсь, что я сумею с ними обращаться. Правда, я не помню, чем занимался до того, как попал сюда, так что точно не знаю.

— Ах... То же самое может случиться и со мной, — признался Харухиро.

— Как-то... — пробормотал я.

Я был рад, что попал в Гримгар. Что именно произошло до того, как я пришел сюда?

Что же я за человек?

Что же я за человеком был?

— У меня такое чувство, что я не тот человек, к которому следует относиться как к товарищу. — сказал я.

— Это не… — пробормотал Харухиро и продолжил. — Что касается того, каким был Манато в прошлом, это не имеет значения. Всем все равно. Нынешний Манато - наш товарищ. Ты наш лидер. Без тебя у нас были бы проблемы.

— Мне тоже нужны остальные. — сказал я.

Я действительно так себя чувствовал? Или я просто подыгрывал?

Я криво улыбнулся. Знаете, это было действительно неудобно. Это незнание самого себя.

— Тем не менее, это так странно. — сказал я. — Все это. Что мы вообще делаем? Мечи и колдовство. Как будто мы играем или что-то в этом роде.

— Игра, а? Ты понял… — начал было Харухиро, но остановился. — Игра, что это ...?

— А? — я не мог найти ответа. — ...Я не знаю. Но это то, что я только что сказал. ‘Это похоже на игру’. Это пришло в голову в то время.

— Что ж, когда ты это сказал, я почувствовал, что ты был прав. Но что за игра? Игра...

Вскоре после этого Харухиро заснул.

Я не спал и не мог заснуть. Не имея возможности оставаться на месте, я выскользнул из общежития.

Когда я пошел в Таверну Шерри, Ренджи пил у стойки. Было довольно людно, но на сиденьях по обе стороны от него никого не было.

Я сел на место рядом с Ренджи.

— Как дела? — Ренджи спросил меня самостоятельно.

— Неплохо.

— Куда вы ходили?

— Дамуро.

— Гоблины, да? — сказал Ренджи. — Как раз для вас самое то.

— У тебя сегодня хорошее настроение.

— Я был у орков.

— Ох, да?

— Когда я сталкиваюсь с мелкой рыбой, такой как гоблины, я чувствую себя хулиганом. Это удручает.

— Значит, если ты собираешься драться, то предпочел бы сильного противника? — спросил я у него. Ренджи не ответил на мой вопрос.

Когда я заказал выпивку у одной из официанток, Ренджи заказал себе еще выпивку.

Лицо Ренджи не покраснело от алкоголя, и выражение его лица не отличалось от обычного, но он явно был в хорошем настроении.

— Манато, — сказал он, — я мог бы позволить тебе присоединиться.

— В твою команду?

— Да. Но дело в том, что нам не нужны два лидера.

— Решено.

— Если ты хочешь сделать то, что я говорю, я все еще могу использовать тебя сейчас.

— Ты, конечно, шутишь.

— Нет. Я не шучу. Перестань тратить время на всю эту нечисть.

— Ты ведь очень торопишься, чтобы заполучить места, не так ли? — сказал я.

— Если бы я действительно поторопился, никто бы не успел. Как насчет тебя?

Ох, я понял.

Я ошибся. Ренджи был совсем не в хорошем настроении. Все было наоборот. Ренджи был раздражен. Слишком сильно раздражен.

Я был почти уверен, что знаю причину.

Орки, наряду с нежитью, были самыми сильными врагами человечества. Бытует мнение, что Солдат-Доброволец не может быть полноценным, пока не убьет орка. Команда Ренджи рано вступила в бой с орком и победила. Но Ренджи это не удовлетворило. Что еще хуже, он остро осознал разницу между ним и его товарищами, и он потерял надежду.

Я могу это сделать легко, но разве эти ребята только на этом уровне? Если бы я угадал, что чувствовал Ренджи, это было бы так.

— Хэй, Ренджи. Вот что я думаю. — Я положил руку на плечо Ренджи. — Независимо от того, насколько быстры люди, они не могут все время бежать на полной скорости. Есть люди, которые медлительны, но они могут двигаться вперед, не отдыхая. С моей точки зрения, я вижу твою спину далеко впереди нас, но так не будет вечно.

— Сбрось лишний груз. — Ренджи впился в меня взглядом. — Тогда ты также сможешь быстро бегать.

— Вместо того, чтобы спешить, я хочу наслаждаться пейзажем. — я улыбнулся, немного потерев плечо Ренджи, затем отпустил. — В любом случае, я не вижу себя бегущим рядом с тобой. Я имею в виду, идти вперёд рядом с таким как ты, Ренджи. У тебя слишком длинные ноги.

Ренджи взглянул на мои ноги, затем немного нахмурился. — А ты шутник.

4. До Тех Пор, Пока Я Не Закрою Глаза

Вместо того чтобы торопиться вперед, я хочу наслаждаться пейзажем . Неужели я действительно так себя чувствовал? А я и не знал.

— ...!

Мы с Могузо вытащили трех гоблинов, когда один из них проскользнул между нами.

У нас были неприятности? Нет.

Харухиро, наблюдавший за гоблинами, тут же крикнул: “Вон один направляется к тебе, Ранта!”

Ранта мгновенно ответил: "Да!”- и погнался за гоблином, который шел на Юме и Шихору в задней линии. “Я уже знал это!”

Мы охотились на гоблинов в Старом Городе Дамуро, изо дня в день. Все, наконец, привыкли к этому, и мы начали осваиваться. Но Ранта была такой же, как всегда.

— Ха! Раздражаете! — Ранта полностью перешел в атаку, выставив вперед свой длинный меч.

Было слишком далеко. Он промахнулся.

— Что?! Ты не обычный гоблин, ты…?!

— Это явно обычный гоблин, чувак! — отозвался Харухиро, взглянув на меня.

Я слегка кивнул ему, парируя удары гоблина своим коротким посохом, и Харухиро пошел поддержать Ранту.

Юме сидела рядом с Шихору. Если бы Ранта, Харухиро и Юме работали вместе, я был уверен, что они смогли бы справиться с одним гоблином.

— Фух! Хах...! — Могузо не позволил ловким движениям гоблина обмануть себя. Он делал хорошую работу в плане защиты.

С одним гоблином я тоже легко справлюсь. Даже если их будет двое или трое, пока я просто выигрываю время, я справлюсь. Но когда дело доходило до того, чтобы следить за более широкой картиной, когда я сталкивался с врагом, это было довольно трудно.

Однако я был Жрецом, поэтому мне нужно было обеспечить лечение магией света, как только кто-то пострадал. Кроме того, как лидер команды, я должен был отдавать соответствующие приказы. Я не мог просто сосредоточиться на враге передо мной.

Должен ли я сказать Могузо, чтобы он размахнулся шире своим ублюдочным мечом? Удивился я.

Выучив урок с самого начала, когда он размахивал, полагаясь на грубую силу, никогда не ударяя и слишком изматывая себя, Могузо теперь использовал свой меч довольно компактно. Само по себе это было неплохо, но с такой скоростью он должен был стать слишком маленьким. Он был крупным парнем и к тому же воином, поэтому я хотел, чтобы он сильно размахнулся и запугал врага, особенно когда их было несколько.

Я скажу ему позже, решил я. Однако вопрос был в том, как это сказать. Могузо был таким добродушным.

— Господи! Что вы двое делаете?! — позвала Юме.

Должно быть, Юме расстроилась, увидев, как Ранта и Харухиро пытаются напасть на гоблина. Она вытащила мачете и бросилась на него.

— Диагональный Разрез!

Гоблин взвизгнул и упал, пытаясь увернуться, но получил неглубокий порез от плеча до груди.

Сразу же после этого Харухиро нанес ему удар в спину. Он так хорошо рассчитал время, что можно было подумать, будто они подали друг другу сигнал, чтобы все получилось.

Отпрыгнув назад, Харухиро вытащил кинжал, и Гоблин закашлялся кровью и рухнул.

Что это было? Он попал в жизненно важную точку? Было ли это совпадением? Или он намерено это сделал?

— А..? — судя по удивленному виду Харухиро, это должно было быть совпадением. — Я попал в хорошее место? Может быть? Или плохое место...?

— Ого?! Я должен его прикончить! — Ранта прыгнул на гоблина, обезглавив его своим длинным мечом. — Отлично! У меня есть свой порок!

— Юме думает так после каждой битвы, но Рыцари Ужаса, конечно, дикари, ху.

— Не говори "дикарь"! Используй более изящный термин - "чудовищный"! Мы Рыцари Ужаса, служащие Темному Богу, Лорду Скуллхеллу. Мы жестокие и бесчеловечные, холодные и безжалостные рыцари без крови и слез!

Такой покладистый. И Ранта, и Юме. Конечно, я должен был предупредить их об этом. Но эти двое, в отличие от Могузо, также требовали тщательного выбора в том, как я это сделаю.

Если бы я просто сказал им, это не означало бы, что они не будут работать, чтобы улучшить себя, но было возможно, что сама их природа заставит их этого не делать.

Ни то, ни другое не означало ничего плохого, но с ними было трудно управиться. Если попытаешься справиться с ними, это все усложнит.

Вместо того, чтобы пытаться использовать их, я должен был позволить им раскрыть свои личности в их сердцах, в то время как я пытался повернуть их в позитивном направлении. Это был лучший способ думать об этом.

Кстати, о трудностях в обращении...

— Ohm, rel, ect... — Шихору начертила посохом знаки стихий и начала читать заклинание. — Vel, darsh...!

Это был удар тени. Элементаль тени, похожий на массу черных водорослей, вылетел с уникальным звуком, который звучал так: "Виууу!”

Да. Он приближался сюда. Но, конечно, целью был не я.

Он ударил гоблина, с которым я столкнулся, прямо в затылок. Этот гоблин издал странный крик: "Гагах!” - и все его тело содрогнулось.

Шихору дала мне идеальное начало. Я ударил гоблина сбоку по лицу, сбросив его на землю. Я мог бы нанести и последний удар, но оставил это Ранте.

— Получай! Ненависить...! Черт возьми! Ты просто глупый гоблин! Получай! И это! И вот еще...!

Я улыбнулся Шихору.

Она смущенно опустила глаза и опустила край шляпы, чтобы прикрыть лицо. Она покачала головой, как бы говоря: Нет, ничего страшного. Я ничего не сделала.

Ну, черт возьми.

Есть ли у Шихору потенциал как у Мага? Это было вне моей компетенции, поэтому я не мог сказать. Но я решил, что она, вероятно, не совсем безнадежна. Даже в ее нынешнем состоянии, она была активна и в дальнейшем будет только лучше.

Был даже способ увеличивать силу Шихору не по дням, а по часам, если бы я захотел.

В этом не было ничего невозможного. Я бы, наверное, справился. Но я вовсе не стремился к этому.

Мне показалось, что у Шихору есть ко мне какое-то отношение. Скорее, ну, я был почти уверен, что она это чувствовала. Я имею в виду, посмотрите, как она себя вела. Это было настолько очевидно, что можно было назвать это вопиющим.

Если бы она не была товарищем по команде, это не имело бы большого значения. Я мог бы игнорировать ее или пойти с ней, если бы захотел.

Я не знал своего прошлого, но у меня было чувство, что я не из тех, кто поднимает шум из-за влюбленности и всего такого. Романтика была просто способом поиграть. Это могло бы помочь убить время, но серьезно относиться к этому было просто смешно.

Например, я мог привлечь внимание Шихору и вдохновить ее. Черт возьми, если бы я притворился ее парнем, я был уверен, что смогу заставить ее сделать все, что угодно.

Но Шихору была моим товарищем. Я не хотел обманывать ее или причинять ей боль. Более того, я не мог сделать ничего, что могло бы повредить узам доверия и человеческим отношениям в команде.

Тем не менее, если я откажу ей, даже слегка, Шихору впадет в депрессию. Это тоже было бы по-своему неприятно.

— Спасибо...! — пока я размышлял, Могузо закончил бой ударом ярости. Потому что он кричал: "Спасибо!" всякий раз, когда он использовал его, мы также называли его Благодарственный Разрез. Меч Могузо вошел в плечо гоблина и наполовину пронзил его грудь.

Какая сила!

Крякнув, он взмахнул мечом, и Гоблин отплыл прочь, как будто это была почти шутка.

— Яху! — Ранта бросился к почти мертвому Гоблину и ударил его своим длинным мечом. — Гвахаха! Это уже три порока подряд! Итого получается одиннадцать пороков! Мой демон включен! Всякий раз, когда ему захочется, он будет шептать на ухо врагу, чтобы отвлечь его! Это потрясающе!

— Когда тебе захочется...? — Сказал Харухиро со вздохом. — Твой демон точно бесполезен, ха.

— Эй! Я этого не допущу, Харухиро! Не смей оскорблять Зодиака-куна, или я прокляну тебя!

— Я имею в виду, что ты можешь вызвать его только ночью. —

Харухиро уделял Ранте слишком много внимания. Если ты просто проигнорируешь все, что скажет Ранта, он в конце концов почувствует себя одиноким и сдастся, так что лучше оставить его в покое.

Харухиро, вероятно, делал это, потому что он был хорошим парнем, в отличие от меня. Впрочем, я не возражал. Насчет Харухиро.

Мы покинули Альтерну в семь утра и прибыли в Старый Город Дамуро около восьми. Должно быть, уже перевалило за полдень. Мы решили сделать перерыв и пообедать вместе.

— О, надо помолиться. — Юме отрезала ножом тонкий ломтик сушеного мяса, оставив его на земле, сложила руки вместе и закрыла глаза. — Белый Бог Элхит-тян, спасибо тебе за все. Юме поделится с тобой своей едой, так что присматривай за ней, ладно?

— Итак, о том, что ты там делаешь — сказал Харухиро, отрывая кусок хлеба. — Этот ритуал прописан в правилах Гильдии Охотников, не так ли? Ты должна предложить немного своей пищи своему богу, верно?

— Конечно верно. Белый Бог Элхит-тян - это очень большой волк, понимаешь ли. И есть еще один очень большой Чёрный Бог по имени Ригель, тоже волк. Элхит и Ригель находятся в очень плохих отношениях друг с другом. Поскольку Элхит-тян присматривает за нами, Охотниками, мы можем проходить нашу ежедневную охоту без каких-либо происшествий.

— Что ж, по сути, это акт поклонения. Охотники поклоняются Белому Богу Элхиту. Но ты зовешь своего Бога Элхит-тян и предлагаешь поделиться своей едой. Это нормально?

— Нет, но всё в порядке, — Юме состроила смешную гримасу. - Элхит-тян все прощает, так что Юме не думает, что Элхит-тян рассердится на нее из-за чего-то подобного. Вообще-то, Элхит-тян никогда не злилась на Юме.

— ...Твои чувства — сказала Шихору, осторожно держа что-то похожее на пончик. — Я думаю, что твои чувства - это то, что доходит до твоего Бога. Хотя, это всего лишь то, как я думаю...

Я поднес губы к своему кожаному бурдюку и сделал глоток воды. Какая хорошая девочка. Но ничего хорошего из этого не выйдет, если она влюбится в такого парня, как я.

— Да — ответил я. — Слова, которые ты произносишь, важны, но чувство, которое ты вкладываешь в их произнесение, еще важнее. Молитвы, которые мы, Жрецы, используем в нашей магии света, не сработают, если мы произнесем слова неправильно, но я не думаю, что твои молитвы к Элхиту такие же.

— Юме вкладывает очень сильные чувства. — Юме преувеличенно широко развела руками. — Юме спит по ночам, верно? Так вот, когда она видит сны, Элхит-тян появляется в её снах довольно часто. «Можно мне прокатиться на твоей спине, Элхит-тян?» - и когда она спрашивает её об этом, Элхит-тян отвечает: «Конечно». Юме рвётся кататься на Элхит-тян, и после они бегали в округе, как угорелые. Элхит-тян безумно быстрая. Юме говорит, что это удивительно.

— ...Эта история — Ранта громко жевал сушеное мясо, делая кислое лицо. — В конце концов, в этом есть смысл, верно? Я долго держал язык за зубами и слушал, так что, если ты не расскажешь в чем был смысл, я огрызнусь. Ну, серьезно.

— Смысл? — Юме моргнула. — Нет. Нет никакого смысла.

— Чтоб ты споткнулась! — Ранта закричал и состроил придирчивое лицо. — Ты что, совсем дура?! Не рассказывай длинных историй, в которых нет смысла! Что вы будете делать, если я утону насмерть, не в силах вырваться из спирали разбитых ожиданий?!

— Продолжим идти дальше... — с отвращением сказала Шихору. — Лучше бы ты утонул...

— Ах! — Ранта тут же указал на Шихору. — Ахххх! Ааааа! Я слышал это! Я слышал тебя, Шихору! Только что ты сказала мне идти умереть, не так ли?!

— ...Я только сказала, что хотела бы, чтобы ты утонул.

— Ты даже уточнила причину смерти! Ты ужасна! Это самое низкое, что ты можешь сделать как человек! Ты самая гнилая, самая ужасная девчонка в истории, вот кто ты!

Все началось снова. Обычная болтовня.

Если быть честным, я не мог заставить себя полюбить эту шумную атмосферу. Это не было чем-то неприятным, но я чувствовал себя не в своей тарелке, и казалось, что мне здесь не место.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Тем не менее, я не хмурился и не смотрел холодными глазами. Я пытался как-то себя вовлечь. Потому что это было неловко? Было ли это потому, что меня заставляли согласиться с этим? Это правда, я пытался с этим согласиться. Я не мог сказать, что совсем не старался.

Но, если предположить, что у меня была какая-то врожденная личность, которую я не показывал другим, действительно ли мне нужно было раскрывать ее кому-нибудь? Было ли неправильно это скрывать?

Харухиро, Юме, Шихору и Могузо были, вероятно, добрее, чем большинство людей в этом мире. Они были хорошими людьми. Даже Ранта, такой же эгоистичный и шумный парень, как и он сам, не был злым.

Если я был груб, то мои товарищи были попросту наивны. Я не мог себе представить, что мы останемся в таком положении. Все должны были измениться. Нравится им это или нет, но это должно было случиться.

Но ведь это было приятно, правда?

В такие маленькие моменты, как эти, где мы могли расслабиться и пошутить вместе, было приятно. Хорошо, что у меня есть это всё. Что бы ни случилось, я не думаю, что мы должны потерять это.

Время, которое мы тратили сейчас, было, вероятно, более драгоценным, чем кто-либо из нас думал.

Как я и думал, я действительно не мог работать с таким парнем, как Ренджи. Может быть, мы оба были в чем-то похожи, но то, чего мы хотели, к чему стремились, было другим.

Я начинал чувствовать себя увереннее. Это было правильно. Я не ошибся.

— Мы стали хорошей командой — тихо сказал я себе, хотя и не собирался этого говорить.

Харухиро посмотрел на меня, моргая. — А?

— Теперь мы можем справиться с тремя гоблинами одновременно. — сказал я с улыбкой. Никто из тех, кто видел это, не смог бы заметить разницы, но это была не моя обычная фальшивая улыбка. — Никто даже не пострадал, так что я думаю, можно с уверенностью предположить, что мы могли бы справиться с бо́льшим количеством. Юме гораздо лучше управляется с мачете, чем с луком. У нее очень много сил. Если мы еще немного подумаем о наших методах, то сможем справиться с четырьмя.

— Ах, насчет этого... — Харухиро принял задумчивое выражение лица.

Да. Харухиро действительно думал так, как и должен был. Он был человеком, который мог обдумывать и принимать решения.

— Да, четыре вполне выполнимо. — согласился он.

— Я знал, что мы сможем положиться на Могузо. — сказал я. — В конце концов, у него такое большое тело. Просто находясь там, он запугивает врага. И с его точным владением мечом, он может делать то, что от него требуется.

— А, я тоже об этом подумал. - сказал Харухиро. — Могузо талантлив.

— ...П-Правда? Вы так думаете? — Могузо опустил взгляд и засмущался. — Не знаю почему, но мне нравится делать детальную работу.

— Тебе это не идет! — сердито крикнул Ранта.

— Д-Да, я тоже так думаю...

— Эй, это же отлично. — сказал Харухиро, свирепо глядя на Ранту. — Могузо не неряха, в отличие от некоторых.

— А? Что, ты мне это говоришь? Я, парень, которого они называют высокоточная машина скорости шторма?

— Никто никогда не называл тебя так, Ранта. — глаза Юме были холодны.

Если они набросятся на него так сильно, даже Ранта впадет в уныние.

— Ранта тоже потрясающий. — я тщательно подбирал слова, чтобы это не было пустой похвалой. — Особенно то, что он всегда готов к нападению. Он не боится неудачи, поэтому я думаю, что он лучше использует свои навыки быстрее, чем любой из нас. Остальные из нас, включая меня, более осторожны, можно сказать. Без Ранты мы, возможно, не захотим сделать следующий шаг вперед.

— Так и есть, наверно? — Ранта был явно счастлив. Это было видно по тому, как раздувались его ноздри. — Ну, ты же знаешь, как они меня называют. Вихревая машина поступательного движения, да?

— А что случилось с прецизионной машиной со скоростью ветра? — раздраженно бросил в ответ Харухиро.

— Что касается Шихору... — на секунду заколебался я.

Что же мне делать? Что же мне здесь сказать? На данный момент я не видел лучшего ответа.

Но не было никакой необходимости спешить, верно? Я не стремился к вершине, как Ренджи. Я могу пока отложить это дело. Когда-нибудь я найду хороший способ справиться с этим.

— ...Шихору всегда знает, что ее окружает. В Магии Дарш есть много заклинаний, которые могут запутать или связать цель, если я правильно помню. Это позволяет ей помогать нам, когда это необходимо. Ты хотела изучить Магию Дарш, чтобы помочь нам, не так ли, Шихору?

Шихору секунду тупо смотрела на меня, открыв рот, но потом молча кивнула. Опустив голову, она натянула шляпу, чтобы прикрыть лицо.

Я действительно думал, что она милая. Но между моими чувствами и теми чувствами, которые Шихору действительно хотела, чтобы я испытывал к ней, была довольно большая пропасть.

Но даже в этом случае никто не мог сказать, что этот пробел никогда не будет заполнен. Я не знал будущего.

Я посмотрел на Юме. — Я думаю, что Юме, возможно, самая храбрая из нас. Она ничего не боится. Как Жрец, я хотел бы, чтобы она была более осторожной, но я также рад, что Юме будет с нами, чтобы помочь, если что-то случится.

— А Юме? — лицо Юме расплылось в улыбке. Я был уверен, что такое выражение лица может сделать только Юме. — Ты уверен? Неужели Юме действительно такая храбрая? Юме не думает, что ей когда-либо говорили это раньше. Хотя, может быть, она не думает, что многие вещи страшны. Юме думала, что ты пропустишь её из-за того, что она Охотница, которая не умеет пользоваться луком.

— У каждого есть свои слабости и вещи, которые он не может сделать. — сказал я. — Когда ты один, эти неудачи могут быть фатальными, но мы - команда. Мы можем компенсировать недостатки друг друга.

— О, точно. — Юме улыбнулась. — Совершенно верно. Юме может доставить неприятности всем вам, но она сделает все, как можно «breastest».

Ранта насмешливо фыркнул. — “Ты имела в виду «bestest», как «best», а не «breastest». Просто, «Breastest» звучит так, как будто тебе нужна какая-то особенная грудь.

— «Breastest...» — Юме коснулась своей груди обеими руками. — Юме задается вопросом, какие груди являются самыми грудными грудями. Насколько отдаленно они связаны с крошечными грудями Юме?

— ...Может быть, они из одной семьи? — cпросил Харухиро.

Выражение лица Юме было абсолютно серьезным. — Ты думаешь, они из одной семьи, Хару-кун?

— Я-Я не знаю. Я просто так думаю.

— Юме думает также. Самые пышные груди. Знаешь, это звучит немного мило.

— Гру... — начал было Могузо, и все посмотрели на него. Он обильно вспотел, размахивая руками и качая головой. — Я... я... я... ничего особенного. П-п-правда, ничего.

— ...Теперь мне стало любопытно. — Шихору смотрела на него, Moguzo обратил свой взор вниз.

В конце концов, его голос звучал так, как будто он собирался заплакать, когда он сказал: “П-Простите”, поэтому никто больше не подталкивал его к этому.

Через некоторое время я понял, что ничего не сказал Харухиро. Ну, это может подождать. Я хотел поговорить с Харухиро один на один. Если бы мы это сделали, мы могли бы говорить более глубоко.

Харухиро, как Вор, играл среднюю роль между линией фронта и задней линией. Он должен был смотреть на всю картину, реагируя на ситуацию по-разному. Он также был нашим разведчиком, так что у него была вторая после меня гибкость в команде. В каком-то смысле он был нашим вторым командиром. Харухиро очень хорошо вписался в эту позицию.

Я не мог всё делать сам, поэтому кто-то должен был заменить меня в некоторых вещах. Что касается того, кто этим займется, на данный момент Харухиро был единственным кандидатом.

Ну, это было именно то, что я хотел, чтобы произошло вовремя. Было бы плохо давить на него странным образом, так что не было никакой необходимости спешить.

Мы все еще закладывали фундамент. Как только будет заложен прочный фундамент, мы будем строиться на нем. Я не мог позволить тени Ренджи, который шел впереди нас, сбить меня с толку.

Во второй половине дня Харухиро, как ни странно, был немного взволнован, когда вернулся из разведки.

— Это безумие. — сказал он. — Их всего двое, но один из них огромный. Он может быть таким же большим, как я.

— Хобгоблин. — Мои глаза немного расширились. — Это подраса гоблинов, с более крупным телосложением, чем обычные. Это тупые звери, которых гоблины используют как рабов, так что, может быть, это и есть тот самый.

— Ах, да? — Ранта облизнул губы. — Если у него есть раб, то это может быть высокопоставленный жлоб, как ты думаешь? Если это так, то у него наверняка есть хорошая добыча.

Харухиро протер подбородок. — ...На нем была металлическая броня с покрытием. Хобгоблин тоже был в кольчуге, а также был шлем. Он мог бы быть достаточно большим для одного из нас, людей.

— Ох... — простонал Могузо.

— Значит, их двое. — я опустил глаза, думая об этом.

Гоблин в металлической броне и Хобгоблин в кольчуге. Я не мог ничего сказать наверняка, пока не увижу их сам, но это казалось выполнимым.

— Хм. — Юме посмотрела вверх по диагонали. — Юме считает, что мы справимся с двумя из них.

— Если мне... — Шихору крепко сжала свой посох. — ...сначала дадут прицелиться в одного из них, а потом сумею поразить его заклинанием, после этого было бы легче справиться с ситуацией... Я думаю.

— Юме тоже попробует пустить в него несколько стрел. Даже если она промахнется, Гобби испугаются, и тогда вы сможете пойти прямо на них.

Я оглянулся на каждого из своих товарищей. Похоже, все рвались в бой. Кроме Харухиро.

Харухиро тоже выглядел взволнованным, когда вернулся из разведки, но теперь он сделал шаг назад.

Так оно и было. Это была та часть Харухиро, которую я высоко ценил. Возможно, я ему сочувствовал. Со временем мы с Харухиро сможем говорить друг с другом откровенно. У меня было такое чувство.

Когда Харухиро сказал: «Думаю, мы сделаем это», это решило все для меня.

Я молча кивнул. — Ладно, давайте сделаем это.

Как только у нас появился план, мы встали в круг, и все взялись за руки.

Мы не могли громко кричать посреди вражеской территории, поэтому, когда я тихо сказал « Fighto », все подняли руки и сдержанно ответили.

— Ippatsu!

Закончив наш маленький ритуал, Харухиро склонил голову набок.

— ...Что за « Fighto i ppatsu », мне интересно?

— ...Не знаю. — Шихору наклонила голову в сторону, с недоумением. — Но это вызывает у меня смутное чувство ностальгии.

— У Юме тоже такое чувство. Но она не знает, что это такое. Странно, да.

С тех пор, как мы начали прибывать в Дамуро, мы привыкли образовывать круг, прежде чем взять на себя немного крутого врага. Было странно просто молчать, поэтому я просто сказал: « Fighto ». Когда я это сделал, мои товарищи ответили: « Ippatsu! ».

С самого первого раза это стало нашей практикой. Мне казалось, что я откуда-то это знаю, но не совсем ясно откуда. Что-то в этом показалось мне странным.

Такое часто случалось.

Сможем ли мы когда-нибудь вспомнить?

Харухиро повёл с собой Юме и Шихору, и они подошли к двухэтажному зданию, где находились Гоблин и Хобгоблин.

Могузо, Ранта и я тоже следовали за ними, отставая метров на шесть-семь.

Во-первых, мы должны были подойти как можно ближе, чтобы нас не заметили. Наверх, да?

Харухиро и остальные спрятались за стеной метрах в пятнадцати от двухэтажного здания. Мы находились примерно в трех метрах позади них.

Так оно и было. На втором этаже, который был почти как балкон после того, как почти полностью рухнул, был гоблин, одетый в бронированную броню.

Бронированный гоб.

Хобгоблин сидел на втором этаже.

Бронированный гоб и хобгоб. На самом деле их было всего двое.

Шихору прижала руку к груди и глубоко вздохнула. Юме вложила стрелу в тетиву.

Бронированный гоб и хобгоб, они еще не заметили нас.

Шихору и Юме высунули из-за стены только верхнюю часть тела.

Шихору начал читать заклинание. — Ohm, rel, ect, vel, darsh...!

Виууу . Это был удар тени.

Почти в тот самый момент, когда элементаль тени вылетел из кончика посоха Шихору, Юме выпустила стрелу. Стрела, которую она выпустила в бронированного Хоббита, полностью ушла в сторону, но элементаль тени попал хобгобу в руку.

Пока хобгоб брызгал слюной и бился в конвульсиях, закованный в броню гоб посмотрел в нашу сторону.

Харухиро закричал — Нас засекли!

— Мы идем внутрь! — я отдал приказ, немедленно выскочив наружу.

Хобгоб надел шлем, который лежал у его ног, поднялся и поднял свою шипастую дубину, но она была неустойчивой. Бронированный гоб тоже что-то подхватил. Это арбалет, да? Мы никогда раньше не сталкивались с гоблинами с таким оружием.

Я попытался выкрикнуть предупреждение. Я не успел вовремя. Бронированный гоб быстро прицелился и нажал на спусковой крючок.

Было быстро. Стрела летела гораздо быстрее, чем стрела из обычного лука.

“Агх...! — Харухиро попал под болт и присел на корточки.

Шихору тихонько вскрикнула, а Юме обняла Харухиро за спину.

— Хару-кун...?! — воскликнула Юме.

Харухиро задыхался. Он выглядел так, словно ему было очень больно. Не хорошо.

— Харухиро! — я бросился к нему, одним рывком выдернув засов. Он сильно истекал кровью.

Скорее, скорее, скорее. Но не паникуй , сказал я себе.

Я сотворил знак гексаграммы, сформировав в своем сознании образ света, и сфокусировал этот свет в каждом нерве, когда читал молитву.

— О, Свет, да пребудет с тобой божественная защита Люмиариса... Лечение.

Свет, вырвавшийся из моих ладоней, запечатал его раны.

Быстрее. Быстрее. Нет, успокойся. Спешка не увеличит скорость исцеления. Почти закончил. Еще совсем чуть-чуть—

— М-Манато...! — крикнул Ранта. — Поторопись! Мы не можем продолжать в том же духе...!

— Теперь ты в порядке, да?! — я бросился бежать, прежде чем Харухиро успел кивнуть.

Могузо обменялся ударами с хобгобом, в то время как Ранта и Юме сделали то же самое с бронированным гобом.

По сравнению с Могузо Ранта выглядел так, словно попал в большую беду. Мне нужно, чтобы Могузо сделал все возможное с хобгобом, а Шихору и Харухиро поддержали бы его. Глядя на них, они уже делали это без приказа.

Ранта был вынужден защищаться. Я не собирался вставать между ними вот так.

Что касается Юме, то она бегала вокруг в замешательстве.

— О-о, дерьмо! Дерьмо! Черт возьми! Пошел ты...! — Ранту отталкивали назад и назад, и, вероятно, в качестве последнего отчаянного усилия, он отпрыгнул назад, чтобы уйти от бронированного гоба.

Это было неожиданно для меня, но бронированный гоб сумел последовать за Рантой просто отлично. Он оттолкнулся, а затем нанес единственный удар своим мечом.

Брызнула свежая кровь.

Его шея.

Меч бронированного Гоба рассек Ранте шею.

Это выглядело так, как будто он попал в вену.

— Юме! Сделай что-нибудь...! — крикнул я, с силой ударив по бронированному гобу. Как только я заставлю его отступить, мне придется позволить Юме справиться с ним. Ранта бессильно опустился на землю.

Мне нужно его вылечить. Нет, но, возможно, я не смогу .

— Мррмяу! Фух...! — Юме уже была на крючке.

Осматривая рану Ранты, я крикнул — Харухиро, иди сюда! Ранта упал...!

— Что?! Е-его шея...?! — Харухиро, должно быть, был удивлен тем, как внезапно это произошло, но он ответил, что действительно помогло. — Эй, гоб, сюда!

— Больно... — Ранта застонал. — М-Манато, Я, Я, Я...

— Все будет хорошо, Ранта! Я приведу тебя в порядок в мгновение ока! — я глубоко вздохнул, затем сотворил знак гексаграммы. — О, Свет, да пребудет с тобой божественная защита Люмиариса... Лечение!

— Ннгх... Фух, ах, кхух... Нгах, черт возьми! Ах...! Окей...!

— Ясная Кисть...! — Юме атаковала бронированного гоба. Нет, этот шум. Отразил ли он ее атаку?

— Этого не отразишь...! — хотя, похоже, Харухиро вмешался, чтобы помочь. — Йауч...!

— Ранта! — я хлопнул Ранту по спине.

— Ага! — Ранта взбодрился, бросаясь на бронированного гоба. — Гнев...!

Бронированный гоб присел, чтобы уйти с пути гнева Ранты. Он немедленно контратаковал.

Теперь, когда он был вынужден защищаться, движения Ранты были явно вялыми. Даже если рана затянулась, он не вернул пролитую кровь, так что он должен был бороться.

— Черт возьми! Это же чушь собачья! Ты просто чертов идиот...! — закричал Ранта.

И все же мне нужно было, чтобы он держался.

— Харухиро! — я подбежал к нему.

У Харухиро был глубокий порез на правой руке. Это означало, что он не мог использовать свою доминирующую руку. Если я не вылечу его, он не сможет сражаться.

— О, Свет, да пребудет с тобой божественная защита Люмиариса... Лечение.

Что это за чувство усталости? Мне казалось, что из меня высасывают жизнь. Но я не мог позволить этому сбить меня с толку.

Сосредоточься. Мне нужно сосредоточиться. Все это у меня в голове. Я совсем не устал.

— ...Ладно — я коснулся правой руки Харухиро. Рана зажила нормально. Это было прекрасно.

Могузо не давал хобгобу покоя, и, несмотря на агонию, в которой он находился, Ранта едва держался на ногах. Должно быть, Шихору злоупотребила своей магией. Она выглядела измученной.

Но я все равно был готов идти.

Мы все еще можем это сделать. Мне удалось рассмотреть всю картину целиком. Честно говоря, я видел все это слишком хорошо. Похоже, у Юме был порез на предплечье.

— Юме, иди сюда! Я тебя вылечу! — Я позвал её.

— Юме в порядке! Она может продолжать бороться!

— Просто иди сюда! Харухиро, поменяйся местами с Юме!

— ...Принято! — Харухиро ушел, и его место заняла Юме.

Ты выглядишь встревоженной, Юме. Все нормально. У нас все будет хорошо.

Я улыбнулся Юме и принялся лечить её.

—О, Свет, да пребудет с тобой божественная защита Люмиариса... Лечение...!

Неужели я злоупотребил своей магией? Эта мысль мелькнула у меня в голове. Нет, это неправда. Я вылечу ее. Я должен сосредоточиться и залечить ее раны. Все нормально. Смотри. С меня хватит.

— У меня закружилась голова.

Я пытаюсь себе это представить.

Я покачал головой и обратился к Юме — Уходим отсюда!

Я вижу. Я всё вижу. Могузо. Ему сейчас тяжело одному. Бьюсь об заклад, он не сможет ее закончить. Ранта и Харухиро тоже. Они с трудом справляются с бронированным гобом.

— Харухиро, иди помоги Могузо! — приказал я.

Харухиро кивнул.

Да. Это было хорошо. Для бронированного гоба я бы встал впереди, и Ранта и Юме атаковали бы меня.

Я должен был это сделать. С коротким посохом?

Черт. К черту эту штуку. Если бы только у меня был меч.

Жрецам не разрешалось использовать в бою холодное оружие. Какая досада. Но я собирался сделать это.

— Нгааах! — взревел Хобгоблин.

— УФ! — воскликнул Могузо.

— Нга! Нга! Нга!

Что? Что случилось? Это был хобгоб. Хобгоб охотился на огромного Могузо.

— Нга! Нга! Нга! Нга! Нгахххх...!

— Унгх...! — в конце концов Могузо был вынужден встать на колени. Из головы у него текла кровь.

Это было, когда Харухиро вцепился в хобгоба взади. Он метался, пытаясь сбросить его с себя, но Харухиро держался за него.

— Охо! Ох! Увааааа...?!

— Ты отлично справляешься, Харухиро! Продолжай в том же духе...! — отдал я приказ.

Я направился к Могузо.

Да. Я должен его лечить. С помощью магии света. Могузо. У него сильное кровотечение. Его ударили этой шипастой дубинкой.

Могузо извинился, сказав: «Прости» или что-то в этом роде.

Что ты такое говоришь? Я же Жрец.

— О, Свет, да пребудет с тобой божественная защита Люмиариса... Лечение.

Это довольно медленно, не так ли? Скорость исцеления. Свет слабый. Сосредоточься. Мне нужно сосредоточиться. Мне нужно больше сосредоточиться, и —

Как я ни старался, я наблюдал, вернее, видел.

Харухиро ударил хобгоба локтем в живот, отбросив его в сторону.

— Ах...!

Но это еще не все. Хобгоб пнул ногой Харухиро. Пнул его ногой и отправил кататься.

Я все слышал. Харухиро звал на помощь. Еще до этого я уже двигался.

Могузо, извини. Твои раны еще даже не полностью затянулись. Но это имеет первостепенное значение.

— Разгром...! — закричал я.

И вот я здесь, выкрикиваю имена своих умений, почти как Ранта. Я взмахнул своим коротким посохом, ударив хобгоба по затылку.

На хобгобе был шлем. Однако это все еще как-то влияло на него.

Используя центробежную силу, я ударил его ближайшей к моим рукам частью посоха. Может быть, это помогло. Но это еще не конец.

— Нгх! Ха! Да! — я никогда не останавливался, постоянно вращая свой короткий посох. Я бил, и бил, и снова бил. Я бил по нему как сумасшедший.

— Харухиро, вставай! —отозвался я.

Наконец-то я понял, что нам следует делать. Почему я никогда не догадывался об этом раньше? Потому что кровь бросилась мне в голову? Я был под слишком сильным давлением, и у меня не было самообладания, чтобы думать? Я смогу извиниться позже. А сейчас мне просто нужно было сделать то, что нужно было сделать.

— Бегите! — закричал я. — Все, бегом отсюда...!

Харухиро вскочил, побежал и внезапно остановился. — М-Манато, а как же ты..?!

— Я тоже иду! Это же очевидно! А теперь поторопись и уходите!

Я продолжал атаковать хобгоба, медленно отступая назад.

Открытие. Я не мог торопиться, я должен был искать выход.

— Спасибо! — Могузо нанес яростный удар по бронированному гобу. Хотя он и не попал, но все же заставил его отступить.

Отлично. Молодец, Могузо.

Используя образовавшуюся проём, Могузо сделал круговое движение, а Ранта и Юме последовали за ним. Шихору тоже старательно перебирала ногами.

С боевым кличем бронированный гою ударил Могузо в спину, но это был неглубокий удар, который не смог пробить его кольчугу.

Харухиро бежал, все еще повернувшись лицом назад. — Манато, достаточно! Все уже сбежали!

— Я знаю!

Но я знал, что это будет не так просто.

Я отпрыгнул назад, заманивая хобгоба вперёд. Хобгоб сразу попался на эту уловку. Когда он двинулся вперед, я ударил дважды.

Хобгоб застонал, и его голова откинулась назад.

Сейчас.

Я обернулся. Бронированный гоб замахнулся на меня. Я предвидел это, поэтому легко избежал его.

Теперь убегай. Убегай. Убегай. И не оглядывайся назад.

— Ух!

Что-то ударило меня в спину.

Я чуть не споткнулась о собственные ноги, но не обернулся.

Харухиро издал звук, похожий на крик. — Манато...?!

— Я в порядке!

Как бы то ни было, сначала нам нужно убраться отсюда. Это самое главное. Так ведь? Да, верно. Я знаю это. Я знаю. Мы должны бежать. Бежать. Бежать.

Мне пришлось оглянуться и проверить.

Неужели бронированный Гоб и хобгоб преследуют нас? Я удивился. Мы можем остановиться сейчас? Мы должны продолжать бежать? Я должен просто посмотреть. Если я посмотрю, то узнаю. Но я должен двигаться вперед. Я буду двигаться вперед. Подвиньте. Я должен зайти так далеко, как только смогу.

Тем не менее, все довольно быстры.

А это где? Как далеко мы продвинулись?

Я действительно не знаю. Это странно. Это странно. Что случилось? Я. Ахх—

Держись.

Я наклонился вперед, падая на землю.

Мне надо вставать. Не хорошо. Да. Я сейчас встану. У меня нет на это сил. В моем теле. Почему?

— ...О-Оу...

Больно. Что болит? Моя спина. О. У меня что-то в спине.

Я изо всех сил, чтобы свернуть на моей стороне.

Что происходит? Это плохо, не так ли? Разве это плохо? - Не знаю.

— ...Я думаю... Мы в порядке... сейчас...

— Манато...! — Харухиро был здесь. Прямо рядом со мной. Стоящий на коленях. — Манато, Т-твоя рана, м-магия! Правильно, используйте магию, чтобы вылечить её...

—...О, точно. — я попытался сделать знак гексаграммы. А? Моя рука. Это никуда не годится. Моя сила. Сосредоточься. Как же так? Я не могу, только не это.

— ...Я ... я н-не могу... сделать это... Я...я не могу... использовать магию...!

— Н-не говори так! — я слышал голос Ранты. — Н-не смей говорить такое! Просто устраивайся поудобнее, поудобнее... Подожди, как ты собираешься это сделать?!

Подошла Шихору. Шихору потянулась к моей спине. Она дотронулась до неё... что-то. Это было больно, или, скорее, казалось-тяжело. Угнетающе тяжелым.

Но тяжесть на этом не остановилась, она, казалось, прошла сквозь меня. У меня было плохое предчувствие.

Я несколько раз моргнул.

Могузо здесь. Он такой большой. Могузо. Ну, конечно. Он не собирается внезапно становиться меньше.

— Чт-Чт-Чт... — Юме была так потрясена, что мне стало ее жалко. — Чт-Чт-Чт... — Юме растрепала волосы.

— Что...? — Харухиро присел на корточки, приблизив ко мне свое лицо. — Т-ты будешь в порядке, хорошо, Манато? С тобой все будет в порядке, хорошо? Просто, просто держись там. Держись, Манато, ладно?

Наконец до меня начала доходить серьезность ситуации.

Я не буду в порядке. Я вижу. Вот как это бывает. Это никуда не годится.

—Ты издеваешься надо мной, да? Прекрати это! - Нет! Это не должно было быть так! У меня есть больше, чтобы сделать! Еще нет!

Да. Завтра я сделаю больше. Я думал, что завтра будет еще больше. Я принял это как данность. А учитывая, что у него было будущее. Для меня, для нас, должно было быть. Я никогда не сомневался. Что это такое? Там должно быть больше, так что это нечестно. Я так много хочу сделать. Где же я ошибся? Что было нехорошо? Был ли я безрассуден? Я думал, мы справимся. Они были сильны. Кто знал, что они окажутся такими сильными? Был ли я слаб? Или я торопил события, хотя и был убежден, что это не так?

Я хочу всё исправить. Сделай так, чтобы этого никогда не случилось. Пожалуйста. Позволь мне сделать это снова. Я тебя умоляю. Я больше не буду этого делать. Я больше ничего не испорчу. Я, и все будут...

— В конце концов, ты никому не доверяешь, не так ли? — сказал мне Рёи.

Я улыбнулся, как всегда. — Да, и что из этого?

— Как ты можешь так улыбаться?! В такое время, как сейчас?! — Мицука плакала.

Я улыбался. — Как, спросите вы? Потому что я в порядке, не так ли?

— Не думай, что ты получишь особое отношение только потому, что ты ребенок. — угрожающе сказала ХХХ, когда она душила меня.

Особое? Я никогда не думал о этом вообще.

— Я никогда не должна была рожать тебя. — сказала ХХХ с пустым выражением лица.

Рёи? Мицука? xxx? xxx...? Кто...?

Я этого не понимаю, но... Я вижу. Я хотел быть с кем-нибудь.

Я просто хотел прогуляться с кем-нибудь. Не один, а с кем-то другим.

Мне хотелось идти вместе со всеми.

Мне нужно было больше связей.

Тратить на них время, понемногу, в спокойном темпе. Это был единственный выход. Потому что я не мог быстро сократить расстояние.

Если бы я сделал это таким образом, я думал, что смогу. Несомненно. Я думал, что смогу всё исправить.

Это уже не годится. Все кончено. Я не могу в это поверить.

Все закончится здесь, вот так, так легко. Если бы это было ложью, словно сон, как это было бы прекрасно.

Но я уверен, что это не так. Это реальность.

Скоро все закончится.

— Хару...хиро — прошептал я.

— Ч-Что? Что? Манато, в чем дело?

Извините. Харухиро. Простите меня. Я еще кое-что хотел тебе сказать. Вещи, которые я хотел сказать и о которых хотел поговорить, так много. Я был уверен, что мы с тобой подружимся. Думаю, когда-нибудь я мог бы рассказать тебе все, как следует.

— А? Что? Простите? Почему? За что? — спросил он.

Черт. Ну почему? Почему я не могу говорить? Мой голос, он не может составить правильных слов. Я... Верно, Харухиро, я рассчитываю на тебя. Это плохо. Мне нужно спешить. У меня мало времени. Ты единственный, на кого я могу рассчитывать.

Я, должно быть, проскрежетал что-то из этого, потому что Харухиро ответил. — Рассчитываешь на меня? На меня? Почему? Чего ты хочешь от меня? Подожди, нет, Манато, нет.

Позаботься обо всех. Ты - единственный. Единственный, кто может. Я не могу этого сделать. Ничего не могу поделать. Я больше ничего не вижу. Я ничего не вижу.

Темно. Уже стемнело.

Черт.

Эй, ребята, вы здесь? Если вы там, скажите что-нибудь.

Я почти ничего не вижу.

— Мы здесь! Все здесь! Манато! Мы здесь! Не уходи!

Да, видите ли, я тоже не хочу уходить.

Я не хочу туда уходить.

Я хочу остаться здесь.

Здесь, со всеми.

Но мне нужно идти.

Ох.

Я.

Я умираю.

— Не уходи! Манато! Ты не можешь нас бросить! Не уходи! Пожалуйста, Манато...!

Продолжайте звать меня, вот так.

Пожалуйста.

Зовите меня именно так.

До тех пор, пока я не смогу больше говорить.

Еще совсем чуть-чуть —

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Давай Сегодня Отдохнем

В версии с изображениями тут находится картинка.

1. Не Туда

— Унгх? Должно быть здесь, верно? Гильдия Охотников... — Юме скрестила руки на груди и нахмурилась.

— ...Н-Наверное.

Рядом с ней суетилась Шихору. Она всегда была такой. Может быть, Шихору нравилось ерзать.

— Ага — сказал Манато. — Скорее всего это то самое место.

Манато привел их сюда, и он сказал, что так оно и есть.

Они находились в Альтерне, северной части города, в закоулке Северного Района. Рядом с северными воротами, Северными Вратами, расположено здание, окруженное деревянным забором.

— Ладненько, тогда Юме вынуждена покинуть вас — объявила Юме.

— ...Б-береги себя, — заикаясь, проговорила Шихору.

— Постарайся, — улыбнулся Манато.

Думаю, Улыбка Манато такая улыбчивая! А голос Шихору такой крошечный! Юме попыталась перелезть через забор.

— Ю-Юме! — остановил её Манато.

— Нях? Что-то случилось?

— Нет, все в порядке, но тебе не обязательно перелезать через забор. Похоже, там есть вход.

Посмотрев в ту сторону, куда указывал Манато, он оказался прав — часть забора была воротами, и они были открыты. Если она пойдет туда, то сможет войти.

— Уа! — воскликнула Юме. — Юме, она вообще не осознавала этого. Юме пришлось бы тяжко перелезать, так что это отличная новость. Спасибо, Манато.

— Постарайся… — сказал он после паузы.

— Конечно. Юме, она сделает все, что в её силах! Шихору, Манато, вы тоже постарайтесь изо всех сил! Но, знаете, в чем Юме должна быть лучшей, а?

— Э-Это... — почему у Шихору был такой вид, будто она вот-вот расплачется? — Мы не узнаем, пока не уйдем...

— Наверное, нет, хах. Шихору, тебе одиноко?

— ...А? П-Почему...?

— Ты что, совсем не плачешь?

— Я... не... плачу... Я-Я в порядке.

— Ах, да? Ну, тогда отлично. Пока! Увидимся позже!

Юме вошла в ворота. По другую сторону забора был большой двор и несколько загонов. В загонах сидели собаки, и когда Юме посмотрела на них, они начали лаять.

— Ох! — крикнула она. — Вот это был сюрприз! Нет никакой нужды так лаять. Юме, она здесь не для плохих деяний.

Как только она это сказала, несколько собак успокоились, но некоторые так и продолжали лаять. Было немного страшно, но она подошла к ним и щелкнула языком.

— То-то же. Все в порядке. Аххх. Если бы только у Юме была с собой еда. Она ничего не принесла. Жалею об этом...

— Эй, — раздался голос откуда-то сверху.

Когда она подняла глаза, из окна высунулась голова мужчины, и нижняя половина его лица была сплошь покрыта бородой.

— Эй, ты там, что делаешь? — потребовал он ответа.

— Хох?

— Не «хохай» мне тут! Скажи мне, кто ты такая!

— Юме - это Юме, верно?

— А, понятно. Значит, ты Юме, да? А пока убери оттуда свою руку. Собаки могут покусать её.

— Мяу? Они облизывают её, а не кусают. Видите? Ты ведь не укусишь, правда, маленький щеночек?

— ...Ну, это не обычные собаки — сказал мужчина. — Они волкособы, полученные путем скрещивания волков и собак. Они более свирепы, чем собаки, но более послушны, чем волки. Впрочем, это не важно.

— Волкособы? Ктоооооооо!

— Ч-Что? Что это?

— Они такие милые — радостно завопила Юме. — Волкособы. Юме, она хочет подружиться с ними.

— Нет... Я спрашиваю, кто ты такая? Пожалуйста, не говори мне, что собираешься присоединиться к нам.

— К нам? Имеешь в виду присоединиться к тебе, старик?

— С-старик...? Ну, я и вправду старик, но... конечно, в глазах такой молодой девушки, как ты, я кажусь всего лишь каким-то стариком, но...

— Значит, папочка? Кажется, это как-то неправильно.

— Я не твой папочка, — возразил мужчина. — Мы с тобой впервые встретились. Мне действительно нужно это говорить? Должно быть совершенно очевидно, что я не твой папаша.

— Ох, очевидно? Хм...

— Подожди, не впадай в такую депрессию! — он выглядел встревоженным.

— Ладно! Юме не будет впадать в депрессию! Она сделает все, что в её силах!

— В-Верно. Удачи... В любом случае, что ты собираешься делать изо всех сил?

— Нях? — Юме покусывала указательный палец, склонив голову набок. — Что Юме собирается сделать, из-за всех её сил? Знаете, она еще не совсем уверена в этом. В конце концов, она ведь только попала сюда. Ах!

— Ч-Что и в этот раз?

— Вот именно! Юме только недавно появилась! Ну, понимаете, здесь?

— Ох. Ты одна из них, да? Солдатом-Добровольцем стажируешься, я прав?

— Салат-Дебрем повинуюсь...? — Юме кивнула и захлопала в ладоши. — Оно самое!

— Ты только что сказала... что-то совершенно другое. Так или иначе, ты – Солдат-Доброволец на стажировке, и ты пришла, потому что хочешь вступить в Гильдию Охотников, верно?

— Да. Да. Всё так и есть.

— Что ж, тогда перестань играть с собаками и иди уже в дом... Эй. Эй. Эй! Подожди, что ты делаешь?!

— Фьях? Что? Юме собирается в загон, что-то не так?

— Только не в загон! В здание! Войди в здание Гильд—

— Гильд? — повторила Юме.

— У меня язык запутался, вот и все! Фух, хватит об этом. Я иду за тобой, так что оставайся на месте!

— Поняла! Юме останется здесь и будет ждать, когда старик придет за ней!

— ...Прекращай со своими стариковскими штучками.

— Ну и как же тогда она должна вас называть?

— Ицукушима. — Мужчина вздохнул и медленно произнес — И-цу-ку-ши-ма. Не пойми меня неправильно... потому что у меня такое чувство, что ты обязана запомнить.

— Ицицукушима?

— Только один раз «Иц»!

— Ицукушима!

— Верно. А теперь слушай. Пока я не спущусь к тебе, ни шагу с места. Поняла?

— Да, сэр! Ицукушима!

— ...Прекрасный ответ, но не слишком почтительно? Я уже могу сказать, что ты будешь той еще бедой.

Ицукушима снова вздохнул, затем снова высунул голову в окно.

Юме решила поиграть с волкособами, пока не пришел Ицукушима.

2. С Тех Пор Как Я Проснулась

Шихору была сбита с толку.

Нет, она была полностью сбита с толку.

Пока они не добрались до Гильдии Магов, расположенной в тихом элитном жилом районе под названием Восточный Городок, Манато сопровожал её. Теперь, когда Манато ушел, она чувствовала себя одинокой, встревоженной и напуганной.

Но чтобы стать Жрецом, Манато должен был пойти в Храм Лумиарис, который, по-видимому, находился в Северном Районе. Она не могла задерживать его здесь.

Гильдия Магов была элегантным особняком с белыми стенами, и когда она набралась смелости войти внутрь, женщина в вестибюле любезно позаботилась о ней, так что она почувствовала небольшое облегчение.

Но позже, когда ее отвели в приемную, она была вместе с парнем по имени Адачи, который носил чёрные очки в толстой оправе, и он заставил её чувствовать себя неловко.

Казалось, Адачи ждал уже некоторое время. Он был явно раздражен, и ей казалось, что она не может с ним разговаривать. Хотя, даже если бы она чувствовала, что ей рады, Шихору, вероятно, не смогла бы сама завязать разговор.

В конце концов женщина лет двадцати пяти, одетая в чёрные одеяния и шляпой, отвела Шихору и Адачи в другую комнату.

Эта комната с большими окнами находилась на втором этаже здания, и перед рядами простых столов и стульев стояло большое кресло.

— Волшебник скоро прибудет. — сказала им женщина. — Пожалуйста, выберите любое место, которое вам нравится.

Затем она вышла из комнаты.

— Сколько можно ждать, а? — пробормотал Адачи.

В груди у Шихору что-то заболело. Ей было не легче ждать, чем ему, но оставаться наедине с разгневанным Адачи было еще хуже.

Адачи занял место поближе к большому креслу. Шихору села во втором ряду спереди, у окна. Было такое ощущение, что сидеть сзади будет плохо, но она не хотела быть рядом с Адачи.

Адачи время от времени что-то бормотал себе под нос. Она не могла разобрать, что он говорит, но, похоже, он на что-то жаловался.

Шихору изо всех сил старалась не думать об Адачи, потому что она ничего не делала, а только ждала прибытия волшебника.

После напряженного ожидания в комнату вошел седобородый старик в большой шляпе. Он был не один. Старик стоял рядом с женщиной в чёрном, держась за ее руку, чтобы не упасть.

Его лицо было так скрыто под его седой бородой и бровями, что она не могла его рассмотреть, а спина была сгорблена, так что он, должно быть, был довольно стар.

Старик сидел в большом кресле, а женщина стояла рядом с ним.

— Это Волшебник Сэрай. — представила его женщина.

Старик Сэрай слегка наклонил голову.

По крайней мере, так она сначала думала, но, похоже, его голова просто покачивалась во сне.

Нет, этого не может быть. Он только сейчас сел в это большое кресло. Он не мог так быстро заснуть.

Так прошло некоторое время.

Адачи поднял руку.

Холодным тоном женщина спросила — Что такое?

— Он что, спит? — Адачи сразу перешел к сути дела. — Вон тот старик. Мне кажется, что он заснул.

— ...Волшебник Сэрай. — Женщина легонько толкнула Сэрая в плечо. — Волшебник Сэрай. Волшебник Сэрай. ...Волшебник Сэрай?

— ...Мхых. — Сэрай поднял голову. Похоже, он действительно спал. — О... Неужели уже утро?

И еще он был одурманен сном.

— Довольно шуток. — Адачи поднялся со своего места.

Хух? Хух? Хух? Даже не взглянув на паникующую Шихору, Адачи вышел из комнаты.

— Эй! Ты! Постой! — женщина погналась за ним.

Итак, Шихору и Сэрай остались наедине в комнате.

Она осталась позади.

Шихору снова застыла в ожидании.

Сэрай не открывал рта, чтобы заговорить.

Может быть, он снова спит?

Нет, очевидно, что он не может быть, верно?

Но при ближайшем рассмотрении высокая шляпа Сэрая закачалась. Может быть, он "клевал носом" как они это называли?

Стоит ли его разбудить?

Нет, еще не было решено, что он спит. Не будет ли невежливо пытаться разбудить его, когда она не знает, что он спит?

Тем не менее, она не могла оставить все как есть навсегда. Даже у Шихору были пределы ее терпению. Что именно она должна здесь делать?

Шихору была сбита с толку.

Нет, она была полностью сбита с толку.

Время шло, а она ничего не могла поделать, кроме как недоумевать, и за окном начало садиться солнце.

Наконец Шихору была готова расплакаться. Не то чтобы это что-то решило. Может быть, и нет, но с тех пор, как она проснулась, ничто не имело смысла, и она устала от этого.

Она больше не могла терпеть. Трудно было понять, почему она должна была терпеть еще. Но что еще она могла сделать? У нее не было ничего, чтобы идти дальше.

В конце концов, сидеть здесь в тишине, без всякой видимой причины, ей подходило. Она ничего не стоила. В её жизни не было никакой ценности. Даже после всех этих размышлений она не могла встать со своего места, только выплакала глаза.

Идиотка. Я такая идиотка.

— Хм...? Что случилось, девчуля...?

Придя в себя, Шихору посмотрела на Сэрая. Она поспешно вытерла слезы.

Сэрай смотрел на нее. Темные глаза смотрели из-под слишком длинных ресниц. — Девчуля, из-за чего ты плачешь?

— ...Н-Нет... Эм... Не из-за чего...

— Ох, нет? — Сэрай что-то пробормотал, а потом некоторое время молчал. Фух. Он вздохнул и начал медленно поглаживать свою белую бороду. — Позволь мне рассказать тебе кое-что о Магах. Мы заимствуем силу элементалей, существ, в которых мы даже не уверены, живы они или нет, чтобы творить магические заклинания. Проще говоря, мы бессильны.

— ...Бессильны? — повторила Шихору.

— На самом деле. В этом суть магии. Её могут использовать, те у кого нет сил. Смотри. Я дожил до ста лет, но долголетие - это все, что у меня есть. Я схожу с ума и больше не вижу так хорошо. Мои ноги также никуда не годятся. Но все же я могу использовать магию.

Она не ожидала услышать, что ему больше ста лет, но Шихору был удивлен тем, как хорошо она могла слышать его голос, учитывая, насколько он был тих.

Он был таинственным стариком.

— Хе-хе... — Сэрай издал низкий смешок, как будто он видел её насквозь. — Девчуля, ты ведь подумала, что я странный старик, не так ли?

— Я... Я не думала.

— Нет, дело в том, что я и правда странный старик, соглашусь. Воистину, я вел странную жизнь. Когда я впервые очнулся здесь, в Гримгаре, я никогда бы не поверил, что доживу до ста лет.

— С-Сэрай... Волшебник Сэрай... вы попали сюда, как и мы? — ахнула Шихору.

— Можешь звать меня Дедок.

— Я... Но я не могу...

— Неужели? Тогда зови меня просто Дедушкой.

— Д... Дедушка.

— Да. Этого достаточно. Сэрай кивнул, жестом приглашая её подойти поближе. —- Подойди поближе, девчуля. Если ты будешь так далеко, мне придется говорить громче. Это немного тяжело для такого старика как я.

— К-Конечно! Я... Извините...

Шихору поспешила сесть на место, которое Адачи занимал раньше. Она все еще не могла разглядеть лицо старика сквозь его брови и бороду, но он казался удовлетворенным.

— Мальчик, который сбежал, он очень нетерпелив. — высказался Сэрай. — Ну, я уверен, что Ёрука справится с ним. Ёрука, это та девушка, которая вела меня за руку.

— Ох, так её имя Ё-Ёорука-Сан... Поняла.

— Эта девушка такая же. Еще совсем недавно она была такой же маленькой девочкой, как и ты, но теперь она стала такой большой. Так вот, она прекрасный волшебник. Гораздо более трезвая на голову, чем я. Потому что я просто пожилой человек, ты и сама это видишь. Этой девушке, должно быть, уже за сорок.

— А? С-Сорок...?

— Она ведь не выглядит на свой возраст, правда?

— Я... Мне показалось, что ей лет двадцать пять...

— Оооо. Если ты скажешь ей это, она будет довольна, я уверен. Кстати, девчуля.

—...Д-Да! — Шихору выпрямилась.

Скорее всего, этот старик вовсе не был таким дряхлым, как утверждал он сам. Более того, он мог только притворяться, что умирает от старости. В любом случае, она могла быть уверена, что он не был обычным человеком.

Чёрные зрачки за белыми бровями сияли ужасно ярким светом.

Маг.

Это были глаза мага.

— Девчуля. — сказал он.

— ... Да?

— Мне уже давно нужно было сходить в туалет. Я не могу идти один. Я скажу тебе, где его расположение, так что не могла ли ты сопроводить меня до него?

3. Законы Природы

Охотник Ицукушима снабдил Юме минимумом снаряжения и немедленно повел её в лес неподалеку от Альтерны.

— Раньше я был Солдатом-Добровольцем, как ты. Но я завязал с этим. И знаешь почему?

— Хм. Тебе нужны были деньги, чтобы поиграть? Или что-то в этом роде?

— Я не разбойник. — сказал он с раздражением.

— Извиняюсь, Ицукушима. Юме, она просто говорит всё, что ей приходит в голову!

— Не говори ничего наобум... Что ж, неважно. Слушай внимательно. С тех пор как я вступил в Гильдию Охотников в качестве стажеровки Солдатом-Добровольцем, я всегда был Охотником. Прошло уже двадцать лет. Жизнь охотника мне по душе, поэтому охотником я хотел быть больше, чем Солдатом-Добровольцем. Вот почему я пост Солдата-Добровольца и сменил профессию на обычного охотника.

— Мм-хм. Мм-хм. Вы такой классный, Ицукушима.

— Я... Я?

— Юме не знает, но она считает вас крутым. Как вы думаете, может ли Юме стать таким же крутым охотником, как вы?

— Если ты серьезно об этом, тогда может быть. Кстати, о том, как ты ко мне обращаешься...

— Ицукушимааа?

— Вот. Вот что я имею в виду. Ты ведь не насмехаешься надо мной, правда?

— Мяу? — Юме скрестила руки на груди и склонила голову набок. Она захлопала в ладоши. Она знала, что означает подшучивать.

Юме сунула руки под мышки Ицукушиме и принялась шевелить пальцами.

— Вахаха?! Постой?! Эй, Юме?! Что ты творишь?! Вахахахаха! Вахахахахаха?!

— Вот это, верно? А? Это ведь подшучивать над вами, да?

— Н-Нет! Стоп! Прекрати! Я-Я слаб в этом! Хватит...!

— Окаааай! Останавливаюсь сейчас же!

— Хахх... Хахх... Хахх... Хахх... Ч-что ты со мной делаешь…?

— Юме думала, что она над вами подшучивает. Неужели она ошиблась?

— Это ведь щекотки! Ты можешь просто тыкать меня и считать, что это весело, но это разные вещи! Ладно?!

— Охххх. Это, хух? Юме ошиблась. Извините её за это, Ицукушима.

— Ну вот, опять! Почему ты все время обращаешься ко мне без всякой почтительности?!

— Но ведь вы Ицукушима, не так ли?

— Я Ицукушима! Да, я Ицукушима! Но дело не в этом!

— Какой в этом смысл?

— Нет, погоди.

— Ждусь.

— Это неправильно. Это неправильно. Я не тот парень, которым являюсь. Этого не должно быть. Так почему...?

Ицукушима опустил голову, бормоча что-то себе под нос.

Не зная, сколько времени это займет, Юме присела на корточки, положив руки на ладони, чтобы расслабиться в ожидании.

Она все больше и больше засыпала, поэтому села на землю. Ее веки отяжелели...

— Эээээй?! Ты чего спишь?! Разве время для сна?! — закричал он.

— ...Фюмяу? — Юме подняла лицо, потом махнула рукой. — Эй, это же Ицукушима.

— Да, верно, я Ицукушима! Было бы странно, если бы я превратился в кого-то другого, не так ли?!

— Да, было бы странно, хух? Но все же Юме рада, что вы Ицукушима.

— К-как это?

— Ицукусима, вы с самого начала много разговаривали с Юме. Похоже, вы научите её многому, как быть Охотником. Юме рада, что смогла с вами познакомиться.

— О-Ох, да? Н-ну, тогда. Я действительно планирую обучать тебя. Но сначала... Во-первых, нам нужно прояснить отношения между нами.

— Каковы отношения между Юме и Ицукушимой?

— Н-не говори так, глядя на меня этими маленькими глазками-бусинками. Ты все только усложняешь. Нет, послушай, не надо так закрывать глаза руками! Так ты ничего не увидишь! Это опасно. Будь нормальной. Нормальной, поняла?

— Нормальной, хух. Поняла. Юме, она сделает все возможное, чтобы быть нормальной.

— Но быть нормальным - это не то, к чему обычно стремятся...

— Тогда Юме и пытаться не будет!

— Я не уверен, но это нормально... Я так думаю? Все в порядке, правда? Я теряю уверенность в себе...

— Вы? Ну, все будет хорошо, Ицукушима. Потому что вы классный охотник.

— Я не уверен, что похвала от того, кто не знает, что такое охотник, поможет...

— Ну, тогда тебе просто придется учить Юме всему этому с этого момента!

— Т-ты права. В конце концов, я здесь именно для этого... - Нет!

— Нях?

— Если ты собираешься вступить в Гильдию Охотников, то я стану твоим отцом. Кстати, если бы я был женщиной, я был бы твоей матерью.

— Чтооооо?! Ты был девушкой?!

— Я мужчина, как ты можешь ясно это видеть! Я никогда не говорил ни слова о том, что я женщина!

— О, так вы этого не говорили? Хух. — удивилась Юме.

— Ты слишком поспешила с выводами. — сказал он с досадой. — И позволь мне сказать тебе, что обычно я не так разговорчив. Я более молчалив. В конце концов, я охотник... Ладно, оставим это на потом. Эмм, о чем мы там говорили...?

— О том, что вы мать Юме? Вроде это было? Мама? Хух...?

— Ты имеешь в виду отца. Отец. Даже среди диких зверей, хотя и не у всех, существует связь между родителями и детьми. Мать и отец учат своих детей выживать. В соответствии с этим законом природы Гильдия Охотников превратила опытных охотников в отцов, которые показывают путь неопытным охотникам.

— Ооооо. Звучит запутанно. Юме вся погружена в свои мысли.

— Из-за твоих недоразумений я запутался в своих мыслях, нет, я имею в виду узы...

— Простите, Ицукушима. Возможно, Юме кое-что перепутала.

— Я... всё порядке. Ничего страшного. Тебе не нужно извиняться... Нет, нет, не всё в порядке!

— А вы не могли бы сказать Юме, что с ней не так? Сделайте это ясно и блестяще.

— Как мне сделать это ясно и блестяще...?

— Хм. Вспышкой! Может быть, вот так?

— ...Прости, — вздохнул Ицукушима. — Я думаю, это немного... нет, для меня это совершенно невозможно. Это никуда не приведет, так что давай оставим это. Ладно?

— Ладно, Ицукушима.

— Снова!

— Фуа? Что?

— Кто так обращается к отцу?!

— Это нехорошо, да? Отец есть отец, верно? Не разговаривать с отцом без всяких почестей? Ох, но Юме совсем не помнит ни своего папу, ни свою маму. Как вы думаете, из-за чего, Ицукушима?

— Не думаю, что мои расспросы помогут. Это странно, но теперь, когда я подумал об этом, все, что я могу сказать, что так и должно быть.

— Просто так и должно быть?

— Ладно. У тебя проблемы с получением этих отцовских вещей. Слушай: в сущности, я твой мастер.

— Ох. Вы - Мастер Юме.

— Совершенно верно. Ты ведь не станешь обращаться к своему Мастеру без почтительного обращения, не так ли?

— Может, и нет. У Юме, вероятно, не было Мастера до вас, так что она не знает.

— Тогда я-я твой первый. Что ж... Я думаю, что так оно и есть, да.

— Мастер, да? Ладно! В таком случае, Юме просто должна называть вас Мастером, верно?

— Да, это лучше, чем никакого почтения. Называй меня теперь так.

— Что ж, она этим и займется. — Юме склонила голову. — У Юме есть свои задатки, но она надеется, что вы будете обращаться с ней по-доброму, Мастер.

— ...Т-Точно.

Ицукушима, нет, Мастер почесал шею и почему-то отвернулся.

— Более того... Кроме этого, это недостатки. Я думаю, ты имела в виду недостатки...

4. Виновник Проблем

Шихору взяла Дедушку, он же волшебник Сэрай, за руку. Они вместе пошли по коридору, Шихору осторожно поддерживала его, чтобы он не упал, и она открыла дверь.

Дедушкина комната находилась в задней части второго этажа Гильдии Магов. Она была довольно просторной, и, хотя мебель не была слишком безвкусной, она выглядела довольно роскошной. Выглядело так, как будто всё, кроме кровати и дивана, не использовалось.

Шихору усадила Дедушку на кушетку, застелила постель, а потом пошла за горшочком с травяным отваром, который остался за дверью комнаты.

Она дала Дедушке лекарство, затем сняла с него мантию и волшебную шляпу. Под ним уже была пижама, так что он был готов заснуть.

Она отвела его к кровати, помогла лечь и осталась рядом, чтобы поговорить с ним, пока он не заснул.

— Девчуля, — сказал старичок.

— ...Да, Дедушка?

— Слушай. Это элементали. Для нас, магов, первое и второе - это элементали. Но что такое элементали?

— Магические существа, верно?

— Правильно. И все же, даже мы, маги, не знаем их истинной природы. В своем обычном состоянии элементали невидимы для нас. Мы не слышим их голосов.

— Да. Но... мы их чувствуем.

— Таинственным образом элементали не позволяют почувствовать себя тем, кто не верит, что они могут чувствовать их. — сказал Дедушка. — Но элементали, безусловно, существуют. Вот почему мы можем использовать магию.

— Элементали... они прячутся от мягкого ветра... дыша в бушующий шторм...

— Элементалы: они обитают в стоячих водоемах, и их уносят течением...

— Элементали... они танцуют в мерцающем пламени... и в поднимающемся аду...

— Элементалы: они—

Вдруг Дедушка остановился.

Взволнованная Шихору поднесла своё ухо к его рту.

Он дышал. Мягко. Он слегка похрапывал. Казалось, он заснул.

Она вздохнула с облегчением. «Слава Богу».

С облегчением Шихору отошла от кровати. Погасив свет, она вышла из комнаты. Почувствовав, как её внезапно охватила усталость, она хотела присесть на корточки.

— Похоже, как будто... Я ухаживаю за ним...

Строго говоря, Дедушка учил её весь день напролет. Он научил её всему, что нужно знать об элементалях. Сегодня, на третий день её основной подготовки, она начала чувствовать элементалей, хотя и очень смутно. Его похвалы за её способности делали её счастливой.

Но все же Дедушка был очень стар. Возможно, он был исключительно сообразительным и, по-видимому, не так уж часто забывал о вещах, но его тело все еще пребывало в упадке.

Во-первых, он не мог передвигаться в одиночку. Ему также нужна была помощь, чтобы поесть.

Нет, он мог бы справиться с этим без посторонней помощи, если бы это было необходимо, но это, вероятно, займет у него много времени.

Похоже, он также мог что-нибудь пролить, так что убирать за ним было бы очень трудно. Было бы лучше, если бы кто-нибудь помог ему поесть.

Как и следовало ожидать, переодевание было еще одной вещью, которую Дедушка изо всех сил старался делать в одиночку. Волшебница Ёрука каждое утро мыла его губкой, а потом меняла всю одежду, так что Шихору приходилось снимать халат только на ночь. Это действительно помогало.

Как бы то ни было, она практически ухаживала за ним.

Это было прекрасно, но, если она собиралась учиться у старика, настолько немощного, что он нуждался в уходе, Шихоре нужно было быть внимательной во многих отношениях.

Честно говоря, она беспокоилась за его здоровье. Её беспокоило, что семь дней базовой подготовки, которые были назначены всем, кто вступил в Гильдию Магов, на самом деле могли быть тяжелее для Дедушки, чем для Шихору.

В конце концов, он был самым старым магом и походил на живую энциклопедию. Что она будет делать, если его здоровье ухудшится?

Шихору была вне себя от беспокойства, и это не было преувеличением.

Шихору спала в маленькой комнатке на первом этаже гильдии. В её комнате была только кровать, так что спать она могла только там. Единственными местами, куда она могла свободно войти, были ванная, туалет и библиотека.

Библиотека была самой большой комнатой в гильдии. Там были столы и стулья, окруженные книжными полками.

Шихору взяла себе за правило каждый вечер проводить время в библиотеке, пока не заснет.

В библиотеке дежурил управляющий, которого называли дежурным смотрителем, и там всегда были люди, читающие книги, но правила запрещали разговаривать. Так что, если Шихору сидела там с открытой книгой, никто ее не беспокоил. Никто даже не взглянул на Шихору.

Книги в библиотеке были сделаны из пергамента или бумаги, и все исписаны от руки.

Когда она впервые увидела их, то была поражена тем, что все они написаны от руки, но когда она подумала об этом, то не поняла почему.

Когда она сидела в кресле, при свете лампы, читая текст, который кто-то написал символ за символом, это помогало ей расслабиться.

Шихору нравился звук перелистываемых страниц.

Пока она смотрела в книгу, кто-то перевернул страницу. Слегка тяжелый звук пергамента из овчины. Легкий шелест бумаги. Пока она слушала, постепенно её охватила дремота.

Она была почти на пределе своих возможностей. Нет, возможно, она уже наполовину спала.

Шихору закрыла книгу и встала. Вернув книгу и оставив библиотеку позади, она столкнулась в холле с волшебницей Ёрукой.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ах! — Шихору поспешно склонила голову. — Д-Д-Добрый вечер...

— Читаешь? — спросила женщина. — Так поздно? Я вижу, что ты очень пылкая.

— Н-Н... Нет, я не, вовсе не такая...

— Продолжай стараться.

— Д-Да, мэм!

Подняв голову, Шихору взглянула на Ёруку. Или это было то, что она собиралась сделать, но в итоге она уставилась.

— Что-то ещё? — спросила Ёрука.

— Н-Нет...

— Если тебе есть что сказать, говори.

— Н-Нет... Н-ничего, правда...

— Ты должна сказать. Это видно по выражению твоих глаз. Ты хочешь мне солгать? Это требует некоторого мужества.

— Я... Я-Я-Я не лгу...

У Шихору закружилась голова. Ее лицо—нет, все тело-горело. Она начала сильно потеть.

Ёрука даже не попыталась пошевелиться.

Шихору тоже не двигалась.

— Я... Я просто... хм... Я просто...

— Просто что? — спросила Ёрука.

— Я... Я просто подумала, что... вы п-прекрасны... Это все...

— У тебя плохое зрение? Или у тебя нарушено эстетическое чутье?

— Хух...? Нет, жм, моё, ух, э-эстетическое... чутье? Это... н-ну, я не знаю, но... м-мои глаза в порядке... Я думаю...

— Значит, это лесть?

— Л-Лесть...? Нет, вовсе нет...

— Это злоба?

— П-п-п-почему вы так говорите?

— Моя внешность средняя по красоте — сказала Ёрука. — Не очень красивая. Совершенно обычная.

Это было явной неправдой. Дело в том, что, хотя Ёрука и не была какой-то потусторонней красавицей, она была довольно хорошенькой. Она была высокой и носила одежду, которая скрывала очертания её тела, так что трудно было сказать о ее фигуре, но она не была толстой и, вероятно, была стройной.

Если она была среднестатистической, то кем же тогда был Шихору?

Разве не Ёрука была здесь самой злобной?

У Шихору было много мыслей по этому поводу, но если она выйдет и выскажет своё мнение, то будет критиковать волшебницу. Она не могла этого сделать. Она не должна этого делать.

Тем не менее, могла ли она действительно ничего не говорить? Может быть, не стоит молчать, верно? Стоит ли ей оправдываться? Или лучше объяснить?

— Э-Эм... — Шихору попыталась — п-правда в том, что я не... эм... стараюсь польстить вам или подлизаться. Но дело не в этом... просто... вы даже близко не выглядите такой старой, как я.—

Запинаясь, она поняла, что совершила ошибку.

Никто даже не взглянул на Шихору.

Может, они обе и женщины, но Шихору никогда не следует поднимать тему возраста. Это было очевидно. Обычно Шихору бы этого не сделал. А все потому, что она запаниковала. Но это не было оправданием. Она должна была извиниться.

— Я-Я-Я-Я-Я прошу прощения! Извините меня! Прошу прощения!

— На днях мне исполнилось 27. — сказала Ёрука.

— ...Повторите, что вы сейчас сказали?

Кровь отхлынула от её лица так быстро, что Шихору почувствовала это. Сейчас она, должно быть, бледна как полотно.

— Д-Двадцать... семь...

— Это был волшебник Сэрай, не так ли?

— Ах...! Д-Да, мэм...

— Сколько мне лет, по словам волшебника Сэрая?

— Э-Это...

— Скажи мне честно.

— Свыше... сорока... сказал он...

— Вот чудак. — пробормотала Ёрука.

— А? Чу...дак...?

— Прошу прощения — улыбнулась Ёрука.

Это была первая улыбка, которую Шихору увидела на её лице. Когда она улыбалась, то становилась по меньшей мере в десять раз красивее.

Но она была в десять раз страшнее.

— Я поговорю об этом с волшебником Сэраем. —объявила Ёрука. — А ты продолжай также усердно тренироваться.

— Д-Да, мэм. Поня...ла.

— А теперь иди спать. — Ёрука ушла.

Шихору глубоко вздохнула и поплелась обратно в свою комнату.

Там было четыре комнаты, которые, казалось, предназначались для тех, кто проходил базовую подготовку. Все они были отдельными комнатами, но с точки зрения размера, это было похоже на то, что кто-то только что поставил дверь на кровать. Потолок также был низким.

Когда она подошла, чтобы открыть дверь в отведенную ей комнату, дверь рядом с ней открылась, и оттуда вышел мальчик в очках с толстой оправой.

— Ох! — Ахнула Шихору. — Хм... П-Привет...

Она машинально склонила голову.

Адачи посмотрел на нее и нахмурился. — Ты еще не спишь, да?

— Ох... н-но я уже собиралась лечь...

— А мне какое дело? Бодрствуешь ты или спишь, это не имеет никакой для меня разницы.

— П-Прости...

Шихору поспешила в свою комнату и рухнула на кровать. Затем она снова вздохнула.

Несмотря на усталость, она не спала.

Какое-то время ей не удастся заснуть.

5. Он Был Суровым Отцом

Мастер без особых усилий вложил стрелу в тетиву своего лука, натянул её и спустил.

Когда он это сделал, Вжух прозвучало от спущенной стрелы, а после Тук ... она вонзилась в дерево, в которое он целился.

— Вау! — Юме невольно захлопала в ладоши.

Мастер опустил лук, искоса поглядывая на неё.

— ...Слушай. Сколько раз я тебе это уже показывал? Тебе не нужно хлопать в ладоши. Сейчас не время для всяких восхищений.

— Ох, да. Но, знаете, когда Юме видит, как Мастер стреляет из лука, она каждый раз думает: «Это так круто! Так красиво!»

— Меня не волнуют твои впечатления. Делай, как я делаю я.

— Конечно. Понял! Юме, она собирается попробовать!

Юме стояла рядом с Мастером, вытаскивая стрелу из колчана и накладывая её на тетиву.

— Послушай, Юме. — сказал он. — Правда в том, что в стрельбе из лука нет фиксированной формы.

— Факсового дома?

— ...Нет, я сказал: «…нет фиксированной формы». А что такое, по-твоему, факсовый дом?

— Мяу!

— Эй! Зачем ты внезапно стрельнула?! Я как раз пытался тебе это объяснить, понимаешь?! Слушай, а потом стреляй! В этом же есть здравый смысл!

— Ох. Извиняюсь. Она промахнулась.

— ...Просто слушай.

— Слушаю!

— Твои ответы хороши, если не говорить больше... ну, неважно. Как я и говорил. В стрельбе из лука нет фиксированной формы. Конечно, есть свои правила, которые можно и нельзя делать. Но если ты просто преодолеешь их, то сможешь стрелять, как тебе нравится. Так с далека как ты сможешь попасть в цель.

— Мм-хм, мм-хм.

— Итак, как только ты научишься поражать свои цели, просто стреляй каждый раз таким способом. Что бы ни случилось, не меняй его. Не сгибайся. Не колеблись. Придерживайся его, и ты никогда не промахнешься.

— Вы никогда не трусили или не колебались?

— Нет, промахивался. Про. Махи. Вался. Поняла?

— Просто Вася?

— Нет... Ох, в любом случае. Это не имеет значения. Забудь об этом.

— Юме, она все забудет!

— Хорошо. — Когда мастер ухмылялся, он почему-то быстро прятал нижнюю половину лица рукой. — В любом случае, ты можешь подражать тому, что я делаю, или попытаться найти свой собственный путь, но первое, что нужно сделать - это попасть в цель. Если попала, повтори то, что сделала, пока не включится мышечная память.

— Мышечная память. Поняла!

— А теперь сделай это.

— Делаю это!

Юме выстрелила из лука.

Она стреляла и стреляла, стреляла и стреляла, собирала стрелы, как только её колчан опустел, и клала стрелы обратно в колчан, а после стреляла и стреляла, стреляла и стреляла.

Она просто продолжала стрелять.

— Юме.

— Нювах?

— Этого достаточно. А пока остановись.

— Поняла. Юме, она сейчас остановится.

— Как же ты ни разу не попала...? — Мастер схватился за голову.

Юме погладила хозяина по спине. — Мастер, вы в порядке? Что-то случилось?

— Нет, это не «что-то», а это ты. Ты выстрелила сто раз и ни разу не попала. Это божественный трюк, который ты провернула.

— Ох... Значит, во всем виновата Юме. Простите, Мастер.

— Не знаю, могу ли я сказать, что это твоя вина. Для меня это загадка. Даже у абсолютного любителя должны получаться случайные удачные попадания. Это не значит, что ты не достигаешь цели из-за недостатка сил, так как же ты промахивались каждый раз?

— А вы как думаете? Юме, она целится в это дерево, как и должна была бы, но, прицеливаясь, стрелы летят совсем в другую сторону!

— Что-то не так. Что-то... Твоя форма не такая уж странная. В чем же проблема?

— Может, у Юме просто нет таланта!

— Ты идиотка! — он вдруг закричал на нее.

Юме рефлекторно отдернула руки.

Мастер неловко огляделся. — Нет... Извини. Это просто... эм... Т-ты не можешь так говорить. Не стоит так легко обвинять талант. Где-то есть причина. Я просто понятия не имею, что это такое... Может быть, это моя вина?

— Вы не сделали ничего плохого, Мастер! — заявила Юме.

— Д-Да? Я... предполагаю...

— Ага! Мастер, Вы делаете все возможное, чтобы научить Юме. Вы не ошибаетесь. Это Юме стреляет из лука, так что, если они не попадут, это будет вина Юме.

— Ну да, но...

— Мастер, такое случается, так что не унывайте, ладно?

— В-Верно. Нет, подожди, ты должна быть немного более подавленной...

— А если впасть в депрессию, стрелы начнут попадаться в цель?

— Нет, наверное, нет. В чем-то ты права. Депрессия не поможет.

— Не поможет? Ну, это проблема.

— Расскажи мне об этом. — Мастер откашлялся, отступая на шаг от Юме. — Чтобы все было ясно, я хочу прояснить одно недоразумение.

— Конечно. Юме, она слушает.

— Я... ты… хорошо...знаешь. У меня уже было несколько учеников, и все они говорили мне, что я строгий отец.

— Но вы такой милый, Мастер!

— Вот тут-то ты и ошибаешься.

— Недоразумение Юме?

— Совершенно верно... Честно говоря, люди даже немного боятся меня. У меня даже был парень, который сбежал во время начальной подготовки. Всего один раз, но это случилось.

— Но Юме не собирается убегать.

— О-Ох, правда?

— Потому что быть с Мастером - весело!

— Это… весело?

— Мастер, вам неприятно быть рядом с Юме?

— Н-Нет, это не так. — Мастер спрятал нижнюю половину лица, а потом повернулся и пошел прочь. — Конечно, это не так... дурында.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— О, хорошо. Если бы вы ненавидели Юме, она бы очень грустила, понимаете?

— Я-Я никогда не смогу ненавидеть... — Мастер вдруг закашлялся и прочистил горло.

Юме снова погладила хозяина по спине. — Мастер, с вами все в порядке? У вас что, простуда? Если вы болеете, то держите себя в тепле, хорошо?

— Я... это не простуда. Я в порядке. Я не простужаюсь. Я никогда не болею. У меня хорошее, здоровое тело, вот и все... ничего.

— Ну и хорошо. Юме, она начала волноваться, понимаете?

— П-Прости... Нет, нет, нет! За что мне извиняться? Черт возьми, слушай сюда, Юме!

— Да, сэээээр!

— Хороший ответ.

— Ура!

— Нет, дело не в этом... Это заявление! Другие матери и отцы возвращаются в гильдию во время начальной подготовки, но мы этого не сделаем! Потому что я строгий!

— Ого!

— Во время базовой подготовки, которую я для тебя приготовил, ты ни разу не вернешься в гильдию! Мы все время будем жить дикой природе! Как тебе такое? Ты не сможешь помыться, а комары беспощадны, это должно быть тяжело для такой девушки, как ты! Я строгий!

—Фуооооооооо! — взволнованно закричала Юме.

— П-почему твои глаза так сверкают?

— Это будет так весело! Жить с Мастером в лесу всё это время! Принимать ванну-это хорошо, но ты только воняешь, если этого не делать! Ох, но, Мастер, вы не против вонючей Юме?

— Ты не так уж плохо пахнешь... Я имею в виду, я думаю, что у меня тоже есть звериный запах. Хотя я и сам толком не могу сказать...

— Отвратительный запах? — Юме прижалась лицом к груди хозяина, обнюхивая его. — ...А? Вы действительно пахнете. Разве это отвратительно? А? Ну, это не так уж и неприятно. Не очень приятный запах, но это запах, на который может подсесть Юме.

— Эй, Юме.

— Мяу?

— Прекрати! Нет... Н-не нюхай меня!

— А почему бы и нет?

— Просто прекрати! — Мастер сделал два-три шага назад и опустил голову.

— ...Это странно. Так не должно быть. Я охотник-одиночка, строгий отец, и мои ученики ненавидят меня...

— А!

— Ч-Что? — спросил Мастер.

— Юме, она хочет еще немного потренироваться с луком. Может ли она?

— ...К-Конечно. Вот и прекрасно. Конечно. Ты полна энтузиазма.

— Ну конечно!

Юме заняла стойку с луком, не заостряя стрелы, и отдернула тетиву.

Неужели это все? Или ей нужно изменить выражение лица? Было много вещей, которые она могла бы попробовать приспособить.

— Если Юме не научится хорошо обращаться с луком, ей будет жаль вас. — объявила она.

— Т-Ты... — когда она оглянулась, хозяин прикрывал нижнюю часть лица. — Может, ты прекратишь это?

— Остановиться? Прекратить что? А?

— Забудь про меня. Это не имеет значения. Ты тренируешься лишь только для себя.

— Ну, конечно. Но Юме тоже хочет много работать для своего Мастера. Разве это неправильно?

— В этом нет ничего плохого, но все же!”

— Ну, тогда Юме сделает все, что в её силах, для себя и для своего Мастера тоже!

— Ах, да? Сделай всё возможное.

— Юме сделает всё, что в её силах!

— Сделай всё, что твоих силах, Юме...

6. Ловушка

На четвертый день основной подготовки Дедушка вдруг пожаловался на плохое самочувствие.

— Угх... Э-Это плохо...

— Дедушка?! Ч-ч-что случилось?! — забеспокоилась Шихору.

— Нгх... нгх... нгх...

Дедушка схватился за грудь, откинувшись на спинку стула. Он может вот так упасть со стула.

Шихору встала, бросилась к нему, убедившись, что он, по крайней мере, не упал.

— Нннгх... Нннгх... Нннхх... Это плохо... — Дедушка закрыл глаза и тихо застонал.

Шихору тщетно оглядывалась по сторонам. — Ч-Чем мне помочь вам...? Может, мне попытаться позвать кого-нибудь?

— Н-Нет... Все нормально...

— Н-Но...!

— Дай просто мне немного отдохнуть... Здесь... Ух...

— К-Конечно, всё будет в порядке. — испуганно сказала Шихору.

— Ох... Нет... Моя сила... Поки… дает...... меня...

— Я-Я помогу вам!

Шихору обняла дедушку и прижала к себе, чтобы поддержать, когда он, казалось, вот-вот упадет.

Дедушка дрожал всем телом. Никаких других заметных изменений не было, но он был стар, так что у него, вероятно, было одно или два существующих состояния. Она бы ничему не удивилась.

Может, ей стоит всё-таки позвать кого-нибудь? Однако с тех пор, как она впервые встретила Дедушку, ни один другой маг не приближался к классу, который они использовали для уроков.

Если она собирается позвать на помощь, ей придется выйти из комнаты. Получается ей придется оставить Дедушку в покое. Это её беспокоило.

— Я в порядке... Со мной все хорошо... Пока оставь меня... Позволь мне остаться здесь... Дай мне отдохнуть совсем немного...

— Я... Я пони...маю. Эм, у вас... где-то болит? Если что-то не так, пожалуйста, скажите мне. Прошу...

—О, Да... Я... скажу...

Это была чрезвычайная ситуация, и она не могла винить его за это, но лицо Дедушки было прижато к её груди. Неужели из-за этого ему стало трудно дышать?

— Э-Эм, Дедушка. — задала вопрос Шихору.

— Да... Что такое...?

— В-Вам не больно...?

— Нет... Нисколько... Вообще-то, это даже приятно. Нет...

— Хух...?

— Я в порядке... в порядке... О, да... в полном порядке...

Затем Дедушка обнял Шихору за спину-нет, за ягодицы-и крепко сжал.

Стало ли ему лучше? Если да, то слава богу. Но...

— Д-Дедушка...? — нервно спросила Шихору.

— Да...

— Э-Эм...

— Что такое...?

— Мне неприятно это говорить... но...

— Хммм...?

— Т-То, как вы трогаете мою попу, немного...

— ...Да? — Дедушка оторвал лицо от груди Шихору. — Ох. Прости меня. Прости, прости. Просто так случилось.

— Н-Нет. Все нормально... если бы вы только остановились. Почему вы все еще протираете мою попу?

— Хм! — на этот раз Дедушка убрал руку с задницы Шихору и смущенно рассмеялся. — Прости, прости. Я не хотел никак навредить тебе.

— Навредить?

— Девчуля. — сказал Дедушка. — Твои булочки были такими удобными на ощупь, что мне было грустно расставаться с ними. Нет никакой другой причины, кроме этой.

—В-Вы хотите сказать ... — Шихору толкнула Дедушку в спинку стула. — Что просто произвели сексуальное домогательство?!

— Сексуальное домогательство? — Дедушка склонил голову набок. — Может быть, это говорит моя старость, но я не понимаю, что ты имеешь в виду. Я тёр твои булочки с самыми чистыми намерениями, не сомневайся.

— Не пытайтесь оправдываться...

— Я ничего такого не делаю! — Это был первый раз, когда Шихору увидела, как Дедушка широко раскрыл перед ней глаза. — Обожаю девичьи булочки! Я люблю сиськи! Я влюблен в каждую частичку этой девушки! Я не хочу брать мальчиков на базовую подготовку! Я хочу провести то немногое время, что у меня осталось, с девушками! Разве это неправильно?! Нет! Конечно, нет! Я сохраняю абсолютную уверенность в своей праведности!

— В-ты специально сделали так, чтобы Адачи-кун потерял терпение...?

— Верно мыслишь!

— Да что с вами такое...? — пробормотала Шихору.

— Не беспокойся обо мне, девчуля. — ухмыльнулся Дедушка.

— Вы также полны энергии...

— В этом году мне 107! Неважно, как сильно я люблю девушек, все, что я могу сделать, это дышать воздухом в одной комнате с ними, и если я вижу шанс, может быть, прикоснуться к ним хоть немного, ничего больше! Это трагедия, что я не могу делать ничего другого...

— Вот именно... это не моя проблема...

— Ты можешь понять мою досаду, девчуля?!

— Вовсе нет! И я не хочу этого понимать!

— Честное слово! Не понимая чувств своего мастера! Ты провалилась как ученик!

— Прекрасно! Как бы то ни было! Откажитесь от меня! Я буду учиться у Волшебницы Ёруки, как Адачи-кун!

— Ты дура! Ёрука - моя ученица! Я её учитель! Она может говорить что угодно, но Ёрука никогда не сможет бросить мне вызов!

— Вы ужасны!!

— Называй меня как хочешь! Мвухахахахах! Деточка! Я не позволю тебе сбежать, пока ты не закончишь свою базовую подготовку!

Шихору закусила губу.

Она была расстроена.

Но более того, ей было грустно.

Шихору никогда ни в малейшей степени не подозревала Дедушку. Она заботилась о нём и пыталась помочь. Вот и всё.

Дедушка воспользовался чувствами Шихору. Поскольку Шихору была его ученицей, можно было сказать, что он воспользовался её слабым положением как человека, который должен был заботиться о нём.

— Тебе больно, девчуля?! — Дедушка хихикал, как дьявол. — Ты чувствуешь, что тебя предали?! Ну, так знай же! Все мальчишки в мире хуже меня! Я оказываю тебе услугу, учу тебя жестокости реальности!

— Мальчики? —в ужасе повторила Шихору.

Неужели это правда? Шихору рухнула на пол.

Она была напугана. Страшно. Страшно! Дедушка дряхлел от старости, так что она легко отделалась. Если бы он был здоровым молодым человеком, что бы он ей сделал? Какие ужасные вещи он бы сотворил?

— Фуахахахаххахаха! — ужасный старик рассмеялся. — Девчуля! Познай тьму этого мира и вырасти, чтобы стать женщиной!

Шихору покачала головой. Ей хотелось плакать. Вернее, она уже почти плакала. Слёзы были готовы пролиться.

Как раз вовремя, дверь в класс открылась, и вошла Волшебница Ёрука.

— Фуа... — увидев Ёруку, дедушка явно запаниковал.

Йорука был полной противоположностью.

Она шагнула к нему без всякого выражения, а затем рубанула его по голове открытой ладонью.

— Агх...!

— Ты грязный старик.

— Т-Ты... Ё-Ёрука, как ты смеешь так поступать со своим учителем—

— Молчать, — приказала она.

— Урх...

— Подумать только, что ты все еще будешь вести себя так же, даже когда тебе исполнилось сто лет. Как ты мог так мало вырасти? Я слишком потрясена, чтобы говорить, Волшебник Сэрай.

— Кипящая страсть моей души, которая все еще ищет приключений, даже после того, как ей исполнилось 100 лет, - это то, что заслуживает похвалы! Я... не прав?! Правда, девчуля?!

— Хух...? Вы обращаетесь ко мне по этому поводу?! — воскликнула Шихору.

— Ты ведь моя ученица, не так ли? Будь умницей и дай мне выход! Помоги мне!

— ...Н-Нет.

— Ужас!

— А теперь послушай, девчуля — сказала Ёрука.

Шихору была потрясена, обнаружив, что даже Ёрука теперь называет её «девчулей».

— Этот старик - самый старый, самый уважаемый из ныне живущих магов, но он также печально известен, и особенно презираем женщинами-магами, которые держат от него дистанцию. — сказала ей Ёрука. — Однако его знания и талант мага подлинны. Он один из немногих Магов в Гримгаре, кто достиг истинной магии. Его учение, несомненно, станет бесценным достоянием для тебя как мага. Возможно, сейчас ты этого не понимаешь, но со временем поймешь. Однако, если ты обнаружишь, что не можешь справиться с поведением старого болвана, я готова взять на себя роль твоего инструктора для остальной части твоего базового обучения. Какой путь ты выберешь?

7. Ножки

Мастер прижал поднятый указательный палец к губам. Это означало, Молчи. Будь тише.

Юме кивнула, и затем Мастер пошел вниз по охотничьей тропе, наклонившись.

Юме последовала за ним.

Тропа была очень узкой—не настолько широкой, чтобы по ней могли нормально ходить люди, но она была хорошо протоптана. Травы там было немного, и почти не было сухих веток. Вот почему, пока они продвигались с осторожностью, они могли красться бесшумно с относительной легкостью.

Мастер остановился, прячась в тени дерева. Юме была совсем рядом, подражая ему.

Мастер огляделся вокруг, двигая глазами больше, чем поворачивая голову.

Юме сделала то же самое.

Щебетали птицы и жуки.

Подул ветерок.

Зашуршали листья.

Юме.

Мастер не произнес этого вслух. И все же Юме знала, что её позвали.

Оглянувшись, хозяин подал знак Следуй за мной .

Юме кивнула.

Они продолжали двигаться по охотничьей тропе еще некоторое время.

Впереди Мастер внезапно остановился как вкопанный. Должно быть, он что-то нашел. Где и что?

Юме хотелось спросить, но она отчаянно сопротивлялась этому желанию.

Наконец Мастер подошел к ближайшему кусту и присел на корточки. Юме держалась поближе к нему.

Там что-то есть? Юме спросила это глазами, и Мастер показал.

Она высунула голову из кустов и посмотрела в ту сторону.

Она чуть не ахнула, Но Юме поспешно прикрыла рот обеими руками.

Это волк...!

Он напоминал волкособов, которых разводила Гильдия. У него было похожее телосложение и мех, но он был совершенно другим.

Во-первых, его мех был почти полностью белым. Во-вторых, он был не просто большим, но и сильным. Однако, несмотря на это, он был еще и ловок.

Такой милый.. .

По какой-то причине Юме расплакалась.

Если бы она могла, то хотела бы погладить его. Чтобы обнять его. А если это невозможно, то ей хотелось хотя бы подойти поближе.

Если бы они могли подойти поближе, Мастер сделал бы это уже.

К этому волку было явно трудно подобраться. Это было существо, с которым люди не могли сблизиться.

Возможно, поэтому Юме и плакала.

Белый Волк повернулся в их сторону. Он уставился на Юме.

Вероятно, это длилось всего мгновение. Но сомнений не было: Юме и Белый Волк смотрели друг другу в глаза.

Белый Волк вдруг снова повернулся лицом вперед и побежал. Его движения были быстрыми и легкими, ноги ловкими.

В мгновение ока он исчез вдали, а затем и вовсе скрылся из виду.

Мастер вздохнул. — Что ж, это большая удача, что мне удалось увидеть хоть одного из них. Это был не обычный волк.

— Оххх. правда?

— Я ведь рассказывал тебе о Белом Боге Элхите, верно?

— Угу, угу. Это же настояяяяяяящий большооооооой белый волчий Бог, верно?

— Элхит правит всей природой - или, скорее, является символом природы в целом. С тех пор, как родилась эта страна Гримгара, Элхит был тут, и, если Элхит когда-нибудь умрет, земля также последует за ним, говорят они. В принципе, Элхит должен быть невероятно великим, воплощением огромной силы, намного превосходящей наше понимание.

— Устаревшее существо за границами нашего положения, да? — Юме задумалась. — Хм...

— Ты ужасно всё исковеркала, но плевать. Двигаемся дальше. Такие большие белые волки, как этот, считаются родственниками Элхита.

— Ровесниками ? 4 — спросила Юме.

— Родственниками... Эм, а не ровесниками. Родня есть, ну... словно у них одна кровь. Загадка в том, как они могут выносить кровь Бога, но такова вера.

— Ихуууууу! Тааак, этот белый волк, он - дитя Бога?

— Нет, скорее всего, это не его ребёнок.

— Значит, внук?

— Сомневаюсь, что они так уж тесно связаны. Но конечно, внучек.

— Внук, значит? Или, может быть, правнук?

— Может быть. — Мастер погладил Юме по голове.

Он не часто так делал, но, когда Мастер гладил её по голове, Юме казалось, что она превращалась в волка или собаку. Мастер, должно быть, очень хорошо гладил волкособов. Это было приятно, и она хотела, чтобы он делал это чаще.

— Нюх, нюх! — сказала она.

— ...Урх. — Мастер отдернул руку. — П-Прости.

— Фуа? За что?

— Я прикоснулся к тебе, сам того не желая.

— Мастер, разве это неправильно, что вы прикасаетесь к Юме?

— Э-Это нехорошо.

— А почему бы и нет?

— Почему? Ты... Эм, Ну, я должен быть твоим отцом, так что между нами должна быть соответствующая дистанция, так что...

— Дистанция? — спросила Юме.

— Не слишком близко, но и не слишком далеко, я полагаю?

— Ах, да? Думаю, что так оно и происходит.

— Так оно и есть, понимаешь?

— Но Юме не хочет с вами расставаться. Неужели ей придется уйти?

— Н-Нет...! — Мастер, казалось, боролся по какой-то причине, схватившись за собственную грудь. — Возможно, в этом нет никакой необходимости... чтобы мы расстались. Просто, эм, чувство дистанции... Правильно, всё верно, расстояние... Если мы подойдем слишком близко, понимаешь? Будут проблемы...

— Проблемы? — запротестовала она.

— Юме, ты слишком сильно надула щеки...

— Ну, хэй! Юме, она ничего не знает о том, о чем вы говорите! Что это за проблемы, а?!

— Э-Эм... ну, ты...

— Юме и Мастер, они прекрасно ладят!

— Мы не... обходимся ужасно друг с другом, нет.

— Они прекрасно ладят, правда?

— Д-Да, конечно, здорово... Но все же...

— Юме, она очень много узнала о том, каково быть охотником, от вас. Проблемы? Здесь нет никаких проблем, не так ли? Или она ошибается?

— Т-ты не ошибаешься... нет.

— Ну что ж, тогда все в порядке. Так ведь?

— Я-Я так думаю.

— Так что продолжим в том же духе. Время от времени давайте Юме питомца, хорошо?

— Ладно. Мастер неловко кивнул. — Только время от времени, ладно?

— Ладно!”

— Проклятие...

— Фуа? Что случилось?

— Н-ничего не случилось... Ничего... Черт возьми. Да что со мной такое? Никогда не было такого раньше. Во всяком случае, я ведь мизантроп, и именно поэтому я умыл руки от всего этого дела с Солдатами-Добровольцами...

— Мастер, вы хотите помыть руки? В следующий раз, может быть, Юме также помоет вам ноги?

— З-з-з-зачем тебе мыть мне ноги?!

— Юме, вы всегда присматриваете за ней. Вот почему, точно, она хочет помыть вам ноги.

— Неееееееет! Нет, спасибо! Я сам вымою себе ноги! Я имею в виду, м-м-м-мои ноги ужасно какие грязные!

— Нях? Вот почему их нужно было бы помыть. Если бы они не были грязными, вам не пришлось бы их мыть. Ох. Если они такие грязные, то их стоит почистить, так что Юме точно вымоет вам ноги!

— Я сказал - Нет...! Это так неловко! Серьезно, тебе не нужно...!

8. Последний

— Девчуля, — объявил Дедушка.

— ...Что это? — Шихору справилась.

— Ты, наверное, думаешь, что я старый пердун, который только и делает, что болтает.

— Нисколько...

— Нет. Ты думаешь и будешь абсолютно права. Я могу рассказать все это, понимаешь? С тех пор твое отношение ко мне изменилось. И массово тоже. Я, честно говоря, не настолько дряхлый, понимаешь? По крайней мере, ты это знаешь.

— Е-Если вы не дряхлый старик, не могли бы мы вести один и тот же разговор по нескольку раз за день...? Пожалуйста.

— Ах! Аххх! Ахххх!

— Ч-Что такое?

— Ты увеееерена, что всё нормально? Разговаривать с таким волшебником? Я думаю, что это немного грубо. А теперь слушай. Я не просто состарился, ничего не сделав, понимаешь? И все же я не испытываю ни малейшего уважения. Я не знаю. Это нормально? Ты делаешь мне больно. Но если ты сделаешь мне массаж, девочка, эта боль пройдет.

В классе наедине с Дедушкой Шихору опустила голову, испустив последний из бог знает скольких сотен вздохов.

Почему? Почему тогда Шихору отказалась от любезного предложения Волшебницы Ёруки?

Ёрука была хладнокровна и рассудительна, и говорят, что она была самым молодой волшебницей. Даже по их короткому разговору она могла сказать, что эта женщина очень умна. Немного пугающе, может быть, но если ей нужно было учиться у кого-то, то такой человек подходил лучше всего.

Шихору, вероятно, была избалована. Немного грубого обращения наверняка пойдет ей на пользу.

А Дедушка был тем ещё развратным извращенцем.

Дедушка сказал, что он был магом девяносто лет, но мужчиной уже больше ста, так что вполне естественно, что его мужские инстинкты одержали верх над интеллектуальным любопытством, духом открытий и стремлением к самосовершенствованию, которые приходят вместе с магией.

Она вроде бы понимала эту логику, а вроде бы и нет. Нет, она понимала, что он говорит; Это было просто, эм, супер грубо. Если бы существовал человек, все еще одержимый плотской похотью в возрасте более ста лет, Шихору могла бы только думать, что он был бы монстром. Так почему...?

Была только одна вещь, которая могла бы быть достаточной причиной: то, что сказала Ёрука.

Его учение, несомненно, станет бесценным подспорьем для тебя как мага. Возможно, сейчас ты этого не понимаешь, но со временем поймешь.

Правда, теперь она совершенно ничего не понимала.

Однако она чувствовала, что Волшебнице Ёруке можно доверять гораздо больше, чем Дедушке. Потому что Дедушка был лжецом, а Ёрука, скорее всего, нет.

Ёрука сказала ей, что, если Шихору окажется не в состоянии справиться с поведением старого болвана, она будет готова взять на себя роль ее инструктора до конца основного обучения. Но это также можно было истолковать как её совет, что если она может стерпеть его, то будет лучше, если Дедушка обучит её.

Это наводило на мысль, что начальная подготовка Дедушки будет иметь достаточную ценность, чтобы его стоило терпеть с неприятным обращением.

И было еще кое-что. Если бы Шихору выбрала обучение у Ёруки, то наверняка означало бы, что ей придется сидеть рядом с Адачи. В какой-то степени она хотела этого избежать. С таким типом людей, которые считают себя гениями, но на самом деле остры и смотрят на других свысока, ей было трудно иметь дело. Даже находиться рядом с ним было невыносимо.

— Я не...сделаю вам массаж — возразила Шихору. — Я имею в виду, что не могу.

— Только один разооочек – всё в порядке. Если бы ты хоть чуть-чуть дотронулась до тех мест, о которых я тебе говорю, было бы прекрасно.

— Я уверена, что вы планируете заставить меня прикасаться к вам в самых странных местах... так ведь?

— Странные места, например, гдееееее? Не могла бы ты мне сказать? Ну что, девчуля? Где? В каком месте? Про какие места ты говоришь?

— Я-Я не знаю! Откуда я могу...?!

— Ой, ты такааааая милаааашка. Все больше смущаюсь. Девчуля, ты милаааашкаа. Увехехех!

— Я-Я совсем не милая! — воскликнула Шихору. — Я-Я... т-толстая...

— Нвехехех! У тебя действительно есть немного мяса на костях, девчуля.

— Я-Я знаю. Вот почему я сказала вам, что я толстуха...

— Это не то, о чем тебе следует волноваться — Дедушка ухмыльнулся. — Это приходит с молодостью. Кроме того, твоё мясо хорошего качества. К нему будет приятно прикоснуться. Ехехехехехе...

— Урррррррррр...! — Шихору почувствовала озноб.

Но...

Лицо Шихору было опущено, но губы тайком приподняты.

Она победила.

Шихору преодолела это испытание.

— Гуфуфуфуфуфу... Нухухухухухух... Хахх! Ха! Ха! Ха! Ха...! Хаххххх...

Дедушка испустил слишком громкий вздох.

— Почти уже закончил, хух.

Да. И это было правдой.

Дедушка использовал каждый шанс, чтобы попытаться дотронуться до Шихору, заставляя её дотронуться до него, сказав непристойные вещи и заставив ееёсказать их, так что её основное обучение, казалось, длилось целую вечность, но, наконец, оно закончилось.

Оглядываясь назад, вспоминая время, которое она провела на лекциях Дедушки, пронизанных непристойными историями, когда она узнала об элементалях и магии, времена, когда она медитировала перед стариком, который был воплощением отвлечения, времена, когда она практиковалась в создании простых заклинаний под его злым руководством, все это были хорошие воспоминания—это была одна вещь, которую она никогда бы не сказала, даже под страхом смерти, но они были, по крайней мере, немного ей на пользу.

По крайней мере, это было чувство выполненного долга, которое пришло вместе с тем, что она пережила.

Вряд ли она когда-нибудь снова пройдет через что-то столь неприятное.

Может быть, это и не было хорошим воспоминанием, но это был хороший опыт—возможно.

— Дедушка... спасибо, что позаботились обо мне. — поблагодарила Шихору.

— Со своей стороны, я бы хотел, чтобы ты продолжала "заботиться" обо мне, девчуля...

— Я-Я пас.

— Тебе следует отказаться от этой затеи с Солдатами-Добровольцами, девчуля. Это не что иное, как опасность. Это тебе не идет.

— Я ценю вашу заботу, но...

— Конечно, я беспокоюсь! Что я буду делать, если моя девчуля пострадает?! Когда я думаю о ранах на этом молодом, гибком теле...

— У-У меня есть товарищи, о которых нужно думать.

— Девочка, а что, если тебя изнасилуют орки или гоблины, то зачем?.. Я был бы немного, нет, очень! Очень возбужден!

— ...Спасибо еще раз.

— Моя девчууууууля! Оххххх! Я-Я не могу этого вынести...!

— Я не ваша....

— Довольно! — Дедушка вдруг вскочил со стула. С быстрыми движениями, совсем не похожими на движения человека, которому было 107 лет. Он был так энергичен, что это пугало. — Девчуля! Я бросаю тебе вызов!

— ...Что вы сказали?

— Стреляй в меня магическим снарядом!

— А? Н-Но... Это...

— Не стоит недооценивать меня из-за моего возраста, девчуля! Я покажу тебе разницу в уровне между нами как магами!

— Р-Разница в уровне...? Но я только что вступила в гильдию... Я знаю только одно заклинание, здесь нет никаких проблем...

— Все в порядке, просто стреляй! Я покажу тебе, что такое истинная магия!

— ...Истинная магия?

Это привлекло её внимание, хотя бы немного.

Волшебница Ёрука уже упоминала об этом раньше. Дедушка был одним из немногих Магов в Гримгаре, кто достиг истинной магии.

Что же это была за истинная магия? Шихору понятия не имела. Но Дедушка сказал, что теперь он будет учить её.

Возможно, она еще ничего не понимала, но, как сказала Ёрука, это может стать для неё ценным приобретением и однажды пригодиться.

— Л-Ладно!

Шихору взяла свой тренировочный посох, прислоненный к столу, и встала.

Дедушка откинулся назад и посмотрел на Шихору сверху вниз. Из-за его преклонного возраста казалось, что он может подвернуть спину, если не будет осторожен, но он всё ещё мог стоять прямо, если бы попытался.

Кроме того, несмотря на то, что ему было больше ста лет, Дедушка был высоким. Он должен был быть выше 180 сантиметров. Должно быть, он также немного уменьшился, так что в молодости был еще выше. На первый взгляд его было трудно разглядеть из-за совершенно белой бороды и бровей, но кожа его блестела.

У него было невероятное чувство превосходства.

Шихору почувствовала, что задыхается. Её руки дрожали. Дедушка запугивал её.

— Такой шанс выпадает нечасто, девчуля. — усмехнулся Дедушка. — Давай повторим твой последний урок. Расскажи мне о четырех типах элементалей.

— Пылающий Arve, леденящий Kanon, электрический Falz и тёмный Darsh.

— Всё верно. Arve подобен пылающему красному пламени.

Когда Дедушка сказал это и поднял правую руку, на его ладони неожиданно появился огненный элементаль, Arve.

— Канон похож на снежинки.

Тайна продолжалась. Arve исчез, и появился Kanon - или, скорее, со взгляда Шихору, Arve превратился в Kanon.

— Falz подобен молниям.

Kanon превратился в крутящееся электричество.

— Darsh похож на тёмные черные массы морских водорослей.

Наконец электрический разряд превратился в чёрный шар.

— Это четыре формы элементалей. Запомни их хорошенько, девчуля. Элементали повсюду. Они, по-видимому, питаются силой наших духов, нашей магической силой и через нее проявляют свою силу.

— Я-Я знаю. Вы уже научили меня этому.

— Ты очень серьезная, девчуля. Очень похожа на Ёруку. Однако ты не должна подражать ей. Она слишком упряма. Ёрука и сама это понимает, но не может отбросить свои принципы. Чтобы стать магом, ты должна изучать так же глубоко, как глубины земли, но также парить так же высоко, как в небесах. Но даже зная это, сделать это будет нелегко. Ты понимаешь это, девчуля?

— ...Д-Да.

— Почему все Маги изучают магический снаряд как своё первое заклинание? Это и есть ключ. В каком-то смысле тебе это было дано с самого начала. Теперь тебе предстоит вставить ключ в замочную скважину, повернуть его, отворить замок и открыть дверь.

— Ключ... — повторила Шихору.

— Правильно. А теперь повернись ко мне лицом и выпусти волшебный снаряд.

— Mark...

Словно пытаясь втянуть их в себя, Шихору начертила своим посохом знаки стихий и произнесла заклинание.

— ...em Parc!

Свет собрался на конце её посоха и образовал бусину. Элементаль показал свою форму.

Но что это был за элементаль?

На мгновение это сомнение мелькнуло в её голове, а затем она запустила магический снаряд в Дедушку.

Дедушка повернулся лицом к бусинке света. Darsh все еще лежал у него на ладони.

Шарик света и Darsh соприкоснулись. Нет - они... смешались?

Они стали одним целым, а потом стали чем-то другим.

Он был близок к зеленому по цвету, круглый, и из него росли маленькие ручки и ножки.

Было неясно, что это было на самом деле, но какое-то время оно покачивалось в руке дедушки, затем, словно выгорая, замерцало… и исчезло.

— Девчуля. — Дедушка сел в своё кресло.

Она не могла себе представить, что это было только потому, что он сел, но Дедушка внезапно стал намного, намного меньше.

— ...Нет, Шихору. Теперь ты - маг. У меня ничего не осталось, чтобы обучить тебя чему-то ещё. В следующий раз, когда ты придешь в Гильдию в поисках обучения, я доверю тебя волшебнице Ёруке. Я слишком стар для этого. Я хочу потратить то немногое время, что у меня осталось, на свои исследования. Ты - последний Ученик Волшебника Сэрая.

— Дедушка...

— Но, если потом ты позволишь мне немного потереть твою грудь, я бы снова мог заняться тобой.

— ...Нет, я попрошу Волшебницу Ёруку обучить меня. Со мной все будет в порядке, спасибо.

— Хм — с сожалением произнес Дедушка. — Неужели это так? Какой позор.

9. Мой Дом Родной

— Как тебе, Юме? — спросил Мастер.

— Да, да! Чувствую себя супер!

— О-Ох, правда?

— Фуааа... Прям таю...

— В-Все в порядке, да?

— Уверена, что... Ннннгх... Это невероятно. Фунюхххх...

— Знаю.

— Хафууух...

Было так хорошо, что она больше не понимала, что происходит.

Температура воды была идеальной.

В Гильдии Охотников была купальня. Он была устроена так, что вы наливаете воду в каменный таз, затем разжигали огонь и нагревали его. Юме, конечно, помогала черпать воду, но Мастер был тем, кто её подогревал. На самом деле сейчас он находился снаружи купальни, регулируя уровень огня.

— Простите, Мастер. Юме вошла первой... Обычно ей кажется, что это вы должны были принять ванну первым. Быть Мастером и все такое.

— Т-Ты настоящая дурёха. — сказал Мастер. — Все нормально. Во всяком случае, я не очень разбираюсь в ваннах и тому подобных вещах. Я просто хочу очиститься и покончить с этим. Но ты, ну, ты, э-эм… девушка, в конце концов.

— Мастер, вы очень любезны — засияла Юме.

— Н-Нет, я не такой. Никто никогда не говорил мне такого раньше.

— Тогда это загадка. Мастер, вы такой хороший.

—Я бы не стал говорить такое кому попало...

— Нях? Мастер, вы только что что-то сказали?

— Ничего не говорил! Тебе послышалось.

— Ох! — Юме закрыла глаза. Она расслабилась. — Мастерррр?

— Ч-Что?

— Юме, её...

— Д-Да?

— ...её клонит в сон.

— Урх, т-ты собираешься спать?! Т-ты можешь утонуть, понимаешь?!

— Если что-то подобное произойдет, что Юме будет тонуть, Мастер, спасите её, хорошо?

— О-Обязательно! Нет, не заставляй меня спасать тебя, ладно?!

— А почему бы и нет?

— Е-Если мне придется спасать тебя, это значит, что мне придется пойти туда, и если я это сделаю, ты будешь в ванне, так что, э-эм, я увижу тебя такой какой ты сейчас, и это действительно нехорошо. Я имею в виду, что я твой «отец», нет, это не так... Э-Эй?! Юме?! Ты ведь не спишь, правда?!

— Мяууу. Юме проснулась.

— ...Проснулась? Хорошо. Как там вода? Она ведь не теплая, правда?

— Возможно, стало немного горячее.

— Ты уверена, что не пробыла там слишком долго? Может быть, тебе пора выходить.

— Не получится.

— У тебя же мозги вскипятятся!

— Но все же!

— Что?

— Как только Юме выйдет из ванны, все будет кончено, верно?

— О чём ты?

— Её базовое обучение у Мастера.

— А в чём тут проблема? — возразил он. — Это наконец-то подойдет к концу!

— Разве вам не понравилось, Мастер?

— Хм... эм... понравилось? Не я. Сейчас не время для веселья и игр. Я ведь твой отец, ты же знаешь.

— Ах, да? Что ж, Юме повеселилась. Ох, и, хотя она не уверена, что это значит, Юме станет Солдатом-Добровольцем после этого, верно? Стажером.

— Да, совершенно верно.

— Юме немного задается вопросом-совсем немного, думает – что же с ней будет в дальнейшем.

— Ну, для тебя нет ничего странного в том, что ты чувствуешь себя тревожно.

— Не то чтобы тревожно.

— Ты не волнуешься? — спросил Мастер. — Я очень волновался. Правда это было очень давно, так что я точно не помню, но думаю, что сильно волновался.

— Хм. Что бы это могло быть? Юме, она действительно не знает, волнуется она или нет.

— Это так на тебя похоже. — вздохнул Мастер.

— Ах, правда? Юме такая?

— Именно так я и думаю. Мы вместе уже семь дней. По крайней мере, я тебя немного знаю.

— Мастер, вы пытаетесь понять Юме?

— Н-Немного, ладно? Немного. Немного...

— Знаете, это делает Юме вроде как счастливой. Юме, она не может выразить всё в словах так хорошо, хотя. В конце концов, она ничего не помнит из прошлого. Но все же она была с вами, занималась базовым обучением, верно? Поэтому она не знает, что сказать.

Юме поджала губы. Это было очень неприятно-не иметь возможности выразить это словами. Ей хотелось, чтобы в голове всплыло более подходящее слово.

— Юме. — вставил Мастер.

— Хухвах? Что такое, Мастер?

— Приходи в любое время.

— Нях...?

— Если что-нибудь случится. Ты можешь вернуться сюда в любое время. В конце концов, я твой отец. Так что, в принципе... ты можешь думать обо мне как об отце. Я буду рядом с тобой.

— Ахххх.

— ...Что?

— Юме только что поняла. Вот что это такое. Дом Мастера Юмы.

— Дом... — тихо сказал он.

— Разве это неправильно?

— ...Нет, если ты так считаешь, то все в порядке. Я для тебя как дом. Если так, то возвращайся, если у тебя будут неприятности.

— Угу. Юме обязательно вернется.

— Кроме того, пока у нас есть горы или леса, охотники обязательно выживут.

— Угу, угу! — сказала Юме. — Белый Бог Элхит-тян тут. И животные тоже. И много деревьев и травы. О, и Мастер тоже!

— ...Да.

— Мастер?

— Хм?

— Юме, она станет великим охотником.

— Но с луком ты немного безнадежна. — Мастер говорил так, словно слегка улыбался. — Но, зная тебя, ты сможешь ею стать. Ты будешь хорошим охотником.

— Хи-хи! — хихикнула Юме. — Мастер, Юме любит вас.

В версии с изображениями тут находится картинка.

10. Два

Закончив начальную подготовку, Юме снова встретилась с Рантой, Харухиро, Шихору, Манато, и все произошло так быстро.

Она была удивлена, что Ранта был Рыцарем Ужаса, когда он должен был стать Воином, но Могузо, который, как она думала, присоединился к другой команде, появился снова, и они смогли завербовать его, так что проблема была решена.

В первый же день на них напали крысы из ямы, и им нечего было показать, но благодаря Манато они нашли место для ночлега, и все было хорошо.

Лежа в постели в кромешной тьме комнаты, Юме шептала себе: "Они были хорошими?”

— А? — Шихору, лежавшая рядом с ней на кровати, очевидно, услышал её. — Ты что-то... говорила?

— Хм... Юме говорила?

— Д-Да.

— Да. Юме говорила, да?

— Хм... — Вот и все, а потом Шихору замолчала.

Юме ждала, что она скажет еще что-нибудь, но потом она начала уставать все больше и больше.

Когда она засыпала, Шихору открыла рот. — Э-Эм... Юме? Ты уже спишь?

— Не-а. Я еще не сплю.

— Ты устала, да?

— Да, немного.

— ... Извини. Можешь спать. Я больше не буду тебе мешать...

— Юме проснулась только что, так что можно поговорить, поняла?

— Эм... ух... Хотя это не так уж... действительно... важно.

— Ах, да? Ты ведь колебалась, не так ли?

— К-Колеблясь...? М-Может быть...

— Юме, когда она хочет что-то сказать, она обычно выпаливает это.

— Я-Я благодарна тебе за это. Я, эм... Я не очень хорошо умею говорить, так что...

— Ах, да? Ну что ж, тогда у Юме и тебя будет куча шансов сблизиться, а?

— Я думаю, мне бы это понравилось. Если ты не возражаешь насчет этого.

— Юме не возражает.

—О-Ох, хорошо. Мне было н-не по себе... Если бы с нами не было Манато-Куна... кто знает, что могло бы случиться?

— Оооо — сказала Юме. — Манато, говоришь? Он быстрый парень, и к тому же более свежий.

— ...Он быстр, и его личность освежает?

— Может быть, так оно и было?

—Он такой надежный, правда?

— Да, очень надежный.

— Он хороший парень. Действительно.

— Эй... Шихору? — спросила Юме.

— Ч-Что?

— Слушай, ты не против, если Юме будет спать с тобой?

— Хух...?

— Ты можешь отказаться, если не хочешь. Юме, она чувствует себя немного одинокой.

— Б-Буду не против?

— Ура!

Юме тут же подвинулась и легла рядом с Шихору. Их руки случайно соприкоснулись, когда она это сделала, так что она вроде как держала руку Шихору.

Шихору медленно отвела свою руку назад.

— Шихорууу — сказала Юме. — Как прошла твоя тренировка?

— Н-Ну... всякое случалось, но все прошло отлично. Хотя это было нелегко... Я думаю.

— Ах, да?

— А как же ты, Юме?

— Хм, ну, Юме было очень весело!

— ...А, понятно. Повезло тебе.

— Мастер Юме, он был такой хороший — радостно сказала Юме. — Он научил её разным вещам. Он оставался с ней все это время. Ох, и волкособы тоже были хорошенькими.

— А мой учитель был... Дедушка.

— Оооо. Шихору, у тебя был дедушка?

— Н-нет, дело не в этом... Я имею в виду пожилого человека. Ему было больше ста лет...

— Больше сотни, правда? Это ведь очень старый, правда?

— Но он все еще был, как бы это сказать...? С отклонением.

— Девиант, да?

— Это значит странный человек. Он был горсткой. Он был великим человеком… и я многому у него научилась, но… не знаю, можно ли ему доверять или нет.

— Шихору, тебе понравился этот дедушка?

— Я не думаю... ненавижу его. У него было много плохих моментов, но если бы ты спросила, ненавидела ли она его...

— Ну тогда. И это прекрасно.

— ...Все в порядке?

— Если ты решишь, что хочешь снова увидеть этого дедушку, ты должна пойти к нему. Вот что думает Юме.

— Я подумаю об этом. — сжалась Шихору, а после сжались еще сильнее. Стало очень тепло.

К тому времени, как она решила, что больше не может бороться с дремотой, Юме уже заснула.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Чувства Маски

В версии с изображениями тут находится картинка.

1. Одиночка

У этого человека не было имени.

И он не нуждался в нём. Он - одиночка.

У него не было лица.

Была лишь деревянная маска. Никто не знал, кто он на самом деле.

Возможно.

— Хочется... кушать... — пробормотал он.

Это была тихая ночь.

Человек в маске стоял перед одной из ферм.

Там был фермерский дом с соломенной крышей, склад с такой же крышей и, наконец, амбар, который, как вы уже догадались, тоже был с соломенной крышей. Это был довольно внушительный фермерский дом. Ферма была достаточно большой, чтобы в ней могли жить две, а то и три семьи, и огороженные поля были довольно широкими.

— Окей... Думаю, я справлюсь.

Человек в маске направился к амбару. Нет, не просто амбар, а огромный амбар. Разве амбары не называют великими? Что такое большой амбар?

Как бы то ни было, в тот момент, когда человек в маске положил руку на дверь амбара, который был больше, чем фермерский дом, он прошептал себе — Вау.

Она была не заперта. Неужели она откроется? Весь этот округ, это были только фермерские дома. Может быть, это просто сонная деревушка фермеров, поэтому они были беспечны? Или они просто забыли запереть дверь?

Он открыл дверь, изо всех сил стараясь не издавать ни звука.

Когда он вошел, то почувствовал звериную вонь. Маска мужчины была сделана вручную, и у неё, конечно же, были отверстия для рта и носа. Выживать, используя все свои пять чувств, был сильный стиль дикого человека в маске.

В амбаре были окна, и все были открыты. Благодаря этому не было такой уж темноты. Зрение человека в маске было обострено, и даже ночью он чувствовал себя вполне прилично. Это позволяло ему свободно передвигаться по амбару.

Там было три ганаро 5 , похожих на коров, и две маленьких, но крепких лошадок. Ганаро были по одному в загоне, в то время как лошади были все вместе в одном, но все животные молчали.

Там же был загон, где была разложена солома или, скорее, навалена куча, но внутри не было видно никаких животных.

Для чего эта ручка? Она была широкой. Может, коровы? Их было больше десяти, возможно около двадцати, овец, собравшихся вместе.

Одна из лошадей заржала, и ее губы захлопали.

Человек в маске подпрыгнул, но не испугался. Нисколечки. Думаете, он так легко испугается? Вы идиоты.

Лошади навострили уши и смотрели на человека в маске. Хотя они все еще были осторожны, они не решили, что он был подозрительным человеком. Глупый скот. Такой послушный и воспитанный.

Овцы привлекли его внимание. Но они были немного великоваты. Человек в маске вошел еще глубже.

Там был еще один низкий, широкий загон. Птицы. Он заполнен ими.

Мужчина присел на корточки, просунул руку в щель и слегка улыбнулся под маской.

— Дэдихосы, хух? Они красивые и пухлые.

Их пух был пепельно-серым, и они напоминали уток. Нелетающая птицы. Нет, не совсем так. Орки подрезали им крылья, лишив их возможности летать. Иногда они переламывали им глотки, так что те еще и не могли кричать.

Эти дэдихосы были ужасно тихими. Они, должно быть, заметили человека в маске, но сидели неподвижно, сбившись в кучку. Должно быть, это были именно дэдихосы, лишенные возможности кричать.

— Возьму-ка себе одного. — человек в маске сунул руку в загон. Он попытался поймать дэдихоса.

В последний момент его рука резко остановилась.

Он встал и повернулся, сжимая правой рукой рукоять катаны, висевшей у него за спиной. Он её пока еще не вытащил.

— ...Показалось? Нет...

Человек в маске оглядел здание.

Из загона, в котором не было ничего, кроме соломы, наваленной в кучу—по крайней мере, он так думал—там было торчащее лицо.

Что же это было?

Человек? Нет.

Но, вероятно, и не орк.

— Гумов 6 , хух. — тихо пробормотал человек в маске.

Очевидный гумов сказал — Zugebeshy ... 8 — или что-то в этом роде.

Конечно, это была полная чушь. И вообще, что он здесь делает? Это был амбар для скота . Живет ли он здесь? Счастливо, со всеми своими друзьями-скотоводами?

Ну, может быть, это и не было невозможно.

«Гумов» был общим термином для потомства, полученного, когда мужчина-орк заставлял человеческую женщину или женщину другой расы рожать его детей. Их положение в обществе было низким. Говоря прямо, они подвергались дискриминации.

Человек в маске продолжал держать рукоять своей катаны правой рукой, подняв указательный палец левой руки и поднеся его ко рту маски.

— Tcc... Ты ведь понимаешь, что это значит? Соблюдай тишину. Понял?

Гумов застыл на месте. Никакой реакции.

Нет... может быть, он был очень напуган и не мог ответить?

Человек в маске прищелкнул языком. — Это никуда не годится...

Хм, или так оно и есть? Все нормально-может быть? Да. Конечно.

Человек в маске снова присел на корточки. Из осторожности он не убрал руку с рукояти своего оружия, а левой потянулся внутрь загона.

Дэдихоса, которого он схватил за горло, издал крик: — Гве! — остальные дэдихосы вздрогнули или захлопали крыльями, подняв небольшой переполох.

Человек в маске проигнорировал их, вытащил свою цель, дэдихоса, и держал его в руках.

— Хе-хе. Хороший мальчик.

У него текли слюнки. Парень облизнул губы под маской и отошел в сторону. Он не побежал. Потому что он никуда не торопился. Проще простого. Для него это была подпорка.

Гумов смотрела на человека в маске и жадно глотал солому, но все было в порядке.

Не волнуйся, ладно? Я ничего тебе не сделаю. Человек в маске попытался спокойно пройти мимо загона.

А потом случилось это.

По другую сторону той же перегородки стояли еще четверо? Пятеро? Их было пятеро. Все пять гумов одновременно высунули головы.

Что, что, что, что? В тревоге подумал человек в маске. Вы что, повыскакивали? Я имею в виду, вы всё время были там? Вы там, скажите что-нибудь. А иначе откуда мне знать?

В конце концов один из гумов крикнул — Wagansakah! — пронзительным голосом.

Ох, вот это беда.

— Ты маленький заср... ты... Ох, черт возьми...!

Он хотел крикнуть — Заткнись, маленький засранец! — чтобы заткнуть его, но другие гумовы тоже начали поднимать шум. Дэдихос метался в руках человека в маске.

Что ж, пошло всё к черту.

Человек в маске побежал. Вжух , как ветер.

Когда он вылетел из амбара, хорошо сложенный орк как раз выходил из дома.

— Gazza?! Waganda?! — крикнул орк.

Орк держал в руках сельскохозяйственное орудие с длинной рукояткой, которое вполне могло послужить оружием.

Выглядит опасным. Не ничего опаснее этого.

— Неужели придется убить его..?!

Человек в маске заколебался, но остановился и обернулся. Хотя он мог бы взять его с собой. Он мог бы, но если бы он убил каждого, которого смог, орки бы вымерли, понимаете? Человек в маске на самом деле был полон любви, поэтому он убежал.

Орк побежал за ним, крича что-то по-оркски. Оглянувшись, он увидел, что орков стало больше. Не просто два или три. Орки, вооруженные сельскохозяйственными орудиями, один за другим выходили из фермерских домов, в то время как гумовы выбегали из амбаров.

— Что, теперь это полное наступление?!

Человек в маске перепрыгнул через забор и побежал через пшеничные поля.

Голод пожирал его изнутри.

Впрочем, в этом не было ничего особенного.

Красная луна висела в ночном небе над его головой.

Куда теперь направится человек в маске?

В версии с изображениями тут находится картинка.

2. Милосердие

У этого человека не было имени.

И он не нуждался в нём. Он - одиночка.

Солнце уже давно взошло.

Человек положил свою маску к своим ногам, когда он сидел перед костром.

Он оторвался от преследователей и пересек гору, так что теперь он должен быть в безопасности. И все же он не терял бдительности. Таков был этикет человека-одиночки.

— ...Но разве это этикет? — пробормотал он.

Мужчина склонил голову набок. У него было чувство, что это как-то неправильно, но все равно. Он не стал вдаваться в подробности. Таков был этикет зрелого мужчины с тоннами самообладания.

Мясо и внутренности дэдихоса, которого он разделал, готовились на огне, и ароматный запах возбуждал его аппетит.

— Все почти готово — сказал он себе. — Нет... еще немного, а?

Он никогда не мог насытиться этим временем.

Тем не менее, он никогда не мог перейти на перерыв. Именно в такие моменты все могло пойти наперекосяк.

— Честное слово, какая боль — раздраженно пробормотал он.

Даже когда он это сделал, губы мужчины улыбались. В конце концов, самообладание жизненно важно.

Мужчина надел маску и схватился за катану. Долго искать ему не пришлось.

В кустах, метрах в семи-восьми от человека в маске, что-то или, скорее, какое-то человекоподобное существо смотрело на него.

Оно сидело на корточках, но более того, оно было маленьким. Скорее всего, не орк. Гумов, да? Наверное, ещё и ребенок также.

— Выходи! — позвал человек в маске.

Но ответа не последовало. Он дрожал. Ему было страшно? Даже ребёнок-гумов должен был понимать истинную силу человека в маске и угрозу, которую он представлял.

А может, и нет.

Человек в маске положил катану на землю и поднял руки.

— Смотри. Я не собираюсь тебя убивать. Ладно? А теперь убирайся отсюда или проваливай, выбирай сам. Решай быстро. Если мясо сгорит, даже такой мягкий парень, как я, взбешусь. Серьезно.

Вскоре из кустов выполз малыш гумов. К человеку в маске он не приближался. Он стоял в трёх метрах от костра, съежившись от неуверенности.

Ну, неважно. Это не моя проблема.

Пока это происходило, дэдихос был готов, чтобы съесть. Человек в маске сдвинул маску, вонзив зубы в жирное мясо бедра.

— Ох, хох...

Восхищение звенело в его голове, и это было просто головокружительно.

— Здесь нелегко ловить всякую дичь, таких как оленей и им подобное. Скорее всего, орки затравили их всех до полного исчезновения. Эти парни не знают значения слова «сдержанность» ... Но, вау, это хорошо. Серьезно.

Мальчик-гумов уставился на человека в маске.

Судя по росту, ему не было и десяти лет. На нем была поношенная, грязная одежда, сшитая из грубого материала, а еще он был босым. Его кожа была скорее пурпурной, чем зелёной, но трудно было подобрать слова, чтобы описать его цвет. Он был истощен, его конечности были чуть больше палок.

Малыш-гумов жалобно держался за живот. Все это время он держался за живот. Сейчас он смотрел не на человека в маске, а на бедро дэдихоса.

— Сейчас я тебе кое-что скажу — прорычал человек в маске. — Ты не получишь и кусочка.

Человек в маске отполировал оставшуюся часть бедра и отбросил палку, которую использовал в качестве вертела.

Малыш жадно уставился на палку, влажную от жира.

— ...Что? Ох, хорошо.

Человек в маске дал малышу гомову крыло. В конце концов, он был человеком, переполненным любовью, поэтому время от времени делал подобные вещи.

— Держи... — встревоженно сказал человек в маске.

Морщинистое лицо мальчика из гумовов, который разрывал крыло, которое он ему дал, не выказывало никаких признаков интеллекта. Это было животное. И к тому же уродливое.

Если бы кто-то привык видеть орков, он мог бы начать думать, что орки выглядят крепкими и крутыми, но эти парни, в которых текла их кровь, были тощими. Их скулы странно выпирали, лбы были наклонены, а подбородки были крошечными.

— Дружище, вы такие уродливые... — ухмыльнувшись, человек в маске вернулся к еде.

Там было еще одно бёдрышко. Потом была грудинка, другое крылышко, шейка и внутренние органы.

Мальчик-гумов быстро управился с крылышкой, лизнул палочку и устремил страстный взгляд на человека в маске.

— Ты придурок. Это все, что ты получишь. Я тоже умираю с голоду, и это первая приличная еда, которую я получил в свои руки за долгое время.

Он не думал, что малыш-гумов понял его слова, но тот опустил плечи.

Человек в маске впился зубами в бедро и щелкнул языком. — Ладно, во-первых, парень ты или нет, но ты должен уметь что-то делать сам. Если ты ничего не умеешь, то просто спокойно жди, пока Скуллхелл не возьмет тебя в свои объятия. Так уж устроен этот мир. Это в последний раз, хорошо? Я серьезно, ясно? Что выберешь...?

После тщательного обдумывания он выбрал желудок. Это была любовь. Да, любовь.

— Здесь. Ешь.

Когда он забрал желудок у человека в маске, малыш-гамов издал радостный крик, который был близок к крику.

— Если бы только твой голос был немного симпатичнее. Тогда, может быть, даже у вас, ребята, появился бы шанс...

Малыш-гамов, конечно, почти не слушал. Он быстро проглотил крыло, но желудок он осторожно, осторожно откусывал понемногу.

— Хех... — человек в маске усмехнулся. — Теперь всё остальное-мое...

Он хотел сосредоточиться на еде, но даже при том, что он наслаждался дэдихосом, он никогда по-настоящему не расслаблялся. Всегда настороженный и готовый к ответить, наблюдающий за всем вокруг и держащий уши навостро, это было его второй натурой.

Глядя на пацана-гамова, который грыз передними зубами, словно мышь, а после на желудок, который теперь был размером с кончик его мизинца, он обратил внимание на его запястья, лодыжки и шею. Парень, должно быть, был связан. Человек в маске заметил следы, оставленные этими узлами.

— Откуда ты взялся? — спросил он.

Парень из гумовов на мгновение задержал взгляд на человеке в маске, но это было всё. Ответа не последовало. Он никак не мог ответить, ха.

— Да, наверное, ты меня не понимаешь. Ты крепостной... Нет, раб? Я догадываюсь, что твой добрый хозяин решил не освобождать тебя. Почти уверен, что ты сбежал... а это значит, что они придут за тобой, не так ли?

Человек в маске схватил свою катану и встал.

Парень-гумов съежился.

Собаки.

Слышен лай собак.

Йип, Йип, Йип, Йип!

Человек в маске посмотрел на свой костер. Чем потушить огонь, ему лучше убраться отсюда.

Когда он схватил малыша за руку и потянул, тот покорно поднялся на ноги.

— Мы уходим. — резко сказал человек в маске.

Хрустящий шампур для шеи дэдихоса всё еще оставался. Он снял его с палки, отдал малышу-гумову, и они ушли.

Малыш-гумов последовал за человеком в маске, держа во рту мясо шейки. Это должно было быть отчаянно. Это было не быстро, но и не так уж медленно. Возможно, в результате он был истощен и недоразвит, и на самом деле не так молод, как выглядел.

За ними гнался собачий лай. Он хотел оторваться от них, но они приближались.

— Похоже, мы не выиграем гонку с этими щенками...! — человек в маске внезапно остановился и оттолкнул мальчика-гумова. Он тут же вытащил свою катану.

Из просвета между деревьями выскочила собака. Его спутанный мех был черным, с серыми и коричневыми пятнами. Это была порода орков, которых часто держали в качестве охотничьих собак - орочий пёс, если хотите.

Орочий пёс не нападал. Он просто лаял как сумасшедший. Он указывал своему хозяину, где находится добыча.

— Персональный навык, Молниеносный...

Человек в маске прыгнул сначала вправо, потом вперед. Потом, наконец, назад.

Двигаясь в форме квадратной скобы на большой скорости, он одним взмахом меча обезглавил собаку орка.

— Удар! * ...Черт. Я так крут.

Пока он пел себе хвалу, в него влетела стрела. Но не только один. Два. Нет, три.

— Персональный навык, Затмение! *

Человек в маске скользнул в сторону, размахивая катаной, и срезал две стрелы.

Он пропустил только одну. Или, вернее, та с самого начала была не по плану.

— Гуах!

Раздался голос у него за спиной.

Парень из гумовов согнулся колачиком.

Стрела. Она попала в него.

Не повезло , вот и все, что мог сказать человек в маске.

Его грудь. Стрела попала малышу-гумову в грудь.

Человек в маске уже собирался броситься к малышу-гумову—

Нет, я не могу, они приближаются .

Опять! Еще три стрелы!

— Персональный навык... Вяленая Скумбрия?! *

Это имя он придумал на лету. Меч этого человека случайно нарисовал 〆, первый символ шиме саба , вяленой макрели.

Он блестяще сбил все три стрелы, затем посмотрел в ту сторону, откуда они прилетели.

Орки. С голубыми волосами. Трое из них с луками наготове.

— Comeisme! — на языке Нежити человек в маске осмелился напасть на него оркам.

Оркский все еще казался для него тарабарщиной, но языком Нежити он владел, по крайней мере, в некоторой степени. Более чем небольшое количество орков говорило на языке Нежити.

Орки натягивали тетивы со стрелами. Человек в маске рванулся вперед на полной скорости.

— Персональный навык, Мерцание Небес! * — человек в маске появился и исчез, а после исчезновения снова появился.

Очевидно, на самом деле он не исчезал и не появлялся внезапно из ниоткуда. Он намеренно двигался в противоположном направлении и делал намеренно неестественные двойные движения, чтобы все выглядело именно так, а также использовал деревья. Это создавало иллюзию, что он появлялся и исчезал, делая это подлинным навыком.

— Dansuda, nnbode?! — орки были взволнованы и не выпускали стрел.

— Персональный навык...

Человек в маске приблизился к оркам.

— ... Убийственное Поле! *

Он отрубил руку первому орку, а затем сразу же схватил меч орка левой рукой. Орки всегда носили второстепенное оружие как короткий изогнутый меч.

Он разрубил второго орка на куски своей катаной и коротким мечом первого орка. Затем, не теряя ни секунды, он метнул короткий меч орка в третьего орка.

Короткий меч орков вонзился в лоб третьего, нанеся удар !

Теперь, чтобы закончить, был только полубессознательный первый орк, у которого отсутствовала рука. Если орк просто стоял там в оцепенении, то он представлял для него не большую угрозу, чем любое из деревьев.

Человек в маске ослабил напряжение в плечах, затем осторожно обезглавил орка.

— Хм. Вы не слишком искусны. Просто кучка головорезов, нанятых фермерами...?

Человек в маске взмахнул катаной, чтобы стереть с неё кровь, прежде чем вложить клинок в ножны, а затем быстро обыскал их имущество.

Девять медных монет использовались в качестве валюты между орками и нежитью. В остальном - только мусор.

Когда он вернулся к малышу-гумову, тот пытался вытащить стрелу из своей груди.

— Ты дур… - прекрати это!”

Он попытался остановить его, но было уже слишком поздно. Малыш-гумов вытащил стрелу, и из раны хлынула кровь.

— Оу! Оах?! — малыш гумовов реагировал не столько на боль, сколько на шоковую панику.

— Успокойся! — человек в маске оторвал часть от своего изодранного плаща.

Было бы лучше, если бы у него была чистая тряпка, но с этим придется смириться.

Он прижал оторванный кусок от своего плаща к ране парня-гумова. Пока он смотрел, она стала темно-красной.

— Держи его здесь. Понимаешь? Держи здесь. Хорошо?

Увидев, что парень из гумовов кивнул, человек в маске вытащил кожаный мешочек из сумки, висевшей у него на плече. В мешочке лежало несколько лекарственных трав. Он размолол одну из них руками, и оттуда распространился освежающий, но немного горьковатый запах.

— Это лекарство. Ле-карс-тво. Medosun . *

— ... Saraza ? *

— Не знаю, но, наверное, так оно и есть. Это остановит кровотечение. Stop, blood . ’Kay? * Я её намажу.

Человек в маске безжалостно приложил раздавленную траву к открытой ране малыша-гумова.

Парень из гумовов застонал и дернулся, но каким-то образом сумел стерпеть.

— Больно, а? — сказал человек в маске. — Ну, смирись с этим. Stand pain . ’Kay? *

— ...Ай.

Парень из гумовов, должно быть, привык терпеть боль. Возможно, это не относится ко всем, но, если вы родились и выросли как гумов, у вас нет другого выбора.

Парень оторвал еще несколько кусков от своего плаща. Он накрыл кусками рану, в которую втирал лекарство, а затем обернул сверху ещё. Он завязал узел, чтобы убедиться, что он не развяжется.

— Отлично. Это выглядит более или менее хорошо. Но я не могу оставаться здесь вечно. Вероятно, их будет еще больше... Проклятье. Похоже, у меня нет выбора.

Человек в маске переложил катану и сумку со спины на грудь и опустился на колени перед малышом-гумовом.

— Эй, вставай. Ride, back, me . *

Гумов был явно в замешательстве.

— Поторопись с этим. Эй, hurryap!

Когда он несколько раз громко подбодрил его, малыш-гумоов наконец забрался мужчине в маске на спину.

— Зачем я это делаю...? — пробормотал человек в маске.

Даже как он это сделал, он продолжал бежать.

Должно быть, малышу-гумову было очень больно, но он крепко вцепился в спину человека в маске. Он не был тяжелым. Во всяком случае, было обманом.

Ладно, это была ложь. Да, он был тяжелый, понятно?

— Что я делаю...? — человек в маске почувствовал, как его охватывает смех.

Ему хотелось закричать во весь голос.

Что я здесь делаю?! Серьёзно, серьёзно, серьёзно!

Конечно, он не станет кричать. Человек в маске не был дураком.

— Неужели я верен своему собственному сердцу...?

Он напряженно думал об этом.

Вскоре он нашел ответ. Затем человек в маске кивнул.

— Ну, тогда никаких проблем.

3. Имя

У этого человека не было имени.

Никакого лица.

Никто не знал истинной личности, скрывавшейся под его резной маской.

Некоторые считали, что её вовсе может и не быть. Возможно. Я имею в виду, почему бы и нет? А как думаете вы?

Человек в маске снял ботинки и встал посреди реки.

Не очень большая река. Поток. Возможно, из-за недавнего отсутствия дождя, но вода доходила человеку в маске только до пояса, и течение было относительно слабым.

Человек в маске просто стоял там, как кусок пойманного плавника или что-то в этом роде.

Это были вещи, о которых он не думал:

Почему?

Становлюсь ли я единым с природой?

Это естественно?

Вместо этого его голова была почти пуста.

Почти свободен от мирских мыслей.

Внезапно он пошевелился.

Человек в маске слегка присел, сунув правую руку в воду.

Без всяких усилий он схватил рыбу.

Левой рукой он поймал другую.

— Персональный навык, Рука Бога * ... Или как-нибудь ещё.

Мужчина издал громкий победоносный смешок и выбрался из реки.

Человека, который всего несколько минут назад пребывал в состоянии, свободном от мирских мыслей, нигде не было видно, но можно было сказать, что он был един с природой. Может быть, я думаю?

Малыш-гумов сидел на берегу реки. Его бледность была, ну, трудно было сказать, хорошо это или плохо. Цвет его кожи был таким, какой он есть, и это не было ясно. Хотя, наверное, это было не очень хорошо.

Плечи парня из гумовов вздымались, и по ним струился жирный пот.

Человек в маске бросил куда-то две рыбины и принялся разводить костер. — Это место оказалось настоящей находкой, да? Эти орки охотятся на зверей и рыбу без всяких ограничений. Это не экологично, а эгоистично. Эго, а не эко... эй, а это звучит как-то умно, если я сам так говорю! Я должен отдать им должное за это. Что ж, действительно говорят, что они были вытеснены человеческими силами в Пустыню Нехи*, в Плоскогорье Падающего Пепла*, в Равнины Плесени* и некоторые другие пустоши. Наверное, это заставляло их ловить буквально всё, что можно было поймать, и когда была такая возможность, они ловили больше, чем им нужно. Видишь, я понимаю. По крайней мере, я могу понять их чувство.

Малыш-гумов молчал. Он дрожал как сумасшедший. Казалось, это было всё, что он мог сделать, чтобы сдержать боль.

Человек в маске развел костер, насадил рыбу на шампуры и достал из сумки соль.

— Та-да! По-настоящему такое можно достать только в городах. Я храню его для особых случаев.

Щедро посыпав каждую рыбу солью, он начал с того, что поджарил её снаружи, поближе к огню. Как только кожа полностью высохла, оставалось только подкармливать костер растопкой и ждать.

Как только рыба перестала капать влагой, можно было с уверенностью думать, что они закончили.

Мужчина сдвинул маску в сторону и впился зубами в хорошо прожаренную рыбу.

— Ого! Она... хороша!

Дымящееся горячее мясо было восхитительно. Горечь внутренностей придавала ему некоторую остроту. Потом чувствовалась соль.

Здесь я хотел бы воспользоваться моментом, чтобы выразить свою веру в превосходство соли. Весь мир должен склониться перед солью. Соль - наш спаситель. Другими словами, вкус соли всемогущ. Независимо от того, есть у вас этот соленый вкус или нет, все меняется.

Человек в маске протянул вторую рыбу малышу-гумов. — Эй.

Малыш-гумов уставился на жареную рыбу, просто слабо покачав головой.

— Просто съешь её уже. —человек в маске сунул палку, на которой была насажена жареная рыба, в руку мальчика из гумовов.

Малыш-гумов слегка откусил кусочек жареной рыбы. Его потное лицо расплылось в улыбке. — ... Goo .

— А ты что ожидал? Съедай всё. Это твоя доля.

Человек в маске жадно пожирал свою рыбу. Не только кожу и плоть; он сломал кости между зубами и проглотил их тоже. Малыш-гумов ел свою рыбу по одному кусочку за раз, смакуя её.

— Когда-нибудь мы все попадём в объятия Скуллхелла. — сказал человек в маске. — Сегодня может быть тот самый день. Но все же, если ты можешь есть, ешь. Ты должен жить, пока не умрешь.

В конце концов, за долгое время малышу-гумову удалось отполировать всю рыбу.

Человек в маске похлопал малыша по голове и сделал ему комплимент. Малыш гумов казался счастливым и даже гордым.

Человек в маске взвалил малыша на спину и зашагал прочь.

На Юг.

Человек в маске направлялся на юг.

Где же он находился? Он знал, что это, по крайней мере, территория орков и нежити, но человек в маске не знал его точного местоположения.

Здесь было больше орков. Они заняли почти все города. Только очень немногие были под властью нежити.

В фермерских деревнях также жили орки. Рабочие были в основном гумовскими рабами. Их пороли изо дня в день и насильно заставляли работать. Если у гумовов были дети, то их дети тоже были порабощены. Рабы рождали новых рабов, увеличивая их число. Гумовы ничем не отличались от домашнего скота.

— Человек...? — прошептал малыш-гумов на ухо человеку в маске.

Человек в маске на мгновение задумался. — No * — возразил он. — Я не человек, но и не нечеловек... Я - это я. Никто, кроме меня.

— ... N am e ? *

— Хочешь знать моё имя? — человек в маске уточнил, пока нес ребенка-гумова. Почему-то он казался тяжелее. — Ранта.

— ... Rawnta .

— Да. А ты? Как тебя зовут?

— ... Пэт . 7

— Пэт.

— Ahye .

— Держись, Пэт. — сказал Ранта.

Мне показалось, что Пэт кивнул.

Ранта пошел дальше. Он шел молча.

Всё это время Ранта шёл на своих двоих. Он мог идти куда угодно и продолжать идти и идти.

Он поднялся по склону. Проложил путь там, где его не было. Время от времени он соскальзывал и, поскольку нёс на спине Пэта, не мог ухватиться за деревья и траву.

Какая разница? В этом нет ничего особенного. Я заставлю его работать. Взбирайся. Взбирайся. Продолжайте карабкаться.

Ближе к закату он добрался до вершины небольшого холма. Это было открытое пространство, и он мог видеть далеко вдаль.

Река извивалась. Заходящее солнце заставляло её поверхность сиять. Горы двигались как сумасшедшие. Лес раскинулся в тишине. То единственное место, откуда поднимался дым, должно быть, было деревней.

— А ты как думаешь, Пэт? — спросил Ранта. — Отличный вид, а?

Ответа не последовало.

Ранта положил Пэт на землю.

Пэт уже давно перестал дышать.

— ...Верен ли я своему собственному сердцу? — снова и снова шептал себе Ранта.

По какой-то причине он не мог найти ответа.

Было ли это "да"?

Или это было "нет"?

Он и сам не знал. Но почему?

Он опустился на колени рядом с Пэтом, наблюдая, как садится солнце.

Мир мрачнел с каждой секундой.

Дул холодный ветер.

Облака в небе закрыли красную Луну.

Падали изредка капли дождя, а после и вовсе начался всерьез идти дождь, пока он просто наблюдал.

— Верен ли я своему собственному сердцу?

Ранта снял маску и отбросил её в сторону. Он встал и громко закричал, не заботясь о том, что у него сдаст горло.

— Да! Я верен своему сердцу! Пэт!!

Он посмотрел на Пэта.

Под хлещущим дождем Пэт даже не пошевелился.

Пэт был мертв.

— О, Тёмный Бог Скуллхел, пожалуйста, прими Пэта в свои объятия. При тебе все равны, верно?

Ранта начал копать яму голыми руками. Он никогда не отдыхал. Мысль о том, чтобы остановиться, никогда не приходила ему в голову. Он копал.

Он продолжал копать.

Не обращая внимания на сильный дождь, он расширил отверстие.

Пока яма не стала идеальной для Пэта, он копал, словно в трансе.

Ранта положил Пэт на дно ямы.

— Вот тебе подарок, чтобы взять его с собой... потому что мне больше нечего предложить.

Он положил на грудь Пэт девять медных монет, которые отобрал у убитых им орков.

Он прекрасно понимал, что ведёт себя глупо. Что он имел в виду, говоря «подарок, который можно взять с собой»? Загробной жизни не было. Мертвые никуда не уходили и ничего не могли взять с собой.

Пока он закапывал яму, показался рассвет.

В какой-то момент дождь прекратился.

Ранта поднял свою маску.

Он был один, поэтому ему не требовалось никакого имени.

Если никто не знает, кто он такой, он может быть один.

Ранта ножом проделал в маске еще одну бороздку. Маску пришлось сменить. Ему не нужно было выгравировать на нем имя Пэта. Ему нужно было только помнить об этом.

Ранта снова надел маску и пошел дальше.

4. Алкоголь

Был уже ранний вечер, но благодаря висящим повсюду масляным лампам и факелам на улицах было светло, как днём.

Это было примерно в то время, когда мужчины, только что закончившие свою работу в шахтах, отправлялись в город в поисках бухла, еды и женщин. Шумное хорошее время будет у всех.

Нет, дело было не только в шахтах. В этом городе также был металлургический завод. Металлургический завод всё ещё работал, и из его труб поднимался дым, так что огонь в печах никогда, вероятно, не гас. Дневная смена уходила ночью, а ночная наверняка выходила выпить утром.

Это был город, который никогда не спал.

Орки, гоблины, кобольды, нежить и многие другие - дороги были заполнены существами из национальных меньшинств, а район вокруг пабов и закусочных был особенно переполнен.

В одном месте кто-то весело пел, а в другом дрались два дурака. Толпы тажке наблюдали за этой сценой с хриплым смехом.

Ранта был не настолько невинен, чтобы позволить этому хаосу овладеть собой.

Тем не менее, когда он увидел мохнатого гиганта, который стоял около трех метров высотой, топая полуголым, да, он был явно удивлен.

— Это что, тролль? — удивленно пробормотал Ранта. — Я слышал, что они существуют далеко на севере, в Великом Ледяном Поле* и в Лесу Ледяных Листьев*.

Как бы то ни было, никто не обращал внимания на Ранту и его маску, так что он был благодарен за это. Конечно, он смело ступил в этот город, полагая, что с ним все будет в порядке. Он был прав.

— Но...

Неужели с этим запахом ничего нельзя было поделать? Запах их тел был настолько сильным, что у него слезились глаза, и в сочетании с резким запахом блевотины от пьяниц и других экскрементов, оно образовало невероятную вонь, которая заполнила весь город.

— Я уверен, что в какой-то момент просто перестану замечать это. — сказал он себе.

В конце концов, парень может привыкнуть к чему угодно.

Он спустился по несколько более широкой дороге и наткнулся на цепочку гумов, сидевших вдоль обочины.

Они были выставлены на продажу. Они, вероятно, существовали, чтобы выполнять самую опасную работу в этом городе, которую никто другой не будет делать, независимо от того, как хорошо им платят.

Какой-нибудь кусок дерьма, вроде того орка с выкрашенными в три цвета волосами, купит их.

Они были рабами.

Их связывали цепями, пропитанными их кровью, по́том и слезами, и вели к месту, где они должны были работать до конца своих дней.

Среди них были гумовы, которые были не старше Пэта.

— Это реальность... а?

Ранта ускорил шаг. Он миновал строй рабов и приблизился к орку с трехцветными волосами.

Орк с трехцветными волосами, должно быть, был довольно богат. Словно демонстрируя свое богатство, он носил ожерелья, серьги, браслеты и всевозможные блестящие золотые безделушки. Сумка, висевшая у него на поясе, была особенно ярко украшена, и выглядела она хорошо и тяжело.

— Персональный навык, Чёрный Свет * — пробормотал Ранта.

Он прошел мимо орка с трехцветными волосами. Под маской он ухмыльнулся.

В правой руке он уже держал бумажник из кожи ящерицы, который не принадлежал ему. Слишком быстрым движением, за которым нельзя было уследить, он украл его у того орка с помощью мешочка.

— Так долго. — сказал он шепотом, затем вошел в переулок.

Проверив в темноте содержимое кошелька, он обнаружил, что золотых монет там, возможно, и не было, но зато было пять серебряных и десять медных.

— Слишком легко. Но именно это и происходит, когда ты - это я.

Сам бумажник, вероятно, стоил бы хорошую цену, но у него не было никакого желания использовать его самому, и продать его было бы слишком хлопотно. Он выбросил его в переулке и пошел искать бар.

Не было недостатка в местах, где он мог бы выпить чего-нибудь покрепче. Во многих ларьках продавался алкоголь, и бизнес процветал во всех них.

Ранта выбрал самое большое место, которое смог найти. На нем был переливающийся знак, который, вероятно, нравился орка, и текст, написанный шрифтом нежити, который выглядел так, как будто масса змей отложила большое количество яиц. Без сомнения, так называлось это место, но он не мог его прочесть.

Он протиснулся мимо орков, которые кричали друг на друга у входа, и вошел внутрь.

Это было большое заведение с высокой крышей. В половине первого этажа была ниша, доходившая до потолка, а также второй и третий этажи.

Не все места были заняты. Здание было заполнено на восемьдесят или девяносто процентов, но все еще невероятно оживленно. Было так шумно, что он едва мог слышать многорасовый оркестр, который выступал на сцене на втором этаже.

Посетители с невероятной скоростью пили «цвиг», зеленый пенистый напиток, любимый орками, и «дуброу», кисло - молочный напиток, любимый нежитью, а также пиво и крепкие спиртные напитки.

Ранта держал медную монету между большим и указательным пальцами, как бы демонстрируя её, когда ходил по пабу. Он сделал это, чтобы доказать, что у него нет ни гроша, и он пришел сюда с деньгами и намерением выпить. Если он не делал ничего подобного, то если персонал внимательно наблюдал за ним или если грубый клиент затевал с ним драку, он не мог возражать.

В одном углу паба пил серый эльф. За столом сидели трое, но у него, похоже, не было компании. Похоже, он был один.

Их называли серыми эльфами, потому что их белая кожа имела пепельный оттенок. Их волосы были серебристыми, почти белыми, а глаза-кроваво-красными. Их рты были похожи на простые щелки. На нем была смесь шкур и кольчуги, а сбоку лежала большая груда багажа. На пальцах, державших его почти прозрачное стекло, было множество колец, а когтистые ногти блестели, как обсидиан. Он выглядел невероятно зловеще.

Ранта без колебаний сел напротив серого эльфа, затем положил медную монету на стол, как бы подталкивая её к нему.

Серый эльф пристально посмотрел на него. С другой стороны, его лицо было практически бесстрастным. Возможно, он просто смотрит на Ранту. И все же он был непроницаем.

Через некоторое время подошел маленький официант. — Hey, hey, fatchoo doin’? *

Официантом был корриганом*. Они жили в Плоскогорье Падающего Пепла, и их раса была похожа на людей, уменьшенных до половины размера, с пеплом и ржавчиной, въевшимися в их кожу по какой-то причине. Насколько знал Ранта, когда они собирались в группы, то могли наглеть и причинить вред. Они были шумными, смешными, добродушными парнями.

Ранта указал на чашку серого эльфа, затем поднял два пальца. — This , two .

— Jyah ?! * — Официант-корриган вскочил и несколько раз ударил кулаком по столу. — Dahh, jen, johh! *

Может, он разозлился?

Ранта выложил на стол вторую медную монету. Это все еще не успокоило гнев корригана.

— Dohh, dahh, johh, gihoa! *

Он вытащил нож и взмахнул им, готовый нанести удар в любой момент. Серьезно?

Ранта продолжал класть на стол медные монеты. На восьмой монете Корриган наконец успокоился. Официант схватил медные монеты и, напевая, удалился.

— По четыре медяка за штуку. Черт, ну и дорогое это удовольствие. — Ранта невольно заговорил на человеческом языке.

Глаза серого эльфа сузились. — You ... Ты, y um a ... человек? *

— А если и так? — cпросил Ранта.

— Я... сообщу о тебе. Здесь и сейчас. Повышу голос... И все услышат. Что с тобой тобой произойдет?

— Попробуй. — Ранта положил локти на стол, сплетя пальцы вместе. - Держу пари, ты знаешь, что произойдет.

— Ты... умрешь. Прямо здесь. Будешь убит.

— Может быть, я и умру. Но прежде, серый эльф, я заберу тебя с собой.

— Тч, тч, тч, тч... — плечи серого эльфа затряслись от жуткого смеха. — Торгуешься... со мной? Человек.

— Я хочу пойти на юг.

— ...Юг. В Оортану, я так понимаю.

— Да.

— Почему... подсел именно ко мне?

— Ты ведь шаман, верно? Ты должен путешествовать. По крайней мере, я знаю, что есть такие серые эльфы, как ты.

— Я не... из недешевых.

— Держу пари.

— Я тебя не знаю. Я... очень дорого стою. Это сильно обойдется по твоим карманам. — серый эльф постучал ногтями по своей чашке.

Не отрывая глаз от серого эльфа, Ранта оглядел комнату. Он их чувствовал. Глаза. Их также было несколько пар.

Его кожу покалывало. Это ощущение. У него ужасно пересохло в горле.

Официант-корриган принес две чашки и поставил их на стол.

— Than ku . * — крикнул Ранта вслед официанту и поспешно огляделся.

В его сторону смотрели по меньшей мере два орка. Они не были одеты как рабочие, рабы или скромно богатые люди этого города. Во всяком случае, они были путешественниками, как Ранта или серый эльф.

Ранта взял свою чашку в руки. Чашка была еще наполовину полна янтарной жидкостью. Как и подобало его цене, он был похож на крепкий алкоголь.

— Похоже, у тебя тут своя ситуация. — сказал Ранта.

— Все так думают... пока не умрут.

— Что ж, соглашусь.

— Везельред. — заявил серый эльф, как бы представляя себя.

— Я Ранта, Везельред. Не возражаешь, если я буду звать тебя просто Везель?

— ’Kay, Ranta * . Я ухожу отсюда... из этого паба.

Это не было чем-то внезапным.

— Только попробуешь, и на тебя сразу же нападут. — тут же сказал Ранта.

Везель кивнул. — А потом я послушаю твою историю. Как тебе такое?

— Хорошо. — Ранта сдвинул маску и сделал большой глоток.

Его пересохшее горло горело от боли, а изо рта и носа шел запах перегара.

Его пищевод и желудок были горячими.

Он перевел дыхание.

— Тоже выпей, Везель. Этот может оказаться твой последний раз. Не торопись и насладись им сполна.

Везель слегка улыбнулся, поднял чашку и сделал глоток.

5. Враг

Ранта выпил все до последней капли и вышел из паба.

Он видел вдалеке спину Везеля, который вышел из бара раньше него. Эльф нёс какой-то ужасно большой багаж, но он казался легким на ногах, или, по крайней мере, его шаги были плавными.

Два орка вышли из паба, чтобы догнать Везеля, но Ранта их уже не видел.

Ночью шахтерский городок был полон шума. Главные улицы были по-прежнему переполнены.

Ранта следовал за Везелем на некотором расстоянии.

Возможно, это был не только он, но и Ранта тоже. Он был настороже, но пока не думал, что за ним следят.

Везель повернул направо. Сразу же после этого один из кучки на улице ускорил шаг.

Волосы этого орка были тускло-оранжевого цвета. Он был подозрителен.

Рыжеволосый орк повернул за угол вслед за эльфом.

Ранта предпочел пройти мимо угла, а не огибать его, и когда он это сделал, то заметил и Везеля, и орка.

На следующем углу Ранта повернул направо и побежал. Затем он повернул еще раз направо и в тот момент, когда он вошел в переулок, он услышал шум.

Везель упал на землю, и его вещи были разбросаны вокруг. По другую сторону от него стояли два орка. Рыжеволосый орк, и еще один Розововолосый орк.

Розововолосый орк был в пабе.

— Персональный навык... — Ранта положил руку на рукоять катаны и тут же прибавил скорость.

Он перепрыгнул через Везеля.

Розововолосый орк пытался ударить Везеля какой-то складной дубинкой. Казалось, он заметил Ранту, но было уже слишком поздно.

— Dazza?! * — крикнул орк.

— ...Время, Летящее Как Сон… *

Ранта без особых усилий отрубил голову орку с розовыми волосами.

Он хотел сказать, что это талант для тебя, но дело в том, что, хотя между ними и была большая разница в силе, это было легко сделать, когда кто-то был застигнут врасплох.

Оставшийся Рыжеволосый орк потянулся за двумя похожими на топоры клинками, висевшими у него на поясе.

— Gash! * — закричал орк.

— Хочешь напасть? — Ранта усмехнулся.

Рыжеволосый был всего около 180 сантиметров ростом. Он не был таким толстым. По сравнению с орками он был легковесом. У него были двойные топоры, так что он, должно быть, был типом, который соревновался, используя скорость и количество ходов, которые он мог использовать.

Ранта выпустил выпад из трех ударов, чтобы проверить его, и рыжеволосый отразил их все своими топорами.

Ранта не собирался начинать с недооценки орка. Он предполагал, что Рыжеволосый был достаточно способным противником. Эти топоры были опасны.

Кроме того, это был орк, так что у него было больше сил, чем можно было предположить. Ранта не мог относиться легкомысленно к силе этих рукоблудий.

Он попытался двинуться влево, затем вправо, чтобы удержать противника в узде, но Рыжеволосый не выказал никаких признаков того, что это движение его беспокоит.

Ранта сделал еще один выпад, но его ловко парировали.

Позиция Рыжеволосого была низкой. Он опустил бедра, согнул колени и наклонился вперед. В его руках, сжимавших топор, не было напрасной силы. Он, как и Ранта, наблюдал и ждал.

Рыжеволосый был осторожен. Ждал ли он подкрепления? Это казалось возможным.

Думаю, я зацеплю его . Мгновенно решил Ранта, отталкиваясь от земли пятками и кончиками пальцев ног.

Это был Выхлоп*.

Когда Ранта попятился назад, как будто его бросили туда, Рыжеволосый бросился вперед.

Если бы Ранта был на месте рыжеволосого, он бы тоже напал сейчас. Это казалось единственным выходом, тем, что следовало сделать, и Рыжеволосый сделал это. Выбор орка был отнюдь не плохим.

Однако он опоздал на полсекунды.

— О, Тьма. О, Повелитель Порока!

Истинная форма тьмы, или, возможно, проявленная злоба, слилась в ужасающие миазмы.

А потом образовался вихрь.

— Волна Яда Ужаса.

Миазмы окутали Оранжеволосого.

— Bugoh...?! — встревоженный, Рыжеволосый попятился, размахивая топорами.

Это не должно было рассеять миазмы Скуллхелла.

Ядовитый газ проникал в Рыжеволосого через каждое отверстие в его теле-нет, даже через кожу.

— Ннннгух...! — всё тело Рыжеволосого содрогнулось, и изо рта у него пошла пена.

Это должно быть тяжело. Позволь мне помочь тебе . Ранта перепрыгнул через Везеля, чтобы снова ударить Рыжеволосого.

Он намеревался решить эту проблему прямо сейчас и избавить орка от страданий, но, похоже, орк будет упрямиться еще какое-то время.

Рыжеволосый использовал оба топора, чтобы парировать катану Ранты.

Волна Яда Ужаса была собственным оригинальным заклинанием магии ужаса Ранты, созданным насильственным сочетанием Яда Ужаса и Волны Ужаса. Оно лишало цель жизненной силы и обессилевало их, как если бы они страдали от высокой температуры.

Рыжеволосому, должно быть, пришлось нелегко, но он не сдавался.

— Рад это видеть — проворчал Ранта. — ... Но всё же!

Внезапно он нанес передний удар ногой в живот Рыжеволосого. Удар попал ему в солнечное сплетение, и даже орку пришлось лечь на землю.

— О, Тьма. О, Повелитель Порока! — Ранта схватил его за правое запястье левой рукой. — Аура Ужаса.

Эти поднимающиеся миазмы, была ли это бесконечная злоба, предчувствие разрушения? Он принял это всем своим существом, и это заставило его закипеть. Он кипел от злости.

Такова воля Скуллхелла. Тёмный Бог приказывает мне убивать.

Приносить лишь смерть. Смерть. Смерть. Смерть. Смерть. Смерть. Смерть. Смерть. Смерть. Смерть. Смерть.

Несомненной смерти. Ничего, кроме смерти.

Непреодолимое желание убивать активизировало каждую клеточку его тела, и это не было настоящим противоречием. Жизнь была связана со смертью. Жизнь и смерть были законами.

— Тайное искусство−

Я - вестник смерти.

Ранта бросился вперед с прыжком, проталкивая свою катану.

Рыжеволосый всё ещё сопротивлялся и, должно быть, пытался увернуться. Если бы на него не накатилась Волна Яда Ужаса, он вполне мог бы увернуться.

Вместо этого катана безжалостно вонзилась ему в горло.

Это был безошибочный конец жизни, ощущение смерти.

— Цветение Яркого Цветка. — когда Ранта вытащил свою катану, он оттолкнул Рыжеволосого прочь.

Рыжеволосый был точно мертв. Мертвые не могли сопротивляться ничему, и когда их отталкивали, орк просто падал.

Везель сидел на земле, скрестив ноги. В руке у него был нож. На первый взгляд, это было похоже на то, что можно дать женщине или ребенку для самообороны, но это было совсем не так мило. В этом клинке было демоническое свечение, и он высосал ужасающее количество крови. Должно быть, он обладал особой силой.

Он был жутким серым эльфом. Он мог бы справиться со своими преследователями в одиночку, без помощи Ранты. Если так, то почему он заставил Ранту запачкать руки? У него были какие-то скрытые мотивы. Так вот что это значит?

— Так почему же они охотятся за тобой? — спросил Ранта.

— ...Тебе не нужно знать.

— Ну, не то чтобы это имело значение. — Ранта отшутился и убрал катану в ножны.

Было очевидно, что у серого эльфа были скрытые мотивы. У всех были вещи, которые они несли. Временами они не могли удержать их, и они вываливались наружу. И как только они их роняли, это было слишком обычным делом, чтобы не иметь возможности вернуть их обратно.

Везель убрал нож и принялся собирать разбросанный багаж.

— У меня тоже есть дела на юге. — сказал он.

Ранта помогал ему. — Ах, да?

— Есть место, куда я должен пойти.

— Другими словами, мы могли бы путешествовать вместе, а? — спросил Ранта.

— Если ты того желаешь... конечно.

Ранта остановился и спросил себя: верен ли я своему собственному сердцу?

Ответ был ясен.

Да, верен.

— Ты думаешь, есть какая-то причина, по которой я бы этого не сделал? — Ранта протянул Везелю правую руку. — Это будет веселым путешествием, Везель.

— Тч, тч, тч...

Плечи везеля просто вздымались от зловещего смеха, и он даже не пытался взять Ранту за руку.

6. Хороший

Красная луна смотрела вниз, словно смеясь над ними.

Везель шёл все дальше и дальше на Запад.

Ранта последовал за ним, внимательно наблюдая за тем, что происходит вокруг.

В лесу уже рассвело. Он даже не видел своих ног. Не то чтобы это его пугало. Делать опасные вещи было, ну, опасно. Даже Ранта иногда спотыкался или наступал на что-нибудь странное и думал « Фу! » Жутко было жутко, знаешь? Но все же...

Везель шёл без колебаний, как будто мог ясно видеть. Это было странно, как ни посмотри.

— Эй. — вмешался Ранта.

— ...Что?

— Я вот тут подумал. У вас, серых эльфов, хорошее ночное зрение?

— Тч, тч, тч, тч... — Везель хорошо посмеялся, потом остановился и поманил Ранту.

Казалось, что он мог ударить Ранту, если бы тот неосторожно подошел, но если эльф собирался это сделать, то так тому и быть.

Я порежу его прежде, чем он посмеет забрать мою жизнь. Я имею в виду, что с легкостью смогу убить его.

Когда Ранта подошел, Везель вытянул обе руки вверх, прищурившись и глубоко дыша.

Его красные зрачки зловеще сверкнули. Как будто его глаза сияли. Неужели это только так выглядело? Нет, сколько бы раз он ни проверял, они действительно сияли.

— Ruwintimroti... Ruwingwinbodoichiewiris...

Это был низкий голос, совсем не такой, как когда он говорил, слишком низкий.

Может, он произносит заклинание?

— Yeruwifi... — продолжал Везель. — Imatebuimugaruwado... Tiwiyesuburidirevad... Igolusingweldinoswun...

Внезапно Ранта услышал другой шепот, не похожий на пение Везеля.

Что это было?

Количество шепчащих увеличилось в разы, переходящие туда-сюда, не на каком-то определенном языке - но что-то определенно было странным.

Ранта попытался заткнуть уши.

Я так и знал. Подумал он. Он все еще слышал их. Почему он все еще слышит их?

— Это то... что делают шаманы? — неуверенно спросил Ранта.

Везель указал на него обеими руками.

— Чтоа! — Ранта невольно откинул голову назад.

Он не знал, что это было. Возможно, у него не было формы, массы, но что-то - это всё, что он мог назвать – нечто надвигалось на него.

Не просто приблизилось к нему, а вошло в него.

Оно потекло внутрь, обтекая его тело.

— Хах?! — крикнул Ранта.

Внезапно его глаза заблестели.

— Оно яркое...!

Ему казалось, что солнце светит прямо в глаза.

Ранта моргнул. Ничего не изменилось. Было еще светло.

— Это так... невероятно. — сказал он с благоговением.

— Это Лунное Мастерство. — сказал Везель. — Самый простой вид.

— Если у тебя была такая удобная магия, ты мог бы наложить её на меня раньше. — проворчала Ранта.

— Это не магия.

— Но достаточно схожее с ней.

— Это совсем другое. Совершенно разные. Они похожи и только.

Везель зашагал дальше. Его глаза, должно быть, сияли из-за его шаманской техники. Если так, то глаза Ранты тоже сияли?

Прогуливаясь по лесу, который казался таким же ярким, как полдень, Ранта понял, что он не всегда был ярким. Казалось, когда Луна скрывалась за облаками, становилось темно.

— Лунное Мастерство, хух — пробормотал Ранта. — Теперь я понимаю.

Впрочем, если не считать этого, у Везеля были сильные ноги. Когда они отдыхали, он не ложился, а просто сидел, и как только они снова начинали ходить, он не мог отдохнуть довольно долго.

Ранта был уверен в своей выносливости, но он испытывал благоговейный трепет перед твердостью Везеля. И все же, несмотря ни на что, он не сказал бы: « Эй, я обосрался. Это тяжело. Давай отдохнем » .

— Подожди. — внезапно сказал Ранта. — Разве мы не шли на юг...?

Ему надоело страдать в тишине, поэтому он просто пробормотал это себе под нос, но в кои-то веки мы действительно были с ним обмолвился.

— Оттуда держишь... путь ты? — спросил серый эльф.

— Тысячная Долина.

— К югу от... Наргийского Высокогорья...* ты пересекал его?

— Нет. Охрана там была безумно жесткой, так что я туда бы не пролез.

— ...Не поспорил бы.

— Я ходил туда-сюда, бродил больше года - через горы и всё такое. А ещё я видел Пустыню Нехи. Хотя, очевидно, туда не смел ступать ни ногой.

— Мудро.

— В конце концом... Посмотрим, сегодня будет 1113-й день, так что прошло уже три года и все изменилось, хах.

— К югу отсюда... — Везель на мгновение посмотрел на юг. — ...Озеро Гандах.* На берегу этого озера находится то, что когда-то было городом Арабакии... Родекия.*

— Я знаю это название, но на этом всё. — сказал Ранта. — Это уже не Родекия, верно?

— Гроздендаль.* Это главная база для сил Альянса.

— Альянс... погоди, ты же не имеешь в виду... Альянс Королей*?

— Тч, тч, тч... — плечи Везеля затряслись от смеха, но он ничего не ответил.

— Альянса Королей больше нет, не так ли? — медленно произнес Ранта. — Так почему...?

Давным-давно Бессмертный Король поддержал Королей Орков, Гоблинов, Кобольдов и Серых Эльфов и убедил их сотрудничать, и вместе они образовали Альянс Королей.

Альянс Королей уничтожил королевства людей, такие как Ишмал*, Нананка* и Арабакия* одно за другим, а затем, по настоятельной просьбе Короля Орков и других, Бессмертный Король стал императором, основав Бессмертную Империю*.

Однако, когда Бессмертный Король, который должен был жить вечно, умер, ситуация полностью изменилась.

Без Императора, который мог бы стать его преемником, Бессмертная Империя распалась на части. С распадом Альянса раса нежити, созданная Бессмертным Королем, теперь держала власть в бывших землях Ишмала, а орки были в бывших землях Нананки. Тем временем сравнительно более слабые гоблины пустили корни в Дамуро, а Кобольды основали базу в Киренских Шахтах*.

По крайней мере, таково было человеческое понимание ситуации.

Но прошло уже много времени с тех пор, как Ранта покинул Альтерну. К этому времени ситуация могла измениться.

Было в этом что-то такое, что не давало ему покоя, вернее, что-то такое, что он помнил.

Сома сказал, что есть признаки, указывающие на возрождение Бессмертного Короля, и он основал клан Воины Зари*, чтобы проникнуть в «Undead DC» в бывшие владения Королевства Ишмал.

Формально Ранта был членом «Воинов Зари», но он не был особенно близок ни с Сомой, ни с кем-либо другим. Он не получил никакой подробной информации, и было не ясно, были ли на самом деле какие-либо признаки, предупреждающие о его возвращении или нет. И все же он не думал, что Сома блефует. Сома не чувствовал себя парнем, способным на такие коварные действия.

Значит, этот человек, скорее всего, что-то выяснил.

И дело было в том, что Альянс Королей действовал.

— Хэй, Везель — заговорил Ранта. — А что такое «Undead DC»?

— Ишидуа Рохро*. Это дом Короля Иши, Короля Нежити*.

— Ишидуа? Звучит знакомо.

— Если так... в этом нет ничего удивительного.

— Он знаменит или что-то в этом роде? — спросил Ранта.

— Король Иши... это бывший принц Арабакии.

— Ух...?

— Он принял кровь Бессмертного Короля... превратившая его в нежить. Он был... верным вассалом. Ближайшие соратники Бессмертного Короля... это были Пять Принцев. Он был одним из них.

— Постой... — медленно произнес Ранта. — Просто подожди. Людям дают кровь? И они становятся нежитью?

— Отдают свою кровь и создают нежить… это, как говорят, могли делать только Бессмертный Король и Пять Принцев.

— Значит, если говоришь Пять Принцев, это получается их еще четверо, не считая Короля Иши?

— Великий Принц Игора, Дерес Пэйн. * — сказал Везель. — И двурукий прародитель, Гьябиго Драконий Охотник. *

— Двурукий... Подожди!

Нежить в Форгане, четырехрукий Арнольд. У него тоже была двойная рука.

Если Гьябиго был прародителем, значит ли это, что он был первым двуруким? Это прозвище Охотника на Драконов, вероятно, было не за просто так. Возможно, ему всё-таки удалось убить дракона.

— А остальные двое? — медленно спросил Ранта.

— Обладатель первоначальной магии, Архитекра*. И Эйнранд Лесли. * Местонахождение Лесли неизвестно.

— Эйнранд... Лесли... Эй, этот Эйнранд Лесли из Лагеря Лесли?

— С нашей стороны его еще называют Похитителем Лесли... Лесли-Похититель. В лесах и пустошах внезапно появляется его дом. Ты никогда не должен приближаться к нему. Те, кого пригласили войти... не возвращаются.

— Я и сам слышал подобные истории — кивнул Ранта. — Значит, Эйнранд Лесли – бессметрная большая шишка? Серьезно...? — Ранта вздохнул. — Мы действительно ничего не знаем, не так ли?

— Вы, люди, человеки, здесь в Гримгаре... лишь насекомые. Ядовитые насекомые. Вредители. Вас уничтожили, загнали на границу... и всё же вы вернулись.

Первоначально эта земля, которую люди называли границей, была материком Гримгара.

Остатки войск Арабакии и её народа были изгнаны силами Альянса Королей, бежавшими к югу от Гор Тенрю*.

Эта область была неосвоенной землей, отрезанной Горами Тенрю и драконами. Это была истинная граница.

Но люди не захотели признавать, что их изгнали из центра цивилизации. Поэтому они стали называть дикие земли, которые были пограничными землями на юге, "материком".

В основном, причина, по которой люди называли эту землю “границей”, заключалась в уязвленной гордости.

Везель продолжал идти молча.

К тому времени, как небо посветлело, эффект Лунного Мастерства исчез.

Они остановились у горной деревни. Между горами стояло около двадцати лачуг. Это был незначительным препятствием.

Один орк встал у них на пути. На поясе у него висел изогнутый клинок. Его растрепанные волосы не были крашеными. Он был высок и хорошо сложен, но его левая нога была протезом, сделанным из смеси металла и дерева. Вдобавок ко всему, он был слеп на оба глаза, как будто их выкололи.

— Ahyeah! Wezelred! — крикнул орк Везелю, не вынимая меча.

Он был явно слеп, но, по-видимому, каким-то образом мог их видеть.

Везель подошел к орку. — Mugoh Sugedd. Lontai nosee.

Они приветствовали друг друга стуком кулаков. Орка звали Мугох, и эти двое, по-видимому, были знакомы.

Посреди деревни лежал плоский камень, а рядом с ним был вырыт колодец. Мугох, Везель и Ранта сели рядом на камень.

Что касается знакомых, то Мугох и Везель почти не разговаривали. Казалось, они просто расслабились. Может быть, они были ближе, чем мимолетные знакомые, и могли чувствовать себя непринужденно, когда были вместе.

Жители деревни постепенно собрались вокруг, и они смотрели на Ранту издалека. Многие из них были орками, но было и немало нежити. Было также несколько гумовов, но их было немного. Все они были одеты в поношенную одежду.

Удивительно было то, что орки, нежить и гумовы были равны в своей бедности. Насколько он мог судить, с этими гумовами обращались не как с рабами.

— Что это за деревня такая? — спросил Ранта.

Через некоторое время Везел заговорил. — Те, кто категорически отвергает насилие... существуют также. Но это выглядит как... трусость.

— Так это деревня отшельников или что-то в этом роде?

— Тч, тч, тч... — плечи Везеля затряслись от смеха. — Мугох и его товарищи... просто живут здесь. Вот и всё.

— Ну, у нас у всех свои способы жить. — пожал плечами Ранта.

— И наши собственные способы умереть... Конечно.

Один маленький орк, который, должно быть, был ребенком, нерешительно приблизился. Он что-то спрашивал у Везеля по-Оркски.

Везель встал. Похоже, они куда-то направлялись, и орк-малыш шёл впереди.

Ранта ничего не мог поделать, оставаясь здесь совсем один. Поэтому он решил последовать за ним.

Они вдвоем отправились в лачугу. Это был дом с колоннами, стоящими в земле, окруженный глинобитными стенами и простой соломенной крышей. Тем не менее, она была построена тщательно, и пол был покрыт соломенными циновками.

В спальном месте, где поверх циновок была навалена солома, лежал на боку одинокий орк. В отличие от орка, который привел их сюда, этот не был ребенком. Он был уже взрослым.

Он постоянно кашлял, и, казалось, ему было ужасно тяжело. Должно быть, он был ослаблен болезнью. Он был истощен.

Везель опустился на колени рядом с орком.

Орк громко закашлял и выплюнул что-то тёмно-чёрное. Это была не столько кровь, сколько кровавая слизь.

Парнишка постоянно поглаживал спину старшего орка, но тот не переставал кашлять.

В конце концов орк оттолкнул ребёнка, как бы говоря: « Хватит. Прекрати. ». Даже этот жест был слабым.

Везель отдал мальчишке приказ на Оркском языке.

Малыш-орк, казалось, принял это и отошел от взрослого орка, а затем сел в углу маленького домика.

Убедившись в этом, Везель наклонился к уху взрослого орка, чтобы что-то спросить.

Орк закашлялся, отхаркивая кровавую мокроту, затем кивнул головой.

— Ох, я понимаю. —понял Ранта. — Везель, в конце концов, ты же странствующий шаман. Однако, судя по тому, что я слышал, светлая магия Люмиариса не так уж хороша против болезней.

— Это выше моего понимания. — сказал Везель. — Никто не может вылечить смертельную болезнь... даже те существа, которых мы называем богами.

— А? Тогда...

Везель достал из кожаной сумки, висевшей у него на поясе, маленький бумажный конверт. Внутри лежал белый порошок. Он положил порошок в кожаную бутылку с водой, висевшую у него на плече, и встряхнул её.

Везель повернулся лицом к Ранте. — Помоги мне.

— ...Конечно.

Ранта заставил орка сесть. Везель передал бутылку с водой орку, но тот сильно кашлял. Похоже, в таком ослабленном состоянии у него не было сил даже поднять бутылку.

— Заставь его выпить. - сказал Везель, и Ранта выполнил его просьбу.

Орк сделал один глоток из бутылки, но тут же снова закашлялся.

— Нет — сказал Везель. — Заставь его выпить. Всё до последней капли.

— Хорошо. Если ты скажешь, чтобы он выпил, я заставлю его выпить...

Теперь Ранта чувствовал себя упрямым. Он помог орку понемногу выпить содержимое бутылки. К тому времени, как он закончил, кашель почти прекратился.

Он положил орка обратно на землю. Может быть, теперь он чувствовал себя спокойнее, потому что его дыхание стало более спокойным. Его глаза были слегка приоткрыты, как будто он наполовину спал.

Орочий ребенок подошел и сел рядом с орком. Орк уставился на него.

Везель внезапно встал, а затем вышел на улицу, просто так.

— А! Эй! — Ранта поспешил за ним.

Везель шёл так, словно собирался прогуляться.

Даже когда Ранта догнал его и пошёл рядом, Везель даже не взглянул на него.

— Везель, ты... Что ты заставил меня дать этому орку? — спросил Ранта.

Он не ожидал ответа. Он думал, что Везель не обратит на него внимания.

— Сильнодействующее лекарство.

Везель ответил так легко, что Ранта даже удивился.

— Так... значит, яд. — сказал он.

— Что угодно... может быть лекарством или ядом, в зависимости от того, как он используется.

— И как же ты им воспользовался?

— Он... скоро уснет. И не проснётся. Вечный сон.

— Ты убил его? — спросил Ранта.

— Тч, тч, тч... — плечи везеля затряслись от смеха, и он остановился. — Да. Он будет спать... и вскоре после этого умрет.

— Получается... что тот паренёк просил тебя это сделать?

— Нет.

— Что?

— Ребенок только сказал: “Мой отец болен. Он страдает. Сделайте что-нибудь, пожалуйста”.

— Ты хочешь сказать, что притворился, будто да`шь ему лекарство, а потом заставил выпить яд?

— Он в любом случае не выжил бы. — просто сказал Везель.

Серый эльф, скорее всего, говорил правду.

У орка, вероятно, был рак легких или что-то в этом роде, и он был неизлечим. Каждый вдох приносил ему боль, слишком сильную, чтобы выразить её словами. Для этого орка каждая секунда была пыткой.

Конечно, он не хотел бы оставить своего ребенка. И все же именно это неизбежно должно было произойти.

Скоро этот орк будет мертв. Должно быть, он знал, что его жизнь подходит к концу.

Малышу, вероятно, было известно, что слишком.

— Я спас его. — сказал Везель. — На этом всё.

— Чувак, сколько же у тебя людей... умерли вот так?

Ранта не ожидал ответа.

Везель ничего не ответил, только слабо улыбнулся.

7. Дождь

Проливной дождь, вот что это было.

Затвердевшая земля тропы через горы превратилась в трясину из-за сильного дождя.

Когда он смотрел на четырех орков, рухнувших в эту трясину, он никогда бы не подумал, что это мог быть он.

— Хахх... Хахх... Хахх...! Хахх...!

Его плечи вздымались с каждым вздохом, сжимая окровавленную катану, Ранта смотрел во все стороны. Ничто не двигалось.

Или, по крайней мере, я так не думаю. Не то чтобы я мог сказать это в такой дождь. Нет, ничего такого. Я уничтожил наших преследователей. По крайней мере, сейчас.

— Везель! Ты в порядке?! — закричал он.

— ...Ага.

Голос, который он услышал сквозь дождь, звучал ужасно хрипло.

Оглянувшись, Ранта увидел, что Везель стоит на одном колене, обхватив свою левую руку правой.

Да, я так и думал. Кровь. У него сильное кровотечение. Очень много крови. Впрочем, это всего лишь глубокий порез на левой руке. Он не умрет от этого.

— Черт возьми! — Ранта уселся на живот мертвого орка. — Все четверо были очень искусны. Зачем они так издевались над нами? Нет... Они не валяли дурака. Эти парни были серьезны. Но все равно это было легко. Потому что, эй, я просто великолепен. Но если бы я не был собой, эти парни были бы плохой весточкой для меня. Серьезно.

Везель лечил свои раны своими шаманскими силами. Он скоро закончит.

— Они и правда достали тебя, а, Везель? — спросил Ранта.

— Меня попросили, и я, не причиняя страданий, спас их. — сказал Везель. — Много раз. Теперь ... даже не помню, кто это просил.

— Ты лжец. — фыркнул Ранта. — Я уверен, ты знаешь, что просто прикидываешься невеждой. Кто-то очень важный приказал этим головорезам следить за тобой. На их пути был кто-то... может быть, политические противники? Ты их прикончил. Или я ошибаюсь?

— ...Кто знает.

— Держу пари, что я прав. Тебя ненавидят семьи тех, кого ты убил. Этот парень, который дергает за ниточки, тоже хочет заткнуть тебе рот. Для этого набора преследователей, ну, я бы дал тебе девять из десяти шансов, что это то, что они были.

— Ты... очень разговорчивый человек.

— Я признаю это. — пожал плечами Ранта. — Молчать, когда я хочу что-то сказать, мне такое не подходит.

Ранта воткнул катану в землю неподалеку и сдвинул маску на лоб. Его открытое лицо было залито дождем. Он с силой потер её обеими руками.

— Ох! — он поднялся с трупа орка. — Извини, братан. Ты просто оказался в хорошем месте. Никаких обид, ладно? Ты проиграл, я выиграл. Это означает, что ты не можешь жаловаться.

Пока он болтал с трупом, Везель ушел куда-то еще. Когда Ранта оглянулся, эльф ушёл далеко-далеко.

— Ээээээй! — закричал Ранта.

Если ты уходишь, скажи что-нибудь! С негодованием подумал он. На самом деле, он говорил это много раз, но это всегда оставалось без внимания.

Ранта вернул маску на прежнее место и погнался за Везелем.

— Везель. Везельред!

— ...Что? — спросил серый эльф.

— Самое время рассказать мне. — сказал Ранта, догоняя его. — Куда ты идешь и что собираешься делать?

— Как только ты узнаешь, что будешь делать?

— Я ничего не буду делать. Я просто хочу знать твоё сердце. Вот почему я спрашиваю.

— Мое сердце... — Везель покачал головой. На мгновение его ноги чуть-чуть дрогнули, но на этом было всё.

Молчаливое обращение, а?

Везель продолжал идти. Он спускался с горы.

Сильный дождь не прекращался. Неужели дождь и впрямь мог вот так обрушиться? Хорошо ли было так сильно лить? Если выльется слишком много, не высосется ли вся влага с неба? Что они будут делать, если небо в конце концов высохнет?

— Это тот момент, когда я начинаю думать о глупой ерунде, а? — пробормотал Ранта.

Он был на пределе своих возможностей.

Сбоку от тропинки, которая превратилась в такую грязь, что от неё почти не осталось и следа, виднелся вход в пещеру.

— Везель! — Ранта схватил эльфа за руку и потащил к пещере. — Дождь ужасный. И в ближайшее время это не прекратится. Давай найдем здесь, где можно будет укрыться.

Везель молча сел. Судя по тому, как он сел, не сопротивляясь, этот парень, должно быть, тоже был измотан.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Конечно, он был прав. Как он мог не быть таким?

Ранта снял плащ и выжал из него воду. Как бы он ни сжимал её, она продолжала капать. Потом, вдруг...

— Это Теневой Лес. * — пояснил Везель.

— ...А? Теневой Лес - подожди, ты имеешь в виду это место? То, где живут эльфы...

— Лесной город, Арноту*. Наша родина.

— Ах, да? — сказал Ранта. — Итак, вы, серые эльфы, покинули Арноту в Теневом Лесу и переселились в Расколотую Долину? *

— Из эльфов примерно половина покинула лес. — сказал ему Везель. — Они перешли на сторону Бессмертного Короля.

— Тогда, для эльфов Теневого Леса, разве это не делает серого эльфа вроде тебя предателем?

— Это было не совсем предательство. Те, кто придерживался иного мнения, покинули деревню.

— Но ведь вы сражались в разных лагерях, верно? Сказать, что это просто вода под мостом... ну, обычно это не так просто. — Ранта положил свой все еще мокрый плащ и сел на него сверху.

Он чувствовал слабость. Он принял удар от дождя, затем поднялся и убил четырех закаленных в боях орков, которые преследовали их. Даже великий Ранта почувствует усталость после всего этого.

Вот почему. Никакая другая причина. Он пытался убедить себя в этом.

— Я имею в виду, даже если бы были обстоятельства, вы, ребята, однажды поссорились. — продолжал Ранта.

— Я родился в Расколотой Долине. — сказал Везель. — Я и сам не хотел бы покидать лес.

— Ах, да? В этом есть смысл. Значит, ты не такой, как я.

С « хехом » Ранта снял маску. Он покачал головой, как собака. То, как повсюду разлетались капли воды, было хорошим способом помочь ему войти в новое состояние ума.

— Ну и что? — он сказал. — Ты идешь в Теневой Лес, и что собираешься делать? У тебя там есть дальние родственники, что ли?

Везель повесил голову. — У меня есть знакомый.

— Такой серый эльф, как ты, вряд ли будет желанным гостем в Теневом Лесу, верно? Ты встречался с ним где-нибудь еще?

— В общем, да.

— Ты встретил этого знакомого, а потом расстался. — резюмировала за него Ранта. — Они вернулись в Теневой Лес. Ты из кожи вон лезешь, чтобы встретиться с ними, так что, я так понимаю, ты хочешь большего, чем просто увидеть их лица, да?

— Я должен рассказать этому эльфу.

— Рассказать, что?

— Опасность приближается.

Ранта помолчал. — В Теневой Лес?

Везель говорил, что бывшая столица королевства Арабакия, Родекия, ныне известная как Гроздендаль, была оплотом сил альянса.

Может быть, союзные войска намеревались двинуться на Теневой Лес?

— Нежить и орки, они вот-вот начнут новую войну. — предположил Ранта. — Так вот в чем дело?

— Не пойми меня превратно. Те, кто устроил пожар, были людьми.

— Если бы ребята из Королевства Арабакия, бежавшие на другую сторону Гор Тенрю, не вернулись и не построили Альтерну, все бы закончилось там. — Ранта кивнул. — Вполне справедливо. Если мы смотрим на это с вашей точки зрения, то так оно и есть.

— Человеческий люд... угнетал и эксплуатировал орков и гоблинов — сказал ему Везель. — Вам однажды дали отпор. Хотя ... расы, построившие Бессмертную Империю, тоже ... не смогли преодолеть свои разногласия. Даже внутри одной расы была вражда, конфликт. Мы, серые эльфы, также не могли стать монолитом. Потому что нас больше, чем один...

— Ты необычайно разговорчив. — заметил Ранта.

— Ты невежественен. Я учу тебя.

— Спасибо, Везельред. Правда в том, что мы слишком многого не знаем.

И Дело было не только в Ранте. Подавляющее большинство Солдат-Добровольцев бросились в бой, не имея достаточной информации. Их заставили поверить, что они не могут жить без борьбы. Потом, довольно скоро, они привыкли к сражению и не могли думать ни о чем другом.

— Держу пари, что эта твоя знакомая - женского пола — ухмыльнулся Ранта.

Везель не ответил. Но это была настоящая женщина.

— Тебе обязательно говорить ей об этом в спешке? — спросил Ранта.

— Это нужно сделать как можно скорее.

Все начинало обретать смысл.

Везель вряд ли когда-нибудь отдыхал. Ранта спрашивал себя, хорошо ли ему без отдыха, так что в этом не было необходимости. Но дело было не в этом.

Ранта надел маску и завернулся во всё ещё мокрый плащ.

— Тогда, наверное, мы уходим.

8. Лес

Перед ними расстилался чёрный лес.

Это был лес, и листья были зелеными, если присмотреться, но густые деревья закрывали солнечный свет, оставляя более темное впечатление.

Деревья в Теневом Лесу были такими густыми и высокими, что казались нереальными.

Весь лес казался гигантским чудовищем, превосходящим человеческое знание, и казалось, что оно может двинуться в любой момент.

— А там безопасно ходить? — осторожно спросил Ранта.

— Тч, тч, тч... — плечи везеля затряслись от смеха. Каким бы мрачным ни казался этот парень, он мог быть довольно веселым. — Безопасно ходить? Теневой Лес - это естественная крепость.

— Старик, ты ведь никогда раньше не был в Арноту?

— Нет.

— Ты знаешь дорогу туда?

Везель пожал плечами. Это может быть либо отрицание, либо подтверждение.

— Подожди, что это? — спросил Ранта.

Мы вошли в лес, так ничего и не выяснив.

Что было с его личностью?

Было еще до полудня, но в лесу было довольно темно. Земля была покрыта мхом. Земля была почти не видна. Некоторые грибы и папоротники, которые росли повсюду, светились, и это место было по-своему красиво.

Крылатые сороконожки, медузоподобные существа, которые плавали в воздухе, бабочки или мотыльки, которые рассеивали фосфоресцирующую пыль, когда они порхали мимо, и обезьяны с паукообразным количеством рук, прыгающих с ветки на ветку. Там было много уникальных существ, которые выделялись.

Везель шёл в одну сторону, поворачивал назад, затем шёл в другую, прежде чем снова повернуть назад. Там были трещины, через которые они не могли перепрыгнуть, и когда они натыкались на одну из них, все, что они могли сделать, это обойти её.

И всё же было темно.

Было темно с тех пор, как они вошли в лес, но сейчас было слишком темно.

Он не мог определить направление движения Солнца. Проверить это было невозможно, потому что деревья загораживали дорогу, но закат явно приближался.

Неужели они шли так долго? Должно быть, так оно и было. Если они действительно приближались к своей цели, он был готов идти столько, сколько потребуется.

— Подожди, мы заблудились? — вырвалось у Ранты.

— Да.

— Нет, никаких "Да"! Что мы будем с этим делать?

— У меня есть способ... — сказал Везель. — Это потребует некоторой подготовки.

— Тогда делай это без меня!

— Это займет два дня.

— Да, как скажешь. Подожди, два дня?! Это довольно долгий срок, понимаешь?!

— Я должен сосредоточиться. Защищай меня.

— Конечно, все в порядке... Нет, это не хорошо, но все же. У меня ведь нет особого выбора, правда?

— Нет. — Везель поставил свой багаж на землю и начал готовиться.

Все, что он сделал, это положил шерстяную циновку на мох, сел на неё, скрестив ноги, выпил какой-то напиток, закрыл глаза и перестал двигаться. Он просто сидел там.

— Да ладно тебе. — запротестовал Ранта. — Вот я и ожидал, что ты сделаешь что-то удивительное, а это всего лишь медитация?

Ответа не последовало.

Ранта вздохнул, затем прислонился спиной к ближайшему дереву и скрестил руки на груди. — В таком большом лесу можно было бы ожидать, что там водятся какие-то чертовски страшные звери...

Они не могли позволить себе быть беспечными. Ранта тоже решил сосредоточиться.

Он провел много времени, имея людей после своей жизни. Он даже оказывался в ситуации, когда не мог пошевелиться, сидел неподвижно больше суток, говоря себе: « Я -камень », и при этом не шевелил даже пальцем. Само собой разумеется, что за все это время он не сомкнул глаз. Его глаза были широко раскрыты, как блюдца, уши постоянно торчали вверх.

Он не хотел хвастаться—нет, может быть, это и было хвастовство, - но он мог вынести все, что угодно.

У Ранты был опыт, который поддерживал его уверенность, никогда не поколебленную мелочами.

Секрет того, как Ранта выстоял, хотя это может показаться парадоксальным, не был вечным.

Если он продолжал держать себя в руках, думая: « Я должен вытерпеть, я должен вытерпеть, я должен вытерпеть », это только усложняло дело. Вместо этого он проговаривал: « Я не вытерплю, я не вытерплю, я не сэээр, хо-хо-хо, я не вытерплю, в этом нет ничего особенного ».

В какой-то момент Ранта почувствовал чье-то дыхание. Точнее, это был не звук. Если бы он использовал существующее слово, чтобы описать это, это было присутствие.

Дыхание приближалось откуда-то уже некоторое время, и было не совсем ясно, где её источник. И все же передышка была на месте. По диагонали справа от Ранты оно пряталось в тени дерева и наблюдало за ними.

Ранта не мог разглядеть очертания того, что дышало. Оно было полностью скрыто.

Везель был полностью погружен в медитацию.

Ранта нарочно посмотрел в сторону дерева, откуда должно было исходить звуки дыхания.

Он положил руку на рукоять своей катаны, и присутствие мгновенно исчезло.

Может быть, ему это показалось? Нет. Но дело было не в этом.

Оно не исчезло. Он чувствовал его, совсем чуть-чуть. Это присутствие просто поредело. Оно всё ещё было здесь.

Тогда ладно.

В состязании у кого лучше сила воли он не проиграет. Он просто не мог проиграть.

Ранта не отвел взгляда от дерева, за которым пряталось существо. Он не сводил с него глаз.

Лес немного посветлел. Должно быть, взошло солнце.

Ранта не сдвинулся с места. И присутствие тоже.

Везель сделал глоток из бутылки с водой.

В это мгновение раздался какой-то звук. Парень уже ушел.

Ранта убрал руку с рукояти своей катаны, но если он и был натянут как струна, то она все еще была натянута. Это присутствие могло вернуться в любое время, поэтому он продолжал искать его.

Везель медитировал.

Ему определенно нравится медитация. Ну, я думаю, он делает это не потому, что ему это нравится. Да, конечно, нет.

Снова стало темно.

В темноте ночи это существо появилось снова. На этот раз прямо за спиной Ранты. Может быть, оно пыталось напасть на него сзади?

В этом не было никаких сомнений. Ранта был уверен в себе. Это было то же самое присутствие.

У Везеля перехватило дыхание. Его дыхание было ужасно поверхностным. Время от времени он тоже стонал от неудобства. Что это было? Были ли это плохие новости?

Пожалуй, я его заманю , решил Ранта. Намеренно покажу слабое место, и пусть оно решит атаковать .

Потом он передумал.

Нет, тот, кто теряет терпение первым, проигрывает. Если он не придет, тогда ладно. Я буду ждать столько, сколько он захочет.

Везель отхлебнул из бутылки с водой. Он жадно глотал его. Похоже, он выпил всё до последней капли.

Везель отшвырнул бутылку и выхватил нож. Он что-то рисовал им на земле.

Присутствие явно переместилось. Ранта почувствовал это в тени другого дерева.

Не удовлетворившись просто использованием земли, Везель тоже начал вырезать ножом раны на своем теле. Что, он был склонен к самоубийству? Ну, вероятно, за этим стояла какая-то причина.

Везель провел ножом по пальцам левой руки, ладони и тыльной стороне ладони, а затем по пальцам правой руки, ладони и тыльной стороне этой руки тоже. Затем он закатал рукава, ранив левую руку, правую и даже лицо. Если бы не было так темно, он представлял бы собой ужасающее зрелище со всей этой кровью, которая, должно быть, текла. Ранта прищурился и попытался разглядеть что-то помимо воли.

Внезапно присутствие стало еще гуще. Неужели оно наконец-то пришло?

Оно... не пришло?

Присутствие исчезло на рассвете.

В животе Ранты заурчало, как будто он только что вспомнил о еде. Время от времени он пил воду, но ничего не ел с тех пор, как они вошли в Теневой Лес.

Везель сидел, скрестив ноги, сгорбив спину и держась обеими руками за голову, постоянно раскачиваясь взад-вперед.

Он что-то говорил? Ранта ничего не слышал. Но губы его шевелились. Возможно, он совершал какой-то ритуал.

Ранта осторожно обошел все вокруг в поисках чего-нибудь съедобного. Его желудок был пуст, и он чувствовал, что может съесть всё, что угодно, но на самом деле не мог. Он прижимал язык к травам, грибам и фруктам, но все они вызывали сильное онемение или покалывание. Если он собирается на охоту, то ему придется отойти от Везеля. Это была плохая идея.

— Похоже, выбора нет — пробормотал Ранта, прибегая к последнему варианту.

Это было нетрудно. Они были повсюду. Он нашел их в мгновение ока.

Тут была очередь из муравьев, марширующих по замшелой земле.

Ранта схватил одну из них, положил себе на ладонь и ткнул в нее пальцем. Это был большой зеленый муравей, около сантиметра длиной, но он не сопротивлялся.

Он засунул его в рот, использовал язык, чтобы не дать ему улететь, а затем пожевал. Характерный кислый вкус муравья был освежающим, и в нем была легкая сладость. Это было очень вкусно.

Он ловил муравьев и искал другие продукты питания, оставаясь бдительным к своему окружению до тех пор, пока солнце не село снова.

Когда стемнело, Ранта присел рядом с Везелем, положив руку на рукоять катаны.

Везель продолжал свой ритуал, как и прежде.

В конце концов, присутствие вернулось. Хотя, конечно, это никак не проявилось. Присутствие было почти сразу за Рантой и Везелем.

Это был не дикий зверь. Каким бы умным он ни был, ни одно животное не было таким терпеливым. Это был человек, эльф, орк или какое-то другое высокоинтеллектуальное существо.

Как и до этого момента, Ранта не паниковал, не поднимал шума и просто ждал. Не делать ничего лишнего.

Это оказалось труднее, чем вы думаете. Для простых людей, что было. Для такой гигантской звезды, как Ранта, это было сущим пустяком.

Приближался рассвет.

— Феуууууууууууууу... — Везел издал громкое, длинное дыхание. Он закончил выдыхать.

В следующее мгновение присутствие парня пошевелилось.

— Персональный навык... — из своего согнутого положения Ранта отскочил назад по диагонали. Он развернулся в воздухе, выхватил меч и посмотрел на парня сверху вниз.

Парень в шоке посмотрел на него.

Он был человеком-деревом, логоком*—или нет?

Из его похожего на ствол тела росли ветви, похожие на руки и ноги, и он напомнил Ранте расу деревьев, которые превратились в людей, или людей, которые превратились в деревья, с которыми они столкнулись в Дарунггаре*.

Однако этот парень был похож только на одного из них. Он не был логоком. Он был ближе к тому, чтобы быть человеком. Это было существо, похожее на человека с корой вместо кожи.

— Клинок Тени! * — крикнул Ранта.

Приземлившись позади парня, он тут же выпрыгнул с прыжком наружу. Если враг был у него за спиной, он должен был подойти к ним сзади и устроить засаду. Это был его личный навык, клинок тени.

Клинок Ранты приблизился к парню. Парень обернулся, но не стал уклоняться.

Почему? Почему он не пытается увернуться?

Потому что в этом не было необходимости.

Какие-то похожие на ветви, щупальца существа выросли из тела парня и мгновенно обвились вокруг него.

Какого черта? Как это вообще справедливо?

Катана Ранты со звуком Бонг отскочила от этих щупальцевидных тварей. Они не были жесткими. Они были очень эластичными.

— Чтоааа...?!

И это еще не все. Они не просто защищались, они обвились вокруг катаны Ранты, как змеи. Эти нахальные твари пытались заманить его в ловушку, не так ли?

— Черт возьми! — Ранта немедленно воспользовался Выхлопом*, чтобы отпрыгнуть назад.

Десятки этих ветвей-щупалец тянулись к нему.

Ранта попятился еще дальше, отбивая щупальца ветвей своей катаной. Но, как и ожидалось, он не мог их разрезать. Все, что он мог сделать, это отмахнуться от них.

Это было нехорошо. Это только позволит ему выиграть время. В этом случае...

— Персональный Навык, Молниеносный...

Ранта прыгнул вправо, потом, стряхнув с ветки щупальца, пошел вперед, потом влево. Двигаясь в форме квадратной скобы на большой скорости, он прыгнул на парня.

— ...Удар! *

— ...! — парень отпрыгнул в сторону, уклоняясь от удара Ранты.

Ну, разве он не был быстр?

Парень перекатился и встал, затем собрал ветви щупалец на концах каждой из своих рук, чтобы сформировать мечи. Затем он вошел, рубя обеими ветвями щупальцевых мечей.

— Как раз то, что мне нужно! — крикнул Ранта.

Катана и ветка-щупальца меча яростно столкнулись. Ветви щупальцевых мечей парня были очень эластичными, и откат на них был безумным.

Каждый раз, когда он ударял мечом-щупальцем ветви, катана Ранты сильно отталкивалась назад. Казалось, что он прыгает вокруг. Ранта был закаленным в боях ветераном, но он не мог легко контролировать эту отдачу.

— Вот это... тяжело! Но...!

Ранта перешел от ударов к ударам. Но не только обычные толчки.

— Персональный Навык, Злой Спиральный Удар! *

Это был поворот. Он делал быстрые, извивающиеся выпады, один за другим.

Эти повторяющиеся извивающиеся удары также не могли пробить мечи-щупальца парня.

Однако извилистые выпады не были отброшены так сильно, как удары, поэтому его катана не сбилась с пути, и он мог продолжать атаковать.

Парень был вынужден защищаться.

Энергия Ранты оттеснила его назад, он был ошеломлен и в конце концов загнан в угол.

— Кох...! — парень издал звук, похожий на звук выдернутой из бутылки пробки, и из его тела тут же выросло бесчисленное множество щупалец.

Это было сделано в одно мгновение. Парень был опутан ветвями щупалец. Теперь его защита была безупречна, по крайней мере, он так думал.

Ранта ухмыльнулся под маской. — О Тьма! О Повелитель Порока! Зов Демона!

Появилось что-то вроде темно-фиолетового облака. Облако быстро превратилось в вихрь. На его глазах водоворот затвердел, приняв знакомую форму.

Он выглядел так, словно был одет в доспехи из темно-фиолетовой кости, в которых, казалось, не было ни единого просвета. Лезвие с длинной рукоятью, которое он держал обеими руками, было ужасно длинным и изогнутым. “Чрезвычайно угрожающе " - вот как это можно было описать. Если бы ребенок увидел это, он бы заплакал, закричал и рухнул на месте.

Дизайн доспехов, форма оружия - ничто не могло быть более шокирующим. Он был похож на мрачного жнеца с косой, собирающего урожай жизней.

— Sic ’em * , Зоди! — крикнул Ранта.

С этой простой командой, как его хозяин, демон Зоди поднял свою огромную косу.

— Ехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехех...!

Парень, должно быть, решил, что коса была угрозой. Ветви щупалец, которые он выпустил, потянулись к Зоди. Некоторые из них действительно достигли Зоди, но не настолько, чтобы удержать демона.

Зоди опустила косу вниз. — Хе-хе... Ехехехехехехехехехе...Ехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехехех...

Коса Зоди расколола щупальца, а парня - пополам.

Щупальца ветвей, рассеченные косой, а также те, что остались невредимыми, сразу потеряли свою силу.

Парень рухнул на землю.

Он был впечатляюще располовинен пополам.

— Попади в объятья Скуллхелла — ухмыльнулся Ранта.

— И ты тоже... Ехехехехехехе...

—Заткнись, Зоди. Заблудись.

— Ехехехехехехехе... Ни за что...

— Я говорю это в последний раз. Проваливай прямо сейчас, Зоди.

— Хе... Ухехехе ... .. Ты всего лишь Ранта... Глупый... Тупииииииица... Ехехехехехехе...

Хотя демон и жаловался, Зоди превратился в темно-фиолетовое облако и исчез.

Близился рассвет.

— Ruwintimroti... — Везель, наконец, начал петь. — Ruwingwinbodoichiewiris... Yeruwifi... Imatebuimugaruwado... Machedowig... Yerah’ishinruiwodorezukoedowigod... Yendangosimiyefod... Tiwigodwigwafifihan...

Лес наполнился шумом.

Несмотря на отсутствие настоящего ветра, в траве и листьях все еще слышался шорох.

Везель поднял глаза к небесам, высоко подняв руки. Откуда-то посыпались чешуйки мотыльков, словно он позвал их к себе.

Чешуя блестела и искрилась. Их мерцание уходило все глубже и глубже в лес.

— Только не говори мне... — Ранта был потрясен. — Они укзывают нам дорогу? Через лес, в Арноту...

— Я использовал тайное искусство леса. — пробормотал Везель.

Эльф выглядел изможденным, и его дыхание было неровным. Он пытался поднять свой рюкзак, но спотыкался, и его руки дрожали.

— Это древняя техника, переданная в Теневом Лесу. Я немного переутомился. Обычно такие, как я... никогда не можем им воспользоваться.

— Перенапрягся? — спросил Ранта. — Парень, что ты наделал?

— Использовал секретные наркотики... чтобы усилить свою власть.

— Ты принимал допинг или что-то в этом роде? Нет никаких побочных эффектов или чего-то еще, не так ли?

— Моя жизнь... будет несколько сокращен, вот и всё.

— Хорошая работа. — сказал Ранта.

— Тч, тч, тч... — Плечи Везеля затряслись от смеха. Было ли над чем смеяться? Ну, может быть, это было так грубо, что все, что он мог сделать, это рассмеяться.

Везель присел на корточки рядом со своим багажом, затем его взгляд упал на труп парня. — Трэнт*? ...И когда же?

— Ты не заметил. — сказал Ранта. — Я только что убил его. Может быть, он пытался съесть нас или что-то в этом роде. Он продолжал целиться в нас. Ты назвал его трэнтом, хух?

— Говорят, что их раса старше эльфов. Этот трэнт, скорее всего... не молодой. Чем старше они становятся, тем сильнее становятся.

— Видимо, недостаточно сильный, чтобы справиться со мной. — ухмыльнулся Ранта. —Может, нам его похоронить?

— В любом случае, он вернется в землю... в этот лес.

— Ах, да? — Ранта легко поднял багаж Везеля. — Я уже порядком устал от здешних пейзажей. Давай осмотрим достопримечательности города Арноту.

9. Кровь

Даже если их вёл сам лес, это не делало дорогу короче. Прошел день и ночь, а они всё ещё не достигли ничего похожего на лесной город.

Вдобавок ко всему, Везель пошел в кусты, чтобы отлить или еще что-нибудь, и не вернулся.

— ...Какого черта, чувак? — проворчал Ранта. — Я пойду дальше без тебя, понимаешь? Ну, не то чтобы в этом было много смысла. На самом деле у меня там нет никаких дел...

Ничего другого не оставалось. Ранта плюхнулся на багаж Везеля, который лежал на земле.

Дело в том, что фосфоресцирующий след, указывающий им путь, исчез чуть раньше. Если Ранта попытается добраться до Арноту в одиночку, то, скорее всего, у него ничего не получится.

Что-то странное , подумал он.

Честно говоря, Ранта уловил, что происходит, и это было не так неопределенно, как просто «что-то».

— Я снова окружен. — пробормотал он. — Ну конечно. Опять трэнты? Нет... но дело не в этом.

Вздохнув, он почесал затылок. Ладно, что теперь? Есть несколько вариантов. Во-первых, давайте попробуем это.

Ранта слез с багажа и побежал к кустам, куда ушел Везель.

— Надо поссать, надо поссать...

Послышался звук чего-то рассекающего воздух, и Ранта остановилась, не доходя до кустов.

Чуть впереди его ног в земле торчала стрела.

Ранта щелкнул языком и положил руку на рукоять катаны. — Я же сказал, мне надо отлить!

Стрела попала в него слева. Когда он повернулся в ту сторону, там была еще одна стрела.

Вторая стрела приближалась к груди Ранты.

— ...!

Ранта выхватил катану и ударил стрелу.

Что это за звук? Шаги? Сколько их там?

Обернувшись, он увидел остроухих людей с мечами, нацеленными на него.

Эльфы, хух?

— Слишком близко...! — пробормотал он.

Мечи эльфов остановились, едва не вонзившись ему в горло.

Он никогда бы не подумал, что они окажутся так близко.

Если бы это был только один, это было бы одно, но их было трое. Обычно он должен был это заметить. Он не думал, что расслабился, но, должно быть, потерял бдительность.

И все же эти эльфы были искусны.

В частности, один из трёх, эльф средних лет в середине, выглядел довольно способным.

— Человек. — сказал эльф средних лет. — Что ты делаешь в нашем лесу?

Ранта усмехнулся. — Откуда ты знаешь, что я человек? Я могу быть людоедом или демоном, не так ли?

— Если ты такое мерзкое существо, давай покончим с тобой здесь.

— Чтоааа! Постойте! — Ранта поднял маску левой рукой, чтобы они могли видеть его лицо. — Хорошая догадка. Я не людоед или демон. Я человек. Что? Я в отпуске? Нет, у меня тут дела... Ну, нет. Со мной парень. Я иду в путь...

— Ты, казалось бы, был один. — холодно сказал эльф.

— О-Он куда-то ушел, ясно?

— Ты думаешь, мы тебе поверим?

— Подумайте об этом. Это же Теневой Лес, верно? Я здесь проповедую оруженосцем... Нет, не в этом дело, как все произошло? Ну, во всяком случае, я не обязан вам это говорить, потому что вы, эльфы, уже знаете, что это место-такое, куда ни один человек не мог бы забрести самостоятельно. Я прав?

— Похоже на правду.

— Правильно? Меня привели сюда при помощи Тайного Искусства Леса.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Зачем человеку знать Тайные Искусства, практикуемые нами, лесными эльфами?

— Нет, в том-то и дело! Очевидно, я ничего о них не знаю. Это был не я, а мой попутчик... Вхах?!

Он почувствовал, как что-то обвилось вокруг его лодыжек. Посмотрев вниз, он увидел, что какое-то похожее на плющ растение выросло и обвилось вокруг обеих ног Ранты.

— Ч-ч-что это?! — закричал он.

— Мы выслушаем твои извинения позже.

— Позже...?

За остальными тремя стоял еще один эльф.

Этот эльф был женщиной.

Эльфы обычно были худощавы, но она выглядела худой даже по их стандартам. Он смутно представлял себе эльфов, особенно женщин, у которых тоже были длинные волосы. Однако её серебристые волосы были коротко подстрижены.

Что делала эльфийка, стоя на одном колене и касаясь земли обеими руками?

— Шаман! — ахнул Ранта.

В одно мгновение вокруг Ранты обвилось больше лиан, чем он мог сосчитать. Они даже проникли ему в рот и нос, мгновенно лишив возможности дышать.

Вуааа . Я сказал, Эй. Стой, стой, стой. Это не смешно! Я умру здесь... серьезно!

Ранта потерял сознание.

Когда он пришел в себя, то обнаружил, что ему пришлось сидеть в невероятно тесном месте.

По крайней мере, дайте мне лечь , хотелось ему крикнуть. По крайней мере, они должны были оказать ему такую любезность.

Но нет, это было физически невозможно. В конце концов, потолок был низким. Он не мог опуститься намного ниже этого. Ширина и глубина комнаты тоже были короткими, каждая меньше метра. Ему негде было прилечь.

С него сняли маску и забрали все его имущество, включая катану.

Стены позади и по обе стороны от него казались твердыми, как скала, но они явно были деревянными. Вся передняя сторона представляла собой зарешеченную дверь. Может быть, он сделан не из железа или другого подобного металла, а из дерева?

Решетчатая дверь была обвита колючими растениями, и они определенно укололи бы его, если бы он прикоснулся к ним.

По другую сторону двери был коридор. Казалось, что где-то совсем рядом был свет, и часть его достигала его здесь.

Неужели в коридоре никого нет? Он никого не чувствовал.

— Они сказали, что выслушают мои извинения позже — пробормотал Ранта. — Я уверен, что рано или поздно кто-нибудь придет.

Однако, как бы он ни ждал, ни один человек—нет, может быть, он должен сказать, ни один эльф - хотя и то, и другое было прекрасно, на самом деле, это не имело значения, потому что никто не показывал никаких признаков прихода.

— Как насчет еды? — пробормотал Ранта. — Или немного воды? Ничего? А что, их нет? Нет, правда? Блин, никто меня об этом не предупреждал. Ты никогда не рассказывал мне об этом. Какого черта? Это что, какая-то заброшенная пьеса? Я собираюсь спать... или я бы так и сделал. Но я не могу лечь...

Он не мог помочь, но бытл разочарован этим.

В такие моменты ему следовало бы взбодриться и сохранить боевой дух, но это было бесполезно. Нет-нет. Ни в коем случае. Он не мог этого сделать.

Дух людей поднимается и опускается. Даже если бы он мог временно контролировать его, где-то на линии будут побочные эффекты. Нехорошо слишком много думать и впадать в депрессию, или беззаботно накручивать себя. Он должен был принимать вещи такими, какие они есть. Его настроение поднималось и падало, пока в конце концов не оказывалось где-то посередине.

В его голове мелькали лица, лица, лица...

Он не стал зацикливаться ни на одном из них. Он позволял им появляться, а затем блекнуть и исчезать сами по себе.

То же и с оружием.

И сундуки.

Да. Они, конечно, обращались к нему. Супер привлекательно. Но он не останавливался на них.

Не на бедрах.

Даже не на ягодицах.

Даже эта ослепительно яркая улыбка -

— ...Ух!

Ранта стиснул зубы. По какой-то причине эта веселая и мягкая улыбка, полная невинности и без скрытых мотивов, отказывалась исчезнуть.

Надо развеять это. Забудь. Забудь. Забудь уже об этом .

Он всё понял.

Он никогда этого не забудет. Он никак не мог этого сделать. Если бы это было не так, Ранта не был бы сейчас здесь.

Почему он пытается вернуться на Альтерну?

Потому что я хочу увидеть её .

Может быть, она никогда больше не заговорит с ним. Это было прекрасно. Ему просто нужно было увидеть это лицо.

Это глупо. Я увижу её лицо, и что тогда?

Теперь я ничего не могу сделать.

Это бессмысленно.

Я имею в виду... она ведь больше не будет мне улыбаться, правда?

Он услышал шаги. Он их не выдумывал. Они приближались.

Ранта крепко зажмурился, медленно дыша.

— ...Конец.

Он открыл глаза.

— Хухах? — он издал странный звук.

Перед решеткой стоял ребенок. Эльф, конечно. Они жили дольше, чем люди, и развивались медленнее, но ребенок есть ребенок. По человеческим меркам ему должно было быть шесть, самое большее семь или восемь лет. Хотя волосы у нее были коротко подстрижены, судя по лицу, это была девушка. В руках она держала что-то вроде короткого посоха.

Внезапно ему пришло в голову, что она на кого-то похожа. Это было странно, потому что он не знал многих эльфов.

О. Это была она. Седовласая эльфийка, которая захватила Ранту с помощью этой техники виноградной лозы. Эта девушка была похожа на того шамана. Хотя, возможно, он думал так только потому, что у них обоих были коротко подстриженные для девушки серебристые волосы.

Эльфийка смотрела на Ранту сквозь колючие прутья решетки. Её глаза были красными, как кровь.

Ранта сглотнула. — Ты -

— Человек. Если хочешь выйти, я тебя выпущу.

— ...А?

— И что же выберешь? — спросила эльфийка.

— Чтож... если бы я сказал, что не хочу выходить, я бы солгал.

— И что ты выбираешь?

— Я хочу выйти.

— Тогда тебе следовало сказать это с самого начала. Ты мне противен.

— Я тебе противен? — проворчал Ранта. — Слушай...

— Я – Лейя*.

Девушка, назвавшаяся Лейей, трижды постучала по решетке своим коротким посохом.

А потом... ого, что это было? Колючие ветки, крепко обмотанные вокруг прутьев, разошлись и поползли прочь.

Лейя достала из кармана ключ, вставила его в замочную скважину и повернула. Раздался щелчок, и дверь открылась.

Он чувствовал, что его каким-то образом обманывают, но Ранта открыл дверь решетки и вышел в коридор. Его талия болела, спина болела, колени болели — он болел всем телом - так что он знал, что это не иллюзия. Ранта потянулся, покрутил бедрами, потряс запястьями и лодыжками.

— Я также был готов к пыткам. — сказал он.

— Теперь у нас проблемы посерьезнее.

— ...Что ты имеешь в виду?

— Лес атакован. — спокойно заявила Лейя.

— Хм. — сказал Ранта. — Ну, разве не обидно? Лес... погоди, под атакован?!

— Да, именно это я и сказала.

— Я все слышал. Но, атакован...? О, силами альянса, да? Должно быть, так оно и есть. Они уже атакуют?

— Вот почему у нас больше нет времени, чтобы тратить его на какого-то подозрительного человека.

— Вы, лесные эльфы, такие слабоумными. — усмехнулся Ранта.

— Почему?

— Вполне возможно, что подозрительный человек мог оказаться вражеским шпионом, верно?

— Ты шпион?

— Нет, конечно, но всё же.

— Я знаю. — Лейя была невыразительна и ужасно спокойна.

Это было лишь плодом воображения Ранты, но она, вероятно, не происходила из привилегированного дома и не была воспитана в любви со всех сторон. Кроме того, зрелые, непоколебимые глаза Лейи были красными, как кровь.

— Лейя. — сказал Ранта. — Это старик попросил тебя выпустить меня из клетки?

— Это сделала моя мать.

— Она шаманка с серебряными волосами, как у тебя.

— Да. Мою мать зовут Алория*. Но... — Лейя опустила глаза, слегка прикусив губу. — Это был странный старик, который попросил мою мать сделать это. Я никогда его раньше не видела. Это был странный старик, которого я никогда не встречала.

— Понятно. — Ранта положил руку на макушку Лейи. Бессознательно. Это его не устраивало, но он не чувствовал, что напортачил.

Он следовал за своим сердцем, прокладывая свой собственный путь. Таково было его правило. Если бы он хотел погладить ребенка по голове, он бы это сделал, устраивало его это или нет.

— В любом случае, это ты спасла меня. — сказал Ранта. — Я твой должник. Клянусь, я верну тебе долг. Если есть что-то, что я могу сделать, скажи.

— Для начала убери от меня свою грязную руку.

— А? — Ранта отдернул руку.

Он нерешительно посмотрел на свою руку. Конечно, его трудно было назвать чистым. На самом деле, это было чертовски грязно.

— У тебя есть чем её вытереть? — спросил он. — Э-Эм, извини за это...

10. Сам

Лейя принесла Ранте его конфискованные катану и маску. Багаж Везеля и другие его вещи были слишком тяжелы для неё, чтобы вытащить их из хранилища, сказала она.

Ранта надел маску и повесил катану по диагонали за спину. Затем, сопровождаемый Лейей, он вышел на улицу.

Как он и подозревал, тюрьма была вырезана из огромного дерева и построена внутри.

— Это Арноту, хах? — пробормотал Ранта. — Ну и город...

Проще говоря, это был город на верхушках деревьев. Тут и там росли гигантские деревья диаметром более десяти метров, а на их ветвях были построены платформы из бревен с досками для создания полов, а сверху-дома и все такое прочее. Похоже, были и более крупные здания, которые использовали стволы деревьев в качестве опорных столбов.

Там и сям стояли какие-то штуки, похожие на лифты. Нет, они не просто выглядели как лифты, они были такими. Они поднимались и опускались между Арноту и поверхностью.

Там были мосты от одного гигантского дерева к другому, позволяющие путешествовать от одного дерева к другому.

Большинство мостов не были прямыми. Была ли для этого какая-то техническая причина? Или это из-за беспокойства о том, как они выглядят? Они образовывали ужасно красивые арки.

На зданиях и мостах висели корзины, наполненные светящимися грибами, и они раскачивались на ветру. Казалось, к каждой корзине был прикреплен колокольчик. Когда корзина закачалась, раздался чистый звон. Звон колоколов перекрывался и отдавался эхом. Это было похоже на музыку.

Было также много цветных цветков, используемых в различных украшениях. Они благоухали, если он подносил к ним нос, но самым сильным запахом в этом городе сейчас был запах чего-то горящего.

По всему верхушечному городу тянулся тусклый дым. Был ли где-нибудь пожар? Он не мог разглядеть пламя.

Дым, скорее всего, шел из-за пределов Арноту.

— Они атакуют огнем, а? — пробормотал Ранта. — Они что, собираются сжечь весь Теневой Лес дотла?

Вооруженные эльфы деловито бегали по мостам. Десять или около того эльфов спускались на лифте на землю. Арноту готовился к битве. Нет, были признаки того, что битва уже началась.

Наконец Лейя и Ранта добрались до пустынного угла. Мост здесь был старый, и гигантское дерево, к которому они перешли, было покрыто трещинами. Доски пола были наклонены или прогнили насквозь, и они скрипели, куда бы он ни ступал. Казалось, что он может рухнуть в любой момент.

Это было опасное место, которое должно было быть закрыто, но мать Лейи, шаманка Алория, ждала их. Как и Везель.

— Хм. — фыркнул Ранта, когда он подошел к ним. — Очень мило с твоей стороны использовать меня в качестве приманки, Везель.

— Я не стану оправдываться — пожал плечами серый эльф. — С самого начала... Я намеревался использовать тебя. Если бы я этого не сделал, то вряд ли смог бы войти в Арноту.

— Ну, всё в порядке. — сказал Ранта. — Я уже вышел из тюрьмы.

Он похлопал Лейю снова по голове, несмотря на себя.

Его руку тут же отбросили в сторону.

— Не прикасайся ко мне.

— Упс. Э-Эм, извини. Ты просто чертовски милая.

— Я не милая. — возразила Лейя. — Я упрямая и необщительная. Все меня ненавидят. Это я точно знаю. Мой отец даже не лесной эльф.

Везель опустил глаза. Это было не похоже на него, но он выглядел подавленным.

Алория, стоявшая рядом с Везелем, опустила голову, вероятно, не в силах смотреть на дочь.

— Когда вы расстались, она была беременна Лейей? — предположил Ранта.

— ...Да — сказал Везель стонущим голосом. — Я... не знал. Что Алория... была беременна.

— Если бы ты знал, всё было бы по-другому?

— Даже не знаю. Я не тот человек, который создан быть отцом. Я - убийца... до мозга костей. Сколько себя помню, я употреблял наркотики.

— Эта твоя работа, где ты усыпляешь людей, которые уже умирают, это семейное дело? — спросил Ранта.

—Ты... можно сказать и так. Это одна из школ шаманизма, которая была передана в моей семье. Мой младший брат Вельдрунд* отказался унаследовать его и сбежал. После этого я покинул Расколутую Долину, так что не могу плохо отзываться о своем брате.

— Хорошо... — Ранта склонил голову набок. — Мне так кажется... Я где-то слышал это имя... Вельдрунд? Ах да, так звали шамана, который был в Форгане, не так ли?

— Форган*. Глаза Везеля расширились. — Мой брат... в Форгане?

— Ты знаешь про Форган? — спросил Ранта.

— Группировка Чёрного Орла*, Форган... во главе с великим Джамбо*. Да, я слышал о них. Они находятся в центре сил альянса, которые в настоящее время атакуют Теневой Лес.

— Вхух... — на мгновение в голове Ранты воцарилась пустота. — Нет.

Это слово сорвалось с его губ, и он расхохотался.

— ...Нет, нет, нет. Ни за что. Этого не может быть. Я имею в виду, что это же Форган. Ты можешь не знать его, но старик Такасаги* в Форган. В группе есть люди. Место рождения, раса - им на это наплевать. Они - свободная группировка, которая собралась вокруг Джамбо. Вот что это за группа такая.

— Ты говоришь почти... как будто знаешь их лично.

— Я их не знаю. — Ранта намеренно повысил тон. — Я их не знаю... но зачем Форгану это делать? В этом нет никакого смысла.

— Я тоже не знаю подробностей. — сказал Везель. — Но ходят слухи... Король Орков, Диф Горгун*, взял в заложников Форган и заставил их служить под его началом.

— Джамбо считается сиротой. — медленно проговорил Ранта. — Но я думаю, что в Форгане действительно много орков.

— Вот как действует этот король. И я тоже... был орудием короля.

— Да, и что? — Лейя сердито посмотрела на Везеля. Её худые плечи были напряжены, а маленькие ручки крепко сжаты. —Король Орков манипулировал тобой, заставлял убивать людей. Ты плохой человек. Ужасный злодей. Моя мать - полная идиотка, которая совершила ошибку, влюбившись в тебя во время путешествия. Для неё было бы лучше, если бы она никогда не встречала тебя, но она выбрала неподходящее время. Хуже того, ты бессердечен, безответственен и эгоистичен, поэтому ты её бросил. Из-за этого моей матери пришлось тащиться обратно в Арноту, потому что она была беременна. Чтобы родить меня. Она должна была знать, что беременна, но моя мать не сказала тебе. Потому что редко можно найти кого-то настолько же невероятно дерьмового, как ты. Потому что моя мать - безнадежная дура. Она родилась старшей дочерью Дома Ландуроваль Шести Заклинаний*, но была трусихой и сбежала, не выдержав давления. Несмотря на это, она вернулась в Арноту и родила меня одной, на что все смотрели с насмешкой. С такой матерью и кровью серого эльфа меня всегда, всегда, всегда обижают. У меня нет друзей. Никто из взрослых не защитит меня. Никто не помогает. У меня самая ужасная, самая ужасная жизнь на свете. Так было до сих пор и так будет впредь! Ничего хорошего никогда не случается! Я...!

— Просто уйдите. — Ранта снова чуть было не погладил Лейю по голове, но вовремя спохватился и схватил её за плечо. — Лейя. У тебя есть мать. Может, он и бродяга, но у тебя также есть и отец. Вы трое должны уйти вместе. На данный момент, да, вы должны бежать в какое-нибудь безопасное место, и тогда вы сможете жить там, или можете отправиться в путешествие, как только все успокоится. Ты будешь иметь любое количество друзей в будущем. Я имею в виду, серьезно, ты очаровательна. В конце концов ты также найдешь себе любовника. В этом городе нет ничего, кроме говнюков, которые запугивают тебя, верно? Ну, тогда у тебя нет ни одной веской причины цепляться за это место. Ты жива, и ты свободна. А теперь перестань хандрить. Давай, вперёд!

Ранта подтолкнул Лию к лифту.

— Везель! И, эм, это была Алория? И вы тоже!

Они вчетвером вошли в лифт. Он был старого типа, не похожий на те, что используются сейчас, и цепь для подъема и опускания его была красной от ржавчины.

Эта штука будет работать нормально? Ранта забеспокоился, но, когда он потянул за эту цепь, она сдвинулась. Он работал с Везелем, чтобы опустить лифт.

Дым на земле был тоньше, чем в Арноту. Когда он посмотрел вверх, то не увидел неба, но смог различить свет, пробивающийся сквозь ветви. Был уже день.

На лифте было несколько светящихся корзин с грибами, и во всех направлениях тоже были башни. Она не была яркой, но и не настолько темной. Он не слышал ни их голосов, ни звуков битвы, но видел вдалеке эльфийские фигуры. Почти все лифты двигались, и эльфы спускались один за другим.

— Везель, есть идеи, куда вы пойдете? — спросил Ранта.

— ...Несколько имеются.

— Тогда ладно.

— А что ты будешь делать?

— Я... — начал было Ранта, но тут же легко поднял левую руку.

Правой рукой он схватился за рукоять катаны.

Леая пыталась что-то сказать, но, когда Ранта поднес указательный палец левой руки ко рту маски, Лея закрыла рот. Алория прижала к себе дочь.

Откуда? удивился он. Это присутствие - это, наверное, глаза.

За нами следят.

Откуда же?

Местность прямо под Арноту, должно быть, поддерживалась эльфами или кем-то ещё, потому что там не было ни малейшей листвы, так что было бы трудно спрятать что-то даже размером с собаку. В этом случае...

Сколько этих гигантских деревьев поддерживало древовидный город Арноту? Больше десяти или двадцати. По приблизительным подсчетам, может быть, сотня.

Ближайшее гигантское дерево к тому, с которого Ранта и остальные спустились на старом лифте, находилось в двадцати метрах от них. У этого гигантского дерева не было лифта.

Ранта вдруг вскочил с места. Он быстро приблизился к гигантскому дереву, которое было его целью, и они вышли.

Они вышли из тени гигантского дерева.

Парень был одет в чёрное. На нем было что-то похожее на балаклаву, поэтому Ранта не мог видеть его лица. Однако, судя по его телосложению, это был не орк.

Значит, он был человеком или нежитью? Его руки были странно длинными, так что он должен был быть нежитью. В обеих его руках были короткие мечи.

— Персональный Навык... — Ранта вытащил свою катану.

Он внезапно остановился прямо перед носом нежити—по крайней мере, так ему показалось. Это должно было создать иллюзию, что он движется влево. Глаза нежити действительно следовали за ним в этом направлении. Однако там никого не было.

Нежить догадалась, что Ранта пошел в другую сторону и посмотрел направо, но его там тоже не было, и он не был перед ним также. Ранты нигде не было видно.

Неужели он исчез? Нежить пришла в замешательство. Он никак не мог исчезнуть.

И это было правильно. Но он этого не сделал.

— Удар Миража! * — Ранта был прямо перед нежитью. Однако, если нежить не будет смотреть вниз, он не сможет увидеть его.

Стоя так низко, что его левое колено касалось земли, Ранта изо всех сил взмахнул катаной вверх по диагонали.

Это было прекрасно. Он был на расстоянии выстрела, и его выбор времени был превосходным, но нежить скрестила свои короткие мечи и блокировала катану Ранты с лязгом.

Эта нежить не была твоим обычным противником.

Хорошо. Меня это устраивает. Теперь ты меня разжег . Ранта мгновенно отдернул свою катану.

— Персональный Навык, Случайхва...!

Он действительно хотел сказать "Случайный Шквал * ", но заплёл свой язык. Ну, не то чтобы имя имело значение.

Он бил, и бил, и бил. Сверху, справа, сверху направо, сверху налево, снова сверху, справа, справа, слева, справа, сверху, справа, слева, слева, он взмахнул своей катаной.

Чёёёёёёёёрт. Нежить может отбиваться от комбо так долго? С этими короткими мечами? Он выглядел не очень хорошо. Он не производил особого впечатления. Во всяком случае, он казался пушечным мясом, но эта нежить была серьезно сильна.

Конечно, Ранта перешёл в наступление. Иначе у него были бы неприятности. Он должен был продолжать атаковать, или он чувствовал, что ситуация будет повернута против него в одно мгновение. В таком случае ему просто придется атаковать, атаковать, атаковать.

— Персональный Навык, Горизонтальный Дождь! *

Ранта переключился на толчки. Он сделал безумный выпад, как будто пытался создать линию копий в одиночку. Не будет преувеличением назвать это яростным нападением.

Но нежить легко отражала все своими короткими мечами, заставляя удары сбиваться с пути. Он нейтрализовал атаки ранты с минимальными усилиями.

Может, он какой-то мастер? Там всегда были такие парни.

И все же Ранта не нападал без цели. У него был план. Он заставит своего противника привыкнуть к толчкам, а затем измениться. Это была подготовка. Он делал выпады, и выпады, и выпады, и ... —

— Что...?!

Внезапно нежить отпрыгнула назад, прямо на гигантское дерево.

Что? Почему? Что случилось? Все еще не понимая, Ранта попытался приблизиться к нежити. Он чувствовал, что его заманивают внутрь, но его тело двигалось само по себе. Этого не должно было случиться.

Нежить пнула землю, посылая в него смесь мха и грязи.

— А?! — Ранта был близок к тому, чтобы закрыть глаза, но он сопротивлялся. Грязь отвлекла его лишь на короткое мгновение.

За это время нежить успела спрятаться.

— Он что, ниндзя?! — Ранта инстинктивно поднял голову.

Бинго. Нежить вонзила свой меч в гигантское дерево и теперь цеплялась за него.

— ... Heh. Hah! I’mma niiiinja ! * — нежить по очереди вонзила два своих меча в гигантское дерево, поднимаясь все выше и выше.

— Вуа, вуа... Серьезно? — сказал Ранта. — Даже я не смогу за ним угнаться. Держитесь, незваные гости...

Эта нежить не обязательно должна была появиться первой. Враг уже вошел в Арноту. Он должен был это предположить.

— Везель! — закричал Ранта.

Если это так, то им лучше, как можно скорее убраться из Теневого Леса. Везель и остальные стояли неподвижно перед старым лифтом.

Ранта собирался крикнуть: «Уходите!» на них, но громкий вой встал у него на пути.

Только не псы. Он сразу понял, что это были завывания волков.

Везель обнял Алорию и Лейю. Если бы он был один, то сбежал бы задолго до того, как Ранта сказал ему об этом. Он уже пересек много опасных мостов и был всё ещё жив, потому что знал, как выбраться из кризиса. Но теперь с ним были два человека, нуждающиеся в защите. Одна из них была ещё совсем ребенком, и к тому же его дочерью.

— Как неловко для тебя, Серый эльф. — сказала Ранта. — Ты такой хромой, это потрясающе. Я не против таких парней, как ты.

Ранта пролетел весь путь до Везеля и его семьи.

— О Тьма, О Повелитель Порока! Зов Демона!

Когда он призвал Зоди демона, глаза Лейи выпучились, как будто она только что столкнулась с самим жнецом. — Что это такое?!

— Ехе... Просто горячий парень... проходивший мимо... Ехехехехехехе.... — ответил Зоди.

— Брось эту глупую чепуху — фыркнул Ранта. — Мы сделаем это, Зоди.

Волки все еще были на расстоянии, так что они выглядели как орда чёрных как смоль крыс, но это были, несомненно, Чёрные волки.

Да, из леса неслись черные как смоль волки.

— В Арноту нет чёрных волков. — ошеломленно прошептала Алория.

Трудно было представить, что Чёрные волки забрели в Теневой Лес, который не был их территорией, по собственной воле. Это было практически невозможно. Кто-то специально привел сюда чёрных волков.

Ранта знал только одного человека, который мог бы совершить этот подвиг.

— Онса*, хух? — пробормотал он. — Это был зверолов-гоблин Форгана.

Это были не просто чёрные волки. Ранта увидел гуманоидные фигуры на другой стороне.

— Здесь все собрались? — Ранта поправил свою катану. Его рука слегка дрожала.

— Ехе... — Зоди кудахтал. — Ты боишься, Ранта? Ты ничтожный цыпленок... Ехехехехехе...

— Отстань. Думаешь, что кто-то настолько потрясающий, как я, боится?

Он мог видеть мерцание факелов или какого-то другого пламени вдалеке. Было достаточно много из них.

Чёрные волки не нападали-они просто лаяли и пытались запугать, окружая их.

Следуя за черными волками, это был орк? Судя по телосложению, это мог быть человек.

Ранта указал назад, налево по диагонали. — Вон туда! Врагов пока нет. Когда я подам сигнал, уходите.

— Ранта... — начал Везель.

— Защищай свою семью, Везель.

Ох конечно. усмехнулся Ранта. Я справился с этим .

Когда он попятился в тайном ликовании, внезапно Лейя схватила его, и Ранта чуть не застонал от удивления.

А? Что? Что это было? Нет, нет, не паникуй. Как взрослый мужчина, я должен показать здесь свое самообладание.

— В чем дело? — потребовал он ответа.

— Я...

Лейя прижалась лицом к груди Ранты, крепко обняла его за талию и крепко сжала.

На самом деле было очень больно, но Ранта был мужчиной, поэтому он смирился и притворился, что все в порядке.

Наконец, Лейя подняла голову. Её глаза намокли. Её щеки покраснели.

— ...правда милая? — она закончила.

— Да. — Ранта холодно улыбнулся ей.

Он ненавидел признавать это, но она заставила его сердце замереть. В результате его лицо могло выглядеть немного глуповатым. Хорошо, что он был в маске. В конце концов, она была всего лишь ребенком. А он был взрослым мужчиной.

— Ты серьезно, серьезно, супер серьезно милая — сказал ей Ранта.

— Я предпочту поверить тебе.

— Увидимся, Лейя.

— Не думаю, что мы когда-нибудь встретимся снова. — сказала она.

— Похоже, ты права, хах?

— Возможно.

Лейя оттолкнула Ранту, когда они расстались.

Чёрные волки громко выли.

— Ты слишком шумишь. Заткнись! —это был звук человеческого голоса - мужской крик, эхо.

Ранта узнал этот голос.

У человека, шедшего между чёрными волками, был только один глаз и одна рука.

Это был старик Такасаги.

Он стал старше , подумал Ранта. Но он выглядит лучше, чем я ожидал .

Ранта положил руку на рукоять катаны. — Сейчас.

Когда он тихим голосом подал сигнал, Везель побежал, прихватив с собой Алорию и Лейю.

Такасаги пошел за ними, но этого не случилось.

— Зоди, убей их всех! — закричал Ранта.

Они не были врагами, которых он мог бы победить, если бы не был готов к этому.

Ранта прыгнул вперед с прыжком наружу. Правый глаз Такасаги широко раскрылся. Может быть, он понял. Когда он увидел эту катану, он должен был узнать.

В конце концов, это ты мне его подарил , подумал Ранта.

— Ты ублюдок...! — закричал он.

Такасаги вытащил катану. Черт бы побрал этого старика. Он улыбался. Теперь, когда они встретились, пришло время все уладить, не так ли?

Ранта вытащил меч и замахнулся. Когда их катаны столкнулись, раздался пронзительный лязг, и полетели искры.

Такасаги толкнул его катаной. Их рукояти сомкнулись.

Такасаги был стар и опытен. Было очевидно, что он должен немедленно освободиться, но он не мог не захотеть проверить свои силы.

Под маской Ранта улыбнулся.

Верен ли я своему собственному сердцу?

Конечно.

До того дня, когда Скуллхелл заберет меня, я никогда не предам его.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Бонусные Короткие Истории

В версии с изображениями тут находится картинка.

Сцена #16: Что-то Потерялось

Почему Харухиро ходит с опущенной головой? Это была долгая история-или нет.

На самом деле, он уронил свой телефон.

Он вышел из школы, направился домой и играл с телефоном. Это он помнил очень хорошо. После этого он направился к выходу. Он зашел в книжный магазин, побродил по парку, заглянул в магазин товаров первой необходимости и прогулялся по обсаженной деревьями набережной. Он был уверен, что за это время несколько раз проверял свой телефон, но ничего толком не помнил.

— Скоро стемнеет. — подумал он и направился домой. Он попытался проверить время на своем телефоне, но его там не было. Он уронил его или где-то оставил.

Сначала он обошел книжный магазин, общественную уборную, магазин товаров первой необходимости и любое другое помещение, где он мог находиться. Он попытался спросить у персонала, не нашел ли кто-нибудь потерянный телефон. Он ничего не нашел. Поэтому он пошел по тропинке, по которой, должно быть, шел, и искал на земле телефоны.

Может быть, он просто исчез, подумал он. Но у потерянных вещей есть способ появляться, как только вы от них отказываетесь. Если он потеряет свой смартфон, это будет очень неприятно.

— Я лучше присмотрюсь получше. — подумал он, наклоняясь вперед и глядя вниз, когда шел по мосту Цукими.

Потом он на что-то наткнулся.

— Ой! — воскликнул девичий голос.

— Ух! — взвизгнул Харухиро.

Когда он поднял глаза, длинноволосая девушка в школьной форме держалась за голову.

— П-П-Простите! Постойте... А?

— ...А? — она посмотрела на него, моргая. Столкновение лоб в лоб, в которое они попали, должно быть, было болезненным. Её глаза были полны слез. — Иима... Харухирокун?

— Эм... Какимия Мерри-Сан?

В этом не было никаких сомнений. На самом деле её ни с кем нельзя было спутать. Это была его одноклассница, Какимия Мерри. Её внешность была настолько своеобразной, что она не могла быть никем другим.

— Подожди, почему ты называешь меня полным именем? — спросил Харухиро.

— Хорошо... Я стараюсь запоминать имена своих одноклассников.

— Всех? — спросил Харухиро, и Какимия кивнула.

— Всех. — подтвердила она. — Значит, это просто вырвалось.

— Я... вижу.

— Иима Харухиро — Какимия снова обратилась к нему по имени. Затем она поспешно исправилась. — Иима-кун... что ты здесь делаешь?

— О, я ... ну, в общем... Что же это было? Правильно. Я только что вспомнил. Я потерял свой телефон.

— А? — Глаза Какимии внезапно расширились, удивив и его самого.

— ...А? Что? В чем дело?

— Я тоже. — сказала она. — Я потеряла свой телефон и ищу его. Какое совпадение!

— А-Ага. Это отстой, да? Потеря телефона. ...Ты в порядке?

— А ты, Иима-кун?

— Ну, конечно, я в порядке... а может, и не так сильно. Я имею в виду, я ищу его...

Когда он разговаривал с Какимией, то почему-то чувствовал себя не в своей тарелке. Он не мог смотреть ей в лицо.

Разве такой парень, как я, имеет право смотреть на нее? — удивился он.

Из-за этого он смотрел в сторону и там увидел телефон, стоящий на перилах.

Только не его. Но только может быть, подумал он, поднимая его и показывая Какимии. — Эм, Какимия-сан, это твоё...?

— Моё! — Какимия, вероятно, сама того не желая, выхватила у него телефон. Когда она это сделала, их руки соприкоснулись, и Какимия тут же сказала:

— Извини.

— ...Ничего.

— Этот телефон очень важен для меня. Я так рада, что ты его нашел.

— Да. Я счастлив за тебя. Но что он здесь делает?

— Не знаю. — ответила она. — Ох, но когда я проходила здесь, то увидел Луну. Смотри.

Какимия вызвала изображение на своем телефоне, чтобы показать ему. Очевидно, это была фотография, сделанная ею с этого места. Был вечер, и он чувствовал, что может смутно различить что-то маленькое, плывущее в темном небе.

— Она вышла не очень хорошей. — извинилась она. — Она казалась такой большой, но на фотокамере она такая маленькая.

Как и требовала ситуация, Какимия теперь стояла плечом к плечу с ним. Ему стало неловко, и он осторожно отодвинулся от неё.

— Да — сказал он. — Такое случается.

— Я даже воспользовалась им... зумом? Я использовала эту функцию, но она все еще не стала такой большой. Это действительно разочаровывает.

Плечи Какимии поникли, и она вздохнула. Ему стало жаль её, и он хотел подбодрить её, но это было слишком тяжелым бременем для него.

— Ну, я пошел. — он попытался уйти, но...

— Иима-кун! — крикнула она ему вслед.

— ...Ч-Что?

— Спасибо. За то, что нашел его.

— Ничего такого, это было что-то вроде того. В этом нет ничего особенного.

— Твой телефон следующий — сказала она.

— Следующий?

— Нужно его найти.

— ...Обязательно.

Ну, да, конечно, он это сделал. Он намеревался посмотреть. Но он не хотел говорить: "Всё в порядке, я сам поищу". Возможно, Какимия просто сказала это, чтобы подбодрить его.

— Ну тогда...

Он двинулся вперед, и Какимия последовала за ним. Похоже, она собиралась искать его вместе с ним.

— Чтож, я в порядке, понимаешь? — он попытался сказать, но Какимия только кивнула. Он не мог до неё достучаться. Он не знал, что делать. Он надеялся, что найдет свой телефон до того, как это сведет его с ума.

Сцена #17: Мужчина - Это Думающий Конь

Бззт , пошел электрический ток.

Исуруги Ранта и Цуруги Монзо пытались перейти довольно оживленный пешеходный переход. Сигнал на пешеходном переходе сменился с красного на зелёный, и все пешеходы начали двигаться. Ранта также попытался идти. Когда он это сделал, ему в голову пришла идея. О, Неужели это пришло ему в голову?

— Сейчас самое время для этого... отжимания, тебе не кажется? — он сказал.

— А...? — Монзо посмотрел на Ранту с глупым выражением лица, которое говорило:

— Что ты вдруг сказал, Ранта-кун?

Неужели он не знает, что такое отжимания? Отжимания! Хотя, чем пытаться убедить его, лучше было ударить, пока железо было горячим. Он должен сделать это прямо сейчас. Время было движущейся вещью, и это идеальное время не появлялось слишком часто.

— Дорогу, дорогу! — Ранта протолкался сквозь толпу, обогнал их и побежал.

Дойдя до середины пешеходного перехода, он встал и положил обе руки на землю. Он вытянул обе ноги за спину. Руки, грудь и ноги ранты образовывали красивый прямоугольный треугольник с землей.

— А вот и я! Хахххх...!

Ранта начал делать несколько интенсивных отжиманий. Не обычные отжимания. Это были не твои легкие, вялые отжимания, ни в коем случае. Они были быстры. Он нагнулся и с дьявольской быстротой выпрямил руки. Все наблюдавшие должны были подумать: "Ого, как быстро! Он делал суперскоростные отжимания в— вы можете в это поверить?- на середине пешеходного перехода.

— Р-Ранта-кун?! Что ты делаешь на земле?! — Монзо что-то бормотал, но Ранте было все равно. Ого-го, ого-го, ого-го, с ритмичных вдохов и выдохов, он продолжал делать отжимания.

Пешеходы были бы шокированы до полусмерти. Гвахахахаха! В толпе послышался гул, гул, черт побери! Были же некоторые из них привязка фотографий и видео съемки, тоже. Они собирались распространить это? В социальных сетях? Сладко! Вперед! Нет, серьезно, сделайте это!

— Нвахахахахахахахахахахаха...! — Ранта был весь в поту и громко смеялся, продолжая отжиматься.

Вот это! Есть! Блаженство!

Прямо сейчас я стою особняком. Выделяюсь как сумасшедший.

Ты знаешь, на что это похоже? Это чувство?

— Там парень отжимается на пешеходном переходе по какой-то причине! Эта новость распространилась бы в социальных сетях. Завтра все дети вокруг будут говорить об этом.

— Кто он такой? Кто он такой? — Люди начнут искать человека, который отжимается на пешеходном переходе. Он мог решить, выйти ли ему и сказать: "Я-это он" позже, но независимо от того, сделал он это или нет, Исуруги Ранта будет идентифицирован как человек, ответственный за это.

Главное было не в том, что он отжимался на пешеходном переходе. Нет, просто он приобрел репутацию анархиста, панка и рок-н-ролльного парня. Это был самый бессильный момент. Э, нет, нет. Не то. Это был самый важный момент!

— Р-Ранта-кун! С-свет! Свет!

Монзо снова что-то кричал. Оглянувшись, Ранта увидел, что Монзо закончил переход. Теперь мигал знак пешеходного перехода.

Скоро она покраснеет. Большинство пешеходов, как и Монзо, уже закончили переходить дорогу. Мало кто обращал внимание на Ранту.

Ни за что.

Что это дает?

Нет, судьи еще не объявили эту игру.

— Вот тут-то все и начинается!

Орарарарарарарарарарарарарарарарарарарара...!

Ранта ускорил отжимания. Свет скоро изменится. Короче говоря, это означало, что у машин будет знак "вперед", но на их пути будет стоять человек, отжимающийся от пешеходного перехода. Все были бы шокированы этим безумием и сдались бы. Еще! Он собирался выделиться еще больше!

—Фухаахаххахахахахаха...!

Внезапно у него за спиной раздался голос: “Эй.”

— А?! — Ранта перестал отжиматься против воли и повернулся, чтобы посмотреть.

Там стояла девочка из его класса и смотрела на него сверху вниз.

— Что ты там делаешь, Ранта? — спросила она.

— Ч-что значит "что”...?

Подожди, это была Тачибана Юме? Он не припоминал, чтобы эта девочка могла обращаться к нему по имени, без всяких почестей. Они и близко не подходили друг к другу. Их отношения были на грани платонических. Если он напишет на ней свое имя, они будут одноклассниками.

— Я-я, эм, ух...

— Свет вот-вот изменится, понимаешь? Это опасно.

— Я... в порядке! Оставь меня в покое!

— Хм... — Тачибана выглядела так, как будто она о чем-то думала, но, вероятно, она вообще не думала, потому что она внезапно сказала: “УФ”, и села на спину Ранты.

— А?! Что ты на меня набросилась?! Что это такое?! Что?!

— Полный вперед!

— Нет, нет, нет?! Я не буду этого делать, ясно?! Я никуда не собираюсь, это очевидно!

— Ну, тогда и Юме тоже попадет под машину. Это никуда не годится.

— Тогда слезай!

— Юме никуда не денется.

— А почему бы и нет?!

Пока они это делали, светофор сменился, и машины начали сигналить.

— А! Ранта! Скорее, скорее! Ты должен пересечь границу!

— Тогда отвали от меня...

— Юме никуда не денется! Полный! Скорость! Вперед!

— Что с этой девчонкой...?!

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие

В версии с изображениями тут находится картинка.

Как я уже публично говорил в прошлом, я ненавижу Ранту. Но после всего, через что он прошел, Ранта, вероятно, меняется.

В "Чувствах Маски" так много хорошего от Ранты, что он мне почти понравился.

В следующий раз план состоит в том, чтобы дать всем вам историю Юме. Это все еще находится в стадии планирования, но я с нетерпением жду, чтобы написать о том, что было до Юме, и что с ней будет.

Кстати, я отвечал за композицию сериала и написание сценариев к аниме Fairy Gone, которое начало выходить в эфир в апреле 2019 года.

Я никогда не думал, что будет так весело делать что-то с другими людьми. Тем не менее, мне тоже нравится думать и писать о вещах в одиночку, поэтому я хотел бы продолжать работать над романами, сценариями, оригинальными концепциями и любыми другими возможностями, возникающими в будущем.

Итак, моему редактору Хараде-Сану, иллюстратору Эйри Шираи-Сан, дизайнерам KOMEWORKS, всем, кто участвовал в производстве и продаже этой книги, и, наконец, всем вам, кто сейчас держит эту книгу, я выражаю свою сердечную признательность и всю свою любовь. А теперь я отложу перо на сегодня.

Надеюсь, мы еще встретимся.

Ао Дзюмонджи

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Обложка

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

1. Справедливость и Правосудие

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Могузо, дружище.

— А?

Это случилось, когда Могузо зачерпывал какой-то суп в маленькую тарелку для пробы. Его руки перестали двигаться, и он посмотрел на Ранту, который стоял у входа в кухню.

— Ч-Что такое? Ранта-кун...

— Тебе не кажется, что ты становишься немного дерзким?

— Д-Дерзким...? Н-Нет, я так... не думаю.

— Нет, дружище. Ты становишься дерзким. Вот что происходит. Если я сказал так, значит, это правда. Я, великий Ранта-сама!

— Ч-Что заставило тебя так обо мне... думать? Если скажешь мне, я постараюсь исправиться.

— Вот это. — сказал Ранта, указывая на руки Могузо. — Именно они! Вот что я имею в виду, говоря, что ты ведешь себя дерзко!

— Г-Где..?

— То, как ты держишь их! Словно кричишь, «Я умею готовить!». Это настоящий жест кулинара. Это выглядит как угроза, «Быстро сказал, где ты живешь!». Вот это я и называю дерзостью!

— Ухх. П-Правда…? Я ведь просто готовлю здесь еду.

— «Приготовить блюдо? Раз плюнуть», не так ли? «Я не такой, как все вы»? Я же чувствую, как это сочится из того, как ты ведешь себя, и, честно говоря, это кажется зловеще!

— П-Прости. Я буду осторожнее.

— Ха! Говорить легко.

—... Я действительно буду осторожен. Эм, можно я продолжу готовить? Я ещё не закончил.

— Почему бы не и нет? Я никогда не говорил ни слова о том, что ты прекратил готовить, понимаешь?

— А-Ага. Ну тогда...

Могузо взял ещё один ковш супа, попробовал на вкус и кивнул.

— Фе... — Ранта с отвращением сплюнул. — У тебя такое выражение лица, будто ты считаешь себя особенным.

— Я не особенный, ясно?

— Так по тебе видно. Единственная причина, по которой ты этого не понимаешь, - это то, что ты не видишь своего лица.

— …Он был довольно вкусным, так что, может быть, поэтому?

— Серьёзно? И это всё?

— Н-Наверное...

Чоп, чоп, чоп , Могузо ножом нарезал кубиками что-то похожее на чайные листья и добавил их в суп. На его залитом паром лице играла улыбка. Ранта прищелкнул языком.

— Ты опять это сделал!

— С-Сделал что…?

— Это лицо, говорящее «Я справился отлично».

— А? Нет, просто так вышло, вот и всё...

— Дружище, ты что, ничего так и не понял?

— Н-Не понял..?

— Позволь мне сказать тебе, Могузо, я мог бы сделать то же самое, что и ты сейчас, понял? Просто я не такой. Ты всегда предлагаешь взять мою смену, так что я делаю тебе одолжение, отдавая её тебе!

— Я-Я просто люблю готовить, так что мне не трудно...

— Ошибаешься! Это не то, как ты считаешь! Это ещё не всё! Ты явно берешь чужие смены, чтобы показать, как замечательно ты умеешь готовить! Хочешь повысить свою собственную значимость и, если повезет, привлечь девчонок, пока занимаешься готовкой!

— Л-Ладно, тогда я больше не буду забирать твою смену.

— Ты болван!

— Чт...

— Могузо! Кто возьмет мою смену, если не ты?! Ладно, может быть, Манато и взял бы, если бы я его попросил, но я не хочу лезть из кожи вон, чтобы умолять его! Можешь брать мою смену! Дело не в этом!

— ...Что тогда?

— Готовка!

Ранта напряг бицепсы и похлопал по вздувшейся шишке.

— Я повар не хуже тебя, и я хочу, чтобы ты это понял! Я справлюсь с этим, если захочу, дружище! Я просто не хочу!

— К-Конечно... Я понял. Я это запомню. Ладно?

— Да. Запомни это хорошенько.

Ранта принюхался.

Он был голоден.

— ...Вкусно пахнет.

— Серьёзно? Эм... не хочешь попробовать?

— Если настаиваешь, я не возражаю, это не ради тебя.

Ранта расправил плечи, как он подошел, чтобы встать рядом с Могузо. Взяв протянутую Могузо тарелочку, он сделал глоток супа.

Его глаза расширились.

— Э... Этот... Этот богатый аромат... Изысканный баланс между глубиной вкуса и чистым послевкусием. Количество соли тоже идеально. Не слишком много, но и не кажется, что его мало... Могузо!

— Ч-Что…?

— Могузо, дружище…!

Ранта обнял Могузо за плечи.

— Ты действительно умеешь готовить! Это самое лучшее! Чёрт, я хочу ещё! Я хочу выпить всё это прямо сейчас! Я не хочу, чтобы он достался кому-то ещё! Я хочу съесть всё содержимое в этом супе!

— Ах, ха-ха... Э-Это уже слишком.

—Вхуа, погоди!

— Ч-Что?

— Только что твои ноздри расширились!

— Нет, не думаю... — Могузо поспешно прикрыл нос руками.

Ранта ухмыльнулся. — Теперь ты сделал это, Могузо. Я видел тебя! Совершенно верно! Я не пропустил его! Этот самодовольный взгляд на твоем лице...

— Я-Я действительно не хотел...

— Все в порядке, дружище. Это совершенно нормально.

— А...?

— Могузо, ты хорошо готовишь. Что плохого в том, чтобы гордиться этим? Я говорю о том, что это совершенно неприлично, что, несмотря на это, ты ведешь себя очень скромно, очень скромно. Всё в порядке. Используй свой талант кулинара, чтобы показать, какой ты замечательный! Вперёд! Твоя ценность взлетит прямо вверх! Влюбляй в себя девушек! Целься в гарем! Это то, чего ты действительно хочешь, верно? Тогда не скрывай этого! Будь честным. Разве я не прав?

— ...Ошибаешься.

— А?

— Ты ошибаешься. Я ни о чем таком не думаю... Я серьезно. Я просто хотел, чтобы все смогли поесть немного лучше. Я хотел видеть всех счастливыми...

— Гаппиин!

— ...Гаппин?

— Гаааааааааааааааа!

Ранта отскочил назад, встал на дыбы и начал танцевать.

— Пииииииииииииииииииииин!

— ...А? Что? Ч-Что происходит, Ранта… - кун?

—Бум! Крэш!

— Нет, погоди, я не поним—

— Эй, Могузо, потрогай меня здесь. Прямо здесь. — Ранта выпрямился, указывая на свое горло.

Могузо неуверенно тронул шею Ранты. — ...Здесь?

— Там! Вот где мои мурашки...!

Ранта отскочил назад и ткнул указательным пальцем в сторону Могузо.

— Ты просто не туда их натер! Ты...!

— Чт... У тебя мурашки, Ранта-кун...?

— Держу пари, черт возьми, что да! Ты только что дотронулся до них голыми руками! Я почувствовал, что ты их не так потираешь!

— Твои ... мурашки?

— Я не позволю тебе говорить, что у меня их нет! Не после того, как ты подошел и потрогал их всех!

— Я почти не прикасался—

— Это что, оправдание?! Оправдание?! Оправдание?! Ищешь оправдания?! Или негодуешь?!

— Я-Я понятия не имею, о чем ты сейчас говоришь...

— Не волнуйся! Потому что для меня это тоже не имеет никакого смысла! Я знаю, что это странно для меня, чтобы быть тем, кто говорит это, но такие вещи случаются в жизни! Я прав?!

— Я-Я не знаю, как реагировать, когда ты говоришь, «Я прав?!» вот так...

— Я прав?!

— К-Конечно...

— Так, во всяком случае! Теперь, когда дело дошло до этого, нет никакого способа покончить это мирным путем! Потому что ты буквально растер меня не в ту сторону! Мы должны это уладить! Повернись ко мне лицом, Могузо…!

— Ли... Лицом к тебе? Для чего…?

— Разве не очевидно? — крикнул Ранта, раскинув руки. — Для серьезной кулинарной битвы! Allez cuisine *!

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Эй, здоровяк, пойдешь с мной .

Он всё ещё сожалел о том, что, когда Кузуока*, мужчина в шляпе с перьями, сказал ему это в Штабе Добровольческого Солдатского Корпуса*, он не дал ему твердого отказа.

Кузуока выглядел как хороший парень - нет. Он был полной противоположностью. У него было лицо хулигана и нечестивый рот. Кузуока сказал, что научит его всякому, и даже одолжил ему денег, но, честно говоря, Могузо подумал, что это просто болтовня. Тем не менее, он не отказался.

На самом деле вариант отказа никогда не приходил ему в голову.

В каком-то уголке своей головы он с самого начала знал, что дела идут не в лучшем направлении. Он знал, что пойти с Кузуокой было ошибкой. Тем не менее, несмотря на это, Могузо ничего не мог поделать, кроме как позволить всему идти своим чередом.

Он сделал, как сказал ему Кузуока, отправившись в Гильдию Воинов, заплатив восемь серебряных монет и посетив лагерь новичков. Там его сбила с ног наставница по имени Комо*, которая носила кожаные плавки от бикини и кожаный ремешок вместо топа - явный признак того, что она была той ещё извращенкой. Когда он назвал её «наставником», она рассердилась, сказав, «Комо-сан! Зови меня Комо-сан!» Даже сейчас он не понимал, о чём это она. Комо-сан была очень пылкой, сильной и странной.

Он сбился со счета, сколько раз вздыхал, думая, « Я не годен для такого» , за семидневные тренировки. Одно дело - размахивать большим мечом, но ударять им во что-нибудь, причинять боль, крушить, убивать - просто не подходило ему. Он много практиковался, используя деревянный меч на манекене в Гильдии Воинов, но даже против неживого противника он не чувствовал себя хорошо. Он не мог не подумать, « Зачем мне это делать? Разве мне не следует заняться чем-то более важным? Возможно, я несоразмерно раздуваю вещи, но, если у меня есть сила что-то крушить, было бы лучше использовать её для создания чего-то. Это было бы более разумно ». Когда эти мысли проникали в его голову, он убивал весь его энтузиазм по этому поводу.

И Комо-сан устроила ему ад.

— Могузо! Ты - червяк! Что, если твоих товарищей убьют, пока ты бездельничаешь?! Твоя нерешительность убьет твоих союзников! Убей, прежде чем убьют тебя! Это жесткое правило на поле боя!

Может, мне будет лучше в месте, где не придется убивать или не убьют меня?

— Могузо! Ты просто сомневаешься в причинах драки, не так ли?! Ты дурак! Сначала идёт битва! Причина приходит после!

Он не соглашался с этим. Он не мог сражаться без причины. Если возможно, он вообще не хотел драться. Он не только не хотел владеть мечом, он не хотел с ним встречаться.

Он ненавидел это так, так, так, так, так, так, так, так сильно, но, когда она сказала ему. — Сделай это. — его тело двинулось само. Он взмахнул деревянным мечом, как ему приказано, и ударил манекен. — Слишком слабо. — кричала она, и он размахивался сильнее. Даже когда он падал от истощения, если она пинала его ногой по заднице, он возвращался.

— Ты умрешь так же, как и сейчас, Могузо! Либо будет так либо дашь своим товарищам умереть! Ты с этим согласен?!

В ответ на эти резкие слова он крикнул в ответ. — Нет, не дам!

У него не было собственной воли.

В конце концов, это было то же самое и тогда.

С лагерем новичков позади, он, наконец, присоединился к группе Кузуока как Воин. В качестве своего рода проверки они решили, что у него будет матч с Рыцарем Ужаса из той же группы, или Паладином, или чем-то в этом роде, прямо за северными воротами. Только не деревянными мечами. Это был тренировочный матч, но его всё ещё нужно было проводить на настоящих мечах. « Я не смогу этого сделать », подумал он. Но когда ему сказали. — Сделай это. — он не смог отказаться. Он был мгновенно сбит с ног, и Кузуока плюнул на него.

— Чёрт, ты бесполезен. Я не должен был терять время на ожидание. Это огромная потеря. Итак, плати. Деньгами. Я хочу денег. Отдавай мне все свои монеты. Давай, поторопись.

Он знал, что с ним должно быть что-то не так, просто добровольно отдавал все свои деньги. Но он не мог сопротивляться. Без денег у него были бы проблемы, и он, очевидно, не хотел этого делать, но не мог найти в себе воли сопротивляться.

Если бы Манато и его группа не пришли после этого, кто знает, что бы с ним случилось. Нет, что до этого сам Могузо собирался с этим делать?

Он не мог представить. Он вообще не думал об этом. Он мог бы остаться там, сидя на обочине дороги сразу за северными воротами, и ни о чем не думать.

Манато, Харухиро, Юме, Шихору и Ранта спасли Могузо. Он был благодарен им пятерым. Если есть что-то, что даже он мог сделать для них, он хотел это сделать. Он должен был. Технически он был Воином, поэтому сражался за всех изо всех сил.

Это и готовка.

Он готовил еду для всех.

Фактически, он был немного уверен в этой области.

Когда они сталкивались с гоблинами, даже когда он мысленно кричал, « Сражайся, ты должен драться » самому себе, он понятия не имел, что и как делать, и его тело не двигалось. Он не мог драться, не думая, « Я сделаю это. Сделаю что? Я знаю. Я должен сделать это » и подробно изучить каждую мелочь. Из-за этого он всегда был на шаг позади.

С готовкой всё было иначе.

« Это то, что мне нужно », или « Вот чем я сегодня займусь » - идеи приходили ему с легкостью. Если он покупал что-то в ларьке, он мог более или менее выяснить, какие ингредиенты и как это было приправлено. Если бы у него были только материалы, методом проб и ошибок он мог бы воссоздать практически любое блюдо.

— ... Неужели я позволял себе этим забивать себе голову?

Могузо стоял посреди двора общежития для Солдат-Добровольцев, повесив голову.

— И Ранта-кун видел это насквозь ... Это то, что случилось?

— Могузо?

— А ...?

Когда Могузо поднял глаза, Манато был прямо рядом с ним, глядя на него, склонив голову набок.

— Ох... М-Манато-кун.

— Что не так? Что-то случилось?

— Нет, ну... Н-Не совсем. Мне нечего… сказать... хотя ...

— Что это должно означать? — спросил Манато, усмехнувшись, затем сел рядом с Могузо. — Мне кажется, что что-то действительно произошло. Почему бы не рассказать мне об этом, если не возражаешь? Иногда, если просто выразиться словами то, что тебя беспокоит, то после будет легче с этим справиться.

— Э-Это имеет смысл. Конечно...

Могузо вздохнул и потер свою грудь. Однако от этого слова не стали легче произноситься.

— Я не возражаю. — сказал Манато спокойным тоном. — Если не можешь об этом говорить, то не нужно. Не заставляй.

— Р-Ранта-кун был ...!

Внезапно что-то вырвалось у него из горла, и он с удивлением обнаружил, что это был его собственный голос. Вот как это было.

— Р-Ранта-кун, он, эм… Я не знаю, как это выразить. О-Он бросил мне вызов. Так...

—Ох, да? Что за вызов?

— Это была ... битвой в к-кулинарии.

— Что ж, ты выиграешь. Матч решен ещё до того, как он начнется.

— А? Нет, ты не можешь говорить этого, пока это не произойдет...

— Я имею в виду, что Ранта никогда даже не готовил хорошую еду, держу пари. Он не умеет чистить или резать вещи.

— О-Он какой-то случайный человек, понимаешь? Я имею в виду Ранта-кун. Он плохо разбирается в деталях...

— Небрежный. Вот какой Ранта. Он постарается срезать всё, что сможет.

— Я точно знаю? Н-Но готовка устроена не так. Нет ничего бесполезного. Да, и от того, вкладываешь ли ты в это своё сердце, очень большая разница.

— Ранта из тех, кто следует своим прихотям и делает всё эффективно.

— Но всё-таки это нехорошо. То есть, я не знаю, должен ли я говорить, что это бесполезно. Это может быть хорошо с другими вещами, но с готовкой, потратив на это время и усилия, ты получишь совершенно другой результат. Фактически, всё это сводится к...

— Тогда почему бы не победить его?

— ... А?

— Ты должен устроить соревнование на глазах у всех и сбить Ранту с ног.

Когда Манато сказал что-то подобное с освежающей улыбкой на мгновение, Могузо не понял.

— Это нормально. Независимо от того, как всё сложится, неловкости не будет. Я позабочусь об этом. Я имею в виду, ты тоже как бы хочешь этого, верно, Могузо?

Глаза Могузо расширились. Когда Манато впервые это сказал, он понял, что сказал.

— ... Д-Да.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда Ранта бродил по рынку, он случайно заметил Юме и Шихору. Он мог бы позвать их, но, подумав немного, решил, что не стоит.

— ...Бах. Не знаю почему, но похоже, они веселятся. Плоскодонка* и Пышногрудка*.

Он резко повернулся и со вздохом почесал затылок.

— Могут ли они действительно уживаться с такой разницей размеров груди? Я не понимаю женщин. У нас, между парнями, такая большая разница в размерах таких вещей создаёт неловкость. Даже если бы мы сохраняли внешнюю видимость, в глубине души я бы подумал, « Но, чувак, у тебя такой маленький ... Пфф! » Ну, не то чтобы у нас такая большая разница в размерах среди нашей команды...

Бормоча себе под нос, он взглянул на ингредиенты на полках магазинов и прилавков.

В целом скоропортящиеся продукты были дорогими, а оставшиеся - более дешевыми.

— Что мне делать? Хм. Готовка. Готовка... Постой, как я вообще оказался в кулинарной битве с Могузо...?

Он остановился, скрестил руки на груди и задумался.

— Горячий момент ...?

Что ж, это было важно. То же самое было, когда он стал Рыцарем Ужаса.

« Хорошо, мы договорились, что ты будешь Воином, Ранта ».

Когда Манато сказал это, прежде чем все они присоединились к своим гильдиям, Ранта был полностью согласен. Ему особенно нравилось, что Воин был центральным элементом всей группы.

Знаешь. Я им нужен. Без меня они ничего не смогут сделать. Верно, верно, верно? Так что я буду для них Ранта-сама. Да-да.

Так он думал об этом и был очень доволен.

Почему он не вступил в Гильдию Воинов?

В то время Ранта находился в южном районе Альтерны, направляясь к Гильдии Воинов недалеко от городка ремесленников. Он был без ума от этого.

Воин, а? Я - Воин? Воин. Воин. Воины классные. Я имею ввиду, они же Воины. Бьюсь об заклад, я стану хитом среди дам. Вот и пришло мое время быть популярным. Нет ничего такого, чтобы этого не произошло.

Пока он думал об этом, напевая себе под нос, внезапно слова Манато вернулись к нему.

« Помимо Воинов, я слышал, что есть ещё две похожие профессии, Рыцари Ужаса и Паладины, но я считаю, что нам действительно следует… »

Рыцарь Ужаса? Паладин?

Ох? Ох, хо, хо, хо? Хмм? Хмм, хм, хм? Подождите-ка...

Может быть, быть один из них был бы ещё круче ...?

В тот момент, когда эта мысль пришла ему в голову, возможность стать Воином исчезла без следа. Рыцарь Ужаса или Паладин? Кем я должен стать? Было два выбора, которые ему оставалось сделать.

Выбрать тьму?

Или же свет?

Очевидный ответ - тьма ... Да?

Я так и думал.

Ранта всё ещё помнил, как говорил это себе.

— Рыцарь Ужаса, Ранта. Ранта, Рыцарь Ужаса. Рыцарь Ужаса, Ранта. Ужасающий Рыцарь, убивающий всех Рыцарей Ужаса, Ранта. Ранта должен был стать Рыцарем Ужаса. Настоящий Рыцарь Ужаса - Ранта. Рыцарь Ужаса Ранта ...

Оно идеально подходило. Может, он родился Рыцарем Ужаса? Да. Должно быть это так.

Так родился Рыцарь Ужаса Ранта.

Его семь дней мрачных наставлений в Гильдии Рыцарей Ужаса были суровыми и трудными, но он преодолел это, потому что, эм, если бы он этого не сделал, он был бы мёртв, и теперь он действительно не помнил, в чем дело, но он прошел испытания чудесно и блестяще, так что не сожалел.

— Горячий момент ... Это важно.

Ранта хмыкнул и сжал кулак.

— В конце концов, жизнь основана на интуиции и накаленном моменте. Значит, этому соревнованию суждено было быть. Это событие было неизбежным. Да уж. Неизбежно? Или же можно было этого избежать? Как бы то ни было. Мне это нравится. Потому что независимо от того, что я говорю, всегда правильно. Тем не менее...

Он беспокойно огляделся.

— Что мне делать ...? Могузо хороший повар. Но это всё, для чего он годен. Если я побью его в готовке, это будет тяжелая работа. Я имею в виду, что, будучи собой, я не могу выиграть, но мне нужно тщательно выбирать методы. Хммм. Нгх...

Размышляя, он добрался до городка ремесленников в южном районе.

Недалеко от городка ремесленников находилась деревушка с киосками, в основном занятых ремесленниками. Общежитие Солдат-Добровольцев было в двух шагах от них, и здесь было много мест, где можно поесть и выпить, поэтому Ранта и другие часто приходили сюда набить себе желудок. Он знал это место как свои пять пальцев.

— Бинго!

Я понял , подумал он и бросился бежать. Он бросился в сторону села киосков. Он начал чувствовать запах чего-то вкусного.

— Это здесь! Мне нужна подсказка! Должно быть тут! Должно быть...!

Когда он пробегал через деревню киосков, он смотрел сюда, он смотрел в ту сторону. Он смотрел на одно, он смотрел на другое, всё время нюхая носом. В конце концов, Ранта внезапно остановился перед одним из киосков.

— Это оно...! Никакого сомнения! Ключ к моей победе похоронен прямо здесь! Это то, что мне подсказывают мои инстинкты! Со! Ру! Зо!

— Ч-Что...?

Внутри стойла хозяин стойки сорузо, который помешивал горшок, был глубоко встревожен.

Ранта засмеялся.

— Хе-хе-хе-хе... Гвахахахаха...! Не бойтесь так! Даже если вы не можете не бояться Рыцаря Ужаса Ранта-самы! Я не собираюсь есть тебя или еще что-нибудь!

— ... С тобой все в порядке, приятель?

У хозяина стенда сорузо были волосы цвета соли с перцем, и ему, вероятно, было за пятьдесят. У этого человека был барабанный живот, которого можно ожидать от любителя сорузо, именно так и должен выглядеть шеф-повар сорузо. Кстати, сейчас было не время обедать, поэтому у него не было клиентов. Мастер усиленно готовился.

Ранта прочистил горло и выпятил грудь.

— Конечно, я в порядке!

— Л-Ладно. Тогда хорошо. ... Ты бывал здесь уже несколько раз. У меня в гостях.

— Конечно, бывал! Потому что я Солдат-Доброволец! Хотя я всего лишь стажер!

— Ты ведешь себя ужасно самоуверенно для стажера...

— Хех ... Ты так думаешь, старик? Что ж, для этого есть причина... Наверно, потому, что я действительно важен! Оно просто сочится из каждой моей поры, не так ли? У меня такая аура!

— ...Я не знаю. Меня не волнует, важен ты или нет, так ты уже мог победить? Я здесь занят.

— Есть условие.

— Т-Ты ставишь мне условия? Просто чтобы уйти...?

— Не волнуйся. Ты, конечно, можешь принять или отклонить предложение.

— Если бы я не был свободен, это похоже было бы на угрозу, не так ли? Нет, даже с этой свободой это всё равно кажется угрозой...

— Ничего особенного.

— Дай угадаю, ты из тех, кто не слушает того, что тебе говорят...

— Бинго!

— Но именно это ты послушал?!

— Что ж, ага. А теперь об этом условии. Научи меня готовить сорузо. Сделай это, и я не прочь уйти. Все просто, правда?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда он шел по рынку, что-то врезалось в него сзади.

— Унгх!

— Вах...

Хотя он не совсем подался вперёд, он удивленно обернулся и увидел там Юме. Она схватилась за него.

— ... Ю-Юме-сан? Ох...! И Шихору-сан тоже.

— Мяу! Юме уже тут!

Пока Юме энергично махала руками и подпрыгивала, Шихору встала позади неё, махая рукой немного более сдержанно.

— ... П-Привет.

— Э-Эммм... — Могузо положил руку себе на грудь. Они очень сильно его удивили, так что его сердце колотилось.

— К-Как дела у вас обеих? Вышли за покупками...?

— Ммм, ну, Юме и Шихору приглядывали для себя что-нибудь. Верно, Шихору?

— ... Д-Да, верно. Мы смотрели на вещи...

— Что насчет тебя, Могузо? Что ты делаешь?

— Ох, я-я...? Я-Я делаю то же самое, что и вы, я полагаю? Ищу кое-что.

— Неужто, для еды?

— А-Ага.

— В конце концов, ты же еда.

— А...?

— Ой! Юме имела в виду, что ты гурман. Ты действительно хорошо готовишь. Слушай, Юме, она тоже большая поклонница еды. Но готовит она не очень. Так что, может быть, ей стоит продолжать просто наслаждаться самой едой...

— К-Конечно. Ну, эммм...

Были моменты, когда он не мог сразу понять того, что пытается сказать Юме. Когда это происходило, ему всегда приходилось делать паузу и немного перебирать в голове.

— ... Думаю, мне нравятся оба варианта, может быть? Я-Я не знаю каково это. Когда я получаю тот вкус, к которому стремился, я действительно становлюсь счастливее.

— Ооо... — глаза Шихору немного расширились, и на её лице появилось понимание.

— Мху? — Юме надула щеку и указательным пальцем ткнула себя в челюсть. — Может это похоже на это? Знаешь, когда ты закрываешь глаза и пытаешься идти прямо, но открыв глаза, нююю, ты понимаешь, что прошел слегка криво? Это то, на что это похоже?

— Э-э ... я-я не знаю. Это немного другое... может быть?

— Другое значит, хух.

— Ага. Извини. Наверно.

— Юме тоже извиняется.

— Нет, это я должен извиниться...

То, как эти двое продолжали склонять головы друг перед другом, заставило Шихору рассмеяться. Когда Юме заметила, она улыбнулась, и Могузо рассмеялся в ответ, насколько всё это было глупо. Все трое вместе посмеялись, когда неожиданно Юме прыгнула на Шихору.

— Глоооооомп!

— Иииииик!

— Уняяяя. Гломп!

— Эй, Юме, прекрати...

— Хорошо! Юме, она прекратит!

Что эти обе только что вытворяли? Что это за общение? Могузо понятия не имел, но Шихору, похоже, это действительно не нравилось, но они выглядели так, будто им было весело.

Было приятно видеть, как они ладят. « Я действительно не подхожу для того, чтобы быть Воином », подумал Могузо. Тем не менее, ради товарищей, которые приняли его в свою группу, он должен был быть лучшим Воином, которым он мог быть. Он намеревался сделать это, но, когда он станет настолько старым, что больше не сможет сражаться, он подумал, что было бы неплохо открыть ресторан со своими товарищами.

— Э-Эм, так, кое-что случилось...

— Мм-хм, мм-хм. Что такое, Могузо?

— ... По какой-то причине у меня будет кулинарная битва с Ранта-куном.

— Ранта-кун снова ведет себя странно ... — отвращение на лице Шихору заставило Могузо криво улыбнуться.

— Вроде, да ... Н-Но какой бы ни была причина, я буду счастлив, если смогу приготовить что-нибудь вкусное, чтобы поделиться со всеми.

— Ооооо. И то правда!

— Если возможно, я хочу, чтобы это было то, чего я бы не сготовил, если бы не такое событие...

— ... Я с нетерпением жду этого.

Шихору прикрыла рот руками, глаза её сверкали. С того места, где стоял Могузо, казалось, что Шихору могла быть ещё большей обжорой, чем Юме. Юме встала на цыпочки, чтобы приблизить свое лицо к нему.

— И и?

— ... Д-Да. Что за «И и»? Я ещё ничего не придумал... вот почему я присматривал себе ингредиенты.

— Пользу будет удача, понимаешь!

—Ладно...?

Могузо и Шихору переглянулись. Выражение её лица говорило ему, что даже она не могла понять, что пыталась сказать Юме. Ему просто нужно было притвориться, что это имеет смысл.

— Д-Да ... конечно?

— Так ведь? Верно, Шихору?

— ... А? К-Конечно... я думаю?

— Ой! В таком случае Юме думает, что Юме, Шихору и Могузо должны осмотреть всё вместе!

— Вы уверены, что хотите этого? Буду благодарен вам.

— Конечно, Юме только за. И Шихору тоже, верно?

— ...Конечно. Если ты не против, Могузо-кун.

Так они вместе осматривали рынок. У него не было возможности так часто прогуливаться с ними, поэтому Могузо попытался задать Юме и Шихору несколько вопросов.

— Эм, а что вам нравятся?

— Хм? Что нам нравится, да? Посмотрим ... Юме, ей нравятся волкособы*!

— ... Юме, он имеет ввиду в плане еды.

— Ой? Разве? Еда, да? Нгххх. Мухххх. Нунуххх...

— Извини, Юме-сан. За то, что заставил тебя так сильно задуматься...

— Нювах?!

— А...?!

— Могучин, ты только что назвал Юме Юме-сан, не так ли?!

— ... М-Могучин?

— Могузо?

— Н-Ну, сойдет любое, но, э-э... Ага. Понятия не имею. Странно обращаться к тебе без почтения...

— Ты так думаешь?

— Думаю, это кажется слишком фамильярно.

— Как ты думаешь, это действительно звучит фамильярно?

— Я-Я не знаю ничего об этом.

— Юме прекрасно подходит Юме, понимаете? Но Юмерин тоже звучит нормально. Или же лучше Ямми*?

— ... Юме. Ями звучит странно, хорошо...?

— Уммхх. Ладно. В конце концов, Шихору - это Шихору. Просто Юме нормально подходит, да? Может, Могузо тоже должен быть Могузо. Я имею в виду, Могузо милый.

— ... Т-Ты так думаешь?

Лицо Могузо стало красным. На улице не было жарко, но он чувствовал, что вот-вот вспотеет.

— Да да. Юме думает, что ты милый. Шихору тоже милая.

— ... Я-Я так не думаю...

— Ты милашка, поняла? Могузо, ты согласен, правда?

— А? Конечно... Да. Я-Я думаю, она даже очень мил...

Могузо закрыл лицо обеими руками. Он чувствовал себя очень смущенным, но если он не закончит то, что начал говорить, она могла понять всё не так. Он не хотел бы такого исхода.

— ... Я думаю, она милашка. Правда-правда.

— Ох... — Шихору почему-то вежливо поклонилась ему. — С-Спа... си… бо...

— Н-Нет, спа…сибо?

— Нююх? Что вы двое делаете?

Я не хочу слышать этого от человека, который втянул нас в эту неразбериху . Это то, чем Ранта мог бы возразить в ответ, но, очевидно, Могузо не мог этого сказать.

— Ой! Итак, о еде, которую любит Юме.

О, и теперь мы внезапно вернулись к тому, чего он тоже не мог сказать.

— Юме, она будет есть всё, что будет вкусным, понимаете?

После всего этого тебя всё устраивает , снова было то, чего он не мог сказать.

— А что касается меня, то...

Какой хороший человек, Шихору, пытается всё уладить.

— Лично... эмм, мне бы хотелось чего-нибудь такого, от чего я бы не потолстела, если бы переела...

Диетическая еда?!

Этого она хочет?

Что?

Что ж, она же девушка, скорее всего так оно и есть.

Их мнения оказались даже менее полезными, чем я предполагал.

Шихору, должно быть, было очевидно, что Могузо думал об этом, когда он заскрежетал коренными зубами, потому что она наклонила голову.

— ... М-Мне жаль. Это не очень помогло, да? Потому что я толстая...

Я не думаю, что это имеет к этому какое-то отношение. И для начала я не считал тебя толстой .

Он действительно хотел бы сказать это. Но он не смог.

Могузо начал смотреть в небо.

Он хотел просветления.

В тот момент, когда он захотел этого, его желудок заурчал. Могузо поспешно посмотрел на Юме и Шихору. Похоже, никто из них не слышал. Какое облегчение. Потом это случилось.

— Ах ...!

Только что краем поля зрения он что-то увидел!

— Могузо? Ты что-то увидел?

— А-Ага...

Поверхностно ответив на вопрос Юме, Могузо начал его искать. Вот оно. Это было то место. Перед стойлом стояли бочки, и он мог заглянуть внутрь. Могузо указал на бочки и заговорил с владельцем.

— Э-Это случаем не... рис?!

Хозяин ларька с сомнением посмотрел на него и коротко кивнул.

— Да, это рис, выращенный на материке. А что хотел?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда-то здесь жил человек. Ладно, да, мужчины есть везде, но не надо сейчас об этом. Это всего лишь предисловие к рассказу. Вернее, предисловие к предисловию.

Во всяком случае, здесь был мужчина. Этот человек когда-то был Солдатом-Добровольцем. Так вот, это слишком распространенная история, но вместе со своими товарищами этот человек сражался, и сражался, и сражался; день за днем он сражался, и, хотя иногда он отдыхал, он в основном сражался и зарабатывал этим себе на жизнь. Он дрался бесчисленное количество раз. После всех сражений конец наступил внезапно.

— Эй, Такакаге*! Такакаге?! Такакаге?! Возьми себя в руки...!

— У-Усурадани*... Э-Это нехорошо, я не могу...

— Не говори так, Такакаге! Не сдавайся! Если ты сдашься, игра будет окончена! Так что не сдавайся, идиот!

— Н-Не называй меня идиотом... Люди, которые называют людей идиотами, - настоящие иди…оты...

— Так вот из-за чего ты будешь злиться?! Эй! В этой ситуации ты из-за этого собираешься злиться?! Я имею в виду, что сейчас явно не время для этого!

— Я… Я не ... злюсь...

— Ты злишься! Вот что, я могу сказать! Ты очень зол!

— ...Я не ... злюсь...

— Такакаге?! Такакаге?! Такакагеееееееееееееее?!

—Ру... зо...

— Что?! Что ты сказал?! Что?! Если тебе есть, что сказать—

— Со... ру... зо...

— Сорузо…?

— Эй! Уcурадани! — один из его товарищей схватил Усурадани за руку и потянул.

— Нам нужно бежать! Это единственный путь, иначе остальные из нас тоже падут...!

— Как мы можем оставить Такакаге…?!

— Ладно, оставайся! Остальные уходят!

— Какого черта?! Я тоже пойду! Ну конечно же! Так вот оно что, Такакаге! Я не буду прощаться! Просто, так долго...!

{Это реконструкция, основанная на интерпретации слухов. Она может немного отличаться от реальных событий. Пожалуйста, поймите.}

После потери Такакаге Усурадани почувствовал, что достиг предела жизни Солдата-Добровольца, и ушел.

Однако, хотя он мог отказаться от того, чтобы быть Солдатом-Добровольцем, он не мог отказаться от того, чтобы быть человеком. На самом деле, единственный способ перестать быть человеком, как правило, был умереть, и он бросил должность Солдата-Добровольца, потому что не хотел умирать, поэтому он должен был жить, а для этого ему нужно было зарабатывать на жизнь—поэтому, после долгих размышлений, он решил войти в бизнес еды и напитков.

— В конце концов, я люблю поесть. Если мне нужно поесть, я хочу, чтобы это было вкусно. Я имею в виду, что плохая еда сводит меня с ума. Это довольно очевидно, но вы едите только ограниченное количество раз в своей жизни, не так ли? Ну, когда вы едите что-то отвратительное, вы теряете один из этих шансов, и это меня бесит. У меня сложилось впечатление, что есть много людей, мужчин и женщин, которые хотят есть хорошую еду, так что, может быть, ресторан мог бы работать? У меня есть кое-какие сбережения, так почему бы не попробовать? Давай сделаем это. Да! Я сделаю это...!

{Это может немного отличаться от реальных событий. Пожалуйста, поймите.}

Усурадани был в компании из шести человек. С потерей Такакаге их стало пятеро. Как только Усурадани ушел, их стало четверо. «Четыре человека? Четверых для этого недостаточно» , подумал он, и двое из этих четверых присоединились к Усурадани, и они начали бизнес с едой и напитками в качестве партнеров.

— Беря немного от каждого из наших имен - Усурадани, Цумозука* и Янку*, - как насчет того, чтобы назвать его Усуцумоя?!

— Погоди, Усурадани. Почему начинается с твоего имени?

— Да, да. Вместо этого мы можем назвать Янцуу.

—Эй, подожди, Янку. Там только одна буква от моего имени. Это неправильно.

— Заткнись, Усурадани. Твоё первоначальное предложение было таким же, ребята, два слога к моему одному. У меня было только «я» в конце.

— Что за чепуха, Янку. Я имею в виду, что это вообще за имя такое - Янку? Мне всё это время было интересно. А Янку, черт возьми, существует ли вообще такое имя?

— У-Усурадани, так вот как ты думал...?

— К сожалению, Янку. Я тоже так думал.

— Эт ту, Цумозука?! Что бы там ни было! Я больше с вами не имею с вами дела, ребята! Увидимся!

— Ах, да? Увидимся.

— Остановите меня! Ты должен был остановить меня! Хотя бы раз!

— Нет, забудь. Ты слишком большая заноза.

— Черт побери! Тебе лучше не забывать об этом, Усурадани! И ты тоже, Цумозука! Клянусь, я заставлю вас пожалеть об этом!

Возможно, это немного отличалось от реальных событий, но, в общем, именно так Янку ушел после ссоры с остальной группой.

Усурадани и Цумозука на время отложили название бизнеса и всю ночь говорили о том, какой бизнес по еде и напиткам они хотели бы возглавить.

— ...Да, я хочу женщину.

— А? О чем ты говоришь, Цумозука...? Еда, чувак. Еда. Это ресторан, в котором мы будем работать...

— Эй, эй, эй, Усурадани? Какой ещё аппетит равен нашему желанию поесть…? Наше желание перепихнуться, очевидно же!

— Да, и?! Ты что, издеваешься надо мной?! Я выбью из тебя всё дерьмо!

— Ну давай же, седой...!

— Э-Эй, я очень чувствителен к этому! Цумозука, Чувак, я не могу позволить этому соскользнуть!

— Если ты не позволишь этому соскользнуть, что тогда?!

— Я убью тебя!

— Ты только что сказал, что убьешь меня?! Убить меня?! Оххх, ты ведь это сделаешь, не так ли?! Ты сказал то, чего не должен был говорить, не так ли?!

— Ой, заткнись!

— Ты ударил меня?! Даже мой собственный отец никогда не бил меня!

— Да, может быть, твой отец никогда этого и не делал, но тебя так сильно били, что ты, кажется, привык!

— Ну, извини! Кто ты такой, чтобы указывать мне, во что я могу вляпаться?!

— Тебе нравится, когда тебя бьют?! Мы знаем друг друга довольно давно, и я никогда этого не знал. Я так и не понял. Ух ты, какая гадость! Ну ты и гад!

— Я не хочу слышать этого от тебя, седой!

— Не называй меня так!

— Сееееедооооой.

— Ты её только что спел?! Ты взял и спел её?! С вибрато?! С уникальным пазом?! И ты говоришь странно хорошо?! О, довольно об этом! Я больше не могу иметь с тобой дела. Пока-пока!

— Да, но я тоже не хочу иметь с тобой дела! Увидимся, седой! Я имею в виду, Усурадани! Увидимся...!

— Усурадани и седой не похожи! Количество слогов даже не совпадает...!

Даже если детали здесь немного отличаются от фактов, Цумозука ушел более или менее при таких обстоятельствах, и Усурадани в конечном итоге управлял ресторанным бизнесом в одиночку.

Усурадани думал и думал, и после процесса проб и ошибок он остановился на ларьке, который предлагал лапшу, приготовленную из муки. Лапша, приготовленная путем замешивания муки с небольшим количеством соли и воды, уже была широко распространена в Альтерне. Поначалу Усурадани намеревался конкурировать и в этом сегменте рынка, но чем больше он думал об этом, тем больше начинал чувствовать, что у него нет ни единого шанса. Если бы он делал то же самое, что и другие люди, продаж бы не было.

Усурадани ходил по ресторанам, где подавали лапшу. Он продолжал с неукротимым духом искать что-то другое, что могло бы продаваться.

В результате ему удалось найти одну надежду.

Если я готовлю блюдо с лапшой, мое внимание должно быть действительно сосредоточено на лапше.

С определенной поправкой он преуспел в создании уникальной лапши, которая не была похожа ни на чьё другое, и всё же это заставило его думать: «Это, Это, это – оно...». По какой-то причине это казалось ужасно знакомым.

Затем, учитывая стоимость и ряд других факторов, Усурадани сузил меню своего ресторана до одного блюда. Он поставил бы всё на одно это блюдо. Тонуть или плыть. Если он потерпит неудачу, он пересечет этот мост, когда придет к нему. Он сделал глоток супа из своей тарелки «всё или ничего» и отхлебнул немного желтой лапши. Затем, кивнув, Усурадани прошептал про себя:

— Ты сорузо. Последнее загадочное слово, которое Такакаге, человек, давший мне толчок к этому путешествию, оставил мне—Сорузо. Я назову тебя сорузо...!

Детали немного расходятся с фактами, но вышесказанное-это тайная легенда, окружающая происхождение сорузо.

Ранта стоял перед мужчиной с волосами цвета соли и перца - Усурадани, владельцем ларька сорузо, - и блестяще кланялся.

— Пожалуйста...! Даруйте мне тайное искусство изготовления сорузо! Почему я так говорю?! Я не знаю, но, серьезно, сорузо - самый лучший, так что, пожалуйста, пожалуйста, я умоляю тебя...!

Усурадани скрестил руки на груди и задумчиво закрыл глаза.

Потом, вдруг... его глаза резко открылись, и он впился взглядом в Ранту.

— Габйоон!

Ранта перевернулся, всё ещё стоя в позе поклона.

— Габйоон! Гаааабйоон! Габйобйоон...! Ни за что, серьезно?! Вы выглядели так, словно собиралась сказать «да»! Или я просто неправильно понял?!

— Ты меня неправильно понял. Зачем мне учить такого молодого щенка, как ты, с которым у меня нет никаких связей и обязательств, секретам моего бизнеса?

— Н-Потому Что! Я участвую в кулинарной битве! Чтобы победить, я должен приготовить правильное блюдо! Я знаю, что дело в сорузо! Разве это не большая честь?! Вы ведь такой, правда?! Из всех блюд в Альтерне, я выбрал сорузо! Ладно?

— Думаешь, меня волнует твое дурацкое состязание? Это не имеет ко мне никакого отношения.

— Может, это и не имеет к тебе никакого отношения, но я ведь кланяюсь и прошу вас, не так ли?! Смотрите! Я вас умоляю! Давай, давай, давай!

Ранта перевернулся на спину и исполнил несколько быстрых поклонов.

— Сколько раз я вас умолял уже, вы могли бы просто научить меня, скряга!

— Скряяяяяга?!

— Вхуа, вхуа. Праздити* меня. Мои истинные чувства просто вырвались наружу! Нет, нет, у меня просто язык немного сорвался!

Судя по тому, как шли дела, нож должен был лететь в его сторону. Не имея выбора, Ранта встал и начал отряхивать грязь с колен.

— Нормааально. Я понял. Я больше не буду просить.

— Хороший выбор. Я не стал бы учить тебя, даже если бы ты это сделал.

— В обмен...

— Как ты можешь так высокомерно относиться к каждой мелочи…?

— Я буду учиться, наблюдая! Всё, что вам нужно сделать, это показать мне, как вы работаете! Это должно быть прекрасно, верно?! Вы ведь не будете жаловаться, правда?!

— ...ты действительно не слушаешь, что тебе говорят, а? — Усурадани вздохнул, потом он выплюнул. — Ну, всё. Делай, что хочешь. Но если ты встанешь у меня на пути, я вышвырну тебя отсюда.

— Понял! Я не заставлю вас пожалеть об этом!

— Я уже вроде как знаю...

— Хахахаха! Вам это только кажется! Вот и всё!

В версии с изображениями тут находится картинка.

— ...Эм. — Могузо опустил голову. — М-Мне очень жаль, Харухиро-кун. Заставить тебя сделать что-то такое странное...

— Ах... — Харухиро почесал в затылке. Его глаза казались сонными. — Ну, всё в порядке. Я имею ввиду, это даже не твоя вина, верно? Я не думаю, что тебе нужно извиняться. Я имею в виду, что это все из-за Ранты, не так ли?

— Эй, эй, эй, эй, эй! — Ранта положил левую руку себе на бедро, а правой указал на Харухиро. — Не надо так меня унижать, Парупиро! Ты пытаешься винить меня во всем, когда что-то идет не так!

— Я имею в виду, что всякий раз, когда что-то происходит, это происходит почти всегда из-за тебя.

— Это предубеждение! Если бы Могузо не согласился, этой битвы не было бы! Следовательно, нам нужен свидетель! А для конкурса нужны судьи! В идеале нечетное число! Потому что с четным числом может быть ничья!

На площадке для соревнований, устроенной во дворе жилого дома для Солдат-Добровольцев, стояло всего шесть человек: участники конкурса Могузо и Ранта; свидетель, Харухиро; и судьи: Манато, Юме и Шихору.

Могузо и Ранта стояли лицом друг к другу, между ними стоял Харухиро.

Манато, Юме и Шихору сели немного поодаль.

— На этой ноте! — Ранта надул грудь и громко прочистил горло. — Правила этого конкурса просты! Они понятны и просты! Я и Могузо приготовим по одному блюду, и трое судей попробуют их! Затем они решают, что было вкуснее! Судьи должны быть на одной стороне! Тогда будет либо 3: 0, либо 2: 1, что создаст неизбежную разницу! Это проясняет кто победил, а кто проиграл!

— Вопрос.

Манато поднял руку, и Ранта указал на него.

— Что, Манато?! Будь краток!

— Неужели мы здесь просто определяем победителя и проигравшего? Есть ли польза от победы?

— Конечно! Очевидно, должно быть, верно?! Победитель может заставить проигравшего сделать что угодно! Это нормально!

— Что ж, в таком случае...

— Эй, Юме, не говори, не подняв руки!

— Ой, тише. Всё в порядке, не так ли?

— Это не хорошо!

— Хорошо, тогда Юме ничего не скажет.

— Говори! Ты оставила меня в недоумении, говори, что хочешь сказать! Что, если я не могу заснуть из-за этого?! Если начнешь что-то говорить, то обязана это договорить!

— Не проблема Юме! Если ты не можешь заснуть, тебе и не нужно.

— Если я не буду спать, я буду страдать от недосыпания! Мое здоровье зависит от того, чтобы хорошо спать, хорошо гадить и хорошо хвастаться!

— Хорошо хвастаться...

Когда Шихору повторил последнее с раздраженным видом, Ранта впился в неё взглядом, на его лбу пульсировала вена.

— Ага?! У тебя проблемы с этим?! Если да, пожалуйста, так и скажи! Выходи и скажииии! Меня бесит, когда ты так себя ведешь!

— Знаешь, Ранта... — сказал Манато с улыбкой, — Я думал об этом некоторое время, но ты от природы сего, знаешь? У тебя невероятный дар.

— ...Ой? Т-Ты думаешь? Н-Ну, я думаю? Это правда, что я не просто талантлив, я настоящий гений.

— У тебя есть дар тереть людей неправильно.

— Ээээй! Манатоооо! Для этого мне не нужен подарок!

— Ты ничего не можешь с этим поделать... — вздохнул Харухиро. — Ты просто случайно родился с даром злить людей. Полагаю, гениям приходится расплачиваться, а?

— Хм… Гений имеет свою цену? Мне нравится эта мысль. Звучит круто...

Ранта приложил руку к подбородку, выглядя не только немного удовлетворенным. « Он такой блаженный простачок », подумал Могузо, но не сказал этого. Он не хотел быть похожим на Ранту, но немного завидовал ему.

— Ладно, я более или менее понял правила, но... — Харухиро, вероятно, на самом деле не был уставшим, но его глаза действительно заставляли его выглядеть сонным. — Итак, свидетель? Вот почему я здесь, да? Я единственный, кто не судья. Значит ли это, что мне нечего есть?

— Точно!

— Какого черта? Блюдо Могузо обязательно будет восхитительным. Я тоже хочу попробовать. Хотя мне плевать на твои.

— Что это значит, что тебе наплевать на моё?! Ожидай, что это будет здорово! Сделай это!

— Даже если бы я это сделал, ты бы не позволил мне есть, верно?

— Это наказание! Наказание! Божественное наказание для парня, который сказал, что ему плевать на мое ультра-особенное блюдо!

— Х-Харухиро-кун. Я сделаю достаточно, чтобы ты тоже...

— Эй, Могузо! Не пытайся подкупить свидетеля грубой взяткой!

— Я не один из тех, кто решает здесь, так что в любом случае нет смысла подкупать меня.

— Не в этом дело! Я терпеть не могу, какой он милый!

— Насколько искажена твоя личность...?

— Заткнись! Будь спокоен! С меня достаточно тебя и твоих сонных глаз! Иди проспись, Харухиро! Пока-пока! Хорошо, Могузо! Давай устроим это шоу!

— Ох, ну конечно...

— ... Делай, что хочешь. — Харухиро, казалось, надулся. Почему-то всё сходило с ума.

— Хорошо. — ознакомившись с ситуацией, Манато встал. — Я подам сигнал, чтобы начать - Allez cuisine ...!

Этот чистый, достойный голос дал Могузо необходимый толчок.

— Покажи ему, кто здесь главный, Могузо!

— ... Могузо-кун, ты справишься!

С Юме и Шихору, которые помогали ему выбирать ингредиенты, подбадривая его, Могузо принял вызов.

— Х-Хорошо ...! — Могузо хлопнул себя по щекам. Он делал это слишком сильно, и это было больно, но это помогло ему сосредоточиться.

— Хех... — Ранта указал на него. — Тебе лучше подготовиться, Могузо. Я тебя полностью уничтожу! Не жди от меня жалости!

— Р-Раз уж мы этим занимаемся, давай получим хороший матч...!

— Дурак! В матче нет ничего хорошего или плохого! Победитель всегда прав, а проигравший просто жалок! Вот почему я обязательно выиграю!

Неужели он вложил много усилий в свой рецепт, и отсюда эта уверенность? Или он был полон безосновательной бравады? Ранта фыркал и пыхтел, направляясь к своей кулинарной стойке.

Как бы то ни было, Могузо просто собирался сделать всё возможное. В отличие от Ранты, он не ходил на кухню. Могузо готовил здесь своё блюдо. В дополнение к зоне для приготовления пищи во внутреннем дворе также была печь, наделенная деревенской простотой. Любимое блюдо Могузо нужно было только кипятить, так что здесь, во дворе, ему было хорошо. У него тоже были готовые ингредиенты.

Рядом с плитой было...

— Эээ, сначала я использую это, и ... А?!

— Что случилось, Могузо? — спросил Харухиро, подходя к нему.

Рядом с плитой в корзинах лежали ингредиенты. Могузо приготовил их все заранее.

Одна из корзин почему-то оказалась пустой.

— Его нет! Исчез! Я знаю, что оставил в этой корзине кусок мяса ганаро*! Это было здесь, когда я проверял раньше, так почему...?!

— Ни за что, неужели это был он...?! — Харухиро посмотрел на кухню. — Не хочу думать, что он зашел так далеко, но... В конце концов, мы говорим о Ранте. Я иду к нему, чтобы спросить его об этом. Формально я выступаю в роли свидетеля. Если он обманывает, за это придется заплатить...

— Нет. — Могузо покачал головой. — Всё в порядке... Должно быть, это была моя ошибка.

— Но ведь это же кусок мяса? Если бы это была специя или что-то в этом роде, я бы понял. Это не мелочь. Как ты мог его потерять?

— Всё хорошо! Я справлюсь... Я как-нибудь постараюсь. Я хочу приготовить что-нибудь вкусненькое для всех.

Могузо взял полную корзину риса. На рынке он купил только что молотый сырой рис, но полировка риса заняла много времени, поэтому он сделал это вчера вечером.

— Я хочу, чтобы Ранта тоже его съел. Меня не волнует, конкурс это или что-то в этом роде. Вот что для меня значит приготовление еды.

— Могузо ... — нахмурился Харухиро. — ... Но насколько мерзким может быть этот парень?

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Не обвиняй меня в этом, Могузо. — сказал Ранта с нигилистической улыбкой, глядя на кусок мяса ганаро, лежащий на кулинарной стойке. — Даже такой великий, как я, я знаю, что я в невыгодном положении с таким опытным поваром, как ты. Знаешь, я реалист. По крайней мере, я понимаю, что перед Могузо в честном бою мои шансы на победу минимальны. Я полагаюсь на хитрость. Даже если Могузо выяснит, что я сделал шаг против него, зная его личность, он ничего не скажет. Вот такой он парень. Слишком хорошо для его же блага. Это его сильное и слабое место. Его чрезмерная доброта вырывает ему же могилу. Он должен учиться. Это суровая реальность, и бывают моменты, когда нужно быть жестоким...!

Ранта от души захохотал, затем склонил голову набок.

— А рис и мясо ганаро? Что он пытался сделать...? Что ж, как бы там ни было, Могузо больше не может использовать мясо. В смысле, это мясо выглядит довольно дорого. Он не может сейчас пойти и купить ещё. Так что я использую его с пользой! Да, именно так! Как же я ужасен! Воистину, я образцовый Рыцарь Ужаса!

С ножом в руке он взял мясо - Я его нарежу !

В последний момент Ранта остановился.

— ...Это нормально? Верно? Я захожу слишком далеко? Мол, как бы там ни было, они не будут смотреть на это по-доброму...? Нет-нет. На меня не похоже, что я этого боюсь. Д-Да. Это победа! Моя справедливость - не беспокоиться о морали, когда дело касается победы! Да уж! Если я проиграю, надо мной будут издеваться! Я должен победить! Я уже тут руки запачкал! С этим незаконно присвоенным мясом! Как будто я могу вернуть его сейчас! Да, как бы мне с ними встретиться...? Я должен использовать мясо сейчас! Чтобы избавиться от улик! Было бы стыдно просто выбросить его! Мы должны съесть это! Ха, ха, ха, ха! Когда оно будет приготовлено, никто не узнает, откуда взялось мясо! Хорошо, я сделаю это! Сделай это, Рыцарь Ужаса Ранта! Нарежь! Разрежь! А...? Но разве сначала надо разрезать...? Делать это до или после? Что это было...? Ох, дерьмо. Я знаю, что у меня это было после просмотра Усурадани, но теперь я забыл...?! Как я мог забыть...?! Как...?! Это абсурд! В-В-Вспоминай...! Чар сию*, чар сию... Как сделать чар сию...? Я имею в виду, разве чар сию не нужно готовить из свинины? Ганаро больше похожа, не знаю, корову...? Это нормально? Понятия не имею. Я облажался...? Нет, нет, нет, нет, нет, нет...

Ранта посмотрел в потолок и глубоко вздохнул.

— ...Ух. Нет уж! Пока отложу чар сию! Он отменяется! Я сделаю это, когда буду знать наверняка! А пока лапша! Лапша! Вот где оно! Посмотрим. Мука, ​​мука... Хорошо, хорошо. Нашел. Это оно. Я просто высыпаю муку на разделочную доску и... Вхуааа?!

Он насыпал слишком много. Существовал предел того, сколько ему нужно было сбросить, и всё же мука из льняного мешка была рассыпана повсюду, от разделочной доски до пола.

— Черт! Ты не контролируешь, Мука?! Будь ты проклята, Мука...! Ты должна остановиться! Я не могу поднять тебя с пола, значит, беда у тебя! Подумай немного, Мука ...! О, хватит! Я откажусь от выпавшей доли! Я имею дело только с мукой на доске! Умм, сначала вода! Всплеск! Теперь лапша сорузо желтоватая! Пришло время разгадать секрет этой загадки! Усурадани никогда мне не рассказывал, но я понял это! Это оно...! Яйца!

Когда Ранта разбил яйца и добавил их в муку, туда попала и их скорлупа.

— Нгх! Черт...! Скорлупа, скорлупа! Я должен убрать её оттуда! Это всё? Нет, это ещё не всё, ах! Хватит этого! Что за мелочь, на самом деле?! Наверное, она как-то полезна для здоровья! Дает вам то, во что можно вонзить зубы! А теперь я беру это... и смешиваю!

Он смешивал.

Он смешивал и смешивал.

Он просто продолжал смешивать.

— ... Тч! В руки не прилипай! Я не могу заставить его замесить! Что за?! Усурадани делал это скорее так...!

Он смешивал, и он смешивал. Он смешивал, как Усурадани. Смешивал и смешивал как сумасшедший.

— Хорошо! Хорошо! Хорошо...! Теперь это похоже на тесто! А?! Если подумать, я должен был положить сюда соль и еще много чего-то, да?! Хорошо, если я сделаю это сейчас, я думаю! Сыпать, сыпать! Мне нужно больше? Если я его вставлю, я должен выложиться на полную! Ч-Что?! У меня совсем кончилась соль?! Теперь, в такое время, я столкнулся с нехваткой соли?! Что мне делать с супом?! Нет-нет! Если лапша соленая, хватит! Хе-хе-хе! Конечно! Сначала идет тесто! Я сделаю лучшую лапшу на свете! Лучшая лапша! Ура...!

Теперь тесто для лапши приняло более круглую форму, поэтому он начал его месить.

— Гвуааах...!

Он бил её о разделочную доску и месил.

— Звуааааах...!

Он месил. Месил как сумасшедший. Он месил, месил, месил, месил, месил, месил, месил, месил и месил.

— Файяааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа аааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа...!*

Не удовлетворившись простым месиванием, он ещё и побил его. Он поднял его и несколько раз ударил по разделочной доске. Он победил. Кулаками. Он выбил из этого дерьмо. Бац, бац, бац, бац, бах, бах , он бил, пока... Что это?

— Трудно?! Становится тяжело?! Почему это так сложно?! Нет, подожди-ка, зачем я говорю, как Юме?! Ну, забудь об этом... Можно я хоть разрежу его?! Могу я нарезать его тонкими полосками, когда это так сложно?! Это ведь невозможно, правда?! Это плохо выглядит; Думаю, я оставлю это на потом. Это хорошо? Да уж. Переходим к супу. А дальше я приготовлю суп! Эмм, налейте воду в кастрюлю. Вода. Хорошо. Мне это нравится. Теперь о суповой основе. Я знаю, что использовать. Они здесь. Кости! Не знаю откуда, но стоили они дешево. Фактически бесплатно! Благодаря этому у меня тонна! Я просто бросаю их в кастрюлю и варим! Зажигай, зажигай! Зажигай духовку! Да... Это такая боль. Но я сделаю это. Мне нужно.

Используя кремень, чтобы зажечь огонь в духовке, Ранта быстро справился с задачей.

— ... Это было слишком просто, если я сам так говорю. Что я сделал только что. Я за гранью крутости, что ли? Какая жалость, что у меня нет здесь публики. Что ж, когда они попробуют моё сорузо, они будут вынуждены признать моё величие. Хе-хе-хе... Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Гвех, кашель, кашель, бух?! Д-Д-Дым?! Вот дерьмо! Дым здесь сходит с ума?! Ч-Ч-Что мне делать...?!

В версии с изображениями тут находится картинка.

Проблема была в количестве огня.

Это было единственное, на чем ему нужно было сосредоточиться.

— Сейчас!

Могузо потянул за палку, проходящую через ручку кастрюли. С слабого, среднего или сильного огня, затем дайте ему покипеть. Готовил он умело, меняя вот так температуру. Он не знал, было ли это прошлым знанием до того, как он прибыл в Гримгар, или что-то ещё, но он знал, что контролировать жар с помощью кухонной плиты сложно. Если бы он попытался что-то сделать с самим пламенем, это поглотило бы всё его внимание, что могло бы заставить его пренебречь состоянием горшка и в результате испортиться. Вот почему Могузо поддерживал постоянный уровень огня и вместо этого решил изменить расстояние между горшком и пламенем. Это была простая вещь, и всё же о трудно было о таком додуматься.

— Я всё ещё недостаточно опытен ...!

С него капал пот. По обе стороны от горшка были ручки, и через каждую из них он пропустил прочный шест. Если он не будет держать вещи ровно, плита сместится, а горшок разольется, так что на это потребовалось много сил.

— Кух, кух, кух, кух...! Гух, гух, гух, гух...! — Могузо хмыкнул и застонал.

— Могузо! Продолжай отдаваться этому полностью...!

— Н-Не сдавайся, Могузо-кун...!

Юме и Шихору всё ещё подбадривали его.

— Эм, Могузо... — подошел Харухиро. — Я должен помочь? Если бы нас было двое, каждый держал по одному концу этого шеста, и тебе пришлось бы держать только одну сторону, я думаю, это была бы легкая победа...

— Я-Я в порядке, Харухиро-кун ...! Это мой... бой один на один с Ранта-куном!

— Ну да, конечно. Но ты выглядишь так, будто тебе тяжело. Просто довольно больно на тебя смотреть. Ранта в зоне готовки, так что, если ты промолчишь, он никогда не узнает...

— Ты не можешь, Харухиро. — Манато, сидевший рядом с Юме и Шихору, встал и заговорил нехарактерно строгим тоном голоса. — Если ты сделаешь такое, Могузо на самом деле не выиграет. Независимо от того, насколько Ранта нарушает правила, какими бы нелепыми ни были его трюки, Могузо будет сражаться честно. И он победит. Это важно!

— ... А? В-Вот как это работает?

— Да уж. Могузо это понимает. Вот почему он пытается сражаться в одиночку, как бы это ни было тяжело.

— Он прав, Харухиро-кун...!

Сколько бы пота ни попадало ему в глаза, Могузо прищуривался, но не закрывал их. Он крепко держал дрожащие руки, не позволяя менять высоту горшка, несмотря ни на что.

— Я...! Я...! Я знаю, что мне странно это говорить, но я робок и нерешителен, и мне не хватает уверенности в себе! У меня почти нет ничего, чем я могу гордиться! Но это одно...! Когда дело доходит до готовки, я не могу позволить проиграть...!

— ... Могузо. Ты так любишь готовить. Погоди, почему ты так сосредоточен на готовке...?

— Это...! — Могузо повернул вспотевшее лицо к Харухиро и усмехнулся. — ...Моя гордость!

— ... Ладно, Могузо. Но ведь ты же Воин, а не повар?

— Хару-кун...! — Юме покачала головой. — Если ты начнешь так говорить, всё кончено!

— ...Разве так? — Шихору казался немного сомневающимся.

— Именно!

Когда Манато немедленно заявил, что это так, Шихору твердо кивнула.

— ... Д-Да! Всё будет кончено, да...!

— Всё будет кончено..., - похоже, убедил себя Харухиро.

Могузо чувствовал, что, если он потеряет фокус, он не уследит за всем.

— Хунгх...!

Могузо продолжал кричать, чтобы не отвлекаться.

— Нва…! Хах...! Хух...! Кууоаххххххх...!

Всё кипело.

Он должен был поддерживать его в кипящем состоянии.

— Фва?! — Могузо, у тебя всё накуривается...! — крикнула Юме.

Это был пар.

От всего тела Могузо поднималось необычное количество пара.

— Могузо-кун, а-а ты не достиг предела ?!

— Еще нет, Шихору!

— ... Манато-кун ?!

— Могузо далеко не на пределе! Даже если это так, я знаю, что Могузо сможет это преодолеть! Верьте в скрытый потенциал Могузо...!

— Возможно… — Харухиро казался ошеломленным. — Я не думаю, что ему нужно использовать свой потенциал в этом...

Могузо был почти у цели. Если бы он мог просто вынести это.

— Спаааааааааааааааааааааасииииибоооо...!

Могузо заорал, и Манато согнул руку.

— Вот оно! Его супер-ход, Удар Благодарности*...!

— ... Эээ, он же ничего не рубит?!

— Хару-кун! Тебе больно, как Юме и всем остальным!

— А...?

— Харухиро!

Манато подал ему сложный знак рукой, и Харухиро слегка кивнул.

— ... П-понял. Э, нет, я не совсем понимаю, но как бы там ни было...

— ...Да уж! — в этот момент у Шихору были слёзы на глазах.

Смысл во всем этом раскрылся полностью. Своим товарищам.

— Прямо сейчас, душа моя ...!

Наконец, Могузо сдвинул шест и поставил горшок на землю.

— ... Кипит! Я пока не могу снять крышку...!

— Здорово пахнет. — Юме понюхала воздух с искоркой в ​​глазах. Шихору казалась очарованной.

— ...Действительно пахнет вкусно.

— Но проблема в том, что... — Манато, который был так взволнован мгновение назад, уже успокоился. — Мясо, которое должно было стать основным блюдом, пропало. Что ты будешь делать, Могузо?

— Всё нормально. — Могузо вытер пот со всего тела и глубоко вздохнул. — Я уже в голове разобрался. Есть способ победить. Я поверю в скрытый потенциал, в который ты верил, Манато. Я не проиграю...! Потому что это моя справедливость...!

В версии с изображениями тут находится картинка.

Бам...

Откуда-то доносился удар барабана.

Бам...

Бам...

Звук барабана раздавался эхом.

Нет, не совсем. По правде говоря, он просто вообразил это, но подумайте об этом как о создании атмосферы.

Когда тьма ночи приблизилась к двору дома для Солдат-Добровольцев, Ранта скрестил руки и выпятил грудь, стоя напротив Могузо.

Ветер пронесся мимо.

— Хех... — фыркнул Ранта. — Похоже, надвигается буря.

— Нет, всё ещё ясно.

— Заткнись, Парупиро! Это вопрос чувств! Не будь таким мокрым одеялом!

— О да. — Могузо сделал большой шаг вперед своим большим телом. — Я чувствую, что... в любую минуту придёт буря, Ранта-кун.

— Это большой разговор.

Ранта облизнул губы. Он посмотрел на Могузо. Честно говоря, он этого не ожидал.

— Чувак, я не знал, что ты можешь сделать такое лицо. У тебя вид бойца. Мне это нравится. Меня тоже это заводит. Принимаю тебя как достойного соперника! В нашей кулинарной битве побеждает тот, кто нанесет удар первым! Естественно, я пойду первым - вы думали, что я это скажу? Тч, тч, тч! Все знают, что преимущество у того, кто идёт последним! Поэтому Могузо! Ты первый! Я уверен, что у тебя нет проблем с этим, верно...?

— Ууууууух...

— Чёрт, Юме? Ты даже не участвуешь в этом, так почему ты выглядишь такой несчастной?!

— Потому что, понимаешь, очевидно, что у Могузо будет вкуснее. Юме не хочет есть твоё блюдо после того, как съест блюдо Могузо.

— ... Она права. — Шихору была рядом с Юме, с еще более неприятным выражением лица. — Такое чувство, что мы запомним только плохое из этого соревнования. Это ужасно...

— Почему вы...! Не думайте, что я готовлю ужасно! Я вас нащупаю, черт возьми!

— Могузо? — с такими же сонными глазами, как всегда, Харухиро повернулся к Могузо и пригласил его в качестве свидетеля. — Если ты тоже хочешь стать вторым, мы можем решить это с помощью «камень, ножницы, бумага» или чего-то подобного.

— Нет. Я не против пойти первым. — твердо сказал Могузо.

Он полон уверенности, а? Это не похоже на него - это не то, о чем я должен сейчас думать. Я должен предположить, что это истинная форма Могузо.

Харухиро и Манато кивнули друг другу, а затем Харухиро глубоко вздохнул.

— Хорошо, Могузо идёт первым, Ранта - вторым. Пожалуйста, начни прямо сейчас, Могузо.

— Хорошо...!

Могузо вытащил кусок белой ткани, который он откуда-то взял, и надел его, как бандану, затем поднял горшок на стол.

За столом уже сели Юме, Шихору и, наконец, Манато - трое судей. Харухиро стоял в одиночестве, на небольшом расстоянии, и выглядел невероятно обделенным.

— И это твоя стряпня, Могузо?

Когда Ранта кивнул подбородком на горшок, Могузо положил руку на крышку.

— Нет. Ещё нет, Ранта-кун. Моя кулинария только начинается...!

— А? Ты ещё не закончил? Пфф! Что за шутка. Если ты не готов, то я выиграю по факту...

— Заткнись и смотри! Спаааааааааасииииибооо...!

Когда Могузо открыл крышку, вжух , вместе с паром появился запах свежеприготовленного риса. Порыв благоухающего ветра заставил Ранта споткнуться.

— Ух ...?! Ты ударил меня не Ударом Благодарности, а Открытием Благодарности...?!*

— И это тоже...!

Могузо заставил откуда-то появиться деревянную чашу и бросил её содержимое в горшок. Потом половником перемешал. Он смешивал и перемешивал.

— Спааааааааааааааааасииииибоооо...!

— Черт возьми, Могузо! После Открытия Благодарности ты также раскрываешь свой супер-навык, Смешивание Благодарности?!*

— Я никогда не слышал о навыке, который называется...

Харухиро был классным убийцей, но никто с ним не согласился, и он, вероятно, чувствовал себя не в своей тарелке. Что ж, в конце концов, это был Харухиро, так что этого следовало ожидать. Мол, Харухиро всё равно не имело значения.

— Что ты собираешься делать, Могузо?! Останови своё бесполезное сопротивление...!

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Хунгх...!

Могузо положил ковш и сунул обе руки в ведро. Глаза Ранты расширились. Внутри ведра было...

— Вода...?! Могузо, ты...?!

— Спаааасиибо! Спаааасиибо! Спаааасиибо...!

Влажными руками Могузо взял белый рис и… нет, он взял белый рис и что-то, что на нем было, и смял их. Он мял и мял. Манато кивнул.

— Давит, но не сильно, а мягко. В этом весь наш Могузо. Его контроль безупречен. Это легендарная Давка Благодарности...! *

— Теперь оно легендарно...?

Не боясь его вялых комедийных возражений, Харухиро выглядел так же, как и воздух вокруг них.

Ранта стиснул зубы. Его лоб был нахмурен так глубоко, что череп мог расколоться.

— Что это за давление? Проклятье Могузо, я никогда не думал, что ты так хорош...

— Спаааасибо! Спаааасибо! Спаааасибо! Спаааасибо! Спаааааасиииибооо...!

— Вау! Почти готово ...?!

— Это...!

Юме и Шихору приподнялись со своих мест. Манато посмотрел на еду, разложенную на тарелке перед ним, и его рот приоткрылся.

— Приступайте...! — смело улыбнувшись, Могузо хлопнул в ладоши. — Это моё блюдо! Специально сделанные онигири! Обернутые в...!

— ... Нигиримеши. — Ранта стиснул зубы. — Итак, ты изначально планировал приготовить онигири в мясной обертке...?! Какое устрашающее блюдо...!

— Ааа... — Харухиро опустил голову и потер живот.

— Онигири в мясной обертке звучат довольно вкусно. Хотел бы я немного съесть. И погоди, Ранта, ты практически признался в краже мяса, понимаешь...?

— Ой, отстань! Не копайся в прошлом!

— Нет, ты всё ещё в середине конкурса. Это совсем не в прошлом.

— Такие придирки - это как раз то, что с тобой не так! Ты никуда не годишься! Подумай об этом, придурок!

— Эй, мы можем просто объявить его проигравшим за обман? Мне надоело видеть его лицо.

— Перед этим, Хару-кун, Юме, знаешь, она хочет поторопиться и начать есть онигири.

— ...Я-Я тоже.

— То, что ты сказала. Я полностью согласен.

Когда все трое судей подняли руки, Харухиро вздохнул и правой рукой протянул тарелку.

— Хорошо, приступайте.

— Пора есть!

— ...С-Спасибо за еду.

— Спасибо!

Все трое в унисон схватили онигири и приступили есть.

— Мррррр...?!

— ... Ах?!

— Ух ты...!

Что с этим делать? На мгновение их лица покраснели. Их глаза были влажными. Юме прямо плакала, пока глотала.

— Мяяяяу. Это восхитительно... просто превосходно. Это слишком хорошо. Юме не знает, что сказать.

— Я-Я не могу остановиться... Я могла бы съесть столько всего подобного... Я хочу продолжать есть их вечно...!

— Это безумие! Могузо, ты превзошел самого себя!

Один только Манато, казалось, сохранил некоторое самообладание, но даже он явно был взволнован.

Ранта сглотнул.

— Попробуй.

С этими словами Могузо поставил тарелку со своим особенным онигири прямо перед носом Ранты.

Глаза мужчин встретились.

— Ты тоже, Ранта-кун. Попробуй на вкус, если хочешь.

— ...Д-Давай.

Ранта схватил онигири. Он не клевал их, как птичка. Он сделал всё за один присест. Он широко открыл рот и бросил всё это внутрь.

Произошел взрыв.

Эти цвета… Радуга...?!

Я пробую радугу?!

Нет, сейчас не время пугаться. Анализируй. Проанализируй их.

Этот аромат - это зеленый лист шисо? На вкус как шисо? Соль, конечно, тоже есть. Это богатство и глубина вкуса, может быть... сыр? Это сыр? Поскольку рис был свежеприготовленным, он горячий и тающий! Во рту тает! А этот аромат, это кунжут? Я тоже чувствую кислый привкус. У него правильная кислинка. Кроме того, он твердый и свежий. Может это дикие травы...? Да уж. Одна из трав, которые мы собираем по дороге с охоты, при приготовлении имеет такое же ощущение во рту. Слегка горьковато-сладкий вкус создает хороший акцент. Все это мелодично сочетается с многослойной глубиной...!

— Вкус радуги...! Могузо...! Ты смог обернуть проблему в возможность и подняться до таких высот?! Чёёёёёёёрт...!

Ранта взял последний онигири, лежащий на тарелке на столе, и съел и его. Да, определенно, он съел их.

— Эй... Эй! Ранта, это была моя доля!

— Заткнись, Харухиро! Это бой между мной и Могузо...!

— Дело не в этом, и ты это знаешь... Ты съел мой онигири...

— Если ты так голоден, я дам тебе съесть мою стряпню! Хорошо, теперь моя очередь! А теперь не пугайтесь...!

Ранта принес горшок, оставленный в духовке, и с громким стуком ударил его по столу.

Он открыл крышку. Очевидно, он пошел на внезапное раскрытие.

— Спааааааааааааасииииибоооо...!

— Теперьтвы тоже использовал Открытие Благодарности Могузо... и подождите...

— Вах...

— ...Ух...

— Ага...

Харухиро, Юме, Шихору и Манато были явно напуганы.

Они напуганы. Они напуганы. Они очень напуганы.

— Фуахахахах ...! — с громким смехом Ранта повернулся к Могузо. — Как тебе это, Могузо?! Признаюсь, онигири были вкусными! Я не против похвалить тебя за то, что ты обрел этот радужный вкус! Тем не менее...! Если думал, что сможешь победить меня этим, тебя ждет ещё одна вещь...! В конце концов, побеждает тот, кто идет последним! Это большой поворот! Да, безоговорочная победа! Так было всегда...!

— Э-э-э, хорошо, но, э-э...

Могузо посмотрел на горшок, нахмурившись. Его было трудно читать. Неужели он потерял уверенность в кулинарии Ранты?

— Что это такое...?

— А? Что значит твоё «что»? Это сорузо, не так ли?

— А? ...Сорузо? В самом деле? Это оно...?

— Как ни крути, это сорузо! Смотри! Лапша!

— ... Эти штуки, похожие на гусениц?

— Тесто было слишком твердым, чтобы хорошо его разрезать. Я порвал его грубой силой, и всё закончилось этим. Ну да ладно. Я открываю новые горизонты в мире лапши. И, эй, называть их гусеницами грубо!

— Извини. Эм, так это новое место? Эта лапша? Они... вареные...? Поскольку ты уже положил их туда...

— Вареные...? — Ранта почесал нос указательным пальцем правой руки. — Я забыл. О, да. Я их сварил. Верно-верно. Ну, всё равно, если положить их в суп. Горшок был над огнем. Их нужно сварить. В некотором роде.

— ... М-Мясо - единственный твердый ингредиент?

— Да уж! Слишком много усилий, чтобы сохранить секрет сейчас, поэтому я скажу это, но это мясо, которое я стащил у тебя! Похоже на хорошее мясо! Я полагаю, я был прав, что использовал только его! Я разрезал, зажарил и бросил их!

— В суп? Что ты использовал на запас...?

— Запас, а? Запас. Получил от костей. Хотя не знаю, какие кости.

— А придать ему аромат...?

— Ты знаешь, когда я готовил лапшу, у меня закончилась соль в зоне для приготовления пищи. Но лапша должна быть соленой, так что, думаю, получилось хорошо.

— ...Должна? А? Ты пробовал их на вкус...?

— А теперь послушай, Могузо. — сказал Ранта, ткнув указательным пальцем в кончик носа Могузо. — допустим, например, ты покупаешь меч, хорошо? Если ты думаешь, что он выглядит хорошо, ты пойдешь сначала нарезать гоблина, прежде чем купить его? Ты ведь не знаешь? Ты доверяешься своему чувству и сразу вступаешь в настоящую битву, верно? По сути, это одно и то же, правда? Я верю, что это сработает. Дегустация цыплят. Мне это не нужно.

— Н-Но это совсем другое... С мечом, даже если ты не проверишь его на гоблинах, ты не сможешь проверить его остроту на других вещах...

— Мне не всё равно! Потому что я - это я! Невероятный я!

— Юме не знает о вкусе, но ... — Юме приподняла брови и нахмурилась. — Судя по тому, как оно выглядит...

— ... Это мерзость. — прошептала Шихору. Это заставило его взорваться.

— Эээй! Шихору! Что ты только что сказала?! Ты только что назвали это мерзостью?! Мерзостью!

— Что ж, это может быть не так уж плохо.

Когда Манато сказал это с улыбкой, Ранта кивнул, как будто был полностью согласен.

— Ага, не так ли? Не судите о блюде по внешности. Это вызывает всевозможные предрассудки. Может, оно и не на вкус... Постой, ты что, ненавидишь моё блюдо?!

— Это не было моим намерением, но ... — с палочками для еды в руке Манато опустил голову. — ... Неужели мы действительно должны это есть?

— М-Манато-кун! Не заставляй себя! Я сделаю это...! Я не хочу есть это, но... Я ведь судья, и... Я правда не хочу есть, хотя...

— Юме, тоже. Юме действительно не хочет его есть. Уннгх. О, как Юме тоскует по онигири Могузо...

— Черт побери, ребята! Вы же судьи! Почему вы все пытаетесь спихнуть это на кого-то другого? Хватит этого! Харухиро! Ты съешь это! Я дам тебе честь съесть мой особенный сорузо! На пустой желудок будет ещё лучше! Давай, ешь...!

Ранта зачерпнул сорузо в миску и принес Харухиро. Он также дал ему палочки для еды.

— ... Агааааа.

Глазами, которые выглядели не просто сонными, а скорее похожими на то, что он собирался заснуть, Харухиро вдохнул пар.

— ...Ухх. Это... я не знаю... что это вообще...? От него дико пахнет... Весело, если честно...

— Это дико, правда?! Тогда рвись прямо в него!

— ...Серьёзно?

— Серьёзно! Ешь! Совершенно вкусно! Ты будешь серьезно, серьезно восхищен! Не сомневайся, я гарантирую это!

— Не знаю, чего стоит твоя гарантия...

— Как бы то ни было, просто поторопись! Поторопись! Поторопись! Поторопииииииись! Жизнь коротка! Ешь, Парупиро! Ешь, а потом поблагодари меня со слезами на глазах...!

— Ох, хорошо... Я правда не в восторге от этого, но я просто должен съесть это, верно? Я начну с супа...

Нерешительно Харухиро поднес миску к губам.

Он закрыл глаза и отпил.

— Уаааааа... — он открыл рот, и бульон вылился наружу.

— Гву?! — Ранта отпрыгнул. — Грубиян! Что ты делаешь, Харухиро?! Давай, тупой придурок ...!

— Нет, это твоя проблема...

— Понятия не имею, о чем ты говоришь! Говори по-человечески, болван!

— Грюбыан... Грюбыан...

— А?! Грубяин?! Какого чёрта! Это не может быть так плохо, что ты уже на полпути к слезам! Используйте здравый смысл!

— Тохта бобробуй сэсть ито сам...

Харухиро вытер область вокруг рта левой рукой, а затем сунул миску и палочки для еды Ранте.

Ранта взял их, затем посмотрел на Манато, Юме, Шихору и Могудзо, одного за другим.

— ... Что это за давление? Как вы говорите: «Не говори нам, что ты не можешь это есть». У вас хватит смелости работать вместе, чтобы тихо угрожать мне! Но получите это! Я не поддамся этому! Не думайте, что сможете заставить меня подчиниться давлению сверстников! Если вы говорите мне съесть это, ну...! Я не собираюсь...!

— Ничего страшного, просто ешь.

У Манато была ужасно приятная - слишком приятная для этой ситуации - улыбка на лице, когда он заговорил.

— Ешь, Ранта.

—М-Мне просто нужно это съесть, верно? Это все! Хорошо, я съем, черт возьми! П-Потому что это вкусно, ладно! Должно быть! Я совсем не боюсь! Я-Я съем это! Я так съем! Я всё съем! Ааааааааааааааааааааааааааааааааа...!

В версии с изображениями тут находится картинка.

Ранта погрузил палочки в миску. Он не собирался дешеветь и начинать с супа или чего-то в этом роде. Он сделал бы все сразу. Копай прямо. Он собирался это сделать. Он освободился от всех колебаний и нерешительности. — Впёред .

— Зубабабабабабабабабааааажгжагжажгжагжагжгжага...?!

Ранта вырвало.

Он без колебаний выплюнул всё, что положил в рот.

Он вскочил и стал рвать на себе волосы.

— Кто сделал эту мерзкую помойку?! Это хуже, чем просто супер-мерзость! Это даже не еда! Вы пытаетесь меня убить, заставляя съесть это?! Это вопиющая попытка убить меня...?! Тогда давайте! Вместо этого я убью вас! Я поверну против вас...!

— Ладно, убей себя тогда...

— Заткнись, Харухиро! Я! Я! Я...!

— ... Оххх. Он сейчас плачет. Это просто мерзко.

— Юмеее! Не называй меня мерзостью со своими крошечными сиськами!

— Не называй их крошечными!

— У тебя крошечные, крошечные, крошечные, крошечные, крошечные, крошечные, крошечные, мега крошечные сиськи.

— ... Если это мега крошечные сиськи, разве это не сделает их больше не крошечными?

— Мне не нужны спокойные и сдержанные возражения от тебя и твоих секретных мега-сисек! Ты хочешь, чтобы я принудительно накормил вас этим отвратительным сорузо?!

— С-Стоп! Шутки в сторону...! Что угодно, только не это...!

— На данный момент я не думаю, что есть необходимость в суждении.

Когда Манато сказал это - конечно, улыбаясь, - и слегка пожал плечами, Харухиро поднял правую руку Могузо.

— Победитель - Могузо. Хотя, зная, кто был противником, я сомневаюсь, что он так рад этому... Ох, да. Победитель может заставить проигравшего сделать что угодно, верно? Могузо, что это будет?

— Д-Да. Об этом... Могузо виновато посмотрел на миску сорузо. — Я не хотел бы, чтобы ингредиенты пропадали даром, поэтому я подумал, что заставлю Ранта-кун съесть их все...

— Прааааастииии меняяяяяяя!

Со слезами на глазах и соплями, текущими из носа, Ранта быстро прыгнул на поклон.

— Избавь меня от этого, если ничего другого...! Пожалуйста, что угодно, только не это...! Это действительно отвратительно! Это даже не смешно! Я умру, серьёзно! Я сделаю всё, что угодно, так что, пожалуйста, избавь меня от этого! Я умоляю тебя, Могузо! Я люблю тебя чувак! Итак, серьезно, пожалуйста...!

И вот, на другой день солнце село в общежитии Солдат-Добровольцев.

-----------------------------------------------------------------------------

Allez cuisine — Идём на кухню!

Кузуока (Kuzuoka) — Персонаж, который обманул в Могузо в 1-ом томе.

Добровольческий Солдатский Корпус (the Volunteer Soldier Corps Office) — организация, куда вступил Харухиро и остальные попаданцы.

Комо (Komo-san) — наставница Могузо в Гильдии Воинов, когда тот проходил обучение на Воина.

Плоскодонка (Darn Tiny Tits)

Пышногрудка (Secretly Stacked)

Волкособы – животные, полученные путем скрещивания волков и собак. Юме впервые встречает их в Гильдии Охотников.

Ямми , то бишь Вкусняшка (Yummy).

Усурадани – бывший Солдат-Доброволец, отошедший от дел, и теперь работает в своей лавке, продавая лапшичное блюдо «Сорузо».

Такакаге, Цумозука, Янки – бывшие члены команды Усурадани.

Ганаро – животное из Гримгара, очень похожа на корову.

Файяааааа – Faiya(яп) – Огонь

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

2. Кем Я Была До Вчерашнего Дня

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Что я делала?

Ох, точно. Я плакала.

Я поняла, что сколько бы слёз я ни пролила, я никогда не перестану.

Я никогда не хотела знать, но была вынуждена учиться.

Слёзы не иссякают.

Но чем больше я плакала, тем больше чувствовала, что что-то ускользает из моего тела. Неужели мне действительно было что терять? Не похоже. Но, видимо, я ошибалась. С каждым днём ​​я теряла всё больше и больше.

Каждый час, каждую минуту, каждую секунду я что-то теряла.

— Мерри… Мерри.

Голос звал моё имя. Кто будет меня звать? Я знала. Я уселась в постели и рассеянно посмотрела на Хаяши*, стоявшего у двери. Я пыталась ответить, но не могла подобрать слов. Хаяши, который некоторое время молчал, открыл рот.

— Эй, Мерри. Ты же сама знаешь, что не может так продолжаться.

Мне было бы плохо, если бы я не ответила Хаяши. Это была единственная причина, по которой я кивнула.

Хаяши вздохнул с облегчением. — Дело в том, что ... — начал он, — существует клан Орион*. Их ведёт парень по имени Шинохара*. Он слышал о нашей ситуации и передал приглашение. Он спросил меня, хотим ли мы присоединиться к ним.

— ...Я тоже?

— Ну, да. Конечно, ты тоже идешь.

Как я должна была ответить в такое время? Что бы сделала старая я?

Мичики*. Огу*. Муцуми*. Когда те трое были ещё живы. Я, которая ещё не потеряла свои обязанности Жрицы, позволила им умереть. Можно сказать, что это я их убила. Мои дорогие товарищи. Что бы ни случилось, я как Жрица собиралась защищать своих товарищей. Это было моим намерением. Но намерений недостаточно. Пришлось защищать их до конца. Я думала, что смогу. Это могло быть тщеславно с моей стороны. Нет, не могло быть. Это было на самом деле.

Дело в том, что я не могла.

Я была неправа. Об этом говорят результаты. Я могла только признать их. Я должна была это признать. Я позволила своим товарищам умереть. Я была Жрицей, которая не могла защитить жизни своих товарищей. Я не Жрица. Я просто какая-то шутка. Даже не достойна существования. Несмотря на это, у меня хватило наглости задержать дыхание. Я выжила.

Я жалею, что не умерла там. Я должна была хотя бы умереть вместе с ними.

Эй, Хаяши. Я ничего не хочу делать. Я всё равно не думаю, что справлюсь. Но когда я смотрю на твоё лицо, я отчаянно хочу спросить об одном, об одной вещи.

Почему?

Почему ты утащил меня с собой, когда сбежал в тот раз?

Если бы он хотел сбежать, он мог бы сделать это в одиночку. Я не хотела бежать. Я никогда не собиралась бросать своих товарищей. Я так не поступила бы. Я бы этого не сделала. Огу упал первым. Потом Муцуми. Когда это случилось, я подумала, Это безнадежно. Мы не сможем выиграть. Я сомневаюсь, что кто-то из нас выживет. Мы умрем здесь.

Я умру со всеми.

Я никогда не думал ни капли о беге.

— Уходите, бегите!

Мичики сказал нам это. Это было фактом. Может, Мичики действительно хотел, чтобы мы выжили, если бы только мы могли. Но как насчет моих чувств? Я хоть слово сказала о желании выжить? Он думал, что я этого хотела?

Эй, Хаяши. Зачем ты это сделал?

Почему ты не позволил мне умереть с Мичики и остальными?

— Орион... — я повесила голову, просто ответив. — Ладно.

Это не была вина Хаяши. Хаяши не ошибся. Если бы я была Хаяши, уверена, я бы поступила так же. Вот почему я бы не стала его об этом спрашивать. Я не хотела об этом говорить. Я не хотела трогать рану. − Рана? Нет. Это было не так уж и мало, чтобы я могла назвать это раной. Мне словно оторвали руки и ноги и содрали кожу со всего тела. Боль не утихала. Оставшиеся шрамы были неизгладимыми.

Всё изменилось с тех пор, как остальные трое были ещё живы.

Мы не могли вернуться. Обратного пути не было.

Хаяши не отходил от двери. Возможно, он пытался что-то мне сказать. Может, пытался меня утешить. Может, пытался меня подбодрить. Может, мне следовало сказать Хаяши, что всё это не поможет. Но, если бы я сделала это, ему было бы больно. Хаяши тоже, как и я, потерял товарищей. Он должен был быть вне себя от горя. Я не хотела больше его мучить. По правде говоря, я должна была подбодрить Хаяши.

Если бы это было возможно, я бы хотела это сделать. Но я не смогла. Ничего не смогла сделать. Я не могла себе представить, что имею право что-либо делать. Единственное, что я могла сделать, это продолжать сидеть с закрытым ртом.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Как бы то ни было, в отношении меня самой и того, о чём я думала, или того, что я вообще не могла думать, всё это не имело значения. Когда пришло время работать, я должна была сделать это правильно. Пришлось переключить передачи. Мне не нужно было быть собой, я могла просто посвятить себя своей роли. Фактически, мне пришлось отделить себя от себя самой. Чтобы вытащить только ту часть меня, которая была Жрицей. Я не была Мерри. Я была просто Жрицей.

Клан Орион был знаменит. Их лидер, Шинохара, был симпатичным парнем, а остальные были способными Солдатами-Добровольцами. Совсем неплохо.

На белом плаще, которое мне дали, были изображены семь звёзд, которые были символом Ориона. Когда я его носила, я чувствовала, что могу стать кем-то другой. Когда Хаяши носил плащ, он тоже был похож на другого человека.

Люди в Орионе были внимательны ко мне и Хаяши. Мы присоединились к группе, возглавляемой женщиной по имени Танамори*, и столкнулись с гоблинами в Старом Городе Дамуро*. Было странно, что группа ветеранов во главе с кем-то вроде Танамори шла на Дамуро. Для нас это было, явно, не столько проверкой навыков, сколько разминкой. Это было похоже на реабилитацию.

У Танамори было мягкое лицо, но она была выше меня. Она была сложена как Воин, но её любимым оружием был короткий посох. Она была также Жрицей, но с опытом Воина, и вместе с бывшим Вором и Бойцом Ёкои*, Магом Шингеном* и Воинами Мацуяги* и Хаяши у нас была группа из шести человек. Мацуяги вышел вперёд вместе с Хаяши и Ёкои, а мы с Танамори защищали Шингена. Ёкои был проворным и легко экипированным, так что он мог вернуться и прикрыть тыл, если возникнет необходимость.

Хотя, когда они увидели Мацуяги, ростом 180 сантиметров, размахивающим ублюдочным мечом, гоблины были готовы бежать. Хаяши и Ёкои атакуют встревоженных гоблинов, а Шинген будет искать возможность поразить их магией. Это решило большинство наших сражений. После того, как гоблины сломались, встал вопрос о том, как их прикончить и удержать от побега. На тот момент это была односторонняя резня.

Мне было нечего делать. Я просто равнодушно наблюдал за тем, как Мацуяги рассыпал передовых гоблинов. Хаяши казался полным жизни, даже если не в той степени, в которой он был раньше. Даже эта сцена была похожа на то, что я просто наблюдала за всем со стороны.

Люди в Орионе были внимательны к нам. Было слишком много просить нас принять участие в напряженной битве сразу после пережитого нами потрясения. Во-первых, они хотели, чтобы мы сразились с врагами, с которыми легко справимся, чтобы вернуть себе уверенность. В то же время они надеялись вернуть наши боевые инстинкты.

Вероятно, они поступали правильно. На их месте, я уверена, мы поступили бы так же.

Похоже, это сработало для Хаяши. Когда Мацуяги похвалил его, сказав: «Хороший заряд», он даже улыбнулся. Конечно, это была сдержанная улыбка, и Хаяши потом взглянул на меня с неловким выражением лица. Но всегда быть Воином с конкурентоспособной стороной, столкнуться с врагами и серьезно размахивать мечом, должно быть, было верным путем к выздоровлению для Хаяши. Он, вероятно, переживет это. Я искренне верила, что это хорошо.

Я никоим образом не обижалась на Хаяши за то, что он вытащил меня оттуда. Я не ненавидела его.

Хаяши был моим драгоценным товарищем. Он был единственным, кого я оставила. Я хотела, чтобы он поскорее развеселился, и, если я могу чем-то помочь, я хотела бы это сделать.

Не то, чтобы я могла представить, что было.

Примерно в то время, когда мы истребили нашу третью банду гоблинов, я была вынуждена осознать то, чего раньше не понимала. Хотела бы я этого не делать. Я никогда не хотела знать.

Это была безнадежно уродливая часть меня. Имея рядом с собой Танамори, Жрицу, намного превосходящего меня, я внутренне осознавала, насколько высокомерной и неправой я была. По сути, я навлекла на нас эту необратимую неудачу.

Мацуяги, Ёкои и Шинген безоговорочно доверяли Танамори. Если что-нибудь случится, Танамори их исцелит. Танамори твердо стоял за их спиной, время от времени давая короткие и точные указания. Я тоже не сомневалась в Танамори.

Большой, крепкий Мацуяги, который будет двигаться вперед, но никогда не проявит беспечности, был тем, на кого больше всего полагались Ёкои, Шинген и даже сама Танамори.

Все рассчитывали на сообразительность Ёкои, и все товарищи Шингена знали, что Маг эффективно использует свою магию именно там, где это было наиболее необходимо.

Возможно, Хаяши ещё не полностью осознал все их причуды, но он держался с врожденной серьезностью и усердием. Его товарищи с любовью смотрели на усилия Хаяши. Они приняли его и пытались поддержать.

Для меня не было места. С таким же успехом я могла бы и не быть там. Я была им не нужна.

Если бы нам пришлось сражаться с более сильными врагами, мне пришлось бы что-то делать. Я могла бы кое-что сделать. Это могло быть правдой. Но проблема была не в этом. Когда меня поставили в ненужную роль, я кое-что поняла.

Какой я была раньше.

Я думала, что у меня всё в порядке - нет, если честно, я думала, что делаю довольно хорошо.

Я старалась сделать всё, что в моих силах. Было неправильно не делать этого. Чем больше я делала, тем больше чувствовала себя удовлетворенной. Все меня хвалили. Я был нужна им. Это сделало меня счастливой. Я была на седьмом небе от счастья. Я делала это для всех. Для товарищей. Для команды. Для всех нас. Это то, о чем я думала. Но я был неправа.

Это было не так.

Я хотела почувствовать удовлетворение. Я хотела, чтобы меня хвалили. Я хотела чувствовать себя нужной. Я хотела этого счастья. Я хотела всё больше и больше. Я искала это с жадностью.

Мичики, Огу, Муцуми, Хаяши. Смотрите на меня. Эй, я великолепна, не так ли? Я могу это сделать, и я тоже могу это сделать. Я могу сделать хоть что-то. Хвалите меня. Как я. Любите меня. Дайте мне место.

Это было не для них.

Это всё было лишь для меня одной.

Вот почему, когда я никому не нужна, как сейчас, я надулась. Довольно. Я не хочу быть здесь. Я имею в виду, что этим людям я не нужна. Вот о чем я думала.

Это была я.

Просто нарцисс, которая хотела, чтобы её узнавали, хвалили, ценили.

Какая гадость.

В тот день я ни разу не использовала магию. Я просто стояла и смотрела. Танамори и Хаяши несколько раз пытались со мной поговорить. Они волновались. Я, должно быть, была в тревожном состоянии. Я пыталась прикрыть это. Но я понятия не имела, что я могу сделать, чтобы выглядеть нормально.

— Почему бы нам не пойти завтра в Новый Город*? — предложила Танамори, когда мы собирались уже расстаться. Старый Город был слишком скучным. Это не сработало бы даже в качестве реабилитации, если бы мы не участвовали в более серьезных сражениях в Новом Городе. Вот как я это восприняла. Возможно, это было именно так. Может, завтра что-то изменится для меня. Я могла бы успокоиться и действовать немного лучше.

Я не ожидал, что буду. Но мне нужно было собраться с силами. Пришлось делать то, что мне нужно. Вот как я себя чувствовала.

Я не могла заснуть. На следующий день я вошла в Новый Город Дамуро, даже не получив ни малейшего представления. Мне казалось, что я плыву по пятам. Хаяши быстро влился в группу, и я была единственной гостьей. Мацуяги и Ёкои только приветствовали меня, а Танамори и Шинген не знали, что со мной делать. Хаяши тоже выглядел расстроенным. Ты должна знать, что это не может так продолжаться . Похоже, вот что он хотел сказать.

Если он так думал, он должен был это сказать. Но Хаяши не стал. Он чувствовал себя виноватым. Хаяши был тем, кто спас меня. Это был его единственный выход, и Хаяши поступил правильно. Наверное, он ни о чем не жалеет. В то же время Хаяши понял. Что я не этого хотела. Хаяши не несет за это ответственности. Он не сделал ничего плохого. Но я не была ему благодарна. Я не могла сказать: « Спасибо, что спас меня ».

Гоблины Нового Города были вооружены так же, как Солдаты-Добровольцы. Они действовали организованно, и когда их превосходили численностью, они гарантированно вызывали подкрепление. Мы вошли только на самый край Нового Города, не дальше. Даже этого было достаточно, чтобы вызвать битвы с совершенно другим уровнем интенсивности, чем раньше, но этого было недостаточно, чтобы пробудить меня. Я использовала Лечение* после боя несколько раз. Кроме того, я просто стояла рядом с Танамори, не двигаясь и не могла даже уследить за ситуацией. Несмотря на то, что я ничего не делала, когда я увидела, как Хаяши обменивается ударами с гоблином, мое дыхание стало прерывистым. У меня перехватило дыхание, и в груди у меня сжалось. Я терпеть не могла смотреть на Хаяши. Но если я отвернусь, куда я буду смотреть? Хаяши дрался. Что я делала? Хаяши пытался двигаться вперед, но чего хотела я?

На три дня я пробыла в Новом Город Дамуро и осознала, что стала бесполезной Жрицей. Я сказала Хаяши, что покидаю Орион. Затем я извинилась перед Шинохарой ​​и солгала, сказав ему, что я попробую кое-что самостоятельно.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Я нашла гостиницу и выбралась из общего дома. Это было место, где могли останавливаться только женщины, поэтому даже Хаяши не приходил.

Когда я сказала, что попробую всё самостоятельно, это было ложью. Я не собиралась даже пытаться. Но я ещё ничего не могла сделать. Просто жизнь стоит денег. То, что у меня осталось в Депозитной Компании Ёрозу*, закончится в недалеком будущем.

У меня не было зацепок, поэтому я попыталась пойти в штаб Добровольческого Солдатского Корпуса. « Я попрошу совета у Бриттани* », подумала я, но, когда пришло время, я даже не могла заставить себя войти в штаб. Когда я стояла прямо перед зданием, — Эй, ты, в чем дело? — кто-то окликнул меня сзади. Когда я повернулась, увидела улыбающегося человека похожего на Воина.

— Знаешь, ты стояла там некоторое время. Я подумал, что это было странно. Теперь понимаешь, почему я так забеспокоился?

Этот человек был типичным представителем, но у него отсутствовал один из передних зубов и один резец с правой стороны, из-за чего он выглядел немного глупо. У него ещё было странное имя. Оно не было его настоящим именем, но он представился как Марон*. Всё, что я сказала ему, это то, что я ушла с команды и поэтому ищу работу.

— В таком случае. — сказал Марон, небрежно собираясь сделать мне предложение. — я состою в так называемом Свободном Союзе*. Как насчет этого? Хочешь взглянуть? Но это не клан. Солдаты-Добровольцы-фрилансеры участвуют в них на своих условиях, в любое время формируя и расформировывая партии. Это такая свободная ассоциация. Ты, конечно же, можешь свободно приходить и уходить из самого союза. Можешь попробовать создать команду, и, если получится, держаться вместе. Такое случается иногда, так что это может быть хорошим способом найти товарищей.

Для меня это звучало идеально. Марон отвел меня в бар на Небесной Аллее*, где, по его словам, тусовались члены этого Свободного Союза, и познакомил меня со всеми. Бар был не таким большим, как знаменитая Таверна Шерри, но был довольно большим, и в нем было около двадцати посетителей. Казалось, что более половины из них были связаны с этим Свободным Союзом.

— Никто в этой группе не нервничает или что-то в этом роде. Я серьёзно. Можешь просто расслабиться.

Так сказал Марон, но я почувствовала напряжение и большую часть времени смотрела в пол. Даже когда люди говорили со мной, я не могла ответить должным образом. Было ли достаточно одного такого человека, чтобы всё стало таким неловким? Я волновалась по этому поводу, но вести себя нормально и показывать веселье было выше моих сил.

— Ну, а пока ты попробуешь присоединиться ко мне на команде? Я просто найду ещё четырех человек наугад. Давай попробуем завтра пойти в Киренские Шахты*.

— Киренские Шахты...! — выпалила я невольно. В баре стало тихо, и невероятная неловкость пронзила мое сердце, как тысяча игл. — ...Простите. Я не совсем подхожу для Киренских Шахт.

— Ну конечно. Понял. Да уж. Что ж, тогда пойдем куда-нибудь ещё.

Смеясь, Марон заверил меня, что всё в порядке.

— Предоставьте это мне. Я знаю немало хороших мест. Хотя это будет долгое путешествие. Это нормально? Верно? Уйдет где-то несколько ночей... Да, это займет день там, и день назад, так что, наверное, три ночи. Приготовься к этому, и завтра мы встретимся у северных ворот, хорошо?

Мне было не по себе. Но я взяла себя в руки, думая, что это нужно сделать. Может быть, я всё-таки не солгала Шинохаре. Я честно покинула Орион с намерением постараться изо всех сил. Если бы я была в Орионе - если бы я была с Хаяши, я не могла бы смотреть вперёд. Если бы я с нетерпением ждала, я всегда видела бы Хаяши там. Для меня это было странное зрелище. Не то чтобы Хаяши был там. Дело в том, что там я видела только Хаяши. Это было невыносимо. Если Хаяши был там, очевидно, что Мичики и Огу тоже должны были быть, и для Муцуми было просто неправильно не находиться рядом со мной. Но их там не было. Моих товарищей нигде не было. Они никогда не вернутся. Мне мучительно напоминали об этом каждую секунду. Это было тяжело для меня. Сложнее, чем я могла вынести всё это.

Я хотела дать этому последний шанс. Чтобы выжить ради товарищей, я позволил им умереть. Вот почему я покинула Орион и покинула Хаяши. Мне было жаль Хаяши и людей в Орионе, которые так хорошо относились ко мне, но это всё, что я могла сделать.

На следующее утро, когда мы собрались у северных ворот, там были Воин Марон, Охотник Рюки*, другой Охотник Охджика*, Вор Понкичи*, бывший Паладин Джин'э и я, всего шесть человек. Лидером команды был не Марон, а Джин'э, которому было тридцать три года или что-то в этом роде, и он был самым старшим в группе. Рюки и Охджика были худощавыми, и оба держали в руках эти большие луки. Они были похожи на братьев. Понкичи был довольно невысоким и выглядел быстрым, как и следовало ожидать от Вора.

Хотя Джин'э был лидером, Марон был нашим проводником. Мы покинули Альтерну и направились на север. Если мы продолжим в том же направлении, то войдем в лес. Как только мы вышли из леса, мы увидели Крепость Смотрителя Мертвецов*, где орки разместили силы, чтобы следить за любыми движениями людей. Марон обошел лес и Крепость Смотрителя Мертвецов, вместо этого выбрав путь через Равнины Быстрых Ветров*. Это было примерно в двенадцати километрах. Мы не двигались в таком быстром темпе, поэтому на это ушло чуть меньше четырех часов.

— Рюки, Охжика.

Джин'э жестикулировал подбородком, и два Охотника двинулись вперед, а Марон отступил и занял позицию рядом со мной. Внезапно Марон стал очень разговорчивым.

— Тебе интересно, как Джин'э стал бывшим Паладин? Правда?

— Ну да.

Это правда, что бывший Паладин был странностью. Не было ничего необычного в том, что Солдат-Доброволец покидал одну Гильдию, а затем присоединялся к другой. Однако в этом случае они называли себя бывшим Воином-Паладином, Воином, который когда-то был Паладином, или кем-то в этом роде. Джин'э, на первый взгляд, был Паладином. Хотя его плащ был черным, он носил светлые доспехи, и его шлем также был белым. Однако на месте гексаграммы на груди не было ничего, кроме царапин. Он, вероятно, соскреб его. Он сказал, что ему тридцать три года, но в длинных волосах, которые он лениво зачесал назад, были белые полосы, да и седые волосы в его бороде тоже выделялись. Он выглядел ближе к сорока годам.

— Видишь ли, Мерри, Паладины могут использовать магию света, как Жрецы. Но есть разница в магии света, которую может использовать каждый. Ты как Жрица, вероятно, знаешь, но...

— Паладины не могут лечить собственные раны.

— Ага, оно самое. Но дело в том, что есть заклинание под названием «Преступление*». Думаю, можно сказать, что это последнее средство. Это невероятное заклинание, которое мгновенно лечит все раны Паладина. Подобно Таинству*, только нацеленный на себя.

— Однако всегда есть цена, и в моём случае это - потеря благословения Лумиариса*, — вставил Джин'э, — я однажды воспользовался им. Я просто не хотел умирать.

— Итак, он был без работы. — сказал Марон с ухмылкой и пожав плечами.

— Любой Паладин, использующий «Преступление», автоматически исключается из Гильдии Паладинов. Но ты можешь остаться в гильдии, только если ты жив с самого начала. Ему удалось выжить, так что пришло время для перемен. Быть Воином или кем-то еще. По крайней мере, я бы так поступил. Но Джин'э другой. С тех пор он не состоял ни в одной гильдии. Поэтому он бывший Паладин.

— Я уже давно не хочу просить у кого-нибудь уроки. Вот и всё. — сказал Джин'э слегка посмеиваясь, но в нём было такое выражение, будто он потерял что-то драгоценное и носил раны, которые никогда не заживут.

Тем не менее, человек выжил. Более того, он не пытался скрыть свои раны. Он жил с ними разоблаченными.

Смогу ли я жить с такими ранами? Я не была уверена. Но я определенно хотела.

Раны болят, и они некрасивые. Если я смогу спрятать их, то желаю этого от всего сердца. Я хочу стереть их. Если возможно, я хочу сделать так, чтобы их никогда не было.

Но, видимо, я не так думала по этому поводу.

На ранах образуются струпья, которые отслаиваются, и рубцы постепенно исчезают. Со временем боль тоже утихает. Мне этого не нужно. Меня устраивает боль.

Наверное, я так думала.

Охотники шли впереди, чтобы помочь нам избежать опасных зверей и маршрутов, и мы шли до позднего вечера, прежде чем добрались до места.

Это была долина. Вы могли бы назвать это сухим ущельем. Через него не было ручья. Долина имела форму креста, обращенного на северо-восток. Юго-восток, юго-запад и северо-запад были отвесными скалами, по которым мы не могли спуститься, но северо-восток был пологим, так что казалось, что мы могли бы спуститься там на дно долины.

Нет, не просто так казалось, мы определенно могли. Через нее был единственный путь вниз.

Долина была довольно глубокой и довольно темной внизу.

Даже с края долины я могла различить корчащиеся там формы.

— ... Слуги Бессмертного Короля*.

— Знаете. — Марон радостно хлопнул в ладоши. — Это всего лишь моё обоснованное предположение, но зомби и скелеты должны ненавидеть дневной свет. Вот почему они обычно бродят по ночам. Итак, когда приходит утро, они стараются отдохнуть в темном месте. Это просто случилось здесь - вот о чем я думаю. Здесь растут только кусты, а высоких холмов, не говоря уже о горах, нет. Это единственное место здесь, где много темноты, так что это было естественным результатом. То есть это единственное место, о котором я знаю, но я уверен, что есть и другие, похожие на него.

— ...Что мы будем делать? Если спустимся...

— Это будет опасно, да. Конечно. Если они все бросятся на нас, это рискованно. Поэтому мы выбираем подходящие цели и подтягиваем их. Итак, Рюки и я выступаем в роли наживки. Остальные четыре повсюду подстерегают. Затем, как только мы их втягиваем, все вынимают их. Что ж, Мерри, наверное, проще тебе просто показать. У всех, кроме тебя, есть некоторый опыт в этом, так что тебе не о чем беспокоиться. Просто пока смотри. Уже поздно, так что сделаем это один раз на сегодня.

Джин’э, Охджика, Понкичи и я расположились к северо-востоку от долины, а Марон и Рюки проворно спустились по склону.

Мы остались на месте. Никто, включая меня, не говорил. Марон был болтлив, но остальные не были такими разговорчивыми. Это помогло. Я много разговаривала с Мичики и остальными. Все любили болтать, и я не была исключением. Но это было не потому, что я была разговорчивой от природы; скорее, я только что подружилась с группой, и это было весело. Теперь я могла молчать часами. Молчание не причиняло мне ни малейшей боли. На самом деле, если не было необходимости говорить, я держала рот на замке.

Прошло некоторое время, прежде чем Марон и Рюки побежали к нам. За ними что-то гналось. Было ли это человеком? Он казался ужасно маленьким. Кроме того, он шатался на ногах, его тело было наклонено в сторону.

— Это зомби, отлично. — прошептал Понкичи, издавая жуткий небольшой смешок. У маленького человечка было не только неряшливое, невоспитанное выражение лица, но и его экипировка и жесты были скромными. — Этот коротышка, может быть, он был дварфом. Или ребёнком человека или эльфа.

— Ты же тоже коротышка. — сказал Охжика, тыкая в Понкичи. Охджика, похожий на Рюки, производил впечатление чистоты, пока держал рот на замке, но в тот момент, когда он открыл его, чтобы что-то сказать, его подлость проступила из всех щелей.

— Готовьтесь. — коротко сказал Джин'э, и Понкичи и Охджика приготовили свое оружие.

Тем не менее, это было странно. Почему я никогда не думал об этом раньше?

Зомби.

Бездушные, бессердечные остатки мертвых, которые двигались под проклятием Бессмертного Короля.

Мичики. Огу. Муцуми. Мои товарищи погибли в Киренских Шахтах.

Нам с Хаяши было нелегко. Мы были ошеломлены и сбиты с толку, отчаянно борясь, поэтому я не очень хорошо помнила, но я была уверена, что нам потребовалось время, чтобы выбраться из шахт. Больше суток. Даже после того, как мы вернулись на Альтерну, мы были не в состоянии думать должным образом.

Конечно, мы хотели похоронить их как следует. Чтобы вернуть тела, кремировать их и построить могилу на холме. Но как бы мы ни хотели, как бы нам ни приходилось, было уже поздно. Мы с Хаяши вернулись в шахты, чтобы найти их троих? Это было совершенно невозможно. Все трое были уничтожены печально известным Дэт Спотсом*. Искать трупы было бы очень рискованно. Кроме того, я, как Жрица, знала об ужасающем проклятии, которое могло активироваться всего через три дня после их смерти. Даже если бы мы попросили помощи у других, мы бы не успели вовремя.

Мне неоднократно снился сон. Мичики, Огу и Муцуми стояли передо мной как движущиеся трупы. Все трое были мертвы, поэтому мы больше не могли разговаривать. Но я их слышал. « Почему ты бросила нас? Почему ты сбежала?» спросят они меня. У меня не было ответов. Я могла только продолжать извиняться. После чего эти трое нападут на меня.

Каждый раз, когда мне снился этот сон, я чувствовала себя так, словно заразила гордость своих погибших товарищей, и я не могла простить себя. Если они возмущались мной, ненавидели меня за это, я вряд ли могла их винить. Но трое, которых я знала, никогда бы не винили меня, даже если бы это была моя вина. И всё же, когда я видела их во сне, они меня критиковали. Я несправедливо унижала их. Если бы я хотела наказать себя, я должна была это сделать. Несмотря на это, я заставила их взять на себя бремя.

Я была несправедлива.

Я была подлой и презренной.

Левая нога зомби, преследующего Марона и Рюки, при ближайшем рассмотрении была почти оторвана. У него была рана на пояснице, которая, похоже, доходила до позвоночника. Вот почему он мог только так трястись.

Был ли зомби человеком или другой расой, вероятно, он был таким же, как Мичики, Огу и Муцуми. Его постигла нежелательная судьба, и, оставшись непогребенным, он превратился в слугу Бессмертного Короля.

Мичики и остальные могли вот так бродить по Киренским Шахтам.

Я не могла смотреть на зомби, поэтому отвернулась. Мое видение закружилось. У меня болело сердце. В ушах звенело.

— Сделайте это. — приказал Джин'э.

Я не двинулась ни на шаг. Я даже не могла стоять и смотреть, как разворачивается сцена.

Голоса мужчин раздавались эхом вместе с другими шумами. Они не столько рубили, сколько измельчали.

— Проще простого. — засмеялся Марон.

— Должно быть, я выбрал хорошую цель. — сказал Рюки.

Остальные согласились.

Я смотрела вниз. Я не присела. Я всё ещё как-то стояла.

— Мерри?

Голос, зовущий меня по имени, раздался так близко, что застал меня врасплох. Я практически отпрыгнула, когда посмотрела вверх. Это был Марон. — Что? — я пыталась сказать. Однако мой голос подвел меня, поэтому я кивнула.

— Что случилось? Ты в порядке?

— ...Да. — я выдавила слово, добавив. —Ничего такого.

— Да? Ну, тогда ладно. — Марон легко отступил. Удалось ли мне это скрыть? Я не была уверена.

Зомби, очевидно, был дварфом, потому что у него было несколько предметов, сделанных из мифрила, металла, который могли добывать и работать только дварфы. Одно из них было перстнем, и Марон передал его мне.

— Вот, я отдам тебе это, Мерри. Всё ведь в порядке, Джин'э?

— Делай как пожелаешь.

— Все остальные тоже согласны с этим? Я не слышу возражений. Итак, поехали. Можешь забрать себе. Назовём это подарком за вступление в Свободный Союз. Я слышал, что мифриловые кольца защищают от демонов.

Я положила кольцо в сумку, даже не взглянув на него. Я не особо этого хотела. Мне это было не нужно, но Марон наверняка поднимет шум, если я откажусь. С ним было больно иметь дело. Вот почему я решила спокойно принять его подарок.

Почему я все-таки присоединилась к Свободному Союзу и пришла в эту Долину Зомби*? По сути, я сделала это ради денег. Заработать. Конечно, я могла бы продать мифриловое кольцо по хорошей цене. Если бы он сказал, что дает мне, я бы взяла. Однако мне не нужно было быть благодарной. Если бы я думала об этом как о долге, мне пришлось бы вернуть его в какой-то форме. Вероятно, это было опасно. Они могут воспользоваться мной.

Мы разбили лагерь в месте, которое было примерно в часе от Долины Зомби. У Марона и остальных была только одна палатка, и когда мне было интересно, что я собираюсь делать, они сказали, что я должна спать в палатке одна. Мужчины сумеют это сделать. Они также дежурили по очереди, так что я могла спать до утра.

— Вам не обязательно так по-особенному относиться со мной...

— Ты особенная. — шутливо сказал Марон. — Я имею в виду, что ты здесь единственная девушка. Мы должны относиться к тебе по-особенному. Я никогда не смогу относиться к тебе как к одному из парней.

— Хочешь поспать рядом со мной? — Джин'э сказал с тонким шутливым смешком. — Или сможешь раздеться и переодеться на наших глазах? Или поссать? Если нет, у нас нет выбора, кроме как относиться к тебе по-особенному. Это само собой разумеющееся. Тебе следует просто принять это.

То, что он сказал прямо, на самом деле облегчило задачу. Я приняла это и решила использовать палатку самостоятельно. Тем не менее, даже после того, как я взяла с собой взятый с собой рацион и легла, я не могла уснуть.

Тонкая ткань палатки была всем, что отделяло меня от пяти человек, которых я действительно не знала. А ещё это были Равнины Быстрых Ветров. Вдали от Альтерны. Если подумать, эта ситуация была явно опасной.

Значит, я об этом не думала. Я просто плыла без забот. Я была идиоткой. Полной дурой.

Может быть, моя бдительность снизилась, потому что Мичики, Огу и Хаяши не были из тех людей, которые когда-либо делали что-то подобное. Честно говоря, у меня никогда не было такого ужасного опыта, и я никогда не боялась этого. По крайней мере, не в Гримгаре.

Раньше я не могла быть уверена в этом. В конце концов, я этого не помнила. Но, может быть, это было неправдой, что я никогда этого не испытывала.

Была ли я подобна мотыльку, привязанному к пламени? Попалась ли я в ловушку?

Как только я начинала дрожать от страха, это не прекращалось. Снаружи разводили костер. Я могла сказать, что за пределами палатки был свет, но не видела их теней. Тем не менее я чувствовала их присутствие. Если бы я прислушалась, я могла бы услышать их голоса. Рюки и Охджика не спали, да? Они подшучивали над какой-то ерундой и смеялись. Спали ли Марон, Джин’э и Понкичи? Казалось, что, если они будут вместе, Рюки и Охджика могут сделать что угодно, каким бы ужасным оно ни было. Конечно, это было только мое воображение. Я могла бы быть вне базы, а если бы была, я была бы намного ужаснее, чем они. Но это был факт, что я была ужасным эгоистичным человеком.

И всё же Рюки и Охджика не из тех, кто берет на себя ответственность. Я чувствовала, что вместо того, чтобы думать или действовать самостоятельно, они с большей вероятностью были вовлечены в чей-то заговор.

Я не так хорошо знала Понкичи. Хотя остальные четверо явно смотрели на него свысока. И всё же Понкичи, похоже, не возражал. Ему нравилось, когда его дразнили, и он даже проявлял признаки непринужденности на нижних уровнях иерархии.

Джин’э. Что насчет него? Даже потеряв защиту Лумиариса, он сохранил свою целостность и продолжал оставаться бывшим Паладином. Он выглядел и вел себя грубо, но, возможно, вел себя довольно благородно. На самом деле он не был плохим парнем. У меня было такое чувство.

На самом деле подозрительным показался Марон. В конце концов, он был тем, кто меня позвал. Я имею ввиду, что за имя было Марон? Даже его имя было подозрительным. Это расслабленное отношение. Эта бойкость. Пока он не сделал со мной ничего странного. Он был добр. Это тоже было подозрительно.

Стараясь не шуметь, я вытащила мифриловое кольцо. Было ли это доказательством его скрытых мотивов? Если так, то это было слишком вопиюще. Неужели он действительно думал, что сможет привлечь мое внимание чем-то, что украл у зомби?

Он сказал, что это защита от демонов. Применимо ли это и к демонам снов? Если бы я носила его, чтобы спать, избавилась бы я от кошмаров?

Это было нелепо. Пытаюсь сбежать от кошмаров после того, как позволил своим товарищам умереть. Разве я не должна была быть благодарна за то, что Мичики, Огу и Муцуми вообще появились в моих снах? Обычно я не должна была видеть их даже там. Потому что я не имела права показывать им свое лицо.

Может, я заслуживаю, чтобы меня немного потрепали. Если Марон что-то замышляет, хорошо. Он может делать то, что захочет. Меня не волнует, что со мной будет.

Если бы я сказала что-то подобное, Мичики рассердился бы. Огу было бы грустно. Муцуми осторожно сделала бы мне выговор.

Ругайте меня.

Скажите: «Мерри, что ты делаешь? Не будь такой беспечной, действуем вместе!»

Пожалуйста...

Возможно, я немного отошла. Нет, ни капли, наверное, час или два. Я не мечтала. В какой-то момент я схватилась за мифриловое кольцо. Мне не хотелось думать, что это кольцо избавило меня от кошмаров. Я так долго не спала, что не чувствовала себя отдохнувшей. Моя голова была тяжелой. Меня тошнило. Всё было неприятно.

Я попыталась сесть. Я хотела выйти из палатки и подышать свежим воздухом. В этот момент дверь в палатку немного сдвинулась. Я назвала это дверью, но это был просто кусок ткани с застежками на внутренней стороне палатки, которые позволяли держать её закрытой. Это не было похоже на дверь с ключом. Если просунуть палец в шов, он легко откроется, и вы сможете разрезать шнурки снаружи.

Кто-то просунул руку в шов, и они смотрели внутрь через щель. На меня.

Я рефлекторно притворилась спящей. Это было хорошо? Разве я не должна была встать и спросить их, что, по их мнению, они делают?

Кто бы это ни был, отдернул руку. Они отошли от палатки. Похоже, они пошли посидеть у огня.

— ... Как она?

— Она спит. Что вы собираетесь делать с этой женщиной?

Марон и Джин’э. Очевидно, Джин'э заглянул в палатку.

— Понятия не имею. Хм. Я думаю, ей сейчас больно. Если я смогу завоевать её расположение, я хочу этого. Понимаешь, я предпочитаю, чтобы это было по обоюдному согласию, а не изнасилование, понимаешь?

— Как будто я забочусь о твоих предпочтениях.

— Но, мужик, насиловать? Иногда это тоже может быть приятно. Как тогда в прошлый раз.

— Это было неплохое время.

— Ты простой зверь. Бьюсь об заклад, ты не сможешь привлечь, если не будешь их заставлять, верно? Я имею в виду, ты любишь их приучать, не так ли?

— Я не знаю, как можно быть добрым к женщинам.

— Чтоооо? В самом деле? Мило. Хорошо провести время с милой девушкой. Мерри тоже настоящая красавица. Было бы весело с ней флиртовать. Для уверенности. Было бы весело.

— Зачем тратить столько времени только на то, чтобы привлечь девушку?

— Вот почему, затраченное время окупается. Я имею в виду, у тебя просто нет эмоций, а, Джин’э!

— Если я однажды попробовал женщину, с меня хватит.

— Ну, я понимаю, что устал от них. В этом смысле легче, когда не оставляет неприятного послевкусия.

— Эта женщина никогда не пойдет за тобой.

— Ты думаешь...?

— Я всё ещё разбираюсь в этих вещах. Не то чтобы мне это нужно.

— Ах, да? Несмотря на отсутствие интереса, ты остро реагируешь на подобные вещички. Это разница в жизненном опыте? Хмм. Значит, я не могу завоевать её, да? Значит, ты хочешь сделать это прямо сейчас?

Марон сказал, что вроде ничего такого, но я думала, что задохнусь. Плохо. Вот что это было. Нет, это было ужасно плохо. Это был не только Марон. Джин'э тоже. Довольно почетно? Неплохой парень? Ха. Насколько я знаю, он был серийным насильником. Даже Марон, который явно пытался меня соблазнить, был гуманнее. Не то чтобы я даже отдаленно хотела назвать его «гуманным».

Это нехорошо. Они меня поймают. Меня собираются изнасиловать. Что я могу сделать?

Если я останусь здесь, то попаду в ловушку, как крыса.

Верно. Я не должна оставаться в палатке. Я должна сбежать. Я приняла решение. Я ухожу отсюда.

Дыша только через нос, мои мысли метались. Только двое из них поднялись. Марон и Джин'э. Двое мужчин. Если я вспомнила, после разжигания огня они сняли броню. Если я сбегу, их будет трудно поколебать. Но даже если бы я застала их врасплох, как бы это прошло? Это были не простые люди. Это были Солдаты-Добровольцы. У них была хорошая выносливость. Я не хотела вступать с ними в гонку.

Старт должен был быть важным. Мне нужно было увеличить дистанцию ​​между нами, сделав хороший стартовый рывок, и заставить их сдаться. Это были Равнины Быстрых Ветров, а также была поздняя ночь. Они не стали бы меня преследовать слишком далеко.

У меня был план. Я собиралась отказаться от своих вещей. Это только помешает. Я возьму только деньги.

Марон и Джин'э ещё не двинулись с места. Я могла действовать первой.

Я надавила на грудь, как будто пытаясь вернуть свое сердце, которое хотело вырваться изо рта, на место. Не было времени колебаться. Я дрожащими пальцами расстегнула застежки. Снаружи палатки было тихо.

Страшно. Страшно. Страшно. Страшно? Что в этом страшного по сравнению с тем моментом?

Это было ничто по сравнению с тогдашним. Дэт Спотс. Он был в миллион раз сильнее их.

Я вылезла из палатки.

Марон и Джин'э сидели друг напротив друга у костра. Они оба посмотрели на меня в унисон.

Рюки, Охджика и Понкичи лежали поодаль. Спят, как я и думала.

На мгновение глаза Марона расширились, затем. — ... А? — он улыбнулся. — Что случилось, Мерри? Ты проснулась?

Джин'э смотрел на меня глазами, которые казались остекленевшими, но в то же время таили в себе опасно тусклый свет. Этот человек был осторожнее Марона. Он, вероятно, подозревал, что их разговор был подслушан.

— Вроде того...

Это все, что я сказал, прежде чем опустить глаза и приблизиться к огню. Это сработает? Я должна была сделать это. — Я устала. — добавила я, вздохнув. Я, должно быть, видела это где-то. Даже я могла справиться с такой игрой.

Я взяла за правило не смотреть ни Марону, ни Джин’э в глаза. Если бы они увидели мои глаза, особенно Джин’э, они могли бы увидеть меня насквозь. Вот почему, опустив глаза, я подошла поближе к огню, чтобы сесть рядом с Мароном и Джин'э.

Очевидно, я не собиралась сидеть. Сначала я изо всех сил ударил Джин'э по лицу подошвой ботинка. Не упустив ни секунды, я нанесла удар с разворота во фланг Марона.

Затем я сбежала. Просто пытаюсь уйти от огня. Направление не имело никакого значения. Марон и Джин'э что-то кричали. Это тоже не имело значения. Я не повернула назад. Я сосредоточилась на том, чтобы бежать так быстро, как могла. Даже когда у меня горело горло и легкие, даже когда у меня болел живот, мои ноги никогда не шатались.

— Мерри, ты всегда такая экстремальная. — однажды сказала мне Муцуми. — что бы ты ни делала, ты никогда не принимаешь полумер. Это твоя сильная сторона, но и в то же время слабая...

Как я отреагировала, когда она указала на это?

— Я? Я так не думаю. Я думаю, это то, что я сказал.

Но, учитывая, что это сказала Муцуми, Муцуми, которая внимательно наблюдала за людьми и была очень внимательной, я думаю, что она была права.

Я был экстремальным человеком, ненавидящим полумеры. Достаточно? Примерно так? Я никогда бы не смогла так поступить. Для меня это было ноль или один. Нет, скорее ноль или сотня. Все было совершенно правильно или совершенно неправильно. Я что-то любила или ненавидела. Для меня не было ничего промежуточного.

— Плохо быть слишком разборчивым. — Это ещё одна вещь, которую однажды сказала мне Муцуми. — Тебе может быть труднее, чем кому-либо.

— Я совсем не привередливая. — ответила я тогда.

Я была не такой.

Я была просто упрямой ​​и непреклонной. Вот почему я не могла сгибаться.

Когда я запыхалась, у меня болело всё тело, и я не могла сделать ни шага, наконец, мои ноги остановились.

Никто не пойдет за мной. Я была совсем одна. Я чувствовала себя так, будто меня поглотит огромное звездное небо. Больно было даже стоять. Я села на землю. А пока мне нужно отдышаться. Когда я отчаянно пыталась это сделать, где-то вдали завыл зверь. Я немного подпрыгнула, и у меня перехватило дыхание. « Все в порядке », подумала я. Вой был далеко. Но раздался еще один вой. На этот раз он был ближе, чем раньше. Я осмотрелась вокруг. Я ничего не видела. Сколько бы там ни было звезд, все равно было темно. Слишком темно. Если бы только была луна. Я никогда не мечтала о красной луне больше, чем сейчас.

Мне уйти? Я должна остаться здесь? Я не могла решить. Я была всего лишь Жрицей. Не Охотником. Я никак не могла знать.

Зверь завыл. На этот раз он был явно ближе. Не рядом со мной, но определенно довольно близко.

Это нехорошо.

Я не могу здесь оставаться. Меня съедят дикие животные. Я не хочу этого. Я не хочу так умирать.

Я встала.

Но куда мне идти...?

Зверь завыл. Я решила уйти от этого воя. Следует ли мне избегать шагов? Мне молчать? Зверю всё равно? Вероятно, он мог бы найти меня по запаху. Значит, выхода не было?

Меня могли загнать в угол. Зверь уже опознал меня как добычу и начал охоту.

Помогите.

Это было бесполезно.

Никто не собирался мне помогать. Здесь никого не было. Я была совсем одна.

Наконец, он болезненно утонул.

Я совсем одна .

В версии с изображениями тут находится картинка.

Пока я была в Таверне Шерри, потягивая дистиллированный ликер с материка. —Эй, эй, эй! — ко мне подошел странно легкомысленный человек.

— Привет! — парень поднял правую руку. Слева у него была керамическая кружка. Всё, от его голоса до лица, его внешности и поведения, было не чем иным, как легкомысленным. Был ли какой-нибудь человек, для описания которого слово «легкомысленный» подходило бы больше? Этот человек был олицетворением легкомыслия.

Я посмотрела на стойку, сожалея, что невольно посмотрела в сторону этого человека.

— Привет! — весело крикнул мужчина.

— Привет! Привет! Привет!

...Упрямый.

Я старалась игнорировать его. Мужчина должен был это знать.

— Привки, привки, привки! Привкипривкипривки! Привки...?

Тон его голоса, как и ожидалось, ослаб. Пора было сдаться.

— Ох! Думала, что я сдамся? Ну нет! Не я, я другой. Это то, что отличает меня от обычного Джо*, понимаешь? Ну ты знаешь? Просто шучу!

Я вздохнула. Вернее, вздох вышел сам собой. Что было с этим парнем? Он был легкомысленным и раздражающим на уровне, превышающем мое самое дикое воображение.

В последнее время, когда я выпивала в таком баре, очень немногие Солдаты-Добровольцы звали меня без причины. Но если у них были дела со мной, это было другое дело. Например, если Жрец их группы внезапно заболел. Или если их Жрец стал жертвой браконьерства. Или их Жрец устал от них и убежал. Или, в лучшем случае, если бы у них все еще был Жрец, но они планировали отправиться в немного опасное место, поэтому они хотели еще одного для безопасности. Быть там в чрезвычайной ситуации, заполнить вакансию или стать вспомогательным целителем. Это были мои роли, и на них был большой спрос. Но не так много.

Это было потому, что, как правило, поскольку они были необходимостью в любой команде, было много желающих взять Жреца. Даже если бы они были немного некомпетентными, они бы не остались в стороне. Когда Жрец работал наемником, группа или клан пытались завербовать их в кратчайшие сроки. Хотя и без такого приглашения Жрец мог бы сам поднять эту идею, и они легко попадали в команду.

Я отклонила все предложения вступить в клан. Вот почему, если Солдаты-Добровольцы и собирались обратиться ко мне по поводу чего-либо, я должна была заполнить вакансию или выступить в качестве вспомогательного целителя. Я пила у Шерри наполовину по причинам, связанным с бизнесом. В основном пыталась найти работенку.

Я могла зарабатывать достаточно, чтобы кормить себя таким образом, поэтому у меня не было жалоб. У меня также была своего рода цель, и я работала над ее достижением, но не имела представления о том, когда смогу её достичь. У меня не было планов менять свой образ жизни. Я не видела в этом необходимости.

Я не хотела, чтобы кто-нибудь мешал мне.

Меньше всего этого плейбоя.

Не глядя на плейбоя и стараясь не вкладывать никаких эмоций в слово. —Исчезни. — сказала я ему. — Я не в настроении разговаривать с кем-то вроде тебя.

— Чтоооо?

Плейбой почему-то на месте трижды крутанулся. Это был крутой поворот.

— Ты не хочешь говорить со мной, буйна?

— ... Буйна?

Ой-ой. Я не могла не поинтересоваться. Плейбой не упустил своего шанса и дальше давил.

— Хорошо! Я понимаю, я понимаю, я понимаю! Я так понимаю! Я вижу тебя насквозь! Ура-ура! Ага!

— Чт... Что ты понял?

— Правильно! Я буду краток! Я понял то, что не понимаю!

Плейбой почему-то сказал это уравновешенным взглядом. Я опешила. Я никогда раньше не встречала человека, который мог бы вложить столько усилий в такой бессмысленный и пустой разговор.

— ... Если ты понимаешь, что не понимаешь, то уходи. Но если хочешь поговорить о бизнесе, это всё меняет.

— Бизнес? Что за бизнес? Нес-биз?! Мы здесь поговорим о Нес-бизе?!

— Н-Несбиз...?

— Нет, но серьезно, это вроде как странно, понимаешь? — плейбой сел рядом со мной. — В жизни много всего происходит. Многомногомнога всякой всячины, да?!

— ...Многомногомнога?

— Да! Так и есть! Здесь нет пары игральных костей, а?! Ты меня поняла?! А? Как тебя там звали?

— Мерри...

— Ага, вот и всё! Мерри, Мерри, наоборот! Уф, хорошее имя!

— ... Я не думаю, что раньше говорила тебе своё имя.

— Разве?! Да не может быть такого, серьезно?! Ага, правда в том, что я знал, что ещё не слышал твоего имени. Сови. Я сказал это, как бы зная, что не знал. Это моя техника. Поняла?

— Я ... не знаю, что я должна понять.

— Давайте веселиться! Это место не рай, а вот внутри моей головы находится. Варадеганф! Верно?

— ...Прости, что я не веселая как ты.

— Не надо! Ты не сделала ничего плохого! На самом деле, всё в порядке! Становится приятно, приятно, приятно, не так ли?! Эй, эй, эй, Мерри-сан, ты будешь моим прелестным ребром?

— Ребром...?

— Ой, перепутал слова! Не моим ребром, а моей девушкой! Моей любовницей! Или моей женой!

— Как ты мог их перепутать...?

— Дааааа, это совершенно секретно!

— Понимаю.

— Гауух! Что ж, давай начнем как друзья!

— Мне не нужны друзья.

— Уууа! Эй, эй, эй, эй, эй! Не говори такой грустной, грустной вещи! Нет-нет! Давай дружить! Я буду тебе другом на всю жизнь! Я очень хочу быть твоим другом! Я должен им быть!

Он умолял меня быть его другом, похоже, что он может встать на четвереньки и умолять, но я не позволила этому сдвинуть мое сердце ни на миллиметр. Но, хотя этот человек был невероятно глупым, он мог отнестись к этому на удивление серьезно.

— Я не могу быть твоим другом. Честно говоря, мне не нужны друзья. Только партнеры по работе. — сказал я ему.

— Хорошо!

Это было быстро , подумала я, но, если бы я отреагировала на него, я бы почувствовала, что проиграла. Погодите, это было вопросом победы или поражения? Я действительно не знала. Но подождите, он не уходил. Он опрокинул свою кружку, допил оставшуюся часть пивного напитка внутри и сказал официанту. — Принесите мне еще один ледяной риб! — он заказал еще выпивки. Что это значило? Он планировал остаться здесь ...?

— Мерри-сан. Я тебя понимаю. Я откажусь от стать другом! Потому что, типа, я мужчина! Мы не друзья! Мы не пара! Мы не муж и жена! Но как насчет родителя и ребенка...?

— Скорее всего, нет.

— Я догадывался насчет ответа. Было бы немного неловко. А как насчет брата и сестры?

— Нет.

— Так и думал. Хорошо, а как это? Мы могли бы быть соседями?

— ... Соседями?

— Люби свою лошадь! Вроде как-то так говорится? А? Лошадь? Нет, не лошадь, а соседа! Соооооосеееееда...! Сови, сови. Мне очень жаль. Сегодня я чувствую себя очень остро. Острое магическое число пятнадцать! Почему пятнадцать? Я даже не знаю! Бокерачо! Ура! В любом случае, мой риб уже здесь. Мерри-сан, Мерри-сан, Мерри - о, можно мне звать тебя без уважительного произношения? Я могу?! Это нормально, мы ведь соседи, да? Уахей! Преодолей границы! Можем ли мы открыть дверь в новый мир? Откроооооой дверь! О, да!

У меня почему-то начала болеть голова... Как он мог связать столько бессмысленных слов вместе? Что происходило в голове этого человека?

— Вах! — Парень внезапно съежился. Он очень побледнел, и всё его тело вздрогнуло.

—... Ч-Что? Что-то не так?

— Я только что осознал кое-что совершенно разрушительное, йо...

— Йо...?

Парень кивнул, а затем, поставив кружку на стойку, закрыл лицо обеими руками.

—...Я чокнутый. Серьезно. Как я мог забыть что-то настолько важное...?

— Так... что именно?

— Моё имя.

Парень высунул язык из уголка рта, закрыл один глаз и принял странную позу.

— Меня зовут Киккава*! Ух! Совершенно забыл представиться. Это было близко! Почти оставил тебе таинственное воспоминание безымянной персоны! Это было бы жестоко, не так ли? Было бы плохо, правда? Верно-верно? Уахей! Итак, я Киккава! Мерри, позволь мне сказать, приятно познакомиться с Ю-ху.

— П-Приятно...

Я закрыла рот. Это было близко. Я чуть не сказала, «Приятно познакомиться с Ю-ху». Я действительно… не хотела этого говорить.

Киккава не был знакомым лицом. Он мог быть новичком.

Он опасен , подумала я, но не в обычном смысле .

У меня перехватило дыхание, и я сделала глоток дистиллированного ликера. Сильный алкоголь обжег мне горло, когда он соскользнул в живот. К тому времени, как жар спал, я тоже остыла.

— Киккава. Теперь я знаю твое имя.

— Яхууу! Я горжусь! Ура!

— ... Теперь, когда я это знаю, мы закончили. Уходи.

— Вах. Почему? Зачем?

— Я же сказала, что не собираюсь говорить ни о чем, кроме работы. Это неприятно.

— Без болтовни?

— Да.

— Не потрепать языками?

— Верно.

— О любви не поговорить...?

— Точно нет.

— Уф...

Киккава со странным выражением лица рухнул на стойку. Почему бы ему не уйти, когда я так откровенно отвергала его?

Теперь это было испытанием нашей воли. Я всегда молчала. Что бы ни случилось, я бы не ответила. Я не собиралась уходить с этого места.

...Но Киккава тоже был упрям. Было впечатляюще, как он не издавал ни звука. К этому моменту клиенты в основном ушли. Таверна Шерри, которая была открыта до утра каждый день, собиралась закрываться.

Терпение закончилось, я посмотрела в сторону, а Киккава спал. Он был мертв для мира с улыбкой на лице.

— ...Что не так с этим парнем?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Я слышала о Лагере Лесли*.

По Гримгару путешествовал торговый караван во главе с нежитью Эйнрандом Лесли*. Когда появился караван Лесли? Никто этого не знал. Никто не видел каравана Лесли в движении. Однако, когда он не двигался, это было другое дело. Караван время от времени останавливался, и когда это происходило, его называли Лагерем Лесли.

У Лесли были сокровища со всего мира и веков, и было сказано, что, если вы украдете хотя бы малейшую их часть, вы станете невероятно богатым. По некоторым слухам, Лагерь Лесли был открыт для всех. Он не отказывался от гостей, независимо от расы, и променял бы что-нибудь ценное даже на простой камешек. Он щедро приветствовал своих гостей, но это все было ловушкой Лесли. Говорили, что после того, как они закончили пиршество, гости были погружены в сон, от которого они не просыпались. Также было сказано, что все гости были добавлены в караван. Что где-то там были выжившие из Лагеря Лесли. Гарлан Ведой*, маркграф Альтерны, был одним из них.

Тем не менее, тема охоты за Лагерем Лесли время от времени поднималась между Солдатами-Добровольцами. Я никогда не слышала об успешной попытке, но часто слышала рассказы о неудачах в Таверне Шерри. Неудивительно, что меня приглашали для укомплектования команд.

Воин с точеным лицом по имени Дюна* окликнул меня, и я закончила поиски Лагеря Лесли. Всего нас было двенадцать человек.

Это было просто нелепо. Мы никогда не найдем это место, но для меня это не имело значения. Я была с ними только в качестве вспомогательного целителя, на случай непредвиденных обстоятельств, и Дюна пообещал мне ежедневное жалованье в дополнение к моей собственной доле. Если мне гарантировали прибыль, я не стала жаловаться.

Мы бродили по Равнинам Быстрых Ветров четыре дня, и за это время на нас нападали дикие звери. Моя позиция всегда была в центре нашего построения. Я была в самом дальнем от врагов месте и как можно меньше отодвигалась оттуда. Было два мага, которые тоже не могли участвовать в рукопашной, поэтому я осталась рядом с ними, чтобы защитить их.

Кроме этого, я просто наблюдала.

Когда я это сделала, я поставила себе целью вообще не вкладываться. Я бы делала свою работу, но эмоции только мешали бы этому. Они могут омрачить мои суждения, заставить меня совершить ошибку.

Очевидно, сделать это было непросто. Если, например, кто-то пострадал, я не могла не волноваться. Это была не только я; никто не хотел видеть людей, страдающих от боли. Но мне пришлось принимать осторожные решения. Насколько серьезна была травма? Нужно ли сейчас лечить? Мой запас магической силы не был бесконечным. Он расходуется с каждым заклинанием, и в конце концов иссякнет. Пришлось сохранить запас магической силы. Я потерпела неудачу уже однажды. Это была невероятно грубая ошибка с моей стороны. Я не могла использовать магию, когда это требовалось. Я никогда не хотела, чтобы это повторилось.

Люди часто протестовали насчет этого. — Мне здесь больно, так что вылечи меня. — и тому подобное. Это не было моей проблемой. Я игнорировала их, и если бы они стали слишком настойчивыми, я говорила следующее:

— Ты ведь еще жив? Ты не умер, так что всё в порядке, правда?

Когда я это говорила, большинство из них задирали носы. Иногда они огрызались и говорили. — Не дерзи. — Меня и раньше спрашивали. — Ты считаешь себя судьей жизни и смерти? — Я вообще так не думала, но это было больно, поэтому я держала рот на замке. Кроме того, они могли и не ошибаться. Возможно, я действительно вела себя самонадеянно. Я не доверяла себе. В каком-то смысле мне было труднее поверить в себя, чем кому бы то ни было. Вот почему то, что я думала, не имело значения.

Я только что сделала свою работу. Я сделала это ради денег. Я сделала это, чтобы заработать на жизнь.

Зачем мне были деньги? Почему я должна была жить?

Если я подумаю об этом, меня обязательно запутает, поэтому я не хотела заставлять себя искать ответы. Но, наверное, потому, что я позволила своим товарищам умереть. Я убила трех человек. Я даже не имела права умереть так как хотела я сама. Я думаю, что это было именно так.

Однажды я работала с Дюной. Не многие Солдаты-Добровольцы нанимали меня во второй раз. С другой стороны, было небольшое количество людей, которые нанимали меня неоднократно, и я втайне считала их своими постоянными клиентами. Не исключено, что Дюна может стать одним из них.

После пяти дней поисков Лагеря Лесли моральный дух у всех упал, и в ту ночь в нашем лагере заговорили о прекращении поисков. Меня попросили высказать своё мнение, и я ответила, что мне всё равно. В конце концов мы отправились домой. Чтобы вернуться на Альтерну, потребовалось два-три дня. Мне платили посуточно. Если бы потребовался дополнительный день, у меня был бы гораздо больший доход, так что мне было все равно.

В ту ночь я была на ночном дежурстве с Дюной наедине, и мы сидели у костра.

— Извини, Мерри. За то, что затащил тебя с собой по такому скучному делу.

— Это не большое дело.

— Но такой поход не так уж хорош для женщины, правда?

— Я здесь не единственная женщина, я права?

— Ну, нет... Ты как всегда также резка, а?

Дюна неловко немного почесал в затылке, но потом вдруг рассмеялся.

— Ну, хотя мне нравится эта частичка тебя.

— Хватит шутить.

— Это не шутка. Я серьезно.

Когда я посмотрела на него, Дюна смотрел на меня с серьезным выражением лица.

— Я всё время думал о тебе. Ты пошла бы со мной?

— Я бы не стала. — немедленно ответила я. Я хотела посмотреть вниз, но сопротивлялась желанию и продолжала смотреть на Дюну. Я себе не доверяла. Я не доверяла мужчинам. Я понятия не имела, что он будет делать, поэтому не теряла бдительности.

— ...Это, ну, только сейчас? Или у меня нет шансов и в будущем?

— Никто. Никогда. Ноль шансов. Такое невозможно.

— Ох, да? — Дюна угрюмо посмотрел в сторону. Казалось, он не станет постоянным игроком. Это случилось. Я ничего не могла с этим поделать.

На обратном пути в Альтерну, ночью, когда я спала вдали от остальной группы, Дюна попытался забраться на меня. Было ли это местью за отказ от него? Неужели он отчаялся? Я чутко спала. Я смогла его заметить и прогнать, так что ничего серьезного из этого не вышло. Это случилось. Я не могла допустить, чтобы это до меня дошло.

Когда мы вернулись на Альтерну, Дюна оплатил мне только за восемь дней. Я, естественно, настояла на том, чтобы мне заплатили полностью, согласно нашему соглашению.

— Подруга, я удивлен, что ты можешь так спокойно разговаривать со мной после того, что случилось.

— Это ты сделал, а не я. Кроме того, я не твоя подруга.

— Может быть, подумай немного о том, что чувствуют другие люди.

— А ты думал о том, что я чувствовала, когда ты пытался сделать той ночью?

— Это было... Ладно, я был не прав.

— Да. Ты был неправ. Полностью. Не знаю, повредил ли мой отказ тебе твою гордость или что-то в этом роде, но ты мелкий человек, если поступишь так дешево.

— Подруга...

— Ты меня не слышал? Я не твоя подруга. Меня тошнит. Что? Ты собираешься меня ударить? Почему бы тебе не пойти дальше? Я уверена, что тебе будет больно, если ты выложишься на меня изо всех сил, но я могу залечить раны магией света. Я уверена, что ты почувствуешь себя жалким, сделав что-то настолько бессмысленное. Ты это заслужил.

— Если хочешь денег, бери их!

Дюна стала ярко-красной, и он бросил на землю зарплату за восемь дней.

— Ты несчастная женщина, продающаяся за деньги! Вот кто ты, Мерри!

Как только он убежал, я стала собирать монеты одну за другой. Я была безумна. Я была несчастной и жалкой. Но деньги есть деньги.

Если я пойду в Таверну Шерри, я могу наткнуться на Дюну. Какая мне разница? Не мне должно быть стыдно. Это был Дюна. Хотя я так и думала, когда я увидела, что его нет в таверне, я, очевидно, почувствовала облегчение.

«Я не продаю себя», и «Я не забываю думать о чувствах других людей», и , «Нет, может быть», и «Я не хочу думать о них» , я крутила эти мысли в своей голове, потягивая дистиллированный ликер, когда внезапно я обнаружила, что Киккава сидит рядом со мной. Я, конечно, проигнорировала его, но Киккава был не из тех, кто позволил бы тому факту, что его игнорируют, отговаривать его.

— Эй, ты знаешь... Сосед. Это просто мое воображение, или ты выглядишь немного подавленной? Я надеюсь, что это так. Я хочу, чтобы моему соседу было хорошо. Я хочу, чтобы она сияла. Я думаю, ей подойдет игристое вино. Ох, эй, просто чтобы ты знала, это я просто разговариваю сам с собой здесь, хорошо?

Да, да, ты разговариваешь сам с собой , — Я тоже разговаривала сама с собой. Нет, я даже не разговаривала.

Разве я не могла увернуться от Дюны более тактично? Это была не моя вина. Я не сделала ничего плохого. Но я могла бы сказать иначе. « Мерри, ты всегда такая экстремальная », вот что сказала бы Муцуми. Но нерешительный ответ, вселявший в него надежду, тоже не годился. Я так думала? Или я намеренно пыталась навредить Дюне? Была ли я виновата?

— Сосееееед. Взбодрись. Эй. Сосеееееед. Если у тебя проблемы, можешь поговорить об этом. Я всё выслушаю. Мы будем относиться к этому так, как если бы ты разговаривала сама с собой.

Я бы ему не сказала. — Я не могу. Мне было одиноко. Лучше всего было быть одной.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Мои воспоминания о том времени, когда я позволила трем людям умереть, и о том, что произошло после этого, могли быть немного нечеткими, но, когда я пила, я старалась не пить до опьянения, поэтому я всегда знала, что сделала, как минимум.

Я также прекрасно понимала, что меня не очень уважают.

Я получила несколько прозвищ, хотя никто не мог сказать их мне в лицо.

Одним из них был Холодная Мерри.

Другой был Жуткая Мерри.

По словам других людей, я была пугающей женщиной.

Сначала были мои краткие ответы. Я не сказала больше, чем должна была. Я сама это признала. Хотя я не чувствовала, что мне особенно холодно. Я не пыталась запугать или оскорбить людей, но, конечно, говорила, когда это было необходимо. Например, если кто-то вел себя как идиот, было бы опасно не остановить его. Большинство людей говорили не всё, что думали, и я могла понять, почему они не смогли. Они могли быть робкими, или не хотели портить свои отношения с кем-то, или, ну, на то было множество причин. Но если я думала, что должна кого-то остановить, я никогда не колебалась. Мне было всё равно, что обо мне думают. Моя безопасность была важнее всего.

Я отказывалась от сотрудничества. Вот почему я не могла найти товарищей. Это была еще одна распространенная жалоба, но позвольте мне сказать, мне не нужно, чтобы они читали мне лекции.

Во-первых, я не собиралась заводить товарищей. Мне хотелось, чтобы они не думали, что только потому, что им отчаянно нужны были товарищи, потому что они чувствовали себя неуверенно без них, потому что они ничего не могли сделать без них, я была такой же. Мне лучше было без товарищей, и я поступила соответственно. Это отличалось от невозможности их получить.

Ты делаешь со своими товарищами то, что тебе нравится, и я сама буду делать то, что мне нравится, так что оставьте меня в покое. Это было примерно то, что я чувствовала. Дело не в том, что мне не хватало способности сотрудничать, я просто не пыталась сотрудничать. Потому что в этом не было необходимости.

Фактически, я получала работу. Не постоянная работа, но прокормить себя не составляло труда. Никто не имел права болтать мне о моем выборе, но факт был в том, что я получала это постоянно.

Жизнь Солдата-Добровольца не всегда была легкой, но, возможно, у многих из них было слишком много свободного времени.

Но это было ещё не всё. Я поняла это.

Ребята из Свободного Союза и такие люди, как Дюна. Было несколько мужчин, которые отказались от меня без уважительной причины. Как будто этого было недостаточно, иногда были женщины, которые враждебно относились ко мне только за то, что я была с ними в одной компании. У них также не было обоснованной причины меня ненавидеть.

Представьте, что женщина любит лидера своей команды, но он не отвечает на её чувства. Я присоединяюсь к их группе в качестве временного вспомогательного целителя или по другой причине. Он немного мил и заботится обо мне. Ей это не нравится. Я веду себя не иначе, как обычно, но она говорит, что я делала ему пас или что-то в этом роде, и поэтому он ошибся. « Держись от него подальше », говорила она мне, « Попытка получить удовольствие - часть твоего распорядка, не так ли? »

Об этом мне говорили раньше. Я могла только ответить, что со своей стороны не имела таких намерений. Но были женщины, которые, даже если ты им прямо сказала, всё равно придерживались своих предположений.

Такие мужчины и женщины распространяли обо мне слухи, как правдивые, так и ложные. Я не стала отрицать их, и, прежде чем я это осознала, у меня была репутация Противной Мерри и Страшной Мерри.

Они могли делать то, что им нравилось, и называть меня, как им хотелось. Если бы я стала достаточно печально известной, никто больше не ожидал бы от меня. Ко мне с работой приходили только люди, у которых было столько неприятностей, что им было все равно, что я за человек. Они пытались использовать меня. Это было нормально. На самом деле мне так было легче.

Единственный раз, когда я чувствовала себя неловко, только когда я сталкивалась с Хаяши, Шинохара-саном или другими членами Ориона в таверне Шерри. Я не могла игнорировать своих бывших товарищей, которые хорошо со мной обращались, поэтому я по крайней мере кивала им. Иногда они пытались со мной поговорить.

В частности, Шинохара-сан всегда приходил и разговаривал. Никогда ни о чем особо. « Как поживаешь? » или « Как дела? » Просто несколько слов. Поведение Шинохары-сана было безупречным. Он даже заботился о такой неблагодарной, как я. Он был таким хорошим парнем, что это было почти жутко. Он был единственным человеком, с которым я не могла плохо обращаться.

Потом был этот парень.

Киккава.

— Со со со со со со со со со со. Сосед, сосед, Мерри-сан? Со со со со со со со со со со. А? Спросишь меня, что я делаю? Не спросишь? Ну спроси! Давай, спроси. Я имею в виду, ничего страшного, если ты этого не сделаешь. Я всё равно тебе скажу. Итак, слушай. Есть такая задача, чтобы узнать, сколько раз ты сможешь сказать «со» подряд. Со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со со. Эй! Я напортачил! Это довольно сложно, если действительно попробовать, понимаешь? Серьёзно. Если думаешь, что я вру, попробуй сам. Ты попробуешь свою попытку? Да, нет, вряд ли. Значит я первый и всё! Просто придумал! Может, я тоже больше не буду этим заниматься. Ах, кстати, кстати, со со со со со со со со со со со со со со со со со, я только что сказал это, и я уже делаю это снова! Вот как я катаюсь! Бац...! Бух! Ох, верно, верно, верно. Мне действительно нужно было кое-что обсудить с тобой, хоть раз!

Он редко имел со мной дела. Когда я сидела за стойкой в ​​Таверне Шерри в ожидании работы, Киккава изредка - нет, часто - подходил ко мне и начинал бессвязную чушь. Я почти всё это игнорировала. Не то чтобы он имел со мной дела. Да уж. Если он не имел со мной дела, во что именно он играл? Людей, которые обращались ко мне со скрытыми мотивами, было легче понять и с ними иметь дело. Когда дело касалось этого парня, он был таким со всеми, не только со мной. Он ходил, бормоча что угодно. Насколько мне известно, другого Солдата-Добровольца, подобного ему, не было. Киккава бросил вызов самой сути понимания.

— ... Что, у тебя есть ко мне дело? — я ответила невольно.

— Да-да. Об этом.

Киккава нахмурился, затем потер основание носа указательным пальцем.

— Итак, послушай. Хм. Эй? Итак, я думаю, это в каком-то смысле о работе? Но не от меня? То есть, я в Токки, и всё такое, верно? Я с Токимуне и всеми его замечательными друзьями, так что это не от меня, но я хотел познакомить тебя с парнями, которые не совсем не связаны со мной, если это имеет смысл? По сути, мы все записались одновременно. Так как насчет поработать с ними? Это идея.

— Ты хочешь, чтобы я присоединилась к команде этих ребят?

— Ну да, вот и всё. Уахей!

— Как вспомогательный целитель?

— Нет, вот в чем дело, понимаешь? Что-то вроде бы случилось, а целителя у них нет. Значит, ты была бы главным целителем, а не вспомогательным? Ладно, не «как» главный целитель, ты полностью будешь главным целителем.

— Если это работа, я возьмусь за неё.

— Ох, да? Вот Это Да! Ницца! Хорошо, тогда я тебя познакомлю! Эм, я их возьму, ладно? Мол, здесь и сейчас. Это будет хорошо?

— Поторопись.

— Ну, погоди! Я вернусь со скоростью света! Вжух ...!

Если они оказались тут одновременно с Киккавой, то они станут моими юниорами. Ну, это не имело значения. Работа есть работа. Независимо от того, с кем иметь дело, я сдерживала свои эмоции и просто делала свою работу. У меня не только не было больших ожиданий, у меня не было вообще никаких ожиданий.

Но Солдаты-Добровольцы, которых привел ко мне Киккава, выглядели настолько явно ненадежными, что я не могла не подумать, « Разве это не будет опасно? ».

Было трое парней. Хотя, наверное, было бы правильнее назвать их мальчишками. Не по возрасту, а именно по поведению. Если я была добра, они казались наивными. Если нет, они были детьми.

— Итак, это Харухиро, а это Ранта и Могузо! Хорошо, вы трое, скажите привет сейчас! Знаете, приветствие - это основа хорошего общения!

По настоянию Киккавы Солдат-Доброволец с сонными глазами, похожий на Вора, сказал. — ... Э-Эм, привет. — и склонил голову. — Я... Харухиро. Вор. Мне больше нечего сказать.

— Я-Я Ранта!

Маленький кудрявый мальчик выглядел слегка вооруженным для Воина. У него было дерзкое выражение лица.

— Я Рыцарь Ужаса... Поняла? Хех. О-о, и... Ох, да, я ищу себе девушку. Да уж. Хе-хе!

— Я-Я Могузо. Я Воин.

Этот мужчина, сложенный как лысый медведь, казался безобидным, несмотря на свое внушительное телосложение. Он выглядел робким, и мне пришлось задаться вопросом, будет ли он полезен.

— ... Приятно познакомиться. — закончил он.

— Уэлп! — Киккава подмигнул мне, от которого полетели воображаемые искры, и, сделав знак мира у своего лица, он сказал. — Я ухожу! Остальное я оставлю вам, молодняк! Так далеко, так далеко, так далеко, Мерри, бее-м-м ...! — и он ушел. Что это за луч?

Трое парней просто ерзали и стонали, закрывая глаза с выражением агонии на лице, но они ничего мне не сказали. « Что это такое?» подумала я. Разве они не пришли нанять меня? Должна ли я быть той, кто продвинет этот разговор дальше? Если бы я этого не сделала, казалось, что этому никогда не будет конца.

— И?

Я повернулась к ним, используя минимальное количество слов, и наконец Харухиро открыл рот.

— Хм, ну… я спросил Киккаву. Нет, он привел нас сюда, так ты уже знаешь, да? Да, ты знаешь. Итак, эм... мы вроде как Жреца. Можно сказать, мы ищем Жреца, который захочет присоединиться к нашей команде. Так что...

« Ты не можешь говорить без паузы? » я подавила желание сказать это и глубоко вздохнула. Я не ожидала меньшего от Киккавы. Это был первый раз, когда он принес мне работу, и посмотрите на неё. Он был непредсказуемым человеком.

— Условия?

Харухиро сказал. — ... Условия? — его глаза расширились от удивления. Однако они всё ещё выглядели сонными.

— Эээм, условия… мы идем в Дамуро, и… ох, условия… что ты имеешь в виду?

Ранта проворчал. — Идиот. — и толкнул Харухиро локтем под ребра. — Она похоже говорит про то, сколько ты заплатишь ей за ночь. Что-то в этом роде. Ты должен это знать!

Я посмотрела на него. Ранта выдавил, — Иииик... — и попятился.

— Э-Это была шутка... хорошо? Нет, не шутка, это был пример, хотя, может, и не подходящий...

— Да. Это было невероятно неуместно.

— ... Да, неуместно, да? Сожалею? Я ничего не имел в виду ... Я просто напряжен...

— Ты? Напряжен? — Харухиро оттолкнул его, и Ранта тут же ответил. — Отвали!

Могузо смотрел в пол, словно у него болел живот или что-то в этом роде, и он вспотел.

Я пришла к выводу, что о суточной норме не может быть и речи. Эти дети не могли заплатить. Это означало, что всё, что я получу, - это мою долю. Сколько я могла заработать с этими детьми? Я не могла надеяться на многое. Я должна была предположить, что заработок будет довольно низким. Если бы я не вышла в минус после вычета дневной арендной платы и расходов на питание, у меня всё было бы хорошо.

Я не была разборчивой. Тем не менее, это могло быть первое предложение, от которого я должна была отказаться.

Но.

Если бы я отказалась, что бы сделали эти ужасно ненадежные дети? Что с ними будет? Мне было всё равно? Они не имели ко мне никакого отношения.

Но.

— Если я получу свою долю, этого достаточно. Начнем завтра? Если у вас есть место встречи, скажите мне.

В версии с изображениями тут находится картинка.

8:00 утра, напротив северных ворот Альтерны. Я ни разу не опоздывала на встречу. Обычно я приходила раньше всех. То же было и в тот день.

— … И на этой ноте, внимания всеееем. Я хочу познакомить вас с нашим новым друууугом! Это Жрица, Мерри! Ладно, поаплодируйте ей...!

Когда кудрявый Ранта в отчаянии закричал об этом, сонные Харухиро и похожий на медведя Могузо нерешительно хлопали в ладоши. У двух других были открыты рты. Они обе были девочками. Одна из них была тихоней на вид Маг. У другой был лук и стрелы, так что она, вероятно, была Охотницей. Девочки. Они действительно чувствовали себя девчонками, а не Солдатами-Добровольцами. Никто в команде этого не сделал.

Вы издеваетесь надо мной, да...? Это было моё честное впечатление. Я думала, что работала с моей справедливой долей разнообразных Солдат-Добровольцев. Кто-то старше, кто-то моложе. Кто-то более опытный, кто-то менее. Но я никогда не видел таких ребят.

Они выглядели так, будто только что стали стажироваться на Солдат-Добровльцев. Обычно через день или два в этой жизни люди немного меняются. Обычно. В каком-то смысле эти дети могли быть нормальными. Мы были ненормальными. Мы приспособились. Нравится нам это или нет. Насколько я знала, все были такими. Эти дети были нормальными, но странными.

— Э-Это Мерри-сан...

Когда Ранта снова указал на меня, девушка-Маг наконец сказала. — Здр… — с нерешительным поклоном. — ...Здравствуй.

— При... Приятно познакомиться. — приветствовала меня и девушка-Охотница.

Что я должна была сказать? Девочки относились ко мне настороженно. Конечно, будут. Этого следовало ожидать. Но никаких подколов не было. Настороженность, к которой я привыкла, была более воинственной, ближе к открытой враждебности. Это или раздражение и отвращение. Неудовольствие. В отношении этих девушек их настороженность сопровождалась таким большим недоумением, что я тоже не могла не чувствовать себя сбитой с толку.

Я не знала что делать. Я убрала волосы за ухо и посмотрела на Харухиро.

— Это все?

— Ага...

Я посмотрела ему в глаза, и Харухиро поспешно посмотрел вниз. Эта реакция. Это было слишком нормально...

— Ага. Это все. Вместе с тобой нас шестеро.

— Понятно. — сказала я, усмехнувшись. Я не смогла бы продолжать в том же духе, если бы не засмеялась. Мне нужно было переключить передачи. Это было тяжело. Слишком тяжело.

— Ну, этого будет достаточно. Пока я получаю свою долю, мне всё равно. Куда мы идем? Дамуро?

— Д-Да... я думаю?

— Ты думаешь? Будь яснее.

— Д-Дамуро. Старый Город. Охота на гоблинов... Что до остальных, я не знаю.

— Хорошо, что угодно. Ну, как насчет тебя? Я пойду за тобой.

— ... Эй, ты знаешь? — Ранта посмотрел на меня вздернутыми глазами. — Не могла бы ты, эмм, сделать что-нибудь с тем, как ты разговариваешь, со своим отношением к нам...?

— А?

— ... Нет, извини... Действительно, прости. Ничего...

Об этом человеке даже упоминать не стоило. Если я могла так легко его заткнуть, ему же лучше.

Во время часовой прогулки до Дамуро не было абсолютно никаких разговоров. Даже если бы они попытались поговорить со мной, я сомневаюсь, что ответила бы. О чем обычно говорили эти дети? Я не могла себе представить. Я знала только, что они со мной не связаны. Хотя больше никто этого не делал.

Я прошла долгий путь, а? Я внезапно подумала, Должна начать в месте, похожем на Харухиро и его группу. Это было непростое время, чтобы я могла сказать, «Тогда было весело». Но, знаете, может быть, это было весело. Это было удовлетворительно. Когда я смотрю на этих детей, мне кажется, что я могу это вспомнить. Но я не хочу вспоминать. Я должна была отказаться от этой работы. Я облажалась.

— ... Что, если мы снова столкнемся с ними?

Незадолго до того, как мы вошли в Старый Город, Харухиро пробормотал это.

— Если мы встретим их. — сказал Ранта странно мрачным тоном. — Мы должны убить их всех до единого. Я не успокоюсь, пока не отрежу этому ублюдку в доспехах и хобгобу уши и не принесу их на алтарь Лорда Скуллхелла*.

— Но ... — тон девушки-мага был менее мрачным и более холодным. Это ей не подходило. — Мы не можем победить. Не так, как мы сейчас.

Ранта усмехнулся. — Мы будем сражаться, даже если не сможем победить.

— Если мы погибнем из-за этого... — голос девушки-охотницы дрожал. — ... Если мы так умрем, всё будет напрасно.

— Умирать нехорошо. — Могузо энергично кивнул. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь ещё умер.

Было странно, что в команде не было целителя. Чтобы у этой команды никогда не было целителя. Это было невозможно.

— Кто-то...

Я начала было говорить, потом закусил губу. Спрашивать не было необходимости.

Дело не в том, что у них никогда не было целителя. Они потеряли одного.

Вероятно, он погиб.

— ... собирается выйти? Или нет? Меня не волнует кто, но сделайте это быстро.

Ранта отвернулся, неодобрительно щелкнув языком.

— Давай, Харухиро.

— Ага...

Глаза Харухиро блуждали, как будто он колебался. Если подумать, кто был лидером в этой команде? У меня было ощущение, что это Харухиро, но я не могла быть уверена наверняка. Команда без лидера. Вот как они выглядели. Может быть...

Был ли умерший целитель их лидером...?

Если так, то это был худший из возможных исходов. Нет, это точно был самый наихудший исход.

Эта работа меня пугает. Это слишком страшно.

Даже если я так и думала, я буду выполнять свою работу, не показывая этого. Такова была моя политика, но на этот раз было очень тяжело. То, как Харухиро заикался, когда он сказал: « П-Пойдем », честно заставило меня почувствовать себя довольно мрачным. Как именно эти дети охотились? Я не хотела об этом думать. Я просто надеялась, что они поняли саму суть. Я не просила многого, но мои надежды всё же были разбиты.

Хотя не сразу. Мы все ходили по окрестностям, и Харухиро, по крайней мере, казался Вором, когда выходил на разведку, но мы не нашли подходящей добычи. Ну конечно нет. Похоже, эти дети сузили свою цель до группы из двух гоблинов или меньше. Но гоблины не были дураками. Они знали, что, очевидно, безопаснее передвигаться группами. Не будет так много гоблинов поодиночке или с одним другим. По моему опыту, гоблины в Старом Городе Дамуро обычно путешествовали группами по три или больше. Как команда могла победить группу из трех гоблинов? Это было первое препятствие для охоты в Старом Городе, и в некотором роде всё началось именно там.

По сути, эти ребята ещё даже не вышли на старт.

Тем не менее, если так будет продолжаться, мы никогда не сможем охотиться, а это означало бы потерю дохода. Харухиро, похоже, решил сам. Целью, которую Харухиро нашел для нас сразу после полудня, была группа из трех гоблинов.

В развалинах разрушенного здания находились гоблин в кольчуге с коротким копьем и два гоблина в одежде из настоящей ткани, один из которых нес топор, а другой - короткий меч. Харухиро начал объяснять что-то похожее на стратегию.

— Сначала Юме и Шихору наносят превентивный удар по копейщику. Я, Ранта, Юме и Мерри займемся гоблина с топором и гоблина с коротким мечом, поэтому Могузо и Шихору отвлеките копейщика. Если вам двоим будет тяжело, либо Ранта, либо я вмешаемся, чтобы помочь. Как только копейщик будет устранен, дальше будет легче.

— Оставайтесь на линии.

Не то чтобы я этого не ожидала. Я подозревала, что эти дети не знали даже основной теории. Они этого не знали. Это всё. Но это был шок. Они не поняли? Вот почему они потеряли своего товарища.

— Почему я сражаюсь с гоблинами?

— А... Э-Это не нормально? А? Почему бы и нет...?

— Я не пойду вперёд. Я ведь Жрица, причина должна быть очевидна.

— Эй... — Ранта начал огрызаться, но успокоился. — ...подруга.

— Подруга?

Я была раздражена. Не зла. Не нужно было злиться. Это была работа.

Для меня это просто работа. Но что насчет вас, людей? Вас это устраивает?

Ранта заколебался. — ...Т-Ты? — он поправился. Это он испугался, но, похоже, ему это не понравилось. — Нет, мне странно так к тебе обращаться... М-Мерри!

— Где мой «-сан»?

— М-Мерри ...- сан. — на виске Ранты пульсировала вена, и всё его тело дрожало.

Чего он так возмущается? Он идиот?

— Т-Теперь послушай, ты, Жрица, носишь это с собой. Как оно называется? Посох Жреца? У тебя же есть, правда? Эта штука для битья, верно? Или это просто для галочки?

— Да. Это просто для галочки.

— Почему ты мало...

— Мало?

— М-Мерри ... - сан, ты, не могла бы быть немного больше, ты знаешь, больше... ну, я не знаю. Забудь это. Просто делай, что хочешь...

— Я делаю то, что хочу, без твоего разрешения, понял?

— Конечно! Хахахаха! Я понял, как много! Чёрт возьми, в чем проблема этой сучки...?

— Не мог бы ты воздержаться от таких грязных слов? Они пачкают мне уши.

— Я так виноват! Виноват! Если тебе это действительно не нравится, почему бы не попробовать надеть беруши?

— Зачем мне так беспокоиться?

— В-В любом случае... — сказал Харухиро, почесывая шею, когда он вмешался, чтобы остановить нас. — Я понимаю, о чем ты говоришь. Мерри будет стоять в тылу, пока она не понадобится. Хм, может быть, рядом с Шихору было бы лучше. Шихору Маг, поэтому она не идет впереди. Это должно быть хорошо... я прав?

Чтобы стоять, пока я не понадоблюсь. Это как раз и была роль Жреца. Похоже, он наконец понял это. Девушка-Маг. Шихору, так ведь? Я раньше даже не слышала её имени. Что было с этими детьми? Они меня разозлили. Если я буду слишком раздражена, это может повлиять на мою работу.

— Думаю, звучит разумно?

— Что ж, тогда мы пойдем... Юме, Шихору, пожалуйста.

Когда Харухиро назвал их имена, девушка-маг и девушка-охотница молча кивнули. По всей видимости, девушку-охотницу звали Юме.

Юме и Шихору были явно рассержены. Они, должно быть, действительно не любили меня, потому что даже не смотрели мне в глаза. Ну, не то чтобы меня это волновало.

Три мальчика, возможно, не удосужились достаточно объяснить им, почему я была здесь. Были признаки, указывающие на то, что произошло. Если это было так, то было бы трудно винить их обеих в том, что они опасались меня. Я имею в виду, обычно ты что-нибудь говоришь, верно? Я имею в виду, разве не было очевидно, что вся группа должна была сначала обсудить это? Они не общались? Они были неопытными; они были хуже дилетантов и, похоже, тоже не очень ладили. Серьезно, что здесь происходило?

Харухиро пошел впереди группы, Юме и Шихору следовали за ним. Затем, когда он подошел к указанной области, Шихору приготовила заклинание по его сигналу, и Юме приготовила свой лук. Удар Тени*, а? Заклинание Шихору поразило гоблина-копейщика. Это заставило гоблина уронить копье, но Юме промахнулась стрелой. Это было оружие дальнего боя; иногда из можно было промахнуться. Но не так как сейчас.

— ...Это было просто ужасно. — пробормотала я, и Юме немного подпрыгнула, крепче сжав свой лук.

Ты слишком сосредоточена, когда выпускаешь стрелу... Это не моя специальность, и я не твой товарищ, поэтому я тебе этого не скажу. Но я надеюсь, ты понимаешь это. Даже если тебе трудно увидеть свои недостатки.

— Не беспокойся об этом! — Харухиро крикнул Юме, вытаскивая кинжал.

У тебя хватает ума успокоить Юме, да? Это впечатляет, но на самом деле это не то, на чем ты должен сейчас сосредоточиться.

Могузо и Ранта хотели напасть на гоблина-копейщика. Но гоблин с топором и гоблин с коротким мечом помешали им, и в это время копейщик попытался подобрать своё копье. Харухиро нанес удар в спину по гоблину с коротким мечом. Это была всего лишь царапина. Но гоблин-мечник сосредоточился на нём. Ранта держал на себе гоблина-топорщика. Могузо направился к гоблину-копейщику. Ахх, но копейщик был быстрее. Гоблин подобрал короткое копье и пронзил Могузо. Могузо хорошо поработал, сложив руки и используя свой полуторный меч, чтобы отразить копье. Он был довольно искусен для такого крупного парня. Юме вытащила мачете и бросилась в атаку. Похоже, она собиралась поддержать Харухиро. Это было необычайно смело для женщины-охотника. Диагональный Разрез*. Гоблин с коротким мечом отпрыгнул и уклонился от атаки, но всё же это была довольно хорошая атака. Была ли Юме лучше в ближнем бою?

— Ohm, rel, ect, vel, darsh...! *

Шихору снова использовала Удар Тени. Похоже, она пыталась поддержать Могузо, но копейщик ускользнул с пути. Теневой элементаль, запущенный Ударом Тени, был медленным. Трудно было попасть в кого-то без должной подготовки. Но цель Шихору была поражена. Копейщик немного потерял равновесие, поэтому Могузо немедленно взмахнул своим полуторным мечом. Однако было слишком далеко. Он не попал не по чему, кроме воздуха. Он не понимал расстояние удара. Разве он никогда раньше не дрался с врагом, у которого было копье?

Ранта боролся с гоблином-топорщиком. Всё шло не так, но разве он не мог что-то сделать с тем, как он двигался? Слишком много растрат сил. Неужели в этом и была особенность Рыцарей Ужаса? Я не могла в это поверить. Рыцари Ужаса много двигались, но обычно это было острее. Он же был похож на лягушку, мечущуюся в замешательстве.

Харухиро и Юме имели преимущество 2: 1. С ними всё будет в порядке.

Могузо подвергся потоку выпадов копейщика, заставившего его отпрянуть. Однако с его врагом, использующим копье, это только ухудшило его положение. Ему просто не хватило опыта. Он не умел драться. Если бы я была его товарищем... Нет, даже если бы я была его товарищем, я бы не смогла сказать ему сделать то или то-то.

— Ой ...!

Ранте зацепили левое бедро и отпрыгнул, как лягушка. Гоблины были ниже людей. Ему нужно было быть особенно осторожным с атаками на свою нижнюю половину, но, похоже, он этого не знал.

— Юме, я позабочусь о нём в одиночку, возьми на себя гоблина с топором!

Харухиро собирался попросить Юме помочь Ранте? Он наблюдал, и решение не было слишком медленным. Но было ли это хорошим решением? Нужна ли Ранте сейчас поддержка?

— Мерри, исцели Ранту!

— Нет. — немедленно ответила я.

— Нет?! А? Почему нет?! — запротестовал Ранта.

— Это не рана, которая требует немедленного лечения. Успокойся.

— ...Почему ты...! — Ранта выразил свой гнев на гоблине-топорщике.

Видите? Он был в порядке.

— Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт возьми! Не зазнавайся только потому, что ты немного хороша и очень привлекательна! Это ерунда! Деееееерьмо...!

— Разве тебе не должно быть больно, Ранта?

— Мне больно! Ненависть...!*

Ранта взмахнул длинным мечом по диагонали, ударив по гоблину-топорщику. Что ж, с телеграфной атакой он никак не мог ударить. Он легко увернулся.

— Я здесь изливаюсь кровью, понимаешь?! Конечно больно! Больно, чёрт возьми...!

Гоблин-мечник унёс ноги Юме из-под её ног, и она с криком удивления упала. На мгновение я почти начала действовать, но Харухиро был рядом. Неизвестно, идет ли у врага подкрепление, и я должна была защищать Шихору. Кроме того, гоблины были готовы к бегству.

— Почему ты...! — Харухиро попытался встать между гоблином с коротким мечом и Юме. Гоблин-мечник побежал. Он убежал. Вместе с остальными гоблинами.

Харухиро выглядел ошеломленным. Ранта был разочарован. Могузо, Юме и Шихору, казалось, вздохнули с облегчением.

— Вы все измотаны. — я высказала им свое честное мнение. Может, мне не стоило. Но я не сдержалась. Харухиро впился в меня взглядом, но не возразил. Если бы он сказал хоть слово в ответ, уверена, я бы не смогла больше сдерживаться.

Хорошо для всех вас. Вы не умерли. На этот раз вам повезло. Но если вы будете продолжать это повторять, в конце концов вы за это заплатите.

Не то чтобы это моя проблема. Ко мне это не имеет никакого отношения. Потому что я вам не товарищ. Вы, люди, наверное, не думаете обо мне как об одной из вас, и в принципе я тоже не считаю одной из вас.

У меня есть для вас одно предложение. Почему бы вам не бросить всё это? Я не думаю, что вы, люди, сможете стать Солдатами-Добровольцами. Вы не годитесь для этого. Впрочем, найти другой образ жизни тоже будет непросто.

Альтерна была плацдармом для возвращения Королевства Арабакии* к её границе. Это был просто город-крепость. Здесь находился гарнизон Пограничной Армии, и Солдаты-Добровольцы поддерживали их. Пограничная Армия была профессиональной армией, поэтому попасть в неё было непросто, и уже было достаточно людей для выполнения всех остальных работ. Присоединение к кузнецам, ремесленникам или торговым гильдиям стоило больше, чем просто денег, и они по-прежнему заставляли бы вас выполнять тяжелую работу за гроши. Если бы вы были женщиной, вы могли бы работать в тавернах или других подобных заведениях, но даже тогда жизнь, вероятно, была нелегкой. По сути, у нас не было выбора, кроме как стать Солдатами-Добровольцами. Вы почти должны были подозревать, что это был заговор, чтобы все было так.

Мы закончили свою работу на сегодняшний день. Я называю это работой, но наш доход был нулевым. Я оказалась в минусе. В ту ночь я не пошла в Таверну Шерри, а осталась в своей комнате.

К счастью, в гостинице, где я снимала комнату, была настоящая ванна. Я могла долго и неторопливо полежать в одиночестве поздно ночью, поэтому я более или менее всегда выбирала для этого время. Я всегда была ночной совой. Я почти никогда не ложилась рано спать.

Вода в ванне была теплой. Мне нужно было добавить ещё горячей воды, чтобы отрегулировать температуру. Это было больно, но я к этому привыкла. Если бы я могла вымыть свое тело и волосы, а затем принять ванну при правильной температуре, я смогла бы сбросить свои чувства.

Я была Солдатом-Добровольцем, так что я не могла жить без ванны. Но, честно говоря, без этого ритуала, который я проводила в гостинице, я бы давно потеряла хоть какое-то душевное равновесие.

Однако у моего ритуала был один недостаток. В ванне я пыталась очистить свою голову от всяких мыслей, но достичь состояния небытия было сложно. Иногда я думала о вещах, о которых мне не нужно думать.

Пойду ли я завтра на охоту с этими детьми? Вопрос тяготил меня. У меня болит живот. Может, не стоит , подумала я. Я никогда не бросала работу после того, как приняла её раньше. Но была ли необходимость настаивать на том, чтобы так и оставалось? Может нормально, что я просто уйду? Однако я не решалась сделать это, ничего не сказав. Я сама должна им всё сказать. Я не могу работать с вами, ребята. Я не хочу умирать из-за того, что вы взяли меня с собой.

Вы ведь хотите умереть? Вот почему вы такие не организованные, правда? Если хотите умереть, умрите. Но не впутывайте меня в это. − Нет.

Это не могло быть правдой. Если бы они хотели умереть, они бы не привели такую Жрицу, как я. Эти ребята старались изо всех сил, по-своему. У них это просто не получалось. Вероятно, они страдали, потому что, что бы они ни делали, все шло вон из рук плохо. Это должно было быть неприятно и болезненно. У нас было то же самое. Всё шло гладко, но мы спотыкались, а иногда и терпели неудачу. Мы преодолели это и двинулись дальше. Поскольку мы были в состоянии преодолеть трудности, мы стали заносчивыми и совершили роковую ошибку.

Все совершают ошибки. Это может быть небольшой запас, который решит, являются ли эти ошибки необратимыми или нет. Мы все учимся на своих ошибках. Во избежание их повторения. Можно даже сказать, что пока мы не умрем, мы получаем право сделать нашу следующую ошибку.

Пока эти дети не умрут, завтра будет для них лучше, чем сегодня. Они могли ещё немного справиться с этой ситуацией. Если они смогли пережить сегодня, то и завтра смогут.

Я пробормотала. — Давайте снова поработаем. — и позволила губам погрузиться в воду. Я не была их товарищем. Но я могла работать. Я бы выполняла свою работу Жрицы. Чтобы эти дети дожили до завтрашнего дня. Пока те ребята, которые не устали иметь дело со мной, могли только работать. А пока я буду выполнять свою работу. Это всё, что я могла сделать. Больше мне ничего не оставалось.

-----------------------------------------------------------------------------

Хаяши — Бывший член группы Мичики. В настоящее время — член клана Орион. Класс — Воин.

Мичики — Лидер группы, в которой состояла Мерри. Класс — Воин.

Огу — Член группы Мичики. Класс — Вор.

Муцуми — Член группы Мичики. Её класс – Маг.

Орион — один из сильнейших кланов, лидер клана – Шинохара.

Шинохара — Лидер и основатель клана Орион. Класс — Воин.

Танамори — Лидер своей команды, состоит в Клане Орион. Раньше Была Воином, в настоящий момент её класс – Жрец.

Ёкои — член команды Танамори, бывший Вор и Боец. Состоит в клане Орион.

Шинген — член команды Танамори, класс - Маг. Состоит в клане Орион.

Мацуяги — член команды Танамори, класс - Воин. Состоит в клане Орион.

Старый Город Дамуро — место обитания грязнокровных гоблинов, описывается в 14+ тома.

Новый Город Дамуро — место обитания чистокровных гоблинов, описывается в 14+ тома.

Лечение — способность Жреца/Жрицы.

Депозитная Компания Ёрозу — банк в Альтерне.

Долина Зомби —

Долина Быстрых Ветров —

Крепость Смотрителя Мертвецов — локация, что была в 3-ем томе.

Киренские Шахты — места обитания кобольдов.

Свободный Союз — свободных клан для Солдат-Добровольцев.

Таинство — способность Жреца/Жрицы.

Преступление — способность Паладина.

Джо ( Joe ) —

Киккава (Kikkawa) — оказался в Гримгаре вместе группой Харухиро и Ренджи.

Лагерь Лесли — Место, полное сокровищ, которое трудно найти.

Эйнранд Лесли — один из Пяти Принцев, получивших кровь Бессмертного Короля, также известен как Лесли-Похититель. Знаменит историями о Лагере Лесли.

Гарлан Ведой — маркграф Альтерны, по слухам был одним из тех, кто выжил в Лагере Лесли, но оказался взаперти там навсегда.

Дюна — один из Солдатов-Добровольцев в Альтерне. Нанимал Мерри для поиска Лагеря Лесли.

Лорд Скуллхелл —

Удар Тени (Shadow Beat) — способность Шихору.

Диагональный Разрез (Diagonal Cross) — способность Юме.

Ненависть (Hatred) — способность Ранты.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

3. Веселье Только Начинается

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ладно. — во дворе общежития Солдат-Добровольцев Харухиро ещё раз взглянул на монеты, которые не столько лежали на столе, сколько разбросаны по нему. — Уф... — вздохнул он.

Были медные монеты. Одна медная монета равна одной медной.

Были так же и серебряные монеты. Одна серебряная монета приравнивалась 100 медным.

И были ещё.

Золотые монеты.

Естественно, они были из золота. Одна золотая монета составляла 10 000 медных монет.

100 медных монет, 99 серебряных монет и, наконец, 29 золотых монет. В общей сложности это было 30 золотых.

— Я подумал об этом и выслушал всех, но, да... мы собираемся разделить всё поровну.

— О да!

Ранта протянул руку и выхватил пять золотых монет.

— Гвехехехехе! С 5 золотыми, весь мир - моя устрица! Вот оно; наконец-то пришло моё время ...!

— Мы все знаем, что ты потратишь их на что-то глупое...

В версии с изображениями тут находится картинка.

— А! Ты что-то сказала, Шихору?!

— ...Неа, тебе показалось.

— Нет, ты сказала! Я слышал тебя громко и ясно! Я слышал! Что-то в том, что я потрачу их на всякую глупость! Я не знаю об этом! Не думаю, что делать поспешные выводы - это хорошо!

— Ну, а на что тогда ты их потратишь?

Когда Мерри спросила его резким тоном, Ранта прочистил горло и надул грудь с большим «Кхм». В его глазах заблестели искры.

— Я рад, что ты спросила! Я вложу их в себя! Сделаю несколько улучшений!

— Ооо... — глаза Могузо расширились. Юме склонила голову набок.

— Ухудшений...?

— Нет, это другое! Тупица!

— Юме не хочет, чтобы ты называл её тупицей!

— Что плохого в том, чтобы называть тупицу тупицей, идиотка?!

— Тупицы, которые ходят вокруг и называют других тупицами, — сами настоящие тупицы, ты тупица!

— Ты только что назвала меня тупицей, так что я думаю, это делает тебя тупицей, тупица!

— Муррррррррррррррррррргх...!

— Хммм!

Ранта и Юме одновременно сердито отвернулись.

— Ч-Что ж, — прервал Могузо, вероятно пытаясь сгладить ситуацию. — во что вы собираетесь вложить свою деньги? Навыки и умения...?

— Д-Да. — Ранта скрестил руки и сделал неопределенное выражение, которое ничего не подтверждало и не опровергало. — Н-Ну, да. Это похоже на то, но, знаете ли. Это вложение, хорошо? Как бы это сказать? Я трачу деньги на то, что поможет мне в будущем. Вырасти, знаете, сделать из меня мужчину... Ага...

Шихору посмотрела на Ранту с крайним презрением. Это подсказало Харухиро. О... Повзрослеть. Стать взрослым - Сделать из него мужчину. Так вот что было.

— На это значит...

Когда Харухиро пробормотал себе под нос, левая сторона лица Ранты дернулась.

— Ч-Что ты имеешь в виду? На это?

— ...Кто знает.

— Скажи! Просто выйди и скажи это! Ты сделал ситуацию неловкой!

— На что ты потратишь деньги, Шихору?

— ...Я потрачу на...

— Ну же, народ! Не игнорируйте меня!

— Ты постоянно слишком много шумишь, Ранта.

— Заткнись! А у тебя постоянно крошечные сисяндры!

— Не называй их крошечными!

— Э-Эм!

Если бы Могузо не прервал их, Ранта и Юме могли бы продолжать так вечно.

— Эээ, я думаю, что отнесу меч Дэт Спотса в кузнецу и починю его, чтобы я мог его использовать. Т-Так... не мог бы кто-нибудь пойти со мной, если вы не против?

— Конечно... — Харухиро поднял руку. — Я пойду.

— В таком случае я тоже пойду.

Он этого не ожидал. Мерри тоже вызвалась. И подождите...

В таком случае?

Его глаза встретились с Мерри. Это означало, что Харухиро смотрел на Мерри, и в то же время она тоже смотрела на него.

Они непреднамеренно посмотрели друг другу в глаза.

Это было немного неловко или смущающе, и он хотел немедленно отвернуться, но это было по-своему неловко.

Что я должен делать?

Ему пришлось мучиться из-за этого. Он был в растерянности. Но тоже было странно оставаться в таком состоянии слишком долго. Эта ситуация была явно ненормальной. Ему нужно было спешить. Сделать что-то.

—Ч-Что ж.

Харухиро попытался улыбнуться.

Нет, улыбка - правильный шаг? Кажется, что я счастлив. Разве это не неудобно? Это могло быть неправильно понято, или, нет, это не значит, что я несчастлив, но я не уверен, нормально ли быть таким очевидным счастливым, хотя стоическое поведение тоже кажется неправильным. Разве я не могу быть нормальным? Эээ, но... что значит быть нормальным...?

Харухиро на самом деле не знал, но он всё ещё отчаянно пытался изобразить нормальность, говоря. — Пойдемте вместе...

— Да.

Мерри, вероятно, вела себя нормально. Нет, могло быть что-то вроде « Что-то случилось?» в её выражении.

Честно говоря, мне интересно...

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Харухиро-кун. Мерри-сан. Спасибо вам обоим.

Когда он шел через городок ремесленников с мечом печально известного Дэт Спотса, Могузо был воплощением счастья. Редко было видеть его таким довольным.

— О, нет, в этом нет ничего страшного... — Харухиро неопределенно ответил, затем рассмеялся.

— Не беспокойся об этом.

О чем думала Мерри, давая такой простой, но краткий ответ? Как она себя чувствовала? В этом не было ничего. Мерри была нормальным человеком. Хотя нормальное состояние сильно отличалось от того, какой была Мерри раньше, и она начала привыкать к команде. Но даже в этом случае расстояние было, можно сказать. Например, вы можете почувствовать дополнительную дистанцию ​​между ней и её товарищами, Юме и Шихору. Но медленно, постепенно она пыталась сузить его. Наверное, поэтому она пришла сегодня. Это всё. В этом нет ничего особенного.

— ...Ага. Это должно быть так. Оно самое.

— Хару? Ты что-то сказал?

— А? Я-Я? Я сказал...?

— Это я спросила.

— Т-Ты спросила, не так ли?! Правильно. Ага. Эм, не совсем... Я-Я просто разговаривал сам с собой, можно сказать. В этом не было никакого смысла. Иногда я просто болтаю сам с собой...

— Оххх. — Мерри едва заметно улыбнулась, затем вздохнула. — Я думаю, что мы иногда так болтаем сами с собой. У меня тоже такое бывает.

— Правда?! Точно. Такое бывает. Но почему? Мне интересно...

— Я… — Мерри начала что-то говорить, затем. — Нет, неважно. — она покачала головой.

— А? Ч-Что? Просто скажи.

— Это просто...

— Просто что?

— Я много времени нахожусь в одиночестве. Так что я подумала, что может быть в этом и кроется причина.

Ух... Харухиро почувствовал, как что-то сжалось в его груди.

Честно говоря, ему захотелось Прокричать.

Мерриииииииииии...! Подождиииииииии! Меррииии...?!

Не говори так...!

Да, тот, кто сказал ей « Просто скажи » и заставил её сказать ему что-то грустное, как будто она говорила сама с собой, потому что она всегда была одна, был сам Харухиро, но всё же!

Я не хотел заставлять тебя это говорить... пойми.

Ну как лидер команды? Может быть...? Ага. Строго как лидер команды. В моей роли лидера я должен беспокоиться о подобных вещах, я думаю, посмотреть? Может, это её личный, частный вопрос, но типа мы товарищи и всё такое? Ага, товарищи! Даже если бы я не был лидером, нормально беспокоиться о ней как о другом человеческом существе, верно? Верно ведь?

— Ах, эм... В такие моменты...

— В такие моменты? — спросила Мерри, моргая. Как будто она смотрела на него пустым взглядом. Это выражение. Что это значит? Знаешь, Мерри была вроде как? Она могла быть довольно холодной. Когда они впервые встретились, она вела себя как колючка, да? В последнее время этого не было, но она не отличалась эмоциональной экспрессией. Судя по тому, что сказал ему Хаяши, когда-то она была очень веселой, но то, что произошло, должно быть, всё ещё отбрасывало на неё тень. Боль утраты, должно быть, изменила Мерри. Она была вынуждена измениться. Не было необходимости заставлять её вернуться к прежнему состоянию. Но когда-нибудь он хотел, чтобы она могла улыбаться от всей души.

По сути, поэтому этот пустой взгляд застал его врасплох. Ему казалось, что он увидел это впервые.

Он казался невинным, незапятнанным, чистым... Как он назвал её взгляд?

Одним словом, мило?

Мило, да?

Это казалось неправильным, но не так уж и далеко. Нет, может, это было слишком правильно? Мертвый? Он вылетел из парка?

— ...В такие моменты как... Э, да, в такие моменты как... Как то? А...?

Что это опять было?

Какие были моменты? О чем он вообще говорил? Он не знал. Он не мог вспомнить. Что теперь? Спросить? Мерри? Когда он был тем, кто начал говорить, это казалось странным. Тогда что, подумай об этом? Он был. Он пытался вспомнить. Он просто не мог.

— Т-Такое бывает, правда? Бывают такие моменты как это!

Он должен пережить это. Харухиро сделал решительное заявление.

Мерри слегка нахмурила лоб, что показалось немного сомнительным, но в конце концов, « Конечно », она согласилась с ним. Это должно было быть из доброты. Она была внимательна. Мерри проявила к нему доброту.

Но я же единственный! Тот, кому нужно быть добрым! Как лидер! Как её товарищ! Я знаю, что у Мерри разные неприятности. Что я делаю, вместо этого заставляю её относиться ко мне добрее? Я терплю неудачу как лидер. Нет, не будет преувеличением сказать, что я неудачник как человек. Ладно, может быть, это слишком далеко. Я гиперболичен. Как бы то ни было, я получил из этого всё, так что всё в порядке.

— Ох! Там.

Могузо внезапно остановился, указывая на узкую дорогу слева от них. Когда Харухиро взглянул, в конце короткой дороги был Т-образный перекресток и голое каменное здание. Перед входом была вывеска.

«Мастерская Масуказе*», виднелось на ней.

— Вроде как сюда, да?

— А-Ага. — Могузо звучал несколько напряженно. Его лицо было немного жестким. — Я слышал, им управляет талантливый кузнец. Хотя он странный. Я имею в виду, я слышал, что он соглашается только на необычную работу или что-то в этом роде...

Харухиро посмотрел на меч Дэт Спотса, который Могузо нес на плече.

— О, да? Что ж, то, что у тебя, можно считать, а?

— Может быть. Я тоже так подумал.

— Почему бы нам просто не пойти посмотреть?

По настоянию Мерри все трое пошли по узкой дороге. Дверь в Мастерскую Масуказе была сделана из стали. На всей его поверхности были вырезаны узоры, инкрустированные черноватым металлом. Это была тонкая работа. Это может сказать даже любитель. При ближайшем рассмотрении вывеска Мастерской Масуказе тоже была сделана из железа и инкрустирована аналогичной инкрустацией.

Когда они открыли дверь и заглянули внутрь, — Вау! — голова Могузо отскочила назад. И это был не только он. У Харухиро и Мерри была такая же реакция.

Стены и стенды были украшены оружием. Это было нормально. Проблема была не в оружии, а в том, что занимало центр комнаты, пристально глядя на него - металлическая... лошадь? Так ли это было? Нет, это была не лошадь.

Если бы это была лошадь, то было бы две передние копыта и две задние. Но у этой штуки вместо копыт были колеса. Два спереди, один сзади. Всего три.

Если бы это можно было назвать как-нибудь, это была бы колесная лошадь...?

Выражение на нем, или форма головы, прикрепленной к шее, было несколько конским, но другим. — Тогда что это было? — вы можете спросить, но Харухиро не получил ответа. Может быть, у драконов, о которых он слышал слухи, были такие лица. Тогда это была колесная драконья лошадь?

— Ой! Добро пожаловать!

Из-за спины вышел мужчина. Похоже, там кузница.

У мужчины были длинные волосы и фартук мастера. Он не был таким большим, но крепким и выглядел легким. Его возраст было трудно угадать. Он должен был быть намного старше Харухиро, но этому человеку казалось, что он, вероятно, был таким десять лет назад и через десять лет не изменится. Он произвел такое отстраненное впечатление.

Судя по тому, как он улыбался, поднимал руку и приближался легкими шагами, казалось, что он хорошо ладит с людьми. Но хотя мужчина смотрел на них, его глаза, казалось, были сосредоточены на чем-то ещё.

— Привет, они зовут меня Риёске*. Я кузнец. — Говоря, мужчина похлопал по колесной драконьей лошади. — Какое дело привело вас в эту мастерскую?

— Т-Точно!

Могузо снял меч с плеча. Прежде чем он успел это сделать, глаза кузнеца Риёске блеснули неестественным блеском.

Он пристально осматривал, именно так выглядело со стороны. Риёске внимательно смотрел на меч. На меч Дэт Спотса. Если бы кто-то посмотрел на Харухиро такими глазами, он, вероятно, не протянул бы и десяти секунд. Даже пять.

— Уахххххххххххххххххххххххххххххххх

Риёске подлетел к Могузо и выхватил у него меч Дэт Спотса. Держа массивный меч обеими руками, он не столько смотрел на него, сколько лизал его глазами. Могузо попятился, а Харухиро стоял плечом к плечу с Мерри - нет, у него не было выбора, понимаете? Мерри подошла к нему ближе; Харухиро не двинулся с места, понятно? Также не было похоже, что Мерри намеревалась сблизиться с Харухиро, так что просто так получилось. Вот и всё.

Но, что более важно, Риёске смотрел на меч Дэт Спотса. Со всех сторон, меняя дистанцию, как он это делал, переворачивая и наклоняя, пока он одержимо проверял его.

Как долго он планирует на это смотреть?

Может быть, вечность?

Не уж то пока не умрёт...?

Посмотрев на это достаточно долго, чтобы заставить Харухиро задуматься над этими вещами. — Интересно... — прошептал Риёске. — Интересно, вот что это такое. Действительно интересно. Это другое. В своих идеалах. Его история. Это невероятно старый предмет. Ну что ж. Я вижу. Это выглядит так... Хм. Понимаю. Понимаю. Вот почему... Ах. Хм. Так вот что они сделали? Почему да, они это сделали. Я не ожидал, что они так поступят. Ах, а если нет, что тогда? Это могло случиться, так что... Понятно.

Риёске взглянул на Могузо.

— Сможешь отдать мне его?

—Чт… — Могузо потерял дар речи. Ну конечно потерял. Он принес всё это сюда только для того, чтобы отдать его?

— Нет— Харухиро вмешался. — В-Вы не можете его получить! Вы не можете, хорошо? Это безумие! Эм, но проблема не в этом, мы хотим, чтобы вы его починили, чтобы его можно было использовать.

— Я шучу. — сказал Риёске с улыбкой, затем, опустив глаза, прищелкнул языком.

— ...Ты только что прищелкнул языком.

Когда Мерри мягко указал на это, Риёске снова улыбнулся.

— Это тоже была шутка.

— Неужели...?

Харухиро сказал то, что думал вопреки себе.

— Ну, конечно, да, о, боги. — сказал Риёске, глядя на колесного драконьего коня, почему-то он это делал. — Кстати, что вы думаете об этой работе? Это что-то особенное, не так ли?

Могузо выглядел ошеломленным, когда сказал. — Ох, да. — кивнув. — Э-Это круто... да. В-Вы это сделали, Риёске-сан?

— Да. Именно так. Я создал эту малышку. Круто? Понимаю. Спасибо. Я горжусь ею.

— Что это?

Когда Мерри спросила его. — Позвольте мне всё починить. — сказал Риёске. — Что вы думаете, что это?

— ...Лошадь?

— Да. Один из вариантов действительно лошадь.

— Голова… может быть, дракон? — предложил Харухиро.

— Именно так. — кивнул Риесуке. — На самом деле моим изображением головы был дракон. Я столкнулся с одним, когда был Солдатом-Добровольцем. Хотя только один.

— О, вы были Солдатом-Добровольцем, да?

— Я сменил род деятельности. Тоже довольно давно.

— Лошадь и дракон... — Харухиро посмотрел на колеса. — Почему ноги колеса?

— Ах, это. — выражение внезапно исчезло с лица Риёске. — Я видел их во сне. Я думаю, они должны быть из какого-то транспорта. Этот « Тригон » был сделан с изображением лошади, дракона и этой повозки в качестве варианта.

— Тригон...

Могузо серьезно посмотрел на Тригон и вздохнул.

Что касается Харухиро, он не мог не подумать, И?

Что это за штуковина? Оно не похоже на оружие. Это транспорт? Может, вы могли запрячь лошадь, но он слишком тяжелый, чтобы его тянуть, как повозку. Это просто стационарное произведение искусства?

— Что ж, это сказочная вещь, которая возникла из моего сна. — сказал Риёске с красивой улыбкой. — мне жаль говорить о такой странной вещи. Спасибо, что подыгрывали. Ох, но было весело поговорить. У меня ещё есть работа, так что оставим всё как есть.

— Ох, спасибо... — Могузо склонил голову, но − Нет, нет, нет.

— П-Погодите! — Харухиро окликнул Риёске.

— Меч! Почему вы незаметно пытаетесь убежать с мечом Дэт Спотса?!

— Ты поймал меня, а? — Риёске, который пытался пройти в спину с мечом в руках, обернулся. Конечно, он улыбнулся. — Это шутка.

— Вы были абсолютно серьезны...

— Достаточно только для того, чтобы подумать, «Может, мне повезет». Ха-ха-ха.

— Это нормально? — Мерри нахмурилась, понизив голос - правда, не так низко, что Риеске не смог её услышать - и спросила Могузо и Харухиро. — Вы уверены, что мы хотим просить у кого-то вроде него?

— Э-э... — пробормотал Могузо, явно обеспокоенный. Харухиро тоже не знал, стоит ли доверять кузнецу.

— Предоставьте это мне, я настаиваю.

Тот факт, что единственный, кто казался уверенным в этом, был сам Риёске, делало это ещё более подозрительным.

— Я уверен, что могу гарантировать, что вы останетесь довольны. Ах да. Сейчас я сделаю несколько замеров, и я сделаю за вас оценку. Если вас устраивает цена, я не против, чтобы мне заплатили, когда работа будет сделана, поэтому я прошу вас оставить его мне на четыре дня. Это сработает. Вы пришли в нужное место.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Кузнец Риёске в Мастерской Масуказе был напористым, и его цена в 40 серебра за ремонт массивного меча была не такой уж высокой, поэтому Могузо позволил ему это сделать. Вернее, он не мог отказаться. «Его втолкнули в это», возможно, было бы точнее сказать.

За то время, которое потребовалось, чтобы оружие Могузо было готово, каждый решил воспользоваться возможностью, чтобы изучить новые навыки.

Могузо выбрал тяжелую боевую технику Стальная Защита*. Он использовал свою броню, чтобы отбивать атаки врага. Научиться использовать свою броню, даже несмотря на то, что у него на пути было новое оружие, было делом Могузо.

Ранта выбрал Аура Ужаса*. Это была какая-то магия ужаса, которая наполняла Рыцаря Ужаса силой Скуллхелла или что-то в этом роде. Его последний навык, Рассказчик Ужаса*, оказался провальным, или, по крайней мере, Ранта не смог получить от него практического применения в бою. Но из того, что он сказал, Аура Ужаса была простым заклинанием улучшения, так что казалось, что все должно быть в порядке.

Юме явно намеревалась выучить Кувырок Ласки*. Это было классифицировано как техника мачете, но навык предполагал быстрое сальто, чтобы избежать атак противника или отойти от них на некоторое расстояние. Хотя Юме была охотницей, она на самом деле сражалась в ближнем бою больше, чем с луком. Это определенно будет полезно.

Шихору подбирала отвлекающее заклинание, Совокупность Теней*. Это была магия Darsh*, которая сбивала с толку цель. Это было не для того, чтобы нанести урон, а, чтобы помешать.

Мерри сказала, что хочет изучить Защиту*. Его эффект заключался в том, чтобы повысить эффективность до шести человек одновременно, используя благословение Лумиарис*. Почему шести? Символом Лумиариса была гексаграмма, и число считалось священным, так что это могло иметь какое-то отношение к нему. Были даже некоторые теории, что это заклинание было причиной того, что группы добровольцев увеличивались до шести человек. Это обязательно делало команду сильнее. Я хочу укрепить своих товарищей. Возможно, об этом думала Мерри.

Теперь что касается Харухиро...

— Ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой, ой...?!

— Ты неряшливый, Старый Кот.

— Нет, но мне больно!

— Ну, очевидно. Конечно, будет больно. Я сильно поворачиваю тебе запястье и локоть.

— Ой, больно! Подож… Барбара-сенсей*! В-Вы сломаете...!

— Нет, не сломаю. Нетушки. Чтобы сломать тебе ручонку, мне нужно сделать… вот это!

— Гваох...!

Это издало звук? Прямо сейчас? Поп . Да, правда? Его правая локтевая кость.

— Ахххххххххххххх?! Оууууууууу...?!

— Просто шучу. Я соврала. Я не сломала, ладно? Просто вывихнула его. Вставь его обратно, и тебе станет лучше.

— Ага...!

— Видишь?

Крепко держась за правое запястье и локоть Харухиро, она приблизила лицо так близко, что их щеки почти соприкоснулись.

— Уже не больно, правда?

— ... Мне больно, ладно...? И довольно сильно...

— Ты такой бессердечный. На этот раз я сломаю его по-настоящему!

— Агях?!

На этот раз все сломает по-настоящему. − Или он так думал, но она почему-то его отпустила.

Барбара-сенсей стояла неподалеку и хихикала.

Когда он расслабился, она быстро приблизилась. Харухиро попытался увернуться. Тоже серьезно. Даже отчаянно. Это вообще не сработало. В мгновение ока Барбара-сенсей схватила Харухиро за правую руку, а его запястье и локоть были согнуты в самый дальний конец.

— Это Арест*. Сколько раз мне придется тебе показывать, прежде чем ты научишься, хм, Старый Кот? Ты ещё не достаточно взрослый, чтобы стареть.

— ... Д-Делайте это немного помедленнее...

— Помедленнее? Что это такое? Ты хочешь, чтобы я выдохнула из тебя жизнь? Медленно?

— Н-Нет, дело не в этом. Я хочу, чтобы вы продемонстрировали это помедленнее...

— Ой. Понимаю. В этом есть какой-то смысл, да?

Барбара-сенсей быстро отпустила его.

— А ...?

Это было подозрительно. Слишком подозрительно. Зная Барбару-сенсей, она могла бы надуть его ещё раз. Конечно, будет.

Пока он напряженно наблюдал, Барбара-сенсей нежно схватила Харухиро за правую руку.

— Во-первых, вот так.

— Ух... Верно.

— Потом вот так...

Нет, дело не в том, что она схватила его за правую руку.

Барбара-сенсей приблизилась к Харухиро, и из-за её легкой юбки с небольшим количеством материала, фактически покрывающего её кожу, её голое тело прижалась к нему.

Это...

— Хм?

Барбара-сенсей склонила голову набок.

— Что случилось, Старый Кот? Есть что-то, чего ты не понимаешь?

— ... Нет. Н-На самом деле я ничего не понимаю...

— Хм? Тогда ты идеален, а?

Барбара-сенсей оттолкнула Харухиро, затем без особого беспокойства протянула ему правую руку.

— В таком случае попробуй на этот раз ты.

— Я-Я попробую?

— Верно. Это обучение для того, чтобы ты мог научиться этому, не так ли?

— ...Дело принято.

Харухиро посмотрел вниз и сглотнул. В этой ситуации, если он сказал: « Я не могу », нельзя было сказать, что она могла бы с ним сделать. Зная Барбару-сенсей, он легко не отделался бы. Он останется блуждающим на грани смерти, и это не было шуткой.

Естественно, если он попробует и потерпит неудачу, он будет наказан.

Если бы он не попробовал, его бы довели до полусмерти.

Ад перед ним и позади.

Тигр у ворот, волки сзади.

А? Разве он не облажался...?

Нет-нет, если бы он думал о том, что хуже, ответ был очевиден.

— Я-Я справлюсь.

Когда Харухиро объявил свое жалкое решение, Барбара-сенсей улыбнулась и покачивала рукой взад и вперед.

Она довольно сексуальна, да? невольно подумал Харухиро. Он подавил улыбку и сохранил серьезное выражение. Хотя Барбара-сенсей, вероятно, видела его насквозь. Барбара-сенсей внимательно наблюдала за любыми сиюминутными мыслями и колебаниями эмоций.

— Хорошо, давай возьми меня.

Её манящий жест и тон голоса были более наводящими, чем необходимо. Даже больше, чем обычно. Как будто она предлагала ему заняться чем-то совершенно другим. Что это было ещё? Ну, если отложить это в сторону, это тоже было частью его обучения.

Уровень головы. Держи голову холодной.

Ему пришлось сопротивляться попыткам Барбары-сенсей запутать его. Тренируй свой дух и сохраняй хладнокровие. Если бы он этого не сделал, он не смог бы использовать полученные навыки в реальном сражении.

— ...Я начинаю.

Харухиро обеими руками схватил правую руку Барбары-сенсей.

Такое ощущение...

Она была довольно мускулистой, по крайней мере, так выглядело, но на удивление была мягкой.

И что?

Ой-ой. Харухиро покачал головой. Он делал именно то, что ожидала Барбара-сенсей. Нет, может и нет, но если он позволит себе быть шокированным её женственной мягкостью, он не собирался отделаться простым: « Ой, Старый Кот, чувствуем себя немного возбужденным, не так ли? » Она бы разозлилась. И причинила бы ему боль. Это было нехорошо.

К этому моменту Барбара-сенсей применяла к нему Арест несколько раз, более десяти. Он знал, как это делается. Смутно. По крайней мере, его тело знало, каково это - быть Арестованным.

Я справлюсь. Я должен быть в состоянии. Давай сделаем это. Я сделаю это.

— Т-Там...!

Я беру руку Барбары-сенсей, вот так, затем сгибаю её в локте до упора и...

— Ахн!

Внезапно Барбара-сенсей вскрикнула, от чего сердце Харухиро замерло, и он не смог сосредоточиться на Аресте.

— Ты! Идиот...!

Очевидно, Барбара-сенсей не позволила бы этому ускользнуть.

— Ува?! Ой...?!

Но что, черт возьми, она с ним сделала?

Вероятно, его развернули, а затем перевернули. Он потерял чувство равновесия и через мгновение врезался в землю. Он был вверх ногами. Он почувствовал тяжесть на спине. Это должно быть задница Барбары-сенсей. Она тянула его за обе ноги.

— Вхуа! Ах! Барбара-сенсей! Ой! Больно! Больно...!

— Я причиняю тебе боль, конечно же! Ты слишком ослабил бдительность, Старый Кот! Это наказание!

Это была та штука. Барбара-сенсей сидела на спине Харухиро, положив по одной ноге ей под мышки. Как это называлось? О, да.

Бостонский Краб*.

Это было его название. Он не знал, что это за техника, но она была опасной.

— Оууууу...! Барбара-сенсей! Это не то! Это не Арест! Моя талия! Вы ломаете мне спину...! П-Пощадите меня...!

— Если ты хочешь, чтобы я остановилась, ну что ж, повизжи для меня еще немного...!

— Увахахахахахахах...!

— Больше! Дай мне больше...!

— Гииииииааххххххххххххххххххххххххххххх...!

В версии с изображениями тут находится картинка.

Это был полный бардак. Но, ну, Барбара-сенсей всегда была такой. Это было просто больше обычного. Тем не менее, была ли она такой со всеми своими учениками? А если нет, действительно ли она ненавидела Харухиро или что-то в этом роде?

— ... Хотя, похоже, она была довольна собой. Когда она издевалась надо мной. Я начал думать, что она именно этим увлекается...

Тем не менее, благодаря Барбаре-сенсей ему каким-то образом удалось научиться Аресту. Навыки были приобретены в системе тренировочных лагерей, поэтому он не мог встретиться со своими товарищами всё это время. Прошло не больше нескольких дней, но он испытал странное чувство ностальгии. О верно. Ему ещё нужно было забрать оружие Могузо из Мастерской Масуказе. Или Могузо уже сделал это сам? Раздумывая обо всем этом, он вернулся в пансионат, и там его поджидал шум.

— Я против этого! Я говорю против! Совершенно против!

Во дворе Ранта и Могузо, Юме и Шихору разбились на две группы и спорили - или, скорее, это был просто крик Ранты.

— Вы все забыли?! Дни, которые мы провели в этом общежитии для Солдат-Добровольцев?! Вы бессердечны! Я никогда не знал, что вы такие бессердечные! Я не могу в это поверить! Серьезно, серьезно, серьезно...!

— Эй, как жизнь? Что случилось?

Когда подбежал Харухиро, Ранта сказал. — Все встали! — и сердито указал на Юме и Шихору. — Эти люди! Они начали говорить дерзкие вещи о том, чтобы покинуть общежитие!

— Нет, эм... — попытался вмешаться Могузо.

— Помолчи! — Ранта крикнул ему. — Это не правильно! Покинуть общагу! Невероятно, правда?! Правда?! Ты согласен, правда, Харухиро?! Правда?! Конечно, согласен! Я знал это! Видите, Харухиро со мной согласен, так что давайте отбросим эту идею! Бросьте эту затею! Всё решено! Конец!

— ... Нет, я с тобой не соглашался.

— Что ты сказаааааал?! Ты собираешься меня предать, Парупиро?!

— Я не предаю тебя... Я имею в виду, что в конце концов мы собираемся покинуть общежитие, так что не так уж странно, что это могло бы случиться сейчас.

— Верно, а? — Юме скрестила руки и надула щеки. Она была в ярости. — Юме, она уже привыкла к этому, но этот дом старый и не очень чистый, понимаете? Она очень хотела переехать, как только могла себе это позволить. Теперь она может.

— ...Поэтому. — Шихору подняла руку. — Мерри... Она остановилась в гостинице, предназначенной только для женщин, так что... мы просто спрашивали её об этом. Это всё, но...

— Что означает, что вы уходите!

Чем был так взволнован Ранта? Харухиро не понял.

— Что плохого в том, чтобы уйти? Это будет шаг вперёд от этого места. Правильно?

— Ага...! Вот именно! Туда! На ступеньку выше, да? Эй, Харухиро, ты думаешь, что слишком хорош для этого места, а?!

— Я-Я никогда этого не говорил. Никогда...

— Ты думаешь, ты такой классный?!

— Ой, брось уже! Ты выводишь меня из себя!

— Это потому, что ты думаешь, что ты такой классный, а?!

— Ты -

Харухиро покраснел.

Вхуа, это нехорошо. Ранта. У этого парня дар выбешивать людей. Но я не попадусь на это. Я не собираюсь кидаться на него по-настоящему.

Харухиро вздохнул и расслабился. Затем он посмотрел на Ранту.

Да, даже просто смотреть на него меня бесит. Его лицо, его волосы, всё. Нет нет. Держи себя под контролем.

— Что на тебя нашло, Ранта? Отбрось ерунду, и, если есть причина, по которой, по твоему мнению, Юме и Шихору не следует переезжать, объясни её как следует.

— Я-Я объяснил, чёрт возьми!

— Ну, сформулируй это словами, которые я смогу понять.

— К-Как я уже сказал! — Ранта отвернулся и пнул грязь. — ... Есть причины! Их много! Типа... воспоминания! Здесь их полно, и ты сам это знаешь. Здесь, там и везде.

— Воспоминания...

— Да, верно! Вы хотите всё это выбросить?! Просто потому, что дела идут немного лучше.

Юме, Шихору и Могузо - все они одновременно опустили головы.

Харухиро прикрыл рукой нижнюю половину лица. Что пытался сказать Ранта? Пытался ли он что-то донести, не сказав прямо? Харухиро знал, что это было. Наверное, все сделали.

Они никак не могли этого сделать.

Они жили здесь с ним . Это было недолго. Но он был здесь.

Он был их товарищем.

Он был надежнее всех и их лидером.

— ... Как раз об этом я и говорю.

Ранта фыркнул, затем тяжело вздохнул.

— Я за продвижение в этом мире. Но проблема не в этом.

— Ну, да... — Харухиро почесал в затылке. — Но желание зарабатывать больше, желание лучше питаться, желание жить в лучшем месте... всё это может помочь нам мотивировать.

— Ты мелкий. Слишком мелок, чёрт возьми! Вот в чем проблема с тобой, Харухиро. Ты такой простодушный!

— А ты не...?

— Ты не найдешь много людей столь же возвышенных, как я.

— Ох, да...? — холодно сказал Шихору.

— Хах! — Ранта пожал плечами. — Вы, филистеры, этого не поймете. То есть моё возвышенное мышление. Кроме того, что такого хорошего в гостинице, которая обслуживает только женщин? Только женщины могут войти, верно? Это неестественно. Есть мужчины, а есть женщины. Просто неправильно, что будут только женщины. Серьезно.

— Оххх... — Могузо кивнул с понимающим выражением раздражения на лице.

Настоящая правда выходит наружу, а? Харухиро покачал головой.

— Вот в чём дело, да?

— Ч-Что за «Вот в чём дело»? О чем ты говоришь?! Скажи, придурок!

— По сути, мысль о том, что Юме и Шихору могут покинуть общежитие, заставляет тебя чувствовать себя одиноким, верно?

— Уххххххххх?! Что?! Какого черта?! Когда я это сказал?!

— Одиноко...? — Юме нахмурилась и выставила нижнюю губу. — Ранта, тебе будет одиноко, если Юме и Шихору покинут жилой дом?

— Я-Я-Я-Я-Я не одинок! Как будто я когда-то чувствовал себя одиноким! Я-Я? Никогда! Н-Н-Н-Не смешите!

Лицо Ранты стало ярко-красным, и всюду разлеталась слюна. Он был очень сбит с толку. Совершенно запутался. Он явно потерял голову . Что случилось с этим парнем?

Харухиро указал, что ему будет одиноко. Это был окольный способ затронуть проблему.

Если Юме и Шихору жили в одном месте, это открывало множество возможностей. Это не было полем битвы, где они не могли позволить себе расслабиться, поэтому они должны были показать некоторые возможности, если они были девушками. Не было никакой гарантии, что ему не сойдет с рук случайные « Упс, извини » или « Нет, правда, это было совпадение, я серьезно ».

Ранта не упускал такой шанс. Другими словами, он был животным. Абсолютный похабный зверюга.

Если Юме и Шихору уйдут, у него будет нулевой шанс сделать что-то подобное.

Харухиро ответил на это мягко, косвенно, сказав, что это заставляет его чувствовать себя одиноким. Он не мог бы сказать: « Ты больше не сможешь за ними подглядывать, верно? »

Это означало бы взбудоражить шершневое гнездо.

Хотя во многом это была вина Ранты, Харухиро и Могузо тоже поступали так. -Но.

Судя по тому, как себя вел Ранта, он мог чувствовать себя одиноким.

«Я-я-нет! Вообще! Я-я не одинок! Я не понимаю! Я не понимаю, как вы думаете, неудачники! Это не имеет никакого смысла! "

Ранта прочистил горло, затем потер нос ладонью.

— Так или иначе! Это не так! Я не одинок, ни в коем случае!

— Хмм... — Юме зажала щеки руками. Это забавно сплющило её лицо. — Ну ладно. Теперь, когда она подумала об этом, Юме тоже немного одиноко.

— Что...? — Ранта снова начал нервничать. — Тоже? Т-Ты чувствуешь себя... одинокой? П-Почему...?

— Потому что на этом наши приключения на целый день заканчиваются.

Приключения ... Харухиро не был полностью согласен с тем, что они были такими, поэтому решил не высмеивать её.

Юме прижималась к своим щекам. Из-за этого её голос был забавным, а не только её лицо.

— Все вернутся сюда, верно? Но не Мерри-чан. Когда мы принимаем ванну, ложимся спать и просыпаемся, все здесь.

— Мы… да. — пробормотал Могузо, глядя во двор. Это заставило Шихору тоже взглянуть на двор и на здания.

— Мы уже привыкли к этому, понимаете? — Юме со вздохом сказала. — Совершенно верно. Если бы всё закончилось иначе, Юме почувствовала бы себя немного одинокой...

— Я-Я знаю, правда?! — Ранта внезапно наполнился энергией. — Вот как это, не правда ли?! Это то, что я пытался вам сказать! Привычки важны!

— Ранта, ты ничего об этом не говорил...

— Давай, Харухиро! Я говорил это в глубине души! Мое сердце кричало это громко и ясно!

— Я не слышу твоего сердца.

— Это потому, что тебе не хватает подготовки! Тренируйся больше! Тренируйся, тренируйся! Тренируйся как сумасшедший!

— Тренировать что...?

— Додумай сам, придурок! А теперь идем дальше...! — Ранта положил руки на бедра и выпятил грудь. — Это обсуждение окончено! Мы будем жить долго и счастливо здесь, в общаге, верно, ребята?! Верно?! Всё решено!

Шихору посмотрела на Юме, затем на землю. Похоже, Юме не определилась.

— ... Я подумаю над этим дольше. Вместе с Юме.

В версии с изображениями тут находится картинка.

После этого Харухиро вместе с Могузо отправился в городок ремесленников. Они, конечно же, собирались забрать оружие. Могузо, очевидно, думал о том, чтобы пойти один, но в конце концов он решил дождаться Харухиро. Они изначально ходили в мастерскую вместе, так что он тоже хотел сходить вместе. Рассуждения казались ему логичными, но отчасти - нет, но это было очень похоже на Могузо, и Харухиро был этому рад. Как будто они были не просто товарищами, они были друзьями.

Вдобавок нас ждал сюрприз.

Перед узкой дорогой, ведущей в мастерскую Масуказе, стояла знакомая фигура.

— Мерри?!

— Мерри-сан?!

— Ох… — Мерри посмотрела в их сторону, помахала им рукой и остановилась. Она повесила голову, но тут же снова подняла глаза. Было что-то похожее на улыбку, но было ужасно неловко.

Она вела себя застенчиво.

Когда она показала такое выражение лица, Харухиро не знал, что делать. Могузо тоже ерзал.

Да, чувак. Я понимаю. Я тоже не знаю, что делать. То есть, это не проблема. Но что это?

Сердце Харухиро бешено колотилось.

— Эм...

Нет, это нехорошо.

Если Харухиро будет продолжать паниковать, Мерри будет неловко.

Наберись смелости. Смелости? Нет, мне действительно не нужна смелость. Это не та ситуация, которая требует от меня смелости. Я так не думаю. Наверное, нет. Возможно.

— А? Как дела, Мерри? Э-Это совпадение? Не прав...?

— Ага... — Мерри поднесла руку к своей груди, переводя дыхание. — Я думала, вы скоро придете. Забарать оружие. Мы до этого собрались вместе, поэтому я подумала...

Мерри говорила что-то такое, что имело для него смысл, но не совсем. Но он это понял. Он понял. Это было такое. Харухиро и Могузо посмотрели друг на друга. Верно? Вы можете задаться вопросом, что именно было верным, но прямо сейчас Харухиро и Могузо определенно подумали, « Верно? » Это было то, чего Ранта, вероятно, не почувствовал бы. Это было то, что могли понять только он и Могузо.

Могузо не был общительным типом. И Харухиро тоже. Он не был общительным, как Киккава, и он не мог выйти и сказать всё, что думал. Он не мог открыться и подружиться ни с кем. Он не был таким человеком.

И, наверное, Мерри - или, по крайней мере, нынешняя Мерри - была такой же. Несмотря на это, она пришла.

Она, должно быть, боролась с этим. Хотя ей удалось преодолеть нерешительность и прийти сюда, ей все равно пришлось ждать долго. Может, она даже пыталась повернуть назад. Но Мерри всё же осталась. Она ждала всё это время. — Верно?

Видя такие вещи, ты очень счастлив, хух?

— Оооо, понятно! Понятно. В таком случае... ты могла зайти к нам. Верно, Могузо?

— Д-Да. Т-Точно. Да.

— ...Я думала об этом. — голос Мерри был ужасно тихим. Было тихо, как у комара. — Простите. Я чувствовала себя немного... нерешительной.

— Не нужно извиняться! Верно, Могузо?! Ей не нужно извиняться, так ведь?!

— На самом деле, мы должны извиняться, из-за того, верно?!

— Ага! Я имею в виду, про ту штуку!

— Т-Ту штуку?!

— Та штука, точно! Ты же понимаешь одна из тех штук, верно?!

Харухиро и Могузо хлопали друг друга по плечу, говоря об этом, но что эта за штука ? Харухиро не знал. Он понятия не имел. Могузо, вероятно, тоже понятия не имел о какой штуке идет речь.

Это не имело значения. Они не знали. Это было то. Кроме того, Мерри рассмеялась, и, хотя это было совсем немного, она тоже улыбнулась.

Я мог вечно смотреть на улыбку Мерри. Я не могу отрицать, что чувствую себя так. Могузо, наверное, чувствует то же самое. Но если бы я так поступил, Мерри чувствовала бы себя неловко. Так что не буду.

— Что ж, тогда пошлите! Все здесь!

— Д-Да! Пойдем, Мерри-сан!

— К-Конечно.

Если бы кто-нибудь наблюдал за ними, они бы составили странную компанию, и это было немного неловко. Но что с того? Это было намного лучше, чем они начинали. Со временем они смогут общаться более естественно. Им просто нужно было действовать шаг за шагом. Было нормально сближаться медленно, но верно.

— Здрааааааавствуйте...!

Могузо открыл дверь в Мастерскую Масуказе весело и с невероятной энергией. Харухиро невольно воскликнул. — Вхоа...

Их встретил тот Тригон, как и прежде, но почему-то он был больше, чем в прошлый раз. Он не мог точно сказать, что это было, но форма тоже была другой. В нем был угрожающий вид, будто он приближался к ним. Хотя он был сделан из железа, на ощупь он был сырым, словно живой. Он казался странно настоящим.

— Э-Это...?

Могузо был сбит с толку. Мерри склонила голову набок, просто глядя на Тригона.

— Привет, добро пожаловать…— Кузнец Риёске высунул голову из задней части магазина, затем втянул её обратно. На самом деле, он скрылся в кузнице в задней части магазина.

Харухиро спросил. — А? — и в замешательстве посмотрел на Могузо и Мерри. —О-Он сбежал… верно? Прямо сейчас? Почему...?

— Нет-нет. — Риёске снова вышел, на этот раз почесывая затылок. — Я шучу, я шучу. Добро пожаловать. Какое дело привело вас в эту мастерскую?

— Что за дело...? — Могузо быстро оглядел мастерскую. — Эм, очевидно, я здесь, чтобы забрать оружие, которое оставил вам.

— Ой, хо. И что это за оружие?

— К-Какое оружие...? Я-Я оставил его здесь, верно? В-Вы не собираетесь сказать мне, что забыли, или что-то в этом роде?

— Хм... — Риёске скрестил руки. — Ммм... — Он посмотрел в потолок. — Хммм... Что это было...?

— Нет-нет. — Харухиро невольно рассмеялся. — Вы не можете забыть. Ни единого шанса. Мы оставили вам меч Дэт Спотса, верно? Вы дали нам оценку и всё такое. Он должен быть починен сейчас, верно?

— А ты? — спросил Риёске с серьезным выражением лица.

— Что с ним...? — пробормотала Мерри. Она могла сказать это снова. Что было с этим парнем? Это было плохо? Он казался немного странным, но, может быть, всё было гораздо хуже. Неужели он обманом украл меч Дэт Спотса?

Харухиро внезапно заметил, что Могузо трясется. Его руки были сжаты в кулаки, и он дрожал.

Он зол...?

— Это должно было быть уже починен, верно?

Голос Могузо звучал очень угрожающе. Но всё же вежливо. Ему едва удавалось подавить гнев, но он мог сорваться в любую секунду. Риёске, казалось, понял, что у него на руках опасный клиент. Он вдруг улыбнулся. — Я шучу, я шучу. — сказал он. — Да, он готов... это то, что я должен был сказать.

— Но? — спросил Харухиро.

— Что ж... — Риёске застенчиво потер затылок. — Я действительно планировал закончить с ним. Пока я работал над дизайном, я стал немного амбициозным.

— ...Амбициозным? — Мерри склонила голову набок.

— Да, это моя дурная привычка. Я хочу сделать это. Я хочу это сделать. Я должен это сделать. Как только мне приходит в голову, я не могу этого сделать. Я думаю, что все мастера в той или иной степени таковы.

— Итак, в основном... — сказал Харухиро, глядя на Тригона. — он ещё не готов?

— Точно.

— Ты легко признался...

— Потому что это факт, знаете ли.

Риёске мудро кивнул. Почему этот кузнец был так счастлив?

Голос Могузо дрожал. — К-Когда...? — он задал очевидный вопрос. — Когда он будет готов?

— Об этом…— Риёске серьезно посмотрел на него и указал прямо вверх. — Одному Богу известно - вот всё, что я могу сказать.

— Вы знаете, что это вам не поможет, верно?

Отлично, Мерри. Это было страшно.

Риёске был немного напуган.

— Е-Если вы дадите мне день или два...

Сразу же. — Это слишком расплывчато. — холодно настаивала Мерри.

— Ах... — Риёске сложил руки перед грудью. — Завтра...?

— Будьте точнее.

— Я принесу его вам завтра к 8:00! Вы пришли в нужное место.

Харухиро не мог не взглянуть на Тригона.

— ... Мне кажется, я слышал это раньше. Точно такая же линия.

— Я сейчас же займусь им. — Риёске показал им большие пальцы вверх, а затем побежал в кузницу позади них.

Плечи Могузо разочарованно опустились, и Мерри посмотрела на него с жалостью.

Харухиро нерешительно коснулся Тригона.

— ... Но этот кузнец определенно внёс серьезные изменения в эту вещь. Всё ли будет хорошо...?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Колокол прозвенел для указания времени.

8:00 утра.

Харухиро и остальные стояли перед Мастерской Масуказе.

Сегодня были не только Харухиро, Могузо и Мерри. Ранта, Юме и Шихору тоже были здесь. Взяв в руки оружие, они сразу же планировали отправиться на охоту. Все были готовы к работе. Всё, что им было нужно, - это оружие Могузо.

— Ч-Что ж... — Могузо открыл дверь в Мастерскую Масуказе.

— Вхуа...?! — Ранта согнулся пополам.

— Ииик...! — Шихору обняла Юме и издала писк. — Нёх! — Юме испустила в ответ странный крик.

Харухиро, Могузо и Мерри сглотнули.

Колесный конь-дракон, Тригон, как всегда, сидел по другую сторону двери. И, насколько Харухиро мог судить, форма его головы немного отличалась от вчерашней. Он снова работал над Тригоном? Но, что более важно...

— Добро пожаловать. — Кузнец Риёске стоял на коленях перед Тригоном.

Это было нормально. Но почему?

Почему Риёске был обнаженным до пояса?

Кроме того, почему перед его коленями лежал обнаженный кинжал?

На его лице было задумчивое выражение. В этом было что-то почти жалкое.

— Какоё дело привело вас в эту мастерскую? — Но, судя по тому, как он это снова сказал...

Этот кузнец проверял.

— Что за дело...? — Харухиро так сильно сказал и остановился.

Риёске молча кивнул. — Я шучу. — Он закрыл глаза. — Я ждал вас.

— ...Э-Эм. — нерешительно спросил Могузо, — где тот о-оружие, которое я оставил вам...?

— Я думал, ты не спросишь.

— А ...? Ну, д-да, я имею ввиду, это почти единственное, что у меня здесь есть, не так ли...?

— Поэтому! Я же сказал тебе, что жду, не так ли?!

Он злился, когда ошибался...?

Ага. Так и должно быть.

Несомненно, это было то, что он делал. Ничего, если не это.

Никто из них - даже Ранта - ничего не мог сказать в ответ. Они были поражены странной энергией Риёске.

— А теперь слушайте сюда! — глаза Риёске резко распахнулись. — Я принял твоё оружие! Это правда! Вчера я сказал вам, что он будет готов к 8:00 утра! Я действительно сказал вам это! Тем не мение! Это не гарантия, что это действительно произойдет! Ничего определенного! Ничего! Не такова ли жизнь?! Верно?! Я что-то не так говорю? Нет, не так ли? Нет, конечно, нет! Было бы интересно жить, если бы все пошло по плану, люди?! Было бы скучно, правда?! Не зная, что будет! Это жизнь! Да, в этом и заключается радость жизни! Другими словами...! Такова жизнь...!

— ... Что этот кузнец творит? — спросила Юме Шихору.

Шихору казалась обеспокоенной тем, как ей ответить, и просто сказала. — Я-Я не знаю... — и покачала головой.

— Итак, то, что вы сказали... — подошла Мерри. — Он ещё не готов?

Риёске закрыл глаза и покачал головой по диагонали. Почему по диагонали...?

— Я никогда этого не говорил.

— Т-Тогда... — сказал Могузо, сглатывая, - он... готов?

— Как мелко!

— ...Мелко?

— Этот вопрос неглубокий! Да или нет! Черный или белый! Так ли проста жизнь? Нет, говорю! Нет...!

— Но это же значит «нет», да...? — Харухиро не мог не указать на это. Риёске только что закончил говорить, что в конце концов нельзя так делить вещи на черное и белое. Однако Риёске безмятежно улыбнулся.

— Бывают моменты, когда мы должны найти ответ. Это тоже жизнь.

— Эй... — Ранта указал на Риёске. — Всё, что говорит этот мужик, - безумие. Всё это не имеет смысла...

— Хотя ты не из тех, кто должен такое говорить...

— Что это было, Харухиро?! Что во мне без ума?! Я самый логичный человек в мире!

— Ага!

— Видите! Старик соглашается с... Погодите, а...?

— Да?

Риёске выглядел невозмутимым, когда Ранта посмотрел на него. Ранта указал на себя, затем на Риёске, затем снова.

— Мы никогда раньше не встречались, да...?

— Вы могли бы сказать это, да.

— ... А? Что ты имеешь в виду, мы можем сказать, что никогда раньше не встречались...?

— Это хороший вопрос.

— Т-Ты думаешь?

— Да. Но он глубокий. Не могли бы вы обсудить это со мной, пока мы не придем к ответу?

— Нет, я не собираюсь... Я не думаю. И погодите, что случилось с этим стариком?

Может быть?

Пытался ли он увернуться от проблемы и надеяться, что они просто забудут об этом в неразберихе...?

— ...Я поняла. — Мерри шагнула вперед, ударив концом своего посоха между Риёске и его кинжалом. — Если вы почувствовали себя загнанными в угол, вы планировали выбраться из этого, устроив сцену того, как вы могли бы совершить сэппуку этим кинжалом, верно? Я вижу, как вы работаете.

Риёске посмотрел на Мерри... и усмехнулся. На его лице всё ещё было хладнокровие, но он вспотел.

— Кажется, вы меня неправильно поняли.

— Да?

— Я никогда не совершал сэппуку. Бросьте эту мысль.

— Я не думаю, что вы действительно с этим справитесь. Вы бы просто притворились.

Риёске какое-то время смотрел Мерри в глаза, затем, опустив глаза, пробормотал. — …ты хороша. По правде говоря, прошло три года с тех пор, как кто-то в последний раз мешал мне использовать этот трюк. Уф, ты меня точно поймала. Я сдаюсь. Я понял. Давайте будем откровенны, а? Откровенны! Да, откровенны...!

— Зачем говорить одно и то же трижды...? — спросила Шихору, дрожа, но Риёске закричал в четвертый запретный раз.

— Я начинаю! Откровенно...

Вжух... Посох Мерри задел щеку Риёске. Её посох Жреца был не просто украшением. На щеке Риёске осталась красная линия. — Кровь. У него кровотечение.

— Будьте откровенен. Когда он будет готов?

— ...Сегодня днем?

— Во сколько времени?

— Девять, нет, десять…

— Вы хотите сказать, что это займет до ночи?

— А? Нет, 18:00... или около того.

— Ты уверен?

— К 16:00! Нет, я пытался вести себя круто! К 4 часам невозможно! К 18:00...!

— Ровно в 18:00, договорились?

— Да!

— Вы знаете, что будет, если вы опоздаете?

— ... У меня есть мыслишки.

— Закончите с ним на этот раз.

Мерри убрала свой посох и отвернулась от Риёске.

В этот момент — Фьюх... — Риёске вздохнул. Я спасен. Я как-то пережил это. Я сделал это. Возможно, вы могли увидеть эти мысли в его выражении лица.

Словно говоря « Как наивно », Мерри развернулась и воткнула свой посох Жреца в кончик носа Риёске.

— Послушай. Не разочаруй меня.

— ...Понял.

— Мы приедем в 18:00.

— ...Я буду ждать.

Даже Риесуке теперь немного побледнел, и он уставился на кончик её посоха. Косоглазый. Его глаза были такими же косыми, как и раньше.

Мерри ткнула Риёске в нос своим посохом.

— Иик!

Даже не взглянув на Риёске, когда он перевернулся, Мерри покинула мастерскую.

— …Какая страшная женщина. — прошептала Ранта. Может, ему не стоило так говорить о товарище. Но, честно говоря, Харухиро чувствовал то же самое. Очевидно, он не мог сказать об этом Мерри. Или, скорее, если он скажет слова «Откровенно говоря» перед Мерри после того, что только что произошло, он был уверен, что с ним случится что-то ужасное...

Как бы то ни было, теперь, когда Мерри ушла, он не мог просто оставить её. Сказав Риёске. — Что ж, мы вернемся сегодня в 18:00! — он вышел из мастерской, но при этом не мог увидеть Мерри и немного запаниковал. — М-Мерри...?!

Он помчался по узкой дорожке. Он посмотрел направо. Потом налево.

Вот она.

Мерри остановилась, повесив голову. Что случилось? Она была спиной к Харухиро, поэтому он не мог видеть её выражение лица. Но она выглядела... подавленной?

Он не мог её позвать. Пока он колебался, Юме подошла прямо к ней, обошла перед ней и посмотрела ей в лицо.

— Мерри-чан? Что-то не так?

— Мне жаль. Я...

— Фуа?

— Только что - это было...

Ранта шагнул вперед. — Хех! — Он показал ей большой палец вверх. — Неплохо. Это было клёвое запугивание. Я думаю, не зря тебя прозвали Страшной Мерри!

— ...! — Мерри покачала головой.

Харухиро обменялся взглядами с Шихору и Могузо, которые их догнали. Мерри явно вела себя странно. По крайней мере, она не ухмылялась и не думала, Я поставила его на своё место . Во всяком случае, всё было наоборот. Я напортачила, потерпел неудачу или что-то в этом роде?

Юме пыталась что-то сказать Мерри, но, хотя её рот открывался и закрывался, всё, что вышло, было « Ухх » и « Ннгх » или « Мяу ». Ничего похожего на настоящие слова.

Ранта повернулся к Харухиро и склонил голову набок.

— ...Что?

Нет, чувак, это потому, что ты назвал её Страшной Мерри.

Но так ли это на самом деле? Это всё?

Внезапно Мерри глубоко вздохнула и подняла лицо. Она огляделась на каждого из них. Это была улыбка? Улыбка была вынужденная. И без особых усилий.

— Что ж, увидимся здесь снова, в 18:00.

С этими словами Мерри бросилась бежать. Нет, она не совсем бежала, но определенно шла быстро. Мерри упархала.

— А что с ней...? — Ранта плюнул, но к тому времени Мерри была уже далеко.

Я должен пойти за ней. Но что я могу сказать?

Харухиро не знал. Как ни печально, его ноги отказывались двигаться.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Тем не менее, его беспокоило то, что это так. Как могло быть иначе? Он сошел бы с ума, если бы его не беспокоили.

Они решили разделиться и заниматься своими делами до 18:00, но Харухиро уже знал, как он планирует провести своё время.

Я поищу Мерри.

Он знал, где искать. Альтерна казалась большим местом, но и во многих отношениях маленьким. Если он будет бродить, то подозревал, что скоро встретит её.

Когда он побродил некоторое время, зазвонил колокол, показывающий, что сейчас 12:00, а он всё еще был один.

— Что... Серьёзно? Я её не нашел...

Харухиро бессильно присел в углу площади, которая была где-то недалеко от центра Альтерны.

Отсюда через площадь находилось высокое здание под названием Башня Тенборо*. Башня была обителью маркграфа. Гарлана Ведоя. Правителя Альтерны. По всей видимости. Он знал имя этого человека, но никогда его не видел, и, честно говоря, « есть большая шишка с таким именем » - вот и всё, что он действительно знал. Что ж, такой Солдат-Доброволец, как Харухиро, вряд ли когда-либо встретит кого-то настолько важного.

— ... Это не имеет значения.

Может, пообедаю. Хотя даже это кажется проблемой. Но я голоден. У меня пустой желудок, но я не в настроении есть.

Пока он слонялся по округе, он услышал голос вдалеке.

— А?! Харухиро-кун?!

— ...Могузо.

Могузо бросился к нему.

— Что случилось, Харухиро-кун? Что ты здесь делаешь?

— Хм. Нет, на самом деле ничего не происходит. Я ничего не делаю...

— Эм... — Могузо выглядел неловко, но он всё ещё говорил. — Ты смог встретиться с Мерри-сан?

— Ух... З-Зачем мне встречаться с Мерри?

— Хорошо. Этим утром Мерри-сан вела себя немного странно. «Может быть, Харухиро-кун забеспокоился и пошёл искать её», подумал я. По правде говоря, я тоже её искал, вроде того.

— О-оххх… Ага. Мерри вела себя странно. Ага. Ну ты знаешь. Думаю, это меня беспокоило? Конечно, беспокоило. То есть мы же товарищи и всё такое...

— Я-Я понимаю, правда? Мы товарищи. А ты наш лидер.

— Технически я, да? Мне это не совсем подходит, и мне неловко, хотя...

— Но ты действительно искал Мерри-сан, верно?

— Эм… Да, но не, типа, супер сложно или что-то в этом роде. Я тоже просто праздно осматривался...

Я просто осматривался искал, а? Я слишокм много оглядывался. Он не решался сказать Могузо. Он не хотел, чтобы парень гадал, чем он на самом деле занимается. Харухиро делал это с чистыми намерениями, как её товарищ и как лидер, потому что он беспокоился о Мерри. Вот и всё.

— Н-Ну, тогда, Харухиро-кун, эм... если ты все равно ищешь её, почему бы нам не поискать её вместе?

— Хорошая идея! — Харухиро вскочил. — Д-Давай сделаем это! Так будет легче найти её. Ага. Ох, Могузо, ты уже обедал? Нет? Тогда давай поедим где-нибудь здесь. В ларьке на рынке или ещё где-нибудь. Просто что-то перекусим. Мерри тоже должна где-нибудь есть, верно? Я в этом уверен.

На этой ноте они направились к Шампуры Дори* на рынке, и Юме и Шихору уже были там.

— Хах...!

В то время Шихору заткнула рот вертелом, и она ужасно смутилась из-за этого.

Юме, с другой стороны, сказал. — Унйох! — её глаза расширились, и она закончила есть мясо, над которым уже работала.

— Эй, это Хару-кун и Могузо. Вы здесь за мясом?

— Ага. — Могузо кивнул и немедленно заказал вертел. — Мне два пожалуйста. Нет, сделайте три.

— ...Ты сразу заказываешь три? Это потрясающе, Могузо. Я осилила только один кусок.

— Неа. Я знаю, что одного будет недостаточно. Может и два, но шашлык Дори восхитителен, а я уже здесь...

— Оххх. Да, ты прав. Странно, какое здесь хорошее мясо.

— Ага. Юме, она спрашивала Шихору, чем мы должны заниматься после обеда, и Шихору, она сказала, что мы должны пойти к Дори.

— ... Я-Я не могла подумать ни о чем другом. Это всё... Ой!

Шихору поспешно повернула голову к старику, который управлял стойлом, и склонила голову.

— Э-Эм, ваше мясо восхитительно. В самом деле. То, что я люблю...

Старик великодушно улыбнулся ей. Вспоминая прошлое, Харухиро впервые посетил этот киоск, когда был Солдатом-Добровольцем-Стажером. Старик, казалось, узнал их лица, так что можно было сказать, что они были постоянными клиентами.

Количество мест в Альтерне, где это было верно для них, медленно, но верно увеличивалось.

Было ли то же самое с Мерри? Должно быть, у неё тоже были места, которые она часто посещала.

Поедая свой шампур, Харухиро решил спросить Юме и Шихору.

— Эй, мы думали поискать Мерри. То есть, да, я знаю, что мы увидимся с ней в 18:00, но... сегодня утром она вела себя немного странно, верно? Это меня немного обеспокоило.

— ...И правда, нас тоже.

Шихору закончила свой вертел и перешла к напитку, который купила в другом ларьке. Это был газированный напиток, приправленный травами и медом. Он стоит 2 меди, но, если вы вернете тонкую глиняную чашку в стойло, вы получите обратно 1 медь.

— Мы волновались за Мерри... Я искала её, пока мы осматривали рынок...

Кстати, почему Шихору сделал паузу, сказав. «Мерри...»? Они были товарищами, поэтому было естественно называть её без почетного суффикса, и она пыталась это сделать. Но поскольку она к этому не привыкла, возникли некоторые колебания - не так ли?

Если предположение Харухиро было верным, то, если он обратил на это внимание, может возникнуть неловкость.

Со временем она к этому привыкнет. Даже если на это потребуется время.

Но время не было безграничным. Оно может закончиться завтра.

Шихору, вероятно, знала, что им не гарантировано дожить до завтрашнего дня. Она осознавала это более болезненно, чем любой из них. Возможно, поэтому Шихору делала всё возможное, чтобы сократить эмоциональную дистанцию ​​между ней и Мерри.

У них может быть время расслабиться, а может и нет.

— Как думаете, куда делась Мерри-чан? — Юме спросила между поеданиями кусочков. — Она уже вернулась в гостиницу?

— ...Е-Если она это сделала, мы не можем пойти к ней, а? — Могузо застонал, держа три вертела обеими руками.

...Он уже съел все три куска? Это было быстро!

— Гостиница, да… — Харухиро хлопнул левой ладонью по лбу. — ... Если подумать, что задумал Ранта? Кто-нибудь знает?

— Юме, она не видела и не знает.

— ...Я тоже не знаю. И мне наплевать на него...

— Ой. Ранта-кун что-то говорил об игре.

— Игре?

Что это за разборки? Харухиро понятия не имел, но у него было плохое предчувствие. В конце концов, это был Ранта. Ничего хорошего не получится, если оставить его на произвол судьбы. Хотя постоянно следить за ним было бы слишком утомительно. Если бы ему пришлось смотреть Ранту 24-7, он бы всерьез возненавидел этого парня.

А пока он забыл о Ранте и вместе с четырьмя другими искал Мерри. Трудно было представить, что она окажется в восточной части города, где находилась Гильдия Магов, или в западной части, где находились Гильдии Воров и Рыцарей Ужаса. Была ли она в южной части, где находились их жилье и городок ремесленников? Или в северной части, где были рынок, Улица Цветочного Сада* и Небесная Аллея? Когда они пошли, чтобы выйти с рынка и проверить Улицу Цветочного Сада, по дороге собралась толпа.

— Ауууу, даааааааааааааааааааа!

Этот голос, исходящий с другой стороны толпы...

— Это Ранта говорит, не так ли?

— Д-Да.

— ... Мы должны игнорировать его.

Харухиро понимал, что чувствует Шихору, но не мог этого сделать. В конце концов, он был лидером. И, ну, формально этот парень был их товарищем, верно?

Он протиснулся сквозь толпу и обнаружил, что Ранта с другими мужчинами сидят за низким деревянным столом.

— Ранта...

— А? Хорошо, если это не Харухиро. Что ты здесь делаешь?

— Нет, я собирался спросить тебя... Что ты здесь делаешь?

— Тебе трудно ответить?

Ранта показал Харухиро прямоугольные карты, которые он держал. У него их было четыре или пять, и на каждой были нарисованы картинки. Присмотревшись, можно заметить, что на столе было несколько похожих карточек, не выстроенных в ряд, а разбросанных по нему.

— Я здесь в середине игры. Очевидно, правда? Я прирожденный игрок, рожденный для игр, мастер игры, понятно?

— ...Тогда ладно. Впрочем, раньше я такого не слышал.

— Хорошо, моя очередь! Вот как вы это делаете!

Ранта бросил свою карту на стол, одновременно перевернув две другие карты.

— Даааа...! Дабл! У меня Дабллллл...!

— Чёрт!

Другой грязный, краснолицый мужчина швырнул свою карту на стол, перевернув три карты.

— Там! Как тебе такое...?!

Ранта и другие мужчины закричали. — Трипл...?! — и схватились за головы.

— ... Ранта, у тебя есть на это деньги, не так ли? Я знаю.

— А?! Конечно, есть! Что было весело, если бы я не зарабатывал деньги?! Без этого я бы не стал таким серьезным!

— Так... значит, ты выигрываешь?

— Ха! — Ранта отвернулся. — Я только начал! Вот где я всё переверну! Это будет огромный поворот...!

— ... Я не собираюсь спрашивать, сколько ты уже потерял. Я вроде как боюсь. Но держи себя под контролем, хорошо?

— Дурак! В каждой игре всё или ничего! Это невозможно держать под контролем! Ты этого не знал, придурок?! Тупица! Умри в агонии от геморроя!

Он будет играть, пока не разорится? Харухиро волновался, но не мог собраться с силами, чтобы остановить его. Он всё равно не собирался слушать. Фактически, чем больше Харухиро говорил ему слушать его, тем более упрямым становился Ранта. В таком случае, оставить его одного было к лучшему.

— Что ж, дайте ему лучший шанс.

— Я сделаю это без вашего ведома! Я пойду, пока не отыграю 1 золото. Я...

— 1 золото ...?! Чувак, ты потерял 1 золото?!

— Это всё ещё всего 1 золото! У меня есть всё, что мне нужно! Парень с наибольшим количеством денег в конце концов выигрывает...!

— Ты уверен, что его не сочтут за дурака, и вместо этого он потеряет всё…?

— Тише! Закрой свой рот и уходи! Потеряйся! Просто потеряйся, Парупиро!

— Конечно, я пойду. Ой, но прежде чем я это сделаю. На всякий случай, ты ведь не видел Мерри?

— А? Да, я её видел.

— А?

— У моста, несколько часов назад, когда я вернулся в общежитие. Однако я полностью проигнорировал её. Она смотрела вниз и тоже полностью игнорировала меня. Что насчет такого?

— Она была там?! Возле общежития?! Мерри?!

— Да, как я уже сказал. Но это было давно. Сейчас она ушла куда-то ещё. Я имею в виду, что она вообще там делала?

Харухиро только что сказал Ранте. — Знай, когда его собирать! — и побежал сквозь толпу. Похоже, Могузо, Юме и Шихору слушали их разговор. Все кивнули друг другу и поспешили в общежитие.

По словам Ранты, он видел Мерри несколько часов назад. Значит, это было до полудня. Было немного трудно представить, что она всё ещё находится на мосту возле общежития. К настоящему времени она должна была уйти. Она не могла быть там. Но всё же у них не было другой зацепки, так что даже если её почти наверняка не было, шансы, что она будет, отличаться от нуля.

— Мяу! Это Мерри-чан, не так ли?

У Юме, как у Охотника, были хорошие глаза, и она первой заметила Мерри.

Мост. Она там. Это Мерри. Её нельзя спутать ни с кем другой. Она стоит на вершине моста.

— Мерри...!

— Мерри-сан...!

— М-Мерри...!

— Мерри-чан ...!

Все четверо дружно окликнули её, и Мерри повернулась к ним. Её глаза расширились от удивления. Конечно, расширились. Любой был бы поражен, если бы так громко выкрикнули его имя. Кроме того, ей, наверное, тоже было неловко. Если бы Харухиро был Мерри, он мог бы сбежать вопреки самому себе.

Мерри не убежала. Она крепко держала свой посох и ждала их.

Все они бросились к мосту, так что запыхались. Помимо тяжелого дыхания, Харухиро не знал, что ему сказать. Он должен был что-то сказать, но теперь его голова была в беспорядке.

Мерри слегка нахмурилась, её губы напряглись, когда она посмотрела на Харухиро и остальных. Казалось, она тоже что-то хотела сказать, но не могла подобрать слов.

В конце концов, Шихору просто сказала. — Поч…— прежде чем закрыть рот. Прошло некоторое время, прежде чем ей удалось снова открыть рот и закончить говорить. — Почему...?

— Я... — Мерри опустила глаза. — Я такая… — Она, вероятно, собиралась извиниться. — Прости. — говорила она. Это было единственное, чего он не хотел ей позволять. Мерри не за что извиняться.

— Слава Богу! — сказал Харухиро самым весёлым голосом, который только мог. Это было не к месту, и между ними висела неловкая атмосфера.

Ауч. Я очень скучал по этому. Почему я не могу сказать что-нибудь более внимательное? Я хочу плакать. Но если я заплачу, это гарантированно станет ещё хуже, так что я не буду.

— ... С-слава богу. Эм, потому что... что это было снова...? Слава богу, мы нашли тебя. Ой! Это не я, например, странно преувеличиваю то, как здорово, что мы смогли встретиться с тобой в первую очередь—

Аххххх! Это нехорошо . Харухиро чуть не упал на землю и начал корчиться от боли. Чем больше он говорил, тем неловко становилось.

Мерри всерьез его слушала, но в конце концов склонила голову набок, недоумевая, « Что этот парень вообще пытается сказать? ».

Справедливо. Это абсолютно справедливо.

Харухиро чувствовал, что, может быть, он знает себя, а может быть, нет. Нет, он не знал. Что это было снова? О чем он пытался сказать?

— В-В основном... Другими словами ... Как бы это сказать ...? Как...

Возможно, не в силах больше смотреть на него. — Если подумать. — вставила Юме. — Как долго ты здесь, Мерри-чан?

— Я, наверное, здесь с тех пор около... — Мерри замолчала, а затем очень тихим голосом. — 9:00 или около того...? — заключила она.

— ...9:00. — сказала Шихору, глядя на Харухиро.

— ...9:00? — сказал Харухиро, глядя на Могузо.

— 9-9:00... — сказал Могузо, глядя на Юме.

— 9:00... Постойте. Нннгх... — Юме подумала об этом, моргая. — Это долго, да? Ты сказала 9:00, но сейчас уже полдень... Вааааа! Это очень долго...!

— ... Я хотела объяснить. — Мерри немного сжалась, дрожа. — ... Я подумала, если я подожду здесь, кто-нибудь может пройти.

— Эм... — Могузо склонил голову, съежившись не меньше, чем Мерри, и сгорбился. — Объяснить, что?

— ... О том, что произошло в Мастерской Масуказе. Мое отношение к этому, можно сказать...

— Мвах. То, как ты вела себя в кузнице, было таким решительным и крутым.

— ... П-Постойте. Это не правильно. Я не должна быть такой.

— Разве...? — Похоже, Шихору был немного зла, вспоминая то, как кузнец Риёске обращался с ними. — Я думаю, с такими людьми нужно быть суровым... Не то, чтобы я сама могла это сделать. Я слишком робкая... Думаю, мне не хватает уверенности...

— Я тоже не... уверен в себе.

— Я-Я тоже!

— Юме, она тоже не уверена в себе, понимаешь?

— ... Я тоже не уверена.

Что это? Что здесь происходит? Это эстафета признания неуверенности, что ли?

Хотя, как их лидер, должен ли Харухиро действительно заявлять о своей неуверенности? Если честно, он был лидером, даже если ему не хватало уверенности, он чувствовал, что, возможно, ему стоит притвориться, что он у него она есть.

— Ух, нет!

Харухиро хлопнул в ладоши, и все посмотрели на него. Они были немного удивлены. Он чувствовал себя виноватым из-за этого.

— Мерри... Э-Это было просто средством для достижения цели. Думаю, именно поэтому ты так поступила. Ты сделала это для нас. Зная, как это выглядело. Ага. Так всё и было... Верно?

— Да, но...

— А? Но?

— Если бы у меня не было такой части меня... Я не думаю, что смогла бы действовать таким образом. Может быть, я такая на самом деле.

— В самом деле? Юме, она считает тебя хорошей девушкой, Мерри-чан. Потому что ты милая. Хм. Юме не говорит ничего, кроме «милого», но, знаешь, если бы ты не была милой, Юме не думает, что ты поступила бы так, если бы ты была не вежлива.

Ага. Я понял. Я понимаю, что ты собираешься сказать, Юме, но... пожалуйста, остановись!

Если ты скажешь это большинству людей в лицо, они будут смущены! Теперь Мерри выглядит очень смущенной!

— Эм... — Могузо, вероятно, хотел сгладить это, но он не смог придумать хороший способ, поэтому схватился за голову и застонал.

Ладно!

Пора мне побыть лидером!

Харухиро был возбужден, но не мог придумать ничего хорошего.

— Важное, то...!

Шихору. Шихору помогает. Спасибо тебе, Шихору.

— Ч-Что ты пыталась… поговорить с нами… я думаю. То, что ты хочешь поговорить с нами... Это... это... меня радует.

— Я точно знаю?! — Харухиро широко улыбнулся и закричал. Затем был ошеломлен самим собой за такое.

Я хочу когда-нибудь стать более утонченным человеком. Однако вряд ли это произойдет.

— ...Ага. Верно. Я, как твой товарищ, тоже рад, понимаешь? Что я должен сказать? Я не думаю, что то, о чем мы говорим, имеет значение. Нет, это имеет значение, и говорить о вещах важно, это то, эм... Ну, как обязательное условие? Нам нужна среда, где мы могли бы поговорить. Есть ли у нас это или нет, это первый вопрос, я думаю? Управление персоналом... Это нормально, что я такой? Да, это никуда не годится...

— Это не плохо. — Мерри покачала головой. Затем она вышла и ясно сказала. — Ты не «нехороший», Хару.

— ...Правда?

Ой, ах. Я чувствую, что сейчас начну улыбаться.

Харухиро заставил себя сохранять невозмутимое выражение лица. Он был уверен, что сейчас на его веках есть складки.

— Ч-Что ж ... Ага. Да, я думаю, это правда, а? Так смотреть на себя свысока - это нехорошо. Хотя, если бы у меня была такая беспочвенная уверенность в себе, как у Ранты, это тоже было бы проблемой. Во всяком случае, о том, что случилось у кузнеца. Никто об этом ничего не думает. Тебе не о чем беспокоиться. Кроме того, посмотри, с чем мы имели дело. Я действительно не понимаю этого Риёске, но, знаешь, я думаю, что нам, вероятно, нужно было посильнее ему поугрожать.

— Об этом. — Мерри вздохнула. Взгляд её глаз внезапно стал... резче? — Я думала об этом. Возможно, я сделала недостаточно. Такие люди, как он, никогда не учатся. Я думаю, нам следует за ним присматривать. Его нужно контролировать.

Харухиро вздрогнул. « Может ли быть, что это и есть настоящая Мерри », подумал он.

Но оказалось, что Мерри была абсолютно права. Когда они схватили Ранту и направились в Мастерскую Масуказе, кузнец Риёске возился с головой Тригона.

— Ах! Нет! Это я просто выпускаю пар! Я как раз собираюсь начать...

— Поторопись. — холодно приказала ему Мерри, не повышая голоса. Честно говоря, Мерри было действительно страшной, когда она была такой. Вероятно, она не могла подражать этому, даже если бы попыталась. Было ли это чем-то, с чем она родилась?

Её настоящее «Я», да?

Даже если это так, Мерри была не просто такой.

Это была не только Мерри. У всех было несколько разных лиц. Они менялись в зависимости от ситуации, со временем менялись и люди. В будущем, может быть, Ранта перестанет раздражать… Ладно, нет, не то. Это казалось невероятным.

Тем не менее, они решили по очереди работать у кузнеца, наблюдая за работой Риёске. Если бы они этого не сделали, он, вероятно, никогда бы не закончил. Они не могли работать, пока оружие Могузо не было готово.

— Хорошо! Я понял! Я уже понял! Мне просто нужно это сделать, верно? Я сделаю это! Не говорите мне! Я всегда планировал...!

Риёске наконец принялся за работу. Харухиро не мог не подумать, « За что вы на нас огрызаетесь? » Но как только Риёске начал, он не отвлекался. У него было трое учеников. Было приятно наблюдать, как они вчетвером работают в кузнице. Мастер взмахнул молотом, как одержимый.

— Дело не в том, что наш мастер медлителен, — тихо объяснил один из младших учеников. — ему просто нужно время, чтобы начать. Думаю, можно сказать, что это потому, что он художник. Его руки не двигаются, пока он не найдет вдохновение. Но - и я знаю, что для меня, его ученика, странно говорить это - он делает солидную работу.

Харухиро не знал, что такое мир мастеров, но было много разных типов Солдат-Добровольцев. Может, мастера были такими же.

В конце концов, им не пришлось ждать 6 часов вечера. Оружие Могузо было сделано почти за час. Удивительно, но он не сильно отличался от того, когда его использовал Дэт Спотс. И всё же его размеры уменьшили должным образом.

— Вот! — Риесуке сказал с самым самодовольным взглядом, предлагая лезвие Могузо. — Это качественная работа! Попробуй подержать!

— ...Хорошо. — Могузо схватился за рукоять своего нового оружия. В тот момент « Вхуа?! » его выражение лица изменилось. — Ч-Что это такое...?! Он тяжелый, но и легкий?! Такое возможно...?!

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Что ты сказал?! Могузо, подай сюда! — Ранта выхватил двуручный меч у Могузо, но. — Гвуах?! — он сразу бросил его.

— Он сверхтяжелый! Ты не можешь таскать эту штуку с собой, верно...?!

Ранта не обладал ни размером, ни силой Могузо. Похоже, именно поэтому, но, как самодовольно объяснил Риёске, дело было не только в этом.

— Насколько легко использовать оружие, почти полностью зависит от того, находится ли центр тяжести в нужном месте. Этот центр тяжести - свойство оружия, но каждый из нас ощущает его по-своему! По сути, для этого двуручного меча я сделал его так, чтобы центр тяжести находился в нужном месте, когда он им пользуется! Кому-нибудь ещё это понравится! Между тем, несмотря на свой вес, ему будет легко держать! Как тебе...?!

Харухиро был искренне впечатлен, и Могузо был в восторге от этого. Шихору кивнула в ответ на объяснение, в то время как. — Фьюх... — Юме, похоже, не совсем поняла его, но Ранта хотел, чтобы Риёске тоже сделал для него оружие.

— Ха-ха-ха! А теперь я приму свой платеж. В конце концов, это бизнес.

Когда Риёске озорно подмигнул ему, Могузо сказал. — Ох, да! — и собирался отдать ему деньги, когда… Мерри остановила его.

— Подожди. Об этом.

— ... Д-Да? — Риёске, казалось, сразу сдулся. Он очень боялся Мерри.

— После того, как вы явно нарушили дедлайн, вы бы не осмелились попросить 40 серебряных, которые вы нам изначально указали, не так ли?

— ...Наверно?

— Думайте сами.

— ...Я не могу... да? Конечно, нет. В этом есть смысл... Нет. Я думал, что это может быть так. Ха-ха-ха... Ладно, 38...

— Хааааа?

— 37.

— Действительно подумайте об этом.

— 30 ... серебряных.

— Может, это нормально? Если вы действительно так думаете, так и должно быть.

— ...Возьму-ка 25 серебряных, пожалуй.

Итак, Могузо получил меч Дэт Спотса со скидкой благодаря Мерри. Очевидно, этот слегка угрожающий обмен был актом, который Мерри разыграла ради Могузо. Харухиро знал это. Это всё еще было немного страшно, но, если бы она не зашла так далеко, это не имело бы никакого эффекта. Должно быть, она изо всех сил старалась казаться законной угрозой.

Могузо сказал, что угостит всех дорогим обедом, поэтому все собрались в деревне киосков недалеко от городка ремесленников.

— Уф! Я должен передать это тебе, Мерри! Я никогда раньше не видел такого напуганного человека. Это было весело!

— Ранта...

Харухиро собирался отругать его, но Мерри немного рассмеялась.

— Это были более разумные переговоры, чем вы могли бы провести, верно?

— Хех. Я из тех, кто толкает, толкает и толкает. Я не стремлюсь стать «умным» для начала. В конце концов, главное - это результат.

Мерри, похоже, это больше не беспокоило. Означает ли это, что она пережила это? Может быть, откровение о своих чувствах к ним облегчило ей жизнь. Если так, это сделало его счастливым, как и его товарища.

— Юме, я думала... — прошептала Шихору Юме. — О ночлежке. Может, всё в порядке. Теперь...

— Хм. Ага. Что ж, незачем торопиться.

Она говорит это не потому, что Мерри был страшной, верно...?

Они довольно тихо перешептывались, но, похоже, Ранта их подслушал. Он ухмыльнулся, что-то бормоча себе под нос. « Я ещё вас толком не разглядел» , или что-то в этом роде.

— ...Еще толком вас не разглядел?

— А?

Его глаза встретились с глазами Ранты.

Я толком не разглядел. Ещё. Что?

— Оххх... — как всё понял Харухиро, Ранта сразу отвернулся. — ...Приятель. Дело не в воспоминаниях или одиночестве - дело в этом...?

Внезапно Ранта обнял Харухиро и Могузо за плечи и испустил ужасный смех.

— Это означает, что веселье будет продолжаться. Не заставляй меня это говорить. Это неловко.

— ...Тебе неловко.

— А-Ага...

-----------------------------------------------------------------------------

Риёске — кузнец в «Мастерской Риёске», бывший Солдат-Доброволец.

Стальная Защита (Steel Guard) — способность Могузо, дающая навык отбивать атаки своей броней.

Аура Ужаса (Dread Aura) — способность Ранты, наделяющая владельца силой Скуллхелла.

Рассказчик Ужаса (Dread Teller) — способность Ранты.

Кувырок Ласки (Weasel Somersault) — способность Юме, позволяющая увернуться от атаки.

Совокупность Теней (Shadow Complex) — способность Шихору, сбивающая с толку цель.

Арест (Arrest) — способность Харухиро,

Бостонский Краб (The Boston Crab) — способность Барбары.

Барбара — Член «Гильдии Воров» и наставница Харухиро. Класс — вор.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

4. Я - Волк, Что Воет под Луной

В версии с изображениями тут находится картинка.

В версии с изображениями тут находится картинка.

На каком-то одиноком пляже две девушки смотрели друг на друга.

Солнце высоко в небе освещало их с убийственным намерением.

Было душно.

Нет, обжигающая духота убивала их.

Пока яркий безжалостный солнечный свет падал на горячий пляж, две девушки стояли босиком. На самом деле на них даже не было одежды, но и голыми они не были.

Они были полуголыми. У каждой была грубая ткань, обернутая вокруг груди и талии. Нет, не грубая ткань. У них был нетканый материал, сделанный путем варки коры и её измельчения. Он не был соткан из волос зверя или стеблей и листьев растений, поэтому его нельзя было назвать тканью.

У обеих были довольно длинные волосы. Одна из них заплела всё в одну косу, а другая сделал две косички слева и справа. Веревки, которыми они связывали волосы, также были сделаны из скрученной коры.

В их глазах было внутреннее сияние, когда они низко присели, согнув колени и наклонив верхнюю часть тела вперед. Они встряхивали руками, двигали то одну то другую руку вперёд, а затем сразу же тянули их назад, перенося вес тела своими ножками. Похоже, каждый из них следил за реакцией друг друга.

Они обе вспотели. Бусинки пота, которые больше походили на бусинки стекла, стекали с их загорелой кожи, капая с их лиц и рук, никогда не останавливаясь.

Предупреждения не было. Внезапно девушка с двумя косичками напала на девчонку.

Девушка с косичками намеревалась схватить девчонку, стоявышей перед ней, снизу и быстро сбить её с ног. Песок должен был хотя бы немного удержать её ноги и замедлить её движения, но заплетенная в косу девчонка схватила её молниеносно. Это был дьявольский захват. Нет, это была дьявольская ловушка. Девушка была потрясена и сглотнула. Её глаза выпучились, и всё, что она могла сделать, - это схватить дьявола.

По крайней мере, так выглядело, но девушка не только прошла, « Вхуа, она быстрая!» Она ухмыльнулась. И это ещё не всё. Она вправду сказала. — Улыбочку!

Мысль, « Хмм, это плохо », пришла в голову девчонке с косой, когда вторая бросилась внутрь. Девчонка схватила её за голову, поскольку она точно предсказала время нападения, основываясь на действиях девушки с косичками. Благодаря этому ей было легко опустить голову нападавшей девушки и перепрыгнуть через неё.

Девчонка сделала небольшой прыжок, а девушка была вынуждена стиснуть зубы, когда её инерция заставила её упасть вперёд. Одно действие заставило заплетенную в косички девушку чувствовать себя побежденной, но она была жадной. « Я тоже так могу », казалось, говорила она, отводя левую ногу назад.

Девушка поднялась в воздух, а заплетенная в косу девчонка устреимилась вперед. Их спины были обращены друг к другу.

Левая нога девчонки сомкнулась на спине девушки с косой. Эти пять пальцев ног были широко расставлены, как будто они были пальцами. Если это камень, ножницы, бумага, значит, она бросала бумагу. Нет, на самом деле, это была идеальная бумага, сделанная из реальной жизни. Нет более совершенной бумаги, чем эта.

Её большой палец коснулся спины девушки с косичками.

Если точнее описать это, она коснулась её левого и правого плеча. В… том месте, где она завязала самодельный лифчик. Когда её большой палец коснулся узла, за ним последовал указательный палец.

Не только её большой палец, но и указательный палец? О нет, это нехорошо.

Девушка с косичками испустила странный крик. — Мобах! — и отвернулась. К сожалению, было уже слишком поздно. С бессердечной жестокостью девчонка с заплетенной косой ухватилась за узел лифчика большим и указательным пальцами.

— Нет-чах!

Девчонка испустила боевой клич и закружилась, как вихрь.

После этого повязка на груди девушки была снята.

Лицо девушки с косичками чуть не утонуло в раскаленном песке, но незадолго до этого. — Нхг, нет! — она использовала обе руки, чтобы поддержать себя, предотвращая этот жалкий вывод. Если бы она попыталась сказать, « Но, понимаешь, на самом деле, это не сильно меня расстрило », она бы просто соврала. Мало того, что её использовали как опору для прыжка, так ещё её грудь была обнажена, и теперь она выглядела так, будто по какой-то причине пыталась отжиматься.

Охх, какого черта?! Почему это происходит?!

Превратив свое возмущение в взрывную силу, девушка с косичками воскликнула. — Квомух! — и запустила себя в воздух, используя только силу своих рук.

Девчонка хихикнула, ухмыляясь, и немного приподняла левую ногу.

Лифчик, который теперь свисал с пальцев её стопы, раскачивался взад и вперед.

— Твои дыыыыыньки видно, Юмерюн. Хехехехех...

— Гррр...

Юме, ОНА ЖЕ Юмерюн, стиснула зубы так сильно, что её загорелое лицо стало темно-красным. Её не смущала обнаженная грудь или что-то в этом роде. Для неё это не имело никакого значения. Настоящим шоком было то, что подкат, который она бросила олл-ин, оказался совершенно неэффективным. Но все же Юме кивнула. — …Еще не всё. — пробормотала она.

Фьюх , она выдохнула. Она выпрямилась, приняв защитную позу, вытянув одну ногу вперед, а другая - назад, и расслабила свое тело.

— Это ещё не конец, Момо-сан. Всё еще 2-1, понимаешь?

— Ага.

Момохина, ОНА ЖЕ Момо-сан, сбросила лифчик, который держала в пальцах ног, и опустила левую ногу на пляж.

— Так и должно быть, Юмерюн.

То, как она стояла, было непостижимо. Было похоже, что для атаки должно быть сколько угодно возможностей, но, если вы действительно атаковали, она легко уклонилась бы. По оценке Юме, Момохина была скользкой. Она была скользкой, гладкой и мягкой. Но в то же время, когда ей нужно было, треск-паф , она могла стать твердой. Она взрывалась, бум, бац, бум , иногда тоже.

Момохина могла делать всё, что хотела, так быстро или медленно, как хотела, поэтому к ней было трудно подойти. Что с этим можно было сделать? Когда Юме задала себе этот вопрос. — Хм, может быть, попробуем так. — она ответила именно это. Это невозможно описать словами. Это был один из тех « Не думай. Чувствуй! » вещей. Если она попытается выразить суть вещи словами, она потеряет мысль. Она должна была это почувствовать. Почувствовать. Пример был прямо перед ней.

Юме представила Момохину. Стала Момохиной. Юме была Момохиной. Момо-сан.

Юме = Момо-сан.

Она пошевелила ногами. Юме только что спустилась по пляжу. Момохина была на другой стороне.

Победил тот, кто первым схватил другого за грудь и талию. Это было правилом в этом матче. Но это не было настоящей проблемой. Её ноги ощущали мягкость и жар песка. Она слышала волны. Ветер дул с юга, но недостаточно сильный, чтобы развеять её длинные волосы.

Момохина улыбнулась, не сводя глаз с Юме. Юме не улыбалась. Она посмотрела на Момохину, не улыбаясь и не смеясь. Каждый из них смотрел на разные вещи, но, возможно, они были одними и теми же.

Юме была связана с Момохиной. Не физически, но связь была. Если прямо сейчас ущипнуть Момохину за правую щечку, Юме почувствует боль и в своей щеке тоже.

Расстояние между ними сократилось.

Это было делом времени.

Юме, а также Момохина протянули свою правую руку приоткрытой. Их руки соприкоснулись. Почти как рукопожатие. Это был сигнал.

Момохина протянула левую руку. Правая рука Юме подтолкнула левую руку Момохины наружу, а правая рука Момохины сомкнулась на челюсти Юме. Юме отбила её левой рукой.

Момохина попыталась левой рукой перерезать Юме шею сбоку. Юме отклонила этот удар по диагонали, используя левый локоть. Момохина ударила Юме правой ногой в левое колено. Юме немедленно откинула левую ногу назад и подождала, пока правая нога Момохины не пройдет мимо.

Они были на близком расстоянии. Почти трогательно. Их руки и ноги переплелись, когда они столкнулись. Они прошли мимо. Они слегка касались друг друга. Им не нужно было сжимать кулаки, кроме как в момент удара. Были моменты, когда они могли использовать свои пальцы, как когти. Они могли пойти на захват. И толкание локтем, конечно, тоже было справедливо. Удары ногами с колена, ногами кончиком стопы или пятки, топотами и т. д. Было много способов сделать это. Неограниченное количество способов. Вот почему, если она продолжала думать, « Если она сделает это, я сделаю это », и пыталась всё это спланировать, она не могла ответить. Её тело двигалось само по себе. Вот для чего были все эти тренировки.

Юме сильно толкнула Момохину за левое плечо правой рукой. Она взялась за грудь Момохины левой рукой, но Момохина остановила её правой рукой.

Юме попыталась обойти Момохину за спиной справа. Чтобы избежать этого, Момохина развернула свое тело в противоположном направлении.

Юме перестала идти направо и вместо этого пошла налево. Или она заставила это выглядеть так, как есть, а затем остановилась на мгновение.

Это создало пробел.

Юме глубоко вздохнула. Дело в том, что при движении она почти не дышала. В частности, вдохнуть было невозможно. То же самое и с Момохиной. Юме только что сделала паузу, чтобы дышать, а Момохина - нет.

Юме ускорилась. Она дышала, поэтому могла двигаться. Быстро. С большей мощностью. Юме нанесла удар справа. Момохина без особых усилий блокировала его левой рукой и ногой. Юме не стала отводить правую ногу. Она запустила высокий вращающий удар, затем средний и снова средний. Высокий, средний, высокий, низкий, низкий. Она изменила удары ногами. Чувство баланса Юме, её непоколебимая ось - вот что Момохина хвалила раньше. Юме была немного крупнее, и на таком расстоянии, где их руки не могли дотянуться, она могла оказывать давление на Момохину.

Но ей не удалось прорваться сквозь защиту Момохины. Даже со смесью вращающихся ударов ногами, вперед, назад и в стороны, с использованием вариаций и комбо, ничего из этого не сработало. Летящий удар оставил бы её слишком открытой. Удар коленом заставит её попасть в эффективный диапазон Момохины, что было бы плохо.

Чем больше она атаковала, тем меньше карт ей оставалось разыграть. Как будто она атаковала, чтобы один за другим избавиться от своих возможностей. Каждый раз, когда она атаковала, Юме всё больше загоняли в угол.

Она сильная.

Юме не могла не впечатлиться снова. С самого начала Момохина была сильной, но присоединение к Юме на тренировках на этом острове сделало её ещё сильнее. Момохина бежала впереди Юме. Даже когда Юме преследовала изо всех сил, спина Момохины продолжала отталкиваться.

— Кох!

Юме подняла правую ногу с такой силой, что казалось, что она может согнуться назад. Если бы Момохина сама не откинулась назад, пальцы Юме, скорее всего, ударили бы в челюсть Момохины.

Она знала, что Момохина уклонится. Вот почему Юме не просто наклонилась назад, она сделала сальто. Существовал охотничий навык под названием «Кувырок Ласки». Юме использовала его. Ни разу. Дважды кряду, чтобы уйти от Момохины.

Наконец-то она смогла отдышаться. Хотя не очень хорошо. Её горло и легкие болели, как будто они горели. Её сердце бешено колотилось. То, насколько она потела, было нереальным.

— У тебя здорово получилось, Юмерюн.

Момохина тоже вспотела. Но не до такой степени, чтобы она могла утонуть в собственном поту, как Юме. Несмотря на жару, выражение её лица было прохладным.

— Когда мы впервые приплыли на остров, ты была абсооооооолютно не ровня мне. Урх. Не абсолютоно. Или же абсолютно, а?

Момохина положила руки на бедра и усмехнулась про себя. Для неё всё это не было проблемой.

Момохина никогда не беспокоилась. Она всегда была великодушна и легкомысленна.

Когда она была с Момохиной, она почти забыла, что это пустынный остров. Юме смогла оставаться в здравом уме на этом острове, потому что здесь была Момохина. Если бы Момохины не было рядом, она бы не стала сильнее. Момохина учила и тренировала Юме. Если Юме не хотела быть слабой, ей просто нужно было стать сильной. Она могла стать сильнее. Момохина заставила её поверить в это.

Юме вытянула спину, расставила ступни на ширине плеч и позволила своим рукам безвольно свисать.

— Звериный Кулак... Медведя*!

— Хорошо, тогда я пойду с ...

Момохина выставила левую ногу вперед, поместив правую ногу позади неё. Между её ногами было расстояние примерно в два кулака. Она согнула колени, опустив центр тяжести. Она наклонилась вперед, согнула спину и положила руки на берег.

— Звериный Кулак... Собаки*!

Волосы Момохины встали дыбом. Гррр! Из ее горла послышалось низкое рычание.

Юме взревел. Граааар! Теперь она была настоящим медведем.

Собака бросилась на медведя. Медведь яростно замахала руками, чтобы держать собаку на расстоянии. Собака прыгнула, уклоняясь от рук медведя и стремясь перерезать ей глотку.

Медведь и собака дрались. Иногда собака была сверху, иногда - медведь.

Они расстались. Собака убегала; медведь гнался. Собака развернулась, а медведь убегал. В конце концов медведь пошел в контратаку, и собака попыталась увеличить расстояние между ними.

— Звериный Кулак... Змеи*!

Руки медведя двигались ловко, как змеи. Не только её руки; медведь, нет, всё тело Юме превратилось в змею. Она напала на собаку змеиными руками.

— Звериный Кулак... Белки*!

Внезапно собака, нет, Момохина превратилась в белку. Белки были маленькими и быстрыми. Она двигалась как вращающаяся ветряная мельница, избегая всех атак змеи.

— Тогда ладно! Звериный Кулак... Скорпиона*!

— Я тогда использую Звериный Кулак ... Лягушки*!

— Звериный Кулак... Пчелы*!

— Звериный Кулак... Бабочки*!

— Бабочки?!

— Я ошиблась! Медузы!

— Медузы?!

— Нет, Осьминога!

— Гиппопотама!

— Носорога!

— Попугая!

— Попугай?! Слона!

— К-Крокодила!

— Яйцо!

— Яйцо?!

— Мяу! Звериный Кулак Кошки!

— Тогда вперёд!

— Фунгх!

— Мунах!»

— Ух!

— Ундакатсуохх...!

Мысли одна за другой уходили из её головы. У неё не было места посторонним мыслям. Конечно, её тело было истощено. Было бы справедливо сказать, что она очень устала. Даже в этом случае она никогда полностью не останавливалась. Каким-то образом, когда она блокировала атаки Момохины или отчаянно избегала их, её сила внезапно возвращалась к ней. Тогда она немедленно нанесет ответный удар. Если бы она не давила, когда могла, она всегда была бы на стороне.

В битве есть поток. Ты читаешь его. Оседлай его течения. Юме очень хотела научиться кататься на них. Но для неё это всё равно было чересчур. Юме не могла создать течения против такого противника, как Момохина.

Она могла плыть по существующему течению и пытаться принести немного больше в свою пользу. Это было нелегко. Момохина всегда спокойно наблюдала за Юме. Зрение, слух, обоняние и осязание. Чтобы охватить её противника целиком, но также и мельчайшие детали. Не мелкими кусочками, а непрерывно, осторожно. С всеобъемлющим пониманием.

Во время тренировок с Момохиной Юме нашла, по крайней мере, первые ключи к этой технике. Благодаря этому теперь она тоже могла оседлать по течению.

В какой-то момент солнце начало садиться.

После бесчисленных обменов атак и защиты Юме поймала узел на груди Момохины большим пальцем левой ноги.

Юме использовала большой и указательный пальцы ног, чтобы развязать узел на груди.

В то же время левая рука Момохины рвала повязку на талии Юме.

Победит тот, кто первым заберет у другого нагрудную или поясную повязку.

— Хи! Похоже, я выиграла!

— Уннёх! Юме проиграла!

Заходящее солнце окрашивало берег в оранжевый цвет. Не было сопротивления теням, расширяющим свою территорию с каждой минутой. В мир, в который они вторглись, бесстыдно облачился в цвета ночи.

Они обе валялись на пляже.

Юме была полностью голой. Только нижняя часть Момохины была прикрыта талией. Но какое это имело значение? В любом случае они были единственными на этом острове. Пока они не приплыли сюда, он был совершенно необитаем.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Мы действительно так много тренировались сегодня, а? Хорошая работа, Юмерюн.

— Впереди еще долгий путь. Независимо от того, сколько раз мы деремся, Юме никогда не будет чувствовать, что могла бы победить.

— Ох, да? Я не знаю, о чёёёёём ты. Гонка может быть тяжелее, чем ты думаешь.

— Хм. Тяжелее, а?

— Юмерюн, у тебя веселая баддливут.

— Баддливут - это ты про попку?

— Именно так. Баддли-аддли-вут-вут-вут.

— У тебя тоже упругая попка, Момо-сан.

— Нахххх. Моя баддливут ничем не отличается от твоей, Юмерюн.

— Подожди, ты хвалишь Юме?

— Да, да, я. Потому что упругие ягодицы - лучшие, поняла?

— Ох, ага?

Сразу после того, как Юме это сказала, раздался громкий грохот.

Юме потерла живот. На этот раз он загрохотал ещё громче.

— ...Ой. Юме голодна!

— Ладно!

Момохина вскочила, как будто её ничто не сдерживало. Даже после всех этих тренировок она могла легко двигаться. Это было невероятно. Она была каким-то монстром.

Юме медленно села. Если честно, ей хотелось поскорее встать, но были места, где ей было больно.

Надо продолжать работать над собой.

Но когда она впервые попала на остров, Юме не могла даже двигаться в этот момент.

— Пойдем искать еду!

Момохина прекрасно себя чувствовала, идя прямо в лес после тренировки до сумерек, а Юме дошла до того, что каким-то образом ей удавалось не отставать от неё. Юме стабильно прогрессировала.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Мантис-гоу* отправился в плавание с главной базы Пиратской Компании K&K*, находещегося в портовом городе Роронея* на Изумрудном Архипелаге*, и взял курс на восток.

В целом они направились на восток, а затем ещё дальше на восток, через то, что называлось Голубым Морем* или Голубым Океаном*. Если они последуют за Коралловым Архипелагом* на восток, то они увидят западное побережье Красного Континента*.

Красный Континент населяли хвостатые, длиннорукие, ушастые, трехглазые, многоглазые, железноголовые, пушистые, колючие, люди с оперенными костями, люди без теней, люди в форме шара и многие другие. На нём было огромное количествно стран и столько же королей.

Это был долгий путь от Изумрудного Архипелага до Кораллового Архипелага. Оттуда до Красного континента было ещё дальше, но, когда около двухсот лет назад флотилия из Королевства Арабакия открыла Коралловый Архипелаг, острова уже были заселены, и там были порты. Многоглазые люди Красного Континента первыми достигли Кораллового Архипелага.

В мире был только один большой контитнент, который люди называли Гримгаром. Раньше было приемлемо так считать. Но это было невероятно неправильно.

Люди, узнавшие о существовании Красного Континента, стали называть его землей за Синим Морем от Гримгара. Истории Гримгара и Красного Континента начали меняться, и Коралловый Архипелаг стал промежуточным звеном между ними. Прежде чем королевства были разрушены, Арабакия и Ишмал установили отношения с множеством стран Красного Континента и вели торговлю с ними.

Красный Континент не был легендой, выдумкой, мечтой или иллюзией.

Тем не менее, Красный Континент был далеко, а открытое море было полно угроз и опасностей. В океане, где негде было укрыться, даже обычные штормы иногда могли оказаться смертельными. Без талантливого и опытного капитана и штурмана, а также без остальной части экипажа было бы невозможно добраться до Кораллового Архипелага, не говоря уже о Красном Континенте. Даже с кораблями, которые были на Красном Континенте много раз, когда им пришло время тонуть, они тонули.

Юме неоднократно говорили, что нет никаких гарантий её безопасности, и она это понимала. Но была ли она действительно готова к чему-нибудь? Может, она просто не так много об этом думала. Что касается Момохины и экипажа Мантис-гоу , который служил под началом Гинзи, они вели себя так, как будто они просто собирались в очередное путешествие, как обычно. Никаких признаков беспокойства. Во всяком случае, Юме была взволнована. Она никогда не подозревала, что случится что-нибудь плохое.

— Прошло уже два года, а...?

Юме использовала палку, которой она размешивала огонь, чтобы рисовать завитки на песке. Она хотела писать числа, но по какой-то причине получились завитки.

Они охотились до полуночи, а затем вернулись на пляж с черными белками-летягами, большеглазами тануки и ходячими птицами-драконами, которых они поймали. Юме разрезала их, а Момохина развела огонь. Они уже съели части черных белок-летяг и большеглазых тануки, которые были съедобными после приготовления. Они только подготовили ходячую птицу-дракон к приготовлению, но оба были более или менее сыты, так что они могли оставить всё как есть.

Момохина лежала на спине. Юме посмотрела на нее, думая, что она, должно быть, уже спала, потому что она была такой тихой, но её глаза были открыты.

Юме нарисовала еще больше завитков своей палкой.

— Неужели прошло два года? Может быть, Юме ошибается? Она не считала, как следует, когда мы только попали сюда.

— Звучит примерно правильно. — неопределенно сказала Момохина.

Мантис-гоу попал в сильный шторм на пути к Коралловому Архипелагу. Юме мало что знала о море, но они, по всей видимости, имели несчастье столкнуться с тайфуном, циклоном, ураганом или чем-то ещё, но обычно они не образовывались в это время года. Это было не то, от чего они могли повернуться и убежать, поэтому им пришлось выдерживать шторм, пока они не вышли с другой стороны. Внутри Мантис-гоу они много работали, готовясь к этому. Перемещая груз, фиксируя его на месте - Юме помогала всем, чем могла. Если она не была занята, ей становилось безнадежно неловко.

— Этот шторм. Понимаешь, кажется, он был вчера.

— Я уже забыл об этом. Хо-хо-хо.

В отличие от Момохины, которая издавала странный смех, Юме не могла забыть. Поднялся быстро ветер, дождь бил Мантис-гоу , и она качалась то взад, то вперед. Нет, это не было покачиванием, это было больше похоже на то, что она перевернулась и развернулась.

В то время наверху находился только скелетный экипаж. Юме, конечно, была внутри корабля. Несмотря на это, пол был весь мокрый. Они набирали воду, а Юме промокла. Люди кричали о том, как это сломалось, а что сломалось. Как это было плохо или безумно. Было трудно сохранять спокойствие, и, если она просто сидела там, ей казалось, что она вот-вот заплачет. Она вспомнила, как умоляла кого-то доставить удовольствие, просто позвольте ей что-нибудь сделать. Однако она не помнила, кто это был. Юме подбежала к трюму, споткнулась и ударилась головой, а также помогла нести деревянные доски. Она удерживала их на месте, пока другие прибивали их к стене.

— Мы облажались, мы облажались. — услышала она чей-то крик.

— Мы все утонем. — ясно сказал кто-то другой.

Подавляющее большинство членов экипажа было прилагает все усилия, чтобы предотвратить это, но она видела, кто был сломан, крича, — Я сдаюсь! Я сдаюсь! Слишком поздно!

Был один, который пил, и его товарищ по плаванию ударил его за это. Он кричал. — Отстань! Для нас это конец! Думаешь, я выдержу это, не выпив?! — и яростно пытался забрать свою выпивку.

Почему Юме снова поднялась на палубу? Она не помнила. Туда направлялось несколько членов экипажа, которые что-то говорили о том, что мачта выглядит так, что готова расколоться пополам, или что им нужно что-то с чем-то сделать, и им нужны люди. Не было причин, по которым Юме должна была пойти с ними. Она и без того была напугана достаточно, поэтому не могла объяснить, что могло заставить её подняться на палубу, где могло быть только смехотворно хуже.

Однако, думая об этом сейчас, она не была готова ждать и превратиться в обломки, поэтому она, должно быть, хотела сделать всё, что могла. По сути, Юме не хотела умирать. Она боролась с этим.

Момохина, очевидно, пыталась остановить её по пути, но она этого не заметила. В тот момент, когда она вышла на палубу, дождь начал хлестать её боком. Или, может быть, Мантис-гоу был наклонен правильно, и сбоку нахлынула волна. Что случилось с командой, которая собралась на палубе перед ней? Она не могла представить. Юме беспомощно смыло дождем или волной. Следующее, что она помнила, она была в море, и Момохина крепко держала её.

Момохина сказала ей не уходить, но она не послушала, поэтому она пошла за ней. Потом их вместе поглотило море.

— Знаешь, Момо-сан, если бы тебя не было, Юме, она бы сразу утонула. Я права?

Ответа не последовало. Просто мягкое дыхание спящей. Глаза Момохины были закрыты. Похоже, она глубоко спала.

Юме усмехнулась, положила ветку и сама легла.

Она так ясно видела звездную пыль, рассеянную по угольно-черному небу, что ослепляла её. Юме часто думала, что звёзды на небе на этом острове выглядят вкусно. Эта большая желтая звезда будет сладкой, а бледная рядом с ней - кислой. Она была уверена, что у каждого из них есть свой вкус.

Юме заснула, представляя, как кладет звезды себе в рот, и думает о том, как они будут на вкус, даже не заметив, когда она закрыла глаза.

Когда она проснулась, было довольно светло. Уж точно не до рассвета. Было определенно утро. Костер погас.

Юме села. Момохина была на берегу, крутила руки по кругу, растягивала колени и выполняла другие упражнения для разминки.

— Доброе утро, Момо-сан.

— Охххххх. Доброго ууууууутречка.

Момохина улыбнулась Юме, двигая своим телом. Юме тоже улыбнулась.

Не было никаких правил относительно того, когда они спали, когда просыпались, что они делали, когда просыпались, или что-то в этом роде. Невозможно было узнать, сколько сейчас времени, а погода была ненормальной. Были времена, когда они могли найти что-нибудь поесть, и времена, когда они просто не могли этого сделать. Даже если бы они установили правильный график, вряд ли все пойдет по нему. Когда они доходили до тренировки, они сосредотачивались на ней до тех пор, пока не заканчивали, но в остальном они обычно относились к ней проще. Нет, даже когда дело дошло до тренировок, они бы отменили это, если бы погода стала слишком плохой, и, если бы они заметили животное, которое они не хотели бы выпускать, они вместо этого переключались на охоту.

Очевидно, этот остров был окружен морем. Глубокое синее море простиралось за горизонт, как будто оно длилось вечно.

Если сделать один круг по побережью, то это будет 60-километровая прогулка. Остров имел примерно форму сердца, и после отчаянных попыток вычислить его площадь, Юме и Момохина пришли к выводу, что он должен составлять около 70 квадратных километров.

В восточной части острова был действующий вулкан, и из устья иногда поднимались тонкие струйки дыма. Западная часть была более-менее плоской.

За исключением небольших ручьев, на острове было шесть рек и их притоки. Большинство из них было покрыто густыми джунглями, в то время как побережье было в основном продуваемым ветрами побережьями и отвесными скалами. На западном берегу участка в центре южной стороны был песчаный пляж, где была выемка, и они вдвоем обосновались там.

Несмотря на то, что они попали в этот ужасный шторм, они, к счастью, нашли доску, за которую можно было зацепиться, и выжили. Дрейфовали три дня и три ночи, нет, пять дней, а может, шесть? Как бы то ни было, они долго дрейфовали, пока наконец не вымылись на этом пустынном острове. Наверное, это было близко к чуду. Нет, не близко к чуду, было бы справедливо сказать, что это было абсолютное чудо.

Юме поднялась на палубу, потому что не хотела умирать, чуть не умерла из-за своей глупости и теперь наслаждалась островной жизнью после удачи и выживания. Это было не совсем весело, но, если она смирилась со всеми невзгодами, грустью, одиночеством и всем остальным, она решила, что сможет сказать, что ей здесь нравится.

Есть вещи в этом мире, с которыми ты просто ничего не можешь поделать. Можно ныть и устраивать истерику, но то, что нельзя изменить, нельзя изменить. Вот так оно и есть.

Даже зная это, были времена, особенно в такой ясный день, как сегодня, когда она не могла не смотреть на далекое море. Действительно можно было винить её за это? Точно так же, как она не могла не улыбаться, когда ела что-нибудь вкусненькое, слезы не могли остановиться, когда она думала о друзьях, с которыми была разлучена. Их не нужно было останавливать. Она не хотела разочаровываться, так что лучше не надевать на неё надежды. Это только заставило её задуматься о том, что находится за её пределами, так что в море лучше не смотреть. Даже когда она так думала, она все еще надеялась и не могла не смотреть.

— ...Ой. — Юме моргнула.

Она встала и пошла к берегу. Юме вообще не смотрела на её шаги. Она смотрела исключительно на море.

— Фьюх? — Момохина испустила смущенный звук.

Пришли волны. Юме продолжала идти, несмотря на них. В мгновение ока море было ей по колено.

Юме прищурилась. Её острота зрения была единственной вещью, в которой Момохина не могла превзойти её.

Она что-то видела. Это было похоже на точку. В море что-то плавало. Она не могла разобрать его формы. Так что всё, что она могла сказать, это то, что это было что-то. Сначала ей показалось, что она это вообразила. Пока она была в море и какое-то время после мытья посуды на этом острове, она продолжала слышать и видеть вещи. Но в последнее время это происходило не так часто. Это было не то. Это не было похоже на иллюзию.

— Эй, Момо-сан.

— Что случилось, Юмерюнрюн?

— Юме, она думает, что видит что-то вдалеке. Что ты думаешь, что это?

Момохина подошла к Юме.

— Хммм, он довольно крошечный. Я не совсем уверена. Но я кое-что вижу.

— Ты тоже это видишь, верно?

— Может, ты думаешь, что это большое дерево?

Момохина сказала это и рассмеялась. Это казалось вынужденным, как будто она пыталась обмануть себя. Это было не похоже на Момохину - так смеяться. Сама Момохина поняла это и выглядела немного смущенной.

— Наверно... и это только наверно, но... Юме, она не думает, что это дерево.

— Тогда что, как ты думаешь, Юмерюн?

— Ко… — начала было Юме, затем её как будто схватили за горло. Вдруг слово перестало выходить. Она могла выдохнуть, но не могла произнести слова. Что могло происходить?

— Что случилось?

Момохина погладила её по спине. Юме не могла ответить. Она просто застонала, глядя на объект в море. Что она думала об этом? К, к... К? Слово, обозначающее этот объект, просто не могло прийти в голову.

Но все же она подумала, что это должно быть именно та штука.

Ты знаешь.

Когда Момохина погладила Юме ладонью по спине, она внезапно сказала. — Ты думаешь, это корабль?

— Это он!

— Мвуах?!

— Оно! Вот это слово! Корабль! Это корабль! Юме думала, что это корабль! Впрочем, возможно!

Пока она бредила, словно плотина, сдерживающая её слова, прорвалась, она вспомнила, что ей уже однажды снился такой сон. Как она тогда думала, « Хууурей! Это корабль! Корабль пришел! Слава Богу! Теперь мы можем вернуться домой!» она проснулась и тогда она поняла, « О нет, это было не наяву, это был всего лишь сон », и разочаровалась.

— Держись, держись, Юмерюн! Город моллюсков! Нет, это не то, я имею в виду, успокойся!*

— Да, да, ты права. Нам нужно успокоиться. Если мы будем в восторге, могут случиться разные безумства. Город моллюсков, город моллюсков ... Нет, это не так, а? Лампа...

— Ты совсем не успокоилась, а? Почему бы нам пока не сплавать?

— Какого черта?

— Нюхахах! Почему бы тебе не пойти сплааавать?

— Юме не пойдет плавать. Не сейчас, понимаешь?

— Ты правда думаешь, что это корабль?

— Его всё ещё трудно увидеть. По крайней мере, непонятно...

Юме и Момохина решили подождать. Было жарко. Солнце постепенно взошло, и стало жарко. Больше ничего не сказав, они оба начали выходить в море. Неужели объект действительно приближался? Если он станет меньше, он скоро исчезнет. Но и больше не становилось. Могло ли это остановиться?

Они уходили в воду настолько, что скоро их ноги не касались дна. Момохина начала плыть.

— Момо-сан, ты планируешь проделать весь путь?

— Я не собираюсь. Очевидно, это невозможно. Я просто собираюсь немного сплавать. Не похоже, что есть что-то лучше.

Юме тоже на мгновение подумала о плавании, но не могла настроиться на это.

Даже если это был корабль, он мог успеть уплыть, даже не выйдя на берег острова. Если бы это случилось, казалось, что ни один корабль больше не вернется. Этот корабль был их последней надеждой. Не то чтобы у Юме были веские причины верить в это. Она даже не могла решить, корабль это или нет.

Он был похож на корабль с белыми парусами, но это могло быть что-то другое, имеющее аналогичную форму.

Что случилось с Мантис-гоу в итоге? Юме много думала об этом. В её худших представлениях они затонули, и шансы на то, что это произошло, были не малы. Это был невероятный шторм, и Мантис-гоу уже был поврежден, когда Юме выбросило за борт.

— О чём думашь? — спросила она однажды Момохину.

— Не знаю. — был ответ. — Я не морская женщина, понимаешь? То есть, я была капитаном, но никогда не выполняла никакой работы.

— Чтоооо?! Ты этого не делала?

Момохина, как и Юме, однажды проснулась в Гримгаре. С ней были мальчик по имени Кисараги* и девочка по имени Ичика*, и, как и Юме, никто из них не помнил ничего, кроме своих имен.

У Момохины были Кисараги и Ичика, а у Юме были её товарищи. Почему она ушла и рассталась с ними? Юме тоже очень переживала из-за этого. Если бы она могла повернуть время вспять и изменить выбор, что бы сделала Юме? Разве она не села бы на борт того же корабля, что и Харухиро и остальные, и не отправилась бы в свободный город Веле*?

Корабль, похоже, не приближался. Он просто выглядел как корабль, и она не могла с уверенностью сказать, что это был корабль, но Юме начинала в это верить. Это должен был быть корабль.

В конце концов, это просто означало, что она хотела верить. Юме узнала об этом во время пребывания на острове. Вероятно, это была не просто Юме. Большинство людей не верили во что-либо, потому что они были правдоподобными, они верили в то, во что хотели верить.

Какое-то время Юме была абсолютно уверена, что помощь придет.

В другой раз она думала, что помощь никогда не придет, и они будут на этом острове, пока не умрут.

У неё не было причин верить.

Когда она не могла продолжать, не веря, что придет помощь, она верила, что это произойдет. Когда стало легче поверить, что это не так, она поверила в это.

Причина, по которой объект, плывший в море на неопределенном расстоянии, казался ей теперь кораблем, заключалась в том, что она хотела верить, что это был корабль. Юме видела то, что хотела видеть.

Юме решила сплавать, как Момохина. Когда она сделала брасс, принимая его так легко, как только могла, она подумала: «Это корабль. Наконец-то пришла помощь, и это не может быть корабль. Помощь не придёт», кружилось в её голове.

Юме хотела стать сильнее. Но дело не в наращивании мускулов или выносливости, улучшении её техники, изучении новых движений и повышении её боевого потенциала. Эти вещи тоже были важны, но так она не могла стать по-настоящему сильной.

Юме хотела непоколебимой личности. Той, кто не будет наклоняться то туда, то сюда, в зависимости от того, что происходило в данный момент.

Или той, кто, даже если бы она действительно наклонилась, вскоре отскочила бы назад, и как бы сильно она ни колебалась, так и не остановится.

— Момо-саааан.

— Что?

— ... Момо-саааан.

— Я сказала, что?

— Это корабль.

— Хммм?

— Там, это должен быть корабль.

Юме перестала плыть и начала ступать по воде.

Белые паруса, корпус корабля, мачты - всё это она могла видеть.

— Это корабль. Мы можем вернуться домой. Мы можем вернуться домооой...

В версии с изображениями тут находится картинка.

Корабль сбросил якорь и выпустил шлюпку. На лодке было пятеро человек, и у всех было по три глаза. Это были трёхглазые люди с Красного Континента.

Если бы не третий глаз на их лбу, они бы выглядели такими же людьми, как Юме или Момохина. У них были растрепанные рыжие волосы, кожа бронзовая, возможно, из-за загара, и все пятеро казались мужчинами.

Юме и Момохина вышли на пляж, чтобы поприветствовать этих трехглазых людей, но в тот момент, когда мужчины увидели их, они начали кричать и размахивать своими белыми лезвиями, приближаясь к атаке. Юме была немного удивлена, но на самом деле Момохина казалась забавной.

— Delm, hel, en! Balk! Zel, arve! Blast, boom!

Заклинание Взрыв*, которое Момохина внезапно выпустила, не навредило трехглазым людям. Он просто отправил морскую воду и песок под ней в воздух.

Конечно, это было сделано намеренно. Момохина редко использовала магию. Сверхфизический маг, Момохина, иногда прибегала к насилию, но по сути она была воином свободы, любящей мир. Кроме того, факт был в том, что Юме и Момохина не могли выбраться отсюда, не попав на этот корабль, поэтому они не могли позволить себе убить команду, даже если бы они атаковали их.

— Юмерюн! Немедленно начните подавление! Полный вперед!

— Так точно, сэр!

Обе быстро лишили запаниковавших трехглазых людей их оружия, и после нескольких ударов руками и ногами, чтобы лишить их воли к сопротивлению, они попытались договориться. Проблема была в том, что их слова не работали.

— Ugyaga gukyago zukyazukya.

— ... Эй, Момо-сан, ты хоть представляешь, что он говорит?

— Бееееез понятия! Нух-ух! Не понятно!

Если они не понимали их языка, с этим ничего нельзя было поделать. Однако они не могли просто сдаться. Используя пантомиму, им, возможно, удалось бы передать, что их прибило к берегу на необитаемом острове и они ожидали спасения. Также было возможно, что они поняли желание Юме и Момохины сесть на их корабль и попасть на Коралловый Архипелаг, Красный Континент или куда-нибудь ещё. Вот что хотела подумать Юме.

Двое из пяти трехглазых людей остались на острове, а Момохина, Юме и остальные трое мужчин сели на лодку и вернулись на корабль. В этой лодке могло поместиться семь человек, если бы они действительно её толкнули, но по какой-то причине все сложилось именно так.

— Момо-сан. Как думаешь, почему эти двое остались на острове?

— Хм. Понятия не имею? Может быть, Джастин Кейс*?

— Кто это?

— Я тоже не знаю! Нвахахахаха!

Момохина и Юме смогли без проблем сесть на корабль. Помимо трехглазых, в состав экипажа входили и многоглазые, у которых глаза, похожие на насекомых, занимали половину лица; люди с длинными руками, у которых руки были так длинными, что они почти касались земли; и людей с колючими шипами, которые были похожи на ходячих морских ежей, но капитан был человеком с высокими ушами и длинными кроличьими ушами.

Несмотря на длинные уши, капитан имел лицо, напоминающее злобную собаку. И все же он не казался особенно властным. Он казалось немного понимал, но языковой барьер всё еще оставался. Когда они попытались продвинуться вперед, несмотря на отсутствие понимания, всё стало рискованно, и в конце концов капитан рассердился, и, к сожалению, они были вынуждены драться.

— Если так будет, значит, так и будет! Да ладно им, Юмерюнрюн!

— Так точно, сэр!

Обе сбросили в море тринадцать членов экипажа. Они избили еще девятнадцать бессмысленных, включая ушастого капитана. Около четырех человек остались со сломанными костями или другими серьезными травмами, но восемнадцать утратили желание сражаться и сдались. Юме, кстати, отделалась легкими порезами и синяками, а Момохина осталась невредимой.

— Хорошо, теперь этот корабль принадлежит КМЖ Пиратской Компании K&K! Момохине! Полный вперёд!

— Эй, Момо-сан! Ты лучшая! У-у-у!

— Ой, я не такая уж особенная... Или, может быть, да?! Может быть, я особенная!

Теперь, когда они взяли корабль, Момохина и Юме не могли управлять им самостоятельно, поэтому им пришлось заставить команду работать. После того, как они спасли людей, брошенных за борт, и подняли двоих, оставшихся на острове, они проверили всех и нашли только одного многоглазого парня, который мог говорить несколько слов на их языке. Этого было недостаточно даже для того, чтобы назвать его сломанным, но Юме могла поговорить с ним. Используя многоглазого парня Ньягоха* в качестве переводчика, они передали свои пожелания ушастому капитану и его команде, и им ответилил, что они смогут доставить их до Кораллового Архипелага.

— Тогда мы в порядке!! Полный вперёд, вперёд, вперёёёёёёд!

Итак, корабль отправился в путь. Его прозвали, очевидно, « Мокча Джо» . Или, может быть, это был « Мвачатца Джово» . Их переводчик, Ньягох, попытался объяснить это. — Мореее, плыыыыть, дабуетак, махх... — но то не имело смысла. Это было трудно произносить, поэтому Момохина решила переименовать его.

— Эй, Юмерюн. Как тебе « Бесполезный-гоу* »?

— Хммм. Бесполезный-гоу , а?

— Разве это плохо?

— Ага…

— Бесполезный-гоу . Хотя я чувствую, что он идеально подходит.

— Если считаешь, что он идеально подходит, Момо-сан, может, «Бесполезный-гоу» сойдет?

— Ладно, тогда оставляем Бесполезный-гоу !

С Мвачатца Джово, ныне известным как Бесполезный-гоу , путь оттуда к Коралловому Архипелагу прошел гладко.

Не совсем.

По пути ушастый капитан и его люди взбунтовались.

Потом было вооруженное восстание остальной части экипажа.

К счастью, оба раза они смогли избить их без смертельных исходов, но между экипажем происходили постоянные драки, и они не раз чуть не тонули в непогоду.

Когда они наконец достигли порта Кораллового Архипелага, большое количество трехглазых, ушастых, многоглазых и длинноруких людей поднялось на борт Бесполезный-гоу . Экипаж Бесполезный-го , который до этого момента подчинялся Момохине, встал на их сторону.

— Теперь меня взбесили. Пытаться решить всё с помощью насилия - просто варварство. Я серьезно запарилась. Нооооо! Вам ещё слишком рано соваться, чтобы победить меня!

— Газиллион?! Вау, это очень рано, а?!

Они устроили впечатляющее шоу, сокрушая этих очевидных пиратов одного за другим.

Юме могла делать всё, что ей заблагорассудится, идти, куда хотела, а Момохина всегда была рядом, чтобы присмотреть за ней. Неважно, сколько врагов было, честно говоря, не было ощущения, что они могут проиграть. Ни капли. Однако их было очень много, и сколько бы они ни побеждали их, казалось, они никогда не закончатся.

Было трудно защищать Бесполезный-гоу . Даже если им удастся уничтожить пиратов и удержать корабль, они не смогут управлять им самостоятельно. Это было бессмысленно.

Момохина и Юме были вынуждены сдаться и отказаться от Бесполезный-гоу , поэтому они сошли на берег. На острове был не только порт, но и город. Судя по всему, это была база преследовавших их пиратов. Местные жители забрасывали посторонних оскорблениями, камнями и мусором, а на их пути ставили ящики и бочки. Началось ощущение, что их нужно убить или быть убитыми, но не все жители были хулиганами, поэтому они не могли просто встать и убить людей наугад. Они решили на время уйти из города и спрятаться в джунглях.

Позже они узнают, что этот остров находится на внешней окраине Кораллового Архипелага и является гнездом группы пиратов, называемых Титечитике*, что на каком-то языке с Красного Континента означает « Идиотская Рвота Дьявола ».

Пираты жаждали крови и охотились по всему острову в поисках любого признака этой пары. Естественно, Момохина и Юме не собирались просто выслеживать их. Они побеждали всех встречающихся пиратов, забирали их вещи и затем отправляли их домой, потому что вы живете только один раз, а этим парням действительно нужно было больше ценить свою жизнь.

— Я убиваю только то, что собираюсь съесть!

Такова была позиция Момохины, и Юме полностью согласилась с ней. Можно ли есть зверей в лесу? Почему она не хотела есть людей или существ, похожих на людей? Это были вопросы, которые, естественно, приходили ей в голову. Однако не было необходимости заставлять себя убивать и есть то, что она не хотела. Даже если она не превращала пиратов в пищу, пираты приходили с вещами, которые они могли съесть. Хотя они охотились на них через джунгли, казалось, что пираты не охотились в традиционном понимании этого слова, поэтому на острове было много добычи. Тут и там были источники, которые давали им всю чистую воду, которую они могли проглотить на месте.

У них не было никаких проблем, но довольно скоро пираты Титечитике начали оставлять еду и предметы первой необходимости в лесу.

— Что это...?

Может быть, неужели это правда? Неужели они начали поклоняться Момохине и Юме как кому-то вроде богов? Несомненно, это правда, что, даже если Юме ещё не выглядела как богиня, Момохина имела вид, подобающий островной богине. Их волосы были очень длинными, они обе были полностью загорелыми, а их первоначальная одежда давно испортилась, поэтому они обе были одеты в дерзкую «туземную» одежду, состоящую из не более чем полосок нетканого материала, которые были обернуты вокруг их тела, грудь и талия, но Юме выглядела как дикарка, а Момохина выглядела как мудрец. Может, им лучше остаться на этом острове в качестве богинь Титечитике?

Ни единого шанса.

Наконец-то они покинули этот безлюдный остров. Юме и Момохина хотели вернуться домой.

Если они будут тревожить пиратов больше, чем надо, это вызовет проблемы, и Юме было их немного жалко. Они попытались обойти остров, чтобы посмотреть, что можно найти, и соседний остров был довольно близко. Юме попросила Момохину помочь ей, и они в мгновение ока скинули плот. Иногда нужно просто попробовать. Они переправили на плоту через пролив и легко пересекли его.

— Юмерюн, ты гений! Ты такая классная! Эй, ты лучшая во вселенной! Ты должна стать президентом!

— Ниеехехехех. Впрочем, Юме не сделала ничего особенного.

— Давай продолжим! Ага!

Они перплыли с острова на остров. Если бы они смогли добраться до большого, густонаселенного острова, возможно, они смогли бы найти людей из Гримгара, а не с Красного Континента. Это была надежда. Они должны быть там. Нет, они обязательно их найдут. Они не могли там не быть!

Самый большой остров Кораллового Архипелага назывался Атунай*, и на нём было несколько портов. В одном из этих портов Инделика, Юме и Момохина наконец-то нашли его.

— Вхуа! Это Б-Б-Б-Бахроуз!

Глаза Момохины практически выпрыгивали из её орбит.

— Уну? Буль поз...?

— Нет! Юмерюн, Блэк Тост, эээ, нет, не то! Эмм, да, точно! Бахроуз!

— Оххх. Бахроуз. Это он, да? Теперь всё порядке.

— Ты тоже его знаешь, Юмерюн?

— Нет, совсем нет!

— Не знаааааешь?!

Они вдвоем побежали к пирсу, где был пришвартован « Бахроуз-гоу », как можно быстрее.

Бахроуз-гоу был большим, солидным, но элегантным кораблем. Раскрашенное в малиново-зеленый цвет, его корпус был похож на храм бога искусства или, возможно, музыки, а мачта, на которой были её паруса, вздымалась высоко, как копья, пытающееся пронзить небеса. Её фигура в форме женщины с крыльями сияла золотом, но казалось, что она может начать танцевать в любой момент.

Человек, стоящий возле Бахроуз-гоу , был не трехглазым или ушастым, а человеком, похожим на моряка. Момохина приблизилась к этому человеку.

— Ух, Момо-сан, подож…

Юме пыталась её остановить. Это было бесполезно. Момохина была быстрой. Она никак не могла её остановить. Момохина сказала. — Бам! — и ударил мужчину ногой.

— Иик!

Мужчина упал в море.

Юме присела на краю пирса и посмотрела на человека, который мечется в воде. Он казался моряком, значит, он должен был уметь плавать, но он запаниковал.

— ...Момо-сан.

— Мокиии?!

Похоже, Момохина также была удивлена. Почему она визжала, как испуганная мартышка, когда это она только что столкнула человека в море? Это было непонятно.

— Почему ты пошла и пнула его...?

— О-Ох! Глупая я! Я перестаралась!

— Это то, что ты называешь перестараласб? Это было похоже на старое нападение, понимаешь?

— Это потому, что я знаю этого парня. Я ничего не могла поделать. Я была так счастлива.

— Оххх. Ты его знаешь. Хорошо. Тогда ладно. ... Обычно ты его не пинаешь.

Момохина смущенно высунула язык из уголка рта.

Мужчина кричал. — Спасите меня! — или что-то вроде того. Если они его так бросят, он может утонуть. Когда Юме подумала, может, им стоит спасти его. — Ты! — с палубы Бахроуз-гоу раздался крик.

— ... Хох?

Когда они подняли глаза, бородатый мужчина смотрел на Юме и Момохину со стороны Бахроуз-гоу . У него были чудесные усы, но, « Знаешь ли, они ему не подходят», было её первое впечатление.

На правом глазу у мужчины была черная повязка. Черный сюртук, который он просто накинул на плечи вместо того, чтобы носить как положено, был отделан серебром и усыпан драгоценными камнями. Он выглядел богатым. Мужчина был относительно небольшого роста, так что это было немного великовато для него. Она не могла отделаться от ощущения, что одежда надевает его больше, чем он её сам.

Мужчина произнес. — Ах...

— Ах! — крикнула Момохина.

— ... А?

Юме перевела взгляд с мужчины на Момохину, а затем снова обратно.

Мужчина теребил свои волосы правой рукой. Затем, выдыхая, он сказал. — Неужели это Момохина. — таким же бормотанием вы можете говорить о погоде после того, как проснулись утром.

— Кисарагичон...

Момохина была разочарована? Нет, не то. Нет, она выглядела измученной. Её голос был ужасно тихим, по крайней мере, по стандартам Момохины. Момохина, должно быть, никогда не ожидала встретить здесь этого человека. Она была так потрясена, не только её сила, но и сама её душа покинула её.

— Кисарагиччон. — снова повторила Момохина. Может, она оправлялась от удивления, потому что после этого она сказала. — Йаяяяяяй! — и начала подпрыгивать на месте.

— Йаяяяяй. Это же Кисарагиччон. Йаяяяяй.

— А теперь послушай, ты.

Кисарагиччон вздохнул, а затем левой рукой ухватился за перила корабля. Это была перчатка? Правая рука была обнажена, а левая почему-то в перчатке? Но, судя по всему, эта левая рука была больше правой и, очевидно, сделана из металла. Значит, это была не перчатка.

— Сколько раз я должен говорить тебе, чтобы называть меня без этого добавления «чон»? Ну да ладно, нормально.

— Ты ведь настоящий Кисарагичон, правда?

— Чертовски верно. Смогу ли я допустить, чтобы был другой мужчина, такой же крутой, как я?

— Ни за что!

Момохина засмеялась и внезапно бросилась бежать.

— Ромох?!

Юме испустила странный крик, но её тело отреагировало и само погналось за Момохиной. Момохина направлялась к трапу Бахроуз-гоу. До смешного быстро. Она легкими шагами взбежала по пандусу. Оставив Юме позади в мгновение ока.

Когда она наконец оказалась наверху, Момохина прижалась к Кисарагичону.

— Уххх. Это Кисарагиччон. Кисарагичон! Уххх. Уххх. Уххх...

— Я же сказал тебе, что это я, не так ли?

— Но! Но но НО! Это Кисарагиччон! Оххх. Уххх. Ооо...

— Черт, ты так настойчива. Хорошо, да ладно.

С выражением раздражения на лице Кисарагиччон крепко обнял Момохину. Она плакала.

Юме всхлипнула, но быстро прикрыла рот рукой. Она чуть не зарыдала. Ей казалось, что однажды рыдать не составит большого труда, но она не хотела плакать. « Момо-сан, я так рада за тебя », подумала она и почувствовала это от всего сердца. Плакать - это нормально, но, если она сделает это сейчас, вместо того, чтобы освободить её, ей станет еще больше грустно. Она не могла не думать об этом.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Бахроуз-гоу был кораблем Пиратской Компании K&K.

Мало того, это был корабль Эрцгерцога Дереса Пейна*.

Естественно, Юме понятия не имела, кто такой Эрцгерцог или Дерес Пейн. Она никогда не видела, никогда не слышала и, очевидно, никогда не ела его. Хотя они сказали, что это был человек, так что он, вероятно, не был едой. Но хотя он мог быть одним из них в широком смысле слова, Дерес Пейн не был человеком.

Был город Игор*. Не на Красном Континенте и не на Коралловом Архипелаге, а на севере Гримгара, вдоль побережья. Это был довольно крупный портовый город. Он принадлежал к тому же классу, что и Вольный Город Веле, и когда-то процветал как врата к морю Королевства Ишмал.

Однако королевства Ишмал больше не было. Он пал. Вернее, он был разрушен. Земли, которые когда-то были владениями Королевства Ишмала, теперь в основном находились под властью нежити.

Портовый город Игор не обязательно был полон нежити, как бы вы ни взглянули, но большая часть его населения была из рас, таких как орки или нежить, которые принадлежали к Альянсу Королей и были враждебны человечеству. Человек, известный как Дерес Пейн, был владыкой Игора и называл себя Эрцгерцогом.

Эрцгерцог.

Теперь есть название, которое звучит самоуверенно. Он был не просто важен, он был важен на самом деле. Когда вы слышите, что он был повелителем Игора, легко представить, что он был просто мэром города, и Юме так и предполагала изначально, но на самом деле он был на том же уровне, что и король респектабельной большой страны. После того, как Бессмертный Король умер, несмотря на то, что якобы не имел жизни с самого начала, было четыре или пять влиятельных нежити, и Дерес Пейн был одним из них.

Кисараги, он же Кисарагиччон, украл корабль Эрцгерцога и сделал его своим. Это действительно не имело смысла. Но как бы там ни было, они назвали его Бахроуз-гоу, так что это должно было быть потрясающе.

Корабль был настолько впечатляющим, поэтому, когда Кисараги позже основал Пиратскую Компанию K&K, он сделал Бахроуз-гоу их флагманом. Флагманом был корабль, на котором находился самый важный человек, и с которого он руководил всеми, так что он также и являлся символом K&K.

Кроме того, хотя Кисараги был тем, кто основал K&K, он не был ни президентом компании, ни председателем, ни кем-то ещё. Президентом была женщина по имени Анжолина Крейцаль*, которая все время была пиратом, и она также была капитаном их флагмана, Бахроуз-гоу.

Кисараги возглавлял Бахроуз-гоу вместе с несколькими сотнями других кораблей, принадлежащих K&K, в поисках Момохины с Юме в качестве дополнительного бонуса.

Тем не менее, у K&K была их обычная деятельность - торговля, открытие новых маршрутов, сражения и грабежи, и они не могли игнорировать их. Из-за этого каждый корабль искал Момохину и Юме в свободное время, когда они занимались своими обычными делами.

Сделать это было не так просто, как хотелось бы сказать. В конце концов, Момохина и Юме исчезли в море. Море было полно опасностей. Если бы при поисках пропал корабль, было бы ужасно. Кроме того, их выбросило с Мантис-гоу в море во время шторма. Если вы думаете об этом нормально, то было мало надежды на то, что они выжили. Практически шансов никаких. Да, шансы практически равны нулю.

Искать не было смысла. Чтобы они не стали искать. Другого выхода не было. Если бы товарищи Момохины так решили, их было бы невозможно винить. Честно говоря, когда они застряли на этом отдаленном острове, Юме практически сдалась. Возможность того, что их разыскивают, что кто-то ищет их, казалась крайне маловероятной.

Ну конечно нет. Их бы не искали, правда?

Однако Кисарагиччон и его товарищи продолжали поиски.

Основная причина заключалась в том, что Мантис-гоу избежал затопления, а его капитан Гинзи вернулся на Изумрудный Архипелаг с другими выжившими. K&K искали не только Момохину и Юме. Были и другие члены экипажа, упавшие в море, и они искали их всех.

— Зная тебя, я всегда думал, что ты не умерла. И это был не только я; все, кто знает тебя, чувствовали то же самое.

Усы Кисараги, которые были слишком впечатляющими, чтобы показаться, будто они принадлежали ему под носом, дернулись, когда он это сказал. Конечно, он говорил о Момохине.

Между прочим, после этого Бахроуз-гоу сразу же отправился из Инделики обратно к Изумрудному Архипелагу, но Момохина вела себя странно сдержанно по отношению к Кисараги. Если Кисараги называл её имя, она издавала « Мяу » или « Фьюх », а затем убегала. Даже изредка она разговаривала с ним, но не смотрела ему в глаза. С того места, где стояла Юме, она не могла не думать: « Ты крепко его обняла и плакала », но, возможно, именно поэтому она была так смущена, и в результате она вела себя застенчиво. Юме не была полностью неспособна понять такого рода чувства.

Момохина, казалось, зациклилась на игре в прятки с Кисараги, а Юме не могла заставить её тренировать её так, как ей хотелось бы, поэтому на борту корабля у неё оставалось много свободного времени. Она немного помогла команде, но её отношение к этой работе было прохладным. Каждая работа была настолько простой, что она была сделана прежде, чем она успела закончить размышления о том, почему её чувства к ней не перешли из теплого в просто холодную. Юме закончила всё так быстро, что команда иногда смотрела на неё так, как будто она была помехой.

Когда ей надоело передвигаться в одиночку, что у нее было сейчас, Юме обычно болталась у борта корабля, глядя на море.

Там она не думала ни о чем конкретном. Впрочем, она и не пыталась развеять те мысли, которые приходили ей в голову.

Даже когда погода была неплохой, волны были высокими, и они раскачивали корабль. Это не испугало её и не причиняло боль. Теперь она к этому полностью привыкла.

Она немного поговорила с капитаном Анжолиной. Это была прямолинейная зрелая женщина, и команда боялась её, но в хорошем смысле. Независимо от того, сколько лет Юме, она, вероятно, никогда не сможет быть такой. Она могла понять, почему именно Анжолина, а не Кисараги, стала президентом К&К и капитаном Бахроуз-гоу .

Но даже если Анжолина была президентом, тем, кто руководил K&K, явно был Кисараги.

Он был лидером, но не лидером. Это было расплывчато или, может быть, нерешительно. Тем не менее, все в K&K приняли странную форму, которую он принял.

Не все лидеры были одинаковыми. Так же, как было множество разных людей, было много разных лидеров.

— ... Это касается и Юме, и лидера команды. — пробормотала Юме, затем повесила голову.

Она все время думала о своих товарищах на острове. Она выла и рыдала. На это должно было уйти всего лишь полгода. Через полгода она должна была отправиться в Альтерну. Юме попросила своих друзей дождаться её там. Она нарушила своё слово. Не прошло и полгода. Прошло уже больше двух лет. Скоро будет три. Всем, должно быть, надоело ждать. Нет, может, они уже остановились. Дело было не в том, что она не доверяла своим товарищам, но, если она опоздала, они должны были предположить, что с ней что-то случилось. На самом деле она надеялась, что они не ждали. Они были бы рады забыть Юме. Она хотела, чтобы они забыли её. Ей стало очень грустно. Но только Юме будет грустно. Если Юме была единственной, кому было грустно, она не возражала. Юме могла это выдержать.

Когда она думала о своих товарищах, ей было так больно, что она не могла дышать.

Что, как и почему было больно, о чем она не хотела думать, да и не могла. Больно. Было больнее, чем она могла вынести.

Она заметила, что кто-то приближается. Из-за шума ветра и волн было трудно различить шаги, но этот человек на ходу стучал чем-то твердым о перила корабля.

Юме посмотрела вверх.

Это был Кисараги. Тяжелее оказалось его левая рука. Кисараги потерял левую руку и заменил её протезом. Повязка на правом глазу тоже была не просто украшением. Эти детали были на удивление пиратскими, и его усы тоже сделали смелое заявление. Хотя с учетом того, насколько редкой была остальная его борода и насколько гладким у него было лицо, это выглядело совершенно неуместно. Даже подделка.

— Привет.

Кисараги поднял протез. Возможно, это был особый протез. Несмотря на то, как он выглядел, он двигался плавно, почти как настоящая рука.

— Привет.

Когда Юме изобразила улыбку и помахала в ответ, Кисараги внезапно сузил глаза, и его усы слегка скривились.

— Ах...!

— Хм?

— Эй, послушай, эти усы... Может быть...?

— Ой. Они?

Кисараги пощипал усы правой рукой и потянул за них.

Это произошло сразу.

— Это подделка.

— ...Пооделка, да? Юме подумала, что у Момо-сан тоже были искусственные усы, понимаешь?

— У неё были усы?

— Ага. Когда мы встретились впервые. Она, должно быть, подражала тебе, Кисарагиччон.

— Ты тоже будешь меня так называть? Ну да ладно, нормально.

— Ты говоришь, «Как бы то ни было, всё в порядке», да? Кисарагичон.

— Нет, не знаю. Я просто делаю различие между тем, что меня не волнует, и тем, что мне нравится.

— Хррм. Почему у тебя искусственные усы, Гичон?

— Теперь ты ещё и сократила? Как бы то ни было, всё в порядке. Когда я приплыл на Красный Континент, они думали, что я ребенок. Если бы у меня были волосы на лице, я бы выглядел как взрослый. Это избавило меня от удивительного количества хлопот.

— Это как у женщины с сиськами, а?

— Есть взрослые женщины, которые тоже плоские, понимаешь?

— О, да? Да, верно, а? У Юме не большие. И у Момо-сан тоже. Но, знаешь, капитан Анжолина-сан, она очень бодрая.

— Хочешь продолжить говорить о грудях?

— Не на самом деле нет. Но большие олухи чувствуют себя хорошо, когда к ним прикасаешься. Кстати о сиськах, у Шихору они тоже есть.

Юме прикрыла свою грудь обеими руками. У неё не было слов.

Очевидно, эта часть анатомии Юме была далека от анатомии Шихору. Там была небольшая припухлость, они не казались пухлыми или мягкими. Она почувствовала сильную тоску. Юме любила сиськи Шихору. Её бедра и живот тоже были хороши, но грудь Шихору была чем-то другим. Она хотела прикоснуться к ним. Чтобы глубоко погрузиться в них лицом.

Сможет ли она когда-нибудь?

— Шихору? Она одна из твоих товарищей?

Когда Кисараги спросил, Юме кивнула. Всё, что она могла сделать, это двигать головой вверх и вниз. Если бы она попыталась заставить себя говорить, это бы вышло странно.

— Я немного слышал о вас, ребята. Один из вас усмирил драконов Изумрудного Архипелага, пока меня не было, верно? Герой Роронеи. Драконий Всадник. Харухиро, да?

Ага.

Хару-кун, он не очень-то ведет себя как лидер, но он настоящий лидер. Он всегда думает о Юме и обо всех остальных. Даже больше, чем о себе. Это прекрасно. Он лучший лидер для Юме и для всех остальных.

Юме надула щеки. Её лицо, вероятно, было ярко-красным. Она хотела рассказать ему об этом как следует, но не могла сказать ни слова. На самом деле, всё, что она могла сделать, это кивнуть.

— Не переживай.

Кисараги положил руку - настоящую, а не протез - на голову Юме. Его рука была небольшой. Несмотря на это, голова Юме, казалось, удобно помещалась в ней.

— Ты ученица Момохины, верно? Это делает тебя частью нашей семьи. Первым делом я верну тебя обратно в Гримгар. А если тебе ещё что-нибудь нужно, просто скажи мне. Есть вещи, которые я не могу сделать, но не многие. Положись на меня.

Ага.

...Ага.

Неужели она так небрежно кивнула? Кисараги в конце концов сказал. — Положитесь на меня. — Если она кивнула, это означало, что она будет полагаться на Кисараги, и что она будет зависеть от него. Но даже в своей неуверенности она чувствовала себя обязанной кивнуть.

— ... Гичон.

— Да?

— Юме, она...

Она собирается заплакать, и поэтому не может ничего сказать.

Юме всё ещё казалось, что она вот-вот заплачет. Её сердце было так полно эмоций, но слёзы так и не пришли, как бы сильно они ни казались. Она начала думать, « Может, незачем плакать ».

Это должно быть благодаря Кисараги.

— ... Гичон. Ты классный, да?

— Да, иногда я понимаю какой я крутой.

Кисараги ответил так просто, затем убрал руку, которую положил на голову Юме.

— В конце концов, я единственный великий герой.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Бахроуз-гоу без проблем добрался до порта в Роронее. К тому времени Момохина перестала убегать и прятаться от Кисараги, а вместо этого следовала за ним, пока он не сказал. — Ты слишком цепляешься, держись от меня подальше. — Хотя, несмотря на это, Кисараги не оттолкнул её, поэтому Момохина никогда не оставляла его одного так, как ему хотелось бы. Дошло до того, что ночью она собиралась спать, плотно обернувшись вокруг него.

Момо-сан точно любит Гичона, да?

Юме тоже нравился Кисараги. Если бы она встретила его до встречи с Харухиро и остальными, она, вероятно, пошла бы с ним вместо них. Но чем больше росла её привязанность к Кисараги, тем больше она понимала, насколько важны для неё Харухиро и остальные.

Юме попыталась успокоиться и подумать об этом. Учитывая всё, что произошло, не было никакой гарантии, что она сможет воссоединиться с Харухиро и остальными. Возможно, она сможет, а может и нет, но Юме больше не боялась.

Когда она подумала о том, что никогда больше не увидит своих товарищей, ей показалось, что что-то разорвало ей сердце, свернуло ей шею и разорвало на части её тело. Это было действительно больно, но она не собиралась отводить от этого глаза и проводить дни, праздно думая о том, как бы ей на самом деле хотелось всех снова увидеть. Она просто надеялась, что сможет. Она готовилась к худшему, но никогда не сдавалась, ставила цель и работала над её достижением. Она не могла позволить себе бояться.

Все основные игроки Пиратской Компании К&К, за исключением главы отдела нежити Джимми, были вне игры. Они деловито брали корабли то тут, то там, отчасти для поисков Момохины. Офицерами K&K были управляющий директор Джанкарло*, ИПЖ (название, которое, по-видимому, означало Исцеляющую Партнеров Женщина) Ичика, ЭРС (Эльфийка с Разочаровывающими Сиськами. Это что, за особа?) Мирилье* и ДНЖ (Дварфийка Ночью крадящиеся Женщина. Трудно рассматривать это как подходящее название должности.) Хайнемари*. Неисправимый сахуагин Гинзи* всё ещё был рядом в качестве капитана Нео-Мантис-гоу . Он, конечно, не знал, что с Момохиной всё в порядке. Он будет очень счастлив, когда узнает.

Загрузив припасы, окруженные аплодисментами пиратов и жителей Роронеи, Бахроуз-гоу поспешно покинул порт. Кисараги не сказал Юме. — Тебе нужно спешить, верно? — Но должно было быть именно об этом.

Она ужасно опоздала. Торопиться сейчас не поможет, но она всё ещё хотела сойти на берег в Гримгаре как можно скорее. Если бы она могла, она бы превратилась в птицу и полетела в Альтерну.

Бахроуз-го у направлялся не в Вольный город Веле, и, очевидно, не в Игор, а вообще в другой порт.

Этот порт имел сложное название, Нугвиду*, и находился далеко к югу от Веле. Была необычная группа людей, называвшиеся Звибами*, которые жили в районе вокруг Нугвиду с давних пор, и было сказано, что они образовали маленькую страну. У Звиб был свой язык, обычаи и культура, и они никак не взаимодействовали с другими расами. Если Звибы видели кого-нибудь, кто не был Звибой, они нападали на него, захватывали его и потом полностью съедали.

Юме давно знала, что они странные и сверхопасные, и хотела их избегать.

Но почему Кисараги знал Звиб? Он сказал, что это произошло потому, что они действительно схватили его, а затем чуть не съели.

— Я имею в виду, ты ведь знаешь, какая у меня рука, верно? Они посмотрели на меня и подумали, « Это странно. Неужели это нормально есть этого парня? » Затем, пока они были заняты и сбиты с толку, случилось кое-что, и мы стали друзьями.

Что же должно было случиться, чтобы кто-то подружился с людьми, которые пытались их съесть? Юме не могла представить. Как бы то ни было, Бахроуз-го у направлялся в порт Нугвиду.

Звибы были крайне ксенофобными, поэтому им не хватало технологий для постройки больших кораблей или портов. По словам Кисараги, ни одно судно Звиб, кроме рыбацких лодок, вышедшее из Нугвиду, никогда не возвращалось. Возможно, Звибы пришли из-за моря и пытались вернуться на свою родину. По словам Кисараги, было бы быстрее вернуться в Альтерну через Нугвиду, чем плыть в Веле. Она могла отправиться на запад от Нугвиду в Равнины Быстрых Ветров, и тогда, если бы она продолжала двигаться к Горам Тенрю* на юге, не было опасений, что она заблудится.

Что касается Юме, Кисараги гарантировал, что это так, и у неё не было причин сомневаться в нем. Она совсем не волновалась. Она действительно с нетерпением ждала встречи с этими людьми из Звиба.

Момохина осталась на Бахроуз-гоу . Она собиралась работать с Юме, пока они не дойдут до Нугвиду, и завершить её обучение.

Они бегали и прыгали на качающемся корабле, тренируясь. После насыщенного первого дня путешествия утром второго дня Юме проснулась в гамаке в хижине.

Может быть, из-за того, что она так долго жила на острове почти обнаженной, носить одежду было таким трудом. Независимо от того, во что она была одета, она снимала это во время сна. Сегодня она снова проснулась обнаженной. Было бы плохо, если бы она так и осталась, поэтому она надела короткий топ, которого было достаточно, чтобы скрыть её грудь, и суперкороткие брюки, затем плеснула водой на лицо и немного прополоскала рот.

Когда она поднялась на палубу, солнце только что взошло, но ничто не загораживало его на море, так что уже было светло. Юме нравилось море, когда оно было немного раньше, когда солнце вот-вот встало. Море на закате тоже было красивым, но иногда от этого она чувствовала себя одинокой.

Она должна была проснуться раньше. Когда она гуляла по палубе, чувствуя себя немного разочарованной, она обнаружила возле носа корабля человека, обнаженного до пояса, выполнявшего что-то вроде упражнений.

Кто это? Он смотрел в другую сторону, поэтому она не могла видеть его лицо. Она знала всю команду Бахроуз-гоу . Нет. Этот человек не входил в команду.

Он был очень хорошо сложен. Мускулы на его спине напоминали морду страшного монстра. Но хотя он был высоким, он не был слишком большим. Не было никаких потерь. Он тренировался до крайности, и его тело было похоже на хорошо заточенный клинок.

В какой-то момент Юме обнаружила, что пялится на него.

Мужчина делал такие вещи, как медленно вращал руки, растягивал суставы, наклонялся и вставал на одну ногу. Он не делал ничего такого особенного, но она не могла оторвать глаз ни на секунду.

Мужчина был сильным.

Невероятно, невероятно сильным.

Её сердце колотилось, и все её тело гудело. Ей нужно было в туалет? Нет, всё было иначе. Что это было за чувство, будто что-то сжимало её изнутри?

Мужчина обернулся.

В этот момент она поняла, что его короткие волосы были серебристыми.

— Ох, это Ты.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Фьюх.

Юме собиралася назвать его имя, но почему-то не получилось.

Она знала его. Он попал в Гримгар в один день с ней. Они не были друзьями, но были товарищами, по крайней мере, в широком смысле этого слова.

Они давно не встречались. Хотя это было не только для него. Она так долго была наедине с Момохиной. Она давно никого не видела.

— ...Ты был на борту? Плыл на этом корабле...? А? Почему?

— Некоторое время я был на Красном Континенте. Я имею дело с K&K. Я был на Изумрудном Архипелаге в ожидании корабля на Гримгар.

— Оххх.... Ладно. Так ты попал на этот корабль, а? Хорошо... Юме, она понятия не имела. До этого момента.

— Но я знал. Я не мог не услышать, что Кисараги нашел двух девушек, которые пропали без вести после того, как их корабль попал в беду.

— Ох. Если бы ты был в Роронее, ты слышал, да? ... Если бы ты знал, почему ты ничего не сказал?

— Я видел тебя вчера, но ты и Момохина прыгали и скакали.

— Охх, тренировались. Мы тренировадись, а? ...Ладно. ... Э-э, э-э...

Почему она так напрягалась, когда пыталась назвать его имя?

Что-то не так с Юме. В чём была её проблема? Она подумала об этом, но ничего не вышло. Как бы то ни было, было неудобно не произносить имя человека, которого она знала, когда он находился прямо перед ней. Ей пришлось заставить себя сказать это.

— Ренджи!*

Когда она прокричала это вслух, Ренджи моргнул.

— ...Что?

— Хммм, ммм... Юме было интересно, знаешь ли ты что-нибудь о том, где находятся Хару-кун и остальные? Юме, она ушла тренироваться, а потом была эта штука с короблем и штормом... Она не видела их очень-очень давно.

— Я пробыл на Красном континенте около года, а до этого я не был в Альтерне почти год.

— Ох, да? Значит, ты никак не знаешь, а?

— Я слышал, что Харухиро летал на драконе в Изумрудном Архипелаге. Думаю, после этого ты рассталась с ними, да?

— Да... Это было давно... давным-давно, а...?

— Что ж, теперь он - Драконий Всадник.

Когда Ренджи внезапно улыбнулся, напряжение в сердце Юме растаяло.

Она думала, что он никогда не улыбался и что он был более трудным человеком, чем казалось. Или, может быть, Ренджи изменило течение времени.

— Он не помрет так легко. В конце концов, даже тебе удалось выжить.

— ... Мм-хм. Ага. Когда это говоришь ты, это звучит убедатольно.

— Ты имела в виду убедительно?

— Оно самое. Ага. Убедительно.

Внезапно Юме пришла в голову мысль. Ренджи изменился. Юме тоже чувствовала себя не такой, как до того, как её выбросило на остров. Вероятно, всё изменилось. Так что люди тоже изменились.

Харухиро и остальные, вероятно, тоже полностью отличались от прежних себя.

— Я думал, что хорошо разбираюсь в людях.

Глаза Ренджи были сфокусированы куда-то вдаль.

— Я был неправ. Я думал, что вы, ребята, мусор. Вопрос не в том, могу я вас использовать или нет. Ты умрешь в мгновение ока. Это был тот парень Манато, верно? Неужели он вытащил короткую соломинку? Из-за этого его быстро убили. Могузо. Если бы он выжил, то стал бы сильнее. Любой, кто связался с вами, умрет. Все до последнего. Они все умрут. Это был инстинкт. Я никогда в этом не сомневался. Ни капельки

Слова, которые капали изо рта Ренджи, как большие капли дождя, были подобны прозрачным пустым контейнерам.

Они разбились вдребезги при ударе о землю. Но это были не контейнеры, только его голос, просто слова, поэтому там ничего не осталось.

— Каждый из вас должен был умереть. Не то чтобы я вас недооценивал. Вот только, как я думал, что это было. Например, если полить воду на огонь, он погаснет. Я никогда не был нерешительным. Это просто смешно. Если у вас есть время остановиться и подумать, вы должны идти вперед. Вы будете намного дальше. Что есть, чтобы быть нерешительным? Это глупо.

— Ренджи.

— Ага.

— Что-то... случилось?

— Ничего.

Ренджи опустил глаза и прижал руку к голове, словно почесывая свои серебряные волосы. На его губах появилась улыбка. Как будто всё, что он мог сделать, это посмеяться над этим.

— Ничего не произошло. Я - это я. Ни больше ни меньше. Ничего больше. Надеюсь, ты сможешь встретить свою команду.

— ...Ага. Спасибо.

Ренджи немного поднял руку, уходя. Это всё, что она видела о нем за день, но всё время это оставалось у неё в голове.

На следующий день Юме обошла корабль в поисках Ренджи. Бахроуз-гоу был действительно большим кораблем. Тем не менее, он был не таким широким, как замок, и не таким сложным, как лабиринт. На лестнице внутри корабля она не нашла Ренджи, но нашла ещё одного мужчину с короткой стрижкой, которого она узнала.

— Хохххх! Эээ, как там было твоё имя...?

— Рон.*

Рон, мужчина с короткой стрижкой, уставился в лицо Юме, вздернул подбородок и опустил глаза. Затем он вздохнул.

— Я удивлен, что ты можешь ходить в этой... бесстыдной одежде, когда ты на корабле с кучкой парней, жаждущих женщин.

— А? Безупречной? Одежде?

— Нет, не безупречной, а бесстыдной. Это бессовестно. Я имею в виду, ты понимаешь? Это, э-эротично, я думаю...?

— Эротично, а? Хм. Сексуально?

— ... Да, вроде того. Нет, именно так.

— Мвоххх. Юме никогда раньше не называли сексуальной.

— Что ж, я думаю, что у каждого свои вкусы. Я просто нахожу таких девушек сексуальными.

— Ронрон из тех парней, которые находят Юме сексуальной, а?

— Да, верно, но не говори так. Стыдно. Нет, я знаю, почему я сказал это первым. Дерьмо! Теперь, похоже, я признаюсь в своих чувствах к тебе!

— Ронрон превратится в Юме?

— Не превращусь, как бы я вообще превратился? Признаюсь! И нет, я не признаюсь! Как будто! И кто сказал, что ты можешь называть меня Ронроном? Это, ну, понимаешь, для людей, которые ближе... как парень и девушка, которые выходят на улицу? Это способ выразить их чувства...

— Слушай, Юме уже поправляли этот вопрос раньше, но это не выражения чувств, это, э, выдра буст...?

— А? выдра буст...?

— Крэбвист? Как оно там было?

— Что бы ты ни пытались сказать, это неправильно.

— Юме тоже так думала.

— ... Говорить с тобой утомительно. Какое волшебное царство существует вокруг тебя? Как будто я нахожусь в другом измерении, но есть часть меня, которой это нравится...

— Ох, да? Юме весело с тобой разговаривать, так что ей тоже это нравится, да?

— Эй, эй, эй. Это обратное признание? Серьёзно? То есть, я сейчас свободен. Нет, я имею в виду, я всегда им был. Не то чтобы я не популярен или что-то в этом роде, очевидно. Я просто всегда в движении. Я не мог делать ничего продолжительного...

— Ох!

— Ч-Что ?! Ты уже хочешь уйти?!

— Ммм, видишь ли, Юме, она что-то делала. Она просто вспомнила. Вчера утром она разговаривала с Ренджи.

— Ох, в конце концов, всё дело в Ренджи, да?! Вот так и всегда! Для женщин и мужчин! Ренджи, Ренджи, Ренджи, Ренджи, Ренджи! Чёёёёёёрт!

Рон внезапно ударился головой о стену. Он бился так сильно, что Юме была ошеломлена. Это заняло некоторое время, но к тому времени, когда ей пришло в голову, что она должна остановить его, Рон уже прекратил повторяющиеся удары головой.

— ...Знаешь что? Я понял. Я имею в виду, что я тоже люблю Ренджи, по-своему, хорошо? Это влюбленный парень. Итак, я понимаю это чувство, да. Я так плохо знаю, что это больно...

Рон прижался лбом к стене, сжимая руки в кулаки. Что его так расстроило? Он скрипел зубами так сильно, что это было слышно.

Юме схватила Рона за плечо и за челюсть. — Хэй-хо! — она притянула его ближе и заставила смотреть ей в лицо. Насколько она могла видеть, лоб Рона покраснел, но кровь не шла.

— Хорошо. Похоже, с тобой всё в порядке.

— ... Стоп!

Рон стряхнул с себя руки Юме и отвернулся от неё.

— Я-Я так влюблюсь в тебя...

— Хм? Где влюбляешься?

— В моем сердце.

— Нет. Это действительно возможно? Так влюбиться? Типа, шлепок, шлепок.

— ... Я сейчас влюбляюсь. Сильно влюбляюсь, хорошо? Что случится, если я больше не смогу тебя забыть...?

— Юме была бы счастлива, если бы ты её помнил, а не забыл.

— Вот о чем я говорю, о том, какая ты такая...

Юме не совсем понимала, о чем говорит Рон. Когда она склонила голову набок, Рон откашлялся, словно пытаясь сгладить ситуацию и вернуться к нормальной жизни.

— Слушай... насчет Ренджи.

— Ага. Как ты думаешь, где он?

— Не могла бы ты пока оставить его в покое?

Тон Рона полностью изменился, став мрачным.

Юме уставилась на лицо Рона. Она думала, что он плачет. Он не плакал. Но на его лице было странное выражение. Его глаза были пустыми, но он дергался то тут, то там, как будто он был в середине улыбки. На его лбу образовались морщинки, и он тоже выглядел рассерженным.

— Я уверен, что ты не слышала. Сам он тебе не скажет. Вот такой парень Ренджи.

— Не скажет мне...? О чем?

— Ты помнишь Сассу?*

— Девушка, да? Та, что в твоей команде.

— Ты не помнишь моё имя, но ты помнишь Сассу? ...Ну да ладно. Видишь ли, Сасса, она...

— Она... что?

Прежде чем Рон смог произнести эти слова, Юме почувствовала, что произошло.

Это было именно то, что она ожидала.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Она никогда не забывала, как впервые потеряла товарища.

Это было давно, так что у не не было постоянной боли в сердце, но всякий раз, когда она вспоминала Манато, ей хотелось выть, как волк в лунную ночь.

Юме любила волков. Это было очень плохо, но она не была волком, поэтому выть не могла. Юме не знала, почему волки так одиноко воют, когда они воют, но они жили стаями, сосредоточенными вокруг пары альф. Если член их стаи терялся или погибал, волки неоднократно выли. Она слышала об этом от своего Мастера в Гильдии Охотников, поэтому знала, что это не ерунда. Волки, вероятно, пытались отозвать тех, кого потеряли. Юме так сильно хотела видеть своих товарищей, что тоже могла выть. Но что бы она ни делала, мертвые не вернутся.

Второй раз было больно. Было даже больнее, когда они потеряли Могузо. Они были с ним дольше. Нет, это было нечто большее. По сравнению с потерей одного человека, который вам дорог, потеря двух, очевидно, повредит больше. Вырвав открытую рану.

После этого Юме еще несколько раз натолкнулась на Ренджи на палубе, но всё, что они сделали, это здоровались. Судя по всему, Ренджи почти не разговаривал со своими товарищами, Роном, Магом в очках Адачи* и Жрицей Чиби*.

Ренджи, Рон, тернистый и труднодоступный Адачи, молчаливая или такая тихая, что вы не могли её услышать, Чиби-чан и ныне покойная Сасса - все они прибыли в Гримгар в тот же день, что и Юме и её команда. Как бы вы назвали их отношения? Может быть, сверстники? Что именно с ними случилось? Юме солгала бы, если бы сказала, что не хочет знать, но даже если бы они рассказали ей подробности, она ничего не могла бы сделать. Если бы они хотели открыться, она с радостью послушала бы, но она чувствовала, что было бы неправильно заставлять их рассказать ей.

Юме посвятила себя тренировкам с Момохиной.

Старая Юме могла ошеломленно смотреть в сторону или заниматься чем-то другим, потому что ей не хотелось думать о Харухиро, Ренджи или других. То, что она делала сейчас, было похоже, но немного по-другому.

Как бы серьезно она ни думала об этом, кое-что она не могла сделать. Ей пришлось отложить это в сторону, а в остальном постараться изо всех сил. Вот и всё.

В ночь перед тем, как Бахроуз-гоу должен был достичь Нугвиду, она провела тренировочный матч без ограничения по времени против Момохины.

Особых условий победы не было. Она спарринговала с Момохиной больше раз, чем могла сосчитать. Они оба знали, что такое победа, а что проигрыш. Это было не важно. В серьезном матче у Юме было мало шансов обыграть Момохину. Основное внимание здесь уделялось тому, сможет ли она заставить Момохину признать её. В каком-то смысле это был её последний экзамен.

Они смотрели друг на друга на палубе и слегка соприкоснулись тыльной стороной ладони. Как только она подумала, « Хорошо, пора атаковать », Момохина схватила Юме за запястье. Прежде чем она успела вскрикнуть от удивления, она была брошена. Поначалу она находилась в достаточно невыгодном положении, а вторжение только ухудшило её положение. Юме запаниковала. Но даже она могла это понять, поэтому ей как-то удалось успокоиться.

Когда она попыталась дистанцироваться между ними, Момохина сократила разрыв и схватила её. Момохина легко скрестила суставы Юме. Юме была брошена.

Момохина отличалась от обычной себя. Она была невыразительной во всем. То, как она двигалась, казалось, что она была другим человеком. Юме столкнулась с Момохиной, которую она не знала.

Юме не была спокойной, она была раздражена. Нет, возмущена.

Этого не должно было быть. Юме намеревалась сразиться с Момохиной всем, что у неё было. Момохина полностью изменила способ борьбы Юме, обучая её всему, что она теперь знала. Это не соответствовало характеру Момохины, но Юме уже видела в ней что-то вроде матери. Всё должно было быть не так.

Момохина молчала, её движения были быстрыми и скользкими.

Юме становилась всё более эмоциональной. Это было явно плохо, но она не могла этого контролировать. Когда она возбудилась, она вся напряглась. Её движения, естественно, стали более прямыми и хорошо заметными.

Это было жалкое зрелище. Она была не просто побеждена, она была полностью раздавлена.

У нее были бесчисленное количество синяков, боль в плечах, руках, запястьях и пальцах, а также множество переломов костей. Чиби-чан исцелила её с помощью магии света, поэтому физического урона не осталось, но он всё ещё мучил её. Она не была настолько неспособна что-либо делать с тех пор, как впервые начала тренироваться на острове.

Хотя она действительно видела то, что Момохина пыталась ей показать.

— …Дело не только в силе и технике, дело в том, с кем ты сражаешься, да?

— Ты поняла! Это моя Юмерюн! У тебя хорошая интуиция. Отлично. Отлично сработано!

Момохина похлопала Юме по голове. Она уже вернулась к обычной Момохине.

Юме все это время тренировалась у Момохины. Не будет преувеличением сказать, что Момохина знала о ней всё, что нужно было знать. Даже если она пойдет против такого соперника, её легко раздавить. Если бы Юме действительно хотела показать Момохину плоды своего обучения, ей пришлось бы хотя бы попробовать атаку, которая могла застать её врасплох.

В отличие от Юме, которая выполняла то, чему её учили, с глупой верностью, что сделала Момохина? Она использовала самые разные броски и техники блокировки суставов, которыми раньше не хвасталась. Юме была сбита с толку и поражена, как и предполагалось. Не в силах справиться с этим должным образом, она устроила унизительный спектакль.

Даже после того, как она училась усерднее, чем кто-либо, нарастила мускулы, повысила ловкость и отточила технику, этого всё равно было недостаточно.

В зависимости от её оппонента и того, как она сражалась, способ боя мог значительно меняться. В принципе, даже слабый боец, если он правильно разыграет свои карты, может победить сильного. По крайней мере, такая возможность существовала.

И наоборот, если сильный боец ​​действовал высокомерно, более слабый мог бы сбить его с толку. Даже если бы они не проявляли особой осторожности, более слабый боец ​​мог сделать что-нибудь неожиданное и победить их.

Всё могло случиться в любой момент. Абсолютов не было.

Это было последнее, чему Момохина решила научить Юме.

Юме хорошо спала в своем гамаке. Когда она проснулась и поднялась на палубу, она увидела вдали землю. Она немного всплакнула. Юме наконец-то вернулась.

Бахроуз-гоу сбросил якорь в порту Нугвиду около полудня.

Звиба, вероятно, встретит её с распростертыми объятиями. Когда она подошла к причалу, их собралось множество. Но они не приветствовали и не махали. Они не только молчали, но и выглядели необычно. Они были гуманоидами, но их кожа была сероватого цвета, как камень, и на их головах не было ни единой прядки волос. Их глаза были угольно-черными, без белков, а их лица, руки и ноги - в основном все их тела - были покрыты синими и желтыми линиями. Их одежда была коричневой, пурпурной и нескольких темных цветов. У каждого из них был длинный тонкий шест. Без исключений. Не из дерева, а из металла. Удилища были блестящими и имели множество наконечников.

Когда Кисараги просунул руку через борт корабля и показал им большие пальцы вверх, они все в унисон дважды ударились концами своих удилищ о землю.

— Они все такие застенчивые, а?

Это была проблема? Внутри Юме было немного страшно сойти с корабля. Но как только она увидела, что Кисараги и Момохина идут по трапу, как будто это не было проблемой, затем снова подняла палец вверх и начала хлопать их по плечам, она решила, что, по-видимому, всё в порядке.

Когда она сошла с корабля и приблизилась, все люди Звибы источали приятный сладкий запах, как от свежеиспеченной выпечки. Дело было не только в цвете; их кожа тоже имела каменистую текстуру. У их черных глаз были золотые линии на спине, и то, как они покачивались, когда Звиба смотрел на неё, было загадочным и таким красивым, что она испустила вздох восхищения. Их ноги были обнажены, и на них не было обуви. У каждой из рук и ног было по семь пальцев рук или ног.

Все Звибы казались Юме одинаковыми, и она не могла отличить их друг от друга. Однако был один Звиба, который был ниже ростом с белыми узорами на голове. Жезл этого Звибы был бесцветным и прозрачным. Когда Кисараги разговаривал с этим Звибой, используя много пантомимы, Юме впервые услышал их язык.

— Uhh. Tohh. Nhh. Tohhto. Muhh. Ohh. Nhh. Tohhto. Nhh. Tohh. Uhh.

Tohh.

Естественно, Юме понятия не имела, о чем они говорили. Она слышала много языков, но Звиба, должно быть, был одним из самых странных из них. Кто знал, что есть люди, которые так говорят? Мир был большим местом.

В тот день Звиба пригласил Кисараги, Момохину, Юме и Команду Ренджи в большое здание и встретил их там.

Хотя прием представлял собой просто кучу еды и напитков, разложенную на широком, в остальном голом каменном полу, и никто не пел и не танцевал. В пищу в основном использовали рыбу вместе с зеленью, корнеплодами и орехами. Их было много, и все блюда максимально использовали ароматы своих ингредиентов. На самом деле, все они были очень слегка приправлены пряностями, и ни одна из них не была соленой. Напитки были похожи на фруктовые соки, разбавленные водой, и у них почти не было вкуса.

— А выпивки у них нет...? — Рон проворчал, но Звиба, очевидно, не имел обычаев пить алкоголь. Они не пели и не танцевали, и они избегали разговоров перед другими людьми. Им больше всего нравилось лежать на земле неподвижно, но они засыпали, если оставались в таком положении слишком долго, так что они не делали этого до состояния сна. Так их описал Кисараги.

В ту ночь они все спали вместе в одной комнате. Звиба не использовали спальные мешки или что-то в этом роде, поэтому Юме тоже спала на каменном полу. Когда она проснулась, её завернули в одеяло. Кто-то явно накинул на неё это. Когда она оглядела темную комнату, то увидела двух Звиб, которые ходили по комнате с одеялами и при этом несли свои шесты. После этого она погрузилась в глубокий сон.

Чтобы помочь Юме и Команде Ренджи в их возвращении на Альтерну, Звибы приготовили для них лошадей-драконов. Лошади-драконы были маленькими драконами, которые ходили на задних лапах. Обычно у лошадей-драконов, выращенных в неволе, были подрезаны крылья. Однако крылья лошади-дракона Звибы остались нетронутыми, что позволяло им делать такие вещи, как планирование на короткие расстояния и бег по воде. Юме слышала, что они не слушают людей и не разрешают класть им вещи на спину, если им не порежут крылья. И всё же лошади-драконы Звиб были дружелюбны и покорны.

Юме и Команду Ренджи провожали Кисараги, Момохина, экипаж Бахроуз-гоу во главе с капитаном Анджолиной и более сотни Звиб, когда они отправлялись из Нугвиду рано утром.

Расставание с Момохиной заставило её почувствовать себя одинокой, и Юме боялась, что она совсем рассердится. Но Момохина и Кисараги были настолько пресыщены всем этим, что она смогла уйти от них с улыбкой.

— Увидимся позже, Юмерюн!

— Да, позже.

— Передай привет своей команде от нас.

— Момо-сан и Гичон, передайте привет своим товарищам от Юме. Как Гинзи и Джанкарлулун. Ох, и Джимми-чан тоже.

Адачи, Маг в очках, уверенно сказал, что знает дорогу обратно в Альтерну и он не сможет заблудиться, поэтому Юме решила позволить ему разобраться с этим. Всё, что им нужно было сделать, это следовать за Горы Тенрю на запад, так что в любом случае всё получится.

Когда кони-драконы Звиб натыкались на неровную местность, они взмахивали крыльями и парили над ней, продвигаясь вперёд. Они делали это много раз, и от уникального ощущения плавания поначалу её немного тошнило, но Юме быстро к этому привыкла. Очевидно, с Ренджи тоже всё было в порядке, как и с Роном и Чиби-чан, но какое-то время Адачи выглядел бледным и просто бормотал. — Меня сейчас стошнит... — И всё же он не отставал и не замедлялся.

Лошади-драконы двигались с хорошей скоростью, но как только они проголодались, вы не могли заставить их сдвинуться ни на дюйм. Честно говоря, они были всеядными и ели листья и стебли растений, корни, насекомых, мелких животных, падаль и всё, что угодно, чтобы их можно было позволить себе охотиться и добывать себе пищу. Готовить для них корм не надо было. Они жевали всё, что было поблизости, и возвращались, когда были сыты. Однажды Рон стал нетерпеливым и попытался оттащить своего коня-дракона, пока тот еще ел, но тот разозлился и больше не позволял ему ездить на нем. Проблема была решена, когда он обменял коня-дракона с Юме, но это показало им, что существа могут быть упрямыми, и им нужно быть осторожными.

Юме и Команда Ренджи шли, пока их лошади-драконы не остановились. Когда они отказались идти дальше, группа отдыхала, ела или спала. Адачи был единственным, кто ворчал. — Это сбивает мой график. — Команда Ренджи привыкла к путешествиям.

Путешествуя с ними таким образом, Юме могла ясно видеть форму их группы и личности участников. Какое-то время она интересовалась их пониманием.

Рон иногда мог раздражать, но он почти не разговаривал, когда они не отдыхали, и добровольно брался за черную работу. Адачи, который выглядел умным, действовал как дека для Ренджи, в то время как Чиби-чан молчала, поддерживая группу множеством маленьких способов, которые не выделялись.

Ренджи был действительно пугающим и заставлял своих товарищей делать то, что он им говорил, без возражений. Остальные не могли сопротивляться. Именно так Юме считал их команду. Она не могла сказать, как это было в прошлом, но теперь, по крайней мере, всё было не так.

Это правда, что присутствие Ренджи было очень устрашающим. Он совсем не был общительным. Даже со своими товарищами он был прямолинеен. Он никогда не шутил, не смеялся и не болтал. Ренджи был окружен товарищами, но ему казалось, что он совсем один. Но Рон и остальные смирились с тем, что он такой. Они знали, что Ренджи не любит, когда другие беспокоятся о нём, поэтому решили оставить его в покое. Тем не менее, они будут говорить с ним, когда это необходимо, и он не будет игнорировать их, когда они сделают это в ответ.

То, что случилось с Сассой, должно быть, было частью этого. Ренджи было больно. Если бы его увидел кто-то, кто не знал обстоятельств, он мог бы не подумать об этом, но Ренджи был раздавлен по-своему. Должно быть, то же самое было и с Роном, Адачи и Чиби-чан. Они не вели себя обиженно, не беспокоились или не думали о прошлом. Они просто направились в Альтерну. Должно быть, именно так они путешествовали всё время.

С Сассой.

Один из их драгоценных товарищей умер. Они не причитали по этому поводу; они молча приняли это таким, каким оно было.

На третий день после того, как они покинули Нугвиду, они вошли в Равнины Быстрых Ветров. По словам Адачи, если что-то не изменится, они достигнут Альтерны через четыре или пять дней. Ничего подобного.

Перед закатом их кони-драконы остановились в открытом поле, и они решили разбить лагерь на ночь.

Адачи занимался приготовлением еды в Команде Ренжи. Он был очень разборчив во вкусах и нашел повод пожаловаться, кто бы это ни делал. По-видимому, именно это и заставило его возглавить. В тот вечер трапезой была каша с сушеным мясом, овощами и грибами. Это было потрясающе хорошо. У Адачи было много специй и приправ, и он мог сделать любые ингредиенты приятными на вкус. Это было очень впечатляюще.

Рон всегда начинал тихонько храпеть, когда ложился. Он мог спать где угодно, в любое время и до тех пор, пока ему позволяли.

В один момент Чиби-чан скатывалась в ещё более маленький шар, чем обычно, а затем сидела или уходила, а в следующий раз снова возвращалась. То, как вела себя Чиби-чан, было загадкой, но её товарищи не находили её ни в малейшей степени странной. Юме пыталась поговорить с ней всякий раз, когда у неё была возможность, но ответы Чиби-чан были просты « Да » или « Нет » в девяти случаях из десяти, и это так и не переросло в обыденный разговор.

Хотя на самом деле она не понимала Чиби-чан, Юме чувствовала серьезность и искренность во всем, что она делала. Чиби-чан была из тех людей, которые готовы отдать что угодно своим товарищам. Когда Сасса всё ещё была рядом, Команда Ренджи была командой с тремя мужчинами и двумя женщинами. Может быть, между ними были особые отношения, как и следовало ожидать? Когда она подумала об этом, Юме не могла не пожелать, чтобы она действительно могла обсудить это с Чиби-чан. Но это, вероятно, означало совать свой нос куда не следует.

Ренджи раскладывал все свои вещи, затем использовал одну из них как подушку и всегда спал в одном и том же положении. Он использовал только свою посуду и туалетные принадлежности. Он тщательно брил бороду и аккуратно причесал волосы, хотя они были короткими. Он делал одно и то же каждый день, в том же порядке и одним и тем же способом. Юме никогда раньше не приходило в голову, но он, должно быть, был очень методичным человеком.

Юме всегда делала что угодно. Она пила столько воды, сколько могла, и делала то же самое с едой, но не была разборчивой. Она спала, когда было темно, и двигалась, когда было светло, но она могла прекрасно справиться и с противоположным. Если она пыталась заснуть, то обычно могла, а когда не могла, ну, вот и всё. Ей просто нужно бодрствовать, пока она не заснет. Она чувствовала, что, живя на острове, она стала ещё более случайной, чем раньше.

Похоже, сегодня будет одна из тех ночей, когда она не сможет уснуть.

Ренджи тоже лежал, но его глаза, вероятно, даже не были закрыты. Они были посреди кромешно темного поля и потушили огонь, чтобы она ничего не увидела. Тем не менее, она чувствовала его.

— Эй, Ренджи.

— Ага.

Ренджи ответил немедленно. Он действительно проснулся, как она думала.

— Зачем ты отправился на Красный Континент?

Она пожалела о вопросе, как только задала его. Она не хотела касаться того, что случилось с Сассой. Вот почему она попыталась выбрать другую тему. Но Ренджи только что вернулся с Красного Континента. Скорее всего, именно здесь и погибла Сасса. В конечном итоге она может напомнить ему о себе.

— Потому что здесь было душно.

Юме, возможно, не стоило волноваться, потому что Ренджи быстро ответил.

— В Альтерне был парень, Гарлан Ведой, который сказал, что хочет с нами встретиться. Он маркграф или что-то в этом роде Королевства Арабакия и живет в каком-то дурацком ​​высоком особняке под названием Башня Тенборо. Когда я сказал, « Не т», Бриттани из Штаба Добровольческого Солдатского Корпуса поднял из-за этого большой шум. Его это так раздражало, что я сказал, что, если этот парень хочет меня видеть, он сам может спуститься из своего особняка.

— Ву. Со, Петри-сан...?

— Ведой.

— Берорин-сан спустился?

— ... Он этого не сделал. Судя по тому, что говорил Бриттани, он был очень зол. Я не знаю, кем он себя считает, но он явно очень высокого мнения о себе. Я так ненавижу таких парней, что меня тошнит.

— Что ж, ты не… Гримгарин? Как и Юме. Ты, должно быть, был раздражен, когда тебя втянули в такие дела с Гримгаром.

— Совершенно верно. Это не только Ведой. Другие Солдаты-Добровольцы тоже мешали мне.

— Значит, поэтому ты ушёл на Красный Континент, да?

— Я заставил их смириться с моим эгоизмом.

Похоже, Ренджи пытался что-то сказать после этого, но проглотил слова.

Она знала, что не должна ничего говорить, но Юме ничего не могла с собой поделать.

— ... Не похоже, что все так думают. Они делают что-то не только потому, что ты так сказал. Юме видит, что все остаются с тобой, потому что хотят быть твоими товарищами.

— Это твоя точка зрения.

— Ага. Ты прав. Юме не может быть уверена ни в чем, кроме самой Юме.

— Невозможно узнать, что чувствуют другие.

— Что ж, тогда для тебя странно, что ты встаешь и решаешь, как должны чувствовать себя все остальные, да?

— ...Ага.

— Довольно сложно спросить людей, « Как вы все себя чувствуете? » Хотя, когда ты с ними, то можешь спросить в любое время, да?

Ренджи слегка рассмеялся, затем снова сказал. — Ага. Извини за это. Я знаю, что ты рассталась со своими товарищами, и ты совсем одна.

— Юме не совсем одна.

— ... А?

— Вы здесь, и все остальные тоже. До этого была Момо-сан. Потом пришел Гичон и спас нас. Юме не одна.

— ...Ох, да?

После этого Ренджи замолчал. Она чувствовала, что он не заснул. Но сама Юме становилась сонной. Когда её сознание терялось, незадолго до того, как она потеряла сознание, ей показалось, что она услышала голос Ренджи.

— Получается единственные, кто действительно одинок, − это те, кто погибли, да...?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Вдалеке виднелся город, обнесенный стеной. Это не вызывало у Юме чувства ностальгии; это было больше похоже на Он такой маленький и симпатичный, да?

Альтерна не была городом, который образовался естественным путем в результате объединения людей, строительства домов, вспашки полей, выращивания скота и роста населения. Небольшое количество людей было изгнано к югу от Гор Тэнрю Альянсом Королей, и они построили прочную крепость, чтобы защищаться от вражеских атак. Так появилась Альтерна.

Теперь вокруг Альтерны были поля и пастбища, а также окрестные деревни, создававшие образ города и его окраин. Но изначально это была просто отдельно стоящая крепость. Центр Гримгара в прошлом находился дальше на севере, и здесь не было ничего, кроме города под названием Дамуро. Вот почему после уничтожения Дамуро и Киренских Шахт Альянс Королей потерял интерес к этим приграничным землям, и ведущие расы, такие как орки и нежить, вернулись на север, оставив его кобольдам и гоблинам. Гоблины обосновались в Дамуро, а кобольды взяли себе Киренские Шахты в качестве своей оперативной базы.

Королевство Арабакия давно заплатило гоблинам Дамуро, чтобы они закрывали глаза на строительство Альтерны. По всей видимости, это было причиной того, что они ещё не послали военных для нападения на Дамуро.

Она поняла, что всё это не имело для Юме никакого смысла.

Когда она впервые стала Солдатом-Добровольцем, она убила множество гоблинов в Дамуро. Поначалу это казалось неправильным, но в конце концов ей это понравилось. Если сейчас на неё нападет гоблин, она сможет убить его, не колеблясь. Но в отличие от того времени, сейчас Юме могла думать, « Это правда нормально? ».

Однажды она проснулась в Гримгаре и в итоге стала Солдатом-Добровольцем. Она не особо ненавидела гоблинов, но даже если они были гуманоидами, они не были людьми, и она не понимала их языка. Хотя они не были такими страшными, как орки. Они тусовались в Дамуро, недалеко от Альтерны, поэтому были удобной добычей. Нет, сначала они были опасными врагами. Это была группа гоблинов и хобгоблинов, которые забрали у них Манато. Но они отомстили за него. Юме убила кучу гоблинов. Может, у них были друзья и семья. С Форган*, группой, возглавляемой орком по имени Джамбо*, был гоблин-повелитель зверей по имени Онса*. Юме тоже любила животных. Она, наверное, поладила бы с Онсой. Но они не могли быть друзьями.

Потому что гоблины были врагами.

Были ли они на самом деле врагами? Юме не была одним из людей Королевства Арабакия, которая была побеждена Альянсом Королей. У неё не должно было быть причин быть врагом оркам, нежити, гоблинам или кобольдам. Альтерна не была родиной Юме.

Тем не менее, когда они приблизились, она начала думать, «Дом Юме».

Судя по всему, Альтерна всё ещё оставалась Альтерной. Холм рядом с ним всё ещё был покрыт могилами, и запечатанная башня, возвышавшаяся над ним, была такой, какой она её помнила.

Был вечер, так что она могла не пойти до завтра, но ей пришло в голову, что она должна пойти навестить Манато и Могузо. В конце концов, она не знала этого довольно давно. Она не смогла пойти.

Даже если бы она пошла, их бы не было. Даже если бы у неё было что-то, что она хотела бы им сказать, они её не слышали. Тем не менее, вспоминать о них и время от времени навещать имело значение для Юме.

Как Команда Ренджи почитала Сассу? Ренджи, вероятно, не хотел бы говорить. Может, она позже спросит Рона или Адачи.

Издали Альтерна выглядела неизменной, но, когда они попытались пройти через северные ворота, там было большое количество солдат Пограничной Армии, и они подняли огромный шум.

— Эй, ты же Ренджи, не так ли?

— Это Ренджи.

— Ренджи вернулся.

— Это Серебряный Волк!

— Это Ренджи! Серебряный Волк вернулся на Альтерну!

Солдаты вокруг ворот и стен все поднимали свои мечи или копья в воздух, поднимали руки в позе банзай, приветствовали и обычно издавали много возбужденного шума. Юме была ошеломлена.

— ...Ты очень популярен, да, Ренджи? И что за Берменный Болт?

— Серебряный Волк.

Адачи презрительно посмотрел на Юме через очки. Она не была уверена, что он должен так быстро смотреть на людей свысока.

— Волосы Ренджи серебристые, верно? Вот почему они стали так его называть.

— Вуууууу. Это так круто. Впрочем, «Драконий Всадник» Хару-куна тоже довольно потрясный.

— ... Ага, Драконий Всадник неплох, скажу-ка я. — Рон недоверчиво приподнял бровь. — Тем не менее, как ни крути, это странно. Я имею в виду, безопасность слишком жесткая.

Чиби-чан огляделась, её глаза были слегка опущены. На первый взгляд, она могла не выглядеть так, но девушка была намного осторожнее, чем большинство людей.

О чем думал Ренджи, когда собирался пройти через ворота, гоня своего коня-дракона вперед, даже не взглянув на стражников? Рон и остальные последовали за ним. Юме немного поколебалась, но решила побыть с ними еще немного. Было место, куда ей нужно было остановиться, как только она вернется на Альтерну. Команда Ренджи сказала, что тоже пойдут туда первыми.

Альтерна была маленькой. Даже войдя в северные ворота, не потребовалось времени, чтобы добраться до южного района.

Здание, к которому они направлялись, развевалось флагом с красным полумесяцем на белом фоне и имел знак впереди. В тот момент, когда она увидела табличку — Вхуа?! — она закричала. — У них новый знак, да! Да!

— ...А? — Рон, похоже, не понял этого, но глаза Чиби-чан расширились, и она резко вздохнула, а Адачи пробормотал. — Она права. — Ренджи, похоже, это не впечатлило. Для него это не имело значения.

На вывеске когда-то было написано. «Добровльчски Солдтский Корп Пограной Амии Альтерн, Касня Лна». Но теперь оно гласило, «Добровольческий Солдатский Корпус Пограничной Армии Альтерны, Красная Луна». Это было то, что он должен был показывать всё время, но некоторые буквы исчезли с старого.

Когда они связали своих коней-драконов в конюшне и вошли внутрь, в главном зале было несколько мужчин и женщин, похожих на Солдат-Добровольцев. Все подняли шум, когда увидели Ренджи, но все казались напуганными, и никто его не окликнул.

— Ренджи...?

У человека за стойкой, скрестив руки, сверкнули голубые глаза. Его волосы были по-прежнему зелеными, такими же, как всегда, и он красил черную помаду вместе с румянами. Его яркая одежда и то, как он трясло своим телом, были такими же, как в первый раз, когда они встретили его, но у него было ощущение, что что-то изменилось.

— Бриттани.

Ренджи не игнорировал Бриттани. На самом деле он пришел в штаб, чтобы сообщить Бриттани, что вернулся.

Ренджи легонько положил руку на стойку.

— Прошло много времени. Ты постарел с тех пор, как я видел тебя в последний раз?

— Ох, не говори так.

Бриттани закрыл лицо руками.

— Я болезненно отношусь к этому. У меня есть возможность подумать. В отличие от такого человека, как ты, который живет диким и свободным, мне есть о чем беспокоиться... Особенно в последнее время.

— Оххх!

Когда Юме невольно хлопнула в ладоши, глаза Бриттани расширились.

— Ч-Ч-Что это, из ниоткуда?

— Ох, ага. Бри-чан, ты намного старше Юме и всех остальных, да? Конечно...

— Не надо просто говорить «конечно» и выглядеть довольной! Ты такая грубиянка. Честно сейчас... А? Ты... Подожди, что здесь происходит?

Бриттани перевел взгляд с Ренджи на Адачи, на Рона, на Чиби-чан и, наконец, на Юме, пересчитывая их на пальцах.

— Номер правильный, но состав изменился. Юме, ты была в команде Харухиро, не так ли? Однако до меня доходят слухи, что группа Харухиро - Пропала Без Вести.

— Эм пропала...

Юме склонила голову набок и несколько раз моргнула.

Земля тряслась.

Нет, похоже, Юме тряслась.

Чиби-чан пришла и поддержала её. Юме чуть не упала.

— Сасса мертва. — прямо сказал Ренджи, а затем. — Что касается неё. — он указал подбородком на Юме, — мы случайно столкнулись с ней на Изумрудном Архипелаге. Очевидно, она действовала отдельно от Харухиро и остальных.

Бриттани пожал плечами.

— Звучит сложно. Я бы хотел, чтобы ты не делал этого со мной, особенно в такой чрезвычайной ситуации...

— Чрезвычайная ситуация, говоришь? — спросил Адачи.

— Дэдхэд* пал.

— Что? — спросил Ренджи, нахмурив брови. — А как насчет Одинокой Полевой Заставы* и Риверсайда*?

— Они ещё целы. Корпус Солдат-Добровольцев концентрирует свои силы в Риверсайде. У Одинокой Полевой Заставы нет инфраструктуры, чтобы вести там оборонительную битву, поэтому сейчас его практически следует оставить.

— Почему ты остаешься в Альтерне?

— Потому что есть Солдаты-Добровольцы, вроде вас, дорогие, которых мы пока не смогли выследить. Кадзико* и Шинохара* оба в Риверсайде, так что им как-нибудь удастся.

— Кадзико из Диких Ангелов* и Шинохара Ориона*, да...?

У Адачи было трудное выражение лица. Юме знала их обоих. Это были старшие Солдаты-Добровольцы, возглавлявшие крупные кланы.

— Кроме того, Пограничная Армия наняла меня только начальником этого штаба.

Бриттани извлек из ниоткуда нож, иронично улыбаясь, когда он крутил его.

— В Добровольческом Солдатском Корпусе нет даже лидера. Я уверен, что вы давно это поняли, но что касается Арабакии, Солдаты-Добровольцы - одноразовые.

— Пограничная Армия со всей её мелкой сошкой - их основная боевая сила, да уж...

Рон с отвращением прищелкнул языком.

В штабе было неприятно тихо. Остальные Солдаты-Добровольцы уныло смотрели вниз.

Юме знала, что ей следует слушать Бриттани. Она решила, что это, вероятно, важный разговор, но это просто не входило ей в голову.

— Юме собирайтся уходить.

— Постой, дорогая. — Бриттани пытался заставить её остановиться. Юме вышла из штаба, не раздумывая.

После этого она обошла множество мест, но не помнила, что это были за места.

Солнце в этот момент было низко в небе. Юме стояла перед домом для Солдат-Добровольцев. Если подумать, её лошадь-дракон всё ещё была привязана в штабе. Должна ли она вернуться за ним? Ей этого не хотелось.

— Эм пропала, а?

Что это значило? Ей стоило спросить об этом Бриттани.

Ага. Ещё не поздно. Юме вернется в штаб.

Её ноги были похожи на ветки, и она отказывалась двигаться. Либо это, либо её ноги пустили корни. Она понимала.

По правде говоря, она знала это с тех пор, как вышла из штаба.

Юме не хотела знать. Что случилось с Харухиро и остальными. Она боялась узнать.

Тем не менее, ей нужно было учиться. Она тоже это знала.

В конце концов, она все равно узнает. Она не могла оставаться в неведении. Но даже если правда была там, у Юме не хватило смелости посмотреть ей в глаза. Вот почему она пыталась это отложить.

— Это вообще бесполезно, Юме...

В старом общежитии в её голове крутились воспоминания о днях и месяцах, которые она провела с товарищами.

Манато однажды сказал ей. Юме, наверное, самая храбрая из них.

Боже, если он переоценил её. Юме была совсем не храброй. Она просто врывалась, долго не задумываясь. В основном она была небрежна. У Юме не было той силы, которая позволила бы ей двигаться вперед, несмотря на страх. Она была избалована. Слабой и хрупкой.

Даже сейчас у этой слабости был дом внутри Юме.

Она хотела говорить откровенно и по делу. Причина, по которой она бредила, несмотря на это, должно быть, заключалась в том, что она хотела получить эту подушку.

Она хотела быть надежной, но при этом не пыталась быстро обо всем позаботиться. В конце концов, она думала, что у неё все в порядке? Не за что.

Прежде чем совсем стемнело, Юме вышла из общежития. Юме нужно было стать сильной, и это было то, что она намеревалась сделать. Но просто желание этого не сделало её сильной. Люди могли измениться. Хотя не в одночасье.

— Пока она не станет сильной, Юме будет продолжать делать всё возможное, как слабая старая Юме.

Гильдия Охотников находилась в северном округе. Возле северных ворот. Вокруг него был деревянный забор, а во дворе волкособы в загонах. Охотникам не нравилась суета городской жизни, поэтому не было ничего необычного в том, что за гильдией следил только один человек. Юме вошла внутрь, и никто не остановил её, и поздоровалась с волкособами в загоне. Все, кроме одного, были ей незнакомы.

— Привет, Пучи, давно не виделись. Все остальные были взяты?

Пучи лизнул пальцы Юме сквозь решетку, издав очаровательное скуление. Он всегда был таким дружелюбным?

— Ох, может быть, дело в этом. Пучи, ты стал старше? Вот почему ты сейчас хороший?

— Эй.

Сверху раздался голос.

Знаете, такое чувство, будто это уже случалось раньше.

Когда она посмотрела вверх, там был бородатый мужчина, высунувший голову.

— ...А? Ты-

— Фьюх! — Юме вскочила. — Это Мастер! Слава богу, вы в гильдии! Потому что было бы совсем не странно, если бы вы не были!

— Нет. Погоди, ты, где ты... Нет, когда ты... Нет, что ты делала всё это время...?

— У нас есть куча лапшы, о которых стоит поговорить!

— Разве ты не имела в виду кучу всего...?

— Ох, да, это. Пудели, о которых стоит поговорить.

— Нет, куча всего. Что ж, даже если ты хочешь поговорить о лапше или пуделях, для меня это все равно не имеет большого значения. Но подожди, ты...

Внезапно в его голосе послышалось нытье. Что случилось? Он простудился? Хозяин Юме, опытный Охотник Ицукушима, принюхался и потер область вокруг глаз.

— Ты настоящая...

— Хуах?

Юме потерла глаза обеими руками. Она почувствовала влагу. Это были слезы. Юме поняла, что плачет.

Ой.

Ицукушима тоже плакал.

Оххх. Что ж, Юме слабая. Она ничего не может с собой поделать. Но подождите, Мастер тоже был слаб? Нет, этого не может быть.

— Извините, Мастер. Юме, она заставила вас волноваться, а?

— Н-Н-Н-Не будь дурой! Кто бы волновался... Ну, я беспокоился, да. Я имею в виду, я действительно слышал, что твоя команда перестала действовать. Должен сказать, я не собирался расспрашивать людей о тебе или о чем-то подобном, хорошо? Я не из тех. Это просто то, что я слышал естественно.

— Юме очень хотела вас видеть, Мастер. Потому что это было так давно.

— ...Д-Да. Ах! Э - я сейчас не это имел в виду! Не то чтобы я хотел тебя видеть, и я старался держаться за гильдию как можно дольше, надеясь, что ты неожиданно появишься. Я просто согласился, что давно тебя не видел...

— В конце концов, Мастер это Дом Юме.

— Я-Я твой... дом?

— Разве вы не сказали это в конце базовой подготовки? «Ты можешь вернуться сюда в любое время».

— ... Я что-то подобное говорил? Да... Я думаю, что говорил. Хотя я помню. Почему-то я всегда вспоминаю наши небольшие обмены мнениями. Я твой отец... ну, что-то вроде отца для тебя.

— Ага. Вот почему Юме вернулась домой.

— Я вижу. — Ицукушима несколько раз кивнул, затем вздохнул. — ...Я вижу. Добро пожаловать домой, Юме.

— Юме дома, Мастер.

— ...Что случилось? Если ты предпочитаешь не говорить... если ты не можешь об этом говорить, тебе и не нужно.

— Всё что угодно. Было бы здорово рассказать вам всё об этом, но с чего начать? Юме не знает.

— Всё хорошо. Не нужно спешить. Пока ты тут не надо беречь своё время. — Ицукушима улыбнулся. — Юме. В конце концов, ты вернулась домой.

Ей казалось, что ей хочется заплакать, и ей хотелось принять ванну, и ей хотелось заткнуть себе лицо, и ей хотелось спать. Юме была действительно очень слабой. Но, возможно, теперь, когда она воссоединилась с Ицукушимой, она могла бы стать немного сильнее. Увидев его лицо и услышав его голос, она, несомненно, позволила ей упираться в пятки немного сильнее. Слабой, слабой Юме нужно было постепенно наращивать свою силу.

— На данный момент я знаю...

Ицукушима ужасно касался его лица, когда он повернулся и посмотрел в противоположном направлении.

— Если ты еще не обедала, давай поедим.

— Юме голодна.

— Хорошо, я сделаю…

Первой заметил Ицукушима или Юме? Вероятно, они поняли одновременно.

Ицукушима удивленно произнес. — А ...? — Юме посмотрела на север. Гильдия Охотников находилась недалеко от северных ворот, поэтому стены крепости, окружавшие Альтерну, возвышались над ними. Хотя они никогда там не были раньше, сейчас там стояли солдаты Пограничной Армии, готовящиеся к встрече с врагом. Прежде чем она услышала крики солдат, Юме увидела десятки летающих огней, которые, казалось, прорывались сквозь тьму ночи. Сразу после этого до неё донеслись грубые крики солдат, и короткие световые дорожки упали по эту сторону стены.

Один из них застрял в крыше здания Гильдии Охотников. Он горел.

— Горящие стрелы?!

— Это горящая стрела!

В следующее мгновение волкособы в загонах завыли, потом начали волноваться. Лязг, лязг, лязг , раздался звон колокола. — Враг наступает, враг наступает! — кричали солдаты на стене.

— Оставайся тут! — сказал Ицукушима Юме и исчез из окна. Он, должно быть, собирался спуститься. Юме попыталась успокоить лай волкособов. Волкособы, бросавшиеся в загоны, были слишком взволнованы, и ей пришлось их за это отругать.

— Аааа...! — она увидела, как солдат упал со стен. Юме не слишком запаниковала и поняла, что Альтерна подверглась нападению. Очевидно, это была серьезная ситуация. Тем не менее, чрезмерная паника не поможет.

— Юме!

Ицукушима вышел из здания. За спиной у него были лук и колчан, а в руках - еще один.

— У тебя ведь нет лука? Возьми вот этот.

— Да сэр!

Юме взяла у Ицукушимы лук и колчан стрел. Единственное, что у неё было в руках, был большой нож, но это, вероятно, не было проблемой.

Через стену летели ещё новые огненные стрелы. Один или два приземлились во дворе. Один из них попал в загон волкособов и отскочил от него. Юме топнула его, чтобы потушить огонь.

— Мастер, как обстановка, не думаете ли вы, что волкособы будут в опасности?

— Их здесь сейчас восемь. Но выпустить их на улицу было бы...

— Отпусти их. Мрроур, Юме их выпустит!

Замка не было, поэтому Юме открывала ручки одну за другой. Все волкособы выскочили. Пока она это делала, Ицукушима присоединился и помогал. Раньше волкособы не слушали Юме, но, когда Ицукушима дал свисток и похлопал их по головам, они мгновенно успокоились. Юме была впечатлена.

Это Мастер Юме всё в порядке.

Юме оставила Ицукушиму во дворе вместе с волкособами, когда она пошла и проверила дорогу. Солдаты Пограничной Армии направлялись к северным воротам, предположительно, чтобы присоединиться к битве. Тут и там она могла видеть Солдат-Добровольцев.

— Мастер! — крикнула Юме, выходя на улицу.

— Правильно! — Ицукушима ответил, когда он повел волкособов следовать за ней.

Мысль о помощи солдатам никогда не приходила ей в голову. Были завинчены северные ворота. Она попыталась направиться на юг, но раздался невероятный шум, заставивший Юме повернуться и взглянуть вопреки себе. Северные ворота были наполовину открыты. Повсюду валялись обрушившиеся солдаты.

— Они уже прорвались?! — крикнул Ицукушима.

Пограничная армия не открывала северных ворот. Это было очевидно. Они не могли этого сделать. Враг нашел способ открыть его снаружи. Это означало, что скоро они будут наводнены. Нет, не «скоро». В районе ворот стояли сторожевые костры, а на стенах горели лампы, поэтому, хотя некоторые из них упали, там было относительно светло. Крупный мужчина с двуручным мечом, прошедший через ворота, явно не был человеком. Он был хорошо сложен и имел зеленую кожу. Это был орк. Орк проткнул своим двуручным мечом спину одного павшего солдата. Следующим появился не орк, а нежить. Копье нежити пронзило другого солдата. Солдаты пограничной армии Королевства Арабакия рвались бежать. Они были не в состоянии так сопротивляться.

— Юме, южные ворота!

— Ага!

Ицукушима побежал, ведя за собой восемь волкособов, а Юме последовала за ним. Высокое здание под названием Башня Тенборо, где жил маркграф, находилось примерно в центре Альтерны. Южный район находился по ту сторону площади вокруг него. Ицукушима направлялся прямо к Башне Тенборо. Он планировал пройти туда кратчайшим путем.

Юме повернулась, чтобы оглянуться, обеспокоенная тем, что происходило возле северных ворот. С этого направления к ним неслось что-то черное. Они были похожи на четвероногих зверей. Это была стая животных. Более того, один из них, нет, более того, несколько из них приближались к Юме. Волки. Они были темными как ночь.

Черные волки.

Она не могла сбежать. Они догонят. Первый волк набросится на неё, а остальные будут роиться вокруг. В мгновение ока Юме разорвут. Что ей делать? Не нужно было думать об этом.

Юме остановилась. Она вдохнула. Выдохнула. Затем, сделав ещё один вдох, она естественным образом приняла боевую стойку.

Черный волк впереди был уже очень близко. Он будет пытаться укусить её за горло, а может, за запястья или лодыжки. Юме вошла по диагонали и вонзила нож в шею черного волка. Черный волк вскрикнул от шока, когда полетел. Тут же налетел ещё один черный волк. Юме использовала левую руку, чтобы опустить его голову. Он уже был оторван от земли, поэтому не требовалось чрезмерных усилий. Голова черного волка ударилась о землю, заставив его издать болезненный визг.

— Юме...?! — Ицукушима кричал. Не рядом. Он был на некотором расстоянии.

Если быть полностью честной, Юме хотела посмотреть и посмотреть, в какой ситуации оказался Ицукушима и волкособы. Но она отдавала приоритет борьбе с черными волками. Пока она побеждала третьего и четвертого черных волков, приближались орки и нежить, поэтому она направила стрелу в свой лук. Она пнула черного волка и выпустила стрелу. Он пронзил левую щеку орка. Она целилась ему в лоб, но немного промахнулась. Затем она ударила ногой в спину черного волка, поднялась в воздух и выпустила вторую стрелу через правый глаз нежити. Нежить немедленно вырвал стрелу и напал на неё. Его оружием было копье. Он пронзил её. Это была тупо прямая атака. Юме легко увернулась, прыгнула рядом с нежитью и нанесла сокрушительный удар по его колену. Она направила стрелу. Обернувшись, она выстрелила. Выстрел попал орку в горло в пятидесяти сантиметрах от него. Несмотря на это, орк взревел и замахнулся на неё своим боевым топором. Юме нанесла удар вперед в солнечное сплетение, а затем использовал образовавшееся отверстие, чтобы выпустить ещё одну стрелу, попав другому орку в глаз. Она подпрыгнула и перекатилась, затем, встав на одно колено, сделала ещё один выстрел, держа лук по диагонали. Эта стрела также попала, поразив нежить, у которой в груди было два меча.

Юме действительно бьет. Она бьет как сумасшедшая, да?

Это показало, что она могла хорошо видеть. Она чувствовала, что у неё может быть третий или четвертый глаз. Из-за этого она всё это видела.

Ицукушима, вероятно, пытался поддержать Юме. Но когда враг приблизился, он не мог подойти к ней ближе. Ицукушимы и волкособов здесь нигде не было. Они были довольно далеко. Их разлучили. Или, по крайней мере, они были в процессе разделения.

Она хотела преследовать Ицукушиму, но орки и нежить охотились на Юме. Было бы слишком опасно отвернуться от них, чтобы искать его. Это был один из тех случаев, когда ей нужно было подавить свои эмоции. Старая Юме никогда не смогла бы этого сделать. Но нынешняя Юме она могла.

Она будет отдавать приоритет выживанию. Если она не пройдет через это, она никогда не сможет встретиться с Ицукушимой.

Юме не перенапрягалась. Она просто сосредоточилась на врагах, которые наступали и наступали. Орки и нежить были непростыми врагами, но они были взволнованы. Даже перевозбуждены. Между тем Юме была относительно спокойна. Если бы она побила их в этом вопросе, она могла бы справиться с ними, пока не было слишком большой разницы в силе.

— ...Но всё же!

Юме уклонилась от рубящей атаки нежити, отошла к зданию и выпустила стрелу. Он врезался в голову одной нежити, на которой не было шлема, с ударом. Юме отбросила в воздухе лук и колчан и перекатилась, как только приземлилась. Изогнутый меч орка, который пытался поразить её, вырезал из булыжника, посылая искры. У неё закончились стрелы.

Юме встала и вытащила нож.

Она вздохнула.

Она вспотела сильнее, чем думала. Юме пыталась отойти от северных ворот, пока боролась, хотя и немного. На это была надежда, но её нынешнее положение было недалеко от того места, где она начала сражаться, не так ли? Ну, вот как всё прошло. Даже если она чувствовала себя спокойной, на самом деле это могло не быть.

Юме было наплевать на Альянс Королей или Королевство Арабакию, и у неё не было реального желания противостоять оркам и нежити. Но когда случилось что-то подобное, у неё не оставалось выбора. Стены всё ещё удерживались Солдатами-Добровольцами, но территория вокруг северных ворот была полна врагов. Вокруг Юме не было союзников. Только враги.

Даже на беглый взгляд, её окружали около десяти орков и нежити.

Первоначально они, вероятно, смотрели на Юме свысока, думая, что она просто какая-то человеческая женщина, только с маленьким луком. Что ж, нет ничего проще, чем быть недооцененной.

Теперь они бы не стали пренебрегать Юме. Они знали, что она круче, чем выглядела. Вот почему медленно, но верно они смыкали кольцо вокруг неё, а затем все вместе собрались избить Юме. Вырваться из этого будет непросто. Юме кивнула.

— ...Ладно.

Это было бы непросто, но и не невозможно. Это было возможно. Её шансы, может и невелики, но они не равны нулю. Она собиралась в это поверить и приложить все усилия.

Юме переложила нож в левую руку. Держа его наотмашь, она улыбнулась.

Эта поза такая же, как у Хару-куна, да?

Она протянула правую руку вперед, повернув ладонь вверх, и поманила их. Даже если они не понимали её языка, любой мог понять, что означает этот жест.

Орк двинулся вперед, но справа от неё, а не впереди неё. Почти одновременно с ней двинулась и нежить с левой стороны. Даже если их было десять, и все они ополчились на одного человека, на самом деле никогда не было десяти на одного. Они не были синхронизированы, поэтому, если бы они все бросились на неё одновременно, они наткнулись бы на своих товарищей и стали причиной помехи. Только трое или четверо могли атаковать одного и того же человека одновременно.

Юме пошла атаковать не орка справа или нежить слева, а орка прямо перед ней. Этот орк держал в двух руках большой топор, но запнулся. Сколько бы врагов ни было, она протыкала самых слабых из них и начинала разбирать их на части. Юме хотела найти способ выжить.

— Раступитесь! — в тот момент, когда она услышала этот голос, Юме почувствовала, как по какой-то причине её живот немного сжался.

Голос говорил на человеческом языке. Голос был человеческим. Но всё же Юме не думала, что он принадлежит союзнику.

Орки и нежить дружно повернулись к северным воротам. Юме тоже глянула туда.

На небольшом расстоянии от кольца вокруг неё стоял мужчина.

Его левая рука тянулась назад через плечо, держа катану, прижав лезвие к его спине. Она не могла видеть правую руку. У человека была только одна рука. У него ещё и не было левого глаза. Он не был молодым.

Орки и нежить отступили, ослабив свою давку. Если она сбежит сейчас, она сможет сбежать. Нет, не случайно. Она не могла этого сделать.

Мужчина приближался.

— Я вижу, что однажды ты станешь известным Солдатом-Добровольцем. ...Просто шучу.

Мужчина ухмыльнулся и повернул катану к Юме.

— Возможно, я не выгляжу так, но мне нравится время от времени вступать в бой с сильным противником. Ладно, я говорю, что могу не выглядеть так, но я не знаю, где ты думаешь об этом. Послушай, я ничего не скажу о том, что ты девушка, так что поиграй немного с этим стариком, маленькая леди.

Это могло быть одним из плодов тренировок Момохины. Юме могла сказать, что, несмотря на всю очевидность противоположного, этот человек был невероятно силен. Она это чувствовала. Несмотря на то, что он небрежно держал катану и как он просто небрежно стоял там, у него не было вообще никаких открытый зон для атаки. Он был полностью расслаблен, но всё ещё напряжен. Между мужчиной и Юме было ещё больше двух метров, но она чувствовала, что его катана была у её горла. Мужчина мог зарезать её, когда захотел. Она не могла убежать. В какой-то момент тело Юме уменьшилось в размерах.

Такасаги.

Он был человеком, но все же служил Джамбо как член Форгана. Означает ли это, что Форган был врагом? Нет, это не имело значения. Ей нужно было сосредоточиться. Даже если она будет драться так, как будто от этого зависит её жизнь, у неё было мало шансов победить этого человека. В конце концов, у неё был только нож. Что ей было делать? Ничего не приходило в голову. У неё не было выбора ещё до начала боя.

— ...Ох? — Такасаги склонил голову набок. — Мы же встречались раньше, юная леди? Может, это мой возраст подводит меня, но сейчас моя память не так хороша. Хотя, уверен, я где-то раньше видел твоё лицо.

— Конечно.

Юме усмехнулась. Правый глаз Такасаги расширился, как бы говоря, « Да, так и знал ».

Пытаясь объяснить, когда и как они встретились, Юме наклонилась вперед. Даже Такасаги, похоже, немного удивился этому. Этого было недостаточно, чтобы застать его врасплох, но она хотела сделать то немногое, что могла.

Такасаги направил катану в сторону Юме. Юме наклонилась ниже, ринувшись под катану, и приблизилась к Такасаги.

Такасаги не втянул катану. Он также и не отступил. Ещё была рукоять.

Он попытался ударить Юме по голове рукоятью своей катаны.

Юме не ожидала, что он это сделает. Благодаря этому всё, что ей удалось, - это броситься вправо и перекатиться, чтобы уклониться от удара.

— Отлично. Это было неплохо.

Такасаги попытался ударить Юме правой ногой. Её это устраивало. У Юме был нож. Если она сможет ранить ногу Такасаги этим ножом, у неё будет преимущество.

Но Такасаги не пытался оттолкнуть Юме. БАМ! Он решительно шагнул вперед. Вот оно. Один супер-мощный удар.

Юме невольно закричала, отпрыгивая в сторону.

Её не порезали. Пока.

Пока она смотрела, Такасаги снова взвалил катану на плечи, склонив голову набок.

— Да, это была хорошая реакция. Ты прошла. В следующий раз я буду махать по-настоящему.

Она хотела сказать ему что-то в ответ, но слова не приходили к ней. Она даже не могла быть полностью уверена, в какой позиции она была и дышала ли она всё ещё правильно. Все её тело было холодным, до такой степени, что ей казалось, будто она замерзла. Жутко. Юме охватил страх, и она съежилась. Она не могла позволить себе быть такой. Она не могла.

Она не могла выиграть. Не против этого оппонента. У неё не было ни одного шанса из миллиона. Делать что-то обычным способом не сработает.

Ей нужно было решиться. Быть готовой отдать ему руку или ногу, если это потребуется. Нет, даже этого, вероятно, будет недостаточно. В лучшем случае она уведет его с собой. Она просто умрет или умрет, убив его?

В одно мгновение она приняла решение. Она сожалела, что не смогла снова увидеть всех, но не хотела на этом останавливаться. Если бы она подумала об этом, её решимость притупилась бы. Даже в этот момент Юме не теряла надежду. Даже если взаимное убийство было лучшим, на что она могла надеяться, всё равно оставался шанс на один из миллиона, миллиард, триллион, что она добьется большего. Она не знала, как это будет происходить, пока это не произошло на самом деле.

— Пора сделать это, старик Такасаги.

— ...Я знал это. Ты та маленькая леди, да?

— Я не «маленькая леди». У Юме есть имя, понятно?

— Да, ты знаешь. Юме. Давай.

Такасаги прижал катану к груди и повернул к ней лезвие. Она затаила дыхание. Единственное будущее, которое она могла представить, - это её разрубание.

Как насчет того, чтобы сначала украсть оружие у одного из орков или нежить? Может, Такасаги позволит ей уйти от этого? Нет, если бы Юме относилась ко всему легкомысленно, Такасаги был бы разочарован в ней. Он рассердился бы, а затем отказался бы от Юме. Он безжалостно разубил бы её.

Когда они смотрели друг на друга вот так, были вещи, которые она могла понять, даже не говоря ни слова. Несмотря на то, как он выглядел, Такасаги был раздражен. Что его так рассердило? Наверное, это сражение. Такасаги дрался не потому, что хотел. Он сражался, потому что у него не было выбора. Его заставляли вести войну, которая ему не нравилась.

Когда Юме решила уронить нож, Такасаги слабо улыбнулся.

Она должна была это сделать. В одно мгновение она либо будет зарезана до смерти, либо едва выживет. Это её больше не пугало. Ей пришлось либо уклониться от его первого удара, либо принять его так, чтобы остаться в живых. Если она подойдет близко, то не исключено, что у нее будет небольшой шанс на победу. Если это не было невозможно, значит, это определенно возможно.

Когда Юме без колебаний двинулась вперёд, Такасаги взмахнул катаной.

— Узри мою секретную технику.

Он плыл или, возможно, порхал, как будто танцевал.

Что это такое? Это тайна.

— Падение Мглы*.

Было такое ощущение, что она могла видеть лезвие, но не могла. Она не поняла. Это было быстро или медленно? Даже это было непонятно. Юме направилась к Такасаги. Она не могла остановиться. Если бы она это сделала, её бы либо проткнули, либо порезали. Прыгать было слишком опасно, но и повернуть назад она тоже не могла. Должно быть, так он двигался. Катана Такасаги завораживала Юме. Это было завораживающе, соблазнительно. При таком раскладе она будет убита, не имея возможности что-либо с этим поделать. Это не займет много времени. Юме умрёт, движимая страхом, но при этом не понимает, что такой красивый меч может существовать.

— Персональный Навык!

Внезапный крик заставил её почувствовать себя так, будто кто-то отругал её, « За что ты так умирешь, идиотка? » Это был не просто голос. Он упал с небес, как падающая звезда.

— Великий Грязевой Водопад...!

Падающая звезда столкнулась с секретной техникой Такасаги. Нет, у падающей звезды была катана. Эта катана ударила по катане Такасаги.

— Нгх...!

Такасаги отбросило назад и, поправив хватку на катане, когда он чуть не потерял её, он мгновенно нанес горизонтальный удар.

— Почему ты...!

— Ты проиграешь, старик!

Падающая звезда - нет, очевидно, это была не падающая звезда, это был человек, и, наверное, человек, но он был странн одет, в рваном плаще и в этой странной смешной маске. Этот мужской голос показался Юме знакомым, хотя сейчас он был действительно хриплым. Она, наверное, нет, почти наверняка знала, кому он принадлежит. Но если это было правдой, что, черт возьми, здесь происходит?

Такасаги был членом Форгана. Форган атаковал Альтерну. Так что да, если человек в маске был тем, кем себя считала Юме, то для него не было ничего странного в том, чтобы быть здесь. Он присоединился к Форгану. Оставив Юме и остальных. Если честно, Юме не думала, что он их предал. Он не был заслуживающим доверия человеком, но она всё ещё верила в него. Она хотела верить. Конечно, временами он мог сходить с ума. Но он по-прежнему был её товарищем. Они были вместе долгое время. Они тоже через многое прошли. Происходило всякое. Он был моим драгоценным другом. Но, несмотря на это, он ушел.

Может, именно так все и сложилось. Может, у него не было другого выбора. Или, может быть, он видел что-то в Форгане, чего не видела Юме. Возможно, он так сильно в них нуждался. Он всегда чем-то был недоволен и постоянно жаловался. Он не мог читать по комнате? Или он просто решил не делать этого? Когда у них было хорошее настроение, он говорил что-то вроде, « Да ладно, люди, вы действительно в порядке? Вы серьезно думаете, что с этим все в порядке? Ну, только не я », и тревожил их. Он отталкивал их, говоря, « Я здесь не для того, чтобы заводить друзей. Не будьте глупцами », но он всё равно вёл себя ужасно одиноко, и Юме чувствовала, что заботится о своих товарищах по-своему. Она ошибалась? Неужели Юме недооценила его? Она хотела спросить. Она хотела, чтобы он её поправил.

Ты закончил ненавидеть Юме и всех остальных? Тебя больше не волнуют Юме и другие?

Дело не в этом , казалось, он сказал ей. Дело не в любви или ненависти. Эти эмоции меня не трогают. Я человек, который ставит перед собой более высокие цели. Не смешивайте меня с посредственными людьми. Не то чтобы я тебя ненавижу или что-то в этом роде.

Что он здесь делал? Это действительно он?

— Ора, ора, ора, ора, ораааааа...!

Парень в маске обменивался ударами с Такасаги. Его взмахи выглядели кричащими и чрезмерными, но отнюдь не так, они были хорошо отработаны. Парень двигал катаной свободно и творчески, как будто держал в руках огромную кисть, чтобы нарисовать какой-то невероятный шедевр.

— Черт...!

Такасаги оттесняли. Возможно, он просто так выглядел, но он защищался. Юме заметила. Такасаги был блестящим мастером фехтования, но у него были и слабые стороны. Если атака исходила из-под бедра с левой стороны, он немного медленнее реагировал на неё. Человек в маске не стал на него нападать. Он смешивал другие атаки, предназначенные для сдерживания Такасаги, сильные удары по другим областям, а затем, иногда, когда он решал, что пора, он использовал слабости Такасаги. Человек в маске был не просто великолепен с мечом. Этого было бы недостаточно, чтобы удержать Такасаги в таком состоянии. Человек в маске был хорошо знаком с Такасаги.

— Ораааа!

Человек в маске нанес низкий удар слева от Такасаги, и Такасаги, щелкнув языком, каким-то образом сумел отразить удар. Затем человек в маске ускорился, как будто только что щелкнули выключателем.

— Персональный Навык! Летающий Бог Молний...!*

Названия его навыков были бессмысленными, но она могла сказать, что это был укол. Парень в маске держал катану обеими руками. Это был укол двумя руками. Раздался невероятный свистящий звук. Не раз. Это был повторный укол. Но в глазах Юме все это выглядело как одно целое.

— Оххх?! Оххх...?!

Как Такасаги удалось выжить? Юме не знала. Как бы то ни было, он попятился, отклоняя катану и отворачивая свое тело от всех толчков. Это все равно привело к тому, что Такасаги упал на спину.

Теперь он мог прикончить его.

Если бы человек в маске был человеком, которого знала Юме, он, вероятно, не стал бы этого делать.

Она была права.

Человек в маске снял катану, положив лезвие на плечо.

— Вставай, старик.

Такасаги встал, как ему сказали, и рассмеялся по-настоящему от души.

— Ты просто появляешься сейчас везде, куда бы я ни пошел, не так ли? Теперь ты точно можешь говорить, Ранта.

— Ты...! Не говори этого! Я не зря прячу лицо...!

— Это очевидно, и ты это знаешь.

— Н-Нет, это не так!

Человек в маске взглянул на Юме. Юме хотела назвать его имя. Снова и снова, чтобы убедиться, что это был он. Но теперь она чувствовала, что не может. Если бы они были одни, она могла бы обнять его, но, к сожалению, их окружили враги. Но Юме больше не была одна. Он был здесь. Её товарищ. Её друг. Если бы она была с Рантой, она могла бы выйти из этой ситуации. Потому что Ранта был до смешного упрям. Это было единственное, в чем она могла ему доверять, не чувствуя принуждения.

В версии с изображениями тут находится картинка.

-----------------------------------------------------------------------------

Мантис-гоу ( Mantis - go ) — Пиратский корабль Гинзи.

Пиратская Компания K&K (Pirate’s Company K&K) — компания в Роронеи.

Роронея (Roronea) — Город на Измумрудном Архипелаге.

Изумрудный Архипелаг (Emerald Archipelago) —

Коралловый Архипелаг (Coral Archipelago) — Архипелаг, находящийся между Гримгаром и Красным Континентом.

Голубое Море / Голубой Океан . (Blue sea / Blue ocean) — море/океан между Гримгаром и Красным Континентом.

Корлевства Арабакия и Ишмал (Arabakia / Ishmal) — уничтоженные королевства людей.

Кисараги и Ичика (Kisaragi and Ichika) — товарищи Момохины.

Эрцгерцог Дерес Пейн (Archduke Deres Pain) — Великий Принц Игора, один из Пяти Принцев, получивших кровь Бессмертного Короля.

Игор (Igor) — довольно крупный портовый город на севере Гримгара, вдоль побережья. Он принадлежал к тому же классу, что и Вольный Город Веле, и когда-то процветал как врата к морю Королевства Ишмал. Но после разрушения Королевства Ишма стал город нежити и орков.

Анжолина Крейцаль (Anjolina Kreitzal) — Президент Пиратской Компании K&K, всё время была пиратом, и она также была капитаном их флагмана, Бахроуз-гоу.

Джанкарло (Giancarlo) — Тот старик, что был в 12-ом томе, вознаградивший команду Харухиро.

Мирилье (Mirilieu) — Эльфийка. Дожность «ЭРС».

Хайнемари (Mirilieu) — Дварфийка. Должность «ДНЖ».

Гинзи (Ginzy) — рыба-человек. Капитан корабля Мантис-гоу.

Ренджи (Renji)— Попал в Гримгал вместе с Харухиро и другими. Лидер своей команды. Его класс – Воин.

Рон (Ron) — член команды Ренджи. Его класс – Воин.

Сасса (Sassa) — член команды Ренджи. Её класс – Вор.

Звиба (Zwiba) — племенной народ, который захватывал корабли вблизи Нугвиду, а людей с коробля съедал.

Нугвиду (Nugwidu) — портовый город, южнее Веле.

Горы Тенрю (Tenryu Mountains) —

Адачи (Adachi) — член команды Ренджи. Его класс – Маг.

Чиби (Chibi) — член команды Ренджи. Её класс – Жрец.

Такасаги — член Форган, обучавший Ранту в 11-ом томе.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Автора

Мне кажется, что я писал все это время, не понимая, кто такая Юмt. Я имею в виду, мне нравятся люди, которых я не совсем понимаю, поэтому я уверен, что именно поэтому я написал ей так. Тем не менее, у Юме все должно происходить по-своему, и, что ж, из-за того, что она такая девушка, это, вероятно, вс` расплывчато, и может быть больше, чем несколько частей, которые она тоже не понимает. Но, знаете, у нее есть определенный стержень, даже если кажется, что нет. Наверное, нет никого, у кого абсолютно нет ядра. Насколько я заметил, я не думаю, что это так. Так что у Юме должно быть что-то, и мы уже видели проблески этого и раньше, но я начал чувствовать, что Юме хочет отвести взгляд от того, что это такое. Между прочим, я не из тех людей, которые могут думать: «Что я за человек? Я не знаю», без особых мучений по этому поводу. Я принимаю это: «Я был таким до сих пор, и вот такие вещи я делал, так что я такой человек», и не сомневаюсь в этом. Я сталкивался с множеством ситуаций и редко удивляюсь своей реакции. Даже если я делаю что-то странное, я признаю, что я такой человек.

Юме из тех девушек, которые довольно терпимы к себе и другим, но похоже, что она была в некотором роде разочарована тем, насколько расплывчатой ​​она была. Хотя у нее было стремление двигаться вперед без особых колебаний, ее чувство направления было не таким острым, поэтому она не знала, в каком направлении ей следует идти. Она всегда смутно задавалась вопросом: «Это нормально?» Она не была отрицательной, но и положительной тоже. Она не знала, смотрит ли она вперед или назад, и, возможно, она даже не хотела знать. Она хотела прояснить ситуацию, но в то же время хотела, чтобы они оставались нечеткими. Но это не значит, что она думала: «У меня все хорошо. Я тоже должен оставаться таким навсегд ». Интересно, как Юме будет дальше? Вот о чем я думал, когда писал этот рассказ. Я надеюсь, что вам понравилось.

Между прочим, это уже сотый том, который я выпустил, единственным автором которого я являюсь. Моя первая книга вышла в 2004 году, так что до нее, должно быть, пришлось долго идти, но совсем не похоже. Я чувствую, что буду так продолжать до тех пор, пока, к тому времени, как я это замечу, я не исчезну из этого мира.

Итак, моему редактору, Хараде-сан, иллюстратору Эйри Шираи-сан, дизайнерам KOMEWORKS среди других, всем, кто участвует в производстве и продаже этой книги, и, наконец, всем вам, люди, которые сейчас держат эту книгу , Я выражаю свою сердечную признательность и всю свою любовь. А теперь я кладу перо на сегодня.

Надеюсь, мы еще встретимся.

Ао Джюмонджи

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Переводчика

Всем привет! Как вам этот том 14++? Вот мне безумно запала в душу история приключений Юме. При переводе и редактировании текста, я, конечно же, параллельно читал, и так проникся историей Юме, что в каких-то моментах это трогало меня за душу. Также мы встретили старых героев, ох, уж, Ренджи. Он же меня заинтересовал ещё аж в 3-ем томе, когда дрался против капита орков, вторгшийся в Альтерну. Сейчас же мы видим, что он слегка, но изменился, поменял свои взгляды и.т.п И под конец тома мы видим нашего старого Ранту, да-да, он вернулся, жду не дождусь перейти к следующему тому. Ранта апнулся нормально, я так понимаю с момента вторжения Форган в Эльфийский город Ранта дрался с ними огромное количество раз и нормально так сказать поднабрался опыта и сил. Но меня беспокоит одно «НО» ДВА С ЛИШНИМ ГОДА Юме пробыла на острове, тренируясь и всё такое. Тогда сколько же компашка Харухиро пробыла в Парано, а? В итоге мы имеем апнутых Юме и Ранту, а насчет команды Харухиро нет никакой инфы, надеюсь они тоже поднабирутся сил, а то с момента окончания 13-ого они продвинулись в силе ни на капельку, т.к целых два тома пробыли в Парано, гуляя по его миру и никак не прокачиваявсь в навыкам, лишь получили Парано-вской магии, которую их сразу же лишили при возвращеннии в Гримгар. Чувствую, в Гримгаре начинается что-то грандиозное, исходя из этого тома.

Спасибо, что читали данный том, надеюсь, что эти три с чем-то недели не пропали даром. Отдельно хочу поблагодарить читалей, что задонатили мне, «Спасибо вам, мне было очень приятно и поднимало настроение на весь день, увидев, что есть те, кто хочет поддержать меня не только словесно, но и материально». Если захотите тоже поддержать меня и сделать мне подарок (помочь мне купить шавуху) на Новый Год, то мой кошелек тут:

Яндекс.Деньги 4100116187015904

Всех с наступающим 2021! Ещё увидимся.

Basarog

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Обложка

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Пролог

В версии с изображениями тут находится картинка.

«Проснись»

Он открыл глаза, почувствовав, что услышал чей-то голос.

Было темно. Может быть, сейчас ночь? Но была не кромешная тьма. Виднелись огни.

Посмотрев вверх, к стене были прикреплены маленькие свечи. Множество свечей располагались равномерно друг от друга, так далеко, насколько он мог видеть.

Что это за место?

Было немного трудно дышать. Он попытался коснуться стены, и она оказалась твердой и каменистой. Неудивительно, что у него болела спина. Это была не стена. Это был просто голый камень.

Может, он был в пещере... В пещере? Почему он очнулся в пещере...?

Он не знал. Он понятия не имел.

Эти свечи были довольно высоко. Он мог бы едва дотянуться до одной, если бы стоял; вот насколько они были высокими. Более того, они даже недостаточно освещали, чтобы он мог хорошо видеть свои руки и ноги.

Но он почувствовал присутствие других людей поблизости. Когда он прислушался, то услышал слабый шум, похожий на дыхание.

— Здесь есть кто-нибудь?

— Ух... Ага.

Прозвучало в ответ.

— ...Да.

— Где мы?

— Няяяу...

Больше чем один.

— Эм, я... я здесь.

— Ч-Ч-Что, чт… Что здесь происходит? Кто-нибудь помогите мне...

— Меня должно быть похитили или что-то в этом роде. Я чувствую себя дерьмово...

— Не мог бы ты держаться от меня подальше? Ты воняешь.

Сколько всего их было? Не два и не три точно. Больше. Мужчины и женщины.

— Постойте... — он решил рискнуть и спросить. — Что это... за место? Кто-нибудь знает?

Большой парень, который был поблизости, ответил. — Нет... — покачивая головой.

Приспособились ли его глаза к темноте? Теперь он видел намного лучше.

— Без понятия. Я имею в виду... Эм, я... Ухх... Что это было...?

— А... Что?

— Я, наверно... Кузаку.

— Охх. Твоё имя?

— Да, но... я не помню. Я не могу вспомнить.

— Вспомнить что? Ах...!

Он схватился за свою грудь, как будто пытался что-то оторвать от неё. Он не мог вспомнить.

Он не мог вспомнить.

Не об этом ли говорил здоровяк?

— ...Со мной то же самое. — сказал он наконец. — Харухиро... так меня зовут, но это всё, что я знаю.

Как долго он здесь пробыл? Что он делал в таком месте? Он думал о себе. Не было причин, по которым он не должен был знать. Он думал об этом, пытаясь вспомнить.

Что-то начало дергаться в глубине его сознания.

Внезапно всё, что дёргалось внутри него, исчезло.

Он не мог ничего не вспомнить.

Несмотря на это, он был в полной растерянности.

— Что это такое...?

— Эй, подождите. — заговорила девушка. — Вы не помните? — Это звучало очень сомнительно. — До какого момента. До какого момента вы не можете вспомнить?

— До какого момента? Что ты имеешь в виду...?

Харухиро застонал, подумав об этом. Его голова была тяжелой. Глубоко внутри была глухая пульсация. Это была странная боль.

Были ли в мозгу вообще болевые рецепторы?

Их не было, не так ли? В таком случае, означало ли это, что эта боль была ненастоящей?

Сидя там, не в силах ответить на вопрос девушки. — Нет, я уже сказал вам. — сказал здоровяк. — Я ничего не знаю, кроме своего имени.

— Не может быть... — девушка потеряла дар речи.

— Ага, странно, не правда ли? Я тоже так думаю... — здоровяк фыркнул, затем склонил голову набок и задумчиво застонал.

— Дело в том, что мы не можем вспомнить.

— Ты тоже, Хару? Не только Кузаку?

Когда девушка назвала его Хару, и он рефлекторно ответил. — Ага. — это не сразу показалось ему странным.

Ощущение, что что-то не так, появилось после небольшой задержки.

Как будто она знала, кто он такой. По крайней мере, так она говорила.

— Эм, а ты случайно не... знаешь меня? Может быть?

— Знаю тебя? Даже больше, я—

— Иик! — Этот крик прозвучал не от неё. Это была другая девушка.

Его глаза метнулись к ней. Эта девушка смотрела вниз и обнимала собственное тело.

Харухиро поспешно отвернулся. На ней не было никакой одежды. Она почему-то была голой.

— Вхуа, круто...!

Кузаку пристально смотрел на девушку, но затем. — Нет, я не должен смотреть. — он закрыл глаза и отвернулся. Похоже, Кузаку не пристально смотрел на неё намеренно, но в конечном итоге сделал это, потому что это было неизбежно. — Извини! Мне очень жаль! — он принес ей глубочайшие извинения.

Было бы лучше, если бы она могла что-нибудь надеть, но, пока Харухиро размышлял, следует ли ему снять часть своей одежды и предложить её ей, кто-то бросил девушке плащ темного цвета.

— Ты там, надень это.

— С-Спасибо...

Как только девушка надела плащ, она, казалось, восстановила некоторое самообладание.

Почему она была обнаженной? Судя по тому, как она вела себя, обнажилась она не по собственной воле. Хотя это был несчастный случай, это место было недостаточно ярким, чтобы он мог увидеть её полностью. Он хотел сказать ей это, но сомневался, будет ли этот факт утешением, поэтому он отказался от этого.

— Для начала... почему бы нам не попытаться разобраться в том, что мы знаем?

Сколько здесь было людей? Сколько из них знали только свои имена, а многие из них обладали воспоминаниями? Они не могли даже начать, пока не разобрались в этом. Или, может быть, они могли, он не знал, но это могло дать им ключ к разгадке. Надеясь. Если возможно, он этого хотел.

— Я Харухиро. Я знаю, что повторяюсь, но я помню только своё имя.

— Оххх. Я Кузаку. Думаю, со мной так же, как с Харухиро.

— ...Шихору. Я тоже... Я знаю только своё имя. Почему я была голой...?

— Сетора. Это всё, что я могу припомнить.

— Я - Ио, и кроме того... Ага, я тоже ничего не знаю.

— Гоми. Это всё, что я припоминаю. У меня есть имя, которое буквально означает мусор? Ох, понимаю...

— Тасукетэ... Страшно, что это всё, что я помню. Это вообще имя? Тасукетэ. Или я просто взываю о помощи...?

— ЯЯЯЯЯ - Хиё. Думаю, это всё, что я могу сказать в данный момент?

— Няяяу.

Было животное, которое явно не было человеком - оно было похоже на кошку, но не было - смешалось с ними. Существо, казалось, привыкло к людям. По крайней мере, он был рядом с Сеторой.

— Он весь в тебя.

Как и сказал Кузаку, существо не отходило от Сеторы.

— Я бы не сказала, что считаю его особенно неприятным...

Сетора склонила голову набок. Похоже, она не знала почему. Но она гладила животное как профессионал.

Не считая животного, которое, несомненно, не понимало человеческой речи, было восемь человек, которые знали только свои имена: Харухиро, Кузаку, Шихору, Сетора, Ио, Гоми, Тасукетэ и Хиё.

Было только одно исключение.

— Я... Мерри.

Она была единственной, кто помнила больше, чем просто своё имя.

Было восемь к одному, так что люди, знавшие только своё имя, были здесь в подавляющем большинстве.

Может, так и было. Мерри была исключением, и люди обычно шли по жизни, не зная ничего, кроме своего имени.

Нет, конечно, нет.

Это была явно ненормальная ситуация. Даже без воспоминаний Харухиро мог это сказать.

Мерри указала на Харухиро, Кузаку, Шихору и Сетору по очереди.

— Я знаю вас. Мы были товарищами.

Вдобавок она объяснила, что животное было тем, кого называли Ньяасами*, и что Сетора приучила его, как и следовало ожидать. Его звали, очевидно, Киити.

— А что насчет меня? — спросила Ио.

— Ты, — ответила Мерри, — была довольно хорошо известна, поэтому до меня доходили слухи насчет тебя.

— Меня хорошо знали. Достаточно известные люди слышали обо мне...

Ио прикрыла рот обеими руками. Она была удивлена? Она выглядела так, будто пыталась подавить улыбку. Она была довольна собой? Сделал ли её этот факт счастливой?

— Чтатататата знаешь обо мне?

— Иииииииии обо мне?

По словам Мерри, Гоми и Тасукетэ были товарищами Ио. Однако она их не знала и только слышала их имена.

— ... Мои товарищи? — Ио несколько раз недоверчиво покачала головой. — Эти двое из всех вас...?

— Мне очень жаль... — сказал Тасукетэ, его голос стал очень тихим. Он вполне мог плакать.

— Очень хороший способ сказать это... — пробормотал Гоми про себя, но он выглядел не так, как будто он был зол, а больше как будто он чувствовал себя подавленным.

Между прочим, Ио и её группа не имели никакого отношения к Харухиро и остальным. Очевидно, существовали большие группы, называемые «кланами», и обе их группы принадлежали к одному и тому же клану. Но поскольку они никогда не встречались напрямую, у них было очень мало чувства товарищества или союзничества.

По словам Мерри, она была вместе с Харухиро, Кузаку, Шихору, Сеторой и Киити как товарищи. Они забрели в незнакомое место, попали в большую опасность и, к сожалению, были разлучены.

— Насколько я помню. Но я уверена, что после этого многое произошло.

И следующее, что она знала, что она оказалась тут вместе с нами.

— Понятно. — пробормотал про себя Харухиро, а затем сразу же усомнился в этом. Что именно он понял?

Всё это не имело смысла.

Без воспоминаний, у него не было ничего, что он мог бы использовать, чтобы понять это, поэтому объяснение не могло его удовлетворить.

Несмотря на это, Кузаку, похоже, полностью купился на это.

— Товарищи, а? Товарищи. Мы товарищи. — Кузаку неоднократно кивал сам себе. — Теперь, когда ты такое говоришь, я чувствую это. Мне кажется это правильным, понимаете?

Кажется? В самом деле? Ухх, как?

Харухиро хотел бы допросить его по этому поводу, но было также и то, что он сам не был так удивлен, когда Мерри указала на то, что они товарищи. Хотя могло быть, он и не мог удивиться. Он не собирался просто принять это и подумать, « О, ладно. Мы были товарищами, а? Думаю, это значит, что теперь мы снова товарищи ».

— Так, а что насчет Хиё? — спросила Хиё.

— Ты... — Мерри начала что-то говорить, затем покачала головой.

— Я не знаю. Это не ко мне.

— Аввввввв. Хиё единственная, кого ты не знаешь? Разве это не нечееееееееееестно?

— Я не знаю, честно это или нет... — невольно вмешался Харухиро.

— Но, нооооо. Это нечеееестно. Совершенно нечестно. Хиё - единственная, кто ничего не знает. Но, подождите, просто сидеть здесь вечно принесет нам пользу? Хммм?

— Это, ух...

Если бы Харухиро спросили, « Ты хочешь остаться здесь навсегда? » ему пришлось бы сказать, « Нет, не хочу ».

Это было похоже на пещеру, похожую на туннель. У него не было причин так думать, но он чувствовал, что, если они последуют за свечами, они что-то найдут.

— Ну, тогда пойдемте.

Когда он попытался пойти, Ио остановила его.

— Погоди. Почему ты ведешь себя так, будто главный? Ты пытаешься заставить меня делать то, что прикажешь?

— Я даже не пытался. Тогда почему бы тебе не быть тут главной?

— Ох, если я должна. — Ио намеренно вздохнула. — Если уж ты настаиваешь, я возьму это на себя.

На самом деле он не настаивал, но, если бы он указал на это, они, вероятно, в конечном итоге поссорились из-за этого.

— Так что же мы будем делать?

— Пошлите.

Что ж, в конце концов, мы пошли.

Харухиро только так подумал. Он этого не сказал. Ио казалась занозой в заднице, и он хотел, как можно меньше конфликтов.

Вот почему он остался сидеть, пытаясь выдать вид, « Хорошо, пожалуйста, иди, пожалуйста? » Но что это было? Ио не подавала никаких признаков движения.

После всего этого Ио доняла Харухиро.

— Что ты делаешь?

— Что ты имеешь в виду, «что»? — Харухиро на мгновение был ошеломлен. — ...А?

— Поторопись и иди вперёд. — сказала Ио, указывая подбородком в сторону свечей.

Потребовалось ещё мгновение, чтобы Харухиро осознал это.

— ...Я?

— Да, ты. — продолжила Ио. — Это может быть опасно, правда? Кто-то должен рискнуть, но это буду не я. Вы согласны, не так ли?

Ио улыбалась. Если бы он присмотрелся, нет, даже не глядя так внимательно, все согласились бы, что она красива и у неё очаровательная улыбка, но он мог почувствовать её намерение превратить эти два факта в оружие. Или это было слишком надуманным?

Но Харухиро с самого начала пытался взять на себя инициативу. Он мог просто смотреть на это, как на то, что всё развернулось обратно к тому месту, где всё началось.

Кроме того, почему-то ему казалось естественным брать на себя точку зрения. У него было лишь смутное ощущение, но это было странно, учитывая, что у него также было ощущение, что он не был общительным, социальным или активным человеком.

— Честно говоря, всё это не имеет смысла...

Когда Харухиро начал идти, Кузаку погнался за ним. Мерри, Шихору, Сетора и Киити последовали за ними, а Ио, Гоми, Тасукетэ и Хиё последовали за ними.

Невозможно было сказать, как далеко продолжался бы это ряд свечей.

Это была странная ситуация. И всё же Харухиро это не сильно смутило.

Неужели он потерял чувство реальности? Или он был просто невозмутимым с самого начала?

Хотя на этой ноте остальные из них особо не жаловались и не казались такими обеспокоенными. Даже когда они увидели впереди что-то похожее на железную решетку, все оставались спокойными, и никто не запаниковал.

— Это выход?

Железная решетка выглядела так, как будто её можно было открыть и закрыть, как дверь. Нет, не как дверь, она была дверью.

Как только дверь открылась, мимо неё протянулся узкий коридор, пропахший плесенью. Он не был освещен.

Харухиро и остальные продолжали идти по коридору гуськом.

Он знал, что это не тупик. В конце зала была лестница, и сверху падал свет.

А? подумал Харухиро и почти остановился.

Однако он не остановился. Внезапно у него появилось ощущение, что он был здесь раньше. Но это было лишь смутное ощущение, и его воспоминания не возвращались.

Когда он поднялся по лестнице, там была ещё одна дверь с железной решеткой. За ней была каменная комната.

Харухиро положил руку на слегка приоткрытую дверь. Он слегка толкнул её, и она со скрипом открылась.

В эту комнату вела лестница. Он не видел ни стола, ни стульев, никакой-либо другой мебели, но были полки вдоль стен и две зажженные лампы.

Кстати о стене, что это за черноватая вещь, похожая на ручку, торчит из неё? Для подвешивания каких-то инструментов? Это тоже может быть рычаг для управления чем-то.

Харухиро внимательно исследовал его, стараясь не касаться ручки. Никто не велел ему этого делать; он обнаружил, что делает это, даже не намереваясь.

Когда он оглянулся, Тасукетэ проверял полки и стучал по стене.

Его глаза встретились с глазами Тасукетэ.

В глазах, которые он видел сквозь ужасно длинную челку Тасукетэ, горел жуткий свет.

Это было немного неловко. Харухиро отвернулся.

— Тасукетэ-сан тоже Вор?» — неожиданно сказала Мерри.

— Ох. — Кузаку хлопнул в ладоши, затем склонил голову набок. — ... Вор? Как грабитель? И «тоже»...? Так Харухиро тоже вор? А? Он грабитель?

— Нет, не то...

По словам Мерри, Харухиро и остальные были Солдатами-Добровольцами какого-то королевства под названием Арабакия. Но были разные Солдаты-Добровольцы. Поскольку их называли Солдатами-Добровольцами, разве это были разные типы войск или что-то в этом роде?

Воры были одним типом. Они вели разведку, открывали запертые двери и искали опасные ловушки. На самом деле они не были грабителями, но использовали аналогичный набор навыков и выполняли вспомогательную роль в бою.

— Значит, я был Вором. Солдатом-Добровольцем...

Трудно было поверить, что он был Солдатом-Добровольцем или каким-то другим солдатом.

Но когда он подумал об этом, у Харухиро на поясе висели два коротких, похожих на нож, лезвия. У Кузаку и Гоми были мечи гораздо большего размера, и они тоже носили то, что выглядело как доспехи, поэтому с объективной точки зрения Харухиро и остальные выглядели как собранной опасной группой.

Кузаку был тем, кого они называли Паладином, в то время как Шихору была Магом, а Мерри была Жрецом. Ио, очевидно, тоже была Жрецом.

Сетора вовсе не была Солдатом-Добровольцем, а была товарищем, который присоединился к ним по пути.

Она не знала, кто такие Гоми и Тасукетэ. По оценке Мерри, Гоми был Воином или, возможно, Рыцарем Ужаса.

Тасукетэ, вероятно, был Вором, как Харухиро.

Харухиро понял, что быть Вором ему больше подходит, чем быть Воином или Магом.

Тасукетэ не был таким высоким, как Кузаку, или как Гоми с его странно мрачным лицом и коренастым телосложением. Во всяком случае, он был ближе к Харухиро.

Ио взглянула на Хиё.

— И она?

— Хм! — Хиё указала на себя. — Ты имеешь в виду Хиё?

Мерри искоса взглянула на Хиё.

— Что до неё...

Казалось, что в том, как она на неё смотрела, мог быть какой-то скрытый смысл.

— ... Что до неё, — снова начала Мерри, — Солдат-Доброволец она или нет... мне трудно сказать.

Хиё усмехнулась.

— Хиё тоооооже в этом не уверена.

Она просто пошутила? Или, возможно, судя по тому, как Мерри вела себя так, будто что-то не так, она пыталась уйти от проблемы.

Если он подумал об этом ещё раз, разве не была ли её прическа с волосами, собранными с обеих сторон, и её непрактично разукрашенный наряд неуместным?

— Между прочим, — сказала Хиё, указывая на ведущую вверх лестницу. — Похоже, мы можем подняться туда. Что бууууудем деееееелать?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

1. Кошмар Продолжается

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро решил подняться по лестнице вместе с Тасукетэ. Все остальные останутся ждать в этой комнате. Так будет проще. Такой план действий он считал верным.

Когда он снял одну из ламп с полок и поднялся по лестнице, там оказалась ещё одна комната.

Там так же было несколько полок, на каждой из которых было много разных вещей.

Между полками стояли деревянные ящики и бочки. И большие банки.

Посреди комнаты стоял большой стол. Несколько бочек, расставленных вокруг него, выглядело так, будто они сработали бы как стулья.

На столе стояла не зажженная лампа, а вокруг валялось что-то, похожее на стопки старой бумаги, кусок пергамента или что-то в этом роде, деревянные чашки, кувшин для воды и разные другие предметы.

В одном углу комнаты была лестница, ведущая ещё выше. Почему он не сразу заметил человека, сидящего примерно на полпути к ним?

Харухиро попятился, одновременно вытащив один из своих кинжалов. Он явно был правшой, но держал лампу в левой руке, не понимая почему.

Оглянувшись, он увидел, что Тасукетэ снизил позу и собрался с силами. Если бы у него было оружие, Тасукетэ, вероятно, вытащил бы его, как Харухиро.

Мужчина на лестнице повернулся к ним лицом.

Это был мужчина.

Он не выглядел молодо, но его возраст трудно было определить. На нем были шлем и доспехи, а на бедре висел меч.

Мужчина на лестнице больше не двигался. Он молчал, глядя на Харухиро и Тасукетэ.

— Что это? Он страшный... — тихо сказал Тасукетэ.

Харухиро согласился. Человек на лестнице определенно двигался, значит, он ещё жив. По всей видимости, он был человеком. Но был ли он на самом деле им? Харухиро не мог быть в этом уверен.

Харухиро принял решение. — Эй... — крикнул он мужчине.

Мужчина на лестнице не пошевелился. Хотя, присмотревшись, Харухиро заметил, что его плечи слегка поднимаются и опускаются. Это могло показаться очевидным, но он дышал.

Харухиро, не сводя глаз с человека на лестнице, шепотом крикнул. — Тасукетэ-сан.

— ... А? Да?

— Я собираюсь кое-что проверить.

— Проверить кое-что? А? Что...?

— Если что-нибудь случится, предупреди, пожалуйста, остальных.

— Тебе действительно не стоит... — предупредил его Тасукетэ слабым голосом.

Да, может, и не стоит , подумал Харухиро, но он полностью собирался это сделать. Был ли он на самом деле довольно смелым? Или просто безрассудным? У него был не тот смысл. Во всяком случае, он подумал, что может быть осторожен. Не то чтобы он вспомнил.

Харухиро подошел к столу, всё ещё не сводя глаз с человека на лестнице.

Мужчина на лестнице всё ещё не двигался. Нет, его глаза следили за Харухиро.

Харухиро поставил лампу на стол. Он попытался поднять пергамент. Очевидно, это была карта.

Человек на лестнице продолжал пристально разглядывать Харухиро.

Харухиро глубоко вздохнул. Потребовалось немного мужества, но он спрятал кинжал в ножны.

Мужчина на лестнице никак не отреагировал.

Тогда как насчет этого? Харухиро обеими руками свернул пергаментную карту.

Человек на лестнице все еще не двигался.

— Я одолжу её у вас. — попытался сказать Харухиро.

Ответа не последовало.

— Я одолжу её у вас. — повторил он, отступая с картой в правой руке и лампой в левой.

Харухиро передал карту Тасукетэ.

— Не мог бы подержать это для меня?

— ...Да, конечно. Ну у тебя и хватает смелости, парень...

— Нет, не знаю. На самом деле, нет.

Харухиро снова вытащил кинжал. Он считал себя трусом.

На этот раз он один раз обошел весь стол. По пути он очень близко подошел к лестнице, что, естественно, означало также приближение к мужчине, но ничего не произошло.

Он быстро взглянул на полки. Там была веревка, что-то похожее на музыкальный инструмент, сушеные растения, шкура какого-то маленького животного, что-то похожее на части животных, какая-то жидкость в бутылке, небольшая банка, небольшая коробка и некоторые письменные материалы. Похоже, что похожие вещи были отсортированы вместе, поэтому эти вещи не были размещены здесь случайным образом; они были рассортированы.

Было неясно, что было внутри бочек, но это была жидкость, скорее всего, спирт, или масло, или что-то в этом роде. Такой запах она испускала. Те, что использовались вместо стульев, были пусты.

Деревянные ящики были забиты гвоздями. Если бы он попытался открыть их, было бы невозможно, но Харухиро пока отказался от этого.

Большие банки были наполнены мясом, рыбой или маринованными овощами.

Раньше он не особо задумывался об этом, но потолок в этой комнате был довольно высоким. Через всю комнату были протянуты шесты на высоте, до которой он не мог дотянуться, с них свисали сосиски и копченая рыба.

— Это склад или что-то в этом роде? — сказал себе Харухиро. — Со всем этим можно прожить какое-то время...

Мужчина на лестнице по-прежнему не двигался. Он просто пристально наблюдал за Харухиро.

Харухиро вернулся туда, где был Тасукетэ.

— ...Похоже, есть ещё кое-что. — сказал Тасукетэ. — Интересно, что здесь...

— Кто знает? — Харухиро покачал головой. — Давай пока спустимся вниз.

Спустившись по лестнице, они рассказали всем о том, что находится на верхнем этаже.

Говоря это, Харухиро как бы следил за реакцией Хиё.

Она реагировала « Вау », « Хмм » и « Ох, хох », широко раскрывая глаза, поджимая губы и надувая щеки, деловито меняя выражение лица. Она коснулась своих волос, лица, шеи и груди; она качала головой, она несколько раз моргала, ходила вокруг и немного подпрыгивала. Её жесты были частыми, и все они были преувеличены.

Это показалось Харухиро подозрительным, но, возможно, из-за его предвзятого мнения это выглядело ещё хуже.

Харухиро довольно подозрительно относился к Хиё, но было трудно выразить эти подозрения ясными словами. Он не был уверен, связано это с этим или нет, но он также чувствовал, что было бы не очень хорошо, если бы она узнала, что у него есть какие-то подозрения на её счет.

Одним словом, это было всего лишь «предчувствие».

— Что нам делать? — спросила Харухиро, сначала глядя на Кузаку.

— Я? — глаза Кузаку расширились. — ...Нет, не знаю. Хммм. Что нам делать...?

Возможно, он не помнил Кузаку, но Харухиро решил, что это почти всё, что он мог от него ожидать.

На самом деле, это может быть не тот случай, когда я вообще ничего не помню , начал думать Харухиро.

Например, казалось, что Шихору опускает голову, потому что не хотела, чтобы её спрашивали, но, вероятно, это было не так; она отчаянно пыталась продумать всё это по-своему.

Сетора, казалось, сосредоточилась на ручке на стене. Она была проницательна. Даже если он этого не помнил, ему казалось, что он знает её.

— Что ж… — сказала Мерри, опустив глаза, а через мгновение посмотрела на Хиё.

Как он и думал, Мерри с подозрением относилась к Хиё.

Хотя была одна проблема.

Мерри был единственной, кто утверждала, что сейчас у неё остались воспоминания.

Если Мерри сказала, что всё было так или иначе, Харухиро и остальные, лишенные воспоминаний, могли только принять, что это было так.

Никто не мог ей возразить и сказать, «Это неправда».

Что, если Мерри лгала им?

Харухиро чувствовал, что Кузаку, Шихору, Сетора, Киити и Мерри могли быть его товарищами.

Но у него не было убедительных доказательств этого.

Мерри сказала, что они были Солдатами-Добровольцами, Сетора - нет, но была их товарищем, и она даже не знала, была ли Хиё Солдатом-Добровольцем или нет. Харухиро начинал верить всему этому.

Но было ли это на самом деле правдой?

Харухиро считал Хиё сомнительной личностью. Но когда дело дошло до запоминания только своих имен, Харухиро и остальные ничем не отличались от неё.

У Мерри были воспоминания.

Используя эти воспоминания, она могла предоставить информацию, сказав Харухиро и остальным, «Ты такой-то человек».

Из всех них Мерри была единственной, кто могла это сделать.

Было невозможно представить, что Мерри была здесь подозрительной.

Однако Мерри, казалось, знала о её положении. Если она решит, то сможет превратить свои воспоминания в оружие и использовать их, чтобы побудить Харухиро и остальных сделать что-нибудь, но она не пыталась.

Воспоминания Мерри были обоюдоострым мечом. Из них получилось мощное оружие, но если она будет использовать их слишком свободно, то заставит их всех не доверять ей, и это приведет к её собственному падению.

— Я... — внезапно Ио присела. — Голодна.

— Ага… — Кузаку сжал свой живот. — Я тоже...

Было невероятное ворчание. Очевидно, это был желудок Гоми.

— Ага. Серьёзно. Я голоден...

— Ну, конеееееечно, — хохотнула Хиё. — Это случается, когда ты живой. Ваши животы опорожняется, и пустые животы неизбежны. Еда же наверху, веееерно?

Если подумать, Хиё была тем, кто предложила им подняться по этой лестнице в первую очередь, не так ли? Она пыталась вести Харухиро и остальных? Он не мог решить. Это была тонкая грань.

— Но там кто-то есть. — сказал Харухиро.

— Но, нооо. — Хиё посмотрела на них. — Нас так много. Если они нападут на нас, разве мы не сможем просто выбить из них всю дурь? Иик! Ох, чёрт возьми, Хиёмуууу, ты такая жестокая!

Шихору склонила голову набок.

— ... Хиёму?

— Мяу? — Хиё моргнула.

— Я только что сказала это? Хиё только что назвала себя Хиёму? Интересно, почему. Это прозвище? Кличка? Псевдоним? Все они одинаковы или достаточно близки, да? Это то, что есть? Возможно. Хммм...?

То, как она говорила со скоростью милю в минуту, наводило на мысль, что на самом деле она не озадачена этим, а пытается скрыть свою ошибку.

Мерри посмотрела вниз, слегка нахмурившись.

— Меня не волнует, как тебя зовут. — Ио встала. — Еда! Нам нужна еда! Это как старая поговорка, « Нельзя воевать на пустой желудок! ».

Собирались ли они воевать? Их называли Солдатами-Добровольцами, значит, им пришлось воевать? Хотя он думал, что не совсем уверен во всем этом, Харухиро снова поднялся по лестнице. На этот раз это был не только Тасукетэ. Все пошли с ним.

— А?

Комната не изменилась по сравнению с прошлым, но человек на лестнице пропал.

— Здесь никого нет! — сказала Ио обвинительным тоном.

— Нет, он был тут раньше. Правда... Был же, правда?

Когда Харухиро посмотрел на него, ожидая согласия, Тасукетэ покачал головой по диагонали, по-видимому, неуверенно.

— ... Я чувствую, что был. Или, может быть... не был...

— Может, он поднялся наверх? — вежливо предположила Мерри.

Харухиро кивнул.

— Скорее всего так.

Да, он действительно не мог сомневаться в Мерри.

— Что ж, в любом случае, — сказал Кузаку успокаивающим тоном. — не лучше ли не иметь рядом какого-нибудь чудака? Похоже, здесь есть что поесть.

Они разложили карту на столе и просмотрели пачки бумаг, пока все жевали сосиски и сушеную рыбу.

Они пытались открыть бочку, и по крайней мере в одной из них был алкоголь. Его разливали в чашки, и все, кто хотел выпить, выпили. Харухиро попробовал сделать глоток, но это был крепкий напиток, и он напился в мгновение ока, поэтому он оставил всё как есть.

— Это... — сказала Мерри, глядя на карту. — Может быть, карта Гримгара?

— Гримгара?

Похоже, он слышал это название раньше, а может, и нет, но звучало оно не совсем незнакомо.

— Это Альтерна. — сказал Мерри, указывая на нижнюю часть карты. — К северу отсюда находятся Равнины Быстрых Ветров. Затем есть Теневой Лес, где живут эльфы... а далеко на востоке есть море. Вот. Здесь находится вольный город Веле.

— Альтерна... Эльфы... Веле... Вольный город...

Он не знал ни одного из этих слов. Но в то же время ему казалось, что он слышал их раньше.

Если бы они были людьми, он мог бы видеть их сзади и думать, что знает их. Но он не мог видеть их лиц, поэтому не мог быть абсолютно уверен, что это были люди, которых он знал.

Они не были ему полностью неизвестны. Он знал их. Или у него были воспоминания, и он забыл. Но из-за чего он всё забыл...

Чем больше он думал об этом, тем сильнее болела голова. Это тоже была неприятная боль.

Откуда пришла эта боль? Наверное, глубоко в его голове.

Это не была колющая или пульсирующая боль. Это было немного похоже на зуд, но зуд был невыносим.

— Мы вышли из Веле... — Мерри указала на точку на карте. Она переместила палец влево. — Мы направлялись в Альтерну, но по пути наткнулись на... Лагерь... верно, это был лагерь Эйнранда Лесли − Лагерь Лесли.

— ...Это не хорошо. — Сетора скрестила руки и нахмурилась. — Я совсем не могу вспомнить.

— Ох! — У Кузаку всё ещё была колбаса во рту. — Это тоже включало меня? Я слушал, как будто это о ком-то другом...

У Ио было трудночитаемое выражение лица.

— Лагерь Лесли...?

— Что это такоооое? — с улыбкой спросила Хиё. — Это, эммммм? Чемпион по борьбе?

Мерри посмотрела Хиё в глаза.

Выражение лица Хиё немного напряглось. Так это выглядело для Харухиро.

— Оттуда, — продолжила Мерри, не отвечая на вопрос Хиё. — мы отправились в другой мир. Это мир, где ваши кошмары могли стать реальностью...

Хиё погладила свой подбородок. — Хммм. — её глаза поднялись верх и направо. — Знаешь, если он был похож на страшный сон, почему я думаю, что это действительно было плохим сном? Ох, не то чтобы я сомневаюсь в тебе или в чём-то ещё.

— Возможно, ты и права. — Мерри посмотрела на карту. — Всё это могло быть моим сном. Даже сейчас мне кажется, что мой сон ещё не закончился.

— Дело не в этом. — решительно сказал Харухиро. Он сказал это без всякого намерения.

Мерри, Хиё и все остальные посмотрели на Харухиро.

Харухиро почесал в затылке и посмотрел в сторону.

— ... Я не думаю, что это так. Если бы я был просто персонажем из сна Мерри, я не знаю... Я бы не смог думать самостоятельно или действовать в одиночку, верно? Возможно нет. Но я. Я... Или, по крайней мере, пытаюсь.

— Я тоже. Я тоже. — усмехнувшись, сказал Кузаку.

— Не подражай мне...

— Нет, я не подражаю тебе. Я говорю, что думаю, что ты прав!

— Как! Я! И! Сказала! До этого! — Хиё положила руки на бедра и надула щеки. — Я не сомневаюсь в тебе или в чем-то ещё.

— Мерри...- сан, если твои воспоминания верны... — Шихору наклонилась, внимательно глядя на карту. — Где мы сейчас...?

Харухиро оглядел комнату. В этой комнате и в той, что ниже, не было окон. Само собой разумеется, что они были в здании, но каково было снаружи? Как будто Шихору спрашивала, где именно они были?

— Ручка... — тихо сказал Тасукетэ.

Харухиро сразу же пришло в голову, что он имел в виду ручку на стене внизу.

Эта ручка привлекла его внимание в тот момент, когда он её увидел. Если бы Хиё не посоветовала им подняться по лестнице, Харухиро, возможно, попробовал бы сначала дернуть эту ручку, как рычаг.

— Я возвращаюсь вниз. Я попробую использовать ту ручку. Может что-то да получится сделать.

Когда Харухиро сделал это заявление, Хиё выглядела несколько не радостной, а затем вздохнула. Харухиро был почти уверен.

Хиё была лгуньей.

Вопрос был в том, о чем она лгала и почему.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

2. Рапсодия Красной Луны

В версии с изображениями тут находится картинка.

В целях безопасности он приказал всем отойти поближе к лестнице, а затем Харухиро встал перед ручкой в одиночестве.

Кузаку вызвался самому это сделать, но Харухиро ему отказал. Дело не в том, что он не доверял Кузаку, а просто в том, что он должен был сделать это сам. Он не мог не чувствовать, что именно он должен это сделать.

Харухиро оставался начеку и пытался эмоционально подготовиться, но, вероятно, ловушки не было. Маловероятно, что при нажатии на ручку в стене произойдет взрыв, или отравляющий газ, или что-нибудь подобное. Когда он посмотрел на ручку, её основание и стену вокруг неё, Харухиро почувствовал, что это безопасно. Тасукетэ, похоже, согласился.

Это было то, что ему рассказывал воровской опыт. Он не помнил ничего из этого, но ясно, что эти воспоминания не исчезли полностью.

Харухиро схватился за ручку. Его хватка была не совсем расслабленной, но и пальцы не были слишком напряжены.

Он осторожно потянул её вниз. Раздался щелчок, как будто что-то упало на место. Затем, вскоре после этого, часть стены начала проседать с глухим скрежетом.

— ...Так вот как это работает.

Хотя он не ожидал никакой опасности, ему всё же было немного легче.

Это была потайная дверь. Куда на вела?

В комнату проникал прохладный сквозняк. Ветер. Он почувствовал легкий ветерок.

Кузаку и остальные подошли.

— ...Наружу? — Кузаку положил руку на плечо Харухиро. — Она ведёт наружу, не так ли? Наружу! Мы можем выйти наружу!

Наружу, наружу. Ты замолкнешь?

Харухиро слегка улыбнулся.

— Похоже на то.

Он незаметно взглянул на лицо Хиё. Она была невыразительной. Как будто она ничего не думала и не чувствовала, когда смотрела за потайную дверь.

Мерри попыталась выйти наружу. Харухиро остановил её.

— Подожди-ка.

Мерри, казалось, пришла в себя, когда она повернулась к Харухиро, затем кивнула.

Они подождали, пока потайная дверь полностью откроется, после чего Харухиро пошел дальше.

Не было кромешной тьмы. Далекий горизонт всё ещё был ярким, так что, возможно, приближался рассвет. Или солнце только что село.

Он повернулся, чтобы посмотреть назад, и над ним возвышалась башня. Они были внутри неё.

По понятным причинам Харухиро был сбит с толку. Но, учитывая, что он смог распознать собственное замешательство, он решил, что ему всё ещё удается сохранять хладнокровие.

Горизонт имел легкий оранжевый оттенок, но в каком направлении? Если был на западе, то был закат. Если был на востоке, то восход.

В небе над головой висела луна.

С того места, где стоял Харухиро, правая сторона была закрыта, но был ли это растущий или убывающий полумесяц?

— Она красная...

Что-то в ней его беспокоило.

Луна. Красная луна.

Подождите... Луна была красной?

Конечно, красной. Если не красный, то какой?

Кузаку и остальные вышли из башни.

— Это... — Мерри повернулась и посмотрела на башню. — Запретная Башня...*

В версии с изображениями тут находится картинка.

Башня стояла на холме. Это был травяной склон, усеянный белыми камнями.

Они были похожи на могилы. Возможно, этот холм был кладбищем, а Запретная Башня, стоявшая на его вершине, была массивным надгробием.

— Город, а? — сказала Сетора, и Киити мяукнул.

Сетора смотрела за холм. Это был город?

Наверное, да.

Были десятки, сотни, а может быть, даже больше зданий, и все они окружены высокими стенами. Там горели огни, хотя и довольно редко, но почему-то успокаивали Харухиро.

Нет, не нужно было задумываться о причине. Это потому, что прямо там был город.

— Альтерна. — Мерри произнесла незнакомое слово.

Он не знал этого, но не мог с уверенностью сказать, что никогда не слышал этого раньше.

Альтерна.

Вероятно, это было не совсем не связано с тем городом, что там внизу. Это должно было быть название города.

Харухиро попытался сказать это про себя.

— Альтерна.

Возникнет ли в нем чувство ностальгии? Он вроде как надеялся на это.

К сожалению, он ничего не почувствовал. Отсутствие эмоций повергло его в уныние.

— Здесь всё началось. — сказала Мерри, не обращаясь ни к кому конкретно. — ...Наконец-то мы вернулись. Однако мы пошли в обход.

Харухиро ещё раз посмотрел на Альтерну. Да, он действительно ничего не чувствовал.

Кузаку, Шихору, Ио, Гоми, Тасукетэ и Сетора тоже смотрели на Альтерну.

— Ле вздох...

Хиё одна смотрела на красную Луну, нахмурив брови.

— Нууууу, вот и план. Хммм. Понимаете? Иногда всё идет не так, как ты ожидаешь, да? Серьёзно. Я не знаю, что мне делать. Должна ли я доложить Мастеру? Он рассердится на меня за это? Однако это не вина Хиёму. Хиёму ничего не испортила, понятно? Во всяком случае, Хиёму здесь жертва...

В этот момент никто не смотрел на Альтерну. Все, даже Киити, смотрели на Хиё в пустом изумлении.

— Хахх... — Хиё снова тяжело вздохнула. Затем её взгляд скользнул по Харухиро и остальным.

Казалось, её личность полностью изменилась. В её взгляде было что-то резкое и ядовитое.

— Ладно, ладно, лаааааадно. — Хиё дважды хлопнула в ладоши. — Все готовы? Даже если вы не подготовились, вы должны слушать очень хорошо. Хиёму собирается сказать вам кое-что важное. Если прослушаете, то пожалеете, ужасно пожалеете.

Её тон был другим. Очевидно, это был тот же голос, но более низкий. Этот тон, хотя и исполненный угрозы, мог быть для неё более естественным.

— У всех вас есть выбор. Два варианта. Первый. — Хиё выставила вперед правую руку, подняв указательный палец. — Вы можешь послушать Хиёму. Я не говорю, что вы должны быть рабами Хиёму или кем-то ещё. Ноооо, вы должны подчиниться приказам Мастера Хиёму, хорошо? На самом деле, это все плюсы. Он великий Мастер, которому можно служить. Я имею в виду, что Хиёму поклялась ему в верности, так что это должно сказать вам, насколько он великий Мастер, верно?

— О чём ты говоришь... — начала было Ио, затем замолчала.

— И? — спросила Сетора совершенно спокойным голосом. — Какой второй вариант?

— Второоооой вариант. — Хиё подняла указательный палец левой руки. — Если вы не будете делать то, что скажет вам Хиёму, тогда можете делать всё, что захотите, черт возьми. Хотя, взамен, я не буду рассказывать вам ни слова о тайне этого мира и правде, стоящей за ней, поняли? Вы вернетесь к началу, выброшенные в Гримгар, и вам не на кого будет положиться, кроме самих себя.

— Тайна этого мира? — голос Мерри звучал хрипло. — ...Правда? ...Ты знаешь её?

— Ты думала, я отвечу, если спросишь меня, хммм? — Хиё фыркнула. — Не пойми меня неправильно. Мне не нравится твоё отношение ко мне. Дерьмо. Дерьмовее некуда. От тебя чем-то воняет. Может, потому, что ты кусок говна, сука.

— Кто-то сквернословит... — немного грустно сказал Кузаку.

— Ох, да? — Хиё проигнорировала его и продолжила. — Что ж, Мастер Хиёму обладает невероятными знаниями и почти бессмертием. В его коллекции бесчисленные сокровища. Он великий мудрец, познавший все тайны этого мира, и с его накопленной мудростью, очевидно, знает всё и вся, что вы могли бы захотеть узнать. Не то чтобы вы этого знали, потому что вы, людишки, даже ничего и не помните. И не должны помнить!

— Ты говоришь, что причина, по которой мы потеряли наши воспоминания, — прямо указала Сетора, — в том, что ты… нет, твой Мастер, что-то сделал с нами.

Хиё ни подтвердила, ни опровергла. Она всего лишь слегка улыбнулась, когда соединила два указательных пальца вместе. Затем, мгновенно изменившись, она посмотрела на Мерри и спросила. — Ты не можешь вспомнить, так что же с тобой?

В версии с изображениями тут находится картинка.

Мерри попятилась.

— ...Что со мной? Я...

Голос её дрожал. Нет, не только её голос, но и её тело.

Мерри несколько раз покачала головой. Снова, и снова, и снова.

— Я... Я...

— Это никуда не годится. — В голосе Хиё звучало раздражение, и она несколько раз щелкнула языком. — В любом случае, вам всем нужно сделать выбор. Я имею в виду, вы должны быть вне себя от благодарности за то, что я вообще даю вам выбор.

Харухиро опешил. Перемена была такой внезапной и окончательной. Нет, у него не было времени удивляться.

Их подталкивали к выбору. Им пришлось выбирать здесь и сейчас.

Было два варианта. Подчиняйтесь Хиё, она же Хиёму, или нет. Неужели им действительно пришлось выбирать?

Как он и ожидал, Хиёму была подозрительным человеком. Он понятия не имел, как они могли до этого дойти, но было даже возможно, что она или её Мастер, кем бы он не был, мог быть тем, кто украл их воспоминания. Что имелось ввиду?

Они были жертвами, а Хиёму виновницей. Почему жертвам пришлось делать то, что сказал причинивший им вред человек?

Он немного злился. Имела ли Хиёму право требовать от них что-то? Она не имела, не так ли?

Кузаку выглядел так, будто тоже злился. — А теперь послушай меня! — крикнул он, оборачиваясь к Хиёму. Это был момент, когда это произошло.

Хиёму хлестнула головной убор, или шиньон, или что-то ещё, с её головы, и швырнула им в Кузаку.

— Не смей двигаться, болван!

Это была небольшая штука размером с кулак, похожая на чучело. Скорее всего, она ничего не сделает, если его ударит.

Но когда она попала Кузаку прямо в грудь Кузаку, — Гвех! — он издал стон, а затем упал на спину так быстро, что казалось, что он может перевернуться.

Вдобавок ко всему, эта штука подпрыгнула раз, второй, а затем снова крепко уперлась в правую руку Хиёму.

Хиёму повернулась к Сеторе, Гоми и Харухиро, сделав угрожающий жест, как будто собираясь бросить её, а затем усмехнувшись про себя.

— Не смейте недооценивать эту реликвию, Лапу Ужаса*, которую дал мне Мастер. Хиёму решила назвать её так, поняли?

Кузаку всё ещё бормотал и кашлял. Он надавил на то место, где его ударила Лапа Ужаса, или как она её называла.

— Ой, как больно!

Похоже, он нанес серьезный ущерб. Если бы он не преувеличивал боль, она могла бы даже сломать ребро.

— Иииииии. — Хиёму слегка подбросила Лапу Ужаса, затем поймала её, когда та начала падать вниз. — Это не единственное оружие Хиёму. Некоторые из вас, подонки, могут подумать, что я блефую, когда говорю это, но это не так. Хиёму - мастер реликвий, который служит одним из учеников Мастера, поэтому убить вас всех будет проще простого. Я говорю правду, ладно? Хотите попробовать меня? Может, мне убить одного из вас, чтобы доказать свою правоту?

Это, честно говоря, звучало сомнительно.

Харухиро не знал, каким должен быть мастер реликвий, но у Хиёму, похоже, не было ничего, кроме этой Лапы Ужаса.

Тем не менее, она могла только так показать. Она всё ещё могла скрывать какое-то действительно безумное оружие.

— Ладно.

Ио выступила вперёд. Её грудь была выпячена, а подбородок слегка приподнят, чтобы она могла смотреть сверху вниз на того, с кем говорила, несмотря на свой маленький рост.

— Я буду подчиняться тебе. Независимо от того, кто виноват в этом, дело в том, что у нас нет воспоминаний. Ты должно быть шутишь, если думаешь, что я буду бродить, не зная, что делать и даже не понимая, что происходит, а потом просто где-нибудь умру.

Хиёму усмехнулась.

— Этот интеллект поможет тебе пройти долгий путь. Не с Хиёму, а с Мастером Хиёму.

Ио пожала плечами, затем повернулась и быстро оглядела Харухиро и остальных.

— А как насчет остальных?

— ...Я-Я тоже. — Тасукетэ шагнул вперёд, опустив глаза. — Думаю, я тоже подчинюсь...

— Я ненавижу твою чрезмерную смелость. — сказал Гоми, глядя на Хиёму. — ...Но всё же. Я, ух... Ио...

— Ио-сама. — поправила его Ио голосом, похожим на ледяной хлыст. — Твоя обязанность называть меня только так. Меня не огорчает, что такой человек, как ты, обращается ко мне без почтения, но, если ты не можешь проявить ко мне должное уважение и называть меня «Ио-сама», я бы не смогла смириться с тобой.

— И-Ио-сама... — Гоми повернул шею, чтобы посмотреть на Мерри. — Товарищи... Так оно и было? Это вообще правда...?

У Мерри было неловкое выражение лица. — ... Предположительно.

— Так уж и быть, Хиёму скажет тебе отвееееет. — Хиёму сказала тоном, который был скорее глупым, чем расслабленным. — Гоми-кун и Тасукетэ-кун были товарищами Ио-чан. Ио-чан заставляла товарищей звать её Ио-сама. Вы все назывались как Отряд Ио-самы.

— Ио-самы… Отряд… — Гоми схватился за голову.

— Я был... Ио-сама...? — Тасукетэ посмотрел на Ио сквозь челку. — Ио-сама...

— Я знаю гораздо больше. — сказала Хиёму с неприятной улыбкой. — С разрешения Мастера, я могу рассказать вам немного за раз. Вы можете переключиться с того, чтобы быть использованными, на то, чтобы быть пользователями. Позвольте мне сказать вам, что такая возможность выпадает раз в жизни. Откажитесь от такого, и вы оооочень пожалеете об этом.

Харухиро перевел взгляд на Кузаку. Кузаку всё ещё лежал на земле. Был ли он ошеломлен всем этим?

Затем Харухиро посмотрел на выражение лица Шихору. Шихору опустила подбородок и смотрела на Хиёму вздернутыми глазами.

Он понятия не имел, о чем думала Сетора, но она совсем не двигалась. Киити стоял у её ног и не двигался.

— Мерри. — крикнул ей Харухиро.

— А? — Мерри с удивлением посмотрела на Харухиро. — ...Что?

Харухиро кивнул ей. Даже не выражая этого словами, он чувствовал, что она поймет, что он имел в виду.

Похоже, она это поняла. Мерри кивнула ему в ответ.

— Что до нас. — сказал Харухиро, затем потер нос. Он думал, что вспотел, но это не так. Это было странно круто. Чувствовал ли он напряжение? Или нет? Он не был уверен.

Харухиро вздохнул, затем снова посмотрел на Хиёму.

— Мы не будем тебя слушаться. Извини, что отклонил твоё, несомненно, замечательное предложение, но мы сделаем то, что захотим.

— О, бооооооже.

Хиёму изобразила улыбку, которая не выходила за пределы её губ, несчастно сузив глаза, затем взмахнула Лапой Ужаса.

Харухиро двинулся так, будто ожидал этого. К тому времени, когда Хиёму бросила лапу, Харухиро уже прыгнул на Мерри и толкнул её.

— Что?! — Хиёму вскрикнула в шоке.

Хиёму бросила лапу в Мерри, а не в Харухиро. Судя по тому, как он летел, если бы Харухиро не столкнул Мерри, у неё, вероятно, были бы проблемы. Лапа Ужаса могла ударить её прямо по лицу.

— Нхмммм...! — Хиёму скрипнула зубами и бросилась бежать. — Мы уходим, отряд Ио-самы! Следуйте за Хиёму!

— ... Думаю, у нас нет выбора, а! — Ио последовала за ней, и после удара Гоми и Тасукетэ побежала следом.

— Подожди, ты забыла об этом...! — Шихору схватила накрывавший её плащ. Возможно, она собиралась снять его, но остановилась, не успев сделать это.

Продолжая бежать, Гоми обернулся, чтобы посмотреть.

— Ты можешь оставить себе! Носи эту чертову вещь!

Плащ зловещего темного цвета, который носила Шихору, принадлежал Гоми.

Все четверо направлялись к Запретной Башне. Тем не менее, всё произошло так быстро.

— Ух... — простонал кто-то под Харухиро. Нет, это был не просто кто-то, а Мерри. Правильно. Он толкнул её и с тех пор не двигался. Ой-ой.

— П-Прос... — он попытался извиниться, когда слез с неё, но она оттолкнула его, прежде чем он успел закончить. — ... А?!

Когда Мерри вскочила на ноги, пальцы её правой руки уже двигались. Во время пения она рисовала в воздухе какие-то картинки, или фигуры, или символы.

— Marc em parc.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Что-то вроде бусинки света появилось перед грудью Мерри. Сначала они были меньше кулака, но заметно росли на глазах у Харухиро.

Хиёму повернулась. — А?! — её глаза расширились. — Магический Снаряд?!*

Бусинка света, теперь больше, чем человеческая голова, полетела к Хиёму.

— Кофуохххххххххххххххх?! — Хиёму издала странный крик.

— Серьёзно?! — Гоми повернулся и вытащил большой меч.

На мгновение показалось, что он исчез. Может, он просто так быстро двигался?

Гоми рассек луч света, который собирался поразить Хиёму своим мечом.

Ох, это можно разрубить , подумал Харухиро.

В конце концов, это было свет. Можно ли было разрубить солнечный свет кухонным ножом? Ни за что. Но меч Гоми рассек бусину света надвое. Как только бусинка была разрублена пополам, бусинка немедленно исчезла, не оставив следов.

— Что черт возьми это было?! — крикнул Гоми, держа меч наготове.

Только что спасенная Гоми, Хиёму уставилась на Мерри.

— ...Т-Т-Ты же Жрец, но ты только что использовала м-м-магию...

Ио и Тасукетэ просто стояли там.

Харухиро посмотрел на Мерри. Она схватилась за голову, словно пыталась вырвать себе волосы. Что-то было странно. Её лицо было искажено, а зубы стиснуты. Похоже, она сильно страдала.

— ...Мерри?

— Всё в порядке. — немедленно ответила Мерри, но выглядела она совсем неважно.

Лапа Ужаса прыгала сама по себе, пока не вернулась в руки Хиёму.

— ...Мне нужно немедленно доложить это Мастеру. Как ни странно, она не потеряла воспоминания, но теперь ещё и начала использовать магию. Кроме того, эта Магический Снаряд был выше всего, что мог сделать среднестатистический маг.

Мерри всё ещё боролась? Её лицо было опущено, но она всё ещё смотрела на Хиёму, а её губы шевелились. Она что-то бормотала? Он не слышал её голоса.

Хиёму махнула рукой, не сказав больше ни слова, и когда Ио и её группа заметили это, они побежали трусцой. Хиёму тоже направилась к Запретной Башне, настороженно следя за Мерри, пока она шла.

Харухиро и остальные молча стояли и не двигались, пока четверо из них не оказались внутри башни.

Вскоре после того, как они скрылись из виду, что-то в Запретной Башне изменилось.

— Ах! — Кузаку вскрикнул, когда понял. — Вход...

Они потянули за рычаг, чтобы закрыть секретный вход. Если бы не было другого выхода, Харухиро и остальные не смогли бы войти в башню.

— Хм. — кивнула Сетора. — Я поняла. Открывается только изнутри. Вот почему она называется Запретной Башней.

— Сейчас самое время думать об этом...? — Кузаку слегка возразил.

Шихору нерешительно подошла к Мерри и внимательно посмотрела на её лицо.

— Эм... Мерри-сан?

Мерри покачала головой, затем улыбнулась Шихору.

— Просто «Мерри» будет достаточно. Я просила вас так называть меня раньше.

Это была явно вынужденная улыбка.

Небо становилось ярче.

Не было сумерек. Был рассвет.

Харухиро посмотрел на окруженный стеной город.

— ...Альтерна, да?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

3. Второй Раз

В версии с изображениями тут находится картинка.

Как долго там стояла эта башня на холме возле Альтерны? Мерри сказала, что не знала.

Тем не менее, Солдаты-Добровольцы назвали её Запретной Башней или башней, которая никогда не открывается. Они не могли войти внутрь, поэтому это было для них больше ориентиром, чем что-либо ещё.

Если быть точным, вход заперт только снаружи, а изнутри открывался очень хорошо, так что на самом деле это была башня, которая никогда не пропускала людей.

— В любом случае, почему бы нам не попробовать пойти в Альтерну?

Никто не возражал против предложения Сеторы.

Харухиро начал спускаться по проторенной грязной тропе. Она вела от Запретной Башни к подножию холма, а затем к Альтерне. По обе стороны были поля, покрытые травой, каждое из которых было усеяно большими белыми камнями.

Он спросил о них Мерри, и оказалось, что это могилы, как он и предполагал.

— Тут почти все могилы Солдат-Добровольцев... Здесь спят наши товарищи.

— Вхоа... — Кузаку потерял дар речи.

— Но без каких-либо воспоминаний мы не можем сейчас оплакивать их, не так ли? — Сетора не сдержалась.

Шихору остановилась и некоторое время оглядела кладбище, как будто что-то искала, но, когда Харухиро назвал её имя, она снова пошла дальше.

Харухиро задумался о своих бывших товарищах, которые сейчас спят под этими могилами. Когда всё уляжется, ему, может быть, придётся спросить Мерри, где находятся могилы его товарищей, и нанести им визит. Хотя, как сказала Сетора, он не мог оплакивать их потерю, если он даже не помнил их, поэтому было бессмысленно посещать их могилы.

— Мы можем войти? — шепотом спросил себя Кузаку.

Каменные стены, окружавшие Альтерну, были вдвое выше человеческого роста, а ворота впереди были заперты.

— Первый звон колоколов в Альтерне звучит в шесть утра. — сказала им Мерри. — Ворота должны открыться после этого.

Солнце почти взошло, но на стенах Альтерны по-прежнему горели костры. Была ли там охрана? На стене стояли гуманоидные фигуры.

— Шесть утра, да...? — сказал Харухиро, затем слегка положил руку на грудь.

Он это вообразил?

Нет, не вооброжал. Это было не его воображение. Что-то заставляло его сердце биться чаще. Он просто не мог понять, что это было.

— Итак, вы, ребята, Солдаты-Добровольцы, верно? — спросила Сетора у Мерри. — С кем именно вы боролись?

Мерри подумала об этом на мгновение, прежде чем ответить.

— Если обобщенно, то против Альянса Королей. Арабакия, человеческое королевство, подверглось нападению орков, нежити, гоблинов и кобольдов. Они потеряли эту землю, которую мы теперь называем границей.

— Хм. — Кузаку склонил голову набок. — Значит, враги Арабакии - наши враги - не люди?

Мерри кивнула.

— В основном орки и нежить.

— ...Чтож, по сравнению с борьбой с людьми, это... Знаете? Ну, может, вы и не знаете. Но всё же.

Харухиро остановился.

— Они же... не люди...

— А? — Кузаку тоже остановился. — Что?

Харухиро прищурился, глядя вверх на стены.

Там были силуэты. Некоторые двигались, некоторые нет.

Стена всё ещё находилась на расстоянии более 100 метров, и ему действительно не хватало света, поэтому он не мог их четко разглядеть. Но, насколько он мог видеть, их число увеличивалось. На стене было много охранников, и они постепенно собирались.

Киити издал короткое резкое шипение.

Он оглянулся, и Киити смотрел на стену с поднятым хвостом. Это было густо. Нет, это был не только его хвост, каждый волосок на теле Киити был вздыблен.

— Это вроде как…— Харухиро изо всех сил пытался подобрать слова. Он действительно не знал, что это было, поэтому ему просто нужно было сказать, что именно он думал. — За нами наблюдают...?

В следующий момент раздался голос. — Woeaaaohhh! — он исходил со стороны стены. По крайней мере, он думал, что это был голос. Он был довольно хриплый.

— ...Они не люди. — повторил Харухиро.

Ага.

Они не были людьми.

Это были.

Силуэты на стене издалека казались человеческими. По крайней мере, их фигуры казались гуманоидными, но в них было что-то странное.

Просто они все были маловаты.

На них были шлемы, доспехи и прочее, но они были слишком малы для взрослых.

Они были похожи на сборище детей.

В конце концов, лязг, лязг, лязг , раздался звук, похожий на удары металла по металлу.

Охранники, похожие на детей-солдат, начали ухать и кричать.

— Эти голоса... — Мерри покачала головой. — Не может быть... Этого попросту не может быть. Как же так...?

Что-то летело на них со стены.

— Что это такое? — спросил Кузаку.

— Назад! — Харухиро инстинктивно закричал.

Множество тонких, похожих на палки предметов было выпущено из стены, проследив большую дугу в воздухе, прежде чем, в конце концов, обрушиться на Харухиро и остальных.

Практически одновременно все участники группы пошли на поводу. Харухиро услышал, как тонкие предметы ударились о землю позади них. На бегу он бессознательно обнаружил, что проверяет Кузаку, Шихору, Мерри, Сетору и Киити. Похоже, они все в порядке.

— Альтерна пала! — сказала Мерри. — Внутри враги!

— Враги?! — крикнул Кузаку. — Что это значит?!

— Я не знаю! — крикнула в ответ Мерри.

Не останавливаясь, Сетора оглянулась.

— Похоже, сейчас не время спорить.

К ним летело ещё больше тонких предметов. Это были стрелы. Десять, двадцать, может, больше. Похоже, они уже были вне зоны досягаемости, поэтому на этот раз стрелы не достигли группы.

Тем не менее, ворота Альтерны открывались.

Они ещё не были полностью открыты, но через них хлынула армия детей. Ладно, было ясно, что на самом деле это не армия детей-солдат, но кто они тогда?

Враги.

Так их называла Мерри. Они были врагами. Просто как те.

Харухиро и остальные поднялись на холм. На его вершине стояла Запретная Башня.

— Если мы сможем попасть туда...!

Было бы здорово, но этого не произойдёт, да?

Хиёму сделала им предложение, посоветовав подчиниться ей, и сказала, что они определенно пожалеют об этом, если не сделают этого. Должно быть, она имела в виду именно это.

Согласно рассказу Мерри, Альтерна была городом в Королевстве Арабакия, где Харухиро и другие служили Солдатами-Добровольцами, но теперь всё изменилось. Что-то случилось, и его оккупировали враги.

Они не должны были так небрежно подходить к Альтерне. Это привело к тому, что противник их нашел. А что будет, если их найдет враг?

Это.

В них будут стрелять стрелами и преследовать.

— Черт бы её подрал!

Тем не менее, как бы он ни проклинал Хиёму, которая, без сомнения, расслаблялась в Запретной Башне прямо сейчас, она его не слышала. Это тоже не улучшило бы ситуацию.

Может быть, из-за того, что под плащом у неё ничего не было, Шихору, казалось, было трудно бежать, и она немного отстала. Харухиро замедлил шаг и ждал, пока она догонит его.

— Ты можешь продолжать бежать?!

Шихору кивнула в ответ, но её дыхание было прерывистым, и она не могла точно набрать темп. Было ли это слишком тяжело для неё? Он попытался крикнуть. — Ты справишься! — но всё, что произошло, это снова заставило Шихору кивнуть.

Из ворот вышли не только вражеские солдаты. С ними были и более мелкие создания. Что это были за штуки? Они лаяли, может быть, собаки? Их было не так уж и много. Две, нет, три черноватых собаки гнались за ними.

Кузаку говорил что-то вроде. — Ох, черт, ох, чёрт, ох, черт.

Собаки были быстрее солдат. Они быстро догнали Харухиро и остальных.

Если бы это были просто вражеские солдаты, они могли бы их встряхнуть, но собаки в конечном итоге их догнали.

Они были почти на вершине. Сетора и Киити уже были у Запретной Башни.

— Что теперь?! — крикнула Сетора.

Собаки приблизились на расстояние двух-трех метров от Харухиро и Шихору.

— Мерри?!

Разве здесь не было безопасного места, кроме Альтерны? Мерри, у которой всё ещё были воспоминания, была единственной, на кого они могли здесь положиться.

— ...Простите! — Мерри нахмурилась. — Я тоже без понятия...!

Было бы ложью сказать, что Харухиро не подумал, « Мы облажались », даже не чуть-чуть. Тем не менее, он мгновенно переключил передачу и быстро осмотрелся.

Солнце вставало на востоке, так что линия действительно высоких гор должна была быть на юге, а? К северу простирался лес.

— Отправляйтесь в лес… — это всё, что ему удалось выбрать, прежде чем собака бросилась.

Харухиро рефлекторно подставил перед собой левую руку, пытаясь защититься. Собака укусила эту руку, а точнее его левое запястье.

— Ох...!

Это его удивило, и он испугался, но в то же время сохранил самообладание и подумал, « Эта собака довольно маленькая ». Он был не просто маленьким; его лапы тоже были крошечными. Если бы это была большая собака, она бы сбила его с толку или, по крайней мере, столкнула бы с ног. Однако у него всё ещё был сильный укус.

— Больно!

Харухиро позволил собаке укусить его левое запястье, затем ударил его по голове правым кулаком.

Собака взвизгнула и ослабила укус. Воспользовавшись этим моментом, Харухиро избавился от неё.

— Ах! — Шихору закричала.

Другая собака набросилась на неё, когда она споткнулась.

Харухиро, не колеблясь, ударил собаку ногой в бок, оттолкнув её от Шихору. Сразу после этого ещё одна собака укусила Харухиро, на этот раз за голень.

— Я же сказал, что это больно!

Харухиро вытащил кинжал из ножен на бедре. Он не был в ярости, но, не колеблясь, перерезал собаке горло.

Из раны хлынуло обильное количество крови. Харухиро не просто перерезал сонную артерию собаки, он также вскрыл трахею. Пока она была ещё жив, но больше не могла дышать. Когда Харухиро потряс правую ногу, собака потеряла хватку и упала на землю.

Остальные двое шавок громко визжали, но, возможно, то, что случилось с их другом, напугало их, потому что они не напали.

Харухиро поднял Шихору на ноги.

— ...Харухиро-кун, ты ранен?!

— Я думаю, что я в порядке. В этом нет ничего страшного. А что с тобой?

— Я-Я в порядке.

— Ну, тогда вперёд.

Харухиро подтолкнул Шихору в правильном направлении.

У него был ещё один кинжал. Он вытащил его, и лезвие было похоже на танцующее пламя.

Когда он держал оба лезвия левой хваткой, было странно, насколько это правильно для него.

Он остановился и перевел дыхание.

На него лаяли две собаки и приближались вражеские солдаты, но Харухиро не сильно волновался. Нет, вообще-то, он нисколько не волновался.

У врага была желтовато-зеленая кожа, и лица, выглядывающие через отверстия в шлемах, явно не были человеческими. Они были на две головы ниже Харухиро. Кузаку был довольно высоким парнем, но Харухиро, вероятно, был среднего роста, поэтому можно было с уверенностью сказать, что они были размером с человеческого ребенка.

Их было больше десяти; нет, больше пятнадцати, но меньше двадцати.

Он поймал себя на мысли, что их слишком много, и чуть не рассмеялся над тем, насколько это безумно.

Их было слишком много.

Их было больше, чем просто численное превосходство, так что он думал, что делал? Зачем ему это делать?

Он должен был позволить Шихору уйти. Он должен был спасти своего товарища. Его товарища? Хотя он её не помнил? Это было глупо, но он ни о чем не жалеет. На самом деле, это было хорошо.

Харухиро атаковал вражеских солдат. Они, должно быть, не ожидали, что он нападет на них в одиночку, так что это немного сбило их с толку.

Я лучше убью одного или двоих.

Эта мысль пришла в голову Харухиро.

Но то, что бросилось в глаза, было совершенно другим.

— Ораааааа...!

Кузаку действительно был высоким. Он не был толстым, но у него были широкие плечи и толстая грудь, поэтому он выглядел абсолютно огромным. Особенно, когда его противников были так малы.

Кузаку прыгнул сбоку прямо перед Харухиро, взмахнув своим большим мечом.

Он разрезал одного врага от плеча до фланга, буквально рассек его пополам.

— Харухиро! Идти в одиночку вот так...!

Кузаку шагнул дальше, взмахнув мечом. Большой, но не случайный и не продуманный. Как доказательство этого, клинок Кузаку разрезал другого врага.

— Ты пытаешься быть слишком крутым! Так что тебе действительно стоит остановиться!

Противник был заметно запуган. Что ж, после того, как они увидели, как он проделал этот трюк, разве можно было их винить?

— ...Нет, чувак, ты намного круче, понимаешь?

— А? Ты так думаешь? — Кузаку состряпал эту глупую улыбку на лице, но затем сразил ещё одного врага. — Это безумие, что ли? Или, может, я настолько сильный?

— Они просто гоблины, но их много! — крикнула Мерри, сбегая. — Надавите и закончите быстро!

Похоже, Кузаку был не единственным, кто повернулся и вернулся, вместо того чтобы сбежать.

— О Свет, да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса. — Мерри прижала правую руку ко лбу, а затем протянула руку противнику. — Осуждение!

От руки Мерри сверкнула мощная вспышка, и враги разлетелись.

Сетора поднял упавшее копье врага и бросил его в другого врага. Когда он пронзил горло врага, Сетора отпустила его, даже не пытаясь вытащить его. Затем, как бы говоря: « У меня вот здесь мое оружие », она схватила пронзенный вражеский топор и бросила его в ещё одного врага. Топор пролетел по воздуху, прежде чем погрузиться в грудь врага. Сразу после этого другой враг попытался атаковать Сетору, но Киити набросился на него. У нового врага был шлем, закрывавший всю его голову, но Киити быстро и умело сорвал его, а затем вонзил когти в глаза врагу.

Пока это происходило, Кузаку рубил врагов одного за другим.

Две собаки продолжали лаять.

Один враг убежал, практически скатившись с холма. Это заставило всех остальных врагов внезапно отступать, и собаки последовали за ними в их рассеянном отступлении.

Кузаку бросился в погоню, но прежде чем Харухиро успел его остановить, Кузаку остановил себя. Похоже, он не собирался всерьез преследовать их, просто чтобы послать сообщение. — Я пойду за вами! — затем он повернулся к Харухиро и сказал. — Теперь наш шанс!

Харухиро кивнул. Со своей стороны, он кричал. — В лес! — но он не мог не подумать, « действительно ли я должен был это сказать? » Все, даже Шихору, которая была далеко не шустрой, уже направлялись в сторону леса. Возможно, у них у всех было много подобных переживаний, прежде чем они потеряли свои воспоминания, а их тела всё ещё помнили, даже если их головы этого не помнили.

Группа бросилась вниз с холма в северный лес.

Не было никаких гарантий, что из Альтерны не придет подкрепление, но пока не было похоже, что их преследуют.

— Этот лес не такой уж и большой. — сказала им Мерри.

Они прошли около 300 метров в деревья, прежде чем остановиться, чтобы отдохнуть.

— Сейчас, тогда...

Сетора держала копье, которое она вырвала у врага. Оно было примерно такого же роста, как и она. Которая, кстати, была немного ниже Харухиро.

— Что именно это было? Кажется, ты называла их гоблинами?

— Да.

По словам Мерри, эти враги принадлежали к расе, известной как гоблины. Они были частью Альянса Королей. Естественно, они враждебно относились к Королевству Арабакия и базировались в месте под названием Дамуро на северо-западе.

— ...Так это, эм, место Дамуро? — спросил Кузаку, почесывая шею. — Оттуда гоблины напали на Альтерну и захватили её... или что-то в этом роде? То есть их сейчас было много, но они были довольно слабыми. Итак, Королевство Арабакия, не так ли? Они проиграли из-за этого...?

Шихору повесила голову.

— Я ничего не смогла сделать. Я просто мешала...

— Ты была магом. — сказала Сетора, пожав плечами. — Тебе просто нужно вспомнить о своей магии, не так ли?

— Няяяуу. — мяукнул Киичи. Он смотрел на Шихору, а не на своего хозяина, Сетору. Возможно, он пытался её подбодрить.

— Кстати о магии... — Кузаку посмотрел на Мерри. — Мерри-сан, разве ты не использовали что-то вроде магии? Может ли Шихору-сан делать подобные штучки?

Мерри опустила глаза.

— ...Я использую магию света жреца.

Ты имеешь в виду ту фигню из «Marc em parc»?

Харухиро на мгновение подумал об этом, но что-то его остановило. Почему он остановился? Он сам этого не знал. Нет, это была ложь. Не то чтобы он понятия не имел, почему.

Мерри нарисовала в воздухе какую-то фигуру, когда распевала «Marc em parc», и это произвело луч света. Она попыталась попасть им в Хиёму. Это действительно удивило Хиёму, и, если только Харухиро не запомнил неправильно, она сказала следующее:

— Ты же Жрец, но ты только что использовала магию.

Хиёму, казалось, было знакомо всё, а не только Ио и её группа. Несмотря на это, когда Мерри применила это заклинание, это застало её врасплох. Разве это не означало, что Мерри не могла использовать эту магию?

Кроме того, Мерри тогда вела себя странно, даже если ему было трудно объяснить, как именно. Харухиро не помнил, какой была Мерри до этого, поэтому ему было трудно в этом быть уверенным, но что-то в этом было, что заставило его подумать: « А? »

— Под магией света ты имеешь в виду это? — Сетора выставила руку вперед, демонстрируя это. — Ты сдула гоблинов светом.

Мерри кивнула.

— ...Осуждение - это единственное имеющееся у меня атакующее заклинание. Но я могу использовать несколько заклинаний, которые заживляют раны, так что, если что-то не становится смертельным сразу, я обычно могу с этим справиться.

— Ох. — Глаза Кузаку расширились. — Это обнадеживает.

— Ты - Паладин, Кузаку, так что ты тоже можешь использовать магию света. Но она немного отличается от того, что использую Жрецы.

— А? Я тоже? Серьёзно? Приятно слышать. Ох, но я не могу этого вспомнить...

Сетора повернула копье и слегка воткнула его тупой конец в землю.

— Кажется, я могу сделать достаточно, чтобы позаботиться о себе самой, по крайней мере.

— Ты всегда могла делать всего понемногу. — сказала Мерри. — Ты была некромантом и хозяином ньяасов. Ты также можешь использовать различное оружие. Но, прежде всего, ты была умнее большинства людей.

Такая похвала не могла не вызвать смущения, но Сетора казалась невозмутимой.

— Я так понимаю, что ты меня так видела. Но я уверена, что на самом деле всё было иначе.

— Вхоа. — Кузаку уставился на Сетору. — Ты классная, да, Сетора-сан...?

— Ты чем-то напоминаешь мне собаку. — ответила она.

— Что? Как?

— То, как ты ведешь себя так цепко и чрезмерно дружелюбно, похоже на собаку.

— Я на самом деле не слишком дружелюбен, и я не цепляюсь за тебя. Я держусь на расстоянии, поняла?

— Если бы ты не был дружелюбен, то я бы тебя ударила или пнула.

— Сурово...

Харухиро только что убил одну из собак гоблинов, поэтому он с трудом видел Кузаку, похожего на собаку. Тем не менее, это правда, что Кузаку в чем-то напоминал ему дружелюбную собаку.

Честно говоря, присутствие Кузаку было большим подспорьем.

То, как Кузаку сокрушал врагов в бою, делало его надежным; это само собой разумеется. Но вдобавок ко всему, хотя Кузаку мог немного раздражать, хотя это могло быть только потому, что у Харухиро не было воспоминаний об их товарищеском времени, Харухиро нашел слишком знакомый способ взаимодействия Кузаку с ним утешающим.

Было неясно, что Мастер Хиёму, кем бы он ни был, сделал с ними, но между отсутствием воспоминаний и тем, что Альтерна находилась в таком состоянии, ничего хорошего из этого не вышло. Кузаку, находящийся здесь с ними, мог быть единственной причиной того, что, даже несмотря на их потери, он чувствовал, что они всё ещё могут справиться.

Очевидно, однако, что Мерри тоже сохранила свои воспоминания.

— Хм, у меня есть вопрос. — нерешительно сказала Шихору. — Ты сказала, что мы были Солдатами-Добровольцами... Значит ли это, что мы вызвались добровольцами? Не могу себе представить, что я годна для такого...

— Это... — заколебалась Мерри. — Я думаю, у нас не оставалось другого выбора.

— Не было другого выбора? — повторил Харухиро. — Что ты имеешь в виду...?

— Это, наверное, второй раз.

— Чего именно?

— Не для Сеторы и Киити, но для всех нас это не первый раз, когда мы теряем воспоминания.

Харухиро потер щеки.

— Второй раз.

Мерри кивнула.

— Да.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

4. Тьма Холодна и Нежна

В версии с изображениями тут находится картинка.

Первый раз.

Когда она пришла в себя, у Мерри не было ничего, кроме одежды, которая была на ней, и она не помнила ничего, кроме своего имени.

Мерри была не одна, она была в группе из 11 человек, и из этих 11 она в конечном итоге работала в команде с Хаяши, Мичики, Огу и Муцуми.

Хотя она и не помнила этого, внезапно из ниоткуда появилась Хиёму и привела их в Альтерну. Это должно быть произошло перед Запретной Башней, потому что у неё не было никаких воспоминаний о Хиёму до или внутри башни.

Когда Мерри рассказывала историю, Харухиро кое-что заметил. По какой-то причине детали внутренней части башни и области под ней были туманными. Он сверился с Кузаку, Шихору и Сеторой, и это было одинаково для всех.

Как объяснила Мерри, воспоминания вернулись, типа: « Ох, точно, вот так оно и было ». Но когда он пытался вспомнить мельчайшие подробности того места самостоятельно, у него попросту не получалось. Разговоры, которые он вел внутри башни и под ней, казались туманными.

В ответ на это Сетора предположила. — Может, нас накачали какими-то наркотиками.

По словам Сеторы, хотя она не помнила разные типы, выделения определенных растений и животных могли вызывать такие эффекты, как галлюцинации, гипноз и психическое расстройство. Было бы не так уж странно, если бы один из них вызывал потерю памяти и замешательство.

Как бы то ни было, Мерри и её группу отправили в Альтерну, и им предложили достаточно денег, чтобы покрыть их расходы на жизнь, если они станут Солдатами-Добровольцами. Не понимая, что происходит, они приняли это предложение, чтобы выжить.

Хотя они прибыли в другое время, Харухиро и другие, по-видимому, стали Солдатами-Добровольцами благодаря аналогичному ходу событий.

Были сотни таких же Солдат-Добровольцев, как они, некоторые из них уже умерли, их тела сожгли дотла и похоронили под могилами, разбросанными по холму.

— Это просто невероятно, да? — вздохнул Кузаку.

Под « невероятно » он, должно быть, имел в виду « ужасно ».

Хиёму говорила о переходе на другую сторону и о том, чтобы стать тем, кто использует других.

Другими словами, Харухиро и другие, у которых были украдены воспоминания, ими пользовались с самого начала. Означает ли это, что частью этого было желание стать Солдатом-Добровольцем?

Кто был вдохновителем всего этого? Высшие чины Королевства Арабакия? Мастер Хиёму? Или кто-то ещё дёргает за ниточки из тени?

Если бы они послушались Хиёму, они бы узнали. Но было уже слишком поздно.

Кроме того, Хиёму требовала, чтобы они слушались её, а не становились её товарищами или помогали ей. Она одержала верх. Это была не равная сделка. Было бы справедливо рассмотреть возможность того, что она всё же воспользовалась бы ими.

Он хотел думать, что это хорошо, что всё так сложилось, но в ситуации было слишком мало положительного, чтобы он мог так себя чувствовать.

Харухиро и остальные двинулись дальше на север через лес.

Пройдя через небольшой лес, они увидят внушительную крепость под названием Крепость Смотрителя Мертвецов*, которую должно было охранять Королевство Арабакия. Альтерна пала из-за врага, но они должны были проверить, что случилось с крепостью.

Когда они вышли из леса, они увидели напротив них здание, определенно похожее на крепость.

Тут и там на бесплодном поле росли кусты, а вокруг были разбросаны бревна и добытый камень. Но это ещё не всё.

В округе были разбросаны сторожевые башни. Вокруг каждой из них по несколько палаток. У некоторых были заборы.

На некоторых из башен и заборов были люди.

Нет, не люди.

Харухиро и группа спрятались за грудой древесины и камня, осматривая лагерь на расстоянии. Они выглядели людьми, но явно ими не являлись.

Возможно, они были немного крупнее людей. Волосы у них были ярко-белесого цвета, но, вероятно, не из-за возраста. Их кожа, вероятно, была зеленой.

— Орки... — сказала Мерри.

К сожалению, Харухиро их не помнил, но Крепость Смотрителя Мертвецов когда-то была оккупирована орками. Пограничная Армия Королевства Арабакия и Солдаты-Добровольцы атаковали и захватили её. Невероятно, но Харухиро и его группа принимали участие в битве и действительно внесли большой вклад.

В то время Кузаку был в другой группе. У него были и другие товарищи.

Однако Кузаку потерял их всех в той битве.

Один из товарищей Харухиро тоже погиб в той битве.

Он вообще этого не помнил, но, видимо, это произошло.

Они выиграли битву.

Солдаты-Добровольцы получили в награду крупную сумму денег. Однако команде Харухиро пришлось немало пострадать из-за потери товарища.

Королевство Арабакия получило Крепость Смотрителя Мертвецов.

Означает ли это, что враги забрали её обратно?

— Альтерна была оккупирована противником, так что это не должно быть неожиданностью. — Сетора была спокойна, как всегда. — Имело ли Королевство Арабакия какие-либо ещё базы, кроме Альтерны и этой крепости?

— Нам следовало было взять ту карту со второго этажа Запретной Башни. — Мерри начала рисовать на земле что-то вроде карты. — Если это Альтерна...

К северу от Альтерны была обширная равнина. Она называлась Равнины Быстрых Ветров.

На юго-западе Равнины Быстрых Ветров, примерно в 30 км к западу-северо-западу от Альтерны, Пограничная Армия Королевства Арабакия имела гарнизон на Одинокой Полевой Заставе*.

Вдобавок ещё в 10 километрах к западу от Одинокой Полевой Заставы*, вдоль Реки Джет*, стояла Риверсайд Железная Крепость, которая также была базой Пограничной Армии. Эта крепость, как и Крепость Смотрителя Мертвецов, когда-то находилась под контролем орков. Пограничная Армия захватила Железную Крепость Риверсайд в то же время, что и Крепость Смотрителя Мертвецов.

— Не хочу быть слишком пессимистичным, но... — когда у Кузаку было такое мрачное выражение лица, вы не могли не почувствовать, что ситуация действительно плохая. — Трудно быть очень оптимистичным по поводу этого... форпоста? Одинокой Полевой чего-то там или того, как его, Риверсайда.

— Он прав. — сказала Сетора бесстрастным тоном. — Хотя не исключено, что солдаты, сбежавшие из Крепости Смотрителя Мертвецов, собрались в Железной Крепости Риверсайд и отсиживаются там, они, скорее всего, оказались бы в осаде, если бы они это сделали.

— ...Есть ещё варианты куда можно попытаться пойти? — Шихору выглядела такой мрачной, что казалось, что она может просто встать и умереть в любой момент. — Куда угодно... вообще...?

Мерри указала на место примерно в метре выше и правее Альтерны на её грубой карте.

— Если мы вернемся в Веле, какое-то время мы будем в безопасности. Вольный Город Веле нейтрален. Здесь живут люди, орки, нежить и гоблины.

— Это... довольно далеко, да? — спросил Харухиро.

Мерри кивнула.

— Я не могу сказать вам точное расстояние, но, вероятно, около 500 километров...

— Ну... — Кузаку натянуто улыбнулся. — Это как? Двадцать дней прогулки...?

— Без гарантии что-нибудь поесть? — Сетора с раздражением посмотрела на Кузаку. — Если твоя цель - умереть в пути, это может быть неплохой идеей.

— Ты немного злишься, не так ли, Сетора-сан?

— Я не злюсь, но я считаю то, что ты говоришь, безумие.

Харухиро чуть не вздохнул, но, сам того не осознавая, сдержался.

Ага. Такое ощущение, что нас окружили со всех сторон.

Он хотел это сказать. Но это была не та ситуация, когда он мог просто сдаться. Хотя, честно говоря, он чувствовал себя подавленным, Харухиро не позволял этому отразиться на его лице. Не потому, что он решил не делать этого. Просто по какой-то причине это не отражалось на его лице.

— Мне нужно больше информации. — в отчаянии сказал Харухиро, но изо всех сил старался поддерживать ровный тон, а не звучать так, как он себя чувствовал. — Точная информация. Насчет воды и чего-нибудь поесть, я думаю. Было бы хорошо, если бы мы могли поохотиться.

— Если бы здесь была Юме… — сказала Мерри, затем покачала головой. — ... Не то, чтобы эти слова могли сейчас чем-то помочь.

— ...Юме? — спросила Шихору.

— Наш товарищ. — сказала Мерри с легкой улыбкой. Когда она вспомнила об Юме, она не могла не улыбнуться. Это была такая улыбка. — Юме на некоторое время покинула нашу группу. Мы должны были снова встретиться в Альтерне через полгода после нашей разлуки, но... кто знает, сколько времени прошло с тех пор...?

Шихору прижала обе руки к груди.

— Юме...

— Ты что-то вспомнила? — спросил Харухиро.

Шихору опустила глаза и покачала головой.

— Неа. Просто... не знаю почему, но... почему-то больно...

— Ты и Юме были очень близки. — сказала Мерри с улыбкой. — Юме - Охотник... и просто отличный товарищ. Я имею в виду, что, она сильная, серьезная... и весёлая.

Кузаку прошептал Харухиро на ухо. — Она ведь девочка? Эта Юме-сан.

— Возможно. — тихо ответил Харухиро.

— Получается, я и Харухиро единственные парни? — Кузаку пересчитал по пальцам. — ...Разве не много девушек?

— ...

— Нет, я имею в виду, ну ты чего. — тихо сказал Кузаку. Ему должно быть любопытно, на что была похожа романтическая ситуация. Когда была группа с парнями и девушками, такие вещи возникали естественно, или это было само по себе естественно, или что-то в этом роде. Харухиро мог только криво улыбнуться.

Сам Харухиро не был полностью безразличен, но...

Харухиро не умел хвалить девушку за её внешний вид. Выражаясь словами, он, вероятно, называл бы их «красивыми» или «милыми», но какая была красивой, а какая милой?

По его оценке, Мерри попадала под категорию «красивая». Определенно. Сетора тоже склонялась к «красивая».

А что насчет Шихору? Может быть, «милая»? Но в случае с Шихору он не мог отрицать, что женские аспекты её внешности производили более сильное впечатление.

Тем не менее, все трое, можно сказать, были привлекательны по-своему.

Подумав об этом еще раз, ему пришлось немного склонить голову набок и удивиться, как он мог так нормально взаимодействовать с ними. Если бы он был высоким и мускулистым, как Кузаку, ему было бы легко привлечь противоположный пол, но для Харухиро - нет. Как только он начал думать о том, какой он простой, посредственный, нет, даже меньше этого, Харухиро коснулся своего лица. Внезапно он пришел в себя.

Хотя он не смотрел в зеркало, чтобы проверить, как оно выглядит, Харухиро смог представить себе собственное лицо. Как он и подозревал, ему нужно было помнить не только свое имя.

Не то чтобы воспоминания о его собственном скучном лице делали его ужасно счастливым или что-то в этом роде.

— ...В любом случае, нам здесь небезопасно, так что давайте отойдем от крепости. Мы можем обсудить о том, что делать дальше, позже.

Он говорил почти как лидер.

Чувствуя смущение, он добавил. — ...Все в порядке?

Казалось, никто не возражает против этого.

Харухиро вернулся в лес. Во-первых, он хотел обеспечить им место, где они могли бы отдохнуть. Этот лес находился слишком близко и от Альтерны, и от Крепости Смотрителя Мертвецов. Вероятно, им нужно было пойти куда-нибудь ещё. Харухиро собирался обсудить это, но, очевидно, его мысли были слишком наивными.

Как только они вернулись в лес, Киити посмотрел в одну сторону, затем внезапно встал и посмотрел в другую. Он казался ужасно напряженным.

Вскоре после этого они услышали лай собак. Это решило дело.

— Это, наверное, гоблины идут за нами...

— Вопрос в том, сколько их. — Сетора по-прежнему оставалась спокойной. — Если около десяти, а то и двадцати, то мы сможем с ними справиться. Но если их около сотни или две, то это явно больше, чем мы сможем выдержать, не так ли?

— Неа. — Кузаку какое-то время пытался вести себя жестко, но затем признал, что она права. — ...Хорошо, я должен согласиться.

— ...Это только гоблины? — нерешительно спросила Шихору. — Гоблины и орки - союзники, не так ли...?

Мерри опустила глаза.

— Я не знаю точных отношений между гоблинами и орками, но они оба определенно принадлежат к Альянсу Королей...

Нельзя было отрицать возможность того, что гоблины Альтерны могли послать гонца к оркам Крепости Смотрителя Мертвецов, и теперь они вместе ищут Харухиро и остальных.

Кузаку застонал.

— Орки выглядят крутыми, да? Они такие большие.

На данный момент гоблины, а также орки ещё не нашли Харухиро и остальных. Но как только они будут обнаружены, ситуация станет довольно тяжкой.

— На западе есть Дамуро. Киренские Шахты находятся к северо-западу от них... — Мерри покачала головой. — Дамуро - база гоблинов, а в Киренских Шахтах полно кобольдов...

— Что на востоке? — спросила Сетора.

Мерри немного подумала, прежде чем ответить.

— Если мы направимся на восток из этих лесов, мы должны выйти на Равнины Быстрых Ветров. Дальше... По крайней мере, я не ожидаю найти каких-то городов.

— Юг... — Харухиро посмотрел на юг. — Горы, да? ...Целый горный хребет. Как насчет того, чтобы пойти в горы?

Мерри покачала головой.

— Я бы не рекомендовала этого. В Горном Хребте Тенрю водятся драконы... Вы ведь знаете, кто такие драконы?

Когда он услышал это слово, каждый волос на теле Харухиро встал дыбом.

— ...У меня есть догадки.

— Постой, драконы? — Кузаку нахмурился. — Звучит опасно.

Плечи Шихору поникли.

— Нам некуда бежать...

— Пойдем на восток.

Харухиро сказал это, но тут же подумал, « Это действительно нормально?» и начал мерзнуть.

Кроме того, действительно ли это его дело? Он не справился с задачей, не так ли? У него не было даже воспоминаний. Как ни крути, это было за его пределами.

Но он не сказал это наугад, у Харухиро были какие-то причины для этого.

— ...Я не предлагаю, чтобы мы просто продолжали двигаться на восток. Думаю, нам нужно сначала избавиться от преследователей. Восток - наш лучший вариант для этого, не так ли?

Сетора кивнула.

— Тогда давайте поспешим.

Группа сразу двинулась в путь. Он не знал, все ли были полностью убеждены в этом решении. Было непонятно, но, если бы они не поторопились, преследователи могли их догнать.

Группа двигалась довольно быстро, совсем не останавливаясь на отдых. Несмотря на это, они всё ещё слышали лай собак, который, возможно, шёл не спереди, но и не позади них. Их преследователи рассеялись по лесу. Скорее всего, они сформировали команды по одной собаки и одного гоблина, и в общем таких команд было примерно около десяти, а может быть, даже больше команд прочесывали лес, чтобы найти их.

Группа шла и шла. Никто из них не болтал зря. Мерри сказала, что этот лес не такой уж и большой, но, когда солнце садилось, они всё ещё не покинули лес. Харухиро почувствовал, будто они прошли больше десяти километров. Километров пятнадцать, а может, и двадцать.

Местность вокруг них была темной, а небо на западе горело красным. Когда Харухиро остановился и оглянулся, все остановились. Он внимательно слушал. Он ничего не слышал, кроме чириканья птиц и шелеста листьев.

— Как думаете, — Кузаку впервые за долгое время открыл рот. — когда в последний раз был слышен лай собак?

— Некоторое время назад. — Сетора ответила.

Плечи Шихору вздымались. Она выглядела очень измученной.

Пока они разговаривали, становилось всё темнее. Солнце скоро опустится за горизонт.

— Давайте отдохнем сегодня здесь. — предложил Харухиро, затем улыбнулся Шихору.

Шихору в ответ слегка неловко улыбнулась.

Что касается разбивки лагеря, всё, что они могли сделать, это найти место, где можно было бы прилечь. Они могли сделать импровизированные грядки из листьев и травы, но поскольку их преследовали ещё продолжали поиски, Харухиро не хотел оставлять никаких явных признаков того, что они были здесь.

Хотя приближался закат, было ещё немного светло. Все сели в круг.

— А? Где Киити? — спросил Кузаку.

— Он просто куда-то ушёл. — Сетора казалась равнодушной. — Полагаю, он рано или поздно вернется.

— Может, он нам что-нибудь принесет. — смеясь, сказал Кузаку.

Сетора пожала плечами.

— Я буду так счастлива.

После этого все замолчали. Очевидно, все должны были быть истощены после того, через что они прошли. Было слишком много усилий, чтобы искать, о чем поговорить.

Когда стало настолько темно, что можно было видеть только несколько метров, девушки ушли в кусты, чтобы пойти в уборную. Когда они вернулись, Харухиро и Кузаку отправились куда-то подальше, чтобы пойти отлить самим.

— Как думаешь, мы писали вместе, стоя рядом вот так, пока не потеряли воспоминания, Харухиро?

— ...Кто знает? Я без понятия.

— Ах! Ты просто думал, что я из тех парней, которые говорят глупости, не так ли?

— Может быть, немного, да.

— Но такие моменты могут вызвать воспоминания, понимаешь?

— Ты что-то вспомнил?

— Ничего.

Когда они вернулись в свой лагерь, рядом с Сеторой была пара блестящих глаз.

— Няяяуу. — Киити приветствовал их мяуканьем.

— Кажется, я действительно счастлива. — голос Сеторы был необычайно веселым. — Киити принес ягоды. Немного, но достаточно, чтобы нас поддержать.

Кузаку удивленно подскочил.

— Серьёзно?!

— ...Он умный малый, да? — сказал Харухиро, и Киити в ответ коротко мяукнул.

Сетора что-то ему предложила, и он взял. Очевидно, это была одна из тех ягод. Он не мог сказать, какого они цвета в темноте, но они были размером с кончик его большого пальца и круглыми. Кожица плода была эластичной.

— Вроде как, они не ядовиты. — сказала Сетора, и Харухиро положил ягоду в рот. Он укусил её, повредив кожицу, и влага разлилась по его рту с кислым привкусом. Было немного сладко.

Кузаку взял одну из ягод и съел её. — Я снова чувствую себя живым...

— Не преувеличивай. — фыркнула Сетора.

Этого было недостаточно, чтобы утолить пустой желудок, и, хотя это утолило их жажду, голод всё равно тоже скоро вернется. Тем не менее, он мог понять, что чувствовал Кузаку. Харухиро тоже почувствовал облегчение.

Ему казалось, что он может сразу заснуть, но он подумал, « Это не то, чем я должен сейчас заниматься », и передумал.

— Я постою на страже. Остальные, поспите.

— ...Всё сам? — спросила Шихору.

— Ага. Тебе от этого не по себе? Я посторожу в одиночку. Ага. Думаю, да...?

— Э-Это не то...

— Тебе тоже нужно поспать. — раздраженно сказала Сетора. — Мы можем дежурить посменно. Было бы неприятно, если бы ты упал при нас от истощения.

— Могла бы сформулировать это получше... — сказал Кузаку.

— Хочешь пожаловаться? — спросила Сетора в ответ.

— Не надо так бояться каждой мелочи...

— Трус. Это ты слишком легко пугаешься.

В конце концов, они решили, что будут спать по очереди, пока будут ждать рассвета.

— Ну, тогда я возьму первую смену. Я разбужу Кузаку до того, как исчерпаю свой предел.

— Лады. — сказал Кузаку, затем немедленно лег и зевнул. — ...Ох. Чувствую, что могу заснуть мгновенно...

—Это не про меня... — сказала Шихору, поэтому Харухиро решил, что она не ещё спит.

Мерри и Сетора тоже легли спать. Киити свернулся калачиком рядом с Сеторой.

Вскоре Кузаку слегка похрапывал. Мерри и Сетора совсем не шевелились. Они уже спали? Или просто пытались заснуть?

Харухиро огляделся, но лес был заперт во тьме, такой глубокой, что казалось, задыхается, и было удивительно, как мало он мог видеть.

Улюнула сова или что-то в этом роде.

Что до того щебечущего звука, может быть, это какое-то насекомое?

— Как-то страшновато, да...? — тихо сказала Шихору.

Харухиро, как ни странно, не испугался, но, — Ага. — согласился с ней.

Шихору прижалась к правой стороне Харухиро. Он не мог её видеть, но вроде бы мог сказать. Казалось, она слегка дрожала.

— Ты в порядке? — спросил Харухиро.

— ...Ага.

Она говорила нехорошо, но это был, вероятно, единственный ответ, который могла дать Шихору. Даже если она сказала, что с ней не всё в порядке, он всё равно ничем не мог помочь. Он ничего не мог сделать. Было бы неплохо, если были какие-то признаки того, что чуть позже станет лучше, но будущее было таким же тёмным, как и территория вокруг них.

— …Извини. — сказала Шихору.

Должно быть, это её беспокоит , подумал Харухиро, но всё, что он мог сделать, - это спросить её. — Что такое? — он ненавидел то, как он чувствовал себя бессильным.

— Я просто... задерживаю всех...

— Нет... — начал было Харухиро, но даже если бы он сказал ей, что это не так, Шихору не смогла бы это принять.

— Если бы только... — Шихору не удалось выговорить слова. — ... Я могла вспомнить... как использовать магию...

Харухиро продолжал тереть нос, прикасаться к губам, чесать лоб и, наконец, открыл рот.

— Не стоит торопиться.

— ...Думаю, ты прав. Даже если я попытаюсь поспешить, я всё забуду...

В голосе Шихору послышалось завывание.

« Честно говоря », подумал Харухиро, « Разговор со мной в этом не поможет» , но, возможно, это было холодно с его стороны. Она была его товарищем, даже если он её забыл. Он не должен был так думать.

Харухиро хотел бы успокоить Шихору, если бы только он мог. Но как? Он ничего не мог придумать и, честно говоря, не верил, что у него есть подходящие слова. Это его раздражало. По крайней мере, он изо всех сил старался скрыть это раздражение.

Шихору обняла свои колени, схватившись левой рукой за траву, а затем снова отпустила. Шихору хотела что-то сделать, но она не могла, и это должно было её расстроить.

Вероятно, это было случайно, или, по крайней мере, так думал Харухиро, но левая рука Шихору коснулась правого бедра Харухиро.

— Прости! — Шихору отдернула свою руку, и она, возможно, пыталась встать, но что-то пошло не так, и она упала на землю.

— Ух...

— Ш-Шихору...?

— Я-Я больше не могу этого терпеть... — сказала Шихору исчезающе тихим голосом.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Она плакала. Похоже, она пыталась подавить плач, но безуспешно. Это было очевидно для Харухиро, который, по крайней мере, был рядом с ней. Шихору рыдала.

Он не мог оставить её одну, но понятия не имел, что может для неё сделать. Харухиро страдал и мучился из-за этого, пока, наконец, он не протянул руку. Когда его пальцы коснулись чего-то мягкого, он заподозрил, может быть, он коснулся места, к которому совершенно не следует прикасаться.

Нет, не то. Судя по их относительному положению, её поведению и многому другому, это была рука Шихору. Скажем, это определенно не была её грудь. Он был почти уверен, что это её левая рука. Но даже если это была её рука, она могла бы расстроиться из-за того, что он так внезапно прикоснулся к ней. Харухиро пожалел об этом. Он не должен был этого делать, но было уже слишком поздно. Теперь он не мог вернуть всё обратно.

Шихору на мгновение застыла, но она не пыталась убрать его руку. Однако было слишком рано предполагать, что это означает, что проблем нет. Ему нужно было, по крайней мере, соблюдать некоторую сдержанность.

Изо всех сил стараясь не схватить её слишком сильно, он схватил Шихору за руку так осторожно, как только мог.

— Не думаю, что станет хуже.

Неужели он не мог придумать что-нибудь лучше? Харухиро не мог не разочароваться в своем полном отсутствии языковых способностей. Но, несмотря на это, Шихору кивнула. Должно быть, ей было его жалко. Вот она, плачет, а он всё же пошел и заставил её пожалеть себя. Он чувствовал себя ужасно из-за этого.

Был ли Харухиро лучше до того, как потерял воспоминания? Независимо от того, был он лучше или нет, он от всего сердца надеялся, что сможет стать намного лучше в будущем.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

5. Дай нам Благословения

В версии с изображениями тут находится картинка.

Ещё до восхода солнца Харухиро и остальные снова двинулись с места. Не было никаких признаков приближения их преследователей, более того, им нужна была вода, а также еда.

Киити был их ключом к решению этих проблем. Ньяас был похож на кошку, но ходил на задних лапах, как обезьяна. Его передние ноги были довольно подвижными. По словам Мерри, ньяасы были очень умными животными. Казалось, он даже понимал слова своего хозяина, Сеторы.

Группа направилась к горам на юге. Подниматься по горам было опасно, потому что там водились драконы, но они всё ещё могли быть в безопасности в предгорьях, и они могли сбежать, если дела пойдут плохо. В горах найти источник воды будет легче, чем на равнинах.

— Послушай. — Сетора объясняла Киити, что они ищут еду и воду. — Без еды и воды мы умрем. Ты тоже. Еда и вода. Понял?

К тому времени, как солнце поднялось высоко в небе, количество крутых склонов увеличилось.

Был какой-то горный, гористый пейзаж.

Может, пора было повернуть назад. Если появится дракон, у них будут проблемы. Харухиро и другие решили не продвигаться дальше на юг. Вот когда это случилось. Киити бросился бежать. Они последовали за ним и в конце концов пришли в долину. Внизу протекала тонкая река. Ньяас окунул нос в воду и начал пить.

Сетора была в восторге от этого. — Молодец, Киити!

Пить сырую воду было не очень хорошей идеей. Даже без воспоминаний они сохранили рассудок, но вся группа чувствовала себя до смешного высушенной. Они не могли удержаться, чтобы не глотнуть этой чистой, ледяной воды.

— Мы вели довольно суровый образ жизни. — глаза Мерри заблестели, когда она достаточно увлажнила себя. — Я не думаю, что наш желудок слишком расстроится от такого. Пока у нас есть вода, мы какое-то время должны выжить.

Какую именно жизнь они вели? Об этом Харухиро тоже нужно было узнать у Мерри. Он также решил попросить Мерри объяснить, что она знает о магии Шихору. Пока что они будут держаться подальше от этого водопоя, пока не обустроятся. Что бы они в конечном итоге ни решили сделать, сначала им нужно было построить прочный фундамент для выживания.

Накануне вечером Харухиро не удалось подбодрить Шихору, когда она чувствовала себя раздавленной тяжестью беспокойства и ответственности. Он думал об этом, но Харухиро был так же обеспокоен, и у него не было эмоциональной свободы, чтобы справиться с этим. Он не знал, что он может сделать, и беспокоился, что вообще ничего не может сделать. Дело в том, что он ничего не мог сделать. Он даже не пытался, так что это было очевидно.

Он хотел увеличить количество вещей, которые они делали, и то, что они могли сделать, постепенно.

Даже если они не могли вернуть свои воспоминания, им посчастливилось быть с Мерри. Они могли по крупицам усваивать информацию, которая была у неё, и запоминать её. У них ещё был Киити. Домашний ньяас Сеторы не только подходил для поиска еды и воды, казалось, он способен гораздо на большее. Он был намного полезнее того же Харухиро.

Было важно полагаться и на других, а не только на Киити.

Был верхний предел того, что он мог сделать сам. Даже если бы он чего-то не мог сделать, кто-то из других мог бы это сделать. Вероятно, были вещи, которые другие не могли сделать, но мог он. Кроме того, даже если он не сможет сделать что-то в одиночку, если двое или трое из них будут работать вместе, то они справятся.

Было трудно сказать, ядовиты растения или нет, но они взяли то, что Киити мог есть, и попытались прижать их к губам или положить в рот, и тщательно проверили, не произошло ли ничего странного.

Было несколько орехов и ягод, а также, что удивительно, относительно вкусный и прилично сытный мох. У Кузаку заболел живот, когда они экспериментировали с грибами и клубнями, поэтому после этого они избегали их.

Киити умел ловить мелких животных. Мыши, ящерицы, змеи и тому подобное.

Мыши и ящерицы были слишком маленькими, поэтому для Киити они составляли лишь закуску. Змеи были костлявыми, но не несъедобными.

Когда дело доходило до вопроса о том, разводить огонь или нет, они обсуждали это в группе и тщательно обдумывали вопрос.

Если они разводили костер, он гарантированно выделял бы дым. В ясный день без ветра этот дым, вероятно, можно было увидеть за несколько километров.

Но наличие огня имело большое значение. Многие вещи можно было безопасно есть, когда их готовили.

Они построили каменную печь в закрытом помещении, где, даже если дым поднимется, он будет заблокирован листьями и деревьями.

Когда печь была готова, они приготовили сухие листья и дрова, а затем попытались развести огонь. Кузаку казался уверенным, говоря. — Это будет проще простого. — но это оказалось труднее, чем он предполагал.

Они были готовы сдаться к тому времени, как солнце начало садиться, но Шихору продемонстрировала пугающую степень сосредоточенности, потирая палку между руками, чтобы вертеть ею, и ей, наконец, удалось разжечь огонь.

То, как Шихору, убежденная в своей бесполезности, так усердно работала, согрело сердце Харухиро. Он крикнул ей и сказал. — Ты справилась. — но Шихору вела себя немного смущенно, сказав. — Теперь я вся потная. — и повесила голову.

Хотя большую часть своего первого дня выживания в этой долине в предгорьях они потратили на разведение костра, начиная со второго дня они отправились на охоту. Но на второй и третий день Киити поймал несколько мелких животных - это всё, кого он смог поймать.

На четвертый день Харухиро бросил один из своих кинжалов и сумел ранить оленя. Он последовал за ним, когда он убегал, и сумел поймать его, когда он был ослаблен. Это всё ещё был просто олененок. Он быстро прикончил его, осушил кровь, снял с него кожу и разделал его. С тех пор он иногда был благословлен добычей.

Но во второй половине седьмого дня группа разбила лагерь в долине, когда Харухиро лениво смотрел на Горы Тенрю, он увидел большое существо, которое двигалось вокруг горы. Более половины тела существа находилось над верхушками деревьев на горном склоне, так что, наверное, можно без преувеличения сказать, что существо было громадным. Казалось безумием, что он вообще мог это видеть, находясь в таком состоянии за несколько километров.

— Это дракон? — Сетора несколько раз моргнула. Выражение её лица не изменилось, но она казалась удивленной по-своему. — Он огромный.

Дракон пересекал склон горы. Похоже, он не спускался или не поднимался, но и не уходил.

Присмотревшись повнимательнее, он смог разглядеть то, что было драконами.

Драконы жили в Горах Тенрю. Мерри услышала о них вскоре после того, как стала Солдатом-Добровольцем, и никогда не сомневалась в этом, но это был первый раз, когда она действительно увидела их сама.

Драконы действительно жили в Горах Тенрю. Они даже не были редкостью. Они были обычным явлением. Осознание этого сделало лагерь в долине более пугающим, но, если что-то такое крупное и начнет приближаться к ним, они должны были это заметить. Не было необходимости в чрезмерном страхе.

Группа медленно работала над плетением веревок из коры и плюща. Используя это и немного дров, на десятый день в долине они построили простое убежище. У него не было стен, достойных этого названия, и на самом деле это были просто столбы с крышей, но это защищало их от солнца и дождя.

Они естественно попали в систему, где трое из них отправлялись на охоту и собирательство, в то время как двое других оставались в долине, чтобы наблюдать за огнем, готовить еду и работать над укреплением своей маленькой хижины.

Сетора работала с глиной и обжигала её, чтобы сделать глиняную посуду. Было сложно сделать бутылки с узким горлышком, но, если бы у них были глубокие банки, их можно было использовать для хранения еды.

Сетора также предположила, что они могут делать бурдюк из желудков и мочевых пузырей животных, на которых они охотятся. Она их хорошо вымыла, замесила, чтобы они стали мягче, а затем надула их и оставила сохнуть. Это был довольно сложный процесс, но результат как минимум напоминал бурдюк, так что теперь они могли носить воду с собой.

Она хотела бы найти хорошее применение шкурам, но это оказалось на удивление трудным решением. У воровского снаряжения Харухиро была игла, но не было нитки. Без прочной веревки их было невозможно сшить, поэтому пока они просто развешивали шкуры или клали их где угодно. Хотя, зная Сетору, в какой-то момент она должна была найти способ произвести струну.

Наступила семнадцатая ночь.

В то время Кузаку и Сетора были начеку. Мерри и Шихору были в хижине, точнее под крышей, а Харухиро лежал на земле немного дальше.

Харухиро проснулся раньше, чем Кузаку попытался разбудить его. Он не думал, что это произошло потому, что он не спал крепким сном; просто он научился быстро просыпаться, когда что-то случалось.

— Что происходит?

— Понятия не имею. Это шум или, можно сказать, присутствие. Киити это заметил...

— Понял. На всякий случай разбуди Мерри и Шихору.

— Лады.

Харухиро направился туда, где Сетора сидела на корточках у плиты. Чтобы огонь внутри не стал слишком сильным, она кормила его только минимальным количеством растопки, которое было необходимо для поддержания огня ночью.

Киити был рядом с Сеторой, пристально глядя в темноту, готовый броситься в бой.

— Это зверь? — спросил Харухиро.

Сетора покачала головой.

— Я не знаю. Но Киити ведет себя странно.

Всё, что знал Харухиро, это то, что Киити чего-то опасался. Но если Сетора сказала, что он ведет себя странно, должно быть, так оно и было. Ньяас смотрел вперед и налево.

— Вон там, да? Пойду проверю.

— Будь осторожен.

— Конечно.

Харухиро бесшумными шагами двинулся вперед, растворяясь в темноте. За то время, что он провел на охоте, большая часть его воровских инстинктов могла вернуться к нему. Даже в кромешной тьме ночи Харухиро мог передвигаться, не издавая ни звука.

Он не видел в темноте, поэтому он не мог ничего видеть. Однако темнота усиливала и обостряла другие его чувства, и даже малейший свет давал ему важные подсказки для работы.

Харухиро покинул долину и прошел около 60 шагов, прежде чем остановиться.

Он услышал что-то вроде. — Нгх... Ах... Ух... — Это был чей-то голос?

Он услышал звук, напоминающий ходьбу или, скорее, звук, как будто кого-то тащили.

Он исходил немного правее.

Лунный свет, струившийся сквозь щели в деревьях, слабо освещал движущийся объект.

Это может быть человек. Или кто-то из гуманоидной расы.

Его первая мысль была, « Они ранены? Бродили полностью раненые? ».

Кто бы это ни были, они остановились.

Он не мог их увидеть, но чувствовал, что они смотрят в его сторону.

Харухиро на мгновение перестал дышать. Его сердце колотилось. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.

Заметили ли они Харухиро? Он не мог сказать сейчас точно.

Харухиро положил руку на рукоять кинжала. Достать его в полной тишине было невероятно сложно. Он достанет, когда двинется другая сторона. А пока он подождет. Харухиро был явно терпелив. Он мог ждать столько, сколько потребуется.

Другая сторона двинулась.

Харухиро вытащил кинжал и принял оборонительную стойку.

Они не шли к нему. Они уходили.

Харухиро немного поколебался, но решил проследить за ними. Он не собирался заходить слишком глубоко. Он просто хотел знать, кто они такие.

Вскоре после того, как он начал погоню, он покрылся холодным потом.

Это может кончиться плохо?

А ещё за мной что-то следит .

Неужели кто-то товарищей? подумал он. Нет, дело не в этом .

Кузаку и остальные могли волноваться за него, но сейчас не время для них приходить на помощь. Они действительно будут мешать. По крайней мере, они должны были знать это.

Кроме того, это похоже.

— Ува... Ох... Ух...

У него был такой же… это был вероятно голос… как и у другого. И такая же походка. Звуки его шагов были похожи. Также было ещё несколько человек, хотя он не был уверен, можно ли их так называть. В любом случае, кем бы они ни были, он был не один. Их было несколько.

Долгое время мучительно думать о том, что делать, было наихудшим вариантом. Харухиро принял решение. Он собирался прекратить преследование. Ему не нужно было возвращаться прямо в долину; он мог немного побродить и всё же выжить. Ему просто нужно было успокоиться, не торопиться, а идти пешом.

Но по пути он заколебался.

— Охх...

— Ухх...

— Ахх... Охх...

— Иихх… Уохх…

Он слышал голоса то тут, то там. Не только двое или трое. Их было, наверное, десять. Возможно даже больше.

На данный момент он не думал, что кто-то из них находится слишком близко, то есть на расстоянии пяти или шести метров в любом заданном направлении, но он не удивился бы, если бы один или два были в пределах десяти метров от него.

Справа он заметил движущуюся тень. Было странно называть это тенью, когда всё было так темно, но то, что он видел, было лишь темным очертанием. Это был гуманоид. В этом не было никаких сомнений.

Впереди был спуск. Долина, да? Он сделал это. Он увидел огонь. Печь, созданную их командой.

— Ах...

— Ох...

— Уххх…

— Аххх...

Голоса приближались. Они преследовали Харухиро? Если да, то он не чувствовал большого давления, и, похоже, они не пытались его оказать. Что это было? Это было очень странно.

Харухиро спустился по склону и направился к печи. Его товарищи были повсюду.

— Что-то приближается. — это всё, что мог сказать Харухиро.

— А? Что ты имеешь в виду под словом «что-то»? — Сетора казалась раздраженной, и он не мог винить её за это.

— Ах...! — Кузаку посмотрел на склон, по которому только что спустился Харухиро.

Харухиро тоже обернулся. Что-то спотыкалось с холма.

Кузаку обнажил свой меч.

— Мы должны их прикончить, верно?!

— Ага. — Харухиро переложил кинжал в левую руку. — Не отходите от меня. Постарайтесь не разделяться.

— Я сохраню всех вас в живых. — сказала Мерри.

Он слышал напряженное дыхание Шихору.

Приближается. Какого черта это ни было.

Существо волочило за собой одну ногу. Его тело ужасно качалось вверх и вниз при движении.

Было ли это человеком? Он не был похож на гоблина. Возможно, это был орк.

Сетора вытащила горящие дрова из печи и сунула их туда, где шел их враг.

— Это человек! — воскликнула Сетора.

В то же время Мерри крикнула. — Зомби!

— Неважно кто это...! — Кузаку прыгнул вперед, его меч сверкнул.

Меч Кузаку был длинным и толстым. Она была однолезвийной, поэтому его можно было назвать большой катаной. Было бы довольно сложно контролировать это без роста и мускулов Кузаку.

Большая катана Кузаку легко отделила голову человека, зомби или чего-то ещё от его плеч.

Отрубленная голова упала на землю и покатилась рядом с печкой. Похоже на мужчину. Он был ужасно изможденным, а его растрепанные волосы были такими жесткими, что трудно было подумать, что это волосы.

— Ииик...! — Шихору вскрикнула.

Глаза и рот отрубленной головы всё ещё двигались.

Сетора оттолкнула отрубленную голову.

— ...Мерзость!

— Страшный! — Кузаку был храбрым человеком, но даже он содрогался. — Он слишком страшный! Зомби...

— Впереди ещё больше! — Сетора прервала его, чтобы предупредить.

Были ли все эти зомби? Они медленно спускались с холма к дну долины.

Мерри прыгнула вперед.

— О Свет, да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса.

Она двигалась так быстро, что казалось, что она собирается сразить всех зомби.

Харухиро погнался за Мерри.

— Мерри?!

— Развей...!* — Мерри подошла к зомби и произнесла заклинание.

Это была буквально легкая магия. Сверкнула яркая вспышка, и Харухиро невольно закрыл глаза.

— Уркх...

Он быстро открыл их снова и огляделся. Прошло некоторое время, прежде чем он снова смог видеть.

У ног Мерри рухнули два зомби. Неподвижны. Как трупы.

— Они перемещают трупы, не в силах успокоиться из-за проклятия Бессмертного Короля! — Мерри ещё раз прижала пальцы ко лбу, готовясь наложить новое заклинание. — О Свет, да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса.

— Они идут со всех сторон! — крикнула Сетора.

Это превратилось в рукопашное сражение.

Сетора и Киити защищали Шихору, поэтому Кузаку, как сумасшедший, бросился на кишащих зомби, в то время как Харухиро отрезал им головы и толкал их или топтал, сосредоточив свои усилия на том, чтобы сделать их неподвижными. Зомби, пораженные магией света Мерри, были превращены в трупы или возвращены в то состояние, в котором должны быть трупы. Возможно, мозг всё ещё контролировал ситуацию, потому что тела, потерявшие голову, перестали двигаться, но их головы всё ещё были полны энергии. Хотя головы зомби на самом деле не могли говорить, они все же могли открывать и закрывать челюсти. Харухиро чуть не укусила одна из голов зомби. Если бы он не был осторожен, ему действительно грозила бы опасность.

Отчасти из-за того, что было темно, битва с зомби, казалось, тянулась бесконечно.

Как только он подумал, что поблизости не осталось зомби, он услышал ещё один шум с другой стороны. Он слышал, как зомби шатаются по склону. Он слышал жуткий гул и, оглянувшись, обнаруживал голову зомби. Независимо от того, сколько раз он это делал, он никак не мог привыкнуть к тому ужасному ощущению, когда он ломал голову зомби своей пяткой.

В конце концов, никто в группе не смог расслабиться, пока небо не прояснилось, и они могли сами убедиться, что в округе больше нет зомби.

Во время битвы они заметили, что среди зомби были и нечеловеческие расы. Однако все тела, в которые Мерри не попала с помощью магии света, были в основном разрублены на куски, поэтому было трудно сказать, сколько из них были людьми, а сколько - кем-то ещё.

А если серьезно, сколько зомби уничтожила группа?

Трудно было дать приблизительную оценку. Честно говоря, даже считать не хотелось.

— Мы... — Шихору нерешительно посмотрела на остальную группу. — Мы должны убрать их...?

— Ага…— Кузаку был в невероятном состоянии, залитый почерневшей кровью и кусками плоти. — ...Полагаю придется. Мы... наверно, должны их убрать, да? Я не уверен, что захочу здесь спать при этих трупах...

— Есть кое-что более важное. — Сетора была в силе, чтобы сказать это. Хотя и не в такой степени, как Кузаку, Сетора имела свою долю брызг крови и гнилого мяса на себе, но её это, похоже, не беспокоило. — Были ли мы целью зомби? Или этот рейд был результатом совпадения?

Мерри, должно быть, была истощена чрезмерным использованием своей магии. Она стояла на коленях.

— Мертвые, находящиеся под властью проклятия Бессмертного Короля, образуют группы и бесцельно блуждают. Я слышала это где-то раньше, но не знаю, когда...

— Значит это была случайность. — когда Сетора протянула руку, Киити забрался ей на плечо и лизнул её щеку. — Нам не повезло.

Кузаку повесил голову и вздохнул.

— Просто ужасная удача...

Харухиро не вздохнул.

Он хотел бы придать этому положительный импульс, но это было явно невозможно. Он был разочарован и тоже хотел пожаловаться. Ему хотелось выплакать глаза. Он хотел наброситься на кого-нибудь.

Нет, не совсем.

Не то чтобы он не был разочарован. Просто он мог с этим справиться. Или, по крайней мере, он хотел думать, что может.

Если он мог так думать, значит, его дух еще не сломлен.

— Ненавижу это делать, но давайте оставим это место. — Харухиро изо всех сил старался не говорить неохотно, сказав это. — Не похоже, что гоблины Альтерны больше нас ищут, а у нас есть запасы еды. Думаю, мы готовы двигаться дальше.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

6. Свет на Равнинах

В версии с изображениями тут находится картинка.

Местность впереди была характерной по сравнению с остальными. Это было плато, но не высокое. Оно было невероятно широким и низким. Пока они шли через разросшиеся кусты и сухую траву цвета пшеницы, плато всё ещё выглядело низким. Не более чем небольшой холм. Им потребовалось немного времени, чтобы взобраться на него. За ним виднелась огромная, похожая на сковороду впадина.

— Это то самое место, а… — пробормотал Харухиро про себя.

Ни один из его товарищей ничего не сказал на этот счет.

Группа стояла на том, что должно было быть краем перед впадиной. Внизу протекал большой ручей, а затем ещё две, поменьше. Территория была окружена забором и рвом, а внутри забора стояло несколько зданий. Но забор был местами сломан, и здания разваливались. Разбросанные обломки, должно быть, когда-то были их частью.

Ров наполнился родниковой водой, и над ним сохранился неповрежденный мост. Похоже, они могли перейти дорогу.

Через некоторое время Сетора заговорила. — Выглядит заброшенным.

— Похоже на то. — это всё, что Харухиро мог сказать в ответ.

— Нет, но знаете! — Кузаку явно заставлял себя казаться оптимистичным. — Не похоже, что там был тяжелый бой, верно? Может, ребята из Пограничной Армии убежали до того, как подошел враг.

Поскольку их трупы превращались в зомби, не было ничего странного в том, что там не было трупов, но способ разрушения казался отличным от нападения. Хотя большинство зданий было повреждено, поблизости не было разбитого оружия или торчащих из него стрел, не было пятен крови или каких-либо других признаков битвы.

— Хочешь пойти и проверить? — голос Мерри звучал так, будто ей было трудно это сказать.

— Ага. — легко ответил Харухиро и начал спускаться по склону.

Ему не нужно было особо стараться, чтобы сохранять спокойствие. Он более или менее ожидал этого, поэтому был к этому готов.

Он повернулся, и, как он и ожидал, Шихору тоже выглядела в порядке.

У Харухиро и Шихору было нечто общее.

Они не смотрели на вещи слишком оптимистично.

Попробуйте представить лотерею с коэффициентом 1/2. Если они играли, то считали, что почти всегда проигрывают. Хотя логика подсказывала иное, и они знали, что шансы равны 1/2, они не могли не предположить, что, если бы было 50 на 50, результат был бы тем, что для них хуже. Даже с шансами на победу 4/5 они обязательно проиграют. Если бы шансы были 9/10, они бы заподозрили, что каким-то чудом все же найдут способ проиграть.

Харухиро и Шихору были похожи в том, что они не хотели полагаться на удачу или на других. Они были слишком напуганы.

Вот почему они были в порядке. Они полагали, что это должно было случиться.

Вот план группы:

Сначала они направятся на север из долины в предгорьях и прибудут в Равнины Быстрых Ветров. По словам Мерри, если они продолжат путь на север через плоские равнины, они смогут увидеть гору на западе. Она называлась Гора Скорби*, и предполагалось, что это логово нежити или что-то в этом роде. Примерно в семи или восьми километрах к югу от Горы Скорби Пограничная Армия Арабакии располагала на Одиноком Поле форпостом, которую называли Одинокой Полевой Заставой. Было немного сложно представить, что он остался цел, если Альтерна пала, но они ещё не подтвердили этого. Была ещё малая вероятность.

В дополнение к этому, если они пойдут на Одинокую Полевую Заставу, это позволит им следовать по Реке Джет, чтобы добраться до Риверсайда Железной Крепости. Даже если Одинокая Полевая Застава тоже была захвачена, то остатки Пограничной Армии и Солдат-Добровольцев могли собраться в Риверсайде Железной Крепости.

Если оба пункта окажутся захвачены, это, очевидно, был бы наихудшим исходом, но по крайней мере их положение было бы ясным. Это означало бы, что у них не было союзников к югу от Равнины Быстрых Ветров. Вместо того чтобы цепляться за оптимистические надежды, лучше изучить ситуацию и соответствующим образом спланировать свои действия.

Харухиро внимательно осмотрел Одинокую Полевую Заставу или то, что от неё осталось.

Как он и подозревал, там не было тел и ничего похожего на пятна крови.

Это было только предположение, но гарнизон Пограничной Армии и Солдаты-Добровольцы, должно быть, отступили, прежде чем на них напали. После этого прибыл враг, и они выразили свое недовольство заброшенными зданиями.

По словам Мерри, на заставе когда-то был небольшой рынок, на котором продавались продукты, гигиенические принадлежности, оружие и оборудование. Похоже, все эти припасы унесли во время отступления.

Тем не менее, небольшие успехи были.

В остатках того, что, по-видимому, было казармами Пограничной Армии, было некоторое военное снаряжение, включая оружие и доспехи. Они прошли через это, и кое-что было неплохо. Мерри взяла боевой молот, а Сетора - копье, меч и кинжал. Были также рюкзаки, наплечные сумки и кожаные водные шкуры, поэтому они решили взять то, что может пригодиться.

На рынке они смогли найти одежду из ткани и кожи. Большинство из них были старыми и изношенными, но никто не собирался жаловаться, пока их ещё можно было носить. Группа сменила одежду и обувь, которые были изношенными и дырявыми. Теперь, когда у Шихору наконец-то появился разумный наряд, она могла попрощаться со старым плащом. Они смогли собрать ряд инструментов, в том числе молоток, долото, гвозди и иглы. Харухиро хотел веревку, но они не смогли её найти.

Во время обыска Харухиро следил за ситуацией за пределами заставы. Он боялся, что кто-то наблюдает за ними издалека. Но, к лучшему или к худшему, казалось, что это не так.

Группа прекратила рыться в поисках припасов в подходящее время и направилась к Железной Крепости Риверсайд. Боевой дух его товарищей не упал. Во всяком случае, все казались немного веселее.

От Одинокой Полевой Заставы они направились на запад, запад и затем ещё на запад.

Равнины Быстрых Ветров простирались на сотни километров, но, за исключением Горы Скорби и Горы Короны* далеко на северо-востоке, все они были плоскими и невероятно обширными. В растительности было мало изменений, поэтому, как бы далеко вы ни зашли, все выглядело одинаково.

В регионе было множество различных видов животных. Но из-за того, что он был так широко открыт, можно было видеть вдаль, и звуки передавались легко. Они видели много животных на расстоянии, но, если группа пыталась приблизиться к ним, они убегали. Охота на Равнинах Быстрых Ветров, вероятно, потребует умного использования ловушек или погони за своей добычей и загоняя её в угол группой.

К вечеру они выйдут на Реку Джет. Это была большая река с сильным течением, как и следовало ожидать из названия, а дальний берег был настолько далеким, что казался туманным.

Река Джет нашла свой исток где-то в Горах Тенрю на юге, и Харухиро и другие последовали за ней вверх по течению. Через некоторое время после захода солнца в поле зрения появилась Железная Крепость Риверсайд.

— Похож на чей-то дом. — сказала Сетора тоном, из-за которого он не был уверен, шутка ли это или она говорила серьезно.

Риверсайд Железная Крепость также служила речным портом, поэтому она немного выходила в Реку Джет. На стенах было больше десяти башен, и повсюду горели костры, так что они могли видеть, насколько впечатляюще это выглядело даже ночью.

Харухиро приказал Кузаку и остальным подождать, пока он в одиночку приблизится к крепости.

Вдоль берега реки было много рощ. Он мог довольно легко приблизиться, прячась в деревьях и кустах, пока не оказался примерно в 50 метрах от крепостных стен. С этого момента поле было покрыто травой, и если там была охрана, то он очень рисковал быть замеченным. Должны быть наблюдатели. Он мог видеть силуэты, похожие на них, на стене.

Когда он задался вопросом, « Ладно, что теперь мне делать? » он услышал Авуууууууууууууууууууууууууу .

Волки, а? Или собаки. Оба они звучали одинаково, но, если это были собаки, их можно было бы обучить. Он был почти уверен, что шум идет позади него.

Когда он повернулся, чтобы направиться назад, Авууууууууууууу , он снова услышал вой волка или собаки.

Авуууууууууууууууууууу.

Авууууууууууууууууууууууууу.

Авууууууууууууууууууууууууууууу .

Была даже цепочка воя.

Они были не просто позади него. Он слышал их с востока и даже от крепости.

Даже сейчас он слышал, как собаки или волки продолжают выть. Как будто они отвечали друг другу.

— Меня нашли...?

Харухиро бросился к своим товарищам.

Когда он оказался прямо перед местом назначения, что-то налетело на него по диагонали сзади.

— ...!

Харухиро инстинктивно бросился на землю, вытащив кинжал.

Он перекатился, затем отразил приближающийся к нему белый клинок. Уклонился, отступил. Уклонился.

Хотя было темно, он мог сказать, что его враг не человек, но он был двуногим и мог использовать меч. У него был хвост.

Похож на собаку.

Собака, стоящая на задних лапах.

О них говорила Мерри.

— Кобольд, точно!

Харухиро легко увернулся от удара кобольда, а затем оказался позади него. У него не было времени даже подумать, прямо здесь, прежде чем он воткнул кинжал ему в спину.

Кобольд упал. Должно быть, он умер почти мгновенно.

— ...Я кое-что увидел.

Это была какая-то мерцающая линия.

Это галлюцинация? Харухиро покачал головой. У него не было на это времени.

Это были не волки и не собаки, это были кобольды.

Мерри сказала, что кобольды базируются в Киренских Шахтах, но гоблины из Дамуро были в Альтерне. Для них не было ничего сумасшедшего найти кобольдов и в Железной Крепости Риверсайд. И гоблины, и кобольды принадлежали к Альянсу Королей. Они были врагами Королевства Арабакия.

Харухиро бежал.

На Кузаку и остальных напала группа кобольдов.

— Харухиро?! — Сетора использовала свое копье, чтобы сдерживать кобольдов. — Ты был неосторожен! Вся эта территория - под контролем врага!

— Простите! Я была слишком наивна! — Мерри держала свой боевой молот наготове, защищая Шихору.

— Ты не знала этого, так можем ли мы тебя винить?! — Кузаку взмахнул своей большой катаной и разрезал одного из кобольдов. — Ага! Сюда...!

— Я не могу просто ждать, пока меня защищают...! — Шихору выглядела так, будто она что-то планировала сделать.

Это оно?

Она собирается это сделать?

— Приди же! Дарк...!

По словам Мерри, после множества переживаний Шихору вышла за рамки того, чему её учили в месте, называемом Гильдией Магов, и сформулировала новую магию. Харухиро не помнил этого, и он вообще ничего не знал о магии, но это звучало довольно невероятно. Фактически, Мерри даже сказала им, что достижения Шихору были поразительно впечатляющими.

Даже когда Мерри сказала ей. — Так что будь увереннее. — Шихору смогла только изобразить слабую улыбку.

Харухиро мог понять, что она чувствовала. Она была счастлива и благодарна за поддержку, но не знала, как реагировать на слова. — Ты была невероятна.

Важно было то, что она могла сделать сейчас, и какое-то славное прошлое, о котором она даже не могла вспомнить, не утешало её.

Шихору спросила Мерри всё, что она могла, о своей магии, и экспериментировала, пытаясь воссоздать её. Это было нехорошо. Поскольку магия Шихору была полностью её собственной, Мерри знала только поверхностные детали. Когда единственной подсказкой, которую она должна была найти, было имя, Дарк, Мерри стало плохо, и она посмотрела на Шихору извиняющимся тоном.

Несмотря на это, всякий раз, когда у Шихору было время, она пыталась представить себе Дарка, пытаясь сделать его своим. Она пыталась вытащить его откуда-то, размять воздух в его форму, всё, что она могла.

Шихору, должно быть, была готова испытывать разочарование каждый раз, когда она пыталась.

Харухиро это хорошо понимал. Такие люди, как Харухиро и Шихору, были недостаточно сильны, чтобы поверить, « Ничего страшного, ты определенно справишься ». Вместо этого они думали, « Я знаю, что не смогу, это невозможно, но я сделаю это, потому что у меня нет выбора ».

Ей должно было быть очень тяжело. Если бы это был Харухиро, он бы наверняка сдался.

« Ты отлично справилась, Шихору. »

Когда он так говорил, могло показаться, что он смотрит на нее свысока, но он действительно так думал. Удивительной была не прошлая Шихору, а та, которая была здесь и сейчас.

Из какого-то другого мира что-то открыло невидимую глазу дверь перед раскрытыми ладонями Шихору и появилось.

Чёрный.

Глубокий и густой, как ночная тьма.

Длинные черные струны переплелись по спирали и приняли определенную форму.

Был ли это человек? Он был достаточно маленьким, чтобы поместиться в руке Шихору.

— Вперёд, Дарк.

Когда Шихору отдала приказ, Дарк мгновенно выстрелил в одного из кобольдов.

Ншууууууууууууууу ... Это был звук его полета, или это был голос Дарка? Как бы то ни было, оно не походило ни на что другое.

Кобольд казался шокированным, и не было похоже, что он даже пытался увернуться от Дарка. Он попал кобольду в середину груди. Сразу после этого он резко изменил траекторию полета. Сделав крутой поворот вокруг первого кобольда, он столкнулся с другим. Этот кобольд вскрикнул и попытался уйти от Дарка. Но Дарк рванул вперёд, атакуя ещё одну цель.

Харухиро посмотрел на Шихору. Она следила глазами за Дарком. Нет, не то. Все было наоборот. Дарк двигался туда, куда смотрела Шихору. Шихору контролировала Дарка.

Шихору использовала Дарка, который выделялся, чернее тьмы ночной, и сделал это характерное ншууууууууууу , которое было довольно пугающим и действительно действовало на нервы, чтобы напугать кобольдов и вызвать у них панику.

— Неплохо, Шихору! — Сетора безжалостно пронзила одного из кобольдов, который в замешательстве бегал вокруг. Затем она крикнула Харухиро. — Что ты делаешь, болван?!

Сетора была как всегда резка, но возражать ей не мог. Харухиро схватил кобольда, перерезал ему горло кинжалом, а затем столкнул его вниз.

— Кузаку, Мерри!

— Ага! Понял!

— Хорошо!

Кузаку и Мерри яростно атаковали ближайших к ним кобольдов.

К тому времени, когда Харухиро смог сосчитать от одного до десяти, шесть или семь кобольдов были на поражении.

Оставшиеся кобольды тявкали и лаяли, пытаясь убежать.

Где-то мяукнул Киити.

— Харухиро! — Сетора указала на северо-запад. — Сюда! Похоже, там врагов нет!

— Уходим, все! — Харухиро отправил вперёд Шихору, Мерри и Кузаку, а затем сам выступил в тыл. — Сетора, вперёд! Я рассчитываю на тебя!

— Поняла!

Он снова услышал вой кобольдов. Хотя они и ушли из предыдущей группы, они пока не могли расслабиться.

Харухиро и остальные бежали так быстро, как могли. Скорость сказывалась на Кузаку, который был одет в тяжелые доспехи, но он был крепким, так что мог продержаться некоторое время, даже если он запыхался. Шихору казалась особенно легкой на ногах. Было ли это потому, что она нашла подходящую ей пару обуви на Одинокой Полевой Заставе? Или, может быть, она обрадовалась, что ей удалось призвать Дарка?

По крайней мере, поблизости не было никаких преследователей. Убедившись в этом, Харухиро крикнул Сеторе заранее. — Давайте отдохнем!

Кузаку немедленно присел.

— ...Уф. Было тяжело! Какого черта? Там оказались враги! Я знаю, что наполовину ожидал этого, но всё же...

Харухиро криво улыбнулся.

— Только на половину?

В такой ситуации только Кузаку наполовину ожидал, что всё получится. Харухиро был на 80, нет, на 90 процентов уверен, что Железная Крепость Риверсайд тоже пала от рук врага.

Вот почему он не унывал. Харухиро уже обдумывал свой следующий ход.

Куда на этих Равнинах Быстрых Ветров, которые были обширнее, чем они думали, они собирались отправиться дальше? Были варианты.

— В Чудесную Дыру...? * — нерешительно предложила Шихору.

Харухиро решил кивнуть ей.

— Ага.

— Точно. — Мерри вздохнула, словно пытаясь изменить свое нынешнее настроение. — Чудесная Дыра была местом охоты для Солдат-Добровольцев. Это сложно, и никто не знает всех подробностей, но там всё еще может быть база Солдат-Добровольцев...

— Это будет долгий путь. — фыркнула Сетора. — Но в этой ситуации, я полагаю, мы ничего не добьемся, требуя чего-то определенного. Пошлите. Эй.

Хотя Сетора только что ударила его коленом в спину, Кузаку даже не рассердился. — Я в норме! — он вскочил на ноги. — Давайте идти! Я немного отдохнул. Нам просто нужно зайти так далеко, как только сможем. Не похоже, что мы можем пойти дальше этого.

— Не мог бы ты сказать что-нибудь более существенное?

— Послушай, я не тот парень, на которого стоит рассчитывать на такие продвинутые приемы.

— ...Это ты считаешь продвинутым?

Харухиро проигнорировал их перепалку и огляделся.

Огни Риверсайда Железной Крепости всё ещё были видны вдали. Он слышал вой кобольдов, но не было видно, чтобы они подошли ближе.

Во время своего пребывания в предгорной долине они услышали большую часть местной географии от Мерри. Чудесная Дыра находилась к северо-западу от Одинокой Полевой Заставы. Они вернутся к развалинам аванпоста, а оттуда двинутся дальше.

Киити внезапно взобрался на Сетору и уселся ей на плечо. Он хотел внимания со стороны своего хозяина? Не похоже. Киити смотрел на север.

— Что это такое? — Сетора посмотрела на север.

— Это...

Он был слабым, но далеко на севере было что-то яркое.

Пытаясь не позволить эмоциям омрачить его суждения, Харухиро предположил. — Может быть, огонь?

— Хммм. — простонал Кузаку и почесал в затылке.

Что они должны были делать с этим? Трудно сказать.

А пока они решили двинуться к свету, который, по их мнению, мог быть огнем.

Пройдя примерно километр к северу, они поняли, что свет тоже движется на них.

Кто-то нес факел или фонарь, и они были в движении.

Кто бы это ни был, они, вероятно, находились всего в километре или около того от группы, хотя было бы великодушно назвать это даже приблизительной оценкой.

— Может, они на нашей стороне? — сказал Кузаку, улыбаясь, но не смеясь.

Даже Кузаку честно не думал, что кто бы это ни был, он будет союзником, то есть с Пограничной Армией или Солдатами-Добровольцами. Если вопрос был в том, были ли они друзьями или врагами, да, вероятно, было безопасно считать себя врагом.

— Там. — Сетора указала на северо-северо-восток, а затем снова на восток. — И там тоже.

Там был не один свет. Они были далеко на севере, но отсюда было видно ещё две точки света. Лучше предположить, что это ещё не всё.

Сетора вздохнула.

— Надеюсь, они передвигаются пешом.

« Интересно » почти сказал Харухиро, но затем остановился.

Шихору и Мерри молчали.

Сухой ветер, дующий по Равнинам Быстрых Ветров по ночам, походил на низкое рычание. Это был странный звук для ветра. Это тоже звучало немного похоже на чей-то свист, но он не мог в этом быть уверенным.

В такие моменты Харухиро чувствовал себя из тех людей, которые ждут, что кто-то другой скажет, что делать. Он был не из тех, кто активно принимает решения.

Несмотря на это, согласно тому, что сказала им Мерри, Харухиро был их лидером.

— Север и восток кажутся опасными. — несмотря на то, что Харухиро считал позицию лидера слишком тяжелой для него, он сказал своим товарищам. — Река Джет и Риверсайд Железная Крепость тоже находятся к западу отсюда, так что пойдем на юг.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

7. Настоящее Протекает Бок о Бок Вместе С Прошлым

В версии с изображениями тут находится картинка.

Они шли всю ночь и к рассвету добрались до леса, раскинувшегося у подножия Гор Тенрю.

Хотя это всё ещё было у подножия Гор Тенрю, это было более в 50 километрах от их бывшего лагеря, вероятно, в 60 километрах или около того.

Все были полностью измотаны, но, не зная, где они находятся, было опасно просто разбить лагерь где попало. Сначала им нужно было исследовать и разобраться в местности, выяснить, есть ли тут опасные звери, и проверить возможные источники воды. Солнце уже взошло, так что уснуть им все равно будет нелегко. Было бы лучше, если бы они сделали то, что нужно было сделать.

Они нашли реку без особых усилий. Рядом с рекой была пещера, но она кишела летучими мышами и покрыта гуано. Если бы они собирались его использовать, им пришлось бы выгнать летучих мышей и убрать их помет.

Деревья здесь были гуще, чем возле долины. Это было больше похоже на джунгли, чем на лес. Может быть, потому что это был бассейн реки Джет, деревья и растения казались здесь особенно яркими. И в воздухе, и в земле была сырость.

Однажды они мельком увидели большое двуногое существо, похожее на ящерицу, но только на некотором расстоянии. Мерри сказала, что это может быть дикая лошадь-дракон, представляющая собой небольшой вид драконов. Выросшие в неволе, очевидно, могли передвигаться с человеком на спине.

Днем Харухиро и остальные отдыхали недалеко от того места, где они впервые нашли реку. Были большие, покрытые мхом камни и небольшое открытое пространство в их тени. Это было как положительным, так и отрицательным моментом, когда они так выделялись, но они решили использовать скалы в качестве временного кемпинга.

Пока остальные сели на землю, Харухиро остался стоять. У него было смутное чувство, что, если он сейчас сядет, это истощит его дух.

Киити стоял на вершине большого валуна и вел наблюдение.

Никто не говорил. Кузаку и Мерри оба пытались что-то сказать, но закрыли рты, прежде чем издать звук.

Они много говорили во время поисков, и все вели себя нормально, но они должны были чувствовать себя подавленными. Даже если бы это было не так, для них не было бы странным чувствовать себя потерянными, подавленными и немотивированными.

Харухиро был более или менее подготовлен к этому, но Равнины Быстрых Ветров были заняты врагом.

У них здесь не было союзников, а если и были, то они прятались. Также как их группа.

Скорее всего, это означало, что не было союзных сил, достаточно больших, чтобы одолеть врагов, которые оккупировали Альтерну, Крепость Наблюдателя Мертвецов и Железную Крепость Риверсайд. Даже если Пограничная Армия и Солдаты-Добровольцы были живы и здоровы, они оказались в ситуации, когда, как Харухиро и его группа, им пришлось бежать и прятаться, чтобы выжить.

« Что ж ничего не изменилось ».

Харухиро собирался сказать это несколько раз, но каждый раз останавливался. Хотя это была абсолютная правда, это было бы не очень эффективно.

« У нас нет никакой надежды ».

Харухиро решил, что здесь уже полно врагов. Ему не нужно было говорить, что у него не было ни малейшей уверенности в том, что, возможно, просто возможно, была хоть какая-то надежда.

Честно говоря, он хотел отрезать себя от этого.

Он хотел решить сам. Принять то, что им придется сделать всё самим.

Эта мысль освежила Харухиро. Ему даже не пришлось притворяться или что-то в этом роде.

Однако это все равно будет тяжело.

Он хотел закричать, « Какого черта? Нафиг всё это! Это нечестно! Насколько ужасным парнем я был? Чем я заслужил такое? Даже если и провинился, это слишком жестоко! »

И это только сейчас. Должно быть самое худшее, что со мной происходило.

Если бы он мог просто обманом заставить себя продолжать, он бы постепенно к этому привык. Собственно, он уже чувствовал себя намного лучше, чем вчера.

Он предположил, что, даже если есть разница в степени, все они чувствуют примерно одно и то же.

Сейчас всем было тяжело, но, если бы они смогли пережить эти тяжкие времена, они как-то справились.

— Давайте поедим. — сказал Харухиро.

Мерри, Сетора и Шихору смотрели на Харухиро в оцепенении. Их ответы были скучными и слабыми. Кузаку даже не взглянул.

Харухиро ударил Кузаку по голове.

— Пора поесть.

— ...Ой! — Кузаку прижал руку к голове и посмотрел на Харухиро.

— ...А? Еда?

— Ага. Давай перекусим.

— ...Да, конечно.

Даже когда он думал, « Сколько раз я должен это сказать? » повторил Харухиро.

— Давай чего-нибудь поедим.

Даже не отправившись за продуктами, у них все ещё оставалось немного еды из их бывшего лагеря в долине. Это было просто сушеное мясо и ягоды, но пережевывание чего-либо помогло бы их разуму работать, и они бы лучше расслабились, когда их желудки не были пусты. Тогда они даже смогут немного поболтать.

Из осторожности решили пока не разжигать огонь. Тем не менее, они обсуждали, где лучше всего поставить крышу, если они построят печь, и где они будут спать.

Когда дело доходило до этих вещей, этап планирования всегда был самым интересным. Иногда они слишком волновались и придумывали нереалистичные идеи, но, если разговор об этих мечтах помогал им подбодрить, это было хорошо по-своему.

Вечером Сетора сказала, что она становится сонной, и вздремнула поздно вместе с Киити. Кузаку тоже лег и вскоре захрапел.

Поскольку всё так получилось, в конце концов, только Харухиро, Шихору и Мерри не спали, сидя в треугольнике на равном расстоянии друг от друга.

Это был логичный способ сидеть, если вы хотели устранить слепые пятна. Они были не близко, но и не слишком далеко друг от друга. Это было похоже на приличное расстояние.

Но это было немного неловко.

Почему? Он не знал. Был ли Харухиро единственным, кто так думал?

Очевидно, нет, потому что Шихору и Мерри явно не могли расслабиться. По своей природе они не были болтливыми, но даже с учетом этого были очень тихими.

— Темновато стало. — решил Харухиро и попытался завязать разговор.

Шихору кивнула.

— ...Ага.

— Ты отлично справилась. Дарк. Магия.

— ...Ага. — Шихору ещё раз кивнула, затем улыбнулась. — Я смогла.

Уголки губ Харухиро тоже немного приподнялись. Ему было бы трудно по-настоящему улыбнуться. На самом деле, он не мог.

— Я рад за тебя. В самом деле. Здорово.

— Ага... я рада.

— Твой контроль тоже был идеальным. Контроль... Можно же так сказать? Это же не странно, правда?

— Это не... странно. Думаю, подходит.

— Ох, да? Отлично. — Харухиро потер щеку. — Я не преувеличиваю? Говоря, что это отлично.

Шихору покачала головой.

— Если ты говоришь, что это отлично, Харухиро-кун... Это делает меня... счастливой.

Харухиро чуть не сказал, « Ох, правда? » снова, но он проглотил слова и стал искать, что сказать, но ничего не придумал.

— Ага. — пробормотала Мерри.

Когда он оглянулся, глаза Мерри были опущены.

— Это отлично. — сказала она ни к кому конкретно. Её губы улыбались, но почему-то она казалась грустной.

Что бы это могло быть? Харухиро находил это странным, но он не знал, как с ней поговорить об этом. В конце концов Сетора, Киити и Кузаку проснулись. Солнце садилось.

Они все перекусили ещё раз, пока не стало слишком темно.

— Могу я сказать что-нибудь снисходительное? — спросил Кузаку, пережевывая кусок вяленого мяса.

— Нет. — без колебаний ответил Харухиро.

Кузаку выглядел так, будто собирался заплакать.

— Чтоо...?

— Если мне не нужно слушать твоё бормотание, то можешь говорить всё, что захочется. — сказала Сетора, отстраняясь от него.

— Если ты не собираешься слушать меня, какой в ​​этом смысл...? Я просто хотел сказать, «Было бы хорошо, если бы мы все вместе ели лучше», вот и всё.

Харухиро вздохнул, преувеличенно пожал плечами.

— Ты всё равно это сказал.

— Да ладно вам, ребят. Вы прикалываетесь надо мной, да? — Кузаку посмотрел на них. — Я ошибся? Вы ведь прикалываетесь? Как будто это обязательно. А? Вы не прикалываетесь?

Он отвернулся. Никто не ответил.

— А? А? — Кузаку запаниковал. — Я был неправ? Я неправильно понял? Может, я раздражаю? Ребята, вы меня ненавидите?

Не в состоянии больше смотреть, Шихору слегка улыбнулась ему.

— ...Это не правда.

— Я-Я знал, правда?! — Кузаку казался преувеличенным облегчением. — Фух, вы тут со мной! Так объединяйтесь со мной! Не говорите мне, что все, кроме меня, на самом деле уже вернули свои воспоминания, верно?!

Очевидно, что это было не так, но они могли общаться, как будто были вместе много лет. Не всегда. Но были времена, когда это было так.

— Может, тебе и не нужны воспоминания. — внезапно сказала Мерри. — Важно не прошлое, а настоящее.

Что заставило Мерри так подумать?

В отличие от Харухиро и остальных, у Мерри были воспоминания, которые им очень помогли.

Он не мог их вспомнить, как ни пытался, так что это был спорный вопрос, но Харухиро никогда не думал, что ему не нужны его воспоминания.

Если бы Хиёму или кто-то другой явился прямо сейчас и безоговорочно вернул ему украденные воспоминания, он, вероятно, не отказался бы. Он очень хотел их вернуть.

Как только плотная завеса ночи опустилась, группа по очереди дежурила и спала.

Кузаку и Сетора уже немного поспали вечером, поэтому они стояли на страже с Киити, а затем разбудили Харухиро во второй половине ночи.

Мерри тоже проснулась, но Шихору крепко спала.

— Почему бы не дать ей немного отдохнуть? — сказала Сетора, указывая подбородком на Шихору. — Её магия полезна. Мы должны держать её в таком состоянии, в котором она могла бы проявить свою силу в случае необходимости.

— Ты могла бы сформулировать это получше... — сказал Кузаку, обращаясь к Харухиро с «Верно?».

Со своей стороны, Харухиро тоже хотел позволить Шихору отдохнуть. Даже если они позволят ей отдохнуть, это всё ещё была Шихору, поэтому он чувствовал, что она проснется сама. А пока он решил пойти на вахту с Мерри.

Прошло всего мгновение, прежде чем Кузаку исчез, как свет. Сетора легла, обнимая Киити. Не шевелятся и не ворочатся.

Харухиро попытался спросить о чем-то, что его беспокоило.

— Эй, Мерри.

— Что? — Мерри ответила спокойным тоном.

Но с чего он должен был начать?

— Нет, эм... Всё в порядке, забудь об этом.

Мерри усмехнулась.

— Ох, да?

— Это не нормально, но... — Харухиро замолчал. — ...Это не нормально.

— Знаешь, это как будто возвращает меня в те времена.

— А?

— То как ты говоришь. Так ты разговаривал когда-то давно.

— Так разговаривал раньше? ...Ой. Имеешь в виду, прежде чем потерять память?

— Даже раньше. — Мерри вздохнула. — ...Мне жаль. С такими вещами было бы лучше вообще не иметь воспоминаний...

— Нет, но ты помнишь. Разве не очевидно, что ты задумалась о том, как все было раньше?

— Но я единственная, кто помнит всё это.

— Хм... — Харухиро несколько раз потянул нижнюю губу. — Возможно я окажусь не прав, но эти воспоминания для тебя важны... не так ли?

Прежде чем Мерри ответила, последовала короткая пауза.

— ... Хм. Да. Они очень важны для меня.

— Тогда я не думаю, что ты можешь говорить, что они тебе не нужны. Они помогают всем нам, о чем ты помнишь. Дело в том, что без твоих воспоминаний я не знаю, что бы с нами случилось.

— Но знаешь?

— Да?

— Просто… — Мерри понизила голос. — Это ещё не всё. Есть вещи, о которых я не говорю ни тебе, ни остальным.

— ...Есть ещё?

— Потому что есть некоторые вещи, которые мне не нужны.

Такие как?

Харухиро хотел спросить об этом, но не смог.

Если он принял это за чистую монету, то те вещи, о которых ей не нужно было рассказывать, означали второстепенные.

Но так ли это на самом деле? Возможно, они не были неважными, но были и другие причины, по которым она не сказала или не могла сказать ему.

Может быть, у Мерри были свои причины не говорить об этом. Возможно, она намеренно держала эти воспоминания при себе. Харухиро было настолько любопытно, что он не мог полностью исключить желание расспросить её об этом. Тем не менее, несмотря на свое любопытство, он не хотел её принуждать.

— Говоря о прошлом, я знаю, что ты рассказывала, что я был лидером, но... — сказал Харухиро бодрым голосом. Или, по крайней мере, он пытался говорить таким голосом. — Я просто не могу в это поверить. Не могу представить, что подхожу для такого. С точки зрения личности.

— Возможно, ты не из тех, кто тянет всех за собой. — небрежно ответила Мерри. — Ты собрал нас всех вместе таким способом, который отличался от остальных, который мог придумать только ты.

— А? На что это было похоже? Неужели я настолько ненадежен, что все остальные работали усерднее, или что-то в этом роде?

— Я никогда не думала, что ты ненадежен. — сказала Мерри. — Ох, но, — добавила она. — не пойми меня неправильно. Я не говорю тебе, что тебе следует делать сейчас или какими я хочу, чтобы ты был, Хару.

Мерри была очень внимательна к Харухиро.

Почему она была такой милой?

Потому что, конечно же, они товарищи.

« Но это «Хару», а? », подумал Харухиро. Мерри была единственной, кто называла его так.

Харухиро был немного длинноват, поэтому все звали его Хару. Если бы это было так, в этом не было бы ничего примечательного. Но это было не так. Все, кроме Мерри, звали его Харухиро или Харухиро-кун.

Может быть, Хару было проще сказать.

Кузаку, Сетора и Шихору были с тремя слогами, а Харухиро - четырьмя, поэтому она сократила его. Это могло быть всё, что нужно было сделать.

— У тебя есть способ действовать в своем собственном темпе. Ты можешь не выглядеть так, но ты упрям. В хорошем смысле.

— Разве быть упрямым это хороший способ...?

— Когда ты что-то делаешь, разве не важно, чтобы какая-то часть тебя не дрогнула? Без этого тебя будут тянуть во все стороны.

— Ох, кажется, я понял.

— Я была зациклена на прошлом. Хотя как «была», я и до сих пор думаю о нём… — сказала Мерри. Затем более тихим голосом добавила. — Может быть, такова моя личность.

— О прошлом. — повторил ей Харухиро.

— Я никогда не могла смотреть вперед. Вы - все меня спасли.

— Не могу себе представить, чтобы я сам был таким уж дальновидным человеком...

Он не просто пытался скрыть, как его смутила её похвала, он действительно так думал. У Харухиро не было ни радости, которая удерживала Кузаку от зацикливания на вещах, ни рационального ума, который позволял Сеторе мыслить ясно и избегать негативных эмоций.

— Что ж… — подумала Мерри на мгновение, прежде чем заговорить. — Возможно, ты не был дальновидным. Дело не в том, что ты планировал все эти следующие шаги заранее, прежде чем двигаться вперед. Ты никогда не отрывал глаз от того, что было перед тобой в данный момент.

— Хм... Значит, я, можно сказать, был стойким?

— Если бы мне пришлось сказать это слово, может быть, это всё?

— Если говоришь мне, что я был осторожен, или предусмотрителен, или что-то в этом роде, я вроде как понял...

— В то же время ты ещё можешь быть и смелым.

— А? Я могу быть смелым?

— Иногда, конечно. — сказала Мерри с озорной улыбкой. — Ты меня удивлял несколько раз. Но всякий раз, когда ты делал что-то, что меня удивляло, ты это делал не ради себя, а ради своих товарищей. Вот почему я... я так к тебе отношусь, проявляя такие чувства.

— Из-за этого ты так относишься ко мне...? — повторил Харухиро.

— Я никогда не смогу отблагодарить тебя за то, что ты для меня сделал.

— Не… — всё, что мог сказать Харухиро.

Он не помнил, чтобы делал что-нибудь, что заслуживает благодарности. Нет, буквально не помнил.

— Прости. — извинилась Мерри. — ...О Боже. Что я делаю? Вот и я снова зациклилась на прошлом. Хотя для остальных это ничего не значит.

Харухиро покачал головой. Он не считал это бессмысленным.

Но в то время как Мерри всё помнила, Харухиро ничего не мог вспомнить.

Может быть, у Мерри и Харухиро были общие воспоминания. Возможно, они были важны для них обоих.

Но Харухиро ничего не помнил и, похоже, не мог вернуть эти воспоминания.

По сути, Мерри говорила, что даже если это имело значение для неё, это не имело значения для Харухиро и не могло иметь реального значения для него. Эта пропасть между ними расстроила её.

В конце концов, Харухиро хотел извиниться за то, что забыл всё. Однако Мерри это только встревожило бы, так что он, очевидно, не собирался этого делать.

— Эм... — сказала Шихору.

— Ах! — Мерри запаниковала. — Ш-Шихору, ты не спала? Как долго?

— Эм... Как долго?

— Ты слушала...?

— Н-Немного...

— О-Ох... Понятно. Значит, ты слышала... могла бы что-то сказать.

Харухиро неопределенно улыбнулся и сказал. — Ага. — что так волновало Мерри? Для него это не имело смысла.

Шихору встала и поползла туда, где они были.

Может быть, она не могла видеть, потому что столкнулась с Харухиро.

— Иик...

— Ой! Т-Ты в порядке?

— Я-Я в норме... — сказала Шихору, садясь рядом с Харухиро.

Он чувствовал, что она была немного близко, но, вероятно, потому, что в темноте было трудно определить расстояние.

— Простите. Я... — Шихору так низко склонила голову, что он мог сказать, даже не имея возможности видеть её. — ...Я проспала. Вы, должно быть, пытались меня разбудить, но я не вставала... Верно...?

— Нет, мы просто не пытались разбудить тебя. — ответил Харухиро.

— А...? Вы не будили меня? Почему...?

— Ты так хорошо спала, что мы начали говорить о том, чтобы просто дать тебе отдохнуть. Так мы и поступили.

— Ага. — согласилась Мерри. — Ты, должно быть, была слишком измотана...

Шихору молчала.

Обидели ли они её? Она могла чувствовать себя обиженной из-за того, что с ней обращались по-особенному, или из-за того, что её не видели равной.

— Нам нужно было тебя разбудить, да? — Харухиро попытался сказать. — Мы не имели в виду ничего плохого...

Шихору энергично покачала головой.

— Я никогда не думала так о вас... мне очень жаль.

Почему она извиняется?

Ну, дело не в том, что Харухиро не понимал. Шихору был серьезным человеком. У нее было низкое мнение о себе, поэтому она чувствовала себя эмоционально загнанной в угол, думая, что ей нужно стараться больше, чем всем остальным.

Он хотел сказать ей, что она может расслабиться, но даже если бы он это сделал, Шихору, вероятно, не смог бы расслабиться.

Все, что мог сделать Харухиро, это уважать её желания и быть готовым поддержать её, когда придет время. Ему нужно было уделять пристальное внимание, чтобы он мог дотянуться до неё, если она будет выглядеть так, будто вот-вот сломается, нет, до того, как это дойдет до этого момента.

Харухиро поднял правую руку и коснулся спины Шихору.

« Вхуа », подумал он и убрал руку.

« Что я делаю? Нет, я этого не делал. Это была неудачная попытка. Слава Богу. Это была всего лишь попытка .»

Она была девушкой. Он не мог просто так прикоснуться к ней. Это было бы аморально или неуместно. Во всяком случае, он не мог.

Он всегда обнаруживал, что хочет подбодрить Шихору.

Очевидно, никаких скрытых мотивов у него не было.

По крайней мере, он так думал.

Хм, не так ли? Харухиро не мог сказать, что у него не было желания, желания касаться с девушкой. Он мог бы немного. Мог ли он с уверенностью сказать, что это не было проявлением этого?

Как только он начал думать об этом, он не мог сказать ни слова.

Сначала Шихору молчала, а теперь Харухиро тоже замолчал. С точки зрения Мерри, вероятно, в этой ситуации она не могла что-либо сказать.

Все трое наблюдали за местностью, ожидая рассвета. Их сердца, конечно, были не спокойны. По крайней мере, у Харухиро. Но на поверхности всё было тихо.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

8. Ржавые Глаза

В версии с изображениями тут находится картинка.

Их лагерь в тени скал с каждым днем становился все более полным. Теперь, когда они попытались здесь поселиться, он мог сказать, что в окрестностях было больше ресурсов, чем в той же долине. Росло больше разнообразных растений, и не только тех, которые они могли есть, но и множество крепких лоз.

Разумеется, найденный ими плющ можно было использовать в качестве веревки, но Сетора также экспериментировала с ним и обнаружила, что с ним можно работать как с тетивой. У Сеторы были проблемы с изготовлением стрел с правильным наконечником, но проникающую силу даже простой заостренной палки нельзя было недооценивать. Наличие луков имело огромное значение для того, насколько эффективно они могли охотиться.

Они заполучили гвозди на Одинокой Полевой Заставе. К тому же у них был доступ ко всем крепким лозам, которые они хотели. Это значительно расширило круг вещей, которые они могли построить.

Также было много животных. В тот раз они заметили только лошадь-дракона*, но была ещё стадо пеби*, которые были этими кроличьими-собачьими существами, и они часто видели ганаро*, которые были похожи на диких коров, а ближе к Горам Тенрю были обезьяны с лисьими мордами. Судя по вою, царапинам на деревьях и помету, на который они иногда попадались, в округе где-то охотились волки и медведи. Если такие свирепые хищники могли размножаться здесь, это означало, что в этом районе должно было быть много добычи.

Они находились по крайней мере в десяти, вероятно, пятнадцати километрах от Железной Крепости Риверсайд и кобольдов, населявших её. Было ли это достаточно близко, чтобы почувствовать угрозу, или достаточно далеко, чтобы не бояться?

Подобно долине в предгорьях, им придется остерегаться драконов, которые сделали Горы Тенрю своим домом.

На третий день в своем лагере в тени скал они попытались пройти пять или шесть километров на запад к Реке Джет.

Когда они случайно посмотрели вверх по течению, они увидели огромное существо, плавающее с головой над водой. Он был похоже на дракона. Вся группа запаниковала и поспешно выбралась оттуда. Так всё и случилось.

На четвертый день они нашли несколько интересных следов примерно в километре к востоку от своего лагеря. Множество следов и отметин, будто что-то осталось на земле. Казалось, они исходят не от четвероногого зверя, а от какого-то двуногого существа.

Той ночью Харухиро, Сетора и Киити стояли на страже возле печи, которая была построена так, чтобы максимально скрывать свет её огня, когда внезапно Киити повернулся на юго-восток и навострил уши.

Сетора пыталась что-то сказать. Харухиро поднял руку, чтобы остановить её, но она закрыла рот, прежде чем смогла заговорить.

Был слышен какой-то шум.

Харухиро услышал его, но не знал, что это за шум.

Это был не зверь. Он вроде мог сказать так. У него не было доказательств. Всё это было лишь догадкой.

Харухиро помахал Сеторе и Киити, подав им сигнал.

— Оставайтесь здесь. Я пойду проверю. — сказал он.

Сетора кивнула. Киити, скорее всего, будет ей подчиняться.

Харухиро беззвучно отошел от печи.

Он не возражал против этого ощущения, как будто он плыл во тьме. Можно даже сказать, что ему было удобно.

Ночной воздух подходил Харухиро больше, чем дневной. Ему даже казалось, что он может прикоснуться к вещам через ночной воздух, почувствовать их тепло.

Он обыскал всё, но ничего.

Он пришел к выводу, что поблизости нет крупного зверя.

Однако, даже если бы его не было сейчас, он мог быть когда-то.

Например, что-то могло приблизиться, чтобы разглядеть Харухиро и его группу, но случайно или по независящим от них причинам в конечном итоге подняли шум. Они могли подумать, « Ох, нет », и решили убежать.

Остались следы. Что бы ни происходило, им придется быть ещё более осторожными. В зависимости от ситуации им, возможно, придется покинуть свой лагерь в тени скал. Было больно, но, если им придется это сделать, они не должны колебаться.

Когда они говорили об этом за завтраком, они слышали больше, чем просто шум. Они услышали мужской голос.

— Солдаты-Добровольцы? — послышался чей-то голос.

— ...А? — Кузаку поднял большую катану, лежащую у его ног. — К-Кто там?!

— Как думаешь, мы так тебе и ответим? — Сетора взяла лук и посмотрела на Харухиро.

Харухиро глубоко вздохнул.

Солдаты-Добровольцы?

Голос спросил, были ли они Солдатами-Добровольцами.

Мерри промолчала и посмотрела в ту сторону, откуда раздался голос. Это был юго-восток.

Что они должны были подумать об этом? Или им лучше двигаться, чем думать?

« Мы были неосторожны. Были же признаки. Мы должны были ожидать, что это может произойти », подумал он на мгновение, но так ли это на самом деле? Задним числом всегда было 20-20. Харухиро не был ни всеведущим богом, ни гением. Он был всего лишь простым посредственным человеком, поэтому даже если бы он мог предвидеть, что это может произойти, он не мог знать всех конкретных деталей. Ему не пойдет на пользу сожаление о том, что он не смог сделать то, на что у него вообще не было шанса.

— Если вы Солдаты-Добровольцы, пожалуйста, ответьте. — сказал голос.

— ...Что будем делать? — Кузаку присел и спросил Харухиро.

Прежде чем Харухиро смог ответить ему, голос потребовал ответа.

— Ваши подозрения неизбежны, но мы не подозреваем. Если вы Солдаты-Добровольцы, мы можем работать сообща.

Брови Сеторы нахмурились.

— Мы?

— ...Он не один. — прошептала Шихору.

Мерри посмотрела на Харухиро.

— Они могут быть остатками Пограничной Армии.

— Я подойду к тебе. — сказал Харухиро владельцу голоса. Затем он быстро посмотрел на каждого из своих товарищей. — Все, оставайтесь здесь. Просто будьте начеку.

Кузаку сказал ему. — Лады. — но Сетора посмотрела на него взглядом, который казался скорее раздраженным его решением, чем неудовлетворенным, и Шихору, похоже, тоже была обеспокоена.

— Подожди. — Мерри схватила Харухиро за руку. — Возьми меня с собой.

— Нет, но...

— У тебя нет воспоминаний, помнишь? Ты сможешь принять решение за доли секунды?

— Она права. — Сетора кивнула. — Вы двое идите вместе. Самопожертвование - это нормально, но, если зайти слишком далеко, оно становится невыносимым и приносит больше вреда, чем пользы.

Харухиро невольно почти извинился, но сумел остановиться, просто сказав. — ...Верно.

Мерри направилась к голосу с ним.

Примерно в 30 метрах впереди из-за деревьев появился одинокий мужчина.

— Вот. — сказал он.

Харухиро и Мерри посмотрели друг на друга.

Что это был за человек? Что касается Харухиро, этот человек не выглядел так, как будто он был одет так иначе, как они. Но он был значительно старше. Парню должно было быть больше 30. Он был бородат, носил кожаную одежду, ботинки и темно-зеленый плащ.

— ... Я его не знаю. — с сомнением сказала Мерри. — Я не думаю, что в Пограничной Армии были такие солдаты как он. Но он также не похож на Солдата-Добровольца...

Мужчина подошел.

— Я с Экспедиционной Группой Королевства Арабакии.

— Экспедиционная Группа? — Харухиро нахмурился. — … Мерри, ты слыхала о них?

Мерри покачала головой.

— Но если он не из Пограничной Армии...

Харухиро шагнул вперед, надежно удерживая Мерри за спиной.

Мужчина остановился примерно в десяти метрах от пары.

В нём не было чувства чистоты. Кожа мужчины была темной от грязи. Однако Харухиро тоже привык жить на свежем воздухе, поэтому разговаривать он был не из тех.

Белки его глаз пожелтели и налились кровью, а руки без перчаток были ужасно грязными. Его ногти были коротко острижены.

Кроме того, когда человек шел, он почти не издавал ни звука.

— Мы прибыли с материка. — сказал мужчина и усмехнулся. — Если вы Солдаты-Добровольцы, значит, нам нужно подкрепление. Я ожидал, что вы нас встретите.

— Добро пожаловать... — пробормотал Харухиро и ответил с улыбкой.

Если честно, он пытался скрыть свое замешательство. Он хотел иметь возможность обрабатывать имеющуюся у него информацию. На это потребуется время.

— Почему вы здесь? — спросила Мерри у человека.

— ...В таком месте?

Мужчина пожал плечами. Видимо, он либо не хотел отвечать, либо не мог.

Он выглядел довольно круто. Могли ли они ему доверять? Харухиро не мог решить.

— Я разведчик. По сути, я на самом дне. — он улыбнулся, подразумевая, « Знаете же, каково это, верно? » — у меня нет полномочий. Если вы согласитесь, я отведу вас обратно в лагерь. Командир или кто-то, работающий на него, раскроет вам любую информацию.

Лагерь. Командир. Информация. Харухиро обдумывал, что сказал мужчина, слушая.

— Ты был тем, кто следил за нами прошлой ночью, да?

— Значит, вы заметили. — мужчина облизнул нижнюю губу. — Ты такой же, как я. Разведчик... Нет, в Пограничье тебя бы назвали Вором, да?

Мужчина говорил достаточно вежливо, но в его жестах и ​​выражении лица была грубость.

Даже сейчас этот человек оценивал Харухиро и Мерри. Скорее всего он думал: « Если мне придется убить этих двоих, как мне это сделать? »

На самом деле Харухиро думал примерно о том же.

Мужчина выглядел способным. Но он не чувствовал себя противником, которого они не могли победить. С Мерри здесь двое против одного, но не поэтому. Этот человек явно недооценивал Харухиро. Это означало, что у него была возможность поработать.

Тем не менее, возможно, у этого человека была веская причина так расслабиться.

— А если мы… — начал Харухиро.

—А если вы, — перебил его мужчина. — из тех беспринципных людей, которые нас не примут, боюсь, у меня не будет другого выбора, кроме как устранить вас. Если вы не дураки, я думаю, вы поймете, что это не пустая угроза, и я говорю это, потому что могу выполнить её с легкостью.

— Что ты имеешь в виду...? — прошептала Мерри.

По сути, это означало, что этот человек, или, скорее, Экспедиционная Группа, или кем бы они ни были, были на уровень или два выше группы Харухиро.

Харухиро взглянул мимо мужчины. Раньше он этого не замечал, но это потому, что его внимание было приковано к человеку перед ним. Мужчина позаботился об этом.

По всему лесу кое-где были вооруженные люди. Они не стояли там открыто, и многие из них торчали на полпути из-за деревьев или кустов.

Даже с первого взгляда он насчитал десять.

Харухиро поднял руки.

— Конечно, мы приветствуем вас.

Их было пятеро, плюс Киити. Эти парни называли себя военными, так что их, предположительно, было больше десяти или двадцати человек. Они работали в другом масштабе.

— Я имею в виду, мы приветствовали вас с самого начала. Разве это выглядело не так?

— Ох, конечно же, я видел. — мужчина насмешливо улыбнулся. — Однако вчера вечером я пришел совсем один. Я был уверен, что, если мы придем вместе, то вы обязательно нас поприветствуете. Если собираешься устроить вечеринку, то чем больше, тем веселее, правда?

Харухиро был из тех, кто предпочитает спокойный вечер шумной вечеринке, но теперь ему не нужно было раскачивать лодку.

— Ты прав.

— Меня зовут Нил*. — Мужчина подошел большими шагами и протянул правую руку. — А тебя?

Харухиро взял мужчину за руку и назвал свое имя.

— Я Харухиро.

Нил притянул Харухиро к себе и прошептал ему на ухо.

— С вами прекрасная дама.

Кровь прилила к его голове.

Нил, казалось, видел его насквозь, когда он с улыбкой хлопал Харухиро по плечу.

— Это был комплимент.

Харухиро и Мерри вернулись в лагерь в тени скал с Нилом. Они объяснили ситуацию Кузаку, Сеторе и Шихору и решили собраться и отправиться в лагерь Экспедиционной Группы.

Лагерь Экспедиционной Группы находился более чем в пяти километрах от скал, в лесу на юго-западе. Это было довольно близко к Горам Тенрю, но, по словам Нила, драконы ещё не атаковали их.

В этом районе было разбито около 50 палаток, а вооруженные солдаты отдыхали или обслуживали свое снаряжение. Группы солдат, сидящих в кругу, не выглядели так, как будто они просто болтали. Они бросали деревянные кости или делали что-то с большим количеством коротких деревянных палочек. Может, они играли в азартные игры?

Когда солдаты заметили Харухиро и остальных, они смотрели, шептали своим товарищам и издавали подлый смех.

Многие из них были молоды, чуть старше или даже немного моложе Харухиро и его группы. Было много солдат среднего возраста, может быть, даже пожилых, у которых поседели бороды.

Честно говоря, они создавали плохую атмосферу.

Харухиро на самом деле не знал, но, вероятно, существовали правила, которым должны были следовать солдаты. Эти парни казались неряшливыми. Он жил в дикой природе, поэтому Харухиро был не из тех, кто разговаривал, но они выглядели как группа варваров.

Даже под нескромными взглядами всех этих солдат Сетора казалась невозмутимой. Но Мерри и Шихору выглядели действительно противными.

— Они прошли долгий путь из своих родных городов, чтобы служить в армии, и... Что ж, все на грани. — объяснил Нил, ухмыляясь. — Может быть, это слишком возбуждает здешних юных леди, но потерпите их, ладно? Я не со зла.

— Возбуждает, а? — Кузаку выглядел довольно рассерженным. — Ты уверен, что это не со зла? Мне трудно в это поверить.

Нил откашлялся, затем тихонько рассмеялся, но не ответил.

Они прошли через лагерь, который на самом деле не был разделен на секции, пока не пришли к месту, где было сосредоточено несколько больших палаток. Вокруг него был стол и стулья, одни люди сидели, а другие стояли. Эти ребята не походили на рядовых солдат.

Нил пошел вперед, упал на одно колено и склонил голову.

— Генерал. Я их привёл.

— Отлично сработано.

Человек, которого он называл Генералом, не был опрятным, как Нил и другие солдаты, у него была настоящая борода, которую он держал ухоженной. По возрасту он выглядел на сорок с лишним лет, с рыжими волосами и проницательными глазами. Его доспехи были отполированы, а поверх него был надет черный меховой плащ. К тому же этот рыжеволосый генерал был высоким, хотя и не таким высоким, как Кузаку.

— Вы всё-таки выжили, Солдаты-Добровольцы, да?

У него был хриплый устрашающий голос.

На мгновение Харухиро колебался. Следует ли ему поцеловать мужчину? Или просто вести себя нормально?

— Эм, да».

— Что ты имеешь в виду под «Эм»?

— Да. — Харухиро поправился.

Он покрылся холодным потом и слегка поморщился. Мужчина был довольно страшным.

Генерал посмотрел на другого мужчину, который стоял неподалеку, а не сидел в кресле.

— Ты знаешь их, Энтони*? — спросил генерал.

Человек по имени Энтони покачал головой.

— Нет, генерал. У меня нет личных знакомых среди Солдат-Добровольцев. Хотя я знаю некоторых из них по имени.

Генерал посмотрел на Харухиро ржавыми глазами.

— Как тебя зовут?

—Харухиро.

Наверное, лучше не бросать вызов этому человеку. Он казался немного страшным. Хотя он не хотел быть слишком раболепным. Откуда взялся этот менталитет? Харухиро и сам этого не знал.

— Остальные - Кузаку, Шихору, Мерри и Сетора. Кроме того, имя няаса - Киити.

— Я их не знаю. — пожал плечами Энтони. — Я не думаю, что они похожи на Сому, Акиру или Ренджи, которых уважали даже регулярные войска.

— Сома... Ренджи... — прошептала Мерри.

Оба эти имени упоминались в историях, которые им рассказывала Мерри.

— Ренджи записался в армию одновременно с нами. — сказал Харухиро, затем остановился на мгновение. — Мы... члены гильдии Сомы, Воины Зари.

Насколько он знал, он не лгал. Он просто не помнил и деталей, окружающих это.

— Воины Зари? — генерал посмотрел на Энтони.

Энтони кивнул.

— Клан - это что-то вроде взвода в армии. Сома собрал способных Солдат-Добровольцев, чтобы сформировать клан под названием Воины Зари. Некоторые из них, такие как Акира, Рок и Ио, были известны даже среди нас в Пограничной Армии.

— Вы из Пограничной Армии? — спросил Харухиро.

Энтони кивнул. — Верно. Грэкхем Расентра, командовавший Пограничной Армией в Альтерне, отправил посланника на материк с просьбой о помощи. Мне и моим людям было приказано охранять этого посланника.

— Мы не знаем границы. — сказал генерал, глядя на окружающих. — Энтони - ценный гид. Вот почему, хотя это означало отбытие, как только он прибыл, мы попросили его сопровождать Экспедиционную Группу.

— В конце концов, я родился на границе. — сказал Энтони с подобострастным выражением лица. — У меня нет намерения жить в мире и безопасности на материке. В любом случае я собирался вернуться.

Харухиро действительно было наплевать на их ситуацию, но он вроде как понял картину.

Королевство Арабакия когда-то процветало к северу от Гор Тенрю, на земле, которую теперь называют границей. Однако, когда они потерпели поражение от Альянса Королей во главе с Бессмертным Королем, они бежали к югу от Гор Тенрю. То, что они теперь называли материком, когда-то давно называлось границей.

Крупнейшая приграничная база Королевства Арабакия, Альтерна, подверглась внезапному нападению.

Генерал Грэкхем Ватсхисфейс из Пограничной Армии решил, что не сможет защитить её, и попросил у материка подкрепление.

В конце концов пришло подкрепление.

Вернее, они едва смогли это сделать.

— Похоже, в Альтерне нет ничего, кроме гоблинов. — Харухиро опустил глаза. Лучше всего было передать это бесстрастно. — Орки находились в Крепости Наблюдателя Мертвецов, кобольды в Железной Крепости Риверсайд, и никого не было на Одинокой Полевой Заставе.

— У нас уже есть эта информация. — сказал генерал, махнув рукой.

Харухиро не сразу понял, чего они от него хотят.

Энтони решил ему помочь.

— Генерал хочет поговорить с вами лично.

Очевидно, у них не было возможности поговорить о чем-то личном. Генерал хотел поговорить по секрету. Энтони говорил ему это окольным путем.

Харухиро взглянул на своих товарищей, затем подошел к генералу.

Генерал отвернулся от Харухиро и пошел дальше. Вероятно, это означало, « Следуйте за мной ».

— Наше Королевство Арабакия больше не имеет опоры на этой границе. — тихо сказал генерал, продолжая двигаться расслабленным шагом. — Если король и его избранные вассалы на материке решат, что ситуацию слишком сложно изменить, это поставит вас, народ, в довольно трудное положение... И нас тоже.

Харухиро не мог понять, что имел в виду генерал, если собирался вот так ходить вокруг да около. У него не было воспоминаний.

Было ли лучше сохранить это в секрете? Или быть откровенным и раскрыть это? Он ещё не смог посоветоваться с товарищами по этому поводу. Вскоре им придется принять решение, но сейчас, вероятно, поднимать этот вопрос было не самой лучшей идеей.

На самом деле, он не мог решить, хорошая это идея или нет. Ситуация была слишком сложной и деликатной. Ему пока придется молчать.

— Эм, в общем...

— Король и его приближенные почти наверняка попытаются навсегда отделить материк от границы.

— Сивер*.

— Сделать невозможным путешествие от одного к другому.

— ...Это многое проясняет.

Что это было? Ему казалось, что он что-то слышал об этом от Мерри.

Ох верно .

В Горах Тенрю, а может быть, и под ними, был секретный проход, Кое-что-или-Другая Дорога*. Жители Королевства Арабакия изначально использовали эту дорогу для эвакуации к югу от Гор Тенрю. Однако они также использовали его, чтобы отправлять армию на границу и построить Альтерну.

Даже сейчас люди и торговля текли между Альтерной и материком по Кое-чему-или-Другой Дороге.

Или так было до недавнего времени.

Как бы то ни было, если они знали, где находится Кое-что-или-Другая Дорога, можно было бы перейти от границы к материку и наоборот.

Экспедиционная Группа, должно быть, тоже прошла через Кое-что-или-Другую Дорогу.

Генерал остановился, поэтому остановился и Харухиро.

Вокруг них не было ни палаток, ни солдат.

— Если мы не сможем обеспечить себе базу в масштабе Альтерны, король обязательно уничтожит Дорогу Аорты Земного Дракона.

Оххх. Официальное название Кое-чего-или-Другой Дороги было Дорога Аорты Земного Дракона.

— ...Уничтожит его? — сказал Харухиро.

Генерал повернулся, немного наклонившись, чтобы приблизиться к лицу Харухиро.

— Мы, как видишь, разношерстная группа. Нам нужна вся доступная помощь. Ты будешь сотрудничать нами, Солдат-Доброволец. Не говори нет. Мы должны беспокоиться об утечке информации. Если ты не будешь подчиняться, у меня не будет выбора, кроме как убить тебя.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

9. Потерянный Рай

В версии с изображениями тут находится картинка.

Дела шли плохо.

Что ж, им было очень плохо ещё с того момента, как они проснулись без своих воспоминаний, так что паника по поводу этого сейчас не поможет.

Тем не менее, когда у вас была такая длинная полоса неудач, как эта, когда абсолютно ничего не шло хорошо, нельзя было избежать того факта, что это утомляло.

Харухиро и остальные заняли своё особенное положение в лагере Экспедиционной Группы.

Им дали палатку в том же месте, где и Джину Могису, рыжеволосому генералу, и его соратникам, а также Энтони Джастину, с которым обращались как с штабным офицером, и им требовалось разрешение, чтобы покинуть это место.

Когда Экспедиционная Группа двинулась, команда, конечно же, была обязана двигаться вместе с ними.

У Энтони было пятеро подчиненных, которые пошли с ним защищать посланника. Формально эти люди были такими же, как Харухиро и его группа. По сути, все они были членами полка, которые подчинялись непосредственно штабному офицеру и командиру полка Энтони.

Они находились под постоянным наблюдением, но, если они держали головы близко друг к другу, для них не было невозможным разговаривать тайно.

Харухиро дождался ночи, чтобы поговорить со своей группой.

— Итак, о воспоминаниях. Что ты думаешь?

— Я не думаю, что мы должны что-либо им говорить насчет них. — сказала Мерри.

— В этом есть смысл. — согласилась Сетора. — Мое мнение такое же, как и у Мерри.

— Как думаете, что они собираются заставить нас сделать? — спросил Кузаку. — Экспедиционная Группа здесь, чтобы вернуть Альтерну, верно?

— ...Значит, мы должны... помочь им в этом? — предположила Шихору.

Сетора неубедительно прогудела. — Они хотят, чтобы мы пробрались в Альтерну, не так ли? Я изначально была не отсюда, но вы, ребята, хорошо подходите для такой работёнки.

— Неа, но там полно гоблинов, верно? Ни в коем случае мы туда не попадем... — отметил Кузаку.

— Если бы я пошел один, я мог бы справиться с этим. — задумался Харухиро.

— Но ты же этого не помнишь, правда, Хару? Даже если бы ты мог проникнуть внутрь...

— В этом нет особого смысла, да?

— Даже если это не так, я уверена, что они найдут нам применение. Они могут использовать нас как одноразовых пешек.

— Сетора-сааан... — заскулил Кузаку.

— Что?

— Не могла бы ты выражаться помягче...?

— Я не собираюсь менять то, как я говорю или действую. Тебе придется к этому привыкнуть.

— Нет, я не против, понимаешь? Я имею в виду, я могу выдержать словесное избиение.

— Тогда в чем проблема?

— Я здесь не единственный.

— Меня тоже это устраивает. — вмешалась Мерри. — То, что Сетора никогда не сдерживается, действительно приятно.

— ... Я думаю, это лучше, чем пытаться приукрашивать вещи... — согласилась Шихору.

— Ага, я согласен. — сказал Харухиро.

— А? Что? Тогда нет проблем?

— Ты устроил сцену из ничего. А теперь подумай о том, что ты сделал, и на время замолчи.

— ...Верно, извините...

Несмотря на то, что он был крупнее любого из них, Кузаку был для всех младшим братом. Может, у него был характер самого младшего брата в семье. Хотя было неясно, были ли у него братья и сестры.

Наблюдение было неприятным, но у Экспедиционной Группы было достаточно припасов, поэтому, к счастью, группе было предоставлено достаточно пайка и воды для каждого из них. Был корпус материально-технического снабжения и личный состав, способный ремонтировать оружие и одежду. Могис сказал, что они были разношерстной бандой, но в этом отношении они были организованной военной силой.

Когда рассвело, Экспедиционная Группа начала готовиться к выходу.

По словам их начальника Энтони, Экспедиционная Группа в настоящее время находилась в сорока километрах к западу от Альтерны. Они подойдут к ним в течение следующих трех дней, а затем начнут операцию по возвращению города.

— Сорок километров за три дня...

— Не забывай, мы движемся с армией. — объяснил Энтони. — А по пути мы будем пересекать горы.

— Горы? Ты имеешь в виду Горы Тенрю? — спросил Харухиро.

— Это горный хребет, выступающий к северу от горного хребта Тенрю. Есть риск быть съеденным драконами, но это неизбежно. Если бы мы выбрали маршрут вокруг гор, нам бы пришлось идти через Равнины Быстрых Ветров. С такой силой велика вероятность, что враг обнаружит нас.

Честно говоря, у Харухиро не было ничего, кроме плохих чувств по поводу всего этого.

Экспедиционная Группа технически представляла собой армию, но даже такой любитель, как он, мог видеть, что это была разношерстная группа, которую наскоро сколотили.

Во-первых, низкий боевой дух войск. Генерал Могис отдал приказ готовиться к походу, так что можно было ожидать, что они сразу же начнут собирать свои палатки, но некоторые из мужчин всё ещё спали, а другие не торопились есть и пить. Был даже один солдат, которому вышестоящий офицер надрал задницу за то, что он снял свое снаряжение и был наполовину голым, а другой упал, забираясь на дерево, и получил травму.

Солдаты Экспедиционной Группы были настолько недисциплинированы, что Харухиро почувствовал себя немного шокированным. Таких солдат даже не были в меньшинстве. Львиная доля силы была такой, и даже офицеры, которые расхаживали вокруг, как будто они были важны, были не намного лучше. Из-за этого, пока они не совершали ничего особенно вопиющего, например, бегали голыми и кричали, их не ругали.

Генерал Могис, должно быть, забил на них, потому что он ничего не говорил им до тех пор, пока не отдавал приказ. Хотя, должно быть, он стал нетерпеливым. Он подошел прямо к одному солдату и неожиданно ударил его ногой по заднице.

— Мы скоро выдвигаемся. Приготовься.

Что же до того, заставило ли это солдат немедленно двинуться с места, этого не произошло. Было несколько человек, которые начали разбирать свои палатки без особого энтузиазма, но более половины просто хмуро сидели, пинали деревья или щипали траву.

— Вхуа... — Кузаку начал улыбаться, но не смог заставить себя. — Ты думаешь, это нормально?

Ясно, что это не так.

Когда Харухиро впервые увидел группу, ему показалось, что там много молодых людей. Тем не менее, все они были в доспехах, с мечами или копьями. Он полагал, что, хотя они не обязательно были опытными, все они предположительно были профессиональными солдатами.

Это могло быть неправдой.

Он хотел ошибиться в этом, но большинство из них могло быть на самом деле менее способным, чем Харухиро и его группа.

Судя по телосложению и манере передвижения, большинство из этих солдат выглядели просто любителями. Мысль о том, что они храбро сражаются с врагом с оружием в руках в напряженной битве не на жизнь, а на смерть, была тем, что Харухиро не мог себе представить.

К тому времени, когда Экспедиционная Группа была более или менее организована, чтобы двигаться дальше, прошел полдень. Когда это произошло, солдаты начали жаловаться, что они голодны, и потребовали что-нибудь поесть. Генерал Могис был терпеливым человеком. Не огрызаясь, он решил, что они отправятся в путь после обеда. Но, в конечном счете, к тому времени, как солнце село, Экспедиционная Группа протянула всего пять километров.

На второй день они двинулись рано утром и едва преодолели 12 километров. Похоже, они наверняка пересекут горы завтра, нет, послезавтра.

Той ночью Энтони собрал Харухиро и остальную группу.

— Вам должно быть плохо, да?

— Ну... — Харухиро ничего не сказал.

— Я тоже ничего не знал о ситуации на материке. В конце концов, я приграничный уроженец. — был ли Энтони самоуничижительным или смотрел свысока на людей, рожденных на материке? Его улыбку можно было прочесть в любом случае. — Но они рассказали нам, насколько велик материк. Сказал, что это рай, совсем не похожий на дикую границу.

— Ты ходил туда, да, Энтони...- сан? — спросил Кузаку.

Энтони опустил глаза и, нахмурившись, кивнул.

— Когда мы выехали с Дороги Аорты Земного Дракона, мы вошли в крепость под названием Спезия*... и были там задержаны.

Они дискриминировали его как человека приграничья. Так сначала подумал Энтони, но, по всей видимости, это было не так. Число жителей материка, которые взаимодействовали с Энтони и его людьми с границы, было небольшим, и они ничего не сказали о материке, даже не ответили на его вопросы.

— Когда я присоединился к этому Экспедиционной Группе, на обратном пути через Дорогу Аорты Земного Дракона, генерал Могис сказал мне правду. — вздохнул Энтони. — Нас задержали в Спезии, потому что они не хотели, чтобы люди на границе знали о ситуации на материке, потому что это был не рай...

Очевидно, прошло около 130 лет, плюс-минус, с тех пор, как люди Королевства Арабакия сбежали к югу от Гор Тенрю.

С тех пор королевство колонизировало юг и постепенно расширяло свою территорию. Они вернулись на границу примерно 100 лет назад и построили Альтерну.

Жителям Королевства Арабакии, родившимся на границе, то есть в Альтерне, вроде Энтони говорили следующее:

« На южных землях были не десятки, а сотни крупных поселений ».

« Поля простирались настолько далеко, насколько мог видеть глаз, и на холмах и у подножия гор паслось больше скота, чем когда-либо можно было пересчитать ».

« Поскольку повсюду были рудники, которые производили железо, золото и серебро, королевство содержало армию, насчитывающую десятки тысяч человек, и даже простые люди носили великолепные украшения ».

« Еще южнее южных земель жили варварские племена, не покорившиеся царству. Но эти первобытные люди были всего лишь дикарями. Жители материка назвали их обезьянами и объявили войну, чтобы поработить их, охотой. Солдат редко умирал на охоте. Варвары воевали между собой, и королевство иногда даже вмешивалось, чтобы быть посредником между ними. Король был милосердным отцом ».

« На материке была развита промышленность, и люди жили в достатке, поэтому было много музыки, театра и других форм досуга. Бог Света, Лумиарис, широко почитался, и благословения света наполняли землю ».

« Валюта, используемая в Альтерне, чеканилась на материке. Однако в каждом месте его ценность была совершенно разной. Предмет, который стоил одну золотую монету на границе, можно было купить за десять серебряных монет на материке ».

« В каком-то смысле на материке не было бедности. Даже если вы потеряли всё свое богатство, играя в азартные игры, существовали учреждения, которые оказывали помощь бедным в городах, и, если вы пойдете в одно из них, они гарантируют вам еду, воду и крышу над головой ».

— Всё это было большой и жирной ложью. — сказал Энтони, указывая на солдат Экспедиционной Группы, которые валялись в темноте или пили и гуляли. — Что эти подонки будут делать в раю?

По словам генерала Могиса, Экспедиционная Группа состояла из вторых и третьих сыновей фермеров, уличных головорезов и захваченных в плен дезертиров.

На материке был только один город, который можно было назвать городом: столица. Король, королевская семья, его ближайшие приближенные и тысяча других дворян, а также от одной до десяти тысяч человек, поддерживающих эти привилегированные классы, жили в Новой Родекии, столице Королевства Арабакия.

Там было бесчисленное множество фермерских деревень, но они облагались высокими налогами, и жизнь людей там была трудной.

Война с «обезьянами» на юге была невероятно напряженной. Эти дикари были причиной того, что они не смогли построить большие города. Жители материка подвергались постоянным нападениям варваров и жили в страхе перед грабежом.

Королевство Арабакия воевало с дикарями более века, и они не только не смогли истребить их, но даже не ступили в свои цитадели на юге. Варвары были разделены на множество племен, поэтому королевство могло работать с одним племенем, заставляя их сражаться с другим. Благодаря проницательным переговорам им удавалось каким-то образом удерживать контроль на своей территории.

В фермерских деревнях старший ребенок унаследовал ферму, поэтому второй и младшие сыновья либо зарабатывали на жизнь как фермеры-арендаторы, либо были вынуждены покинуть деревню.

Молодежь из сельских деревень хлынула в Новую Родекию, не имея возможности прокормиться. Однако лишь немногие избранные могли найти какую-либо работу. В конце концов, у них были почти единственные варианты: присоединиться к банде преступников или стать добровольцем в армии.

Суровость полей сражений на юге вызвала постоянные дезертирства.

Были псы, которым было поручено преследовать дезертиров.

Чёрные Гончие. *

Так назывался отряд специальных операций, который специализировался на поимке и перевоспитании, возвращении или даже казни дезертиров.

— После десяти лет убийства дикарей по всему югу генерал Могис стал командиром Чёрных Гончих. — сказал Энтони, покосившись на палатку генерала. — Я не знаю, что он сделал, чтобы в конечном итоге возглавить Экспедиционную Группу. Но, судя по качеству войск, которые ему дали, нельзя сказать, что это был шаг вперед для него.

По словам Энтони, Экспедиционная Группа состояла из тысячи человек, включая логистический корпус, который поддерживал их с тыла.

Однако, за исключением нескольких десятков человек вроде разведчика Нила, который был одним из протеже генерала Могиса со времен его службы в Чёрных Гончих, порядочных солдат в этой группе не было. Даже те, у кого был армейский опыт, были дезертирами с юга. Они схватили кучу сбежавших, спасая свою жизнь трусов, и отправили их на границу.

Сетора вздохнула.

— Это будет та ещё головная боль.

— Судя по его военному послужному списку, я думаю, что генерал на это способен. — тихо сказал Энтони. — Должно быть, у него что-то на уме.

Похоже, было множество людей со своими намерениями и ситуациями, и Харухиро и его группа оказались в центре всего этого. Он предпочел бы не вмешиваться, но для этого было уже поздно.

Генерал ясно угрожал Харухиро. Если они не будут сотрудничать, их убьют.

Немотивированных солдат было много, но это не особенно страшно. Однако все десятки верных подчиненных генерала, вероятно, были такими же опытными людьми, как Нил. А пока они должны будут выполнять то, что он сказал.

— Он упоминал о том, как они собираются уничтожить Дорогу Аорты Земного Дракона, если Экспедиционная Группа не сможет захватить Альтерну? — спросил Харухиро.

Энтони кивнул.

— Генерал говорил нам. Вероятно, он открыл это нам, потому что мы не с материка. Похоже, среди войск прячутся агенты короля.

Эти агенты получили секретный приказ наблюдать за действиями Экспедиционной Группы, а по возвращению на материк доложить королю, если того требует ситуация.

Для Короля Арабакии и знати раем был не юг, а именно граница. Если возможно, они хотели вернуться сюда с триумфом. Даже сейчас, спустя 100 с лишним лет с тех пор, как они были изгнаны Альянсом Королей, они не отказались от этой мечты.

Но мечта была не более чем мечтой.

Королевство было занято борьбой с безудержными варварами. Даже когда Альтерна пала, всё, что они могли собрать, было неуправляемой толпой, подобной этой Экспедиционной Группы.

— Если враг обнаружит и захватит Дорогу Аорты Земного Дракона, нашему королевству Арабакия придет конец. — сказал Энтони циничным тоном. — Я уверен, что они готовятся сдать его до того, как это произойдет, в качестве последнего средства.

Если Экспедиционная Группа потерпит сокрушительное поражение, люди короля тайно отделятся и вернутся на материк.

Если король примет решение, услышав их отчет, мечта королевства закончится, но они будут избавлены от вторжения Альянса Королей.

Кузаку огляделся.

— Так ты хочешь сказать, что есть шпионы...?

— Даже как человек, рожденный в приграничье, я был воспитан гордостью как человек из Королевства Арабакия. — сказал Энтони болезненным тоном. — ...А пока я просто хочу вернуть Альтерну. В конце концов, это мой родной город. Мои погибшие товарищи не могут так покоиться с миром.

Харухиро мало что знал о короле, знати или людях материка, но он не был полностью способен сочувствовать Энтони.

Тем не менее, действительно ли они могут вернуть Альтерну?

На следующий день они продвинулись на пять километров к востоку, и Экспедиционная Группа приготовилась перейти через горы.

Впрочем, ничего конкретного, что нужно было делать, не было. Они просто собирались отдохнуть пораньше, потому что перед ними горная гряда, похоже, могла укрывать драконов.

Действительно ли генерал Джин Могис планировал вернуть Альтерну?

На следующий день Экспедиционная Группа начала восхождение в горы.

Мужчины вели себя напуганно, или маскировали это, дурачясь, или жаловались на то, насколько трудным был подъем. Те, кто окружал генерала Могиса, были тихими, так что они, должно быть, были из Черных Гончих или были другими настоящими солдатами, которые не дезертировали.

Сколько из них было способных нормально сражаться?

Он попытался сосчитать, но, исключая Энтони, его пятерых подчиненных и группу Харухиро, их было в лучшем случае 50 человек.

Когда он поднимался в мрачном настроении, разведчик Нил подошел к нему.

— Вы когда-нибудь сталкивались с драконом раньше?

Харухиро посмотрел на Мерри.

По её словам, на них напал невероятно устрашающий дракон, изрыгавший огонь и сражавшийся с маленьким драконом, называемым виверна. Что касается Харухиро, он, по-видимому, даже летал на драконе в каком-то месте под названием Изумрудный Архипелаг.

Естественно, он ничего этого не помнил.

Пока он думал, как ответить. — Ну, да, несколько раз. — ответил за него Кузаку.

— Драконы в Горах Тенрю? — спросил Нил.

— Неа. — Кузаку пожал плечами. — Но ведь дракон есть дракон, верно?

— Не говори мне, что ты убил одного.

— Не убивал, но летал на нем.

— ...Что?

— Но не я. Это Харухиро. — Кузаку почему-то хвастался.

Нил уставился на Харухиро.

— Ты?

— Может, по нему и не скажешь, но наш лидер потрясающий. — на этот раз Кузаку казался гордым.

« Нет, я не такой уж и крутой, и что ты имеешь в виду, по нему и не скажешь? Кроме того, приятель, ты даже не помнишь, как это происходило ».

Было так много вещей, над которыми можно было подшутить, Харухиро не знал, что делать. Но поскольку они скрывали тот факт, что у них нет воспоминаний, он оставил свои комедийные уколы при себе.

— Мне показалось, что ты ужасно спокоен, но это всё объясняет, да? — Нил криво усмехнулся. — Если появится дракон, он весь твой. Я видел их только издали. В глубине души я боюсь глупо.

— По тебе и не скажешь. — заметил Харухиро.

— Я просто веду себя жестко перед дамами. — небрежно сказал Нил.

Внезапно Сетора остановилась.

Она посмотрела на юг и сузила глаза.

Лицо Нила скривилось.

— Вхоа, что там? Не говори мне...

Сетора усмехнулась.

— Просто шучу.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

10. Жизнь и Смерть

В версии с изображениями тут находится картинка.

Гора не была особенно крутой, и погода была хорошей. Путешествие было бы похоже на групповое восхождение, если бы не драконы. Когда около тысячи человек идут колоннами, дикие звери обычно не подходят. Если только это не самый могущественный из всех животных, дракон, о котором говорят, что на него некому охотятся, кроме ему подобных.

Чтобы достичь вершины, потребовался вечер, к счастью, за это время не было замечено ни одного дракона.

Глядя на восток, был виден большой город. Не Альтерна. Дамуро. В то время, когда Королевство Арабакия процветало к северу от Гор Тенрю, Дамуро был центральным городом их самого южного региона. А когда пал Дамуро, победа Альянса Королей и поражение человечества были высечены в камне.

После этого Дамуро стал логовом гоблинов, разделенным на Новый Город на западе и Старый Город на востоке. Старый город был заброшен более 100 лет и всё ещё лежал в руинах. По словам Мерри, его населяли те гоблины, которые потерпели поражение во фракционной борьбе города, вместе с другими изгоями. Короче говоря, Новый Город, восстановленный гоблинами, был странным. Он больше походил на массивный муравейник, чем на город, посреди которого смешались высотные здания.

Экспедиционная Группа направилась на восток, спускаясь с горы, делая по пути перерывы. Они не хотели ночевать на склоне горы, поэтому, даже если солнце садится по пути, им просто нужно продолжать идти и молиться, чтобы не объявились драконы.

Солдаты сначала либо прыгали на собственные тени, либо бездельничали, но теперь молча двинулись вперед. Даже если они начнут ныть. — Я устал, больше не выдержу. — никто не собирался носить их на спине или тянуть за руки. Если бы они не пошли на своих двух ногах, их бы оставили на склоне горы, где могли быть драконы.

Когда они перебрались через гору, Экспедиционная Группа начала действовать как настоящие военные. Может быть, именно поэтому генерал Джин Могис выбрал этот путь? Очевидно, если бы появились драконы, было бы слишком много хаоса, чтобы войска могли чему-то научиться, так что, возможно, Харухиро слишком сильно над этим подумал.

Верно.

Драконы не появились.

Наконец, поздно ночью Экспедиционная Группа закончила спуск с горы, и большинство солдат рухнули, где бы они ни находились, и уснули, как камни.

Харухиро и его группа тоже были измотаны, но уснули не сразу. Время ушло на подготовку подстилки, чтобы прилечь, какой бы минимальной она ни была, и после всего этого они как следует отдохнули. Если они ложатся спать голодными, их сон будет неглубоким, поэтому сначала они должны что-нибудь перекусить, а если они не утолят жажду, то не получат полноценного сна.

Пока Харухиро и остальные готовились ко сну, генерал Могис спокойно шел между солдатами. Подавляющее большинство мужчин не шевелились и не двигались. Это было немного жутковато - генерал выглядел так, будто шел по полю мертвых.

Нет, не вроде, а жутковато.

Генерал гудел на ходу.

Он явно наслаждался собой.

— ... Ты уверен, что этот мужик не псих? — прошептал Кузаку.

Генерал решил пересечь гору, сделав ставку на отсутствие драконов, чтобы обучить своих людей. Может, дело не в этом. Он был бы доволен появлением драконов. Фактически, он этого хотел. Драконы нападали, а люди в панике бегали влево и вправо, убивая одного за другим. Хотел ли Джин Могис посмотреть, как разворачивается эта сцена? Улыбаясь и напевая, он смотрел...

Это было абсурдно.

Харухиро изрядно устал, так что, вероятно, он просто потакал глупым фантазиям.

Когда взошло солнце, Харухиро сразу же проснулся, но прошло довольно много времени, прежде чем это сделали солдаты Экспедиционной Группы.

Они вышли в путь около полудня, и к тому времени, когда они прошли четыре километра на юго-восток, солнце уже садилось.

Альтерна находилась примерно в десяти километрах к востоку отсюда.

С этого момента виднелись в основном рощи деревьев, открытые равнины и болота. Если они выступят с армией в тысячу человек, их точно заметят издалека. Если они хотели начать внезапную атаку на Альтерну, им приходилось ночью форсированным маршем пересечь землю и взять её одним сильным рывком.

Генерал Могис приказал армии стоять в стороне, а затем позвал разведчика Нила, Энтони и группу Харухиро.

— У меня есть важная миссия, которую вы должны выполнить. Я хочу, чтобы вы связались с нашими агентами, которые должны скрываться на вражеской территории, и собрать информацию.

— Скрываются? — спросил Харухиро. — ...Под вражеской территорией вы подразумеваете Альтерну, верно? Означает ли это, что в Альтерне есть люди?

Генерал просто смотрел на Харухиро, ничего не говоря.

— Если их ещё не обнаружили. — ответил Энтони. — В случае, если Альтерна будет оккупирована противником, небольшое количество людей останется в городе в ожидании поддержки.

— Это предполагает, что они следовали правилам. — добавил Нил.

— Подтверждение этого - часть твоей миссии. — небрежно сказал генерал, но это показалось опасным.

Нет, несомненно, это будет действительно опасно.

Честно говоря, ему это не понравилось. Но если бы это был приказ генерала, он не мог отказаться.

Харухиро задумался на мгновение, прежде чем открыть рот.

— Может быть, нам следует свести нашу численность к абсолютному минимуму?

Генерал молчал. Он смотрел на Харухиро.

— Я хорошо справляюсь с этой задачей, но, если я приведу людей, которые не идут со мной, они будут только мешать.

— Я - Жрец. — сказала Мерри. — Если кто-нибудь получит травму, я буду полезна. Думаю, мне стоит пойти.

Мерри, вероятно, не был специалистом по секретным операциям, но дело было и в их воспоминаниях. В конце концов, она ему понадобится.

— Я... — начал было Кузаку, но потом застонал. — Я бы с удовольствием пошел, но могу доставить вам неприятности...

Также не было причин, по которым они отчаянно нуждались в Сеторе и Киити.

— Ладно, значит отправляюсь я, Мерри... Энтони-сан и Нил-сан. — Харухиро посмотрел на генерала. — Сойдет?

Когда Харухиро посмотрел в ржавые глаза генерала Могиса, его по какой-то причине поразило беспокойство. Выражение лица мужчины было трудно прочитать. Он замышлял что-то ужасное? Харухиро не мог не подозревать об этом.

Генерал кивнул.

— Отлично. Отправляйтесь немедленно.

Когда они уходили, пожаловался Кузаку.

— Мы остаемся тут, да? Мне бы тоже хотелось пойти вместе с вами.

— Ты же сам сказал, что можешь доставить неприятности.

— Ага. Я могу доставить вам неприятности, но я всё равно хочу быть с вами. Я знаю, что это противоречо. Но это действительно так, правда?

— Нет. — Сетора не жалела слов. — Киити и я - это одно, но ты и Шихору в конечном итоге можете их лишь отяготить. Харухиро принял правильное решение.

— Но Сетора-сан, я не думаю, что Харухиро сделал это поэтому. Это не столько то, что мы были помехой, сколько то, что в глубине души он беспокоился о нас. Это отцовское стремление уберечь нас от опасности, понимаешь? Ох, я думаю, он не наш отец, да? Тогда это просто обычное беспокойство за товарищей.

— Нет. — сказал ему Харухиро. — Дело в том, что ты просто будешь мешать. Ты огромен.

— Да ладно тебе. …А? Ты серьезно? То есть, я знаю, что я слишком большой, но всё же!

Шихору потянула Харухиро за рукав.

— ...Береги себя.

Харухиро немного смутился и отвернулся от Шихору.

— ...Ага.

— Ты тоже, Мерри. — добавила Шихору.

— Обязательно. — сказала Мерри, её губы дернулись, чтобы подарить ей легкую улыбку. — ...Спасибо.

Вскоре после этого группа из четырех человек отправилась в путь.

К югу от Альтерны были заброшенные фермы и пастбища, а также фермерские дома кое-где, но их было недостаточно, чтобы считать их деревней. Теперь, когда Альтерна была взята, поля были вырублены, и скота не было видно. Фермеры сбежали или были убиты. Очевидно, все дома были пусты. Также не было никаких признаков того, что вокруг них прятались гоблины.

После того, как солнце село, Харухиро и остальные ступили в один из фермерских домов. Это был прочный деревянный дом с соломенной крышей, но он ничем не отличался от других. Внутренняя часть была разрушена. Без сомнения, это дело рук орков или гоблинов.

— Куда дальше? — спросил Харухиро Энтони.

Энтони сказал. — Сюда. — и повел Харухиро на кухню. Однако он никак не был отделен от остального дома. В углу комнаты была просто духовка и прилавок для приготовления еды.

Энтони помог Харухиро отодвинуть кухонную стойку. В стене за тем местом, где она находилась, была спрятана секретная дверь.

Когда они открыли потайную дверь, там оказалась тесная комнатка, воняющая пылью и плесенью. Бочки, ящики и старые инструменты остались внутри, но это должны были быть приманки.

Энтони и Харухиро вытащили бочки и другие предметы из комнаты и сняли с пола все каменные плитки.

В конце концов появился вход, похожий на колодец.

— Судя по тому, что я слышал, ему 50 лет. — сказал Энтони, вытирая пот со лба. — Предполагается, что есть и другие, но это единственный, о котором я знаю.

— Такое ощущение, что что-то из него выйдет. — Нил указал подбородком на проход. — Ты первый.

Энтони, Харухиро, Мерри, а затем Нил составляли команду марша группы, когда они спускались в тайный проход.

На стенах были металлические приспособления, за которые можно было зацепить руки и ноги, но какое-то время им приходилось спускаться прямо вниз. Он действительно был похож на колодец, но достаточно большой, чтобы в него мог пройти только один человек.

— В некоторых местах крепления расшатываются. Будьте осторожны. — Едва Энтони сказал это, как. — Вах! — удивленно вскрикнул он. — ...Это было опасно. Одна из арматур отвалилась.

Несмотря на это, им всем удалось спуститься вниз по вертикальной части, и после этого был туннель менее метра в диаметре и достаточно низкий, чтобы даже Харухиро, который не был особенно высоким, был вынужден склонить голову. Он был вынужден присесть во время ходьбы, так что это было довольно неприятно.

Энтони, который шел впереди группы, нёс небольшой фонарь. Это был их единственный источник света.

— Они прячутся и ждут подкрепления, в котором они даже не могут быть уверены, да? — Нил фыркнул. — Это проигрышная роль, о которой я когда-либо слышал. Я бы не стал брать на себя такую роль. Будем надеяться, что у людей приграничья будет немного больше стойкости.

— У людей приграничья. — твердо сказал Энтони. — нервы крепче, чем у жителей материка. Это точно.

Нил немного рассмеялся.

— Возможно, ты и прав.

— Я всегда прав. — ответил Энтони.

Туннель, должно быть, избегал мест, где скала была слишком твердой, чтобы её прокопать. Он крутился и крутился. Неизвестно, когда это закончится.

Харухиро иногда проверял, как дела у Мерри. Каждый раз она кивала ему, как бы говоря, что с ней всё в порядке.

— Куда ведёт этот проход? — спросила Харухиро Энтони.

— В Гильдию Рыцарей Ужаса в Западном Городке.

— Рыцари Ужаса. Западный городок... — задумчиво повторил Харухиро.

Как он вспомнил, Мерри сказала им, что их бывший товарищ, Ранта, был Рыцарем Ужаса. Западный Городок. Он не был уверен, но, вероятно, это была западная сторона Альтерны. Может быть, это было очевидно.

— Судя по тому, как далеко мы прошли, к настоящему моменту мы должны быть под Альтерной. — сказал Энтони.

После этого они прошли приличное расстояние. Когда они подошли к каменной стене, Энтони остановился.

Нил горько рассмеялся.

— Ох, ну давай же...

— Не торопись с выводами. — Энтони встал и вытянул спину.

Разве он не ударился головой? Похоже, там потолок был выше.

Энтони повесил фонарь на пояс.

— Ладно, придется лезть. Следуйте за мной.

В отличие от входа, здесь не было металлической арматуры, поэтому им приходилось упираться руками и ногами в стены и медленно продвигаться вверх.

Поднявшись примерно на два метра, он попал в дыру, которая уходила в сторону. Если они ползли, то просто могли в него влезть. Он был даже плотнее, чем туннель, через который они проходили раньше, но был укреплен камнем.

— Это выход. — сказал Энтони и начал во что-то биться.

Было ли это заблокировано тонкой каменной преградой? Энтони выбил его грубой силой.

Когда они вышли, они оказались в большой открытой каменной комнате.

Энтони снял фонарь с пояса и, держа его в руке, осветил его.

Были ли статуи вдоль стены? На пьедесталах стояли фигуры, не совсем люди или звери. Они были разных размеров. Некоторые были размером с человека, другие - вдвое меньше.

Затем была эта жуткая вещь, которую он сначала не мог определить; он думал, что это труп какого-то существа, но это была свеча. Бесчисленные свечи растаяли, а затем затвердели вместе, приняв эту ужасную форму, которая теперь преобладала на полу этой комнаты.

— Поклонение Скуллхеллу, да? — Нил посмотрел на одну из статуй и пожал плечами. — Как же отвратительно. Люди поклоняются богу смерти.

Энтони выглядел так, будто собирался что-то сказать.

— Это... — напрягся Харухиро. Он вытащил кинжал, даже не заметив этого. — ...Кто-то есть тут?

Путь в глубину комнаты. Это тоже статуя?

Нет, это была не статуя.

Он сдвинулся.

Встал.

— O-O-O-O Тьма, O-O-O-O Л-Лорд П-Порочности.

Он что-то говорил.

Это был человеческий голос.

— ...Выживший?! — Нил вытащил кинжал и приготовился.

— Нет... — Энтони опустил фонарь на землю и вытащил меч.

— Это не выживший! — крикнула Мерри.

— П-П-Призыв Д-Д-Демона. — сказал кто-то невероятно хриплым голосом.

Фиолетовое облако, похожее на облако, начало образовывать вихрь в темноте.

Эта кружащаяся масса вскоре приняла особую форму.

У него была голова, как у белоснежного оленя, и исхудавшее человеческое тело, покрытое темным плащом. Что это было?

— Демон! — сказала Мерри. — Знакомый Рыцарь Ужаса!

— Что происходит?! — крикнул Нил.

Мерри не ответила ему.

— Остановите демона! Я очищу его!

«Очистишь его» .

«Зомби, а?»

Проклятие Бессмертного Короля превратило этого Рыцаря Ужаса в движущийся труп. Он не выжил. Они уже были мертвы.

— Уеаххехххххххаххххххххххххххххххххх.

Демон испустил ужасающий крик, когда бросился в атаку. Появились белые костяные руки, скрытые плащом. Руки были практически как косы.

— Хахх! — Энтони издал боевой клич, отбрасывая демона своим мечом.

Харухиро и Мерри посмотрели друг на друга. Что пыталась сделать Мерри и чего она хотела от Харухиро? Он понял мгновенно.

Харухиро пробежал мимо Энтони, который обменивался ударами с демоном.

Зомби-Рыцарь Ужаса заметил Харухиро.

— Ах ах ах ах.

У зомби было оружие. Изогнутый меч, ятаган. Не один, а два. Парное оружие, да?

Когда зомби шагнул вперед, его охватил озноб.

Он предполагал, что раз это был зомби, это будет медленно и глупо или, по крайней мере, не так быстро, как при жизни. Возможно, он был ещё быстрее, когда был ещё жив, но всё ещё был довольно быстрым, несмотря на то, что был мертв.

За то время, которое потребовалось ему, чтобы сказать «Вхуа», разрыв сократился.

Его тело отреагировало инстинктивно. Он заблокировал два скимитара своим кинжалом и повернул их в сторону, но понятия не имел, как ему это удалось.

Зомби продолжал приближаться.

«Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. О, черт возьми».

Харухиро вытащил другой кинжал, с волнистым лезвием, похожим на пламя. Он отклонил ятаган зомби. Едва. Он отклонил его, даже когда подумал с удивлением, « Вау, я действительно могу справиться, да? »

Однако зомби внезапно исчез на его глазах.

— А...?

« Слева ».

Он не знал, было ли это инстинктом или чем-то ещё, но Харухиро посмотрел налево.

Вот он.

Зомби.

« Он телепортировался? Нет уж, это абсурд. Ох, ах. Ятаган. Я не смогу его избежать, и я не смогу его отбить. Я не выживу ».

— О Свет, да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса.

Мерри напала на зомби так, будто собиралась с ним справиться.

На самом деле это было именно то, что им нужно. Нет, он не подавал ей сигнала и находился в опасности, но они всё время стремились к тому, чтобы Харухиро действовал как приманка и привлекал внимание зомби, а затем Мерри очистила его с помощью магии.

— Развей...!

Произошла вспышка света, и она охватила зомби.

Когда зомби упал, демон тоже исчез.

— Хару! — Мерри бросилась к нему с ужасным выражением лица. — Ты ранен?!

— Ох… Ага. — то, как она крепко схватила его за руку и коснулась его лица, немного удивило его. — ...Я в порядке. Спасибо.

Мерри вздохнула.

— Слава Богу.

— Так это один из тех зомби, о которых я слышал? — Нил пнул упавшего зомби, пытаясь перевернуть его.

— Не надо. — остановил Энтони Нила. — Им манипулировало проклятие.

— Ха. — насмешливо засмеялся Нил. — «Им»? Проклятие, или что бы это ни было, теперь снято. Теперь это обычный труп.

— Вы, жители материка, не уважаете мертвых?

— Я не знаю, как обстоят дела на границе, но последователи Скуллхела не заслуживают ничего, кроме презрения, даже если они мертвы. Эти парни мерзкие, понятно?

— Насколько я могу судить, он был главой Гильдии Рыцарей Ужаса. Он остался в Альтерне и сражался до последнего. Что в этом мерзкого?

Нил махнул рукой, чтобы прервать разговор, будто это было слишком неприятно.

Мерри опустилась на колени рядом с телом и вознесла молитву. Энтони тоже вознес свою тихую молитву.

Харухиро попытался подражать им двоим, но есть ли смысл поддерживать такую ​​внешность, если он на самом деле не оплакивал этого человека?

— Ты такой же, как я, да? — Нил дружески хлопнул его по спине.

« Я не понимаю о чём ты », подумал Харухиро, но ничего не сказал. У него было чувство, что Нил ему никогда не понравится. Да, он может очень сильно ненавидеть этого парня.

— Пошлите. — Энтони поднял фонарь, который оставил на земле. — У нас есть дела в Гильдии Воров. Он тоже в Западном Городке, так что это недалеко.

Гильдия Рыцарей Ужаса находилась под заброшенным домом, который выглядел так, как будто мог рухнуть в любой момент.

Наземная часть на первый взгляд выглядела обветшалой, но конструкция была прочной, залы - замысловатыми, и было много маленьких комнат. В нем тоже было много потайных комнат, и в одной из них был проход, ведущий в подполье.

Этот глава, вероятно, был ранен в битве и сбежал в Гильдию Рыцарей Ужаса, но умер там.

Однако даже после занятия города враг не нашел гильдию. На всякий случай они смотрели под ноги, но выживших явно не было, и никаких других зомби или даже мертвых тел найти не удалось.

Этот глава был единственным, кто умер под землей, а затем был превращен в одного из движущихся мертвецов проклятием Бессмертного Короля, в результате чего он был там и ждал, когда прибудут Харухиро и другие.

— Похоже, мы сделали доброе дело, как последователи Лумиариса, Бога Света. — нагло сказал Нил. — Этот еретик, поклоняющийся Скуллхеллу, превратился в мерзость вопреки законам жизни. Это было мерзкое существо, которое нужно было уничтожить. Я уверен, что Лумиарис очень доволен.

— Не мог бы ты заткнуться? — Энтони впился взглядом в Нила. — Сейчас я ничего не чувствую, но мы не можем быть уверены, что поблизости нет врагов.

Нил слабо улыбнулся и поднял руки в шутливой капитуляции.

Место было тускло освещено. Приближался рассвет.

Западный Городок был трущобами, и здания выглядели старыми и полуразрушенными, сломанными или находившимися на грани разрушения, но их каким-то образом сохранили с надлежащим ремонтом.

Группа до сих пор не видела ни одного гоблина с тех пор, как поднялась на поверхность.

Разве в Западном Городке не было гоблинов? Нет, они, наверное, просто спали внутри. Им нужно было добраться до места до того, как гоблины проснуться.

— ...Должно быть где-то здесь. — Энтони посмотрел на Харухиро. — Почему мы до сих пор не добрались?

« Не спрашивай меня », что на самом деле чувствовал Харухиро, но он был Вором. Он не мог сказать, что не мог сказать им, где находится Гильдия Воров.

— Потому что... это Гильдия Воров? — Харухиро попытался предложить.

— Потому что... сейчас раннее утро? — предложила Мерри, но не была уверена, что это поможет.

Харухиро нахмурился, что, как он надеялся, выглядело правильно.

— Знаешь... я вроде как давно тут не был, понимаешь...?

Нил оглядел окрестности.

— Это ужасно подозрительное место.

Группа сосредоточила свое внимание на странном здании, которое представляло собой сложную смесь камня и дерева, и пытались обойти его, чтобы найти вход.

Проблема была в том, что они не могли найти.

Они натыкались на стены и заборы, среди других препятствий, и, казалось, просто не могли найти никакого способа обойти здание сбоку или сзади.

Они попытались направиться в ближайший переулок, но все равно не смогли перейти на другую сторону, и в итоге пришлось повернуть назад.

— Постойте...

« Мы потерялись, не так ли? »

Они шли по узкой дороге, которая вела к рассматриваемому зданию, но Харухиро не знал, где они.

Если бы он хотел отсюда вернуться, скажем, в Гильдию Рыцарей Ужаса, ему, вероятно, пришлось бы удивительно тяжело. По крайней мере, это будет нелегко.

Энтони вздохнул.

— Это плохо.

Даже сейчас время шло. Харухиро потянул за мочку уха. Он чувствовал неотложность не меньше, чем Энтони, но чем больше он пытался торопиться, тем больше вероятность, что он что-то пропустит, и тем больше это притупляло его мысли, поэтому ему нужно было сохранять спокойствие.

Тогда-то это и произошло, когда вдруг. — Вам чем-то помочь? — раздался голос позади него, оставив его ошеломленным.

Это был женский голос.

Если он шел сзади, это означало, что женщина находилась в переулке, где только что спустилась группа. Когда она туда попала? Откуда она появилась? Он ее вообще не заметил. Харухиро обернулся.

Как он думал, это была женщина. Она выглядела иначе, как человеком. Её длинные волосы закрывали половину лица.

С другой стороны, её тело не было скрыто. Она не была обнаженной, но было бы уместно, если бы то, что на ней было одето, прикрывало её чуть больше. На ней было много мест где была оголена её кожа.

— Ох... — Нил глубоко вздохнул.

Энтони сглотнул.

— ...! — Мерри пыталась что-то сказать, но женщина заговорила первой.

— Старый Кот. — сказала она.

Глаза женщины расширились, когда она посмотрела на Харухиро. Она казалась удивленной.

В версии с изображениями тут находится картинка.

« Я тут удивлен не меньше, ладно? »

— ...А? — Харухиро указал на себя. — ...Стар? Кот...

Женщина зачесала волосы за ухо и вздохнула.

— Ты всё-таки жив?

— Жив...

« Старкот? Нет, это был Старый Кот? »

Было неясно, о чем она говорила, но, вероятно, она знала, кто такой Харухиро.

Однако Харухиро её не знал. Он не помнил её.

— Жив…— Харухиро опустил взгляд. — Что ж...

А пока лучше не упоминать то, о чем он не должен. Но с другой стороны, было бы нехорошо, если бы она думала, что он прячется или пытается о чем-то не говорить.

— Как-то у меня получилось, спасибо...

— Я слышала, что ты пропал без вести. Я был уверена, что ты мертв.

— ...Многое случилось.

— Я Энтони Джастин, командир полка 1-й бригады Пограничной Армии Королевства Арабакия. — представился Энтони. — Ты ведь из Гильдии Воров? Значит, ты справилась...

— Хорошо, да...? « Я ничего не знаю об этом » — прошептала женщина, скрестив руки на груди. — Звать меня Барбара. Я Вор, так что это просто мое рабочее имя.

Мерри наклонилась и прошептала Харухиро на ухо.

— ...Эта женщина, она могла быть твоим Сэнсэем. Ты называл её «Сэнсэй». Хотя это всего лишь предположение с моей стороны.

— Сэнсэй...

В этом было всё меньше и меньше смысла.

Барбара снова посмотрела на Харухиро. Если он слишком взволновался или отвернулся, она могла заподозрить подозрение, но по какой-то причине он не мог заставить себя посмотреть на неё прямо.

Почему этот Вор, Барбара, которая якобы была его учителем, не носила приличную одежду? Чему она его обучала?

Это было слишком загадочно.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

11. Скрытый Смысл

В версии с изображениями тут находится картинка.

Структура Гильдии Рыцарей Ужаса была довольно уникальной, но Гильдия Воров была ещё более странной. Вход, к которому привела их Барбара, был чрезвычайно низкой ржавой железной дверью. Вырезанный в центре узор - ладонь с замочной скважиной - должно быть, был символом гильдии. Не взявшись за ручку, не толкнув и не потянув её, Барбара отперла дверь и открыла её. Как это вообще работало? Харухиро понятия не имел.

Когда они прошли через дверь, они увидели узкий коридор с полками по обе стороны, и когда они завернули за угол, им пришлось повернуться боком, чтобы продолжить. Мимо этого был тупик, но они смогли подняться по веревке на другую сторону потолка. Они проползли через покрытый паутиной чердак и спустились в другой коридор, а затем поднялись и спустились по лестнице, чтобы наконец добраться до комнаты без пола. Ну нет, там был этаж, но он находился намного ниже. Достаточно далеко, чтобы Харухиро не решался прыгнуть. Хотя, при ближайшем рассмотрении, там была лестница, и по ней можно было спуститься вниз.

— Присаживайтесь где угодно. — сказала Барбара, указав на одну из кушеток в тускло освещенной комнате, а затем села на стол, скрестив ноги. — Наша Гильдия Воров немного изменилась после падения Альтерны. Вам может быть немного неудобным, но, когда живешь здесь день напролёт, привыкаешь к этому быстро.

— Сколько осталось? — Энтони подошел к Барбаре вместо того, чтобы сесть. — Выжил ли кто-нибудь вне Гильдии Воров? Что случилось с Пограничной Армией? А что насчет Генерала Грэкхема Расентры? Маркграф выжил? А что насчет Солдат-Добровольцев...?

— О, ты действительно возлагаешь это на меня, не так ли? Всё требует небольшой прелюдии, понимаешь?

— П-Прелюдии? — Энтони в замешательстве попятился. — ...Сожалею. Понимаю. Прелюдии... Что ж, это как-никак приказ, конечно, и это важно. Я просто слишком поторопился...

— Ну разве ты не лапочка? — Барбара усмехнулась и снова скрестила ноги на ногу. — Маркграф, очевидно, жив, содержится в плену в Башне Тенборо, но мы не смогли подтвердить это. Генерал Расентра был убит в поединке один на один с орком по имени Джамбо. Пограничная Армия была уничтожена. Альтерна кишит гоблинами. Ситуация отстой, и я чертовски расстроена. Может, хочешь потом со мной прогуляться?

— Э-Это... — Энтони взглянул на Харухиро и остальных, сидящих на диванах, затем покачал головой. — Я не совсем против, но чувствую, что… не должен...

— Люди трахаются. Это естественно, понимаешь? Чего ради ты должен сдерживаться?

— Ну да, но... Подожди, правда?

— Ты согласен или нет? Ты же мужчина! Будь яснее!

— Х-Хорошо, я согласен.

— Погоди! — сказал Нил, вставая с дивана в гневе. — Забудь этого новичка! Пошли со мной!

— Кого ты называешь новичком?! — крикнул Энтони.

— С тобой, а? — Барбара взглянула на Нила и облизнула губы. — Ты не в моем вкусе, но знаешь, что, это меня заводит больше.

— Когда я закончу с тобой, твоё тело никогда больше никогда не захочет другого мужчину.

— Мне нравится твой дух. Но мужчины, которые слишком много говорят, обычно разочаровывают. Я сужу здесь по собственному опыту. Надеюсь, ты не будешь одним из них.

О чем они говорили? Ну, он знал, о чём они говорили, но как они к этому пришли? Если Барбара была учителем Харухиро, то через какое посвящение она его провела?

— Эм. — Мерри подняла руку.

Барбара, Энтони и Нил одновременно посмотрели на Мерри.

Мерри приняла их взгляды с легкой улыбкой на лице.

— Если хотите облегчить своё раздражение, продолжайте. Но давайте оставим это на потом. Мы проделали весь этот путь, чтобы получить как можно больше точной информации для отвоевания Альтерны.

Энтони и Нил не ответили, просто вели себя немного неловко.

— Ох, это хорошо. — ухмыльнулась Барбара Мерри. — Мне это очень нравится. Мне нравятся такие девушки, как ты. На самом деле, возможно, ты здесь больше всех подходишь по моему вкусу. Хочешь повеселиться?

Мерри впилась взглядом в Барбару и сразу сказал ей. — Ни за что.

— Ммм... — Барбара корчилась от удовольствия. — Теперь ты меня ещё больше возбудила.

Мерри нахмурилась и покачала головой.

— Что с вами...?

«Серьёзно» , Харухиро хотел согласиться, но не был уверен, что критикует своего учителя. Он не знал, на что были похожи их отношения, пока не потерял воспоминания, так что, возможно, лучше было бы промолчать.

— Что ж, давайте пока оставим шутки в сторону. — Барбара соскочила со стола и поманила Харухиро. — Сюда, Старый Кот. Я хочу кое-что проверить, прежде чем мы займемся вашим делом.

— ...Я?

— Да, ты. Это наша первая встреча учителя и ученика спустя долгое время. Ты должен кое-что мне рассказать, верно?

— Нет, не совсем…— Харухиро покосился на Мерри.

Ему не о чем было рассказать Барбаре. Он не мог этого сделать.

« Что я должен делать? »

Мерри тоже казалась сбитой с толку и немного склонила голову набок.

« Не похоже, что ты можешь этого избежать .»

Харухиро встал.

— Ладно... Барбара-сенсей.

— Хорошо. Сюда. Ты знаешь, о чем я.

Барбара подошла к стене.

Внезапно она исчезла.

Вот так это выглядело.

— А...?

Харухиро погнался за Барбарой. Он коснулся стены, и это была вовсе не стена. На первый взгляд это выглядело как деревянная стена, но это не так. Она была мягкой. Ткань? Он был спроектирован так, чтобы выглядеть как стена.

Он прошел через занавеску, похожую на стену, а за ней была небольшая комната, украшенная настенными лампами... и ничего больше. Нет и Барбары.

— ... Чёрт, что это такое?

Должен был быть какой-то трюк. Он перепробовал всё, что угодно, и обнаружил, что одна из стен перевернулась. С другой стороны было кромешная тьма.

— Это...?

— Старый кот. — раздался голос Барбары рядом с ним.

Барбара была прямо рядом с ним.

— Сэ -... Сэнсэй.

— Ты действительно Старый Кот?

— ...Что вы имеете в виду?

— Ты меня не знаешь, да?

— Это аб-... сурд.

— Когда я впервые встретила тебя, я не ожидала, что ты проживешь так долго.

Барбара чувствовала себя так близко, что он мог прикоснуться к ней, но в то же время далеко. Она двигалась? Он не был уверен. Он не мог сказать.

— Постепенно я начала думать, что у тебя действительно есть надежда. Когда я услышала, что ты, возможно, сгинул в Чудесной Дыре, я была нехарактерно разочарована.

— ...Простите.

— Это было четыре года назад.

— Четыре года...

— До меня дошли слухи, что «Тайфун Рокс» встречали вас после этого, но с тех пор ничего. Я должна была предположить, что ты всё-таки умер, понимаешь?

— Ага... Это справедливо.

— Может, ты не помнишь?

— ...А?

— Скажи честно.

Что-то обернулось вокруг его горла.

Рука.

Была холодной.

Наверное, Барбары.

— Что случилось? Нет... Определенно что-то случилось, а ты меня не помнишь. Или это другой человек внутри тебя.

Она что-то знала? У нее может быть какое-то представление. В противном случае она не подумала бы, что он забыл или что он не помнит о ней.

— Запретная Башня. — сказал Харухиро, и рука на его шее сжалась.

Харухиро хмыкнул, и ему стало трудно дышать, но Барбара быстро разжала пальцы.

— Продолжай.

— ... Я проснулся там. Под землей. В Запретной Башне. Когда я очнулся, я не помнил ничего, кроме своего имени. Мерри и другие... мои товарищи и Ио тоже были там.

— Ио. Из Воинов Зари?

— ...Я ничего об этом не помню. Ещё там была Хиёму...

— Охх. ...Эта особа, которая ведёт себя как будто она ещё молода, да?

— Хиёму тоже был там. Она вела себя так, будто у неё тоже не было воспоминаний. Но это оказалось ложью... Это было похоже на то... что она пыталась нас обмануть.

— Пыталась вас обмануть?

— ...Ну, не она, а её Мастер? Похоже? Был кто-то, кого она назвала Мастером. Скорее всего, этот человек и украл наши воспоминания. Она сказала, что если мы хотим, чтобы она всё объяснила, нам лучше сделать то, что она нам сказажет.

— Кража воспоминаний? Такое возможно? Реликвия? Но плевать...

— Ох, но Мерри, которая шла с нами, не потеряла воспоминаний. Из-за этого все, кроме Ио, Гоми и Тасукете, отклонили... предложение Хиёму? Хотя это была скорее угроза.

— Потом, после кучи всего прочего, ты снова встретил меня, да?

— Да... Но, как вы и сказали, я вас не помню.

— Это Энтони из Пограничной Армии?

— Он сказал, что сопровождал посыльного на материк.

— А Нил?

— Один из подкреплений с материка... Он разведчик из Экспедиционной Группы или что-то в этом роде.

— Значит, эта Экспедиционная Группа пытается отбить Альтерну?

— Что-то вроде этого.

— Честно говоря, я не питала на это надежды, но похоже, что материк сделал свой ход по расписанию. Старый Кот.

— Да. Эм...?

— Что?

— Что это за фигня «Старый Кот»?

— Воры называют друг друга рабочими именами. Это традиция. Как твой учитель, я дала тебе имя.

— Старый Кот...

— Потому что у тебя глаза как у старого кота.

— ... Ахх.

— Когда кошка живет долгое время, она никогда не упускает ни одной уловки. Они всегда отчуждены, живут так, как им удобно. Я надеялась, что ты выживешь и станешь таким вором. Но я никогда не говорила тебе этого раньше.

Харухиро ничего не помнил, так что это не должно было заставить его что-либо почувствовать, когда она ему это сказала, но по какой-то причине это произошло. Он боялся, что его эмоции заставят его принять неправильные решения, но эта женщина была его учителем. Он был в долгу перед ней.

Наконец Барбара убрала руку с горла Харухиро и погладила его по щеке.

— Сколько учеников, которых я обучала основам вора, осталось сейчас?

— Что, эм... случилось с Солдатами-Добровольцами?»

— Итак, об этом.

— Да?

— ... Нам нужно всё хорошенько обдумать. Можем ли мы доверять материку? Мы также не знаем, совпадают ли цели Экспедиционной Группы и цели материка.

Учитель Харухиро была явно осторожным и вдумчивым человеком. Сколько ей было лет? Харухиро на самом деле не знал, но он мог быть уверен, что она намного старше его. У неё, вероятно, было много опыта, и у неё было много информации, которую Харухиро и другие не знали или не могли знать.

Он солгал бы, если бы сказал, что не колеблется, но он решил, что она была той, кому он должен доверять.

— Сэнсэй.

— Хм?

— Генерал Экспедиционной Группы сказал, что, если они не смогут отбить Альтерну или Железную Крепость Риверсайд, материк, вероятно, планирует перекрыть Дорогу Аорты Земного Дракона.

— Значит, материк и Экспедиционный Группа - не едина, да?

— У меня нет никаких гарантий, что генерал говорил правду, поэтому я не могу сказать с уверенностью. Но, глядя на качество Экспедиционной Группы, их низкий моральный дух и принимая во внимание предположения Энтони, который отправился на материк, я думаю, что это правда.

— Материк не хочет терять границу. Однако они также не намерены рисковать и оставлять хорошие ресурсы врагам, чтобы вернуть их обратно...

— Похоже, что большинство солдат Экспедиционной Группы были дезертирами или головорезами.

— Избавились от неприятностей, да? Каким был их командир?

— ...Будет лучше, если я вам все расскажу сейчас?

— Конечно. Расскажи мне всё, как можно подробнее. Я хочу поговорить о деле.

— Это нормально, но... Если я объясню вам все с самого начала, это займет довольно много времени. Разве они не думают, что мы замышляем что-то странное...?

— Пусть думают, что ученик и учитель снова встретились через долгое время и у них был страстный роман.

— Ух, то, что они так и подумают меня и беспокоит.

— Ох, Мерри, не так ли? Она твоя девушка?

— Нет. Я никогда не буду хорошей парой для неё. Просто посмотрите на меня. Это же очевидно.

— Ох, глупый мальчишка.

Он внезапно почувствовал, как что-то мягкое прижалось к области между его подбородком и губами, и услышал звук поцелуя « Чмок ».

— Ч-Чт...?!

Харухиро коснулся этого места. Оно было слегка мокрым.

— Ч-Что вы делаете, сенсей?

— Очевидно, что нет ничего плохого в красивом лице. Но быть мужчиной - это нечто большее.

— ...Может, со мной что-то не так, чем в моём лице? В конце концов, у меня нет воспоминаний.

— Не тебе решать, достаточно ты хорош или нет. Это зависит от твоего партнера. Я, например, хотела бы попробовать тебя на вкус.

— Вы опять шутите... да?

— Ты так думаешь?

Что касается того, была ли Барбара серьезной, и что произошло между ней и её учеником после этого, это остается вашим воображением. Какова бы ни была правда, третьим сторонам придется летать на крыльях воображения и предлагать сценарий, который кажется им вероятным.

По прошествии не столь уж короткого времени Харухиро и Барбара вернулись в комнату, где их ждали трое.

Атмосфера в комнате была совсем другой.

— ...Долго вы там.

Это всё, что сказал Энтони, но, сидя на столе, он выглядел угрюмым.

Нил, который сидел на кушетке, расставив ноги и опираясь локтями на колени, громко щелкнул языком.

— У тебя такое выражение лица, как будто ты только что спустил груз или три, да? Только вы вдвоем справляете нужду? Это не смешно. Я этого не вынесу.

Мерри сидела на другом диване, тревожно сцепив руки. Когда она увидела лицо Харухиро, она сразу же посмотрела вниз.

— Э-Эм... Хару.

— Ч-Что?

— Я, ух...

— Д-Да?

— Мы больше уже не дети, так что...

— Ну... Да, я думаю? Мы уже не дети... А?

— Мы взрослые. Я ничего не расскажу. Никому. Всё, что мне нужно. Так что всё в порядке.

Она неправильно поняла. Даже Мерри попала в плен её воображения, и она была убеждена, что произошло то, чего никогда не происходило.

— Вхуа, а?! Ты неправильно всё поняла!

— Ты бы так всё и рассказал. — с ухмылкой сказал Нил. —По тебе легко сказать. Правда это или нет.

Энтони в отчаянии бился о стол.

— То, что Воры делают вместе, - не мое дело. Это не важно.

Харухиро опустил плечи.

— Это важно...

— Более или менее я узнала о ситуации. — Барбара погладила подбородок Харухиро. — От моего мальчика отсюда. Вполне.

— Сэнсэй...

— Что? — сказала Барбара ужасно хриплым голосом. — Тебе мало? Непослушный мальчик.

Ей было слишком весело.

Она полностью играла с ним.

Он посмотрел на Мерри, которая что-то бормотала себе под нос и снова и снова кивала, словно пыталась в чем-то себя убедить. Как он собирался прояснить ей это недоразумение?

— ...Это ведь невозможно, не так ли? — пробормотал Харухиро.

У него разболелась голова.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

12. Хитрость в Лотерее в том, Чтобы в Ней Не Участвовать

В версии с изображениями тут находится картинка.

Потеря Крепости Смотрителя Мертвецов сильно ударило морально по Пограничной Армии в Альтерне, как гром среди ясного неба, хотя до этого между Солдатами-Добровольцами ходил зловещий слушок. О том, что орки и нежить со всех концов собирались в Родекии, бывшей столице Королевства Арабакия, ныне, называемый «Гроздендаль». Что большой отряд, нет, орда орков или, возможно, нежити, была замечена идущей на юг от Гроздендаля, а может и нет. Этот черный дым поднимался из Теневого Леса, где жили эльфы. Там был большой пожар. Нет, не просто пожар. Теневой Лес мог быть полностью сожжен.

Пограничная Армия отправила разведчиков и попыталась разобраться в ситуации, но безуспешно.

Им не удавалось обнаружить наступление Альянса Королей до тех пор, пока не пала Крепость Наблюдателя Мертвецов.

Однако к тому моменту командующий Пограничной Армией генерал Расентра уже почувствовал всю опасность ситуации. Это можно было увидеть по тому, как в тот момент, когда он получил сообщение о падении крепости, он приказал послать запрос о подкреплении на материк.

Но было слишком поздно.

Через два дня после падения Крепости Наблюдателя Мертвецов досягаемость врага дошла и до Альтерны.

Несмотря на их попытки укрепить оборону, стены Альтерны были легко прорваны. Противников было намного больше, чем они предполагали, и они были невероятно жестокими. Не только Пограничная Армия, но и Солдаты-Добровольцы, которые оказались в Альтерне в то время, сражались, но они не могли остановить наступление врага.

Враг мгновенно окружил Тенборо, дом маркграфа Гарлана Ведоя.

Грэкхэм Расентра попытался перебросить отряд своих лучших людей в Тенборо, но не смог достичь своей цели и погиб в сражении с орком по имени Джамбо.

Враг ворвался в Тенборо, и все, кроме самого маркграфа, были убиты.

Поговаривали, что в бою погибли и бригадные генералы Ян Рэтти* и Джорд Хорн*.

В Пограничной Армии было три бригадных генерала, которым было поручено руководить своими отрядами. Последний из них, Уорен Уотер*, числился пропавшим без вести, но предполагалось, что он сбежал с Альтерны, опасаясь за свою жизнь, или был убит при попытке бегства.

Солдаты-Добровольцы под командованием главы Штаба Добровольческого Солдатского Корпуса, Бриттани, вели тяжелую битву и, как говорят, отбросили врага с места. Подвиги Ренджи, который вступил в Солдатский Добровольческий Корпус одновременно с Харухиро, были невероятными, и он в одиночку убил множество врагов. Однако, когда большая орда гоблинов из Дамуро ворвалась, Солдаты-Добровольцы оказались подавлены и истреблены.

Всё кончилось за одну ночь.

Даже после того, как битва закончилась, Барбара осталась в Альтерне, как они и договорились. Она собирала информацию при поиске выживших, но, к сожалению, не достигла результатов.

По словам Барбары, половина вражеских сил ушла через несколько дней после падения Альтерны. С тех пор гоблины стали хозяевами города.

Операция гоблинов по очистке территории, то есть охота на людей, была суровой и тщательной.

На самом деле было много людей, которые отсиживались в домах, не имея возможности сбежать, или укрывались с тяжелыми ранениями, как лорд Гильдии Рыцарей Ужаса.

Этот лорд был исключением. Большинство из них были найдены и убиты.

Гоблины выстроили груды человеческих трупов на площади за пределами Тенборо и устроили что-то вроде фестиваля.

Однако тела умерших не просто выставили на обозрение.

Барбара видела, как они, хотя и издали, разрезали тела на части, готовили и варили их.

Она, конечно, видела, как гоблины их ещё и поедали.

Однако гоблины использовали все трупы одинаково. Или, если быть более конкретным, единственными телами, которые они уничтожили, вымещая на себе свою ярость и презрение, были человеческие тела, но они также готовили себе из них еду. Следовательно, для гоблинов это было обычным повседневным явлением. Такова была их культура.

Ей пришлось сделать вывод, что почти все люди были истреблены в Альтерне.

Похоже, так думали и гоблины.

Вначале гоблинами управлял кое-кто ростом около 150 сантиметров, гигант по их меркам. Барбара назвала его королем, и гоблины не просто уважали его; они пресмыкались в его присутствии. Когда король что-то приказывал, все начинали двигаться или все останавливались и молчали. Он был одет почти как человек, носил корону из какого-то красноватого металла и нес из того же материала посох.

Барбара была свидетелем того, как гоблины кланялись королю, неоднократно называя его Могадо. Могадо Гвагаджин*. Должно быть, это было его имя или что-то вроде титула.

Были такие же большие гоблины, которые носили снаряжение из того же красного металла, следуя за королем и отдавая приказы другим гоблинам. Они явно были его последователями. Поскольку их было около ста, Барбара назвала их «Сотня».

Когда охота на людей и последовавшие за ней кошмарные празднества закончились, король, казалось, был удовлетворен и покинул Альтерну с примерно половиной Сотней.

Был ещё один гоблин, который мог оказаться его заместителем. Он был одет как король, но без короны, и вступил во владение после того, как король покинул Альтерну.

Барбара видела, как гоблины назвали этого гоблина Мод Боггом* или просто Мод.

Она предположила, что «Мод» был титулом, а «Богг» - его именем. Если этот Богг был следующим по рангу после короля, то его можно было назвать чем-то вроде наместника.

Альтерна управлялась вице-королем Боггом и двадцатью членами Сотни, и жившими тут тысячью гоблинами.

Вице-король Богг, похоже, жил в Тенборо. Сотня тоже обосновалась там и выходила, когда у них были дела.

Барбара только раз видела маркграфа, скованного цепями. Его тащили по площади, в то время гоблины издевались над ним и плевались на него, а затем вернули его обратно в Тенборо. Она не могла с уверенностью сказать, что он всё ещё жив, но, если они собирались убить его, было самое время это сделать. Возможно, они не зря держали его в плену.

Гоблины больше не покидали Альтерну, но обратное было неправильным заявлением. Они прибывали, наверно, из Дамуро. Их число неуклонно росло.

Гоблины, которых она видела, были вооружены, и казалось, что практически все они были мужского пола.

Не многие гоблины оказались женатыми. Среди гоблинов Альтерны наместники и влиятельные самцы, такие как члены Сотни, в очень редких случаях видели вместе с тем, что, должно быть, было гоблинами-женщинами.

У гоблинов-самок были маленькие головы, большие груди и раздутые животы. Возможно, они были беременны. Очевидно, в обществе гоблинов было нормой, когда влиятельный гоблин брал в жены несколько женщин.

Как бы то ни было, наместник и члены Сотни, правившие Альтерной вместо короля Могадо Гвагаджина, жили в Башне Тенборо вместе со своими женами.

В случае опасной ситуации посыльный сбегал на Тенборо, и Сотня обычно направлялась, чтобы справиться с проблемой.

Тенборо был захвачен. Дверь, которая тогда была разрушена, сняли, а на её месте возвели баррикаду. На баррикаде всегда находились десятки гоблинов, иногда включая членов Сотни.

— Если мы всё сделаем правильно, то захватим его. — пробормотал генерал Джин Могис с тусклым отблеском в его ржавых глазах. — Если мы начнем отвлекающий маневр, то нанесем удар по Тенборо, пока охрана ослаблена, и нам, возможно, удастся захватить голову вице-короля.

Харухиро и остальные вернулись к генералу Могису вместе с Барбарой.

Причина, по которой они пришли вместе, заключалась в том, что вместо того, чтобы передавать информацию из вторых рук, было бы лучше, если бы Барбара поговорила с ним напрямую. Но, честно говоря, она хотела сама решить, что они должны раскрыть генералу. С точки зрения Барбары, существует большая разница между действиями, зная, что за человек, а что нет.

Глубоко внутри лагеря Экспедиционной Группы у генерала Могиса было место со столом и стульями, где он мог провести военный совет.

Когда тьма ночи вторглась в лагерь, там были генерал Могис, трое из его ближайших воинов, разведчик Нил, Энтони, Харухиро, Мерри и Барбара.

Однако им не хватило стула, поэтому Харухиро стоял.

— Мне нужна карта. — Генерал посмотрел на Барбару. — Подробная карта. Со всеми отверстиями для побега. Сможешь подготовить одну?

— Возможно. — Барбара улыбнулась. — Нам нужно будет скопировать нашу карту Альтерны и передать её вам. На это потребуется время.

Генерал положил руки на стол и пристально посмотрел на неё. — Дай как есть.

Улыбка Барбары стала шире. — Это будет невозможно.

— Почему? — спросил генерал, не теряя ни секунды.

— Дело в беспорядочности карты. — Барбара облизнула губы и тихонько усмехнулась. — Боюсь, по тому, как он нарисован, понять её сможем только мы.

— Когда мы, скауты, рисуем карты, у нас есть свой стиль. — вмешался Нил. — Если вы не умеете читать, это, вероятно, бессмысленно. Воры на границе должны использовать аналогичные методы. Я должен суметь это читать.

Барбара поддразнивала его. — Нет, не сможешь. У нас есть свои собственные способы ведения дел на границе.

Нил пожал плечами. — Может быть, ты и права.

— Подготовьте карту в течение трёх дней. — монотонно потребовал генерал. — Я не могу больше ждать.

— Ох, боже. — Барбара всё ещё улыбалась. — Вам же не нравится, когда вас держат в напряжении? Но если вы не дождетесь, что вы будете делать?

— Любой, кто не будет сотрудничать с нашей армией, будет считаться препятствием.

— А ты напористый, не так ли? Я не возражаю против этого в мужчине.

— Умные женщины вроде тебя тоже мои любимицы. Я всегда ловлю себя на том, что хочу сожрать их.

Был ли он серьезен или это была угроза? А может даже шутка? Как бы то ни было, если генерал мог сказать это с серьезным выражением лица, можно было с уверенностью сказать, что, по крайней мере, он не обладал средним, обычным складом ума.

Хотя то, как Барбара не отступила, тоже было необычным.

— Ну, я предпочитаю быть той, кто пожирает. А теперь предположим, что я сделаю вам карту. Сколько людей отправится в Альтерну?

— От 50 до 100 максимум. Остальные будут атаковать извне.

— Что вы будете делать, когда займете Альтерну?

— Тебе не о чем беспокоиться.

— Мы окружены врагами, генерал. К северу от Альтерны в Крепости Смотрителя Мертвецов живут сотни орков.

— Я в курсе.

— Гоблины и орки не в дружеских отношениях, но... — нерешительно сказал Энтони.

— Альтерна - это то, чего хочет Королевство Арабакия. — Генерал оглядел всех присутствующих. — Экспедиционная Группа должна захватить Альтерну. Это наш долг.

Не было места для переговоров. Что бы ни говорили, генерал вряд ли изменит своё решение.

Барбара посмотрела на небо и вздохнула. Она погладила подбородок и на мгновение задумалась, затем снова взглянула на генерала.

— Создание карты, приведение солдат в Альтерну и их размещение. На подготовку уйдет десять дней.

— Пять дней. — сказал генерал.

Барбара немного склонила голову набок.

— Как насчёт восьми дней?

— Семь.

— Восемь дней, включая этот, который почти закончился?

— Очень хорошо.

— Тогда мы будем готовиться восемь дней, включая сегодняшний, и выступим в девятый день.

Генерал молча кивнул.

— Хорошо. — Барбара одарила его сексуальной улыбкой. — Я думаю, что мы едва успеем.

— Похоже, тебе лучше подойдет управлять борделем, чем работать Вором. — без эмоций сказал генерал.

— Думаю, мне идет спать с хорошими мужчинами и женщинами.

— А для меня. — генерал улыбнулся ей настолько слабой, что её могло и не быть. — Будь то мужчины или женщины, варвары, звери или монстры, мне больше всего подходит растаптывать их.

Джин Могис был как никогда непостижим. Но то, что ему нравилось топтать вещи и втаптывать их в землю, могло быть правдой.

Как бы то ни было, обсуждение подошло к концу.

Через девять дней они проведут операцию по возвращению Альтерны. Хотя это были не те десять дней, о которых изначально просила Барбара, но этого было достаточно времени для работы.

Когда Барбара вернулась на Альтерну, чтобы подготовить карту, Нила послали сопровождать её. Они сказали, что это должно помочь с работой, но он в основном был там, чтобы следить за ней.

Харухиро и Мерри направились к палатке, где их ждали товарищи. Им было о чем поговорить, но Нил был не единственным разведчиком. Могут быть люди, работающие на генерала Могиса или Нила, которые подслушивают, поэтому им нужно быть осторожными при обмене информацией. У них не было много времени, но было достаточно. Не было необходимости спешить.

На следующий день генерал объявил об этом всей армии.

— Через восемь дней наша Экспедиционная Группа начнёт славную и решающую операцию. С этой целью я набираю отряд самоубийц, который отправится на опасное задание. До тех пор, пока мы не наберём 50 необходимых добровольцев, я лично буду казнить одного человека, который нарушил правила каждый день.

Это было ненормальное, нет, скорее безумное заявление.

Харухиро был уверен, что генерал, должно быть, серьезен, но большинство солдат, похоже, так не считали.

В первый день добровольцев не было.

Сразу после захода солнца генерал оглядел лагерь.

Хотя они и боялись генерала, многие солдаты ухмылялись или лгали, как будто им было все равно.

Генерал вдруг остановился и приказал одному из солдат, сидевшему на земле и смотревшему по сторонам. — Встань.

Мужчина не колебался. Он довольно быстро встал на ноги. Это был молодой солдат, лет двадцати.

— ...Что такое?

— Ты когда-нибудь нарушал правила?

— Нет, я так не думаю.

— Это правда?

— Я не нарушал.

— Кто твой начальник? — Генерал огляделся.

Сидевший рядом старый солдат встал. — Я. — сказал он.

— Он нарушал правила? — спросил генерал.

— ...Я не верю, что он сделал что-то особенное. — ответил старый солдат.

— Тогда вам давали приказ, что вы можете сидеть тут?

— Нет. — встревожился старый солдат. — ...Нам не давали.

— Верно. Я не велел вам сидеть без дела. Делать то, что я вам не приказывал, противоречит правилам.

Генерал внезапно обнажил меч и обезглавил молодого солдата.

Его голова свернулась, и его тело рухнуло на землю.

Лагерь замолк.

Генерал спокойно стёр кровь со своего меча черным меховым плащом, затем вернул меч в ножны. — Убери его. — приказал он старому солдату.

— Д-Да, сэр! — старый солдат неоднократно кивал.

— Теперь... — Генерал оглядел солдат. — Есть ли в Экспедиционном Группе кто-нибудь, кто не нарушал правил? Интересно, скольких ещё мне придется убить? Какая морока.

Итак, перед солдатами встала дилемма.

Джин Могис назвал это отрядом самоубийц. Миссия была непростой. Они должны были быть готовы умереть в грядущей битве, потому что они наверняка умрут. Хотя не было гарантированной смерти всех добровольцев, вероятность этого была высокой.

Если бы они вызвались добровольцем, они могли бы умереть во время миссии, но их не казнили бы за нарушение правил. К тому же, если число добровольцев достигнет 50, генерал не станет сокращать никого до начала операции. Однако, если в составе Экспедиционной Группы была тысяча солдат, был шанс один из тысячи, что генерал казнил кого-то из них завтра. Если им не повезет, они не выиграют − нет, в данном случае, пожалуй, лучше сказать, проиграют в этой конкретной лотерее.

Солдаты думали об этом сами, разговаривали со своими друзьями, говорили тем, с кем не ладили, чтобы идти добровольцами, дрались, выступали посредниками, громко критиковали других, ввязывались в кулачные бои и проводили ночь без сна.

Харухиро и его группу, вероятно, не казнят, но убийственная атмосфера в лагере была неуютной. Посреди ночи, когда они разговаривали тайком, не уснув в большей степени, чем солдаты, Энтони пришел навестить их.

— Я же говорил вам, не так ли? Генерал не обычный человек. Хотя, даже зная это, я ждал, чтобы увидеть, как он заставит эту армию сражаться, но... этого я не ожидал.

— Думаешь, он получит своих 50 добровольцев? — спросил Кузаку тоном, наполненным отвращением.

— Интересно. — пробормотал Энтони, не давая должного ответа, а затем сел рядом с Кузаку. Кузаку явно раздражал его.

Для Энтони казалось, что различие между жителем материка и приграничным было самым важным фактором. Харухиро и его группа были людьми пограничья, поэтому он чувствовал себя ближе к ним, чем к жителям материка.

— Истинная ситуация на материке, о которой мне рассказал генерал... — Антоний сказал, понизив голос. — Как думаете, всё это правда?

— Мы не можем сказать наверняка. — Сетора не стеснялась в выражениях.

Энтони опустил голову.

— Думаю, что нет.

— Я-Я просто делаю то, что должен, понимаешь? — сказал Кузаку, пытаясь сгладить ситуацию.

— Именно таких слов я ожидала от человека, у которого в голове нет ни единой мысли. — Сетора усмехнулась.

— Ты всегда так быстро говоришь такие вещи, Сетора-сан.

— Ребята, у вас всё хорошо. — внезапно сказал Энтони. — Я завидую.

Харухиро не знал, чему он завидовал, но если бы Энтони узнал, что все они, кроме Мерри, потеряли воспоминания, будет ли он по-прежнему чувствовать себя также?

Может, он действительно почувствовал даже большую зависть.

Но чем больше заботишься о вещах настолько, что боишься их потерять, тем труднее действовать

С тех пор как Харухиро вернулся из Альтерны, у него не было нормального разговора с Шихору. Она казалась холодной, как будто избегала его.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

13. Никто Не Одинок

В версии с изображениями тут находится картинка.

Барбара стояла метрах в десяти впереди, прямо перед Харухиро. Они были в лесу, но никакие деревья не мешали им видеть друг друга. Земля была в основном ровной. Барбара выглядела так, будто она слабо улыбалась, но на её лице не было никаих эмоций.

Прежде чем человек или животное начнут движение с места, всегда можно увидеть признак этого. Напряжение в мышцах, сухожилиях и даже на коже - явление, говорящее вам о том, что они собираются принять меры.

Он не чувствовал этого от Барбары.

На ней был откровенный наряд, её телосложение и лицо были ужасно сексуальными, поэтому Барбара выделялась, как больной палец. Несмотря на это, по какой-то причине у неё было странно слабое чувство присутствия.

Она просто стояла там. Как растение в форме Барбары. Трудно было представить, что она жива.

Харухиро моргнул. Это было непреднамеренно.

В это мгновение справа от него раздался какой-то звук.

Харухиро отвлекся на шум, и пока он смотрел на то, что его отвлекло, Барбара исчезла.

Человек исчез в одно мгновение. Было ли это вообще возможно?

Похоже, что да. Харухиро знал про этот трюк.

Его глаза закрылись лишь на мгновение, когда он моргнул. Спрятаться за это время было невозможно, но можно было что-нибудь бросить, чтобы наделать шума. Естественно, если раздавался шум, он рефлекторно сосредотачивался на нем. В этот момент Барбара выиграла время, необходимое ей, чтобы исчезнуть.

Его пульс учащался, и кровь приливала к голове.

« Черт. Она меня перехитрила .»

Он не мог не запаниковать, но если бы он потерял голову, он бы сделал именно то, что Барбара ждала от него.

Он перевел дух. Выпрямил согнутые в какой-то момент колени. Его напряженные плечи и руки расслабились.

« Конечно, это должно было произойти », согласился он. Барбара была на уровень или два выше его по способностям, так что этого вполне следовало ожидать.

Где она сейчас пряталась? Это было важно предсказать. Но он не мог позволить своим предсказаниям путать или вводить его в заблуждение.

Харухиро не спускал глаз с одной точки, осматривая широкую область вокруг себя.

Он навострил уши. Был ли другой звук, хорошо скрытый в шелесте листьев, звуке насекомых, щебетании птиц? Ему мешало собственное дыхание. Он попытался сделать свое дыхание как можно более мягким.

Изо всех сил он попытался закрыть глаза.

Время шло, а он ничего не мог понять.

Нет, это было не совсем так. Харухиро постепенно научился ощущать весь лес вокруг себя.

Он открыл глаза.

Теперь он даже чувствовал те места, которых не мог видеть.

Что-то чувствовалось впереди, слева.

Примерно в семи метрах от Харухиро росло дерево, чинквапин или что-то в этом роде.

« Ох », подумал он. « Должно быть вон там .», он сразу убедился, что предсказание превратилось в достоверность. Чувствуя потребность подтвердить это для себя, он шагнул вперед.

Харухиро пошел.

Он подошел к другой стороне дерева.

Её там не было.

Он рассматривал это как возможность. Барбаре было бы легко опровергнуть предположения Харухиро.

Барбара сможет каким-то образом покинуть свое присутствие здесь, а затем тайно перебраться в другое место.

Где она сейчас была?

Очень близко.

Харухиро попытался повернуться.

Нет. Она не стояла за ним.

Он отпрыгнул, и что-то упало с дерева. Она была над ним, а не за ним.

— Ты понял.

В тот момент, когда Барбара приземлилась, она выхватила кинжал и напала на него. Харухиро вытащил свой кинжал, но Барбара плавно уклонилась от его попыток парировать её. Харухиро немедленно пошел в контратаку, но было ли это его волей, или его заставили? Независимо от того, с какого угла он атаковал, Барбара ускользала. Он не мог её поймать.

« Что это? »

В тот момент, когда он почувствовал, что у него нет возможности атаковать её, их роли как атакующего и защитника поменялись местами, когда Барбара перешла в наступление. Дуга её кинжала изгибалась и скручивалась, из-за чего было трудно видеть, и Барбара часто сокращала или увеличивала промежуток между ними, пытаясь зацепить его ногу или используя руку, которой она не держала кинжал, чтобы толкнуть его. С этим было очень трудно справиться.

Хотя у него были трудности, он пробовал всё, что мог, или чувствовал, что может сделать, одно за другим. Однако Барбара, очевидно, могла видеть всё, что он пробовал. Она читала каждое его движение. Барбара, вероятно, могла даже слышать биение его сердца.

Он так мало мог с этим поделать, что это было слегка комично.

Дыхание Харухиро участилось, движения притупились, и, наконец, его правая рука, которой он держал кинжал, была зажата в замок. Он тут же отпустил, и его бросили, а затем мгновенно прижали к земле.

— Сдаешься? — спросила Барбара.

Она держала его в боковом удержании.

— ...Сдаюсь. Больно.

— Ты уверен, что тебе нехорошо?

— Нет, просто больно...

— Даже без воспоминаний ты такой же, как всегда, да?

Барбара отпустила Харухиро, но не встала. Она села на землю, подняв одно колено.

Следуя её примеру, Харухиро сел и скрестил ноги.

— Что со мной?

— Твои инстинкты возвращаются, не так ли? Похоже, твое тело меня запомнило.

Харухиро натянуто улыбнулся. Он не был уверен в том, как она это сформулировала, но приемы Вора, которые Барбара вбила в него, определенно сохранялись. Они не исчезли.

Завтра ещё до рассвета Экспедиционная Группа начнет операцию по возвращению Альтерны.

Было несколько проходов, соединяющих Альтерну с внешней стороны. Эти дыры были соединены между собой в нескольких местах.

Уже было немногим более 80 солдат, включая 54 в отряде самоубийц, которые прятались под Гильдией Рыцарей Ужаса в Западном Городке, под Гильдией Воинов в южном районе и под храмом Лумиариса в северном районе.

На второй день в отряде смертников было сорок восемь добровольцев, и когда генерал начал искать кого-то, кого можно было бы казнить за нарушение военного протокола, ещё шесть быстро подняли руки. Добровольцев было больше, чем нужно, но генерал лишь сказал. — Если вы так хотите умереть, я позволю вам. — и добавил всех шестерых в отряд, всего 54 человека, но теперь это было просто еще одно приятное воспоминание.

Чтобы дать приблизительное изложение плана, основа Экспедиционной Группы во главе с генералом Могисом должна атаковать южные ворота Альтерны.

Когда гоблины начнут защищаться, отряд самоубийц из 54 человек вступит в бой. Их миссия заключалась в том, чтобы открыть южные ворота Альтерны изнутри. Даже если они не могли открыть их, тот факт, что внутри Альтерны находились люди, пытающиеся открыть ворота, был значимым сам по себе.

Если на них напали как снаружи, так и изнутри, гоблины должны были запаниковать.

Используя этот переполох, группа, состоящая из людей, которым доверял генерал, вместе с Энтони Джастином и его подчиненными, а также группой Харухиро, должна будет штурмовать Башню Тенборо и нанести удар вице-королю Боггу.

Группе было поручено довольно ответственное задание.

Кузаку мог сражаться так же, как и он. Сетора тоже могла бы справиться, если у неё будет оружие. К тому же у неё был Киити. Шихору научилась использовать свою магию Тьмы. Само собой разумеется, что у Мерри не возникнет проблем.

Будет ли Харухиро в конце концов в порядке? Он не был лишен дурных предчувствий, но Барбара проверила его навыки во время переподготовки.

— ...Хорошо, я думаю, мы можем сказать, что я прошёл? — спросил Харухиро своего учителя.

— Старый Кот.

— Да?

Барбара обняла Харухиро за голову и взъерошила его волосы.

— Ч-Что вы делаете?

— Ты действительно вырос за то время, когда я тебя не видела, да?

— ...Вы думаете? Я этого не помню, поэтому не могу сказать так или иначе.

— Но ты сдерживался, потому что смотрел на меня лицом к лицу, верно?

— Это не было моим намерением. Я уверен, что дела у меня идут недостаточно хорошо, чтобы позволить себе лишнее...

— Это был плохой матч. Ты ведь не пытался меня убить, верно?

— А? Но... Разве это не очевидно?

— Дело не в том, хватит тебе смелости или нет. — сказала Барбара, пытаясь сжать настоящие яйца, свисающие между его ног.

Харухиро остановил её в последнюю секунду.

— Вхуа, вы же не будете их хватать, правда?!

— Нет. — улыбнулась Барбара, затем обняла Харухиро за голову. Он, конечно, был удивлен, но не удержался.

— Слушай, Старый Кот. Важно поставить перед собой соответствующую цель.

Барбара потерла всё тело Харухиро, поцеловала его в лоб и дала ему интимный урок.

— Работай в обратном направлении от этой цели, чтобы сформулировать план. Очевидно, что всё произойдет, поэтому тебе нужно сохранять гибкость. Но если у тебя изначально неправильная цель, любая стратегия будет бессмысленной. Если ты столкнешься со мной, даже на практике, ты должен пытаться меня убить. Это должно быть тем, где ты поставишь свою цель. Даже если у тебя в конечном итоге этого не получится. Ты понял?

— ... Да, сенсей.

Харухиро невероятно смутился, и он хотел убежать, но почему-то не оттолкнул от себя Барбару. Он не мог ей противостоять. Было ли это чему-то, чему научилось его тело?

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ты просто бежишь вперед, не имея представления, куда держишь путь. Так не победить. На самом деле, держу пари, ты никогда не был уверен в том, что тебе это нужно. Ты проиграл, потому что должен был.

Может быть, даже при том, что это было неловко, он на самом деле находил это удобным.

— Старый Кот. Дело вот в чем. У тебя широкий кругозор, и тебя нелегко напугать. Однако твоё мышление среднего уровня. Ты не переоцениваешь себя, и у тебя есть упорство, чтобы работать над делом понемногу. Эти части в тебе не изменятся, даже если ты их не помнишь. Ты не из тех, кто может сделать что-то, если он просто попытается. Ты из тех, кто пытается что-то делать, пока не сможет. Вот почему сейчас хорошо, что есть вещи, которые ты не можешь делать. Потому что когда-нибудь ты сможешь сделать их в будущем.

Харухиро не мог не думать, « До того, как я потерял воспоминания, я был довольно удачливым парнем. »

Харухиро, который, по словам Барбары, вряд ли прожил бы так долго, когда она впервые встретила его, дожил до сегодняшнего дня.

Харухиро, должно быть, по-своему старался изо всех сил. Или, по крайней мере, он пытался. Но больше всего это должно было быть благодаря его товарищам и его учителю. Если бы их не было, Харухиро давно бы умер, не так ли?

Он не знал, что произойдет завтра, но перспективы были не очень радужными.

Барбара вернулась в Альтерну с Нилом, с её наблюдателем.

Харухиро и отряд рейда Башни Тенборо отправятся в путь с заходом солнца. Он должен был вздремнуть вечером.

Харухиро лег в палатку, но не мог заснуть. Рядом с ним храпел Кузаку. Несмотря на то, что он говорил. — Я не могу заснуть. — он тут же отключился. Харухиро всерьез завидовал этой части Кузаку.

Он знал, что так будет, но ничего не мог с собой поделать. Он никак не мог уснуть. Харухиро сдался и вышел из палатки.

Мерри и Шихору сидели рядом друг с другом.

Они двое посмотрели на Харухиро.

— Хару.

— ...Харухиро-кун.

Нет, они сидели не рядом. Между ними было около метра.

Они не смотрели друг на друга, но и не были параллельны. Они были немного под углом, но не там, где их глаза встречались, и не похоже, чтобы они разговаривали.

— Ага... — неопределенно кивнул Харухиро.

Он не знал, что делать.

Расстояние между ними было неудобным. Было бы странно сидеть между ними. Не невозможно, но плотно прижимался бы к ним обеим. « Да уж, думаю не стоит » подумал Харухиро. Это был не вариант.

Некоторое время он мучился, затем сел так, что Мерри, Шихору и он образовали равносторонний треугольник.

Он сразу пожалел об этом.

Что бы он ни делал, они оба постоянно смотрели на него.

Было неловко, но двигаться сейчас было бы странно, так что ему просто пришлось смириться с этим.

— Эм... А где Сетора? — он попытался спросить, но снова пожалел об этом.

— Спит с Киити. — ответила Мерри.

— ...Ох, да? — сказал Харухиро, добавив себе под нос. — Ну конечно же, спит. — и потер точку между глазами.

Он должен был выбрать тему, на которой было бы легче построить разговор.

— Это... — Шихору открыла рот.

— А? — сказал Харухиро.

Шихору повесила голову.

— ...Это уже завтра, да? Наконец-то это происходит...

— Охх, ух. Ага. — поспешно ответил Харухиро. Шихору старалась изо всех сил, чтобы дать ему возможность, поэтому он хотел что-то из этого сделать. — ...Ну, мы просто плыли по течению. Но я должен задаться вопросом, если... я не знаю, не было ли способа справиться с вещами, которые были бы менее опасными для всех...?

— Я не думаю, что это твоя вина, Хару. — сказала Мерри.

— Я-Я тоже! — Шихору энергично согласилась. — ...Я тоже так не думаю. Ты действительно, правда... очень старался для нас всех...

Казалось, что Шихору избегает его, но, возможно, он просто навоображал себе. Харухиро вздохнул с облегчением.

— ...Нет, когда ты говоришь, что я делаю это для всех, это заставляет меня казаться, что я отличный парень, но в этом нет ничего впечатляющего. В самом деле. Ага...

Мерри улыбнулась.

— Ты всегда был таким, Хару.

Шихору искоса взглянул на Мерри, затем сразу же посмотрел вниз.

Мерри посмотрела на Шихору, опустила глаза и прикусила губу, но совсем чуть-чуть.

После этого они обе замолчали.

« Почему? »

« А? А? А? »

« Почему они резко замолчали? »

Харухиро понятия не имел.

Подобные вещи беспокоили его, и это было тяжело, поэтому он хотел исправить ситуацию. Если была проблема, которую нужно было исправить, он хотел её исправить. Ему хотелось бы обсудить это, но он не был уверен. Как бы он ни хотел предложить выслушать их неприукрашенные мнения, а затем провести конструктивную дискуссию по существу вопроса, молчание затянулось, и он ничего не мог с этим поделать.

В конце концов, Харухиро наконец-то удалось открыть рот.

— Д-Давайте сделаем всё, что в наших силах.

Когда он сказал это, они сглотнули и посмотрели на него.

Они оба чего-то ждали. Таким было выражение их лиц.

« А у меня ничего нет? »

Они могли ожидать всего, чего хотели, но ничего не получалось.

— Завтра давайте все... поработаем вместе...

Добавление этого было лучшим, что он мог сделать.

— Да. — кивнула Мерри. — Конечно.

Шихору слегка улыбнулась. По крайней мере, она пыталась.

— ...Хорошо.

Перед заходом солнца из палатки вышли Кузаку, Сетора и Киити.

— Уф, я знаю, что сказал, что не смогу, но я крепко спал там, а?

— А я просто сделала отдых для глаз.

— Няа.

— Сетора-сан, правда, есть какая-то причина, по которой тебе нужно вести себя так жестко?

— Я не веду себя жестко. Я просто констатирую факты.

— Иногда ты можешь быть такой, да, Сетора-сан?

— Могу быть какой?

У рейдовой группы Башни Тенборо был Дилан Стоун, близкий соратник генерала Могиса, как их командир, и Энтони Джастин как их заместитель. Вместе с пятью воинами из Полка Воинов Пограничной Армии, которые были подчиненными Энтони, восемью солдатами из Экспедиционной Группы и группой из пяти человек Харухиро, плюс Киити, у них было в общей сложности двадцать человек и один няас.

Командир Дилан* был мрачным лет сорока с большим носом и густой бородой. Как можно было понять по черной меховой мантии, которую он носил - такой же, как у генерала, - он тоже был из Чёрных Гончих.

Он всегда называл людей и вещи кусками дерьма. Он часто просил их « сдохнуть ».

Кстати, все солдаты Экспедиционной Группы тоже были в черных меховых плащах. Генерал заполнил команду рейда Башни Тенборо людьми, которым доверял. Казалось безопасным предположить, что из этого выбора.

Рейдовая группа отправилась в путь, как только зашло солнце, вошла в Альтерну через секретный туннель посреди ночи и присоединилась к Нилу, разведчику в Гильдии Рыцарей Ужаса. Барбара-сенсей, за которой он наблюдал всё это время, должна была сейчас наблюдать за Башней Тенборо.

В Гильдии Рыцарей Ужаса стояли двадцать членов отряда самоубийц. Когда основные силы Экспедиционной Группы во главе с генералом Могисом атакуют, отряду смертников придется немедленно атаковать южные ворота Альтерны.

Командир рейда Дилан сказал отряду самоубийц несколько слов поддержки.

— Если вы думаете об этом так, как будто вы всё равно сдохните, тогда смерть не имеет большого значения. Если вы выживете, что маловероятно, вам повезет. Мы умираем только один раз, и в конце концов все должны умереть. Так что идите сдохните, куски дерьма.

Командир Дилан знал, кем был каждый из членов отряда самоубийц, поэтому он, вероятно, по-своему пытался их мотивировать. Однако было трудно представить, чтобы кто-нибудь из них почувствовал себя воодушевленным его словами. Во всяком случае, они выглядели так, будто в них было меньше жизни, чем раньше.

Командир Дилан был немногословным человеком, но, когда он говорил, это всегда демотивировало окружающих. Даже когда он этого не делал, его окружала такая утомительная атмосфера, что никто не хотел быть с ним слишком близко.

Харухиро и Нил поднялись на поверхность, чтобы проверить ситуацию. Когда основные силы Экспедиционной Группы атаковали южные ворота, они должны были сообщить об этом отряду смертников. Было тихо, никого, вернее, гоблина в предрассветной Альтерне не было видно. Они двое покинули Западный Городок, а затем взобрались на крышу по стенам того, что раньше было общежитием для Солдат-Добровольцев. Харухиро, по всей видимости, когда-то жил в этом общежитии, но совсем не помнил.

— Это катастрофа. — прошептал Нил Харухиро с низким смехом. — Этот ублюдок Дилан и есть жнец. Многие люди гибнут в любом отряде, который он возглавляет. Он единственный, кому гарантировано выживание.

— Ты тоже не будешь участником рейда?

— Как будто. Я разведчик. Я должен наблюдать за твоими подвигами издалека, а затем доложить генералу.

— Ох, правда...?

— Позволь мне рассказать тебе кое-что. Дилан Стоун - бесчеловечный монстр, умеющий использовать других в качестве щитов. Его не волнует, выживут ли остальные или нет. Генералу нравятся такие парни, как он.

— Хотя, похоже, генерал тебе тоже доверяет.

— Доверяет мне?

Нил попытался обнять Харухиро за плечо излишне дружелюбной рукой.

Когда Харухиро увернулся, Нил преувеличенно нахмурился.

— Генерал никому не доверяет. Он только хочет увидеть, кто захочет вилять хвостом и делать то, что он говорит. Я не предам генерала. Я выполняю приказы. Потому что это работает мне на пользу.

Чтобы изменить ситуацию, если бы это было не на пользу Нилу, он бы не стал выполнять приказы и без колебаний предал бы его.

Лидер был плохим, как и его последователи. Но группе пришлось рискнуть своей жизнью во время большой миссии с этими людьми. Хуже того, они были интегрированы в большую группу. Теперь они все были в одной лодке. Он ненавидел это, но у него не было выбора.

До восхода солнца оставалось ещё немного, но небо на востоке посветлело.

— Это будет в любой момент. — фыркнул Нил. — Это день, когда мы встречаем свою судьбу.

Это было показное выражение, но, возможно, не было преувеличением.

С юга доносились беспорядочные крики.

« Дзынь, дзынь, дзынь », последовали звуки гонгов.

— Иди. — Нил хлопнул Харухиро по спине. — И не смей умирать.

Он не ожидал, что он это скажет. Харухиро был немного удивлен, но, когда он посмотрел, Нил ухмыльнулся. Никто из подчиненных генерала Могиса не был хорошим человеком.

— Ты тоже, Нил. — сказал Харухиро, хотя он не имел этого в виду, а затем поспешил спуститься с крыши общежития.

Он прыгнул в переулок и побежал. Шум не был похож на предыдущий, когда Харухиро и его группа были изгнаны за приближением к Альтерне. Повсюду звонили гонги и колокола, и дико кричали гоблины. Гоблины, которые спали внутри зданий, должно быть, вскочили и выбежали наружу. Нет, улица уже была забита ими.

Харухиро несколько раз чуть не сталкнулся с гоблинами, но, возможно, потому, что он запомнил карту Барбары, ему удалось использовать закоулки, чтобы добраться до Гильдии Рыцарей Ужаса. Услышав отчет Харухиро, командир Дилан приказал всем подняться в разрушенный дом, который был надземной частью гильдии. Внутри дома были узкие коридоры и несколько комнат, но все они были маленькими.

— Отлично, это хороший день, чтобы умереть. Так что идите и сдохните, куски дерьма.

Командир Дилан практически выгнал отряд смертников из здания, затем вошел в комнату, в которой могло поместиться максимум пять человек, и сел на плохо сделанный стул, похожий на скамеечку для ног.

— ...Что насчет нас? — спросил Харухиро из-за пределов маленькой комнаты.

— Подождите. — приказал командир Дилан, скрестив руки и закрыв глаза.

Харухиро собрал своих товарищей в другой комнате, недалеко от выхода в разрушенный дом, рядом с комнатой, где находились Энтони и его люди. Но и в этой комнате было тесно.

— Ахх... — когда Кузаку потянулся, его рука почти коснулась Сеторы.

— Эй. — посмотрела на него Сетора. Киити тоже прошипел предупреждение.

Кузаку усмехнулся и сказал. — Извини. Я чувствую себя напряженным. — затем зевнул.

— ...Что с этим парнем не так? — раздраженно спросила Сетора.

— Кажется, когда он напрягается, он начинает чувствовать сонливость или зевает. — попыталась объяснить Мерри.

— Да, вот и всё. — сказал Кузаку, немного дерзко. — Вот именно. Должно быть, так оно и есть.

Шихору подняла глаза, неоднократно делая глубокие вдохи и выдохи.

— Ты в порядке? — спросил Харухиро.

Шихору повернулась к Харухиро и одарила его слегка застенчивой улыбкой.

— ...Потому что все здесь.

— Ага. — только и смог он ответить. Это заставило Харухиро спросить себя, « Это всё что ты смог сказать? ».

« Не слишком ли часто я отвечаю «Ага»? Разве «Да, ты права» не звучало бы лучше? Наверное, это одно и то же, да? Да, это одно и то же. »

Он чувствовал себя немного растерянным. Он не был похож на Кузаку, но, возможно, чувствовал себя напряженным.

Нет, конечно, он был напряжён. Если он думал, что спокоен, это было не более чем иллюзией.

— Эм... Мерри. — сказала Шихору.

Мерри казалась застигнутой врасплох, и её глаза расширились.

— ...А?

Они посмотрели друг на друга.

Именно тогда до Харухиро дошло, что он действительно почувствовал напряжение. Вернее, до него дошло, что это за странное чувство напряжения. Как будто он был в пороховой бочке?

Шихору склонила голову.

— ...Пожалуйста.

Мерри, казалось, не могла понять, каковы были её намерения, и не могла сказать то, что она начинала, потому что её рот открывался и закрывался.

Шихору подняла голову, затем попыталась улыбнуться. Это усилие было видно, но лицо её все равно выглядело так, будто она вот-вот заплачет.

Мерри рассмеялась, прикрыла рот, снова рассмеялась и посмотрела вниз.

— ...Прости.

Шихору покачала головой.

— ... Нет, это я должна извиниться...

Казалось, между Мерри и Шихору царит мирная атмосфера, но что здесь вообще происходит? Харухиро посмотрел на Сетору, надеясь, что она его спасет.

Сетора обняла Киити и взяла на себя обязательство вести себя так, будто не знает, в чем дело.

— Прямо сейчас! — сказал Кузаку Харухиро с сияющей улыбкой и показал ему большой палец вверх.

« Что должно быть «Прямо сейчас»? »

Если бы не было звука, будто кто-то пытался открыть дверь в разрушенный дом в этот момент, Харухиро мог бы спросить его.

— В Башне Тенборо произошло какое-то движение! Вице-король Богг...!

Это был голос Барбары. Харухиро собирался выбежать из комнаты.

— Подожди! — Мерри остановила его. Она прижала пальцы ко лбу и сделала знак гексаграммы. — О Свет, да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса... Защита. *

На левом запястье группы появилась сияющая гексаграмма.

Мерри продолжила повторять ещё одну молитву.

— Поддержка. *

Ещё две гексаграммы разных цветов загорелись на их запястьях.

Кузаку вскочил и засмеялся. — Я чувствую себя таким легким.

Защита была легким магическим заклинанием, которое усиливало их физические способности и естественное исцеление, даже если это не было массово. Поддержка усилила все их сопротивления.

— Спасибо. — поблагодарил Харухиро Мерри.

Мерри покачала головой.

— Если эффект иссякнет, я его переиспользую. Я сделаю всё возможное, чтобы заметить это заранее, но, если гексаграмма исчезнет, ​​скажите мне.

Харухиро кивнул, затем посмотрел на своих товарищей.

— Погнали.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

14. Дорога к Старому Коту

В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда он услышал срочное сообщение Барбары, командир Дилан Стоун сразу отдал приказ.

— Мы уходим отсюда, говнюки!

Рейдовая команда поспешно покинула Гильдию Рыцарей Ужаса.

Заместителю командующего Энтони, который был хорошо знаком с местностью, было приказано идти впереди, а его подчиненные, группа Харухиро и солдаты в черных плащах командира Дилана следовали за ним.

Барбара бежала рядом с Харухиро. — Я не ожидала, что Вице-Король Богг выйдет из Башни Тенборо ради нас! Это шанс один на миллион!

Сразу после того, как они покинули Гильдию Рыцарей Ужаса, их нашел гоблин. Гоблин убежал, что-то крича.

— Мы погонимся за ним?! — громко спросил Энтони.

— Ты дурак! — Дилан проревел позади него. — Отпусти это незначительное дерьмо и продолжай двигаться, кусок дерьма!

Для Командира Дилана союзники и враги были дерьмом. Кузаку пробормотал что-то вроде. — Ты здесь самый большой кусок дерьма. — и, честно говоря, Харухиро согласился с ним.

Тем не менее, рейдовая команда проигнорировала гоблина и двинулась вперед.

По словам Барбары, вскоре после того, как основные силы начали атаку, четверо или пятеро из Сотни вышли из Башни Тенборо и повели несколько десятков гоблинов к южным воротам. После этого в Башню Тенборо ворвался гоблин, похожий на посыльного. Когда это произошло, появился Вице-Король Богг, ведя за собой десятерых из Сотни.

Сотня разбежалась во все стороны, а Вице-Король Богг остался один на площади.

Барбара сообщила о ситуации так: Вице-Король Богг собирал элитных бойцов, прежде чем лично отправиться к южным воротам.

Башня Тенборо была довольно высоким зданием, но особенно широкими были только первый и второй этажи, на которых были вестибюль и холл для приемов. Всё, что наверху, было винтовой лестницей, коридорами и комнатками. Он был разработан так, чтобы его можно было защитить.

План предполагал, что рейдовая группа должна ворваться в Башню Тенборо и убить Вице-Короля Богга, но, если они смогут поймать его на улице, ничего лучше этого не будет. Однако пребывание на улице связано со своими опасностями. У гоблинов было подавляющее численное преимущество. Несмотря на это, внутри здания или другого ограниченного пространства они не окажутся в такой экстремальной ситуации, как двадцать человек против тысячи этих животных. Но снаружи, в худшем случае, гоблины могут наброситься на них со всех сторон.

Когда они покинули Западный Городок и вошли в южный район, им преградили путь скудные силы из десяти гоблинов.

— Атакауем! — крикнул Энтони. «Воины пограничья, покажите им свою гордость...!

Энтони и его пять воинов без колебаний ворвались в шеренгу гоблинов.

Было ли преувеличением сказать, что они их смели в мгновение ока?

Когда Энтони и его люди столкнулись с гоблинами и один раз взмахнули мечами, четыре или пять гоблинов были убиты или отправлены в полет.

Гоблины, которые не были убиты, а только потеряли равновесие, сбежали в мгновение ока.

— Эй, а эти ребята сильны! — весело сказал Кузаку.

— Враг просто слаб. — усмехнулась Барбара. — Старый Кот, я собираюсь обойти, проверить ситуацию и вернуться.

— Да, Сенсей!

— Хороший ответ.

Барбара послала ему воздушный поцелуй, покидая команду. Они продвигались всё дальше и дальше, направляясь к площади перед Башней Тенборо.

— Энтони-сан! — Харухиро повысил голос.

— Что?! — Энтони спросил, не повернув голову.

— Притормозите немного! Вы слишком быстро движетесь! Мы уже выдохлись!

— ...Верно! Понял!

— Не говори ему того, что тебе не нужно, кусок дерьма! — Дилан крикнул на него, но больше ничего не сказал, так что Харухиро было наплевать.

« Теперь я спокоен? Я не думаю, что паникую. Я хорошо вижу, что происходит вокруг меня. Хотя возможно это просто моё воображение ».

Нет, дело не в том, что он это видел, а в том, как он смотрел. Барбара сказала, что у него широкое поле зрения, но Харухиро, сам того не осознавая, поворачивал голову, всегда осматривая окрестности. Это была привычка, которую он выработал. Может быть, благодаря этому, Харухиро первым заметил отряд гоблинов, приближавшихся к рейдовой команде.

Их было всего пятнадцать или около того, но у всех были круглые щиты и копья. Однако у них было одинаковое не только снаряжение. Они двигались организованно.

« Позади нас! » Харухиро попытался крикнуть.

На крыше двухэтажного здания, выходящего на улицу, тоже был гоблин, и он только что вытащил красноватый меч.

Один из Сотни, да?

Он принял поспешное решение.

— Шихору...! — Харухиро указал на гоблина из Сотни на крыше.

Шихору немедленно остановилась и повернула обе ладони к Сотне.

— ...Дарк!

Он появился, как будто толкнув невидимую дверь, черные нити переплелись, сплетаясь в гуманоидную форму. Дарк издал странный звук « ншууууууу » и полетел к Сотне. Гоблин вскрикнул от шока и попытался рассечь Дарка своим мечом. Но Дарк обошел клинок и оказался позади своей цели.

Сотня обернулась, ища Дарка. В этот момент Дарк уже был внутри него.

— Командир Дилан! — крикнул Харухиро. — Враг позади нас!

— Маленькое дерьмо! — Командир Дилан плюнул. — Я убью их всех!

— Нгх...! — один из людей Энтони упал.

Это была стрела - нет, болт. На крыше, отличной от Сотни, было ещё пять или шесть гоблинов с арбалетами. Они дали залп, и один или два болта попали в подчиненного Энтони.

— Я вылечу его! — крикнула Мерри, бросаясь к нему.

Похоже, что командир Дилан справится с теми, кто стоит за ними.

Один из Сотни размахивал красным мечом, пока Дарк играл с ним, но существо, должно быть, осознало, что никуда не денется, потому что сбросился с крыши.

— Энтони! Кузаку! — закричал Харухиро, случайно обращаясь к Энтони без почтения.

Когда член Сотни, вышедший на дорогу, взмахнул красным мечом и закричал, гоблины тут и там выбежали из переулков.

Энтони и его люди испустили боевой клич и бросились в атаку.

Кузаку начал яростную атаку на члена Сотни.

Мерри пыталась поднять раненого Энтони.

— Сетора, защити Мерри!

— Верно!

— Шихору, будь позади меня!

— ...Хорошо!

Команда гоблинских арбалетчиков перезаряжалась. Прежде чем Харухиро успел отдать приказ, Шихору послала за ними Дарка.

Гоблин, миновавший Энтони и его людей, приближался. У него было копье. Шихору была позади Харухиро. Он не мог отступить.

Острие копья было нацелено в солнечное сплетение Харухиро. В последний момент он повернулся боком, выставив левый бок вперед. Если бы он только уклонился, вместо этого копье угрожало бы Шихору. Вот почему Харухиро рукой вытолкнул древко копья наружу. На гоблине был шлем. Он полностью прикрывал голову, а в козырьке было только самое тонкое отверстие. Не похоже, чтобы он обеспечивал хорошую видимость или слух, но это был прочный шлем. У него также были кольчужные доспехи и даже нагрудный доспех.

Харухиро подошел к гоблину.

Когда гоблин дрогнул, он сильно наступил ему на правую ногу. Несмотря на то, что у него были шлем и доспехи, гоблин всё ещё был босиком. На его нижней половине тоже были только какие-то кожаные штаны. Харухиро воткнул кинжал в правое бедро гоблина, чуть выше колена. Он взвизгнул и от боли запрокинул голову.

Он схватил гоблина за челюсть левой рукой и повернулся, когда толкнул его на землю. Он взобрался на него и, используя вес обоих колен, еще сильнее надавил на челюсть гоблина.

Когда гоблин закричал. — Агахх! — отчаянно сопротивляясь, он быстро поднял забрало на его шлеме.

Он мог видеть лицо гоблина через отверстие.

Харухиро взял кинжал, удерживая его правой рукой с левой стороны, и воткнул ему в левый глаз.

Он сделал глубокий толчок и повернул.

Гоблин испустил — Гагох...! — потом обмяк.

Прежде чем он успел подумать, «С ним покончено», он уже отпрыгнул от гоблина.

— Продолжайте идти! — крикнул Командир Дилан.

— Но...! — крикнул в ответ Харухиро. — Они знают, что мы здесь! Сотня идет нас остановить!

— Ты думаешь, мы сможем остановить атаку, кусок дерьма ?! Мы собираемся выполнить миссию, даже если все умрут в процессе!

Харухиро не мог не подумать, « Ты так говоришь, но держу пари, что ты собираешься выжить в одиночку. Ты здесь настоящий кусок дерьма».

— Я же не говорю, что надо все отменить! Но если мы просто нападем без плана…

— Захххххххх...! — Кузаку сокрушил одного из Сотни.

— ...Потери, которые мы понесем, будут... — Харухиро потерял дар речи.

Гоблины запаниковали.

— Не позволяйте маленькому дерьму остановить вас! — Командир Дилан подстегнул их. — Нам нужно только отобрать у этого куска дерьма голову! Вперёд, дерьмо, вперед!

— Какой кусок дерьма, ты кусок дерьма?! — Энтони рефлекторно крикнул в ответ. Он взмахнул мечом и продолжил путь. — Идем, рейдеры! За мной!

Человек Энтони, которого лечила Мерри, тоже встал и последовал за ним.

Всё происходило так быстро, что Харухиро не успевал. Ладно, нет, это неправда. Даже не говоря себе, чтобы переключить передачи, он уже плыл по течению. Было что-то в том, что говорил Командир Дилан, хотя он мог быть грубым. Для рейдовой команды скорость имела первостепенное значение.

— Шихору! Сетора! Мерри! Кузаку! Киити! — Харухиро на мгновение задумался, но, ничего не поняв, просто крикнул. — Пошлите!

— Лады!

— Верно!

— Да!

— Няа!

— ...Хорошо!

У них не было времени думать о том, чтобы расхаживать. Быстрее. Быстрее. Они должны были двигаться как можно быстрее, не оставляя людей позади. Если они этого не сделают, их могут окружить. И всё же, даже если бы они это сделали, гоблины всё равно напали бы на них. Командир Дилан сказал игнорировать их, но были времена, когда, если они не отталкивали их в сторону или не рассеивали, пути вперед не было.

Харухиро бежал, смотрел, слушал и принимал решения, отдавая приказы Кузаку и Сеторе, предупреждая Энтони и сбивая гоблинов на землю. Его легкие болели. Его горло тоже. Шихору выглядела так, будто ей было тяжело. Она делала всё возможное, чтобы не отставать.

— На площадь! — крикнул Энтони.

Дорога была извилистой и открывалась перед ними.

« А как же Барбара-сенсей? », внезапно подумал Харухиро. « Что с ней происходит? Она сказала, что пойдет вперёд и осмотрится ».

« Нет, дело было не в этом ».

« Она не просто собиралась осмотреться, она собиралась проверить ситуацию и вернуться ».

Рейдовая группа наконец вошла на площадь.

Раньше это было широкое открытое пространство, на котором не было ничего, кроме булыжника. Не сейчас. Были эти огромные зловещие вещи, сделанные из дерева и камня, кожи и ткани, металлических частей, кости или чего-то еще, и эта странная черноватая краска, которую он не мог определить. Это были башенки? Хижины? А может платформы? Чем бы они ни были, они были построены повсюду. Но ближе к центру, возле башни Тенборо, пространство было намеренно оставлено открытым. Этот район все еще использовался как площадь или, может быть, дорога.

Даже издалека он заметил на дороге группу гоблинов. Очевидно, они направлялись к Башне Тенборо.

Они были пронумерованы... Хм, трудно было сказать, учитывая все массивные объекты на пути. Было не больше 100, но оставалось от 30 до 40. 40 из них шли вместе со своими копьями, поэтому их было легко узнать на расстоянии и оценить их количество.

Похоже, что-то было на кончиках их копий.

— Это оно?! — крикнул Энтони, сбив гоблина, который бросился на него из тени одного из объектов.

— Вы, куски дерьма! Вот где вы умрете! — проревел Командир Дилан. Вероятно, он хотел сказать, что это, вероятно, отряд Вице-Короля Богга, и рейдовой команде необходимо уничтожить их, чего бы это ни стоило.

Это были гоблины, но, возможно, в группу было было несколько членов Сотни. Вице-Король Богг тоже явно собирался стать ветераном. Вдобавок ко всему, их было меньше. Это будет нелегко. На самом деле, это будет невероятно сложно. Им нужно было устроить засаду, затем в хаосе схватить голову Вице-Короля Богга и сделать это как можно быстрее. Больше ничего не получится.

Энтони направился не прямо к Вице-Королю Боггу, вместо этого он следовал курсом, который вел их к Башне Тенборо. Один из подчиненных Энтони налетел на один из массивных предметов и упал, но никто ему не помог. Харухиро проигнорировал его и тоже продолжил бежать. В какой-то момент он наверняка догонит сам.

Они очень близко подошли к команде копейщиков Вице-Короля Богга.

Что было на этих копьях? Почему это его так заинтересовало?

Он не мог их ясно видеть, поэтому не мог сказать наверняка, но с самого начала он подумал, что это может быть что-то определенное. Несмотря на это, он не задумывался об этом слишком глубоко.

Дело не в том, что он старался не думать об этом столько, сколько у него не было времени думать ни о чем.

Более того, он не хотел думать.

Тем не менее, теперь, когда они были так близко, он не мог отвести глаз от того факта, что на концах этих окровавленных копий были отрезанные туловище и конечности животного. Не все копья. Из 30-40 копий было меньше половины. Максимум десять.

Пойдут ли гоблины изо всех сил, чтобы охотиться на диких животных, просто чтобы поднять их на свои копья в такое время, как это? Скорее всего, нет. Значит, эти части были из себе подобных? Было немыслимо, что наместник мог приказать казнить любого гоблина, который не подчинялся приказам, но, ну, вероятно, это было не так.

Это были люди, не так ли?

Другими словами, с самого начала Харухиро подозревал, что гоблины поднимали расчлененное тело человека на своих копьях.

Но в Альтерне не было людей.

Их почти не должно было быть, но не похоже, чтобы их не было совсем. В конце концов, в этот самый момент Харухиро и его команда направлялись к Вице-Королю Боггу.

Хотя, если это не был кто-то из участников рейдовой команды, оставшиеся варианты были сильно ограничены.

Барбара сказала, « Я проверю ситуацию и вернусь ».

Она ещё не вернулась.

Отряд копейщиков Вице-Короля Богга остановился. Заметили ли они рейдовую команду?

Дорога по другую сторону массивного объекта перед Энтони. Там была команда копейщиков Вице-Короля Богга.

Рейдовая группа помчалась вокруг объекта и вышла на дорогу.

Харухиро тоже выпрыгнул и присел. Энтони и его люди уже сражались с отрядом копейщиков. Гоблины не наносили удары копьями, они замахивались ими вниз, пытаясь сбить с толку Энтони и его людей. Мужчины блокировали их мечами и шлемами и пытались продвинуться вперед.

Одна из частей, насаженных на копье, оторвалась и полетела.

Это была человеческая рука. Правая рука. Была и левая рука. Ноги тоже. Правая. И левая. Туловище было разрезано на несколько частей, из него вывалились внутренности. И голова покатилась к ногам Харухиро.

Голова была с длиннами волосами. Женская. Харухиро посмотрел на неё. Пытаюсь посмотреть на её лицо. Он ничего не мог с собой поделать.

— Харухиро?! — Кузаку толкнул его на землю.

Почему он это сделал? Харухиро об этом не подумал. На мостовой, прямо перед тем местом, где приземлился Харухиро, она была там.

Её правый глаз закрыт, а левый приоткрыт. Её губы слегка приоткрылись. Её правая щека была прижата к булыжнику. Из-за этого всё её лицо отвисло вправо. На её лице было несколько порезов.

Она не была похожа на человека, которая сказала, « Хороший ответ » и послал ему воздушный поцелуй.

В каком-то смысле это было так.

Это была не она.

Оно давно перестало функционировать как живое существо, поэтому, даже если оно когда-то было частью Барбары, это уже не Барбара.

Тем не менее, Харухиро был сильно потрясен чувством, что он не мог просто так оставить это. Но, с другой стороны, он прекрасно понимал, что у него нет времени об этом беспокоиться.

Если бы Барбара была еще жива, « Эй, что ты делаешь, Старый Кот? » Она бы отругала его.

Но она теперь больше никогда его не сможет отругать.

Если бы он не потерял свои воспоминания, он почувствовал бы ещё более сильную связь с ней. Если бы у него было больше воспоминаний о своем учителе, это было бы ещё труднее, и он, возможно, не выдержал бы этого.

Харухиро вскочил на ноги. Он старался не смотреть на Барбару.

— Захххххххххххх...! — сверкнув большой катаной Кузаку, он мгновенно сразил пять или шесть копейщиков.

В отряде копейщиков был гоблин с красным копьем, Сотня. Сетора уклонилась от удара снизу, наступив на древко и схватив его, а затем ударила Сотню прикладом. Как только строй команды копейщиков ухудшился, Энтони прорвался сквозь них.

— Дарк...!

Шихору послала Дарка в отряд копейщиков. Дарк издал « шууууууууууууу », когда он мчался между гоблинами, приводя их в замешательство. Мерри держалась рядом с Шихору. Харухиро тоже собирался атаковать команду копейщиков. Но почему они были здесь единственными?

Барбара была учителем Харухиро. Она никак не могла ослабить бдительность. Должно быть, они обнаружили её, когда она проверяла ситуацию, а затем поймали и убили её. Вот насколько хороши были гоблины, с которыми они столкнулись.

Неужели они их недооценивали?

Гоблины были меньше людей. С человеческой точки зрения они тоже были уродливыми. Эти существа не могли быть лучше людей. Им даже не было равных. Они должны были быть нижестоящими. Мог ли он сказать, что не думал об этом?

Харухиро обернулся и был потрясен.

Позади солдат в черных плащах во главе с Командиром Диланом, по диагонали позади них с обеих сторон, было огромное количество гоблинов, выливавшихся из теней массивных объектов и роящихся прямо сейчас к ним. У некоторых из них было красное оружие. Командующий Дилан и его люди ничего не заметили и просто продвигались вперед. Командир Дилан, нет, вся рейдовая команда собиралась застать врасплох. Их поймали. В ловушке.

Команда копейщиков была приманкой. Наживка, чтобы выманить рейдовую команду.

— Командир...

Харухиро не успел позвать этого человека. Прежде чем он успел это сделать, гоблин в красной броне бросился на Командира Дилана сзади и схватил его за волосы левой рукой. Справа он держал что-то похожее на нож, чем на кинжал.

Командир Дилан даже не сопротивлялся. У него не было времени. Гоблин в красных доспехах быстро отделил голову от тела. Это было плавное, волнообразное движение, которое казалось хорошо отработанным. У этого гоблина наверняка было несколько таких голов. Возможно, десятки. Возможно, это даже был гоблин, который убил Барбару.

Гоблин в красной броне наступил на обрубок шеи командира Дилана и повернул отрубленную голову.

— Ахх! Гях! Хаххххххх...!

Командир Дилан был жнецом. Так его называл разведчик Нил.

Независимо от того, скольким из своих людей он позволил умереть, он всегда выживал. Он был ужасным человеком, но с точки зрения его солдат было искаженное чувство доверия, даже облегчение от мысли. — Что бы ни случилось, с командиром все будет в порядке.

Никто не мог стоять, увидев, что их единственная опора вот так стерта.

Не было ни одного солдата в черном плаще, который всё ещё оказывал бы должное сопротивление. Трое, может быть, четверо из них ещё дышали, но гоблины охотились на них.

Харухиро тоже чувствовал себя обессиленным. Его глаза расплывались, теряя фокус.

« Нет, я не могу сдаться, пока все не закончится », пытался убедить он себя, но это уже не та ситуация, которую можно было бы преодолеть призывом к силе воли. Если вы бросили кого-то с высоты 100 метров и приказали как-нибудь выжить, это было просто невозможно. Вы не можете делать то, что не можете.

Бывают моменты, когда ты ничего не можешь сделать. Вы просто должны это принять.

Если бы Харухиро был один, он мог бы это сделать. Проблема была в том, что у него были товарищи. Даже если бы он мог списать свою смерть на неизбежную, он не хотел, чтобы его товарищи в конечном итоге стали такими же, как Барбара. Что он мог сделать?

Помимо этого, он хорошо видел. Это отличалось от постоянного поворачивания головы, движения глазных яблок и взгляда. Как будто он оставил собственное тело. Сказать, что он смотрел вниз с неба, было бы преувеличением, но это было похоже на то, что он смотрел на местность сверху.

Возможно, он не мог видеть движения, которые делали гоблины, его команда или люди Энтони, но он мог их ощущать. Каждый двигался самостоятельно в беспорядке, и он смутно ощущал их всех.

Харухиро погрузился в самую гущу всего этого.

По какой-то причине в этот момент гоблины и даже его товарищи не обращали внимания на Харухиро. Харухиро, несомненно, был здесь, но казалось, что его вообще нигде не было.

На этом кровавом, жестоком и хаотическом поле битвы Харухиро был единственным человеком, чье присутствие было слабым, как труп. Благодаря этому его никто не мог заметить.

« Разве Барбара-Сенсей тоже не была такой? », подумал Харухиро.

Может быть, это было потому, что они в то время были в лесу, но она чувствовала себя для него как растение. Нет, поскольку он не чувствовал присутствия Барбары, Харухиро думал, что это было странно, а его разум интерпретировал её как растение.

« Вот на что это похоже, Барбара-сенсей? »

« Вот что показывала мне тогда Сенсей. Я никогда не думал, что это будет ее последний подарок ».

Гоблин в красных доспехах был явно лучше экипирован, чем другие, и к тому же заметно крупнее. Это должен быть Вице-Король Богг.

Богг подбросил голову командира Дилана в воздух и издал крик, который звучал примерно так. — Gugai, gugai, gaigaih! — он вложил нож в ножны и обнажил меч за спиной. Его лезвие, как и следовало ожидать, тоже было красным.

Все солдаты в черных плащах были мертвы. Гоблины во главе с Боггом бросились к остальной части рейдовой команды, которая всё ещё сражалась с гоблинами-копещиками.

Даже когда один или два гоблина пробежали мимо Харухиро, он не двинулся с места. Он опустил плечи, немного выгнул спину и слегка согнул колени.

Никто не заметил Харухиро. Важной была его цель. Ему нужно было поставить перед собой соответствующую цель.

Богг побежал прямо к нему. В таком случае он может пойти прямо на него. Несмотря на это, Харухиро остался на месте. Убить Богга. Это была цель.

Когда Богг подошел к Харухиро примерно на 50 сантиметров, так близко, что он мог протянуть руку и коснуться его, он наконец смог заметить, что там что-то было.

— ...! — Богг внезапно остановился, взмахивая красным мечом обеими руками.

Харухиро выступил вперед.

Красный меч качнулся по диагонали.

Харухиро наклонился влево, продвигаясь вперёд.

Он сделал порез с левой стороны лба ниже правого глаза, который был совсем не мелким, но ему было всё равно.

Харухиро прошел мимо Богга.

Когда он это сделал, кинжал, который он держал наотмашь, вылетел за его спиной.

Возможно, в том, чтобы показать свое лицо, был какой-то смысл, потому что Богг был без шлема. Кинжал Харухиро не попал в затылок Боггу.

Богг скрутился в последнюю секунду. Уклонился.

Нет, хотя он пытался увернуться, он не смог полностью уйти с пути.

Харухиро почувствовал, как лезвие проткнуло что-то твердое. Его кинжал прорезал линию в черепе Богга. Это все. Он не сбивал его.

Он думал, что сможет это сделать. Но разочарование не помогло. Дело ещё кончилось. Он должен был соответственно отреагировать. Харухиро ещё не достиг своей цели. Это было ещё не всё.

Харухиро обернулся.

Глаза Богга расширились, и он впился взглядом в Харухиро, придерживая его за затылок левой рукой.

— Nugg, gahhhh...!

Он казался разгневанным, но более того, Богг был сбит с толку. Ему показалось, что Харухиро появился из ниоткуда, прямо перед его глазами, и едва не нанес ему смертельный удар. Было бы страннее, если бы он не был этим шокирован.

Остальные гоблины, которые собирались атаковать рейдовую команду, тоже были удивлены.

Но Харухиро был окружен гоблинами Богга, так что, если он испортил то, как он справился с этим, ему было конец. Он действительно почувствовал некоторое разочарование и отчаяние при мысли, « Почему я не c мог прикончить его одним ударом? » Он был обеспокоен и напуган. Он должен был подавить это и не потерять инициативу.

— Кузааааку! Энтонииии! Вице-Король Богг здесь...!

Когда Харухиро крикнул, он выхватил второй кинжал и замахнулся на Богга.

Богг попятился. При этом он заблокировал кинжал Харухиро своим мечом. Харухиро был вооружен парным оружием, и между ними не было большого расстояния. В своем растерянном состоянии лучшее, что мог сделать Богг, - это заблокировать кинжал перекрестием своего меча. Если они будут продолжать обмениваться ударами с такой близкой дистанции, другие гоблины не смогут вмешаться.

Харухиро не думал, что сможет прорваться. Естественно, он хотел прорвать оборону Богга и положить конец этой дуэли один на один, но сильное желание заставляло людей крутиться, напрягаться и спешить.

Кроме того, Богг был упрям. Его тело было крепким, и он умело использовал свой меч. Было бы трудно внезапно нанести ему смертельный удар в честной схватке. Цель состояла в том, чтобы убить Богга, но Харухиро должен был предпринять ряд шагов, чтобы достичь её.

Богг отбивал кинжал Харухиро щитком своего меча более чем в десятый раз.

Это был его кинжал в левой руке, огненный.

В этот момент Харухиро вытащил кинжал в правой руке.

Богг держал меч обеими руками. Кинжал Харухиро рассек ему левую, отрубив пальцы. Два пальца, мизинец и безымянный палец, исчезли мгновенно.

Богг закричал. — Datts! — или что-то близкое к этому, и отпустил свой меч поврежденной конечностью.

Теперь он держал его в одной руке. Мощность Богга гарантированно стала ниже. Харухиро был на шаг ближе к своей цели. Он не собирался толкать все одним рывком. Это было хорошо или плохо? Он не знал, но в любом случае Харухиро не мог предсказать, что Богг собирается делать.

Богг использовал левую руку, потерявшую два пальца, чтобы вытащить нож и бросить его.

— ...!

Харухиро бессознательно увернулся. Если бы он этого не сделал, нож Богга наверняка попал бы ему прямо в лицо. Значит, у него не было выбора, но все же гоблин поймал его. В тот момент, когда Богг метнул нож, он повернулся.

— Ngyagah...!

...И отдал приказ отступать?

Богг сбежал. Это не заняло у него времени. Он побежал за одним из предметов и скрылся из виду.

Харухиро побежал за Боггом, даже не теряя времени, чтобы сказать, « Думаешь, что сможешь сбежать? » Понимая, что его поле зрения сузилось, он покачал головой и огляделся. Гоблины незамедлительно отступили. Он не мог найти Энтони и его людей, но слышал боевой клич Кузаку. Он был довольно близок. Богга по-прежнему не было видно. Но Харухиро знал, куда он идет. Это более или менее должно быть Башня Тенборо.

Харухиро сразу же заметил Богга сзади. Это было так, как он думал. Богг направлялся к Башне Тенборо. По-видимому, он не планировал сначала идти в обход. Он тоже не пошел бы обходным путем. Ну, конечно, нет. Это была площадь перед Башней Тенборо. Богг вышел на дорогу. Башня была уже прямо перед его носом.

Баррикада, которую они воздвигли перед главными воротами, имела абатис - так назывались эти штуки? Там была линия заостренных кусков древесины и металла, указывающих наружу, и они были связаны вместе веревкой и проволокой, а затем укреплены щитами, железными пластинами, шкурами и т. д. Это выглядело как беспорядок, но, если его правильно использовать и укомплектовать, оно обеспечит значительное преимущество в обороне.

Богг находился примерно в 15 метрах от баррикады, а Харухиро было примерно 18. Эта примерно трехметровая пропасть казалась одновременно большой, но маленькой, и маленькой, но большой.

Богг оглдывался, в основном на Харухиро. Он не выглядел удивленным, насколько близко был Харухиро. Как будто он просто проверял это и одновременно что-то замышлял.

Целью Харухиро было убить Богга. Что было у Богга? Была ли его цель сбежать в Башню Тенборо? Это было что-то ещё, не так ли?

— Харухиро! — крикнул Кузаку позади него.

Даже не оборачиваясь, Харухиро мог сказать, что это был не просто Кузаку; несколько его товарищей шли за Харухиро.

Богг крикнул. — Higyahhah! — Это был какой-то приказ?

Несколько гоблинов высунули свои лица из абатиса. Они прятались. С чем-то в руках.

Прямо перед абатисом Богг опустил позу, словно скользил по булыжнику.

В руках гоблинов абатиса были арбалеты. Их было больше десяти.

— Пригнитесть! — сказал Харухиро, когда сам спустился.

Гоблины на абати стреляли болтами. Харухиро остался стоять, повернув голову назад. Кузаку был здесь. Принимая точку. Сетора, Киити, Мерри и Шихору тоже. А также Энтони и его люди. Они уже знали, что грянут болты. Сетора сидела на корточках. Мерри и Шихору стояли с широко раскрытыми глазами. — Охх! — сказал Энтони. Было неясно, о чем думал Кузаку, но он широко раскинул руки. Его большая катана все ещё сжималась в правой руке, его ступни были примерно равны его плечам, а грудь вздулась. Это выглядело почти так, как будто он пытался преградить путь - нет, именно это он и делал. Кузаку, должно быть, пытался не пропустить ни одного болта. Потому что товарищи Кузаку были за ним. Независимо от того, сколько разлеталось болтов, он пытался заблокировать их все своим телом и защитить своих товарищей. « Я же огромный, понимаете? Мое тело слишком велико, и иногда это мешает, но в такие моменты оно тоже может быть полезно, да? » казалось, что Кузаку мог бы сказать со смехом.

«Приятель, дело в том, что...», подумал Харухиро. Болты один за другим пронзили грудь и живот Кузаку. Это казалось почти чрезмерным. Пять или шесть болтов, нет, даже больше, чем это, легко пробили броню Кузаку. « Иногда ты чертовски крут ».

В версии с изображениями тут находится картинка.

Энтони попали в правую часть груди. — Гах! — он застонал и чуть не согнулся пополам, прежде чем упал на одно колено.

Кузаку всё ещё стоял, но не полностью и неподвижно. Он закашлял кровью один раз, затем дважды и моргнул. Не желая больше проливать кровь, он плотно закрыл губы, но каждый раз, когда он кашлял, кровь хлынула из его носа.

« Что теперь? », подумал Харухиро. « Что мне следует сделать в первую очередь? Я знаю, что мне нужно стремиться к цели, но так ли это важно? »

«Кузаку...!» и «Кузаку-кун...!» Сетора и Шихору выкрикнули имя своего товарища. Мерри бросилась к нему.

Харухиро вскочил на ноги и повернулся назад.

«Нет» . Кузаку. Аххх. Нет. Нет, это не нормально. Это не. Простите, Барбара-Сенсей, я больше не могу этого делать. Кузаку. Кузаку долго не может стоять. Это не те раны, с которыми ты можешь стоять. Это невозможно. Это безумие.

Кузаку упал назад. Мерри поймал его, но он был тяжелым. Похоже, она вот-вот упадет. Харухиро должен был добраться туда и поддержать Кузаку с Мерри.

— Опять ты...! — пришло резкое предупреждение от Сеторы.

Харухиро посмотрел на абати. Гоблины смотрели туда.

Богг был на другой стороне. Он забрался на какую-то платформу и принял командование.

Гоблины на абати прицелились из арбалетов. Они уже перезарядилсь? Или, может быть, они заранее подготовили дополнительные арбалеты.

— Мерри! — Харухиро окликнул её, когда он поспешно отнес Кузаку на обочину улицы. Посреди летящих болтов Харухиро и Мерри затащили Кузаку в тень одного из массивных объектов.

— ...Харухиро. — выдохнул Кузаку.

Кузаку был вялым. В какой-то момент он уронил свою большую катану, потому что теперь не держал её. Три болта были в груди Кузаку, ещё один - в его правом плече, ещё один - в левой руке и ещё два - глубоко в животе. Он то открывал, то закрывал глаза, возможно, отчаянно пытаясь удержать исчезающее сознание. Слабым голосом он повторял — ...Харухиро.

— Ч-Что? Что случилось, Кузаку...? — Харухиро приблизил лицо к Кузаку. « А? Что это? » он думал.

Я чувствую, что вспоминаю.

Кузаку с удивительной силой сжал левую руку Харухиро правой рукой.

— Про…сти...ме…ня

— А? Что? П-Простить? Почему? За что...?

« Я чувствую, что это уже случалось раньше ».

Бледность Кузаку была ужасной. Обескровленный; не белый и не синий, а пепельный.

« Только это было не с Кузаку ».

« С кем-то ещё ».

— … Манато. — прошептал Харухиро.

« Точно ».

« Кузаку умрет, как Манато. Этого не может быть ».

— Не смей, Кузаку!

— Про...сти…ме…

« Так вот почему Кузаку извиняется? «Похоже, я скоро умру, прости, что умираю», так? »

— Не будь дураком!

— Подвинься! — Мерри оттащила Харухиро от Кузаку.

Мерри прижала правую руку к Кузаку. Затем, используя свою левую руку, чтобы проверить болты, торчащие из его тела. — Он всё ещё может выжить! — она решила. — Вытащите эти болты! Как можно быстрее! Все до единого! Нет смысла лечить его магией, пока они ещё внутри него! Хару! Сетора! Шихору, вы тоже помогите!

До этого момента Харухиро не замечал, что Сетора, Шихору и Киити были рядом с ними. Что делали Энтони и его люди? Это пришло ему в голову на секунду, но Кузаку пришел первым. Мерри сказала, что у него всё получится. Магия. Верно. Мерри могла исцелить его с помощью магии. Но раны не могли закрыть болтами внутри. Когда они их вытащили, должно было быть сильное кровотечение, и это было опасно, но они это сделают. Вытащат все болты сразу, и Мерри, не упуская ни секунды, воспользуется своей магией. Они должны были это сделать. Их было семеро. Он хотел, чтобы Мерри приготовила её магию. Харухиро вытащит два, Сетора вытащит два, Шихору тоже два, а Киити вытащит последнюю. Им понадобится Киити. Кузаку уже не отвечал, его закрытые глаза дергались. Было неясно, сколько ещё он продержится, да и времени не было. Другого пути не было. Но мог ли ньяас это сделать?

— Всё нормально! — Сетора была готова.

Мерри прижала пальцы ко лбу, а остальные вцепились в свои болты.

— О Свет, да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса. — начала Мерри воспевать молитву.

— Начали! — крикнул Харухиро.

Харухиро, Сетора, Шихору и Киити вытащили болты из Кузаку в унисон.

Мерри повернула обе руки к Кузаку.

— Таинство...! *

Из-за того, что он смотрел на этот яркий свет, Харухиро временно ослеп.

— Оо, да! — он услышал, как сказал Кузаку.

«Это не та ситуация, где ты должен говорить «Оо, да!». », подумал Харухиро.

Он протер глаза. Кузаку уже встал.

— Я снова жив! Всем спасибо!

— ...Ты снова жив? — рассердилась Мерри. — Ты даже не умер.

— Давайте не будем беспокоиться о мелочах! — сказал Кузаку с улыбкой.

Харухиро снова потер глаза.

— Братан, ты такой...

— А, Харухиро, ты плачешь...? — Кузаку сказал то, чего ему на самом деле не следовало говорить.

— Я не плачу! — ответил Харухиро, высунув лицо из-за массивного объекта и глядя в сторону абатиса. Богг поднялся на платформу, размахивая красным мечом и дико крича. Казалось, гоблины на абати над чем-то работают. Наверное, заряжают арбалеты.

Энтони укрывался за массивным объектом прямо через дорогу от них. Только Энтони. Двое мужчин Энтони упали на улице. У самого Энтони в правой груди был болт, и он, вероятно, не мог нормально двигаться. К сожалению, когда Мерри исцелила Энтони магией, ему пришлось подождать.

— Кузаку, вперёд! Все, поддержите его!

— На него! — сказал Кузаку, энергично облизывая губы. — Знаете, всё, что не убивает вас мгновенно, можно излечить, это безумие, каким храбрым вы можете быть!

— Ты идиот! — Сетора ударил Кузаку по затылку. — Я не потерплю, когда ты снова будешь наполовину убит!

— Это вредно для моего сердца! — сказала Шихору редким обвинительным тоном.

— Хех. — Кузаку застенчиво склонил голову. — ...Простите меня.

— Я не позволю тебе перейти эту последнюю черту! — твердо сказала Мерри.

Затем она посмотрела на Харухиро.

Он вспомнил эту достойную улыбку.

Были времена, когда Мерри был слишком красива, переходя в потусторонний мир.

— Мы рассчитываем на тебя! — всё, что сказал Харухиро, прежде чем выбежать.

Ему не нужно было смотреть. Кузаку выскачил на дорогу, поднимая свою большую катану и бросаясь в атаку. Его товарищи последуют за Кузаку. Шихору запустит Дарка. Мерри защитит Шихору, а Сетора и Киити поддержат Кузаку.

Харухиро бежал, пробираясь между массивными объектами, и направился к Башне Тенборо.

— Орааааааааааааа! Дайте мне его! — Кузаку был на улице, провоцируя врага.

Похоже, гоблины на абатисе ещё не перезарядили свои арбалеты. Если бы это было так, они бы давно их выпустили.

Кузаку и другие хорошо сыграют свою роль. Они привлекут внимание врага.

Харухиро подошел к абати перед Башней Тенборо сбоку.

« Погрузи ».

« Погрузи его. Своё собственное присутствие. Само своё существование ».

« Нет, не погружай ».

« Поглоти ».

« Просто поглоти его плавно ».

В версии с изображениями тут находится картинка.

Богг сбросил с платформы другого гоблина. Он оскорблял свои войска, как будто говорил, « Живее, тупорылые идиоты! »

Гоблины на абатисе перестали перезаряжать свои арбалеты и отбросили их, взяв вместо этого длинные копья. Они воткнули копья в абати, вероятно, пытаясь сдержать Кузаку. Как будто показывал им, что это бесполезно. — Захх! Ха! — Кузаку взмахнул своей большой катаной и разрезал несколько копий.

Богг, должно быть, отказался от гоблинов, охраняющих абати, потому что он спрыгнул с платформы и устремился внутрь Башни Тенборо через главные ворота без дверей. Богг даже не подозревал об этом.

Харухиро подкрался прямо за ним.

Харухиро бесшумно перелез через абатис и схватил Богга сзади. Это был первый момент, когда Богг осознал своё существование. Харухиро перерезал Боггу горло кинжалом. Когда он был так близко, он просто не мог облажаться. Богг, возможно, хотел бросить в него ненавистные оскорбления, когда он умер, но его трахея была разорвана. Гоблин не собирался ничего говорить.

Харухиро толкнул Богга на землю, схватив голову гоблина левой рукой. Затем Харухиро использовал кинжал в правой руке, чтобы быстро перерезать всё, кроме позвоночника гоблина, который он скрутил и сломал с грубой силой.

Если бы он сказал, что не проявляет эмоций, он солгал бы, но он сделал всё возможное, чтобы держать себя под контролем. По правде говоря, он хотел прямо сейчас разделить труп Богга, пнуть его и превратить в мясной фарш, но Барбара, вероятно, посмеялась бы над ним, сказав, « А теперь послушай. Что хорошего в этом, Старый Кот? Это не то, что тебе следует делать, верно? ».

Харухиро было нелегко потревожить. Барбара-Сенсей сказала ему, что он не из тех, кто может делать что-то, если попытается, а он из тех, кто пытается, пока не сможет достичь цели. Если это было правдой, а он не сомневался в этом, как её скромный ученик, он хотел быть именно таким.

Если бы он мог стать Вором, который никогда не упускал ни одной уловки, всегда жил на своих условиях, как Старый Кот, тогда, возможно, это позволило бы ему отплатить ей хоть немного.

Харухиро встал, держа в левой руке отрубленную голову Богга.

« Мы победили », подумал он, но не сказал этого вслух. Для кого-то вроде него, с сонными глазами старого кота, эти слова не казались правильными.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

15. В Промежутке Между Желанием и Отчаянием

В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда они узнали о смерти Вице-Короля Богга, гоблины Альтерны мгновенно потеряли желание сражаться. Отряд самоубийц, который почему-то не был полностью уничтожен, открыл южные ворота, и основные силы Экспедиционной Группы хлынули в Альтерну. Харухиро и другие открыли северные ворота в соответствии со стратегией генерала Джина Могиса. Всё прошло по плану. Основная сила поймала гоблинов, когда они собрались у северных ворот, пытаясь выбраться, и перебила большое их количество. Тем временем Харухиро и другие отнесли тела Барбары, подчиненных Энтони Джастина и даже Дилана Стоуна и его людей, пока они были там, в Башню Тенборо. Битва давно решена. Генерал Могис приказал одному из своих близких соратников провести зачистку и прибыл в Башню Тенборо.

В Башне Тенборо были гоблины-женщины, но они либо уже сбежали, либо были убиты в процессе. Ещё до того, как они вошли внутрь, стало ясно, что во всем этом месте не было ни человека, ни гоблина.

Когда генерал Могис увидел выстроенные в ряд в вестибюле тела, в том числе командира Дилана, он сделал знак гексаграммы пальцами, затем слегка улыбнулся.

— ...Что смешного? — спросил Энтони дрожащим голосом.

Честно говоря, Харухиро хотел спросить о том же у генерала, поэтому был благодарен Энтони за вопрос. Хотя он не ожидал правильного ответа. Не было.

Генерал положил руку на плечо Энтони.

— Мне нужно сделать осмотр. Нашего замка. Пойдем со мной.

Казалось, его ржавые глаза были фальшивыми, и он ничего не видел в них. Насколько бесчувственным был этот человек? Его было труднее читать, чем гоблинов, а они были совершенно другой расой. Вот почему Барбара-Сенсей тоже с подозрением относилась к генералу и не доверяла ему.

Группа Харухиро и Энтони последовали за генералом, когда он осмотрел первый этаж, где располагались вестибюль и склад, затем второй этаж, на котором находился большой зал, приемная, кухни и многое другое. Не было никаких признаков того, что их разлучают, так что, возможно, Вице-Король Богг и его подчиненные вели здесь образ жизни, отдаленно напоминающий человеческий.

Когда они поднялись по винтовой лестнице на третий этаж, они услышали слабый голос.

— Ээээээй... Ээээээй, Ктооооооо-нибудь... Ктооооооо-нибудь… Помогите мнеееее...

Голос был явно человеческим.

В отличие от первого и второго этажей, которые можно было ожидать от лорда, начиная с третьего этажа, здание представляло собой полностью башню. Лестницы и коридоры занимали больше половины площади на каждом уровне, и было всего три или четыре комнаты, ни одна из которых не была особенно большой. Некоторые двери были закрыты, но другие открыты.

Не найдя ничего необычного на третьем этаже, они перешли на четвертый.

— Ээээй. Ээээй. Кто-то там? Я туууут. Помогите мне. Эээй…

Харухиро вошел в комнату на четвертом этаже. Дверь была открыта настежь.

— ...Ох.

Вероятно, это была спальня человека высокого статуса. Но чудесную кровать подняли и прислонили к стене, заменив, если можно так выразиться, железной клеткой, которая теперь доминировала в центре комнаты. Персона внутри, вероятно, был человеком. Он был голым, так что это не подлежало сомнению.

— К-Кто ты?! Нет, неважно! Спаси меня! — крикнул обнаженный мужчина, упираясь носом в решетку. — Я Повелитель Альтерны, представитель Королевства Арабакия в пограничте! Ты должен знать имя маркграфа Гарлана Ведоя! А теперь поторопись и выпусти меня отсюда!

Мужчина был истощен, его волосы и борода заросли, а всё его тело было покрыто грязью. Его глаза были налиты кровью, и он не пытался скрыть свои гениталии. В углу стоял горшок, вероятно, предназначенный для использования в качестве туалета. Хотя на нем была крышка, в воздухе стоял зловонный запах. Не имело значения, кем он был; он казался жалким, и Харухиро хотел его выпустить. Тем не менее, это также был факт, что он отталкивал. Не только Харухиро чувствовал это.

— Вхоа… — сказал Кузаку, войдя в комнату, и попятился.

— Ух! — Сетора, у которой на плечах был Киити, сглотнула, а Мерри и Шихору закричали.

Энтони, тот, кто когда-то мог служить маркграфу, сказал. — Это... — прежде чем замолчать, не в силах сказать больше.

Наконец генерал Могис оттолкнул Харухиро и выступил вперед.

— Ох! — Глаза маркграфа расширились. — Этот плащ! Ты один из Чёрных Гончих с материка?!

— Я Джин Могис, маркграф. — представился генерал, почему-то положив руку на рукоять меча.

— Я вижу! Джин Могис, не так ли? Я вас не знаю, но выпустите меня! Это приказ!

— Жалкое зрелище для человека, который должен был представлять Королевство Аравакия в пограничье, в которой он находится.

— Т-Тишина! Ты смеешь издеваться надо мной?! Я Гарлан Ведой!

— Я в курсе. Дом Ведоев известен с тех пор, как Георг I, также известный как Теодор Георг*, основал Королевство Арабакия.

— Я вижу, что ты не такой, как невежественный мусор в пограничье! Кто-то с материка вроде тебя может видеть, что я не только благородный, но и прямой потомок!

— Вы благородны, да, но также некомпетентны.

— Чт...

— Побежденный другой расой, вы томились в тюрьме, голый и в мокрых фекалиях. Я в ужасе от того, что ты прожил так долго, не покончив с собой.

— ...Как ты думаешь, мне не стыдно?!

— Если тебе стыдно, умри немедленно.

— Э-Это абсурд.

— Сдайся. Вы должны поблагодарить меня за это.

— ...Спасибо?

— Я говорю, что защищу вашу честь.

Генерал Могис обнажил меч. Маркграф в клетке не смог убежать. Он мог просто никогда не представить, что такое может случиться. Харухиро наполовину предсказал это, но не мог этого остановить. Генерал прогнал маркграфа.

— Ты давно мёртв.

— Дав... — Маркграф посмотрел на меч в груди, затем снова на генерала и попытался повторить слова снова. — Давно... мёртв...

— Как я это вижу. — прямо сказал генерал. — Гордый маркграф, неспособный подчиниться заключению низших рас, покончил с собой.

— Я-Я...

— Это лучше, чем жить в стыде. Я спасу тебя, Гарлан Ведой.

Маркграф всё ещё пытался что-то сказать. Однако, когда генерал вытащил свой меч, он рухнул на решетку своей клетки. Он дрожал, значит, он ещё не умер, но это было лишь вопросом времени.

Когда Мерри бросилась вперёд, генерал повернулся к ним с окровавленным мечом в руке.

— Вы хотите вознести молитву за маркграфа, Жрица Лумиариса? Если да, то не нужно торопиться. Он ещё не умер.

Очевидно, Мерри пыталась вылечить маркграфа. Харухиро не злился на этого человека, и кое-что ему тоже хотелось спросить. Может быть, им стоит спасти маркграфа, даже если для этого придется убить генерала.

— … Мерри. — это всё, что сказал Харухиро, затем покачал головой, заставляя её остановиться.

Мерри кивнула и отступила. Они ничего не могли поделать. Пока Харухиро вел себя нерешительно, маркграф испустил последний вздох и больше не двигался. Генерал, должно быть, пронзил его сердце. Судя по тому, как быстро он истек кровью, его было бы уже не спасти.

Генерал стер кровь с меча о свой черный меховой плащ, а затем вернул его в ножны.

— Энтони.

— ...Да сэр! — Энтони ответил, глядя вниз.

— Я слышал, что маркграфа также называли королём пограничья. — сказал генерал.

— Конечно... — Энтони напрягся, пытаясь выговорить слова. — Некоторые называли его так...

— К сожалению, маркграфа больше нет. — сказал генерал, взглянув на клетку. — Я пока буду править Альтерной. Вместо маркграфа, как король пограничья.

Сенсей, Харухиро заговорил с Барбарой в глубине души. « Генерал Могис стал действительно плохой новостью. Если мы позволим ему поступить по-своему и дальше, то ничего хорошего из этого не выйдет ».

« Хотел бы я узнать от вас больше, чтобы я мог остановить его. Хотел бы я позаимствовать вашу силу ».

« Но этот сонный Старый Кот не будет плакать ».

« Всё только начинается. Слишком рано отчаиваться ».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

16. Другое

В версии с изображениями тут находится картинка.

Примерно в то же время мог быть человек в маске, жестокая буря мечей, создающая тонкий красный туман и высвобождающая поток криков, пока он продолжал, всё ещё рубить, или, возможно, не было.

Нет.

Человек в маске существовал. Он существовал, понятно?

Риверсайд Железная Крепость.

Укрепленная крепость на реке Джет, которая теперь была логовом кобольдов, была подвергнута жестокому штурму перед рассветом. Неумолимый поток взрывов, и даже магии Арве высокого уровня, такой как «Пылающий Водопад», а также «Удары молнии», «грозы» и «ледяные холмы», были очень эффективными. Серьезные попытки кобольдов защитить крепость перед ним были бессмысленными и были сломлены в мгновение ока. Но на самом деле битва только начиналась.

У кобольдов был особенно сильный инстинкт стаи. Когда их возглавлял один из высокопоставленных кобольдов, живших в глубинах Киренских Шахт, не только бесчисленные рабочие кобольды, но даже старшие кобольды, стоявшие над ними, сражались, не опасаясь смерти. В кратчайшие сроки крепость превратилась в настоящий ад. Кобольды складывали свои трупы, чтобы защищать свои позиции, и пока нападавшие были заняты их уничтожением, кобольды прибывали подкрепления, чтобы начать атаку клещами.

Но он знал, что это будет смертельная битва, и в отличие от этих бесполезных ворчаний в Пограничной Армии, с того дня, как он стал Солдатом-Добровольцем, он рисковал своей жизнью, чтобы накормить себя, и получил известность, полагаясь только на себя и его товарищей.

Любая битва, в которой можно было сохранять самообладание, вообще не считалась битвой. Тот, кто не подумал, « Вот дерьмо, я мертв, это конец », по крайней мере, сто раз это было просто скрабом.

Что ему нужно было скрывать? Нет, он не собирался это скрывать. Ситуации «утонуть или плыть», «жизнь или смерть», «убить или быть убитым» были повседневным явлением для солдат-добровольцев.

Чтобы выжить, Солдаты-Добровольцы внутри крепости убивали кобольдов как сумасшедшие, а затем чуть не были убиты кобольдами. Они игнорировали раны, которые не мешали им двигаться, и заставляли Жрецов использовать магию света, чтобы исцелить действительно опасные раны. Затем они снова возвращались к убийству кобольдов, и кобольды чуть не убили их. Если бы это была ваша повседневная жизнь, вам бы это надоело. Это было бы невыносимо. Но даже когда они попали в ситуацию, которая заставила бы вас сказать, « Нет, нет, нет, я не могу больше этого терпеть, я просто хочу умереть. Пусть это уже закончится. Кто-нибудь, убейте меня, пожалуйста! Кто-то! » Солдаты-Добровольцы не позволили им сбить их с толку.

Что ж, нет, не все Солдаты-Добровольцы были такими крутыми. Но большинство Солдат-Добровольцев, которые участвовали в атаке на Риверсайд Железную Крепость сегодня, были настоящими психами, и они видели свою долю сражений.

Само собой разумеется, что мужчина в маске был одним из них.

Всего было четырнадцать башен, составляющих Железную Крепость Риверсайд, соединенных мостами, так что они могли перемещать войска от одной к другой. Из-за этого теоретически можно было поддерживать линию обороны, пока не пали все четырнадцать башен. Им приходилось брать башни одну за другой, пока не угасло желание атакующих или защитников сражаться.

Человек в маске направлялся на верхний этаж седьмой башни. Если бы это была гора, он уже был бы на седьмой этаже. Нет, может быть, пятый, или восьмой, или даже девятый. Лестница была меньше двух метров в ширину и была забита шеренгами кобольдов, бросавших в него оружие, такое как копья и нагинаты. Было бы самоубийством бросаться прямо в это дело. Так мог бы подумать любой. Но все равно броситься на это - это был стиль человека в маске, его философия, его образ жизни.

— Персональный навык!

Мужчина в маске замахнулся катаной и бросился вверх по лестнице. Все кобольды одновременно залаяли и пытались проткнуть его или порезать своим древковым оружием. Если бы он просто бросился в атаку, как разъяренный бык, даже если бы он был самым крутым из крутых парней, именно это и случилось бы с ним.

— Священная молния, Верховный Удар Брахма-Девы...! *

Итак, прежде чем это могло случиться с ним, мужчина в маске прыгнул. Он прыгнул влево и отскочил от стены, отпрыгнув вправо. Кобольды беспорядочно лаяли, взмахивая шестами. Они рефлекторно пытались последовать за человеком в маске.

Это было бесполезно. Человек в маске двигался с молниеносными рефлексами. Они никак не могли угнаться. Он ударил ногой по левой стене, затем по правой, затем снова по левой, прежде чем, наконец, приземлился посреди кобольдов. Он резал, резал и ещё раз резал их. Человек в маске был пропитан кровью кобольдов, но теперь всё было ещё хуже, и он не переставал резать и резать их кубиками, сокращая их численность. Каждый мускул в его теле кричал в знак протеста, и его легкие чувствовали себя так, словно были готовы взорваться, но человек в маске не останавливался. Потому что он был извергом, дьяволом, демоном.

Кем бы он ни был, кем бы он ни хотел быть, человек в маске не был Богом, не одним из детей Бога и даже не монстром.

Как только его катана попробовала кровь 15, нет, 17 или 18 кобольдов, человек в маске внезапно почувствовал себя истощенным. « Вот дерьмо! Что это? Моё тело не делет то, что я ему велю. Я даже не могу говорить. У меня заканчивается выносливость? Серьёзно? Я имею ввиду, серьезно? ».

Кобольды выли, как будто собирались, « Теперь наш шанс, прикончим его! » Они переступили через изрезанные трупы своих товарищей или оттолкнули их с дороги и устремились к человеку в маске. Мужчина поднял голову. Он знал о них, но ничего не мог поделать.

« Ад? Что делает такой классный парень, как я, вот так облажавшись? Черт.»

— Глупый Ранта!

Затем выскочила Охотница с длинными волосами, заплетенными в косы, и выпустила стрелу в сторону кобольдов. Она несла лук. Короткий лук. Она надела ещё одну стрелу и выпустила её. Невероятно быстро. И каждый выстрел, который она делала, попадало кобольду в глаз или в рот. Даже на таком близком расстоянии, нет, особенно на таком близком расстоянии, из-за давления, которое оказывают на неё её цели, было трудно делать такие выстрелы. Охотница только что сделала что-то невероятно трудное, и она сделала это легко, как будто это не было проблемой.

Сколько кобольдов она убила к тому времени, когда её колчан опустел? Как минимум семь или восемь. — Ты настоящий охапка, понял?! — с выражением лица, которое было только отчасти правильным, она схватила человека в маске за шиворот и потащила его вниз по лестнице, прежде чем кобольды смогли добраться до них.

— ...Эй, больно! Ты меня душишь! Юме! Черт!

— Это ты виноват в безрассудстве, глупый Ранта! Больше страдай!

— Я уже настрадался!

— Все! — Юме подала сигнал.

Солдаты-Добровольцы продолжали пробегать мимо человека в маске, которого некоторые знали как Ранта и Юме, но это был узкий коридор. В мгновение ока их прижали к стене.

— Вхуа?!

— Мяу?!

Позади Юме была стена, а Ранта прикрывал её. Он не был на ней сверху или что-то в этом роде, но если бы он этого не сделал, то было бы немного опасно или что-то в этом роде, понимаете?

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Автора

В версии с изображениями тут находится картинка.

Том 15 пришел быстро. Нет, может, совсем не быстро. Мне кажется, что это было очень давно, а первый том я написал очень-очень давно.

Это 15-й том, но это ещё не 15-й выпуск. В двух предыдущих томах, 14+ и 14 ++, есть рассказы о Ранте и Юме. Судя по нумерации томов, они могут выглядеть как второстепенные истории, но содержание на самом деле не является второстепенным, поэтому, если вы их не читали, я считаю, что это поможет вам получить больше удовольствия от серии.

Теперь мы вошли в раздел «Финал». Ну, я сам так это называю, но это, в буквальном смысле, эндшпиль. Однако мы не определились с точным количеством оставшихся томов, поэтому я надеюсь, что путешествие Харухиро и других продлится как можно дольше. Пожалуйста, продолжайте поддерживать меня.

Итак, моему редактору Хараде-сан, иллюстратору Эйри Шираи-сан, дизайнерам KOMEWORKS, среди прочих, всем, кто участвует в производстве и продаже этой книги, и, наконец, всем вам, люди, которые сейчас держат это книга, я выражаю свою сердечную признательность и всю свою любовь. А теперь я кладу перо на сегодня.

Надеюсь, мы еще встретимся.

Джюмонджи Ао

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Переводчика

В версии с изображениями тут находится картинка.

Фух, вот мы и закончили 15-ый том. Последние главы дались мне тяжело, в плане не самой работы, а во время чтения. Да уж, минус Барбара, а я так надеялся на долгожданную жетскую тренировку между Харухиро и его учителем. Как ни странно, но я думал, что в этом томе сольют Шихору, но нет, с ней всё отлично. Кузаку же крепкий орешек, просто так не помрёт. С Сеторой и Киити пока как-то странно, они вроде бы есть, а вроде бы их и нет, буду надеяться, что в следующем томе всё будет нормально.

Что мы узнали из этого тома. Юг Арабакии в говне. Ранта с Юме и с остальными Солдатами-Добровольцами делают свои дела. Мерри скрыла от всех, что Хару и Сетора вроде как пара, но это в угоду себе или чего-то другого? Хиёму смылась с отрядом Ио. Где ходит Сома, мы без понятия. Такие вот дела.

Спасибо всем, кто читал 15-ый том, и приношу отдельную благодарность задонатившим мне: «Спасибо, что помогаете мне накопить на шавуху!». Если кто-то тоже захочет помочь в покупке шавухи, то можно сюда:

Яндекс Деньги 4100116187015904

Ещё увидимся!

Basarog

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Обложка

В версии с изображениями тут находится картинка. В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

1. Она Была Там

В версии с изображениями тут находится картинка.

Крепость Смотрителя Мертвецов была со всех сторон окружена стенами, а из самой главной крепости выступали три сторожевые башни. Харухиро пробрался внутрь одного из них, поднявшись по винтовой лестнице.

По словам Мерри, Харухиро и его группа когда-то участвовали в операции по захвату Крепости Смотрителя Мертвецов. Означает ли это, что он уже поднимался и спускался по винтовой лестнице раньше? Он этого совсем не помнил, и эта мысль не вызывала в нем никаких сильных чувств. Поскольку он подходил к этому с новой точки зрения, это позволило ему сосредоточиться на том, что он видел и слышал сейчас, и на любых других намеках. Это был один из способов взглянуть на это. Наверное, лучше было так думать об этом.

Не столько потому, что это был позитивный, оптимистичный взгляд на это, а скорее потому, что он должен был принять реальность такой, какой она была.

« Что, черт возьми, здесь происходит? »

И « Почему это происходит? »

И, « Дайте мне уже сделать передышку. »

И « Как же меня всё это достало .»

Честно говоря, он не мог не чувствовать этого. В конце концов, он был человеком. Конечно, он будет чувствовать.

Но всё же это были просто чувства. Эмоции, которые постоянно менялись. Они переместились. Ему не будет никакой пользы, если он позволит им повлиять на себя.

После того, как он потерял кого-то, кто был ему дорог - возможно, невероятно ценен - ​​в его сердце осталась дыра.

Когда он заглянул в эту пустоту, его охватили чувства невыносимой печали и боли.

« Может, мне просто спрыгнуть в эту дыру ».

У него даже были такие глупые идеи. Он был всего лишь человеком. Он ничего не мог с собой поделать.

Вот почему Харухиро изо всех сил старался игнорировать пустоту, оставшуюся в его сердце. Всякий раз, когда он случайно видел её, он ловко отводил глаза. Он не мог позволить себе смотреть на неё.

Когда он достиг конца винтовой лестницы, там оказалась круглая комната. Это был верхний этаж. Окна позволяли ему смотреть во все стороны.

Ни в этой комнате, ни в какой-либо другой комнате, если на то пошло, не было ни человека, ни нечеловеческих существ.

— Я ожидал подобного, но всё же...

Не было не только признаков жизни, но и мебели. У края комнаты лежало несколько ящиков и бочек. Он проверил их, чтобы убедиться, но все они были пусты.

В потолке, близко к краю, было то, что можно было бы назвать люком. Это была вещь, похожая на квадратную дверь. Может быть, это обеспечило доступ на крышу? Однако он был недостаточно высок, чтобы дотянуться до него.

Харухиро сложил бочки и ящики друг на друга и смог открыть люк. По бокам узкой вертикальной трубы были привинчены железные перекладины, диаметром может быть метр. Казалось, он зашел в тупик, но, вероятно, там был ещё один люк или что-то подобное.

Он поднялся по лестнице. Но труба была меньше двух метров в высоту.

Как и ожидалось, на другом конце был ещё один люк. Когда он толкнул его, он оказался на крыше.

Оттуда он мог смотреть на окружающие его равнины и лес на юге, а дальше он мог видеть Альтерну и Запретную Башню, стоявшую на холме рядом с городом.

Крепость Наблюдателя Мертвецов удерживалась орками до тех пор, пока не была взята Пограничной Армией и Добровольческим Солдатским Корпусом Королевства Арабакия в битве четыре или пять лет назад. Затем, не так давно, около двух месяцев назад, орки вернули под свой контроль эту крепость.

Крепость находилась в шести километрах от Альтерны. Всего шесть километров.

Орки и, соответственно, Альянс Королей, никогда не прекращали следить за своим главным врагом, человечеством. Хотя всё, что они делали, это наблюдали. Считали ли они, что люди не представляют серьезной угрозы, и именно поэтому они никогда не предпринимали никаких реальных шагов против них? Тот факт, что это было далеко от цитаделей орков и нежити, тоже могло сыграть свою роль. Около Альтерны были гоблины в Дамуро и кобольды в Киренских Шахтах. Орки отправили своих солдат в Крепость Смотрителя Мертвецов и Железную Крепость Риверсайд. Если люди просто остались в Альтерне и не предприняли согласованных попыток распространиться на север, не было необходимости направлять большие силы для их уничтожения. Человечество было ничтожным. Может быть, так на них смотрели орки.

Было три сторожевых башни. Кто-то забрался на соседнюю башню.

Нет, не просто кто-то, это был Нил, разведчик из Экспедиционной Группы Королевства Арабакия.

— Эй!

Нил заметил Харухиро и помахал рукой. Чему он улыбался? Харухиро понесло не в ту сторону. Нет, он не мог допустить, чтобы это его беспокоило. Лучше не позволять эмоциям диктовать, как он будет обращаться с этим человеком.

— Как у тебя там? — спросил он Нила.

— То же, что и у тебя. Вероятно.

— Похоже, выглядит как пустая оболочка.

— Даже если бы мы обыскали каждый укромный уголок, то потратили бы силы в пустую. Может вернемся?

— Ага.

Операция по возвращению Альтерны проводилась в предположении, что в Крепости Смотрителя Мертвецов были орки. Это потребовало как можно быстрее обезопасить город.

Закрыть северные ворота. Не впускать их. Они даже составили планы, что делать в случае, если во время миссии прибудут орки из Крепости Наблюдателя Мертвецов.

Но в конечном итоге орки так и не двинулись с места.

Более того, предполагаемый гарнизон орков, который должен был находиться в Крепости Наблюдателя Мертвецов, к моменту окончания битвы исчез.

Снаружи их не было видно, но разведка показала, что в крепости находился отряд из пятисот орков.

Это была серьезная угроза, которую Экспедиционная Группа не могла позволить себе проигнорировать. Если бы они просто предположили, что ушли, но орки на самом деле подстерегали внутри крепости, готовые атаковать, когда представится возможность, это было серьезной проблемой.

В ответ на это Харухиро и разведчик Нил были отправлены в Крепость Наблюдателя Мертвецов, но орков действительно не было. Было не известно куда они пропали.

Вполне возможно, что им прикажут найти их. Мысль об этом расстроила Харухиро. Дело было не в том, что Харухиро наплевать на орков или что они вообще не интересовали его, но он не хотел так долго разлучаться со своими товарищами. Было бы лучше, если бы они могли действовать как группа. Это было чувство, которое он испытывал.

Джин Могис.

Рыжий генерал был амбициозным. Он без колебаний делал всё возможное для достижения своих целей. Он воспользовался бы кем угодно. И когда они станут ему не нужны, он без труда отбросит их в сторону.

Мир был большим местом. Конечно, такие парни были. Это было нормально. Харухиро не собирался учить еего, как надо жить.

Была только одна проблема.

Генерал пытался использовать Харухиро и его товарищей. Их использовали сейчас, в этот самый момент. Почему Харухиро был здесь с Нилом в Крепости Смотрителя Мертвецов? Его отправили. По приказу генерала.

Он спустился со сторожевой башни и встретился с Нилом снаружи.

— Я слышал, что орки - сложная раса. Может быть, они оказались более трусливы, чем я думал.

— Думаю, это зависит от того, куда они пошли. Возможно, они не сбежали.

— Ну, они не бросили свои припасы, и не похоже, что они ушли в спешке. Полагаю, они более организованы, чем гоблины, да?

Нил был отвратительным типом. Но когда он оказывался перед генералом, то становился более чем его подчиненным.

По его словам, на другой стороне Гор Тенрю, на юге материковой части Королевства Арабакия, они вели ожесточенную войну против варварских племен. Джин Могис сражался с южными варварами более десяти лет, и в знак признания его заслуг ему было поручено возглавить специальное подразделение, известное как Чёрные Гончие.

Первоочередной задачей Чёрных Гончих было не сражение с варварами, а поимка дезертиров. Или их казнь. Возможно, это было необходимое зло, необходимое для поддержания порядка в вооруженных силах, но всё же оно было отвратительным.

Нил сказал, что был в Черных Гончих. Значит, его обучал генерал. Однако они не действовали особенно близко. Нил боялся генерала больше всех. Вот как это выглядело.

— Отлично. Пошли, Харухиро.

Нил пошел. Харухиро не хотел идти перед ним. Но если он пойдет прямо за ним, Нил будет насторожен. Итак, Харухиро последовал за ним, но сбоку.

— Хех. — Нил расслабил плечи и тихо усмехнулся. Харухиро не пришлось отвечать, но он ответил, не желая этого.

— ...Что такое?

Нил оглянулся на него.

— Ты хорош.

Его небритое лицо искривилось, уголки рта приподнялись.

« Я не должен с ним связываться. Я не хочу с ним разговаривать ».

Так думал Харухиро, но Нил чувствовал иначе.

— Держу пари, твоя наставница тоже была хороша. Научила тебя всему понемногу.

Что ему показалось таким смешным, когда он так смеялся? В этом не было ничего смешного. Почему он смеялся? Это было совсем не смешно.

Харухиро сделал расслабленный вдох, стараясь не нарушать его походку. Он видел, что здесь происходит. Нил пытался заставить его взбесить. Что в этом было такого забавного? Какой в ​​этом был смысл? Харухиро не мог понять, но он также не был Нилом. Он был совершенно другим человеком. Слава Богу. Хотя разведчики и воры были похожи, это было единственное, что у них было общего. Было очевидно, почему он этого не понимал.

Они пересекли бесплодную равнину и углубились в лес.

Нил остановился.

— И всё же обидно.

Не желая идти впереди Нила, Харухиро тоже пришлось остановиться.

Он не спросил, что именно обидно. Харухиро не собирался говорить больше ни слова.

— Она была хорошей женщиной.

Лицо Нила было повернуто к Харухиро, ища согласия.

— Верно? — он широко раскинул руки. — Такая трата. Если она собиралась сдохнуть, то я должен был её хотя бы трахнуть, даже если означало, что мне пришлось бы заставить её силой. Может, тогда я был немного сентиментален по этому поводу. Мог бы даже заплакать. Ты можешь так не считать, но я...

« Спокойнее, оставайся спокойным », подумал про себя Харухиро.

Барбара-Сенсей с легкостью отмахнулась бы от этого. Не то чтобы он это действительно знал. Харухиро не так хорошо знал Барбару-Сенсей.

В конце концов, он её не помнил.

Он забыл её.

И это его очень беспокоило.

Подобно разрушению плотины, чувства, которые он пытался подавить, вырвались наружу, и он двинулся со взрывной скоростью. Это заняло всего мгновение.

Харухиро проскользнул мимо Нила и встал позади него. Прежде чем другой успел среагировать, он уперся пяткой в ​​колено разведчика. Он почти полностью застал его врасплох. Не многие люди могли устоять перед сильным ударом по задней части колена. Он обвил руками шею Нила, когда тот споткнулся, и душил его в открытую сзади.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро мог быстро лишить его сознания, а мог даже и убить.

Если бы у него в руке было оружие, что бы он сделал вместо этого? Харухиро, вероятно, скорее убил бы Нила, чем просто задушил его.

Он убил бы его не сразу. Его разум сработал в последний момент.

— Прости.

Харухиро освободил Нила до того, как мужчина начал сопротивляться.

— Я позволил крови ударить мне в голову, и это просто… случилось.

Харухиро оттолкнул Нила и отступил. Он неоднократно тер лицо рукой.

Он рассердился и чуть не сделал что-то непоправимое. Было ли это ещё одним его аспектом? В будущем ему придется быть более осторожным.

— Почему ты...

Нил впился взглядом в Харухиро и положил руку на рукоять кинжала. На лбу у него была пульсирующая вена. Гнев был неуместен, но Харухиро всё же пришлось с ним справиться.

— Не надо тут. Ты это начал, не я. Барбара-Сенсей была моей... я не знаю, моим учителем?

— Учителем моей задницы. Держу пари, между вами что-то было.

— Меня не волнует, веришь ты мне или нет, но между нами ничего не было.

« Наверно, что не было », подумал он.

Харухиро не помнил, поэтому он не мог быть полностью уверен, что между ними ничего не происходило.

« Я чувствую, что ничего не было. Этого не должно было быть. Не было... верно? »

Было это или нет, теперь не имело значения.

Барбары-Сенсей больше не было.

Мертва.

Честно говоря, он не мог не подумать, « Почему именно сейчас? Почему здесь? »

Он почувствовал боль глубоко в носу, и его глаза стали горячими.

Как он мог позволить себе заплакать перед Нилом? Это было худшее, что произошло за сегодня.

— ...Пожалуйста. Просто перестань. Больше ничего не говори о Барбаре-Сенсей...

Харухиро посмотрел вниз. « Я заплачу? », подумал он, но, видимо, нет. Он был грустный. Ему хотелось плакать. Но по какой-то причине он не мог.

— Это не похоже на то, что ты только что потерял свою маму. — сплюнул Нил и пошел дальше.

У Нила, который в отличие от Харухиро родился в Гримгаре, были родители. Нет, у Харухиро и его группы тоже должны быть родители. Они просто не помнили о них.

Была ли мать Нила жива и здорова? У Харухиро было чувство, что она, возможно, уже скончалась.

Даже такой парень, как Нил, должен был расстроиться, когда потерял мать. Если бы он этого не сделал, он бы не стал сравнивать это.

— Моя мама, а?

Харухиро последовал за Нилом с мрачной улыбкой на лице.

Больно.

Было так больно, что он хотел плакать, но всё, что он мог сделать, это улыбнуться.

Если бы Харухиро сказал ей, « Ты для меня как мама », как бы отреагировала Барбара-Сенсей?

Разозлилась бы она и сказала, « Я не такая уж и старая »?

Нет, она не была его мамой. И не совсем старшей сестрой. Барбара-Сенсей была Барбарой-Сенсей.

У Харухиро не осталось воспоминаний о том, как она заботилась о нем или обучала его чему-то. Так почему же он так сильно по ней скучал, несмотря на это?

Он отомстил за неё собственными руками и всё ещё не мог поверить, что она покинула его. Нет, он просто не хотел этого принимать.

Но принимать это или нет, она была потеряна для него.

Навсегда.

Даже сейчас, когда её тело и душа исчезли, ощущение того, как её отняли у него, осталось.

Серьезность этого факта со временем может постепенно уменьшиться.

Но пока это сильно давило на Харухиро.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

2. Существование Смерти

В версии с изображениями тут находится картинка.

Гильдия Воров в Западном Городке Альтерны. В тот день, в темноте скрытой комнаты глубоко внутри, Харухиро был наедине с Барбарой.

По крайней мере, он так думал.

Как только он объяснил ситуацию к её удовлетворению, Барбара зажгла свет.

Потайная комната была разделена не стеной, а специально обработанной огнеупорной тканью. Очевидно, в Гильдии Воров было несколько таких комнат. Только высокопоставленные агенты гильдии, именуемые наставниками, знали, где они все.

Наставники, как следует из их названия, направляли и вели Воров. Вдобавок ко всему, они также предоставили разведданные данные маркграфу и руководству Пограничной Армии.

— Не многие люди осознают это, но наша Гильдия Воров очень вовлечена в политику.

Эта многозначительная улыбка на лице Барбары навсегда осталась в памяти Харухиро.

Она не исчезнет так легко.

— Хотя меня больше интересует секс, чем политика.

— Эм, хватит шутить...

— Думаешь, я шучу?

Барбара коснулась чувствительной части его анатомии.

— Вхуа, подождите...

Барбаре, казалось, нравилось видеть, как он нервничает.

— Всё нормально. Тут можно немного постонать, и никто не сможет нас услышать снаружи. Комната была построена, чтобы быть уверенным в этом. Вот почему я очень люблю это место.

— Это правда, снаружи нас не услышат.

Когда он услышал другой голос - явно не Барбары - сказал это, Харухиро был потрясен.

— А?! Ч-Что... А? К-Кто там...?

— Я же сказала тебе, не так ли? — Барбара озорно откашлялась. — Гильдия Воров - политическая организация. Благодаря этому мы научились разделять наши государственные и частные должности. Мы скрытны, понимаешь? Тебе нужно научиться быть таким же.

— Мне? Быть скрытным? А? Что вы имеете в виду...?

— Когда Альтерна пала, мы получили болезненный удар. Слишком болезненный. Но мы выглядели довольно некомпетентными, если бы твоя Барбара-Сенсей была единственной выжившей, не так ли?

— Она не совсем моя...

— Я не против, если ты захочешь стать моим хозяином. Мне нравится быть любимой.

— Хватит чепухи, Барбара. — сказал другой голос. Он звучал по-женски.

Барбара пожала плечами.

— Поняла.

Харухиро оглядел секретную комнату. Там был круглый стол, на нем лампа, четыре листа негорючей ткани, и Барбара, а также Харухиро, очевидно, и всё. Он был уверен, что это всё, что было в комнате, и тем не менее этот другой голос представился.

— Я Элиза. *

— Она всегда была застенчивой. — со смешком объяснила Барбара. — Интересно, когда я в последний раз хорошо разглядывала её лицо.

— ...Ты наставница в Гильдии Воров? — спросил Харухиро.

— Да. — ответил бестелесный голос Элизы. — Я в первую очередь действую как наблюдатель и поддерживаю контакт с Добровольческим Солдатским Корпусом.

— Солдаты-Добр…

Альтерна пала, генерал Расентра погиб в поединке с орком Джамбо, Пограничная Армия была уничтожена, а Добровольческий Солдатский Корпус сбежал, потерпев поражение. Очевидно, должны были быть выжившие. Но сколько? И где? Это оставалось неясным.

Так думал Харухиро.

Он был неправ?

— Где Добровольческий Солдатский Корпус...?

— В Чудесной Дыре. — ответила Элиза. — Там появилась новая раса, так что я бы вряд ли назвала их положение безопасным, но Бриттани, «Орион», «Дикие Ангелы», «Железный Кулак» и «Берсерки» сумели построить там базу и защитить её.

Мерри дала Харухиро и остальным общее краткое изложение Солдат-Добровольцев и их охотничьих угодий. Тем не менее, его представление о том, на что они были похожи, было довольно смутным. В голове у него был набросок всего этого знания, но он был слабым, без деталей.

— ...Я вижу. Итак, они в Чудесной Дыре. Ну, мы вроде как подозревали, что они могли быть там. Но местность была полна врагов, поэтому мы не могли подойти к ней.

— В районе Равнин Быстрых Ветров скрываются разведчики из Южной Экспедиции. — сказала Элиза, вводя термин, с которым Харухиро не был знаком.

— Южная Экспедиция? — спросил он.

— Это враги. — объяснила Барбара.

— Кланы орков и армии нежити двинулись на юг и объединились с гоблинами и кобольдами. Мы объединяем их в одну «Южную Экспедицию».

Южная Экспедиция, очевидно, разделилась на две группы.

Одна прошла через Теневой Лес, где жили эльфы, затем пересекла Равнины Быстрых Ветров и захватила Крепость Наблюдателя Мертвецов и Альтерну.

Другая повернула обратно, вверх по реке Джет, к Железной Крепости Риверсайд, которую они также атаковали и взяли.

Впоследствии Альтерна была отдана гоблинам, а Железная Крепость Риверсайд была отдана кобольдам.

Затем большая часть Южной Экспедиции направилась на север, а одна банда орков осталась в Крепости Наблюдателя Мертвецов, чтобы следить за ситуацией.

— Они направились на север? Куда? Они просто... вернулись на родину?

— Другие наставники изучают это.

По словам Барбары, в живых осталось четверо наставников из Гильдии Воров. Барбара и Элиза вместе с братьями Фудараку* и Мозаик*. Братья искали Южную Экспедицию или преследовали их, но они ещё не вернулись.

— Мне трудно представить, что их обоих поймали.

— Нет новостей - это плохие новости. — сказала Элиза.

— Разве не говорится, «Нет новостей - это хорошие новости»? — Барбара поправила её с оттенком раздражения в тоне. — Тем не менее, это правда, что мы не можем сказать, что там происходит. Я имею в виду, зная этих братьев, они могли просто бросить миссию и сбежать.

— Вы сказали, что мне тоже нужно быть скрытным, верно, Барбара-Сенсей?

Барбара не рассказала Энтони, который пришел с Харухиро и его группой, о Добровольческом Солдатском Корпусе. Это должно было означать, что Барбара и остальные не хотели показывать свою руку Экспедиционной Группе. По крайней мере, пока.

— Вы хотите предоставить Экспедиционной Группе ограниченную информацию. Могу ли я сотрудничать с вами в этом?

Барбара покачала головой.

— Не совсем.

— А?

— Мы хотим, чтобы ты стал наставником в Гильдии Воров.

— ...Простите, что?

— Извини, что говорю это, когда ты потерял свои воспоминания, но сейчас у нас не хватает рук. Мы возьмем кого угодно, даже старого кота.

— Неужели я действительно подхожу для такого...?

— Тебе придётся справиться с этим. Элиза.

Когда Барбара окликнула её по имени, из складок ткани вышла миниатюрная женщина. Там, должно быть, был шов.

На мгновение он увидел её лицо в профиль.

Однако оно было наполовину обернуто шарфом, а её длинные волосы почти полностью закрывали глаза. На ней был наряд нежного темного цвета, и её фигуру было трудно различить.

В перчатках кончики пальцев остались открытыми. Похоже, она что-то держала. Серебристая бутылка и чаша? Элиза положила его на стол, затем повернулась спиной к Харухиро, но не ушла. Она, должно быть, не хотела, чтобы он видел её лицо.

— Наша гильдия всегда была спокойной, поэтому для этого нет никакой официальной процедуры.

Барбара открыла бутылку и вылила содержимое в чашу. Было ли это вино или что-то подобное?

— Когда мы вводим в должность нового наставника, они разделяют церемониальный напиток с другим наставником.

Барбара передала чашу Элизе, которая поправила шарф и сделала глоток жидкости, всё ещё глядя в другую сторону. Она вернула чашу, и Барбара тоже поднесла её к губам.

— Выпей оставшиеся. — сказала Барбара, протягивая чашу Харухиро.

Она не спрашивала его мнения. « Настойчиво », подумал он, но Харухиро уже взял чашу. В конце концов, она была его учителем. Она знала его характер.

— Что это вообще такое?

— Кровь. — сказала Барбара с ухмылкой. — Кровь Вора.

— А?!

— Ты глуповат, да? Это шутка. Очевидно же. Это то, на что похоже. Алкоголь.

— Не смейтесь надо мной...

Когда он его понюхал, то обнаружил запах алкоголя. Но это не было похоже на вино.

Он вздохнул, сделал глоток и подавился им.

— Вхоа! Немного крепковат, не так ли...?

— Не так уж и сильно. Просто выпей всё за один присест.

— Я не напьюсь, а...?

— Если ты напьешься и будешь возбужден, не волнуйся, я позабочусь о тебе.

— Я не думаю, что это произойдет. ...Вероятно. Не то чтобы я помню, напивался ли я раньше.

Он поднял чашу и вылил её себе в горло. Его тело быстро нагрелось. Затем его зрение затуманилось.

Харухиро вернул чашу Барбаре.

— Неужели это просто алкоголь...?

— Я не знаю. Главное - пить, не беспокоясь, что это может быть яд.

— Это никогда не приходило мне в голову...

— Вот как ты мне доверяешь, да? Даже если у тебя нет воспоминаний, но твоё тело меня не забыло.

— Вы опять за своё, снова говорите о таких вещах...

Через некоторое время чувство сильного алкоголя, затопившего его тело, значительно уменьшилось. Это из-за небольшого количества? Или это было не так сложно, как он думал?

— Итак, я слышал, что наша Гильдия Воров не планирует полагаться на Экспедиционную Группу.

— Ты уже говоришь, как наставник, не так ли?

— Не могли бы вы подшучивать надо мной по каждой мелочи?

— По крайней мере, мы должны судить их в первую очередь.

— А как насчет Добровольческого Солдатского Корпуса?

— Когда-то мы сами были Солдатами-Добровольцами. Если вопрос в том, на стороне ли мы Корпуса или Экспедиционной Группы Арабакии, то это пустяки. Если окажется, что мы сможем использовать Экспедиционную Группу в своих целях, мы это сделаем.

— Их генерал, Джин Могис, хочет использовать нас вместо этого.

— И это наша причина сдерживаться. Мы не хотим показывать слишком много своей руки. Если они думают, что в нашем распоряжении есть сотня штук, они попытаются использовать все наши сто. Но если мы спрячем некоторые из этих частей, заставив их думать, что у нас только десять, это позволит нам сохранить оставшиеся девяносто, сказав, что мы не можем отдать то, чего у нас нет.

Так вот как Барбара-сенсей учила Харухиро? Несмотря на внешность, ей действительно нравилось заботиться о других.

— Солдаты-Добровольцы в Чудесной Дыре тоже небезопасны. — голос Элизы походил на дождь, падающий по другую сторону окна. — Эта дыра связана с множеством других миров и очень нестабильна. Как я уже говорил ранее, недавно там появилась новая могущественная раса, гренделы*. Помимо борьбы с ними, также не хватает припасов. Они не могут вечно оставаться взаперти на базе в Чудесной Дыре.

— Но, если они вылезут наружу, местность кишит врагами, верно? — затем Харухиро сказал, подумав немного. — Когда мы были там, местность просто кишела врагами. — поправил себя. — ...Я не знаю, можем ли мы называть Экспедиционную Группу нашими союзниками, но они не являются явными врагами. Даже если они не наши друзья, мы можем их использовать.

Если бы Добровольческий Солдатский Сорпус сделал первый шаг, Южная Экспедиция, взявшая Риверсайд Железную Крепость и Крепость Смотрителя Мертвецов, без сомнения двинулась бы, чтобы сокрушить их.

Но если Экспедиционная Группа атаковала бы Альтерну, это полностью изменило бы ситуацию.

— Куда пойдет Добровольческий Солдатский Корпус? — спросил Харухиро.

— Наверное, в Риверсайд Железную Крепость. — ответила Барбара. — Если Экспедиционная Группа - надежные союзники, есть возможность совместно работать над одновременной атакой.

— ...Это всего лишь моё предположение, но, судя по тому, что я видел, если Джин Могис узнает о существовании Добровольческого Солдатского Корпуса, он не будет их игнорировать. Он может попытаться взять их под свой контроль.

— Добровольческий Солдатский Корпус не пойдет на это спокойно. — уверенно заявила Элиза.

Харухиро вздохнул.

— Похоже, координация не будет легкой...

Барбара склонила голову набок.

— Что мы будем делать тогда?

Это был вопрос его учителя. Как её ученику, ему нужно было ломать голову, чтобы получить ответ.

— ...Может, мы не координируем, но всё же начнём одновременную атаку? Если Добровольческий Солдатский Корпус узнает, когда Экспедиционная Группа атакует Альтерну, то всё ещё остается вопрос, смогут ли они подготовиться вовремя, но это не должно быть невозможным... я думаю.

Барбара-Сенсей похлопала Харухиро по голове, как бы хваля его за проницательность.

— В зависимости от ситуации мы можем изменить курс, но пока это наша цель. Когда всё улажено, как нам сделать это наяву? Если с этим Джином Могисом легко справиться или он неожиданно заслужит моё доверие, всё должно будет пройти гладко. Думаю, мне действительно стоит встретиться с ним самой.

Харухиро сожалел.

Как он мог этого не делать?

Было так много сожалений о случившемся.

Что, если бы он никогда не позволял Барбаре-Сенсей встретиться с генералом? Если бы Харухиро смог справиться с этим мужчиной вместо неё, как бы всё обернулось? Или, может быть, если бы Барбара смогла полностью сосредоточиться на сборе информации внутри Альтерны. Такая договоренность должна была быть возможной. Но поскольку Харухиро был ненадежным, Барбаре пришлось делать всё понемногу.

Он не винил себя полностью в случившемся. Это было бы чрезмерно переоценкой его собственного значения. Но всё же, если бы все было по-другому, он, возможно, не потерял бы Барбару-Сенсей.

Люди умирали так легко.

Может быть, теперь его очередь. Или одного из его товарищей.

Закрыв глаза, он увидел улыбку Барбары-Сенсей.

— Послушай, Старый Кот.

Даже сейчас, когда её не было, она учила Харухиро таким вещам.

— Прямо сейчас, в этот момент, ты должен жить без сожалений. Вот и всё.

Она была мертва.

Но это было не так, как будто её никогда не существовало.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

3. Из Зимнего Созвездия

В версии с изображениями тут находится картинка.

В Альтерне Экспедиционная Группа устроила импровизированные места для сжигания вокруг города, где сжигали трупы гоблинов. В городе был крематорий, но не было оборудования, чтобы сжечь столько тел одновременно. К тому же крематории были для людей. Может, это просто дурной разговор, но почему гоблинов следует отправлять в одно и то же место? Тем не менее, гоблины, очевидно, превратились в зомби из-за проклятия Бессмертного Короля. Необходимо было быстро избавиться от тел.

Харухиро и Нил вошли в Альтерну через северные ворота и поспешили к Башне Тенборо. Самое большое место пожара было на территории перед зданием, и там было очень много дыма. Не только это, ещё и пахло ужасно. От этого у него заболели глаза, нос и даже горло. Солдаты, работавшие на месте пожара, либо плакали, и их рвало, либо они уклонялись от выполнения своих обязанностей и получали ругательства от начальства.

Баррикада, которую гоблины возвели перед Башней Тенборо, всё ещё не была полностью убрана. Её просто переместили в другую сторону, чтобы она больше не мешала движению. Уборка такого рода вещей была настоящей проблемой.

Генерал Джин Могис был в большом зале. Эта комната когда-то использовалась маркграфом как зал для аудиенций, а вдоль задней стены располагалась сцена с впечатляющим креслом, украшающим её. Рыжий генерал любил сидеть на этом месте.

« Какая напыщенная задница. Он думает, что теперь он король пограничья? »

Но прежде чем какие-либо из этих мятежных мыслей смогли овладеть Харухиро сегодня, он обнаружил, что удивлен.

Генерала, как правило, постоянно поджидали несколько солдат в черных плащах. Это были верные люди, которые служили ему с тех пор, как он возглавил Чёрных Гончих, и они были редкой элитой в Экспедиционной Группе, которая могла достойно сражаться.

Помимо генерала в большом зале было четыре черных плаща.

Это, конечно, было неудивительно. Но перед сценой стоял ещё один человек.

Кто это был? Явно не член Экспедиционной Группы. На них был белый плащ. Без украшений. На нем был изображен герб, возможно, вышитый. Семь из них в форме буквы X.

Кто бы это ни был, он повернулся и посмотрел на Харухиро.

— Хэй. — небрежно сказал мужчина, а затем, когда он действительно увидел Харухиро, его глаза расширились.

Эта реакция означала, что парень его знал. Этот человек с милым, достойным лицом был знаком с Харухиро.

Должно быть, они были знакомыми. Значит, Харухиро тоже его знал. Нет, он знал его. Он забыл и не помнил.

— Ух... Хэй. — Харухиро склонил голову.

Нил с сомнением посмотрел на Харухиро.

Кто был этот парень? Харухиро заставил себя запомнить имена людей, которых Мерри рассказывала ему, что он знал. Их имена. Простой профиль. Их отношение к нему и к остальной команде. Он чувствовал себя так, будто всё это запомнил как можно лучше.

Но он не знал лиц. Слова могли так хорошо описать только внешность человека.

— Генерал. — сказал Нил, не сводя глаз с приближающегося человека, затем упал на одно колено. Он склонил голову. — Мы вернулись.

Генерал серьезно кивнул.

Было неловко просто стоять рядом. Харухиро был немного позади и в стороне от Нила. Он просто слегка склонил голову.

Мужчина всё ещё смотрел на Харухиро. С улыбкой. Он ухмылялся. Почему? Он производил ужасно дружелюбное впечатление. Он явно был хорошим парнем.

— Что ж? — спросил генерал.

Ох, отлично. Никаких объяснений. Ничего о том, кто этот человек. Он мог бы, по крайней мере, представить его. Но Джин Могис был не из тех людей, которые следуют здравому смыслу. Харухиро постоянно напоминал об этом.

— Сэр. — Нил не попытался поднять лицо и заговорил слегка приглушенным голосом. — Крепость Смотрителя Мертвецов была пуста, как мы и думали.

— Тогда куда делись орки?

— Мне жаль. Но... непонятно.

Генерал барабанил пальцами по подлокотнику стула. Каждый раз, когда его ногти ударяли по ней, по коридору эхом разносился громкий шум. « У генерала крепкие ногти », подумал Харухиро, хотя на самом деле это не имело значения.

— Похоже, что Добровольческий Солдатский Корпус располагает информацией. — сказал генерал, глядя на неизвестного.

Добровольческий Солдатский Корпус.

Харухиро был уверен, что генерал только что упомянул Добровольческий Солдатский Корпус.

Нил посмотрел на мужчину, всё ещё стоявшего на коленях.

— ...Добровольческий Солдатский Корпус, говорите?

— Я Шинохара из Ориона.

Мужчина представился.

« Шинохара ».

Харухиро бессознательно коснулся своей шеи.

« Я его знаю ».

« Шинохара... -сан, да? »

Не то чтобы его воспоминания вернулись, но он знал вот что:

По словам Мерри, Орион был довольно большим кланом, насчитывавшим около 30 человек. Их лидером был человек по имени Шинохара, и он хорошо знал Харухиро. Они были больше, чем просто случайные знакомые. Как лучше всего описать их отношения? Сложно было свести это к одному слову.

Шинохара был склонен заботиться о других людях и проявлял интерес к Харухиро и его группе ещё с того времени, когда они были стажерами. Отчасти это произошло из-за того, что Мерри когда-то действительно был членом Ориона. Был парень по имени Хаяши, который когда-то был её товарищем, а теперь всё ещё находился в Орионе. Может быть, именно это заставило Шинохару обратить на них внимание.

Это была неловкая связь.

Они были немного близки.

Но не совсем близки.

Насколько они были дружили? Если бы они встретились на улице, они бы, наверное, поздоровались. Или они бы перестали болтать?

Неужели Солдаты-Добровольцы сделали свой ход? Они послали Шинохару в качестве посланника к Экспедиционной Группе. Так вот что здесь происходит? Честно говоря, Харухиро не знал. Он оставил Барбаре и Элизе координацию действий с Добровольческим Солдатским Корпусом.

Это должно было звучать как оправдание, но Харухиро даже не приходило в голову.

Что Барбара может умереть.

— Вы, возможно, уже знаете. — начал Шинохара, затем слегка пожал плечами. — на днях мы из Добровольческого Солдатского Корпуса отбили Риверсайд Железную Крепость у кобольдов.

Нил поднял лицо и посмотрел на генерала.

Генерал был невозмутим. Он ничего не чувствовал? Он ни о чем не думал? Это не могло быть правдой. Генерал не хотел, чтобы его мысли знали другие. Разве не поэтому он маскировал свои эмоции?

Генерал внезапно посмотрел в сторону Харухиро, заставив его покрыться холодным потом. « Ух-ох ». Харухиро поспешно прикрыл рот рукой и уставился на Шинохару. Этого было достаточно? Он выглядел достаточно удивленным? Он на это надеялся. Потому что в противном случае у него были бы проблемы.

Харухиро знал, что Добровольческий Солдатский Корпус цел. Он также знал, что они планировали атаковать Железную Крепость Риверсайд в то время, когда Экспедиционная Группа возвращала Альтерну.

Но генерал и Нил не знали, что он это знал. Он сознательно им не сказал.

Это должно было стать полной неожиданностью для Экспедиционной Группы. Если бы Харухиро не выглядел шокированным, он бы казался подозрительным.

— Однако, — продолжил Шинохара. — я полагаю, что было около 5000 кобольдов. К сожалению, полностью искоренить их нам не удалось.

— 5000... — прошептал Нил.

— Да. — подтвердил Шинохара с улыбкой и кивком. — Всего мы насчитали около 2000 трупов кобольдов. Остальные 3000 сбежали не в своё старое логово, Киренские Шахты, а в старый замок на Горе Скорби.

В общих чертах, Железная Крепость Риверсайд находилась рядом с Рекой Джет, а Одинокая Полевая Застава располагалась ещё в десяти километрах к востоку-северо-востоку от неё. Чудесная Дыра находилась в километре или двух к северо-западу от Одинокой Полевой Заставы, а в семи или восьми километрах к северу от неё находилась Гора Скорби.

Харухиро ничего не знал об этом месте, кроме его названия. Шинохара только что упомянул старый замок. Так давным-давно там был замок?

— Мы ещё не полностью уверены в этом, но предполагаем, что орки Крепости Смотрителя Мертвецов тоже переместились на Гору Скорби. У нас сейчас несколько Воров, проникающих в этот район, так что мы узнаем об этом достаточно скоро.

— Если я поверю вам на слово, — внезапно прервал генерал. — Добровольческий Солдатский Корпус, то есть вы, люди, очень компетентны. Вы взяли крепость, которую удерживали 5000 солдат, даже если они были простыми дикарями, за два дня. Затем, вместо того, чтобы праздновать свою победу, вы немедленно преследовали своего побежденного врага, точно определили, куда он ушел, и обдумываете свой следующий ход против него.

Шинохара снова повернулся к генералу. Харухиро гадал, что он скажет, но, конечно же, он просто улыбнулся, и вместо того, чтобы вести себя скромно...

— Спасибо. — ответил он.

Это могло быть очевидно, но он был не просто приветливым парнем, которым казался. Шинохара тоже мог быть дерзким. Он должен был быть вполне уверен в своих силах. Он действовал смело перед этим загадочным и тревожным генералом.

— Если я поверю тому, что ты сказал... — генерал слегка повернул шею. — Вы, люди, атаковали Железную Крепость Риверсайд почти в то же самое время, когда мои силы атаковали Альтерну.

— Что бы это не значило, но да, так и есть. — ответил Шинохара с почти тревожным отсутствием беспокойства.

— Это слишком удачно. — сказал генерал, драматично замолвив. — чтобы быть простым совпадением. Если вы не следили за моей армией, вам, должно быть, очень повезло.

— Не только нам, генерал. — Шинохара поднес руку к его груди и склонил голову. — Вам тоже повезло.

Рыжий генерал засмеялся, не повышая голоса. Трудно было представить, чтобы человек так смеялся. Хотя, может быть, генерал вовсе не человек. В любом случае его улыбка тревожила.

— Я здесь по приказу короля. Теперь, когда Маркграф скончался, моя воля - это воля Его Величества Короля Арабакии Идельты. *

— Маркграф... Понятно. — Шинохара нахмурился. — Он был дружелюбным человеком, он даже пригласил простого Солдата-Добровольца вроде меня в Башню Тенборо, чтобы поговорить. Не повезло. Мне грустно слышать, что он скончался. Когда это произошло?

— Когда мы вернули Альтерну, его уже не было. — мгновенно ответил генерал.

— Понятно. — Шинохара скрестил руки и нахмурился. — Видите ли, на самом деле был Солдат-Доброволец, который долго держался в Альтерне. Когда ему чудом удалось спастись, он сказал нам, что Маркграф был взят в плен гоблинами и с ним ужасно плохо обращались, когда они выставляли его напоказ по городу. Я хотел найти способ спасти его. Это позор.

— Гарлан Ведой. Знаменитого Дома Ведоев.

Генерал прислонился головой к спинке стула и смотрел вдаль. Казалось, что он заново переживал и упивался моментом, когда он убил Маркграфа, но, возможно, это было всего лишь мыслью Харухиро.

— Я глубоко сожалею, что не смог его спасти, но теперь он мертв.

— Где его тело?

Когда Шинохара спросил об этом, генерал ни секунды не колебался.

— Его кремировали. — ответил он.

— Маркграф... — Шинохара замолчал, казалось, с трудом задавая вопрос. — он двигался?

— Под проклятием Бессмертного Короля?

— Да.

— Я сам его прикончил. Он был в слишком жалком состоянии, чтобы поступить иначе.

То, что генерал смог заявить, так ясно показало, насколько он ненормален.

— Понятно. — боль на лице Шинохары, это была... ну, она была невероятной.

Лишь немногие избранные знали правду о том, как умер Маркграф. Только генерал, Харухиро и его группа, а также командир полка Энтони Джастин. Шинохара, вероятно, знал только, что Маркграф был пленником в Башне Тенборо.

Но понял ли он, что на самом деле произошло во время того обмена информации прямо сейчас?

Когда Альтерна была взята обратно, Маркграф был жив. Но генерал Джин Могис убил его. Для генерала тот, кто был официальным правителем Альтерны и даже был более высокого происхождения, был для него не чем иным, как препятствием. Даже сейчас, когда у него было некоторое представление о том, что произошло, Шинохара оставался спокойным.

— Я слышал, что некоторые называли его королем пограничья. — сказал генерал, глядя на Шинохару. — Конечно, я знаю, что это была всего лишь метафора, но сейчас я сижу на его троне.

« Так что, преклонитесь передо мной », вот что предлагал генерал. Почему он только намекнул на то, что хотел, а не заявил об этом прямо?

Экспедиционная Группа потеряла около сотни человек в битве за Альтерну. Это включая многие черных плащей команды во главе с Диланом Стоуном, совершившим набег на Башню Тенборо. Они были верными последователями генерала, его собственными руками поднятыми войсками. В Экспедиционной Группе всё ещё оставалось более девятисот человек, но в основном он состоял из сбитых с толку хулиганов и дезертиров.

Судя по тому, что Барбара и Элиза рассказали ему, в Добровольческий Солдатский Корпус в общей сложности входило менее ста пятидесяти человек. Даже с таким небольшим количеством они взяли Риверсайд Железную Крепость, которую удерживали более 5000 кобольдов. Солдаты-Добровольцы не были обычными солдатами. Они были элитными воинами и превосходными магами.

Возможно, Джин Могис проявлял ложную уверенность. Он мог испугаться Добровольческого Солдатского Корпуса. И даже если он не был так обеспокоен, он, вероятно, не думал, что сможет заставить их легко подчиниться ему.

Шинохара также был уверен, что, несмотря на меньшую численность, Добровольческий Солдатский Корпус по силе равен Экспедиционной Группе.

Если генерал упрямо попытается отдать приказ, Шинохара может отказаться. Было крайне маловероятно, что он просто добровольно стал рабом генерала.

— Генерал. — обратился к нему Шинохара. Джин Могис не был королем пограничья. По крайней мере, у Шинохары и Солдат-Добровольцев не было причин преклонять колени перед ним как перед своим монархом. — Если кобольды и орки собрались на Горе Скорби, мы не можем проигнорировать их. Гоблины в Дамуро тоже меня беспокоят. Солдаты-Добровольцы какое-то время не смогут покинуть Риверсайд Железную Крепость.

Генерал некоторое время молчал.

Что касается относительной силы, то здесь в невыгодном положении оказался генерал, а не Шинохара. Тем не менее, рыжеволосый генерал мог доминировать в комнате, используя только это напряженное молчание. Неизвестно, что он может попробовать. Всегда казалось, что в любой момент он может сделать что-то немыслимое.

— Я понимаю вашу ситуацию. Шинохара, так ведь? Сегодня тебе следует отдохнуть здесь, в Тенборо. Я принесу тебе еду позже.

— Благодарю вас за вашу доброту, генерал Могис.

Шинохара поклонился ему с улыбкой, которая выглядела совершенно естественно.

« Я не знаю, на это тяжело смотреть ».

Харухиро не мог отрицать, что именно так он себя чувствовал. Было тяжело дышать, и его плечи одеревенели. Нет, дело не только в его плечах. Всё его тело было в грубой форме.

Генерал слегка махнул рукой. Вероятно, это означало «Убирайтесь» Нил практически вскочил на ноги и повернулся, чтобы уйти.

— Что ж, увидимся позже.

Шинохара уходил, так что Харухиро тоже должен был - по крайней мере, он так думал, но это было не так просто.

— Ты останься. — крикнул ему вслед генерал.

« Повторите, что? »

« Ты? »

« Кто? »

Его не называли по имени. Он мог бы попытаться притвориться тупым, но нет, может, и нет. Генерал смотрел на Харухиро. Смотря на него тяжело. Было ясно, что он имел в виду Харухиро.

— ...Да сэр.

Он должен был остаться, даже если ему это не нравилось. И он действительно этого не хотел. Но стало ещё хуже. Как только Нил и Шинохара покинули большой зал, генерал даже выгнал своих черных плащей. Харухиро действительно пожалел об этом.

Теперь они были совсем одни.

Это было неприятно.

Генерал почему-то молчал. Приказать Харухиро остаться, а потом молчать? Что он задумал? Это не имело смысла.

Наконец, сдавшись, Харухиро спросил. — ...Что случилось?

Он позволял генералу взять над собой верх, не так ли?

Слова, отношение, власть - генерал использовал все имеющиеся в его распоряжении средства, чтобы контролировать других. Харухиро не нравился его типаж. Но даже если отбросить свои личные предпочтения, ему приходилось проявлять осторожность, имея дело с кем-то вроде него. Если бы он не сохранил свою волю, он бы просто согласился с тем, что они от него хотели.

— Этот человек, Шинохара.

Генерал всё ещё смотрел на Харухиро, но его глаза были расфокусированы. Он явно думал о Шинохаре.

— Ты казался знаком с ним. Он надежен?

— Ну…— пробормотал Харухиро. — Я знаю его, да. В конце концов, мы оба Солдаты-Добровольцы. А Шинохара-сан - лидер большого клана Орион. Можно сказать, он довольно знаменит.

— На чьей ты стороне?

— ...Простите, что?

Его тон звучал менее унизительно, почти дружелюбно. Генерал продолжил.

— Если ты решишь встать на мою сторону, я позабочусь о том, чтобы к вам относились благосклонно. Скорее всего, ты станешь командиром моей Экспедиционной Группы.

А если он откажется?

Харухиро инстинктивно знал, что ему лучше не спрашивать об этом.

На стороне Джина Могиса. Честно говоря, об этом не могло быть и речи. Харухиро потерял память, но даже несмотря на это, если бы ему представился выбор: генерал или Добровольческий Солдатский Корпус, он без колебаний выбрал бы второе.

Неужели генерал этого не понял? Генерал угрожал Харухиро, вынудил его подчиниться и использовал его как удобную пешку.

Значит, генерал не проверял намерения Харухиро. Скорее всего, он высказывал свое требование в форме вопроса.

« Заткнись и вставай на мою сторону », как бы говорил он. « Если ты этого не сделаешь, мне придется принять меры ». Это было предложение здесь.

По сути, Харухиро угрожали.

Он чувствовал больше, чем небольшое психологическое давление, но ему было интересно. Был ли этот страх, который он чувствовал, действительно рациональным?

Это правда, что он не знал, что может сделать генерал.

Но это было всё. Естественно, генерал не был всемогущим, так что совершенно ничего не мог поделать.

Например, представьте, что генерал прямо сейчас пришел к Харухиро. Харухиро не хотел драться, но он не собирался позволить себе убить. Он будет сопротивляться. Сможет ли он победить генерала? Он не узнает, пока не попробует. Но не то чтобы у него не было шансов. Кроме того, Харухиро был Вором. Ему не нужно было обмениваться ударами с генералом. Если всё, что он попытается сделать, это сбежать, то чувствовал, что сможет справиться со всем этим.

Кроме того, будучи главой Экспедиционной Группы, генерал мог мобилизовать всю свою армию, если бы захотел, но ядро ​​его сил на самом деле составляли черные плащи вместе с Нилом и другими разведчиками. Из-за понесенных потерь их осталось менее пятидесяти. Это не означало, что их не следует бояться, но не нужно было переоценивать угрозу, которую они представляли.

Теперь он чувствовал себя немного лучше.

У него не было причин поддаваться угрозам генерала. Он просто хотел не дать сейчас твердого отказа и не порвать их отношения. Было бы здорово сделать это, но другой причины для этого не было.

— Я не уверен, что мы, люди, можем позволить себе драться друг с другом прямо сейчас.

Генерал молчал. Давление, которое он мог оказывать на людей, было как никогда невероятным.

Но разве это не было давлением?

На самом деле генерал мог быть не более чем бумажным тигром. Харухиро подозревал это, но также знал, что, если он недооценивает генерала, он всё равно может запутаться.

— Может быть, Экспедиционная Группа и Добровольческий Солдатский Корпус должны сотрудничать. Я хочу сделать всё возможное, чтобы это стало возможным. Я думаю, что в нашей ситуации это то, что мы должны сделать.

— Это правда?

Генерал улыбнулся.

Да, он был страшен. В нем было что-то непостижимое. Харухиро не знал, как интерпретировать эту улыбку.

— Оставь меня.

Генерал махнул рукой.

Харухиро слегка кивнул и отвернулся от генерала.

Перед тем, как покинуть большой зал, он оглянулся.

Генерал всё ещё улыбался. Между ними было довольно большое расстояние, поэтому он не мог быть уверен, но ему казалось, что их взгляды встретились. Харухиро невольно склонил голову.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

4. Иллюзия Развилки Пути

В версии с изображениями тут находится картинка.

Джин Могис выделил для Харухиро и его товарищам комнату в Башне Тенборо.

Похоже, изначально она использовалась как концертный зал, когда проводились банкеты. Она была впечатляюще большой, но почти пустой, без всякой мебели, кроме столов и стульев.

Между прочим, эта комната была больше той, что была отдана черным плащам, или той, которая была отдана командиру полка Пограничной Армии Энтони Джастину и его подчиненным. Был ли это способ генерала показать, насколько он ценит Харухиро и его команду? Даже если это было, ну и что с того? Это совсем не радовало Харухиро.

Шинохара тоже был в комнате, ожидая прибытия Харухиро и его команды. Харухиро хотел поговорить о многом, но он не мог говорить свободно в Башне Тенборо. Итак, он решил, что, поскольку Шинохара должен интересоваться тем, что происходит в Альтерне, Харухиро может вывести их всех на улицу под предлогом осмотра.

Когда они проходили мимо Штаба Добровольческого Солдатского Корпуса и Храма Лумиариса, он проверил, не следят ли за ними. Похоже, за ними следили два разведчика, подчиненные Нила. Он мог бы поколебать их, но пока не было необходимости делать что-либо, что могло бы взволновать генерала.

По просьбе Шинохары они зашли в Депозитную Компанию Ёрозу.

Депозитная Компания Йорозу будет надежно хранить всё, что вы депонируете им, за фиксированную плату. Для многих Солдат-Добровольцев это было знакомое дело, без которого они не могли бы жить. Когда пала Альтерна, компания, должно быть, имела огромный запас золота, серебра, оружия, оборудования и других сокровищ, но его не разграбили. Его нельзя было разграбить. В прочном складе не было окон, и он оставался плотно закрытым, без возможности открыть его, но это никому не мешало. Генерал, конечно, не сдавался. Несколько солдат слонялись вокруг, охраняя склад.

Затем Харухиро и остальные притворились, что не замечают преследующих их разведчиков, и вошли в Таверну Шерри на Небесной Аллее, где они могли поговорить наедине.

— ...Довольно жалко.

Увидев таверну в таком печальном состоянии, Шинохаре было больно от такого вида. Не имея никаких воспоминаний об этом месте, Харухиро не подумал ничего, кроме того, что гоблины сильно испортили это место, но, да, это был настоящий беспорядок. Большинство стульев и столов были перевернуты вверх дном или опрокинуты, и многие из них были сломаны. По полу были разбросаны осколки тарелок и бутылок, и всё здание пропиталось кислым запахом. Мухи, должно быть, были привлечены к тухлой еде и напиткам.

— Это место. — Мерри схватилась за грудь, ни с кем не разговаривая. — Мы приходили сюда. Много раз...

Группа разделилась и открыла все окна, а ещё подперли дверь.

Проветривание помогло избавиться от зловония, но солнечный свет только облегчил понимание того, насколько бедственной была таверна.

— Когда на Альтерну напали, я уверен, что здесь шли бои.

Шинохара внимательно осмотрел потемневшие пятна, похожие на кровь, и торчащие из стен стрелы.

— Большинство Солдат-Добровольцев сбежали, но почти все солдаты Пограничной Армии и мирные жители погибли в Альтерне. В отличие от нас, это была их родина, единственное место, где они могли быть. Даже если бы они сбежали, им некуда было идти.

— Трудно это осознать... — Кузаку сел на стойку, опустив голову.

Сетора сидела на лестнице, ведущей на второй этаж, а Киити отдыхал рядом с ней.

Шихору просто стояла посреди таверны. Она казалась потерянной.

Мерри подошла к Шихору, успокаивающе положив руку ей на спину. Шихору на мгновение вздрогнула, но натянуто улыбнулась в её сторону. Затем голосом настолько тихим, что его было почти не слышно, она сказала. — Спасибо. — или что-то вроде этого.

В конце концов, Шинохара начал ставить столы и стулья в вертикальное положение и расставлять их рядами. Харухиро и Кузаку помогли ему в этом.

Шинохара, Харухиро, Кузаку, Мерри и Шихору сели за один стол. Сетора осталась на лестнице. Отсюда она могла видеть большую часть таверны, включая окна и дверь. Киити вышел в окно. Если их наблюдатели подслушивают, Киити даст им знать.

— Это было давно, Харухиро. Позвольте мне начать с того, что я рад, что с вами все в порядке.

— Хотел бы я вас помнить, Шинохара-сан.

— Я слышал некоторые подробности о вас.

— ...Держу пари.

— Я слышал о Гильдию Воров…— Шинохара опустил глаза. — Наставница Гильдии Воров Барбара погибла.

Харухиро вздохнул.

— Да. — ответил он. Его голос был низким и ужасно тонким.

Шинохара положил руки на стол.

— Я знал её, когда она находилась на действительной службе в качестве Солдата-Добровольца.

— Ты знал её?

— Это было ненадолго, но мы были в одной команде.

— А?

— Мы были товарищами. — Шинохара посмотрел на свои руки. — Она казалась последним человеком, который собирался умереть. Когда она бросила солдатскую службу и стала наставником в Гильдии Воров, я был уверен, что с ней всё будет в порядке. Мало ли, а? Держу пари, она сама никогда этого не предвидела. Но такие вещи случаются. Все время здесь. Так устроен мир здесь, в Гримгаре.

— Шинохара-сан... — Мерри, казалось, пыталась что-то сказать. Но она не нашла нужных слов и посмотрела вниз.

— Извини. — сказал Шинохара со скромным смехом. — Сейчас не время становиться сентиментальным. Я слышал о твоей амнезии от Элизы. Она сказала, что Мерри была единственной, кого это не коснулось.

Вместо того, чтобы кивнуть, Мерри, казалось, ещё больше опустила голову.

— ...Да.

Шинохара погладил свой подбородок с задумчивым выражением лица.

— Я впервые слышу о чем-то подобном. Честно говоря, в это сложно поверить. Хотя однажды мы все испытали одно и то же.

— Эм... — Харухиро потер щеки, когда говорил. — Произошло то, что мы проснулись в Запретной Башне. Там было темно... Мы были под землей. Мы помнили только наши имена. По словам Мерри, до этого мы были в каком-то... ином мире? Думаю, вы бы так это назвали. В каком-то месте, помимо Гримгара.

— В моих воспоминаниях мы ходили в Лагерь Лесли и...

В тот момент, когда Мерри упомянул это имя, лицо Шинохары изменило цвет.

— Лагерь Лесли? Лагерь Эйнранда Лесли?

Мерри выглядела напуганной.

— ...Ох. Да. Думаю, что так и было.

— Через Лагерь Лесли в другой мир, да? — Шинохара скрестил руки. — Что случилось в том другом мире?

— Дело в том, что я... — Мерри прикусила губу. — Я не... эмм... так хорошо помню о другом мире...

Шихору обеспокоенно положила руку на плечо Мерри.

Шинохара внимательно смотрел на Мерри. О чем это было? Этот взгляд в его глазах. Он был не совсем резким.

Нет, дело не в этом, а в сомнении?

— Я понял.

Шинохара подозревал Мерри?

По крайней мере, её рассказ не совсем убедил его.

— Как бы то ни было, кое-что произошло в том другом мире, и вы все проснулись в подвале Запретной Башни. Когда вы это сделали, вы забыли всё, кроме своих имен. Кроме Мерри.

Кузаку схватился за голову и застонал.

— Да, чувак, я снова об этом думаю, я не знаю. Это страшно. Я имею ввиду, это безумно, не так ли? Что, черт возьми, случилось...?

— Что «безумно», так это твое жалкое отсутствие словарного запаса.

Когда Сетора сказал это, Кузаку громко закричал.

— Эй! Я очень болезненно отношусь к такому!

Харухиро раздраженно улыбнулся.

— Значит, это вас беспокоило...

— Хотя совсем немного.

Кузаку поднял руку с указательным и большим пальцами так близко друг к другу, что невозможно было понять, соприкасаются они или нет.

— Серьезно, совсем немного.

— Это должно вас больше беспокоить.

— Сетора-Сан, послушай, а ты не могла бы сесть на углу и поиздеваться надо мной?

— Что? Ты хочешь, чтобы я оставалась рядом с тобой?

— Я не знаю, что хочу, чтобы ты была рядом, но я знаю, что не хочу, чтобы ты уходила, поэтому я думаю, да, я хочу, чтобы ты оставалась достаточно близко...?

— Я отказываюсь.

— Что, откажешься?

Кузаку опустил плечи.

— ...Что, откажешься?

— Зачем ты сказал это дважды ...? — раздраженно спросил Харухиро.

Кузаку посмотрел на Харухиро вскинутыми глазами.

— Что я чувствую сейчас? Понимаешь, это боль...?

— Боже, ты не брошенный щенок...

— Ох, я понял. Вот что это такое, да? Вот что чувствует собака, когда её бросил хозяин? Что-то вроде этого, да? Возможно, ты права…

— С каких это пор ты был моим питомцем?

Когда Сетора сказал это с явным отвращением, глаза Кузаку вылезли наружу.

— Почему ты так против...?

— Ты не понимаешь?

— А? Нет, совсем нет. Почему?

— Что бы ни случилось с твоей головой, это уже не поможет...

— ...Всё хорошо. В самом деле. Я попрошу Мерри-сан исцелить меня.

— Я не думаю, что смогу тебя исправить. — Мерри тоже выглядела сильно недовольной.

— Серьёзно? — Кузаку был явно шокирован. — ...Даже ты не можешь меня исправить? ...Серьёзно? У меня проблемы...

— Эй, теперь...

На мгновение Харухиро хотел утешить его, но это было неправильно.

— Да, я думаю, ты знаешь, да?

— Ты такой ещё ребёнок...

Даже если это был Шинохара, Харухиро не знал, что он чувствовал, когда обращался с Кузаку как с ребенком. Что ж, он не мог его винить.

Пытаясь вернуть всё на круги своя, Харухиро повернулся к Шинохаре.

— Если я произнесу имя Хиёму, ты знаешь, о ком я говорю?

— Да. — ответил Шинохара, но не кивнул. — Я знаю её.

Что-то не так.

Что это было? Харухиро не был полностью уверен.

— ...Хиёму или её Мастер что-то сделали с нами, и, похоже, именно из-за этого мы потеряли наши воспоминания.

Шинохара замолчал. Ему что-то пришло в голову? Или он был сбит с толку? Трудно сказать, что именно. Это был странный момент.

Харухиро взглянул на Мерри. Мерри, похоже, тоже подумала, что это странно.

— Несмотря на это. — Шинохара оглядел группу. — Мы должны думать об этом отдельно от текущей проблемы. Я не могу представить, чтобы хозяин Запретной Башни пригласил сюда Южную Экспедицию.

— Да... я тоже так думаю...

Харухиро чуть не склонил голову набок. Что-то не так. Очередной раз. Но на этот раз он почувствовал, что уловил проблеск того, что его беспокоило.

Шинохара не мог представить, что хозяин Запретной Башни призвал Южную Экспедицию, то есть орков, гоблинов и кобольдов.

Он только что сказал это. Это могло быть правдой. Но разве в этом не было чего-то странного?

Ну, он знал, что это было.

Кто именно был хозяином Запретной Башни?

Харухиро мог сделать выводы.

Харухиро и остальные проснулись в подвале башни. Хиёму была смешана с группой, состоящей исключительно из Солдат-Добровольцев, включая Харухиро. Она сделала вид, что потеряла воспоминания, как и все. Это был спектакль. Хиёму очевидно планировала что-то гнусное по приказу своего Мастера.

Хозяин Запретной Башни, вероятно, был Мастером Хиёму. Это была возможная интерпретация. Это имело смысл.

Однако Харухиро никогда раньше не думал, что Мастер Хиёму был хозяином Запретной Башни.

Хиёму была глубоко вовлечена в башню. В этом не было никаких сомнений. Но всё же работает ли уравнение «её Мастер» = «хозяин башни»?

Запретная Башня должна была быть этим таинственным зданием, в которое Солдаты-Добровольцы не могли войти.

Это было неправильно?

Неужели Шинохара так не думал? У Запретной Башни был хозяин. Знал ли он, что там кто-то живет? Или это был просто слух?

Тем не менее, по крайней мере, Мерри ничего подобного не рассказывала.

— Кстати, — внезапно Шинохара сменил тему. — ты слышал, что Юме-сан и Ранта-кун входят в состав Добровольческого Солдатского Корпуса?

— Юме...! — Мерри прикрыла рот обеими руками. Её глаза, казалось, пытались раздвинуть границы того, насколько широко они могли открываться, и она выглядела так, будто в любую секунду могла расплакаться.

Юме.

Ранта.

Для Харухиро это были просто имена. В конце концов, он их не помнил. Но когда он увидел реакцию Мерри, он почувствовал, как внутри него вспыхивают эмоции.

— ...Они были с вами, ребята, да? Понятно. Они оба. Я не знаю... Мы расстались с Рантой после ссоры, верно? Ладно, может быть, «поссорились» - не совсем правильное выражение. Я действительно не знаю...

Харухиро попытался вспомнить, как Мерри рассказывал ему о том, что произошло, но всё шло не очень хорошо.

— Ох?! — Кузаку задрожал и обнял себя. — Меня трясет. Что это? У меня какая-то странная болезнь? Да нет. Я ведь не знаю...?

Шихору плакала. Она казалась озадаченной этим.

— Не помня о них, мне нечего сказать. — Сетора была такой же, как всегда. — Я бы предпочла встретиться с ними лично, чем просто сказать, что они в порядке. Это было бы быстрее и надежнее. Разве вы не могли взять их двоих с собой?

— Эм, это так ты должна разговаривать с нашим старшим, Сетора-сан...? — Кузаку тихонько упрекнул её. Шинохара улыбнулся.

— Вам не о чем беспокоиться. У клана есть командная структура, поэтому неизбежно наличие иерархии, но я Солдат-Доброволец, как и все вы. Мы равны.

На лице Сеторы появилась слабая улыбка.

— Я даже не Солдат-Доброволец, так что мне даже меньше нужно говорить с вами снисходительно. Я чувствую, что нам будет больно, если мы примем ваши слова за чистую монету. Я, наверное, подозрительный тип. Я подхожу к вещам без каких-либо предубеждений, но от этого все только сомневаются.

Харухиро чувствовал себя так, словно его облили холодной водой.

Сетора не ошиблась. На самом деле Сетора редко ошибалась ни в чем.

Юме и Ранта были живы и работали с Добровольческим Солдатским Корпусом. Это были хорошие новости. Если бы это было правдой. Прямо сейчас единственный, кто говорил, был Шинохара.

— Я, конечно, подумывал взять их с собой.

Шинохара не выглядел особенно обиженным. Он улыбался, как и раньше.

— Но есть проблема с вашими воспоминаниями. Я не хотел усложнять и без того сложную ситуацию. Обсудив всё это, мы обсудили это в Добровольческом Солдатском Корпусе и решили этим заняться. Юме-сан и Ранта-кун приняли это.

Сетора просто пожала плечами, больше ничего не говоря.

Шинохара. Основатель Ориона. Парень казался безупречным.

В отличие от Сеторы, Харухиро не относился к нему особенно подозрительно - ладно, возможно, это было неправдой.

Мерри, казалось, безоговорочно доверяла ему, но Харухиро не помнил Шинохару, а Сетора даже не встречала его. Он казался заслуживающим доверия. Но даже если он произвел такое впечатление, означает ли это, что они действительно могут ему доверять?

Возможно, Харухиро просто пытался слишком много вникнуть в вещи. Он был осторожен. Это было точно. Сетора, вероятно, поступала так же.

До этого момента он плыл по течению, потому что у него не было другого выбора, кроме как следовать по пути, проложенному перед ним.

Теперь он подошел к распутью дорог. Он должен был решить, какой выбор будет лучшим для него и его группы.

Харухиро оглядел всех своих товарищей.

— Все, если у вас есть какие-то мнения, я хочу их услышать.

Кузаку застонал и покачал головой.

— Не думаю, что знаю.

— Я ещё даже не сказал, о чем говорю...

— Не мог бы кто-нибудь заставить замолчать этого простофилю? — холодно сказала Сетора.

Шихору слабо рассмеялась.

— Сетора-сан. — выражение лица Кузаку внезапно стало серьезным, что заставило Сетору немного дрогнуть.

— ...Ч-Что?

— Ты назвала меня простофилей... Тебе не кажется, что это звучит мило?

— Это вопрос, который задаешь с серьезным выражением лица?

— Нет, я просто так подумал.

— И ты говоришь всё, что взбредёт в голову?

— Знаете, может, это и звучит немного мило. Простофиля... — пробормотал Мерри.

Харухиро прочистил горло. Все повернулись к нему.

— Эм. Послушайте, эмм... То, что я пытаюсь сказать, это то, что мы не должны позволять Экспедиционной Группе... то есть генералу Джину Могису управлять нами вечно. Думаю, мы можем действовать как члены Добровольческого Солдатского Корпуса.

Все посмотрели Харухиро в глаза и кивнули. Пока возражений не было. Этого было достаточно.

— Это просто... вопрос, должны ли мы покинуть Экспедиционную Группу сейчас или нет, это другой вопрос. Генерал видит в нас своих пешек. Я сомневаюсь, что он нам доверяет, но он пытается привлечь нас на свою сторону. Нам нужно подумать о том, что он может сделать, если мы попытаемся сказать, « Ладно, сейчас мы возвращаемся в Добровольческий Солдатский Корпус ».

— Вот именно.

Шинохара объяснил текущее положение Добровольческого Солдатского Корпуса.

Харухиро уже сказали об этом, но Добровольческий Солдатский Корпус страдал от нехватки припасов. Фактически, оккупация Риверсайда Железной Крепости ничего не дало для улучшения их положения.

У кобольдов были довольно своеобразные пищевые привычки, поэтому в крепости было немного вещей, пригодных для употребления в пищу. Хотя они ещё не голодали, если они не получат припасы в ближайшее время или не передадут их, Добровольческий Солдатский Корпус столкнется с продовольственным кризисом в недалеком будущем.

Вдобавок к этому Гора Скорби, где, как они считали, собираются их враги, находилась в пятнадцати километрах к северу от Железной Крепости Риверсайд. Километров сорок, пока ворона летела от Альтерны, так что Железная Крепость Риверсайд была намного ближе.

Добровольческий Солдатский Корпус победил 5000 кобольдов, чтобы взять крепость. Однако взять его и удержать - это две разные проблемы. Обычно предполагалось, что у защитника подавляющее преимущество, но на самом деле это зависело от условий.

Добровольческий Солдатский Корпус преодолел разницу в численности своей мощной магией и исключительными индивидуальными боевыми способностями.

Но если они попытаются защитить крепость где-то более ста человек, хватит ли у них, чтобы покрыть все стены? Если где-нибудь случится хоть один прорыв, вся оборона крепости рухнет в одно мгновение.

Вдобавок ко всему, если орки из Крепости Наблюдателя Мертвецов отправились на Гору Скорби, как они думали, угроза только росла. В конце концов, орки были гораздо более опасной расой, чем кобольды.

Если враги на Горе Гриф придут атаковать Железную Крепость Риверсайд, Добровольческому Солдатскому Корпусу придется нелегко. Если бы они не смогли удержать форт, у них не было бы выбора, кроме как бежать.

Куда бы они сбежали?

Не в Чудесную Дыру. Корпус там сражался на своей базе. Они отбили Риверсайд Железную Крепость, чтобы открыть путь к выживанию.

Была ещё одна возможность.

Альтерна.

Если предположить, что Экспедиционная Группа их поприветствует.

— Со своей стороны. — сказал Шинохара мягким, но твердым тоном. — я хотел бы, чтобы вы остались с Экспедиционной Группой, как и раньше. Что вы можете извлечь из этого, я прошу вас быть нашими шпионами. Очевидно, это несет в себе определенный риск. Если вы окажитесь в опасности, немедленно уходите. Если до этого дойдет, мы вас защитим.

— Как именно? — Сетора рассмеялась. — Вы, люди, далеко от Альтерны, где безопасно. Я не понимаю, как вы собираетесь помочь нам, когда нам это потребуется.

— У нас нет намерения противостоять Экспедиционной Группе. Если мы сможем сотрудничать, это будет лучше всего. Однако, хотя я и назвал вас шпионами, я не ожидаю, что вы нарушите работу Экспедиционной Группы изнутри или что-нибудь в этом роде.

— Тебе нужна... информация, верно?

Когда Шихору нерешительно спросила об этом, Шинохара немедленно ответил.

— Верно. В частности, о целях Джина Могиса и о том, что он намеревается делать с этого момента, как можно подробнее, насколько это возможно. Это не значит, что мы можем сражаться с Экспедиционной Группой. Если мы сможем с ними справиться, это лучший результат. Я хочу, чтобы вы помогли нам с этим.

Похоже, что для отказа не было причин.

Хотя Харухиро еще не получил согласия своих товарищей, он и его группа, вероятно, примет просьбу Шинохары. Они не собирались отказывать ему.

« Это не плохо. То есть, я думаю, это единственный вариант ».

« Но что-то не так ».

« Почему же? »

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

5. Между Передом и Задом, И Между Тенью и Небом

В версии с изображениями тут находится картинка.

Солнце собиралось взойти. Он ненавидел то, как наступает утро каждый день. Было много других вещей, которые он ненавидел. Больше, чем он когда-либо мог сосчитать.

Травяной холм был усыпан белыми камнями. Под тусклым предрассветным небом они, казалось, слабо светились, почти как какие-то грибы.

Он ненавидел эту сцену с тех пор, как впервые увидел её. Было жутко. Тошнотворно. Он просто не мог этого вынести.

Он остановился перед одним белым камнем. На нем была эмблема в виде полумесяца и имя умершего.

Когда он посмотрел на него, на его лице появилась улыбка.

Это было не осознано. Он редко хотел улыбаться. Тем не менее, он был в состоянии улыбаться. Это можно было назвать почти его талантом.

Он ударил ногой по земле.

Снова и снова.

Он вздохнул.

Он взглянул на небо, покрытое облаками.

На первый взгляд они казались неподвижными. Но они двигались. Они никогда не останавливались. Их формы тоже менялись.

Он улыбался, как всегда.

— Такова реальность. — пробормотал он, затем снова опустил глаза на белый камень.

Он прочитал имя.

Сказав его вслух.

Вновь и вновь.

Его улыбка никак не ломалась.

Он поставил правую ногу на камень. Подтянул левую ногу. Сильно прижал к надписи. Надгробие было достаточно большим, чтобы его можно было обхватить руками. Это был просто большой камень, но он не сдвинулся с места.

Он двинул правой ногой.

На надгробии остался след.

Он мог смотреть на это с улыбкой. Не то чтобы это было смешно. Он мог улыбаться, несмотря ни на что. Даже если он не был счастлив, даже если ему не нравилось, он мог улыбаться в любое время и в любом месте.

— Да, я действительно ничего не чувствую.

Он слегка склонил голову набок.

Он ничего не чувствовал.

Было ли это действительно правильным выражением?

— Это нереально.

Он кивнул и пошел дальше.

Он неторопливо прогуливался, проверяя имена на каждом из надгробий.

— Ах, так вот где ты была.

Он остановился.

Он произнес имя на могиле как можно яснее.

Он присел, дотронувшись рукой до камня.

Он кончиком пальца провел вырезанное на нем имя.

Он улыбался.

— Эй, как ты думаешь? Небо кажется таким настоящим, но мои чувства далеки от правды, понимаешь? Всё постепенно становится менее настоящим? Или так было всё время? Я уже не помню. Интересно, на что это было похоже?

Он не ожидал ответа.

Мертвецы не разговаривают. Не чувствуют. Не думают. Кроме того, было сомнительно, существовал ли когда-либо владелец имени, высеченного на могильной плите.

Если бы он разрушил эту могилу до тех пор, пока ничего не осталось, чтобы стереть её полностью, последний след мертвых был бы утерян.

Некоторые люди могут сказать, что их память останется. Однако эта «память» была хрупкой и временной. Если случится что-то важное, люди скоро забудут об этом. Больше ничего не помня.

Очевидно, они могут вспомнить это снова в любой момент, случайно. Но к этому моменту некоторые воспоминания будут отличаться от тех, что были раньше.

Воспоминания были непостоянными, всё время меняющимися отрывками. Они были изменены настроением, эгоцентричной интерпретацией и тем, что происходило вокруг них, постоянно перестраиваясь.

Они были похожи на пузыри.

Красивые пузыри, с радужным отливом.

Они лопаются при прикосновении, поэтому лучше этого не делать.

Кто-то приближался. Он давно их заметил. Он мог обнажить свой меч, Обезглавливатель*. На первый взгляд это был небольшой длинный меч, но он мог изо всех сил ткнуть его в камень, и лезвие не сломалось бы. Это была настоящая реликвия. Но он даже не дотронулся до рукояти.

Кто-то шел. Но кто?

Они шли ползучими шагами, но полностью стереть свое присутствие им не удалось. Из-за этого он имел некоторое представление о том, кто это был. Вот почему он оставил её в покое. Она стояла у него за спиной.

— Бу! — воскликнула она, обнимая его сзади.

На его лице была та же улыбка, что и раньше, он смотрел на надгробие, а не на неё.

— ...Хмф. Скууууучный. Ты нисколько не удивился.

— Если хочешь удивить меня, тебе нужно придумать что-нибудь ещё.

— Что-то вроооде этого?

Когда она поцеловала его в щеку, раздался громкий чмокающий звук.

Он не волновался. Он ничего не чувствовал от этого.

— Это меня не удивило, но, когда ты так давишь на меня, это неприятно. Слезай, Хиё.

— Что?! Хочешь сказать, что я тяжёлая? Как ты можешь такое говорить юной девушке?

— Я убью тебя. — прямо сказал он ей. Он, вероятно, на самом деле не стал бы этого делать, но и не возражал.

— ...Ууууу, страаааашно. Оххххх, лааадно! — Хиё неохотно слезла с него.

Он встал и начал поворачиваться к Хиё. На полпути в его поле зрения вошла ещё одна фигура. Теперь это застало его врасплох.

Он более или менее ожидал, что Хиё покажется. Он предпочел остановиться на этом холме, чем вернуться прямо в Железную Крепость Риверсайд. Приход Хиё. Он это предсказал. Фактически, он сделал это, чтобы предложить ей приглашение.

Высокий худой мужчина стоял в пяти или шести метрах от него и Хиё.

На нем была высокая шляпа с широкими полями, из-за которой он выглядел даже выше, чем был на самом деле. Но даже с учетом этого рост человека мог быть около двух метров.

Несмотря на его рост, его плечи были на удивление тонкими, с сильным наклоном. Плащ, который он носил, был темным, с оттенком, который трудно было назвать красным, синим или зеленым. Хотя у него был белый посох, похоже, что ему не нужна была трость.

Из-за того, что он носил шляпу низко над глазами, а также имел длинную вьющуюся бороду, было трудно разглядеть форму его лица. Вероятно, он был человеком. Но вместо этого он мог принадлежать к другой расе. Может, он вообще не был живым существом.

Мужчина мало двигался. Было неясно, дышал ли он вообще. Отсюда не было никаких свидетельств каких-либо жизненных функций.

— Ох, боже.

Он слегка поклонился мужчине. Он никогда не сводил с него глаз, как тот пришёл.

— Сэр Анчейн*. Я не ожидал, что вы сами выйдете из Запретной Башни.

Борода сэра Анчейна дрожала, как будто он сам дрожал. Неужели он тихо смеялся?

— Хиё тож былае немного удивлена, понимаешь? — сказала Хиё, пожав плечами. — Мастер сказал, что сам хочет поговорить с тобой, Шиночи.

— Это честь. — Он посмотрел на Хиё. — Но не называй меня этим глупым именем. Не то чтобы меня это расстраивало, но мне действительно хочется заткнуть тебе рот как можно быстрее.

— Н-Не надо так злииииииться, правда? Мы же друзья, правда, Шиночи? Ох! Прааасти! Это была шутка. Просто немного дружелюбные подшучивания! Ши-Шинохара! Шинохара-сан, Шинохара-сама! Теперь нормально? Господи, ты просто не понимаешь шуток...!

— Потому что над твоими шутками даже не стоит улыбаться.

— Нет-нет, Шиночи, ты сейчас улыбаешься, понимаешь...? Уф! Тайм-аут! Это была случайная ошибка! Ши-но-ха-ра!

— Хиё. — Сэр Анчейн заговорил низким хриплым голосом.

— Да-сь?!

Хиё, казалось, была готова подпрыгнуть в воздух, когда она повернулась лицом к сэру Анчейну с прямой спиной.

Сэр Анчейн взмахнул правой рукой, той, которой он не держал посох, слева направо всего один раз.

— Уходи.

— Да сэр! — Хиё сделала жест, похожий на салют, затем развернулась и бросилась прочь. Какое-то время она направлялась к Альтерне, затем, конечно, в панике изменила курс и направилась вверх по холму.

— Я не могу понять, зачем ты её используешь. — Шинохара случайно позволил своим истинным чувствам ускользнуть.

— Хех... — сэр Анчейн произнес невнятную фразу.

Он слегка двигал своим посохом то вверх, то вниз. Этот посох из костей животных или, возможно, людей, почти наверняка был реликвией.

— Разве люди не таковы, в конце концов?

Шинохара уставился на сэра Анчейна.

Подумать только, что этот человек - этот монстр, которым Шинохара даже не мог дышать - мог создать человека.

— Эйнранд Лесли.

Когда Шинохара снова произнес его имя, монстр медленно поднял подбородок. Что-то похожее на глаза выглядывало из-под полей его шляпы.

Это были глаза? Не было ни белого яблочка, ни зрачков. Просто дыры. Шинохара снова посмотрел. Это были не дыры. Это были не глазные яблоки. Может быть, в его глазницах застряли какие-то черные предметы? Это не могли быть просто стеклянные глаза. Это, должно быть, реликвии.

— Шинохара.

— ...Да. Что это такое?

— Ты один из немногих избранных - ценный товарищ.

Шинохара был не настолько легковерен, чтобы принять слова монстра за чистую монету. С тех пор, как он проснулся здесь, в Гримгаре, он ни разу не был там.

— Спасибо. — улыбнулся Шинохара.

Он не был товарищем. Он был орудием. В лучшем случае послушным псом.

Однако монстр посчитал Шинохару полезным. Это очень было уверено.

— Я считаю вас своим спасителем. Если бы я не встретил вас, я был бы не чем иным, как бродячим призраком без цели. Но теперь у меня есть цель. Спасибо вам.

— Если бы было больше таких, как ты.

— Вы пытались привлечь их, но потерпели неудачу. Хиё облажалась?

— Что-то пошло не так, или, возможно... какой-то неизвестный элемент привел к неожиданной ситуации.

— Неизвестный элемент. — повторил слова Шинохара.

« Он говорит о ней, да? »

— Вы стерли их воспоминания реликвией. Как вы всегда поступали с нами.

— Верно.

— Удобнее не знать, не помнить. Или, возможно, я должен сказать, что способность запоминать приносит много неудобств.

— Да. Тем не менее...

— Она не забыла.

Мерри.

Он не мог представить себе эту женщину особенной.

Она потеряла товарища. Эта травма проявилась как расстройство личности. В качестве Жреца её стало трудно использовать. Всё изменилось к лучшему, когда она встретила группу простых молодых ребят.

Это была слишком обычная история.

Должен был быть ряд других Солдат-Добровольцев, которые пережили подобный опыт.

— ...Почему только она?

— Это совершенно неясно. — сказал монстр.

Ветер усилился?

Нет, не то.

Этот звук был дыханием монстра или, возможно, стоном.

— Мы должны присмотреть за ней.

— Вы просите меня?

— Кого ещё я могу просить об этом?

— Понял. Я обращу на неё внимание.

— Командующий Экспедиционной Группой, или как там его называют...

— Я встретился с ним. Джин Могис. Похоже, он хочет стать королем пограничья.

— Стать королем.

— Он более чем хитрый. Мужчина никогда не упускает ни одной уловки. Это точно. Он дерзкий и холодный.

— Следует ли его устранить?

— Я думаю. Ему чего-то принципиально не хватает.

— Чего именно?

— Силы.

— Значит, он не заслуживает нашего страха?

— Я уверен, что ему найдется применение.

— Как бы ты его использовал?

— В зависимости от того, как будут развиваться дела, даже если станет трудно контролировать Добровольческий Солдатский Корпус, его можно использовать в качестве проверки.

— Добровольческий Солдатский Корпус.

— Да.

— Я не ожидал, что ты с ними справишься.

— Сома, Акира и Рок ещё не вернулись из глубин Чудесной Дыры. Но даже без них Корпусу удалось с легкостью взять Риверсайд Железную Крепость.

— Если Сома вернется...

— Я не смогу его контролировать. Если он не вернется, мне не о чем беспокоиться, но опасно быть слишком оптимистичным. В конце концов он вернется. Если Сома и Акира будут работать вместе, они могут дать результат, которого вы не пожелаете.

— Джин Могис. Мы должны использовать его... как думаешь?

— Сомневаюсь, что вам нужен мой совет, но это вариант.

— Ты один из нас. Твоё мнение всегда стоит выслушать.

— Вы могли манипулировать Экспедиционной Группой. Прямо как покойный Маркграф.

Монстр кивнул.

Он повернулся спиной к Шинохаре и ушел. Его ноги были похожи на палки, без малейшей подвижности во время ходьбы. Однако его голова и плечи почти не двигались вверх и вниз. Не было даже звука шороха его одежды с каждым шагом. Если бы монстр не отбрасывал тень, можно было бы заключить, что он был чем-то вроде призрака.

Шинохара внезапно почувствовал необходимость посмотреть себе под ноги.

У него была тень, как и должно быть.

— Я... Хочу ли я вернуться? Правда ли я этого хочу?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

6. Голубое Кольцо

В версии с изображениями тут находится картинка.

После сожжения трупов гоблинов организация солдат Экспедиционной Группы заметно ухудшилась.

Половина из них была отправлена охранять стены или обеспечивать безопасность Башни Тенборо, а остальные расчищали завалы или ремонтировали здания, чтобы использовать их в качестве казарм или складов. Лишь двадцать, может быть, тридцать процентов всех солдат в лучшем случае относились к работе серьезно. Остальные просто уклонялись от работы, как могли, часто сидя без дела, или делая незапланированные перерывы.

Не было недостатка в мужчинах, бросивших свои посты. Они не хотели работать, но даже если бы они хотели дезертировать, они не могли покинуть Альтерну. Лучшее, что они могли сделать, это вздремнуть в каком-нибудь случайном здании, поболтать между собой и сыграть в азартные игры. Если они ходили искать, то находили много выпивки. Многие пили в середине дня.

Харухиро и его группа рассматривались как особое подразделение под непосредственным командованием генерала Джина Могиса. Но получали ли они от него какие-то особые заказы? На самом деле, нет. Он чувствовал, что потеряет форму, если они всё время будут сидеть в своей комнате в Башне Тенборо, поэтому большую часть дня он бродил по Альтерне.

« Это нормально, что я этим занимаюсь? », подумал он.

Не то чтобы ему было чем заняться.

У него не было приказов, но были ограничения на то, что он мог делать. Нил и разведчики тайком, а иногда и открыто наблюдали за Харухиро и остальными. Если бы он попытался выбраться из Альтерны, его бы немедленно обнаружили.

Альтерна была маленьким городом. Спустя три дня не было дороги, по которой он не ходил. Даже Харухиро, у которого не было воспоминаний, сразу почувствовал себя местным жителем.

Территория вокруг общежития для Солдат-Добровольцев казалась ему особенно знакомой, а может быть, даже успокаивающей. Несмотря на то, что у него не было возможности смотреть на места и вспоминать, как это происходило здесь или что там происходило, когда он бродил праздно, казалось, что он всегда оказывался в общежитии. Мерри сказала, что Харухиро и остальные жили здесь долгое время, так что, возможно, его тело привыкло к этому месту.

Хотя внутри общежития для Солдат-Добровольцев было пыльно, в основном он остался нетронутым. Могут ли они остаться здесь, а не в комнате в Башне Тенборо?

« Может, у генерала спрошу. Нет, если я пойду к нему с просьбой об одолжении, он может воспользоваться мной ».

Пока Харухиро думал об этом, Нил подошел и сказал, что его зовет генерал. Он хотел, чтобы он пришел к обеду, но пришел один.

Хотя Харухиро действительно предпочел бы этого не делать, у него не было выбора. Он направился в столовую в Башне Тенборо.

— Здравствуй, здравствуй, здраааааствуй.

Когда он вошел в столовую, женщина, которая уже прибыла перед ним, помахала рукой и поприветствовала Харухиро.

Похоже, генерала ещё не было. Единственными обитателями этой большой столовой, которую когда-то использовал Маркграф, были Харухиро, женщина, о которой идет речь, и командир полка Пограничной Армии Энтони Джастин.

Энтони кивнул Харухиро с выражением замешательства на лице. « Кто эта женщина? Ты знаешь её? » как бы говорил он.

Ну да, он её знал. Но все равно было трудно сказать, « Да, мы знакомы » или что-то ещё в этом роде.

— Что ты здесь делаешь...?

— Его Превосходительство будущий король пограничья пригласил. Ньехех!

« Нет, не «ньехехай!» иначе изобью тебя ». Так сказал бы Харухиро, будь он чуть более склонен к насилию. Или ударить её, а потом сказать.

Харухиро сел рядом с Энтони, потом подумал, «О х, дерьмо ». Хиёму была прямо напротив него.

— Как твои делииишки?

Хиёму оперлась локтями на стол, который был достаточно большим, чтобы на нем могли кушать двадцать человек, её самодовольное ухмыляющееся лицо лежало на переплетенных пальцах. Харухиро действительно ненавидел эту женщину. Он не был из тех парней, которые думают о женщинах как о «той женщине», но он без колебаний думал о Хиёму таким образом.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Похоже, у тебя все хорошо.

« Да, я серьезно её ненавижу. До безумия ».

Как только он понял это, он смог успокоиться. Было смешно позволять себе нервничать по поводу общения с этой женщиной. Стоила ли она того? Нет, это была трата нервов.

— Просто замечатльно, хорошо? Хиёму всеееегда замечательная, замечательная! Сгусток девичьей энергии, ладно? Энергия! Мужество! Мотивация! И серьезность в придачу! Йаааааай!

— ...

— Что что что? Харухиро-кууун? Харухару? Харухирохирохару?

— ...

— Ты не особо реагируешь, правда? Пожалуйста ответь мне.

— ...

— Черт тебя возьми? Не сиди без выражения. Это бесит Хиёму больше всего на свете, понимаешь?

— ...

— Эээээй. Я же разговариваю с тобооооой, ээээээй. Говори, тупица.

— ...

— Оххх. Я поняла. Ты уверен, что хочешь занять такую ​​позицию? Ты действительно уверен? Не вини меня, если пожалеешь об этом, хорошо? Хотя тебе действительно стоит поклоняться Хиёму. Ты полный и абсолютный болван, который не видит, что происходит, да? Бьюсь об заклад, твои ноги ещё и воняют, да?

Что ж, она явно не собиралась сдерживаться в оскорблениях. Впрочем, это его не столько разозлило, сколько раздражало.

Что здесь делала эта женщина? Конечно, ему это было любопытно. Но ему и не нужно было слышать это из уст этой кобылы. Нет смысла с ней разговаривать. Он не мог представить, что эта женщина скажет ему правду. Она явно не думала ни о чем, кроме как поиграть с ним, обмануть его и сбить с пути. Он не будет подыгрывать ей.

В конце концов, прибыл генерал Джин Могис с двумя черными плащами и Нилом на буксире.

Хиёму вскочила на ноги, и Энтони последовал её примеру. На мгновение Харухиро подумал, « Может, мне стоит дальше сидеть? » Но, что ж, упрямство здесь не имело смысла. Он решил встать.

Генерал сел во главе стола, на месте, которое, должно быть, было местом Маркграфа. Чёрных плащи и Нил не сидели, а стояли позади генерала.

— Можете присесть. — сказал генерал, и Хиёму и Энтони сели. Харухиро тоже сел на стул. Но зачем ему нужно было разрешение, чтобы просто сесть?

Генерал молча смотрел на них. Было ли это его обычным способом контролировать настроение? Он использовал тишину как инструмент, чтобы доминировать в комнате. Было ли это чем-то естественным для генерала? Или это была техника, которую он использовал намеренно?

Со временем Харухиро захотелось пить, и он начал беспокоиться. В конце концов, никто из них не сможет сохранить самообладание. Должно быть, этого и ждал генерал.

Генерал положил руки на обеденный стол, правая рука поверх левой.

Кольцо на его пальце привлекло внимание Харухиро.

Носил ли генерал такое кольцо раньше? Хм. Харухиро так не думал, но не мог быть уверен. По крайней мере, раньше он этого не замечал.

Это было не особенно большое кольцо. Но, несмотря на это, оно действительно привлекало внимание. Кольцо и её главная часть, должно быть, были из золота или из какого-то сплава. Но перед этим первым, что он заметил, был голубой камень.

Что это был за драгоценный камень? Он был довольно светло-голубым, но не производил впечатление бледного. Фактически, это был яркий, импозантный синий цвет.

Сам камень был круглым. Он не был уверен, разрез это был или освещение, но видел, как внутри плавали лепестковые формы. Их было, наверное, три. Или это могло быть три листа.

— Наша Экспедиционная Группа должна становиться ещё более сплоченной. — сказал генерал, обращая свои ржавые глаза на Энтони. — Разве не так, Энтони Джастин?

Энтони склонил подбородок и кивнул. — … Да, сэр. — ответил он.

— Я... — генерал указательным пальцем левой руки с кольцом постучал два-три раза по тыльной стороне своей другой ладони, словно почесывая её. — Не собираюсь возвращаться к югу от Гор Тенрю, то, что они называют материком Королевства Арабакия. Мы станем выходцами из пограничья и построим на этой земле рай. Само собой разумеется, что для этого необходимы могущественный лидер и мудрые и верные люди, которые его поддержат. У вас есть возражения против этого, Харухиро?

— ...У меня? — невольно пробормотал Харухиро.

— Да, у тебя. — без промедления потребовал генерал. — Если ты считаешь, что мои идеи неверны, ты можешь так и сказать.

— Нет... — Харухиро чуть не опустил глаза, но каким-то образом сумел сдержать себя. Но отвечать, глядя на него взглядом генерала, было действительно сложно. — ...Я не думаю, что ваши слова неверны.

— Значит, ты согласен?

— Я думаю, что согласен. Если мы просто говорим в общем смысле, конечно.

— Я намерен распустить Экспедиционную Группу, доверенную мне королем Арабакии Идельтом, и реорганизовать её в новую Пограничную Армию. Возрожденная Пограничная Армия сбросит иго Королевства Арабакии и выступит в качестве независимой силы.

Генерал без раздумий употребил веские слова. Если Харухиро прервет его, он, скорее всего, будет раздавлен.

— Пограничье никогда не был границей Арабакии. Пограничье принадлежит нам. Когда я говорю «нам», я имею в виду не только нас, людей, но и все расы. Если мы сможем найти общее дело, я считаю, что мы должны объединиться с любой расой и любой фракцией. Чтобы наша новорожденная Пограничная Армия выжила на этой земле, пустила прочные корни, основала владения и обрела независимость как нация, мы должны без колебаний использовать доступные нам варианты. Мы должны исследовать каждую возможность. Даже если это противоречит здравому смыслу, если есть какая-то надежда на её реализацию, мы не должны предпринимать никаких попыток. Разве не по-настоящему сильный лидер может принимать подобные решения?

« Им же я и являюсь ». Вероятно, именно это и хотел сказать генерал. На самом деле, он в значительной степени имел. Он станет лидером, по сути королем, и возглавит не Экспедиционную Группу Королевства Арабакия, а новую Пограничную Армию.

Хиёму сказала что-то вроде того, что генерал позвал её сюда. Когда она это сделала, если Харухиро вспомнил, она назвала генерала будущим королем пограничья.

Была ли Хиёму связана с генералом всё это время? Или она вышла на контакт в последние несколько дней и быстро завоевала его доверие? Как бы то ни было, Хиёму точно сообщили о намерениях генерала.

Джин Могис, возможно, решил объединиться с Хиёму, или, скорее, с её боссом, хозяином Запретной Башни.

— П-Простите... — Харухиро открыл рот, но потом пожалел об этом.

« Хиёму не заслуживает доверия. Я хочу, чтобы вы передумали насчёт неё ».

Если бы генерал был его другом, он бы дал такой совет. Если он уважал генерала и был ему верен, он должен его предупредить. Но ничего из этого не было правдой. Кроме того, даже если Харухиро скажет ему что-то совершенно искренне, он не думал, что генерал это примет.

— Что? — спросил генерал с пустым выражением лица.

Харухиро посмотрел вниз и покачал головой.

— ...Ничего.

Хиёму понимающе ухмыльнулась. Будь она проклята. Он чувствовал, как кровь приливает к его голове, но не позволил этому взять над собой верх. Было некогда огрызаться.

Харухиро и его команда пока принадлежали к фракции Джина Могиса. Возможно, ему это не нравилось, но всё было так. Он должен был это признать.

Хиёму, или, скорее, хозяин Запретной Башни украл их воспоминания. Они никак не могли быть на его стороне. Они должны были быть врагами.

Однако, похоже, эти враги заключили сделку с генералом.

« Но мы Солдаты-Добровольцы ». Это то, что он хотел думать, но недостаточно отождествлял себя с этой работой, чтобы использовать её как источник эмоциональной поддержки. Честно говоря, ему это было наплевать. Он принял просьбу Шинохары сыграть роль шпиона. Дело не в том, что он не понимал, почему он должен был это сделать, но ему тоже не нравилось это чувство.

Это превращалось в серьезную неприятность, не так ли?

— Если тебе есть что сказать, можешь говорить свободно. — Генерал улыбнулся Харухиро. — Я рассчитываю на вас, ребята. Мне тоже нужно кое-что сделать.

Если бы он мог, Харухиро закатил бы глаза на затылок и тут же отключился. Не шутка. Харухиро всерьез хотел сбежать. Что ему нужно было сделать генералу? Это было абсолютно больно. И генерал хотел, чтобы они это сделали, нравится вам это или нет, не так ли?

— Трапеза.

Когда генерал поднял правую руку, черные плащи покинули столовую. Должно быть, они пошли за обслуживающим персоналом.

После захвата Альтерны генерал отобрал около двадцати человек из подразделения тылового обеспечения и направил их в Башню Тенборо. Они больше не были солдатами. Готовили, убирали и стирали. Генерал, вероятно, хотел сделать Башню Тенборо своим дворцом. Хотя, учитывая, насколько они были в дефиците, перспективы для этого были не совсем радужными.

— Я слышал, что Альтерна ведёт торговлю с вольным городом Веле.

Когда генерал повернулся к ней, Хиёму кивнула.

— Да да. И Веле также торгует с Красным Континентом. Очевидно, у них вкусные- превкусные морепродукты.

— Там живет много людей, мужчин и женщин.

— Возможно, тебе лучше было сказать «всех рас», но, черт... Веле - это не просто город, это скорее город-государство, как ты могла бы сказать?

Генерал начал пальцами правой руки теребить кольцо.

В конце концов, повара пришли в белых фартуках и белых головных уборах. Они подавали слегка приправленное мясо и овощи, хлеб и какие-то клецки. Простые блюда с максимальным использованием ингредиентов. Единственными приправами, которые у них были, были соль и небольшое количество специй, так что, возможно, стоит отметить, что естественный вкус ингредиентов - это всё, на что они могли положиться.

Официанты принесли бутылку алкоголя и разлили её в бокалы на глазах у Харухиро и остальных. Когда они это делали, им всегда удавалось пролить немного на стол, но генерал не выказывал никаких признаков заботы.

— Сначала идут гоблины Дамуро. — сказал генерал, взяв бокал в руку и подняв его.

Хиему и Энтони тоже потянулись за бокалами. Харухиро не стал брать.

« Гоблины Дамуро... Погодите, что...? »

— Что случилось? — Генерал склонил голову набок. Он смотрел на Харухиро.

— Ох... Нет, ничего.

Харухиро поспешно взял свой стакан.

« Ничего ».

« Ничего? »

« Нет, это ведь не ничего? »

— ...Гоблины? — он спросил.

— Я верю…— генерал прищурился. — Мы можем заключить союз с гоблинами Дамуро. По крайней мере, этому есть место быть.

— А?! — глаза Энтони расширились. — Подождите... А-Альянс?! Союз с гоблинами?!

— Верно. — сухо ответил генерал. — Нам нужно будет послать посланника. Во-первых, мы должны сообщить о наших намерениях королю гоблинов в Новом Городе Дамуро, Гвагаджину, я полагаю, его так звали.

Харухиро поставил бокал на стол.

Плечи Хиёму дрожали, когда она хихикала.

« Она хуже всех ».

— Что такое? — генерал снова обратился к Харухиро.

« Нет, тут нет двух вариантов. То, что он хочет, чтобы мы сделали. Это должно было быть именно это? »

Когда Харухиро промолчал, генерал поднял бокал.

— За наше любимое пограничье».

Он откинул бокал, прямо не сказав «ура». Хиёму поступила так же. Энтони всё ещё был ошеломлен, поэтому он сделал один глоток, прежде чем вернуть свой стакан на стол.

— Теперь вы знаете, что говорят о пустом желудке.

Даже по настоянию генерала Харухиро не мог заставить себя прикоснуться к еде. У него не было аппетита. Он хотел немедленно покинуть своё место, но разве это будет плохой идеей? Это было проблемой не только для него. Его товарищи тоже были здесь. Если Харухиро облажается, он может утащить их за собой. Он должен был избежать этого, несмотря ни на что.

« Моя голова в полном беспорядке ».

Что он должен сделать? Он не знал. Не сразу.

Харухиро подумал, что генерал может отдавать определенные приказы во время еды, но ничего конкретного не сказал. Это было немного разочаровывающим, но Харухиро почти не касался еды, которую ему подавали. Он сидел в своем кресле, выжидая, пока генерал не закончит пожирать всё, что было перед ним, и отпустил их. Это всё, что он мог сделать.

Когда он вышел из столовой и вернулся в свою комнату, Кузаку практически прыгнул на него с выражением тревоги на лице.

— Харухиро!

— Ч-Что? Что случилось?

—Шихору-сан!

— А?!

Он оглядел комнату и увидел только Кузаку, Мерри, Сетору и Киити.

Мерри была белой как полотно. Киити была необычно рядом с Мерри, а не с Сеторой, так что он пытался её подбодрить? Сетора скрестила руки и нахмурила брови.

— Ч-Ч-Ч-Ч-Ч-Что нам делать?! — Кузаку схватил Харухиро за руку и потряс его. — Шихору-сан много лет назад ходила в туалет, но больше не вернулась! Наверное, мне не следовало так говорить, но сначала я подумал, что у неё просто дерьмо или что-то в этом роде! Но это было слишком долго! Я пошел искать её, а она пропала!

— Ладно. Ладно, я понял. Просто успокойся.

— Извини! Да, ты прав, я успокоюсь!

Кузаку отошел от Харухиро и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов.

— Т-Т-Так ?! Ч-Ч-Ч-Что нам делать?! Харухиро, что нам делать?! Шихору-сан пропала! Это плохо, правда?! Я понятия не имею, что нам делать...!

— Приятель, ты совсем не успокоился...

— Я не могу! Прости!

Харухиро попросил Сетору и Мерри тоже рассказать ему о том, что произошло.

Шихору вышла из комнаты одна. У Кузаку была раздражающая привычка приглашать Харухиро каждый раз, когда ему нужно было пойти в туалет, но, по словам женщин, Шихору не делала ничего подобного. Дело было не в том, что Шихору вышла и сказала, что ей нужно выйти. Но это была единственная причина, о которой он мог думать. Мерри и Сетора согласились с этим. Они сказали, что в ней не было ничего необычного.

Это Сетора первой сказала, что у она слишком долго. Мерри и Сетора пошли искать её в умывальнике, после чего Кузаку присоединился к поискам. Они проверили весь первый уровень Башни Тенборо, где находилась их комната, но ещё не нашли её.

— Как ты думаешь... кто-нибудь видел Шихору? — спросил Харухиро.

В Башне Тенборо всё время находилось около пятидесяти человек - в черных плащах и солдаты Экспедиционной Группы.

— Мы пытались спросить. — Кузаку нахмурился. — Все говорят, что не видели её, или не знают. Некоторые из них даже откровенно игнорировали нас. Они вообще не сотрудничали. Что с этими парнями? Они меня серьезно бесят.

— Честно говоря, я не знаю достаточно, чтобы решить, что думать. — Сетора повернулась к Мерри и спросила. — Неужели Шихору из тех, кто внезапно исчезнет сама?

Мерри покачала головой.

— Я так не думаю. Она не хотела бы причинять вред всем. Она чувствует это сильнее, чем кто-либо.

— В таком случае... — Сетора посмотрела на Харухиро.

Казалось невероятным, что Шихору исчезнет сама. Шихору вышла из комнаты, чтобы пойти в уборную или что-то в этом роде. Она хотела сразу вернуться, но кто-то ей помешал. Теперь, в этот самый момент, Шихору оказалась в ситуации, из-за которой она не могла вернуться в комнату, где её ждали товарищи.

Харухиро скрипнул зубами. Он коснулся места, где соприкасались его шея и плечи. Это было действительно жестко.

— ...Хиёму была там. В столовой.

— Хиё...?! — крикнул Кузаку. — Подожди, она?! Ага?!

— В какой-то момент генерал объединился с Хиёму. Кроме того, генерал... очевидно планирует заключить союз с гоблинами.

— Го-Го-Гоб...? Ч-Ч-Ч-Что? Что чёрт возьми?!

— Это связано с исчезновением Шихору. Ты об этом подумал? — Сетора была спокойна, как всегда.

— Не знаю. — честно ответил Харухиро. — Но я думаю, что генерал планирует отправить нас в Дамуро. Он только намекал на это, никогда не говорил прямо. Генерал хочет использовать нас как пешек. Но... он нам не доверяет.

Мерри резко вдохнула.

— Ты не имеешь в виду...что, он взял Шихору в заложники?

— В этом есть смысл. — бесстрастно сказала Сетора. — Если это правда, у нас не будет выбора, кроме как делать то, что говорит генерал, даже если нам это не нравится.

Харухиро и остальные выскочили из комнаты. Генерал будет либо в большом зале, либо в комнате с камином, которую Маркграф использовал как свою гостиную, либо, возможно, в спальне лорда на третьем этаже.

Однако четыре черных плаща перекрыли лестницу на второй этаж.

— Генерал наверху, верно? Нам есть о чем спросить, поэтому мы хотим его увидеть.

— Мы сюда спешим!

Независимо от того, как Харухиро или Кузаку давили на них, черные плащи говорили только о том, что генерал приказал никого не пропускать. Если бы он был предоставлен самому себе, Кузаку попытался бы прорваться через него, но Харухиро, очевидно, должен был его остановить. Шихору могли взять в заложники. Они не могли действовать безрассудно.

— Не могли бы вы хотя бы передать сообщение генералу? Скажите ему, что я хочу его видеть. Просто так и будет.

— Генерал поручил нам быть охранниками, а не посыльными. Если мы будем делать то, что нам не приказывают, мы навлечем на себя гнев генерала.

Черные плащи слабо улыбались, казалось, даже наслаждаясь этим.

— Хорошо, я понял! — Кузаку сел на пол и скрестил руки. — Я не уйду отсюда, пока ты не пропустишь меня! Я буду сидеть здесь вечно, так что привыкай!

Чёрные плащи взревели от смеха.

— Что ж, теперь, когда ты это сказал, не смей двигаться.

— Я же сказал, не собираюсь! Вы, ребята, можете менять смены, а я - нет. Я собираюсь вынести все это сам.

— Какой в ​​этом смысл? — раздраженно спросила Сетора, и Кузаку обернулся.

— А? Дело в том... Не знаю. Я просто подумал, что буду? Интересно, почему. Мол, я показываю им свою силу духа, может...?

Харухиро положил руку на плечо Кузаку.

— Мы идем, Кузаку.

— А? Что ты имеешь в виду, мы идем?

— Давай пока вернемся в комнату.

— Нет, но...

— Собирайся.

— ...Ладно.

Кузаку встал. Он опустил плечи и повесил голову... приподнял брови и поджал губы.

« Если ты собираешься выглядеть настолько подавленным, то заставишь меня чувствовать себя подавленным, так что я бы хотел, чтобы ты прекратил это ».

— Взбодрись. ...Я что-нибудь придумаю.

— ...Лады.

Однако, как бы ни думал Харухиро, решение не пришло, и время пролетело незаметно.

В середине ночи Кузаку храпел. Сетора лежала с Киичи на руках. Мерри выглядела так, будто не могла заснуть.

Харухиро вышел из комнаты, чтобы несколько раз проверить ситуацию на лестнице. Там всегда стояли три-четыре черных плаща. Был ли каким-то образом он мог использовать все воровские навыки, которые вбила ему Барбара, чтобы проскользнуть мимо них? Он серьезно обдумал это, но это было явно слишком сложно.

Он не мог не думать о Шихору. Что с ней происходило? Он не думал, что они сделают с ней что-нибудь ужасное. Или он хотел в это верить. Что ж, если она была заложницей, они должны были относиться к ней с некоторой осторожностью. Они будут что-то требовать в обмен на безопасность заложника. Если бы он руководствовался здравым смыслом, это было бы так, но было ли это мышление правильным? Это был Джин Могис. « Всё, что мне нужно сделать, это не убивать её. Пока она жива, она имеет ценность как заложница ». Он не мог гарантировать, что генерал так не подумает. На самом деле, это казалось вполне вероятным.

Что делала Шихору сейчас? Даже если она была в безопасности, её, должно быть, заперли и лишили свободы. Очевидно, ей было бы ещё труднее, чем Харухиро. В конце концов, она была девушкой.

Правильно. Он пытался не говорить об этом прямо, но это его беспокоило.

То, что она была женщиной, меняло ситуацию.

Очень сильно.

Вся Экспедиционная Группа состояла из мужчин. Но они были невоспитанными. Фактически, большинство из них даже не дотянули до уровня элементарного приличия.

Дело в том, что Мерри, Шихору и Сетора были жертвами солдат Экспедиционной Группы и до этого. До сих пор ущерб ограничивался непристойными замечаниями и глазками, но нельзя было предсказать, когда пьяный солдат может потерять контроль и напасть на них. Несмотря на это, у него создалось впечатление, что внутри Башни Тенборо риск был ограничен.

Он ослабил бдительность? Может быть.

Ему следовало быть более осторожным. Даже если бы они были внутри Башни Тенборо, им не следовало бы передвигаться самостоятельно. Он должен был сказать им это. Если бы она была с Мерри или Сеторой, даже если бы они были окружены множеством черных плащей, их было бы нелегко поймать.

« Я этого совсем не ожидал ».

« Я был слишком наивен ».

Из-за этого Шихору была заперта где-то совсем одна. Если это всё, что с ней случилось, тогда хорошо. Шихору, вероятно, была связана, чтобы она не могла сбежать. Должен был быть и охранник.

Генерал, возможно, не сказал бы, что можно причинить вред Шихору. Но сумеют ли её охранники сохранить свой профессионализм? Харухиро не особо на это надеялся.

Возможно, сейчас не время беспокоиться о черных плащах. Возможно, ему следовало прибегнуть к силе в случае необходимости, найти Шихору как можно быстрее и спасти её. Если он этого не сделает, может случиться что-то необратимое. По крайней мере, возможность была.

Может быть, уже слишком поздно. Шихору была в опасности. Но пока с ней всё было в порядке. Вот почему ему пришлось спешить. Харухиро пытался убедить себя в этом, но у него не было явных оснований верить в это.

Вероятно, они бы её не убили. Разве это не было оптимистичным предположением? С точки зрения генерала, всё, что ему нужно было сделать, это убедить Харухиро и остальную часть группы, что у него заложник. Заложнику необязательно было быть живым. Заложник жив. « Делай, как я говорю, и я верну её ». Если бы он мог контролировать их с помощью такой лжи, этого было бы для него достаточно.

В худшем случае Шихору могли подвергнуть пыткам, а затем убить.

Он хотел верить, что они этого не сделают. Если бы это случилось, Харухиро, скорее всего, никогда не был бы прежним. Нет, вопрос не в том, будет ли он в порядке. Он просто заставил бы Джина Могиса и всех, кто причинил боль Шихору, заплатить. Он не проявил бы абсолютно никакого прощения. Он убьет их до последнего человека, чего бы это ни стоило.

Когда один из его товарищей был похищен, его воображение блуждало по самым разным местам, скорее плохим, чем хорошим. Это сильно его потрясло и оставило эмоционально истощенным.

Если бы генерал выбрал этот метод, зная, что он с ним сделает, это было бы ужасно.

Если бы Харухиро был на позиции генерала, даже если бы эта идея пришла ему в голову или её предложил один из его подчиненных, он бы не стал это делать. Нет, он не мог этого сделать. Для него это было возможно, но он не стал воплощать план в жизнь. Но Джин Могис, скорее всего, так и поступил.

Может быть, он получил идею от Хиёму. Казалось, что-то эта женщина придумает что-то. Не то чтобы Харухиро знал. Он почти ничего не знал о Хиёму. Он не хотел её знать.

Как бы то ни было, было одно, что он должен был признать, хотя и не хотел.

Это был действительно эффективный ход.

До тех пор, пока на следующее утро Нил не постучал в их дверь, Харухиро даже не уснул.

— Генерал зовет вас. Похоже, он хочет о чем-то поговорить за завтраком.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

7. Мы Просто Замерли от Смущения

В версии с изображениями тут находится картинка.

Дамуро, расположенный примерно в четырех километрах к северо-западу от Альтерны, когда-то был известен как второй город Королевства Арабакия. Его происхождение было древним. Люди жили здесь с незапамятных времен. За всё то время, когда люди по какой-либо причине пришли на юг, большинство из них пересекли Равнины Быстрых Ветров и собрались в месте под названием Дамуро. Некоторые из них поселились, построили дома и жили в них поколениями. В конце концов Королевство Арабакия назначило магистрата и начало управлять территорией.

Бывшая цитадель людей была разделена на Старый Город и Новый Город.

Близлежащие здания, несомненно, когда-то были двухэтажными, но сейчас сохранились лишь немногие из них. Те вещи, которые торчали из-под завалов, были ли это столбы? Маленькое животное шло по балке, сидящей на вершине столбов. Вольер разной высоты - забор или стена?

Только развалины, развалины, развалины, насколько хватало глаз. Не у многих зданий сохранились стены и крыши полностью нетронутыми. Фактически, было бы справедливо сказать, что никто из них этого не сделал.

— Конечно, тихо... — пробормотал Кузаку.

Мгновенно вдалеке раздался крик. — Аааагааахххх!

— ...Чёрт. — пожаловался Нил, всхлипнув. — Я действительно вытащил чертовски короткую соломинку.

« Это наша линия ».

Харухиро не хотел бы ничего больше, чем сказать это, но он не хотел разговаривать с Нилом. Он должен был избегать потрясений. Он делал это не потому, что хотел, но, если он собирался это сделать, он собирался сделать это без потерь. Даже если бы у него было скрытое подозрение, что на самом деле это может быть невероятно сложно.

— Их действительно много, да? Они повсюду. Эти Гобби МакГобгоб и его весёлые друзья.

Кто знал, что она думала о своих действиях, но эта наглая двухвостая сука шла рядом с Харухиро, хихикая. К черту её.

Харухиро не любил думать о ней как о «этой суке». Но как он мог этого не делать? Во-первых, он ненавидел то, как она выглядела. Её голос и манера речи были неприятными. Даже тепло её тело и общее присутствие расстраивали. Само существование Хиёму, каждый его аспект неправильно неприятен Харухиро.

Просто стоя рядом с ним, она вызывала в нем невероятно темные эмоции. Сильная ненависть и отвращение. Он был немного удивлен и слегка шокирован. Он никогда не знал, что может кого-то так ненавидеть. Это даже заставило его задуматься, « разве это не ненормально? ».

Не имея никаких воспоминаний о себе, Харухиро на самом деле не знал, каким он был. Но он не мог быть хорошим человеком. Хорошие люди не ненавидели других так. Даже если это была Хиёму.

Нет, возможно, Хиёму была исключением. В конце концов, это была она.

Каким-то образом Харухиро хотел отрицать, что Хиёму была в пределах досягаемости от него. Насколько он был бы счастливее, если бы мог забыть? Конечно, это было невозможно. Он никогда не мог стереть её из своей памяти. Потому что на самом деле Хиёму была здесь.

Неужели у него не было выбора, кроме как принять это в конце концов? Но он её ненавидел. Он не хотел этого принимать.

Он знал. Он не был ребенком, поэтому ему приходилось смириться с вещами, которые ему не нравились. Все делали так. Они терпели, выжидая своего часа. Он должен был сосредоточиться.

Они шли не особенно быстро, но его пульс учащался. Это была вина Хиёму. Он снова злился. Не хорошо. Ему нужно было дышать как можно спокойнее и расширить поле зрения. Наблюдать за собой, нет, наблюдать за группой сверху.

Когда он это сделал, он неизбежно увидит и Хиёму, но ему просто нужно было представить, что она движущаяся морковка или что-то в этом роде.

Было ли это оскорблением для моркови? Морковь никогда не делала ему ничего плохого. Однако они ему не особо нравились. Что ж, он их тоже не ненавидел.

Морковка. Может, это была лучшая идея, чем он думал? Если бы он их не любил или ненавидел, то присутствие одного из них не волновало бы его.

« Морковка ».

« Хиёму - движущаяся морковка ».

« Я не имею ничего против морковки, и это кажется немного натянутым, но это то, что я собираюсь сказать себе ».

Харухиро и Морковка были практически рядом, впереди группы, за ними Кузаку, Мерри, Сетора и Киити, а в самом конце - Нил.

— Ахх! — и — Гях! — гоблины продолжали кричать вдалеке.

Да.

Это был Старый Город Дамуро, логово гоблинов.

Они могли видеть гоблинов на крышах и на вторых этажах разрушающихся зданий. Гоблины высунули лица из-под завалов, а также из тени столбов.

Когда Харухиро и остальные подошли, все гоблины спрятались. Или сбежали.

Иногда они кричали, чтобы запугать группу. Только однажды гоблин бросил в них камни с места, куда они не могли надеяться добраться.

Тем не менее, на данный момент они не подавали признаков агрессии. Гоблины Старого Города с тревогой наблюдали за группой, желая увидеть, что они будут делать.

— В конце концов, они просто сборище неудачников, сбежавших из Нового Города.

Движущаяся морковка действовала самодовольно. Он надеялся, что такое отношение сделает морковку небрежной, так что она не выдержит и попадет в беду. Но в этой ситуации это повлияет и на них. Было тяжело. Разве не могло случиться что-то плохое только с морковкой?

— Мусорные гоблины Старого Города не могут бросить вызов королю гоблинов. Они знают, что ничего не могут сделать против серьезной группы Солдат-Добровольцев. Это просто бесполезный мусор. Вы можете идти дальше и игнорировать их. Если мы будем вести себя так, как будто это место принадлежит нам, они не станут с нами связываться.

Харухиро и остальные молчали. Похоже, он был не одинок в своих мыслях. Мерри, Сетора и Кузаку тоже не собирались общаться с морковкой.

Движущаяся морковка щелкнула языком. Похоже, её раздражало игнорирование, несмотря на то, что она была всего лишь морковкой.

Через некоторое время Нил открыл рот.

— Ну, вот каково это, да...

Нил был человеком генерала Джина Могиса, а движущийся морковка была представителем его союзника. Что касается Нила, то даже если он имел дело с движущейся морковкой, он должен был быть достаточно внимательным. Так ведь?

Харухиро хотел, чтобы они составили друг другу компанию. Со своей стороны, он хотел, как можно меньше иметь дела с кем-либо из них, и чтобы то, что ему нужно было сделать, было сделано безопасно. Он также хотел вернуть Шихору.

Это была миссия, возложенная на Харухиро и его группу:

Проскользнуть через Старый Город Дамуро в Новый Город.

Встретиться с Гвагаджином, королем или могадо гоблинов.

Выполнить запрос Джина Могиса и получить ответ.

Вернуться в Альтерну и передать генералу ответ Могадо Гвагаджина.

На самом деле они не могли получить заявление от генерала о том, что он действительно похитил Шихору, но он сказал. — Если вы выполните свои обязанности, всё будет на своем месте. — Это должно было означать, что он освободит Шихору невредимой. Если этого не произойдет, Харухиро и остальным придется действовать без дальнейшего обсуждения. Они не собирались сдерживаться, если до этого дойдет.

Кроме того, Нил был их наблюдателем. Судя по всему, движущаяся морковка собиралась вести переговоры с Могадо Гвагаджином. Трудно было представить себе возможность общаться с гоблинами, но, очевидно, эта морковка могла. Потому что она была морковкой? Он не понимал логики, но, видимо, у неё был способ. Если бы этого не произошло, они бы не пошли в цитадель гоблинов.

Как ни крути, это не могло быть безопасным.

Дамуро находился прямо на вражеской территории.

Вдобавок к этому Альтерна до недавнего времени была оккупирована гоблинами.

Они убили много людей.

Это ещё не всё. Они ели трупы.

Гоблины, очевидно, ели и себе подобных, так что они не имели в виду никакого особого оскорбления.

« Что плохого в том, чтобы есть мертвых? Вы тоже едите мясо животных, не так ли? »

Если бы они сказали ему это, ему было бы сложно найти ответ. Но даже если оставить это в стороне, гоблины были откровенно враждебны по отношению к человечеству.

Хотя, судя по движущейся морковке, гоблины Нового Города не были похожи на гоблинов Старого Города. Это были самые низкие члены общества гоблинов, отбросы.

Гоблины Старого Города выглядели жалко по сравнению с теми, что оккупировали Альтерну. Хотя были индивидуальные различия, в целом ни один из них не выглядел настолько большим или крепким. Даже когда Южная Экспедиция атаковала, они, очевидно, не потрудились мобилизовать гоблинов Старого Города.

Харухиро не знал, повезло ему или не повезло, что он забыл об этом, но около пяти лет назад Харухиро и его группа ежедневно приходили в Старый Город Дамуро.

Зачем они приходили сюда? Не для пикников, это точно. Это была работа. Они зарабатывали на жизнь. Охотой. Группа охотилась на гоблинов. Старый Город Дамуро был идеальным местом для охоты для новоиспеченных Солдат-Добровольцев.

Многие Солдаты-Добровольцы-стажеры приобрели опыт здесь, в Старом Городе, и привыкли убивать живых существ собственными руками. Они стали полноценными Солдатами-Добровольцами, а затем покинули гнездо. Харухиро, должно быть, был одним из таких молодых людей.

Но гоблины тоже были живыми существами. Естественно, они не сидели смирно.

В дни стажировки группа Харухиро потеряла товарища по имени Манато. Он знал это, потому что Мерри рассказала ему об этом.

Они отомстили за него. Харухиро и его группа отомстили гоблинам Старого Города.

Убить и быть убитым, затем убить и снова быть убитым. Это было не просто неудачно, это был порочный круг. Если бы они где-то не порвали цепь, она бы никогда не оборвалась. Тем не менее, помнил он это или нет, Харухиро убивал гоблинов из Старого Города. Он был убийцей.

« Остановим бессмысленное убийство ».

Он не мог произнести эти слова, поэтому не стал их произносить. Если на них нападут гоблины Старого Города, он без колебаний даст отпор. Он не проявит милосердия. Но если боев можно было избежать, это было к лучшему.

« Думаю, всё будет не так, да? »

— Gungyah! — крикнул гоблин.

Он звучал близко.

За ним.

Харухиро обернулся. Он был в развалинах, метрах в десяти позади них слева. Здание было двухэтажным, но по большей части разрушено. Осталось около половины каждого этажа. Вот оно что. На втором этаже. Гоблин. На нем была дырявая кольчуга. Было ли это копье в его руках? Это было короткое копье. Планировал бросить? Он уже начал метательное движение.

— Кузаку...!

Ещё до того, как Харухиро назвал свое имя, Кузаку вытащил свою большую катану. Он повернулся и бросился. Копье полетело. Кузаку одним ударом отбросил его в сторону. Крикнул Нил.

— Это было опасно!

« Нет, ты должен был заметить! »

Харухиро вытащил кинжал и огляделся, мысленно проклиная Нила.

« Зачем ты у нас сзади идешь? Не теряй бдительности. Принеси пользу, если собираешься поглощать кислород! »

— Что за хрень?! Ты просто дерьмовый маленький гоооооб!

Глаза метались по сторонам, движущаяся морковка вцепилась в свою маленькую плюшевую прическу или что-то ещё. Хотя это и не выглядело, этот шиньон был настоящей реликвией.

— Двигайтесь!

Когда Харухиро бросился к руинам впереди справа от них, все без промедления последовали за ним.

Это было одноэтажное здание. Две трети стен остались целы. Но потолок обвалился. Внутри не было гоблинов. Он смог подтвердить это с первого взгляда.

Повернувшись спиной к руинам, они расположились так, чтобы их общее поле зрения охватило все направления. Киити взобрался на стену и встал на опору.

Нил, несмотря на все свои другие недостатки, оставался активным разведчиком. Пока он не терял бдительности, он мог делать большинство вещей. Но то, что даже движущееся морковка была готова к сотрудничеству и была готова действовать как один из участников, было немного удивительно. Прошлое движущейся морковки Хиёму было неясным, но, возможно, она имела некоторый опыт в качестве Солдата-Добровольца.

— Пятеро с юга. — спокойно сказала Сетора.

— Запад, трое. — продолжила Мерри.

— Полагаю, пятеро с востока? — Кузаку склонил голову набок. — Нет, шесть. Может быть восемь.

Он был расплывчатым, поэтому Нил поправил его.

— Их должно быть больше десяти. Где твои глаза?

Харухиро бросил быстрый взгляд на гоблинов, которых нашли его товарищи.

— Они организованы...

Они не были буйной толпой. У них был лидер. Где он был?

— Похоже, они собираются атаковать с востока. Я сдержу их. — Кузаку приготовил свою большую катану. — Я буду в порядке с минимальной поддержкой.

— Враги на юге и западе пытаются объединиться. Разве восток не отвлекающий маневр? — прямо сказал Сетора.

— Север - это подозрительно. — сказала Хиёму. — Только что один из маленьких тварей высунул голову и спрятался. Этот болван супер хитрый.

— Предоставьте это нам. — сказал Нил с неприятным смехом, затем толкнул Харухиро в плечо. — Выдвигайся, герой.

« Пнуть его? » Харухиро на мгновение задумался. Очевидно, он не собирался делать что-то настолько бессмысленное.

Север, да? Он не видел сейчас гоблинов, подходящих под все требования. Мог ли он доверять тому, что сказала Хиёму? Он ни на йоту не доверял ей как человеку. Однако, если они не могли выбраться из этой ситуации, у Хиёму тоже были проблемы. Кроме того, это не выглядело так, как будто Хиёму и хозяин Запретной Башни собирались навредить Харухиро и его группе. Кто был хозяином Запретной Башни? На тот момент это было неясно, но у него или у неё должна была быть какая-то цель. Они пытались использовать для этого Харухиро и его группу.

— Кузаку, встречай врага в центре. Сетора, ты принимай командование на себя. Я найду и устраню лидера врага.

Харухиро не стал ждать ответа. Он провалился в землю. Это был мысленный образ, который он использовал. — «Скрытность».

Он немедленно отошел от того места, где находился, и направился на север. Он не бродил посреди дороги. В меру своих возможностей он использовал руины, щебень и отбрасываемые ими тени, чтобы спрятаться на своем пути.

Время от времени он переходил дорогу. У него не было страха. У него было чутье - интуиция, вот всё, что он мог придумать, чтобы назвать это - когда его найдут. На этот раз он этого не сделает.

Кузаку и остальные дрались. Он не повернулся, чтобы посмотреть. Они были в порядке. Он мог оставить это им.

Он не искал. Если бы он пошел искать, он бы с большей вероятностью пропустил то, что хотел найти. Он получил широкий, широкий обзор всей сцены. Если что-то двигалось, какая-либо форма или цвет казались неуместными, его внимание обращалось на это само по себе.

Он нашел его. Гоблина. Их кожа обычно была желтовато-зеленой. Руины были покрыты мхом, плющом и виноградной лозой, что обеспечивало некоторую степень маскировки. Но они все равно выделялись, когда передвигались.

Справа впереди, метрах в тридцати, были большие двухэтажные развалины. Первый этаж был прочным. Второй этаж был наполовину разрушен, как будто это была какая-то сильно разрушенная терраса.

Харухиро прижался спиной к внешней стене ближайших руин и осмотрел террасу. Теперь там было два гоблина. Они сидели в тени квадратного предмета мебели, лежавшего на боку, изредка высунувшись из-за него.

Только эти двое? Нет. Две трети второго этажа превратились в террасу, но у оставшейся трети остались потолок и стены. Там тоже была лестница.

Один гоблин поднялся по лестнице. Он пытался объединиться с парой выше? Он сохранял низкую осанку, бросаясь в тень от мебели.

Харухиро направился к позиции гоблинов. Гоблины на террасе внимательно следили за своим окружением. Ему тоже нужно было быть немного осторожным.

Он дошел до руин. Терраса второго этажа была над головой Харухиро. Стена была покрыта плющом. Примерно в трех метрах от него было единственное окно. Он попытался приблизиться к нему.

Он слышал голоса. Голоса гоблинов. Внутри руин разговаривали гоблины. Их двое или трое? Может быть ещё один?

Он заглянул в окно в здание. Это была большая комната. Сзади была лестница. Он увидел шесть, семь - восемь гоблинов.

Один спустился по лестнице. Другой гоблин поднялся на его место.

Табурет, нет, стол? Один из гоблинов сидел на столе. Один только этот гоблин выглядел так, будто у него было лучшее оборудование. Оно было несколько неподходящим, но всё же было медным, и на нем даже был шлем. Доспехи и шлем сверкали. Должно быть, он их тщательно отполировал. На его поясе висело несколько кинжалов, вероятно, четыре, а за спиной висел длинный меч.

« Это лидер », подумал Харухиро. Остальные явно подчинялись ему.

В дополнение к гоблину в шлеме было ещё четыре гоблина с арбалетами. Гоблины с арбалетами требовали осторожности. Даже когда здесь Мерри, доставить арбалетную стрелу в жизненно важное место всё равно будет плохой новостью.

Харухиро прошел ещё метров пять или около того по стене. Это выглядело как вход и выход. Двери не было. Это была простая дыра, высокая и тонкая. Были признаки недавно вырубленного плюща.

Он заглянул в проход. Очень далеко. Гоблин в шлеме находился в семи-восьми метрах от него. Окно было ближе. Даже там было пять метров, и они, очевидно, заметят, если он войдет через окно.

Харухиро решил взобраться на стену в том месте, где у второго этажа остались стены и потолок. Это было похоже на хорошее место. Плющ не выдержал бы веса Харухиро. Он оборвался бы. Используя выступы каменной кладки в качестве опоры для рук и ног, он быстро поднялся на крышу второго этажа.

Крыша была черепичной. Харухиро пополз вперед, стараясь не сломать её. Он посмотрел на террасу. Был ли квадратный предмет мебели комодом? Трое гоблинов сгрудились в его тени.

Один гоблин высунул голову из-за комода. Он огляделся, затем снова быстро пригнулся.

Эти гоблины были наблюдателями. Наверное, там всегда было двое, а ещё один был посыльным. Всего трое, да?

Если бы их было всего двое, он мог бы убить их обоих одновременно. Третий поднял бы шума. Гоблины внизу заметят, что что-то не так. Не хорошо.

Гоблины-наблюдатели обращали внимание только на вещи за пределами этих руин. Он не мог прикончить сразу всех троих. Но на самом деле ему не нужно было устранять наблюдателей. Верно. Это сработает.

Харухиро развернулся и спустился по стене на пол террасы.

Один гоблин высунул голову из-за комода и беспокойно огляделся. Но он вообще не заметил Харухиро.

Харухиро направился к лестнице. Сторожевые гоблины всё ещё не заметили его. Также не было видно, чтобы кто-то поднимался по лестнице.

Харухиро спустился по лестнице, его рука взялась за рукоять кинжала. Посередине была площадка. Даже не спускаясь так далеко, если бы он присел, он мог бы смотреть на первый этаж.

Это было примерно в двух метрах от подножия лестницы на первом этаже до места, где находился гоблин в шлеме. Четыре штуки арбалета были близко к столу, а остальные четыре - немного дальше.

Гоблин в шлеме что-то сказал, а гоблины с арбалетами испустили звук, похожий на смех. Затем засмеялись и захлопали и другие гоблины. Да, гоблин в шлеме определенно был лидером. Гоблины с арбалетами были его ближайшими последователями, а другие гоблины, вероятно, были в рабстве. Динамика власти была очевидна.

Харухиро вытащил кинжал. Он знал, что ему нужно делать. Или, может быть, было бы точнее сказать, что он это видел. Видео разыгралось у него в голове. Харухиро просто должен был последовать этому.

Он спустился по лестнице. Он скоро будет на площадке.

Гоблин в шлеме снова что-то сказал. Гоблины засмеялись.

Он миновал площадку и спустился дальше.

Гоблин в шлеме был обращен к нему правой стороной. У двух арбалетных гоблинов, должно быть, был и Харухиро в поле зрения. Они должны были видеть его, но им никогда не приходило в голову, что Харухиро будет там, а они всё ещё не заметили. Но могли в любой момент.

Он спустился вниз по лестнице. Гоблин в шлеме был практически прямо перед ним.

« Если я сейчас остановлюсь, я обязательно всё испорчу ».

Эта мысль заставила его застыть. Он продолжал двигаться.

Харухиро попытался обойти гоблина в шлеме. Оставалось всего два шага, как один из гоблинов с арбалетом заметил его. Он смотрел на него выпученными глазами. Его заметили.

Он решил подумать, « Что, мне конец? » Паника была бы худшим, что он мог сделать. Ему нужно было либо внести залог сейчас, либо довести дело до конца, и он не мог откладывать.

Харухиро прыгнул на гоблина в шлеме. Он обнял его сзади левой рукой за шею. Шлем был слишком велик для этого гоблина и легко соскользнул в сторону. Открыв шею, он воткнул в него кинжал, который держал в руке. Как раз перед этим гоблин в шлеме начал метаться. Было слишком поздно.

Держа в левой руке гоблина в шлеме, который мгновенно умер, Харухиро рванул к выходу.

Один из арбалетчиков направил свое оружие на Харухиро. Он планировал использовать гоблина в шлеме как живой щит, если тот выстрелит. Это не так.

Гоблины начали сильно шуметь. К этому моменту Харухиро уже был снаружи.

Выбросив труп гоблина в шлеме, он побежал к тому месту, где забрался на второй этаж ранее. Гоблины с арбалетами вылетели из руин, преследуя Харухиро. Но он уже карабкался по стене, сжимая во рту кинжал. Гоблины не смогли найти Харухиро.

Он забрался на крышу второго этажа. Гоблины на террасе смотрели вниз и визжали, пытаясь понять, что происходит. Они были сбиты с толку и запаниковали. Это облегчило задачу.

Он упал на террасу. Кинжал, пронзивший спину гоблина-наблюдателя, мгновенно убив его. Другая смотровая площадка склонилась над краем террасы. Харухиро скинул его, затем схватился с оставшимся гоблином и перерезал ему горло.

Наблюдатель закричал. — Gyah! — он упал на улицу внизу, но это был только второй этаж. С земли он быстро вскочил на ноги и посмотрел на Харухиро.

— Ngyahgwoah!

Он понятия не имел, о чем тот на самом деле говорил, но предположил, что это означало что-то вроде, « Это враг! Он здесь! ».

Два гоблина с арбалетами прицелились в Харухиро. Он спустился в тот момент, когда к нему полетели болты. Снаряды пролетели над его головой. За ними сразу последовали ещё два. У болтов, выпущенных снизу, не было никаких шансов поразить Харухиро на террасе.

Кричали гоблины с арбалетами. Судя по издаваемым ими звукам, несколько гоблинов помчались обратно в руины. Они поднимались по лестнице, намереваясь напасть на Харухиро на террасе.

Харухиро вскочил на ноги и тут же бросился с террасы. Внизу было три гоблина с арбалетами. Другой был внутри руин с другими гоблинами?

Приземлившись, он приблизился к цели с арбалетом. Он выглядел ужасно удивленным. Когда он занял позицию, чтобы сразиться с ним, гоблин не повернул арбалет, а направил его вперед, пытаясь защитить себя. Он был абсолютно напуган и готов бежать.

Харухиро не справился с этим; Вместо этого он схватил арбалет левой рукой. Гоблин с арбалетом рефлекторно притянул арбалет ближе, пытаясь помешать ему схватить его. Когда Харухиро отпустил его, гоблин с арбалетом упал вперёд. Теперь, когда он потерял равновесие, спина гоблина была открыта, и он смог без труда воткнуть в него кинжал.

По какой-то причине он знал, какие удары будут смертельными, под каким углом и насколько глубоко, как будто это было его второй натурой. Это казалось запутанным даже ему, но облегчило жизнь.

Остались два гоблина с арбалетами. Один сбежал в развалины. Другой бросил в него арбалет. Он увернулся от приближающегося оружия, затем приблизился к гоблину.

Попав ладонью в челюсть гоблина с арбалетом, он с треском выбил из-под него ноги. После удара по горлу гоблин не мог дышать. Кровь текла из сонной артерии. Теперь ждала только смерть.

Он прыгнул в развалины, а убежавший гоблин с арбалетом оказался там, обращенной от него. Он набросился на него и воткнул кинжал в жизненно важную точку на его спине.

Остался только один гоблин с арбалетом. Остальные четыре гоблина были на полпути вверх по лестнице, преследуя его. Они обернулись. Громко завизжали. Они были ужасно запаникованы. Они боялись Харухиро.

Конечно, боялись. Он был пропитан гоблинской кровью с ног до головы. Возможно, он сделал это по необходимости, но гоблины этому не поверили. Появился массовый убийца-человек, который убивал своих товарищей одного за другим. В глазах гоблина Харухиро, должно быть, был чудовищем.

Он солгал бы, если бы сказал, что это немного не повредило. Но он не мог от них отказаться. Харухиро преследовал гоблина с арбалетом. Его ноги, должно быть, вышли из строя, потому что он упал, когда приземлился.

— ...Чёрт.

Харухиро выхватил арбалет и ударил его ногой по прикладу.

— Оставьте нас в покое. Вы, ребята, тоже не хотите умирать?

Что бы он ни сказал, они не поймут. Но хотя они не говорили на его языке, он все же надеялся, что угроза сработает.

Всё ещё держа арбалет, Харухиро повернулся спиной к нему.

Гоблин с арбалетом не двигался. Остальные гоблины наверху тоже остались на месте.

Достигнув выхода, Харухиро снова повернулся к ним. Гоблин с арбалетом и другие гоблины посмотрели на него. Все дрожали.

Харухиро швырнул арбалет на пол, и все гоблины подпрыгнули. Он, наверное, достаточно их запугал. Он на это надеялся. Если бы он этого не сделал, ему пришлось бы убить больше. Он хотел избежать этого, насколько это возможно.

— ...Не то чтобы я имел право говорить, что не хочу убивать после всего, что я сделал.

Харухиро покинул руины. Он отошел и наблюдал с близкого расстояния. Гоблины ещё не выходили. Он не видел гоблинов на втором этаже террасы. Неужели они думали, что он снаружи ждет, чтобы устроить им засаду?

— Я переборщил...?

Харухиро поспешил обратно к своим товарищам. Он мог сказать, что они уже уладили дела со своей стороны.

Похоже, всё в порядке. Мертвых лежало более десяти гоблинов. Большинство из них было разрублены большой катаной Кузаку.

— Хорошая работа, приятель. — сказал Кузаку. Он вел себя ужасно весело и небрежно, учитывая, что он кровавее Харухиро. Это было немного обескураживающе.

— Ну, я не знаю, могу ли я назвать это хорошей работой.

— Гоблины Старого Города просто не могут дать достойного сражения. Может, я слишком силен?

— Не дерзи, дурак. — Сетора ткнула Кузаку в плечо.

— Нет, я пошутил же, хорошо?

— Если ты шутишь, то пусть это звучит как шутка.

— Он такой глупый Билли, не так ли? — вскричала Хиёму. Кузаку выглядел обиженным.

— Я не хочу слышать этого от тебя...

Нил слабо улыбался. Похоже, он хотел согласиться. Даже если его положение означало, что он должен был быть внимательным к чувствам Хиёму, он должен был быть сытым по горло.

— Как ты справился? — спросила Мерри Харухиро. Харухиро рефлекторно кивнул, но не хотел вдаваться в подробности.

— ...Я устранил того, что, как я полагаю, было их лидером. Давайте двигаться дальше.

— Киити!

Когда Сетора окликнула его по имени, Киити проворно спрыгнул с вершины разрушенного здания.

Харухиро глубоко вздохнул. Ему нужно было снова стать серьезным. Он отогнал банду, которую вел гоблин в шлеме. Но это было всё. Другие группы всё еще могут атаковать их.

К нему подошла Мерри. Он подумал, что она может спросить, «Ты в порядке?» Если она спросит, то он ответит, что, очевидно, в порядке. Но это было не так.

Мерри схватила Харухиро за левую руку и проверила его запястье.

— Магия иссякла.

— ...Ох. Да, это так.

Мерри применяла поддерживающие магические заклинания бога Света Лумиариса «Защита» и «Поддержка» на Харухиро, Кузаку, Сеторе и ей самой, а также Хиёму и Нилом в качестве шести целей. После применения эффект длился около тридцати минут, поэтому Мерри перед этим использовала его снова.

Две гексаграммы разных цветов всё ещё сияли на левом запястье Мерри. Похоже, они были у Кузаку и у остальных. Очевидно, магия исчезла, потому что Харухиро слишком далеко отошел от Мерри.

— Я наложу их снова.

Мерри всё ещё держала Харухиро за запястье, когда она сделала знак гексаграммы пальцами своей противоположной руки.

— О Свет, да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса... Защита-Поддержка.

Пока он смотрел, на запястье Харухиро загорелись две гексаграммы.

Мгновенно его тело и сердце стало легче. Он не знал, что магия Мерри влияет и на сердце.

— Спасибо.

— Не думай об этом. — Мерри улыбнулась.

« А? » подозрительно подумал Харухиро. « Что это? У меня странное ощущение в груди. »

« Это больно ».

Было не холодно, но мурашки по коже. В затылке у него зашуршал. У него перехватило горло, и он не мог говорить.

— Что случилось? — Мерри склонила голову набок.

« Нет, ничего », хотел он сказать, но его рот безуспешно хлопал, не в силах подобрать слова.

— Ах! — Мерри отпустила запястье Харухиро и опустила голову. Её щеки вспыхнули. Её уши были красными. — Извини. — тихо извинилась Мерри, дергая себя за волосы. — Я просто... просто проверяла. Вот и всё. Правда.

— ...Ага.

Харухиро тоже опустил глаза. Мерри торопливо произносила слова, словно извиняясь, но почему? Честно говоря, он не знал. И не только Мерри. Он тоже был изрядно взволнован. Почему он так запаниковал?

Он не мог выбросить из головы её застенчивое выражение. Конечно, нет. Она была прямо перед его глазами. Если он хоть немного приподнимет глаза, то сможет увидеть всё, что ему нужно.

« Но я не могу смотреть ».

« Мое сердце бешено колотится ».

« Это плохо, правда? В этом состоянии я нахожусь. Мне нужно успокоиться. Если я не прочищу голову, мы не сможем двигаться дальше ».

« Что со мной случилось? »

« Кто-нибудь, скажите мне, прошу ».

« Не то чтобы я мог кого-то спросить ».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

8. Опытная и Опасная Дева Сумерек

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро был стеной.

Метафорически, конечно. Был ли он потолком, окном, колонной или стеной? Он чувствовал себя своего рода стеной, но не в буквальном смысле. Настоящая стена здесь была той, к которой он прижался, затаив дыхание.

Хотя, говоря о стене, это не была деревянная стена, каменная стена или даже земляная стена. Нет, не совсем земляная стена, это было ясно, но, вероятно, она была сделана из земляного материала. Они использовали какую-то особую грязь? Или что-нибудь смешанную с грязью? Она была покрыта мхом и к тому же довольно твердой. Он попытался проткнуть её своим кинжалом, но он не мог проникнуть в неё очень хорошо, так что было бы справедливо сказать, что это было действительно сложно. По крайней мере, почти как скала.

Эта стена, отделявшая Старый Город Дамуро от Нового Города, была всего от четырех до пяти метров в высоту, но не имела неровной поверхности каменной стены, что затрудняло подъем. Хотя, если бы у него была лестница или другие инструменты, это была бы другая история. Однако были места, где стена вздымалась, и в этих местах было несколько дырок. Очевидно, это были сторожевые башни. Он не был уверен, было ли это всегда, но предположительно там находились гоблины. Вдобавок к этому по стене ходили вооруженные гоблины. Если бы он попытался его взобраться, его наверняка сразу же нашли бы.

Были места, где можно было войти или выйти.

Харухиро лично заметил три деревянных ворот со стальным каркасом, которые были вставлены в ямы, вырытые в стене.

Однако у каждых ворот всегда было много гоблинов, и было ясно, что они их охраняют. Если они собирались войти через ворота, то придется пробираться грубой силой. Возможно, это и не было невозможным, но это было всё равно, что разбудить осиное гнездо. Наверное, не лучшая идея.

Его товарищи ждали поблизости в одном из относительно уцелевших развалин Старого Города. Харухиро и Нил разошлись на разведку вскоре после полудня, и уже были сумерки.

Харухиро всё ещё не мог найти способ проникнуть в Новый Город.

Из-за низкой стены побег должен быть легким. С другой стороны, войти незамеченным было бы невероятно сложно.

Разве не то же самое с гоблинами? Если они покинут Новый Город и станут гоблинами Старого Города, у них практически не будет возможности вернуться. В дни стажировки Харухиро и другие Солдаты-Добровольцы, подобные ему, убивали этих гоблинов, чтобы свести концы с концами. Он всё ещё разбирался в своих чувствах по этому поводу.

Помимо этого, он хотел посмотреть, что произойдет, когда стемнеет. Вот почему Харухиро стал одним целым со стеной и теперь ждал заката.

Даже когда он стоял, над ним ходили гоблины, но его не обнаружили. Дело не в том, что гоблины-наблюдатели были особенно невнимательны, просто всё было так, как будто вор превратился в стену.

В конце концов, солнце село.

С каждым мгновением местность становилась всё темнее.

Из сторожевых вышек начал течь свет. Они, должно быть, зажгли огонь внутри. Гоблины, патрулирующие стены наверху, носили факелы или что-то подобное.

Харухиро на время отошел от стены, широко наблюдая за Новым Городом из Старого. Сторожевые башни обычно располагались на расстоянии от 30 до 40 метров друг от друга. Патрулирующих гоблинов было не так уж много, но и их было немного. На первый взгляд, это выглядело так, будто они были каждые пятьдесят метров или около того. Нет, ни одного. Похоже, в патруле было два гоблина. Когда было светло, этого не было. Изменилось ли что-то после наступления темноты?

Он увидел, как патрули остановились, а затем направили свои факелы в сторону Старого Города. Они относились к своей работе более серьезно, чем он ожидал.

— ...Это тяжко.

Если бы Харухиро был один, для него не было бы невозможным проникнуть в Новый Город. Он ждал, пока поблизости не будет гоблинского патруля, а затем быстро перелезал через стену посередине между двумя сторожевыми башнями. Вероятно, ему понадобятся какие-то инструменты. Лестница, а может платформа.

Однако, поднявшись наверх, он оставит этот инструмент в Старом Городе. Его инструмент нужно было настроить, а затем снять. Ему нужна была чья-то помощь. Значит ли это, что в конце концов он не сможет сделать это один?

Харухиро направился к развалинам, где его ждали его товарищи. Когда он прибыл, Нил уже вернулся. Остальная часть группы сидела в кругу вокруг лампы с капюшоном, поставленной на землю.

— Это безнадежно.

Как бы он ни ненавидел его, Харухиро был вынужден согласиться с Нилом.

— Я думаю, нам следует отказаться от попыток переправить всех в Новый Город. Если мы пойдем, нас должно быть немного. Им понадобится помощь. Проще всего было с лестницей, но, если Кузаку поможет мне, я смогу перебраться через стену.

— Нет, если мы пойдем. — сказала Хиёму, щелкая языком. — Мы должны идти, у нас нет другого выбора. Итак, мы идем. Вы всё ещёёёёёёё этого не понимаете? Если нет, разве вы не невероятно глупы?

Никто не сказал ни слова.

Очевидно, Харухиро был расстроен. Все должны были быть растроены. Но реагировать на всё сказанное Хиёму было утомительно.

— Честно говоря, вы, ребята, просто бесполезны...

Хиёму потерла бедро, ворча. У Харухиро и его группы были наплечные сумки с переносными пайками, бурдюками и многим другим. Но у Хиёму было ужасно легкое снаряжение, с единственным маленьким мешочком, обернутым вокруг её бедра.

Она достала из мешочка сложенный лист бумаги и разложила его рядом с лампой.

— Карта? — прошептала Сетора.

— Разве это не очевидно? — Хиёму впилась взглядом в Сетору. Может быть, дело не столько в том, что её личность внезапно ухудшилась, сколько в том, что она была раздражена? Мерри наклонилась и посмотрела на карту.

— Это... Новый Город?

— Хм. — Кузаку прищурился, склонив голову набок. — Трудно увидеть.

— Тогда не смотри. Ты так раздражаешь, дурак. — Хиёму вздохнула. — Ты видишь её? Это единственная существующая карта Нового Города Дамуро, ладно? Постарайся быть немного более благодарным, даже если всё, что у тебя есть, - это твой рост, и ты даже не можешь использовать его должным образом. Ты извращенец с проблемой преждевременной эякуляции.

— Разве это не было лишним для...?

— Если ты не хочешь оскорблений, почему бы тебе не зажать свой ротик?

— Хорошо, я сейчас же заткнусь.

— Пожалуйста, давно пора.

— Ты меня бесишь, знаешь?

— Разве ты не собирался заткнуться?

— Уже заткнулся!

« Вы дети? »

Харухиро посмотрел на карту. Это правда, что читать было нелегко. Сама бумага была старая и изношенная, а линии и текст блеклые. Но вдобавок масштаб был произвольным. Вероятно, были сделаны значительные сокращения, и он был деформирован различными способами. Он подозревал, что это неточно, и в основном он сосредоточился на относительном расположении ориентиров.

— Её нарисовали может быть... лет двадцать назад? — пробормотала Хиёму.

— Двадцать лет... — тихо сказала Мерри. Хиёму проигнорировала её и продолжила.

— Была большая группа, которая планировала захватить Новый Город Дамуро. Старый Город, как вы знаете, удобен для новичков в охотничьих угодьях, а Новый Город - это нетронутая территория для Солдат-Добровольцев. Если бы так близко от того места, где вы жили, была такая прекрасная новая граница, вам пришлось быть трусливым, но в то же время бесчувственным, чтобы даже не пытаться бросить этому вызов. Итак... эта невероятная группа блестяще проникла в Новый Город, и они сделали эту карту.

Харухиро взглянул на Хиёму вскинутыми глазами. Хиёму пристально смотрела на карту. Она казалась ужасно озабоченной складками на нем. Хиёму снова и снова провела пальцами по складкам.

— Очевидно, с тех пор многое изменилось. В конце концов, прошло уже двадцать лет. Во всяком случае, не скоро. Эта великая группа создала пять баз в Новом Городе и путешествовала между ними во время исследования, но...

Указательный палец Хиёму двигался по поверхности карты, указывая на звезду. Были ещё четыре звезды. Всего пять.

— Кто знает, правда? Может, нам повезет, если останется хоть один из них?

Сетора указала на похожую на гору фигуру примерно в центре карты.

— Что это?

Хиёму взглянула на Сетору.

— Ахсвасин *. В переводе на человеческий язык это будет «Высшие Небеса». Могадо находится на Высших Небесах. Кстати, Могадо - это то, что гоблины называют своим королем. Так что, по сути, Высшие Небеса - это замок.

— Поняла. — Сетора коснулась области в левом нижнем углу карты, которая была стерта. — Тогда что это?

— Охдонго. *

Когда Хиёму ответила ей, Кузаку склонил голову набок. — ... Ох, бонго?

Харухиро прижал руку ко лбу и вздохнул. — Ну ты даешь...

— Нет, я вроде как знал, хорошо? Я знал, что дело не в этом. Но вот как мне это показалось.

— В конце концов, эти гоблины говорят на грубом языке, полном гортанных звуков. — сказала Хиёму, нахмурившись, затем фыркнула. — Охдонго. Оно означает «Глубочайшая Долина». * Говорят, что именно там живут уготы. * Уготы, ну... как мудрецы? Они же разумные гоблины.

Само собой разумеется, что люди и гоблины были разными. Они были двуногими. Они были ловкими и могли пользоваться инструментами руками. Они были социальными существами. Но несмотря на эти общие черты, они были совершенно другой расой.

Гоблины всё ещё были на несколько порядков ниже людей. Харухиро, должно быть, был не единственным человеком, который видел их такими. В конце концов, Хиёму назвала их язык грубым. Люди, естественно, даже не сомневаясь, смотрели на гоблинов свысока.

— Вы этого не знаете, даже такие Солдаты-Добровольцы, как Сома, не знают, но уготы могут говорить на человеческом языке.

Глаза Харухиро расширились.

— ...Человеческий язык?

— Верно. — Хиёму рассмеялась, глядя на Харухиро. — Давай, подумай об этом. Когда остатки Королевства Арабакия бежали к югу от Гор Тенрю, и Дамуро стал территорией гоблинов, это было примерно сто сорок лет назад. Затем умер Бессмертный Король, несмотря на то, что якобы был бессмертным, или что бы это ни случилось, сто, ну, может быть, сто пять лет назад. Королевство Арабакия начало надеяться на возвращение.

— Они построили Альтерну… — пробормотала Мерри, и Сетора нахмурилась, почесывая Киити горло.

— Как? Дамуро находится примерно в двух шагах от Альтерны. Гоблины видели в людях из Королевства Арабакия врагов, не так ли?

Кузаку скрестил руки на груди и застонал.

— Можно было подумать, что они попытались бы встать у нас на пути. Это было бы невозможно, если бы сначала не уничтожили гоблинов, не так ли?

— Ха! — Хиёму засмеялась. — Так бы и подумал мускулистый.

— Да, я знаю, что я просто тупица... — мрачно сказал Кузаку.

« Не воспринимай это в серьёз », Харухиро подумал, но отложил это в сторону, чтобы подумать о проблеме Альтерны.

— ...Уготы. Они же гоблины, говорящие на человеческом языке. Люди построили Альтерну без помех... Они избегали сражений? Потому что люди и гоблины пришли к соглашению...?

— Должно быть, они выиграли. — тихо сказала Сетора. — И если гоблины что-то получат от того, что не нападут на людей, естественным предположением будет то, что люди дали им что-то взамен.

— Это никуда не годится, раз уж вы все такие идиоты. Позвольте мне помочь вам. — Хиёму ухмыльнулась Сеторе, затем сунула руку в сумку на бедре.

— А...?!

Глаза Кузаку выкатились. Харухиро тоже был шокирован.

Он узнал нож, который вытащила из сумки Хиёму. Это был тот нож. Тот, что был у лидера гоблинов, некогда оккупировавших Альтерну, Вице-Короля Богга. Он полностью был сделан из красного металла. Красный нож Богга легко перерезал горло Дилану Стоуну, командиру рейдовой группы.

Однако, хотя он и называл его ножом, лезвие было около трех сантиметров в поперечнике, и на нем была прочная рукоятка. Если сравнить с луком, то он должен был быть длиной добрых сорок пять сантиметров.

« Поместился? Этот нож? В сумке на поясе Хиёму? » подумал Харухиро. Может быть, было бы невозможно запихнуть его внутрь. Но было трудно представить, чтобы это было удобно.

— Этот мешочек... — спросила Мерри с осторожным выражением лица, и Хиёму похлопала по мешочку с пониманием.

— Ах, очевидно, это тоже реликвия моего Мастера. Невероятная вместимость этой вещи очень удобна. Завидуешь? Что ж, я не отдам его тебе, не одолжу тебе или даже не позволю тебе прикоснуться к нему хоть на мгновение. Поняла? Прикоснешься хоть к нему пальцем, и ты труп, поняла?

— Реликвии действительно классные, да...? — Кузаку был явно впечатлен. Какой простой парень.

— Настолько потрясающе, что это просто смешно. — голос Хиёму звучал так же самоуверенно, как и всегда. — Просто для ясности, этот нож не реликвия, ясно?

— Значит, он просто сделан из редкого металла?

Когда Сетора спросила, Хиёму взмахнула ножом и кивнула.

— Похоже на то. Давным-давно в Королевстве Арабакия его называли хи'ирогане. Не знаю, из чего он сделан, но, если сплавить несколько металлов, добытых в Горах Тенрю, он даст такой красный сплав.

— Однако он, конечно, красив. — Кузаку кивнул. — Он действительно выделяется, да? Итак, Королевство Арабакия сделало его... Как его там? Пирог Ани?

— Хи'ирогане.

Когда Харухиро поправил его, Кузаку почесал в затылке.

— Точно-точно. Хи'ирогане, хи'ирогане. Он что? Огненного цвета? Итак, металл алый, да?

— Они... — глаза Сеторы слегка сузились. — Отдали их гоблинам?

— Другая теория заключается в том, что всё это время он был спрятан в Дамуро. — Хиёму повернула нож и поиграла им. Это не выглядело опасным. Она к этому привыкла. — Возможно, они только что рассказали, где это было. Но в любом случае редкий и ценный хи'ирогане, который можно было найти только в Дамуро, попал в руки гоблинов.

— Хммм...

На лице Кузаку появилось выражение «Ну и что с того?». Хиёму над ним посмеялась.

— Вы, ребята, с вашим недостатком воображения, возможно, этого не поймете, но для гоблинов это было глупо большим делом. Это низшая раса. И позвольте мне пояснить, что это не мое личное мнение. Многие расы, не только люди, смотрели на гоблинов свысока. Эльфы, гномы и даже орки и кобольды видели в гоблинах простых животных. Хотя даже сейчас это могло не сильно измениться. Я имею в виду, они только на волосок бьют обезьян. Ох, но у гоблинов гладкая кожа, поэтому, может быть, странно говорить, что они бьют их за волосы, когда они менее волосатые? Что ж, это всего лишь метафора.

У этих гоблинов была монополия на ценные, ограниченные поставки хи'ирогане. Этот факт, должно быть, был для гоблинов гораздо важнее, чем предполагал Харухиро.

Кузаку ударил кулаком по ладони.

— Ох, я понял! Вот почему только важные гоблины использовали оружие и доспехи из хи'ирогана. Это символ власти? Или что-то того...?

— Молодец. — сияющая улыбка Хиёму была жуткой. — Хочешь поглажу по головке?

— Нет, спасибо...

— Когда ты так говоришь, я просто хочу больше тебя погладить. Нуффухухух.

— Хорошо, давай, тогда попробуй.

— Лааааааадно. — Хиёму протянул руку и похлопал Кузаку по голове. — Пирожок, пирожок, пирожок, пирожок».

— Прекрати!

Когда Кузаку убрал её руку, Хиёму усмехнулась. Если к этому моменту это не было очевидно, то её личность была настолько испорченной, что это было страшно.

— Я понимаю, в этом есть смысл. — страшно было и то, насколько спокойна Сетора.

— Наша козырная карта в переговорах - хи'ирогане, да? Мы возвращаем хи'роганское снаряжение, которое мы добыли у гоблинов в Альтерне. Взамен они работают с нами. Разве это не слабовато?

Хиёму хлопнула себя по груди одной рукой.

— Я веду переговоры. Вам не нужно об этом думать. Вы просто делаете свою работу, и у вас всё хорошо. Наша цель - проникнуть в Новый Город. Затем, чтобы связаться с уготом, с которым мы сможем поговорить.

Харухиро указал на затемненный участок карты.

— Охдонго. Глубочайшая Долина. ...Это единственное место, где живут уготы?

Хиёму покачала головой.

— В Ахсвасине тоже есть несколько. Похоже, они служат Могадо в качестве советников.

Мерри опустила глаза.

— У нас нет выбора, кроме как найти путь внутрь одного из этих двух мест...

Кузаку застонал и склонил голову набок.

— А мы не можем просто вальсировать, размахивая ножом хи’роганэ? Даже самые мелкие гоблины знают, что это такое, верно? Разве они не скажут, «Ох, у этого человека есть хи’ирогане! Расскажите важному человеку, подождите, нет, важному гоблину!?

— Если ты спросишь Хиё...

Хиёму начала называть себя Хиё. Разве она не была Хиёму? Имело ли это значение?

— Я готова поспорить, «Это же хи'ирогане! Все заберите его! В атаку!». Вы должны помнить, что, что бы мы ни говорили, они не пойму нас. Гоблины - наши враги. Если мы столкнемся с кем-нибудь, кроме угота, это будет смертельный бой. Это то, что мы должны предположить.

— Вот почему это было безумием с самого начала. Заключение союза с гоблинами... - пробормотал Кузаку.

Хиё посмотрела на Кузаку. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого фыркнула.

Хиё ни в коем случае не была оптимистична по этому поводу. Это могло означать. Или, возможно, её Мастер, тот, кто контролировал Запретную Башню, двигался по необходимости.

— Даже если это безумие или что-то ещё, мы сделаем это. — Хиё продолжала кусать и облизывать губы. — Мастер отдал приказ, веря, что Хиё справится с этим. Это не было чем-то вроде типа «Ничего страшного, если ты напортачишь». Есть шанс на успех. Огромный. В любом случае, нам просто нужно встретить угота... Если мы не сможем добраться до Нового Города, тогда...

У неё не было выбора. И Харухиро тоже. Было почти наверняка, что генерал Джин Могис держал Шихору под стражей. Если группа не покажет результатов, генерал, вероятно, причинит ей боль.

— ...Я могу попасть в Новый Город. Если Кузаку поможет, мне, вероятно, не понадобятся никакие инструменты.

— Для меня не будет невозможным тоже проникнуть внутрь. — Нил, который всё это время молчал, казалось, не был удивлен такой перспективой.

— А для меня будет. — сказала Сетора. — но я уверена, что Киити сможет пойти с вами. Ньяас может оказаться более полезным, чем человек.

Харухиро посмотрел на Хиё. Хиё посмотрел на него острым взглядом, который, казалось, говорил, « Что? Что такое? Хочешь сдохнуть, панк? ».

— ...Что ж, за работу. Хиё тоже идёт. В конце концов, я ведь раньше была Вором.

— Ох... Была Вором?

— Я начинала как Паладин, ненадолго проработала Вором, а закончила как Воин. Что с того?

— Паладин... — пробормоталf Мерри. Челюсть Кузаку отвисла.

— ...Воин? Серьёзно?

— Э-Это всё в прошлом. Прошлом. — Хиё покраснела. Чего она смущалась? — В наши дни, как видите, я просто невероятная красавица. Но в моей жизни было время, когда я была такой. Я ненавидела это. Хиё - Паладин, Вор и Воин? Это не смешно...

Хиё, вероятно, через многое пришлось пройти, но Харухиро это не волновало. Любое любопытство, которое у него могло возникнуть, сдерживалось его внутренней ненавистью к ней.

— Так это ты сделала карту двадцать лет назад, верно?

Когда Харухиро спросил, на лице Хиё появилось ужасное выражение.

— Но Хиё ни слова не сказала об этом?

— ...Ну, это не имеет значения.

— Кроме того, если ты с этого момента не назовешь меня Хиё, ты гарантированно пожалеешь об этом.

— Понятно... Хиё.

— Что случилось, Хару-кун?

Харухиро закрыл глаза. Он глубоко вздохнул. Он всё ещё был расстроен, но это помогло ему немного успокоиться. Это было не из-за чего так злиться. Он понял это, когда подумал об этом с ясной головой, но всё ещё был зол.

Хиё была гением, когда дело касалось домогательства к людям. Харухиро был очень осторожен, но даже в этом случае ему было трудно иметь с ней дело.

— ...Это опыт, который приходит с возрастом? — пробормотал он себе под нос, и Хиё впилась в него взглядом.

— Ты только что сказал что-нибудь?

— Кто знает. Я так не думаю. Ты разве что-то слышала? Может, тебе посылшалось?

— Хмф! — Хиё посмотрела в сторону.

С первого взгляда Хиё выглядела как девочка в возрасте от среднего до позднего подросткового возраста. Но только на первый взгляд. Если вы посмотрите на её телосложение, её одежду и её прическу, вы можете подумать, что она всего лишь настолько стара. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что она старше. Он вспомнил, что говорила о ней Барбара-Сенсей. Женщина, которая любит вести себя моложе, чем она есть на самом деле. Она никак не могла быть подростком. На вид ей было лет двадцать. С половиной, не меньше. Может, даже больше. Если бы вы искали в нужных местах, она могла бы быть даже старше.

Было бы уместно сказать, что она была «неопределенного возраста». Форма её лица, то, как она наносила макияж, её наряд, её телосложение, её интонация, её выбор слов, её жесты - всё это не соответствовало друг другу. Никто из них не чувствовал себя частью этого человека по имени Хиё. Это было неестественно. Она очень много работала, чтобы быть такой, не так ли? Играет роль человека по имени Хиё. Если да, то почему?

Харухиро не знал. Но разве он не был обязан узнавать больше о Хиё, даже если он лично этого не хотел?

Хиё им не друг. Откровенно говоря, было справедливо назвать её врагом.

Без досконального знания своего соперника он не мог получить преимущество. Да. Это была битва. Но что за битва? Харухиро даже в этом не был уверен.

Он не мог оставить всё как есть. Если бы он не вложил в это всерьез всё, что у него было, Хиё, хозяин Запретной Башни, и генерал Джин Могис использовали бы его, а затем выбросили бы.

— Если карте двадцать лет, мы не должны на неё полагаться. Думаю, нам следует начать с того, что я, Киити, Нил и Хиё войдем в Новый Город и подтвердим местонахождение Охдонго и Ахсвасин, одновременно проверив, насколько текущая ситуация отличается от того, что указано на карте. Надеюсь, хоть одна из этих баз всё ещё существует. Давайте это и проверим.

— Похоже, нам придется подождать пока здесь... — Кузаку в ужасе нахмурился. Он выглядел очень разочарованным.

— Есть ли какие-нибудь дыры, через которые мы могли бы проскользнуть? — спросил Нил Хиё.

— Сомневаюсь. Охрана вокруг Нового Города тогда была не такой строгой... — пробормотала Хиё про себя, а затем внезапно запаниковала. — Х-Х-Хиё ничего об этом не знает! Не около двадцати лет назад! Ни за что, ладно! Я только слышала слухи! Слухи!

— А?! — Кузаку прикрыл рот руками. — Подождите, великая команда, которая сделала эту карту двадцать лет назад, была твоей?! Да и сколько тебе лет?!

— ...Не мог бы ты быть медленнее в понимании?

Сетора не пыталась скрыть презрение в взгляде, которым она одарила Кузаку. Глаза Мерри были такими же холодны.

— Я не думаю, что тебе следует спрашивать, её возраст...

— Нет, серьезно, разве это не загадка? А? Не уж то только мне интересно? Не может быть...?

Хиё внезапно ударила ножом по карте.

— Ты хочешь знать, что тааааак плохо спрашивать?

Она улыбалась.

Но это не коснулось её глаз. Уголки её рта были приподняты, может быть, даже немного слишком далеко, но всё равно не было похоже, что она улыбалась.

— Я тебе скажу. Мне шестнадцать. Красавицы никогда не стареют. Хиё всегда шестнадцать. Достаточно хорошо?

Кузаку слегка кивнул.

— ...Да.

« Страшно ».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

9. Тупики Небес и Долины

В версии с изображениями тут находится картинка.

Была поздняя ночь, но стены Нового города остались такими же, как и раньше. Свет просачивался из сторожевых вышек, а факелы мерцали, двигаясь то взад, то вперёд вдоль вершины укрепления.

Харухиро прятался в тени развалин, которые не находились даже в десяти метрах от стены. После рассмотрения множества вариантов это был лучший вариант, который он смог найти.

Причина этого была проста и очевидна: расстояние между сторожевыми вышками здесь было большим. Присмотревшись, выглядело около шестидесяти метров. Остальные обычно находились на расстоянии 30-40 метров друг от друга, так что разница была заметна.

В отличие от заката, патрули гоблинов начали расслабляться в своей работе. Он это подтвердил. В патруле по-прежнему было два гоблина, но как только один патруль прошел мимо, он мог легко досчитать до двухсот перед следующей группой.

Он приказал Кузаку снять свою броню, стараясь не шуметь. Его большая катана останется у Сеторы.

Мерри нежно положила руку на плечо Харухиро. Было слишком темно, чтобы разобрать выражение её лица.

— Будь осторожен. — сказала она.

Харухиро кивнул в ответ.

Он продумал множество способов, что могло пойти не так. Способы их избежать. Способы справиться с этим, если он не мог их избежать. Когда бы он ни начинал думать, он не мог остановиться. Очевидно, он чувствовал себя напряженным. И непросто. Он не мог этого сделать.

Как бы он ни думал, этому не было конца. Его опасения никогда полностью не исчезнут. Честно говоря, он полагал, что именно так всё и произойдёт. Было невозможно, чтобы всё пойдёт по плану. На самом деле, большинство вещей шло плохо. Всё это балансировало на острие бритвы, так что было естественно, что он почувствовал себя неловко. Стабильность и душевное спокойствие были ему недосягаемы. Земля под его ногами всегда двигалась. Всё, что он мог сделать, это попытаться сохранить равновесие и устоять на ногах.

« Фьюх », он выдохнул.

Киити, лежавший у ног Сеторы, подошел к нему. Он встал на задние лапы и положил переднюю лапу на бедро Харухиро.

— Няу. — тихо мяукнул он. Предположительно, это означало что-то вроде: « Приятно поработать с тобой ». Это чувство было более чем взаимным. Киити был более надежным, чем Хиё или Нил.

— Мы сделаем это, как и планировали. Мы с Киити первыми пересекаем стену. Потом Хиё и Нил, именно в таком порядке.

— Оки-доки.

— Конечно.

— Если возникнет проблема, я дам вам знать, поэтому немедленно прекращайте и уходите после моего знака. Не беспокойтесь обо мне. Я сам кое-что придумаю. Ладно, приступим.

« Подождать, пока гоблинский патруль достигнет нашей точки входа. Я умею ждать. Если бы это было всё, что мне нужно было делать, я мог бы делать это вечность. Но всё будет не так просто ».

« Патруль миновал точку входа. Как долго до следующего? Менее двухсот секунд? Я бы сказал, около ста восьмидесяти. Ждать следующего шанса? Нет, времени достаточно ».

« Предыдущий патруль всё ещё находится возле точки входа ».

« Мы ждём восемьдесят секунд, затем приступаем к плану. Пересечь стену через двадцать. Остается восемьдесят секунд. Давайте сделаем это ».

Сосчитав до шестидесяти, Харухиро начал думать: « Последний патруль сейчас на приличном расстоянии. Может, хороший момент для нас? ».

« Я нетерпелив », понял он. « Мне нужно остепениться ».

« Шестьдесят семь, шестьдесят восемь ».

« Шестьдесят девять ».

« Семьдесят ».

« Семьдесят один. Семьдесят два. Семьдесят три ».

« Семьдесят четыре ».

Харухиро поднял правую руку. Осталось пять секунд.

Он сгибал пальцы один за другим.

« Четыре ».

« Три ».

« Два ».

« Один ».

Он действовал быстро. Киити и Кузаку молча последовали за ним. Хиё и Нил пошли следом.

Они достигли стены.

Кузаку положил на него обе руки.

Киити взбежал по телу Кузаку и в мгновение ока оказался на вершине стены. Затем настала очередь Харухиро.

Кузаку повернулся к нему и немного присел, сложив руки чуть выше колена. Его ладони были обращены вниз, а не вверх.

Харухиро положил ногу на руки Кузаку. Он схватил Кузаку за плечи.

— Нгх...!

Кузаку вытянул всё своё тело, толкая Харухиро вверх. Его безмолвная сила была невероятной. Кузаку одним быстрым движением поднял руки над головой. Вероятно, он ещё и стоял на цыпочках. Рост Кузаку был близок к 190 сантиметрам, так что казалось, что Харухиро стоит на двухметровых ходулях. Стена была меньше четырех метров в высоту. Теперь ему было бы несложно перелезть через неё.

Киити ждал наверху стены. Внизу, Хиё попросила Кузаку помочь ей подняться. Харухиро протянул ей руку. Она схватила его за руку, и он быстро поднял её.

— Спасибо. — прошептала Хиё ему на ухо. Харухиро проигнорировал её.

Затем настала очередь Нила. Кузаку толкнул Нила. Он помогал Нилу взобраться на стену, как и Харухиро и Хиё.

Кузаку помахал. Харухиро подал ему знак, означавший, « Уходи ». Кузаку отошёл от стены.

« Следующего патруля пока нет. У нас всё в порядке. У нас есть время ».

Киити первым спрыгнул со стены. Он приземлился почти беззвучно. Здесь было, может быть, трехметровое падение. Не так высоко, как со стороны Старого Города.

Нил последовал за ним. Для него это было не так просто, как для Киити. Он схватился за верхний край стены, повис на нём и спрыгнул.

— Нгх...!

« Это было не просто ворчание. Он много нашумел. А как же патруль? Они заметили? »

— Этот старик... — пробормотала Хиё и спустилась по стене. Она приземлилась лучше, чем Нил.

« А что с патрулем? Но у нас пока всё хорошо ».

Харухиро тоже спрыгнул с другой стороны стены. Он несколько раз прижался ногой к стене, не ударяя ногой, чтобы убрать инерцию. Приземлившись, он максимально расслабился и покатился по земле. Затем он снова встал и продолжил движение.

Он услышал столько, сколько смог о Новом Городе от Хиё. Место, где они приземлились - другими словами, то, по чему сейчас двигался Харухиро - казалось землей, но это не так. Это была крыша над дорогой. Дороги Нового Города, как правило, представляли собой крытые туннели с перекрытиями.

Однако в них была тонна отверстий для вентиляции и пропускания света. Некоторые были маленькими, а другие - большими. А ещё они были самых разных форм. На одном из них группа спустилась к дороге.

— ...Тесновато. — пробормотал Нил. — У меня позже заболит спина...

Это правда, дорога была примерно метра полтора в поперечнике, да и потолок был примерно такого же размера. Даже Хиё, которая была ниже Харухиро и Нила, пришлось склонить голову.

— Если ты продолжишь жаловаться, я убью тебя, понял? — Хиё представляла ужасно прямую угрозу. Должно быть, она чувствовала давление. — Если ты снова будешь так хлопать деснами, ты труп, понял? Ох, и, если ты отделишься от нас, ты не вернешься домой живым. Хиё не придется тебя убивать, ты просто умрешь. В любом случае, ты делаешь то, что тебе говорит Хиё. Если не сделаешь этого, я тебя убью.

— ...Понял.

— Погнали. — Харухиро подгонял двух других и продолжил путь по туннелю.

Он не чувствовал гоблинов. Это была раса, которая просыпалась утром и спала ночью, как люди. Он многому научился в Альтерне. Большинство гоблинов, вероятно, спали в своих постелях.

Некоторые туннели были шире и имели высокие потолки. Тут и там были светильники, сделанные из керамики или чего-то подобного. Но в тех туннелях вдоль дороги всегда болтали кучки гоблинов-болтунов, из-за чего пройти было почти невозможно.

Это означало, что их загнали в туннели, в которые им пришлось прятаться. Он не собирался жаловаться, как Нил, но спина Харухиро тоже начала болеть. Также не помогало то, что туннели были невероятно извилистыми и разрушали его чувство направления. Но они не просто кружились, они представляли собой сложный лабиринт. Со всеми Т-образными развязками и перекрестками он даже не знал, что происходит. Время от времени проходил гоблин. « Следует ли убить его? », подумал Харухиро. Но если бы он это сделал, что бы он сделал с телом? Спрятать его было невозможно, поэтому ему пришлось бы оставить всё как есть. А когда настанет утро, и другие гоблины его найдут, поднялся бы шум. В конце концов, всякий раз, когда приближался гоблин, им приходилось поворачивать назад и ждать, пока она пройдет мимо.

« Я не вижу, куда мы идем. Я чувствую, что это меня ломает ».

« Но в то же время я, наверное, не ломаюсь », подумал он.

У него не было своих воспоминаний, поэтому было трудно понять это по-настоящему, но Харухиро, очевидно, уже много раз переходил по этой эмоциональной струнке. Если он всё ещё смотрел на себя объективно и думал о чем-то вроде, « Я не могу понять, куда мы идем. Я чувствую, что это меня ломает », тогда он был ещё в порядке.

Теперь, если бы вместо того, чтобы видеть, куда он шел, он мог видеть только очень ограниченное расстояние перед собой и терял из виду всю ситуацию, в которой он был, и своё собственное психическое состояние, это было признаком того, что он в серьезной неприятности.

Возможно, он выработал привычку рассматривать себя объективно, чтобы такого никогда не случалось.

То, как Нил неоднократно покачивал головой, как бы говоря, « С меня хватит », и тихо вздыхал, вероятно, его способ выпустить пар и попытаться пройти через это. Тем временем Хиё, которая вызвалась быть их проводником, сосредоточилась на своей работе, стараясь не думать о ненужных вещах. Хотя все они были разными, у каждого из них был свой метод борьбы со стрессом.

По словам Хиё, двадцать лет назад несколько зданий, похожих на вареники, были снесены наугад, между ними прорыты туннели. Было всего два широких туннеля с высокими потолками, которые служили главными улицами. Оба начинались в Ахсвасине, а один из двух вел в Охдонго, Глубочайшую Долину. Всё это было записано на карте.

Двадцать лет полностью изменили город. Повсюду были широкие улицы, и множество прочных зданий, слишком хорошо сделанных, чтобы их можно было высмеивать как пельмени с грязью, как это было раньше с Хиё.

Единственное, что они смогли подтвердить до восхода солнца, - это местонахождение Ахсвасина. Какую бы дыру они ни использовали, чтобы забраться на потолок дороги, они почти всегда видели её великолепие.

Можно сказать, это было похоже на пятирукого колосса. В конструкции было бесчисленное множество отверстий, из которых лился свет, так что они смутно могли различить его форму. По словам Хиё, двадцать лет назад Ахсвасин был на две трети своего нынешнего роста, и у него было только две из этих рук, поэтому они должно быть достроили на нем больше рук.

Предполагалось, что Ахсвасин находится примерно в центре Нового Города, чтобы они могли более или менее догадываться, где находится Охдонго. Однако добраться до него через сложные туннели было тяжко. Как насчет ходьбы по потолку? Солнце могло взойти раньше, чем они туда доберутся.

Не видя другого выхода, группа решила временно покинуть Новый Город. Внутри стен повсюду были лестницы, ведущие на дорожку. Их не охраняли, поэтому им просто нужно было следить за патрулями. Попасть в Новый Город было тяжело, но покинуть было легко.

Когда они вернулись к развалинам, то, как Кузаку встретил Харухиро, виляя хвостом, было невыносимо. Ух, очевидно, что у Кузаку не было настоящего хвоста, как у Киити, но он был просто таким энергичным. Харухиро действительно хотел, чтобы он немного смягчил его. Хотя, если бы он был груб по этому поводу, Кузаку просто впал бы в депрессию. Это было по-своему немного болезненно. Но совсем немного.

— Кажется нереальным пытаться затаиться в Новом Городе, пока мы продолжаем его изучать.

То, что сказал Нил, вероятно, было правильной мыслью. По крайней мере, сейчас им придется добираться до Нового Города из развалин в Старом Городе. Хиё, похоже, это не удовлетворило.

— Будем надеяться, что гоблины в Новом Городе не двинутся с места, пока мы не торопимся.

Гоблины ценили хи’ирогане. Если бы это было правдой, они могли бы атаковать и попытаться вернуть оружие и снаряжение, которые были у Вице-Короля Богга и его приспешников.

Они ждали ночи, а затем Харухиро, Хиё, Нил и Киити снова проникли в Новый Город. Их целью было найти путь от Высших Небес, Ахсвасин, до Глубочайшей Долины, Охдонго.

Поскольку туннели были такими лабиринтами, они перемещались по крышам туннельных дорог. Но эти крыши были дырявыми. Они должны были быть осторожными, чтобы не споткнуться и не упасть на них. Иногда через туннельные дороги существовали переходы, чтобы напрямую соединять здания друг с другом. Такие проходы, как правило, использовались в любое время, поэтому они не могли подвести охрану. Очевидно, гоблины жили в зданиях, которые выступали над туннельными дорогами, так что, если они неосторожно посят голос, их могут услышать. Их мог заметить гоблин, который выглядывал в окно.

Они выяснили, что в районе Ахсвасина, где должен был жить Могадо, было очень много больших зданий. Ахсвасин был полностью окружен ими. Подойти к нему через крыши туннелей не представлялось возможным.

По крайней мере, одна из широких главных улиц с высокими потолками, казалось, вела в Ахсвасин. Однако главная улица казалась процветающим деловым районом. Он был ярко освещен и всегда был полон шумных гоблинов. Было трудно подойти к Ахсвасину по главной улице. Нет, скорее невозможно.

Это был их второй день исследования. На третий день они направились в Охдонго. Они не думали, что за последние двадцать лет место изменилось, поэтому им просто пришлось пройтись по крышам туннельных дорог.

Харухиро привык исследовать Новый Город. Именно поэтому он должен был оставаться осторожным и предупреждать себя, чтобы он не успокаивался. Ему не пришлось объяснять это остальным. Хиё, Нил и даже Киити уже знали.

Им удалось добраться до Охдонго даже легче, чем он ожидал.

Или, если быть точнее, область за его пределами.

Он разительно отличался от Ахсвасина. Территория вокруг него, возможно, и не была пустой, но он был близко.

Глубочайшая Долина.

Это была не столько долина, сколько вертикальный вал. Площадь была примерно круглой, метров двести в поперечнике, но в центре была дыра диаметром около ста пятидесяти метров.

Все туннельные дороги заканчивались у площади, и по краю дыры горели бесчисленные костры. Гоблины, гуляющие по площади, носили копья и щиты, а за спиной у них было что-то похожее на арбалеты. Несомненно, это были охранники. Они заметили одного гоблина с красным копьем, тоже в красном шлеме. Если на нем было хи’ироганское снаряжение, возможно, это был гоблин, отвечающий за безопасность.

Группа спустилась с крыш туннельной дороги, подошла как можно ближе к площади и попыталась забраться на вершину здания, откуда им открывался вид на Охдонго. Можно ли было промчаться по площади в дыру? А если и сделали, что тогда?

Вокруг площади скрывалось от семидесяти до восьмидесяти охранников. Могли ли они пройти, чтобы их не заметили? Если бы это были только Харухиро и Киити, то, может быть, возможно. Но Хиё и Нил усложняли задачу.

Охдонго был не просто дырой в земле. Внутри была винтовая лестница. Как далеко заходила лестница? Какие вещи были внизу внизу? Он не мог сказать. Но, вероятно, там были охранники с факелами или чем-то ещё, когда они поднимались и спускались по лестнице.

Даже если они пересекут площадь и дойдут до Охдонго, у них не будет возможности избежать охоты стражников на лестнице. Им придется спуститься вниз, уничтожая на ходу стражников, и попытаться найти угота.

Это была бы чертовски рискованная игра.

И шансы были не в их пользу.

Группа повернула назад. Им пришлось покинуть Новый Город до рассвета.

Когда они шли по крышам туннельных дорог, Нил пробормотал. — Что ж, это впервые.

Не было никакого пути вперёд. Они ничего не могли поделать. Даже если бы они продержались так долго, как могли, у них не было ощущения, что они когда-нибудь придут в голову.

Если это была карточная игра, то им выпала непобедимая рука, в которой не было никакого потенциала, и они просто не могли понять, что с ней делать.

Было два варианта.

Проиграть или сбросить карты.

Но по ряду причин они не могли выбрать.

— Есть ещё кое-что, что мы можем сделать.

Это всё, что Хиё сказала перед тем, как пересечь стену.

« Она что, просто обиженная неудачница? », подумал тогда Харухиро.

Но на самом деле он мог бы быть счастливее, если дело было только в этом.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

10. Два Короля

В версии с изображениями тут находится картинка.

Это давняя история.

Есть некий «миф».

Да это чисто миф...

Он может содержать некоторые истины или их семена, но это не может быть именно тем, что произошло.

Думайте об этом как об истории, в которую люди хотели верить или, по крайней мере, верили до определенного момента.

Давным-давно была земля под названием Арабанкия.

С точки зрения того, чем была Арабанкия, это был остров, плавающий в огромном озере; континент затонул под сильным наводнением; место далеко на западе, за красным морем; или, возможно, зеленый рай, раскинувшийся по ту сторону замороженных земель севера.

Понимаете, есть много историй. Никто не знает, какая из них правильная.

Если оставить в стороне всё это, легенда о том, что когда-то была земля под названием Арабанкия, рассказывалась в Гримгаре с древних времён.

Арабанкия была страной с умеренным климатом, никогда не было ни слишком холодно, ни слишком жарко. Зелёные леса были полны птиц и зверей, и ветер пел на бескрайних равнинах. Гримгар погиб в ужасающей битве богов, но только Арабанкия всегда была мирной.

Однажды некая семья прибыла в Арабанкию.

Отца звали Георг, и у него было трое сыновей: Теодор, Ишмахл и Нахнанка. У него ещё было несколько дочерей, но их имена давно забыты, смыты течением времени. Их мать, по всей видимости, умерла вскоре после того, как семья прибыла в Арабанкию. Когда они похоронили её в земле той земли, перед их глазами выросло большое дерево; на нём расцвели цветы, а со временем превратились в плоды. Ещё говорят, что это дерево рухнуло и превратилось в Горы Куарон*, но это уже другая история, и сейчас она не так важна, так что не будем вдаваться в подробности.

Георг и три брата вместе работали на земле Арабанкии и жили в согласии. Что ж, на самом деле климат был умеренным, периодические ливневые дожди казались теплыми для кожи, было бесконечное количество зверей, на которых нужно было охотиться, все фрукты в мире, которые можно было собрать, безграничная чистая вода в ручьях и даже источники алкоголя, если они пошли искать, так что у них не было ни одной проблемы.

Арабанкия была настолько идиллической, что казалась ложью или шуткой.

Семья проводила большую часть времени, дурачась.

Однако в какой-то момент младший сын, Нахнанка, понял загадочную вещь.

— Мы живем здесь довольно давно, но как долго это было на самом деле? Никто из вас, кажется, нисколько не постарел. Разве возможно такое?

— Теперь, когда ты упомянул об этом, ты мог оказаться прав. — Второй сын, Ишмахл, был беззаботен. — Но, даже если это правда, что в этом плохого? Это означает, что мы можем жить в мире и покое вечно.

Однако старший сын Теодор придерживался иного мнения.

— Меня это интересует. Возможно, мы живем во сне. Мы думаем, что все добрались до Арабанкии, трагически потеряли нашу мать и похоронили её вместе, но так ли это? Разве всё это не сон?

— Мамино дерево прямо там, не так ли? — Ишмахл указал на большое дерево. — Это не сон. Ты говоришь самые странные вещи.

— Что ты сказал?!

Теодор рассердился. Иногда они с Ишмахлом так ссорились.

— Подождите, подождите, дети. Вы не должны драться. — с достоинством упрекнул их отец Георг. — Не думаю, что это сон, как сказал Теодор, но странно, что никто из нас не постарел. Поскольку вы такие хорошие сыновья, всегда приносите мне еду, я только ем и сплю, потом ем и снова сплю, и всё же я не набрал веса. Это тоже странно теперь, когда я поднял эту тему.

— Я собираюсь отправиться в небольшое путешествие и посмотреть, как обстоят дела снаружи. — сказал младший сын Нахнанка. Никто не остановил его, и Нахнанка немедленно отправился в путь.

Семья продолжала беззаботную жизнь в Арабанкии, но сколько бы времени ни прошло, Нахнанка не вернулся. Старший брат, Теодор, забеспокоился.

— Думаю, я пойду искать Нахнанку.

— Нет, останься здесь, брат. Я пойду вместо тебя.

Так Ишмахл покинул Арабанкию.

Поскольку двое его сыновей ушли и не было никаких признаков их возвращения, их отец, Георг, не мог больше ждать. Но, ох, поймите. Это одна из тех частей, которые заставляют вас понять, что эта история - миф, но после того, как отец провёл всё время, ничего не делая, кроме еды и сна в Арабанкии, он больше не мог уйти. Как будто он пустил корни.

Как и их покойная мать, Георг превратился в большое дерево.

Согласно одной из теорий, отец наелся, беспокоясь о безопасности своих мальчиков, и был похоронен Теодором после того, как умер от пищевого отравления.

Как бы то ни было, старшему, Теодору, ничего не оставалось, кроме как отправиться на поиски своих младших братьев.

Ну, у него были маленькие сестрёнки, которые были ещё и младше него, и есть несколько захватывающих и кровосмесительных историй о том, что он делал с ними, но это займет слишком много времени, чтобы вдаваться в это, так что давайте не будем.

Теодор был очень неравнодушен к своей жизни в раю, поэтому, чтобы подавить свою давнюю привязанность к этому месту, он неоднократно говорил себе не оглядываться назад. Он, должно быть, чувствовал, что никогда не вернется. Он оказался прав.

Он шел некоторое время, прежде чем подумал, « Теперь всё должно быть в порядке ». Когда он повернулся, чтобы оглянуться, в воздухе висела молочно-белая дымка, и он ничего не увидел. И, эй, разве к нему не неслась эта дымка? Не знаю, что с ней, но Теодору грозила серьезная опасность.

Беги, беги, Теодор. Сейчас не время бездельничать. Беги как ветер. Вперёд. Продолжай двигаться вперёд.

Теодор мчался несколько дней подряд. Ладно, конечно, похоже, это его убьет, но он персонаж мифа, так что он мог справиться с подобными вещами. Достигнув края озера, он решил остановиться и отдохнуть.

Это озеро, окруженное Горами Риншторм*, Диозе* и Курогане*, было настолько невероятно красивым, что похитило сердце Теодора. Вы можете подумать, « Эй, а как насчет его братьев? » Но это миф. Подшучивать над этим было бы просто грубо.

— Горы высокие, как стены дома. Озеро более чудесное, чем всё, что я знал в раю. Как я мог не построить здесь королевство? Придется набирать рабочих. Пусть ко мне соберутся те, кто хочет жить в моем царстве. Я стану королем и назову эту страну Арабакией.

Эй, это не круто говорить что-то вроде, « Да ладно тебе. Это появилось из ниоткуда ». Вы можете думать так, но помолчите. Человек на берегу озера кричал. — Я буду королем, и я позволю вам быть моими крестьянами, так что собирайтесь здесь. — довольно сюрреалистично представить это, но по какой-то причине люди откликнулись на его призыв. Они пришли с севера, запада и востока, преклоняясь перед Теодором один за другим и присягая ему на верность. Говорят, что Теодор благословлял каждый их лоб своим поцелуем и напыщенно заявлял. — Я признаю тебя одним из моих людей. — для вас это не имеет смысла? Да, это так. Но это миф, так что живите с этим.

Вы спросите, миф о чем? Это миф о происхождении нашего Королевства Арабакия.

Теодор Георг, которого мы зовем Георгом I, создал Королевство Арабакия шестьсот шестьдесят лет назад.

Так говорится в истории.

Теперь поймите.

На самом деле есть два Георга Первых.

А?

Чего-чего?

Да, вы бы так подумали, не так ли?

Это становится немного сложнее, поэтому давайте попробуем кратко подвести итог.

По правде говоря, тем, кто основал Королевство Арабакия, на самом деле не был Теодором Георгом. Возможно, что человек по имени Теодор существовал, но он не был первым, кто назвал себя королем Арабакии.

Эта история о том, что Королевство Арабакия было основано шестьсот шестьдесят лет назад, тоже нонсенс. По крайней мере, об этом нет никаких записей.

Это случилось однажды, около трехсот шестидесяти лет назад.

Этот парень по имени Энад* громко заявил. — С сегодняшнего дня я король. У вас проблемы с этим? Ну тогда подходите. Я убью вас всех!

В то время, как это ни трудно представить, когда все человеческие королевства исчезли, очевидно, что было много парней вроде Энада. Люди, обладающие харизмой, объединяющей жителей местности, а также связями и силой оружия. Они называли себя королями, но они больше походили на бандитов. В мире царил такой хаос, что нельзя было спать по ночам без поддержки группы хулиганов. В таком случае человеческая природа заключается в том, что эти хулиганы встают на сторону самого жесткого и щедрого начальника, которого они смогут найти.

Энад был лицом некоего городка на берегу озера и полностью утвердился в качестве лидера огромной банды. Три века и пару десятилетий назад он жил в эпоху, когда люди, занимавшие такое положение, один за другим становились королями.

Невероятная вещь в Энаде, и, возможно, он узнал это от кого-то другого, заключалась в том, что он намеревался доказать, что он не просто старый Энад.

« Все знают историю о рае Арабанкии, верно? Где сын Георга, Теодор, построил королевство на озере. Эта знаменитая легенда. Правда в том, что этот город в той легенде, и я, Энад, потомок Теодора. Я - Энад Георг, потомок Теодора, того Теодора, что сын Георга, и я назову наше королевство Арабакией. Как вам такое? Довольно мило, да? »

Правда в том, что Энад был способным человеком. Он взял под свой контроль близлежащие деревни, города, банды и их боссов. Расширение Королевства Арабакия не знало границ.

Но куда бы вы ни пошли, всегда нужно остерегаться угроз изнутри. Королевство Арабакия, которое так быстро расширилось при Энаде, в некотором смысле было союзом банд. Некоторые люди следовали за ним из обожания, в то время как другие клялись в верности только потому, что не могли бороться с большой волной, которую он представлял.

Однако Энад никогда не должен был подозревать, что из всех людей Ишидуа Заемун*, правая рука короля, ближайший из его ближайших соратников, предаст его.

Может, король слишком сильно давил на него. Может быть, он не мог видеть, как король становится всё более высокомерным каждый раз, когда его рост растет. Или, может быть, он просто хотел, чтобы парень проявил сочувствие к своему положению, застряв между королем и теми, кто ему подчиняется. У Ишидуа, должно быть, были свои причины, но нет никаких сомнений в том, что он пытался покончить с жизнью Энада.

Но Энад был необычным парнем. Это был человек, пробившийся к вершине.

Он как « Мррр! Я чувствую жажду крови! » и обнаружил подкрадывающегося убийцу. Он попытался перейти в контратаку. Но Ишидуа сам по себе был довольно впечатляющим, и он немедленно отреагировал. Он послал преследователей, чтобы прикончить Энада, который сбежал, спасая свою жизнь, но они говорят, что все они были убиты.

Хороший, Энад. Ты классный, Энад. Ты не просто вел себя самоуверенно, ты на самом деле был суперсильным, да?

Теперь было ясно, как день, что этот инцидент был актом измены Ишидуа Заемуна. Тем не менее, многие люди помогли ему, и немногие остались сторонними наблюдателями. Может быть, Энад действительно особенно плохо толкал своих подчиненных? Даже если люди поддерживали его, члены его правительства, казалось, ненавидели его.

Ишидуа и его товарищи по заговору хотели смерти Энада, чего бы это ни стоило. Но как бы они этого ни хотели, казалось, что Энад уже сбежал за пределы Королевства Арабакия. Говорят, он был на грани смерти, но у этого парня ещё хватило умения расправиться со всеми, кто пошёл за ним. Даже если им и удастся его найти, сколько времени это займет? Помня об этом, Ишидуа сделал грандиозное заявление.

— Хотя это нас огорчает, наш король сошел с ума и убежал. Как его вассалы, мы изо всех сил вели поиски, но, что бы мы ни делали, мы просто не можем найти его. Поскольку так не может оставаться вечно, я бы хотел, чтобы на его месте был другой правитель. Как вы все знаете, у Короля Энада Георга нет ни жены, ни детей, и всё же у него есть дальний родственник. Она, как и Король Энад, является потомком основателя Королевства Арабакия Теодора Георга. Пусть она станет нашей королевой и объединимся, чтобы поддержать её.

Была ли молодая девушка Фриау *, взошедшая на престол, действительно родственницей Энада? Вы должны предположить, что это было выдумкой, но Ишидуа Заемун быстро установил систему, в которой он будет поддерживать королеву, которая происходила от Теодора Георга в качестве её регента. Королева Фриау была прямым потомком Теодора из Дома Георга, поэтому она могла продолжить Дом Основателя.

Между прочим, у Энада был названый брат по имени Стич*. Не зять, а брат по присяге. Двое из них поклялись в братстве, несмотря на то, что не были связаны кровью, так что они, должно быть, были действительно близки. Стич был главным слугой Энада, когда он был главой банды, но Энад постепенно оттолкнул его. По мере того как к нему присоединялись более талантливые люди, такие как Ишидуа Заемун, относительная ценность Стича упала. Энад начал смотреть на него и думать, « Ты вообще-то не так полезен, да? » Ишидуа даже позвал Стича и заручился его сотрудничеством, а затем продолжил хорошо относиться к нему после революции. Он хорошо справился с ситуацией. Знаете, никогда не пропустил ни одной детали? Ишидуа Заемун. Он был человеком, который мог всё делать.

Семья Стича владела властью на севере Королевства, и в какой-то момент ей удалось предположить, что у них тоже был какой-то намек на кровь основателя Теодора в их жилах. Их стали называть Домом Севера*. И это несмотря на то, что, очевидно, поскольку Стич был всего лишь братом Энада по присяге, они не имели никакого отношения к Теодору Георгу.

После этого хаотичного начала Королевство Арабакия стало свидетелем более жестоких интриг, вражды, кровавой борьбы за власть и междоусобного насилия, поскольку оно поднялось и стало величайшей силой во всем Гримгаре.

Этот Дом Основателя и Дом Севера, неоднократно убивающие членов друг друга; запретная любовь между молодым принцем Дома Ишидуа* и дочерью его соперника, Дома Могис*; падение Дома Могизов; кризис, вызванный скандальным девиантством главы Дома Ведой*; Дом Воды*, который всегда получал ту или иную неожиданную прибыль, и многое другое. История Королевства Арабакия имеет множество забавных тем для обсуждения, но давайте обратимся к 503 году в календаре королевства. Это было 157 лет назад, не так ли? В Королевстве Арабакия и других государствах повсюду произошла череда странных инцидентов, когда орды движущихся трупов появлялись и свирепствовали. Вы видите, к чему мы это ведем. Верно.

Появился печально известный Бессмертный Король.

Восстание мертвецов и нападение на живых было само по себе кризисом. Это действительно всколыхнуло шершневое гнездо неприятностей, но именно возмутительный инцидент, последовавший в 505 году, поистине потряс Королевство Арабакия.

Ишидуа Рохро* был потомком Ишидуа Заемуна и важным вассалом Королевства Арабакия. Поскольку он был молод и всё ещё не женат, не проходило дня, чтобы дамы не искали его любви. Однако этот невероятно известный человек внезапно исчез.

По крайней мере, так думали люди, а потом он снова появился во дворце, ужасно бледный.

— Я не тот, кем был до вчерашнего дня. Я призываю вас всех сдаться. Тому, кто был оставлен смертью и правит ею. Тому, кто является Королём Смерти и Бессмертным Королём. Подчиняйтесь моему господину, Бессмертному Королю. Примите смерть, и я гарантирую, что вы будете жить вечно. Совсем как я.

Что ж, это вызвало бурю негодования. Вещи вышли из-под контроля. Это был настоящий беспорядок. В хаосе элитные стражники пронзили Ишидуа Рохро целыми 27 копьями и мечами, но он всё ещё не умер.

— Я так понимаю, это ваш ответ, не так ли? Я передам его своему хозяину.

Ишидуа Рохро покинул дворец, волоча за собой множество мечей и копий, которые всё ещё застряли в нем и истекали кровью темной крови. Уже на следующий день движущиеся трупы, которые впоследствии стали называть нежитью, начали крупное наступление.

Нежить напала не только на Королевство Арабакия. Пострадали и другие меньшие человеческие народы. Не то чтобы никто не пытался объединить королевства, чтобы преодолеть великий кризис, с которым они все столкнулись, но у каждого были свои руки, занятые своими собственными проблемами, и они изначально не очень любили друг друга, так что это было невозможно. Королевства эльфов и гномов, которые установили относительно хорошие отношения с человеческой расой, тоже боролись с атаками нежити.

В 513 году календаря королевства, отвечая на призыв Бессмертного Короля, орки, гоблины и кобольды, долгое время угнетавшиеся людьми, объединились с серыми эльфами, отчужденными от эльфов Теневого Леса, а также нежить, очевидно, образовали Альянс Королей.

Если оставить в стороне серых эльфов и орков, то у гоблинов и кобольдов никогда раньше не было короля. Когда Бессмертный Король предположил, что им может быть лучше с королем, что это поможет объединить их как расу и увеличить их силу, гоблины и кобольды приняли это.

Как лидер Альянса Королей, у Бессмертного Короля было пять близких соратников, включая Ишидуа Рохро, названного пятью принцами, но говорят, что эти пятеро преклонили колени перед другими королями, как если бы они были их вассалами. Хотя он был главой союза, он придерживался мнения, что короли равны. Он пытался показать пример и показать, что нежить, орки, гоблины, кобольды и серые эльфы разные и все замечательные, поэтому они должны работать, чтобы быть лучшими вместе.

Человеческие королевства оказались в совершенно невыгодном положении. Могущественные государства, такие как Ишмал и Нананка, и небольшие, но крепкие государства, такие как Кузен*, были уничтожены одно за другим. Эльфы в основном заперлись в Теневом Лесу, надеясь, что бедствие пройдет мимо них. Бородатые дварфы, похожие на бочонки, отважно сражались, но потерпели ряд поражений против превосходящих сил. Это всё, что они могли сделать, чтобы собрать свои силы в Королевстве Железной Крови* в Горах Курогане и укрепить свою оборону.

Королевство Арабакия имело превосходящую военную и экономическую мощь над всеми этими странами. Однако причина того, что Королевство Арабакия стало последним оплотом человечества, заключалась не в его обширных владениях, большом населении или могущественных солдатах. Просто они были на самом дальнем юге. Бессмертный Король пришел с севера. Нежить двигалась на юг, нападая на людей, эльфов и дварфов, постоянно пополняя свои ряды. Король Арабакии, правительственные чиновники, генералы и народ бежали всё дальше и дальше на юг.

Это был 521 год по календарю королевства, 139 лет назад.

Пал самый южный город Королевства Арабакия, Дамуро.

Король Гэри*, правивший в то время Королевством Арабакия, ускользнул из Дамуро задолго до этого. Он эвакуировался к югу от Гор Тенрю по Дороге Аорты Земляного Дракона.

Говорят, что глава Дома Севера, Гиске*, в жилах которого текла кровь названого брата Энада Георга, Стича, сражался до конца, стараясь дать уйти как можно большему количеству людей. Есть теория, что, поскольку Король Гэри был из Дома Основателя, и у него были очень враждебные отношения с Гиске из Дома Севера, он, возможно, намеренно оставил его там.

Блестяще спасая свою жизнь и добравшись до новых земель на юге, Король Гэри и его люди решили воспользоваться тем фактом, что Дом Севера вымер, как возможностью переписать историю. На их взгляд, история о том, как Энад Георг, построивший Королевство Арабакия, исчез после того, как Ишидуа Заемун искал его жизни, а предатель посадил на трон некую девушку по имени Фриау, абсолютно никем, чтобы он мог контролировать её... никогда не было.

Основателем королевства был легендарный Теодор Георг. Он был истинным основателем Георгия I. Основополагающий миф о королевстве стал официальной историей.

Если подумать, то можно сказать, что это был тот кровавый первый акт предательства, который превратил Королевство Арабакия в ад, которым оно стало. « Мы должны отпустить здесь прошлое », думали они, вероятно. В этих диких новых землях нам нужно объединиться.

Что ж, должно быть, они по-своему отчаялись.

Если, конечно, интерпретировать их действия в позитивном свете.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

11. Когда-нибудь Этот Долг Будет Отплачен с Процентами

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ладно. Эта история длилась достаточно долго. Пора нам собираться и приступить к делу, не так ли?

Когда Хиё заговорила, глядя на Харухиро, нижняя часть её лица была обернута тканью. Из-за этого было трудно определить выражение её лица. Но он был вполне уверен, что она ухмыляется.

— Что ж... я бы сказал, что я настолько стальной, насколько это возможно... я думаю.

Яркий солнечный свет светил через дыру в потолке прямо над столом, где Харухиро лежал на спине. Это заставляло его чувствовать себя странно.

Во-первых, он был обнажен до пояса.

Стол был тем, который Кузаку нашел в руинах и принес сюда. На него была накинута чистая простыня, и теперь Харухиро был на ней полуобнаженным. Он не знал, как описать, насколько это странно.

— Ладно.

Рядом с тем местом, где стояла Хиё, был ещё один стол или, скорее, стул. Стул тоже был покрыт белой тканью. На нем был нож, стерилизованный кипятком, и предмет, похожий на бутон цветов, примерно трех сантиметров в поперечнике.

— Тогда давайте устроим шоу на гастролях.

Хиё схватила нож правой рукой, подняв его вверх, чтобы посмотреть на конец лезвия. Она проверила его край указательным пальцем левой руки.

— Нехехехехехе...

Она не просто ухмылялась, она громко смеялась.

Ему хотелось сказать, « Да ладно тебе », но Хиё быстро убрала палец.

— Уууупси. Я не должна прикасаться к нему после того, как потрудилась продезинфицировать его.

— ...Если мы собираемся сделать это, то можешь побыстрее покончить с этим? Я тут начинаю уставать.

— Какие-нибудь слова напоследок?

Хиё явно наслаждалась этим. Он не собирался доставлять ей больше удовлетворения.

— Нет.

— Точно?

Хиё выглядела безразличной.

— Тогда, пожалуйста, перевернись на бок.

Харухиро сделал, как ему сказали, и перевернулся правым боком вверх. Когда он это сделал, он увидел Кузаку у стены, озабоченно смотрящего на него. Мерри и Сетора были рядом с воином. Киити и Нил стояли у развалин, стоя на страже на случай, если что-нибудь случится.

— ...Постойте. — сказал Кузаку дрожащими губами. — Я просто не могу... Я не могу смириться с этим, понимаете? Неужели Харухиро действительно должен сделать это? Не может кто-нибудь другой? Может быть, старик?

« Стариком », конечно же, был Нил.

— Никто другой не подойдет. — сказала Хиё с гнусавым смехом. — Нил-сан, конечно же, кажется способным разведчиком. И Хиё тоже умелый Вор. Не для того, чтобы преувеличивать это и заставить его думать, что я пытаюсь его замаслить или что-то в этом роде, но Хару-кун на голову выше нас обоих.

— ...Эм, ты можешь не называть меня Хару-куном?

Харухиро попытался возразить, просто чтобы посмотреть, сработает ли это.

— Хару-кун . — Хиё намеренно подчеркнула его имя. — настоящий Вор, понимаешь? Ах да, Хару-кун.

« Я не должен был раскрывать свой рот ».

— Ох, вор с навыками Хару-кун - это как раз то, что нам нужно. Хару-кун - единственный. Это должен быть Хару-кун. Поэтому мы попросим Хару-куна сделать это. Хорошо, теперь ты готов, не так ли, Хару-кун?

Прежде чем ответить, Харухиро посмотрел на Кузаку. Почему его глаза были немного туманными?

« Я бы хотел, чтобы он не смотрел на меня так ».

Лоб Кузаку нахмурился, губы были напряжены, а на лице было самое жалкое выражение.

« Я действительно хочу, чтобы он прекратил так смотреть на меня ».

— В конце концов, я решил для себя, что сделаю это. Я не могу сказать «верьте в меня» или что-нибудь в этом роде, но когда вы, ребята, выглядите так взволнованно, это немного нервирует.

— ...Разве? — плечи Кузаку поникли. — Извини приятель. Я знаю, что это само собой разумеется, но я верю в тебя. Я просто не могу избавиться от ощущения, что мы поддались на её план, и мне это не нравится.

Хиё обиделась и развернула нож.

— Ты говоришь, что Хиё - какой-то злой стратег. Хиё просто сообразительная, понимаешь? В глубине души она хороший человек, ладно?

— ...Хороший человек? — пробормотала Мерри.

Сетора вздохнула.

— Как насчет того, чтобы перестать ссориться и быстро с этим покончить?

— Ох, я сделаю это. Ты не должна мне говорить этого. Я уже сказала, что закончу, маленькая сучка.

Хиё положила левую руку на бедро Харухиро. Нож в её правой руке тупо сверкнул. Сам по себе он не мог этого сделать. Отражал ли солнечный свет из дыры в потолке?

« Что я должен делать в такое время? », подумал Харухиро. Было лучше смотреть? Или ему следует отвести взгляд? Сможет ли он закрыть глаза, пока всё не закончится?

Его сердце бешено колотилось. Его дыхание тоже было неровным.

Хиё глубоко вздохнула.

« Что ж, это всего лишь смутное ощущение, но мне, наверное, стоит посмотреть ».

— Начинаю.

— Продолжай, когда будешь готова.

Даже он подумал, что это был странный ответ. Хиё немного рассмеялась, затем плавно вставила нож в правый бок Харухиро.

Раздался небольшой резкий звук, но он был скорее горячим, чем болезненным.

« Нет, подожди. Ага, это больно. Жуть как больно. Ох ».

Харухиро стиснул зубы.

« Оххххх. Чёрт, больно ».

Он вспотел. Он хотел дергаться. Но он этого не сделал. Он должен был оставаться на месте.

— Я отрежу ещё немного.

На этот раз всё, что он мог сделать, это кивнуть. Нож Хиё вошел в рану и резко дернулся. Ладно, может, она и не дергала, но он должен был представить, что всё было так плохо.

« Как же больно. Но, полагаю, я смогу это стерпеть. Я могу справиться с этим ».

— Извини, будет ещё один сантиметр... Два сантиметра.

« Да нет, мне это не нужно. Не объясняй мне это. Мне не нужно краткое изложение, просто покончи с этим. Меня больше не волнует. Отрежь любую кожу, мясо или что угодно ещё ».

— Я стараюсь не повредить мышцы, понимаешь? Я думаю, здесь есть подкожный жир. Наверное, по крайней мере. Так что всё в порядке, ну ладно.

« Как я уже сказал, мне не нужно рассказывать об этом. Ты не должна этого говорить. Я не хочу бегущих комментариев ».

— Там!

— ...Гух!

— Вхууу!

— ...Оххххх!

— Нян, нян, нях!

— ...Нннгх!

— Почти готово! Почти! Хах!

— ... Т-Ты делаешь это намеренно, не так ли?

— О боже, нет. Боже. Я думаю, ты немного надумываешь. Ладно, мы почти закончили. Пора вживлять реликвию. Мерри-чан, ты готова?

— Да. В любой момент. Поторопись.

— Тогда нааааачали!

Хиё отложила нож и вместо этого поднял похожий на бутон предмет. Он привык к боли от того, что его вскрыли ножом, но это было что-то другое. Харухиро заранее стиснул зубы и приготовился.

— Встаааавляем!

Хиё засунула похожий на бутон предмет внутрь Харухиро.

« Это оно ».

— Афух...!

Харухиро странно вздохнул.

Это прозвучало печально мучительно. Как будто он хотел плакать. Это была довольно неприятная боль.

— Он внутри! Теперь внутри него! Успей, Мерри-чан!

— О свет! Да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса...

Мерри подбежала и оттолкнула Хиё. Ему просто пришлось немного потерпеть.

« Мерри. Мерри-сама ».

Теперь ему хотелось поклоняться ей.

— Таинство! *

Это было похоже на чудо. Когда ослепительный свет мгновенно окутал его, боль исчезла, и он почувствовал, как напряжение ускользает, когда его тело расслабляется.

— Хару...!

К тому времени, когда он заметил, что она приближается, Мерри практически прыгнула на него.

— Ты в порядке? Больше не болит? Хару? Как ты?

— ...Ох, ух, к-конечно... Мне хорошо.

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Слава Богу...

« Ага. А пока давайте скажем «хорошо» ».

Харухиро был так же рад, как и она, но для неё было нехорошо обнимать его так. Во-первых, он был полуобнаженным. И, о да, правильно...

— ...Ты испачкаешься в крови, Мерри.

— Охх.

На мгновение Мерри обеспокоилась этим. Но, очевидно, её не заботило то, что её собственная одежда испачкается. Она схватила край ткани, накрывавшей стол, и начала вытирать ею тело Харухиро.

— Раны все как следует зажили. Что-то не так? Он довольно большой объект внутри тебя.

— ...На самом деле, нет. Пока я не прикасаюсь к нему, я почти не замечаю, что он там.

— Ну, рада слышать.

— Эй, сейчаааас же! — Хиё прервала их. Её голос был полон злобы. Как будто она одновременно пыталась наполнить его всеми возможными отрицательными эмоциями. Мало того, что она прищурилась, всё её лицо было сморщено.

— Хватит публичной демонстрации своих чувств, ладно? Кроме того, мы не торопимся. «Исцеление» * подошло бы отлично, но нет, тебе нужно было пойти и использовать «Таинство». Ты пытаешься выпендриться?

— В-Вовсе нет, я...!

Мерри медленно отошла от Харухиро.

Благодаря этому он смог перевести дух. Когда кто-то противоположного пола был так близок с ним, это не было неприятно, на самом деле было наоборот, но всё равно было трудно успокоиться. Возможно, это варьировалось от человека к человеку, но даже если бы это был кто-то того же пола, например, Кузаку, Харухиро было бы трудно расслабиться, когда их руки были на нем.

Когда Харухиро присел, Кузаку принес ему его одежду.

— Вот, держи!

« Взгляните на него ».

« Почему он так улыбается? »

Но если Харухиро скажет ему, что ему это не нравится, Кузаку снова впадет в депрессию.

« Я знаю, что он не хочет причинить вреда. Я смирюсь с этим. Это не сложно ».

Прежде чем снять одежду и одеться, Харухиро попытался дотронуться до своего правого бока. Область вокруг реликвии была немного опухшей, но это было скорее раздражение, чем боль. От этого захотелось избавиться от него как можно скорее.

— Ну, если всё так плохо, как получается, то...

Очевидно, это была идея Хиё. В плане использовалась реликвия, поэтому остальные никогда не могли об этом подумать.

Хотя, даже если бы у них была реликвия, было сомнительно, пришло бы в голову это ему. Даже если бы это пришло ему в голову, он всё равно мог подумать: « Ни за что . Без шансов. Я не смогу этого сделать » и сразу отказался от этой затеи.

Харухиро оделся и встал из-за стола.

— Что ж, давайте изо всех сил постараемся, ладно? — Хиё похлопала его по плечу. Он хотел ударить её, но решил пока подождать и проигнорировал её.

На данный момент они работали вместе. По необходимости. Эти отношения не будут длиться вечно.

Когда придёт время, он заставит Хиё заплатить за всё.

Чем больше она причиняла им боль и страдания, тем больше будет и цена.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

12. В Конце Этого Взгляда

В версии с изображениями тут находится картинка.

Кузаку прислонился спиной к стене Нового Города, согнув колени и сложив руки вместе. Киити использовал плечи и голову Кузаку как ступеньки, когда карабкался по стене. Харухиро положил правую ногу в руки Кузаку. Кузаку быстро поднял его.

Ночью они перебрались через стену в Новый Город и двинулись по потолку туннельных дорог. Киити был в своей стихии. Он легко перепрыгивал через дыры в крышах, когда шёл впереди, иногда быстро взбираясь на здание, чтобы осмотреться, а иногда следуя за ним, чтобы посмотреть сзади. Харухиро даже не требовалось отдавать приказы. Киити был действительно умным няасом. Помогло то, что Харухиро не пришлось с ним разговаривать. Харухиро предпочитал, как можно больше молчать. Не то чтобы он ненавидел людей или что-то в этом роде.

Они направлялись в Ахсвасин.

Они попытались выйти на улицу, которая, по их мнению, вела туда, но, как и следовало ожидать, там было много гоблинов. Даже если бы он использовал «Скрытность», было неясно, сможет ли он выжить.

Харухиро и Киити вернулись к потолку туннельной дороги. Когда они приблизились, здания вокруг Ахсвасина возвышались над ними, как скалы. В каждом из них было много дыр, то есть окон, и все они имели разную форму. Это ограничивало количество стен, которые можно было масштабировать.

Он рискнул и попытался зайти в одно из окон. Макет был довольно сложным. В одних комнатах была дверь, в других - нет. Иногда на кроватях, похожих на груды грязи посреди коридора, спали гоблины.

В какой-то момент Киичи взлетел, но Харухиро не беспокоился о нем. Пока он осматривал здание, ньяа вернулся. Киичи повернулся в том направлении, откуда пришел, и слегка вилял хвостом. Харухиро интерпретировал это как просьбу следовать.

Вслед за Киити он вошел в комнату, которая была похожа на подвал, хотя и не находилась под землей. Там были горшки, большие и маленькие, выстроенные рядами и рядами внутри. « Что это ?», подумал он. Комнату наполняла не совсем едкая, но уникальная вонь. Пахло плесенью и сладостью.

Он открыл один горшок, и он был наполнен тем, что, как он мог предположить, было массой плесени, вонявшей в сто раз хуже, чем то, с чем он уже столкнулся. Он поспешно закрыл крышку, но его обоняние долго не могло восстановиться.

Наверху подвального помещения было несколько окон. Скоро рассвет.

Скорее всего, это был склад. Была ли субстанция внутри кастрюли едой? Они это едят? Если он был ферментирован, это казалось возможным.

Харухиро решил спрятаться в задней части склада и дождаться ночи. Время от времени он чувствовал гоблинов, но, хотя они проходили мимо склада, они так и не вошли. Киити спал, свернувшись клубком у ног Харухиро. Если Киити, у которого чувства во много раз более чувствительны, чем у человека, мог спать здесь, то это должно быть безопасно. Но Харухиро не мог ослабить бдительность. Тем не менее, если он будет слишком сильно напрягаться, он не выдержит. Ему нужно было сохранять концентрацию во время отдыха. Обратить его внимание на важные вещи. Он стоял спиной к стене и собирался заснуть, но не пропускал ни малейшего шума.

Киити иногда просыпался и покидал склад.

Харухиро время от времени вставал, чтобы потянуться. Он дважды съел свой переносной паек, поделившись с Киити.

Солнце село, и гоблины легли спать. Харухиро и Киити покинули склад.

Киити прогуливался по зданию в течение дня, так что он хорошо разбирался в планировке здания. Под руководством ньяаса Харухиро смог найти выход, но там были гоблины, поэтому он не пошёл. Он также понял, почему дизайн показался ему сложным. Возможно, это была уникальная особенность этого здания, но в нем не было лестницы. Из-за этого не было четкого различия между первым этажом, вторым этажом, третьим этажом и так далее. Все комнаты различались по размеру и высоте потолков, а большинство коридоров были наклонными. Нигде не видно лестниц. Более высокие комнаты соединялись с нижними комнатами отверстиями, и иногда через них свешивались веревки.

Харухиро решил двигаться всё выше и выше. Он должен был остерегаться гоблинов во время продвижения, поэтому не было недостатка в случаях, когда ему приходилось обходить их. На это ушло время. Но медленно, не торопясь, он продвигался вверх. Только вверх.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Казалось, он не мог подняться выше. Он поискал окно и вышел через него.

Он был на высоте четырнадцати-пятнадцати метров. Ветер был довольно сильным. Это сделало его ноги немного слабыми. Киити плавно поднялся по стене. Добрались ли они до вершины? Место, где сейчас был Киити, вероятно, будет самой высокой точкой в ​​этом здании.

Ох. Похоже, Киити показывал Харухиро маршрут, которым он тоже мог бы воспользоваться. Харухиро попробовал, и, хотя это не сработало для него так же хорошо, как для Киити, ему тоже удалось подняться на крышу.

Крыша не была плоской. Это было похоже на форму, которую вы получите, если попытаетесь разгладить клецки. На краю не было никаких выступов, так что, если он поскользнется, ему будет крышка. Харухиро осторожно опустился на колени, глядя на Ахсвасин, Высшие Небеса. Он возвышался над этим зданием. Высота должна была быть больше тридцати метров. Одна из пяти рукоподобных структур, выросших из неё, простиралась над зданием, на котором сейчас стояли Харухиро и Киити.

— Он огромен...!

Он заговорил вслух впервые за долгое время. Киити уткнулся головой в колено Харухиро. Харухиро погладил его, и он радостно сузил глаза.

— Извини, что заставил тебя пойти со мной. Думаю, в одиночестве я чувствовал бы себя безнадежным. Ты действительно помог мне, будучи здесь.

Словно говоря, « Не беспокойся об этом », Киити коротко мяукнул.

Харухиро сделал несколько глубоких вдохов.

« Ладно. Погнали ».

Харухиро начал спускаться с крыши. На противоположной стороне от того направления откуда он пришел. Сторона, обращенная к Ахсвасину. Так же, как когда он забирался наверх, было не так много мест, где он мог бы спуститься. Его заставляли бросаться из окна в окно. Если он не мог спуститься с того места, где находился, он временно заходил в окно.

Он чувствовал бы себя безнадежным в одиночестве. Нет, всё было бы намного хуже. Без помощи Киити это заняло бы во много раз больше времени. И даже тогда он, возможно, не смог бы добиться такого большого прогресса.

Когда небо начало светлеть, он был уже почти на уровне земли. Киити убедился, что берег чист, и Харухиро вошел в дом через окно. Он покосился в сторону Ахсвасина.

« Я не ожидал, что он будет выглядеть так ».

Территория, окруженная массивными сооружениями, должна была быть территорией Ахсвасина. Это был ровный участок с забором, стенами и туннелем, ведущим внутрь строения. По крайней мере, так думал Харухиро, но это не так.

В земле была вырыта глубокая траншея.

Это был ров? Похоже, он не был наполнен водой. Сухой ров? Или, может быть, они вырыли огромную яму и построили на её дне Ахсвасин?

Ров был метров десяти глубиной. Его ширина была даже больше. Харухиро посмотрел на него примерно с двадцати метров.

« Нет ничего невозможного» , подумал он. « Это сухой ров, так что я могу спуститься на дно и пройти. Проблема в том, что будет после этого. Как мне войти в Ахсвасин? »

« Мне просто спуститься и посмотреть, что произойдет? Нет, сейчас не время для азартных игр. Скоро взойдет солнце. Я должен пока потерпеть ».

Харухиро решил подождать в одном из зданий до ночи. Киити, казалось, понял это и отвёл его в безопасное место. На этот раз место было похоже на чулан, набитый всякими вещами. Было пыльно, но оставаться в нем было легче, чем в предыдущем месте. Он почти никогда не чувствовал гоблинов и даже решил лечь и поспать.

День был долгим. У него было много времени подумать.

Когда снова наступила ночь, Харухиро решил проверить, как далеко он может зайти внутрь здания. У него было смутное предчувствие, что под рвом могло быть место. Если есть, сможет ли он попасть внутрь через это здание?

Пройдя длинный путь, он нашел выход с дверью. Вокруг не было гоблинов. Он немного поколебался, но решился.

Он подошел к двери. Он пытался толкать и тянуть ручку, но она не сдвинулась с места. Затем он попытался повернуть ручку. Это заставило дверь двигаться. Она медленно открылась. Он изо всех сил старался сохранять тишину, но невозможно было открыть дверь без шума. И это было скорее скрежетом, чем скрипом.

Он выглянул через отверстие. Киити ловко проскользнул сквозь него.

Это была туннельная дорога. Слабо яркий. Чуть дальше по дороге был Т-образный перекресток. Похоже, там был свет лампы.

Он услышал, как что-то движется позади него. Гоблин? Изнутри здания приближался гоблин.

На самом деле повернуть назад было опаснее. Харухиро ещё немного приоткрыл дверь и вышел на улицу. Он закрыл её за собой. Он издал ужасно сильный шум, и он покрылся холодным потом. Слышали ли это гоблины внутри здания? Он не знал. Он уже закрыл дверь, поэтому у него не было возможности проверить.

Он, должно быть, стал нетерпеливым, хотя и не хотел. Он перешел опасный мост.

Киити исчез на Т-образном перекрестке. Налево. Киити повернул налево.

Харухиро погнался за Киити. Из осторожности он остановился на перекрестке, высунув только лицо, чтобы посмотреть в обе стороны. Ему казалось, что его сердце вот-вот остановится.

Там. На правой стороне. Гоблины. Недалеко. Может, в пяти метрах. У них на земле стояла лампа, рядом с которой они сидели на корточках и что-то делали. Они его не заметили. На самом деле они смотрели вниз, в землю. Медная броня. Шлемы. Щиты на спинах и копья, прислоненные к стене туннеля. Они были вооружены. Это были охранники, патрулирующие, да?

Харухиро снова втянул лицо. Киити ушел. Охранники его не заметили. Что ж, судя по тому, как они себя вели, они не собирались обращать внимание на Киити. Если бы они не думали, что что-то там есть, Харухиро мог бы удивиться, обнаружив, что они тоже не заметили его.

Он ещё раз проверил сторожевых гоблинов. Они всё ещё сидели там на корточках, делая то, что они делали. Казалось, они говорили приглушенными голосами.

« Неизвестно, когда гоблины в здании могут выйти из двери позади меня ».

« Я собираюсь погрузиться в воду ».

«Поглоти».

— Скрытность .

Харухиро повернул налево на Т-образном перекрестке. Даже не оборачиваясь, он мог сказать, что делали охранники. Они всё ещё сидели на корточках.

Вскоре дорога в туннель остановилась и повернула направо. Киити не было видно. Стражники, казалось, пришли в движение. Он услышал шаги.

Харухиро продолжил путь по туннелю. Был ещё один Т-образный перекресток. Киити быстро высунул голову с левой стороны, а затем снова исчез по той тропинке. Харухиро последовал за ним. На спуске дорога поворачивала направо. У него был довольно крутой наклон. Он догнал Киити. По крайней мере, он так думал, но Киити был быстр. Похоже, что на другой стороне дороги открылись какие-то вещи.

Оно было широким.

Действительно широким.

И потолок тоже был высокий.

В нем не было дыр. Несмотря на это, он был ярким. Нет, с точки зрения реального количества света, вероятно, было тускло. Но это было довольно ярко.

Вокруг летали эти светящиеся штуки. И ни один, ни два. Много.

Чем, черт возьми, они были? Они были похожи на струны. Или змей. Но змеи не летали. Были ли они насекомыми? Они не были похожи на крылья. Они были тонкими и плоскими, и светились легким желтоватым оттенком. Они просто повернулись, чтобы медленно лететь. Они сильно различались по длине. От десяти до тридцати сантиметров. Некоторые тоже были довольно тонкими.

Были ли они живыми? Может, ему стоит называть их световыми червями. Однако было неясно, что это были черви.

Как бы то ни было, благодаря световым червям он довольно хорошо понимал, что это за место, даже если он не мог его ясно видеть.

Вероятно, это были подземные сады перед Ахсвасином. Были ряды чего-то, похожего на статуи, и он мог пройти между ними. Статуи имели форму гоблинов. В основном, червячные статуи. Они были не в натуральную величину. Они должны были быть вдвое, нет, втрое больше своего реального роста. Но статуи были больше, чем просто украшением. По ним можно было подняться, и на каждой статуе были вооруженные гоблины. Некоторые стояли, некоторые - нет, все настороженно следили за злоумышленниками. Один был на ноге статуи скрещенных ног, а другой сидел на плече той же статуи, подняв одно колено. Как правило, на статую с гоблином всегда приходилось по крайней мере один или два вооруженных гоблина, а иногда их могло быть и пять. Там было не так много статуй, как бесчисленное количество световых червей, но и не пара десятков из них. Более того.

Киити не заходил в подземный палисадник. Очевидно, Харухиро тоже.

Он не сказал бы, что охрана была жесткой, но он всё ещё не был уверен, что сможет выжить.

Расстояние от одной статуи клыка до другой было разным. Иногда это был метр, иногда целых три. Он заметил, что между статуями тут и там ходят гоблины.

Если бы там происходила битва или что-то ещё привлекало внимание гоблинов, он мог бы что-то сделать. Однако, даже если некоторые расслаблялись, эти вооруженные гоблины были настороже.

Он должен был сделать вывод, что это будет тяжело. По крайней мере, на этом этапе. Если он не будет торопиться, он сможет найти лазейку, которой воспользуется.

Он не чувствовал себя уверенно. На самом деле, лучше всего было списать это как невозможное.

Как бы осторожно он ни действовал, вооруженные гоблины обязательно его найдут. Если хоть один его заметит, десятки нападут, и он будет сразу же окружен. Насколько он мог видеть, у многих из них были арбалеты. Это тоже нужно было принять во внимание.

— …У меня нет выбора, кроме как сделать это. — сказал Харухиро самым тихим голосом, который мог, затем присел и погладил Киити по голове.

Киити взглянул на Харухиро.

— Я рассчитываю на тебя. Возвращайся к остальным.

Киити в ответ издал слабое мяуканье.

Харухиро трижды кивнул. Всё было подготовлено. Он вдохнул, затем выдохнул и потянулся. Он вытащил из ножен кинжал. Не его собственный. Лезвие было красным. Хи'ирогане. Это был нож Вице-Короля Богга. Ещё раз кивнув, он вернул нож хи'ирогане в ножны.

— Я выхожу.

Харухиро вышел в палисадник.

Вместо того, чтобы стереть свое присутствие, он расширил свои чувства настолько далеко, насколько мог, до их пределов.

Как будто его здесь не было, а он смотрел на себя откуда-то ещё. Почти как будто он был другим человеком.

Первым, кто заметил Харухиро, был гоблин, сидевший на левом плече ближайшей статуи.

Вооруженный гоблин, казалось, сразу понял, что там было что-то, и что это не было таким. Он начал вставать, повернул шею и издал. — Wohw. — затем, подумав что-то вроде, « Да ладно, это человек? », он закричал. — Fauh! — и приготовил арбалет.

Это привело в движение целую цепочку событий. Вооруженные гоблины подняли возбужденный гул на всех статуях. Первая вооруженный гоблин выпустил стрелу из арбалета. Пока Харухиро знал, что приближается выстрел, ему нечего было бояться арбалетов. Он уклонился от приближающегося снаряда, но не убежал. Ещё нет. Он терпеливо ждал.

Первая вооруженный гоблин спрыгнул с насеста.

В то же время, немного подальше, другой гоблин выстрелил из арбалета сверху другой статуи. Харухиро тоже заметил это, поэтому увернулся с минимальными усилиями.

Первый гоблин упала на землю. Незадолго до этого Харухиро бросился между статуями.

Четыре, нет, пять вооруженных гоблинов стояли у него на пути. У некоторых в руках были арбалеты, в то время как у других были нацелены на него копья. Однако они всё ещё были сбиты с толку.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро атаковал вооруженных гоблинов. Только одному из них удалось воткнуть в него копье. Харухиро вошел, схватил древко и повернулся. Вооруженный гоблин уперся пятками, стараясь не потерять оружие. Харухиро отпустил, не сопротивляясь, и продолжал бросаться на них. Он прорвался в мгновение ока и продолжил путь.

Харухиро ударил одного или двух из них, заставив их повалиться на землю, когда он проходил мимо. Затем он бросился бежать, прежде чем другие вооруженные твари смогли атаковать.

Он хотел использовать статуи гоблинов, чтобы вооруженные гоблины не окружили его. Но сейчас у него не было возможности ни думать, ни двигаться. Куда бы он ни пошел, куда бы он ни повернул, там были вооруженные гоблины. Некоторые из умников остались на своих статуях и целились в Харухиро из своих арбалетов.

Сколько раз его задело копье или болт? Он не мог позволить себе считать.

Даже если иногда он думал, « Это опасно », он таинственным образом обнаруживал, что не боится. Если он позволил всему напугать его и напрячься, или совершил какую-нибудь глупость, его либо сильно ранили, либо проткнули, либо застрелили.

Тем не менее, он должен был признать, что был впечатлен тем, что всё ещё жив.

Он давно забыл, где находится. В этот момент в радиусе полуметра от Харухиро всегда находился как минимум один вооруженный гоблин. Раны от копья в левом бедре и плече правой руки не были мелкими. Болели, причем сильно.

Прежде, чем он успел подумать, может я облажался, Харухиро вытащил нож хи'ирогане.

— Мод Богг! Хи’ирогане! — крикнул он, высоко поднимая нож.

Он хотел увернуться от копья, которое вонзил ему один из вооруженных гоблинов, но почувствовал сильный удар в плечо. Он не пронзил его, но копье немного сбрило верхнюю часть его правого плеча.

— Хи’ирогане!

Харухиро повысил голос, схватив копье обеими руками и оттолкнув его с грубой силой. Гоблин сумел удержать копье, но для этого был вынужден встать на колени.

— Мод Богг! Хи’ирогане!

Харухиро пнул гоблина в подбородок и повернул нож.

Кричали вооруженные гоблины. Они не атаковали. Они отступили один, в двух шагах от него.

— Хи’ирогане! Мод Богг! Хи’ирогане!

— Hi’irogane, hi’irogane. — сказали все вооруженные гоблины. Немалое количество из них оглядывалось в поисках чего-то. Они явно были сбиты с толку. Что им делать? Они не могли сделать этот призыв для себя. Им нужен был кто-то, чтобы решить. Вероятно, это и означала их реакция.

Киити находился примерно в десяти метрах, на вершине одной из статуй. Конечно, глядя на Харухиро.

Их взгляды встретились.

По крайней мере, так казалось.

Киити внезапно казался чем-то шокированным и отвернулся. Куда переместился его взгляд? Вероятно, на вершину одной из статуй возле Харухиро. Это случилось сразу после этого.

Что-то полетело на него. Это он знал наверняка.

« Я увернусь », подумал он, когда что-то ударило его по шее. Вернее, что-то вроде веревки, обмотанной вокруг его шеи.

« Дерьмо! »

« Я умру? »

— Гвех!

Оно обвилось вокруг его шеи. Потом был рывок, потянувший его вверх. Харухиро сопротивлялся. Он использовал левую руку, чтобы найти то, что было у него на шее. Это было сложно. Металл? Как ошейник. Он посмотрел вниз и увидел, что оно красное. Красный металл. Хи'ирогане? Он поднял глаза. Вот оно, на вершине статуи рядом с ним. Гоблин. На его лице был большой шрам. И Киити смотрел в его сторону. « Это оно, да? » У гоблина было красное снаряжение, предположительно сделанное из хи'ирогане. Веревка или цепь, выходящая из него, была обернута вокруг шеи Харухиро. Харухиро был привязан к объекту, который его душил.

— Sungyah!

Гоблин со шрамами потянул веревку, цепь или что-то ещё. Харухиро почти потерял сознание. Всё, что он мог сделать, это не уронить нож Богга.

Киити уже не было.

Веревка внезапно ослабла, и Харухиро упал на колени.

Затем гоблин снова дернул за неё.

— Оугх...

« Похоже, я напортачил ».

« Простите меня, все... »

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

13. Я Терплю Свою Боль и Молюсь

В версии с изображениями тут находится картинка.

« ...Я что-то слышу ».

Что это был за шум?

« Как же больно ».

Его тело болело.

Повсюду.

— ...Ургх.

Голос.

Был ли это его голос?

— Ахх...

Он снова попытался заговорить.

« Да, это мой точно мой голос ».

« Так и знал ».

Очевидно, это был его голос.

Что означало...

— Я… всё… ещё… жив...?

« Где я? »

Было темно. Кромешная тьма. Почти. Но не полностью.

И всё же было больно. Его тело ныло. Это ещё не всё. Даже хуже, чем просто боль.

Что это было?

Он онемел?

Что происходило?

Он не знал. Он даже не мог понять, в каком положении находится.

Он не стоял. Но и не сидел. Означает ли это, что он лежал? Он лежал на боку. Не на спине или животе, а именно на боку.

Его левый бок, вероятно, был снизу. Почему именно так? Поток крови был перекрыт, поэтому он онемел. Особенно в левой руке. Он даже не мог быть уверен, что оно всё ещё там.

Он мог двигаться? Он не узнает, пока не попытается.

« Ага. Попробую подвигаться ».

— Нгх... Нгух...

Он мог немного пошевелить правой рукой. Но даже за малейшим движением следовала чертовская боль, поэтому он не хотел этого.

Он хотел просто оставаться на месте.

— ...Я не могу...

Он не мог себе этого позволить.

« Попробуй что-то одно за другим ».

Он проверил свои пальцы, запястья, локти и плечи. В какой-то степени они двигались. На его правой руке, по крайней мере, той, что не под ним. Но был ли он связан? Вероятно, он был связан за запястья. Его руки были за спиной, привязаны веревкой или чем-то подобным.

— ...То же самое и с ногами...?

Похоже, его лодыжки были связаны таким же образом.

Он чувствовал, что ему нехорошо так долго лежать на левом боку. Он уже был истощен и ничего не чувствовал. Не только в левой руке, но и в левой ноге.

Он попытался лечь на спину. Ему просто нужно было повернуться вправо. Это было всё, что требовалось, но он, похоже, не мог этого сделать.

— Наконец...то…

С большим напряжением ему это удалось. Его связанные руки теперь были под его телом, что было действительно неудобно. Онемение прошло, а на его месте усилилась боль. Онемение или боль. Что было лучше? Оба были неприятны.

— Сурово...

Что ж, он не мог жаловаться. Он был ещё жив.

Как думаете, это была удача или же наоборот?

Он думал, что вот-вот умрёт.

Если бы он действительно умер, это не было бы странным. Вот какова была ситуация. Он всё ещё наполовину подозревал, что он действительно мёртв. Но если да, то он не должен был так думать, поэтому должен был по-прежнему оставаться среди живых.

Где это он был? Тут был потолок. Слева от него были стены, а с той стороны, куда указывала его голова. Справа от него были решетки, а с другой стороны в воздухе порхали световые черви.

Один из световых червей проник через решетку. Он неторопливо кружил по потолку.

Это была тюрьма или что-то в этом роде? Скорее всего. Как будто он был в одиночной камере.

— Это... плохо...

Ботинки, которые он носил, пропали. Он был босиком. Дело было не только в его обуви. На нем так же не было одежды. Всё, что у него осталось, - это его нижнее белье.

То, что они могли отобрать всё, что у него было, было в пределах области ожиданий. Он даже был готов к такому повороту событий. Тонкие лезвия он спрятал по всей своей одежде и подошвам ботинок. Они это видели? Или они просто раздели его, конечно же? В любом случае, это, возможно, был третий худший исход, который он мог себе представить.

Очевидно, наихудшим было его смерть. Смерть от рук гоблинов. Очевидно, ему удалось этого избежать. По крайней мере, пока.

Следующим худшим было не быть убитым сразу, а почти готовым и оставленным в неведении. Похоже, всё было не так уж и плохо.

Следующим за худшим исходом было оказаться в плену, без ничего, что он мог бы использовать. По сути, именно в той ситуации, в которой он оказался сейчас.

Где же он был? Внутри Ахсвасина? Что, если бы он оказался снаружи? Это было бы проблемой.

Неужели не было способа подтвердить, что он был внутри Ахсвасина? Световые черви. Первое место, где он их увидел, было в подземных садах перед Ахсвасином. Здесь также были световые черви. Эта тюремная камера находилась внутри Ахсвасина. Это то, что он хотел предположить, но с его стороны это было не более чем оптимистическим предположением.

Ему пока не следует двигаться. Ему придется подождать. Подождать? Для чего?

Пока он не был уверен, что что бы ни случилось, ему удалось проникнуть внутрь Ахсвасина.

Принесет ли ожидание ему уверенность? Он мог дождаться только пыток, а затем быть убитым. Нет, если бы они хотели убить его, они бы уже это сделали. Это был один из способов взглянуть на это. Если бы он имел дело с людьми, он был бы более или менее в этом уверен.

Но они были гоблинами. Он не мог даже догадаться, как думают гоблины. У них мог быть какой-то процесс, который они прошли, прежде чем убить людей, которых они захватили в Новом Городе.

На данный момент он испытывал боль, невероятную боль, но как-то умудрялся её терпеть. Хотя могло быть и хуже. Он может потерять слишком много крови, или его раны могут загноиться, и он потеряет сознание. Он мог так умереть.

В конце концов, раны от копья в его верхней правой руке, левом бедре и левом плече не были мелкими. Его шея тоже сильно болела. Вот где гоблин и достал его этим странным инструментом. Его лицо тоже беспокоило его. Должно быть, они затащили его сюда, потому что по пути он получил изрядное количество царапин и ударов. Из носа либо шла кровь, либо она уже остановилась. Во всяком случае, он был полностью избит. Он мог дышать только ртом.

Его живот и спина, вероятно, тоже были сильно искалечены, но он не мог переживать все свои другие страдания. Боль закрывала другую боль. Нет, было бы хорошо, если бы это было правдой, но он просто не мог судить, насколько серьезна была боль. Она всё ещё болела там.

« Я не смогу дождаться – наверное ».

Для него было невозможно просто расслабиться с самого начала, но, если он собирался и дальше пытаться терпеть боль, а потом всё равно просто умереть, это было бы слишком жалко. Трудно было утверждать, что у него остались запасы сил, но он понимал, что, вероятно, ему следует двигаться, пока он может. Вернее, что у него не было другого выбора.

Ему придется полагаться на вариант, к которому он хотел бы прибегнуть меньше всего. Что ещё он мог сделать? Он уже определился с этим. Ему просто нужно было действовать сейчас.

Однако это было невозможно, пока он лежал на спине, поэтому он снова перекатился на левый бок. Связанные запястья были проблемой, но ему каким-то образом удалось занять положение, которое позволяло ему ощупывать правый бок правой рукой.

Это было нелегко. Особенно сильно болело левое плечо, которое было снизу. Его дыхание было затрудненным.

« Больно. Почему так больно? Ой, к черту всё. Я не могу больше этого терпеть. Я хочу сдаться. А ещё хочу заплакать. Но я не стану. Я не знаю. Может, я заплачу. Плакать - это нормально. Я имею в виду, что никто не видит. Но я всё равно не буду плакать ».

Ногти на обеих руках были заточены, а не подстрижены.

« Я не хотел этого делать. Нет, если бы я мог этого избежать. Но я сделаю это ».

Он начал почесывать бок указательным пальцем. Сильно. Так сильно, как только мог.

« Ничего, да? Это не сработает. Не так ».

Он сжал кожу между указательным и большим пальцами. Он вертел всё сильнее и сильнее.

— Нгх...! Ух, ух, ух, нгххх...!

Он хотел ослабить хватку. Очевидно, что не ослабит.

Его кожа разрывалась.

— Оуууу...

Теперь у него появилось отверстие в правом боку.

« Думаю, оно достаточно большое, чтобы можно было просунуть палец. Нет, похоже, не получится ».

Тогда ему придется его расширить.

« Говоришь так, будто это будет проще простого ».

Никто не сказал ничего подобного. Он с силой расширил отверстие и засунул туда указательный палец. Под кожу.

« Вот дерьмо. Вот дерьмо. Вот дерьмо. Мне это не нравится. Ой, как не нравится. Я не хочу этого делать ».

Но он нашел её.

Она всё ещё была там.

Реликвия.

Объект в форме бутона, который Хиё имплантировала в него.

Однако он знал, что это будет. Какая польза от того, что он знал это? Ничего особенного. Он должен был вытащить её сейчас. Он не мог схватить её одним указательным пальцем. Ему понадобится большой палец. Неужели ему пришлось ещё больше навредить себе? Да уж. У него не было выбора.

— Гххххххххххх... Ахх... Урхххххххх...

Она была внутри. Он засунул палец внутрь и смог схватить реликвию. Теперь ему просто нужно было вытащить её. Это было несложно. На самом деле, довольно просто.

— Аууууууууугваргххххххххххххххххххх...!

В этот момент по комнате эхом разнесся крик.

Что это было? Гоблины?

Наверное, они. Он слышал голоса гоблинов.

И шумы. Звуки. Шаги? Приближаются.

Вот дерьмо. Что он собирался делать теперь? Реликвия. Он почти достал её. Всё, что ему нужно было сделать, это вытащить её. Было ли это нормальным? Или нет? Должен ли он оставить её там? Но он истекал кровью. Впрочем, у него были и другие раны. Он уже был весь в крови. Они бы не заметили.

Шаги теперь были довольно близки. Когда они приблизились, что-то ударилось о стену или решетку.

— Ой, боже... я не знаю, что делать...!

Он вытащил реликвию, держа её в правой руке, и повернулся к решетке.

Больно. Ох, как же больно. Его бок. Потому что это была свежая рана. Должно быть причиняло ещё больше боли.

Он приблизился, ударив по решетке красной палкой.

Гоблин со шрамами.

За ним было ещё несколько гоблинов. Четыре? Их пятеро?

Похоже, то, что держал покрытый шрамами гоблин, было тем же оружием, что и раньше. У палки на конце была кольцеобразная деталь, которую можно было оторвать и бросить так, чтобы она ловила противника за шею. Это было похоже на лассо?

Покрытый шрамами гоблин с его помощью давал указания другим гоблинам.

Один из гоблинов шагнул вперёд и коснулся прутьев. Похоже, там была дверь. Собирались разблокировать и открыть её.

Его взгляд остановился на гоблине сзади. Постой... Это вообще был гоблин?

Его кожа была ужасно бледной по сравнению с другими гоблинами. Он выглядел белым, по крайней мере, при освещении световыми червями. С человеческой точки зрения, у гоблинов была сгорбленная спина, а головы торчали вперед. Но этот гоблин был другим. Он стоял вертикально, хотя всё ещё был примерно такой же высоты, как и другие. У него было тощее, хрупкое телосложение, и, в отличие от того, что было обычным для гоблинов, он носил свободную черную мантию.

Дверь открылась, и вошел покрытый шрамами гоблин.

Этот белый гоблин, может быть, это угот? Разве это не мудрец?

К нему подошел покрытый шрамами гоблин. Он наступил ему на голову.

— И, хи, хи, хи!

« Да пошел ты ».

Было бы ложью сказать, что Харухиро не рассердился, но его больше интересовал гоблин, которого он считал уготом.

Другие гоблины в камеру не входили.

— Эй...! — Харухиро закричал изо всех сил. Угот посмотрел на него. Если Хиё не лгала, уготы понимали человеческий язык. Он собирался крикнуть ещё что-то, но покрытый шрамами гоблин вонзил ногу ему в голову, затем поднял её высоко и...

« А? Что? Что он будет делать? Ударит меня? Он меня ударит? »

— Агх...!

О, он почувствовал это. На мгновение он отключился. А что с реликвией? С ней всё было нормально. Он держал её. Она почти всё ещё была в его руке.

Как только он поправил хватку на реликвии, покрытый шрамами гоблин снова ударил его ногой. На этот раз в подбородок. Если бы он вовремя не стиснул зубы, он мог бы прикусить язык.

Его голова была туманной. Он должен был быть осторожным, чтобы не уронить реликвию. Несмотря ни на что, он не мог её потерять. Он должен был держаться крепче. Если он её уронит, ему конец.

— Вы… же… разговариваете...

Уготы должны были говорить на человеческом языке. Он хотел, чтобы тот выслушал его.

— Daaaag!

Гоблин со шрамами ударил Харухиро инструментом. Кольцо открылось, обернулось вокруг его шеи и сузилось. Он не мог дышать. Больно.

— Вы же разговариваете на человеческом…?

Он тащил его.

Гоблин со шрамами пытался утащить Харухиро.

Это было бесполезно. Он не мог говорить. Всё, что выходило, было «Гах» и «Гох». Время пришло?

« Стоит ли мне использовать реликвию сейчас? »

Гоблин со шрамами был неумолим. Ещё и сильный. Харухиро был связан по рукам и ногам. Он не мог ходить. Со связанными за спиной руками он не мог даже ползать на четвереньках. Гоблин всё так его тащил. Вот дерьмо. Забудь, был этот гоблин уготом или нет. Он не мог дышать. Он собирался потерять сознание? Или, что ещё хуже, умереть?

Покрытый шрамами гоблин не остановился, когда вышел из камеры. Он продолжал тащить Харухиро. Как далеко он планировал зайти?

« Если так, то я воспользуюсь реликвией ».

« Нет, подожди ».

Покрытый шрамами гоблин пытался куда-то увести Харухиро. С уготом. Уготы предположительно служили могадо. Если Хиё не лгала. Что это значило?

— Уах, ах, ухх...

« Больно, черт возьми. Я не могу дышать. Я здесь задохнусь. Ты убьёшь меня ».

Гоблин со шрамами продолжал тащить Харухиро. Куда он его пытался завести? Он решил не убивать его.

Верно. Да, это было больно, и он страдал, но Харухиро ещё не умер. Они легко держали его в подземном саду. Это должно быть сделано намеренно, верно? Гоблин в шрамах каким-то образом сдерживался. Может быть, это затаскивает Харухиро таким образом, чтобы его не вырубить.

Куда он пытался увести Харухиро?

Может быть к могадо? Если так...

— Нгух, вах, гагх, аугх...

« Замолчи ».

Его голос продолжал просачиваться сам по себе. Он не мог остановиться. Он страдал. Неужели покрытый шрамами гоблин действительно сдерживался? Может быть нет. Разве он не просто тащил его так сильно, как только мог? Мол, если он умрёт, то тому и суждено, и что с этим делать, если такое произойдет?

Как бы то ни было, с ним обращались ужасно. Было ли так относиться к человеку? Это было вне пределов варварства. В конце концов, это был просто гоблин. Он ошибался, ожидая от него лучшего. На что он надеялся? Ничего. Больно. Он не мог дышать. Было такое ощущение, что он тонет. Тонет, когда он тащил его.

« Я не могу этого вынести. Без вариантов. Я серьезно готов ».

Вероятно, он уже вышел за пределы своих возможностей. Он только цеплялся за сознание, жалуясь вот так в своей голове. Да, и оскорбляя их. Ненавидеть их. Проклиная их. Почему он должен пройти через это? Чем он когда-либо заслужил это? Сделал ли он что-нибудь, чтобы заслужить такого рода наказание?

« Ах, точно, я ведь убивал гоблинов, да? »

Он, очевидно, убил многих из них, прежде чем потерял память.

Может, он не имел права жаловаться. Если бы это была месть гоблинов, они могли быть разумно оправданы.

Ему захотелось сдаться.

Не спорю, что всё дело в решимости, но, если он потеряет волю в такое время, с ним будет покончено. Каким бы уродливым он ни выглядел, ему приходилось цепляться за жизнь. Он не мог вынести без этого чувства.

« Это безнадежно. И бессмысленно. Я должен перестать пытаться терпеть ».

« Я просто хочу расслабиться ».

« Если мне суждено умереть, то сделаю это быстро ».

« Умру как можно скорее ».

« Не могли бы вы просто позволить мне уже умереть?»

Он был на грани. Он хотел умереть. Он не мог умереть сам по себе и не собирался исчезать, поэтому он молча умолял их покончить с ним. Если его медленная, безнадежная смерть продвинется на шаг дальше, то с этой ошибкой он откажется от выживания. Неужели он остановился только перед этим? Или нет? Нет, должно быть, так всё было. Потому что Харухиро всё ещё держал реликвию в руке. Это доказывало.

Внезапно, вместо того, чтобы тащить его, Харухиро выбросило вперёд и покатило в сторону. Было неясно, произошло ли это непосредственно перед этим, в то же время или сразу после, но кольцо на его шее ослабло.

У него болело горло, но дышать стало легче. Боль при вдохе и выдохе была сильной. Несмотря на это, он втянул в себя весь воздух, который мог. Хотя он кашлял и чувствовал, что его вот-вот стошнит, кислород быстро распространялся по его телу. Он чувствовал это.

Его лицо было покрыто слезами, кровью, слюной и неизвестно чем ещё. Он понятия не имел, что происходит. Он плохо видел и ничего не чувствовал. Ему было так больно, что ничего не имело смысла.

— Heah! Mogado! Gwagajin!

Это был голос покрытого шрамами гоблина. Могадо. Гвагаджин.

Король гоблинов. Могадо. Могадо Гвагаджин.

Может быть, это были королевские покои или что-то в этом роде?

— Mogado!

— Gwagajin!

— Mogado, Gwagajin!

— Heah! Mogado! Heah!

— Mogado! Gwagajin!

Гоблины повторяли зов. В этом не было никаких сомнений.

Харухиро несколько раз моргнул. Он хотел что-то сделать со своим нечетким зрением.

Мало-помалу его зрение вернулось к нему. Гоблины.

Было так много гоблинов.

Вокруг Харухиро и покрытого шрамами гоблина масса гоблинов образовала круг в десять или даже двадцать тел глубиной.

Было довольно ярко. Это были световые черви? Нет. Свет падал сверху. Это был солнечный свет, не так ли? Был люк в крыше. Был ли сейчас день? Похоже на то.

Где был Могадо Гвагаджин?

Там.

Примерно в десяти метрах находился какой-то эшафот или башня. Он был золотым. Наверху был... человек? Это был человек? Этого не могло быть. Это был гоблин, который носил красивую одежду из красной, синей и белой ткани, как могущественный человек высокого ранга. Он держал красный посох, а на голове была корона. Это должно быть Могадо. Король гоблинов.

Могадо Гвагаджин.

Под золотой башней были белые гоблины в черных одеждах. Их было больше одного, но сколько их было? Четыре из них? Было четыре угота.

— Heah! Mogado! Gwagajin!

— Mogado! Mogado!

— Gwagajin! Heah! Mogado Gwagajin!

Гоблины не переставали аплодировать. Одни топали в такт крикам, другие били себя в грудь. Гоблины были взволнованы. Даже покрытый шрамами гоблин рядом с Харухиро размахивал своим инструментом, выкрикивая имя своего хозяина.

Четыре угота просто стояли там. Могадо Гвагаджин сидел на своей золотой башне на каком-то стуле, не шевелясь. Он был похож на украшение. Это был живой гоблин? Или это была модель, похожая на гоблина-могадо? Нет.

Он был настоящим.

Могадо Гвагаджин поднял свой хи'ироганский жезл.

В тот момент, когда он это сделал, гоблины стали ещё громче.

« Мне ждать? Должен ли я продолжать ждать? Или действовать сейчас? »

« Не медли ».

« Не торопись ».

Оба варианта казались верными. Возможно, оба были ошибочными.

Это было только ощущение. В этом не было логики. Харухиро пришлось признать это.

« Моя голова не работает. Это не хорошо. Я не могу думать прямо ».

Харухиро надавил на нижнюю часть реликвии в форме бутона. Чтобы протолкнуть его внутрь, потребовалось немало сил. Он отдал всё, что у него было.

« Работай. Пожалуйста. Я умоляю тебя. Всё, что я могу сделать, это сейчас молиться ».

Реликвия завибрировала. Казалось, что она активировалась. Харухиро бросил её. Его руки были связаны за спиной, поэтому он не мог её видеть, и было слишком шумно, чтобы услышать, как она упала на пол.

« Всё будет хорошо, правда? Она работает, правда? »

Раздался громкий « твууууууууууууууууун », заставивший гоблинов взглянуть вверх, и они сглотнули или вскрикнули, отпрыгивая.

Харухиро повернул голову и посмотрел назад. Ему сказали, что произойдет, но ему не показали демонстрацию работы этой реликвии, поэтому он некоторое время смотрел в немом изумлении. Они не могли позволить себе проверить это. Эти реликвии были одноразовыми и поставлялись в комплекте. Когда вы активировали один, он запускал другой.

Он мог только описать то, что он видел, как чудо. В пространстве появилась продолговатая дыра, может быть, размером с полуоткрытую дверь. С той стороны виднелось совсем другое место. Эта дыра была связана с руинами Старого Города.

Одна из реликвий была имплантирована в правый бок Харухиро.

Хиё несла другой.

В идеале он должен был проникнуть в Ахсвасин, не попав в плен. Именно это пытался сделать Харухиро, но ему это не удалось.

Следующим лучшим вариантом было проникнуть как можно дальше и использовать реликвию. Либо использовать её, когда он попадёт в плен.

Киити следовало сообщить своим товарищам, что его схватили. Они будут ждать этого в любой момент.

Кузаку первым перескочил на эту сторону.

— Ху-раааааах...!

Кузаку заорал как идиот, и послал покрытого шрамами гоблина в полет, а затем развернул свою большую катану, запугав гоблинов.

— С дороги! Сейчас же! Вы хотите сдохнуть? Гвааагх?!

« Ты что, головорез какой-то? »

Харухиро хотел подшутить над ним. Кузаку был просто загляденье. Было немного неловко в этом признаться. Кроме того, у него не было времени, чтобы расслабиться.

— Хару...!

Следующим была Мерри, потом Сетора и Киити примерно в то же время.

Мерри, вероятно, уже придумала несколько возможных сценариев и решила, что делать в каждом из них. Её глаза расширились, когда она заметила Харухиро, и она немедленно сделала знак гексаграммы.

— О свет! Да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса... Таинство!

Ох, этот свет был настоящим чудом. Честно говоря, Харухиро был на грани смерти. Он бы долго не протянул. Казалось, он уже наполовину мертв. Боль, которая заставляла его думать, что умереть будет легче, это безнадежное страдание быстро исчезло полностью в мгновение ока.

Киити умело использовал небольшое лезвие, чтобы перерезать веревки, связывающие руки и ноги Харухиро.

Сетора развернула копье, ударив гоблина, который всё ещё был поблизости. Она бросила кинжал, который держала на поясе, Харухиро.

— Харухиро!

— Верно!

Его немного беспокоило то, что на нём было только нижнее белье, но у него не было времени жаловаться. Харухиро взял кинжал и встал, глядя на Могадо Гвагаджина. Он всё ещё был на вершине золотой башни. Он не двигался. Не было и уготов.

Сразу после того, как Нил и Хиё нырнули в эту сторону, дыра в пространстве, созданная реликвией, сжалась, издала странный визг и исчезла без следа.

Обратного пути не было.

Даже для Хиё, той, кто придумала этот план, это была авантюра.

— Услышьте меня, мудрые уготы!

Тем не менее, было трудно поверить, что она может звучать так достойно.

— Я предлагаю Его Величеству, храброму и славному Могадо Гвагаджину скромное предложение!

Это не изменило её странный облик, но для гоблинов она была всего лишь человеком. Они не увидят ничего странного в её одежде. Хиё без колебаний шагнула вперёд, широко раскинув руки, выпятив грудь и глядя на Могадо Гвагаджина.

Гоблины уставились на Хиё, как будто думали, « Что? Что происходит? Что с этой человеческой женщиной?». Четыре угота выглядели искусственно, и их было трудно понять, но они обратили свои взоры на Хиё и, казалось, слушали.

— Какой герой. — пробормотал Нил. Предположительно, он говорил о Харухиро, но Харухиро мог только предположить, что он был неискренним.

— Мудрые уготы! Умоляю вас! Прошу, передайте наши намерения Его Величеству Могадо Гвагаджину!

Хиё ещё больше повысила голос. Но более того, она сделала шаг или два вперед.

— Мы не стремимся к дальнейшему конфликту с расой гоблинов! Мы желаем установить мир с вашим народом!

Не сводя глаз с Хиё, он крикнул что-то вроде «Rah! Dashah!», наверное, уготам внизу башни. Харухиро не знал наверняка, но предположил, что это означает, « Что говорит этот человек? »

Один из уготов взглянул на Могадо Гвагаджина и начал говорить. Харухиро не мог разобрать это из-за лепета других гоблинов. Казалось, Могадо Гвагаджин тоже не смог, потому что он закричал и в гневе ударился основанием своего жезла о пол золотой башни. Наверное, это была « Тишина !». Все гоблины заткнулись.

Харухиро пробирался между гоблинами, уже приближаясь к золотой башне. Он использовал «Скрытность», поэтому его никто не заметил.

Гоблины роились вокруг золотой башни, окружая Хиё и остальную часть группы. Четыре угота стояли на четырех углах башни.

Между башней и стеной оставалось пять-шесть метров. Харухиро добрался туда. Могадо Гвагаджин, должно быть, лазил здесь взад и вперед. Была устроена лестница.

Могадо Гвагаджин и уготы всё ещё что-то обсуждали.

Харухиро поднялся по лестнице.

Золотая башня была весьма впечатляющей. Казалось, что стеллажи сделаны из металла. Хотя обильное использование золотых украшений, возможно, не было со вкусом или приятным для глаз, на нем были вырезаны мощные узоры, и было ясно, что он был тщательно сконструирован. Харухиро достиг вершины башни.

Харухиро достиг вершины башни.

Могадо Гвагаджин сидел прямо перед его глазами. Здесь был маленький стул, но гоблин в основном сидел на нем. Он действительно был большим для гоблина. Даже если отобрать его хи'ироганскую корону, он легко был выше 150 сантиметров. Благодаря этому Харухиро мог спрятаться за ним, если он сохранял низкую осанку.

Глядя вниз с золотой башни, он наконец понял, насколько велика эта комната и сколько в ней гоблинов.

Это пространство, которое предположительно было залом аудиенций Могадо Гвагаджина, было не квадратным, а круглой формы более тридцати метров в поперечнике. Потолок тоже был довольно высоким. Пять, может, шесть метров в высоту? Было бесчисленное множество овулярных окон в крыше. Похоже, в них было стекло.

В зале было не менее тысячи гоблинов. Может, вдвое больше.

Рядом с золотой башней стояли гоблины с хи’роганом. Близкие соратники Могадо Гвагаджина, которых Барбара-сенсей называла Сотней.

В окружении такого множества гоблинов Хиё, Кузаку и другие выглядели такими маленькими и незначительными. Если Могадо Гвагаджин отдал бы приказ, все гоблины напали бы на людей. Независимо от того, насколько хорошо люди сражались, в лучшем случае они могли взять с собой сотню гоблинов. Даже если они зарежут две или три сотни человек, вряд ли они смогут выбраться из этого зала.

Для всех это было жизнью и смертью.

Ему это не нравилось, но их жизни зависели от речи Хиё.

— Могадо Гвагаджин!

Хиё вытащила из сумки меч. Это было слишком долго, чтобы туда поместиться. Но что было более важным, по крайней мере для гоблинов, было то, что он был сделан из хи'ирогане.

— Я принесла меч твоей правой руки, Наместника, Мод Богга! Мы собрали много другого оборудования из хи'ирогане! Мы вернем их вам как доказательство нашей дружбы!

— Dasshah! — крикнул Могадо Гвагаджин.

Уготы что-то говорили.

Харухиро мог сразиться с Могадо Гвагаджином в любое время. Возможно, он даже мог убить его. Но это было последним средством.

— Я уверена, что Его Величество великий Могадо Гвагаджин и его мудрые уготы уже должны это знать, но однажды мы заключали секретный договор с расой гоблинов и выбрали путь взаимного процветания!

Уготы переводили то, что Хиё сказала Могадо Гвагаджину.

— Прошло много времени с тех пор, как это обещание перестало выполняться, но мы уверены, что сможем сотрудничать с расой гоблинов! Несомненно, что, объединившись с нами, раса гоблинов получит большую прибыль...

Могадо Гвагаджин направил свой жезл на Хиё. Он, вероятно, приказал ей замолчать. Хиё, казалось, приняла это так и закрыла рот.

Уготы перевели заявление Хиё для Могадо Гвагаджина. Могадо Гвагаджин кивнул, затем снова кивнул. Его переводчики не успевали. Не поэтому ли Могадо Гвагаджин заставил Хиё замолчать в середине? Это всё?

Угот закончил перевод.

Могадо Гвагаджин ударил жезлом по полу золотой башни.

В этом было что-то зловещее.

Когда он это почувствовал, Харухиро уже двигался.

Могадо Гвагаджин, вероятно, собирался отдать гоблинам приказ. Может быть, что-то вроде « Убить всех людей ». Харухиро пришлось его остановить. Другого пути не было.

— Keah...

Могадо Гвагаджин собирался что-то крикнуть, затем повернулся, чтобы оглянуться назад, чем немного удивил Харухиро. Он заметил его?

Он обнаружил Харухиро? Этот гоблин-могадо был особенным.

Поскольку он был шокирован этим, его методы были неряшливыми или, скорее, грубыми, но он схватил Могадо Гвагаджина и приставил кинжал к горлу. Могадо Гвагаджин был большим гоблином, но Харухиро был ещё больше. Гоблин казался сильным, но, если бы он проявил хоть какой-то признак сопротивления, Харухиро не замедлил бы действовать. Что случится, если он убьет Могадо Гвагаджина здесь? Было жаль, что у него не было времени подумать об этом, но у него не было выбора. Это был его единственный выход.

— Fuuungh... Fungh... Fuuumh...

Могадо Гвагаджин был переполнен сожалением. Он сердито фыркнул, стиснул зубы и уставился на Харухиро с выражением невероятной ярости на лице.

Гоблины в зале молчали. Они, должно быть, считали, что один их взгляд может означать смерть их хозяина.

— П-Постой! Не надо! — закричал один из уготов у подножия золотой башни.

— Мы хотим, чтобы вы услышали всё, что мы хотим сказать. Скажи это Гвагаджину. — сказал Харухиро, и угот начал перевод.

Могадо Гвагаджин просто стиснул зубы, не отвечая.

« Я бы сказал, пятьдесят на пятьдесят », подумал Харухиро. Он не думал спокойно. Его сердце колотилось, и его ноги чувствовали себя немного слабыми. Его рука дрожала от страха. Думать, что у него пятьдесят на пятьдесят шансов, что это сработает, было всего лишь способом притвориться спокойным.

Могадо Гвагаджин может сказать, « Просто убейте их ». В этом случае Харухиро немедленно покончит с его жизнью. Если хотя бы одному из них удастся выбраться живым из хаоса, у них всё будет хорошо.

А может, он сядет за стол переговоров. Это или притвориться, а затем попытаться избежать его нынешнего затруднительного положения.

Как снова было это пятьдесят на пятьдесят?

— Альтерна!

Хиё тоже была в отчаянии. Её тон и выражение лица были напряженными, чего он раньше не замечал. Он не мог себе представить, что она притворялась.

— О Могадо Гвагаджин! Мы готовы снова передать Альтерну расе гоблинов!

Харухиро чуть не выдохнул, « Вхуа? » Он был очень озадачен. Трудно было скрыть это.

« Передать Альтерну... Погодите, что? »

« Какого черта? »

« Мне об этом никто не сказал ».

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

14. Спаситель Тех, Кто Верит

В версии с изображениями тут находится картинка.

В общем, Могадо Гвагаджин проявил интерес к предложению Хиё, то есть предложению Джина Могиса.

Мы оставим размышления о том, что произошло после этого, на потом. Дело в том, что после серии событий, которые требовали предельной осторожности, Харухиро и остальные смогли покинуть Дамуро.

Между прочим, Харухиро вернул свои вещи, но его одежда была в разорванном и кровавом виде. Чёрт. Но он не мог позаимствовать новую одежду у гоблинов и не мог нормально ходить голым, поэтому был вынужден носить их.

Когда они вернулись в Альтерну до заката, генерал созвал праздничный пир. По крайней мере, так это называлось, но всё, что они делали, это собрались в столовой на обед, который, хотя они ели лучше, чем простые солдаты, никоим образом не подходил для называния пиршества. Был и алкоголь, но Харухиро был не в настроении прикасаться к нему. Кроме того, что Хиё постоянно бормотала, а генерал терпеливо потакал ей, настоящего разговора не было.

Харухиро и его группа сделали своё дело. Так что, возможно, им следует остерегаться отравления. Но к тому времени, когда Харухиро додумался до этой мысли, трапеза была уже наполовину закончена. Как он мог быть таким беспечным? Почувствовав его шок, Сетора сказал. — Всё в порядке.

В отличие от Харухиро, который позволил усталости и всему происходящему притупить свои суждения, Сетора была настороже. Он увидел Киити у ног Сеторы, который ел то же, что и его хозяин. Киити не был настолько глуп, чтобы позволить себя отравить.

Харухиро и его команда всё ещё могут быть полезны. Похоже, так генерал понимал ситуацию.

Похоже, он вполне мог заключить союз с гоблинами.

Они собирались вернуть захваченное ими хи'ироганское оружие. Эта работа будет выполнена в ближайшие дни.

В то же время генерал распустит Экспедиционную Группу и реорганизует её в Пограничную Армию. Это было просто смена названия, но генерал планировал уйти из Королевства Арабакия, подготовить новый военный флаг и объявить себя командующим Пограничной Армией.

Затем командующий Пограничной Армией Джин Могис и гоблин-могадо Гвагаджин обменяются клятвой о взаимном ненападении. Командир Могис лично прибудет в Дамуро, а Могадо Гвагаджин покинет Новый Город, чтобы встретиться в подходящем месте в Старом Городе Дамуро.

Вот что было сказано в обещании:

« Пограничная Армия признаёт Дамуро и окружающую его территорию владениями гоблинов и не станет нарушать её ».

« Кроме того, за Пограничной Армией остается Альтерна и её окрестности. Гоблины не нарушат территориальные владения ».

Об этом Харухиро и его друзьям было сказано заранее. О чем им не сообщили, так это о следующем.

« Пограничная Аармия будет стремиться захватить Вольный город Веле. Как только Веле будет взят, Пограничная Армия вернёт Альтерну и её окрестности гоблинам. С тех пор Пограничная Армия будет признавать всё, что к югу от Дамуро, как владения гоблинов, и не будет их нарушать ».

К югу от Дамуро, конечно, была Альтерна, но горы Тенрю также находились к югу оттуда. Материковая часть Королевства Арабакия лежала за Горами Тенрю. Были ли у гоблинов средства пересечь Тенрю и захватить материк? Нет, конечно, нет. Однако Джин Могис предположил, что они имеют на это право.

Чем больше объяснений Хиё, которые Могадо Гвагаджин слышал через своего переводчика угота, тем счастливее он казался. Гоблин-могадо даже показался Харухиро легкомысленным.

Гоблины, вероятно, чувствовали большой комплекс неполноценности, когда дело касалось других рас. Вероятно, они тоже их боялись. Но это не значит, что мы злые или что-то в этом роде. Только человек хотел так думать. Гоблины не были людьми, но обладали некоторой степенью интеллекта, так что можно было понять, чувствовали ли они то же самое. У них была своя культура и своя цивилизация. У них был свой могадо и своё общество. Они злились на людей, которые смотрели на них свысока, и, если бы другие узнавали их и проявляли должное уважение, они были бы довольны.

Бессмертный Король когда-то относился к гоблинам как к равным товарищам в своём альянсе. Но, возможно, орки и другие расы думали иначе.

В недавнем продвижении кланов орков и нежити на юг гоблины и кобольды атаковали одновременно. Хотя гоблины получили Альтерну, а кобольды - Железную Крепость Риверсайд, орки и нежить в основном собрались и ушли.

В конечном счете, для орков и нежити гоблины и кобольды могли быть не более чем удобными инструментами.

Чувствовал ли это Гвагаджин, могадо гоблинов? Что орки и нежить им не друзья? Что они смотрели на них свысока и использовали их в своих интересах? Что они совсем не союзники?

Похоже, что Джин Могис преуспел в том, чтобы льстить Могадо Гвагаджину и на данный момент добиться его расположения. Затем они встретятся и увидят, что будет дальше. На самом деле не было никаких оснований так думать, но Харухиро подозревал, что человек, стремящийся стать королем пограничья, и могадо гоблинов, как ни странно, могут обнаружить, что между ними много общего. Он не мог не чувствовать себя так.

— Харухиро. — Кузаку, сидевший рядом с ним, наклонился и прошептал. — Эй, эй. Разве мы не должны, понимаешь... в ближайшее время спросить о Шихору-сан?

— Ага.

Харухиро знал это. Ему не нужно было напоминать Кузаку. Харухиро уже искал подходящее время, чтобы поднять вопрос.

— Да?

Ржавые глаза генерала были устремлены на Харухиро. Они казались неорганическими, без капли человечности. Эти глаза вызвали беспокойство у Харухиро. Это было нехорошо.

— ...Я хотел о чем-то поговорить. Всё в порядке?

— Я не против.

Генерал вытер область вокруг рта салфеткой, затем сложил руки на обеденном столе.

На указательном пальце левой руки было кольцо. Этот синий камень. С трехлистным узором. Это должна быть реликвия. Какую силу он скрывал?

— Говори всё, что хочешь.

С того момента, как они впервые встретились с ним, Джин Могис казался сверхчеловеком, как будто его ничто не пугало. Было ли что-нибудь, что могло сдвинуть этого человека? Даже если бы он увидел, как его друзья и семья умирают на его глазах, он, вероятно, даже бровью не поднял бы. Если бы ему угрожали лично, что ж, он, вероятно, немного запаниковал бы, но полностью не потерял бы голову. Может, это был просто спектакль. Но даже если он просто играл роль Джина Могиса Невозмутимого, это само по себе впечатляло. Если он никогда не ломал характер, он ничем не отличался от настоящего.

« Это должно быть просто представление », подумал Харухиро.

Он не сказал бы, что этот человек был бумажным тигром, но он определенно держал сильный фронт. Вероятно, потому, что он чувствовал, что не может позволить себе проявить слабость. Не то чтобы он был действительно таким собранным, как казался.

Как полагал Харухиро, генерал определенно был закаленным в боях воином, опытным командиром, поэтому он, несомненно, мог владеть мечом лучше, чем большинство других.

Но Кузаку тоже неплохо умел драться на мечах. Он был наделен подходящим для этого телосложением, и его было нелегко напугать. Вдобавок ко всему, он мог делать больше, чем просто махать своей большой катаной, используя только грубую силу. Возможно, он не был тем, кого можно назвать умным, но, если учесть, сколько врагов он одолел в одиночку, он должен был хорошо следить за несколькими вещами одновременно. Кроме того, каждый взмах большой катаны Кузаку грозил его противникам смертельным повреждением.

Если бы Кузаку и генерал сражались в единоборстве, кто бы победил? Очевидно, не было возможности узнать это, не увидев этого, но трудно было представить, что Кузаку легко проиграет. По крайней мере, он бы устроил рукопашный бой.

Остальные тоже будут там. Кузаку не придется сражаться в одиночку. Конечно, это может быть трусливо, но, если они все ополчатся на генерала, то, вероятно, они покончат с ним быстро.

Это была опасная тема, но они могли убить генерала, если бы захотели. Но генерал тоже не был идиотом, поэтому он должен был это знать. Когда придет время, Харухиро и остальные могут отказаться выполнять его приказы. Вот почему он взял Шихору в заложники как угрозу.

— Речь идёт о нашем товарище.

Как только Харухиро сказал это, генерал фыркнул, выражение его лица нисколько не изменилось.

« Если вы рассердите нас, вы ведь знаете, что произойдет, верно? Мы можем убить вас. Мы выполнили то, о чём вы просили. Мы сделали это. Теперь вы сделаете то, что должны. Иначе ».

— Наш товарищ, которого здесь нет.

— Ты, наверное, имеешь в виду своих старых товарищей в Добровольческом Солдатском Корпусе?

« Он хочет притвориться тупым, да? Я хочу начать кричать. Но нет. Я должен сдерживаться. Сейчас не время ».

— Нет. Не они.

Генерал дважды постучал указательным пальцем левой руки, на котором было кольцо, правой рукой, затем склонил голову набок.

— Кто тогда?

Нил усмехнулся. Хиё пожала плечами. « Будь они прокляты ». Кровь хлынула к голове Харухиро.

Он слышал, как кто-то щелкнул языком. Оглянувшись, он увидел, что лицо Кузаку было повернуто вниз, искажено эмоциями. Мерри выглядела бледной. Хиё пристально смотрела на них.

Сетора наклонилась. Ему было интересно, что она собиралась сделать, но она просто гладила Киити по голове. Она даже улыбалась, как будто её это не волновало.

Харухиро снова посмотрел на генерала, который, как всегда, был невозмутим.

Был ли этот человек действительно сильным? Или он был просто невероятно тупым? Возможно ли, что этот человек достиг какого-то просветления после всего ада, через который он прошел?

— Мы свое дело выполнили. Думаю, настала ваша очередь. Если вы не можете заплатить нашу цену, мы не сможем так дальше работать.

— Позвольте мне дать вам любые звания и почести, которые вы пожелаете.

Когда Харухиро покачал головой, бровь генерала слегка нахмурилась.

— Как не амбициозно. Что вы хотите вместо этого? Я знаю. Мы изо всех сил пытались открыть хранилище сокровищ компании Ёрозу. Вы хотите попробовать? Говорят, он переполнен невероятными богатствами. Я дам вам долю.

— Нам не нужен этот хлам.

Он изо всех сил старался не повышать голос. Это было из гордости? Его способ противостояния генералу? Он больше даже не знал.

— Мы просто хотим, чтобы вы вернули то, что принадлежит нам.

— Вам нужно вернуть долг? Вознаграждения за ваши старания. Думаю, это то, о чем я говорил всё это время.

— Ох, да хватит уже...! — Кузаку хлопнул ладонями по столу. Было довольно громко, но генерал даже не взглянул в его сторону. Его взгляд был устремлен на Харухиро.

— Насколько я помню, я не брал ничего из вашего. Но, предположим, я это сделал. Что я получу, вернув его вам?

— Что...?

— Есть много вещей, которые я могу вам дать. Может быть, вы слишком жадны, чтобы довольствоваться ими, но я нахожу это довольно оскорбительным, когда пытаюсь найти какой-то способ показать вам свою искренность. Если вы будете требовать от меня большего, как вы ответите? Что вы можете мне дать взамен? Какова будет цена?

— Цена... — Харухиро опустил голову.

« Что? Он этого не понимает. Какого черта? »

Всё было напрасно? Неужели их просто заставили работать за бесплатно? Неужели генерал не собирался возвращать Шихору с самого начала?

Или у него не было возможности вернуть её?

Шихору похитили и где-то держали. Это действительно так?

Или может быть что-то ещё?

Как будто она была уже − была уже что?

Харухиро не хотел об этом думать. Он пытался избежать этой мысли. Разве генерал этим не воспользовался?

Он не хотел рассматривать худшую возможность. Итак, раз уж этого не могло быть, раз уж этого не могло произойти, Харухиро должен был послушать генерала. Пришлось ему подчиняться. Он мог только цепляться за ту небольшую надежду, которая оставалась.

Даже если его на самом деле не было.

Да, возможно, с самого начала не было никакой надежды.

— Я ценю вас, ребята. — сказал генерал, затем, на мгновение задумавшись. — Я ценю вас очень сильно. — поправил себя. — Именно такие молодые ребята, как вы, откроют путь в будущее на этом рубеже. Само собой разумеется, что мне нужна ваша сила. Вы меня не знаете. Вероятно, здесь есть какое-то недопонимание. Однако если бы я дал вам совет, молодые люди, я бы сказал, что даже если вы не можете принять нынешнее положение вещей, вам следует смотреть в будущее. Густой туман, который сейчас витает в воздухе, возможно, рассеется завтра.

Харухиро поднял лицо и ещё раз посмотрел генералу прямо в глаза.

— Почему бы вам не быть более прямолинейным? Итак, мы можем понять.

— Я прошу вас поверить в меня. — генерал улыбнулся.

Невероятно, но это казалось полным доброжелательности, как та улыбка, которую отец может направлять своим детям.

— С вами не будут плохо обращаться. Когда говорю это, я думаю обо всех вас. Это было бы против моих желаний - видеть цветы, сорванные в зародыше.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

15. Сломленный

В версии с изображениями тут находится картинка.

Когда группа вернулась в свою комнату в Башне Тенборо, Харухиро просто сел, слишком подавленный, чтобы думать о чёт-то. Даже когда его товарищи пытались поговорить с ним, всё, что он мог сделать, это без энтузиазма кивать. Он не мог быть таким. Он знал это, но что он мог с этим поделать?

— Хару, вот. — Мерри кое-что ему принесла.

— Ага... — ответил Харухиро, а затем, через некоторое время, понял, что Мерри всё ещё держит то, что она принесла. Он не мог не принять то, что у неё в руках.

— Спасибо. — взял вещь Харухиро и положил на землю. « Уже поздняя ночь? », подумал он. В этой комнате не было окон.

— Хару. — кто-то позвал его.

Он посмотрел и увидел, что Мерри не двигалась с того места, где была раньше.

— Да. ...Что такое?

— Переоденься.

— Ох... Точно.

Очевидно, Мерри принесла ему одежду. С ним что-то не так, если он этого не замечал.

— Я ужасно выгляжу, не так ли? ...Да уж. Думаю, мне стоит переодеться, да?

Харухиро встал. Он начал снимать рваную и грязную одежду.

— ... Хару? — Мерри снова позвала его по имени.

— Ага. ...Ой!

Он собирался полностью раздеться. Ему не нужно было снимать и нижнее белье.

— П-Поторопись и оденься...

По настоянию Мерри Харухиро надел брюки и рубашку. Было ещё что надеть. Он должен был всё это надеть? Ему было не до этого.

Харухиро сел и обнял свои колени. Мерри села рядом с ним.

Кузаку был завернут в одеяло, очевидно, он спал.

Сетора не спала. Она прислонилась к стене, скрестив руки, возможно, о чем-то думала. Киити был у её ног. Похоже, он спал.

— Хару.

Сколько раз это было? Мерри звала его по имени.

Это начинало раздражать.

Однако, очевидно, что Мерри не виновата.

— Ага.

— Ты в порядке? — спросила Мерри. Как ему ответить? Не было никакого способа, чтобы он был в порядке. Но было неправильно говорить так. Но нытье ничего не исправит. Он не хотел срываться на неё. Это не её вина.

Он никак не мог ответить.

Но и он не мог молчать вечно.

— …Ага. — пробормотал он, кивнув, и Мерри, казалось, поняла.

— Мне жаль я...

Выражение её лица говорило, « Я облажалась ». Она закусила губу и виновато наклонила голову. Когда он увидел её такой, Харухиро почувствовал себя совершенно несчастным.

— Нет... я тот, кто должен...

« Должен что? Извиниться? Извинения помогут? Они решат проблему? Поможет ли это нам идти вперед? »

Харухиро хлопнул себя по щеке.

Мерри выглядел удивленной. Соберись. Конечно, она была бы удивлена.

Честно говоря, Харухиро тоже был шокирован. Что он сделал внезапно? Но иначе он не смог бы собраться. Эта мысль пришла ему в голову внезапно. Он хотел очнуться от всего этого.

— Я в порядке. — четко заявил Харухиро ещё раз и улыбнулся. Это должно было выглядеть странно. Скорее забавное лицо, чем настоящая улыбка. Но Мерри улыбнулась ему в ответ.

— Угу.

Она, очевидно, сама этого не осознавала, но улыбка Мерри была довольно широкой. Можно сказать, в этом была определенная серьезность. Чувствуя, что его глаза засасываются, Харухиро быстро отвел их.

— Эээ... Откуда достала одежду?

— Их принёс Нил.

— А? Когда?

— Недавно.

— ...Это не хорошо. Я вообще не заметил.

— Бывает.

Почему, когда Мерри была добра к нему, он чувствовал, как что-то сжимается в его груди?

— Они от генерала. По словам Нила. Возможно, ты не захочешь их носить, но не похоже, что с ними сделали что-то странное или что-то в этом роде.

— Ох, да? ...Ага. Всё хорошо. Сейчас не время говорить о том, что я ничего ему не должен.

— Не мог бы ты их правильно надеть?

Её тон звучал немного укоряюще, но Мерри не была в ярости.

— ...Верно. Сейчас же всё поправлю.

Харухиро сделал, как сказала ему Мерри, и поправил одежду. Вся одежда была кожаная. Материалы и качество изготовления были хорошими. Строчка тоже была прочной. Это было что-то среднее между кожаными доспехами и кожаной одеждой. В комплекте был плащ. Черный кожаный плащ. Он был с капюшоном и очень легкий.

— А тебе идёт. — шутливо сказал Мерри.

— Разве?

Харухиро попытался немного пошевелиться. Пятна не выделялись, но, должно быть, кто-то раньше их носил. Кожа сильно размякла, на ней появились складки. От этого было жутко, насколько хорошо она подходила ему.

— Одежда не просто хорошо выглядит, а кажется практичн.

— Ты уже успокоился?

— Вполне, да.

Харухиро сел рядом с Мерри. Он сгорбился и нежно вздохнул.

— ...Генерал нам не доверяет. И, очевидно, мы ему тоже не доверяем. Но он всё ещё пытается склонить нас на свою сторону.

— Да. Независимо от того, что ему нужно сделать, чтобы этого добиться.

— Шихору жива. — сказал Харухиро, затем внимательно изучил свои эмоции.

Шихору была жива. Он просто хотел так думать? Или у него было какое-то логическое основание, которое заставило его поверить в это?

— Генерал должен быть настоящим идиотом, чтобы убить её. Потому что, если бы он это сделал, он бы нас никогда не склонил. Нет ничего невозможного, чтобы продолжать лгать нам и говорить, что она жива. Но есть риск, что мы узнаем.

— Генерал... сохранит Шихору в живых и будет использовать её. Чтобы мы оставались его пешками.

— Но может произойти ситуация... Возможно, что-то пойдет не так, и она... Шихору может быть ранена или убита.

— ...Это правда. Мы не можем этого исключать.

— В таком случае генерал может рискнуть и солгать. Потому что мы ни за что бы не согласились, если бы он сказал, что не хотел её убивать.

— Если ему придется солгать... разве он не позаботится о том, чтобы продолжать лгать?

— Я согласен. В таком случае он устранит все следы. Ничего не оставляя позади. ...Если он кремировал тело и избавился от пепла, не было бы возможности доказать, мертва она или жива. Даже если генерал выйдет и скажет нам, что она ушла, мы не сможем узнать, говорил ли он правду.

— Но если это так... Нам не нужно об этом думать. Бесполезно об этом думать. — забегая вперёд, Мерри сказала. — Шихору жива. Мы должны действовать в соответствии с этой предпосылкой.

— Ага. Думаю, это будет верным решением.

— Как ты думаешь, генерал когда-нибудь вернет Шихору? Самостоятельно, без намёка?

— Если... мы поклянемся в верности генералу, он, вероятно, подумает, что можно было бы вернуть её. Он бы поверил, что даже если он вернет её нам, мы не предадим его. ...Понятия не имею. Вроде как натяжка. Я не могу себе представить, чтобы это произошло таким образом.

— Угу. Если задуматься, маловероятно, что наши отношения с генералом так сильно изменятся.

— ...И он не идиот, так что он должен это понимать. Если не произойдет что-то, что перевернет всё, мы никогда не станем его верными последователями.

— Мы делаем то, что он говорит, только потому, что он нам угрожает. В распоряжении генерала мало пешек, поэтому он должен использовать нас. Что, если... это изменится?

— Поскольку нам нельзя доверять, маловероятно, что он продолжит использовать нас. Генерал, вероятно, искренне не верит, что сможет нас победить. Как только мы ему не понадобимся, нас освободят. Думаю, мы всего лишь временная мера.

Вероятно, можно было с уверенностью предположить, что Нил и Чёрные Плащи - это одно и то же, что и Джин Могис. У них была какая-то особая связь, которая превосходила любовь, дружбу, верность, ответственность или что-то в этом роде.

Это были только предположения, но битвы с варварскими племенами на юге королевства, должно быть, были невероятно жестокими. Генерал спас их, и они отдали ему всё взамен. Они выжили вместе. После такого опыта, возможно, у них появилось чувство солидарности, превосходящее разум.

Здесь, на границе, генерал будет изо всех сил стараться найти подчиненных, которые могли бы действовать как его руки и ноги. Однако должны были быть те, кто работал с ним, если их интересы совпадали.

— Я не знаю почему, но Хиё... хозяин Запретной Башни встал на сторону генерала. Интересно, что случилось с Ио и её группой. Мы не видели их с тех пор, как они пошли с Хиё...

— Ио – Жрец. — тихо сказала Мерри. — Одна из лучших в Добровольческом Солдатском Корпусе. Её личность требует некоторой адаптации, но она очень способная.

— Я уверен, что, если отбросить их странные имена, Гоми и Тасукетэ тоже не простаки.

— Соглашусь.

— Хиё… Интересно. Кажется, она находится под давлением. Она ведет себя ужасно серьезно и даже подвергает себя опасности. Может быть, и её положение не так стабильно.

— Если она не отдаст всё, что у неё есть, для их операций, её вытеснит команда Ио...?

— Я думаю, что она может почувствовать угрозу. Это всего лишь пример, но что, если хозяин Запретной Башни приказал Ио, Гоми и Тасукетэ также помочь генералу...

— Тогда наша относительная полезность снизится. — вмешалась Сетора, которая до сих пор хранила молчание, с циничным фырканьем. — Другими словами, наша позиция тоже не такая стабильная.

Киити проснулся и потянулся, качая головой. Он сел и посмотрел на Сетору.

Сетора посмотрела на Киити. В тот момент, когда она это сделала, её лицо расслабилось.

— Нгх… — простонал Кузаку. Он потер лицо и шею рукой. Он проснулся? Нет, по-видимому, нет. Кузаку снова начал храпеть.

— Этот человек... — Сетора с раздражением посмотрела на Кузаку. Разница по сравнению с тем временем, когда она смотрела на Киити, была невероятной.

Должны ли они разбудить Кузаку и немедленно принять меры? Эмоционально это именно то, что хотел сделать Харухиро. Но что они могли сделать?

— Спасение Шихору. — Харухиро ткнул указательным пальцем правой руки в землю. — Это наш главный приоритет.

— Что касается наших вариантов... если переговоры невозможны, я думаю, что в широком смысле мы можем сделать две вещи. — Мерри тоже осторожно коснулась земли кончиком указательного пальца. — Первый - выяснить, где находится Шихору, и спасти её.

— И второе? — Сетора подняла Киити. Киити, казалось, это понравилось, когда она погладила его по шее и спине.

— Мы делаем с ними то, что они сделали с нами. Возьмём в заложники генерала и потребуем освободить Шихору в обмен на него. Я бы не назвала ни один из вариантов мирным, но у нас нет другого выбора. Это они начали.

Они не могли позволить себе проиграть. Во-первых, им нужно было выбрать, какой метод имеет большую вероятность успеха. Если они собирались это сделать, они должны были добиться успеха. Харухиро постучал пальцем по земле, ломая голову.

— ...Даже если нам удастся взять в заложники генерала, нет никакой гарантии, что мы сможем вернуть Шихору. Я даже не могу понять, ценит этот мужчина свою жизнь или нет. В последнее время нас зовут только тогда, когда мы ему в чем-то нужны, так что шансов подойти к нему тоже не так уж и много.

— Экспедиционная Группа в ближайшем будущем передаст хи'ирогане гоблинам. — Сетора начала ходить, всё ещё держа Киити. — Эта женщина... Хиё будет присутствовать при этом, я уверена. А генерал?

— Генерал не появится до тех пор, пока не придет время лично встретиться с Могадо Гвагаджином, не так ли? — предложила Мерри. — Они устроят место встречи в Старом Городе. Если мы сможем найти Шихору раньше, у нас будет шанс.

Сетора кивнула.

— Когда генерал и Могадо Гвагаджин встретятся лицом к лицу, безопасность здесь будет ослаблена. Не только в Башне Тенборо, но и в Альтерне в целом.

Харухиро начинал понимать, что им нужно делать.

Во-первых, охота на Шихору. Обыск в Башне Тенборо, а также в Альтерне, стараясь не вызвать подозрений у генерала. Харухиро же пойдет в Гильдию Воров в Западном Городке, и, если там будет Наставница Элиза, он сможет обратиться к ней за помощью.

Не было необходимости полностью отказываться от возможности взять в заложники генерала. Если он будет следить за тем, когда с ним можно будет связаться, они смогут действовать, когда придёт время.

А пока Харухиро решил поспать до утра.

Изучение Нового города было действительно утомительным. Кроме того, несмотря на то, что он выполнил свою задачу, он не получил желаемого результата. Он был, мягко говоря, разочарован. Харухиро не был наделен особо сильной психикой. Он был обычным. Но было бы также странно, если бы он полностью впал в депрессию из-за своей неудачи. Хотя Мерри залечила его раны с помощью магии, это не восстановило кровь, которую он потерял, поэтому он был истощен. Если он не выздоровеет душой и телом, то не сможет спасти Шихору.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

16. Они Появились Словно Нежданный Ветерок

В версии с изображениями тут находится картинка.

Ему удалось встретиться с Элизой. Но не то чтобы она показалась ему на лицо. Тем не менее, как только он рассказал ей о ситуации, она согласилась помочь в поисках Шихору.

Однако, будучи Наставником в Гильдии Воров, у Элизы была ещё и своя работа. Она была прикомандирована к Добровольческому Солдатскому Корпусу. Её работа требовала, чтобы она путешествовала туда и обратно между Альтерной и Железной Крепостью Риверсайд, которую они в настоящее время занимают. Таким образом, было ограничение на то, что она могла делать внутри Альтерны.

— Добровольческий Солдатский Корпус ещё не знает, что Джин Могис пытается объединиться с гоблинами, поэтому я должна сначала пойти и рассказать им. Я ожидаю, что это вызовет разногласия. А может быть, что-то большее.

Как бы отреагировал Добровольческий Солдатский Корпус, если бы Экспедиционная Группа и раса гоблинов заключили союз? Даже Элиза не могла этого предсказать. Однако Добровольческий Солдатский Корпус также не мог позволить себе быть полностью изолированным. Даже если Могис работал с гоблинами, они всё равно могли оказаться вынужденными координировать свои действия с ними. Естественно, Могис знал об этом и двигался вперёд, помня об этом.

Более того, что касается того, что Шинохара из Ориона рассказал о Горе Скорби, казалось, что остатки Южной Экспедиции действительно собирались там. Хотя они были «остатками», там было примерно три тысячи кобольдов из Железной Крепости Риверсайд и около пятисот орков из Крепости Наблюдателей Мертвецов, а также значительное количество нежити, которая уже была на Горе. Это была грозная сила.

— Гора Скорби теперь может стать ключом. — сказала Элиза.

Для Могиса и Добровольческого Солдатского Корпуса войска, собравшиеся на Горе Скорби, явно были врагами. Обычно гоблины были бы на другой стороне, но их союз с Могисом был, по сути, выходом из Альянса Королей.

Казалось маловероятным, что гоблины будут сражаться против сил на Горе Скорби. Однако вполне возможно, что они возьмут нейтральную позицию.

Добровольческий Солдатский Корпус хотел уничтожить врагов на Горе Скорби из-за их близости к Железной Крепости Риверсайд. Если бы Могис протянул им руку помощи, это укрепило бы отношения между ними.

Харухиро и Киити уклонились от бдительных глаз Нила и Черных Плащей, чтобы начать поиски внутри Башни Тенборо. Они обыскали каждый укромный уголок первого этажа, который содержал вестибюль, кладовую и комнату, которая была им предоставлена, а также второй этаж, где находились большой холл, приемная, столовая, кухня и каминный зал. Всё, начиная с третьего этажа, было буквально башней. Охрана вокруг спальни Джин Могиса на третьем этаже была слишком строгой, чтобы они могли даже подойти к ней, но они обыскали остальную часть. Похоже, все остальные комнаты были пустыми и неиспользованными.

Они разделились, чтобы искать по всей Альтерне, но безуспешно.

Альтерну можно было разделить на северный и южный район, с Башней Тенборо примерно в центре. Возвышенность на востоке называлась Восточным Городком, а нижний западный квартал - Западным Городком.

Солдаты Экспедиционной Группы в настоящее время проживают в бывшем штабе Пограничной Армии, в жилищах на Улице Цветочного Сада, в квартале развлечений на Небесной Аллее и в городке ремесленников в южном районе. Очевидно, Могис отдал приказ об этом.

На стенах стояли солдаты, но внутри города патрулировал лишь случайный Черный Плащ. Иногда солдаты, которые расслаблялись на работе, убирали завалы или ремонтировали здания, тоже могли проходить мимо. Впрочем, их немного. Едва ли кто-нибудь из солдат отважился выйти за пределы жилой зоны, которую для них обозначил Могис.

Если бы в определенных местах не было солдат, вопреки тому, чего можно было ожидать, было бы легче удержать Шихору там. Это был один из способов взглянуть на это. Однако Могис и его Экспедиционная Группа были совершенно не знакомы с городом. Могли ли они действительно найти хорошо продуманное место, чтобы запереть Шихору?

Харухиро попытался выяснить, с какой точки зрения похитителям мог помочь Энтони Джастин, бывший член Пограничной Армии Королевства Арабакия. Но когда он пересекся с мужчиной в Башне Тенборо, прежде чем Харухиро смог даже поднять этот вопрос, Энтони уже с подозрением отнесся к исчезновению Шихору и беспокоился за неё. Возможно, рассказал генералу, но Харухиро было трудно представить, что Энтони тайно помогает генералу.

Может быть, Шихору вообще не было в северных или южных районах.

Грабежи и разрушения чрезвычайно сильно ударили по уютным особнякам Восточного Городка, и не было шансов, что в ближайшее время в этом районе начнут ремонт. После беглого поиска Харухиро не нашел там ничего, кроме насекомых и мышей.

Западный Городок, где были Гильдии Рыцарей Ужаса и Гильдия Воров, был трущобой, состоящей из сложных и переплетенных улиц. Даже если вы просто гуляли, там было легко заблудиться. Харухиро попросил Элизу обыскать эту часть города, но у него не было особой надежды что-нибудь найти.

Через четыре дня после того, как Харухиро удалось проникнуть в Ахсвасин, произошла передача снаряжение хи'ирогане.

Вот как всё прошло. Экспедиционная Группа отнесла снаряжение хи'ирогане к стене, отделявшей Старый Город Дамуро от Нового. Затем они отступили. Гоблины вышли из Нового Города и проверили предметы.

Похоже, гоблины точно знали, какие там хи'ироганы и сколько их. Если хотя бы одного не хватало, возникли бы проблемы. К счастью, все хи’ирогане были возвращены, и обмен прошел без происшествий.

Гоблины устроили место встречи в Старом Городе, и Экспедиционная Группа исследовала его. К тому времени, когда предметы были переданы, они уже завершили строительство здания, которое выглядело как половина клецки из грязи. Странная по человеческим меркам архитектура.

Харухиро и его группу послали обшарить здание тонкозубым гребнем, но они нигде не обнаружили, что гоблины могут прятать засаду внутри. Других странных трюков тоже не было. Хотя в здании было окно в крыше, единственным другим отверстием была дверь, так что не было никакого риска засады, нацеленных на участников с дальнобойным оружием снаружи.

На следующий день Джин Могис реорганизовал Экспедиционную Группу в Пограничную Армию и получил титул Командира Пограничной Армией.

Затем в полдень он встретится с Могадо Гвагаджином в Старом Городе Дамуро, и Пограничная Армия заключит формальный союз с гоблинами.

Планирует ли он праздновать накануне вечером? Могис позвал всех солдат, за исключением тех, кто дежурил у стены, на площадь за пределами Башни Тенборо, развели большой костер и подали много алкоголя.

Зарезали несколько ганаро, этих больших вьючных животных, и зажарили их целиком, одновременно сварив рис, который они привезли с материка, в горшках с различными ингредиентами. Бочки с выпивкой, которые, казалось, приглашали каждого выпить сколько душе угодно, содержали разбавленный спирт, наполненный пряностями. У них был ужасный вкус и запах, но солдаты почему-то были уверены, что отвар для них полезен.

Солдатам раздали тарелки, миски и кружки из дерева или грубой керамики. Харухиро и его группа в конечном итоге сидели с солдатами, и им приходилось ждать, пока их обслужат. Разведчик Нил и его подчиненные наблюдали за ними, поэтому, к сожалению, у них не было другого выбора, кроме как участвовать в этом необычном празднике.

По площади было раставлено множество пустых бочек и ящиков. Очевидно, они должны были использованы в качестве столов.

Харухиро сидел вокруг пустой бочки с Кузаку, Мерри, Сеторой и Киити, поедая миски какой-то кашицы. У него не было плохого вкуса, как бы он ни ненавидел это признавать, и вертел с мясом, который ел Кузаку, тоже выглядел вкусно. Возможно, ему не удастся убедить себя попробовать выпивку, но еда не сделала ему ничего плохого. С ним всё будет в порядке, если он не набьет себя до такой степени, что это ухудшит его способность передвигаться.

Может быть, им представится шанс.

Могис произнес речь, и они ожидали, что он уйдет после этого, но вместо этого он сел за стол перед входными воротами Башни Тенборо и наблюдал за солдатами. Хотя были приготовлены напитки, он до сих пор почти не касался их. Его охраняли четыре Чёрных Плаща. Скорее всего, внутри Башни Тенборо было ещё несколько человек.

У Харухиро и Киити почти не осталось мест для поисков.

Но только почти . Не совсем.

Им никогда не удавалось войти в комнату Могиса на третьем этаже.

Энтони Джастин попытался заговорить с ними, но они отмахнулись от него, и он ушел, выглядя одиноким.

— Наслаждаетесь? — подошел Нил с деревянной кружкой. — Что? Вы не пьёте? Мы празднуем перед тем, как снова отправиться в путь завтра. Почему бы вам немного не расслабиться?

— Ты ведь тоже трезвый, правда? — сказал Кузаку, не пытаясь скрыть отвращения к этому человеку.

Нил поднес кружку к губам и сделал вид, что пил из неё.

— Сколько я ни пью, это никогда не отражается на моем лице. Я как решето.

— Это действительно алкоголь...?

— Хочешь попробывать?

Нил, ухмыляясь, поднес кружку к носу Кузаку.

— Я не позволю тебе говорить мне, что ты не можешь пить мою выпивку.

— Ну, это именно то, что я собирался сказать. — Кузаку произносил каждый слог, говоря. — Я не могу пить твою выпивку.

Нил засмеялся и достал кружку, вместо этого дружески хлопнув Кузаку по плечу.

— Эй, давай поиграем по-хорошему.

— Не хочу!

Кузаку повернулся и убрал руку Нила. Нил не только не обиделся, но и, очевидно, нашел это забавным.

— Не ненавидь меня так сильно, дружище. Мы все в одной лодке. Я верно говорю?

— Да. — мгновенно ответил Харухиро. — Ты прав.

Слова, возможно, казались пустыми, но ему было всё равно. Нил тоже не был искренним.

— Развлекайтесь. — сказал Нил и ушел.

За командой наблюдали Нил и его подчиненные, всего четыре человека. Харухиро хорошо помнил каждого из них. Но и разведчики были заняты. Многие из них теперь были отправлены в Дамуро. Только Нил и ещё один были на площади. Когда Нил не смотрел в их сторону, другой мужчина наблюдал за тем, что делают Харухиро и остальные.

Пока они разбирались с Нилом, Могис покинул свое место. Он вернулся в Башню Тенборо? Нет, не то. Он ходил по площади. Черные Плащи были с ним.

Джин Могис был не из тех командиров, которые могли завязать дружеский разговор со своими людьми. Большинство из них на самом деле избегали его. Некоторые даже сбегали, когда подходил Могис.

Когда-то было большое количество солдат, которые явно недооценивали способности Могиса. Однако, как только он взял Альтерну, они, должно быть, пересмотрели свое мнение о нем. По-прежнему не было недостатка в мужчинах, которые не могли соблюдать военный протокол, но даже самые ленивые из них боялись его. Одно дело - поговорить с их командирами, а бросить вызов самому Могису - другое. Он был из тех людей, которые без колебаний отрубит им головы.

Были даже признаки утвердительной, даже страстной поддержки Могиса со стороны ряда войск.

— За генерала Джина Могиса!

— Он не генерал, теперь он Командир!

— Верно! Мы больше не Экспедиционная Группа! Мы Пограничная Армия!

— За Командира Джина Могиса!

— Да здравствует Командир!

— Займите трон, Командир!

— Будьте нашим королем!

— Возьмите Веле! Давайте, Командир!

— Пограничье теперь наша родина!

Понравилось ли Могису, когда его окружали шумные молодые солдаты, поднимающие напитки в его честь? Выражение его лица было таким же, как всегда. Но он не поднял руку, чтобы остановить их аплодисменты. И он не выказывал никаких признаков того, что ему это не нравится. С точки зрения Могиса, всё шло по плану, и на данный момент он мог вздохнуть с облегчением.

— Фууух... — нахмурился Кузаку, надкусив шашлык из мяса и громко жев его. — Из-за этого у мяса неприятный вкус.

— Сколько ты планируешь съесть? — сказала Сетора, ставя миску на пустую бочку, которую они использовали вместо стола. Кузаку склонил голову набок.

— Ну, я решил, что съем всё, что смогу, понимаешь? Что-то такое. Может, я пойду за двумя или тремя. Кому-нибудь ещё принести? Я куплю для всех, пока буду там.

— Я пас. — вежливо ответила Мерри, но Сетора просто покачала головой. Киити тем временем выжидающе посмотрел на Кузаку.

— Ох, ты хочешь один, Киити? Понимаю. Понимаю. А что насчет тебя, Харухиро?

— Я... — « не хочу » хотел было ответить Харухиро, но почувствовал такое ощущение, будто все волосы на затылке встали дыбом.

— Эй.

Харухиро был шокирован, осознав, что он даже не заметил присутствия этого человека, пока не заговорил.

Он повернулся и увидел человека в Чёрном Плаще, закрывавшем всё его тело, с низко надвинутым капюшоном на глаза. Это ещё не всё. Его лицо тоже было закрыто какой-то маской.

— Эм...

Прежде, чем он успел спросить, « Кто ты »? Мерри сглотнула.

Харухиро скрыл свое замешательство и огляделся, пытаясь вести себя так, будто ничего необычного не было. Нил был в пятнадцати метрах от него, а другой разведчик был с Могисом. Они оба смотрели в их сторону.

Но имело ли это значение? Разве человек в маске не оказался в слепой зоне для них обоих? Скорее всего, они его не заметили.

Это совпадение? Или он намеренно вступил в контакт, избегая их наблюдателей?

— Ты не понял, да? — мужчина в маске тихо усмехнулся. — Я слышал, что ты потерял память, Харухиро. ...На совершенно несвязанной ноте, разве тебе не нужно пойти отлить?

Прежде чем Харухиро успел ответить, мужчина в маске повернулся, чтобы уйти.

Он был слишком быстр. В мгновение ока мужчина проскользнул в толпу и исчез.

Харухиро и остальные посмотрели друг на друга.

— Эм, мне, ну, пора... — пробормотал Харухиро, делая жест, показывая, что он собирается прислушаться к зову природы. Очевидно, на самом деле у него не было острой потребности в мочеиспускании. Его товарищи это понимали.

— Ох... Конечно, хорошо! — сказал Кузаку, преувеличенно кивнув, и Сетора вздохнула, глядя на него.

Казалось, что мысли Мерри были где-то ещё. Это потому, что, в отличие от Харухиро и остальных, она помнила?

Когда Харухиро оставил свою деревянную тарелку на пустой бочке и ушел, Нил тоже двинулся. Скорее всего, он собирался оставить наблюдение за Кузаку и остальными разведчику, который был с Могисом, а сам следил за Харухиро. Но он выбрал не того парня, чтобы попытаться следовать за ним. Харухиро использовал «Скрытность», чтобы сбросить с себя Нила.

Он покинул площадь, и прежде чем он успел подумать, куда ему следует идти, его ноги уже вели его к жилому дому для Солдат-Добровольцев.

Мужчина в маске ждал Харухиро в одной из комнат.

— Ты действительно ничего не помнишь?

— ...Почему? Для чего ты спрашиваешь?

— Потому что ты без колебаний пришёл в эту комнату.

Мужчина снял маску и откинул капюшон.

Харухиро мог по крайней мере разглядеть его черты в лунном свете, струящемся через окно.

— Это правда. Ты не помнишь.

— ...Ух, ага?

Мужчина бросил маску на кровать и стал раздраженно чесать волосы.

— Вы ведь знаешь, кто я?

— Ага. У меня есть предположения.

— Предположения, говоришь? Ты хочешь, чтобы я убил тебя, чувак?

— Нет.

— Даже без воспоминаний у тебя всё равно будут такие же глупые, хромые ответы, как всегда.

— Ранта.

Что он должен был сказать? Как он должен был это сказать?

— Давно не виделись.

Ничего не придумав, он пошел на что-то безобидное. Это правда, он был скучен. Он должен был принять это.

Ранта опустил голову.

— Это то, что должен говорить парень без воспоминаний? Ты иджиот... - сказал Ранта и замолчал, потеряв инерцию.

Похоже, они с Рантой не обязательно были в хороших отношениях. На самом деле они неплохо ладили. В противном случае они бы не разошлись.

Этот парень был тем ещё болтуном. Харухиро понял это даже из этого короткого разговора с ним. Не поэтому ли он не любил Ранту? Это не могло быть так просто. В каждом из них должно было быть что-то такое, что другой не мог принять. Но они были товарищами. Они вместе прошли через множество трудностей, прежде чем расстаться.

— Не называй меня идиотом, придурок.

По какой-то причине слова выскочили сами по себе.

Ранта поднял глаза, его глаза на мгновение расширились, затем он повернулся, чтобы снова посмотреть вниз.

— Я не называл тебя идиотом. Я назвал тебя иджиотом. Разговаривай нормально.

— ...Разве они не похожи?

— Они разные, да. Это иджиот и идиот.

— Слишком незначительная разница между ними, если спросишь меня.

— Такой нюанс очень важен, чувак. Ты понял? Ага, нет. Ты неряха, Парупиро. В этом проблема таких парней, как ты.

— Слушай... Я не знаю, в чем разница в нюансах, о которой ты говоришь, но я думаю, что понимаю, почему я не ладил с тобой.

— Потому что я чувствительный, а ты неряшливый. Мы как вода и масло. Нет, как луна и черепаха. Кстати, в этой аналогии я луна, а ты черепаха.

Если Харухиро скажет что-то одно, Ранта ответит ему десятью. Он отличался от Сеторы, которая была склонна к спорам и остроумна. Парень не мог перестать бегать по рту. Если бы Харухиро попытался ответить на всё, то это было бы изрядно утомительно.

— Я слышал, вы были в Добровольческом Солдатском Корпусе.

Казалось разумным просто игнорировать его и продолжить.

— Вы бросили и ушли по собственному желанию?

— Черт возьми, я так и сделал. Я слышал, что Шихору похитили, и... Я имею в виду, что мне на самом деле всё равно, но, знаешь ли, ей не плевать, так что—

Как только Харухиро собирался спросить, кого имел в виду Ранта, что-то напало на него сзади.

— Хару-кун...!

— Вааааа?!

Что это было? Поездка на спине? Харухиро катал кого-то на спине? Кто-то, кто набросился на него из ниоткуда? Нет-нет, не то. Незнакомец просто цеплялся за него сам по себе. Харухиро не спрятал руки за спину, чтобы поддержать их. Он поправлял равновесие, чтобы не упасть. Скинуть его? Но « Хару-кун »? Подождите, что?

— Хару-кун! Это Хару-кун! Ты пахнешь Хару-куном! Это Хару-кун...!

— Нет, подожди, эй...!

Незнакомец нюхал его. Прижавшись носом к его шее, за ухом, он как сумасшедший принюхивался. Это была собака? Нет, очевидно, нет.

— Эй, Юме, стоооооооой...! — Ранта пытался оторвать кого-то от Харухиро. — Что ты делаешь, дура?! Слезь!

— Неееет! Юме не была с Хару-куном вечность!

— Ты не была с ним? Тебя неправильно поймут, если так скажешь, хорошо?! Кроме того, ты разве когда-то раньше так прижималась к Харухиро?!

— Юме!

— Правда?! Ни за что! Серьёзно?!

— Это было давно, но Хару-кун крепко обнимал Юме!

— Да, да, что угодно! Это было вечность назад! И позволь тебе сказать, этот кусок дерьма это совсем не помнит! Ты понимаешь?!

— Даже если Хару-кун забыл Юме, возможно, его тело помнит!

— Я же сказал тебе, люди неправильно поймут, если ты скажешь такие вещи...!

— Э-Эммм... — Харухиро пытался заговорить.

« Больновато ».

Ранта пытался оттащить от него Юме, а Юме - да, это была Юме - цеплялась за Харухиро. Она крепко обвила руками его шею, впиваясь в неё, так что он не мог нормально дышать.

— П-Помоги! О-Отпусти меня...!

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Ч-Что! Прости!

Юме отпрыгнула от него, не давая ему задохнуться в последний момент.

Он присел на корточки и попытался отдышаться, а Юме потерла ему спину.

— Ты в порядке? Прости меня. Юме была чертовски счастлива видеть тебя, Хару-кун.

— Почему ты так счастлива видеть этого сопливого идиота, тупица? Не придавай этому большого значения, распутная баба.

Ранта казался ужасно рассерженным. Юме рявкнула на него.

— Юме не раступная!

— Я никогда не говорил, что ты раступная! Я сказал, что ты распутная!

— Хррм? — Юме склонила голову набок, и её волосы, которые, несмотря на то, что были заплетены в косу, были все ещё очень длинными, коснулись пола. — Что это должно означать? Юме вся мускулистая, так что, если что, она напряженная?

— Ой, забудь! Я даже не знаю больше!

— ...Вы двое всегда такие? — спросил Харухиро, прочистив горло, и Ранта запаниковал.

— К-К-К-Как что? Что ты имеешь в виду, а?!

— Ну, да. Мы всегда так себя ведем. — Юме со вздохом подтвердила. Ранта выглядел немного смущенным.

— ...Это правда, мы всегда такие. Шутим, понимаешь? Это не более того, так что не думай о странных вещах, хорошо?

— Да, да... — без эмоций ответил Харухиро, и Ранта огрызнулся.

— Достаточно одного «Да»! Одного! С самого начала Вселенной все знали, что...

— О, да!

Когда Юме внезапно вскочила на ноги, Ранта тихонько вскрикнул и отпрыгнул от неё.

— Ч-Ч-Что это такое, вдруг?!

— Шихору похитили, верно? Мы пришли сюда, чтобы встретиться с Хару-куном и всеми остальными, но мы же пришли спасти Шихору, не так ли? Да?

— ...Д-Да. Верно. Так точно!

Ранта указал на Харухиро.

— Так точно, Парупорон!

— Кто такой Парупорон..?

— Кто бы это был, кроме тебя? Никто, правда? Ты не понял? Твоя голова такая пустая?

— ...Разве нам не нужно поговорить о Шихору?

— Нужно! Не надо мне этого говорить! Я имею в виду, ты говоришь! Объясни чертову ситуацию. Долой всё. Будь краток и по делу. Поторопись!

Если бы Ранта был здесь единственным, Харухиро, возможно, отказался бы говорить из-за явного упрямства. Было хорошо, что рядом была Юме.

Он слышал от Мерри, что Юме и Шихору были относительно близки. Шихору потеряла воспоминания. Это должно было быть достаточно шокирующим для Юме. Теперь она ещё и пропала. Юме покинула Добровольческий Солдатский Корпус, чтобы придти в Альтерну, потому что она не могла больше сидеть на месте. И она привела с собой Ранту. Ранта был просто тагалонгом.

— ...И я думаю на этом всё. Пока что.

Когда Харухиро объяснил текущую ситуацию о Шихору, Юме пришлось на мгновение сесть на кровать. Ранта скрестил руки и покусал большой палец.

— ... Ох, это действительно забавная ситуация. Нет, Юме, я не имел в виду это буквально, хорошо? Не нападай на меня. Я просто пытался звучать круто. Подожди, если я объясню, это противоречит цели...

Юме по-прежнему склоняла голову. Она даже не слышала чепухи Ранты. Ранта прищелкнул языком и впился взглядом в Харухиро.

— Так? Что ты собираешься делать?

— Делать?

Харухиро посмотрел вниз и отвел глаза.

— ...Подождите, а затем обыщите спальню Джина Могиса.

— А что, если Шихору там тоже не будет? Я не вижу, чтобы он прятал заложника в таком очевидном месте.

— Ну... может ты и прав.

— Как насчет Запретной Башни?

— А?

— Могис работает с Хиёму... Думаю, я могу называть её просто Хиё, да? Во всяком случае, он работает с её Мастером. Если он хозяин Запретной Башни, как вы говорите...

— ...Ох. Если он оставил её... Шихору с хозяином Запретной Башни для сохранности...

— В башню нельзя попасть. Я имею в виду, что, вероятно, есть способ, но мы его не знаем. Это сделало бы её поиск и спасение невозможным с самого начала.

— Я... — Харухиро сел рядом с Юме. — ...Никогда об этом не думал.

— Ну, это потому, что у тебя мозги говно, идиот. — Ранта ухмыльнулся. — Ты всегда был занудой, думал о вещах самым негативным образом. Разве это облегчает тебе задачу, создавая для себя такой выход?

— Не мог бы ты разговаривать нормально, как ты понимаешь эього? ...Честно говоря, это неприятно.

— Получу ли я что-нибудь от того, чтобы делать тебе приятное?

— Что ты получишь, изводя меня?

Ранта пожал плечами. — Это приятно. Но совсем немного.

— Ранта.

Это был низкий голос. По крайней мере, для Юме. От неё повеяло холодом, что произвело большее впечатление. Было страшно. Не только Харухиро поежился от этого.

— ...Ипс! — издал Ранта явно испуганным тоном.

« «Ипс», серьёзно? »

Харухиро хотел подшутить над ним, но решил, что лучше этого не делать.

— Если ты не перестанешь травить соль на рану, Юме тебя накажет, понял?

— Имеешь в виду…

Ранта, вероятно, собирался сказать, « Имеешь в виду сыпать соль на рану, а не травить ». Но он этого не сделал. Может, она раньше его серьезно ругала? Юме должна была быть очень страшной, когда злилась.

— ...Во всяком случае. Если у тебя есть на это время, не будет ли быстрее просто избить этого парня Могиса и заставить его отпустить Шихору?

— Избить его?

Если бы Харухиро не соглашался с каждым словом, которое использовал Ранта, они бы ни к чему не пришли. Харухиро более или менее знал, что он имел в виду.

— …Ну, я думал взять Могиса в заложники. Это не так просто. Он тоже насторожился против нас.

— Даже со мной и Юме? — Ранта ухмыльнулся и показал ему большой палец. — Я уверен, что ты забыл, но я надежнее сотни других парней вместе взятых, понял?

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

17. Шах и Мат

В версии с изображениями тут находится картинка.

Харухиро сам покинул общежитие для Солдат-Добровольцев и направился обратно на площадь. Он намеревался вернуться к своим товарищам, но прежде чем он смог добраться до них, его обнаружил и задержал Нил.

— Куда ты улетал?

— Ходил отлить.

— Ты не торопился.

— У меня болит живот.

— Ты ешь то, что тебе не нравится?

Нил откровенно ехидно расспрашивал его. Харухиро нахмурился и потер живот.

— Да... Практически каждый день, понимаешь?

— Ты сказал.

Нил засмеялся и хлопнул Харухиро по плечу. Он хотел, чтобы парень не касался его так небрежно. Но он мог с этим мириться. Это было легко.

— В любом случае, я пойду обратно.

— Конечно.

Нил не последовал за ним. Нет, это было не совсем так. Хотя он не держался близко к Харухиро, он всё же следил за ним на расстоянии. Когда Харухиро повернулся и посмотрел ему в глаза, Нил поднял руки вверх. Он даже не пытался скрыть, что наблюдает за ним. По-настоящему ничего не изменилось по сравнению с прошлым.

Кузаку и остальная группа перебрались на край площади.

— Итак, какие-то пьяные солдаты пытались связываться с Сеторой-сан и Мерри-сан. — возмущенно сказал ему Кузаку. — Я как бы сошел с ума от них. Хотя, очевидно, я сдерживался.

— Подонок... — голос Мерри казался скорее разочарованным, чем злым, в то время как Сетора казалась совершенно невозмутимой.

— Ну что? — спросила она их лидера.

— Ага... — Харухиро посмотрел на каждого из своих товарищей. — Я хочу, чтобы вы все слушали меня так, словно вы слушаете самую скучную историю.

— Что ты имеешь в виду? Теперь ты меня очень заинтересовал - ой! — Кузаку был прерван ударом Сеторы по челюсти, и он недовольно надулся. — ... Нет, я понимаю, что он имеет в виду. Даже я не такой тупой. Я просто пошутил.

— Говори с нами так, как будто ты рассказываешь о бесполезном анти-юморе, который Кузаку склонен извергать, Харухиро.

— ...Подловила.

Харухиро раскрыл план с той же интонацией, которую использовал Кузаку, рассказывая анекдот, над которым никто бы не стал смеяться. Мерри изо всех сил пыталась скрыть, как на неё повлияло появление имени Юме. Однако остальная часть группы слушала, как если бы кто-то рассказывал несмешную шутку.

— Дело не в том, делать или не делать. — сказала Сетора со вздохом, который говорил, что она больше не хочет иметь ничего общего с той чепухой, которую он только что извергнул. — Дело в том, закончим мы здесь что-то или нет.

— Я согласна. — кивнула Мерри.

— Йеп. — сказал Кузаку очень глупо.

Киити издал короткое глупое мяуканье.

Вдалеке они услышали, как мужчины ликуют Джин Могис.

— Джин Могис!

— Пограничная Армия!

— Мы больше не Экспедиционная Группа!

— Пограничная Армия! Пограничная Армия!

— Командир Могис!

— Мо-гис!

Пьяные солдаты скандировали его имя.

— Мо-гис!

— Мо-гис!

— Мо-гис!

Голоса разносилась, как волна, по всей площади.

Могис шёл неторопливо рядом с Чёрными Плащами.

Прямо сейчас у главных ворот Башни Тенборо был только один Черный Плащ. Он тоже смотрел в сторону Могиса.

Нил и разведчик, который работал под его началом, как всегда, наблюдали за Харухиро и остальной группой.

Делая вид, будто наблюдает за Могисом, как будто он в оцепенении, Харухиро подумал, « Они внутри ».

Ранта и Юме проникли в Башню Тенборо. Всё по плану. Если к настоящему времени не было шума, они справились с этим, не будучи обнаруженными Чёрными Плащами.

Могис направился к столу, специально приготовленному для него перед главными воротами. Хотя, похоже, он не собирался здесь сидеть. Не пора ли ему удалиться в Башню Тенборо? Нет, тоже не то. Он остановился перед воротами и повернулся, чтобы посмотреть на солдат.

— Добро пожаловать в Пограничье.

Его звучный голос заставил замолчать каждого солдата.

Могис выгнул спину и широко раскинул руки.

— Я приглашаю всех вас подумать о том, что вы можете получить на этой дивной новой земле. Всё. Здесь у вас будет всё, что вы пожелаете. Пограничье принадлежит вам.

— Мооооооооооогис! — крикнул один солдат.

С этим катализатором вспыхнул пыл, наполнявший площадь.

— Могис!

— Король Могис!

— Займите трон!

— Могис!

— Да здравствует Джин Могис!

— Долгой Жизни Джину Могису!

Могис кивнул и повернулся, чтобы уйти.

Он вошел в Башню Тенборо.

Трое из бывших с ним Черных Плащей остались у главного входа.

— Всего один, а? — прошептала Сетора.

— Йеп. — согласился Кузаку с глупым выражением лица и потянулся. — Знаешь. Я очень устал. У нас тоже есть дела завтра. К тому же я уже наелся. Почему бы нам не поспать?

— Он прав. — Мерри посмотрела на Харухиро. — Почему бы нам не вернуться в нашу комнату?

— Ага.

Группа пробивалась сквозь возбужденную толпу к Башне Тенборо. Нил и его разведчик двинулись за ними. Они не потеряли группу из виду, но толпа пьяных солдат их немного задержала.

У ворот было четыре Чёрных Плаща, в том числе тот, который был там все время. Сомнительно, собирались ли они легко их пропустить.

Как и следовало ожидать, Чёрные Плащи преградили им путь.

— Мы устали и уже хотим спать. — сказал Харухиро, сохраняя спокойствие.

Чёрные Плащи посмотрели друг на друга. Кузаку облизнул губы. Даже после того, как зашел так далеко, Харухиро спросил себя, « Это нормально? ».

« Да, это нормально ».

«“ Вот в чем суть принятия решения” », наставлял его Ранта в общежитии. «“ По сути, ты должен расставить приоритеты, а затем признать, что тебе придется отказаться от всего, кроме самого главного. Потому что в большинстве случаев ты можешь выбрать только одно. Нельзя говорить, что я хочу этого и хочу того ” ».

Он не мог заставить себя полюбить Ранту. Вероятно, это было правдой до того, как Харухиро потерял память.

«“ Харухиро, что для тебя сейчас самое важное? Что нам делать?” »

« Почему я должен делать то, что ты мне говоришь?» Харухиро не мог не позволить этому чувству встать у него на пути.

«“ Ты же лидер, не так ли?” »

Но Ранта сказал Харухиро следующее:

«“Если ты примешь решение, каким бы оно ни было, мы будем ему следовать. Так что не будь нерешительным. Покажи нам дорогу. Сделай это, и мы доставим тебя к месту назначения” ».

« Какого черта, приятель? »

« Как ты можешь звучать так надежно? »

« Ты же Ранта, черт возьми! »

Один из Черных Плащей указал подбородком. Все расчистили путь. Очевидно, это означало, « Пропустите их ».

Группа вошла в Башню Тенборо через главные ворота и направилась в свою комнату. Или они сделали так, и вместо этого проверили лестницу на второй этаж. Черных Плащей не было.

Те, что у главных ворот, смотрели наружу.

Харухиро указал глазами на лестницу. Остальные кивнули.

« Что самое главное? Товарищи мои. Очевидно. Мы собираемся спасти Шихору. Это главный приоритет ».

Их отношения с Джином Могисом были сложными и также были связаны с интересами Добровольческого Солдатского Корпуса. Вдобавок ко всему, независимо от того, заслужил он этот титул или нет, Харухиро был Наставником в Гильдии Воров. Ему нужно было воздержаться от необдуманных действий. Если он всё продумал, он был вынужден прийти к такому выводу.

Его контролировали. Могис, вероятно, видел его насквозь. Он знал, что Харухиро не может предпринять никаких действий. Он не мог принимать решения. Могис считал его слабым и нерешительным. И, как ни печально, он был прав. Если бы Ранта не подтолкнул его к действию, Харухиро не смог бы двигаться, мог бы только принимать вещи по мере их поступления.

Группа поднялась по лестнице. Теперь пути назад не было. Он и не собирался отступать.

Когда они достигли второго этажа, их ждал человек в маске. Юме тоже.

— ...!

Когда Мерри увидела Юме, она прикрыла рот обеими руками. Глаза Юме заблестели, и она помахала ей обеими руками.

Харухиро подошел к человеку в маске и прошептал. — Сними эту штуку.

— Чёрт бы меня побрал. ...Мы обыскали комнату этого парня, но ничего.

— Где Могис?

— Он определенно не поднимался на третий этаж.

— Может, каминный зал?

— Где бы он ни был, мы должны сделать это быстро.

— Ага.

Харухиро попытался продолжить. Его ноги не двигались. Прежде чем Харухиро успел что-то сказать, Ранта выразил беспокойство за него.

— Охрана ослабла. Это беспокоит тебя"

— ...Ну, да.

— Если мы собираемся отступить, самое время.

— Мы... не собираемся.

— Не мог бы ты сказать это более уверенно?

— Замолчи.

С улыбкой, скрытой под маской, Ранта ткнул Харухиро в плечо.

Они направились по тихому холлу к каминной. Вокруг никого не было. Всякий раз, когда Могис был в каминной, у двери был Чёрный Плащ. Теперь его не было. На всякий случай он открыл дверь и заглянул внутрь. Как он и думал, комната была пуста.

Это должно было означать, что он был в большом зале.

Дверь в большой зал была распахнута настежь. В этом не было ничего необычного. Двери были даже снабжены хитрым приспособлением, с помощью которого их можно было не закрывать. Но что означало то, что они были открыты прямо сейчас ?

— Он приглашает нас войти. — прошептала Сетора.

Это казалось безопасным предположением.

Могис, вероятно, ожидал, что Харухиро сделает шаг. Оставшиеся Чёрные Плащи, несомненно, будут охранять его.

— В этом нет ничего страшного. — предположил Ранта. — Если мы возьмём короля, мы выиграем.

Могис не должен был знать о Ранте и Юме. Насколько он знал, это были только Харухиро, Кузаку, Сетора и Киити. Харухиро выдохнул.

— Погнали.

— О Свет, да пребудет с тобой божественная защита Лумиариса...

Мерри быстро прочитала два заклинания поддержки легкой магии, «Защита» и «Поддержка».

Кузаку понял, когда они ворвались в большой зал. Харухиро, Ранта, Юме, Сетора, Киити и Мерри последовали за ними.

Могис сидел на возвышении у дальней стены в кресле, напоминавшем трон. По обе стороны от него стояли два Чёрных Плаща. Всего их получилось четыре. Меньше, чем ожидалось.

— Итак, вы пришли. — Могис поднялся со своего места. Чёрные Плащи попытались обнажить мечи. Могис, однако, этого не допустил. Он поднял руку, чтобы они остановились. Он спускался с платформы один.

— Верни Шихору-сан...! — Кузаку положил руку на рукоять своей большой катаны и бросился прямо на Могиса. Он выглядел готовым разрезать человека пополам тем же движением, которым катану вытащил.

Сетора, Киити и Мерри последовали за Кузаку.

Харухиро использовал «Скрытность», чтобы приблизиться слева, в то время как Ранта прыгнул свправа, как какой-то кузнечик. Юме бежала за Рантой, прицеливаясь из лука, стрела уже была наготове.

Могис вытащил свое оружие. Тот же самый меч, который он всегда носил.

Кузаку вытащил свою большую катану и немедленно нанес удар по диагонали.

— Хах...!

— Нгх...!

Могис попытался увернуться, но, должно быть, чувствовал, что не сможет вовремя уйти с пути. Схватив меч обеими руками, он заблокировал большую катану Кузаку.

Его тело утонуло. Могис изо всех сил уперся ему в пятки и каким-то образом сумел остановить большую катану, но Кузаку был сильнее.

С « Йахх! » Могис ударил Кузаку ногой в живот и заставил его отступить.

— Гвах...!

Кузаку отступил всего на два шага. Могис немедленно нанес удар, но Кузаку легко парировал его.

— Это всё на что ты способен?!

— Грр...!

Могис использовал импульс отклонения, чтобы прыгнуть назад.

Могису имел больше опыта. Это сделало его стойким. Даже если Кузаку сможет сокрушить его одной лишь силой, Могис всё равно сможет как-то устоять. И если Кузаку покажет хоть малейшее открытие, он пойдет в контратаку. Момент, когда Кузаку думал о своей победе, на самом деле был самым опасным.

« Я не знаю, чем закончится эта битва ».

« Если бой был один на один ».

« Но это не бой один на один ».

Ранта уже пытался заполучить Могиса. Юме упала на колено. Она могла выстрелить в любой момент. Хотя это будет зависеть от ситуации, Харухиро тоже сможет сразиться с Могисом. Мерри поддержит их магией света. Даже если Могис применил необычную тактику нацеливания на Мерри, Сетора и Киити были рядом, чтобы защитить её.

Они загнали его в угол. Джину Могису некуда было бежать. Нет надежды все исправить. Почему он остановил приближение Чёрных Плащей?

Даже если бы они вмешались, результат был бы не таким уж иным. Чёрные Плащи были закаленными в боях солдатами, но это всё, кем они были. Даже если они все ополчатся на Кузаку, он не станет торопиться. Действия Ранты были довольно странными, но он, вероятно, легко с ними игрался. Было что-то ненормальное в быстроте и дикой, звериной гибкости Юме. Потом были Мерри и Сетора, вдобавок ко всему. Даже Киити мог найти неожиданные способы помочь. Если это превратится в хаотичный рукопашный бой, Харухиро сможет подкрасться к Могису и схватить его.

Битва закончилась ещё до того, как началась. Могис отказался от помощи Чёрных Плащей, потому что знал, что они не смогут спасти его. Он не ожидал могущества Ранты и Юме. Он знал, что в этом нет победы. Может, если бы ему пришлось умереть, он хотел выглядеть круто, делая это.

« Конечно же нет ».

Могис поднял перед собой левую руку.

— Nostarem sangui sacrifici. *

Что он только что произнёс? Харухиро не знал. Слова казались ему незнакомыми. Как какое-то заклинание.

Могис повернулся тыльной стороной левой руки, а не ладонью, к Кузаку.

На указательном пальце было кольцо. На нем был беловато-синий драгоценный камень, инкрустированный цветочным узором.

Это кольцо беспокоило Харухиро. Наверное, сначала он его не носил. Он получил это, объединив усилия с Хиё и хозяином Запретной Башни, не так ли? Он его одолжил? Он попросил об этом? Это был подарок? Если да, то было ли это обычное кольцо?

— Ахх... — неожиданно раздался голос Харухиро. Он чувствовал себя странно. Если бы его тело внезапно набрало лишние десять или двадцать килограммов, это могло бы быть таким. Но он чувствовал, что у него что-то отняли, а не дали ему. Это было немного похоже на те времена, когда он слишком много кровоточил. Его тело стало легче, но всё же стало тяжелее и вялее.

Да. Что-то украли у Харухиро. И не только у него. У всех них.

Ранта чуть не споткнулся и изо всех сил пытался встать на ноги. Юме повесила голову и опустила лук. Мерри неуверенно держалась на ногах. Киити был похож на собаку, которой приказывают лечь, прижав хвост к земле. Кузаку потерял равновесие и упал на спину.

Разве это сказалось не только на его команде? Чёрные Плащи по обе стороны от трона наклонились и присели в странных позах.

Его не было полностью видно, но в воздухе висела какая-то легкая рябь, похожая на тепловую дымку. Нет, это было не столько висящим, сколько плавным.

Туман приближался к Джину Могису. Это вливалось в него?

— Ммм...

Это произошло мгновенно.

Могис выступил вперед и поднял меч.

Или, если быть более точным, как это увидел Харухиро, Могис поднял свой меч из низкой позы, а затем застыл на месте.

— Вахх...!

Лежа на полу, Кузаку пытался схватить свою правую руку своей левой. Он не смог. Потому что правая рука была отрублена.

— Как чудесно. — тихо прошептал Могис, вытягивая колено и размахивая мечом, как если бы тот стряхнул с него кровь.

— ...! — Кузаку беззвучно вскрикнул.

На этот раз это была его левая рука.

Могис отрубил левую руку Кузаку, чтобы та присоединилась к его правой.

Он был быстр. Но это выходило за рамки того, что можно было описать словами. Он не мог быть таким быстрым.

— Кузаку...! — Мерри попыталась броситься к нему. Харухиро хотел остановить её. Он не успел.

Это было похоже на то, что Могис за один шаг переместился на пять или шесть метров. Это должно было быть невозможно, но так всё выглядело.

— Нет...! — Харухиро попытался заговорить. Даже когда он это сделал, раздался только крошечный голос.

Меч Могиса прошёл Мерри по животу.

— Гхх...!

Что Мерри пыталась сказать?

Когда Могис без особых усилий вытащил свой меч, Мерри упала на землю. Могис улыбнулся.

— Невероятно!

Харухиро никогда раньше не видел такой улыбки.

Какие чувства он выражал? Он не мог представить. Его глаза, брови, ноздри и рот были растянуты в разные стороны, а затем расслаблены, так что это едва ли можно было назвать улыбкой. Таково было его выражение лица.

Могис прыгнул. Никто не должен был так прыгать. Это было невероятно. Но у Харухиро не было выбора, кроме как поверить.

— Агху...?!

Сначала Могис пнул Ранту. Это было слишком быстро, чтобы Харухиро мог это увидеть, но он, вероятно, нанес удар между правым плечом Ранты и его шеей. Маска соскользнула с его лица, и Ранта не столько упал на землю, сколько его вбили.

Затем, в следующее мгновение, Могис нанес удар Юме с разворота.

— Нху...!

Похоже, Юме пыталась заблокировать его рукой. Если бы она этого не сделала, он бы ударил её по щеке. Но подожди, ей просто сломали руку? Это издало ужасный звук. Её также отправили в полёт и она упала на пол.

Харухиро мог только смотреть с немым изумлением.

Сетора, однако, могла сделать больше. Она ударила Могиса своим копьем.

Но Могиса больше не было.

Могис щелкнул копьем в левой руке. То, что Сетора смогла выпустить копье и упасть назад в тот самый момент, показало, насколько впечатляющими были её рефлексы.

— ...!

Когда она пыталась убежать налево или направо, из всего, что он мог сделать, Могис наступил ей на грудь.

Киити издал невероятный вопль и набросился на Могиса.

— Не...

Был ли когда-нибудь Харухиро более болезненным, осознавая, насколько бессильны его слова?

« Не делай этого », вот что он пытался сказать. « Ты не справишься. Нет, не надо. Ты совершенно не сможешь» .

Даже не глядя на Киити, Могис легко разрубил его на куски.

— Ки…

Слова Сеторы тоже были бессильны и тоже оборвались.

Это сделал Могис. Он переключил свой меч на левый хват. Затем, качнувшись вертикально, он пронзил её горло.

— Сколько вас?

Могис повернулся к Харухиро, его нога всё ещё стояла на груди Сеторы.

— Скольких из вас мне нужно ещё убить, прежде чем вы присягнете мне на верность? Если вы сделаете это сейчас, это будет всего лишь один жалкий зверь. Потери минимальные. С вмешательством Жрицы остальные смогут выжить. Если вы откажетесь...

— ...Рааа! Гваххх...!

Кузаку, потерявший обе руки, всё ещё пытался подняться. Что он будет делать, если встанет? Что он мог сделать?

Ранта бился в конвульсиях. Это было так плохо после одного удара?

Юме выглядела так, будто её руки были сломаны. Обе из них.

— О... Свет... да пребудет с тобой... божественная защита Лумиариса...

Мерри пыталась использовать « Лечение » на себе. Если бы она не залечила сначала свои раны, она не смогла бы спасти своих товарищей.

Но если Могис захотелось, он мог убить Мерри в любой момент.

Если он это сделает, никто из них не выживет.

Харухиро очень боялся этого человека.

Это должно быть сделано намеренно.

Один только Харухиро остался невредимым. Могис ничего с ним не сделал. Благодаря этому он тем острее чувствовал боль товарищей.

Честно говоря, для Харухиро это было намного хуже, чем если бы он сам был на грани смерти.

— Я понял.

Харухиро покачал головой.

« Это безнадежно ».

« Мы не можем ему отказать ».

« Единственный вариант – согласиться ».

— Я клянусь в верности, чего бы это ни стоило. ...Не убивайте их. Прошу, никого не убивайте.

Могис покачал головой. Он ясно дал понять свое разочарование.

« Чего ещё он хочет? »

Харухиро опустился на колени и опустил голову на землю.

— ...Я клянусь в своей верности. Прошу, не убивайте моих товарищей. ...Я вас умоляю.

— Это последний раз.

Джин Могис наконец убрал сапог с груди Сеторы.

— Другого раза не будет.

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

18. Что Я Не Знал о Тебе

В версии с изображениями тут находится картинка.

Кузаку, Мерри, Сетора, Ранта и Юме были снабжены чёрным снаряжением. Мерри получила боевой посох, Сетора - копье и длинный меч, а Юме - столько стрел, сколько ей нужно.

Харухиро изначально был одет в чёрный плащ, но всем остальным было приказано тоже надеть чёрные плащи. Отказ не подлежит. Они должны были сделать, как им сказали.

Перед рассветом военное знамя, развевающееся в Альтерне, поменяли на новое. На новой эмблеме изображены красная луна и меч на черном поле.

В версии с изображениями тут находится картинка.

Зазвенел шестичасовой колокол.

Экспедиционная Группа стала Пограничной Армией, а Джин Могис стал Командиром.

Когда колокол прозвенел во второй раз, Хиё спустилась к Башне Тенборо. Она пришла засвидетельствовать своё почтение командующему и поболтать за завтраком.

Когда звон прозвенел в третий раз, Командующий вышел из Альтерны с Хиё, разведчиком Нилом и сотней с лишним Чёрных Плащей. У них была запланирована встреча с королем гоблинов в Старом Городе Дамуро в полдень. Если переговоры между Хиё и уготами пройдут без сучка и задоринки, будет союз между Пограничной Армией и расой гоблинов во имя Джина Могиса и Могадо Гвагаджина.

— Этот ублюдок. Обращается с нами как с кучкой дураков... — проворчал Ранта, сидя на корточках перед главными воротами Башни Тенборо. На нем была обычная маска, но она была сдвинута ко лбу. Если бы это была такая большая помеха, ему бы вообще не следовало её носить.

— Но всё же…— Кузаку прислонился к стене справа от ворот, потирая руки руками. — Мы не могли его даже ранить. Если он обращается с нами как с дураками, что мы можем сказать об этом?

— Ты идиот! — крикнул Ранта Кузаку. Было бы неплохо, если бы он представил доказательства, прежде чем называть людей идиотами, но, вероятно, у него их не было. — Ты идиот... — повторил Ранта.

Сетора стояла рядом с Кузаку. С прошлой ночи она мало что сказала. Даже когда они пытались поговорить с ней, они могли получить только ответы типа «Угу» или «Мм-хм».

Мерри и Юме, которые стояли рядом с левой стороны ворот, казалось, были ошеломлены. Как будто их души выскользнули из их тел.

Харухиро хотел ударить Ранту, который был рядом с ним, в спину. Но он этого не сделает. Почему сидел на корточках только этот парень? Это его разозлило. Но этот гнев был направлен неверно.

Группе Харухиро было приказано охранять Башню Тенборо. По сути, они удерживали форт. Были ли они разочарованы тем, что упустили исторический момент, когда между расами людей и гоблинов будет заключен союз? Нет, ни в коей мере. Честно говоря, для них это не имело значения, но их принудили. Они не были верны Джину Могису. Командующий должен был это знать, поэтому им было приказано защищать Башню Тенборо, пока его не было рядом.

Итак, Харухиро не был похож на Ранту, но он должен был согласиться с тем, что с ними обращаются как с дураками.

Всё должно было получиться, но их планы пошли не так. Это был катастрофический провал. Мало того, что они не смогли вернуть Шихору, Киити был убит. Он был домашним животным Сеторы, но Харухиро тоже был привязан к Киити. Ньяас им очень помог. Для него было естественно просто быть там. Когда он закрыл глаза, он увидел момент, когда Киити был разрезан на части. Он почувствовал, как кипящая ярость обжигает его изнутри. Харухиро ненавидел Джина Могиса. Но он также и боялся его. Что это за странная сила? Она была не человеческой. Он мог убить их. Почему они остались живы?

Мужчина их пощадил. Это была единственная причина.

Так не должно было быть.

Если они захотят, команда сможет убить Джина Могиса в любое время. Но это привело бы к неудобным осложнениям, поэтому они воздержались.

Только вот это неправда. Нет, это просто перестало быть правдой?

— ...Кольцо. Была ли в нём сила этого кольца?

Оно торчало. Кольцо на указательном пальце левой руки Джина Могиса. Ага. Харухиро относился к этому с подозрением.

— Это реликвия...

— Держу пари. — согласился Ранта со смехом, полным отчаяния. — Я встречал свою долю крутых парней. Но это было нечто иноё. Кроме того, в этом было что-то странное.

— Что ты имеешь в виду, под странное? — спросил Харухиро, и Ранта повернулся к нему лицом.

— Что-то мгновенно лишило меня энергии. Неужели вы этого не почувствовали? Или вы были слишком тупы, чтобы заметить?

— ...Я почувствовал это. Но, подожди, мы не можем поговорить без того, чтобы ты постоянно надсмехался надо мной?

— Эй, я делаю это не потому, что хочу, понял? Я должен это делать. Я не имею никакого выбора. Понимаешь? Если не хочешь, чтобы тебя оскорбляли, не заставляй меня это делать. Тогда ты будешь счастлив, что я не буду кричать тебе о твоих ошибках, а я буду счастлив, что мне не придется тратить время зря. На самом деле это беспроигрышный вариант.

— Вот и всё, во всем виноват кто-то другой... — Харухиро начал спорить, но сдался. Он вздохнул. Пора было успокоиться и подумать. Это всё, что он мог пока сделать. — ...Ага. Ты прав. В тот момент мы все ослабли... и Чёрные Плащи, которые были там, вероятно, тоже. Нам показалось, что Могис стал сильнее из-за этого...?

— Нет. — покачал головой Ранта и посмотрел вниз. — ...Ты не можешь объяснить, что случилось, просто чувствами. Он не просто выглядел быстрым. Он был быстрым и очень сильным... Он набрал столько же сил, сколько мы потеряли...? Например, если бы мы поставили число на нашу мощность, мы пошли бы с десяти до восьми или семи, и этот ублюдок использовал то, что мы потеряли, чтобы усилить себя... Всё сходится, если это так.

— Ни за что...

Как могло случиться что-то столь несправедливое?

Но Харухиро не мог отрицать, что это возможно.

— Реликвия, а? ...Если он у него есть, то Могис...

— Я не знаю об этом. — Ранта поднял лицо, глядя в небо вздернутыми глазами. — Предположим, кольцо - это реликвия, и у него есть сила, о которой я догадывался. Как ты думаешь, он сам получил эту реликвию?

— ... Я думаю, что нет. Я уверен, что Хиё... и хозяин Запретной Башни дали его ему.

— Хорошо, идем дальше. А теперь предположим, что я хозяин Запретной Башни. Могу ли я дать ему предмет, который сделает его непобедимым? Даже если я только временно одолжил ему? Он не семья и не друг, я верю, что никогда меня не предаст. Джин Могис амбициозен и явно опасен.

— Ну... Я бы ему вообще не отдал.

— Там где-то должна быть лазейка, не так ли?

— Лазейка...?

— Думаю, недостаток? Ограничение, или какой-то недостаток... Когда эффект прошел? К тому времени, когда Мерри меня вылечила, я уже не чувствовал себя слабым.

Харухиро коснулся своей щеки. — ... Честно говоря, не знаю. Но это правда, что он нас сбил в мгновение ока. После этого Могис покинул большой зал... Когда Мерри меня исцелила, я тоже не думаю, что моё тело больше не было тяжелым.

— Продолжительность эффекта может быть короткой. Может ли он использовать его повторно? Если нет, то он может использовать его только тогда, когда это действительно важно. Возможно, именно поэтому он заманил нас. Когда мы сделали большую ставку, это был идеальный момент для него, чтобы использовать кольцо...

— Итак, ты говоришь... мы танцевали под его дудку?

— Потому что мы не знали, какие у него карты.

Ранта встал и щелкнул пальцами.

— У нас было две фигуры на доске, я и Юме, о которых он тоже не знал. Но нам не хватило сил, чтобы преодолеть его козырную карту - по крайней мере, на этот раз.

Ранта повернулся и огляделся. Потом, нахмурившись, издал презрительный смех.

— Вы все похожи на сборище грустных мешков. Жалкое зрелище. Я должен вести эту кучу мрачных, чтобы победить это дерьмо? Это будет той ещё головной болью.

— ...Что? — Кузаку тупо уставился на Ранту.

— Вести...? — на лице Мерри было сомнение. Юме несколько раз моргнула.

— ...Ох? — Сетора была невозмутима. Глядя на Ранту, не смотрев на него.

— Я имею в виду, очевидно, это должен быть я. — Ранта указал на небеса, затем ткнул указательным пальцем в собственную грудь. — Вы думаете, что грустный, удрученный, подавленный, демотивированный, слабый трус сможет отвезти вас туда, куда вам нужно?

Кем должен был быть этот слабый трус?

Харухиро, конечно.

Это было жестко, но он не мог рассердиться на это. Не было места для споров. Ранта явно пытался спровоцировать Харухиро. Но Харухиро не мог даже сопротивляться. Серьезно, как он мог? У него не осталось желания оправдываться.

— Ты тоже. — Ранта указал подбородком на Кузаку.

— И ты. — И на Мерри.

— И ты, и ты тоже. — И на Юме и на Сетору тоже.

— Вы все в более или менее грустном состоянии. Вот в чем причина. Если проигравший ведет кучу проигравших, это просто приведет к экспоненциальному росту проигравших, не так ли?

— Нет, но... — пробормотал Кузаку. Ранта засмеялся.

— Что ж, я другой, понятно?

Какая противная ухмылка.

Он сознательно играл пяткой? Или он был настолько подлым, что даже не удосужился скрыть это?

— Я пережил больше сражений, чем вы можете сосчитать. Видел всякого рода ада. Я не настолько нежный, чтобы такая мелочь меня сбила. Я серьезно. Что вы все так потеряли форму? Если вы спросите меня, это немного странно.

— ... Странно? — невольно спросил Харухиро. — Что в этом... странного? Посмотри на ситуацию. Конечно, это нормально для нас.

Ранта преувеличенно вздохнул.

— Даже потеряв воспоминания, ты никогда не изменишься, да, Парупиро? Не то чтобы ты остался один...

Не похоже, что он остался один?

Что имел в виду Ранта? Харухиро не знал. Он даже представить себе не мог.

Харухиро слышал от Мерри общую схему того, что послужило причиной разрыва между ним и Рантой. Но он этого не понимал. Не его чувства. Или самого Ранту. Предполагалось, что Ранта присоединился к группе под названием Форган, сосредоточенной вокруг орка по имени Джамбо. Что случилось потом? Почему или, вернее, как он вернулся?

Это было неясно, но он знал, что Ранта, должно быть, какое-то время был совсем один.

Даже когда Харухиро проснулся без воспоминаний, он был со своими товарищами. По крайней мере, он был не один.

Очевидно, сейчас он так же не был одинок.

— Что вас должно расстраивать? — Ранта схватил Харухиро за грудь или, вернее, за его плащ. — Может, прекратишь эту жалостливую вечеринку, болван? Если ты и дальше будешь так себя вести, то эти неудачники останутся такими навсегда. Я хочу сказать, что если ты собираешься вести себя так, то мне лучше тащить вас всех за собой. У тебя с этим проблемы?

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Проблемы...

— Что ж? А? Я не милый, и я не такой хороший парень, как ты. Но всё равно. Я не остановлюсь. Я продолжу идти. Пока я жив. А что насчет тебя?

Ранта определенно не был ни милым, ни хорошим парнем.

« Ты же лидер, не так ли? Тогда как насчет того, чтобы выполнять свою чертову роль лидера. Если не справляешься, значит, ты неудачник. Пора тебе всё бросить ». Должно быть, это то, что говорил Ранта. Это был разумный аргумент.

Но Харухиро тоже был человеком. Хотя, наверное, нет, определенно посредственный. Были времена, когда ему было тяжело. Когда он боролся, для него было нормально хотеть сломаться. Он не мог этого сделать? Приходилось ли ему всё время притворяться сильным?

«Точно», Ранта давил на него. « Если ты не справляешься и не можешь нести всех на своей спине, то можешь уходить в отставку ».

« Потому что я всё сделаю за тебя ».

— ...С тобой так больно иметь дело, приятель.

— Что? С чего это ты вдруг?!

Ранта не был хорошим парнем.

Это правда?

Он не был милым. Но Ранта думал о своих товарищах по-своему.

— Ты всегда был таким?

— Каким таким?!

— Я просто... всегда не понимал тебя?

— Ааааааааааа?! — Ранта оттолкнул Харухиро. — Т-Т-Ты меня обманываешь, чувак! Т-Т-Ты сошёл с ума?! Ну, ты изначально был сумасшедшим, но всё же...

— Мне не нужно твое беспокойство. — сказал Харухиро с легкой намеренной улыбкой. Когда он подумал о том, что должна чувствовать Сетора, даже от этой натянутой улыбки у него заболела грудь. И всё же он не мог позволить себе потерпеть поражение и погрузиться в такую ​​депрессию. Посредственно или нет, но Харухиро был их лидером.

« Я хочу быть лидером ».

У Харухиро было достаточно причин так думать.

Он был не один.

Он никогда не был одинок. Ни до того, как он потерял воспоминания, ни после. Харухиро не был изолирован.

Так он дожил до сегодняшнего дня.

Потому что у него были товарищи.

Если бы он мог дать им хоть немного силы, выполняя свою роль лидера, он хотел бы этого.

— Ранта.

— Ч-Что?!

— Я не собираюсь позволять тебе занять моё место. По крайней мере, до тех пор, пока я жив.

— ...Мог обойтись и без последнего предложения!

— Я должен рассмотреть возможность. Если со мной что-нибудь случится, позаботься обо всех. Ты кажеся довольно стойким. Я не вижу, как ты опускаешь ведро передо мной.

— Чертовски верно! Когда-нибудь я планирую стать бессмертным и покорить мир!

— Это какой-то план... — пробормотал Кузаку со спонтанным смехом, затем поспешно прикрыл рот, покосившись на Сетору.

Сетора смотрела на Харухиро. Она слегка кивнула. « Я понимаю. Я буду в порядке ». Вот что она пыталась ему сказать.

Вероятно, она не была в порядке. Как она могла быть? Но Сетора не хотела, чтобы он о ней беспокоился. Сожаления и причитания не помогали, но она всё ещё не могла сопротивляться печали и ощущению пустоты, охватившим её. Это должно было расстроить её больше, чем кого-либо.

Когда Харухиро кивнул в ответ, уголки её губ слегка приподнялись.

Колокол начал звенеть.

— Сейчас полдень, а? — Юме посмотрела в небо.

До того, как его взяла Южная Экспедиция, в Альтерне звонили раз в два часа, с шести утра до шести вечера. Теперь, когда Экспедиционная Группа Джина Могиса превратилась в Пограничную Армию, а он стал командующим, колокола были возвращены.

— Пора. — сказал Мерри.

Если всё шло по плану, то сейчас Джин Могис и Могадо Гвагаджин встречались на месте в Старом Городе Дамуро. Между Пограничной Армией и расой гоблинов будет союз.

— Каков его следующий шаг? — Ранта пытался заставить его думать наперед. Тем самым он оказывал давление на Харухиро. Было такое ощущение, что его постоянно били по заднице, из-за чего ему было трудно расслабиться. Но, может быть, это было хорошо. По сравнению с ситуацией, в которой они оказались, Харухиро был слишком обычным. Ему нужно было приложить в два или даже три раза больше усилий, чем кто-то другой, если бы он хотел чего-то добиться. Он действительно не хотел, но с Рантой на заднице у него не было выбора. Наверное, это было к лучшему.

— Дальше... Гора Скорби, я думаю?

— В таком случае мы… — начал было говорить Ранта, но затем закрыл рот.

Юме посмотрела на площадь перед Башней Тенборо.

— Это Орион. — сказала она.

— А? — Харухиро проследила за взглядом Юме. По площади шла очередь людей в белых плащах. Их должно было быть больше двадцати. Мужчина во главе группы поднял руку и помахал им.

— ...Шинохара-сан.

На мгновение Харухиро смутился.

Шинохара привёл Орион к Башне Тенборо, пока Могис отсутствовал. Как он должен был это интерпретировать? Шинохара был центральной фигурой Добровольческого Солдатского Корпуса. Ранта и Юме тоже были с ними до вчерашнего дня. Шинохара более или менее знал ситуацию. Добровольческий Солдатский Корпус и Пограничная Армия на тот момент не были враждебны друг другу. Они сотрудничали. Это означало, что Шинохара, естественно, не был врагом. Он должен был быть надежным союзником.

И всё же Харухиро почувствовал смутное беспокойство.

Шинохара и его люди остановились перед главными воротами.

— Хаяши... — пробормотала Мерри.

— Ага. — тихо ответил один из людей Ориона. Он, должно быть, был бывшим товарищем Мерри, Хаяши.

Шинохара посмотрел на каждого из них.

— Я смотрю, ты сделал свой ход и потерпел неудачу.

— Мы столкнулись с неожиданной ситуацией. — угрюмо сказал Ранта и отвернулся. — У этого ублюдка была реликвия. Это было нелепо.

Услышав слово «реликвия», мужчины и женщины Ориона начали болтать.

— А у него? — Шинохара казался спокойным. Это звучало слишком надуманным? — Реликвия. Значит, он тоже получил власть. В конце концов, нам нужно пока с ним поработать.

— Эм.

Когда Харухиро обратился к нему, он на мгновение улыбнулся.

Скорее всего, Шинохара начал улыбаться, но затем остановился.

— Что такое?

— ...Ну ладно. Что ты здесь делаешь? Джин Могис встречается с Могадо Гвагаджином. Мы единственные в Башне Тенборо. Почему вас так много?

— Мы думали, что дождемся его возвращения и отпразднуем его новый титул. — На этот раз Шинохара улыбнулся. — Очевидно, что наши благословения не являются безусловными или искренними. Мы знаем вашу ситуацию. Я не виню вас за действия. Если бы я был на вашем месте, я мог бы поступить так же. Я действительно хотел бы, чтобы вы сначала посоветовались со мной, но это не значит, что я был поблизости. В любом случае... — Шинохара положил руки на плечи Харухиро. — Я рад, что вы ещё живы, и я смог встретиться с вами.

— Что ж... — Харухиро взглянул на Сетору. Она опустила глаза с задумчивым выражением лица. — ... Итак, вы передаете привет Могису? Разве вы не могли бы сделать это самостоятельно, Шинохара-сан?

— Если Пограничная Армия и гоблины объединят свои силы, это подготовит почву для штурма Горы Скорби. Это, скорее всего, примет форму совместной атаки Добровольческого Солдатского Корпуса и Пограничной Армии.

— Ты сделаешь предложение?

— Я считаю, что нам нужно сделать больше, чтобы приблизиться к Пограничной Армии. Я надеялся, что ты станешь мостом, но переоценил тебя.

Шинохара отпустил плечи Харухиро, а затем снова схватил их.

— В итоге я причинил тебе боль. Я сожалею об этом.

— Это, ну...

Что это был за легкий озноб? Теперь, когда он подумал об этом, возможно, это был первый раз, когда он подошел так близко к Шинохаре. Шинохара продолжал неопределенно улыбаться. Почему? Это действительно улыбка?

Шинохара пристально посмотрел на Харухиро. Он увидел свое отражение в их слегка бледных радужках.

Но по какой-то причине он не чувствовал себя увиденным.

— Мы из Ориона попросим, чтобы командующий Могис принял нас в Пограничную Армию.

На лице Шинохары всё ещё была улыбка.

Но это было только поверхностно, не так ли?

Этот человек не улыбался.

— Я уверен, что командир нам не откажет. С этого момента мы будем работать вместе. Будет очень приятно поработать с тобой, Харухиро.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

#1 Волк и Человек в Маске Под Лунным Светом

В версии с изображениями тут находится картинка.

— Черт возьми, черт побери! Уже началось...! — Человек в маске рванул вперед. Мчался так быстро, как только мог, несмотря на то, что запыхался.

Он направлялся к пылающей Альтерне. Человек в маске наконец вернулся в Альтерну. Это был не эмоциональный момент. Сейчас у него не было времени становиться сентиментальным.

Стены уже были пробиты. К ним опирались лестницы, и ребята из Форгана поднимались один за другим. Он мог убить всех до единого в пределах досягаемости, и это не имело бы никакого значения. Это было бы самоубийством. В Форгане было много опытных бойцов, даже если не все они были на том же уровне. Если он окажется против группы более талантливых одновременно, даже человек в маске не сможет выбраться из этого живым. Мужчина в маске был смелым, но не безрассудным.

Его ноги замедлились, но не остановились. Когда он бежал, у него перехватило дыхание. Когда вы дойдете до уровня человека в маске, вы сможете даже вздремнуть во время прогулки. Без возможности заставить себя так отдыхать, он не смог бы выжить. Это просто показывает, насколько тяжелым было его положение.

— Персональный Навык, Мерцающее Тело, Разрыв Пространства. *

Он двигался быстро, слившись с парнями из Форгана, когда они поднимались по лестнице. Даже когда он добрался до другой стороны, они не поняли, что человек в маске не был одним из них. В конце концов, какое-то время его не трогали.

Пламя поднялось от зданий по всему городу. Однако многие здания, особенно здесь, в Северном Районе, были каменными. Это не превратилось бы в ад. Форган не хотел сравнять с землей Альтерну. Они намеревались посеять хаос, поджигая, а затем приступить к работе.

Для Форгана этим все было: работа. Джамбо, их лидер, может быть орк, но он отличался от других орков. По крайней мере, он не делал различий по признаку расы. Этика Форгана сводилась к одному: был ли человек с ними или нет. Для них товарищи были семьей. Форган был их последним домом.

Тем не менее, даже если бы они выбрали Форган местом своей смерти, родные земли, на которых они родились, были другим делом. Не все из них были сиротами. Если бы у них были живые родственники, они бы их не забыли. В частности, несмотря на то, что уже давно превратились в королевство, раса орков придавала огромное значение своим старым племенам. Даже если им по какой-то причине пришлось бы покинуть деревню, в которой они родились, у немалого числа из них всё ещё была неразрывная связь с теми из их плоти и крови.

Именно это и втянуло Форган в эту битву.

Человек в маске взял на себя труд схватить одного из орков Форгана, чтобы допросить его. Диф Гогун, король орков, был великодушен к тем, кто ему подчинялся. Но он не жалел неповиновения. Похищения, угрозы и пытки были его особенностями. Брать в заложники кого-то из родственников, чтобы заставить их выполнять его волю, было для него обычной тактикой. Король Диф даже держал огромный лагерь только для этих заложников.

Немалое количество орков Форгана пало жертвами этих коварных методов. Присоединится ли он к королю Дифу? Или он бросит семьи своих товарищей - то есть семьи своей семьи - умирать? Это было горькое решение, с которым пришлось столкнуться Джамбо.

« Это не похоже на него », подумал человек в маске, но он не был членом Форган, так что не ему было так говорить.

Человек в маске был мудр, поэтому он прекрасно понимал, что не в силах остановить Форган.

« Итак... Что я делаю? Что я хочу делать? В чем суть?»

По какой-то причине орки и нежить Форгана собирались в конце дороги, ведущей от северных ворот. Кто-то там их взял на себя?

Это должен был быть Солдат-Доброволец.

« Может быть? » подумал человек в маске. Может быть что? Кто-то кого он знал? В этом не было ничего невозможного. Но что с того? Какая разница, знал ли он их?

« Что, разве мне любопытно?»

Он мог пробиться сквозь членов Форган, чтобы попасть туда. Это был бы глупый план. Итак, что он собирался делать вместо этого?

Здания на этой улице не горели. Он не колебался. Мужчина в маске взбежал по стене одного из зданий. Смотрю на местность с крыши - вот и они.

Солдат-Доброволец. С длинными волосами. Это была женщина.

— ...!

Человек в маске царапал свою грудь. Если бы он мог дотянуться до своего сердца, он бы схватился за него и сжал.

Он чуть не назвал её имя. Лишь еле сдержался. Она была не единственным человеком ниже него. Был ещё один. Человек, а не орк или нежить.

С ней дрался однорукий мужчина. Это была дуэль?

У женщины было всего два больших ножа. Тем временем однорукий мужчина держал катану.

— Этот ублюдок...

Что он делал? Его противником была просто женщина. Нет, но этот старик не любил мучить женщин. На самом деле, хотя он мог не проявлять сочувствия к слабым, он никогда не делал изо всех сил, чтобы навредить им. Он, должно быть, решил, что женщина или нет, она достаточно хороша, чтобы её нужно было урезать. Даже если у однорукого человека был только один глаз, он хорошо разбирался в людях.

— Означает ли это, что она стала сильнее? Но все равно...

Она выбросила ножи. Это было намеренно? Что она могла делать голыми руками? Когда она пошла, старик начал двигать катаной.

— Узри мою секретную технику.

Об этом не знал даже человек в маске. Что было с тем, как двигалась его катана?

Это был танец. Или даже рассеяние.

— Падение Мглы. *

Она бросилась на старика, как будто заманивала его. Нет, на самом деле её заманили. Катана старика загипнотизировала её.

« Что, черт возьми, ты делаешь? Что ты с ней делаешь? »

« В таком случае её убьют. Нет, даже этот старый извращенец не зайдет так далеко. Да нет. Он бы. Он мог бы. Не то чтобы я ему позволил ».

— Персональный Навык! — человек в маске выхватил катану и прыгнул. Он упал прямо на старика.

— Велекий Грязевой Водопад ...! — катана человека в маске сильно ударила старика по лезвию.

— Нгх...!

Старик оправдал свою репутацию, сумев удержать катану в руках, даже когда она почти вылетела из его руки, и все же замахнуться, даже если это было неудобно, на человека в маске.

— Почему ты...!

— Ты проиграешь, старик!

Человек в маске увернулся от клинка старика и взмахнул рукой. Старик Такасаги как-то сумел заблокировать его, но не в достаточно хорошей позиции. Он разваливался.

— Ора, ора, ора, ора, ораааааа...!

После атаки человек в маске бил, бил и бил. Но даже с таким серьезным недостатком с самого начала Такасаги был не просто стариком. Он блокировал, хотя и несовершенно. Уклонение на волосок. Он держался там, терпел и искал отверстие не больше игольного ушка, чтобы атаковать.

« Я знаю тебя », подумал человек в маске. « Как ты думаешь, сколько раз мы дрались? »

Такасаги был слаб против атак, которые исходили из его нижнего левого угла, и отвечал на них немного медленнее. Даже в этом случае, если бы человек в маске нацелился только на это, он бы быстро приспособился к этому. Такасаги лишь немного хуже справлялся с атаками с этого угла. Это не была фатальная слабость. Итак, человеку в маске нужно было вмешаться и в другие атаки. Финт, как будто он собирался атаковать это слабое место, а затем не делать этого. Затем, когда Такасаги подумал, « Что, ты не собираешься этого делать? ».

— Черт...!

Такасаги попятился. Он не переходил в контратаку. Нет, это было нечто большее. Он не мог. Человек в маске держал Такасаги на веревках.

— Ораааа! — он нацелился в нижний левый угол.

— Тч! — Такасаги отклонил его своей катаной. Нет, не то. Его заставили это сделать.

Мужчина в маске держал катану обеими руками.

— Персональный Навык! Летающий Бог Молний...! *

Это был укол с двух рук. Сколько из них он мог сделать?

« Не думай об этом. Я выйду за пределы своих возможностей ».

« Отдайся этому полностью ».

— Оххх?! Оххх...?!

Такасаги тут же отпустил свои ограничители. Человек в маске мог сказать. Если он этого не сделал, ему конец. Так решил Такасаги.

« Вхуа ».

Сколько защитных действий совершил Такасаги за одно сжатое мгновение? Мужчина в маске нанес восемь ударов. Его катана соединилась с катаной Такасаги в общей сложности четыре раза. Он отрезал два волоска на голове Такасаги. На правой щеке Такасаги была царапина.

Это всё.

Человек в маске искренне собирался убить. Чтобы закончить это здесь. Это то, что он собирался сделать.

И вот результат.

Такасаги упал на задницу.

И всё же ублюдок улыбался.

Он знал, что, если бы он снял маску, он бы тоже был. У человека в маске были мурашки по коже. Он положил катану на плечо плоской стороной.

— Вставай, старик.

Такасаги поднялся, не притворяясь. Он откашлялся и громко засмеялся, как будто у него был взрыв, нисколько не смущаясь.

— Ты просто появляешься сейчас везде, куда бы я ни пошел, не так ли? Теперь ты точно можешь говорить, Ранта.

— Ты...! Не говори этого! Я не зря прячу лицо...!

— Это очевидно, и ты это знаешь.

— Н-нет, это не так!

Ранта оглянулся. Она смотрела на него.

Её лицо выглядело ужасно.

Оно было в полном беспорядке, покрытое царапинами, грязное от крови и пота, и, в довершение всего... она выглядела так, будто плакала.

Ранта немедленно отвернулся, снова глядя вперед.

— Ты можешь двигаться, верно?

— ...Д-Да.

— Хорошо. Тогда пойдем со мной.

— «Пойдем со мной»...? — Такасаги недоверчиво направил катану на Ранту. — Ты убегаешь, Ранта? Это слишком легко меня воспринимает. Ты серьезно думаешь, что сможешь уйти в этой ситуации?

— Нет, ты меня недооцениваешь.

Под маской Ранта ухмыльнулся, пряча катану в ножны. Он схватил как можно больше ножей, бритв, гвоздей, камней и прочего, что хранил под своим плащом.

— Персональный Навык, Яростный Ветер Военных Обломков...! *

Он прыгал, вертелся, бросая ножи, бритвы, гвозди и камни в Такасаги, орков и нежить. Это было легко описать, но на самом деле сделать это было довольно сложно. Ранта был уверен, что когда-нибудь придет время, чтобы использовать эту технику, так как он практиковал трудно. Это была расплата.

— Чт... Чёрт...! — Такасаги отбросил нож.

К этому моменту Ранта приземлился и сбежал.

Во время работы над «Неистовым Ветром Военных Обломков» Ранта нашел слабое место в их окружении. Он метнулся между двумя орками и мимо них. Снова вытащив катану, он сделал вид, будто собирался разрезать нежить прямо перед собой, но вместо этого подошел ближе и толкнул её. Ему не нужно было возвращаться и проверять. Юме шла за ним. Более того, она была рядом с ним, пинала орков и нежить или сбивала их с толку. Черт побери, эта девушка могла наделать неприятных вещей своими ножками.

— Ты лучшая...!

— Нюююх?! Что ты сказал?!

— Ничего!

— Ранта, ты...!

Такасаги завыл, как побитая собака. Он казался немного счастливым.

« Ты меня пугаешь, старик. Не волнуйся. Я тебя на днях убью. Ты ведь этого хочешь? Ты бы не хотел сойти с ума и не видеть приближения смерти, умереть после долгой болезни или просто не проснуться однажды. Я знаю, что такая легкая смерть не для тебя ».

« В конце концов, ты хочешь быть удовлетворен тем, что, да, это то, что убьет меня ».

« Если возможно, ты хотел бы пасть от рук парня, которого ты же тренировал ».

Были ли люди склонны к такому мышлению, когда чувствовали, что это их упадок? Ранта ещё не знал. Но когда пришло время, он дал Такасаги смерть, которую хотел. Не сейчас. Всё было ещё впереди. Это могло быть завтра, но не сегодня.

Как только Ранта полностью прорвался через окружение Форган, он пошел по переулку.

— Ты не запыхалась, да?!

— Как насчет тебя?!

— Кажется, ты в порядке. Мы сейчас выходим из Альтерны!

Он хотел осмотреть Альтерну, разобраться в ситуации. Не то чтобы он не мог позволить себе тратить время. Но инстинкты Ранты уже говорили ему, что битва проиграна. Альтерна падет. Оставаться в городе было бы опасно. Ранта мог справиться сам. Он сможет во всем разобраться. Но... Юме тоже была здесь.

Северные ворота, должно быть, были прорваны, но там будут парни, которые нападут на любого, кто попытается сбежать. Между тем стены больше не были главным полем битвы, и там почти не велись боевые действия. Изнутри было несколько лестниц, по которым они могли подниматься по стенам, и как только они оказались там, было легко спуститься на другую сторону.

Ранта и Юме направились к лесу на севере. Незадолго до того, как войти, Юме повернулась и посмотрела на Альтерну.

— Пойдем. — сказал Ранта, потянув Юме за руку. Она не сопротивлялась.

Глубокая тьма леса была союзником Ранты. Хотя он сражался исключительно в своем уникальном стиле, он по-прежнему оставался Рыцарем Ужаса до мозга костей. Тьма была его другом. Вдруг ему пришла в голову мысль. Что случилось с лордами Гильдии Рыцарей Ужаса? Зная их, они будут сражаться до конца, даже если в битве нельзя будет победить. Они пойдут в объятия Скуллхелла, сражаясь сколько душе угодно.

Ранта понял, что он всё ещё держал Юме за руку, но никогда не отпускал её. Нет, он не забыл. Он никогда не забудет.

« Почему? Почему она не расстраивается и не просит меня отпустить?! Если она этого не сделает, я не смогу отпустить её. Имей здравый смысл. Не то чтобы здравый смысл имел ко мне какое-либо отношение ».

« Давай же, скажи что-нибудь ».

Все, что он мог слышать, кроме щебетания насекомых, - это дыхание Юме и их шаги.

— ...Хм? — Ранта остановился.

— Ах! — Юме сглотнула. Они что-то услышали сразу после этого. Это была собака?

Или волк?

« Авууууууу ...» Это был слабый вой. Это был первый раз, когда Ранта слышал подобное, но то же самое, очевидно, не относилось к Юме.

— Мастер! Это вы, Мастер ?! Это Юме!

— Ох! Я знал, что это ты! — он услышал мужской голос вдалеке.

— Кто? — спросил Ранта, когда Юме с легкостью освободилась от его руки.

— Мастер Юме из Гильдии Охотников! Его зовут Ицукушима!

— ...О-Ох, да? Погоди, разве ты не слишком взволнована?

— Ну, это потому, что Юме счастлива!

Ранта смутился, обнаружив, что это его немного раздражает. Он не знал этого парня по имени Ицукушима, но знал, что Юме была очень привязана к своему Мастеру в гильдии. Конечно, она будет рада узнать, что с ним всё в порядке.

« Ничего страшного », подумал он. « Ага. Не для такого супер терпимого парня, как я ».

Вскоре появился бородатый охотник с восемью волкособами.

— Мастер!

Юме крепко обняла Ицукушиму, и, хотя он отшатнулся, поймав её, парень подошел и обнял её в ответ.

— О-Ох, Юме, я рад. Я так рад, что с тобой всё в порядке...

— Мы расстались, понимаешь? Юме сильно забеспокоилась.

— Я, конечно, тоже волновался за тебя, но мне нужно было подумать об этих маленьких ребятах. Так что я на время ушел из Альтерны...

— Ты ведь говоришь о волкособах? Они все здесь, да?

— Х-Хорошо! Уже достаточно! Теперь вы двое можете перестать цепляться друг за друга!

Не в силах больше терпеть это, Ранта невольно разлучил Юме и Ицукушиму. Юме это не понравилось, но, похоже, Ицукушима почувствовал, что Ранта только что сделал ему одолжение.

— Слушай, Юме. Я планировал найти тебя, прежде чем предпринимать какие-либо другие шаги, но, похоже, мне больше не нужно. Я собираюсь в Горы Курогане.

— Хох? — Юме склонила голову набок. — Дыру Барабана...?

— Это даже не похоже! — Ранта не знал, смеяться ему или раздражаться. — Это Горы Курогане, а не Дыра Барабана!

— Ну, так звучало для Юме.

— ...Королевство Железной Крови дварфов находится в Горах Курогане.

Ранте не нужно было, чтобы Ицукушима ему это рассказывал.

— Так? Ты знаешь там дварфа или что-то в этом роде?

— Один из моих немногих друзей, да. Готтхелд *. Он может быть трудным, но он хороший парень.

— Похоже, ты задумал не только о возрождении старой дружбы.

— Ага. На мой взгляд, Альтерна падет. Я уверен, что эльфийская столица, Арноту, должна была быть разрушена, как и ходили слухи.

— Можешь мне поверить. — проворчал Ранта. — Не то чтобы я хотел принести плохие новости. Я был в Лесу Теней в тот день, когда на Арноту напали.

— ...О, да? В таком случае Королевство Железной Крови будет следующим. Горы Курогане могут стать нашим последним убежищем.

— Значит, ты собираешься их предупредить?

— Было время, когда люди и дварфы вместе сражались насмерть. Очевидно, это не моя проблема, но... я бы не хотел просто взять это лежа. Ицукушима посмотрел на Юме. — Что предпримешь ты? Пойдешь со мной?

— Юме... — она заколебалась, как будто неуверенная, затем посмотрела прямо на Ицукушиму и покачала головой. — ... не пойдёт. В конце концов, Ранта с ней. Кроме того, нам ещё нужно встретиться с другими нашими товарищами.

— Это так? — Ицукушима выглядел разочарованным, но вместе с тем почувствовал облегчение. Вероятно, то и другое. Мужчина был откровенен со своими чувствами.

— Проявите почтение, мальчики.

Когда Ицукушима отдал приказ, восемь волкособов собрались вокруг Юме. Они облизывали её лицо, принюхивались и лапали её все, но Юме казалась очень этому рада.

— Мрроур. Берегитесь, собачки-волки. Найехехе, увидимся позже, Пучи.

— Эй. — обратился Ицукушима к Ранте. — Позаботьтесь о Юме, ладно?

— Я бы сделал это и без вашего ведома.

— ...Попытайся подумать, что я должен чувствовать, когда мне приходится действовать всерьез, когда я говорю это какому-то чудаку, который прячет лицо за маской.

— Хех. — Ранта сдвинул маску на лоб. — Просто расслабься и отправляйся в Горы Курогане или куда-нибудь ещё. ...И береги себя, чувак. Юме было бы грустно, если бы ты умер где-нибудь в канаве.

— Ага. Я обязательно выживу.

Ицукушима дал короткий приказ волкособам и жестом приказал им встать в очередь. Самая большая и, вероятно, самая старая из собак ушла первой, исчезнув в темном лесу.

— Пучи... — Юме, казалось, хотела что-то сказать, но передумала, решив, что не должна мешать волкособе.

Волкособы продолжали идти, и Ицукушима последовал за ними. То, что он не попрощался, должно быть сделано намеренно. Когда Ранта подумал о чувствах Ицукушимы, он почувствовал, как что-то сжалось в его груди. Юме уважала и обожала этого бородатого мужчину. Возможно, Ранте это не понравилось, но он знал, что Ицукушима не должен быть плохим парнем. Он не мог заставить себя ненавидеть его.

Юме молчала, даже когда Ицукушима и волкособы полностью исчезли. Ранта подумывал спросить, « Всё в порядке? » но решил не делать этого. Ему не пришлось проверять. Юме осталась, потому что она не возражала. Она решила остаться с ним. Что ж, не то чтобы Ранта не мог пойти вместе с ними, но у него и Юме были другие дела, которые им нужно было сделать.

— ...Вопрос в том, что теперь? — Ранта пробормотал себе под нос, и Юме рассмеялась.

— Юме думает, что всё как-нибудь получится. В конце концов, ей удалось с тобой встретиться.

— Хех...

Он собирался ответить, « Ты правильно всё поняла », когда его поразила реальность того, что он был один в темноте с Юме, и он начал чувствовать себя настоящим беспокойным.

— Ч-Что нам делать? У Альтерны, ну, знаешь, может быть, не стоит пытаться что-то делать сразу... Кроме того, ты ранена и, вероятно, устала...

— Угу. Уже темно. И ещё ночь, понимаешь? Может, нам стоит немного отдохнуть.

— К-Конечно. В этом есть смысл. Ага. Я-Я тоже. Я не истощен или что-то в этом роде, то есть, я крутой парень, так что у меня всё хорошо, но отдых может быть важен. Ага...

— Тогда думаю, мы поспим. — сказала Юме и тут же легла.

— П-Прямо здесь?! Так внезапно?!

— Аххх. Юмэ, она может спать где угодно. Земля здесь не слишком твердая.

— ...Н-Ну, я тоже могу спать где угодно. Знаешь, я настоящий стальной человек...

Ранта тоже лег на землю. Он спал под дождем на продуваемых ветрами скалах. По сравнению с этим, это было похоже на удобную кровать.

— Ты, ух...

— Нюх?

— ...Неа. Забудь.

У него было много вещей, о которых он хотел спросить, но, если бы он начал задавать вопросы сейчас, этому не было бы конца. Разве он не собирался отдыхать? Ага. Ему нужно было немного поправиться. И телом, и душой. Это было его первоочередной задачей. Что они собирались делать дальше? Он мог подумать об этом позже.

— Ранта.

— ...Хм?

— Это вроде...

— Ага. ...Что такое?

— Твоя лапа.

— ...А?

— Ой, точнее, твоя рука.

— Что насчет моей руки...?

— Хммн. — рука Юме коснулась руки Ранты. Затем она схватила его. — Юме надеялась, что она сможет держать рук вот так. …Правильно?

— Это…— Ранта на секунду перестал дышать. Затем он сделал короткий глубокий вдох. — ...Меня это устраивает. Ничего страшного.

— О, да? Слава Богу...

Юме выглядела ужасно сонной.

Ранта не спал.

« Эй, а теперь ».

« Давай же... »

« Заснуть? В такой ситуации? Я никак не смогу заснуть, верно...? »

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

#2 Шепчущий Монстр

В версии с изображениями тут находится картинка.

Короткий гид с глазами цвета черного чая, почти красного, вёл вверх по винтовой лестнице. Шинохара знал, что сама лестница была реликвией. Потому что, если бы это было не так, то что ещё могло быть? Эти лестницы, которые, казалось, были сделаны из чего-то другого, кроме железа или камня, вращались, поднимались и возвышались на открытом пространстве, которое не было ни светлым, ни темным. Ничего похожего на стены. Просто винтовая лестница.

Лестница, казавшаяся бесконечной, резко остановилась, и они оказались в том, что казалось лесом. Он посмотрел вверх, но там не было ни солнца, ни луны, ни звезд. Вместо этого были шаровые фонари, свисающие с ветвей или помещенные на пни.

Гид повернулся, чтобы поговорить с ним. — Мастер ждёт тебя.

Кратко проинформировав его об этом, гид попытался уйти, но Шинохара не мог не крикнуть. — Как тебя зовут?

— Алиса.

— Сэр Анчейн хороший Мастер?

— Он из тех людей, которые превратят тебя в монстра, если ты ему поверишь. Не то чтобы я вообще считаю его человеком. Гид слабо улыбнулся, затем предупредил Шинохару. — Скоро ты тоже станешь монстром. Я думаю, что уже. Или, по крайней мере, на полпути к этому.

Сказав это, гид ушел. Шинохара был вынужден самостоятельно обойти верхний этаж Запретной Башни в поисках её Мастера.

Мастер сидел в кресле, его пустые глаза были сосредоточены на книге, лежавшей у него на коленях. Шинохара был удивлен, увидев, что его высокая шляпа с широкими полями была не на голове, а на полу у его ног. Рядом с креслом было дерево, внутренняя часть которого была вырезана для создания книжной полки. Переплетенные ветви наверху образовали клетку, в которой заключена полуобнаженная девушка.

— Ты пришел, да? — Сэр Анчейн закрыл книгу и повернулся лицом к Шинохаре. Если бы можно было назвать то, что у него было лицом. Что ж, наверное, так и было. Мужчина выглядел как утонувший труп, поднявшийся из морских глубин, но его длинные вьющиеся волосы и борода были полны жизни. Каждый волосок выглядел так, будто в любую секунду он мог начать взмахивать собой.

— Нам удалось обеспечить наше участие в Пограничной Армии. Я думал, что приду засвидетельствовать свое почтение.

— Будет приятно видеть тебя там.

Сэр Анчейн встал с кресла неловкими, но бесшумными движениями, возвращая книгу на полку на дереве.

— Что вы думаете о нем? Как поживает Командир Могис?

— Он в приподнятом настроении. Похоже, этот человек серьезно собирается стать королем.

— Королём, хм?

Когда Сэр Анчейн поднял правую руку, откуда-то появился белый посох и влетел в его объятия.

— В конце концов, Бессмертный Король проснется и предстанет перед всеми королями.

— Где спит ваш господин?

Сэр Анчейн - то есть Эйнранд Лесли - издал странный звук, похожий на смешок, но не ответил.

— Кто ты...? — тихо спросила девушка, заключенная в дереве.

— Меня зовут Шинохара. — ответил он с улыбкой, и женщина повторила его имя впалыми глазами.

— Ты знаешь кто я...?

— Да. Немножко.

— Я... Знаю… не... только... своё… имя... — девушка покачала головой. — ...Дарк.

Она его вызвала? Словно проталкивая невидимую дверь перед её грудью, показались длинные черные нити, сплетаясь вместе. В мгновение ока они приняли гуманоидную форму.

— Это... — глаза Шинохары расширились. Конечно, это была магия, но такой он никогда раньше не видел.

— Отойди. — прорычал Сэр Анчейн. Шинохара сделал это немедленно.

Этот Дарк, или что бы там ни было, издавал странные звуки, кружась против часовой стрелки, становясь больше.

Клетка из веток раскололась. Женщина упала.

На мгновение Шинохара задался вопросом, стоит ли ему напасть и поймать её. Но нет, в этом не было необходимости. Дарк держал её.

Девушка спустилась в объятья Дарка.

Как будто у неё выросли крылья тьмы.

— Я... Шихору... Я знаю только свое имя... и Дарка... но... — девушка взглянула на Сэра Анчейна. — Он говорит, что если я сделаю, как мне сказали... я смогу вернуться домой...

— Верно. — Сэр Анчейн всегда говорил сладкие слова коротким тоном.

Как будто у этого монстра не было собственных чувств.

— Если наша цель будет достигнута, Ты сможешь вернуться домой, в свой мир. Мир, из которого ты пришла. Место, где ты должна быть.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Автора

В версии с изображениями тут находится картинка.

Поскольку это последняя часть, я начал менять некоторые вещи, начиная с предыдущего тома, например, логотип, стиль обложки, способ написания. Я экспериментировал. Что вы думаете? Я намерен продолжать совершенствовать вещи все больше и больше, чтобы сделать опыт еще более приятным.

Теперь о двух коротких главах, следующих за этим послесловием, # 1 - это что-то вроде эпилога к 14 ++. # 2, ну а что это, интересно? Мне кажется, что он включает некоторые элементы, которые делают его похожим на превью следующего тома. Что бы это ни было, я думаю, вы должны прочитать это после того, как закончите основной рассказ.

Моему редактору Хараде-сан, Эйри Шираи-сан, дизайнерам KOMEWORKS, в частности, всем, кто участвует в производстве и продаже этой книги, и, наконец, всем вам, люди, которые сейчас держат эту книгу, я выражаю свою сердечную признательность и всю мою любовь. А теперь я кладу перо на сегодня.

Надеюсь, мы ещё встретимся.

Джюмонджи Ао

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Послесловие Переводчика

В версии с изображениями тут находится картинка.

Вот мы и закончили 16-ый том. Что ж сказать, том вышел просто потрясающим, эксперемнты Ао Джюмонджи дают свою плоды. Как по мне 16-ый том на данный момент самый лучший в серии, т.к есть хороший антагонист, Харухиро наконец-то принял свою роль как лидера команды, и такие твисты это просто ШОК. Как говорится где наша Алиса, а вот она, у Лесли служит гидом. Шихору третий раз стёрли память, но до Шинохары ей как я считаю, далеко. Что мы узнали за этот том: Шинохара в слугах у Лесли как та же Хиёму, отряд Ио, Алиса и теперь ешё и Шихору. Команда Харухиро очень выросла за эти годы, т.к по сути в сухую могла развалить не только Могиса, но и Чёрных Плащей, но, увы, у него была Реликвия, а она имба, т.к мы знаем, что за любую Реликвию из Лагеря Лесли многие готовы продать свои города. И под конец поблагодарим Киити за то, что он был лучшим ньясом в Гримгаре.

Спасибо всем, что читали 16-ый, а увидимся мы теперь не скоро, где-то не раньше лета точно, т.к придется ждать выход анлейта 17-го тома. Что ж, если захотите поддержать меня не только словесно, но и материально, я буду очень рад :)

Яндекс. Деньги 4100116187015904

Ещё увидимся!

Basarog

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/Grimgar-Pepla-i-Illyuzij/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)